* лязг, лязг, лязг*, звуки сухих ударов эхом отдавались, когда деревянный меч катился по земле.

Я был ошеломлен, когда посмотрел на свои собственные руки, которые были опустошены.

- Вот и все, - голос судьи казался странно далеким.

Это был матч, который я должен был выиграть.

Однако я полностью проиграл. Деревянный меч мгновенно вылетел у меня из руки.

Тринадцать лет - это была церемония испытания совершеннолетия для учеников стиля призрачного клинка.

Моим противником был воин драконьего зуба - скелетообразный мечник, созданный из магии.

Это был отнюдь не слабый противник. На самом деле, даже обычному солдату империи или одинокому авантюристу было бы трудно сражаться с ним один на один. Можно сказать, что это был не соперник, предназначенный для маленьких мальчиков и девочек.

Однако ни у кого здесь не возникло бы никаких сомнений, столкнувшись с таким противником.

Для учеников стиля фантомного клинка вполне естественно, что они победят противника такого уровня. На самом деле, остальные семь человек, которые прошли испытание до меня, все выиграли.

Был только один человек, который проиграл.

Вся тяжелая работа, которую я проделал за все эти годы, все мои усилия, которые я вложил в этот момент , все рухнуло в ничто.

Когда я молча опустил голову, сверху донесся голос отца:

Это был глубокий, холодный, сухой голос.

- Сора.

- Д - Да, Отец!

- Дом Мицуруги - это дом древних воинов, основанный святым мечом, который запечатал Бога-демона триста лет назад. Стиль призрачного клинка - это злой сокрушительный меч, ради создания которого наши предки рисковали жизнью. Клинок, который защищает человечество от мифических существ, таких как драконы, гиганты и демонические боги, которые так же опасны, как стихийные бедствия. По этой причине император поручил нашей семье быть защитниками, охраняющими врата демона. Вы знали об этом?

- Я ... я знаю!

- Люди, рожденные в доме Мицуруги, обязаны унаследовать меч основателя. И тогда они несут ответственность за то, чтобы передать меч следующему поколению. Тем, кто не может выполнить эти две обязанности, нет места в этом доме.

- О-отец…

- Люди, которые не могут пройти эту церемонию испытания, не имеют права изучать стиль призрачного клинка. А те, кто не овладел стилем призрачного клинка, не имеют права носить имя Мицуруги. С этого дня я отрекаюсь от тебя. Тебе больше не разрешается использовать имя Мицуруги после этого момента. Закончишь паковать свои вещи сегодня, и ты покинешь этот остров завтра. Слабые здесь не нужны.

Он изгнал своего собственного биологического сына, не задумываясь, безразличным тоном.

На лице отца не было ни малейшего признака беспокойства. – Святой меч семнадцатого поколения, Мицуруги Сикибу. Он посмотрел на меня так же, как смотрит на камень на земле.

Для отца, посвятившего свою жизнь мечу, человек, который не был талантлив в мече, был бы для него равным праху, даже если бы это был его сын.

- Я знал об этом.

Он всегда так смотрел на меня, сколько я себя помню. Каким бы тупым ни был ребенок, в конце концов он поймет.

Я всегда изо всех сил старался, чтобы такой отец принял меня.

Однако в итоге ничего не вышло.

Что бы я здесь ни говорил, мнение моего отца не изменится. Не было смысла плакать, пресмыкаться или молить о пощаде.

Так думал не только мой отец. Многочисленные звездные зрачки, выстроившиеся слева и справа от него, тоже смотрели на меня холодными глазами.

Насмешки, презрение, жалость, безразличие…

Все было именно так, как сказал мой отец минуту назад. Проклятие того демонического Бога, которое было запечатано святым мечом, продолжало вторгаться в этот мир через демонические врата даже сегодня.

Демоны и демонические звери уровней, которые намного превосходят монстров главного континента, свободно бродят по этому острову, но все это также из-за врат демона.

Люди называли этот остров островом демонов (Онигасима).

Для тех, кто родился в подобном месте, слабость сама по себе является грехом.

Слабые, которые будут сдерживать остальных, должны будут немедленно покинуть остров - таково единодушное мнение тех, кто живет здесь.

Я покинула додзе, как будто убегал, а потом собрал свой багаж в слезах.

Затем, на следующее утро, я вышел из дома в то же время, когда солнце поднялось с востока.

- Отныне это моя комната. Поторопись и убирайся. А, ну да. С сегодняшнего дня я буду наследником дома Мицуруги, так что этот дом мой. Все это приказ отца.

Человек, который сказал это со слабой улыбкой на лице, был мой младший брат, Рагуна Мицуруги.

Несмотря на то, что он был моим младшим братом, мой цвет волос черный, а его волосы светлые. Как говорит разница в нашей внешности, мы братья с разными матерями.

Ему было тринадцать лет, как и мне. Даже наши дни рождения приходились на один день.

Он определенно более талантлив в обращении с мечом, чем я. Его телосложение тоже лучше, и он умнее.

Мать Рагуны была дочерью великого аристократа империи, поэтому он был на вершине своей родословной. Но поскольку он не был ребенком законной жены, положение наследника дома Мицуруги перешло ко мне.

Я знал, что Рагуне это совсем не нравится. Он никогда не пытался этого скрыть.

Даже в этот момент он смотрел на меня своими голубыми глазами, полными презрения.

- Хм. Наконец-то я избавлюсь от этого унижения, от необходимости называть твою некомпетентную задницу моим старшим братом. Сора, Ты Сын отца, но ты все еще не можешь даже использовать синсо (вооружение души). Ты позоришь семью Мицуруги. Никогда больше не показывай мне свое лицо. Впрочем, не беспокойтесь, я как следует выполню работу наследника. Твоя невеста Аяка тоже, я буду очень хорошо заботиться о ней

- Рагуна, ты...!!

-Ха-ха, ты выглядишь так, будто хочешь избить меня в любую секунду. Хорошо, попробуй, если сможешь. Однако в такой ситуации я тоже должен защищаться, верно? Не думай, что ты сможешь победить меня, когда ты даже не можешь сделать ничего с воином зуба дракона!

В тот момент, когда он закричал, в руке Рагуны появился меч. Это был великолепный двуручный меч, который светился золотисто - желтым.

Сколько раз я видел это сияние? Это напоминало мне о подавляющей разнице в наших способностях каждый раз, когда я видел это.

Почему? Потому что то, что у него есть этот меч, почти то же самое, что столкнуться с двумя Рагунами.

Внутри человеческого сердца, глубоко в душе, находится другое внутреннее "я". Это существо того же происхождения, называемое Анимой.

Секрет стиля фантомного клинка состоял в том, чтобы осознать эту Аниму, контролировать ее и материализовать. Это называется "синсо" (вооружение души).

С этими словами Рагуна бросил на землю три золотые монеты.

Это огромная сумма денег, которая позволит вам прожить безбедно три месяца.

- Я хочу сказать тебе, чтобы ты поднял их – но ты все еще немного гордишься собой, верно? Или ты собираешься вести себя как нищий передо мной? Не беспокойся, я уйду через секунду. Когда я уйду, пожалуйста, медленно поднимите золото, мой дорогой брат. Ха-ха-ха-ха!

Посмеявшись немного, Рагуна большими шагами вышел.

Я сжал кулак, глядя ему в спину, но мои губы и ноги не двигались; они словно замерзли.

Тем временем фигура Рагуны исчезла за воротами.

После того, как вокруг никого не осталось, я посмотрел на землю.

Три монеты, которые он бросил на землю, тускло блестели в лучах утреннего солнца.

После ухода Рагуны я нетвердыми шагами направился к могиле матери.

Я не стал подбирать золотые монеты, валявшиеся на земле. Не из - за того, что сказал Рагуна, а просто из - за моей гордости.

Однако, направляясь к могиле, я почувствовал, что начинаю сожалеть об этом решении.

Даже если я достигну синсу, я сомневаюсь, что то, что я проявлю, будет иметь золотое сияние, как у Рагуны. Держу пари, что это примет неприятную и противную форму.

Потом это случилось, когда у меня были такие самоуничижительные мысли,

- Сора

Успокаивающий голос коснулся моих ушей, как ветерок, пробегающий по травянистому полю.

Мое потемневшее сердце ожило от одного этого звука.

Когда я посмотрел, то увидел перед собой молодую девушку с очаровательными черными волосами, колышущимися на ветру, стоящую у могилы моей матери.

Это была моя невеста, Аяка Азурит.

- Так ты была здесь, Аяка?

- Да, было кое - что, за что я должна была извиниться перед Шизуей - сама.

- ...За что тебе пришлось извиняться перед моей матерью?

- Да, меня попросили стать твоей силой, Сора, но в конце концов… Я ничего не могла поделать. Я пришела извиниться перед ней за это.

После того, как она сказала это, Аяка посмотрела на меня с одиноким выражением лица.

Однако Аяка никогда не обращала на них внимания и только отвечала своей неизменной улыбкой. Это было не только один или два раза, когда я наслаждался счастьем

Несмотря на то, что она была помолвлена со мной, она была ученицей того же возраста, что и я, а также гениальным фехтовальщиком, который был на уровне, сравнимом с Рагуной.

Однако она никогда не хвасталась своими талантами и не презирала людей, которые были слабее ее.

Она брала на себя инициативу и сотрудничала со мной во время тренировок, а иногда даже давала мне специальные тренировки до поздней ночи.

В наши выходные она иногда насильно приводила меня в город, чтобы сменить темп, когда я просто застревал, тренируясь на качелях.

Не было никого, кто не ревновал бы к этому браку между нами, когда она становилась красивее, сильнее и достойнее, когда она становилась старше. Были такие, как Рагуна, которые не только ревновали, но и откровенно приставали к ней.

Однако Аяка никогда не обращала на них внимания и только отвечала своей неизменной улыбкой. Не раз и не два я наслаждался, думая, что женюсь на ней.

Одна из причин, по которой я так старался стать сильнее, заключалась в том, что я хотел быть мужчиной, достойным ее.

Честно говоря, когда мой отец отрекся от меня, у меня было слабое ожидание, что Аяка поедет со мной.

Но -

*Хаххх…*

Это ожидание разбилось вдребезги, когда я увидел, как она глубоко вздохнула.

- А - Аяка?..

- Тот, с кем я помолвлена, является наследником дома Мицуруги, так что я больше не помолвлена с тобой, так как от тебя отреклись. Я никогда не ненавидел тебя, Сора. Ты всегда отдавал все силы, чтобы стать сильным...но это не значит, что ты мне тоже нравишься.

- Что...?!

- Я знаю, что говорю что - то ужасное. Но это может быть плохо, если у тебя появятся какие - то странные идеи о том, чтобы полагаться на мою семью после того, как ты покинешь остров. Из - за этого я разъясняю тебе это прямо здесь и сейчас.

- Я - ясно, но -

- Сора, чувство, которое я испытывала к тебе, было не любовью, а состраданием. Теперь к этому можно добавить разочарование. Я не могу заставить себя полюбить того, кто ниже меня.

- !

- Я не знаю, что ты теперь будешь делать и как будешь жить. Но поскольку ты тот, кто никогда не сдается, вы можешь подумать о том, чтобы сделать себе имя авантюриста или солдата, и в один прекрасный день мастер примет вас обратно... Однако я думаю, что будет лучше, если ты откажешься от меча. Маловероятно, что мастер вернет того, от кого когда-то отрекся. И прежде всего, для того, кто не мог даже пройти два раунда с воином драконьего зуба, зарабатывать на жизнь мечом было бы не чем иным, как безумной мечтой… Ты должен просто отпустить все это и жить мирной жизнью. Шизуя - сама наверняка поймет это.

Сказав это с жалостью в глазах, Аяка сказала мне "До свидания".

А потом она повернулась и ушла. Она не переставала идти и ни разу не оглянулась назад.

Я не очень хорошо помню, куда я пошел после этого.

Прежде чем я осознал это, я почувствовал морской бриз на пристани. В руке я держал билет в один конец на главный континент.

В этот момент передо мной стояли брат и сестра с мрачными лицами.

Гозу Чима, как мой опекун, он всегда присматривал за мной с самого детства. С крупным телосложением, как у медведя, и честным лицом, он действительно имел вид сильного воина.

Вторым человеком была его младшая сестра Сесиль Чима.

Я и она были как пара настоящих брат и сестра с тех пор как я был ребенком. Я помню те дни, когда я шел за ней и звал ее "ни - сама, ни - сама", как будто это было только вчера. Особенно после того, как моя мать умерла, она заботилась обо мне, будучи такой же доброй, как и моя мать.

Это эти двое, пойдут ли они со мной, в отличие от Аяки?

Я смотрел на них, цепляясь за надежду, но и она вскоре лопнула, как мыльные пузыри.

- Прошу прощения за церемонию испытания. Это было потому, что я не мог вытянуть силу молодого масте - нет, я имею в виду, Сора - Доно. Я действительно сожалею об этом. Я надеюсь, что вы сможете найти достойного наставника на главном континенте. А, мои планы на будущее? Как слуга семьи Мицуруги, я должен повиноваться словам мастера. Пожалуйста, не беспокойся обо мне и береги себя, Сора - Доно. Я надеюсь, что в не будете болеть.

- Вот, я приготовила тебе ланч в коробке. Пожалуйста, съешьте его на корабле. Кроме того, я буду отвечать за уход за могилой Шизуи - сама, так что, пожалуйста, не беспокойтесь об этом. Да, что мне теперь делать, спросите вы? Э - э - э...вообще - то, я не могла тебе этого сказать, потому что не хотел отвлекать тебя, когда ты собиралась пройти испытание…Как раз на днях я говорила с мастером о том, чтобы стать его ученицей.

После того, как они увидели, что я сел на корабль, я начал отходить от острова демонов.

Брат и сестра помахали мне несколько раз с пристани, прежде чем они обернулись с чем - то похожим на намек на сожаление.

Я смотрел им в спину, когда они уходили. Мой сжатый кулак дрожал, как и раньше.

Такие бессердечные люди. Я знаю, что с моей стороны было бы неправильно держать на них обиду из -  за этого. Вместо этого я должен благодарить их за то, что они пришли проводить меня после того, как я был отвергнут их учителем и изгнан из нашей школы. На самом деле никто из моих знакомых не пришел проводить меня.

Но сколько бы я ни твердил себе это, руки мои не переставали дрожать. Слезы, которые текли из моих глаз, тоже не останавливались.

Когда - нибудь я вернусь. Я получу силу, необходимую для борьбы на этом острове, и обязательно вернусь.

Я повторял это снова и снова, бормоча про себя эти слова. К тем двоим, что бросили меня, к младшему брату, который прогнал меня, к тому, кто порвал со мной, и больше, чем кто - либо другой, к моему отцу, которому было все равно.

Я повторял эти слова вечно.

Пять Лет Спустя

「АХ...АХХХХХХХХ! АХХХ, АРГХХХХХХХ!」

В этот день в темном лесу я отчаянно шевелил ногами, борясь за свою драгоценную жизнь и хватаясь за правую руку, которая вот-вот должна была оторваться.

Из-за ужасно сильной боли, исходящей от раны, я чувствовал, что могу потерять сознание в любой момент.

Но если я упаду здесь в обморок, то точно умру будучи убитым.

Чтобы сохранить последние крупицы сознания, мне пришлось кричать.

「Черт! Откуда? Откуда в этом месте появился Повелитель мух?!」

За мной гнался огромный монстр около трех метров ростом. Это был монстр, называемый Повелителем мух.

С одной стороны, его нельзя сравнивать с драконами, гигантами или демонами. Но, тем не менее, как только такой монстр был обнаружен, то сразу получит класс Бедствие, и чтобы разобраться с ним, будет отправлена целая команда рыцарей.

Это существо не то, с чем может справиться авантюрист 10 - низшего ранга.

Кровь, пот, слезы, сопли и моча. Все эти жидкости выходили из моего тела из-за страха.

Наверняка я выгляжу ужасно. Но даже так, я не могу и словами описать весь тот страх, который я испытываю, убегая от Повелителя мух, чье тело было как небольшой холм.

Страх смерти разрушил все мое самообладание. Плача, как ребенок, я мог только бежать и бежать.

Так не должно было быть.

Я двигал ногами изо всех сил, пока думал.

Пять лет назад, после изгнания с родного острова, я стал авантюристом.

Как авантюрист, я должен был охотиться на монстров, защищая людей и делая себе имя, после чего смог бы получить признание отца.

Поначалу я думал, что став сильнее, смогу сражаться даже с чем-то вроде Повелителя мух при помощи стиля фантомного клинка.

Однако, оказалось, что реальность отличается от моих ожиданий.

- Нет, нынешняя ситуация была в несколько раз хуже.

「Эта сука! Эта сука использовала меня как приманку !! 」

Чувство, отличное от страха, который я испытывал перед монстром, вырвалось из глубин моего горла.

Моя правая рука была разорвана, но не из-за нападения преследующего меня монстра, а из-за человеческой магии.

Тот, кто ударил меня заклинанием «Лезвия ветра», уже давно исчез.

Я действительно думал, что когда-нибудь смогу встретить свою смерть сражаясь с монстрами.

Но я и представить себе не мог, что меня вот так бросят и убьют.

Я решил стать авантюристом, чтобы однажды отец признал меня, но это была не единственная причина.

Это было потому, что я хотел следовать пути фантомного клинка, спасая мир и становясь мечом, который защищает других. Я думал, что быть авантюристом будет самой подходящей работой для этого. Вот почему я постучал в двери гильдии авантюристов.

Я хотел сделать добро миру. Я хотел быть человеком, который защищает других. С этими мыслями я стал искателем приключений.

И это результат в итоге?

Это уже слишком. Это слишком жестоко.

Пока я рыдал, то услышал звук вибрирующего воздуха сзади.

Когда я повернулся, то увидел Повелителя мух и его четыре яростно хлопающих крыла на спине. Похоже, он был раздражен тем, что все это время гонялся за своей добычей по лесу.

Никто бы не подумал, что монстр с телом такого размера может летать лишь с четырьмя крыльями, но он определенно с легкостью летел в сторону Соры.

В ясном, пустом небе монстр бросился на него, как пушечное ядро.

Когда он подумал, что ему нужно увернуться, было уже слишком поздно.

Был громкий взрыв, ведь удар произошел с близкого расстояния.

От толчка его отбросило в сторону, и тело повисло в воздухе, как кусок мусора.

Он больше не чувствовал ни страха, ни боли. Он чувствовал лишь легкое парение, сопровождаемое ужасным чувством одиночества, которое, казалось, длилось целую вечность.

Это чувство продолжалось до тех пор, пока он не упал на землю.

「АХХХХХХХХХ?!」

Отключившись на мгновение, его тело охватила невероятно сильная боль.

Он корчился среди мокрой лесной почвы, как сумасшедший.

Сколько еще боли будет? Как долго все будет болеть?

Когда я пришел в себя, у меня во рту было много почвы.

「...Аргхххх! Блуаххх! Блргххх!! Агхххх!」

Я выплюнул грязь и попытался встать.

Тем не менее, я потерял равновесие от покалывающей боли в правой руке и упал обратно.

В конце концов я упал в землю, которую только что выплюнул.

Затем я почувствовал липкое, неприятное ощущение на щеках, когда почувствовал запах собственной слюны в носу.

「АХХХХХХ! Что это за хрень? Почемууу? Чeрт!」

Сколько еще раз это повторится? Я ругался не обращая внимания на то, что происходило вокруг меня.

В этот момент я оглянулся почувствовав холодок за спиной.

... Повелитель мух был на удивительно близком расстоянии от меня. Я не знал его намерений, когда он уставился на меня своими глазами насекомого.

Я был в ужасе всем сердцем.

И тут меня осенило. Этот монстр не только преследует свою добычу, но и играет с ней. Если бы он хотел убить меня с самого начала, я бы давно превратился в фарш.

Повелитель мух не сделал этого, потому что он ждал, когда его добыча ослабнет.

Внезапно я вспомнил информацию, которую я читал в прошлом, об особенностях этого монстра.

Повелитель мух любит ловить людей и крупных зверей и нести их в свое гнездо, чтобы скормить их своим личинкам.

Причина, по которой этот монстр классифицируется как монстр класса бедствие, заключается в их феноменальной скорости размножения.

Когда взрослый Повелитель мух остается один, он производит бесчисленное количество личинок и разрушает экосистему этой области в мгновение ока.

Экосистема, о которой идет речь, включает и людей. Я помню, в прошлом был случай, когда страна была уничтожена таким монстром.

Если меня вот так поймает Повелитель мух, я увижу будущее, в котором меня съедят его личинки.

「Уууууугхх...!」

Я хочу уйти... но мои ноги не слушают меня, видя как монстр смотрит на меня с такого близкого расстояния.

Я как лягушка, на которую смотрит змея.

Похоже, монстр решил, что я достаточно ослаб, поскольку приблизился ко мне.

*Хииииии!!* - Я начал визжать.

В следующий момент Повелитель мух ткнул меня в бок острым хвостом.

Мои глаза закатились, и я свалился с ног.

- Как ... как все так вышло?

Этот вопрос пришел мне в голову как раз перед тем, как я потерял сознание.

「Авантюрист десятого ранга, Сора-сама. Мне жаль, но ваша квалификация как авантюриста будет отменена сегодня」

「....А?」

За три дня до нападения Повелителя мух.

Без малейшей жалости мне сказали, что я уволен из Гильдии Авантюристов.

У меня инстинктивно отвисла челюсть.

Я не мог понять, что сейчас произошло.

「 ...Вы наверное шутите, верно?..」

「Нет. Это официальное уведомление, одобренное гильдмастером. Держите - ваше письмо-уведомление」

Я схватил дрожащими руками единственный документ, который администратор вежливо протянула мне.

Там определенно говорилось, что авантюрист десятого ранга Сора был исключен из Гильдии. И там также была печать мастера гильдии.

Я почувствовал острую боль в сердце, когда подтвердил это.

Как это могло случиться? Я спрашивал себя об этом.

Почему меня вдруг исключили из Гильдии авантюристов?

Я только что закончил свой ежедневный квест по сбору трав и просто сдавал их.

У Гильдии не было причин быть такими скупыми из-за того, что я не указал точную сумму.

В последнее время я не совершал никаких фатальных ошибок ни в каких других квестах. Тем более, за последние несколько месяцев я только и делал, что собирал травы.

И все же, почему меня выгнали?

Я был в ярости на администратора передо мной, когда я продолжал думать об этом.

То, как она говорила, было вежливо, но глаза этой секретарши с заплетенными в косы волосами были слишком холодными, когда она смотрела на меня. Это напомнило мне о том, как отец смотрел на меня, точно так же, как на на камни или сорняки.

Я состою в гильдии уже пять лет, и я все еще был на самом низком ранге - авантюрист десятого ранга, поэтому на меня многие смотрели свысока.

Тем не менее, было бы слишком странно, если бы мою квалификацию авантюриста отменили только из-за этого.

Я открыл рот, собираясь сказать ей, чтобы она перестала на меня так смотреть.

「...Н-но не может ли быть какая-то ошибка?」

Но то, что я произнес, было настолько вежливыми словами, что меня тошнило.

Молодая администраторша, которой не было и двадцати, вздохнула. Отвращение, которое она испытывала от необходимости тратить больше времени, чтобы разобраться со мной, теперь отражалось на ее лице.

「Тут нет никакой ошибки. В правилах гильдии сказано, что авантюристы, не получившие повышения с десятого ранга за три года, потеряют квалификацию. Сора-сама, с тех пор как вас понизили в должности три года назад, вы все время оставались на десятом ранге, верно?」

「...Ох, это так... я не знал об этом. Если вы знали об этом, то могли бы предупредить меня заранее...」

「Опять же, то, что я вам говорю, четко прописано в правилах гильдии. Это ваша вина, если вы не знали об этом. Гильдия не обязана предупреждать вас об этом.」

Администратор посмотрела мне в глаза и ответила:

Под таким сердитым взглядом я инстинктивно попятился.

「Город Ишка предоставил авантюристам так много привилегий лишь потому, что город нуждается в их силе, чтобы защитить его от постоянной угрозы со стороны монстров. Независимо от того, авантюрист или персонал гильдии, пока человек принадлежит к этой гильдии, то должен всегда помнить о том, что он обязан работать для города Ишка」

「Это… ну, я знал это…」

Я не лгал. Я приехал в этот город, потому что слышал об этом.

Я приехал сюда, чтобы защитить этот город и приживающих в нем людей от монстров. Я думал, что могу даже стать известным благодаря этому.

Я поклялся себе, о том, что то, чего я не мог сделать на острове, я сделаю в этом городе.

... Но теперь эта клятва была дальше, чем Луна, плывущая по небу.

Администратор гильдии, услышавшая мои слова, окинула меня холодным взглядом.

「Хотя вы и знаете об этом, за три года вы не поднялись ни на один ранг. Тем более, подняться на девятый ранг совсем не сложно. Разве вы не должны знать об этом лучше, чем кто-либо, так как вы были на девятом ранге пять лет назад?」

「Вы правы... но.... Это требует немного денег.…」

「Комиссия за сдачу экзамена девятого ранга составляет одну серебряную монету. Вы говорите мне, что не могли достать даже одну серебряную монету за три года? При этом, вы пользовались всеми особыми привилегиями, предоставленными авантюристам? Привилегии предоставляются только тем, кто выполняет свои обязанности. Даже ребенок знает это.」

「Угхх....」

「В любом случае, правила есть правила. Наказание останется в силе. Более того, после разговора с вами, Сора-сама, мне кажется, что последние три года вы пренебрегали своим долгом авантюриста.」

Из уст администратора вылилось множество звуков.

Я не мог придумать никаких ответов и мог только бессмысленно открывать и закрывать рот.

Наверное, увидев, как я себя веду, администратор решила, что дальше продолжать нет смысла, и продолжила нейтральным тоном:

「Это ваша награда за сегодняшний квест. Я желаю вам удачи в будущем - следующий человек в очереди, пожалуйста 」

「Подождите—」

Я собирался насильно прервать ее и сказать ей подождать минуту.

Но администратор больше не смотрела на меня.

Авантюристы, стоявшие в очереди, не сводили с меня глаз, словно приказывая поторопиться и закончить.

Это были глаза людей с рангами и уровнями, которые были выше меня. От их опасных взглядов у меня начинали дрожать ноги.

Когда на моем лице появилась фальшивая улыбка, мне стало обидно всем сердцем.

Эта улыбка была как пердеж скунса в качестве его последней защиты.

Я подумывал о том, чтобы наговорить гадостей администратору ... но, поразмыслив, понял, что эта молодая и симпатичная администраторша была довольно популярна среди авантюристов.

Если бы я собирался на нее ругаться, не было бы ничего удивительного, если бы другие авантюристы кинулись на меня.

В конце концов, я мог только уйти от администратора, чувствуя себя подавленным.

Обычно, после того, как я закончил квест, я бы пошел в паб гильдии, чтобы заказать кружку пива, но сейчас у меня нет настроения для этого.

Но кроме этого–

「Они даже не вернули мне доказательства членства в гильдии? ..  Серьезно?」

Серебряная печать, которую ты должен сдать вместе с квестом - они не вернули ее мне.

Проще говоря, без этой печати вы не получите скидок авантюриста.

Город Ишка, также называемый Городом Свободы или Городом Авантюристов, всегда находился под угрозой монстров.

Естественно, рыцари и солдаты, которые служат стране, также защищают город, но поскольку большая часть их боевого потенциала полагалась на авантюристов, политика предоставления авантюристам привилегий была реализована.

Все было так, как и сказала администратор.

Преимущества авантюриста варьировались от скидок на оружие и инструменты, до таких вещей, как ежедневные расходы в гостиницах. Если у вас нет доказательств принадлежности к гильдии, ваши расходы на проживание примерно на тридцать процентов выше.

Доказательство гильдии обычно представляется, когда вы сдаете свой квест, а затем возвращается вам с вашими наградами.

Тот факт, что мне его так и не вернули, показывает, что это была не шутка или какое-то домогательство со стороны администратора, это была реальность.

В это время до меня наконец-то начал доходить тот факт, что меня исключили из Гильдии. Моя спина тряслась, хотя я и не осознавал этого.

Если у меня не будет работы, у меня не будет никакого дохода. Сбережений у меня тоже было немного.

До сих пор мои расходы на проживание были урезаны из-за использования паба гильдии и скидок авантюристов в гостиницах.

Я и так едва сводил концы с концами в своей повседневной жизни, а теперь, возможно, не смогу поддерживать нормальную жизнь с завтрашнего дня.

Я вышел из Гильдии авантюристов в оцепенении.

Это была организация, к которой я принадлежал последние пять лет. Хотя это был мой последний день здесь, никто не будет искать меня, и скучать по мне.

Как и пять лет назад.

Я даже не заметил, как горький смех вырвался из моего рта.

Все, что я мог сделать, это смеяться ... это было все, что я мог сделать.

На следующий день после того, как меня исключили из Гильдии.

Комната, в которой я проснулся, была комнатой внутри дешевой гостиницы, которая стоила две медных за одну ночь и без еды.

В этом узком здании комнаты были расположены таким образом, что они были принудительно разделены тонкими деревянными досками...но у них не было дверей, и вы можете легко заглянуть в комнаты других людей из коридора.

Он построен таким образом, что, создавал лишь видимость защиты от возможных преступлений.

И естественно, что вы сможете услышать почти все, что происходит в соседних комнатах.

Я не мог хорошо спать из-за храпа, доносившегося из соседней комнаты справа, и похотливого голоса проститутки, доносившегося из комнаты слева.

Единственное спасение, которое у меня было, это то, что пришла весна.

Я бы замерз в этой ужасной комнате, если бы все еще была зима.

Я продолжал невольно хмуриться из-за неприятного способа пробуждения.

Излишне говорить, что я переехал сюда не потому, что хотел.

До вчерашнего вечера я жил в гостинице гильдии, где обычно останавливался. Это было маленькое, но чистое и уютное место, которым управлял честный владелец и его оживленная дочь.

Когда меня исключили из гильдии, я спросил владельца гостиницы, может ли он подождать до следующего месяца, чтобы забрать мою арендную плату.

Я жил в этой гостинице уже несколько лет, и они никогда не показывали мне раздраженного лица, когда я платил по счетам.

Вот почему я подумал, что на этот раз все будет хорошо ... но ...

「У меня нет места для того, кто не авантюрист!!」

Меня вышвырнули из комнаты с кулаком, приветствующим меня.

Хозяин уже узнал о моем исключении из гильдии. Вероятно, с ним связалась гильдия.

Дочь трактирщика, которая общалась со мной до вчерашнего дня, говорила со мной с выражением, которое говорило: "Слава богу, он наконец-то уйдет", когда она сказала:

「Большое спасибо за ваше покровительство по сей день!  В следующий раз, когда вы приедете, пожалуйста, не скупитесь на чаевые!」

Видимо, я был единственным, кто чувствовал себя уютно, живя здесь. С другой стороны, я был всего лишь скупым клиентом с привычкой платить по счетам и не давать чаевых.

Я давно пользуюсь их услугами, так как они мне нравились как люди, но, похоже, я был просто шутом для них.

Я знаю, что, возможно, ошибаюсь.

Но даже если так, почему все смотрят на меня, как на кусок дерьма?

Я вспомнил, как на меня смотрели администратор гильдии и дочь трактирщика.

На этот раз мне захотелось ударить кулаком по стене в приступе гнева – я собирался это сделать, но быстро остановил руку. Была вероятность, что я сломаю эти тонкие стены, если ударю по ним.

Если это случится, мне придется заплатить за ремонт в десять раз больше, чем за ночлег в гостинице.

Было бы глупо с моей стороны уменьшать те небольшие деньги, которые у меня остались.

「..Дальше будет лишь труднее」

Я посчитал, сколько денег у меня осталось.

Сложив всю медь, что у меня была, её хватило бы примерно на месяц еды.

Однако это только в том случае, если я буду есть самую дешевую еду в самой дешевой гостинице. Хотя я не был обеспокоен голодом завтрашнего дня, была острая необходимость улучшить текущую ситуацию.

Если я не буду придирчив, то могу заняться такими делами, как очистка сточных вод, опасные строительные работы для стен замка и многие другие подобные работы ... но я не хочу делать такую работу.

Я никогда не стану сильным, если буду слишком озабочен зарабатыванием на жизнь. Я не приму этого.

Вот так. Не похоже, что есть правило, согласно которому я не могу охотиться на монстров или помогать людям, даже если я не часть гильдии авантюристов.

Если бы я продолжал собирать травы каждый день, я мог бы продавать их напрямую фармацевту или прямо в магазин, не проходя через гильдию.

Если я не пройду через гильдию, меня легко обманут при продаже, но это все же лучше, чем чистить канавы или канализацию.

Как правило, действия, не проходящие через гильдию, совершаются людьми, которых называют “бродячими авантюристами" - они в значительной степени рассматриваются как то же самое, что бандиты и бродяги.

Я знаю это, но для меня это не имеет значения. Звучит весело, чтобы сделать себе имя в качестве бродячего авантюриста. Администратор гильдии и дочь трактирщика наверняка пожалеют, что так обошлись со мной после того, как я это сделаю.

Когда я думал об этом, то чувствовал себя намного лучше, вспоминая о моем исключении из Гильдии, потому что это было все равно что снять ошейник.

В любом случае, отношения с гильдией были плохими.

Я знаю, что другие авантюристы и администраторы называли меня “паразитом” за моей спиной.

Давайте подумаем об этом как о хорошей возможности дистанцироваться от других авантюристов и гильдии.

Я пытался убедить себя в этом.

Но когда я попытался это сделать ... я вздохнул.

У меня не было выбора, кроме как заставить себя осознать собственную попытку уйти от реальности.

Не то чтобы я не нес ответственности за то, что меня называют паразитом.

『『 Отображение Уровня 』』

Это заклинание, чтобы показать свой собственный уровень.

Числовое значение 『1』, отображаемое как обычно, не изменилось.

Сколько бы я ни тренировался, сколько бы учебных боев я пережил, я никогда не повышался.

Глядя на никогда не меняющееся число, как будто оно было проклято, мое выражение естественным образом изменилось до горького.

◆◆◆

Уровень - величайший талант человека. Ваш уровень более или менее пропорционален тому, насколько вы сильны.

Вы можете предположить, что уровень один имеет значение силы десять, уровень два имеет двадцать, а уровень три имеет тридцать и так далее.

Конечно, авантюрист, который не может подняться выше первого уровня, будет только мешать другим людям.

У меня были товарищи-авантюристы в прошлом, с которыми мне пришлось расстаться из-за наших различий в уровне, поэтому я знаю…

Грубо говоря, меня выгнали из команды.

Точно так же, как меня оставили мой младший брат и невеста на моем родном острове, меня оставили и мои товарищи здесь.

У разных людей были разные мнения о том, как повыситься, но, если исходить из мнений тех, кто всегда сражается, самым важным элементом нивелирования было «всегда сражаться с теми, кто был сильнее вас».

Вы никогда не будете повышаться, даже если вы убили сто монстров, которых вы можете с легкостью убить.

Другими словами, у слабых людей много возможностей для повышения.

Людям первого уровня было бы намного быстрее повыситься, чем людям с более высоким уровнем.

Хотя так и должно было быть, я не мог поднять свой уровень, даже когда я жил на острове или когда я жил здесь, в этом городе.

Хотя это звучит странно, независимо от того, кому вы это говорите, на самом деле есть теория, которая может объяснить это явление.

Предел Таланта.

Это предел человеческих возможностей. Святой мечник, запечатавший Демонического Бога триста лет назад, сумел подняться до 99 уровня, но, похоже, он не смог подняться выше.

Если есть предел даже для Святого мечника, не было бы причины, по которой не было бы и предела для других людей. И точно так же, как у разных людей разные мнения о том, как повышаться, для разных людей тоже будет разный предел.

...Если это правда, то не было бы странно, если бы предел некоторых людей был уровнем 1.

◆◆◆

Наличие тела, которое не может повышаться из-за предела таланта, имеет то же значение, что и безнадежное.

Но у меня все еще была надежда.

Теория ограничения талантов еще не доказана.

Прямо сейчас есть магия, с которой вы можете проверить свой текущий уровень. Кажется, что заклинатель более высокого уровня сможет увидеть больше информации с помощью этих заклинаний. И даже в этом случае существование "предела талантов" все еще не подтверждено.

Никто еще не знает наверняка, была ли причина, по которой я не мог повышаться, в том, что был предел или из-за недостаточной ценности опыта или чего-то еще.

На острове, те, кто не закончил церемонию, не допускаются к участию в реальных сражениях.

Вот почему в то время я верил, что если стану авантюристом и наберусь настоящего боевого опыта, то, наконец, смогу подняться на уровень выше.

Однако реальность была безжалостной.

Сколько бы монстров я ни уничтожил, сколько бы бандитов ни убил, мой уровень не повышался.

Хотя я и мои бывшие товарищи сражались с одними и теми же врагами, выполняли одни и те же квесты, ели одну и ту же еду, в то время только их уровень неуклонно повышался.

Единственное, что изменилось для меня, это пропасть, которая начала формироваться между нами.

Поскольку значение вашего уровня было важной личной информацией, даже между мной и моими спутниками, я не мог легко открыть их. Однако мои бывшие компаньоны были честными людьми, и они показали свои уровни друг другу.

Когда это происходит, тот, кто не хочет показывать свой уровень, естественно, выделяется.

Меня преследовал тот факт, что они станут подозревать меня если подобное продолжится, поэтому я выбрал день и доверился своим членам группы.

У меня были хорошие личные отношения с членами группы, и я даже мог назвать лидера группы другом.

Вот почему я ожидал, что они, возможно, проявят ко мне некоторое понимание.

… Но то, что вернулось ко мне, было только болезненной клеветой. Меня назвали мошенником перед всеми, и выгнали из группы.

После этого все остальные авантюристы смотрели на меня с презрением и называли “паразитом”. Слухи наверняка пошли от моих первоначальных товарищей.

Действия низкоуровневых авантюристов, скрывающих свой уровень, чтобы смешаться с партией высокого уровня, называлось "паразитизмом" и осуждалось. В случаях, совершенных со злым умыслом, это преступление карается Гильдией.

Я не был наказан в то время, но все окружающие, смотрели на меня как на преступника.

Из-за печально известной новости о том, что я паразит первого уровня, люди, скорее всего, подумали, что я, возможно, также достиг предела своих талантов.

Это было около четырех с половиной лет назад.

С тех пор я действовал только один. Ни одна из сторон не хотела брать “паразита” 1-го уровня в свою команду.

Но был предел тому, какие задания я могу выполнять в одиночку.

И те немногие задания вознаграждались только медью.

Я больше не мог позволить себе оружие или инструменты, которые мне были нужны. И так, я мог выполнять все меньше и меньше квестов.

Затем, три года назад, я понизил свой ранг с девятого до десятого, чтобы уменьшить комиссионные, которые я должен платить гильдии.

Поэтому для меня, кто был авантюристом девятого ранга в течение полутора лет до этого момента, было легче спуститься в десятый ранг, чтобы попасть в группу с авантюристами десятого ранга, чем в девятый. Это было то, что я должен был сделать из-за обстоятельств в то время.

Это были нелегкие три года, которые я провел, бездельничая.

Если бы Вы были понижены до десятого ранга, диапазон квестов, которые вы могли бы взять, также сузился бы, но так как квесты, которые я могу выполнять как «соло», были в основном десятыми, я не думал, что это была проблема.

После этого у меня не было ни сил, ни денег, чтобы снова подняться на девятый ранг. Потом пришло вчера, и меня исключили из гильдии.

Такова была моя жизнь последние несколько лет.

- С-скажи, ты хотел бы присоединиться к нашей команде?"

Через месяц после того, как я стал авантюристом в городе Ишка, я услышал такие заманчивые слова.

Слова исходили от мальчика по имени Ларс, который был того же возраста, что и я. Устав от бедной сельской жизни, он решил стать авантюристом ради богатства и славы.

Это была обычная причина, и он казался человеком с открытым сердцем с этой улыбкой. Он был из тех людей, с которыми мне нравилось быть рядом.

- Эй! Это немного грубо обращаться к человеку, которого встретил в первый раз, на Ты!” (п.п: сказала девушка №1)

Девушку, которая сказала это Ларсу, звали Иля. Она была подругой детства Ларса и воином-жрецом, научившись бороться и исцелять магией у своей матери.

Богатство и слава были для нее на втором месте. Больше всего она хотела быть с Ларсом, который внезапно решил покинуть их деревню.

Решительный взгляд в ее глазах и ее длинный хвостик немного напомнили мне мою бывшую невесту.

- Если ты говоришь о грубости, то не будет ли более грубым внезапно начать ругаться перед человеком, которого мы пытаемся пригласить в нашу группу?” (п.п: сказала девушка №2)

Остроконечная шляпа и посох. Я был ошеломлен тем, что эта маленькая девочка действительно была похожа на мага.

У нее были темно-рыжие волосы, и звали ее Мирослава.

Она выглядела так, словно из богатой семьи, поскольку платье, которое она носила, было сделано из шелка, а в верхней части ее посоха был огромный магический камень. Другие аксессуары, которые она носила, такие как серьги и браслеты, тоже казались дорогими.

- Успокойтесь все. Вы его беспокоите, понимаете?” (п.п: сказала девушка №3)

Той, кто сказал это трем, кто давил на меня своими словами, была девушка с длинными ушами по имени Лунамария.

Эта девушка была эльфом.

Она была охотницей, которая могла использовать духов и обладала интелектом достаточным, чтобы стать мудрецом.

Пять лет назад Ларсу и Иле было тринадцать, а Мирославе четырнадцать. В компании, состоящей из таких молодых людей, эльфийская девушка была столпом их группы, но на вопросы о её возрасте она всегда отвечала:

- Мой возраст-секрет, хе-хе"

Их группа называлась 『Соколиный меч』.

Группа G - ранга.

Другими словами, это была недавно сформированная группа, которая искала ещё одного участника, который мог бы сыграть роль их авангарда.

Честно говоря, сначала я хотел им отказать.

Хотя меня порадовало то, что меня пригласили, меня по-прежнему преследовали воспоминания о том, как моя бывшая невеста бросила меня, поэтому у меня было чувство, которое было близко к страху, когда дело доходило до тесного взаимодействия с людьми.

Но Ларс с энтузиазмом настаивал на своем приглашении.

- Все будет хорошо! Когда я был на тренировочной площадке гильдии, то видел, как ты тренируешься с мечом! Ты занимался несколько часов без перерыва, и я подумал, что ты очень натренирован!”

Ларс так на меня давил, что в конце концов я сдался.

Хоть, я так об этом говорю, но я был действительно рад, услышав его комплименты.

Я действительно весело проводил время с ними в приключениях.

Но это веселье длилось всего полгода.

Как я уже упоминал, меня выгнали с той группы.

Мирослава назвала меня мошенником, а Иля осудила меня резкими словами.

Ларс молчал, но он не мог скрыть разочарования, которое появилось на его лице.

Только Лунамария (п.п: эльф) не осуждала меня, но сочувствие и жалость, исходившие от нее, ранили меня гораздо глубже, чем действия тех троих.

После этого 『Соколиный меч』 на некоторое время не развивался, прежде чем снова продолжить подниматься в ранге. И теперь, они достигли С - ранга спустя пять лет.

Мои компаньоны ... они зарекомендовали себя как первоклассные авантюристы.

Их база была в одном с гильдией городе, так что иногда я натыкался на них...

◆◆◆

「Ты... что ты делаешь в таком месте?」

Через три дня после того, как меня исключили из Гильдии.

Пока я собирал травы, как обычно, в лесу Фетиды, сзади раздался неожиданный голос:

Это был голос, наполненный отвращением и презрением.

Когда я оглянулся назад, это был именно тот, о ком я думал.

Я инстинктивно нахмурился, когда женщина заговорила со мной, положив руку на бедро.

「--Хмпф. Почему ты на меня так смотришь? Почему бы тебе не сказать то, что хочешь сказать? Я с удовольствием выслушаю то, что скажет паразит, достигший предела и обманывавший нас в течении полугода 」

Держа посох и надев остроконечную шляпу, девушка была как настоящий маг.

Волосы у нее были рыжие, как пламя, и она смотрела на меня своими топазовыми глазами.

Она была магом 『Соколиного меча』 - Мирослава.

Девушка, которая была обеспокоена веснушками на лице в прошлом, теперь стала такой красивой спустя пять лет.

Тем не менее, каким бы красивым ни был человек, вы не почувствуете влечения к нему, когда он открыто говорит о вас так.

Пока я думал об этом, Мирослава усмехнулась.

「Значит, ты ничего не скажешь? Так и думала. Ведь все, что я сказала, было правдой.–」

Когда Мирослава собиралась продолжать оскорблять меня, ее прервал голос:

「Мира, оставь его.」

Это был Ларс, который оборвал ее на полуслове.

Он был лидером группы С-ранга 『Соколиного меча』. Гений, который добрался до авантюриста  шестого ранга в 18 лет.

Он был известным начинающим авантюристом, достигшим такой известности до 20 лет, на что обычным авантюристам потребовалось бы более десяти лет, за последние пять лет.

...Хотя мы стали авантюристами в одном возрасте и в одно и то же время, между нами возник большой разрыв, прежде чем я это осознал.

Ларс взглянул на меня. У него больше не было той улыбки, которую он когда-то имел на лице, когда его губы двигались.

「Сора, так тебя исключили из Гильдии?」

「…Да…」

「Ты все еще на том же уровне, что и раньше? Я предполагаю, что ты хочешь продолжать быть авантюристом, раз ты здесь ... но я думаю, что ты должен просто остановиться.」

「...Спасибо за совет」

Я ответил ему саркастическим тоном, не обращая внимания на его советы.

Затем черноволосая красавица, стоявшая рядом с Ларсом, нахмурилась и открыла рот.

「Что за отношение! Ларс из кожи вон лез, чтобы дать тебе совет, и такова твоя благодарность?!」

Это была Иля, которая была одета в белое платье. Изначально она была очень красивой девушкой. Как и Мирослава, она выросла на удивление красивой за последние пять лет.

Она все еще была по уши влюблена в Ларса, как и пять лет назад.

「..Мне жаль」

「...* Чи* ... Как всегда, ты по-прежнему человек без позвоночника. Я думала, что ты стал хоть немного лучше с нашей последней встречи.」

「Все в порядке, Иля. Этот парень больше не имеет к нам никакого отношения. Это будет его вина, если он умрет, не послушав моего совета.」

「Ларс прав. Давай оставим этого парня в покое и быстро войдем в лес. Может быть, мне кажется, но это место воняет так, словно здесь есть бродяга, который не мылся три дня.」

「Подожди-ка, Мира, ведь это ты начала разговаривать с ним с самого начала!」

Сказав все, что хотели, они исчезли в лесу.

Со мной осталась только эльфийка Лунамария.

「Приятно видеть тебя здоровым, Сора-сан」

Она слегка склонила голову, приветствуя меня. Нежная улыбка на ее лице не изменилось даже спустя пять лет.

Лунамария была не только исключительной личностью в своей эльфийской деревне, но и столпом их группы. Временами, когда Иля и Мирослава ссорились из-за Ларса, она часто играла роль их посредника, иногда была мягкой, иногда грубой с ними.

Когда я был в их группе, я был искренне привязан к ней.

Однако я заметил, что она смотрит на Ларса так же, как и две другие девушки, поэтому я тщательно скрыл те чувства, которые испытывал к ней.

Но я все еще был очень благодарен ей за ее неизменное отношение ко мне, даже после того, как она узнала, что я стал обузой для группы, потому что не мог повышаться.

Однако те чувства, которые у меня были к ней, давно прошли.

Это было из-за разговора, который я случайно услышал в баре после того, как меня выгнали из группы.

Первым, кто начал обращаться ко мне со страшным термином “паразит”, была эта эльфийка.

Я повернулся спиной к Лунамарии, как будто не хотел больше говорить после короткого ответа:

「Взаимно」

Я чувствовал, что она была в замешательстве, но мне было все равно.

Мне не нужен был разговор из сочувствия и чувства долга. Перестань беспокоиться об этом "паразите" и поспеши к Ларсу, который тебе нравится – так я думал.

Однако, казалось, что она не поняла моих намерений, так как ее дрожащий голос зазвенел позади меня, как колокол.

「Многие люди пропали в лесу Фетиды в последние пару дней. Пожалуйста, будь осторожен, Сора-Сан. …」

「...Пропали?」

Я инстинктивно оглянулся на нее от неожиданного содержания в ее словах.

Затем Лунамария кивнула с легким облегчением.

Лес Фетиды достаточно велик, чтобы вместить целую страну, плюс ходят слухи, что мифические существа живут в глубине леса.

Для такого места, не было странным для авантюристов не возвращаться после входа.

Однако даже после размышления об этом, количество людей, пропавших без вести за последние пару дней, было слишком ненормальным.

Более того, среди людей, пропавших без вести, была группа, которая также была C-ранга, как 『Соколиный меч』, поэтому Гильдия решила отправить несколько высокоранговых групп для расследования причины.

И их отряд был одним из тех, кто должен был выполнить эту работу.

「Лес сейчас опасен, поэтому, пожалуйста, будь осторожен」 - предупредила меня Лунамария.

... Честно говоря, я хотел сказать ей, что ее предупреждение неуместно, но это было бы слишком глупо с моей стороны.

Вот почему я решил поблагодарить ее в ответ.

「…Понял. Спасибо за предупреждение」

「Не за что. А теперь мне пора идти.」

Сказав это, Лунамария погналась за своими спутниками и исчезла в глубине леса.

Я почувствовал облегчение, когда нежеланная встреча с моими бывшими товарищами наконец закончилась и я смог возобновить сбор трав.

Несмотря на то, что я был немного обеспокоен пропавшими людьми, о которых мне рассказала Лунамария, я подумал, что это не имеет значения, ведь я не собираюсь углубляться в лес.

Но, если из-за этого случая число авантюристов, приходящих в лес, начнет уменьшаться, не поднимутся ли цены на травы? Эта мысль промелькнула у меня в голове, а все остальное меня не касалось.

В то время я не ожидал, что Повелитель мух, на которого напали Ларс и остальные, прилетит ко мне.

Не думал я и о том, что Мирослава нападет на меня, чтобы отвлечь внимание монстра от раненого Ларса.

Я всегда ненавидел имя Сора.

Каждый раз, когда кто-то произносил мое имя, Сора, мне казалось, что они называли меня пустышкой.

Нет, однажды меня действительно так назвали.

Это было в то время, когда я проиграл своему младшему брату Рагуну в додзё.

(п.п: Додзё "яп. 道場 до:дзё:, «место, где ищут путь»" — это помещение для занятий боевыми искусствами; «место, где постигается Путь» )

Я был бы в порядке, если бы только он сказал мне что-то подобное, но это были и все остальные ученики того же возраста.

- Этот парень... вместо Соры тебя следует называть Карой. В тебе ничего нет.”

(Это каламбур. 空 = Сора (что означает= небо). Произносится как Кара в 空っぽ (караппо). 空っぽ означает пустышка)

(п.п: в Японском оба слова похожи по произношению)

- Жаль, что наследником вместо Рагуна стал этот слабак, который как пустышка. Как бы я об этом ни думал, Рагун будет более подходящим наследником.”

Нам было семь лет в то время.

Тогда-то и стала ясна разница между мной, Аякой, Рагуном и всеми остальными учениками, и все вокруг, особенно отец - стали смотреть на меня с холодом в глазах.

Я пошел к матери и упрекнул ее: "почему ты дала мне это имя?!”.

Это было не что иное, как вымещение злости на ней, но она мне ничего не ответила.

Все, что она сделала, это нежно обняла меня - своего жалкого сына, а затем вывела во двор.

Моя мать всегда была больна.

Ее тело было слабым всю ее жизнь, но это стало еще более очевидным после того, как она родила меня и провела большую часть своих дней в постели.

Ее комната, особняк и двор. Это был весь мир моей матери.

Может быть, из-за этого ей действительно нравилось смотреть в небо.

Ей нравилось солнечное небо.

Ей нравилось облачное небо.

Ей нравилось небо, когда вставало солнце, ей нравилось небо, когда садилось солнце.

Ей нравилось небо в дождливые дни...хотя она шутила, что немного его не любит, потому что не может ходить по двору, когда идет дождь. Тем не менее, я понял, что ей нравится видеть дождливые облака, просто глядя на ее лицо.

Независимо от того, где и когда, небо всегда было рядом, и когда она смотрела вверх, оно показывало ей все свои причудные формы.

Даже люди, которые были важны для нее, все будут смотреть на то же небо, что и она. Все они были под одним небом - она сказала мне, что когда она думает об этом, то не чувствует себя одинокой.

Поскольку она так любила смотреть на небо, она сказала мне, что первое имя, которое она придумала, когда я родился, было Сора.

- Я хотела, чтобы ты вырос великодушным человеком с сердцем, огромным, как небо”, - таково было её желание.

- И знаешь что, Сора?”

Моя мама улыбнулась, когда окликнула меня, ее непослушного сына, который все еще плакал, хотя и слушал ее историю.

- Нет ничего плохого в том, что тебе говорят, будто ты пустышка. Если ты пуст, то можешь стать кем угодно. Ведь ты можешь наполнить себя многими вещами и стать тем, кем хочешь быть. Независимо от того, какой путь ты выберешь, как твоя мать, я всегда буду желать тебе лучшего.”

◆◆◆

「...Ха-ха, это то, что называется последним приятным воспоминанием о жизни перед смертью?」

Внутри гнезда Повелителя мух. Я слабо улыбнулся себе, лежа на земле, как гусеница.

В этой ситуации, когда все надежды на спасение были потеряны, я, похоже, вспомнил последний разговор с матерью перед тем, как она скончалась.

После того, как моя мать сказала, что я могу быть тем, кем хочу, как я собираюсь сообщить ей в загробной жизни, что я стал кормом для насекомых? Ах, какой я позор!

Я повернул голову и посмотрел на свое тело.

Моя правая рука, которая была разорвана с помощью магии Мирославы была полностью откушена опарышами.

Она была поглощена группой личинок до последней капли крови после того, как упала на землю.

У меня уже не осталось пальцев на ногах, а левая рука исчезла до запястья.

По хрустящим звукам, которые я слышал, можно сказать, что личинки уже влезли в мое тело через раны и начали грызть кости моих конечностей.

При нормальных обстоятельствах я уже должен был сойти с ума или умереть в шоке от сильной боли…

Однако я все еще был в здравом уме.

Боли тоже не было. Но вместо этого я чувствовал, как мой позвоночник покалывает от удовольствия, когда они кусали меня.

Возможно, это было вызвано способностью этих личинок.

Подобно тому, как комар блокирует ощущение боли, впрыскивая какую-то жидкость во время укуса, эти личинки могут делать что-то подобное, когда они едят.

В результате я нахожусь в ситуации, когда я умираю не ощущая этого. Страх смерти также исчез, когда я умирал.

Когда я понял это, личинки размером с бобы начали собираться вокруг моего лица.

「Н-не подходи! ОТОЙДИ ОТ МЕНЯ!!」

Я размахивал единственной частью тела, которую еще мог свободно контролировать – головой, и пытался держать личинок под контролем.

Личинки отошли на некоторое расстояние – но вскоре они снова медленно приблизились ко мне.

Неужели они ждут, когда я достаточно ослабну? Или они просто играют со своей едой?

Наверное, эти личинки на секунду задумались, что "эта добыча лучше других умеет жить".”

Иначе они бы давно сожрали его до костей.

Сора инстинктивно верил, что в этой пещере обитает гораздо больше личинок.

В данный момент личинки, которых он видел в этом месте, вероятно, не составляли и десяти процентов всего их населения.

Если бы все личинки здесь вылупились во взрослых Повелителей мух, то погибнет не только город Ишка, но и Королевство Канария, расположенное далеко от города Ишка.

А затем, полчища Повелителей Мух  размножатся еще больше и нападут на соседние страны империи Эдостелла —и, наконец, они будут уничтожены щитами императора, без сомнения, владельцами фантомных клинков семьи Мицуруги.

Человек по имени Сора Мицуруги, превращенный в живую добычу Повелителя мух, разложится в перегной став удобрением для земли, и никто об этом не узнает. А приветствия горожан будут звучать на этой земле вместе с приветствиями его отца и других владельцев фантомного клинка.

Когда он думал об этом, чувство страха, гнева, неудовлетворенности и отчаяния-все эти отвратительные эмоции хлынули, как вода из источника.

Раны его тела были смертельны. То, что он не чувствовал боли, не означает, что он в порядке. Не было сомнений, что количество крови, которую он потерял, достигало смертельного количества.

Даже если помощь прибудет в эту секунду, вероятность выжить равна нулю.

Только в маловероятном случае, если в спасательном отряде окажется священник, который сможет использовать заклинание 『Полное восстановление』 или они будут иметь лекарства той же силы.

Однако, только его жизнь будет спасена. Его потерянные конечности никогда не вернутся. Он слышал, что Папа Святого Королевства может творить чудеса с его 『Восстановлением』, но это не то, что обычный авантюрист может заставить его сделать.

Он никогда не сможет снова держать меч. Он никогда не сможет снова ходить.

С телом, у которого ничего не осталось, он должен был умереть, не имея ничего в конце концов…

「АХХХХХХХХХ?!」

Не в силах вынести отчаяния, я закричал как сумасшедший.

「ПРОЧЬ!! ПРЕКРАТИ!! ХВАТИТ МЕНЯ ЕСТЬ!! Я НЕ ХОЧУ ЗДЕСЬ УМИРАТЬ!! Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!!」

Я бешено мотал головой и кричал, пытаясь отогнать личинок, которые все еще жевали мое тело.

Однако паралич Повелителя мух был настолько силен, что я все еще не мог ничем пошевелить ниже шеи даже спустя столько времени.

Прошло три минуты с тех пор, как я начал кричать?

Мое лицо упало на землю от усталости.

Я застонал, почувствовав, как холодная земля коснулась моего лица.

「Черт Возьми... Почему? Что я сделал, чтобы заслужить это....?」

Когда Гильдия изгнала меня, все авантюристы быстро порвали со мной связь. Если бы я последовал совету Ларса, то не кончил бы так.

Но это означало бы бросить все усилия, которые я прилагал как авантюрист последние пять лет.

Нет, было ли мое решение стать авантюристом пять лет назад неправильным с самого начала?

Если бы после изгнания с острова я выбрал другой путь, кроме авантюриста, если бы я последовал совету Аяки и отпустил меч, возможно, эти последние пять лет не были бы ничтожными.

Но .. Я тогда дал клятву себе.

Когда я пришел домой с тренировки в додзё и узнал, что моя мать уже скончалась.

Клятва, которую я дал себе тогда.

Я поклялся стать человеком высокого положения с сердцем, огромным, как небо. Я дал себе эту клятву.

И вместе с тем, я стану прекрасным преемником семьи Мицуруги.

Это означает, что, используя стиль фантомного клинка, я буду побеждать монстров, защищать людей и быть любимым ими.

- Я поклялся матери, что стану таким же, как мой отец, которого она любила.

Вот почему я решил стать авантюристом после изгнания с острова, чтобы выполнить эту клятву.

Потому что я, у которого ничего не было, мог стать кем угодно.

Вот почему я решил стать авантюристом. Я очень старался все эти пять лет.-

- Чтобы стать великим человеком, как мой отец. Тогда, наконец, я мог бы с гордостью посетить могилу моей матери и рассказать ей об этом.

И это то, что происходит в конце концов, да. Быть съеденным этими личинками.

Какого черта? Что это значит? Хватит издеваться надо мной. Я не–

「Я НЕ ЖИЛ ДО СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ, ЧТОБЫ БЫТЬ СЪЕДЕННЫМ ЭТИМИ ЛИЧИНКАМИ!!」

Такие слова вырвались из меня в этом сожалении, что я ничего не мог поделать.

Движения окружающих личинок неожиданно начали меняться.

С жутким скрипом личинки один за другим набросились на мое лицо.

「Гуаххх?! НЕТ, НЕТ, СТОП, НЕ ПОДХОДИТЕ!!」

Я отчаянно двигала лицом, пытаясь отогнать их.

Мне удалось продержаться так долго, занимаясь этим до сих пор.

Но на этот раз личинки не дрогнули, продолжая ползать по моему лицу.

Я ясно понимал, что они начинают лезть в мои уши и нос.

Импульс, который они имели, не был сопоставим с их последними попытками.

Конечно, это потому, что они решили, что моя жизнь вот-вот закончится.

Так что сейчас самое время меня съесть. Есть, сколько влезет, и жадно пожирать - я определенно чувствовал от них что-то подобное.

Наконец, они, казалось, пытались проникнуть в мой рот, а я изо всех сил старался держать губы закрытыми. Я крепко зажмурился, когда они уже почти влезли.

Мои губы были съедены. Мои веки были съедены.

「......! ……... , .......ае!!」

Я попытался издать звук, который не был похож на звук.

Я пытался кричать в гневе? Попросить о помощи? Молить о пощаде?

Я продолжал пытаться кричать, сам того не зная.

Я знал, что никто мне не ответит, но продолжал кричать.

- Тогда я это услышал. Я услышал ответ, который не должен был быть.

Я не могу остановить личинок.

- Меня едят.

Кусают, жуют, чавкают - мое тело исчезало, словно таяло.

- Меня едят.

Я не могу их остановить. Они не остановятся.

Визгливые звуки, эхом отдававшиеся в пещере, несомненно, были восторженными голосами личинок.

- МЕНЯ ЕДЯТ.

Мое тело ели изнутри. Как законченная головоломка, кусочки моего тела разбираются один за другим, ведь чувство моего тела исчезает.

- Я умру.

Такими темпами я скоро умру. Нет, я уже давно стал мертвым. Теперь меня ничто не спасет.―― Сдаешься?

Я уже сдался. Я уверен, что уже давно сдался. Соры Мицуруги больше не будет существовать.―― Действительно идиот.

Ах, да, я идиот. Но что я могу сделать, кроме как сдаться в такой ситуации?―― Есть.

Есть что?―― Съешь их.

Кого? Эти личинки?―― Правильно.

Что хорошего в том, чтобы так стараться жить? Сомневаюсь, что это поможет. Во-первых, даже если я смогу съесть дюжину личинок, попавших мне в рот, я не смогу остановить сотни личинок на моем теле. И даже если бы мне удалось каким-то образом избавиться от сотен, в этой пещере, вероятно, осталось бы еще несколько тысяч. В конце концов, это ничего не даст.―― Вот почему...просто повинуйся... и ешь.

Я не хочу, чтобы меня съели. Я не хочу умирать. Но я ничего не могу с этим поделать. Слабый никому не нужен. Вот как это бывает. Я был ненужен острову, ненужен городу; я просто тот, кто не нужен. Даже как мечник, или как авантюрист, Сора Мицуруги - тот, кто не нужен! Слова моего отца были слишком правильными!―― Раздражаешь.

... Раздражаю, говоришь?―― Если ты погибнешь вот так, разве твоему отцу не будет смешно?

Нет, не будет. Держу пари, выражение его лица не изменилось бы, даже если бы он увидел меня в мои последние минуты. Я был уже мертв для него, когда он изгнал меня с острова. Но ... Ах, да, я уверен, что Рагун бы так и сделал. Аяка, Гозу, Сесилия и все остальные ученики, вероятно, тоже будут насмехаться надо мной: «Я думаю, что Сора Мицуруги был нужен лишь для этого, в конце концов».

Все в 『Соколином мече』, в приемной гильдии и в гостинице, отец и дочь, несомненно, сделают то же самое.―― Ты действительно раздражаешь.

... Да, это так. Я раздражаю, и что? Говорю об этих парнях, даже когда я на грани смерти в этой беспомощной ситуации. Ты прав. Десять или двадцать, я должен взять с собой детей Повелителя мух. К счастью, я все еще могу шевелить ртом. Кажется, что мои зубы все еще были там, поэтому я все еще могу раздавить их.―― Тогда начинай есть.

О, я съем. Я буду есть их до тех пор, пока не умру, потому что я все равно умру – да, если я все равно буду бороться, я лучше сойду с ума и съем их всех. Если у меня получится, возможно, я все еще смогу цепляться за свою жизнь. Я съем пару десятков, пару сотен или даже пару тысяч, поскольку то, что я должен сделать, не сильно изменится.―― Съешь. Съешь их всех.

Им надо меня съесть, чтобы я умер, а мне нужно съесть их, чтобы жить, верно? Тогда у меня нет выбора. Ах, почему я раньше не понимал что-то такое простое?―― Съешь... всех... в этом мире.

Не только личинки. Тех, кто смотрел на меня свысока, тех, кто презирал меня, тех, кто предал меня.…―― Ты и я.

Если бы я только мог проглотить их всех за один укус. Ах, да, это действительно стоило бы того, после этих восемнадцати лет.―― Я и ты.

Сора Мицуруги был человеком, который ничего не мог сделать. Он не мог бороться, не мог защитить.―― Мы ... одного происхождения ... мы одно и то же.

Я никто, понимаешь? Что может сделать парень, который даже не может сдержать клятву, данную матери?―― Здесь ... мы ... возродимся.

Я просто съем всех здесь, это все, что я могу сделать.―― Отныне ... я стану ... снаряжением твоей души.

После разговора с неизвестно кем, я вышел в новое царство сознания.

... У меня было странное видение в конце.

Пустынная земля, заполненная камнями и грязью, повсюду где я мог видеть.

Там, посреди этого места, возвышалось гигантское дерево. Это был дуб.

А рядом с дубом сидела огромная фигура величиной с небольшую гору, словно охраняя ее.

Это гигантское существо с чешуей, черной, как ночное небо, было драконом, как бы я на него ни смотрел.

Самая сильная раса среди всех мифических рас этого мира.

Он поднял свою длинную шею и посмотрел на меня, вероятно, потому, что заметил мой взгляд.

Я не понимал выражений драконов и не говорил на их языке.

И все же я чувствовал, что дракон улыбается мне.

Более того, мне казалось, что я даже могу понять его слова.

Дракон даровал мне свое имя.

Его звали――

Если бы я выразил это сильное ощущение, которое я сейчас чувствую, словами, я бы сказал, что меня поглотило солнце.

「АХХХХХХХХХ!!」

Я кричал, кричал и кричал.

Горячо, горячо, горячо, так горячо...!

Все мое тело словно было в огне.

Как будто внутри моего тела горело масло.

Мои кости горят, а плоть словно поджаривается.

Мне казалось, что моя кровь превратилась в кипящую воду, которая с огромной скоростью бежала по всем уголкам моего тела.

С такой скоростью, я взорвусь, как воздушный шар после укола иглой.

Жар, бушевал в моем теле.

Сила, бушевала в моем теле.

Если я не выпущу ее в ближайшее время, мое тело разлетится на куски!

Я кричал, кричал и кричал.

Я знал. Я знал, что делать. Не знаю почему, но я почему-то знал.

Способ высвободить эту силу. Как придать форму этой силе.

Эта фантастическая сила, которая укутала мое тело, я точно знаю.

「...Мы одно целое」

Я привел эту бушующую хаотическую силу в порядок.

С рукой, которую я протянул, бушующая сила начала концентрироваться, превращаясь в черное сияние.

Он был тонким и длинным.

Острым и сильным.

「Приди, снаряжение моей души.」

Черный и свирепо выглядящий меч - олицетворение потускневшего солнца.

Сильнейшее и древнейшее оружие легендарного ранга, убившее семнадцать богов войны в мифическую эпоху.

Его имя было

「Пожирающий все на своем пути...Пожиратель душ!!」

В этот момент черный свет, достаточно темный, чтобы заглушить свет звезды, поглотил всю пещеру.

◆◆◆

Интересно, сколько времени прошло, прежде чем Луна снова начала светить на меня сверху.

Когда черный свет рассеялся, я обнаружил, что тяжело дышу, стоя в одиночестве внутри пещеры.

Да, я стоял.

Обе мои ноги, которые были съедены личинками, полностью выросли до самых ногтей.

То же самое было и с моими руками; даже моя правая рука, оторванная до того, как ее съели, была восстановлена.

Было немного странно видеть свою руку, которую я когда-то потерял, снова двигающуюся согласно моей воле.

И наконец, я крепко сжимал в руке меч.

Казалось, что меч был выкован вместе с темнотой ночи, но я чувствовал себя странно знакомым с этим мечом, который был полностью черным, начиная с рукояти.

Все тело клинка было того же черного цвета, но только край клинка светился кровавым цветом.

Я уставился на эту часть меча.

У меня по коже пробежали мурашки от этого всепоглощающего чувства.

Мой позвоночник покалывало от ощущения величия.

Моя память ... была цела. Вот почему я знал, что это за меч.

Нет, даже если бы я потерял память, я все равно смог бы определить это по своим инстинктам.

Этот меч - снаряжение моей души.

「Пожиратель душ, дракон, пожирающий души…」

Голоса, который ответил мне ранее, больше не было. Однако черный клинок сверкал в лунном свете, словно поздравляя меня с успешным извлечением моего снаряжения души.

И этот блеск вместе с сиянием яркого цвета свежей крови выглядел очень очаровательно.

Вдруг что-то шевельнулось у меня перед глазами.

Когда я посмотрел, то увидел личинку размером с голову ребенка, отчаянно пытающуюся убежать от меня.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что другие личинки пытаются убежать отсюда таким же образом.

Группа личинок, которая была на мне, казалось, исчезла от вспышки черного света, но в этой пещере все еще было много других личинок.

Было бы опасно, если бы они напали на меня все сразу, но у них, похоже, не было такого намерения.

Может быть, инстинкты подсказывали им, что они мне не ровня. Или, может быть, все было намного проще, может они просто не обладали достаточной силой против не парализованных врагов.

「Личинки монстра, откладывающего столько яиц, легкая добычей, да?」

Я вдруг вспомнил одну особенность этих чудовищ, которую когда-то слышал от Лунамарии.

Повелители мух обладают высокими репродуктивными возможностями из-за низкой выживаемости своих личинок. Обычно они не доживают до взрослой стадии или что-то в этом роде.

Думая об этом, возможно, даже Повелителю мух, который может отложить тысячи яиц, трудно выжить в природе.

「Может быть, этот Повелитель мух опечалится, когда узнает, вернувшись домой, что дети, которых он растил, были уничтожены!」

Я усмехнулся несколько раз.

Если бы я не был пойман этим Повелителем мух, мне бы никогда не удалось добраться до снаряжения моей души. Разве это не мой благодетель в каком-то смысле?

Что ж, неважно.

Со всей моей благодарностью и гневом, которые зародились в глубине моего сердца, я уничтожу его детей, не оставив никого.

Я должен искать выход вместо этого, но я подумаю об этом позже.

Отчаяние, которое я чувствовал до недавнего времени, еще не исчезло. Я до сих пор помню страх, как все мое тело сжирали, пока я был еще жив.

Одна только эта мысль сделает месть приятной. Жаль, что я не смогу понять ни одного звука, который издадут личинки, пытаясь убежать. Давайте начнем с того, что близко ко мне!

「Ооооо — *Хииии!*」(визг)

В тот момент, когда я разрезал этого большого червя, странный голос вышел из моего рта.

Если бы здесь были другие люди, они бы смеялись надо мной, держась за животы, ведь я издал такой глупый звук.

Что ... что сейчас происходит ?! В тот момент, когда я разрезал личинку, безумное чувство пробежало по всему моему телу. Если бы мне пришлось выразить это словами, хм ... это похоже на ощущение, которое ты испытываешь после того, как стер его.…

「...Черт возьми, что это было?」

Я был удивлен, но это не меняет того, что я собирался сделать. Я нацелился на следующую личинку и опустил на нее черный меч.

「Ннннн!」

Ожидая этого ощущения во второй раз, я сумел гораздо лучше контролировать странный звук, исходящий из моего рта.

Это происходит от того, что черви делают, когда они находятся на грани смерти? Но даже если бы это было так, это не кажется мне чем-то вредным.

Разрез.

「Хнн!」

Чоп.

「Угх」

Удар.

「Н ладно」

Еще удар.

「Более менее…」

Еще разрез.

「Я уже начал привыкать к этому.」

Я начал привыкать к этому удовольствию, повторив его несколько раз.

Затем я вдруг наступил на маленького - как я и думал, было трудно убить их, просто наступив на них.

Я говорил, что собираюсь убить их всем, что у меня есть.

「Хорошо, тогда как насчет этого」

Я схватил камень и раздавил им личинку.

Однако я не испытывал этого удовольствия. На всякий случай я раздавил еще четыре-пять личинок разного размера, но результат был тот же.

Затем я убил нескольких черным мечом, и удовольствие вернулось.

「Значит, личинки ничего не делают, когда умирают. Это из-за моего снаряжения души, да?」

Если это так, то ничего плохого быть не должно.

К сожалению, нет руководств с инструкциями о том, как использовать эту вещь, поэтому мне просто нужно узнать, используя его.

В настоящее время, я получаю свое возмездие к личинкам, которые поедали людей.

Я напевал какую-то мелодию, вырубая червей, которых замечал перед глазами одного за другим.

Тридцать минут, час, полтора часа, два часа спустя

Сколько бы я их ни резал, я не уставал.

Я, вероятно, убил около 300 из них.

Затем мое тело охватило другое сильное чувство. Это было не похоже на то чувство, что было прежде.

Как будто мое тело вымыли изнутри. Мне казалось, что мое тело перестраивается с нуля; это было очень странное чувство.

Это было чувство, которого я никогда раньше не испытывал.

Догадавшись, я открыл рот.,

『『Отобразить Уровень 』』

Дрожащим голосом я проверил свой уровень.

Затем я увидел номер, которого никогда раньше не видел.

『２』

Это точно 2. Уровень, который никогда не поднимался, определенно повысился!

「ДАААААААА!!」

Я обрадовался вслух.

Тогда я был уверен в этом. Мое снаряжение души увеличило скорость накопления очков опыта - стоп, нет, было что-то еще.

Мое снаряжение души дало мне «что-то», что было не просто опытом. Скорее всего, он лишал моих противников корня жизни, именуемого душой, поэтому его и назвали пожирающим души драконом.

Это объясняет, почему мне удалось повысить уровень, который никогда не поднимался раньше. Одна душа, полученная моим снаряжением души, вероятно, дает мне опыт, сравнимый с сотней очков опыта.

Нет, может быть, не сотней, а даже тысячей. В любом случае, нет никакой ошибки в том, что я могу получить гораздо больше опыта от этого метода.

То удовольствие, которое я испытывал перед повышением, было, вероятно, умственной и физической реакцией на количество приобретенного опыта. Мое тело было удивлено от внезапного приема такого количества опыта.

「 Если это так работает...」

Мои глаза светились, когда я смотрел на свое окружение. Вокруг все еще копошилось множество личинок.

Мне не нужно было искать, что разрубить.

Итак, да начнется фарм опыта!

Повелитель мух

«У нее» не было имени.

Люди называли ее Повелителем мух, но это имя ничего для нее не значило.

“Ей” не было нужды заботиться о том, как ее называла живая еда.

Тем не менее, это было бы другой историей, если легко отнестись к «ее» противникам из-за этого.

“Она " была очень осторожна. Временами можно было даже сказать, что она чересчур осторожна.

Но именно поэтому она смогла выжить и стать взрослой особью.

В лесу Фетиды Повелитель мух будет на вершине пищевой цепи. В бою можно одолеть большинство врагов из леса.

Однако это верно только в том случае, если они находятся во взрослой форме.

До того, как она стала взрослой, “она” жила как жертва, а не как охотник.

В основном она питалась оставшимися трупами других животных.

Это была ужасная ситуация для нее, но у нее не было выбора. Если бы она рискнула и попыталась охотиться сама, то, вероятно, стала бы добычей.

После того как число ее бесчисленных братьев и сестер уменьшилось, “она” осталась одна.

Однако из-за этого ей стало легче выживать. Именно потому, что ее братья и сестры не знали, что такое опасность, они и продолжали умирать.

Когда она думала об этом, возможно, ей повезло, что она осталась одна.

Дело в том, что “ей” удалось стать взрослой в лесу Фетиды.

А потом ей посчастливилось найти партнера для спаривания.

Родилось много детей.

Поскольку нужно было кормить много ртов, “она” должна была искать для них много еды.

“Она” была в восторге. “Она " была способна избавиться от всех негативных чувств, которые она испытывала, когда ей приходилось убегать и прятаться в детстве.

Сейчас она возвращалась с женщиной, которую поймала и отравила.

До этого это был человек мужского пола. Некоторым из ее детей такая еда нравилась, но большинство предпочитали человеческих женщин.

“Она " была очень довольна, что поймала эту девушку сегодня.

Тем не менее, она подумала, что в ближайшее время будет труднее охотиться, ведь, число людей, которые недавно вошли в этот лес, уменьшилось.

Это было ее единственной заботой.

Ее дети выросли в последнее время, поэтому будет трудно обеспечить их достаточным количеством пищи.

Они должны быть в состоянии питаться насекомыми и зверями из леса, но по какой-то причине ее дети предпочитали людей.

Вероятно, это было из-за интересных выражений, которые люди делают, когда их едят живьем, а не из-за предпочтения во вкусе. “Она " прекрасно понимала этот момент.

К несчастью для нее, это ее желание редко исполнялось, когда “она” была молода, так как ее мать давала ей только насекомых и животных. (Более того, все они были мертвы!).

Ее первоначальные мысли в то время были о том, что она никогда бы не позволила этому случиться с ее детьми, когда она станет матерью. Поэтому она старалась угощать своих детей свежей едой.

Таким образом, она вернулась в свое гнездо в хорошем настроении, но когда она подошла ко входу в свое гнездо, ее охватило дурное предчувствие.

Это было чувство, которое она давно забыла с тех пор, как стала взрослой,– чувство приближающейся опасности.

Благодаря этому инстинкту она смогла стать такой, какая она сейчас.

Однако сегодня она не могла его слушать. Почему? Потому что это чувство исходило из ее собственного гнезда.

“Ее” гнездо располагалось в глубине леса Фетиды. А вход находился на слегка приподнятом утесе.

Она выбрала такое место, чтобы другим хищникам было трудно подобраться к ее детям и охотиться на них. Все, что ей нужно было сделать, это иногда избавляться от нескольких хищников, которые могли летать, когда она сталкивалась с ними.

Благодаря ее усилиям не должно быть никаких хищников, которые могли бы охотиться на них с неба. Вот почему ее гнездо не должно быть в опасности.

"Ее" крылья слегка вибрировали, а восемь ног терлись друг о друга.

Это похоже на то, что люди называет дрожью в холодном поту.

Плохо. Очень плохо. Это место - слишком опасно.

Ее инстинктивная тревога звенела как сумасшедшая, предупреждая, что она умрет, если сейчас же не уберется отсюда.

Однако “она " решила зайти в свое гнездо. Она не хотела отпускать человека, которого только что поймала.

Ее дети жили здесь. Они все ждали новой еды.

Они, наверное, будут жаловаться ей, как обычно, что проголодались, когда она войдет в дом.

Она должна войти. Нет, у нее не было выбора, кроме как войти.

Так что же происходит?

―― Почему она не видит здесь ни одного из своих детей?

―― Почему в ее гнезде так тихо?

―― Почему.… Почему человек, которого должны были съесть, стоял там?!

「Хаха! Это выглядит действительно безумно! Если ты можешь понять, что тут происходит, то похоже, ты все-таки обладаешь некоторым интеллектом」

Заткнись.

「Ты понимаешь, не так ли? Я уже вырезал всех твоих детей. Все они издавали визг. Я уверен, что они все плакали зовя свою мать.」Заткнись!

「 Но это плохо! Их мать не успела вернуться вовремя! Как жаль, если бы ты вернулась сюда на пол часа раньше, возможно, ты смогла бы спасти половину из них!」

Заткнись!!

「Ну, это то, что есть. Однако я планировал убить и тебя! Хахаххаха!! Спасибо, Повелитель мух! Благодаря тебе, мой уровень поднялся до 4. Это место было действительно хорошим охотничьим угодьем!」

Заткнись, заткнись, заткнись, заткнись!!

Не забегай вперед, проклятая живая еда!

『――――――！！！』

После того, как Повелитель мух небрежно отбросила девушку, которую “она” поймала в пещеру, она тихо зарычала, когда четыре крыла на ее спине начали сильно хлопать.

Затем, словно порыв ветра, она бросилась на человека.

Когда она поймала этого человека тогда, он никак не мог отреагировать на это нападение. В то время она намеренно не била в жизненно важные области, чтобы оставить его в живых, но на этот раз ей не нужно было этого делать.

Я убью его!

Она атаковала с огромной скоростью. В этой узкой пещере она не могла контролировать свою скорость, и врезалась в стену.

Камни и земля упали ей на голову сверху из-за дрожи, созданной от удара внутри этой крутой пещеры.

Однако для ”нее", Повелителя мух, получить такой удар было равносильно получению укуса комара.

Мечи и стрелы не могут пробить прочный панцирь Повелителя мух, и даже низшие и средние уровни магии будут отражены. Хотя высшая магия может причинить ей боль, но это не простая задача, чтобы наложить заклинание на ловкого и летающего Повелителя мух.

Если бы человека ударили такой прочной броней, он был бы раздавлен. Этот человек не станет исключением — “она " действительно верила в это.

「Жаль тебя разочаровывать」

За ее спиной раздался неприятный голос:

Когда она обернулась и откинула голову назад, человек, который должен был быть раздавлен, спокойно стоял рядом.

「Ах-ха-ха, мое тело кажется таким легким! Если сравнить его со вчерашним днем, то кажется, словно на мне были свинцовые доспехи.」

『――！ ―― 、 ――――！』

「Напади на меня еще раз, если злишься. Это будет хорошей практикой для меня.」

Ее глаза насекомого вспыхнули красным от гнева, когда она начала еще одну яростную атаку на человека.

Она снова напала, и произошло еще одно столкновение.

Песок и щебень снова посыпались ей на голову, когда “она " подумала, что на этот раз наверняка.–

Но человек был еще жив, и это еще не все. Главный источник ее силы, жесткий внешний панцирь -  его часть была глубоко прорезана. С помощью человеческого оружия это было невозможно.

『―― ！！ - ？!』

「Хм, значит, я могу сделать это просто используя свои руки. Мне казалось, что я режу слизь!」

Со злодейским выражением лица человек заговорил, словно не мог сдержать восторга.

А затем ее панцирь был разрезан с невероятной скоростью.

Ее ноги были порезаны, и ее послали летать по воздуху.

Ее правый глаз был проколот.

“Она " тоже боролась изо всех сил, но не могла угнаться за движениями этого человека. Ее просто резали, кололи и раздирали.

Она решила, что ей с ним не справиться, и попыталась убежать, но не смогла летать с разбитым глазом. А так как у нее не было четырех из восьми ног, она не могла удержать равновесие.

Прямо сейчас тревога в “ее” голове бушевала.

Я умру, я умру, я сейчас умру.

Меня убьют, если так будет продолжаться.

Даже гнев, который она испытывала из-за потери всех своих детей, теперь улетучился.

Если я хочу выжить, я должна терпеть.

Пока я не смогу уйти от этого человека с этим странным телом.

Но, конечно, ее сопротивление было тщетным, так как атаки человека не прекращались.

Однако.

「Хм...?  В чем дело? Эффект『Поедания Душ』 внезапно ослаб」

Человек внезапно перестал нападать, пробормотав что-то себе под нос.

Затем он продолжил бормотать.

「Это потому, что она близка к смерти? Нет, пока нет, но это недалеко. Очевидно, она пытается убежать, хотя ... я понял! Я уверен, что для того, чтобы есть душу эффективнее, нужно, чтобы она была активной. Естественно, что есть разница, когда пытаешься съесть душу противника, который идет на меня лоб в лоб, и против того, кто струсил и пытается отступить. Так что я думаю, раз уж дошло до этой стадии, тянуть дальше бессмысленно, да?」

После того, как человек сказал это, он снова направил на нее свое оружие.

В тот момент, когда черный меч был направлен на нее, она почувствовала холод, которого никогда не чувствовала раньше.

Если бы она была человеком, то без сомнения начала бы кричать.

Меня убьют. Меня убьют. Меня убьют.

Я точно умру, если останусь здесь!

『---- !!!』

“Она " изо всех сил шевелила крыльями на спине. Она попыталась не обращать внимания на проблемы с равновесием и безрассудно взлетала в воздух. "Мне плевать, если я врежусь в стену. Лети, я должна улететь, я должна улететь, несмотря ни на что!"

Она целеустремленно направилась к выходу.

Люди не могут летать. Она может сбежать, если только выберется из гнезда.

С этой мыслью в «ее» уме она постоянно хлопала крыльями.

Но из-за ее спины.—

「Техника Фантомного клинка ... 『 Ветер 』!!」

Она услышала голос.

В следующее мгновение она почувствовала сильный толчок в нижнюю часть тела.

От силы удара даже ее огромное тело, которое было около пяти метров в длину, было отправлено в полет.

Она была так близко к выходу.

Сбитая с толку необъяснимым ударом, она продолжала двигать крыльями в полубессознательном состоянии. Нет, она пыталась их сдвинуть.

Но ее четыре крыла уже были потеряны.

От нападения, только что, ее крылья были разорваны, и их части разбросались повсюду,  когда ее послали в воздух ...

『―― ！？ ―― ！！ ―― ？？』

Сделав пять глубоких вдохов, она упала на пол пещеры.

Земля дрожала, как от землетрясения. Ее зрение было закрыто жидкостью, которая вытекала из ран на ее теле, и она потеряла способность видеть.

Человек захихикал, направляясь к ней.

「Это была прыжковая атака, которая высвобождает ударную волну от меча.«Ветер»- это базовая техника стиля фантомного меча. Ну, до вчерашнего дня я даже не мог раскрыть всю мощь этой базовой техники.Способность использовать его так легко, была благодаря тебе, мой милостивый Повелитель мух」

Чернота ночи и красное свечение крови.

Острое лезвие этих двух цветов ударило ее в лоб.

“Она", осознавшая, что была атакована этим человеком, попыталась блокировать атаку оставшимися ногами, но черный клинок легко прорезал ее последнюю форму сопротивления.

Потеряв все свои ноги и крылья, она стала похожа на огромную личинку.

「Ты можешь пойти поздороваться со своими детьми в загробной жизни」

Вместе с этим голосом она почувствовала, как что-то пронзило ее голову.

Она хотела сопротивляться в последний раз, но эта идея так и осталась в ее мыслях.

Из уст этого человека она услышала, как он сказал что-то о “загробной жизни”, где она могла бы встретить своих детей, так что если она останется такой, то сможет увидеть их снова. Если это так, то для нее было нормально умереть.

Она думала, что ее дети наверняка проголодаются, и она снова накормит их.

Однако в этот раз она не станет охотиться на людей.

Это была последняя мысль, пришедшая ей в голову.

В тот момент, когда я пронзил лоб Повелителя мух, огромная душа, которая была намного больше, чем у личинок, потекла в меня.

Получив удовольствие от дрожания тела, я улыбнулся.

「Аааа ... Вот и все! Даже несмотря на то, что я говорил все эти вещи о загробной жизни, ты не сможешь пойти туда, так как я съел все ваши души, ахахаха!」

Пока я смеялся, мое тело снова сильно задрожало.

Я посмотрел на свой уровень с выражением радости, и то, что появилось, было числом 『5』. Я не мог удержаться от улыбки, видя как мой уровень повысился.

Тем не менее, я не мог сидеть и смеяться здесь вечно.

Даже если я повысился, я умру с голоду, если не смогу выбраться из этого гнезда. Будет слишком грустно, если это случится.

Я уже подтвердил, что здесь не было боковых выходов, когда убивал личинок. Мне нужно использовать отверстие наверху, если я хочу сбежать.

「Что ж, теперь для меня это будет проще простого.」

Когда я сражался с Повелителем мух ранее, я увеличил свои физические способности, покрыв все свое тело «Кей».

Проще говоря, «Кей» - это вид магической энергии, которая создается внутри тела.

Если говорить словами магов, то это будет что-то вроде вашей жизненной силы. Кстати, магическая энергия, которая существует в природе, называется «Мана».

Для магии лучше использовать «Ману».

Конечно же лучше, когда вы используете энергию, сгенерированную лично вами, а не энергию, генерируемую природой, но это не относится к пользователям стиля фантомных клинков.

Для стиля фантомного клинка, у которого весь секрет в том, что пользователь способен проявлять существ того же происхождения, что и они, количество жизненной силы, которое они будут иметь, чрезвычайно велико.

Конечно, фактические значения различались у каждого человека, но для тех, кто получил свое снаряжение души, количество жизненной силы, которой они обладают, определенно превысило бы кого-то, кто является магом в качестве их основного класса.

Естественно, я совершенствовал искусство использования жизненной силы с самого рождения.

Чтобы стремиться к вершине стиля фантомного клинка, было важно овладеть своим «Кей».

Во всяком случае, количество «Кей», которым я обладаю, резко возросло с тех пор, как мне удалось проявить мое снаряжение души. Теперь я чувствую, что внутри меня есть источник силы, который обладает бесконечной силой.

Мои физические способности также улучшаются в том же соотношении, когда я использую на своем теле «Кей». Прямо сейчас я мог бы взобраться на скалу без каких-либо инструментов.

Несмотря на то, что я оказался в ситуации, когда я застрял на дне крутой пещеры, я совсем не волновался.

「Но у меня сейчас есть проблема поважнее, ведь рядом « это »」

Передо мной на земле лежала девушка. Она была жертвой Повелителя мух, как и я.

Ей было около тринадцати или четырнадцати лет ... если бы я сравнил ее с человеком.

На лбу у нее были рога. Два длинных и тонких рога явно росли оттуда.

В этом мире есть расы, отличные от людей. Хотя я знал, что эльфы существуют с тех пор, как встретил Лунамарию, в городе Ишка нередко можно было увидеть гномов или териантропов. Я также слышал, что такие расы, как ящеры, русалки и драконоиды также существовали.

Однако я знал только об одной расе среди всех полулюдей, у которых рога росли на лбу вот так.

「Киджин, ха... я вижу его впервые.」

(Киджин - это демон из японских мифов, похожий на человека, но с рогами)

Раса, которая поклонялась одному из легендарных существ этого мира - Демоническому Богу. Они враги человечества.

Существовала теория, что Демонический Бог произошел из взрослого Киджина.

Люди и Киджины убивают друг друга со времен войны триста лет назад, и эти отношения продолжаются до сих пор.

Однако после того, как Демонический Бог был запечатан, племена Киджин были захвачены людьми, и теперь они почти вымерли. Однако, даже если они не представляют угрозы по сравнению с тем, какими они были триста лет назад, люди все равно будут атаковать их группами, как только они их увидят.

Это потому, что люди никогда не могли избавиться от страха, который они испытывали с того времени – это то, что я хотел бы сказать, но в их мотивах, вероятно, была некоторая жадность.

Рога Киджина обладали довольно мощной магической энергией, поэтому они ценятся как высококачественный магический материал.

Он может стать материалом для брони высокого класса, если вы измельчите его, то даже можете использовать его как отличное лекарство, а чтобы избавиться от яда в воде, вам нужно лишь налить в рог воду.

Говорят, что за каждый их рог можно получить целое состояние, и правда, я видел, как он время от времени появлялся на аукционах, и то, за сколько он продавался, было действительно ошеломляющим.

Думая об этом, я вспомнил слух, который слышал раньше.

「Мифические расы живут в глубине леса Фетиды, не так ли?.. Похоже, это была правда…」

Я пробормотал, глядя на лицо девушки.

...Честно говоря, она была немного грязной.

Ее лицо и волосы выглядели ухоженными, но все остальное выглядело грязным, как у бродяг на улицах.

Даже одежда, которую она носила, была просто большими листьями, связанными между собой. Я даже видел то, на что не должен был смотреть, когда она лежала на земле – но я смотрел.

... Хотя ее груди больше, чем должны быть в ее возрасте. Ну, я не могу точно сказать, сколько лет Киджину, просто глядя; ей может быть далеко за двадцать.

О нет, я не должен думать об этом.

「Но, что мне теперь делать?」

Это был шанс быстро разбогатеть.

У нее было два рога. Если все пойдет гладко, я заработаю достаточно денег, на всю оставшуюся жизнь. Или возможно, я просто надену веревку ей на шею и приведу ее обратно. В каком-то смысле это было бы лучше, чем отрезать ей рога.

Эта девушка... несмотря на то, что она была немного грязной, у нее было очень милое лицо. Скорее всего, она станет красавицей в течение следующих нескольких лет.

Более того, я могу сказать, что у нее ценная душа, просто взглянув на нее. Лицо, которое было у меня раньше, снова показалось от желания съесть ее прямо сейчас. (п.п: съесть душу...)

Осознав это, я горько улыбнулся.

Затем я хлопнул по щекам, чтобы прийти в себя.

С тех пор, как я получил снаряжение души, я начал становиться другим человеком. Однако я вовсе не испытывал ненависти к этому. Во всяком случае, мне кажется, что я стал веселее.

Это из-за моего снаряжения души? Или я был таким изначально?

В любом случае, я не против. Я буду гордиться тем, кто я есть, независимо от того, какой это случай.

Но да.

Вот почему я должен провести четкую линию, когда беру эту силу. Если я использую эту силу, не заботясь ни о чем, я могу утонуть в ней и стать монстром. Я не хочу иметь такое будущее.

Эта линия, чтобы быть более конкретной, будет в том, хочет ли другая сторона причинить мне вред.

Я не должен есть кого-то, если он не причинил мне вреда, даже если он из расы Киджин.

С другой стороны, если кто-то попытается причинить мне вред, я съем его, независимо от того, человек он или Киджин!

Такова была политика 『Соколиного меча』. Я заставлю их вспомнить эти слова, когда вернусь!

Когда пламя вспыхнуло у меня в груди, изо рта девушки вырвался слабый стон.

Когда я взглянул на нее, девушка качала головой направо и налево, нахмурив брови, как будто ей было больно.

Похоже, она вот-вот проснется.

Как и ожидалось, через несколько секунд, она медленно открыла оба глаза…

Девушка открыла свою большую пару прекрасных круглых глаз.

Сначала она выглядела так, будто все еще спит, но, увидев меня, сразу же очнулась.

「Ч...?!」

Девушка выглядела так, будто хотела что-то сказать, вздрогнув, но в следующее мгновение выражение ее лица сменилось на испуганное, и из ее рта ничего не вышло.

Наверное, она поняла, что не может двигать своим телом вообще.

Пока она в панике мотала головой из стороны в сторону, я старался говорить как можно медленнее.

「Ты понимаешь, что я говорю?」

Ответа на мой вопрос не последовало.

Однако лицо девушки напряглось, когда она услышала мой голос и плотно сжала губы.

Думаю, она меня поняла.

「.... Ты была...Ну, я тоже. На нас обоих напал Повелитель мух и принес в это гнездо. Ты помнишь?」

「....」

Девушка закрыла глаза. Похоже, она пыталась вспомнить время, когда на нее напали.

「Послушай, я уже убил монстра. Его труп там」

Я указал на труп Повелителя мух с отрубленными крыльями и расколотой головой.

Девушка смотрела на это с широко открытыми глазами.

「Вероятно, мы где-то внутри горы, но здесь нет боковых выходов. Если мы хотим выбраться, единственный путь - наверх.」

Когда я указал на дыру над нами, ее глаза проследили за моим пальцем, как будто их заманили туда, откуда шел дневной свет.

Солнце уже начало всходить, когда я уничтожал личинок - девушка прищурилась реагируя на солнечный свет.

Ее лицо напряглось, вероятно, потому, что она поняла расстояние между ней и дырой наверху.

「Я собираюсь покинуть это место」

Девушка уставилась на меня своими большими круглыми глазами.

Ты ... ты видел выход?

Она нахмурила брови и посмотрела на меня так, словно услышала что-то неразумное и спрашивала меня об этом.

「Я могу унести тебя отсюда, если тебе нужна моя помощь. Но если тебе не нужна помощь человека, тогда прощай. Что ты выбираешь?」

Она отвела взгляд, казалось бы, смущенная тем, каким должен быть ее ответ.

「О, кстати, паралич на твоем теле будет длиться по крайней мере день, прежде чем пройдет. Ну, так было со мной, но я не знаю, как долго это будет для Киджина.」

Девушка вдруг насторожилась и оглянулась на меня, услышав, как я сказал "Киджин".

- Уметь общаться с людьми просто выражениями лица, какой она умелый человек.

Ну, я могу понять, что она настороженно относится ко мне.

Я протянул ей руку помощи. Это зависит от нее, захочет она ее принять или нет.

「Пока что я попытаюсь взобраться на эту стену. Я вернусь один раз, если смогу подняться примерно на половину, к тому времени ты примешь решение.」

С этими словами я отошел от нее и слегка согнул колени. Затем я взобрался на стену.

Путь вверх по стене почти полностью вертикальный, но на стене есть множество частей, которые можно использовать в качестве опоры для ног.

Проблема в том, что само это место слегка наклонено. Таким образом, есть необходимость использования рук, чтобы подтянуть себя во время подъема.

Даже если бы я карабкался с Кэй, покрывающей все мое тело, я не смог бы прилипнуть к стенам, как жук, пока я карабкаюсь под таким углом.

Я начал карабкаться по пещере, чувствуя долгий взгляд, исходящий сзади.

― Через час мне удалось сбежать с девушкой на спине. У нас не было ничего особенного, о чем стоило бы говорить. Ну, это потому что ничего особенного не случилось, так что нам удалось сбежать без драмы.

Выход был на небольшой утес.

Огромный лес Фетиды был под нами. Я слышал громкий шум сильного ветра, который дул мне в лицо.

Среди этого шума я услышал тихий голос, доносящийся из-за моей спины.

「У-ум ... Спасибо…」

「Пожалуйста」

Я ответил на слабый голос, раздавшийся сзади.

Кстати, это был первый раз, когда девушка открыла рот.

Некоторое время назад у нее было испуганное выражение лица, когда она подтверждала, хочет ли она, чтобы ее несли на моей спине – но я думаю, когда я быстро поднимался по пещере, она одобрительно кивала, как хмм хмм!

「Итак, ты хочешь, чтобы я отнес тебя куда-нибудь? Если ты скажешь мне, где твой дом, я отведу тебя туда.」

「Хм… насчет… этого… 」

Она ответила неуверенным и озадаченным голосом.

Ну, даже если бы вы были спасены вашим врагом на дне ямы, вы все равно не решались бы сказать им, где живешь.

「Хорошо, если ты просто хочешь, чтобы я оставил тебя возле какой-то скалы, дерева или горы」

「В таком случае... третье по величине камфорное дерево...слева от тебя.…」

(п.п: Камфорное дерево - это вечнозеленое дерево, растущее на территории Японии, Китая, некоторых Африканских стран и Америки. Высота его может достигать пятидесяти метров, а обхват — пяти. Из него добывают эфирное масло)

「 ...Э-э, прости. Все они выглядят примерно одинакового размера для меня」

Я видел около десяти таких деревьев.

После того, как девушка немного подумала, она попробовала другой подход.

「МММ, вон тот дуб Джирайя.」

「...Мне жаль. Дуб Джирайя? Я понятия не имею, что это такое」

「...Спустись со скалы, и я объясню тебе, где он, хорошо?」

「…Спасибо. Извини за неудобства」

Девушка хихикнула, когда я опустил голову и извинился перед ней.

「Почему человека, которого спасают, благодарят?」

「Ах да, зачем я это сказал? В любом случае, я собираюсь бежать отсюда, будь осторожна, не прикуси язык.」

Дав ей знать, я небрежно сбежал с утеса с девушкой на спине.

Кажется, я слышал, как кто-то кричал мне в ухо несколько раз по дороге, но мне было все равно.

Крики были похожи на радостные крики ребенка, катающегося на качелях на детской площадке, так что, в конце концов, все было в порядке.

После этого мы прибыли к дубу Джирайя, но кажется, что это дерево не было чем-то отличительным, а скорее плод дерева имеет способность нейтрализовать яд.

Кисловатость плода делает его не идеальным для потребления, но именно эта кислотность, по-видимому, и избавляет от ядов.

В самом деле, когда рот девушки превратился в ": x", когда она ела фрукты, она выглядела так, как будто она действительно сможет снова ходить очень скоро – хотя это не было неожиданностью, она смогла пошевелить пальцами уже через час.

С этого момента она могла свободно контролировать свои конечности в течение следующего часа, затем она могла нормально стоять, как будто на ней использовали магию восстановления.

Дуб Джирайя удивительный, подумал я.

◆◆◆

Позже я узнал от девушки, как вернуться в город Ишку, когда она полностью поправилась и была уже на обратном пути.

Как она и сказала, я без проблем нашел дорогу после того, как спустился вниз по реке.

В конце концов я так и не узнал, где она живет и как ее зовут, но все равно остался доволен.

Как бы это сказать? Я в очень хорошем настроении после того, как помог кому-то впервые за долгое время.

Последние несколько месяцев... вернее, несколько лет я собирал только травы. Я давно не испытывал такого удовлетворения, какое испытываешь, помогая другим.

Кстати говоря, на меня ни разу не напали демонические звери или демоны, когда мы ждали, пока она поправится.

Глубины леса Фетиды должны быть опасной областью, где авантюристы теряют свои жизни, так как же так получилось?

Честно говоря, я хотел еще несколько раз протестировать снаряжение своей души, но я думаю, что все в порядке ... стоит сначала вернуться в город.

Я еще больше увеличил количество Кэй по всему телу и со всей силы оттолкнулся от земли.

Когда я вернулся в город Ишка, прошло семь дней с момента нападения Повелителя мух.

Поскольку мне потребовалось четыре дня, чтобы выбраться из леса, я думал, что вернусь на пятый или шестой день после нападения, но, очевидно, я провел больше времени, чем думал, в гнезде Повелителя мух после того, как меня поймали.

...Ну, было невозможно следить за временем, пока меня пожирали личинки, так что ничего не поделаешь.

Во всяком случае, я вернулся в город, поэтому я отправлюсь в гильдию — или нет.

Неопрятные волосы, рваная одежда, тело покрыто потом. Если бы я пошел туда в таком виде, меня бы просто выгнали, так что стоит привести себя в порядок.

Я хочу, по крайней мере, расслабиться на ночь перед тем, как затеять драку с теми парнями. И, честно говоря, я накопил все виды побуждений.

В Ишке есть общественные бани, предназначенные для простых людей, которые можно использовать по низкой цене. После того, как я очистил свое тело в окружении нескольких рабочих, я купил себе новую одежду и направился в район красных фонарей этого города.

Я быстро шел по ночным улицам.

Конечно, я не ступал в район красных фонарей в течение последних нескольких лет, ведь я был беден. Последний раз я был здесь пять лет назад.

В последний раз я приходил сюда с Ларсом. Мы с ним оба тогда сильно нервничали... хотя Ларс нервничал по другой причине, он увидел группу девушек.

В любом случае, это будет впервые за долгое время.

Теперь с деньгами проблем нет, потому что я разграбил оставшиеся вещи мертвых авантюристов, которых нашел в гнезде Повелителя мух.

Мертвые не нуждаются в деньгах, поэтому позвольте мне использовать их, ведь я все еще беден.

Взамен я принесу ваши идентификационные жетоны обратно в гильдию, так что, пожалуйста, покойтесь с миром.

Более того, оборудование, которое осталось в том месте, будет стоить довольно дорого, так что я вернусь за ним позже, хехехе.

- Это обычная практика для авантюристов, так что не поймите меня неправильно.

В правилах гильдии говорится, что вы должны принести идентификационный жетон и столько вещей умершего, сколько сможете, в гильдию, но поскольку они знают, что между авантюристами есть негласные правила, они не будут проверять их.

Когда администраторы спрашивают вас, нашли ли вы другие вещи, которые оставили после себя мертвые авантюристы, кроме их удостоверений личности, вы просто говорите им "нет", и на этом все закончится.

В некоторых случаях люди даже выбрасывали идентификационные жетоны умерших и просто грабили их вещи, потому что хотели избежать даже допроса. Однако, независимо от того, из гильдии они или нет, важно подтвердить, мертвы ли пропавшие авантюристы или живы ради их оставшихся семей.

Конечно, есть люди, которые вернут все оставшиеся вещи, которые умерший оставил после себя, как это указано в правилах гильдии. Такие люди будут осуждать меня, но ничего не поделаешь. Тем более, меня уже исключили из гильдии, так что я не обязан следовать их правилам.

Я возвращаю все идентификационные жетоны покойных, несмотря на этот факт, поэтому они должны хвалить меня за мои действия!

И вот, покончив со своими оправданиями, я прибыл в бордель.

Несмотря на то, что это место, где все подлизываются, чтобы попытаться получить ваши деньги, я вошел в это место точно так же, как раньше с Ларсом и выбрал девушку, которую я хотел, а затем меня отвели в мою комнату.

Я приобнял девушку, которую выбрал, тяжело дыша и посасывая ее губы.

Затем произошло «это».

*Тук-тук-тук*, мое сердце громко билось. Я почувствовал, как по моему телу пробежал импульс, похожий на сексуальный.

Девушка, в которую я входил изо всех сил, стонала, глядя на меня так, словно критиковала.

Она выглядела примерно моего возраста, но она определенно была высококлассной проституткой, судя по ее цене за одну ночь.

Наверное, она видела меня насквозь и поняла, что я еще не привык к таким местам.

«Это просто бедный парень, который случайно наткнулся на большую сумму денег, и у него нет никаких навыков в занятиях любовью» – в тот момент, когда она посмотрела на меня с презрением, импульс в моей голове стал вдвое сильнее.

С силой входя в девушку, которая мне не нравилась, я прижался губами к ее губам и начал «есть» ее.

Драгоценную душу, которая была внутри нее.

В этот момент тело проститутки, которое я держал в руках, сильно вздрогнуло.

Я понятия не имел, что она чувствует. Однако это было определенно что-то, что она никогда не чувствовала раньше, поскольку она явно пыталась убежать от меня в замешательстве.

Но я проигнорировал то, что она делала. Или, вернее, я даже не видел этого с самого начала, ведь был опьянен от ужасного удовольствия.

Это было то же чувство удовольствия, которое я испытал в гнезде Повелителя мух, когда впервые разрезал личинку. Это чувство продолжалось, пока я сосал ее губы.

Это еще не все. Мой рот наполнился тающей сладостью.

Как говорят, губы девушки сладкие на вкус, но на вкус они действительно сладкие.На вкус они были сладким алкоголем, который мы производили на острове, но в несколько раз более концентрированный. Хотя мне это не очень нравилось, но в этот раз я чувствовал себя как в раю.

Я пил, пил и пил без конца.

Как долго я повторял это?

Лицо девушки в моих объятиях покраснело, и все ее тело сотрясалось в конвульсиях.

И все же я продолжал входить в нее, подчиняясь импульсу, и это продолжалось, продолжалось и продолжалось.…

Когда я это понял, мой уровень поднялся до 『6』

На следующий день после рассвета. Я сидел в комнате гильдии авантюристов.

Что касается того, что случилось вчера ... ну, я закончил тем, что разозлил человека, ответственного за бордель, за то, что заставил девушку превысить свои пределы, да.

Я дал проститутке и борделю немного денег в качестве извинения и удержал все под контролем.

Проститутка была в очень ослабленном состоянии, ведь я ел ее душу, но как я и думал, она ничего не заметила. Что ж, это вполне естественно.

А потом мне запретили приходить в бордель. Это тоже было естественно. Что ж, я рад, что этот человек спасся. Я чуть не стал убийцей .…

Я потратил впустую всю свою энергию еще до того, как началось серьезное дело.

Я взял себя в руки и повернулся лицом к администратору гильдии и членам 『Соколиного меча』.

◆◆◆

「...Итак, сора-сама, вы не собираетесь снимать обвинения с 『Соколиного меча』 в том, что они намеренно напали на вас?」

「Я уже сказал это и буду повторять снова и снова, сколько бы раз ты меня ни спрашивала.」

Я усмехнулся словам администратора, указывая на четырех человек, сидевших по другую сторону большого стола.

「『Соколиный меч』 использовал меня как приманку, чтобы спастись. Они даже применили ко мне магию, которая могла убить меня! Я не буду отзывать свои обвинения. Почему ты вообще хочешь, чтобы я их отозвал? Они, вероятно, не будут это отрицать, если вы спросите их тоже」

「Похоже, что между этими двумя историями есть расхождения, поэтому возникнет необходимость в расследовании」

「Тогда подтвердите показания. Я не буду отзывать это заявление, чтобы вы расследовали.」

После этого администратор замолчала.

Кстати, эта администраторша гильдии была той самой девушкой с заплетенными в косу волосами, которая тогда сообщила мне об исключении.

Когда она закрыла рот, следующим заговорил Ларс:

「…Сора」

「Что?」

「Мира действительно использовала против тебя магию? Я не могу в это поверить.」

Ларс посмотрел на меня с подозрением.

Он потерял сознание во время нападения Повелителя мух и был унесен Илей, воином-жрецом, так что он не видел этого собственными глазами.

Я слегка пожал плечами и ответил:,

「Тебе не нужно верить мне. Скорее, ты должен спросить человека, о котором идет речь, прежде чем спрашивать меня」

「Мира призналась, что она использовала магию. Однако она сказала, что не использовала его на тебе намеренно. Тебе просто неповезло, что магия, которую она бросила в Повелителя мух, попала в тебя случайно, разве нет?」

Услышав это, я расхохотался.

「Пухахахах! Невезение?! Как и следовало ожидать от лидера партии С-ранга, такие замечательные рассуждения!」

Лицо Ларса покраснело, когда я зааплодировал ему и засмеялся. Рядом с ним Мирослава и Иля стреляли в меня острыми взглядами, но я смотрел на них и смеялся им в лицо.

「Тогда у меня к тебе вопрос, лидер-сама. В то время вас преследовал Повелитель мух, а я стоял в том направлении, куда ты бежал.」

С точки зрения Мирославы, чудовище было позади нее, а я перед ней.

「На этих позициях, как заклинание может лететь в меня? Неужели она каким-то образом случайно произнесла заклинание, которое хотела произнести позади себя, перед собой? Что ты имеешь в виду?! Даже ребенок, который только начал изучать магию не ошибется!」

У Ларса не было слов, а я продолжал смеяться.

Администратор нахмурилась и заговорила:

「Сора-сама, это не место для оскорбления другой стороны, мы здесь, чтобы отстаивать права друг друга, а затем найти компромисс, если это возможно. Пожалуйста, прекратите говорить то, что может спровоцировать другую сторону.」

「О, моя вина. Я не знал, что это место такое благородное. Я думал, это место где только вы можете думать о том, как положить конец моим претензиям ради защиты высокопоставленных авантюристов, которые важны для гильдии」

「...Вы собираетесь оскорбить гильдию?」

「Если это не так, тогда поторопись и назначь этим людям наказание. До сих пор ты ничего об этом не говорила, и все, что ты сделала, - это говорила мне забрать свои претензии и следить за своим тоном. Трудно не подозревать вас, ребята.」

Я словесно избивал этого противника, который сказала мне раньше с невозмутимым лицом, о моем исключении из гильдии.

Честно говоря ... это очень приятно!

Вина лежит на них. Я могу винить их сколько угодно.

Расходы на медицинское обслуживание и плата за молчание, они должны были бы дать мне некоторые преимущества, если они хотят, чтобы я пошел на компромисс — я уверен, что администратор думала об этом, – но то, что я хочу сегодня, это принести 『Соколиному мечу』 и гильдии (и ее администраторам) проблемы.

Мне не нужно идти на компромисс!

Затем Иля с горечью посмотрела на меня.

「Ты все время повторяешь: наказание, наказание, наказание, но чего ты от нас хочешь? Будешь ли ты удовлетворен, если мы все поклонимся до пола перед тобой?」

「Что за замечание? Как ты можешь быть такой сильной после того, как вы чуть не отняли жизнь другого человека? Я не против принести это дело в святой храм бога закона, понимаешь?  Воин-жрец их собственной секты, который отказался от своих учений и попытался отнять чужую жизнь, чтобы спасти свою.… 」

Ответив так, я скрестил руки на груди и притворился, что на секунду задумался.

「...Да, пожалуй, так будет лучше. Некоторые священники в святом храме бога закона могут использовать заклинание «Обнаружение лжи», чтобы вы увидели, что я не лгу. Это было бы намного лучше, чем задавать вопросы здесь, в таком месте.」

Выражение лица Или изменилось после того, как она услышала, что я сказал.

Увидев, что я встаю со слабой улыбкой на лице, она попыталась сказать что-то еще.

Однако кто-то открыл рот раньше нее.

Это была Мирослава.

「Стой! Это я запустила в тебя заклинание. Остальные не имеют к этому никакого отношения!」

「Не имеют к этому никакого отношения? Люди, которые не помогли человеку, на которого напал их товарищ невиновны? Или с тех пор, как человеку, на которого напали и превратили в наживку, повезло и он сбежал, они не имеют к этому никакого отношения? Какая шутка, вы, «убийцы» 」

Я также дам вам имя, ребята, как мой подарок вам, как благодарность за “паразита”.

Мирослава, видимо, догадалась о моих намерениях.

「...! Во-первых, «Необходимость» разрешена даже для авантюристов. Нельзя позволить двум группам утонуть в одной лодке!」

То, что вышло из ее рта, было повествованием о прошлом деле.

В прошлом один моряк, потерпевший кораблекрушение, увидел, как другой моряк ухватился за кусок доски, подплыл к нему и спросил, может ли он тоже ухватиться за него.

Но эта доска была маленькой, так что она утонет, если они оба схватятся за нее, и они оба умрут.

У моряка, который первым схватился за эту доску, не было другого выбора, кроме как убрать с нее руки второго моряка и позволить ему утонуть.

Этот моряк, которого позже обвинили в убийстве, был признан невиновным в суде...

Мирослава применила эту историю к своим действиям.

Я презрительно рассмеялся.

「Ларс,ты слышал это? Ясно, что она намеренно напала на меня во время вашего побега, поскольку она использует термин «Необходимость». Она выдала свой секрет.」

「... А ?!」

「…Мира」

「Я ... прости, Ларс! Но, но я отчаянно пыталась помочь тебе в то время ... я думала, что должна что-то сделать, и это было единственное, что я смогла придумать...!」

Мирослава закрыла лицо руками и заплакала.

Увидев своего товарища в таком состоянии, Ларс положил руку ей на плечо и ласково прошептал на ухо:

「Я знаю. Я знаю, что ты не из тех, кто любит причинять боль другим, Мира. Более того, именно из-за меня тебе пришлось зайти так далеко. Я тоже несу ответственность за это. Я приму наказание вместе с тобой.」

「...Ах, Ларс! Я, я...мне так жаль...!」

Мирослава крепко обняла Ларса.

И Ларс тоже обнял ее мягко.

... Эта дешевая пьеса, которая вдруг начала разворачиваться перед моими холодными глазами. Что это, черт подери, такое?

Если ты собираешься извиниться, то почему сначала извинилась перед Ларсом.

Я не помню, чтобы кто-нибудь извинялся передо мной с тех пор, как я вернулся в этот город.

Даже Лунамария, самая разумная из них, хранила гробовое молчание.

Когда я посмотрел на эту эльфийку, которая молчала все это время, она посмотрела вниз с бледным выражением лица. Мне кажется, или она немного дрожит?

Что вы делаете, если вы не страдаете угрызениями совести сейчас?

Иля была Илей, просто наблюдая за тем, как Ларс и Мирослава обнимают друг друга, беспокоясь, стоит ли их разрывать или нет.

В глазах каждого из них была только любовь. Они вообще не понимают, что Мирослава сделала.

Я невольно вздохнул.

Затем Ларс открыл рот, обнимая Мирославу.

「Сора, все так, как ты слышал. На этот раз ответственность за инцидент несет не только Мира. Я тоже несу ответственность.」

「Значит ли это, что лидер-сама возьмет на себя ответственность?」

「Ах, это так!」

「Как благородно с твоей стороны. Итак, как именно ты собираешься взять на себя ответственность?」

「Это, конечно, зависит и от тебя. Я даже склоню голову перед тобой, если ты захочешь.」

「Понимаю, ты не сделаешь этого, пока тебе не скажут, да? Серьезно, Ты совсем не понимаешь ситуацию, Ларс.」

「...Что ты сказал?」

「Ты сказал, что все будет зависеть от меня, верно? Тогда я поверю тебе на слово. Уйди с дороги. Позволь мне убить эту девушку, и на этом все закончится.」

Сказав это, я указал на рыжеволосую волшебницу, у которой были слезы на глазах.

「Не шути со мной! Как будто я позволю тебе это сделать!!」

Убить Мирославу.

Первый звук, который Ларс издал, услышав мою просьбу, был его сердитый голос, сотрясший стены.

Он попытался дотянуться правой рукой до пояса, но там ничего не было. Это то место, где обычно находится его меч.

Это был серьезный, яростный гнев авантюриста шестого ранга.

Прежний " я " наверное бы трясся. Возможно даже обмочился.

Но сейчас ярость этого человека перед моими глазами кажется мне не чем иным, как бризом.

「Почему ты злишься? Я просто говорю тебе, что я хочу сделать, как ты просил.」

「Всему есть предел! Почему ты должен убить ее?!」

「Почему? Может потому что она хотела убить меня?」

「Ты жив, не так ли?! Тебя ведь спасли?!  Тогда ей не нужно умирать!」

「...Ты что, дурак?」

「Что ты сказал?!」

「Только потому, что я в конце концов выжил, разве это причина отпустить убийцу? Я жив только благодаря своей удаче и силе. Это не имеет никакого отношения ни к убийце, ни к вам, ни к кому-либо еще, причастному к этому инциденту. Почему ваши грехи должны быть уменьшены?」

「Прекрати называть Миру убийцей! Я повторял это снова и снова, разве ты не жив?! Мира никого не убивала!!」

Я не мог не вздохнуть.

Затем я объяснил Ларсу, который вышел из себя, так, чтобы ему было легко понять.

「Например..угу. Допустим, однажды я ударил тебя ножом в сердце.」

「...О чем ты говоришь?」

「Просто слушай. Поэтому после того, как я нанес тебе удар, ты, очевидно, умрешь. Однако рядом случайно оказался священник, который мог использовать магию вроде «Воскрешения» и вернул тебя к жизни. Так ты пройдешь мимо меня после моего преступления? Ты осудил бы своего убийцу? Тогда я скажу тебе: "ты все еще жив, не так ли? Вот почему я не убийца! Не называй меня так!” Так? Что ты об этом думаешь? Ты согласен с тем, что я сказал?」

「Это...!」

「Ты понимаешь, что вел себя неразумно?」

Кулаки Ларса затряслись, когда он снова подумал об этом.

И вот, словно придя ему на помощь, Иля открыла рот.

「Он играет словами. Не обманывайся, Ларс. В нынешней ситуации Мира попала не в сердце, а в руку. Конечно, это все еще преступление, но немного странно относиться к этому так же, как к лишению его жизни, верно?」

「 ...Ты права, совершенно права. Магия Миры ударила тебя по руке, даже ты сам так сказал, Сора!」

「Каждый кто приводит примеры, - это люди, приводящие соответствующие их ситуациям примеры, как этот парень!」

Иля посмотрела на меня так: «Если у тебя есть что сказать, то я тебя слушаю».

Ларс восстановил свою энергию после слов Или.

Увидев это, я не смог сдержать вздоха.

Количество тупиц увеличилось до двух. Вы правда не понимаете, что говорите?

Лунамария по-прежнему молчала. Поскольку она пряталась за Ларсом и Мирославой, я понятия не имею, о чем она думает... В любом случае, я устал от этого непродуктивного разговора, пришло время принять решение.

「Мира ударила меня в руку, а не в сердце, так? Иля, ты знаешь, что это еще более жестоко, чем просто убить меня? Несмотря на то, что ты в группе С-ранга, ты же знаешь, что происходит с людьми, которых ловит Повелитель мух?」

Ларс подозрительно нахмурил брови, а Иля замолчала, словно онемела.

「Что ты хочешь этим сказать?」

「Ты действительно не знаешь, да? Ты не тратишь много времени на учебу, как обычно, Ларс. Вот, Иля, научи его, как ты всегда делаешь-так, чтобы ему было легко понять. 」

「...МММ ...」

「Иля, о чем он говорит?」

「...Повелитель мух парализует добычу ядом, а потом приносит ее в гнездо, Ларс. Затем ими кормят живых личинок…」

「Что?! Тогда...Сора, ты…」

「Как ты можешь догадаться, я стал живой приманкой. О, как я хочу разделить с тобой хотя бы один процент страха и отчаяния того времени!」

Я натянуто улыбнулся и заговорил с Илей мягким, уговаривающим голосом.

「Итак, вернемся к тому, что ты говорила раньше, Иля. Ты сказала, что она виновна в том, что ударила меня по руке, но было бы странно смотреть на это так же, как на убийство, верно? Давай, скажи это Ларсу еще раз. Скажи ему, что поймать меня заживо Повелителем мух - меньший грех, чем убить меня на месте!」

「…」

「О, смотри, ты молчишь сейчас, когда тебе стало неудобно, да? Ты, священник секты бога закона, кажется, пользуешься своим правом хранить молчание? "Убийца" и "Немая", ха, вы двое действительно подходите друг другу как компаньоны」

「Сора! Прекрати! Я не прощу тебе, если ты будешь издеваться над моими товарищами еще больше!」

「И их лидер, "Горячая голова". Ларс, я скажу так, ты думаешь, это было совпадением, что твоя группа побежала туда, где я был после того, как на вас напали?」

「Что ты хочешь этим сказать?!」

「Иля знала. Конечно, Мирослава - маг и Лунамария, обладающая качествами мудреца, они обе должны были знать, насколько силен Повелитель мух. У вас не было шансов победить, даже если бы вы боролись. Если вы проиграете, кто-то станет едой и будет съеден. Тот, кто был в наибольшей опасности, был ты, их лидер, который упал в обморок. Все трое, как и ты, думали об одном и том же в то время: “разве нет способа спасти нашего лидера?"  Способа спасти не только тебя, но и себя... потом им пришло в голову, что вы, ребята, наткнулись на меня еще до того, как вошли в лес. Они побежали в мою сторону, зная, что я там. Это не было совпадением.」

「…」

「Как ты думаешь, почему Мирослава, специализировавшаяся на магии огня, в то время пользовалась только магией ветра? Это потому, что ее магия огня будет слишком сильной. Она хорошо знала черты Повелителя мух; это монстр, которого интересует только живой человек. Если она убьет меня, то не сможет сделать из меня приманку. Вот почему она использовала магию ветра, у которой был предел разрушительной силы. Она хотела причинить мне боль, но не убить, чтобы я стал живой добычей монстра.」

「Чушь собачья!」

「Ха, для вас, ребята из 『 Соколиного меча 』, "паразит" из прошлого был пятном на вашей репутации. Из твоих товарищей Мирослава ненавидела меня больше всех. Она пыталась изолировать меня и выгнать из города, распространяя мою дурную репутацию. Но я по-прежнему не уходил; я все еще пытался найти место, где можно было бы остановиться, даже после того, как меня исключили из гильдии. И в такой момент на меня напал Повелитель мух.…」

「...Эй, Сора, ты... не говори мне…」

「Она считала, что это отличный шанс. Она могла сделать это с великой причиной - спасти тебя. Даже если бы ее обвинили в преступлении, она просто использовала бы термин  «Необходимость» в свою защиту. Я был поражен, что она вообще смогла заговорить о  «Необходимости». Это был ее план убить кого-то, используя монстра, не так ли?」

「П-прекрати пороть чушь! Хватит издеваться надо мной, черт бы тебя побрал! Хотя мы были старыми товарищами, как ты мог—」

「Товарищи? "Этот парень больше не имеет к нам никакого отношения" - разве вы не говорили это, когда столкнулись со мной перед тем, как войти в лес?」

「Угхх....!」

「 ...Ну, если честно, я не уверен, что Иля или Лунамария так много думали обо мне. Однако Мирослава действовала по плану запланированному в ее уме. Бьюсь об заклад, она была той, кто вел путь, когда вы, ребята, убегали от Повелителя мух. Я прав, Иля, Лунамария?」

Они не ответили, даже когда их спросили.

Не было ни одного голоса, который бы подтвердил мои обвинения, но не было и тех, кто их отрицал.

Иля не может лгать как священник, а Лунамария-эльф, который считает ложь отвратительным поступком. И Ларс не может отрицать этого, ведь он был без сознания в то время.

Когда Ларс повернулся и поспешно посмотрел на Мирославу, маг гордо взмахнула рыжими волосами, чтобы опровергнуть эти утверждения.

「Он лжет, он лжет! Не верь ему, Ларс. Я ... я напала на него. Но я сделала это, чтобы спасти нас! Это было быстрое решение! Я сделала это не с намерением убить его! Это абсолютно неправда!!」

Мирослава цеплялась за него. Это сцена, которая уже произошла некоторое время назад.

Я высмеял ее с моей многолетней закоренелой обидой.

「Ну, это естественно. Нет женщины, которая бы ответила “Да, я пыталась избавиться от неприятностей намеренно” перед мужчиной, который им нравится」

「З-заткнись, ты наглый придурок! Как ты смеешь говорить подобное...! Думаешь, тебе это сойдет с рук,если ты наживешь себе врага в лице дочери компании Сальзар?!」

В глазах Мирославы вспыхнул огонь, который, казалось, мог убить.

Я слышал, что есть маги, которые могут использовать такие вещи, как злые глаза или демонические глаза, возможно, она пробудилась с такой способностью. Но, честно говоря, меня это совсем не волнует.

Я поднял руки и посмотрел на администратора гильдии, которая делала записи, чтобы записать весь разговор.

「Так? Даже если ты дочь компании Сальзар, я не собираюсь отказываться от своих слов. Поэтому я хочу сделать предложение гильдии авантюристов.」

「...Предложение?」

「Правильно. Вызовите священника, который может использовать магию «Обнаружение лжи». Проверьте показания этой девушки, и все станет ясно. Если мои обвинения были неверными, я отзову их и получу наказание за то, что обвинил кого-то в убийстве и я поклянусь, что никогда не появлюсь ни в этом городе, ни в гильдии. Несмотря на то, что они далеко, не должно быть причин отказываться, так как правда быстро выйдет на свет, если она не лжет, верно?」

Я хитро посмотрел на Мирославу.

Если бы мои сомнения насчет нее были действительно неправильными, она бы ответила что-то вроде: «Это именно то, что я хотела!».

Но я видел - в ее глазах промелькнуло сомнение.

Администратор гильдии, вероятно, тоже заметила это. Следующее, что она сказала, было ее невыразительное мнение.

「Как вы знаете, для осуществления подобной магии требуется оплата. Поскольку 『Обнаружение лжи』 - это магия высокого класса, потребуется десять или двадцать серебряных монет. Вы можете себе это позволить, Сора-сама?」

Администратор взглянула на меня.

Опять же, это была та самая администраторша, которая объявила о моем исключении из гильдии. Она знала, что я даже не мог найти одного серебра, чтобы пройти необходимый тест.

Ее намерение стало ясным, после поднятия этого вопроса в такое время.

Когда я думаю об этом, то понимаю что это естественно.

С точки зрения гильдии, 『Соколиный Меч』 является важной частью их боевой мощи. Их скорость завершения квестов высока, и их популярность среди жителей города является выдающейся.

Если Соколиный Меч попадет в скандал, пострадают не только они, но и гильдия и другие авантюристы.

Изгнанный авантюрист десятого уровня и группа С-ранга; уровни нашей важности несопоставимы.

Чтобы предотвратить ущерб до того, как это произойдет, даже если ей придется прибегнуть к несколько силовому методу, - это работа администратора данного места.

「 ...Разве гильдия не должна платить в такие моменты?」

「Если Гильдия посчитает, что в этом есть необходимость, то так оно и будет. Но на этот раз предложение выдвинул Сора-сама, так что обязанность платить лежит на вас.」

「Ты не думаешь, что в нынешней ситуации нужна магия?」

「Теперь я немного понимаю ситуацию. Тем не менее, ваше мнение о том, что они имеют злые намерения по отношению к вам, похоже, было под влиянием вашего прошлого опыта」

「Значит, ты хочешь сказать, что я затаил обиду, потому что они выгнали меня из своей группы? Если это так, разве мы не должны увидеть, кто прав, а кто не прав с помощью «Обнаружения лжи»?」

「Как я уже сказала, если вы хотите пройти через это, вам придется заплатить требуемые деньги.」

Щелкнув языком, я еще раз обратился к собеседнику:

「Ой, дочь компании Салзар, или лидер Соколиного Меча – это хороший шанс для вас, чтобы доказать свою невиновность. У вас есть деньги?」

「Излишне. Я верю Мире. Нет нужды в магии.」

「Достаточно того, что Ларс поверил мне. Не важно, что люди вроде тебя думают обо мне, мне все равно.」

「…*вздох.* Тогда, думаю, ничего не поделаешь.」

「Хорошо, тогда я буду считать, что вы отказываетесь от своего предложения.」

「Мне придется заплатить за это」

「... А?」

Я достал из кармана золотую монету и положил ее на стол.

У администратора отвисла челюсть.

Впервые выражение ее лица изменилось на неприятное.

「Хотя вы сказали, что нам может понадобиться десять или двадцать серебряных монет, сколько именно нам нужно? Достаточно ли золотой монеты?」

「Э-это…」

「Как насчет еще одного? Или еще один? Если этого недостаточно, вот еще один. Этого должно быть достаточно, верно?」

Говоря это, я беззаботно складывал золотые монеты.

Прямо сейчас это была не только администратор гильдии, но и Ларс, и остальные тоже широко раскрыли глаза.

Они никогда не ожидали, что кто-то вроде меня, которого выгнали из гильдии, принесет золотые монеты.

... Кстати, после того инцидента прошлой ночью, это было все мое оставшееся богатство. Сначала у меня было больше десяти золотых монет... Ну, что сделано, то сделано.

「Эй, ребята, чего это вы так разошлись? Деньги у меня. Поторопитесь и позовите сюда священника.」

「Д-да...но откуда у вас столько денег?」

「Есть ли причина, почему мне нужно ответить на этот вопрос?」

「Поскольку это большая сумма денег, необходимо проверить, откуда она взялась…」

「Ты хочешь сказать, что я получил их, совершив какое-то преступление?! Хватит издеваться надо мной!!」

Я пнул стол перед собой и закричал от ярости.

Золотые монеты на столе рассыпались от удара.

Моя пугающая поза заставила администратора съежиться, когда она издала * хииии *.

「Полагаю, ты не думала, что у бродяги, исключенного из гильдии, может быть столько денег, верно? Какая жалость! Слушай, этого должно быть достаточно, поторопись и позови священника из храма закона! Я использую все эти золотые монеты, чтобы подтвердить ее показания, этого должно быть достаточно, верно? Сделай это! Администратор! 」

Администратор испуганно посмотрела на меня, заметив мою агрессивную позу.

В гильдии есть много администраторов, которые выглядят мило снаружи, но они очень смелые люди внутри, которые могут иметь дело с шумными авантюристами, которые приходят, чтобы начать драму каждый день. Некоторые из них даже большие шишки, которые могут поставить авантюристов на место .

Эта администраторша была одной из них.

Если бы я пытался запугать ее без всякой на то причины, она, возможно, обратила бы на меня свое обычное бесстрастное лицо.

Однако она знает, что в данном случае виноваты именно они. По этой причине у нее не было привычной стрессоустойчивости .

Когда человек чувствует себя виноватым, зная, что он неправ, он обычно не может вести себя так, как обычно.

Особенно если это серьезный человек.

- Ну, возможно также, что она была просто потрясена от моего гнева с отсутствием того, что называется стойкой администратора, защищающей ее прямо сейчас.

В конце концов, я на шестом уровне!

Думая о таких пустяках, я погрузился в удовольствие от мести, возникшей во мне.

Администратор, которая всегда смотрела на меня свысока, явно боялась меня.

Этот факт заставил меня вздрогнуть.

Это они не правы. Не повредит еще немного их напугать.

Когда я снова открыл рот с этой мыслью -

「Не слишком-то запугивайте здешних рабочих.」

Когда я услышал этот голос, в комнату вошел мужчина.

На вид ему было за сорок. Он производил сильное впечатление своими свирепыми бровями, но мягкий свет в его глазах свидетельствовал о глубокой мудрости и спокойствии.

С серебристыми зачесанными назад волосами и слабым мускусным ароматом, он был действительно элегантным мужчиной.

Уровень 35. Единственный авантюрист первого ранга в городе Ишка из трех авантюристов первого ранга в Королевстве Канария.

Элгарт Куис.

「Мастер?! Вы уже вернулись?」

「О, собрание закончилось раньше, чем я думал. Я побеспокоил вас, мисс Лайделл.」

「Нет, я ни в коем случае не была обеспокоена ... Ну ... …」

「Ах, я слышал суть этой истории от Парфайт-куна. И на самом деле, я слышал часть разговора перед тем, как войти. Я займусь этим лично」

(п.п: «Кун» — это именной суффикс в японском языке, который может употребляться по отношению к младшим или стоящим ниже в социальной иерархии (начальник к подчинённому), когда на этом обстоятельстве не нужно заострять внимание.)

「Да, сэр, я оставляю это вам」

С этими словами администратор, которую звали Лиделл, встала.

Вместо нее мастер гильдии авантюристов сел на это место. Я думал, что администратор выйдет из комнаты, но она просто встала за спиной Элгарта, как его секретарша.

Она вернулась к тому, как обычно смотрела на меня. Похоже, что в присутствии Элгарта все слабости администратора исчезли.

「В таком случае нам обоим не нужно представляться друг другу. Давай поторопимся и перейдем к делу.」

Эльгарт посмотрел на меня и вынес вердикт.

「Ваше предложение запросить « Обнаружение лжи » отклонено. Это мое решение, как главы гильдии 」

「…」

「Хе-хе, Похоже, тебе есть что сказать. Конечно, это еще не все. 『Соколиный меч』 возьмет на себя ответственность за случившееся и будут назначены соответствующие наказания. Естественно, компенсация для потерпевшего также будет включена в нее. Не думаю, что мне нужно это говорить, но такие опасные вещи, как отнятие чьей-то жизни, не будут включены в компенсацию. (п.п: т.е напавшую на гг девушку не будут убивать) Мы не можем позволить себе потерять талантливых людей гильдии таким образом. Я уверен, что обе стороны будут недовольны, но я хочу, чтобы вы сделали мне одолжение. Как насчет этого, Ларс?」

「Я последую вашему решению, мастер. Однако, это будет другое дело, если это что-то неразумное. Если наказание будет что-то вроде отрезания руки или выколачивания глаз, тогда я буду бороться за нее.」

「Конечно」

Эльгарт кивнул и посмотрел на меня.

「Ты тоже, Сора. Разве тебе мало того, что Соколиный Меч будет наказан? Не нужно слишком обижать девушку.」

「Что вы подразумеваете под "соответствующими наказаниями"? Как минимум, это будет объявление общественности о том, что они напали на мирного жителя и использовали его в качестве приманки, верно? 」

「Нет, я не могу этого сделать. Их репутация повлияет не только на Соколиный Меч, но и на гильдию. Учитывая ситуацию в городе Ишка, мы должны сделать все возможное, чтобы избежать создания каких-либо разногласий между авантюристами и мирными жителями」

Элгарт сложил руки на груди и задумался.

「Что касается наказания, Гм... это будет объявление об их обязательном квесте. Квест будет заключаться в том, чтобы очищать от монстров лес Фетида в течении одного месяца. В течение этого периода любые материалы и награды, которые получит Соколиный Меч, будут вашими. Учитывая их способности, это должна быть приличная сумма. Кроме того, это снизит риск, который вы возьмете, когда пойдете туда собирать травы 」

「Другими словами, вы собираетесь скрыть этот инцидент и просто смириться с ним, да?」

「Ха-ха, ты так прямо говоришь. Тогда вот вам за примирение между вами и гильдией. Вот–」

Элгарт достал серебряный значок гильдии искателей приключений – идентификационный жетон.

На нем было выгравировано знакомое имя.

「Это…」

「Да, это ваш идентификационный жетон. Гильдия авантюристов Ишки встретит тебя как авантюриста девятого ранга, Сора. Ты также будешь освобожден от необходимости платить ежемесячные платежи гильдии в течение трех лет. Как насчет этого? Ты согласен на эту сделку?」

Мастер гильдии с сияющей улыбкой протянул мне жетон.

Конечно, его улыбка была не просто нежной. Это была мощная улыбка, которая, казалось, говорила мне " знаешь,что произойдет, если ты откажешься?”

Когда я взял у него жетон, гильдмастер удовлетворенно кивнул.

「Отлично. Благодаря этому наша гильдия авантюристов будет расти еще больше, чем–」

Пока Элгарт о чем-то говорил, я отбросил в сторону жетон, который держал в руке.

С глухим стуком жетон упал в мусорное ведро, стоявшее в углу комнаты.

Элгарт бросил на меня острый взгляд, когда увидел это.

「..Это был твой способ отказаться от моего предложения?」

Я усмехнулся и кивнул.

Поскольку он все-таки был мастером гильдии, я, по крайней мере, скину свой саркастический тон.

「Ты думаешь, мне все еще есть дело до этого мусора? Ты говоришь уже некоторое время, но в конце концов ты просто отказываешься от моего предложения и делаешь то, что выгодно для Соколиного Меча. Здесь нет справедливости. Если я ошибаюсь, то сначала вызовите священника из храма бога закона и попросите его использовать 『Обнаружение лжи』」

「 ...Кажется, я говорил тебе, что это не случится?」

「Решение гильдмастера, верно? Так почему же я, не имеющий ничего общего с гильдией, должен выслушивать решение гильдмастера? Во-первых, человек, который сказал мне, что мне просто нужно заплатить, была эта администраторша. Я согласился и достал деньги. В этот момент выходит мастер гильдии и говорит, что оно отклонено?  Я не могу согласиться с этим. Ты собираешься позвать священника, или ты собираешься лично приговорить эту девушку за ее преступление использовать монстра, чтобы убить меня? Первое или второе」

「Сора, будь осторожен в своих словах. В Ишке нет таких авантюристов, кто сделал бы подобное. У тебя мания преследования. Я сочувствую тому, что с тобой случилось, но если ты будешь продолжать в том же духе, мне придется принять соответствующие меры, понимаешь?」

「Соответствующие меры! Ох, как я напуган. Тогда позвольте мне сказать, что я откажусь от этих соответствующих мер. Я знал, что говорить с гильдией бессмысленно, но все равно это был урок, усвоенный мной.」

Когда я встал, Элгарт поднял руку, чтобы остановить меня.

「Погоди, мы еще не закончили разговор .」

「Даже если ты не слушаешь, что я говорю, ты хочешь, чтобы я тебя слушал? Это слишком эгоистично」

Когда я проигнорировал его и направился к двери, администратор встала перед ней.

「Мастер велел вам подождать. Пожалуйста, вернитесь на свое место.」

「Прочь с дороги. Если ты этого не сделаешь, мне тоже придется принять соответствующие меры, хорошо?」

После того как я передразнил Элгарта, щеки администраторши покраснели.

「!!...С тех пор, как я вас слушала, я думаю, что есть предел тому, насколько грубым вы можете быть! Если вы когда-нибудь жили в городе Ишка, вы должны знать,как усердно работает мастер для этого города! Кроме того, разве вы не работали в гильдии пять лет?!」

「Хм...значит, если ты усердно работаешь на город, то можешь даже отпустить убийц на свободу. Быть гильдмастером - это здорово.」

「...Ты!」

Администратор сделала шаг вперед с красным от ярости лицом.

Похоже, ее терпение достигло предела из-за восхищения, которое она испытывает к мастеру гильдии.

Когда она подошла ко мне, мастер гильдии остановил ее, положив руку ей на плечо.

「Лиделл, прекрати!」

「Но, мастер!」

「Сора, было бы хорошо, если бы ты просто согласился на примирение. Однако гильдии нет необходимости действовать от имени того, кто не принимает условий гильдии. Прямо сейчас я беру назад все условия, которые я упомянул」

「Будь по-твоему. Эти жалкие условия меня не касаются.」

「С этого момента это предупреждение. Если ты попытаешься сделать что-нибудь, что может навредить любому члену гильдии–」

「Хаха! “ты примешь соответствующие меры", верно? Продолжай в том же духе! Возможно, вы распространите слухи о том, что меня исключили из гильдии и что я затаил обиду, верно? Это будут слова мастера гильдии против слов изгнанного авантюриста десятого ранга. Мир определенно поверит твоим словам больше, чем моим. Соколиный Меч будет освобожден от их преступления. Тогда они будут в долгу перед гильдией. Как замечательно. Вы, ребята, можете выпить за это 」

С этими словами я оттолкнул администраторшу и открыл дверь.

Наконец, я обернулся и бросил последний взгляд на тех, кто был в этой комнате.–

「Тогда это прощание ... навсегда」

–и я вышел из комнаты после того, как оставил их с этими словами, как проклятие.

Разговор в гильдии закончился.

Я ожидал такой исход в девяти из десяти случаев.

Я не удивился, что моя жалоба не дошла. Я не думал, что это сработает с самого начала.

Скорее, я был бы шокирован, если бы они согласились с тем, что я сказал.

- Однако, с другой стороны, это правда, что я все еще разочарован этим результатом.

Я сказал, что в девяти случаях из десяти все пойдет так, как и произошло. Я имею в виду, что надеялся на один шанс из десяти, что эти люди признаются в содеянном.

Я хотел сказать Ларсу одну вещь, если представится возможность, но, в конце концов, не смог.

Это было “спасибо”. Я был благодарен ему за то, что он пригласил меня в свою группу пять лет назад.

То, как мы расстались, было горьким, но в самом начале мне было очень весело от всего сердца.

Будучи товарищами одного и того же низшего уровня, неоднократно отправляясь в приключения вместе, иногда преуспевая, а иногда терпя неудачу. Те дни были полны чувства удовлетворения, которого я никогда не испытывал раньше на острове.

Тот, кто подарил мне эти дни, определенно был Ларсом.

Вот почему, если бы Ларс и остальные признали свои ошибки – в то время я бы простил Мирославу ради него - хотя бы один раз, хотя бы один раз.

...Но этого не произошло.

Это был полный провал. Я благодарен тому Ларсу, который был пять лет назад, и я подтвердил, что Ларс сегодня уже не тот. Что касается Мирославы, то об этом и говорить не нужно.

То же самое и с гильдией - они мои враги. Это очевидно, так как они приняли ее сторону и пытались скрыть ее преступление.

Что еще хуже, я не могу исключить вероятность того, что упомянутые ими «надлежащие меры» будут опасны для меня.

Честно говоря, когда я был впервые выслан, я затаил обиду, но обида, которая у меня есть сегодня, не имеет к этому никакого отношения.

Гильдия авантюристов отклонила мое законное обращение, чтобы прикрыть свои задницы. Этого более чем достаточно, чтобы отомстить им.

Я сжал губы, когда эта мысль пришла мне в голову.

Хорошо, тогда следующий вопрос - как я собираюсь это сделать?

Я мог бы убить их с помощью моего снаряжения души – но это не сработает.

Если бы я сделал что-то подобное, я был бы обычным преступником. За мою голову сразу назначат награду.

Это было бы плохо.

Я получил свое снаряжение души и повысился, так что я определенно стал сильнее. Тем не менее, я далеко не самый сильный в мире.

Проще говоря, я о гильдии, об Элгарте Куиссе. Если я пойду против него прямо сейчас, я определенно проиграю.

Используя свое снаряжение души, я, вероятно, мог бы убить противников, которые сильнее меня, но наша разница в силе и наш разрыв в около тридцати уровней пока что был бы слишком большой.

Это не просто Элгарт. Ларс и остальные также были бы более чем квалифицированными, чтобы быть помещенными в категорию сильных противников для меня.

Пока я только собирал травы в течение последних нескольких лет, они упорно работали и выполнили более сотни квестов.

Я не знаю, насколько высоки их уровни, поскольку, в отличие от Элгарта, их уровени не афишируются, но, учитывая, что Ларс – авантюрист шестого ранга, его уровень не может быть ниже десяти. Он, наверное, 15 или около того.

Иля и Мирослава тоже должны быть такими.Лунамария должна быть немного выше, но, несмотря ни на что, я не могу соревноваться с ними по уровням. Я не могу позволить себе относиться к ним легкомысленно.

Но, конечно, я не собираюсь проигрывать им. Кроме Элгарта, я мог бы победить Ларса и остальных силой своего снаряжения души. Я ясно чувствовал это, когда мы смотрели друг на друга сегодня.

Однако, это если ситуация один на один. Если бы я сражался против всей их группы в одно и то же время, это может быть тяжелая борьба.

「А это значит, что мне придется уничтожать их одного за другим.」

Скрытая атака ... но тогда за мою голову сразу назначат награду, и я не думаю, что гильдмастер будет сидеть в сторонке, если я это сделаю. Тем более, на улицах будет охрана.

Даже если я сделаю это незаметно, меня автоматически включат в число подозреваемых, если что-то случится с членами 『Соколиного Меча』 в это время.

... Подумав об этом снова, было бы лучше, если бы я притворился мертвым после инцидента с Повелителем мух.

Никто не заподозрит того, кто мертв, независимо от того, кого убили.

Но если бы я сделал это, то не смог бы собрать никакой информации или, возможно, получить какую-либо компенсацию в социальном статусе от этой встречи только что. Также, было бы раздражающе оставаться в тени.

В результате рассмотрения всего —

「В конце концов, мне придется этим воспользоваться.…」

Я решил воплотить задуманную идею в жизнь.

Гнездо Повелителя мух, расположенное глубоко в лесу Фетиды - я воспользуюсь им.

Если быть точным, я собираюсь привести туда Мирославу.

У гильдии не будет там глаз. Даже если они пошлют поисковую группу, я не думаю, что они найдут такую глубоко скрытую область.

Это самое идеальное место для заключения.

Перед разговором с 『Соколиным Мечом』 некоторые сотрудники гильдии слышали, что меня поймал Повелитель мух.

Они расспрашивали меня о его гнезде, о том, как я сбежал и все такое.

Я просто ответил на них расплывчатыми ответами, такими как ”я не знаю“,” я не могу вспомнить это ясно “ и ”я действительно понятия не имею".

Это потому, что я планировал использовать гнездо.

Сейчас единственный человек в этом мире, кроме меня, который знает о местонахождении гнезда, это девушка из расы Киджин.

「Раз уж я так решил, то следующий этап - подготовка. Еда, вода и одежда ... ах, нужна ли мне одежда, способная выдержать холод?」

Чтобы добраться отсюда до гнезда даже на полной скорости, требуется около четырех дней, поэтому мне нужно время, чтобы подготовиться к нему.

Я сложил руки на груди и хмыкнул.

Гильдия и Соколиный Меч должны быть начеку в течение месяца. В некотором смысле, этот период подготовки мне может понадобиться, чтобы снизить их бдительность.

Люди не могут оставаться в напряженном, настороженном состоянии более месяца. Успех операции также будет выше, если я нанесу удар в тот момент, когда они будут измотаны из-за того, что постоянно находятся в состоянии боевой готовности.

С этим планом мне нужно перестроить пещеру так, чтобы в ней мог жить человек.

Для этого мне нужно купить достаточное количество припасов. Если я куплю их в этом городе, узнает гильдия.

Не думаю, что они разгадают мой план, увидев, как я покупаю вещи, но нет необходимости давать им какие-либо подсказки.

Должен ли я покинуть этот город прямо сейчас?

Я могу просто купить припасы в разных городах и деревнях возле леса Фетиды и постепенно запастись ими. К счастью, у меня достаточно средств.–

「...... Ах, аааа?!」

Я инстинктивно положил руки на голову, когда понял кое-что.

Черт, я оставил все свои золотые монеты в гильдии!

Я пойду и верну их обратно прямо сейчас ... нет я никак не могу это сделать. Как я мог вернуться туда сразу после того, как объявил им о своей враждебности?

*хаххх* , я вздохнул.

Ничего не поделаешь. У меня еще осталось немного серебряных монет, и есть кое-какое оборудование, которое можно обменять на деньги в гнезде.

Это немного продлит период подготовки, но, в любом случае, время не ограничено. Ничего страшного, даже если на это потребуется полгода или год – ну, я не думаю, что это займет так много времени.

С этой мыслью я взял себя в руки и пошел по улицам Ишки.

В этот момент–

「................Сора-сан」

Я услышал голос, зовущий меня по имени.

Когда я, нахмурившись, обернулся, то увидел эльфа, точнее бледное лицо Лунамарии. Ее лицо было таким бледным, что казалось, она вот-вот упадет в обморок.

Лунамария

* Бам *

Когда дверь комнаты закрылась, ее застывшее тело освободилось словно от заклинания окаменения.

Руки Лунамарии обвились вокруг ее тела, словно она пыталась обнять себя.

Ее тело все еще дрожало.

Увидев ее в таком состоянии, Иля подошла к ней и что-то сказала, но ее голос не достиг мозга Лунамарии, даже когда он вошел в ее ухо.

Возможно, Иля почувствовала, что что-то не так, поэтому она попыталась помочь ей восстановить часть ее энергии, бросив на нее заклинание 『Восстановление』, но магия Или не смогла ее успокоить.

Однако это была не вина Или. Даже если бы это заклинание было сотворено самым высокопоставленным жрецом из святого храма бога закона, все равно было бы невозможно избавиться от страха внутри Лунамарии прямо сейчас.

В сердце Лунамарии, похожем на бушующий шторм, был только один вопрос.

Молодой человек, который только что вышел из комнаты, кто он такой?

Конечно, она знала, что его зовут Сора. Они отдалились друг от друга, но когда-то были товарищами, которые вместе отправлялись в приключения. Она до сих пор помнила еду, которая ему нравилась и не нравилась.

Что касается их группы, то Лунамария прекрасно ладила с ним.

Поскольку Ларс, Иля и Мира были трио, которые всегда держались вместе, она, естественно, стала той, кто общался с Сорой.

Более того, они вместе подготавливали вещи перед отправкой на приключения. Вот почему она знала Сору намного лучше, чем другие члены группы.

Но ... но она не знала эту его сторону. Она не знала этой его силы.

Для Лунамарии, которая является духовным пользователем, то, что она увидела в его глазах, не было человеком.

Это была темная, мрачная, бездонная тьма. Гротескная тень, к которой духи не могли приблизиться.

Было что-то свирепое, сильное и полное отчаяния.

Ее ноги застыли от страха, когда она увидела это. Ее тело дрожало от одного взгляда на него. Она подумала, что если бы Сора захотел, он мог убить всех там – она определенно чувствовала, что у него есть «сила», чтобы сделать это.

Насколько известно Лунамарии, существует только одно существо, которое имеет такую огромную тень.

「…Дракон」

Семь дней назад этой тени не было, когда они разговаривали в лесу Фетиды.

Что случилось с Сорой за эти семь дней? Нет, подожди... это вообще Сора, тот кого она только что видела?

Неужели какой-то злой монстр позаимствовал внешность Соры, чтобы попасть в город? Этот вопрос возник у нее в голове.

Рядом с ухом Лунамарии раздался раздраженный голос Ларса:

「Мастер. Этот парень даже отверг ваши попытки примирения. Хорошо ли не наказывать его на этот раз?」

「Я не могу этого сделать, Ларс. Это не имеет ничего общего с ним」

「...А?」

「На этот раз мы не правы, так что не думаю, что нам стоит продолжать в том же духе. Изначально я бы вас не простил. Напасть на другого человека с помощью магии и возложить вину на монстра; я даже не могу винить Сору за то, что он назвал вас убийцами」

「Н-но, мастер, вы только что сказали ... …」

「Я защищал вас, ребята, потому что его действия повредили бы стабильности гильдии, а не потому, что я признаю то, что вы сделали. Не ошибайся」

Авантюрист первого ранга предупредил Ларса острым взглядом.

Ошеломленный его настойчивостью, Ларс отступил на полшага и кивнул.

「Хорошо. Итак, Лиделл.」

「Да, мастер.」

「Сора упоминал что-нибудь о том, что произошло в период его пленения Повелителем мух? Я читал отчет Парфайт-куна о добровольном допросе Соры, но там было написано только три вещи “ "я не могу вспомнить это ясно”, "я не знаю", "я действительно понятия не имею". 」

「Нет, больше он ничего не сказал.」

「Я вижу. Это неестественно, как бы я об этом ни думал... что авантюрист десятого ранга или, скорее, бывший авантюрист, сумел вернуться живым из гнезда Повелителя мух, расположенного глубоко в лесу Фетиды. Мало того, что преодоление парализующего яда Повелителя мух и затем побег из его гнезда достаточно трудная задача, должно быть невозможно выйти из леса, ведь запах крови привлечет все виды демонических зверей в лесу. Я хочу услышать больше об этой истории, но..хех, это правда, что мы не в том положении, ведь мы не сможем узнать, что он знает.」

Элгарт горько усмехнулся, вспомнив слова Соры.

Очевидно, мастер гильдии не очень зол на Сору.

Во всяком случае, Лунамария знала очевидные ответы на вопросы Элгарта.

Не важно, что это за демонические звери, нет, тем более, что они демонические звери, они не будут вызовом Соре, не говоря уже о каком-то парализующем яде.

Потому что сейчас Сора - дракон, мифическая раса.

... Лунамария почувствовала что-то странное из своих собственных мыслей.

Конечно, она не могла сказать это вслух.

Все это было ее собственными домыслами. Более того, она основывается на том, что - «Сора похож на дракона».

Она никогда не слышала о том, чтобы человек обладал силой мифической расы внутри себя, из того, что она узнала в академии мудрецов. Это никогда не упоминалось в книгах, которые она читала.

Когда она снова подумала об этом, она была единственной, кто боялся его. Ларс и остальные, похоже, ничего не замечали, и мастер гильдии, и администратор тоже.

Из-за этого они, вероятно, просто скажут ей немного отдохнуть, даже если она выскажет свое мнение о том, что Сора - дракон.

Когда Лунамария с этими мыслями посмотрела на пол, она заметила там тусклую золотую монету.…

◆◆◆

「.........Сора-сан」

Что она должна сделать после того, как догнала его? Что ей сказать ему?

Она не могла решиться. Однако ей очень хотелось что-то подтвердить.

Была ли тень, которую она видела над ним в той комнате, просто галлюцинацией.

「Умм, это... я хотела вернуть тебе это.」

Она протянула маленький мешочек, из которого послышался стук.

Глаза Соры широко раскрылись и моргнули, когда он услышал этот звук.

「Что? Ты проделала весь этот путь, чтобы принести это мне?」

「Да. И ... я хотела извиниться перед тобой за то, что случилось.」

Лунамария низко поклонилась.

В связи с этим движением ее золотые эльфийские волосы упали на плечи под лунным светом.

「Я причинила тебе боль и бросила тебя... прости.」

Улицы Ишки сегодня были переполнены.

Привлекательная эльфийка, склонившая голову посреди улицы. Она привлекла к себе все внимание окружающих.

В обычной ситуации Лунамария, несомненно, заботилась бы о своем окружении и выбрала бы место для извинений получше.

Но сейчас она не могла позволить себе так много думать.

Она опустила голову, словно ее что-то подгоняло. Если бы это было не так, она бы не извинилась.

Казалось, она опаздывает куда-то или на что-то, но Сора этого не понимал.

Увидев ее в таком состоянии, Сора с несчастным видом открыл рот.

「Спасибо, что вернула мне деньги. Но твои извинения не нужны. Скорее, это неприятно」

「...Эхх?」

「Я бы сказал тебе, что если ты хотела извиниться передо мной, то должна была сделать это с самого начала, но, учитывая, что ты могла быть в шоке от нападения монстра, я все еще могу это понять. Я был бы в таком же состоянии, если бы был на твоем месте. Но тогда почему ты не извинилась передо мной на собрании?」

「Э-это…」

Она не могла сказать ему: «Это потому, что я боялась тебя».

Когда Сора увидел ее в таком виде, на его лице появилось неприятное выражение.

「О, это я тоже могу понять. Если бы ты извинилась передо мной, это было бы все равно, что признать ошибку Мирославы. Как ты могла склонить голову передо мной рядом с Ларсом и остальными, прежде чем они это сделают? Не стоит беспокоиться обо мне и создавать трещину в твоих отношениях с товарищами. Для меня это тоже нормально, это естественное суждение. Тогда почему ты опускаешь голову передо мной?」

「Это…」

「Хм. Это случайно не потому, что ты хотела получить прощение? Независимо от того, прощу я тебя или нет, ты все равно сможешь сказать себе, что “я должным образом извинилась”. Ты не пожертвуешь своими отношениями с группой, и сможешь удовлетворить свою совесть.Чего и следовало ожидать от мудреца, ты, действительно, умная. Однако меня от этого тошнит. Не извиняйся передо мной ради себя, сделай это, стоя перед зеркалом, ты лицемерка」

「Т-ты оши...!」

Лунамария пыталась отрицать это, но Сора уже начал быстро уходить и исчезать в толпе.

Когда она попыталась догнать его, Сора обернулся и посмотрел на нее.

「…」

От холода в его глазах она перестала двигать ногами.

Сора ничего не сказал и просто ушел.

Эльфийский пользователь духа могла только смотреть ему на спину в оцепенении.

Маг 『Соколиного меча』 - Мирослава Сальзар, была в плохом настроении.

Причина была очевидна. Она едва могла выйти на улицу после, что произошло месяц назад.

Гильдия сказала, что это для ее защиты, но на самом деле, это было больше похоже на домашний арест.

Она понимала, что это ее наказание за инцидент с Повелителем мух.

「Как глупо. Какое преступление я совершила?」

Она начала грызть ногти в пустой комнате. Ну, она хотела, но остановилась на середине.

Было бы глупо с ее стороны портить свои красивые ногти, которые она так старательно полировала.

Здесь нет недостатка ни в пище, ни в воде, и она могла бы читать книги, если бы захотела. Поначалу она думала, что сможет отнестись к этому как к отдыху.

Хотя она обычно заботилась и о своей внешности, время, которое она могла потратить на себя, было ограничено из-за того, что она была авантюристкой.

В этом случае она могла бы потратить больше чем обычно времени на ухаживание за своей кожей, волосами и ногтями.

Мирослава утешала себя этой бессмысленной причиной.

Однако она сошла бы с ума, если бы этот образ жизни продолжался еще месяц. Более того, Мирославе никогда не приходилось жить под наблюдением.

Ларсу и остальным, похоже, поручили разные задания, так что их было нелегко увидеть.

Ее также раздражал тот факт, что она не знала, как долго будет продолжаться этот образ жизни.

Это чувство неудовлетворенности, естественно, шло к человеку, который вызвал все это.

「Сора...этот бесполезный человек. Что толку даже если он жив? За все эти годы он даже не смог подняться с десятого ранга, и он все еще собирает травы. Если такой человек может спасти Ларса, отдав за него жизнь, то это должно быть честью для него.」

Если уж на то пошло, он должен быть благодарен, подумала она.

В ее тоне скрывалась нарастающая ненависть, и она не чувствовала даже малейшего сожаления.

Мирослава на самом деле не думает, что она сделала что-то не так. Она знала, что объективно говоря, ее действия были неправильны, но она была уверена, что сделала бы то же самое, даже если бы могла повернуть время вспять.

「Не знаю, сделаю ли я это для кого-то другого, кроме Ларса.」

С этими словами Мирослава подняла глаза к небу, полные отвращения и ненависти, когда она подумала о человеке в своем воображении-

Ее отец, у которого было много жен из-за его богатства.

Из-за того, что ей было противно, что его жены моложе ее, она пошла учиться в академию мудрецов.

Тогда бывший член группы попытался соблазнить молодую Мирославу сладкими разговорами, чтобы лечь с ней в постель.

Она не могла вспомнить ни одного хорошего парня из своих воспоминаний до встречи с Ларсом.

Так что для Мирославы быть в группе с любым мужчиной, кроме Ларса, было не чем иным, как болью. Если бы не Ларс, она бы не согласилась на подобное.

К счастью, из-за ограничения таланта этого человека ей пришлось терпеть его всего полгода.

Но все же, она думала, что ей нужно полностью стереть этого некомпетентного человека по имени Сора из Соколиного Меча от раздражения и особенно из своей собственной памяти.

Было бы лучше, если бы он умер, но, конечно, она не может зайти так далеко. Вот почему она пыталась выгнать его из города. Это то же самое, что он мертв, если она не увидит его снова.

Она распускала слухи о Соре и ругала его, стараясь не выделяться из толпы.

Назвать его "паразитом" было одной из вещей, которые она сделала.

「… Хе-хе, в то время мы тоже были там, где он сидел!」

На лице Мирославы появилась улыбка, когда она вспомнила подавленную фигуру Соры, выбежавшего из таверны.

Именно из-за этого инцидента в таверне Сора смотрит на Лунамарию враждебно, как никогда раньше. Это была работа Мирославы.

Неслучайно Сора появился в той таверне до того, как вошли Мирослава и остальные.

Мирослава использовала влияние торговой компании Сальзар.

Она дала инструкции, где Сора будет сидеть заранее. Он сидел в дальнем углу.

После этого, Мирослава пригласила Илю и Лунамарию поесть там, и они по совпадению будут сидеть рядом друг с другом.

В то время все, что ей нужно было сделать, это сделать вид, что Лунамария называет его паразитом, и план будет выполнен.

На самом деле Лунамария говорила о естественных паразитах в природе.

Именно Мирослава связала ее слова с «паразитическим» действием Соры.

Мирослава притворилась пьяной и смутила Лунамарию, рассмеявшись вместе с Илей и сказав что-то вроде: “Это подходящее имя для этого человека”.

Лунамария никак не могла знать, что Сора находится рядом с ними и подслушивает их разговор.

В конце концов все пошло так, как хотела Мирослава.

Почему она тратит на это столько времени и сил?

Когда Сора присоединился к Соколиному Мечу, самым близким к нему человеком была Лунамария.

Если бы он узнал, что термин “паразит” был дан ему Лунамарией, то испытал бы неизмеримый шок.

Кроме того, Мирослава знала, что Лунамария симпатизирует Соре, поэтому был также смысл избавиться от ростков опасности на ранней стадии. Другими словами, необходимо было разорвать связь между ними, чтобы Лунамария не мешала ей, имея идеи о возвращении Соры в группу.

К тому же Мирославе вообще не нравилась Лунамария.

Еще в академии мудрецов, когда она была одинокой, Мирославе не нравилось существование этой "эльфийской принцессы".

Кроме того, поскольку Мирослава в конце концов бросила академию, она не обладала достаточной квалификацией, чтобы стать мудрецом, как Лунамария. Это тоже не показалось ей забавным.

Только благодаря способностям Лунамарии как авантюристки она не пыталась выгнать ее, как Сору.

Единственным большим просчетом в плане Мирославы было то, что Сора все же решил остаться в городе Ишка.

Это раздражало Мирославу, но она по-прежнему верила, что он скоро уйдет, и все, что от нее требовалось, - это продолжать распространять его дурную славу.

「Вспоминая об этом сейчас, я думаю, что в то время должна была стараться изгнать его лучше.」

Она пробормотала с легким сожалением.

Конечно, если бы она сделала это, то не смогла бы превратить его в приманку, чтобы помочь Ларсу. Думая об этом, то, что она сделала, определенно не было ошибкой.

Если бы Сора был убит Повелителем мух, все было бы прекрасно – эта мысль пришла Мирославе в голову.

Она услышала, как медленно открывается дверь.

Мирослава приподняла бровь и подумала, что человек вошедний без стука из гильдии.

Гильдмастер назначил мужчин следить за ней, несмотря на то, что она женщина.

Она много раз пыталась протестовать перед мастером гильдии, но не было никаких признаков улучшения ситуации. Можно сказать, что они не могут позволить своим ценным служащим - женщинам работать сторожами столько дней.

Вот почему они проигнорировали ее требование.

С гневом на такое обращение Мирослава открыла рот на человека, который только что с яростью вошел в комнату.

Однако слова так и не сорвались с ее губ.

Незваный гость вывел ее сознания прежде, чем сердитый голос успел сорваться с ее губ.

Прежде чем ее тело рухнуло на пол, незваный гость слегка поднял ее.

「…」

Затем злоумышленник оставил на столе в комнате листок бумаги и ушел с Мирославой на спине.

Все было прекрасно сделано в течение тридцати секунд после взлома.

「Думаешь, тебе сойдет это с рук?!」

Тишину леса нарушил гулкий голос Мирославы. Я ответил ей с усмешкой.

「Сойдет. Я действовал подготовленно. Если ты понимаешь ситуацию, в которой находишься сейчас, то лучше молчи. Мы уже в глубине леса Фетиды.」

「Что?!」

Мирослава в панике огляделась. Как и ожидалось от высокопоставленного авантюриста, она, казалось, быстро поняла, что это не ложь. Ее лицо побледнело.

「Ты тупой?! Что здесь делает человек первого уровня?! Если ты хотел покончить с собой, давай, но не тащи меня за собой!」

「Во всяком случае, разве тебе не интересно, как человек первого уровня смог зайти так далеко? 」

「...Первый уровень здесь один со мной? Нет, подожди. Как ты вообще прошел через ворота Ишки? .. 」

「Я медленно отвечу на твои вопросы чуть позже. Мы почти на месте. Мне бы хотелось, чтобы ты просто шла со мной тихо, как взрослая.」

「– Не смеши! Кто, черт возьми, пойдет с тобой добровольно?!」

Мирослава быстро вскочила и отстранилась от меня. Она посмотрела на меня, как на монстра.

『Обними моего врага со смертью - Огненная принцесса!』

Не концентрируясь и не пропевая, Мирослава закончила заклинание. Сразу после этого пламя начало просачиваться из нее в виде женской руки и начало охватывать все мое тело. Мое тело мгновенно охватило пламя, прежде чем я смог сопротивляться. А потом - взрыв. Звук громкого взрыва сильно потряс окружающие деревья, когда появилось облако горячего пара. Торжествующий голос Мирославы эхом отозвался по ту сторону белого пара, закрывавшего мне обзор.

「Как тебе это? Огненная Принцесса - это магия пятого круга. Для первого уровня видеть магию пятого круга - все равно что наблюдать за работой бога. Но эта версия немного слабее после того, как я пропустила заклинание, понимаешь? Возможно, ты чувствовал себя в безопасности, поскольку я была одна, но это всего лишь твоя наивность. Мои серьги, кольца и браслеты сделаны из волшебных камней. Мне не нужен посох, чтобы использовать магию.」

Я задумался, слушая ее. Что мне делать? Интересно, стоит ли позволить ей еще немного поговорить самой с собой? Это немного смешно, если честно. Ну, это не займет много времени. Я скрывал свое присутствие, и как раз в тот момент, когда она вся радовалась своей победе, я медленно показал себя и начал с ней говорить.

「О нет, это не проблема, даже если ты будешь не одна. Я просто не стал брать твой посох с собой, понимаешь?」

「.........Хахххх?」

「Я бы взял его, если бы мог. Но я оставил его, потому что было бы неприятно нести подобное с собой. Ну, видя твою силу, это может быть не так уж важно, даже если бы у тебя был посох.」

Когда я закончил говорить, порыв ветра сдул пар, который закрывал наше видение. Мирослава широко раскрыла глаза, словно увидела что-то, во что не могла поверить.

「Что...как? Как ты до сих пор жив?!」

「Это потому, что твоя магия слишком слаба. Хочешь использовать заклинание еще раз?」

「Ты...『 Быстрые Стрелы Пламени! 』」

На этот раз это огненные стрелы - ну, ускоренная версия, да… По ее словам, это будет огненное заклинание второго круга. Он ранжирован ниже, чем заклинание ранее, но он все равно может снести кому-то голову, если попадет. Независимо от ее личности, она была отличным магом в конце концов. Думая о таких вещах, я широко открыл рот. И –

「*ХААХ*!!」

Громким голосом я стер огненные стрелы. Мирослава остолбенела, увидев это. Рыжеволосый маг удивленно уставилась на меня и сделала несколько шагов назад, не веря своим глазам.

「Ни за что...Т-ты просто отменил мою магию криком?!」

「Отменить магию криком? Ты говоришь так, будто я монстр. Это был взрыв Кей」

「Взрыв Кей?..」

「Это магия моей родины. Говоря словами мага, это что-то вроде...высвобождения магической энергии внутри твоего тела, чтобы отменить магию, я полагаю?」

「Прекрати нести чушь! Невозможно использовать жизненную силу, чтобы отменить магию, которая была создана с помощью маны, не говоря уже о моей магии для человека первого уровня!」

「 Все в порядке, если ты не хочешь смотреть правде в глаза. Тебе не нужно в это верить.」

С этими словами я быстро сократил расстояние между собой и Мирославой. Ее отсутствие реакции, вероятно, было связано с тем, что она все еще была в шоке. Я положил правую руку ей на бедра и быстро остановил ее движения, схватив левой рукой за подбородок.–

「Ч-что ты делаешь?!」

Я приблизил свои губы как можно ближе к ее губам. Ухмыльнувшись застывшей Мирославе, которая не понимала, в каком она положении, я начал есть душу этого мага.

◆◆◆

Причина, по которой я думал о заключении Мирославы в тюрьму, была в значительной степени для эксперимента.

Это не потому, что я хотел посмотреть, смогу ли я превратить эту дерзкую, хитрую, злую женщину, в которой нет ничего хорошего, кроме ее лица и тела, в послушную рабыню, заключив ее в тюрьму.

Нет, дело не в этом. Именно из-за того, что я обнаружил, когда съел ту душу в борделе, я захотел провести несколько экспериментов.

В то время мой уровень поднялся до шести от пожирания души той проститутки.

Возможность зайти так далеко, означает, что я могу повышаться, обнимая женщин, вместо того, чтобы побеждать монстров.

Однако проститутка, душу которой я съел, находилась в таком состоянии, что после этого постоянно хватала ртом воздух. Это определенно было результатом того, что ее душа была съедена сверх допустимого предела.

Если случится больше подобных случаев, люди вокруг станут подозревать.

Если правда выйдет наружу, я могу стать мишенью для порабощения.

Честно говоря, то, что я делаю, похоже на то, что делают вампиры.

Чтобы избежать этой ситуации, я должен узнать о моих собственных способностях.

Каков предел поедания чьей-то души? Сколько времени нужно женщине, чтобы прийти в себя после того, как я съем ее душу? Восстановится ли она?

Могу ли я контролировать свои пожирающие душу способности согласно своей воле?

Есть много других вещей, которые я хотел бы проверить.

Тем не менее, если бы я пытался узнать ответы на все эти вопросы при помощи практики, у меня, конечно, возникло бы множество проблем.

Я не могу позволить себе посещать бордель каждый раз, когда хочу что-то проверить.

Инцидент, произошедший на днях в районе красных фонарей, возможно, уже был замечен.

При таких обстоятельствах может случиться так, что человек, с которым я провожу тестирование, умрет.

Я думал о проведении экспериментов с заботой о подопытных, но тогда они могут сойти с ума, и я не смог бы получить точную информацию, о последствиях.

Поэтому лучшим человеком, для решения всех этих проблем будет Мирослава.

Мое сердце не будет болеть, если я случайно убью этого человека.

Я мог бы даже проводить эксперименты без жалости.

Честно говоря, я бы не пошел так далеко, чтобы сделать это с Ирией или Лунамарией.

Я бы сделал это только с Мирославой.

Пока я пожирал ее душу, Мирослава, снова оказавшаяся в моих объятиях, начала бешено размахивать руками и ногами, чтобы сопротивляться.

Но для меня этот уровень сопротивления - не что иное, как детская игра.

Это может быть опасно, если она сможет использовать свою магию, но независимо от того, насколько хорош маг, они не смогут использовать свои заклинания полностью без произношения заклинаний.

Даже в тех случаях, когда они пропускают свои песнопения, им все равно приходится называть ключевые слова заклинания, такие как  «Огненная принцесса» или «Огненные стрелы».

С тех пор как наши губы слились, она не могла издать ни звука.

Губы проститутки до этого имели вкус какого-то богатого и сладкого алкоголя. Но поцелуй с Мирославой имеет покалывающий, горячий и пряный вкус. Как мне это описать?

Хм... если бы я сравнил это с чем-то, это было бы что-то вроде вкуса пряного имбирного спирта.

Это было похоже на проститутку, но не совсем.

Отличается ли этот вкус в зависимости от человека?

Или это из-за эмоций, которые человек испытывал ко мне?

Я быстро начал свой эксперимент с этими вопросами в голове.

Когда я обнял ее за талию, сопротивление Мирославы усилилось, как никогда, и горячее ощущение во рту стало таким горячим, что, казалось, могло обжечь. ...Хм. Как я и думал, на вкус человека влияют его эмоции.

Гнев, стыд, унижение, и тому подобное. Какое – то время я наслаждался ее сопротивлением, а потом продолжил свои эксперименты.

Время от времени она все еще пыталась сопротивляться, но ее физические возможности мага не шли ни в какое сравнение с моим телом, покрытым Кэй.

Прошло довольно много времени, прежде чем я это понял. Но, в отличие от того раза в борделе, на этот раз я намеревался его растянуть.

Я посмотрел на лицо мага - Мирославы. Измученная, она смотрела на меня глазами, полными гнева, ненависти и отвращения. Когда на меня смотрели эти глаза, мое тело дрожало от чувства, которое шло откуда-то из глубины моего сердца.

Охваченный внезапным порывом, я хотел снова начать есть ее, но мы все еще были посреди леса. Было бы ужасно, если бы на меня напали монстры в то время, пока я занят ей.

Глубоко вздохнув, я взял себя в руки.

「... Хм」

Находясь на краю леса, я присел, и начал собирать вокруг себя травы, пока на меня светил яркий солнечный свет.

Травы, которые я собираю, были не лекарственными, а специями, благодаря которым еда намного вкуснее. Она идеально подходит для супов, но конечно, про соль тоже не стоит забывать.

Поскольку эта трава была довольно редкой, то и награда от гильдии за неё, также довольно высока. Как я и ожидал, в глубинах леса Фетиды её легко можно найти.

Я видел некоторые другие растения, о которых я знал, и там, и там. Я от месяца назад был бы так взволнован этим.

Но так как мне больше не нужно собирать травы для жизни, у меня не было причин быть одержимыми ими. Тем не менее, из-за моих долгих лет накопления привычек, я все еще молча собирал их в приподнятом настроении.

Подождите, это не сработает. Я пытался сделать перерыв и немного подумать, но я увлекся сбором этих трав, прежде чем понял это.

Я размышлял над вопросом, который неоднократно появлялся у меня в голове, когда я проводил свои «эксперименты» на Мирославе.

И это было ...

「Что-то не так с моей силой?」

Как, честно говоря, не слишком ли я силен?

… Я подумал про себя: «За что я так дерзкий?», Но реальность такова, что я не знаю, как еще я мог это произнести.

Первый раз, когда я задумался об этом, я привел Мирославу в гнездо.

В то время я противостоял ее «Принцессе пламени» только благодаря защите моего кея. Ну, я не просто выдержал, на мне даже не было царапины.

Хотя я ожидал, что смогу выдержать ее атаку, я не думал, что это будет так легко.

Поскольку я не использовал kei до недавнего времени, меня могут назвать новичком в использовании kei. Количество кей, которым я обладаю, значительно увеличилось с тех пор, как я научился снаряжать душу, но это не значит, что мое обращение с кей также значительно улучшилось.

Должен ли я иметь дело с Мирославой, которую так легко можно считать известным авантюристом и магом? … Мой уровень был еще только в шесть.

Да, мой уровень тоже был вопросом.

Я не выровнялся с того дня в борделе.

За прошедший месяц я побеждал многих демонических зверей в лесу, пока готовился, и я ел душу Мирославы каждый день в течение последних 7 дней, но до сих пор не выровнялся.

Ее душа на вкус была богаче проститутки, вероятно, из-за различий в уровне. Если я получу один уровень после ночи в борделе, для меня не должно быть странным, что я получал один или два уровня в течение этих последних семи дней.

Конечно, я знаю, что уровень становится сложнее, чем выше ваш уровень. Если бы я был 20 или 30 уровня, я бы не стал сомневаться в этом.

Тем не менее, я все еще был на шестом уровне.

Thought Я думал, что души дают необычайное количество опыта… но если это не выравнивало меня, то как другие люди повышаются? 」

Если я преобразую души, которые я ел на прошлой неделе, в ценность опыта и добавляю его вместе с другим опытом, который я получил, это должно быть огромное количество.Трудно представить других приключенцев шестого уровня, не повышающихся после получения такого большого опыта.

Трудно просто отрицать это как «индивидуальную разницу»

Но если это так, разве это не значит, что мне нужно необычное количество опыта для повышения уровня по сравнению с другими людьми? Я размышлял.

Если нормальному человеку нужно несколько сотен, нужно ли мне больше нескольких тысяч?

Предположим, что я делаю, тогда вместо человеческого выравнивания это будет больше похоже на то, что дракон пытается выровнять.

「Не говори мне ... нет ... но ...」

Но когда я вспоминаю о времени, когда я проявил свою душевную экипировку, я тоже не чувствую, что в этом я абсолютно неправ.

Моя Анима (существо того же происхождения) была драконом. Если это так, тогда у меня тоже должно быть что-то вроде гена дракона.

Кроме того, если моя идея верна, то вопрос, который у меня был долгие годы, был бы решен.

Вопрос, почему я не смог подняться выше первого уровня.

Общее мнение о том, как работает выравнивание, заключается в том, что уровень не может быть повышен, даже если вы убиваете сотни или тысячи монстров, которые слабее вас.

... По сравнению с драконом, другие монстры будут считаться мелкой картошкой. Я не думаю, что у дракона будет возможность получить большой опыт, если он не победит других мифических существ.

Если это так, то вполне естественно, что я не смогу выровнять, убивая монстров, которых новобранцы-авантюристы убивали бы до уровня.

Из этого я получил другую теорию.

Если ценность опыта, необходимого для повышения уровня, отличается, то повышение способности при повышении уровня может также отличаться.

Может быть, мой уровень и уровень других людей были принципиально разными в первую очередь.

「Шиш ... Если это так, то дело не в количестве. Хотел бы я взглянуть на мой реальный опыт и способности 」

Было бы неплохо взглянуть на мою работу в классе, если это возможно. Если бы я на самом деле был «Воином Дракона 1-го уровня» или что-то в моем статусе, мои дни на острове были бы совсем другими.

Ну, нет смысла говорить это сейчас.

Кроме того, до тех пор, пока эти дни помогли мне стать сильным, для них был смысл.

Как и сейчас, я должен быть в состоянии сражаться довольно хорошо, даже если я вернусь на остров Демонов. Учитывая силу монстров, вероятно, стоило бы вернуться туда, чтобы съесть их.

Этот мой отец, он, скорее всего, не примет меня обратно в качестве наследника, но если бы он увидел меня в качестве боевой силы, он наверняка подумал бы о том, чтобы зачислить меня в рядовые члены.

Семья Мицуруги, охраняющая остров Демонов, имеет восемь преданных эскадронов.

Подняв свои флаги для уничтожения демонов, каждый член эскадрильи, от капитанов до членов более низкого ранга, был всеми пользователями стиля призрачного клинка, который охраняет остров.

Их называли Восьми флагами зеленых лесов.

Все дети острова хотели быть зачисленными в Восьми Флаги без исключения. Возможно, мои ровесники-ровесники уже вступили и уже стали старшими.

Они, вероятно, еще не капитаны. Рагуна и Аяка, возможно, уже были назначены вице-капитанами.

Кстати, остров Грин Вудс был тем, что раньше называли Островом Демонов. Скорее, это все еще официальное название острова сегодня. Почти все называют это место островом демонов, но старейшины острова все еще называют его островом Грин Вудс.

До того, как в прошлом открылись врата демона, на острове, предположительно, был пейзаж, полный пышной зелени. Что ж, это было более трехсот лет назад, и даже старейшины острова не видели этого своими глазами.

Боевой сюртук Восьми Флагов Зеленых Лесов был для меня символом силы. Я мечтал когда-нибудь надеть его.

Если я хочу сделать это сейчас, я бы мог.

Была также клятва, которую я поклялся, когда покинул этот остров.

«Я вернусь когда-нибудь. У меня будет сила сражаться на этом острове, и я обязательно вернусь.

Я помню сожаление, которое я чувствовал в то время, как будто это было только вчера.

На острове есть все накопленные знания об оборудовании души. Если бы я смог получить эти знания, то смог бы использовать оборудование своей души еще лучше.

Однако, как ни странно, мне сейчас не хочется возвращаться туда.

Если я вернусь прямо сейчас, даже если они заберут меня обратно, я буду обычным пехотинцем в эскадронах.

Хотя я больше не слабак, каким был раньше, я не хочу жить так, как мой отец, Рагуна, Аяка, Гозу, Сесил и все другие ученики того же возраста.

Когда я дал эту клятву, я хотел, чтобы они узнали меня… но хм, меня сейчас больше не волнует это. Я просто хочу доказать, что они не правы.

Я хочу быть сильнее всех их и гордо стоять перед ними.

Я хочу доказать им всем, что они в конце концов ошибались во мне.

Вот почему сейчас еще слишком рано.

Я все еще должен стать сильнее.

Я буду пожирать Мирославу, пожирать Соколиный Меч, пожирать гильдию и становиться все сильнее и сильнее.

Вот так я буду есть и есть ... Тогда я вернусь на этот остров. Я вернусь и докажу им, что превзошел их всех.

Это будет путь, который выберет Сора Мицуруги.

Я начал идти по пути, который совершенно отличается от того, о чем я мечтал в прошлом, но это то, чем он является, поскольку я теперь не могу по-настоящему отождествлять себя с идеологией спасения людей.

Однако это не значит, что я забыл об этом. Я буду выгравировать это в моем сердце еще раз здесь.

Честно говоря, с тех пор, как я получил оборудование для своей души, я почувствовал, что начал увлекаться!

Я никогда не думал, что вернусь к сбору трав. Это может быть хорошей идеей, чтобы пойти собирать травы, когда я чувствую себя потерянным, в медитативном смысле.

С этой мыслью я огляделся вокруг.

Куча трав, которые я выбрал, была сложена в высокую кучу, прежде чем я понял это.

Я горько улыбнулся тому, что я сделал.

Когда я встал, земля сильно дрожала.

◆◆◆

Сначала я подумал, что это землетрясение.

Но, как повторились землетрясения, я услышал сильный рев того, что казалось демоническими животными. Вероятно, произошла битва между некоторыми большими животными.

Я мог сказать, что я слышал жестокую битву. Судя по разным звукам, вероятно, там собралось около десяти демонических зверей.

Тем не менее, большинство звуков, похоже, исходили от монстров того же типа. Это может быть битва многих против одного.

Возможно, было стадо чего-то идущего после одной гигантской добычи.

Я думал, что оставлю их в покое, так как я не имею ничего общего с делами демонических зверей друг с другом.

Не то чтобы я не мог ждать и пожинать плоды, когда их бой закончился, но было бы глупо с моей стороны взять на себя десять из них, не зная, с чем я имею дело. Они все могут напасть на меня, пока они все заняты охотой.

Я начинаю складывать собранные травы в сумку, а потом возвращаюсь в гнездо.

Тем не менее, громкий рев эхом отозвался, как будто он хотел положить конец тому, что я собирался сделать.

Звук не пришел со стороны «многих». Другими словами, это происходило с «одной» стороны, на которую охотились.

Вероятно, со всей своей оставшейся силой демонический зверь вскочил в небо с двумя широко раскрытыми крыльями ... прежде чем снова упал на землю.

Прыгать вверх и падать на месте, как это, на самом деле не было проблемой, но, поскольку он пытался прыгнуть по диагонали вверх под углом, падение было большим.

По сути, крылатый зверь упал перед моими глазами, как будто он поскользнулся.

Это был двуногий дракон с яркими голубыми чешуйками.

Демонический зверь по имени Индиго Виверна.

Затем появилась другая сторона, которая преследовала эту виверну.

「Хахаха! Странно, как странно. Для человека, чтобы быть в таком месте, как это 」

Лицо старика, тело льва и хвост скорпиона. Это был демонический зверь, поедающий человека, которого звали Мантикора.

Синекрылый Зверь (Виверна Индиго)

Мантикоры - это злобные звери с человеческой головой, которые живут в лесах.

Они обладают способностью говорить на человеческом языке.

Однако они далеко не дружелюбны. Любая встреча с ними почти обязательно закончится дракой.

Их львиное тело делает их такими же проворными, какими они выглядят, они могут бегать по лесам, словно по равнинам. В лесу от мантикоры почти невозможно спастись.

Их скорпионий хвост наполнен смертельным ядом. С двадцатью четырьмя шипами, растущими из него, один удар способен снести большое дерево. И всё же некоторые люди охотятся за этими шипами, чтобы сделать из них метательное оружие.

В любом случае, это один из видов демонического зверя, с которым я действительно не хотел бы столкнуться в этом лесу.

- В этой стае десять мантикор. Блин, что это за шансы?

Группа мантикор, которая преследовала крылатого зверя, появлялась одна за другой.

Вздохнув, я положил мешочек с травами, который держал в руках, на землю.

Это будет мешать мне драться или бежать. Я поклялся себе, что вернусь за ним, когда всё закончится.

- Хахаха! Это не то же самое, что есть крылатого зверя, но у человека есть свой неповторимый вкус! Сегодня тебе не повезло наткнуться на нас! - мантикора рассмеялась надо мной.

Я решил проверить, правда ли то, что я читал о них раньше в книгах.

- Солнце восходит с запада, река течет с востока на запад, и огонь горит в воде. Что же это такое?

- Вякай сколько хочешь, твоя судьба уже решена, ха-ха-ха!

Мантикору совершенно не волновало то, что я только что сказал.

То, что они могут говорить на человеческом языке, вовсе не значит, что они горят желанием общаться.

Они говорят только то, что хотят сказать, и у них нет никакого желания общаться с другими.

Да, это именно то, что было написано в книгах, которые я читал.

- Крылатый зверь падёт, человек умрёт, и наши желудки наполнятся! Ха-ха-ха! Восхитительно, просто восхитительно!

- Радуйся, пока жив, потому что это ненадолго... Приди, моё оружие души!

Когда я произнёс эти слова, в моей руке появился чёрный клинок.

Стая мантикор раскачивалась, как тростник на ветру. Тот, что издевался надо мной, тоже перестал пускать слюни.

Было ясно, что они проявляют осторожность, они, вероятно, думали, что лучше дать мне сделать первый шаг. Для них то, что появилась в моих руках, - просто оружие.

- Пожри их, Пожиратель Душ!

Я приготовил свой меч.

Мантикоры попятились, словно испугавшись взрыва тёмного света, вспыхнувшего перед их глазами.

Я слегка изменил стойку и посмотрел на них. Мой клинок был на левой стороне талии. Острие было направлено мне за спину.

Стойка была, словно я только собираюсь вытащить меч, но она похожа только потому, что у моего меча нет ножен.

В этой позе я вложил свою кэй в лезвие. Приём, который я собираюсь использовать, это рубящий удар в прыжке, "Шторм", который я использовал в битве с Повелителем мух.

Мой "Шторм" я усвоил после того, как увидел его на демонстрации на острове.

Но даже этого было достаточно, потому что удар был достаточно силён, и мне интересно, что будет, если я сейчас вложу в него всю свою силу.

Я забыл о радости, которую испытываю, освобождаясь от своего проклятия первого уровня.

Я забыл о неправомерном предположении, что я всего лишь шестой уровень.

Я забыл о человеческом здравом смысле.

Нет никакой необходимости недооценивать или переоценивать себя. Мне просто нужно сосредоточиться на "настоящем".

Увеличил количество кэй. Увеличил качество. Максимально увеличил силу.

Кэй, которая прикрывала мой клинок, словно ревела в бешенстве. Она покрывала лезвие огненной спиралью, как будто это был маленький дракон.

Воздух вокруг заскрипел. Как будто голос, призывавший скорее убить моих врагов и пожрать их души.

Я инстинктивно почувствовал подъём этой силы.

Мантикора, которая заговорила раньше, затем обратилась к своим собратьям:

- Нехорошо. Прыгаем!

- Вы опоздали! - закричал я, и мой чёрный меч широко полоснул…

Расстояние между нами таково, что враг не мог и предположить, что удар его настигнет. Однако резкая атака, которая отняла у меня много кей, плевать хотела на разделявшее нас расстояние.

Вместо прыжкового удара, это был странный удар, который игнорировал расстояние.

Как бы ни были проворны эти демонические звери, они не смогли бы уклониться от этой атаки.

Несколько мантикор закричали от боли и удивления, когда их кровь брызнула на землю.

Их осталось пятеро, так что я прикончил только половину стаи. Остальные либо с самого начала не были в зоне поражения, либо быстро отреагировали на приказ своего вожака.

Я скривил губы, глядя на троих из них, которые подпрыгнули в воздух.

Я зафиксировал свою стойку, поправляя острие меча, нацелив его на трёх мантикор в воздухе.

Краем глаза я заметил шокированное выражение лица их вожака.

- Умри!!

Они не могут уклоняться от атак в воздухе, пусть даже у них были бы крылья.

Мой второй удар легко пронзил всех троих.

Обычно, поскольку тело мантикоры состоит из жестких мышц и имеет слои подкожного жира, клинкам нелегко проникнуть в их плоть.

Однако чёрный меч пронзил их тела, словно тофу.

Кровь демонических зверей-людоедов разлилась в три линии, словно распустившийся цветок.

Сразу же после этого я захихикал, не в силах сдержать удовольствия, когда в меня пролетело огромное количество душ.

Я знал, что я силён. Я убил мантикор-людоедов, которых многие так боятся, в одно мгновение. Конечно, это из-за моего духовного оружия, но это всё же бесспорно моя сила. Мое духовное оружие - это прежде всего моя собственная сила, поэтому никто не может жаловаться.

Теория о выравнивании, которая у меня была раньше, была правильной. Или, по крайней мере, моё понимание его до сих пор было неправильным, я в этом уверен.

А теперь продолжим в том же духе и разберёмся с оставшимися двумя.

Когда я повернулся, чтобы посмотреть на оставшихся мантикор с этой мыслью в голове...

- Грррррррррррр!!

Я видел, как крылатый зверь раздавил зубами череп одной из мантикор, а хвостом хлестнул по другому.

Вероятно, обе они умерли сразу же.

На синей чешуе крылатого зверя нет ни одной части без пятен крови, больше половины его чешуи было оторвано, виднелась красная плоть.

Он получил серьёзные травмы, как на него не посмотри. Скорее всего, он был на грани смерти, но, как и следовало ожидать, это был свирепый синекрылый зверь даже, печально известный среди виверн.

Независимо от того, сколько повреждений он получил, у него всё ещё было достаточно силы, чтобы уничтожить одну или двух мантикор одним ударом.

Теперь вопрос в том, повернёт ли этот крылатый зверь свои могучие клыки против меня.

В конце концов, я помог ему, но не думаю, что он это понимает.

С точки зрения злобности нет никакой разницы между синекрылым зверем и мантикорами. Они оба враждебны людям в одном и том же смысле.

Не было бы ничего странного, если бы он набросился на меня прямо сейчас.

Хотя, конечно, некоторых из них приручают люди. Драконьи рыцари королевства Канария знамениты именно этим. Они используют крылатых зверей, которых приручили словно лошадей. Правда, те экземпляры имеют дело с людьми с того самого момента, как вылупляются из своих яиц.

Однако дикие всегда будут расценивать человека только как еду вне зависимости от обстоятельств.

Я слышал, что в случае с синекрылым зверем это - неоспоримая правда. Среди виверн, чем сильнее, тем выше они располагаются в иерархии. Поэтому, как бы ни старались люди приручить их, я никогда не слышал об успешном случае.

Этот синий крылатый зверь выплюнул голову мантикоры, которой раздробил череп, и уставился на меня.

Уже надумал? Размышляя, я приготовил свой меч, но, вопреки моим ожиданиям, он не атаковал меня.

Он продолжал смотреть на меня своими большими круглыми глазами, которые были симпатичнее, чем я думал. В его длинных змееподобных зрачках отражалась моя фигура.

Затем он внезапно отвёл от меня взгляд и повернулся в другую сторону.

Примерно в то же время я посмотрел в ту сторону. Предводитель мантикор был всё ещё жив, даже стоял на том же месте.

"Неужели виверна не смогла его прикончить?" - подумал я, прищёлкивая языком.

И вот синекрылый зверь снова зашевелился.

У него, вероятно, был зуб на эту тварь, наверное, вожак проявил себя в охоте ранее наиболее активным. Длинная шея крылатого зверя сильно раздулась, и что-то похожее на пар начало выходить из его пасти.

Что? Синекрылый зверь может дышать огнём?!

Подождите минутку. А вообще нормально дышать огнём в таком лесу?!

Мне было любопытно, но при этом тревожно, если бы я сделал шаг, чтобы остановить его, он нападёт после этого на меня?

Кроме того я до сих пор помню гнев, страх и сожаление, которые испытывал, когда меня собирались съесть. Я не могу встать на пути мести этого крылатого зверя.

В результате он выпустил своё огненное дыхание в виде огненного шара размером с человеческую голову. Он выстрелил прямо в мантикору, которая пыталась убежать отсюда.

Она кричала ещё какое-то время, пока её глодало пламя.

◆◆◆

После этого я немного осмотрел окрестности.

Стая мантикор... Более того, я никогда раньше не слышал о стаях из более десяти особей.

Во-первых, это был первый раз, когда я столкнулся здесь с мантикорами. Вероятно, они обычно жили в глубине леса, но потом вышли оттуда целой группой.

Неужели их выгнали из прежней среды обитания? Это было удивительно.

Однако в течение следующих тридцати минут я не мог найти никаких зацепок.

Если я прослежу следы мантикор до самой глубокой части леса, то, возможно, смогу найти там что-то, но я не готов к этому. Кроме того, мне не было бы никакого смысла ловить Мирославу, если бы я решил заняться этим.

А пока я просто делаю зарубку в памяти обратить внимание на ситуацию в лесу.

Затем, когда я вернулся туда, где был, я был потрясён.

Синекрылый зверь издал болезненный вскрик, с грохотом упав на землю.

Как раз в тот момент, когда мне стало интересно, что происходит, поскольку раньше всё было хорошо, я это понял.

Хвосты мантикор содержат смертельный яд. К счастью, в меня он не попал, но нетрудно представить, что этому бедолаге досталось аж несколько раз.

Что же делать, что же делать?

Я, к счастью, собрал немного лекарственных трав раньше, но нет ни одной, которая могла бы нейтрализовать такой сильный яд, как яд мантикоры.

Там, в гнезде, есть несколько детоксикационных трав, которые я приготовил на случай, если что-то случится во время плена Мирославы, но их очень мало. Учитывая огромное тело этого крылатого зверя, будет ли этого достаточно, даже если я отдам ему все?

Но, самое главное, подействуют ли травы, которые действуют на человека, на крылатого зверя?

- Удалить яд... удалить яд... как... Ах, точно! Вот оно! То, что использовал, чтобы нейтрализовать парализующий яд от короля мух!

Дуб Джирайя. Это не так уж далеко отсюда.

Если я побегу туда со всех ног, используя свой кэй, я смогу вернуться сюда в течение часа.

Когда я снова спокойно подумал об этом, у меня действительно не было причин помогать этой виверне, если уж на то пошло, я мог бы добить её прямо сейчас и... Но когда я подумал об этих больших круглых глазах, когда она смотрела на меня раньше, я заколебался.

Ну что ж, пока я расцениваю это как временный союз. Если он неблагодарно нападёт на меня после того, как я его вылечу, тогда я заберу его душу.

Бросив взгляд на длинную шею крылатого зверя, распластавшегося на земле от боли, я слегка согнул колени, после чего бросился вперёд со всей скоростью, на которую был способен.

Приближающийся конец

Прошла неделя с тех пор, как я помог синекрылому зверю.

Думаю, уже по формулировке понятно, что синяя виверна выжила.

Она завизжала как свинья, когда съела слишком кислый плод дуба Джирайя, но вскоре после этого яд мантикоры начал растворяться.

"Джирайя - действительно потрясающиее дерево", - подумал я.

Так вот, насчёт этой виверны, то она сейчас строит свое гнездо над этим утесом, что указывает на то, что она будет жить там.

Я думал, что она привязалась ко мне после того, как увидела, что я лечу её... Но ситуация, похоже, изменилась.

Вообще, если бы вылечить демонического зверя было бы достаточно, чтобы приручить его, с этим справился бы последний дурак.

Вместо эмоциональной привязанности это напоминало обычное следование. Как подчинённый следует за своим начальником... Нет, может быть, что-то вроде рыцаря, который следует за своим королём?

Во всяком случае, она был полностью послушна мне. Похоже, виверна до некоторой степени понимает человеческий язык, поэтому не игнорирует мои приказы.

Она действительно слушала меня, когда я пытался приказать взлететь после того, как я сел ей на спину. Виверна внезапно спрыгнула со скалы и начала скользить в воздухе. Я думал, что сейчас умру.

Более того, виверна покачивалась туда-сюда, так как не привыкла к дополнительному весу спине. В конце концов, нам пришлось совершить вынужденную посадку, точнее, упасть на деревья.

Стоило бы догадаться. Виверна, которая никогда раньше не носила человека на спине, не может знать, как распределить вес пассажира. Я со стыдом извинился перед виверной за то, что не подумал заранее.

Однако виверна, казалось, устыдилась своей неудачи и смотрела на меня глазами, которые, казалось, спрашивали меня: "Ты собираешься оседлать меня?", "Давай прокатимся?", и хлопала крыльями всякий раз, когда видела меня.

Она выглядела так, словно хотела получить шанс искупить свою "вину". И правда, отдалённо напоминает задетую рыцарскую честь.

"Давай попробуем ещё раз, когда я сделаю седло", - подумал я.

Возможно, я смогу собрать некоторую информацию о драконьих рыцарях после того, как вернусь в Ишку. Например, как они делают себе поводья и сёдла.

Ну, драконьи - это самые сильные боевые силы королевства Канария, поэтому информацию, связанную с ними, может быть не так легко найти, это наверняка военная тайна.

Вот пока можно идею о полёте можно отложить. Однако другие мои планы шли довольно хорошо.

Разумеется, речь шла о Мирославе.

◆◆◆

С тех пор как я привёл сюда Мирославу, утром, днем, вечером и ночью, я ел её душу четыре раза в день. Естественно, сначала она яростно сопротивлялась, но в последние несколько дней начала целовать меня как хорошая девочка.

Излишне говорить, что она целовала меня не по своей воле. Выражение её лица было исполнено отвращения и унижения, и она снова и снова полоскала рот водой из бочки, когда всё заканчивалось. Иногда её даже тошнило.

Ну, по крайней мере, она не отбивалась.

Мы почти не разговаривали друг с другом. Она могла свободно передвигаться по пещере, не будучи связанной.

Вообще, в этой пещере кроме моей личной палатки, была ещё одна, предназначенная для неё, чтобы она могла спать, переодеваться, мыться и заниматься своими делами так, чтобы я не смотрел на неё.

Если бы Мирослава захотела, она могла бы прожить здесь всё время, не видя моего лица кроме как во время еды.

Причина, по которой я сделал всё это для неё, заключалась в том, что я не хотел, чтобы она легко сломалась.

Такая как она, кого можно назвать хорошо воспитанной леди, она, вероятно, не продержалась бы и десяти дней под моими ежедневными мучениями в этой пещере, где она едва могла умыться. Я сделал эти приготовления для неё, взвесив все за и против.

Естественно, если она не будет всё время находиться в поле моего зрения, это значит, что она может планировать внезапное нападение или побег.

На самом деле, я был занят тем, что отбивался от всего этого в первые пять дней... Но в конце концов всё закончилось.

Когда она так откровенно мстила мне, я забирал назад лимит на четыре раза в день и ел её душу до тех пор, пока она не падала в обморок или даже немного после. Кстати говоря, в те времена я даже прикасался к ней в других местах, кроме губ.

Поступая так, я учил её без использования слов. Если она слушалась меня, всё, что я хотел бы от нее, - это её губы.

Причина, по которой я не говорил с ней, была в том, чтобы дать ей возможность подумать об этом самой. Вместо того чтобы заставлять её неохотно повиноваться тому, что я ей говорю, я хотел, чтобы она делала это по собственной воле.

Вкус её души также изменился после того, как к её непокорности и отвращению добавился элемент "послушания".

За последние полмесяца экспериментов я обнаружил ещё кое-что.

Похоже, что всякий раз, когда я ел её душу, она чувствовала удовольствие или что-то близкое к нему.

Вероятно, это была защитная реакция тела и разума человека, когда его душу поедают. Если я правильно помню, у проститутки из борделя тоже была такая реакция.

Это заставило меня задуматься о том, что происходит, когда вампир высасывает кровь женщины. Наверное, она чувствует что-то вроде сексуального удовольствия от этого.

Так или иначе, в результате этого питания мой уровень поднялся с шести до семи. Убийство 8 мантикор отчасти повлияло на это, но так как теперь у меня есть Мирослав в качестве стабильного запаса, я бы скоро повысил уровень, даже если бы не столкнулся с мантикорами.

Я также понял из экспериментов, что если я "откушу" сразу большое количество души человека, ему потребуется очень много времени, чтобы восстановиться, что было довольно неэффективно.

Первые пять дней, следующие пять дней и ещё пять после этого количество, которое я высосал из неё, увеличивалось. Это было пропорционально степени послушания Мирославы.

Она - единственная, кто сейчас снабжает меня энергией, но если количество "блюд" в будущем увеличится, мое потребление души будет более стабильным, и нагрузка на каждую женщину уменьшится.

Следующей целью, к которой стоит обратиться, будет Ирия или Лунамария, но кого мне выбрать?

Обдумывая этот вопрос, я посмотрел на стоявшую передо мной Мирославу.

Рыжеволосая волшебница, сидевшая передо мной, определённо выглядела так, словно затаила обиду.

Но поскольку она предложила мне своё лицо в условленное время, она не собиралась делать ничего эдакого. Она просто выглядела так, как словно попала в ад, но ей оставалось лишь подавлять свои чувства, вести себя "равнодушно".

Из-за этого она держала свою ненависть внутри себя. О, она будет ненавидеть меня ещё сильнее. Но все же у меня не было достаточно информации об Ирии или Лунамарии, чтобы найти их.

- Кстати говоря, ты ведь ещё не познала мужчину? Я думал, что вы с Ларсом уже давно занимались этим.

- Ч-че... Это не твое дело, понял?!

- Если это не моё дело, то ничего страшного, если мы займёмся этим? Я не прикасался к тебе с тех пор, как ты плакала, но если нет никаких особых причин, ты ведь не будешь возражать, если я возьму тебя, так?

- Пожалуйста, не надо!! - пронзительно взвизгнула Мирослава, в ужасе уставившись на меня.

Она, кажется, поняла после месяца плена, что я действительно сделаю это, если она не ответит мне.

- ...Я не собираюсь быть чьей-то наложницей или любовницей. Пусть даже это будет Ларс.

- Другими словами, ты отдашь своё тело мужчине только после того, как выйдешь за него замуж и станешь его женой, да?

Кстати, кратко опишем брачную систему королевства Канария... Рабы не могут жениться. Обычным гражданам разрешается иметь только одну жену. Дворянам низшего класса (от рыцарей до баронов) разрешается брать вторую жену. Дворяне высокого класса (графья и выше) могли иметь до трёх жен. У короля их могло быть четыре.

Как-то так. Это - общий стандарт для всех народов континента, включая Империю Ад-Астера.

Как правило, женщина в официально признанном браке называется женой. В случае наличия более чем одной жены они будут называться в соответствии с их порядком вступления в брак: первой женой, второй женой и так далее.

Женщины, которые не входят в эту рамку, называются либо наложницами, либо любовницами (прим. - side lovers, я х/з, есть ли отличие между side lover и просто lover. Типа, вторая - тайная, а к первой ходишь открыто?).

Мирослава говорила, что даже если её мужем будет Ларс, она не отдаст ему своё тело, пока не станет его женой.

- Ты просто собираешься отступить, если Ларс выберет Ирию?

- Хмф! Я добьюсь, чтобы Ларса в ближайшем будущем представили к рыцарству. Если понадобится, я что-нибудь сделаю с помощью влияния компании Саузар.

- Понятно.

Даже если она станет второй женой, её всё равно будут считать настоящей женой. Гордость Мирослава всё равно была бы удовлетворена.

Возможно, она просто представила себе эту сцену, на её лице появилась очаровательная улыбка.

"...Хм, это лицо..." - пока я подумал, что мне следует воздержаться от вмешательства в её дела в этом плане.

Не то чтобы меня особенно интересовала её девственность, так что для меня это не имеет никакого значения.

И всё же неужели эта девушка действительно верит, что сохранит свою девственность, пока не вернется к Ларсу?

Если это так, то какой же она наивный человек.

Я не могу не сказать этого, так как намеревался, в конце концов, забрать у неё все и пожрать её душу, когда отчаяние захлестнёт её. Она должна была знать уже тогда, когда я отбивался от её самоуверенной атаки, что она просто так не уйдёт, если с ней ничего не случится.

Ладно, пусть мечтает, о чём хочет, я ничего из её желаний выполнять не собираюсь.

Я никогда не говорил чего-то типа: "если будешь делать, что я скажу, я верну тебя в Ишку".

Мирослава Саузар презирает мужчин.

Если спросить её, что сделало её такой, то первое, что она назвала бы, был бы её отец.

Её семья, торговая компания Саузар, входит в тройку крупнейших торговых компаний королевства Канария.

Именно её отец построил этот большой бизнес, всего за одно поколение.

Пройдя путь от небольшого магазина одежды на углу улиц королевской столицы до огромной торговой компании всего за 30 лет, её отец, несомненно, был символом величия в торговом мире.

Однако, как отец он был плох... Нет, он был худшим.

Рядом с ним всегда были женщины. Более того, лица женщин менялись каждый день. Он был так же энергичен, или даже более, по отношению к женщинам, чем по отношению к своему бизнесу.

Мирослава была дочерью его седьмой наложницы.

Её мать была странствующей танцовщицей, страстной танцовщицей с рыжими, как пламя, волосами.

Молодая Мирослава жила не в главном особняке семьи Саузар, а на дешёвой вилле. Жители этого района тайно называли его особняком наложницы.

У неё не было никаких воспоминаний о том, как она разговаривала с отцом, пока была маленькой. В то время как дети его настоящих жен носили яркие одежды, она была одета в потрёпанную домотканую одежду, которую сшила её мать.

В её доме мама и другие наложницы накладывали макияж, обрабатывали кожу и следили друг за другом, ожидая визита её отца.

В глазах юной Мирославы вид её матери был очень постыден.

Она решила про себя, что никогда не захочет стать такой, как её мать.

Вот почему она усердно училась.

Она направилась к двери для интеллектуалов, в академию магии.

Она улучшала свои знания, чтобы не стать женщиной, которой придётся торговать своей внешностью.

Дело в том, что, хотя упорная учёба может дать необходимые знания, с оплатой учёбы постоянно были проблемы.

Против своей воли пришлось просить о деньгах отца. Но не просто так, а как инвестиция.

Она убедила его вложить в неё деньги, сказав, что если его дочь поступит в академию, репутация его компании поднимется.

Когда она сдала вступительный экзамен, то плакала от радости.

Таким образом, она успешно сбежала из "особняка наложниц".

Однако даже академия мудрецов, в которую она так упорно стремилась попасть, не могла стать для нее домом.

Её внешний вид был первой проблемой.

Мирослава в то время не очень-то интересовалась тем, чтобы выглядеть хорошенькой.

Она держала себя в чистоте, но не заботилась о своих волосах, а её веснушки заметно выделялись. Даже когда у неё были мешки под глазами, она не пользовалась косметикой.

Макияж предназначен для женщин, которые хотят флиртовать с мужчинами. Такова была идея Мирославы.

Более того, она боялась, что станет такой же, как её мать, если начнет этим пользоваться.

Из-за этого она не пользовалась популярностью у мальчиков, даже девочки не пытались с ней познакомиться.

Но даже так она считала, что прекрасно справится сама. Пока её никто не беспокоит, она может полностью сосредоточиться на учебе.

На самом деле она была отличной ученицей. Мало того, что её знания и навыки в магии были лучше, чем у старшекурсников, она гордилась этим фактом и не пыталась вести себя скромно.

В результате она оказалась изолированной от своих сверстников. Дело не только в этом, но и в том, что стали иметь место как прямые, так и косвенные домогательства по отношению к ней.

И домогавшиеся были не только парнями. То, что она не нравилась противоположному полу, не означало, что девочки тоже ладили с ней.

Всякий раз, когда девушки её возраста заводили разговоры о макияже или парнях, Мирослава, уже пережившая столько до и в самой Академии, воспринимала их как дурочек.

Её чувства естественным образом передавались окружающим девушкам тем, как она вела себя с ними.

Те немногие знакомые, которые у неё были, оставляли её, и прежде чем она осознала это, в академии не осталось ни одного человека, которые хотя бы говорили с ней.

Для неё начались мрачные дни.

Только когда она отправилась в исследовательскую поездку, чтобы изучить некое чудовище, она оказалась в поворотной точке своей жизни.

В тот раз Мирослава оказалась в родной деревне Ларса и Ирии.

Ларс, который интересовался миром за пределами своей деревни, был удивлён тем фактом, что, несмотря на то, что их разделял всего один год, Мирослав уже была исследователем. Он ходил за ней по пятам, придумывая всякие глупые поводы.

Поначалу Мирославе это не нравилось, но по мере того, как она привыкала к тому, как Ларс вёл себя по отношению к ней, не обращая внимания на её внешность и пол, она начала чувствовать себя счастливой рядом с ним.

Именно тогда она узнала, что Ларс страстно желает стать авантюристом.

Академия мудрецов - это место для исследования магии, но кое-кто после выпуска становится искателем приключений.

Однако это было в основном у студентов с плохими оценками.

Талантливые молодые люди получали предложения о работе в качестве придворного мага или исследователя в государственных учреждениях.

По правде говоря, она выбрала себе именно на этот путь. Её магические способности, особенно в стихии огня, были достаточно высоки, чтобы впервые за последние пять лет привлечь к ней внимание из-за пределов академии.

Как бы её ни тянуло к Ларcу, она не могла отказаться от своего блестящего будущего ради парня, который был на год моложе её.

На этом её судьба с ним должна была закончиться.

Однако ситуация внезапно изменилась.

Первоначально Мирослав, закончившая обучение двумя годами раньше, в возрасте пятнадцати лет, считалась вундеркиндом.

Но в день экзамена она не явилась на него.

Она была заперта в старой библиотеке, которая находилась в подвале её общежития. Даже если бы она попыталась взломать дверь с помощью магии, в столь узком пространстве это было бы опасно для неё самой.

Более того, ей не хотелось уничтожать драгоценные книги, хранившиеся там.

Виновного так и не нашли. После того как она каким-то образом вырвалась на свободу, Мирослава объяснила ситуацию и потребовала пересдачи, но ей не назначили.

Это был результат того, что она наступила на хвост королевской семье, пришедшей посмотреть на долгожданное чудо, но не смогли увидеть его.

Таким образом Мирослава не получил никаких почётных обязанностей и была вынуждена бросить академию.

Она всегда была одиночкой. Более того никто не стал бы помогать ей, вызвав на себя гнев королевской семьи, так что в конце концов она стала авантюристкой.

Это не имело никакого отношения к Ларсу.

Причина, по которой она не пошла к тому сразу, была в том, что она не хотела, чтобы он увидел эту её.

Она не могла сказать ему, что искала его после того, как её выгнали из академии.

Она сама решила стать авантюристкой. Она решила, что прежде чем отправиться к нему, сделает себе имя сама.

Для Мирославы, которую едва не изнасиловали после того, как та в таком нетерпении вступила в первую группу, возможно, было бы не так уж странно развить такую сильную ненависть к мужчинам.

◆◆◆

И вот теперь Мирослава гадала, сколько же раз её загонит в угол существо под названием мужчина.

Сора Мицуруги неправильно понял только одну её черту.

Дело не в том, что она не понимала, в какой ситуации оказалась. Во всяком случае, она понимала, что хуже уже быть не может, всё равно всё идёт к её неминуемой смерти.

Сначала она подумала, что он отомстит ей за то, что она подставила его, например, приведёт её в какое-то безлюдное место и выплеснет свою злость.

Но через день эта мысль исчезла.

Каждый раз, когда Сора впивался в её губы, она чувствовала, что из неё высасывают что-то важное. Не раз и не два ей казалось, что она вот-вот умрёт.

Она пыталась убить этого человека, нет, этого монстра, который был перед ней. Он был чем-то ещё в облике человека. Он явно отразил её магию, хотя Сора, которого она знала, должен была быть на первом уровне.

Однако этот монстр с обликом Соры был силён. Она не могла сбежать, и её жизнь в плену продолжалась.

У неё также была возможность призвать смерть. Она предупредила его об этом, но Сора лишь слегка пожал плечами в ответ.

Либо он думал, что она не пойдёт на это, либо для него вообще не имело значения, умрёт она или нет.

Возможно, скорее первое, но также могло быть и второе.

Короче говоря, ему было всё равно, жива она или нет. Он не собирался убивать её, но для него не имело особого значения, умрёт ли она в конце концов.

Убедившись в этом, Мирослава перестала сопротивляться. Она не хотела умирать.

Если она воспримет его как презренного преступника, то сможет дать отпор, сколько бы раз ей это ни понадобилось. Она могла бы сделать что-нибудь, например, вытянуть губы и притвориться, что целует его.

Однако не было никакого смысла выступать против монстра, о котором она ничего не знала.

Каждый раз, когда он целовал её, она чувствовала отвращение, её буквально тошнило. Но, несмотря на это, её тело горело от сильного ощущения удовольствия.

Её разум и тело не реагировали по-разному. Она была близка к тому, чтобы сойти с ума.

Она уже подумывала о том, чтобы отказаться от всего и наплевать на всё, что он делает с ней.

Однако если она это сделает, то её пленитель, вероятно, потеряет к ней интерес.

Конечно, она была "вкусна" для него, потому что была жива. "Жива" в душевном плане. Добыча, которая отказалась от всего и не сопротивляется, не будет иметь хорошего вкуса.

В глубине леса Фетиды, в глубине территории демонических зверей, он приготовил место, где они могли жить, чтобы продлить её жизнь, пусть даже ненадолго.

Вот почему она должна вести себя как живая. У неё не было другого выбора, кроме как действовать как "живая" добыча для него, если она хотела жить.

Живая добыча.

"Да, прямо сейчас я похожа на какой-то живой корм", - подумала она.

Она всё ещё жива, чтобы быть вкусной пищей для монстра.

Как Сора, когда его однажды схватил Король Мух.

Ведь это она его подставила.

Сора, вероятно, испытывал те же отчаяние и ужас, что и она сейчас.

Наверное, он хотел кричать "Я не хочу умирать!", как она.

... Хотя сейчас уже слишком поздно, она хотела серьёзно извиниться перед ним.

Только оказавшись в той же самой ситуации, она впервые поняла, каково это. Такая жизнь - сущий ад. Ад при жизни.

Если позволить другим пройти через такое, они, конечно же, возненавидят вас, конечно же, они будут презирать вас. Даже Мирослава сделала бы то же самое.

Хотя она называла Сору чудовищем, именно она создала это чудовище.

С того дня, как эти мысли пришли ей в голову, отношение Мирославы к нему изменилось.

Она сделала, что хотел похититель, даже до того, как он сказал ей об этом. Сора мог подумать, что она пытается добиться его расположения. На самом деле, она не могла сказать, что у неё вообще не было такого намерения.

Но корень всего этого крылся в её желании искупить свою вину.

"Если он собирается съесть меня, то ничего не поделаешь", - подумала она.

Вероятно, именно в этот момент Мирослава Саузар был по-настоящему поглощена.

Не её тело и не её душа, но нечто столь же важное, как эти две вещи, было поглощено.

И вот Мирослава, упав так низко, впервые смогла увидеть истинную природу того "существа", которое захватило её, которое мучило её и теперь пожирало.

Мифическое существо, которое пряталось в тени Соры.

◆◆◆

Через пять дней после этого дня Мирослава Саузар была замечена на улицах Ишки.

Она исчезла примерно на месяц. Сотрудники гильдии, искатели приключений и особенно члены её отряда - Ларс, Ирия и Лунамария, которые отчаянно искали её, - все они подбежали к ней в возбуждении, вне себя от радости.

Именно тогда они заметили, что длинные рыжие волосы Мирославы, которыми она так гордилась, были сострижены до плеч.

С тех пор как она пропала, прошёл месяц. Когда они спросили её, что с ней случилось, она странно пожала плечами и извинилась перед ними.

Она сказала, что её не устраивает домашний арест гильдии, и исчезла в знак протеста против этого. Призналась, что покинула комнату по собственному желанию и взяла ответственность за всё на себя.

Когда сотрудники гильдии услышали об этом, их лица после мгновения шока покраснели от гнева.

Это было вполне естественно, и они больше не позволить ей выставлять их на посмешище.

Мирослава низко склонила голову и извинилась перед ними. Она сказала им, что остудилась после того, как провела некоторое время в одиночестве, и примет любое наказание от них. С этими словами всё вокруг затихло.

После этого её отвезли в гильдию, где устроили основательную взбучку. Но в любом случае ситуация, наконец-то, разрешилась.

Поиски Соры, который был главным подозреваемым в этом инциденте, также были отменены.

А тот вернулся в город Ишка через десять дней после этого.

В этот раз он привел с собой рабыню.

Было только два человека, включая Сору, которые знали, что эта рабыня будет искрой новых проблем в этом месте…

Снова на улицах Ишки

Когда я вернулся в город Ишка, примерно через два месяца, у меня было две вещи, которых у меня не было, когда я уезжал.

Первым был чёрный меч.

Не моё духовное снаряжение, а обычное оружие, сделанное человеческим кузнецом.

Несмотря на то, что это обычное оружие, оно было выковано кузнецом в Империи Ад-Астера, используя чёрную сталь, которая хорошо известна своей прочностью. Один слиток этого редкого металла может стоить десятки золотых монет. Если быть более точным, то пятьдесят золотых монет.

Причина, по которой я исчез с улиц Ишки на два месяца, заключалась в том, что я был в империи в поисках этого меча.

Что же касается пятидесяти золотых монет, то это была прибыль, которую я получил после продажи материалов демонического зверя, полученных в лесу Фетиды.

Такие материалы, как хвосты мантикор, продаются по довольно высокой цене. Вместе со всеми собранными травами я заработал десять золотых монет. Как я и думал, монстры и травы в глубине леса Фетиды стоили очень многого.

Кроме того там были остатки снаряжения от авантюристов, которые погибли в гнезде Короля мух. Так как это могло бы позже принести мне неприятности, если бы я продал их в королевстве Канария, я избавился от них в империи.

Ожерелье, усиливающее магию, щит с магической защитой - весьма дорогие предметы. Все вместе они стоили 70 золотых монет. Добавив это к тому, что я получил от материалов, получалось 80 золотых монет.

Одной золотой монеты достаточно, чтобы наслаждаться жизнью в течение месяца, поэтому можно примерно понять, что значит иметь восемьдесят золотых монет.

Это была смехотворно большая сумма денег, которой мне было достаточно, чтобы считаться богатым человеком.

Так вот, больше половины этих монет исчезло из-за чёрного меча. Это было очень дорого!

Однако тут уж ничего не поделаешь.

Чёрный меч был действительно популярен благодаря своему уникальному (и крутому) внешнему виду и своей прочности. Но в отличие с традиционных мечей нечто подобное делала только горстка кузнецов. Это также одна из причин, почему это оружие стоило так много.

Если бы я купил традиционный меч, я мог бы радостно тратить свои деньги на другие вещи. но причина, по которой я купил его, заключалась в том, чтобы сделать моё оружие души менее заметным.

Возможно, мне придётся драться на публике, когда вернусь в город. В то время я определённо выделился бы, если бы вызвал чёрный меч из ниоткуда.

Некоторые авантюристы, вероятно, знают о снаряжении души и стиле призрачного клинка, нет никакой гарантии, что они не свяжут меня с семьёй Мицуруги.

В конце концов, имя Сора звучит очень по-восточному.

Если это случится, то принесёт много неприятностей.

Если бы я всегда носил чёрный меч на поясе, я бы не выделялся, даже если бы вызвал своё духовное оружие в критический момент.

Вот почему я купил чёрный меч. Традиционный меч изначально не был вариантом.

Чёрный меч явно не так хорош, как мой духовный, но это всё равно был хороший меч. Я бы сказал, что это была хорошая покупка.

Таким образом, у меня оставалось тридцать золотых монет.

Другим, что я получил, была эта молодая девушка из расы териантропов, которая сейчас несла мой багаж.

Когда я снова посмотрел на неё, маленькая девочка открыла рот с напряжённым выражением лица:

- Что я могу для вас сделать, господин?

Девчонка. Молодая. Здоровая. Может драться.

Эту девушку по имени Сиэль Алус работорговец рекомендовал мне после того, как я дал ему эти требования.

Её имя, кажется, означает "невеста льва". Это имя предназначалось для женщины-воина, которая могла бы сравниться с тысячью других.

Вопреки сказанному, она, похоже, никогда не держал ничего, кроме сельскохозяйственных инструментов, да львом-териантропом она не была.

- Нет, ничего.

Я не могу сказать, что не чувствую себя обманутым работорговцем.

Просто требование, которое я дал, было "может драться", а не "победить в драке", поэтому я действительно не могу жаловаться.

Более того, я наблюдал за ней всё это время, пока мы возвращались из империи, и у меня не было никаких проблем с тем, как она себя ведёт.

Прошло совсем немного времени с тех пор, как она стала рабыней, так что она всё ещё не могла избавиться от своего замешательства и беспокойства, но это небольшая проблема.

Это то же самое, что и чёрный меч, её, вероятно, можно было бы назвать хорошей покупкой, хотя я действительно не планировал тратить на неё тридцать золотых монет.

Почему я в конечном итоге выбрасываю все свои деньги каждый раз, когда зарабатываю их?

Ну, скажем так, по крайней мере, на этот раз они не были потрачены на извинения перед борделем или компенсацию за проститутку.

С этой мыслью я открыл дверь трактира. "Голубая Клетка Маленькой Птички".

Она была рекомендована Гильдией, в которой я останавливался раньше.

◆◆◆

Я заплатил за месяц из оставшихся у меня серебряных монет и в то же время отдал несколько из них дочери хозяина как чаевые.

Я дал ей слишком много чаевых, но я хотел, чтобы она взяла их, так как это было также за все те неприятности, которые я причинил им в прошлом.

В будущем я планирую давать такую же сумму чаевых при каждом удобном случае.

Я вспомнил лица хозяина гостиницы и его дочери, когда они пришли в замешательство и сглотнули слюну.

Ну, оставим это приятное чувство от этой маленькой мести в стороне. Причина, по которой я выбрал этот трактир, была не в том, чтобы выставить своё богатство напоказ перед владельцем трактира или его дочерью.

Это рекомендованная Гильдией гостиница. Естественно, среди гостей здесь много искателей приключений. Более того, сама гостиница тесно связана с гильдией.

Когда меня вышвырнули из Гильдии, новость дошла до этой гостиницы меньше чем за час.

Если я останусь здесь, информация об этом дойдет до гильдии из уст служащих гостиницы. Именно к этому я и стремился.

Их подозрения в отношении меня после инцидента с Мирославой должны были быть сняты, но вопрос о том, что я издевался над гильдмастером, так и не был решён.

А ещё был спор между мной и "Соколиным мечом". Гильдия определённо продолжит следить за мной как за опасным человеком.

Вот почему я решил жить здесь, словно облегчая им работу.

Давайте, следите за мной, сколько вам угодно.

Я ничего не собираюсь делать. Если что-то случится, это будет означать, что это сделал кто-то другой. А это значит, что Гильдия сама докажет мою невиновность. Ха-ха-ха!

С учётом сказанного, если бы что-то случилось в ближайшие несколько дней сразу после моего возвращения в Ишку, то это было бы слишком большим совпадением.

Поэтому мне необходимо дать ему некоторое время.

Поскольку я уже заранее рассказал о своем плане другому человеку, я буду хорошим мальчиком в течение последующего времени.

Да, сегодня я возобновлю сбор трав, который также можно назвать моей работой по поиску души!

Ну, у нынешнего меня даже не было никаких проблем с заданиями на уничтожение монстров или бандитов.

Просто с тех пор, как меня выгнали из гильдии, я не могу просто взяться ни за одно из этих заданий.

Более того, я думал, что хочу, чтобы все пока ещё думали обо мне как об уровне один.

Некоторые люди могли бы сомневаться в этом, так как я вернулся живым из гнезда Короля мух, но для большинства людей там я всё ещё был "паразитом".

Пока ещё слишком рано менять это восприятие меня.

Права раба

Рабы.

Будь то в Канарии, в Империи Ад-Астера или в большинстве других стран, они являются самым низким классом.

Единственным местом, где было отменено рабство, было Южное Священное королевство.

Но даже там было трудно полностью отменить его из-за его глубоких корней в истории и обществе материка. Владение рабами и их продажа всё ещё были терпимы.

Просто, несмотря на то, что их называли рабами, положение этих рабов менялось от случая к случаю.

Бывает по-всякому.

Я слышал о подобной истории:

Некий сын богатой семьи нанял раба в качестве смотрителя склепа. Однажды ему захотелось выпить, и он приказал своему рабу купить ему немного спиртного. И раб ответил так: "Моя работа - следить за склепом, а не покупать алкоголь". Итак, парень неохотно пошёл покупать спиртное сам.

Это показывает, что рабы даже имеют некоторые права, которые даже рабовладельцы не могут нарушить.

Вот ещё один случай, с которым я знаком немного больше.

Молодая девушка постучала в дверь работорговца, чтобы вернуть долг своей семьи. Для этого она решила продать себя. Прямо говоря, она могла выбирать, выставлять ли своё целомудрие на продажу или нет. Если нет, то может отказать в сексуальных услугах тому, кто её купит.

Просто из-за этого её, естественно, продадут гораздо дешевле.

Удачная сделка могла зависеть от того, разрешал ли раб ночную работу, а также наличие конкретных навыков, без которых тот был покупателю не нужен. (прим. - жители Вечного Рима с непониманием смотрят на такую систему)

Как только человек становится рабом, работорговец обязан заботиться о нём до тех пор, пока его не купят.

Для торговца было бы пустой тратой денег держать рабов, которые долго не будут продаваться.

Говоря о рабыне-териантропе по имени Сиэль Алус, которую я купил, она согласилась продать всё, когда вверила себя работорговцу.

Ей не разрешат сказать "нет", если я попрошу у неё ночную службу. Конечно, эта часть была отражена в её цене.

Кроме того, как у оцелота (дикой кошки), зрение Сьель так же хорошо, как если бы её глаза были зачарованы магией, и у неё также хорошее обоняние. Она может передвигаться по деревьям ловко как обезьяна и плавать так же быстро, как рыба.

В дополнение ко всему она - честный и серьёзный человек. Несмотря на то, что её тело не особо сильное, она подчиняется моим приказам. Она - дикая красавица, которая переполнена освежающим очарованием.

Это заставило меня смириться с тем, что я потратил на неё тридцать золотых монет, ведь она была такой очаровательной девушкой.

... Честно говоря, у меня не было никаких претензий к качеству рабыни.

Я хотел купить рабыню на этот раз не для "кормления", а чтобы поставить ловушку для одной эльфийки.

Поэтому, если работорговец даст мне кого-то, кто удовлетворял мои требования, не имело значения, кто это был.

Сначала рабыне будет немного тяжело, но я отпущу её, когда все закончится.

Сиэль была представлена мне как раз в тот момент, когда я думал об этом.

Как только я увидел её лицо, моё сердце бешено заколотилось.

В результате этого я сейчас нахожусь в одной комнате с Сиэль.

Та в данный момент лежала у меня на коленях, издавая различные эротические звуки:

- ...Ммм... ааа... ааа?!

И вовсе не потому, что я делал с ней что-то эротическое. Я просто играл с её кошачьими ушками.

В голове всплыли воспоминания о том, как делал что-то подобное, когда был ребёнком, с кошкой, которая жила рядом с додзё.

Ну, я, конечно же, плакал после того, как кошка оцарапала меня.

Вполне естественно, что меня невзлюбили, когда я вдруг ни с того ни с сего дотронулся до её ушей.

Но в данном случае мне позволено делать с молодой рабыней всё, что я захочу, хе-хе-хе.

- Ум... Ммм... Хозяин?

- Что такое?

- Гм, как долго... вы будете это делать?..

- Какое-то время, пока не взойдёт солнце, наверное. Теперь я буду делать это каждый день.

- ...Я сделал что-то такое, что оскорбило вас? Если да, то я приношу свои извинения.

- Нет, ты вообще ничего такого не делала. Во всяком случае, я хотел бы поблагодарить тебя за доброту. Просто…

- Просто что?..

- Я извращенец, который приходит в восторг, когда видит измученное лицо девушки.

- А?

- Ещё лучше, если до этого состояния их доведу я. Просто сдайся и думай об этом так, будто тебя купил дерьмовый владелец.

Сказав это, я легонько коснулась талии Сиэль.

Внезапно она почувствовала новую стимуляцию, её тело дернулось, её удивительно красивый голос эхом разошёлся по комнате.

Осознав это сама, Сиэль сильно покраснела.

Проведя левой рукой по её мягким каштановым волосам, я снова поиграл с её ушами правой рукой.

В ту ночь я позаботился о том, чтобы её голос эхом отдавался в комнате до самого рассвета.

После этого я отправил её собирать травы в лесу Фетиды, не дав ей ни минуты поспать. Когда она вернулась в гостиницу, я снова положил подушку на колени и играл с её ушами, а иногда даже с хвостом.

И на следующий день, и на следующий день, и ещё через день я продолжал делать с ней то же самое.

При таком образе жизни у любого будет недостаток сна. Если человек не получает достаточно сна, а тело начинает работать с перебоями.

Под глазами Сиэль появились тёмные круги, а щёки слегка ввалились.

Доведя её до такого состояния, я в тот день повел её в лес. Авантюристы, хозяин гостиницы и его дочь - все они просили меня дать ей немного отдохнуть, но я просто с усмешкой игнорировал их.

Затем, когда мы вышли из городских ворот и направились в сторону леса, перед нами встали четыре человека.

Это была четвёрка из "Соколиного меча".

Лунамария. ч. 2

- Здорово, Ларс! Ты обманул этого труса, и теперь он полностью в твоей власти! - похвалила Мирослава Ларса с довольной улыбкой на лице.

В ответ на это он довольно стеснительно улыбнулся.

- Прости, Миро. Я совершенно забыл о том, что ты сказала мне по дороге... Я не притворялся, чтобы обмануть его... Я был серьёзно зол на этого парня.

- Хе-хе, это потому, что ты такой человек, я уверена, что он сейчас настороже. С этим ты сможешь освободить ту девушку, Сиэль, из его лап. Это будет большим достижением для тебя!

После этих слов Мирослава взяла Ларса за руки и улыбнулась. Тот застенчиво улыбнулся в ответ.

Лунамария была явно озадачена, наблюдая за этими двумя.

Когда её глаза встретились с глазами Мирославы, та опустила взгляд и сказала:

- Но я не думала, что этот парень нацелится на Луну вместо меня. Это было единственное, чего я не ожидала. Прости меня за это, Луна.

- Умм...

- Но ведь всё же хорошо! - Мирослав повысила голос, обратившись к Лунамарии, когда та собиралась что-то сказать. - Ларс ни за что не проиграет этому трусу. Ларц на 16 уровне, а этот всего лишь на первом. Как бы сильно он ни облажался, он всё равно не проиграет. Возможно, ты чувствуешь себя неловко из-за условия о твоём рабстве, но, пожалуйста, доверься Ларсу. Пожалуйста, помоги нам! - с этими словами Мирослава низко склонила голову.

Затем Ларс также решительно кивнул Лунамарии, пытаясь избавить её от беспокойства.

- Всё именно так, как говорит Миро. Я никогда не проиграю трусу, который издевается над рабыней, которая не может дать отпор. Эм, я не хотел ставить тебя на пари, но мне нужно твоё согласие. Я хочу помочь той девушке по имени Сиэль... пожалуйста!

Хотя Ларс и сказал "пожалуйста", он ни на секунду не сомневался, что Луна откажет ему.

Он был уверен в своей победе и верил, что его товарищи тоже уверены в нём.

"Она ни за что не откажет", - подумал он.

Однако Лунамария не кивнула, она просто не могла кивнуть.

Это потому, что она чувствовала скрытую силу Соры больше, чем кто-либо другой здесь.

Спустя столько времени он выглядел ещё более сильным, чем раньше.

Так как в этот раз она ожидала этого, её тело не замерло, как раньше, но она всё ещё чувствовала давление, когда увидела его. Это было, как если бы Сора схватил её за сердце.

Если бы её спросили, сможет ли Ларс победить его, она только качала головой.

Когда Ларс заметил нерешительность Лунамарии, как будто она сомневалась в его способностях, он снова открыл рот, от возмущения.

Единственной, кто положил этому конец, была Ирия, которая всё это время молчала.

- Прекрати, Ларс. Мы все знаем, на что способен каждый из нас, не так ли? Не так-то просто смириться с тем, что твоя судьба решается победой другого. Конечно Луна будет колебаться.

- А-а, ты совершенно права. Извини, я, наверное, принял это слишком близко к сердцу.

- Но всё же, не слишком ли это странно?

- Что именно?

- Ты на 16 уровне, этот парень - на первом, в поединке он тебе не ровня, не так ли? Но Сора тоже это знает. Так почему же он согласился на такой невыгодный для себя бой?

- Хм, почему?.. Наверное, он думал, что сможет победить, так?

- Именно это я и хочу сказать, почему он думает, что сможет это сделать? Он согласился на поединок, потому что верит, что у него есть шанс победить. Но мы понятия не имем, что заставляет его так думать. Он не показывался в Ишке почти два месяца после инцидента с Королём мух. Похоже, что он отправился в путешествие по империи, так что вполне возможно, что он получил оттуда какую-то странную силу.

Ларс нахмурил брови и задумался, услышав, что сказала Ирия.

В этот момент Лунамария впервые открыла свои мысли своим товарищам.

- Ларс, насчёт того, что только что сказала Ирия…

- В чём дело, Луна?

- Это просто моя интуиция пользователя духа, поэтому у меня нет никаких конкретных доказательств этого, но... Сора нынешний отличается от Соры прошлого.

- Отличается?

- Да. Боюсь, что он уже не первого уровня. Я чувствовала исходящую от него силу, которая не могла сравниться с прежней. Я думаю, что-то случилось в гнезде Короля мух.

Она ни словом не обмолвилась о драконе, потому что в этом случае могла потерять всякое доверие к себе. Вот почему Лунамария объяснила ненормальную ситуацию с Сорой в упрощённой форме.

Складка между бровями Ларса стала ещё глубже, когда он услышал её слова.

И всё же Мирослава сказала:

- Ларс, тебе не о чем беспокоиться.

- Миро?

- Ну и что с того, что этот парень получил новый уровень? Даже если он потратил эти два месяца на охоту на монстров, сейчас он вряд ли выше третьего уровня Ну пусть даже 4, если бы сражался без остановки, но это должно быть пределом. Да, его сила могла бы удвоиться или утроиться по сравнению с его прошлым "я", но он всё равно ребёнок по сравнению с тобой.

Мирослав повысила голос, объясняя это как нечто само собой разумеющееся.

- Парень, который все эти годы только и делал, что собирал травы, против тебя, который прошел через множество опасностей как авантюрист. Есть большая разница не только в твоем уровне, но и в боевом опыте. Этот разрыв не может быть закрыт всего за два месяца, не думаешь?

- Да! Конечно!

- Кроме того я догадываюсь, почему он думает, что сможет победить, как сказала Ирия.

- Неужели?!

- Да. Этот парень уже говорил это в прошлый раз. Он заплатил тридцать золотых монет, чтобы купить ту девушку по имени Сиэль. Откуда он взял деньги? Во время того инцидента у него также были деньги, чтобы вызвать священника, который мог бы использовать "Распознание Лжи". Как насчёт тех денег? По-моему, он, скорее всего, присвоил вещи убитых в гнезде короля мух и продал их.

Услышав, что только что сказала Мирослава, Ирия пробормотала себе под нос, как будто ей только что пришло в голову:

- ...Кстати говоря, этот парень действительно привёз с собой идентификационные жетоны авантюристов.

- Да. Он действительно принес их жетоны, чтобы сообщить в гильдию...но он, должно быть, сохранил их деньги и снаряжение. Если бы он этого не сделал, то у бродяги, которого выгнали из гостиницы, даже не заплатив чаевых, никогда не было бы золота.

- Правда? Я также заметила незнакомый мне меч на его поясе.

- Да. Должно быть, он получил его с продажи вещей покойных. Другого объяснения этому нет. Причина, по которой он отправился в империю, заключалась в том, чтобы продать те вещи, которые он не мог продать в Ишке. А потом на вырученные деньги он купил себе оружие и, в своем высокомерии, раба. Теперь этот человек щеголяет перед всеми вокруг с самодовольным выражением лица. Его злые намерения видны в том, как он изо всех сил старался заселиться в той же гостинице, в которой останавливался раньше.

- Итак, это означает, что шанс на победу, который, как он думал, у него был от того, о чем говорила Ирия ранее…

- Держу пари, что это тот самый меч у него на поясе. Ха-ха, этот парень похож на ребёнка, который никогда раньше не прикасался к мечу, но взял в руки меч своих родителей и теперь радостно размахивает им. Это явно так.

Положив конец беспокойствам Ирии и Лунамарии, Мирослава снова повернулась к Ларсу.

Затем она мягко протянула руку и положила ладони ему на щеки.

На мгновение Лунамарии показалось, что здесь что-то не так, но она решила, что слишком много думает об этом.

- Ларс, это работа взрослого - преподать урок плохим детям. Это обязанность старшего - учить новичков, которые слишком важничают только потому, что они быстро растут. Давайте покажем Соре силу настоящего искателя приключений, настоящего воина, хорошо? Ты должен сделать это и для этой бедной девушки-териантропа…

По плану

В городе Ишка улаживания дел с помощью поединка не так уж и необычен. Буйные авантюристы и сами порой были не прочь затеять драку. Это происходит очень часто.

Однако это не остаётся незамеченным.

Чтобы поединок был официально признан, должен быть свидетель. Они сами выбирают место для поединка, сами готовятся к нему и ручаются за результат.

Жаловаться на результат - было всё равно оскорблять свидетеля.

По своей природе свидетель должен иметь соответствующий социальный статус и чувство долга. С другой стороны, если на дуэли не будет свидетеля, она будет считаться обычной дракой, и обе вовлечённые стороны будут судимы по законам города.

Я ожидал этого, но свидетелем дуэли между мной и Ларсом будет глава гильдии, Элгарт.

Это место находится в тренировочной зоне гильдии. Вокруг не было ни зрителей, ни зевак. Только я, Ларс, Элгарт, другие члены "Соколиного меча", Сиэль и женщина-администратор с заплетёнными в косички волосами стояли в этом просторном помещении.

Я ожидал увидеть толпу искателей приключений и сотрудников гильдии, подбадривающих нас, так что это был настоящий сюрприз.

Ну, в конце концов, это изначально была ссора между нами. Было бы очень неприятно, если бы в разгар нашей дуэли кто-то выкрикнул что-то странное, и это услышали бы другие искатели приключений.

Однако без толпы есть риск, что они не примут результат, когда Ларс проиграет. Это не было бы странно для главы гильдии, который прикрыл Мирославу в тот раз, в этот раз скрыть поражение Ларса.

Когда я думал об этом, дверь тренировочной площадки открылась, и в неё быстро вбежал мужчина средних лет, пытаясь отдышаться.

- …*хаа*, *хаа*... О, мои извинения за опоздание! Когда я уходил, кое-что случилось, так что мне потребовалось некоторое время, чтобы добраться сюда.

Его шёлковая одежда и пухлое телосложение выдавали типичный образ торговца.

Этот человек, который был послан из "Союза", осмотрел окрестности своими узкими глазами, подтверждая лица собравшихся здесь людей.

- Я думал, что это необычно, раз мастер Элгарт звал меня, но, похоже, здесь происходит что-то очень интересное.

- Подробности описаны в этом письме. Поскольку у нас мало времени, Федор-доно (прим. - в анлейте Fedor-dono, не Fyodor), мы начнём немедленно, вы не возражаете?

- Да, конечно, меня это вполне устраивает. Родится ли сегодня новый раб или раб будет освобождён? Независимо от того, что произойдёт, дело будет связано с рабством.

Хотя несколько отстраненная манера речи и поведения этого Федора была несколько подозрительны, раз его послал сюда из "Союз", не имеет значения, некомпетентен он или безответственен. Его свидетельства должно быть достаточно.

Скорее всего, если они послали его сюда, чтобы не признать результат, мне придётся пойти и разобраться с этим.

Но это было бы не очень приятно.

"Союз" - это Союз работорговцев.

Подобно Гильдии искателей приключений и Храму секты Бога Закона, они представляют собой огромную, хорошо зарекомендовавшую себя организацию по обе стороны границы. Все, что связано с работорговлей, имеет отношение к "Союзу".

Влияние Союза, который иногда имеет дело с более чем тысячами рабов, достигло даже небольших стран и сельских районов, они - не те люди, с которыми захочется связываться, если только не захочется скорой смерти.

Ну да, иногда контактируешь с ними, даже когда не очень хочется... Это были не просто несчастные люди, как Сиэль, но даже для кого-то вроде меня, кто идёт по тернистому пути. Я не могу сказать наверняка, что мне не понадобится их помощь в чём-то в будущем.

А, ну да ладно. Что случится в будущем, будет в будущем. Сосредоточимся на том, что сейчас передо мной.

Ларс был вооружен одноручным мечом, щитом и стальными доспехами. Вероятно, все они были зачарованы магией. Это, скорее всего, знак того, что торговая компания поддерживает его. Короче говоря, он был полностью экипирован.

С другой стороны, если не считать чёрного меча на поясе, во всём старом, даже старых кожаных доспехах. Только та часть, которая прикрывает мою грудь, на самом деле бронирована. Так что защиты у меня немного.

Если судить по снаряжению, то я в проигрыше. Во всяком случае, разница была просто смехотворной.

Конечно, здесь никто не смеялся. Поскольку это поединок, в котором можно и погибнуть, вполне естественно, что люди отдают предпочтение защите.

Ларс посмотрел на меня со всей серьёзностью.

- Ну а теперь... обе стороны, приготовиться!

Он приготовил свой меч и щит в ответ на голос Элгарта.

Я приготовил свой меч. Я не собираюсь использовать в поединке кэй или моё духовное оружие.

Помимо проверки моей силы это также защитная мера, чтобы не позволить Гильдии и Союзу оценить мою реальную силу.

Вопрос в том, позволит ли это Ларц или нет...

- Хааааа!!

Он бросился вперёд и полоснул меня по плечу наискось.

Если бы я просто стоял там, моё левое плечо, вероятно, было бы отрезано.

Конечно, я не настолько хорош, чтобы дать ему этот первый удар бесплатно. Я слегка отскочил назад и уклонился от удара. Затем я пошёл в контратаку, пока он не восстановил стойку.

Однако, как и следовало ожидать от искателя приключений шестого уровня, всё оказалось не так просто. Ларс ловко переместил свой щит и прикрыл небольшую "дыру" в его защите. Затем я атакую это место...

В тот момент, когда я думал об этом, в меня полетела его вторая атака.

Она была даже быстрее, чем первый удар.

Увидев эти движения, даже и не подумаешь, что на нём тяжёлые доспехи. Видимо, его первая атака была просто разминкой.

Понимая, что на этот раз мне не удастся увернуться, я отбил удар тыльной стороной меча.

Дрожь прошла по реке, когда его меч столкнулся с моим мечом. Тяжёлый. Я был в состоянии противостоять атаке, твёрдо стоя на ногах.

Это очевидно, но Ларс уже не тот человек, каким был пять лет назад.

- Что случилось, Сора?! Если это всё, на что ты способен, тебе меня не одолеть!

Третий удар, четвёртый удар, пятый удар... Он кричал и дразнил меня, продолжая свои атаки.

Я скривил губы и ответил:

- Спасибо за ваш совет.

Сказав это, я бросился в сторону и уклонился от его тычка. Он немедленно ударил щитом, но я уклонился и от него. Он не стеснялся использовать любые приёмы, чтобы лишить меня равновесия, даже подножки, но от них я просто отпрыгивал.

Находясь в воздухе, я внимательно наблюдал за ним.

Четыре важных основы стиля фантомного клинка: "Зан (удар) Кэй, Су (движение), Кан (вид)".

"Кан" - это, в основном, наблюдение.

Один генерал империи однажды сказал: "Вы выиграете бой на сто процентов, если будете знать, где вы и ваш враг находитесь". Эта цитата относится не только к состоянию войны.

Без использования кэй или моего духовного оружия противник был сильнее, чем я думал. Более того, количество накопленного опыта, накопленного им как авантюристом, намного превосходит мой.

Я пытался найти ключ к разгадке этой разницы между нами в его движениях.

Если посмотреть на себя со стороны, то я, вероятно, буду выглядеть опасным парнем, наблюдающим за каждым движением Ларса, словно змея.

Неужели то, как я на него смотрю, его раздражает? Или он раздражался, что его атаки не попадали? Его удары становились всё шире и шире.

Он не достиг той точки, когда их можно было бы назвать небрежными атаками, которые оставляли его открытым, но его точность упала ниже, чем когда-либо прежде.

Мы ещё не обменялись и тридцатью ударами. Для него было бы слишком рано проявлять нетерпение, наверное... Нет, если я посмотрю на это с его точки зрения, то он ведёт битву против первого уровня. Конечно, эта мысль начинала его беспокоить.

Как правило, было бы неловко, если бы авантюрист шестого уровня не мог позаботиться о авантюристе первого уровня, который был давно исключён. Нет никаких сомнений, что он беспокоится о том, как его товарищи и мастер гильдии сейчас смотрят на него.

Кроме того Мирослава должна была его здорово подзадорить. Что-то вроде: "Пожалуйста, покажи мне, на что способен настоящий авантюрист, настоящий воин".

И вот теперь он оказался в таком затруднительном положении. Он неизбежно начинал раздражаться.

Да, теперь, когда я это знаю, было бы только правильно использовать это против него. Ларс был слаб в этом отношении уже давно. Его слабость, казалось, глубоко укоренилась в нём из-за его простого, деревенского происхождения.

- Что случилось, Ларс? Ты не сможешь победить меня, просто размахивая своим мечом, слышишь?

- Заткнись, перестань уворачиваться!

- К сожалению, мой меч - это не то оружие, которое предназначено для прямого столкновения. Вот как я сражаюсь. Но всё же грустно, что авантюрист шестого уровня испытывает проблемы с тем, чтобы одолеть меня.

- Дерьмо...

- Твои движения становятся всё более и более небрежными...

Сказав это, я ударил его в грудь, когда он слегка опустил щит. Я воспользовался этим и нанёс урон его корпусу.

- Угхх?!

- Эй, твой щит снова опущен.

Я продолжил наносить удары точно в то же место, где треснула его броня.

С лицом, искажённым болью, он замахнулся щитом на меня, чтобы отбросить меня, после чего нанёс ответный удар своим одноручным мечом.

Однако эта атака была с большим размахом и большой силой. Это было не то же самое, что раньше, когда я попросту отпрыгивал, но решил больше не злить гусей.

После этого мы пятьдесят раз обменялись ударами, после чего разошлись и уставились друг на друга.

Ларс запыхался, его лицо исказилось, и кровь, капавшая из трещины на его броне, запачкала землю.

Да. Мне стыдно это говорить, но он очень слаб.

Это правда, что он сильнее меня на голову. Он мог бы сразить меня, если бы смог подобраться ко мне поближе и скрестить со мной мечи. Однако он не знает, как правильно использовать свои преимущества в бою. Честно говоря, Аяка или Рагуна пятилетней давности всё равно были бы намного сильнее его.

Я знаю причину и этого. Стиль Ларса предназначен для борьбы с монстрами, а не для боя с людьми.

Конечно, он сражался и с людьми тоже. Бандиты, некроманты, злые культисты - нет недостатка в человеческих врагах для искателя приключений.

Однако если посмотреть на это в целом, то большинство из тех, с кем он сражался, были монстрами. Он не научился сражаться мечом, чтобы использовать его для борьбы с людьми.

В этом отношении, хотя я вообще почти не дрался какое-то время, я всё же намного лучше, чем он, сражаюсь с людьми, так как я учился стилю Призрачного Клинка с самого раннего возраста. В конце концов, все, кто был рядом со мной, были сильнее меня. Тот опыт, который я получил, сражаясь с сильными людьми, пригодился как нельзя кстати.

С учётом этого, мне не нужно позволять этому бою затянуться, я в этом уверен.

Вообще, вполне возможно, что это ловушка, чтобы заставить меня потерять бдительность и пойти ва-банк... Да, если это так, то в благодарность за его хорошую актерскую игру я покажу ему своё искусство ки.

С этой мыслью я шагнул вперёд.

- Ларс!

Ирия, вероятно, почувствовала что-то в этот момент, она инстинктивно позвала его, чтобы привлечь внимание.

Ларс приготовил свой меч в ответ, когда я пронесся по воздуху и столкнулся с его мечом.

И затем...

*звяк*

Со звуком лязга металла его одноручный меч взлетел в воздух. Вскоре он вонзился в землю чуть поодаль от нас.

Я увидел ошеломленного Ларса, к горлу которого был приставлен клинок.

- Достаточно! - спокойно крикнул глава гильдии. - Победитель - Сора!

Когда я увидел выражение его лица в тот момент, я вдруг подумал:

"Похоже, именно так я выглядел, когда проиграл воину Драконьего Зуба во время моего испытания".

◆◆◆

- П-подожди, подожди! Ещё один раунд, давайте ещё один раунд! - это было первое, что после всего этого сказал мне Ларс.

Не поблагодарив Ирию, которая сейчас исцеляла его, он уставился на меня налитыми кровью глазами.

Увидев его таким, я лишь слегка пожал плечами.

- Значит ли это, что ты оспариваешь мою победу, хотя у нас есть свидетель? Однако о моей победе объявил сам мастер гильдии.

- Н-нет! Это была моя ошибка. Меня это вполне устраивает. Я признаю это, так что давай снова сразимся, Сора! Просто мы дрались не в полную силу! На этот раз я выиграю!

- Хм. Меня это вполне устраивает, но кого вы ты мне отдашь следующей?

- Что?

- Я вообще-то выиграл этот бой. Другими словами, Лунамария принадлежит мне. Тебе придётся подготовить кого-то другого на роль ставки-раба, если снова захочешь сражаться. Как я уже говорил, Мирослава мне не нужна, так что осталась только Ирия.

Услышав это, Ларс инстинктивно посмотрел на Ирию. Та, лечившая его раны магией, посерьёзнела, поймав его взгляд.

- Ирия!

- Ты не можешь, Ларс. Твои раны затянулись, но ты ещё не оправился от потери крови. Ты не можешь драться в таком состоянии.

- В-всё в порядке, теперь я знаю, как с ним бороться. На этот раз я выиграю!

Когда он так закричал, Ирия ударила его по лицу. *Шлёп*, раздался сухой звук шлепка по коже.

- Прекрати! Ты собираешься и дальше убегать от результата? Ты проиграл! Если ты сначала не признаешь это, как ты можешь думать о том, чтобы получить реванш?!

- Ири... я...

Услышав её слова, он упал на колени, как будто, наконец-то, принял реальность.

Наблюдая за этими двумя, я мысленно рассмеялся.

Отношение Ирии суровое, но доброе. Это был самый правильный ответ, который я только мог придумать.

Однако тому, кто чувствует себя опустошённым до глубины души, иногда может быть трудно принять правду.

В этот раз... Если бы был кто-то, кто скажет ему только то, что он хотел бы услышать, он, наверное, влюбился бы в него по уши. Они могут быть друзьями детства, но эти отношения не будут длиться вечно.

Я не видел Мирославу. Но мне нет нужды искать.

Всё шло по плану.

Обманщик

Я наконец-то получил свою давно желанную рабыню-эльфийку!

Я был вовсе не так взволнован.

Однако в ночь после того, как я победил Ларса, когда я надел на Лунамарию рабский ошейник в номере гостиницы, я испытывал сильную боль от других желаний, не только съесть её душу.

Когда-то давно она мне даже нравилась. Хотя я думал об этом и не произносил вслух, я не мог сохранять спокойствие, когда она была прямо передо мной.

Естественно, поскольку теперь моя власть над Лунамарией была абсолютной, она не могла отказать мне. Все документы были уже заверены у свидетеля-работорговца.

Конечно, это означает, что мне нет нужды сдерживаться. Я хочу сделать с ней что-нибудь прямо сейчас, но перед этим мне нужно было кое-что подтвердить.

- Итак? Что ты задумала? - спросила я Лунамарию, которая с раскрасневшимися щеками смотрела вниз, на пол.

Кстати, её щёки покраснели от смущения. Сейчас она была в какой-то облегающей шелковой одежде, которая плотно прилегала к её телу. Её руки или ноги были полностью обнажены. Её спина и область декольте были смело выставлены напоказ.

Наряд был предназначен скорее для купания или тайного обрядового танца.

Честно говоря, это очень эротично. Более того, этот наряд надет на эльфийку, которых часто называют элегантными. Большинство мужчин потеряли бы дар речи, если бы увидели её в этом... как я.

Но даже так я заставил её одеть это не потому что был извращенцем. Если быть до конца честным, это было сделано для того, чтобы она не могла спрятать на себе никакого оружия.

- ...Я ничего не замышляю, Сора-сан.

- Не прикидывайся дурочкой. Я победил Ларса, но ты всё равно ведёшь себя так хорошо, даже слишком хорошо. Ты тоже не сопротивлялась, когда мы заключили контракт. Ты должна знать, что с тобой будет, когда контракт вступит в силу. Зная всё это, я не сомневаюсь, что ты пытаешься приблизиться ко мне, чтобы что-то сделать.

Конечно, именно я довёл её до такого состояния. Результаты не изменились бы, даже если бы она попыталась сопротивляться, когда мы заключали контракт.

Сопротивление было бесполезно. Это совершенно понятно, но неужели она действительно так легко сдалась? Нет, такой человек не смог бы прожить столько лет в качестве искателя приключений.

Если призадуматься, у неё должен быть скрытый мотив

Проблема в том, что я понятия не имею, какой.

Самое первое, что приходит в голову - прирезать меня во сне, но убийство хозяина - тяжёлое преступление для раба. Лучше было бы умереть, чем испытать те мучения, которые придётся пережить потом.

Или, возможно, она пытается ослабить мою бдительность, а затем заставить кого-то другого, например, Ларса или Ирию убить меня.

Но она всё равно будет обвинена в преступлении, пусть даже как организатор, а не исполнитель.

Когда я наклонил голову с этими мыслями, Лунамария спокойно открыла рот:

- Я ничего не замышляю, но хочу кое о чём спросить вас.

(прим. - как известно, английское you не несёт в себе различия "ты/вы", а японским я, извините, не владею (знаю только, что "ты" там крайне фамильярно), потому везде, если не произойдёт изменений в ситуации, Луна будет обращаться к ГГ на "вы")

- Хм? Что такое?

- Вы... Кто вы такой?

- ...Что? Ты пытаешься назвать меня бессердечным монстром или что-то в этом роде?

- Нет, дело не в этом! Я не это хотела сказать! - когда она быстро покачала головой в отрицании, её взгляд блуждал повсюду, как будто она колебалась. Но вскоре на её лице появилось решительное выражение, и она посмотрела прямо на меня: - ...Я вижу дракона.

- ...Что?!

- Я вижу... дракона внутри... вас. Одноголовый дракон с тёмной, как ночь, чешуёй. В первый раз я увидел его, когда вы вернулись из гнезда Короля мух.

- ...Ох…

- Я не знаю, обитает ли в вашем теле дракон, или вы сами - дракон, принявший форму человека. Тем не менее, я просто вижу это. Вот почему я спросила, кто вы такой.

- Я - Сора Мицуруги, с самого рождения. Таков мой ответ, но…

Тут я ещё немного подумал об этом.

Нет никакой ошибки в том, что дракон, о котором она говорит - Пожиратель Душ. В сочетании с тем, что я увидел, когда получил своё оружие души, это показывает, что она не разыгрывала меня.

- Кстати, ты кому-нибудь об этом рассказывала?

- Нет... поскольку я могу почувствовать как пользователь духа, и у меня нет никаких других доказательств…

- Значит ли это, что другие пользователи духа тоже могут это почувствовать?

- Возможно, но я не совсем уверена, потому что то, насколько хорошо человек может воспринимать через духов, зависит от самого человека.

- Ясно. Значит, пользователи духов могут чувствовать это в таком виде, да? ... А, кстати об этом...

Тут я вдруг вспомнил, что произошло, когда я доложил о преступлениях "Соколиного меча" в гильдии. Она дрожала в ужасном состоянии, потому что...

- Только не говори мне, что ты уже тогда заметила дракона!

- …Да. Мне казалось, что дракон смотрит на меня сверху вниз с близкого расстояния. Это было удушающе.

Ясно. Я задался вопросом, если это так, не было ли то извинение притворством, которое должно было только помочь ей чувствовать себя лучше.

Я ругнулся про себя. Это была моя вина, что я слишком поспешил с выводами.

Нет, погодите, сначала…

- Если ты видела дракона, то разве не думала, что я выиграю сегодняшний поединок? Почему ты согласилась на пари? Ты ведь согласилась на увещевания Ларса сама. Тогда было бы разумнее отказаться.

- Ну... да... Раз уж мы уже подняли эту тему, то нам больше не нужно стесняться в выражениях, верно?

- Ч-что ты имеешь в виду?

- Я говорю о Миро. Эта девушка с вами связана?

Услышав это, я тут же усмехнулся.

- Связана? Я и эта женщина, которая абсолютно меня ненавидит? Это хорошая шутка. Ты это тоже увидела своими духовными чувствами?

- Я почувствовал, что что-то не так, когда она вернулась после своего исчезновения. Это потому, что духи иногда вели себя странно рядом с ней. Однако это было так слабо, что я не была уверена. Но в тот день, когда вы с Ларсом решили устроить поединок, я в этом убедилась.

- И что же случилось?

- Это всё из-за того, что она сказала. Миро извинился передо мной, когда она сказала, что собиралась поставить в поединке себя, но ставкой оказалась я. Это выглядело как искреннее извинение... но на её плече танцевал озорной лепрекон. Именно тогда я заметила, что она наслаждается ситуацией. Когда я внимательно выслушала её с этой мыслью, стало ясно, что она подливает масла в огонь. Даже когда мы с Ирией были осторожны, она вела Ларса на дуэль с улыбкой на лице, - Лунамария слегка покачала головой. - Нет, в первую очередь именно Миро среагировала на ту девушку-териантропку, Сиэль. Неужели всё это было спланировано с самого начала?

- Кто знает? Но если у тебя были такие сомнения, то это ещё более подозрительно. Почему ты согласилась на это пари? Ларс, возможно, не поверит тебе, если ты скажешь ему, что Миро работает со мной, но Ирия послушалась бы тебя. Более того, ты могла бы шепнуть на ушко главе гильдии.

- Конечно, я думала об этом. Но я подумала, что даже если мы заткнём Миро, вы просто примените другой метод. Вместо того чтобы провоцировать дракона, я решила, что было бы неплохо уладить всё сейчас.

- Было бы неплохо, а? Что-то вроде: "Если цель дракона - это я, то лучше предложить ему себя первой"? Ну, довольно часто говорят, что злым драконам подносят прекрасных дев.

- Прошу прощения, если я слишком много думала об этом. Но…

- Хм, ну... это же ещё не всё?

Я мог бы заставить её на этом заткнуться, но мои чувства говорили мне, что сейчас в этом нет необходимости. Нас никто не слышит ни на крыше, ни сквозь стены.

Поэтому, о чём бы мы ни говорили здесь, это, вероятно, не принесёт потом никаких неприятностей. Но даже если и так, я с этим разберусь.

- Но зачем же ты так далеко зашла? Ты думаешь, что попала в историю с жертвой девушки, которую спасёт герой?

- "Не извиняйся передо мной ради себя самого, делай это стоя перед зеркалом, ты, обманщик".

- Хм?

- В тот день я бросила вас, когда за вами гнался Король мух... Даже зная, что с вами случится, если вас поймают. Хотя я видела действия Миро своими собственными глазами, я всё же ставила на первое место жизнь моего товарища. Почему я думала, что мои извинения будут иметь какую-то силу, когда я сделала такое? Так что вы правильно назвали меня, я - обманщица.

С этими словами Лунамария медленно подошла ко мне и опустилась на колени.

Затем она низко склонила голову, как слуга, который кланяется своему господину.

- На этот раз я думаю, что покажу вам это своими действиями, а не словами. Это тоже можно было бы назвать обманом. Но всё же я буду упорно трудиться, чтобы отдать всё, что у меня есть. Я буду служить вам всем, что у меня есть, как телом, так и душой. Не могли бы вы простить меня и позволить мне служить вам?

- ...Прощу я тебя или нет, но теперь ты - моя рабыня. Ты никуда не уйдёшь, даже если скажешь, что тебе это не нравится.

Причина, по которой я сказал это так прямо, заключалась в том, что я не знал, как ещё ответить.

Я думал, что она будет ненавидеть и презирать меня, но я никогда не думал, что она попросит оставить её при себе.

Услышав мой ответ, она широко улыбнулась и сказала:

- Да! Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, мой дорогой хозяин!

Способ мирно затеять драку с Гильдией.

Теперь, когда Лунамария в моих руках, моя следующая цель - жрец "Соколиного меча", Ирия.

Однако мне понадобится немного времени, чтобы подготовиться к этому.

Я должен разрушить давние отношения, которые установились в этой группе. Конечно, это не может быть сделано за день или два.

Ну, это вполне возможно, если Ларс сойдёт с ума и использует Ирию как ставку, чтобы вызвать меня на вторую дуэль. Это очень помогло бы, если бы он сделал это...

Но, судя по тому, как Ирия ведет себя, она, вероятно, не позволит этому случиться. Поэтому необходимо просто оставить её в покое, пока я не буду готов.

Так что же мне пока делать?

Что приходит на ум, так это подготовить удар по гильдии.

Под этим я не подразумеваю, что собираюсь совершить какое-то преступление вроде убийства главы гильдии или секретаря, равно как не собираюсь драться с другими авантюристами.

Я собираюсь сделать это более честным и "справедливым" способом, который позволит мне с одной стороны подгадить им, но при этом как бы помочь людям.

Говоря яснее, я собираюсь выполнить задания, которые гильдия не смогла закрыть.

Я не могу взять эти задания сам, так как я изгнан оттуда, но всё нормально, ведь для этого у меня есть Лунамария.

В правилах гильдии, которые любят регистраторы, нет ни одной строки, которая гласит: "рабы не могут быть авантюристами“ или "авантюристы, ставшие рабами, немедленно изгоняются".

Лунамария всё ещё авантюристка, хотя и стала моей рабыней. Я оставлю "Соколиный меч" в покое, но я не отступлюсь от гильдии. Я получу эти задания из приёмной гильдии.

То, на что я обращу внимание, это задания, которые остались невыполненными, так называемые "повисшие" квесты, "висяки".

Задания с наградами, которые слишком низки, задания с хорошими наградами, но требующие слишком много времени, и задания с высокими наградами, но слишком опасные.

Причин, по которой квест может стать "висяком", много, но всех их объединяет одно: они для гильдии - заноза в заднице. Клиенты, которые подали квест, попытаются потребовать компенсацию за то, что они не будут выполнены, так что если даже в последний момент за них кто-то возьмётся, всё равно поднимется шумиха.

Эти задания по большей части даются в качестве наказания для искателей приключений, которые нарушили правила гильдии. Иногда ими могут даже заняться сами сотрудники, у которых есть квалификация авантюриста.

Именно так обычно решаются "повисшие" квесты в обычных городах или поселках, но это - Город Искателей Приключений, Ишка. Количество заданий, выполняемых здесь в день, превышает сотни, поэтому вероятность того, что задание окажется "висяком", довольно высока.

Если просто подождать день или два, то сразу же появятся новые квесты. Браться за заранее трудновыполнимые задания просто незачем.

Я избавлюсь от накопившихся квестов.

С точки зрения клиентов гильдии, наличие постоянно открытых просьб - это не повод для шуток. Вероятно, это подрывает доверие, которое они питают к гильдии.

Вот тут-то я и выйду на сцену.

Конечно, Лунамария будет брать эти квесты чисто официально.

Однако, учитывая ситуацию с этой эльфийкой, даже тупица смог бы увидеть, что я стою за её спиной.

Изгнанный авантюрист, закрывающий задания, с которыми гильдия не могла справиться. Любой мог бы понять, что это означает.

Если бы это были обычные задания, гильдия могла бы отвергнуть Лунамарию, в том или ином виде. Но поскольку они находятся в категории "висяки", то ничего не могут поделать.

Даже если они отвергнут её, я просто тайно донесу на них клиентам. Например «гильдия не позволила нам взять квест, хотя он был "подвешен"».

Если я это сделаю, подавший квест разозлится, и репутация гильдии сильно пострадает. В любом случае меня это вполне устроит, ведь мы сможем получить задание на месте, не проходя через гильдию.

План "Насрать гильдии мирно (шаг 1)" начат.

◆◆◆

Я определился с нашими ближайшими планами, но проблема в том, что теперь делать с рабыней-териантропкой, Сиэль Алус?

Для меня её роль закончилась после поединка между мной и Ларсом.

Если она этого захочет, я с радостью освобожу её из рабства и позволю вернуться домой. Собственно, именно это я и намеревался сделать с самого начала.

Несмотря на то, что мне потребовалось тридцать золотых монет, чтобы получить её, я не особо много труда вложил, чтобы заработать эти деньги. Не то чтобы это действительно потеря, если думать об этом как о лёгких деньгах, которые просто пришли и просто ушли.

Однако тем, кто просил меня повременить с освобождением, была сама Сиэль.

По её словам, даже если она вернется домой в таком виде, то, в конце концов, не сможет даже платить налоги, и ей просто придётся снова продать себя.

Нет никакой гарантии, что её следующий хозяин будет лучше меня. Она поклонилась и попросила меня использовать её так, как я посчитаю нужным.

- ...Хм, с этого момента я буду делать все возможное, чтобы служить вам, и ночью тоже…

Прежде чем я взглянул на Сиэль, которая вся залилась краской, я увидел Лунамарию со щеками еще более красными, чем у Сиэль.

Да, вчера вечером я всё-таки сделал всё, что мог. Что же касается того, что это значит, то давайте просто скажем, что мы не давали Сьель спать всю ночь в соседней комнате.

Скажем так: душа Лунамарии была сладка и богата на вкус, как самое прекрасное вино. Однако я просто говорю это из своего воображения, так как никогда не пробовал вина самого высокого сорта.

В любом случае, возвращаясь к теме, отпустить Сиэль, если она сама этого не хочет, было бы глупо.

Будет ли она служить мне или нет, учитывая тот факт, что отныне мы будем выполнять "висящие" задания, чем больше у меня будет рук, тем лучше.

Во всяком случае, её легкое тело, хорошее зрение и острое обоняние определённо пригодятся.

Я сказал Сьель, что отбросил свой план освободить её и превратил его в план надругательства над ней. В шутку, но её голова опустилась, лицо побледнело. Её ноги заметно подкосились, отчего она чать не бухнулась на пол.

Да, мы, всё-таки, раб и хозяин. Хотя я всего лишь слегка пошутил, для неё в этом не было ничего смешного.

Я буквально имею право убить её.

Если вести себя с ней слишком фамильярно, это только станет давить на неё. Не стоит забывать об этом впредь.

После этого я отправил Лунамарию в гильдию, как и планировал, обрубив контакты "Соколиным мечом".

Я попросил её составить список подходящих "висяков", которые мы можем взять. Лунамария - авантюрист шестого уровня, как и Ларс, поэтому она может выполнять любые задания, если они не слишком сложны.

В списке, составленном ею, было кое-что, что привлекло моё внимание.

- ...Убийство грифона, да?

- А, это задание по уничтожению грифона, который покоится на горе Ским. Клиенты, которые отправились туда, похоже, потеряли сына и внука из-за него…

- Таких демонических зверей просто так по дороге не встретишь. Может быть, они охотились за его сокровищами?

Грифоны известны как цари птиц. Это сильные демонические звери с головой орла и крыльями, телом и лапами льва.

Они обычно живут на высоких вершинах гор, куда люди не могут добраться. Говорят также, что их гнезда полны золота, которое они копят. Есть бесконечные истории о том, как авантюристы бросают вызов грифонам, чтобы разбогатеть.

- Да. Они хотели бы отомстить за свою семью, так как они - авантюристы, но сражаться с грифоном в ужасных условиях горной местности крайне трудно. Кроме того, в отличие от гоблинов и орков, они - демонические звери, которые не причинят вреда, если их не трогать. Согласно тому, что мне рассказала администратор, они много раз пытались попросить ветеранов выполнить этот квест, но авантюристы просто называли их жадными дураками, которые получили то, что заслужили.

- Так вот почему этот квест стал "висяком", а? Даже если награда не так уж плоха, она не настолько велика, чтобы люди лезли в гнездо грифону ради неё.

Если хочешь биться с грифоном, сначала нужно подготовиться к подъёму на гору. Большая часть вознаграждения уже уйдёт на снаряжение. Я понимаю, почему люди не хотят брать этот квест.

Тем не менее, именно поэтому эта - первая подходящая работа для меня.

- Авантюрист, который не заботится о прибыли или убытках так же сильно, как об эмоциях клиента - это довольно привлекательный лозунг.

- Значит, вы намерены взять этот квест?!

- Да. К счастью, я знаю, как туда добраться. Гора Ским не так уж далеко, так что это была бы идеальная практика.

- ...П-понятно...

Лунамария и Сиэль посмотрели на меня с видом: "О чём он говорит?"

Вопросы в их голове были вполне разумными, но я не собираюсь рассказывать им о виверне.

Кроме того, если я расскажу им здесь всё, пусть и по секрету... Будет неловко, если я даже мельком не увижу её, когда снова доберусь до гнезда Короля мух.

Что ж, если всё закончится именно так, я поднимусь на гору самым трудным путём, используя свою кэй в полную силу.

В любом случае, было бы невозможно взять с собой Сиэль или даже Лунамарию. А пока я попрошу этих двоих поработать над другими заданиями.

- Я буду отсутствовать ещё некоторое время. Найдите несколько заданий, которые подходят для вас двоих. И ещё, Лунамария, научи Сиэль азам искателя приключений. Я предоставлю тебе самой решать что делать.

- Понятно, хозяин...

- Я... я тоже сделаю все, что в моих силах! Эм, пожалуйста, будьте осторожны, хозяин.

Я вышел из комнаты, и две красивые девушки с рабскими ошейниками проводили меня в путь.

Дав сегодня на прощанье дочери хозяина гостиницы серебряную монету, я задумался, идя по улице.

Интересно, где можно взять поводья и седла, которыми пользуются драконьи рыцари?

Кровавый меч.

"…Странно. Что-то определенно не так", - пробормотала Лидель, нахмурив брови...

После захода солнца, у стойки администратора внутри гильдии, где можно было увидеть только несколько оставшихся теней.

Выражение её лица, конечно, нельзя было показывать не только авантюристам, но и её коллегам.

Она бессознательно сделала такое лицо, потому что её одолело сильное чувство неловкости.

- Сэмпай! Я приготовила вам чай... А? Что случилось? У вас такой вид, будто вы только что увидели таракана, вылезшего из шкафа, не чувствуете?

- ...Пожалуйста, не говори чего-то подобного, особенно когда подаёшь кому-то еду или напитки.

- О, точно. Сэмпай ведь из города, верно? Поскольку я из сельской местности, я уже привыкла видеть насекомых, так что мне всё равно.

- Ладно уже. Я не хочу ничего знать о жизни в деревне. Но ещё важнее, Парфе, что случилось с инцидентом с оборотнем на хребте Атенд?

- Ах, да, я только что получила подтверждение. С ним расправились! Грифон с горы Ским, баньши с общественного кладбища, сцилла с озера Тойя и оборотень из хребта Атенд сегодня! Все вызывающие головную боль квесты были завершены один за другим. Глава гильдии даже только что хвалил меня за это! Ви!

Лидель была слегка раздражена тем, как младшая встала перед ней, сделав обеими руками знак V.

Однако, поразмыслив, она решила, что ничего не поделаешь, пусть радуется, если есть чему.

Заслуга в завершении этих "висящих" квестов принадлежит, конечно же, авантюристам. Однако в то же самое время администратор, который выдал это задание "нужному", приключенцу, получит бонус.

Для администратора гильдии важным навыком является умение подбирать слова, которые могут "убедить" искателей приключений взять подобное трудное задание. Поэтому они будут высоко оценены, если "висяк" будет выполнен.

Это были четыре задания подряд. Более того, это были довольно масштабные квесты. Был ещё десяток поменьше. Парфе удалось закрыть так много "висящих" квестов за короткое время, так что вполне естественно, что она счастлива.

Прекрасные администраторы - это звёздные служащие гильдии, но добиться того, что она сделала, отнюдь не просто.

Просто назначать задания авантюристам и раздавать им награды, когда всё закончится... Их работа совсем не такая.

Администраторы должны сначала определить, был ли запрос клиента выполнимым, а затем убедиться, что будет соответствующее вознаграждение.

Если нет денег, то они не могут принять задание клиента. Сказать фермерам, чьи семьи были похищены гоблинами "Нам очень жаль, что мы не можем принять ваше задание с таким вознаграждением", когда они заливают пол гильдии слезами, прося помощи, это было то, через что прошёл каждый администратор гильдии, независимо от того, кто это был.

Бывают случаи, когда приходится отказывать начинающим авантюристам, которые хотят отправиться на задания, которые находятся далеко за пределами их способностей, за это им тоже достаётся. Бывают случаи, когда они должны попытаться умаслить гордых ветеранов, чтобы заставить их взять на себя трудные задания.

Бывают также случаи, когда они неверно оценивают сложность задания и невольно становятся виновниками гибели отряда. Им придётся принять суровую кару за их смерть от товарищей и друзей павшего только потому, что информация, предоставленная клиентом, была неточной.

Такова жизнь администратора гильдии, независимо от того, насколько хорош человек, чувствительные быстро увольняются. Если они остаются, то просят перевода в другой отдел.

Все шутят о том, что у администраторов гильдии столько же мужества, сколько у авантюристов-ветеранов, но быть одним из них - это суровая работа, с которой люди без мужества не смогли бы справиться.

Это относилось не только к Лидель, которая проработала администратором более пяти лет, но даже к Парфе, которая была здесь всего около года.

Парфе обращалась к Лидель "сэмпай, сэмпай", как будто восхищалась ею, но на самом деле она тайно стремится занять место Лиделль - "постоянного" менеджера администраторов.

Обычно Лидель просто забила бы, с горькой улыбкой сказав что-то вроде "эта дерзость продлится некоторое время...", но из-за того, как сейчас шли дела, она не могла этого сделать.

Парфе поднимали репутацию из тени. Она чувствовала, что эти люди не любят её.

- Итак? Какое задание ты порекомендовала Лунамарии-сан на этот раз?

- А насчет этого, послушай-ка, сэмпай! Она всё это время брала на себя трудные задания с невысокой оплатой, верно? Потому я порекомендовал ей квест от знатного человека. И знаешь? Тот самый, что пришел из дома графа, что они хотят получить чучело грифона после того, как услышат об убийстве твари.

- А, та самая девушка, которую глава велел поставить на приоритет, да?

- Да. И угадайте, отреагировала Лунамария? Боже мой! Она сразу же отвергла этот вкусный квест, который позволил бы ей связаться с графом, эта Лунамария-сан!

- ...Быть не может!

- Я сама удивилась. Потом я задумался о том, что же она хочет делать. Помните квест из детского дома, поступивший совсем недавно? Тот, собрать немного ольховой травы в лесу Фетиды? Она взяла его!

Награда за это задание - пять медных монет. Всего-то раз купить колбасы и хлеба. Это все равно что заниматься волонтёрской работой, а не квестом.

Обычно такие квесты отсеивали на стадии приёма, но был принято как особый случай, так как гильдия не хотела отказывать в просьбах, поступающих из приюта и богадельни.

Этот квест был вывешен на доске объявлений в надежде найти каких-нибудь искателей приключений. Однако видевшие его авантюристы лишь смеялись при виде его.

Ольховая трава растёт не на окраине леса, а довольно глубоко внутри. Это было не то место, где можно было бы думать о волонтёрской работе.

Эта трава применяется при лихорадке. Они, вероятно, сделали запрос из-за пациента в богадельне. Скорее всего, он не успеет вовремя вылечиться. Конечно, эта часть была должным образом объяснена клиенту, когда он делал запрос, но клиент всё равно не хотел его отзывать.

Независимо от того, собирался ли кто-то взять задание или нет, они всё же хотели получить этот клочок надежды.

В конце концов эта надежда оправдалась.

Парфе склонила голову набок и заговорила:

- Лунамария-сан внезапно активизировалась после того, как покинула "Соколиный меч". Тогда она чувствовала себя человеком, который просто улыбается, стоя позади Ларса, но теперь она действует сама... Но кто действительно активен - это, наверное, "паразит".

"Соколиный меч" - группа умных, многообещающих ребят. Когда один из его членов входит и выходит из гильдии с рабским ошейником на шее, на такое нельзя не обратить внимание. Поэтому то, что произошло с Лунамарией и "Соколиным мечом", уже стало известно многим завсегдатаям гильдии.

Даже ребёнок знает, что "Хозяин", стоящий сейчас за ней, - это тот, кого зовут Сора.

Лидель сложила руки на груди и сказала:

- Лунамария-сан и эта другая девушка, Сиэль, почти не отходят от Ишки. А это значит, что именно Сора-сан одолел грифона. Это не то, что может сделать первый уровень. Нет... человек первого уровня даже не смог бы победить ларца один на один.

- Ах! Я тоже хотела посмотреть на поединок! Скорее всего, именно я отвечаю за "Соколиный меч". Разве вы не должны были позвать меня посмотреть его, сэмпай?!

- Именно я была выбрана ответственной за это событие. В любом случае, то, как Лунамария-сан движется прямо сейчас, странно. Если возможно, я не думаю, что следует давать ей слишком много заданий…

Парфе рассмеялась над страхами Лидель.

- Я не думаю, что нам следует быть осторожными в этом вопросе. Она выполняет "висящие" задания, которые никто не хочет делать. Она делает нам одолжение, не так ли? Может быть, "паразит" очень сильно хочет вернуться в гильдию?..

- ...Я не думаю, что кто-то действительно откажется, будучи искателем приключений девятого уровня, которого глава гильдии лично пытался пригласить обратно.

- Он поддался своим эмоциям и сразу же отказался от предложения главы, а теперь жалеет об этом, не так ли? И поскольку он сделал это сам, он не мог выйти и сказать, что он хочет вернуться к тому, чтобы быть авантюристом. Вот почему он показывает свою полезность через Лунамарию. Если так подумать, он удивительно очаровательный человек

- ...Я не думаю, что он такой уж простой человек, - выразила Лидель своё несогласие, но всё же ясно видела, что Парфе не собирается слушать её слова.

Поскольку Парфе упустила партию "Соколиный меч", которую получила она, новенькая, очевидно, не будет беспокоиться о том, что делают Лунамария и Сора, пока они поднимают её репутацию в гильдии.

Это не так уж и плохо. Во всяком случае, это естественно. И это правда, что задания, которые выполняла Лунамария, были для гильдии занозой в заднице.

Их действия выгодны гильдии, клиентам и людям Ишки. Вместо того чтобы пытаться сдерживать их активность, Лидель должна была бы поощрять их.

"Каждый член Гильдии обязан работать на Ишку, будь то авантюрист или служащий гильдии", - вспомнила она слова, которые сказала Соре два месяца назад, когда исключила его из Гильдии.

В данный момент именно Сора работает ради Ишки, и именно Лидель думает предотвратить это из-за своих подозрений.

Их роли неожиданно поменялись местами.

"Только не говорите мне... что он сделал всё это, чтобы создать эту ситуацию...?" - она каким-то образом чувствовала намерение Соры оскорбить гильдию своими действиями.

Изгнанный авантюрист выполнял задания, с которыми гильдия не могла справиться. Кроме того они убили грифона, баньши, сциллу и оборотня.

Это было так, как если бы он говорил всем, что гильдия была неправа, выгнав его.

Значит, в конце концов, всё, что он делает, делается из злобы к ним? Может быть, он просто издевается над Лидель и остальными за то, что они плохо разбираются в людях?

Из того, что она слышала, Сора давал очень щедрые чаевые владельцу гостиницы и его дочери каждый день с тех пор, как он вернулся.

Если принять, что он делает то же самое и с гильдией, то всё это имеет смысл.

Это имело смысл, но Лидель считала, что дело не только в этом.

Даже при различных обстоятельствах человек, который порабощает своих бывших товарищей и разрушает их партию, не может удовлетвориться только этим.

... Её тревоги ожили через несколько дней.

В тот день Лунамария подала заявление об уходе и покинула гильдию, официально отказавшись от своего ранга искателя приключений шестого уровня.

В то же самое время, когда она подала просьбу об уходе, несколько клиентов гильдии также подали заявление о выходе из Гильдии. Они были сыты по горло тем, что их задания не выполнялись, поэтому они хотели положиться на кого-то другого.

И эти кто-то ещё были партией искателей приключений, которая не принадлежала к гильдии. Это была недавно сформированная группа, которая уничтожила грифона, сциллу и оборотня.

Его имя было "Кровавый меч"

Независимый драконий рыцарь.

Клан - это партия авантюристов, независимая от Гильдии авантюристов.

Кланы не получают выгод от гильдии, но при этом они не связаны правилами гильдии. Гильдия также не может брать комиссионные с вознаграждений за задания своих клиентов.

Начиная с поиска клиентов квеста и заканчивая получением вознаграждения, клан всё делает сам. Однако если добиться успеха, то награда будет намного выше, чем если работать на гильдию.

Из-за этого не было редкостью, когда хорошо известная партия покидала гильдию и создавала клан.

Доказательством тому служит то, что на улицах одной только Ишки можно легко найти почти сотню различных кланов.

Хотя половина их, нет, около 70 процентов этих кланов, ждут и ждут, и не получают никаких заданий.

Оставшиеся 20 процентов или около того превратились в мастеров на все руки, чтобы заработать на жизнь, а некоторые даже обратились к преступности. Только 10 процентов от общего числа кланов умудряются оставаться кланом авантюристов.

Крупномасштабная Гильдия авантюристов, действующая за границей и по всему главному континенту, имеет огромное количество талантов, доступ к разной информации и множество глубоких связей со всеми видами влиятельных сил. Их долгая история и накопленное доверие к ним несравнимы даже с некоторыми развивающимися странами.

Нет никакого способа, чтобы авантюристы, которые просто сражались и выполняли приказы гильдии, могли имитировать её.

Это было нормально для авантюристов, которые порвали с гильдией, потому что они не были довольны тем, как гильдия получала комиссионные от их наград, приползти обратно к ним меньше чем через год с опущенными от стыда головами.

Итак, мой план "Мирно насрать гильдии (шаг 1)" состоял в том, чтобы закрыть "повисшие" задания, которые массивная организация, известная как гильдия, не могла выполнить, заставляя своих клиентов сомневаться в их способности и таким образом переманить их.

Конечно, на этом все не заканчивалось. Если бы это был весь мой план, то я бы не назвал его "шаг 1". Если есть "шаг 1", то обязательно должны быть ещё хотя бы "шаг 2" и "шаг 3".

Начнём с того, что клиентов, которых я переманил у гильдии, было совсем немного. Кроме того гильдия будет думать только, что "потеря клиентов "повисших" квестов на самом деле не является большой проблемой".

С их точки зрения, это им совсем не вредит. Во всяком случае, они были благодарны, что я это сделал.

Однако, как бы мало людей это ни было, они выбрали именно нас, "клан Кровавый Меч", вместо гильдии. Это и есть самое главное.

Переход от "0" к "1" и переход от "1" к "2" - оба - "увеличения на единицу", но смысл их различен.

Так же, как и везде, начало - это самая трудная часть. Как только удастся пройти через это, усилия, необходимые для того, чтобы продолжать, не будут иметь большого значения.

Кроме того, у меня есть несколько идей о том, как перейти от "1" к "2". Один из них...

Грунтовая дорога, соединяющая лес Фетида и город Ишка.

Твёрдая почва, утрамбованная в результате многолетнего хождения по ней искателей приключений и охотников, тоже была мне знакома.

Хотя сейчас ситуация несколько иная.

Уровень моих глаз во много раз выше обычного. *Дрожь*, *дрожь*, каждый раз, когда тяжёлая вибрация сотрясала моё тело, моё зрение тоже дрожало.

Люди, проходившие мимо, уже давно смотрели на меня широко раскрытыми глазами и ртами. Хе-хе, все они смотрели на меня, все до единого.

Ничего удивительного. Вид человека верхом на спине виверны - это не то, что можно увидеть каждый день.

Все шло по плану – за исключением одной вещи, которую я не учёл.

- Уфф... п-перестань трястись, ты...!

- Х-хозяин... Ух, я не очень хорошо себя чувствую... а...

В седле сидели я и Сиэль, которая плакала, крепко обхватив меня руками за талию. Лунамария, которая всё это время шла по земле, заговорила с нами с невозмутимым выражением лица:

- Виверны - это существа, которые специализируются на полетах. Вполне естественно, что они не слишком хорошо умеют ходить по земле.

- Я понимаю это, но с эстетической точки зрения ... ездить на нем вот так... Ооо?!

- Х-хозяин, вы в по... Ооо?!

Когда мы вдвоем в седле прикусили языки от тряски, Лунамария улыбнулась.

- Я рад, что вы, ребята, так хорошо ладите.

- А, может, нам полететь, пока мы не подойдём немного ближе? Но если мы подойдём слишком близко, нас могут подстрелить баллисты и катапульты…

Если мы подлетим слишком близко без разрешения, они могут принять нас за демонического зверя, напавшего из леса. Мы станем преступниками, если не будем осторожны и попытаемся резко высадиться в городе.

Из-за этого мы шли к Ишке, сидя на спине виверны всё это время, но...

"Когда мы ездили на гору Ским и озеро Тойя, мы, в основном летали. Подумать только, так неудобно сидеть на ней, когда она ходит…"

- Пугиии... - синекрылый зверь опустил голову, словно извиняясь передо мной, когда я заворчал.

Ах, о нет. Этот малыш на удивление чувствителен.

- О нет, не беспокойся об этом, с этого момента у тебя всё получится лучше! Я имею в виду, что ты стал намного лучше летать по сравнению с тем, когда мы только начали!

- Пуй?

"Правда?" Виверна наклонила голову, словно задавая этот вопрос.

- Да, правда-правда. Будь уверен, ты же виверна, просто попробуй. А! Не пыхай огнём, даже если ты вне себя от радости! Если люди увидят это со стены, нас правда могут принять за чужаков!

Когда Сиэль увидела, что я вот так успокаиваю виверну, она рассмеялась и сказала:

- Я так и знала, что эта виверна понимает ваши слова, хозяин. Тогда почему же он не реагирует на мои слова? Странно.

- Наверное, она определила для себя иерархию. Вроде, я - самый главный, потом идёт она, и так далее.

- А, понятно. Значит, со мной обращаются как с кем-то более низким, чем она, да? Типа: "новичок должен сидеть тихо!"? - добавила к моему замечанию Лунамария, когда Сиэль кивнула, как будто была убеждена.

- Кроме людей, к которым виверна привыкла, другие люди рассматриваются только как пища. Возможно, она даже не пытается понять, что её говорят другие люди, кроме хозяина.

- Если так подумать... Слова Сьель для неё словно жужжание мухи над ухом.

- Н-не слишком ли резкая аналогия? Ах, но... я заметила, что время от времени он смотрит на меня с жутким выражением в глазах…

Тело Сиэль задрожало, и она крепче обняла меня за талию. Она, наверное, думала, что если ей не повезет, то она будет раздавлена хвостом.

От ощущения кое-чего упругого, прижавшегося к моей спине, на лице сама собой расцвела улыбка.

А, так не пойдёт. Сейчас ещё не время думать о ночных делах. Я должен следить за собой.

С этими словами мои мысли переключились на то, что я делаю по ночам. Однако я думал не об эротических вещах, а о поедании душ.

Мой текущий уровень - 8. Я достиг его после того, как победил грифона.

Но то, что последовало за этим, было ужасно. У меня были восхитительные души сциллы и оборотня, и я также каждый день ел душу Лунамарии. Но я все равно не поднялся в уровне. Если бы я был обычным авантюристом, мой уровень уже перевалил бы за 20, учитывая, что я пожирал души, как будто завтра не наступит.

Сначала мне потребовалось всего лишь около полного стакана душ, чтобы подняться. А потом оказалось, что это ведро. Теперь будто целая бочка, и с каждым разом всё больше и больше.

Как я и думал, одной Лунамарии было недостаточно, чтобы кормить меня душой каждую ночь. Сиэль никогда не делала мне ничего плохого, так что питаться ею мне не очень хочется. Что же касается Ирии, то, похоже, на подготовку потребуется ещё больше времени.

Встречаться с Мирославой пока слишком опасно, так что мне тоже придётся воздержаться от этого.

Интересно, пошлёт ли Гильдия искателей приключений ко меня убийцу?

До меня дошли слухи о существовании у гильдии "теневой" стороны. Интересно, есть ли у них женщины-убийцы? Потому что если они пришлют такую, я смогу пожрать её без всяких забот, как это было раньше с Мирославой.

Теперь, когда всё дошло до такого, может, сменить образ мысли?

Как бы мне ни хотелось пожирать души, я ни за что не стану охотиться на невинных людей. Этот факт не изменится.

Однако даже если у человека нет дурных намерений по отношению ко мне, было бы нормально съесть его, если он виновен в преступлении, не так ли?

Я имею в виду таких негодяев, как бандиты или рабов, бежавших после совершения жестокого преступления. Моя совесть не глодать меня, если я съем души таких людей. Моя репутация даже пойдёт вверх, если я избавлюсь от этих злодеев, так почему бы не убить двух зайцев одним выстрелом?

Один древний маг однажды сказал, что у злодеев нет никаких прав человека. Каково будет на вкус душе того, кто безоговорочно виновен? Ням...

Внезапно, когда я глубоко задумался об этом...

- В-вы там все, стойте! - вдруг послышалось испуганное предупреждение. Прежде чем я понял это, меня окружили на некотором расстоянии стражники.

Было очевидно, что предупреждали нас. Однако никто не направлял на нас свое оружие, вероятно, из-за присутствия синего зверя.

Они были более осторожны в отношении принадлежности зверя, чем его силы.

Драконьи рыцари являются главной силой королевства Канария. Они были не только воинами, каждый из которых может сравниться с тысячами, но и благородными людьми высокого класса. Капитан рыцарей, "Гром", должен быть главой герцогского дома, а это - родственники королевской семьи. Подождите, или это следующий глава дома?

Как бы то ни было, поскольку драконьи рыцари - элитная группа, и стражники, похоже, приняли меня за одного из них.

Некоторые из них, возможно, знают меня в лицо, но, похоже, не обращают особого внимания на мое лицо из-за сильного давления виверны.

Когда мне приказали остановиться, я натянул поводья и спрыгнул с седла на землю.

До земли было довольно далеко, но я приземлился удачно, после чего повернулся к стражникам.

- Я - Сора, предводитель клана "Кровавый Меч". Я хочу получить разрешение на въезд в город.

- П-прежде чем я дам его, это что, дракон? В-вы принадлежите к драконьи рыцарям?

- Нет, я с ними никак не связан. На днях я нашел эту виверну в лесу, она была ранена. Когда я её спас, она привязалась ко мне. Я взял её с собой сегодня, чтобы зарегистрировать как своего фамильяра.

- А... а нет ли опасности, что он взбесится?

- Неужели вы думаете, что виверна, враждебная людям, позволит человеку ездить на ней? Если вы сами её трогать не будете, тогда не будет никаких проблем. Да, просто не направляйте на неё свои копья, - громко сказал я стражникам вокруг. Было забавно видеть, как дрожат обычно спокойные парни.

Кроме того, фамильяр - это, как следует из названия, демонический зверь, который подчиняется человеку. Пойманных демонических или диких зверей можно обучить методом кнута и пряника, а в некоторых случаях можно использовать и магию.

Я слышал, что экзамен фамильяров очень строг... Ну, для меня не имеет значения, признают они её или нет.

Моя цель была уже достигнута в тот момент, когда я выставил виверну на всеобщее обозрение.

Если увести у гильдии клиентов и создать клан было "шагом 1" моего плана, то выставление себя, лидера, независимым драконьим рыцарем всему миру, будет "шагом 2".

Весть о наличии драконьего рыцаря, у которого нет повелителя, мгновенно разнесется по Ишке, а затем и по всему королевству Канария.

Они также узнают, что этот рыцарь был изгнан Гильдией, а затем основал свой собственный клан.

Если это произойдет, невежество главы гильдии, который пропустил такой драгоценный кадр, станет известно всему миру.

...Вообще-то меня исключили только потому, что я нарушил правило гильдии. И в то время я был куском дерьма. Однако, если Элгарт сделает это заявление, для остальных оно будет попыткой оправдаться.

Главы гильдий из других городов, вероятно, попросят Элгарта взять на себя ответственность за это. Он должен был принять все необходимые меры, чтобы заполучить драконьего рыцаря для гильдии. Очевидный промах.

Гильдия искателей приключений - не благотворительная организация, поэтому для них нет ничего более ценного, чем боевая мощь. Если у них будет драконий рыцарь, они не только могут игнорировать ограничения местности, такие как густые леса и высокие горы, но и, учитывая скорость виверны, также могут выполнять внезапные спасательные миссии.

Гильдия искателей приключений Ишки упустила этот потенциал.

Чем активнее я буду действовать как драконий рыцарь, тем глупее будет выглядеть Гильдия искателей приключений, не обратившая на меня внимания.

...Внезапно я вспомнил слова администраторши, Лидель.

"Независимо от того, будь то авантюристом или работник гильдии, пока человек принадлежит к гильдии, он всегда должен помнить о том, что у него есть долг работать на город Ишка", - её точные слова. Несмотря на то, что я уже был изгнан из гильдии, как житель Ишки, я всё ещё выполняю свой долг по отношению к городу.

Эти девушки не будут возражать, даже если мои действия не принесут пользы гильдии. Почему? Потому что они тоже обязаны делать то, что лучше для Ишки.

Если они пытаются помешать мне, они должны делать это максимально тихо и приготовиться к последствиям.

Действовать в открытую для них просто невозможно.

...Хе-хе, я едва сдержал смех

Охота на киджина.

Похоже, что в лесу Фетида был замечен двурогий киджин…

Слух об этом начал распространяться по улицам Ишки спустя некоторое время после того, как стало известно, что я - драконий всадник.

Как я уже упоминал ранее, киджины - это раса, враждебная людям, и рога, которые растут из их лбов, считаются очень редкими предметами. Как только известие о том, что обнаружен двурогий киджин, разлетелось в разные стороны, у одной или двух сотен людей мгновенно загорелись глаза.

С учётом сказанного, я тоже был одним из этих людей.

Однако причина, по которой мои глаза загорелись, была совсем не такой, как у других.

"Эта девушка, точно…"

Я вспомнил лицо двух рогатой девушки-киджина, которую встретил во время инцидента с Королём мух.

С тех пор я много раз ходил в лес, но больше ни разу не встретил ту девчонку.

Лес был огромным местом. Кроме того, судя по отсутствию новостей о киджине до сегодняшнего дня, возможно, она живет где-то, где есть что-то вроде барьера или что-то ещё.

Просто чудо, что я встретил ее в тот день в гнезде Короля мух.

Я никогда больше не увижу ее, так мне казалось. Я никогда не думал, что услышу такие новости.

"Ну и что мне теперь делать?"

Не то чтобы я обязан помогать. Более того, если я помогу киджин биться против других людей, репутация моего клана, которую я так старательно создавал, падёт.

Когда я думаю об этом в таком ключе, помощь этой девушке будет более вредной, чем полезной.

Однако.

Да, есть одно "однако".

Видеть, как человек, которого я хотел спасти, в конце концов гибнет... как бы это сказать? Мне трудно это принять.

Это как если бы ты спас девушку из гнезда гоблинов, но потом её убивают бандиты в её деревне - кому захочется слышать что-то подобное?

"Поскольку я пытался помочь кому-то, я хочу, чтобы в итоге этот человек был счастлив", - я не думаю, что это странно с моей стороны думать так, верно? Или, по крайней мере, я не хотел бы услышать, что этот человек погиб.

В конце концов…

"Это был один из немногих случаев, когда я сделал что-то хорошее".

Вспомнив чувство удовлетворения, когда я спас эту девочку, я решил, какой путь мне следует избрать.

Что касается репутации моего клана... Ну, посмотрим... Вместо того, чтобы помогать маленькой девочке, я сражаюсь с другими людьми, захватить этого "киджина". Пусть всё будет именно так.

Это не редкость для авантюристов, бороться за ценный предмет, иногда это перерастает в драку друг с другом.

...Ну, моя репутация от этого тоже может упасть, но я просто подниму её обратно, если это произойдёт. Я создал клан только для того, чтобы досадить гильдии, я не настолько привязан к нему.

Пока я думал о таких вещах, как в мою дверь постучали три раза.

Хозяин постоялого двора, когда я открыл дверь, отрывисто сообщил мне, что у меня посетитель.

Услышав имя посетителя, я инстинктивно нахмурился.

Это действительно было имя, которое я никак не ожидал услышать.

◆◆◆

- Давненько мы не виделись, а может быть, и не так уж давно, Сора-доно. Прошу прощения за свой внезапный визит.

Тем, кто преувеличенно поклонился мне, был пухлый купец с узкими глазами, Федор.

Он - член "Союза", который на днях был свидетелем дуэли между мной и Ларсом.

После того, как я победил Ларса, а Лунамария стала моей рабыней, я действительно не контактировал с ним. Этот хитрый работорговец не мог прийти сюда просто так. Я уверен, что он ничего хорошего не замышляет.

...Хотя я и не показывал своей осторожности на лице, изначально узкие глаза Федора сощурились ещё больше. Кажется, он улыбается.

- Вообще-то, у меня есть просьба к вам, Сора-доно... Нет, для клана Кровавый меч.

- У грозного Союза есть запрос к совершенно новому клану, который только недавно был сформирован? Есть много других кланов, которые с радостью будут работать на вас, верно?

Когда я спросил Федора об этом в ответ, он ответил странным гулким смехом.

- Это правда, что ваш клан был образован не так давно, но имя вашего клана уже прославилось в Ишке, не так ли? Клан с воином с чёрным мечом, который летает на драконе и имеет эльфа и териантропа в качестве подчинённых. Вы убили грифона, чтобы отомстить за павших сына и внука старой леди, убили баньши, которая каждую ночь плакала у сиротского приюта, раскрыли истинную форму сциллы, которая переоделась человеком на озере Тойя, и спасли молодых людей, схваченных за преступления, которых они не совершали. Кроме того, в Атенд-ридж вы убили безумного оборотня, который долгое время терроризировал окрестности.

- ...Вы хорошо осведомлены.

- В конце концов, информация - это оружие. Я никогда не пренебрегал в сборе данных, не говоря уже о том, чтобы собрать информацию о вас, который одолел авантюриста шестого уровня, будучи первого. Как я могу упустить такую возможность?

Сказав это, Федор снова издал свой странный смешок.

Но через мгновение торговец сразу же перестал смеяться и уставился на меня, как будто больше не хотел терять времени.

- Вы тоже, должно быть, услышали эту новость, Сора-доно. В лесу был замечен киджин.

- Слышал. Но судя по тому, что я слышал, это ещё не подтвердилось…

- Это правда. "Союз" уже трижды его засёк.

- Уже? Вы имеете в виду...

- Как вы уже догадались, это было ещё до того, как пошли слухи. Это было как раз в тот день, когда вы сразились с Ларсом. В тот день один заблудившийся искатель приключений встретил в лесу женщину-киджина. Он пришёл и продал эту информацию нам, Союзу.

Услышав это, я кое-что вспомнил.

Когда Федор пришел в гильдию, чтобы стать свидетелем дуэли, он запыхался и сказал, что столкнулся с проблемой по дороге.

Может быть, это потому, что он получил информацию о киджине?

Если они преследовали её с тех пор, то, вероятно, уже имеют много информации о ней. Я не сомневаюсь, что они уже выяснили, где она живёт.

Затем Федор продолжил, словно прочитав мои мысли:

- Судя по тем трём случаям, когда её заметили, и по тем путям отхода, которые она выбрала тогда, у нас уже есть приблизительное представление о месте их обитания. Однако это место находится глубоко в лесу. Как вы знаете, в глубине леса Фетиды обитают демонические звери. Не раз и не два люди, которых я посылал её ловить, превращались в пищу для чудовищ. Вот тут я и хочу попросить вашей помощи, поскольку вы управляете драконом.

- Хм. Если я полечу по небу, то смогу не обращать внимания на опасных демонических тварей и отправиться прямо в дом киджинов.

- Именно. Конечно, вы получите за это большую компенсацию. Если вам интересно, я могу даже дать вам нового раба. Недавно я, кстати, получил нового раба, очень интересный экземпляр.

- Я хочу услышать больше, но прежде у меня есть всего один вопрос. Вам нужно, чтобы я всего лишь отвел туда силы Союза?

Может быть, я просто нужен ему для транспортировки? Или он рассчитывает использовать меня в бою?

А Федору нужно было первое.

- Мы попросим профессиональных охотников захватить киджинов. Они должны быть пойманы живыми, иначе ценность их рогов будет уменьшена вдвое, так что это в ваши обязанности входить не будет, Сора-доно.

- "Должны быть"? Почему? Ах, мои извинения. Я не буду спрашивать ничего лишнего.

- Я не возражаю. Как вы, наверное, знаете, их рога - редкие магические предметы. Существует большая разница в стоимости рогов, которые собирают с живых киджинов, по сравнению с трупами. Если первый содержит двести единиц маны, то во втором их будет не более тридцати. Но даже это всё равно будет стоить довольно много.

- Хо-хо... Правда?

- Да. Поэтому, это стандартная практика, чтобы захватить их живыми, чтобы взять их рога. Обычно киджины умирают, если теряют свои рога, но можно продлить их жизнь с помощью магии и хороших зелий. Таким образом, их сломанные рога отрастут по мере заживления с течением времени.

- ...Это означает, что они станут денежным деревом, если всё пойдёт хорошо.

- Да. Однако ценность их рогов сильно падает, если они отрастают снова. Если повторить подсчёт, то в них даже не будет десяти единиц маны из двухсот, самое большее, четыре или пять. Рога киджина, которые сейчас продаются на рынке, обычно такого же качества. Но даже в этом случае дворяне всё равно готовы за них друг другу глотки перегрызть. Потому мы должны захватить киджинов живыми. Теперь вы всё поняли?

- Я понял. Если это так, то люди, которые не привыкли сражаться с киджинами, будут только мешать, верно? Тогда я просто буду действовать как транспорт.

- Могу я считать, что вы согласны принять мою просьбу?

- Конечно. Я бы не посмел отказаться от задания, которое исходит от "Союза".

Я только что начал борьбу с гильдией. Я не могу сделать своим врагом ещё и Союз.

Нет никаких причин отказываться, если я просто выступаю в качестве их транспорта.

Место, куда я приведу его людей, находится в глубине леса Фетида. Сад, полный демонических зверей, где может случиться всё, что угодно.

Я молюсь, чтобы эти охотники на киджин не столкнулись там с какой-нибудь опасностью

Лунамария. ч. 3

Ранним утром Лунамария вышла из ворот Ишки и направилась к лесу поблизости.

В воздухе витал запах мокрой от утренней росы травы на обочине дороги.

Весна уже сменилась ранним летом.

Несмотря на раннее утро, жара была достаточно сильной, чтобы заставить Лунамарию потеть, даже когда она стояла неподвижно. Она была обеспокоена предстоящим жарким летом.

...Однако Лунамария вспотела не только из-за палящего солнца.

Когда она шла по дороге, она осторожно коснулась груди той части одеяния мудреца, которая была на ней.

Это голубовато-пурпурное одеяние является доказательством того, что она - выпускница Академии мудрецов. Мало того, что это одеяние является частью костюма, которую могут носить только те, кто обладает квалификацией мудреца, оно также зачарована на повышение защиты, выносливости и маны.

Мифриловые нити, составляющие ткань мантии, устойчивы как к жаре, так и к холоу, но Академия всё же разработала летнюю и зимнюю версии мантии.

Это было потому, что одна директорша несколько поколений назад называла мантию "плохой", так что вскоре после этого её перекроили, чтобы добавить "моды".

Прямо сейчас Лунамария была одета в зимнюю версию, которая скрывала большую часть её кожи. Конечно, ей будет жарко в этом костюме. Однако у неё не было другого выбора.

Почему? Потому что если бы она не надела это, то был бы виден её непристойный наряд, который был под этим халатом.

Прямо сейчас на ней была одежда, которую Сора подарил ей в тот день, когда она стала его рабыней.

Наряд, который оставлял открытыми её плечи и бедра, с минимумом одежды, прикрывавшей её грудь и бедра. Для эльфа, обладающего высоким чувством стыда, это было то же самое, что быть обнажённой.

Поскольку её ноги, плечи и грудь были смело выставлены напоказ, если бы она надела летний вариант мантии в сочетании с этим нарядом, у неё не было другого выбора, кроме как пойти с зимним вариантом.

Но даже так под ним она была почти что голая. Она не могла не чувствовать стыда.

В первую очеред Лунамария была эльфийкой. Вдобавок к тому, что она ещё и мудрец, она часто оказывалась в центре внимания.

Хотя она уже пять лет была авантюристкой и, конечно, привыкла к любопытным взглядам других людей, но подобного рода одеяние не могло не повлиять на неё.

А ещё её хозяин ухмылялся, видя, как она смущается.

Когда она подумала об этом, всё её тело снова покрылось испариной.

Через некоторое время Лунамария добралась до леса, куда направлялась.

Этот лес совсем не походил на лес Фетиды, где бродили чудовища. Белки бегали по земле, птицы щебетали на верхушках деревьев. Это было место отдыха для Лунамарии.

Там она сняла мантию и глубоко вздохнула.

...Тогда не имело значения, наблюдает за ней кто-то или нет, она никогда не снимала одежду на улице. Однако в последнее время она начала думать, что было бы неплохо сделать это, если никто не смотрел. Она уже привыкла ко многим вещам.

Независимо от того, была ли она одета так или когда они занимались своими ночными делами, Сора постоянно заставлял её чувствовать стыд. Если бы кто-то жил так это почти месяц, даже лесная фея начала бы привыкать к смущению.

Что касается Соры, то после того, как он рождал в Лунамарии стыд и доводил её до предела, он начинал "сосать" её.

Что это за чертовщина? Ей ещё предстоит найти ответ на этот вопрос.

Она чувствовала, что из неё высасывают всю ее выносливость, ману или что-то ещё.

Когда она вспомнила об этом ощущении, тело Лунамарии задрожало против её воли. Это было похоже на то, что она боялась. Как будто она была влюблена.

Это чувство было незабываемо. Это была ошеломляющая сладость, подобная сексуальному экстазу. Чувство безопасности, которое заставляло её желать доверить свое тело и сердце, и даже душу, этому могущественному существу.

Каждый раз, когда она оказывалась в объятиях Соры, это чувство запечатлевалось в ней.

Она примет всё, что Сора захочет с ней сделать. Вот на что она решилась, когда решила стать его рабыней.

Нет, не просто принять. Если бы ей только пришлось терпеть, то это нельзя было бы назвать искуплением. Помимо принятия того, что делал этот парень, она сама должна сделать всё возможное, чтобы загладить свою вину перед ним.

Все для её хозяина. Вот что, по мнению Лунамарии, означает быть рабыней.

...Именно так всё и должно было быть. Но в последнее время она не только не чувствовала, что терпит что-то, но и искренне наслаждалась тем, что с ней делали. Во всяком случае, часть её даже начала хотеть этого…

Подумав об этом, Лунамария сильно покачала головой.

Её светлые волосы с силой закачались в воздухе.

Она стала рабыней для искупления грехов. Даже если они будут спать вместе почти каждую ночь, у неё не возникло бы никаких особых чувств к нему меньше чем через месяц.

Успокоившись с глубоким вздохом, Лунамария подпрыгнула и, сделав лёгкую растяжку, ухватилась за ближайшую ветку дерева.

Сегодня Сора уехал в лес Фетиды из-за срочного задания, приказав Лунамарии и Сиэль отдохнуть. Вероятно, он подумал о том, как они в последнее время активно работали над повышением репутации их клана.

А потом Лунамария пришла в этот лес. Она хотела кое-что подтвердить.

Для неё этот лес был тренировочной площадкой, которую она использовала, чтобы не дать своему телу ослабеть. Как мудрец, пользователь духа и охотник, Лунамария приходила сюда всякий раз, когда была свободна, чтобы держать своё тело в форме и стремиться к улучшению.

Она сделала сальто назад и бросилась вверх, используя ветку дерева, за которую держалась, как рычаг. Затем она сфокусировала взгляд и спрыгнула вниз. От ветки к ветке, от дерева к дереву. Время от времени раскачиваясь, как маятник, используя плющ, как обезьяна, когда она бежала через лес. Вместо того чтобы использовать магию или полагаться на духов, она пользовалась только физической силой.

Несмотря на то, что это место называлось лесом, его размеры несравнимы с лесом Фетиды. Сделав круг вокруг него менее чем за час, она даже не запыхалась.

Судя по всему, Лунамария была в этом уверена. Несмотря на то, что она - ловкая эльфийка, она просто не могла пробежать через лес на полной скорости, даже без одышки.

"Я так и знала, что мои физические способности улучшились. Нет, не только мои физические способности, моя мана тоже, и даже мои духовные чувства".

Она заметила это ещё в городе, но после бега по лесу окончательно убедилась в этом. Она чувствовала, что её духовные силы стали сильнее, чем когда-либо. Если бы она сейчас использовала магию духа, то это была бы, вероятно, самая сильная магия, которую она когда-либо высвобождала.

Внезапное увеличение силы. Первая мысль относительно того, что это вызвало, было бы то, что она поднялась в уровне, но её уровень остался прежним.

Несмотря на это, все её силы внезапно возросли.

Она начала обращать на это внимание примерно месяц назад. С тех пор она не могла придумать другого варианта, кроме Соры.

Честно говоря, после того как она стала его рабыней, Лунамария чувствовала себя так, словно каждый день была полна энергии. Другими словами, она постоянно находилась в отличном состоянии.

Первые несколько дней она думала, что находится во временном шоке из-за изменения своего окружения, но когда это продолжалось следующие 3 дней, 5 дней, 10 дней и так далее, это уже нельзя было назвать "временным".

"Для этого должна быть какая-то причина", - подумала она. И тогда Лунамария примерно начала понимать, почему. - "Как говорится, ничто от дракона не пропадает даром, а…"

Чешуя дракона - это броня, кровь - лекарство, когти - оружие. Их глазные яблоки, кости и даже волосы - ценные материалы. Это и есть дракон.

В отличие от драконьих подвидов, таких как виверны, которые рождаются из яиц, у настоящего дракона нет такой вещи, как откладывание яиц. Во-первых, у них нет родителей.

Как у грома. Как у торнадо. Как у землетрясения. Или как у извержение вулкана.

Феномен, который происходит, когда выполняются условия мира. Фантастическая катастрофа, рожденная в крови и плоти.

Вот что такое драконы.

Поэтому их тела состоят из сгустков маны высокой плотности. Неудивительно, что не выбрасывают даже кусочек их кости или прядь волос.

Драконья кровь излечивает все болезни, драконье мясо может омолодить тело, такие ходят слухи, возможно, правдивые.

Если это так…

Предположим, дракон каким-то образом принял человеческий облик.

И человек вступает в контакт с этим драконом и вбирает в себя его сущность.

Что будет с телом этого человека после того, как он примет в себя такую огромную силу?

"Было бы неплохо, если хорошо подумать об этом, но..."

Однако вероятность того, что она просто навоображала себе, невелика, - вот к какому выводу пришла Лунамария.

Почему? Потому что есть ещё один случай, кроме неё самой.

Териантропка, Сиэль.

Силы этой девушки также начали заметно возрастать после того, как Сора начала звать её по ночам.

Воспитание Сиэль было доверено Лунамария, так что она могла различить разницу до и после того, он начал звать её. Сама Сиэль, вероятно, тоже почувствовала эту перемену.

Если ценность плоти и крови Соры станет известна, дело примет серьёзный оборот.

Чтобы избежать этой ситуации…

"Мне нужно с ним поговорить".

До сих пор Лунамария избегала говорить Сорой о драконе внутри него.

Она стала его рабыней, чтобы искупить свои грехи, а не чтобы узнать о его тайнах. Более того, она знала, что Соре не понравится, если она спросит его об этом.

Однако если симптомы проявляются так ясно, было бы проблемой хранить молчание.

Для того чтобы Сора мог судить о своих особых характеристиках и решать, как их использовать, он должен в первую очередь о них знать. Было бы ужасно, если бы он пошёл в бордель, а потом от тамошней проститутки тайна просочилась бы наружу.

Поразмыслив таким образом, Лунамария решила поговорить с Сорой, когда он вернётся из Фетиды.

Она легонько похлопала себя по щекам и снова бросилась на дерево. Раз уж она здесь, то воспользуется этой возможностью, чтобы выяснить, каков предел её выносливости.

Эльфийка скрылась в лесу со слабым шелестом листьев

Погибель.

Чтобы выполнить просьбу Союза работорговцев, я доставил охотников и их снаряжение в лес Фетида на индиговой виверне.

При этом я оценивал, насколько они сильны, кто они такие, и придумывал план спасения молодой девушки-киджина.

Первое, что пришло мне в голову, - это убить охотников самому, а потом сказать, что в лесу на них напали чудовища.

Однако в этом не было никакого смысла. Независимо от того, насколько сильны охотники, пока Союз преследует киджинов, есть много других методов, которые они могут использовать, кроме засылки этих охотников.

Даже если это даст ей немного времени, это не решит проблему.

Более того, Федор наверняка заподозрит неладное, если я вернусь единственным выжившим. Это было бы слишком очевидно. Он будет гадать, не убрал ли я охотников, чтобы заполучить киджинов себе. Я не смогу избежать этого подозрения.

Для Союза было бы проще простого нанять священника, который мог проверить меня "Ощущением лжи".

Итак, мой первый план летит в корзину.

Следующей мыслью, пришедшей на ум, было заставить охотников думать, что киджин умерла. Если их цель будет мертва, то Союз махнёт рукой.

Но недостаток этого плана в том, что мне понадобится помощь со стороны киджинов, а я никак не могу связаться с этой девушкой.

Эта девушка могла бы выслушать меня, если бы помнила меня по тому инциденту, но... Она ни за что не ответила бы просто "Да, я понимаю", если бы вдруг появился человек и сказал ей: "Я пришёл помочь, тебе нужно притвориться мёртвой!".

Особенно в ситуации, когда мои намерения ей откровенно непонятны.

Задаться вопросом, не ловушка ли это, было бы естественной реакцией. Но хуже то, что я никак не могу войти в контакт с девушкой до того, как это сделают охотники.

Если всё пойдёт совсем плохо, охотники, заметив мою попытку обогнать их, просто нападут на меня.

В этом случае я столкнусь с той же опасностью, что в первом варианте, поэтому эта идея тоже летит в мусор.

Это означает, что ни один из этих планов не является хорошим.

На этот раз у меня нет другого выбора, кроме как плыть по течению.

Внезапно рядом со мной раздался голос:

- Ого, а круто же летать по воздуху! Обычно, чтобы добраться сюда, надо 3 или 4 дня. Спасибо, драконий рыцарь!

Человек, который сказал это, сильно похлопав меня по плечу, был лидером охотников, воином по имени Перри, который возглавляет клан "Коса Мрачного Жнеца".

Он - настоящий великан. Его мускулистое тело делает его похожим на медведя, вставшего на задние лапы. Он чем-то напоминает мне моего бывшего опекуна, Гозу Симу.

Несмотря на то, что это был не Гозу, я чувствовал, что мне будет трудно справиться с ним.

- Эй, ты ведь Сора, верно? Ты хочешь присоединиться к моему клану? Если бы ты присоединился к ним, то это было бы словно плюс сто человек.

- Я не могу этого сделать, поскольку сам тоже возглавляю клан.

- Ты называешь это кланом, но кроме тебя в нём всего два раба, верно? Я и о них позабочусь, если ты меня понимаешь, - сказав это, Перри обратился к индиговой виверне: - Конечно, и о тебе тоже. Тебе что больше нравится, говядина, свинина или баранина? Я дам тебе самую лучшую еду!

- Пугииии! - виверна издала пугающий вопль, когда Перри протянул руку и попытался погладить её по голове.

Однако тот не обратил на это внимания и громко рассмеялся.

- Ах, прости, прости! Ты никому не позволяешь прикасаться к себе, кроме своего хозяина, да? Это круто. Блин, когда я вижу индиговую виверну, которая так известна своей свирепостью, так хорошо прирученной, мне хочется завербовать тебя всё больше и больше! - Перри громко рассмеялся.

Затем рядом раздался осторожный голос:

- Капитан! Пожалуйста, не смейтесь так громко, как идиот посреди леса! Вы хотите привлечь к нам всех демонических зверей?!

- Упс, извините. Тогда я буду смеяться тише.

- Как бы то ни было, пожалуйста, приготовьтесь! Мы всё ещё должны сузить круг поисков киджина. Я не хочу бесцельно блуждать по интуиции в этом лесу, как в прошлый раз!

- В конце концов мы её засекли, так что какая разница! Всё будет хорошо, если в итоге всё получится, верно?

- Если будете думать, что ваша удача будет продолжаться вечно, обязательно огребёте!

Хотя подчинённый Перри был резок в своих словах... Как бы это сказать? Похоже, он глубоко доверяет своему капитану. Очень на это похоже.

Перри тоже помогал, как ему было велено. Вопреки их злобному названию, "Коса Мрачного Жнеца", отношения между членами клана кажутся довольно хорошими.

Да, именно поэтому я чувствовал, что мне будет "трудно" справиться с Перри, когда дойдёт до дела.

Он и люди из его клана - хорошие ребята.

Честно говоря, из-за термина "охотники" я представлял себе их лидера хладнокровным убийцей со змеиными глазами, а его подчиненных - кучкой невыразительных кукол.

Однако истину можно увидеть в разговорах, которые мы вели после нашей встречи.

Когда я думаю об этом, киджины враждебно относятся к людям. Хотя людей гораздо больше, чем киджинов, те сильнее в драке один на один.

Охота на них не считается злом. Скорее, это делается под знаменем справедливости, чтобы предотвратить человеческие жертвы от киджинов.

Конечно, на рогах киджинов можно заработать много денег, но все авантюристы в той или иной степени пытаются заработать себе на жизнь. Так что если не брать в расчёт, людей, которые движимы ненавистью, как я, можно даже сказать, что они приносят пользу человечеству.

... Это меня беспокоит. В этой ситуации я точно плохой парень, потому что пытаюсь позволить киджину сбежать. Потом мне будет неприятно, если мне придётся убить Перри и остальных.

Я ничего не могу поделать, если дело дойдёт до драки, но я хотел бы избежать её, если это возможно.

После приземления мы с виверной провели некоторое время на базе, которую "Коса Мрачного Жнеца" установила в лесу. За это время я подслушал разные разговоры от некоторых других бойцов.

Похоже, что когда-то давно Перри не был авантюристом или кем-то таким, он был просто простым лесорубом. Конечно, он никогда даже не охотился на киджинов. Он был просто деревенским жителем, который гордился своей силой.

Однажды на его деревню напали киджины.

Причина была неизвестна.

Обычные селяне не могли сравниться с киджинами, и деревня была разрушена.

Жена и сын Перри тоже погибли в той атаке. Более того, большинство его подчиненных прошли через нечто подобное.

Их неожиданная предыстория вызывала у меня головную боль. Если это так, то стоит ли мне надеяться, что девчонка киджин избежит преследования Перри? Пока я в отчаянии думал обо всём этом…

Член Косы Мрачного Жнеца прибежал обратно с бледным лицом.

- Твою мать, мать, мать! Немедленно позовите капитана! Погибель (прим. - в анлейте -blight, одно из тех многозначных слов, правильный перевод которого ещё нужно найти) одно приближается!

Погибель. В тот момент, когда прозвучало это слово, все, кто остался здесь на базе, побледнели.

До этого момента казалось, что все может стать опасным, но в одно мгновение расслабленная атмосфера полностью изменилась.

Я не мог понять, что происходит, и слегка склонил голову набок. Ну, я могу сказать, что эта болезнь или что-то ещё очень плохое.

...На самом деле я не волновался, потому что в глубине души был уверен, что выживу, что бы ни случилось.

Однако для других людей моё отношение, вероятно, выглядело слишком несерьёзным.

- Распространение погибели - это явление эрозии земли, которое происходит при определённых условиях, - мне ответил тот самый юноша, что кричал на Перри чуть раньше.

- Определённых условиях?

- Это природное явление, которое временами встречается в вулканических районах или там, где поднимаются миазмы. Однако на самом деле это почти всегда вызвано демоническим зверем. Другими словами, разложение земли происходит от свирепого яда, выпущенного демоническим зверем. Великое ядовитое море к югу от священного королевства образовалось, когда в древние времена было убито смертоносное, ядовитое драконоподобное существо, называемое гидрой.

- Гидра... Ты хочешь сказать, что такое мифическое существо появилось в Фетиде?

- Нет, конечно же, нет. Во-первых, у гидры из легенд было 8 голов, и все они достигали высоты крепостных стен Ишки. Если что-то подобное скрывается в лесу, вы заметили бы это, хотите вы того или нет. Я думаю, что это должно быть что-то не такое большое, как гидра, но монстр, который выпускает яд, достаточно ядовитое, чтобы создать погибель. Скорее всего это...

Юноша помолчал секунду, а затем произнес имя демонического зверя.

Царь змей - василиск.

Ядовитый демонический зверь

- Мы отступаем!

Узнав о возможности появления василиска, Перри без колебаний принял решение отступить.

Он проявил бесстрашие, совсем не похожее на то, что было раньше, когда он громко смеялся, пытаясь завербовать меня.

Ясно, так вот каким был на самом деле лидер этой группы. Я был впечатлён.

- Наша цель состояла только в том, чтобы захватить киджина. Убийство василиска не входило в наш контракт!

- Капитан, даже если мы сбежим, как мы это сделаем?

Перри серьёзно посмотрел на меня.

- Сора. Я не собираюсь просить тебя вернуть всех обратно, но не мог бы ты начать с молодых?

- Я не возражаю. Изначально меня наняли, чтобы я привез вас сюда, а потом вернулся обратно. Если хотите, я могу просто сделать несколько ходок, чтобы вернуть всех обратно, не так ли?

- Нет, это займёт много времени время, а оставшимся будет худо. Если мы останемся на одном месте и окажемся втянутыми в драку с василиском, это для нас плохо кончится. Спасибо за ваше предложение, но одной ходки будет вполне достаточно.

- Понял.

- Ну ладно, тогда вы, ребята, быстро собирайтесь! Кроме снаряжения возьмите с собой только минимальное количество пищи и воды, которые вам понадобятся! Отбросьте свою жадность и оставьте тяжёлое позади. Любой, кто замедлится, останется сам по себе! Но не волнуйтесь, господин Федор - разумный человек. Он всё равно покроет затраты в случае крайней необходимости. Нет, вас даже могут вознаградить за обнаружение василиска!

Ободрённые такими словами своего капитана, "Коса Мрачного Жнеца" быстро начали готовиться к отступлению.

Из-за его быстрого решения мы начали отступать, прежде чем василиск вышел на свет.

Большая часть багажа, который они привезли сюда, была выброшена, но жизнь - это не то, что можно вернуть, однажды потеряв. Кроме еды они оставили здесь много трав и зелий, так что надо позже вернуться, чтобы собрать их.

Так же, как и останки умерших, любой материал, который кто-то оставил во время квеста, можно свободно оставить себе при нахождении. Но я должным образом верну эти вещи в "Косу Мрачного Жнеца". Ну, в то время им, вероятно, будет всё равно, даже если бы я взял около 10% их стоимости в качестве компенсации.

С этой мыслью я велел виверне взлететь в небо.

На спине виверны сидели три человека. Два молодых бойца и их вице-капитан. Кстати, их вице-капитаном был тот самый молодой человек, который вернулся с новостями о погибели и василиске.

Причина, по которой Перри заставил их вице-капитана вернуться первым, заключалась в том, что ему нужен был кто-то вроде него, чтобы подробно объяснить ситуацию их работодателю, Федору.

Появление василиска означало нечто большее, чем просто "появился огромный монстр".

Если лес Фетиды будет поглощён погибелью, поток ресурсов из леса иссякнет. Травы, древесина, материалы из демонических зверей, всё, что поддерживает экономику Ишки, будет сразу потеряно. Это будет серьёзный удар.

И демонические твари, потерявшие свой дом от погибели, не будут просто сидеть там и умирать от голода.

В худшем случае они могут в большом количестве напасть на Ишку. Это может вызвать паническое бегство.

Кроме того возникнут ещё более серьёзные проблемы.

Источник воды в лесу - река Кале. Она обеспечивает ежедневное водоснабжение Ишки. А что будет, если его отравят?

Нынешняя ситуация - довольно серьезный кризис для выживания Ишки.

Дело не только в Ишке. Демонические звери из Фетиды и горы Ским, которые город держал под контролем, затопят всё королевство Канария как прорванная плотина. В королевстве гарантированно воцарится хаос.

Перри, вероятно, думал об этом далеко наперёд, поэтому он решил сначала вернуть своего доверенного вице-капитана.

Если это так, то я тоже не могу его подвести.

Индиговая виверна также способна лететь по-разному, она может даже парить в воздухе или совершать вертикальные взлёты и посадки.

По-видимому, виверна не просто использует свои крылья, она, похоже, использует ману, чтобы поддерживать своё тело в воздухе. Да, прогресс, достигнутый ей в последнее время, действительно показывает это. Я знал, что мой питомец мог так сделать, если бы попытался.

Лунамария и Сиэль сказали, что нам давно пора дать ей имя, но никаких хороших имён пока в голову не приходило.

Однажды я попробовал назвать её "Дайго", поскольку это звучало как "индиго", но ответом мне было печальное выражение лица. Если бы я продолжал называть её Дайго, то, возможно, узнал бы о её последних приёмах из первых рук.

С тех пор я ни разу не придумывал подобных имён на лету. В последнее время я начал думать, что назвать её "индиговая виверна" было вполне нормально.

После того, как мы поднялись высоко в воздух, пока я думал об этих вещах, я посмотрел вниз на лес внизу.

По тому, что я видел сейчас, мне не казалось, что здесь что-то не так. Подождите, часть леса на северной стороне уже почернела. Это погибель, да?

Если спокойно подумать об этом, это всего лишь предположение, что погибель была вызвана монстром по имени василиск. На самом деле, василиска никто не видел.

Чтобы придать больше достоверности этому сообщению, я хотел пролететь над погибелью, чтобы подтвердить это.

Но я сдержал это желание.

Обычно виверна перевозит одного, максимум, двух человек. Поскольку сейчас она перевозит четырёх человек, её подвижность значительно уменьшилась.

Я не хотел вступать в контакт с василиском на случай, если у него есть противовоздушные атаки, такие как ядовитое дыхание.

По моему приказу виверна захлопала крыльями и полетела к Ишке.

Мне показалось, что я слышу вой, доносящийся сзади, как будто кто-то насмехался над нами.

◆◆◆

После того, как я отвёз вице-капитана и других членов клана обратно, я сразу же отправился обратно в лес Фетиды, потому что вице-капитан и Федор умоляли меня помочь другим членам "Косы Мрачного Жнеца".

Даже я не сказал "нет".

Однако из-за риска возможного нападения василиска мы не могли лететь на малой высоте. Нам необходимо сохранять дистанцию и оставаться на высоте, но тогда становится трудно видеть, что происходит на земле.

В конце концов, плотное море деревьев закрывало всё наше поле зрения. Как бы я ни старался вглядеться, мне никак не удавалось найти людей "Косы Мрачного Жнеца", которые должны быть под деревьями.

Если подумать, они должны быть где-то на прямой линии, которая идет от их базы к Ишке.

Однако они находятся в лесу, в котором на самом деле нет установленных путей. Это не так просто, просто идти по прямой линии к месту их назначения с того места, где они были.

В таком случае, вероятно, было хорошей идеей следовать вниз по реке, как я всегда выбирал раньше.

Если Василиск действительно существует, и он преследует "Косу Мрачного Жнеца", то этот обход может оказаться для них фатальным.

"...Нет смысла думать обо всём том, что я думаю".

Я поторопил виверну и направился к базе в глубине леса. Я приземлюсь там, а затем направлюсь к Ишке из леса. Если я побегу с активированной кэй, то обязательно кого-нибудь догоню.

- А ты оставайся высоко в воздухе. Я позову тебя, если найду кого-нибудь.

Виверна на секунду посмотрела на меня с беспокойством в глазах, когда я отдал ей этот приказ после того, как слез с седла. Однако она, скорее всего, заметила, как я спешу, поэтому сразу же взлетела в небо.

После того, как я увидел, что она улетела, я сразу же начал свои поиски.

Судя по всему, припасы, оставленные на этой базе, не были тронуты, и деревья и трава вокруг этого участка тоже не гнили. Василиск сюда не приходил.

Я почувствовал некоторое облегчение от этого. Если это место было полностью разрушено, шансов отыскать их не было бы совсем.

Если это место безопасно, то вероятность того, что люди из "Косы Мрачного Жнеца" тоже в безопасности, возрастала.

... Пока я не нашёл мёртвое тело через несколько минут после начала поисков.

Он лежал в каком-то месте всего в пяти минутах ходьбы от их базы.

Лицо трупа было наполовину оплавлено, внутренности были обнажены.

Сначала я подумал, что этого человека съели, но это было не так.

Красно-чёрная жидкость, которая всё ещё плавила тело со странным шипящим звуком, вероятно, была смертельно ядовитой жидкостью. Этот человек, должно быть, умер после того, как ему плеснули ядовитой жидкостью прямо в лицо.

В его широко раскрытом глазу на оставшейся половине лица я всё ещё видел удивление, отчаяние и агонию, которые он испытывал в свои последние мгновения.

Мне хотелось закрыть ему глаз, чтобы он мог спокойно отдохнуть, но я остановил себя, когда уже собирался это сделать.

Согласно легендам, яд василиска убил рыцаря через копьё, которым тот его проткнул.

Это не совсем безопасно, даже если я не вступаю в прямой контакт с ядовитой жидкостью.

Я думаю, что всё будет в порядке, если я защищу себя кэй, прежде чем прикоснуться к нему... Но сейчас не время так рисковать.

Поклонившись мертвецу, я развернулся и побежал в лес.

Я не знаю, василиск это или нет, но нет никаких сомнений, что там есть довольно сильный ядовитый демонический зверь.

Я не мог избавиться от дурного предчувствия по этому поводу.

Запах крови

Один, два, три, четыре... количество трупов продолжало увеличиваться с течением времени.

Всего в "Косе Мрачного Жнеца" было 11 человек. Я забрал троих из них обратно в город, получается, оставалось восемь. Половина их оставшихся членов уже ушла в лучший из миров.

Они умирали самыми разными способами.

Одному плеснули ядовитой жидкостью, и он потерял половину лица.

Один из них выглядел так, словно был разрезан пополам по линии пояса когтями или чем-то ещё.

У одного из них шея была изогнута под невероятным углом, под ней собралась лужа крови.

У одного тело было расплющено, как у лягушки, на которую наступили сапогом.

Возможно, третья жертва была поражена сильным хвостом, который развернул голову, а четвёртая жертва была раздавлена чем-то похожим на огромный валун.

Независимо от того, как они умерли, рядом с их телами оставались следы разложения.

В данный момент я уверен, что мы имеем дело с василиском. Судя по состоянию их трупов, на них, вероятно, напали вскоре после того, как мы уехали в Ишку.

Если бы нам потребовалось немного больше времени, чтобы уйти, василиск мог бы задеть и нас.

Размышляя об этом, я обнаружил ещё два тела.

Неужели этот человек пытается защитить другого своим телом? Ядовитая жидкость оплавила верхние части тел их обоих, и они упали друг на друга.

Лужи, образовавшиеся от яда демонического зверя, плавившего человеческую плоть, создавали ужасное зловоние. Ядовитые пары в воздухе жгли мне нос, а глаза постоянно слезились.

Я больше не мог этого выносить и пошёл вперёд, избегая луж.

Затем, даже не пройдя и ста шагов, я наткнулся на самую трагическую сцену, которую я видел до сих пор.

... Короче говоря, это было море крови.

Как будто это была сцена резни из легенды, земля провалилась, трава была вырвана, деревья уничтожены. И всё это было забрызгано кровью, кровью и ещё раз кровью.

Что же здесь произошло такого, что всё вокруг кровью было забрызгано кровью? Её вокруг и правда было так много, что даже не верилось.

В этом море крови было разбросано несколько кусков красной и чёрной плоти.

Самый большой кусок был размером с человеческий торс.

Когда я попытался сфокусировать взгляд, чтобы получше разглядеть его, то узнал одежду, испачканную кровью и грязью. Я также узнал железное оружие, которое было покрыто тонкими длинными кусками плоти, разбросанными повсюду.

Именно таким стал человек, которого когда-то звали Перри.

- ...Я не успел, да...

Я прищёлкнул языком.

Судя по тому, что он больше не мог бежать, Перри попытался одолеть здесь василиска и был убит, так, скорее всего, и произошло.

В таком случае велика вероятность, что последний боец их клана тоже встретил здесь свой конец.

После того, как я решил изучить куски плоти вокруг меня с этой мыслью, я поднял бровь на первый же предмет, который попал в поле моего зрения.

Этот кусок плоти с чешуёй на нем был не от человека, как на него не посмотри.

Это что, нога василиска? Один, два, три... Хм... Это сделал Перри, да?

Похоже, вся эта кровь вокруг не только из Перри, но и из василиска, которого тот успел порубить.

Я решил ещё раз оглядеться и проверить, сколько здесь кусков плоти.

Там было слишком мало частей, чтобы сказать, что здесь были убиты два человека. Перри определённо был мёртв, его заметное огромное тело выделялось, но вполе возможно, что последний человек сбежал. Ну, также возможно, что он мог быть съеден василиском.

"Я не хочу возвращаться ни с чем. Пожалуй, я продолжу своё расследование. Более того, похоже, что василиск тоже был сильно ранен. Оставить эту раненую ядовитую тварь вот так... я не думаю, что всё закончится хорошо".

Василиск впадает в исступление. Другие демонические звери убегают. А потом они атакуют Ишку.

Вот так всё и будет.

Кстати говоря, стая мантикор, которую я встретил в лесу раньше... Их вполне мог выгнать из своего дома василиск.

Если демонические звери такого уровня появятся на окраине леса, то люди не смогут даже спокойно собирать травы.

Как раз в тот момент, когда я собрался уходить с этим, куст неподалёку внезапно задрожал.

Я рефлекторно метнулся прочь от этого места и направил свой чёрный меч в ту сторону.

Я не чувствовал присутствия монстра, но... честно говоря, мои чувства работали не слишком хорошо из-за обволакивающего меня запаха крови.

Я напрягся, думая, что василиск ждал меня здесь, но потом подумал, что было бы странно, ведь он не показывался все это время…

Судя по трупам, он был из того типа, который видит в людях только корм и безжалостно нападает при встрече…

Поскольку странная ситуация тупика продолжалась, я вдруг подумал о другой возможности и осторожно подошёл к кустам.

Там я нашёл человека с бледным лицом, который дрожал, держа глаза и рот закрытыми - последний член "Косы Мрачного Жнеца".

◆◆◆

После этого я вызвал с земли индиговую виверну и посадил оставшегося в живых члена "Косы Мрачного Жнеца" на седло.

Однако домой он полетит в одиночку. Я собираюсь остаться в этом лесу. Я сказал виверне, что она может отдохнуть, как только отнесёт оставшегося в живых обратно в Ишку.

Согласно его рассказу, Перри был первым, кто вступил в бой с василиском, когда тот напал на них, и его раны были нанесены им.

Перри не использовал своих солдат в качестве приманки, чтобы сбежать отсюда, это его люди пытались вытащить его оттуда.

Люди из "Косы Мрачного Жнеца" пытались защитить капитана, который был отравлен ядом василиска, и были убиты один за другим, прежде чем Перри и он, наконец, были загнаны в угол здесь.

После того, как Перри понял, что долго не протянет, он спрятал своего последнего подчинённого в этом кусту и начал смертельный поединок с жуткой тварью. В обмен на свою жизнь он отнял у василиска три лапы.

Возможно, причина, по которой василиск разорвал тело Перри на мелкие кусочки, заключалась в том, что он давал выход своему гневу. Результатом стала эта жуткая картина.

Затем василиск попытался сожрать Перри, но внезапно по какой-то причине перестал двигаться.

После короткой паузы он выплюнул труп обратно, а затем, похоже, направился на север... Либо он не заметил спрятавшегося человека, либо решил проигнорировать его.

После того, как оставшийся в живых дрожащим голосом рассказал мне о цепочке событий, он сломался от чувства вины за то, что оставил своего лидера умирать.

Я ничего ему не ответил. Что я могу ему сказать, когда мы только сегодня встретились? Я оставлю всю последующую заботу их лейтенанту.

Я решил преследовать за василиском на севере. Учитывая раны, которые нанёс ему Перри, сейчас, вероятно, самое подходящее время для того, чтобы прикончить царя змей.

Кроме того мне любопытно, что же привлекло внимание василиска.

Увидев, что виверна улетела, я немедленно развернулся и побежал на север.

Деревня киджинов

Следовать за демоническим зверем, который направился на север, было легко.

Крови, которой он оставил на земле, было всем, что мне было нужно.

Я побежал по кровавому следу, чувствуя благодарность Перри за то, что он отрезал василиску лапы, благодаря чему тот оставлял такой след.

Я понятия не имею, как долго я бежал.

Но, в конце концов, я оказался в странном месте.

Там была деревня.

Я обнаружил, что стою перед группой деревянных домов, выстроившихся в ряд по одну сторону круглой открытой опушки. Эти дома не были маленькими лачугами или хижинами, они были довольно хорошо построены.

Каждый из них домов был обнесен глинобитным забором с какими-то деревянными воротами. Они вызвали мысль об эльфах, так как эльфы жили в лесах, но этот тип образа жизни был ближе к людям.

То, как они использовали в строительстве дерево вместо камней, напомнило мне о восточной архитектуре, которая возникла на Острове Демонов.

Там было около 20 домов. Если предположить, что в каждом доме живёт по пять человек, то в этой деревне будет около сотни жителей.

Это глубины леса Фетиды, где днём свободно бродят демонические звери. Если бы здесь жило больше сотни человек, люди постоянно говорили бы об этом месте.

Однако я никогда не слышал, чтобы здесь была такая деревня.

А это значит, что здесь...

"Деревня киджинов, да?"

Наверное, я прав.

Почему? Потому что я определённо должен был заметить такую открытую деревню, когда был в небе на спине виверны.

Но я никогда её не замечал. Возможно, это место было защищено какой-то техникой, которая не позволяет посторонним обнаружить его.

Это скрытая деревня, которая была закрыта снаружи барьером, всё указывало на нечто подобное.

"Однако, если это так, то... "

Как мне удалось пройти через барьер и попасть внутрь? Я шёл по кровавому следу, так что это означает, что демоническая тварь уже вошла внутрь. Так почему же вся деревня совершенно тиха?

Неужели все жители деревни сбежали?

Даже если бы они это сделали, учитывая ловкость этого зверя, который охотился на людей "Косы Мрачного Жнеца", я не могу себе представить, что вообще не увижу никого из сотни жителей деревни. Это дерзость с моей стороны, но здесь должно быть, по крайней мере, несколько трупов.

Не было также никаких признаков того, что жители деревни сопротивлялись. Странно, что вокруг не видно ни какого-либо оружия, ни каких-либо стрел.

После того как я вошёл в деревню по кровавому следу зверя, всё стало ещё более запутанным.

Даже если жители деревни бежали от нападения зверя, двери во всех домах были плотно закрыты. Нет, вместо того, чтобы сказать, что кто-то закрыл эти двери, возможно, что в этих домах вообще никто не жил.

Все окна были закрыты, а в домах вообще не было никаких признаков жизни. Не было видно ничего привычного, как то сушащиеся на солнце овощи, инструменты, прислонённые к стенам, горшки с цветами.

Когда я углубился в деревню, думая обо всём этом, я почувствовал, что нашёл ответ на то, как я прошёл через барьер.

...Вон там лес был прорежен погибелью.

Деревья разлагались, трава умирала, а почва гнила. Из грязной почвы доносился булькающий звук, словно она испускала ядовитые миазмы.

Растительность, которая получила странный тёмно-фиолетовый цвет, выглядела как фрукты, которые были готовы загнить. В воздухе витал странный кисло-сладкий запах. Листья, которые ветер сдувал с деревьев, мгновенно становились чёрными, едва касаясь гниющей земли, как будто они сгорали.

Словно обычный лес был поглощён заразой.

В этом месте росло особенно большое дерево. Но даже это гигантское дерево, которое выглядело как символ деревни, было полностью поглощено болезнью.

Корни его гнили, ствол был весь в трещинах. В течение следующих нескольких дней гниение заставит гигантское дерево упасть под собственным весом.

Когда мне вдруг пришло в голову оглядеться вокруг, я увидел, что на южной, западной и северной сторонах деревни тоже есть по огромному дереву. Скорее всего, эти 4 дерева были связующими точками барьера этой деревни.

Поскольку одно из этих деревьев поглотила погибель, барьер не смог удержаться. Это было всего лишь случайное предположение, но, вероятно, оно не так уж далеко от истины.

Конечно же, зверь заметил, что барьер разрушен, и пришёл сюда. Для василиска киджины, которые прятались в этой деревне, вероятно, были просто восхитительной мишенью. Вот почему он не обратил внимания на последнего выжившего из "Косы Мрачного Жнеца" трясущимся в том кустике.

Оглядываясь назад, члены "Косы Мрачного Жнеца" были атакованы демоническим зверем, но они не были съедены.

Для этого зверя люди - низший вид, который даже не считался пищей.

Вот почему он их не съел.

И именно поэтому он сейчас даже не смотрит на меня.

Мне было неприятно смотреть на царя змей, который приклеился к стволу гигантского дерева, словно я для него ничего не значил.

◆◆◆

Если бы мне пришлось описать, как выглядит василиск, то он был бы похож на ящерицу с восемью конечностями.

Вместо того чтобы называть его царём змей, я думаю, что правильнее было бы назвать его царём ящеров.

У него ядовитого, тёмно-фиолетового цвета чешуя. Длина его тела составляет более 6 метров. Включая его сильный на вид хвост, то он может быть более 10 метров в длину.

Благодаря Перри, капитану "Косы Мрачного Жнеца", три из восьми его ветвей исчезли, но он всё же крепко держался за тело гигантского дерева. Не похоже, чтобы потеря этих трёх конечностей сильно повлияла на его движения.

Даже сейчас, когда четыре его конечности прилипли к дереву, он всё ещё держал свою жертву, молодую девушку расы киджин, пятой конечностью.

Я узнал эту пару рогов. Она - определённо та самая девушка, которую я тогда спас.

Впрочем, цвет лица у неё был нездоров. Она, казалось, была без сознания, её тело выглядело безвольным, как будто она была мертва.

У неё не было никаких видимых повреждений, но учитывая токсичность василиска, который может заставить гнить даже землю вокруг него, он уже мог нанести ей серьёзные повреждения. Если он непосредственно касается кого-то... Может быть, уже слишком поздно.

- ...Приди, моё оружие души!

...Ну, неважно, была ли эта девушка жива или мертва, я убью этого василиска.

Я одним дыханием вошёл во взрывное состояние, покрыв всё своё тело кэй.

Когда духовное оружие появилось, мне было всё равно, замечает ли он меня или игнорирует, я выскочил и просто ударил короля змей, когда он широко открыл свою пасть, чтобы попытаться проглотить молодую девушку.

Судзуме

Священный лес.

Именно так киджины называли великий лес, который люди называли лесом Фетиды.

Судзуме была последней выжившей из клана Камуна, который защищал этот священный лес.

Первоначально деревня Камуна была поселением, в котором проживало более сотни киджинов.

Они следовали принципу не нападать на людей до тех пор, пока те бездумно не нападут на лес.

Однако люди были не столь добры и разрушили деревню. 50 лет назад Камуна была разрушена самурайской армией, пришедшей с востока.

Хотя киджины сражались упорно, сила самураев была подавляющей. В живых осталось только семь киджинов.

Это были старики и дети, которые были либо слишком стары, либо слишком молоды, чтобы сражаться.

Среди этих детей были и родители Судзуме.

После этого оставшиеся киджины возобновили свой повседневный образ жизни под защитой барьера, но маленькой группе детей и стариков было слишком трудно жить в глубине леса Фетиды, где обитали демонические звери.

Кто-то заболел, кто-то стал жертвой демонических зверей, а кто-то умер от голода, отдав детям то немногое, что у них было.

Один за другим киджины уходили в небытие.

К тому времени, когда родилась Судзуме, остались только она и её родители.

Родителей Судзуме уже давно не было. Её отец не вернулся после того, как ушёл на охоту в тот день, когда ей исполнилось три года, а мать умерла от болезни, когда ей было шесть лет.

Последние 7 лет Судзуме сама охраняла деревню Камуна.

Она ходила в лес на рассвете, чтобы искать фрукты, орехи и коренья на еду, а затем возвращалась в деревню, чтобы очистить дорогу и дома. Она следила и за соседними домами.

Так как её мать делала то же самое раньше, Судзуме взяла на себя эту задачу после того, как её мать умерла.

"Это на тот случай, если они однажды вернутся домой", Судзуме всё ещё не забыла одинокой улыбки на лице мамы, когда она сказала ей это.

Она унаследовала от своей матери ещё кое-что. Это была традиция делать подношения и посвящать танцы священному дереву, которое возвышалось на северной стороне деревни.

Это был ритуал усмирения змей, который успокаивал дух Великой Змеи, всё ещё спящей под землей.

Этот ритуал передавался в деревне Камуна из поколения в поколение. Родители Судзуме всегда старались сделать хоть какое-то подношение, даже если у них было мало еды.

Её мать не пропускала эти ритуалы даже после того, как заболела. Когда она больше не могла танцевать сама, она научила Судзуме и заставила её продолжить традицию.

Причина, по которой Судзуме была поймана Королём мух, заключалась в том, что у неё не было достаточно еды для подношения, поэтому ей пришлось рискнуть и уйти далеко от барьера, чтобы собрать еду.

Именно тогда она столкнулась с человеком и была спасена им.

...Когда она задумалась об этом, то это был первый раз, когда она разговаривала с кем-то после смерти своей матери.

До этого момента она отчаянно пыталась остаться в живых и никогда не испытывала тоски по другим.

Благодаря барьеру вокруг деревни киджинов, который не позволял демоническим зверям нападать на это место, маленькие животные, такие как белки, кролики, ежи и маленькие птицы, часто посещали деревню. Всякий раз, когда Судзуме разговаривала с маленькими животными, её одиночество исчезало.

Её родители постоянно учили её быть осторожной с людьми, так как они будут охотиться за её рогами. Из-за этого она никогда не думала о том, чтобы покинуть лес и посетить человеческий город.

Однако взгляд Судзуме на людей немного изменился с момента той встречи.

Они были не просто монстрами, которые в бешенстве нападали на киджина, когда видели его. Если с ними можно поговорить, то можно даже посмеяться с ними.

Вот почему, когда она увидела человека, который заблудился в лесу, она сказала ему следовать по реке, а не спряталась от него. Можно было легко вернуться в город Ишка, спустившись вниз по реке.

Это был совсем другой человек, чем тот, что спас её от Короля мух, но поскольку он был таким же человеком, как и он, она хотела вернуть ему долг.

Она никогда бы не подумала, что её информация будет продана работорговцам. 13-летняя девочка просто не могла предвидеть такого.

Из-за этого местоположение её деревни было приблизительно определено. Охотники постоянно отправлялись на её поиски. Это означало, что она не сможет выйти за барьер, и она также не сможет выполнить ритуал усмирения змей... Она просто не могла всего этого предвидеть.

Таким образом, василиск появился, часть деревни поглотила странная болезнь, священное дерево также засохло, и барьер исчез.

И вот теперь Судзуме оказалась лицом к лицу с вторгшимся демоническим зверем одна.

У зверя были вытянутые вертикально зрачки, как у змеи. Было ли в его ярких налитых кровью глазах выражением радости, которую он испытывал от того, что перед ним была добыча? Или же в них была ненависть, которую он таил в себе многие годы?

Судзуме попыталась убежать от этого зверя, который был размером с небольшую гору, но одним ударом хвоста он повалил дерево, быстро сократил расстояние между ними и крепко схватил её.

- Гьярррр - в восторге взревело чудовище.

Судзумэ почувствовала озноб, когда василиск притянул её к себе. Чудовище широко разинуло пасть, словно собираясь проглотить её целиком.

"Ах, вот так я и умру, да?" - подумала Сузуме, дрожа от боли и страха. Но кроме этих чувств, там, кажется, было ещё и утешение.

Теперь, когда она потеряла барьер от погибели, даже если она выживет сегодня, ей будет трудно жить так же, как она жила прежде.

Маленькая 13-летняя девочка никак не может выжить в одиночку в лесу Фетиды.

Если это так, то смерть сейчас избавит её от страданий.

Возможно, после этого она сможет встретиться с родителями.

"Пожалуйста, живи счастливо..." - последние слова матери, обращенные к своей маленькой дочери, когда она уходила, сожалея о том, что оставляет малышку. Судзуме было грустно, что она не может следовать последним словам матери, но, похоже, это было всё, что она могла сделать.

- ...Прости меня, мама... - пробормотала она дрожащим голосом.

Чувство отвращения охватило всё её тело.

Однако у неё больше не было сил сопротивляться. У неё не было сил даже думать о сопротивлении.

Василиск карабкался вверх по стволу священного дерева, одновременно держа Судзуме. Если бы они были на земле, другие демонические звери могли бы прийти и помешать ему. Должно быть, из-за этого он и залез на дерево.

Зрение Судзуме потемнело. Её сознание было поглощено темнотой.

Прямо перед тем, как всё погрузилось в темноту, Судзумэ, казалось, почувствовала, что кто-то появился рядом... Но она была почти уверена, что это было только в её голове. Но в следующее мгновение она передумала.

Никто не придёт. Если уж на то пошло, то это будет тот самый мрачный жнец, которому надоело ждать.

С этой мыслью в голове Судзуме окунулась в темноту... Точнее, она уже собиралась это сделать.

Но именно в этот момент...

- Рааааа?!

Она услышала громкий, словно взрыв, рёв демонического зверя вблизи.

Тело Судзуме охватило какое-то странное чувство, прежде чем она успела подумать, что же произошло.

Крепкая хватка василиска на ней ослабла.

Поскольку он взбирался на дерево, держа Судзуме одной из уцелевших лап, её тело, освободившееся от конечности зверя, естественно, упало прямо вниз.

Это была высота, падения с которой она не смогла бы пережить. К тому же её тело не реагировало.

Это было либо из-за яда зверя, либо из-за того, что она уже сдалась.

Когда Судзуме закрыла глаза, чтобы принять свою судьбу, она услышала голос:

- ...Хух, это было слишком близко. Я тебя чуть не выронил.

С этими словами она почувствовала себя заключённой в объятия.

Когда она нерешительно открыла глаза,то увидела молодого человека с чёрными волосами, который смотрел на Судзуме с бесстрашной улыбкой.

Она уже знала это лицо.

Она знала его, но не имела ни малейшего представления, почему он вообще оказался здесь в этот момент. Однако она всё равно собиралась поблагодарить его. В тот момент, когда она попыталась открыть рот, её глаза широко раскрылись.

Василиск над Сузуме в гневе бежал по стволу дерева... Нет, он спрыгнул со ствола!

Если его огромная туша упадёт на них, не важно, человек они или киджин, они будут раздавлены.

- Н... Н... Наверху!

Учитывая состояние своего тела, она попыталась едва двигающимся языком донести до молодого человека опасность.

Его руки обхватили её. Сейчас у парня не было никакого оружия, которое он мог бы использовать против василиска.

Они должны были быстро уйти оттуда, но вся земля вокруг них разлагалась, как будто они были посреди бездонного болота. Единственным безопасным местом был корень дерева, на котором стоял молодой человек.

В этот момент у Судзуме в голове внезапно возник вопрос:

"Как вообще этот человек попал сюда?"

Но гигантское тело василиска падало на них быстрее, чем она успела задать этот вопрос.

Молодой человек вздёрнул подбородок и посмотрел вверх. Он даже бровью не повёл, хотя видел приближающегося монстра. Он даже не испытывал ни малейшего беспокойства в отличие от Судзуме.

Затем молодой человек, который смотрел вверх, медленно открыл рот:

- Кааааа!!!

Это было так громко, что у неё чуть не лопнули барабанные перепонки.

В этот момент тело Судзуме, которое было в руках молодого человека, подпрыгнуло. Волны остаточной вибрации поглотили всё её тело. Это было огромное давление, которое потрясло её изнутри. Пронзительный звон наполнил её уши. Какое-то мгновение она вообще ничего не слышала.

Что касается василиска, его словно ударили большим молотом по лбу…

- Грааааах?!

Его массивное тело длиной в 10 метров взлетело в воздух, как будто по нему с близкого расстояния ударила пушка.

Молодой человек одним своим голосом не дал василиску упасть на них.

Конечно, он никак не мог бы сделать это только своим голосом. Он, должно быть, использовал магию или что-то в таком духе, но даже так это всё равно было ненормально.

Затем молодой человек сказал Судзуме одну короткую фразу, а она удивлённо посмотрела на него:

- Я собираюсь прыгнуть. Осторожно, не прикуси язык.

Прыгать? У неё даже не было времени подумать о том, что он только что сказал. Молодой человек опустился на одно колено и в следующую секунду вскочил с Судзуме на руках.

Та чуть не вскрикнула. Вот насколько сильным был удар, который сотряс всё её тело.

Держа Судзуме на руках, он легко перепрыгнул через гниющую землю. Эти движения должны быть невозможны для человека, нет, даже для киджина.

Прежде чем она осознала это, Судзуме уже стояла на твёрдой земле.

После того, как молодой человек отпустил её, он потянулся за чёрным мечом, который был воткнут в землю перед ним. Молодой человек без колебаний схватил меч, испускавший достаточно зловещую ауру, что заставило Судзуме инстинктивно отступить назад.

Затем он небрежно замахнулся мечом на василиска, упавшего на землю.

Это была атака, которая не должна была достигнуть цели, но она легко отрубила одну из конечностей твари. Лапа взлетела в воздух, и ядовитая кровь разлетелась в разные стороны. После этого у зверя осталось четыре... Нет, три конечности. Конечность, которой он поймал Судзуме, была отрезана очень давно.

К этому моменту девушка, наконец, поняла, что произошло.

Этот молодой человек, который примчался сюда, отрезал демоническому зверю конечность, чтобы спасти её.

После того, как он отрезал ту лапу, он вонзил свой меч в землю здесь, чтобы освободить руки, и бросился к корням священного дерева, чтобы поймать Судзуме.

Это не то, что может сделать обычный человек.

- ...Это просто невероятно… - против воли вырвалось у неё.

На это молодой человек счастливо рассмеялся.

- Ха-ха. Тогда почему бы мне не показать тебе ещё один невероятный трюк?.. "Вскипяти его кровь, сожги его волосы, пусть сила кипит"...

Он начал читать заклинание.

Судзуме не ожидала, что он может использовать магию, так как он всегда казался фехтовальщиком. Она уже не могла сосчитать, сколько раз широко раскрывала глаза от удивления.

- "Замок богов, кресло из черепов. Размахивая флагом мятежника, дар злого клинка обрушивается на вас. Кровавые глаза и огненные руки, да обнимет смерть моего врага... Огненная принцесса»!

Молодой человек закончил читать заклинание огненной магии высокого уровня и обрушил его на василиска.

В воздухе пролетели пять, нет, шесть огненных рук.

Когда обычный заклинатель использует это заклинание, у него будет только 2 руки. Даже у исключительного заклинателя было бы, в лучшем случае, только три.

Молодой человек призвал вдвое больше. Более того, каждая из этих рук была толщиной с большую змею, и они быстро атаковали василиска.

Это многое говорит о том, насколько силён заклинатель, и сколько у него маны.

После того, как всё тело василиска было объято шестью огненными руками, его крики эхом разошлись в этом море разложения.

Судзуме, ошеломлёная творящимся перед ней, издала удивлённый звук, когда внезапно почувствовала обжигающе горячий воздух рядом.

Когда она быстро посмотрела в ту сторону, то увидела, что чёрный меч молодого человека горит красным, как будто его охватило пламя.

Это вызвано тем, что кэй накалила его, но Судзуме этого не знала. Однако, даже не зная этого, она понимала, что чёрный клинок излучает ошеломляющий жар.

- Я собираюсь сжечь его вместе с гнилым лесом... Стиль Призрачного Клинка, Вспышка!

Поток огня, который молодой человек выпустил из своего меча, поглотил василиска вместе с лесом, словно цунами.

Судзуме уставилась на открывшуюся перед ней картину, словно спрашивая, не снится ли ей всё это.

Может, это был хороший сон? Или это был дурной сон? Ничего не понимая, она просто в трансе смотрела на происходящее.

Даже несмотря на то, что василиск был охвачен пламенем, он ещё некоторое время продолжал буйствовать.

Каким бы крепким ни был василиск, всё было в пределах моих ожиданий. Вот почему я использовал заклинание "Принцесса пламени", чтобы сдерживать его движения.

Сколько бы василиск ни боролся, он не сможет вырваться из шести рук пламени.

По идее, "Принцесса пламени" - это заклинание высокого уровня, которое можно использовать как для сдерживания, так и для атаки. Если она будет усилена моей кэй (которая является моей жизненной силой, как мана), он не сможет так легко убежать.

Я уже использовал это заклинание против сциллы, когда выполнял "висяки", но на этот раз я применил гораздо более мощную версию. Если понять, как использовать кэй, количество тактик, которые можно применить в бою, возрастает. Я не мог сдержать своей радости и громко рассмеялся.

...Это само собой разумеется, но по умолчанию я не могу пользоваться высокоуровневой магией огня.

Хотя моя кэй (мана) резко возросла после того, как я научился извлекать своё духовное оружие, одно это не сделало бы меня лучше в плане магии.

Есть много других необходимых элементов, когда дело доходит до обращения с магией. Но как мог такой человек, как я, не обладающий ни одним из этих необходимых элементов, использовать такую продвинутую магию огня?

Ответ - Мирослава.

Всё, что рыжеволосая волшебница исследовала и узнала, все секреты, которые у нее были, она раскрыла мне, и все они стали моими.

Ну, хотя я и говорю, что они все стали моими, я не могу использовать ничего, кроме её огненной магии.

Что касается магии огня, то теперь я могу использовать "Огненную Принцессу", её самую сильную атаку.

Трудно представить, что я всё это время был талантлив в магии огня.

Если подумать, то это может быть эффект поедания её души. Может быть, раз я так сильно пожрал её душу, та раскололась, и это привело к тому, что я впитал её навыки, которые были связаны с магией огня? Я уже думал об этом.

Также возможно, что я пробудил какой-то спящий во мне талант, это было гораздо более правдоподобно.

Однако уверенных доказательств этому не было.

На данный момент я съел кроме Мирослава только душу Лунамарии... и той проститутки в борделе... Так как я до сих пор не почувствовал, что получил какие-либо навыки Лунамарии, я не мог быть уверен в своей теории.

Если бы я ел душу Лунамарии так же активно, как это было с Мирославой, результат мог бы быть другим... Но она - ценный поставщик души для меня.

Мало того, что она была послушна мне с тех пор, как стала моей рабыней, было бы также глупо не воспользоваться её проницательностью, которая позволила ей заметить дракона внутри меня. Мне не хочется переигрывать с ней.

Как только эта мысль пришла мне в голову, моё тело внезапно задрожало.

Меня охватило знакомое чувство. Это было то же самое чувство, которое я испытал, когда огромная душа Короля мух потекла ко мне после его поражения. Василиск, должно быть, погиб в огне.

Это была отличная новость, но, к сожалению, мой уровень не поднялся.

В последний раз мой уровень поднялся, когда я победил грифона. С тех пор прошло не так уж много времени, но я всё же был удивлён, что победа над монстром королевского класса не подняла мой уровень.

Даже несмотря на то, что я так легко поднялся в уровне, когда был в гнезде Короля мух…

Внезапно мне показалось, что я вижу, как сильно дрожит тело молодой девушки. Затем она рухнула на землю.

Я поймал её тело прямо перед тем, как она коснулась поверхности.

Когда я посмотрел на неё, она, казалось, была без сознания, с лицом белым как мел. Её прилив адреналина, должно быть, пошел на убыль.

Я подумал, не оставить ли её на некоторое время в соседнем доме, но когда снова поднял её на руки и посмотрел на пылающее море разложения, то передумал.

Дым, испускаемый пламенем, был тёмно-фиолетовым, а не чёрным. Было очевидно, что он ядовит и содержит вещество, которое может нанести нам вред.

Этот дым вполне может окутать нас, в зависимости от того, как дует ветер.

Более того, вполне возможно, что летящие от близкого пламени искры зажгут уцелевшие здания деревни.

Оставаться здесь было бы опасно.

... Не слишком ли опрометчиво с моей стороны было использовать огонь? Нет, если погибель продолжит распространяться, она наверняка поглотит деревню и весь лес.

Сгоревший лес был бы лучше, чем лес разлагающийся. Однако девушка, потерявшая свой родной дом, может иметь там другое мнение.

"Я думаю, что сейчас нам лучше убраться отсюда. Есть вероятность, что на нас нападет кто-то другой, кроме василиска".

Я не забыл, что мы всё ещё можем подвергнуться опасности.

Оглядываясь вокруг, я унёс молодую девушку подальше от деревни киджин.

◆◆◆

После этого я отправился в гнездо Короля мух.

Когда я покидал деревню, то заметил, что дерево Джирайи - это гигантское дерево с кислыми плодами - было недалеко от деревни.

Как только я нашёл его, мне стало легко найти дорогу к гнезду Короля мух.

И припасы, которые я оставил в гнезде, когда держал там Мирославу, всё ещё были там. Приятно быть хорошо подготовленным!

... Да, но я собираюсь использовать их совсем не так, как они были предназначены. Честно говоря, я уже подумывал привести сюда Ирию или администраторшу гильдии.

Ну, в конце концов, это нормально, так как это означает, что мы могли бы жить здесь. Давайте просто оставим всё как есть.

Когда я пользовался этим местом раньше, мне было трудно подниматься и спускаться по утёсу каждый раз, поэтому я прикрепил несколько спиральных лестниц вдоль стен.

Я называю их лестницами, но это всего лишь длинные ветви деревьев, которые я сложил у стены. Никто бы не подумал, что это действительно лестница.

Однако для кого-то вроде меня, кто может использовать кэй, они были идеальны в таком качестве. Я небрежно спустился в пещеру с молодой девушкой на спине.

Затем я благополучно добрался до самого дна.

Я боялся, что здесь поселился какой-нибудь неприятный монстр, но, к счастью, этого не случилось, и я смог уложить молодую девушку в постель.

Кровать использовалась раньше Мирославой, так что на ней есть какие-то странные пятна... Но это, вероятно, лучше, чем кровать, которую использовал я. Д-да.

Теперь, когда у меня, наконец-то, появилось свободное время, я положил в рот один из плодов, которые подобрал у дуба Джирайи по дороге сюда.

Я думал, что яд василиска мог попасть в моё тело.

Кстати о яде, я беспокоюсь за молодую девушку, которая имела прямой контакт с Василиском, но засунуть в горло спящей девушки плод размером с кулак я никак не могу. Это было бы за гранью приемлемого... Словно попытка надругаться.

Когда я попытался внимательно прислушаться к её дыханию, всё казалось нормальным. Возможно, киджины имели ненормальную устойчивость к таким вещам, как яд.

Даже если ей придется съесть плод, это может подождать, пока она не проснётся.

Однако на случай, если ситуация вдруг изменится, я лёг рядом с девочкой.

Василиск был повержен. Дева спасена. Я тоже цел и невредим.

Прямо как в сказке про принца, но... что будет с ней после этого?

Вероятно, ей будет трудно снова жить в этой деревне. Я заметил, что кроме неё там не было ни одного киджина.

Я могу предложить ей это гнездо, но совсем рядом всё сгорело или сгнило, она не сможет найти еду.

Кроме того голодать она будет не одна. Демонические звери вокруг также будут активно искать пищу.

Она не сможет выжить в таких условиях.

- Ладно, подумаем об этом, когда она проснется, - пробормотал я и слегка зевнул.

Казалось, что прошло много времени, но моей первой задачей было привезти "Косу Мрачного Жнеца" в этот лес на виверне.

Несмотря на то, что у меня ещё осталось немного энергии, моё тело было тяжёлым, как я и ожидал.

Я не против немного вздремнуть здесь.

С этой мыслью я закрыл глаза.

- ...Ритуал усмирения змей?

Белый особняк, принадлежащий Союзу работорговцев.

В одной из комнат этого особняка я столкнулся с Федором, моим нанимателем, и объяснил ему, что произошло в лесу Фетиды, и что я узнал от Судзуме.

Его изначально тонкие глаза сузились ещё больше, он время от времени поглядывал на меня.

Сузуме сидела там с тревогой, выставив напоказ два своих рога.

С её точки зрения, это как если бы она сама прыгнула в логово людей, которые охотились за ней.

Всякий раз, когда Федор смотрел на неё, её тело дрожало, она хваталась за мою одежду.

Наблюдая за её поведением, Федор говорил:

- Значит, царь змей появился, потому что она не смогла выполнить этот ритуал?

- Судя по ситуации, я думаю, что это так.

- Хм... понятно. Это значит, что я косвенно разбудил царя змей... - Федор положил руку на свой дряблый подбородок.

Из-за преследовавших её охотников Судзуме не могла добыть пищу, необходимую для ритуала, так как ей было трудно покинуть деревню.

Как и сказал Федор, именно Союз нёс главную ответственным за появление василиска. Я доложил о случившемся примерно в этом ключе.

Федор пристально посмотрел на меня.

- Если не считать этого, то царь змей, похоже, побеждён, верно?

- Я уверен, что и зверь, и отравленная часть леса были поглощены пламенем. Поскольку Перри из "Косы Мрачного Жнеца" отрубил василиску три конечности, а я - ещё две, движения зверя стали затруднёнными. Поэтому трудно представить, что он мог бы спастись из огня.

Однако я не стал перепроверять его труп, поэтому не могу с уверенностью сказать, что он был повержен, - добавил я.

- Потому что меня там даже не было.

- Что ты имеешь в виду?

- Я был отравлен царём змей в самый разгар битвы. Именно Судзуме пришла мне на помощь, когда я был в смертельной опасности.

- Ооо? Хочешь сказать, киджин спасла человека? Я слышал, что яд царя змей настолько силён, что может разрушить землю, так как же она спасла тебя от этого?

- Вот этим, - я показал Федору плоды дерева Джирайи.

Федор посмотрел на жёлтый плод, потом перевёл взгляд на Судзуме. Когда она заметила его пристальный взгляд, её тело снова задрожало.

- Ты хочешь сказать, что этот плод - чудесное лекарство от яда царя змей?

- Похоже, это тайна киджинов, которая передавалась из поколения в поколение. Благодаря этому моя жизнь была спасена. Я в долгу перед Судзуме. Это был не просто яд, она подожгла свою собственную деревню, чтобы победить монстра, хотя и знала, что потеряет свой дом, - я смотрел прямо в глаза работорговцу, объясняя ему. - Значит, Судзумэ спасла не только меня, но и всю Ишку. Поскольку мой девиз - на зло отвечать злом, а добро должна быть вознаграждено добром, я положу свою жизнь, чтобы защитить её здоровье. Я хотел бы попросить Федора-доно поддержать меня в этом деле.

- Ты хочешь, чтобы я тоже защищал эту киджинку? Мне очень жаль, но разве не может быть так, что она тебе солгала? Возможно, она придумала всё это, чтобы попасть в Ишку с какой-то целью.

С этими словами Федор уставился на Судзуме. Её тело дёрнулось три раза.

- Я думаю, что причина появления царя змей, на самом деле, была связана с ритуалом, который не был выполнен. Я никогда не слышал о способе держать демонических зверей запечатанными, предлагая им пищу и танцы. Более правдоподобно думать, что именно киджины вызвали зверя из глубин леса с помощью какой-то секретной техники.

- Хм. Если у вас есть такие сомнения, то ничего не поделаешь. Если можно, я предпочёл бы не видеть вас в качестве врага... Это было бы обидно...

Сказав это, я жестом приказал Судзуме встать.

Стражник позади Федора насторожился и положил руку на меч, висевший у него на поясе.

В данный момент в комнате находились я, Судзуме, Федор и двое его охранников. Вооружены были только последние. Я оставил своё оружие в приёмной.

Кроме того, у этого работорговца было больше дюжины солдат, спрятанных в потолке и за стенами.

Если бы он захотел, то мог бы легко уничтожить меня и захватить Судзуме... Было совершенно ясно, что он уже думал об этом.

Конечно, я никогда не был так добр, чтобы рассказать ему о своей козырной карте, моём духовном оружии.

Я не лгал, когда говорил, что не хочу превращать Союз в своих врагов, но совсем другое дело, если они сами на меня нападут.

Бой начнётся, когда его стражники вытащат свои мечи. Я смотрел на них, думая об этом.

Затем...

- Стойте, - Федор поднял руку и жестом приказал стражникам остановиться.

Те тут же поспешно убрали руки с мечей.

- Прошу прощения, Сора-доно, но давайте не будем торопиться с выводами. Я просто констатировал возможность наихудшего развития событий. Мы, деловые люди, должны быть осторожны. Мы не можем так быстро принимать решения, предварительно их не обдумав.

- Вы совершенно правы. Это было невежливо и с моей стороны. Однако я должен сказать, что защита Судзуме не повредит ни Федору, ни Союзу вообще

- Правда? И что заставляет вас так думать?

- Достижение обнаружения царя змей и победы над ним принадлежит Перри и его клану "Коса Мрачного Жнеца". Вы, Федор-доно, наняли меня, чтобы я переправил их. Они же первыми заметили погибель, а поскольку за ними стоите вы, именно вы достойны похвалы. Кроме того, из-за влияния василиска и погибели лес и источник воды, возможно, подверглись заражению, но Федор-доно нашел решение и для этого.

- Ясно. Плоды этого дерева...

- Да. Найдутся люди, которые будут критиковать вас за то, что вы защищаете киджина, но если вы получаете способ вылечить этот яд, люди не будут слишком много возражать. Кроме того данное лекарство полезно не только сейчас, оно может использоваться при любом отравлении. Если он сможет вылечить яд царя змей, то сможет справиться почти со всеми ядами, которые нам известны. Если именно вы выставите противоядие, не только авантюристы, но и королевские особы и дворяне со всего мира, которые боятся быть отравлены, захотят его получить. Союз, по сути, получит денежное дерево.

- Хо-хо…

- Вы не сможете избежать ответственности за появление царя змей, потому что помешали ритуалу, но, в первую очередь, никто может не узнать об этом. Я не позволю, чтобы неприятная информация о моих союзниках просочилась наружу. Особенно если вы поможете мне защитить её, эта тайна будет похоронена навсегда.

С другой стороны, если Федор и Союз не станут моими союзниками, то эта информация распространится как можно дальше.

Если это случится, то даже Союзу это не сойдёт с рук.

Появление царя змей было огромным событием, которое угрожало существованию Ишки. Фёдор должен знать, что это не то, от чего он может уйти, просто сказав, что он не знал.

Конечно, меня обвинят в том, что я принимал в этом участие, но моя вины будет просто крохотной по сравнению с тем ущербом, который напрямую нанесли они.

Собственно, это я разными словами и пытался донести до него.

От него всего лишь требовалось оставить Судзуме в покое.

В обмен я дам им лавры победителей царя змей и помогу им скрыть то, что было бы для них неудобно. Если они не оставят её в покое, то мы станем врагами.

Я пойду против всех работорговцев. Хотя я не говорил этого вслух, Федор должен уметь читать между строк и понять это.

Итак, в какую же сторону мои слова сдвинут шкалу интереса этого работорговца?

Я думал всё это, ожидая ответа Федора.

- Э-эм, господин. Это действительно нормально?

- Мм? О чём ты ?

- Ну... дать мне эту комнату, хотя я - рабыня…

- Всё в порядке. Здесь много комнат, она просто пропадёт, если ты ею не воспользуешься.

Сиэль была смущена после того, как ей сказали, что это было нормально.

Это была комната такого же размера или даже больше дома, в котором когда-то жили она и ещё 8 членов её семьи.

Мало того, что там была заранее установлены кровать и полка, там были также одеяла и простыни, готовые к использованию, так что она могла сразу начать там жить.

Деревянный пол был хорошо отполирован, он ослеплял, отражая солнечный свет, льющийся через окно.

Комната, которую она до вчерашнего дня использовала в "Клетке Синей Птички", тоже была очень хороша, но эта новая была на совершенно другом уровне.

Хотя ей сказали, что, начиная с сегодняшнего дня, она может использовать эту комнату, как ей нравится, Сьель была в растерянности.

Она невольно взглянула на своего хозяина, Сору, ища помощи.

Затем Сора слегка пожал плечами.

- Да, я знаю, что ты хочешь сказать. Честно говоря, я чувствовал то же самое, когда впервые увидел это.

- П-правда?.. Это выглядит как дом для важных людей... как дом, в котором живут знатные люди... не так ли?

- Даже само это место находится в элитном жилом районе. Я тоже не хотел брать слишком много у Союза, поэтому сначала хотел отказаться но…

- Но?

- Я не смог этого сделать, когда увидел ванну.

Когда Сора сказал это с серьёзным выражением лица, Сиэль была слегка шокирована.

Она знала, что такое ванна. На улицах Ишки есть много общественных бань.

Большинство из них были парилками, но в некоторых из них были ванны размером с большие фонтаны, наполненные горячей водой.

Ванна, установленная в этом доме, была последнего типа.

- Я думал, он шутит, когда говорит, что здесь есть кипарисовая ванна. Как и ожидалось от Союза, или это было благодаря помощи и знаниям Федора-доно? В любом случае, я определённо должен ему за это.

- Т-та ванна, сделанная из кипарисового дерева, действительно приятно пахнет.

- Правда?!

Она была удивлена, увидев, что он так счастливо улыбается.

Её лицо инстинктивно покраснело, а треугольные уши на голове закачались, но Сора был слишком взволнован, чтобы заметить это.

- Даже в общественных банях нет кипарисовых ванн! Я думал, что будет трудно наполнить такую большую ванну водой, но мы можем получить из реки Кейл столько воды, сколько захотим, и мы можем использовать призванную саламандру Лунамарии, чтобы нагреть её. Это же прекрасно!

- ... Д-да.

На секунду она могла увидеть, что её хозяин действительно рад переменам.

Судя по его словам, похоже, что у него дома была кипарисовая ванна, и он давно скучал о ней.

Из того, что знала Сиэль, только знатные люди могут принимать ванну в своём доме. Она подумала, а не был ли этот человек на самом деле сыном какой-нибудь знатной семьи.

Сора успокоил своё волнение кашлем, как будто заметил недоумение девушки.

- Н-ну, отложим ванну в сторону.

- Д-да.

- Позаботься о Судзуме. Я также сказал Лунамарии, но когда Судзуме захочет выйти наружу, пожалуйста, пойди с ней.

- Поняла, - Сиэль кивнула, вспомнив молодую девушку-киджина, которая начала жить с ними со вчерашнего дня.

Она не ненавидела эту расу, но опасалась их.

Во время войны триста лет назад териантропы сражались против киджинов вместе с людьми. Однако для Сиэль эти истории - то же самое, что сказки. Она не питала к ним никакой ненависти, но даже если бы и питала, то не стала бы даже думать о том, чтобы обижать Судзуме.

Во-первых, если речь идёт о войнах прошлого, то люди и териантропы также имели много конфликтов друг с другом.

Некоторые люди думают о териантропах как о "грязной помеси человека и зверя". В зависимости от страны или региона териантропы могут подвергаться либо дискриминации, либо прямому угнетению.

Если спросить их, кого они больше опасаются, людей или киджин, большинство териантропов ответят, что людей.

"...Кстати говоря, поначалу я тоже была осторожна с хозяином".

Внезапно Сиэль вспомнила старые дни.

"Старые дни", но не прошло и трёх месяцев с тех пор, как Сора привёз её сюда.

Тем не менее, эти воспоминания были для неё словно из очень далёкого прошлого.

◆◆◆

Сиэль родилась на западной границе империи Ад-Астера.

Деревня недалеко от границы с королевством Канария.

Ей было 15 лет. Она жила стабильной жизнью со своими родителями как старшая дочь из 7 детей своей семьи.

Её жизнь начала меняться, когда на её отца, который был охотником, в горах напал демонический зверь.

Её отец больше не мог работать, потому что потерял ногу, и её семья мгновенно разорилась. Самой старшей сестре Сиэль было 10 лет, а старшему брату - 8. Её младший брат был ещё совсем малышом. Сиэль не потребовалось много времени, прежде чем она решила продать себя.

Поскольку империя признавала полулюдей своими гражданами, никакой открытой дискриминации не было.

Но всё же некоторые люди там не любили или ненавидели териантропов.

И гражданство не играло особой роли. Если бы териантроп стал рабом, никто бы не знал, как к нему будут относиться.

Она знала это, но всё равно пошла к работорговцу. Она продала все свои права и отдала все заработанные деньги своей семье в обмен на ошейник на своей шее.

После того как Сиэль стала рабыней, она услышала много разных историй от других рабов.

Там была девочка-кролик, которую раздевал догола какой-то мерзкий дворянин, после чего её выгуливали по улице как домашнее животное. Там был лев-териантроп, которого очень сильно избили, якобы он нарушал правила.

Были и другие ужасные истории, о которых она даже не хотела знать. Сиэль была уверена, что её будущее мрачно.

Вот почему, когда её впервые представили Соре, она так нервничала, что даже не могла говорить.

После того как он купил девушку, она отправилась из империи в королевство Канария, а затем в город Ишка, но страх всё не уходил.

Даже после того, как она прибыла в Ишку, у неё почти не было времени спать, так как её тело, уши и хвост почему-то гладили изо дня в день. Когда Сора сказала ей, что вид измученных девушек возбуждает его, она почувствовала головную боль, думая, что её купил невообразимо ужасный человек.

...Теперь она знала, что он просто шутил с ней, но тогда Сиэль действительно считала, что ей конец. Какая-то часть её всё ещё хотела сказать ему, что он должен учитывать время и место, когда шутит подобным образом.

Поворотным моментом для неё, вероятно, стало то, как к ним присоединилась Лунамария.

С тех пор отношение Соры к девушке изменилось. Дело было не только в этом, но и в том, что он предложил освободить её от рабства.

Было бы ложью, если бы девушка сказала, что это предложение её не тронуло.

Однако если её освободят таким образом, даже если она вернется в свою деревню, ей просто придётся снова продать себя.

Сиэль заработала много денег, продав себя, но чтобы содержать семью из 8 человек, этого, вероятно, не хватит больше чем на два года. Если она вернётся домой, их деньги закончатся ещё быстрее.

Вот как это бывает в семье, где не было никого, кто мог бы работать.

Вот почему она должна заработать много денег. Она должна быть единственной, кто поддерживает её семью, по крайней мере, до тех пор, пока её 8-летний брат не станет взрослым (13 лет по местным меркам).

Это было очевидно, но она никак не могла заработать столько денег, работая нормально в течение года или двух.

Она не сможет этого сделать, даже если продаст себя во второй раз.

Чтобы заработать такую сумму, ей придется прибегнуть к некоторым не совсем правильным альтернативным методам.

Например…

Чтобы её хозяин, который часто давал большие чаевые дочери хозяина гостиницы, полюбил её!

Потому Сиэль изменила своё пассивное поведение, которое было у неё до этого момента.

Она также хотела провести с ним ночь вместе.

В первую очередь она была рабыней, которая продала все свои права. Она оказалась в таком положении, что не может даже иметь собственности, если такова воля её хозяина. Обычно она должна была попытаться обслужить своего хозяина гораздо раньше, чтобы получить его благоволение.

Когда Сиэль поняла это, она отругала себя и посмотрела на небо. Её старые друзья-рабы в прошлом много раз советовали ей сделать это, но она вела себя так, словно была рада, что Сора не трогал её.

С таким же сожалением в душе Сиэль начала выслуживаться перед хозяином. Она подумала, что если Сора увидит, как она предана ему, то он начнёт любить её ещё больше, и их отношения могут измениться.

Она научилась у Лунамарии сражаться и выполнила множество заданий в качестве искателя приключений. После того, как Сора основала клан "Кровавый меч", она тоже начала получать деньги.

Сиэль отправляла свои деньги через Союз домой. Даже если одного перевода будет хватать всего лишь полмесяца, пока она продолжает посылать деньги домой, её братья и сестры не будут голодать, а младшим сёстрам не придётся думать о том, чтобы продать себя.

Поэтому с точки зрения Сиэль, сейчас в её положении не было ничего неудовлетворительного. Раз человек, который дал ей всё это, попросил её позаботиться о киджине, она ни за что не пошла бы против приказа.

В тот день город Ишка был благословлён прекрасной погодой, без каких-либо облаков на небе.

Я проснулся ещё до того, как солнце взошло на востоке, и переоделся так, чтобы не разбудить Сиэль, которая спала на той же кровати. Затем, подавив зевок, вышел из дома.

Моей целью были городские ворота на севере.

Это был самый путь к лесу Фетиды, но на этот раз я не собирался идти в лес. Я направлялся в конюшню для фамильяров, которая находилась прямо у ворот.

Я пришёл, чтобы накормить индиговую виверну завтраком.

На днях ящер, признанный моим официальным фамильяром, получил право войти в город Ишка.

Однако я оставил его в конюшне за пределами городских стен.

На то была своя причина.

Виверна, хотя и была признана фамильяром, всё ещё оставалась виверной.

Требование, которое она должна была выполнить, чтобы попасть в город, состояло в оформлении страховки, когда они находятся отдельно от своих владельцев.

Это означает, что он должен был носить ошейник для фамильяров - предмет, который может взорваться и убить фамильяра в случае опасности для города.

Это было не только для моей виверны, но и для других средних и больших фамильяров, которые должны были бы носить его, чтобы войти в город.

Ну, это понятно с точки зрения безопасности.

Если фамильяр начнет бесчинствовать на улицах, то пострадают многие горожане. Вполне естественно иметь страховку на случай, если это случится.

Однако я не мог согласиться на то, чтобы жизнь и смерть моего туза, виверны, контролировал кто-то другой.

А ещё этот случай со мной и Гильдией искателей приключений. Они - высшее руководство Ишки, но вполне вероятно, что они сделают что-то, чтобы поставить меня в невыгодное положение по отношению к ним.

Было бы совсем не смешно, если бы виверна стала их заложницей.

Поэтому вместо того, чтобы надевать на виверну ошейник фамильяра, я решил разместить её снаружи.

С помощью Союза для виверны была построена огромная конюшня. В последнее время, чтобы увидеть её, мне приходилось проталкиваться через толпы зевак, которые хотели увидеть живую виверну.

Из-за существования драконьих рыцарей в королевстве Канария они рассматривались не как демонические звери, а как полезные животные, которые могли сражаться вместе с людьми.

Никто бы не назвал их так, если бы они подверглись нападению одной из них, но это нечасто случалось с обычными горожанами.

По этой причине виверна стала довольно популярной среди жителей Ишки.

В последнее время по городу начали циркулировать странные слухи, например, "тот, кто непосредственно прикоснётся к чешуе виверны, получит удачу".

Охранники на конюшне с горькой усмешкой говорили мне, что из-за этого там было бесконечное количество нарушителей, которые пытались перелезть через забор, чтобы увидеть её.

Но даже так я инстинктивно нахмурился, когда впервые увидел это.

...В конюшне, где сквозь окна лился утренний солнечный свет, я увидел женскую руку, протянутую, чтобы коснуться чешуи индиговой виверны.

Я не мог удержаться от вопроса, не заплутала ли её владелица, но поспешил всё же вперёд, пока ничего не случилось.

Однако я сразу же заметил кое-что странное.

Обычно синекрылый зверь не подпускал к себе людей так легко. Даже Сиэль только недавно смогла, наконец, накормить его.

Виверна позволила этой неизвестной женщине прикоснуться к себе, безо всякого сопротивления.

Она не была ни возбуждена, ни насторожена, даже когда неизвестная стояла так близко к ней.

Внезапно виверна заметила, что я пришёл к ней, и радостно завизжала. Она начала бить хвостом по земле.

Женщина посмотрела на меня, поняв, что я здесь.

В этот момент я был совершенно ошеломлён. Неизвестная была просто прекрасна.

Она выглядела старше меня. Интересно, она старше 20 лет?

У неё были блестящие светлые волосы, которые навевали мысли о благородной крови, а её глаза были похожи на пару аметистов. Её кожа была белой, как снег, нос идеально очерчен, а губы - идеальной формы.

Как будто бы принцесса сошла со страниц сказки.

Однако она не производила впечатления типичной хрупкой девушки высокого класса.

Да. На поясе у неё висел меч. По тому, как она стояла, я понял, что она носила это оружие не только для виду.

Когда я посмотрел ей в глаза, первое, что пришло мне в голову, было слово "сильная".

В Ишке самый сильный человек, которого я знаю, - это глава гильдии, Эльгарт. Авантюрист 35-го уровня первого ранга.

Эта женщина произвела на меня впечатление, что она была на том же уровне, что и он, или даже выше.

Я чувствую её силу, которая была скрыта под спокойной внешностью.

Следующая мысль, которая пришла мне в голову после того, как я увидел её, была "высокая".

Она носила серебристые сапоги, которые были сделаны для боя, но у них не было каблуков или какой-то подкладки, которая заставила бы её выглядеть выше.

Несмотря на это она была выше меня.

Я давно не измерял себя, но мой рост должен быть около 175 сантиметров. Судя по моему росту, эта женщина, вероятно, около 180 см ростом.

Её конечности были мускулистыми, как у фехтовальщика, и, честно говоря, от неё не исходило никакой "нежной" или "хрупкой" женской ауры.

Вместе с тем нельзя было сказать, что она была "показушницей" или "мужиковатой". Её тело было сбалансированным.

Человек, который упорно тренировался, чтобы отточить таланты, данные ей с самого рождения. Я уверен, что женщина передо мной была именно таким человеком.

И у неё явно хорошее происхождение.

С первого взгляда я понял, что одежда на ней была из шёлка, а её доспехи, такие как серебристый нагрудник и сапоги, были сделаны на высшем уровне.

Она никак не могла быть авантюристкой или солдатом. Она - определённо рыцарь, и к тому же высокого ранга. Я бы поверил, если бы кто-нибудь сказал мне, что она была капитаном Королевской гвардии.

Почему такая женщина, как она, находится в моей конюшне так рано утром, ещё до восхода солнца? Я никак не мог этого понять.

Затем эта особа, на которую я смотрю уже некоторое время, медленно открыла рот:

- П-п-п...

- П-п-п?

- Простите! - она вдруг поспешно опустила голову.

Её золотистые волосы закачались в воздухе, когда она приняла извиняющуюся позу. Моё тело тоже слегка подпрыгнуло.

Я смотрел на затылок женщины с широко открытыми глазами.

Я честно думал, что она скажет что-нибудь вроде "На что ты уставился, крестьянин?!", потому я был сбит с толку её поведением.

Эта женщина продолжала извиняться, не замечая, что я смущён.

- Я хотела взглянуть на виверну из слухов, но тут никого не оказалось... Ну, эм, я подумала, что раз сейчас так рано, никто не заметит, если я немного загляну внутрь.

- ...Значит, вы попытались заглянуть внутрь. Хорошо, но зачем было залезать внутрь и трогать её?..

- Прошу прощения! Эм, я действительно собиралась вернуться после того, как взгляну, но я не думала, что это действительно была индиговая виверна... Ну, я слышала, что это была индиговая виверна, но индиговые виверны - злобные ящеры, которых люди, по идее, не в состоянии приручить. Я думала, что это просто слухи…

Но когда она увидела его, то увидела, что это действительно была виверна цвета индиго.

Затем она не смогла сдержать своего любопытства и вошла в конюшню.

После того, как я понял ситуацию, я попросил женщину поднять голову.

- Ах, не нужно так много извиняться. Виверна позволяет вам прикасаться к ней так, это означает, что вы ей тоже нравитесь.

Это не очень хорошо для моего психического здоровья, видеть, как кто-то, явно занимающий гораздо более высокое социальное положение, опускает голову передо мной.

Затем девушка снова подняла голову с выражением облегчения на лице.

- Благодарю вас за великодушные слова. Мне очень жаль, что я пользуюсь вашим великодушием, но могу я спросить вас кое о чем?

- Конечно, что такое?

- Эта виверна видит в вас своего хозяина, верно?

- Да.

Когда я кивнул, взгляд женщины заострился, как будто она о чем-то задумалась.

Однако это было лишь на мгновение. Она быстро пришла в норму, и её взгляд переместился на корзину в моей руке.

Я достал из корзины одну вещицу и показал ей.

- О, это абрикосы ансу. Они - завтрак виверны.

- Абрикосы? Для виверны? Я думала, что сырые абрикосы кислые, и их нельзя есть... Погодите, а плотоядные виверны вообще едят фрукты?

- Обычно она ест мясо. Но из-за одной давней истории она очень любит кислое.

Когда я положил абрикосы размером с кулак перед виверной и ответил женщине, виверна взвизгнула от радости.

Даже при том, что семена абрикосов жёсткие, это ничто по сравнению с острыми зубами виверны. С удовлетворительным хрустом она принялась жевать абрикосы.

Кстати, давняя история был примерно в то время, когда её отравили мантикоры, и ей пришлось есть плоды дерева Джирайя.

В то время она не могла вынести кислоту плода и кричала от горечи, но после этого яд в её теле распался, так что она, кажется, думала "кислая пища = хорошая". С тех пор она часто просила у меня кислые фрукты.

Было бы неприятно каждый раз совершать поездки в лес, чтобы получить плоды джирайи, поэтому я использовал съедобные кислые абрикосы в качестве замены.

Женщина с удивлением наблюдала, как виверна с удовольствием поедает фрукты.

- ...Фрукты - любимая еда индиговой виверны? Нет, я такого точно нигде не читала. Кроме того я никогда не слышала о дикой породе, которая любит есть кислое…

Вероятно, это была её невольная привычка, женщина сложила руки на груди и начала бормотать себе под нос.

На самом деле это была радость смотреть на неё, так как её декольте выделялось, когда она вот так скрестила руки. Но так как она очень скоро заметит, что я слишком пристально смотрю на неё, я решительно убрал свой грязный взгляд.

Я думал, что она собирается спросить меня о "давней истории", но похоже, что она не хотела слишком много совать нос в наши дела и спросила меня о чем-то другом:

- Кстати, я заметила, что вы всё это время называли её просто виверной. Вы ещё не определились с именем?

- Мне не раз уже говорили, чтобы я попробовал дать ей имя. Но ей, похоже, не нравится ни одно из имён, которые я предложил. Что бы я ни предлагал, она смотрела на меня с печальным выражением лица.

- Это, вероятно, потому, что ваше имя не было включено в предложенный вами список.

- Моё... погодите, моё имя?

Когда я наклонил голову, женщина посмотрела на виверну, которая ела абрикосы, и улыбнулась.

- Виверны - существа, желающие иметь то же имя, что и тот, кого они признали своим владельцем. Чем умнее виверна, тем это более верно. Для таких ребят, как она, способных ясно понимать, что говорят люди, я думаю, что она правда хотела бы иметь то же имя, что и её хозяин.

- Хм, впервые об этом слышу... Другими словами, я просто должен добавить свое имя к её имени? Как Сорали, Сорара, Соран?

Когда я пытался произнести разные имена, виверна не очень-то на это реагировала. По крайней мере, она не пялилась на меня, как тогда, когда я пытался назвать её "Дайго".

- Сорамичи, Мисора, Сорато, Сорарис... Ммм. Разве нет имён, которые были бы немного круче, чем это?

- Уии, уии!

- Подожди, не торопись. У меня есть ещё. Сораса... Сорачи... Сорасу... Или как насчёт попробовать что-нибудь более безумное, Соратаро? (прим. анлейтера - имя Таро по японски… не очень)

- Грииии!

- Оо?! Эй, не бей меня своим хвостом! Ладно, не подходит! Я подумаю об этом более серьёзно!

Когда я играл с виверной, женщина захлопала в ладоши, как будто ей пришла в голову какая-то идея.

- Как насчёт Клау Сорас?

- ...Клау Сорас?

- Да. На древнем языке это означает "меч пламени".

- О, это звучит круто! Он идеально подходит для виверны, которая использует огонь. А что ты думаешь... Ну, похоже, спрашивать тебя не нужно.

- Гриии! - виверна радостно захлопала крыльями.

Эй, прекрати это, пыль теперь летает повсюду.

- Хорошо, с сегодняшнего дня тебя будут звать Клау Сорас.

- Грии! - виверна выпрямила свою длинную шею и резко завыла, когда я назвал её имя.

И это всё? Я чувствую, что теперь её выражение стало более уверенным.

Слегка погладив виверну, в смысле, Клау Сорас, по голове, я повернулся к женщине.

- Спасибо, что дали ему такое хорошее имя, эм…

- Можете звать меня Астрид. И ещё спасибо вам за то, что научили меня действительно интересным вещам. Ммм... Сора-доно, вы не против, если я буду вас так называть?

- Конечно, можете называть меня так.

- Ну что ж, Сора-доно. Я хотела бы ещё немного поговорить с вами, но, к сожалению, у меня назначена встреча, так что мне придётся извиниться. Скоро мы снова увидимся!

- Хорошо. Когда-нибудь ещё уви... Подождите, скоро?..

Я моргнул, когда понял, как она произнесла это так, словно была уверена, что мы скоро снова встретимся.

Затем девушка по имени Астрид улыбнулась и приложила свой длинный указательный палец к губам.

- А пока, пожалуйста, держите нашу сегодняшнюю встречу в секрете. А теперь прошу меня извинить.

(прим. - по поводу имени виверны. В анлейте - Clau Soras. В комментах был вопрос, является ли это отсылкой к "Claiomh Solais" (даже не спрашивайте, как это читается), Мечу Света из ирландской мифологии, на что был дан положительный ответ)

- ...Ларс. Ты не собираешься возвращаться? Ты... ты это серьёзно?

- Да, я не собираюсь возвращаться в деревню. Вместо этого я должен стать сильнее!

Увидев, что её друг детства говорит это с серьезным лицом, Ирия невольно повысила голос:

- "Вместо этого"?! В нашей деревне эпидемия, и ты говоришь это?! Наши семьи живут там, не забыл?

Ларс отступил назад, как будто его оттолкнул тон Ирии.

То, как он слегка опустил глаза, означало, что он, вероятно, чувствовал себя виноватым из-за того, что только что сказал.

Когда Ирия поняла это, она уже собиралась повторить свои слова, чтобы заставить Ларса взять свои слова обратно.

Но в этот момент её внезапно прервала красная тень.

Это была Мирослава.

- Пожалуйста, успокойся, Ирия. Даже если это эпидемия, её причина уже обнаружена, и специальное лекарство для неё уже находится в производстве. Ларс и сам это знал, поэтому ему не нужно было сразу возвращаться туда.

- Только потому, что есть специальное лекарство, это не значит, что не будет никаких жертв, -

Ирия бросила на подругу острый взгляд.

В этот момент она действительно была сыта ею по горло.

Дело было не в чём-то другом, а в Ларсе.

Тот явно чувствовал себя подавленным после того, как проиграл Лунамарию на поединке. Как человек, который до сих пор не сталкивался с настоящими неудачами, он переживал первую такую слишком остро.

Количество холодных взглядов и насмешек, которые он получал в гильдии, также увеличивалось.

Когда Ирия увидела, что он явно начал пить больше алкоголя, она много раз пыталась раскачать его и вернуть ему мотивацию, но каждый раз ей мешала Мирослава.

Мирослава не винила Ларса за его слабость. Она просто выслушивала его жалобы и баловала его, как ребёнка.

Это было всё что просто так давать ребёнку конфеты.

Ребёнок будет счастлив, но это плохо для его здоровья. Чтобы он вырос, нужно закалить его сердце и отобрать у него конфету. Но Мирослава этого не сделала.

Даже когда Ирия пыталась указать на это, Мирослава просто улыбалась и говорила: "Ларсу тоже досталось".

Из-за этого она и Ирия в последнее время не ладили.

В это время в королевстве Канария началась эпидемия.

Источником странной болезни, начавшейся из бассейна реки Кале, реки, которая служит главным источником воды в лесу Фетида, был царь змей (василиск), проявившийся в лесу.

Если быть точным, то это был не василиск, а яд, который пришёл с появлением василиска.

Если болезнь разлагала лес, который является источником воды, то вода в реке, естественно, тоже была отравлена.

Было очень трудно полностью избавиться от всей "погибели", оставшейся в глубине леса, поэтому многие города и деревни в бассейне реки Кале заболели после того, как выпили эту воду.

И одной из таких деревень была родная деревня Ларса и Ирии.

Ирия в гневе открыла рот, обращаясь одновременно и к Мирославе, стоявшей перед ней, и к Ларсу, стоявшему позади неё:

- Ну и что с того, что было создано особое лекарство? В этой стране его не хватит на всех больных. Люди со слабыми телами, возможно, не смогут ждать так долго. Более того, даже если лекарство доберётся до них вовремя, им всё равно потребуется очень много времени, чтобы восстановиться. Кто всё это время будет выращивать хлеб? Да что там хлеб, если никто не защищает деревни, они могут стать мишенью для демонических зверей или бандитов!

- Да, это вполне вероятный сценарий.

- Вот именно! Вот почему мы и должны вернуться! Ларс! Неужели тебя не беспокоит собственная семья?!

- Конечно, беспокоит!

- Так пошли!

- Но я не могу вернуться прямо сейчас!

На этот раз именно Ирия откинула голову назад от громкого голоса Ларса.

В прошлом он часто эмоционально срывался, но он редко кричал прямо в лицо другому человеку. По крайней мере, он никогда раньше не кричал на Ирию, даже когда они были детьми.

Посмотрев на тяжело дышащего Ларса, она нахмурилась.

- ...Почему? Почему мы не можем вернуться?

- Разве это не очевидно?! Как я могу оставить Ишку, когда Луна стала рабыней?! Кроме того я большой идиот, который проиграл члена партии, о чём все говорят за моей спиной. Я не могу покинуть этот город, как будто убегаю от Соры!

- Ты говоришь, что не можешь покинуть этот город... Э-это не имеет никакого отношения к Соре, нет? Мы возвращаемся в наш дом, который подвергся эпидемии, не так ли? Никто не решит, что ты бежишь...

Когда Ирия собралась закончить фразу, Мирослава мягко перебила её:

- Ты не можешь сказать это наверняка. Этот парень каким-то образом приручил виверну, создал клан и поднял свою репутацию, убив грифона и сциллу. В гильдии говорят, что он работал вместе с Союзом работорговцев, чтобы победить василиска и создать специальное лекарство. Вес его слов уже не тот, что прежде. Если этот парень будет распространять слухи о Ларсе после того, как он покинет Ишку…

Ларс сильно прикусил губу.

А рыжеволосая волшебница продолжала:

- Этот человек тоже знает, как сильно мы хотим вернуть Луну. Я не думаю, что он упустит такой шанс избавиться от нас. Как говорит Ларс, мы не должны оставлять никаких возможностей для удара.

- Именно так, Ирия, - сказал Ларс и кивнул, как будто Мирослава сказала именно то, что было у него на уме.

- Мы не должны уходить прямо сейчас. Тётя Сара сейчас в деревне, не так ли? Думаю, она как-нибудь справится и без нас.

- ...Как-нибудь? Когда мама одна, как ты можешь думать, что она сможет справиться со всеми больными? Нет никакой гарантии, что она сама не заболела, верно?!

Ирии о болезни в её деревне рассказал купец, которого она никогда раньше не видела.

Судя по тому, что рассказал ей купец, её мать, Сара, была ещё здорова, когда он покинул деревню, но вполне возможно, что она заболела после его ухода.

Ирия указала на это, но Ларц был настолько оптимистичен, насколько это вообще возможно... или же он был просто упрям.

- Всё будет хорошо. Тётя Сара даже выше нас по уровню, не так ли? Она может использовать магию восстановления, так что она не проиграет эпидемии так легко! Более того, гильдия ранее предложила нам хороший квест. Это было задание от благородного человека по уничтожению грифона. Парфе-сан сказала, что, поскольку другой отряд раньше провалил квест, она сделает нам одолжение и предложит его нам. Репутация "Соколиного меча" восстановится, если мы добьёмся успеха. Поскольку мы сможем подружимся с ним, мы сможем получить лекарство пер...

- Ларс! - Ирия сердито посмотрела на него и закричала от гнева, когда он заговорил так небрежно.

Плечи Ларса поднялись от её голоса.

- В то время как моя мать делает всё, чтобы помочь людям, ты хочешь сразиться с грифоном, в победе над которым мы даже не уверены?! Наша семья и друзья, возможно, все сейчас страдают, понимаешь?! Сейчас не время идти на авантюру ва-банк!

- Но если мы добьёмся успеха, то новое лекарство может...

- Если мы добьёмся успеха?! Ты действительно думаешь, что мы можем победить грифона прямо сейчас без Луны?!

- М-мы cможем! Сора сделал это сам! Если мы втроем будем работать вместе, то обязательно победим!

- Даже если мы отправимся прямо сейчас, нам потребуется четыре дня, чтобы добраться до горы Cким! Тогда нам понадобится два, нет, три дня, чтобы добраться до вершины, где живут грифоны. Даже если мы победим грифона, как ты думаешь, сколько дней нам понадобится, чтобы вернуться с головой зверя?!

- Э…

- Пройдёт, наверное, месяц, прежде чем мы доставим лекарство в деревню! Или это будет два месяца? Можешь ли ты гарантировать, что до этого с деревней ничего не случится?

- Я...я не могу, но... я не могу убежать отсюдааа!

Когда Ирия увидела, что Ларс всё ещё пытается остаться в Ишке, несмотря ни на что, она разозлилась еще больше и чуть не закричала по-настоящему.

В этот момент Мирослава положила руку ей на плечо.

- Пожалуйста, успокойся, Ирия. Я знаю, что ты беспокоишься о своей маме, но криками делу не поможешь.

- Но...

- Я знаю. При эпидемии время - самое ценное. У меня есть предложение.

- ...Предложение?

- Да. Во-первых, Ирия, пожалуйста, немедленно возвращайся в свою родную деревню. Твоей маме станет проще, если увидит, что ты в безопасности. Кроме того ты можешь помочь ей, так как знаешь магию восстановления. О, и я также использую своё имя, чтобы достать тебе, по крайней мере, одну порцию этого лекарства. Если, не дай боги, твоя мать заболела, мы хотя бы сумеем избежать худшего из возможных исходов.

- ... Это возможно? Я слышала, что его не хватает на всех, потому даже деньги ничего не решают.

- Я что-нибудь придумаю. В такие времена инвестиции, которые я сделала в прошлом, могут пригодиться. И, Ларс...

- Ч-что?

- Квест на уничтожение грифона, который ты получил. Я думаю, что мы должны выполнить его сейчас.

Когда Мирослав сказал это, Ирия и Ларц посмотрели на неё с недоверием.

Затем Ларс торопливо заговорил:

- Что? Только мы вдвоём?

- Нет, это было бы опрометчиво. В отличие от эпидемии, победа над грифоном не зависит от времени, поэтому мы можем нанять временных членов. У меня есть план и на этот счёт... но я тебе потом расскажу. Сейчас получение этого лекарства является нашим главным приоритетом. Ирия тоже должна быть готова к немедленному отъезду.

Услышав это, Ирия перевела взгляд на Ларса.

Тот заметил это, но не стал встречаться с ней взглядом и отвернулся.

... Ирия тихо вздохнула и посмотрела на Мирославу.

- Хорошо. Я рассчитываю на тебя, Миро.

- Пожалуйста, предоставьте это мне.

После ответа Мирославы Ирия сразу же встала со своего места и вышла из комнаты.

Она была уверена, что если бы осталась в комнате, то снова начала бы кричать.

Из-за этого она не узнает о том, что Мирослава собиралась сказать Ларсу.

- ...Послушай, Миро. В конце концов, может быть, будет лучше, если я просто вернусь в деревню?.. Нет, я должен вернуться. Ирия тоже кажется сердитой.

- Ты прав. С её точки зрения, ты, вероятно, выглядел бессердечным. Конечно, я не остановлю тебя, если ты захочешь вернуться туда, но...

- Но... Но что?

- Это касается Соры. Он определённо будет распространять о тебе плохие слухи. Кроме того, если мы просто просто откажемся от задания и вернёмся в деревню, в худшем случае дворянин может нас оштрафовать.

- Тогда я пойду и отклоню задание прямо се...

- В конце концов, это задание от дворянина. Учитывая личность Парфе-сан, она, должно быть, уже дала нанимателю знать, что мы уже приняли задание. Как только мы откажемся от задания, которое уже приняли, это никому не понравится. Если это произойдет, то вместо того, чтобы беспокоиться о том, получим ли мы лекарство, нам, возможно, придётся беспокоиться о самих себе.

- Ух... Наверное, я слишком быстро принял задание.

- Я знаю, что ты чувствуешь, Ларс. Когда ты услышал о последних достижениях этого парня, тебе тоже захотелось что-то сделать, верно? Поймать виверну, убить грифона и сциллу - во всё это было так трудно поверить. И их название, "Кровавый меч", так похоже на название нашей группы... Он такой раздражающий человек.

- Серьёзно! И там уже есть другие бойцы! Эта девушка по имени Сиэль, должно быть, тоже страдает от его рук!..

- Именно. Мы должны заставить его освободить этих двоих. Единственный, кто сможет заставить его сделать это,это ты, Ларс. Вот почему мы не можем отказаться от задания на грифона. Твоё решение не возвращаться домой прямо сейчас не является неправильным. Не волнуйся, Ирия тоже со временем всё поймёт. Она была просто немного взволнована, потому что беспокоилась о своей матери.

- ...Правда? Неужели она действительно поймёт?

- Да, я уверена, что поймёт. Вот почему просто оставайся верен тому, что намеревался сейчас сделать. Всё будет хорошо. В конце концов всё прояснится…

- Ларс и Ирия действуют независимо друг от друга, да? Хмм…

Ночь.

Для разнообразия я заперся в своей комнате и стал читать письмо, которое пришло только что.

Отправителя этого письма звали Александра.

Я не знал никого с таким именем, но всё равно принял его без всяких подозрений. Это потому, что я знал, что это псевдоним Мирославы.

Это был один из секретов, которые она поведала мне в гнезде Короля мух.

Ещё до её рождения мать хотела назвать ребенка Мирославом, если это будет мальчик, и Александрой, если это будет девочка.

Однако её отец, председатель торговой компании "Саузар", отругал её за это. Причина была в том, что придумывать девичьи имена для ребёнка - плохая примета.

Отец Мирославы провёл много ночей с разными женщинами, но все они рожали девочек. Наследник, который мог бы стать его преемником, так и не родился.

Её отец давно и искренне надеялся на мальчика.

Но ребёнок оказался девочкой. Её отец громко накричал на мать и решил дать ребенку мужское имя, как будто он ненавидел её.

Это тоже могло быть ещё одной причиной, по которой Мирослава ненавидела мужчин.

...Ну, для меня это не имеет никакого значения.

Меня не интересуют отношения между отцом и дочерью Саузарами.

Меня интересует, почему она решила связаться со мной именно сейчас.

Это правда, что я сказал ей использовать имя Александра, когда ей нужно связаться со мной, но я сказал ей, чтобы она делала это только в случае крайней необходимости. Чтобы не навлечь на нас подозрений, я посоветовал ей по возможности избегать контактов со мной.

Что означает... причина, по которой она дала мне знать о разделении "Соколиного меча", заключается в том, что…

"Значит, время пришло, а?" - пробормотал я себе под нос.

Я не был уверен в этом, потому что никогда не давал ей подробных инструкций о том, как я собираюсь уничтожить Ирию.

Я дал ей подробный план в отношении Лунамарии. Поскольку я предвидел, что настроение в их группе будет неловким после этого, я сказал ей, чтобы она просто воспользовалась ситуацией, чтобы сломать отношения Ларса и Ирии.

Однако больше я ничего не говорил.

Я понятия не имею, как ей удалось буквально отделить этих двоих друг от друга. Всё это - её работа.

Судя по тому, что она рассказала мне в своём письме, между Ларсом и Ирией образовалась довольно большая трещина... или была в процессе формирования.

Она рекомендовала мне "начать действовать".

"Ну что ж, я и не знаю, что мне делать".

Я тоже хочу поскорее попробовать чужую душу, кроме души Лунамарии.

Честно говоря, я начал чувствовать себя немного нетерпеливым, когда мой уровень не поднялся после того, как я победил царя змей.

Слова "предел таланта" снова промелькнули у меня в голове.

Меня мучил вопрос, вышел ли я на свой естественный предел.

По этой причине я не мог просить ничего лучшего, чем этот шанс заполучить в свои руки Ирию.

...Просто... я чувствую, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Могу ли я доверять информации Мирославы?

Не похоже, чтобы в ней было что-то особенно подозрительное.

Напротив, до сих пор она полностью оправдывала мои ожидания.

Она - скрытый яд, который разрушает "Соколиный меч" изнутри.

Если бы её там не было, я не смог бы так легко превратить Лунамарию в свою рабыню... Ну, сама Лунамария видела всё насквозь, но использование Сиэль, чтобы "подцепить" Ларса было идеей Мирославы.

На этот раз она тоже хорошо справилась.

После того, как я прочёл её письмо, я понял всё о "Соколином мече", например, что они делали и о чём думали.

Прямо сейчас я могу легко завоевать расположение Ирии. Я даже могу похитить её, пока она будет одна, и привезти в гнездо, как это было с Мирославой.

Тогда, если Ирия попадёт в мои руки подобным образом, Мирослава сможет монополизировать Ларса.

Хотя мы оба выиграем от этого, я задумался о том, как она так усердно работает, но при этом остаётся вне подозрений.

Однако... что меня больше беспокоило, так это то, что она была слишком... послушной.

Как бы пояснить? Я не могу ощутить в письме её одержимость Ларсом.

Я гарантировал Мирославе, что больше не буду охотиться за "Соколиным мечом" после того, как возьму Лунамарию и Ирию. Я сказал это только для того, чтобы заставить её делать то, что я хочу, но в то же время я это и имел в виду.

Я ел её душу столько, сколько хотел, и вместе с ней получил ценную информацию. За этот месяц я почти лишился ненависти к ней за то, что меня чуть не убили. Этого было вполне достаточно для моей мести.

Даже в том, что касается Ларса, я не настолько его ненавидел, чтобы захотеть лишить его жизни. Я уже ел души членов его партии, Лунамарии и Мирославы, и собираюсь съесть душу Ирии тоже. Этого более чем достаточно в качестве мести. То, что он ничего не понимает, тоже очень хорошо.

Что после этого будут делать Мирослав и Ларс, меня не касается. Они могут жениться друг на друге или делать всё, что им заблагорассудится.

Однако я совсем не ясно сказал ей об этом. Я только сказал ей, что больше не буду вмешиваться в их дела.

С её точки зрения её беспокойство не должно было исчезнуть, пока она действовала в соответствии с моими инструкциями. Неужели она действительно не попытается что-то во меня втянуть? Она рассказала Ларсу о гнезде или о чём-то подобном?

Вот почему я решил, что должен проверить первое письмо, которое она мне пришлёт после того, как я осторожно выпущу её из гнезда.

Но не было вообще ничего подобного.

Если я убрать из письма отчёт, то оно было заполнено словами, которые были приятны и уважительны ко мне. Это действительно заставило меня усомниться, действительно ли это было письмо от Мирославы Саузар.

Очень подозрительно видеть, как та, кого я похитил, посадил в тюрьму и заставил повиноваться, вдруг стала столь послушной. В конце концов, она столько лет несла всякую чушь обо мне, смеялась надо мной и даже пыталась лишить меня жизни.

Быть послушным до такой степени после всего этого само по себе странно.

Ну, она могла просто бояться меня, потому что мне было все равно, умрёт она или нет.

"...Хм, неважно. Если она не замышляет чего-то, то всё хорошо, если она расставляет мне ловушку, то я её одолею".

Как только я отошла от своих подозрений относительно Мирославы, я сосредоточилась на вещах, связанных с Ирией.

У меня есть два варианта, о которых я упоминал ранее. Должен ли я принести ей противоядия и попытаться завоевать её расположение, или мне следует силой похитить её?

Но после того, как он снова спокойно подумал об этом, последнее оказалось невозможным.

В отличие от времени, проведенного с Мирославой, сейчас на меня смотрит множество глаз. Многие всё ещё ожидают, что я буду делать много вещей, я же никому не подконтрольный драконий рыцарь.

У разных людей разные роли. В настоящее время я не только отвечаю за около 90% разведки и сжигание оставшейся порчи, мне также поручено приносить плоды Джирайи, чтобы сделать противоядия.

Я даже не могу сказать "нет", потому что я - лучший кандидат на обе должности, так как я могу ездить на виверне.

По словам Федора из Союза работорговцев, похоже, что драконьи рыцари из столицы будут отправлены сюда в ближайшее время. Моё бремя уменьшится, но я понятия не имею, когда они доберутся сюда. У меня нет другого выбора, кроме как сделать всё возможное, пока они не доберутся сюда.

Кроме того, я не могу быть настолько глуп и безответственен, чтобы просто оставить Ишку и бросить Судзуме.

Короче говоря, у меня нет времени похищать Ирию и сажать её под замок.

"Начнём с того, что Ирия наверняка прикусит себе язык, если я попытаюсь силой что-то с ней сделать. А это значит... что я должен завоевать её расположение. Утром я первым делом куплю немного фруктов Джирайи и отправлюсь в её с Ларсом родную деревню. Так называемое специальное лекарство на самом деле разбавлено. Гораздо лучше есть непосредственно плоды".

Как только я закончил собираться с мыслями, из моего рта вырвался лёгкий зевок. Конечно, я устал, ведь и сегодня я много раз летал между Ишкой и лесом Фетиды.

Сейчас Клау Сорас, вероятно, крепко спит в конюшне.

Когда я лёг на кровать и посмотрел в потолок, на меня сразу же напала сонливость.

Я не стал сопротивляться и закрыл глаза.

...Прямо перед тем, как я заснул, мне показалось, что я услышал громкий рёв в отдалении.

Деревня Мельте, откуда пришли Ларс и Ирия, - это обычная деревня, расположенная ниже по течению реки Кале.

Чтобы добраться туда на конном экипаже из города Ишка, нужно семь дней. Это деревня на границе между Южным Священным Королевством и Королевством Канария.

Когда показалась деревня Мельте, я вспомнил кое-что, сказанное Ларсом в прошлом.

"Я покинул деревню, потому что был сыт по горло бедным деревенским образом жизни", - вот что он сказал. Правда, судя по тому, что я видел, их дома были маленькими, заборы и ворота обветшали, а одежда деревенских жителей - потрёпанной. Я не смог бы сказать ничего хорошего об этом месте, даже если бы попытался. Деревня выглядела не очень богатой и оживлённой.

Атмосфера такая, будто вся деревня ушла на пенсию. Ничего удивительного, что молодёжь стремится отсюда уехать.

...Однако, поскольку деревня была поражена эпидемией, конечно, жизнь стала ещё мрачнее. Деревня Мельте должна быть немного более оживлённой в свои обычные дни.

С такими мыслями я подошел к воротам деревни.

Клау Сорас прятался в лесу далеко отсюда. Я не взял его с собой, потому что это напугало бы жителей деревни.

У меня был большой рюкзак на спине, как у торговца, чёрный меч на поясе, и у меня не было повозки. Когда двое стражников у ворот деревни увидели меня, они насторожились, когда я подошёл к ним.

Это были молодой человек, который выглядел моложе 20 лет, и мужчина средних лет, который выглядел примерно на 40. Тем, кто открыл рот первым, был молодой.

- Стоять! Я тебя раньше не видел, зачем ты сюда пришёл?!

- Я слышал, что эта деревня страдает от эпидемии, поэтому я пришел сюда с плодами, которые могут исцелить яд, - я ответил на его высокий и властный вопрос с дружелюбным выражением лица.

Как я уже говорил, чтобы добраться сюда из Ишки на конном экипаже, требуется 7 дней. Естественно, это означает, что Ирия ещё не прибыла.

Я думал о том, чтобы забрать её где-нибудь по дороге по дороге сюда, но если я сделаю это и скажу ей: "я нашел фрукт, который может вылечить твою деревню, давайте вместе спасём твою мать!" даже Ларс поймёт, что я что-то замышляю.

Она, без сомнения, будет настороже и начнёт сомневаться в моих мотивах.

Если я войду в деревню с ней, вся деревня тоже будет подозревать меня.

Тогда всё станет очень трудно.

Поэтому я решил войти в деревню до того, как она доберётся сюда, и сначала завоевать доверие жителей.

Как только я произведу на них положительное впечатление, неважно, что она скажет после того, как приедет, жители деревни не будут слепо доверять её словам.

Кроме того в этой деревне жила мать Ирии. Говорят, что если хочешь одолеть генерала, то сначала надо убить под ним лошадь.

Двое привратников, особенно молодой, всё ещё смотрели на меня с подозрением, но мои следующие слова заставили его внезапно измениться в лице.

- Лунамария-доно из "Соколиного меча" попросила меня приехать сюда. Она сказала мне, что это родная деревня их командира, Ларса-доно и их жреца Ирии-доно. Меня попросили сделать все, что я могу, поэтому я пришёл сюда сразу же, как только получилось.

- "Соколиный меч"... Вы, вы знаете Ларса и остальных?

- Да. Он всегда заботился обо мне. Ах, что так и не представился, вы можете называть меня Сора.

Представившись, я сразу же обратил внимание на выражение лиц тех двоих, что стояли передо мной.

Если бы эти двое привратников услышали о термине "паразит" или узнали о нашем с Ларсом поединке, на их лицах сразу же отразилось бы решительное неприятие.

Или если бы они знали о моем клане "Кровавый меч" или имя легендарного драконьего рыцаря, они, вероятно, также дали бы реакцию.

Однако на их лицах не было никаких изменений.

Деревня Мельте находится довольно далеко от столицы или Ишки, даже вдалеке от главных дорог королевства Канария.

Вероятно, именно поэтому информация распространяется здесь медленно, и поэтому качество информации также будет плохим.

Может быть, семьи Ларса или Ирии знают обо мне из писем, которые эти двое отправили домой но... Хм, я не думаю, что они пойдут на всё, чтобы рассказать своей семье о нашем споре и неловких вещах, которые произошли с их отрядом.

Ну, мне всё равно, даже если они знают. Все равно все будет раскрыто, как только Ирия доберётся сюда.

Я постараюсь завоевать доверие жителей деревни, пока этого не произойдёт.

После этого мы немного обменялись фразами, прежде чем мне разрешили войти.

Я должен был позволить им забрать чёрный меч, висевший у меня на поясе, но это была естественная предосторожность, так как к ним пришёл чужак.

Первым местом, куда они привели меня, была церковь в центре деревни.

Мне сказали, что там держат больных крестьян.

- Эти фрукты, они действительно вылечат их болезнь, ведь так? - с сомнением спросил молодой человек, который вёл меня. Кстати, спрашивал он уже в четвёртый раз.

По-видимому, они с Ларсом были друзьями, которые играли вместе в те далёкие времена. Судя по тому, как он громко и уверенно сказал "Я сам поведу этого человека в церковь!", он мне не верит.

Я не знаю, было ли это связано с его личностью или просто с тем, насколько близки эти деревенские жители, я просто сказал "Хорошо". Тот факт, что он спросил меня четыре раза, является доказательством этого.

Честно говоря, я хочу игнорировать его, но это может привести к неприятностям. Не выказывая никакого отвращения на лице, я снова успокоил его.

- Ты поймёшь это, как только увидишь их в действии. Если беспокоишься о том, что они отравлены или испорчены, я могу попробовать их первым, чтобы вы увидели.

- Очевидно. Я спрашиваю, справятся ли они болезнью!

- Я гарантирую, что так и будет. Если нет, вы можете наказать меня так, как захотите.

- Ладно, не забывай, что только что сказал. Кроме того Сара-сан - очень занятой человек. Если ты встанешь у неё на пути или сделаешь что-нибудь неуважительное по отношению к ней, я немедленно побью тебя!

- Да, я понял.

Я не переставал улыбаться, хотя этот юнец продолжал действовать мне на нервы.

Если я устрою здесь переполох, то не смогу завоевать доверие жителей деревни.

Кроме того молодой человек упомянул эту Сару.

Это имя женщины, которая отвечает за церковь. Она использовала магию восстановления, чтобы в одиночку лечить жителей деревни.

Я слышал, что боевые искусства и магия восстановления, которые знает Ирия, были унаследованы от её матери. Я не думаю, что в такой сельской деревне было бы много пользователей магии, поэтому очень возможно, что эта Сара - мать Ирии.

Чтобы произвести на неё хорошее первое впечатление, я не должен показывать никакого раздражения на своём лице, как бы я ни был раздражён... Может быть, я просто напугаю этого парнишу Клау Сорасом, когда приведу его сюда позже.

Пока я строил такие планы в своей голове, дверь церкви открылась.

В этот момент ужасная вонь ударила мне прямо в лицо, отчего я инстинктивно нахмурился.

Когда я заглянул внутрь, там было довольно много людей, лежащих на полу.

Здесь были не только дети, но и старики, а также мужчины в самом расцвете сил. Их было не просто пять или десять человек. Число больных превысило все мои ожидания.

Честно говоря, на этот раз эпидемия меня не волновала. Я чётко знал о причине (василиск) и контрмере (дерево Джирайи).

На самом деле ситуация в Ишке была почти полностью решена.

Однако, похоже, что эпидемия всё ещё свирепствует вне её стен.

Я только что сказал, что качество и количество информации, которая попадает в такие сельские районы, как этот, были плохими. Естественно, поскольку это означало бы, что новости, связанные с эпидемией, также отстали от времени, местные жители, вероятно, всё ещё были напуганы и встревожены.

С этими мыслями я стал искать женщину по имени Сара.

Я сразу же нашел того, кого искал.

Я слышал только голос, который звучал так, словно кто-то пел гимн. Этот чистый голос успокаивал сердца тех, кто её слышал.

Как только сияние на руке женщины коснулось пациента, который, казалось, страдал всё это время, дыхание его немедленно успокоилось.

Было ли это чудом противоядия? Или это было восстановление выносливости? Как бы то ни было, обычно требуется больше времени, чтобы чудеса возымели действие.

Я мог бы сказать это даже на расстоянии. Эта женщина была опытна, она была высокого уровня.

Скорее всего, это была Сара…

Затем молодой человек, который привёл меня сюда, внезапно закричал, как будто подтверждая мою догадку:

- Сара-Сан!

Женщина, одетая в одеяние священника, посмотрела в нашу сторону.

...В этот момент мы смотрели друг другу прямо в глаза.

Она выглядела так, будто ей было больше 30 лет. Длинные чёрные волосы и ласковые глаза. Белая кожа и скромная аура вокруг неё.

Интересно, будет ли Ирия похожа на неё, если убрать её "резкость" и заменить её "хладнокровием". Эта женщина была потрясающе красива.

Когда я впервые встретил Ирию, я думал, что она напоминает мне мою бывшую невесту, Аяку, но я чувствую, что её мать похожа на мою покойную мать.

Длина и цвет её волос определенно были похожи на мамины, но, как бы это сказать? Аура вокруг неё чувствуется та же самая.

Её мягкие движения и длинный конский хвост, спускавшийся с затылка, тоже напоминали мне мою мать, когда она водила меня гулять во двор.

Когда я пригляделся поближе, то увидел, что у неё на лбу торчат выбившиеся пряди, а на лице видны следы усталости. Они показали всю тяжелую работу, которую она проделала. Тёмные круги под глазами и впалые щёки тоже бросались в глаза.

Однако эти вещи не только не вредили её обаянию, но даже усилили его. По крайней мере, я так думал.

Три дня прошло с тех пор, как я прибыл в деревню Мельте. Обстановка вокруг деревни быстро улучшалась.

Плоды дерева Джирайи, конечно, излечили их от болезни, но это было также связано с тем, что беспокойство жителей деревни исчезло после того, как стала ясна причина эпидемии.

Болезнь начинается в голове. Как только они поняли, что случившееся с деревней не было какой-то таинственной болезнью, а симптомы были вызваны отравлением речной водой, главная проблема была решена.

Пить из колодца. Не есть рыбу из реки. Не позволять детям плавать там. Если они будут следовать этим мерам, то новых заболевших больше не будет.

Однако даже если новых заболевших больше не будет, уже отравившимся всё равно потребуется некоторое время, чтобы выздороветь. Кроме того яд действовал не только на людей.

Например, почва…

Нельзя просто сказать людям, чтобы они не пользовались речной водой, когда речь заходит о сельском хозяйстве. Посевы погибнут, если не поливать их. У людей нет другого выбора, кроме как продолжать пользоваться водой оттуда.

С учётом этого, поскольку вода содержит яд, существует высокая вероятность того, что посевы также были отравлены. Будут ли они съедобны после сбора урожая? Даже если это так, можно ли использовать эти потенциально отравленные продукты для уплаты налогов или продавать их на рынках?

Возможно также, что посевы просто погибнут из-за яда ещё до того, как их соберут. Яд, оставшийся в почве, весьма вероятно, окажет длительное воздействие на урожай следующего года.

В этом смысле появление василиска оказало слишком широкий урон. С этого момента начнут проявляться серьёзные последствия.

Вот тут-то появляюсь я.

То, о чём я только что упомянул, - это проблемы, которые можно предвидеть.

Если их можно предугадать, то человеческая привычка - к ним готовиться.

Я знал, что что-то подобное произойдёт, поэтому кроме плодов с дерева Джирайи я также привез тонны зелья выносливости для больных и тонны святой воды, чтобы очистить землю.

И то и другое я получил из храма Великой Матери-Земли.

У меня остались с ними связи после того, как я выполнил для них "висяк". Тот, который "Каждую ночь с кладбища около приюта доносятся жуткие крики. Я хочу, чтобы вы что-нибудь с этим сделали".

В этой роковой встрече я избавился от баньши, которая была источником криков, и получил связь с храмом Великой Матери Земли, который и организовал приют. Я воспользовался этим контактом, чтобы раздобыть большое количество зелий и святой воды.

Ну, честно говоря, я даже не знаю, будет ли святая вода эффективна против яда погибели, не говоря уже о зельях выносливости.

Но как следует из названия "Великая Мать-Земля", она - богиня земли. Если святая вода была из этого храма, жители деревни, вероятно, поверят в её эффективность. От этого им должно быть спокойнее. Мне хочется так думать.

По крайней мере, я уверен, что они не останутся без надежды и не пойдут на большую дорогу, потеряв урожай.

- Большое спасибо вам за всё, что вы для нас сделали… - Сара склонила передо мной голову, как будто чувствовала себя обязанной мне.

В этой деревушке за городом не было никаких постоялых дворов, поэтому я снял комнату в церкви и сейчас жил там. Так как я жил под одной крышей со священницей, управляющей церковью, то последние три дня мы вместе завтракали и ужинали.

Однако дело было не только в нас двоих. В этой церкви было много других людей, живущих здесь, кроме меня и неё.

А что касается того, кто эти люди...

- Сора-а-а, быстрее, пойдем покормим дракона!

- Пошлииии!

- Даваааай!

Ко мне и священнице подошли трое ребятишек и в унисон громко заговорили.

Все они были детьми, которые жили в церкви после того, как потеряли своих родителей, так как у них не было других родственников.

Из-за того, что эти трое постоянно приставали ко мне после того, как я приехал в деревню, я не сделал никаких приготовлений, чтобы воздействовать на Ирию. Я бы хотел еще немного поговорить с Сарой... Ну же, проклятые маленькие сопляки!

В отместку за то, что мне мешали, я отправился с Клау Сорасом охотиться на оленей и кабанов в близлежащих горах и привез оттуда горы еды, которую мы и ели последние три дня.

"Му-аха-ха, вы все растолстеете раньше, чем успеете оглянуться! Во всяком случае, вы, дети, слишком тощие".

...Я старательно скрывал в своем сознании злые мысли, подобные этой, и отвечал детям улыбкой. (прим. - фидер, что ли? Тогда это самый больной ублюдок японских вэбок, поаплодируем!)

- Ладно, ладно, хорошо. Но вы, ребята, действительно любите вивер... я имею в виду, драконов, так сильно?

- Да! Они такие классные! Я собираюсь стать драконьим рыцарем в будущем!

- И я тоже!

- И я!

- Тогда и я тоже!

- Эй, госпожа священница, хватит валять дурака.

Когда я неприязненно посмотрел на Сару, которая играла с детьми, она очаровательно наклонила голову.

Эй, женщина, у которой есть 18-летняя дочь, не должна подражать детям!

Если это не выглядит хорошо, то ладно, но так как это было мило, я просто не знал, как реагировать!

Цвет лица Сары был намного лучше, чем 3 дня назад. Поскольку все пациенты, наводнившие церковь, уже разошлись по домам, она, вероятно, сейчас как следует отдыхала. Зелья выносливости, которые я дал ей, похоже, тоже эффективны.

Поэтому, когда её выносливость восстановилась, мешки под глазами и впалость щёк исчезли вместе с её тревогами. Начали проявляться проблески её настоящей личности.

Первое впечатление, которое она произвела на меня, было "добрая и скромная", но теперь я знаю, что эта священница Бога Закона также имеет игривую сторону, судя по тому, что она показала только что. Ну, она может просто приспосабливаться, когда имеет дело с детьми.

После этого мы вышли за пределы деревни.

Нет нужды говорить, что мы направлялись к Клау Сорасу, "дракону", которого хотели увидеть дети.

Виверны популярны в Ишке, но так же обстоит дело и в деревне Мельте. Люди в деревнях, кажется, действительно восхищаются драконьими рыцарями.

Я не получил разрешения войти в деревню вместе с ним, как ожидалось, но так как мне разрешили пользоваться пустым участком позади деревни, я попросил Клау Сораса дождать там.

Он был таким же, как всегда, и не подпускал к себе никого, кроме меня. Даже если бы они были детьми, он бы запугал их, не сдерживаясь.

Поскольку троица детей тоже это знала, они пошли вместе со мной. Я думаю, что Клау Сорас становится немного более общительным, если я рядом?

После того, как меня узнали, он начал радостно хлопать крыльями, и глаза детей загорелись от возбуждения.

Когда я попытался накормить его абрикосами анзу, которые обычно давал ему, мне вдруг что-то пришло в голову. Я подозвал троих ребят рукой и дал им абрикосы. Затем я жестом подозвал Клау Сораса к себе и посмотрел на него, словно говоря: "Ты ведь знаешь, что делать, верно?"

...Я чувствую, что делаю этим детям слишком большую услугу, но эти трое бегали вокруг, помогая Саре с пациентами, когда церковь стала больницей.

Я видел это собственными глазами. Теперь, когда всё успокоилось, не будет никакого вреда, если они немного повеселятся.

Я могу заработать очки Сары, также защищая улыбки этих детей!

Клау Сорас жалобно взвизгнул, когда я передал обязанность кормления детям, но я посмотрел на него: "Я пойду с тобой на охоту позже, так что слушай меня сейчас".

На самом деле я не имел в виду охоту за едой, но есть кое-что, на что я хотел бы поохотиться. Судя по тому, что я слышал в деревне, количество орков здесь увеличилось.

Похоже, они прибыли сюда с территории Южного Священного Королевства, и есть большая вероятность, что они где-то тут обосновались.

Я бы легко нашёл их базу, если бы искал с неба. Они должны быть подходящей добычей для меня.

Гоблины и орки обладают острым обонянием и в основном нападают на слабозащищённые деревни. Если я проигнорирую их, то окрестные деревни могут стать для них мишенями.

До приезда Ирии осталось ещё два-три дня. Я должен уничтожить их, чтобы привлечь на свою сторону жителей деревни... Когда я вышел из мыслей, то с удивлением обнаружил, что она уже здесь.

Похоже, что вместо того, чтобы воспользоваться каретой, она купила себе лошадь и буквально загнала её. Если подумать спокойно, то Ирия была авантюристкой шестого уровня, как и Ларс.

"Конечно, у неё достаточно сбережений, чтобы купить лошадь", - подумал я, придя к запоздалому выводу.

Её глаза и рот были широко раскрыты после того, как она увидела, что я рублю дрова вместе с детьми в её старом доме.

Примерно через 3 секунды она, вероятно, сердитым голосом спросит меня: "Что ты здесь делаешь?".

Ну и как же мне теперь её обмануть?

Я начал подбирать слова, которые мог бы использовать, чтобы успокоить её.

Ирия ②

Для Ирии человек по имени Сора был чем-то далеким... или забытым.

Как спутник или друг, она была с ним не так близка как Лунамария и Ларс, но в то же время, она не относилась к нему враждебно, как Мирослава, ненавидящая мужчин.

Ирия не любила его и не ненавидела, она просто не была с ним близка.

Конечно, с тех пор, как они оказались в одной группе, то много раз разговаривали друг с другом. Но если бы её спросили, остались ли у них какие-то совместные воспоминания, Ирия лишь отрицательно покачала бы головой.

Их безвкусные отношения изменились, когда Сора признался о пределе своего таланта.

В тот момент Сора определенно склонился к «плохой» стороне шкалы «хорошо или плохо» внутри Ирии.

Мирослава порицала действия Соры как «паразитические».

В ответ Сора объяснил, что он никогда не собирался быть «паразитом».

Ирия не думала, что он лжет.

У Соры не было намерения быть паразитом... Возможно, он сам хотел очиститься, пока не стал пиявкой, подумала Ирия.

Однако в какой момент его действия становятся паразитическими, зависит от того, как каждый человек их расценивает.

Состояние, которое Сора воспринимает как «Я еще не подсасываюсь к ним», Мирослава могла воспринимать как «Ничего, кроме паразитизма».

И чувства Ирии были ближе к чувствам Мирославы.

Для нее инцидент, связанный с пределом таланта Соры, был просто «чужим делом». Если бы Сора все обсудил с ними, и все остались бы довольны, они могли бы вместе решить эту проблему как «проблему группы», но он так не поступил.

Он пробыл в 『Соколином Мече』 полгода. И даже имея множество возможностей поднять этот вопрос, он молчал.

Дисбаланс боевых сил в группе может привести к несчастным случаям. Это может вызвать смерть участников партии. Ирия не могла относиться с пониманием к человеку, который молчит по личным причинам, зная, что подвергает опасности остальных сопартийцев.

В то время она считала, что Сора «избалован».

После ранней смерти отца Ирии, она жила в строгой самодисциплине, воспитываемая матерью-одиночкой.

С ее точки зрения, Сора, не признающий тот факт, что он достиг предела своего таланта, вел себя как избалованный ребенок.

Он не сказал правду своим товарищам, потому что не хотел, чтобы его ненавидели или смотрели на него свысока.

Даже когда он, наконец, признался о своем лимите, казалось, что он говорит: «Ну раз это сказал я, я хочу, чтобы вы просто жили дальше и простили меня за молчание в течении всего этого времени»... Она была искренне возмущена.

После того, как его назвали «Паразитом», Ирия не пыталась распространять это имя вокруг, но и не отрицала, что он им является. Это было результатом плохих ощущений, которые он оставил в ней в то время.

То же самое можно сказать и об инциденте с королем мух.

Действия Мирославы в том инциденте были непростительны. Кроме того, непростительны были и грехи самой Ирии, которая слепо пошла на поводу у них.

У нее не было выбора, поскольку она несла на спине бессознательного Ларса, но она понимала, что для человека, которого сделали приманкой, это не было оправданием.

Она понимала это... но ей не нравилось, что Сора обвинял ее в этом.

Тот факт, что Сора обманул их первым, имел приоритет, несмотря ни на что.

Человек, который скрыл предел своего таланта и подверг опасности своих товарищей, громко критиковал ее, потому что в этот раз в опасности был он.

Почему она должна опускать голову перед таким человеком?

Вот что действительно чувствовала Ирия.

◆◆◆

Издалека доносились возгласы жителей деревни.

В деревне Мельте сейчас царила суматоха, словно там проходил ежегодный праздник урожая.

Обычно жители деревни без вопросов ложатся спать после захода солнца, неважно, взрослые они или дети. Но сейчас они веселились, пели и танцевали на площади, освещенной фонарями. Даже детям сегодня разрешили порезвиться, и те с восторгом бегали вокруг.

В празднике участвовали не только жители этой деревни, здесь также собрались люди из соседних деревень. Кроме того, все эти люди были лидерами, такими как старосты деревень и советники.

Они говорили: «Мы должны провести это как ежегодный праздник урожая, так что давайте сделаем это правильно». Уровень оживленности в этом году был выше обычного праздника урожая.

「Серьезно, что за черт?」

Ирия лежала в своей комнате внутри церкви одна.

Она вытянула руки и ноги в форме буквы «大»(Звездочки).

Она слышала, что на ее деревню напала эпидемия, но когда Ирия приехала после многодневного безостановочного путешествия, болезнь уже давно была уничтожена. Специальное лекарство, которое Мирослава с таким трудом достала для нее, тоже было бессмысленным по сравнению с фруктом детоксикации, который имел лучший эффект. «Значит, мне ничего не оставалось делать, кроме как расслабиться?» - так думалось ей.

Но дело было не только в этом. В тот день, когда Ирия вернулась, селение орков, угрожавшее всем окрестным деревням, было уничтожено одним всадником на драконе.

Событие, которое происходит сейчас, - это пир в честь этого.

「Конечно, я счастлива, что эпидемии больше нет, и орки тоже уничтожены, но...」

Она была расстроена тем, что участвовала в этом.

Более того, человек, который добился этих результатов, был Сора, с которым у нее были разногласия. Это еще больше расстроило ее.

「...Я просто клоун...не так ли?」

Тихо пробормотала она.

В этот момент Ирия услышала возгласы, доносившиеся снаружи, и нахмурилась, не понимая этого.

Сора покорил группу из 30 с лишним орков, возглавляемую одним Высшим Орком.

Это была группа, которая могла бы с легкостью победить многие деревушки. Вряд ли найдется кто-то, кто не испытал бы облегчения и радости, узнав, что орки уничтожены.

Но это была не единственная причина, по которой они ликовали.

Сора пожертвовал все трупы убитых орков деревне Мелте.

За трупы монстров, агрессивно нападающих на людей, таких как гоблины и орки, можно получить награду.

Кроме того, трупы монстров - это сокровищница материалов.

Поскольку мясо орков имеет сильный запах и ужасно противный вкус, их нельзя есть. Однако если приготовить их, чтобы убрать терпкий вкус, а после высушить, то можно смешать их мясо с зерном и использовать в качестве корма для скота. Их кости и шкуры можно использовать для изготовления инструментов, а такие вещи, как яички и сердца, можно использовать для приготовления тонизирующих лекарств.

Если к ценности этих материалов прибавить стоимость щедрой добычи, то она, вероятно, превысит потери, понесенные деревней от эпидемии в этот раз.

Пришедшие из окрестных деревень, говорили, что прибыли отпраздновать покорение орков, но на самом деле они хотели получить долю «сокровищ», которые неожиданно получила деревня Мелте.

Если деревня Мелте заберет все блага себе, то их будут ненавидеть. Староста деревни Мелте, вероятно, поделится с окрестными деревнями, но это будет в форме одолжения в долг для окрестных деревень, которое принесет Мелте выгоду, отличную от денег.

Вот почему все были так возбуждены даже во время пира.

「Серьезно, все идеально. Никто меня не будет слушает, что бы я ни говорила」

Это были не только жители деревни. Мать Ирии, Сара и некровные братья и сестры Ирии также очень любили Сору.

Даже если бы она рассказала им, что Сора поработил бывшую спутницу и надел ей на шею ошейник, никто бы ей не поверил.

Нет, с другой стороны, он может рассказать об инциденте с королем мух, чтобы осудить ее и Ларса.

Если у Соры сейчас испортится настроение, он может отказаться от своих слов о пожертвовании трупов орков. Большинство людей, вероятно, примут его сторону.

В первую очередь, Сора разрешил кризис и устранил препятствия одно за другим. Его нельзя сравнивать с Ирией, которая примчалась сюда, но ничего не сделала, или с Ларсом, который вообще сюда не пришел.

「Для него это был очень хороший шанс подорвать нашу репутацию. Я думаю, он собирается использовать это как щит, чтобы обратиться ко мне с какими-то просьбами, но он и этого не сделал......」.

Может быть, во время сегодняшнего пира он сделает громкое заявление о короле мух, подумала она.

Однако достойный человек, в одиночку уничтоживший поселение орков, после начала пира был окружен всеми крупными шишками деревни, и, похоже, ему уже надоели эти бесконечные разговоры.

Если бы он хотел рассказать о случившемся, то давно бы это сделал.

Она подумала, не собирается ли Сора предать этот инцидент огласке. Но если это так, то с какой целью он пришел в деревню Мельте? Этот вопрос всплыл у нее в голове.

Плоды детоксикации, зелья выносливости и святая вода. Сора должен была потратить уйму денег, чтобы достать те предметы, которые он предоставил. Она не могла представить, какую цель он мог преследовать, потратив такую большую сумму денег.

Он посетил деревню Мелте с четкой целью, но Ирия понятия не имела, какой она может быть.

Это настораживало. Она думала и думала об этом, и это было так тревожно, что она устала от размышлений и пошла в свою комнату.

「... Кстати говоря, когда он согласился на дуэль с Ларсом, я тоже ломала голову, как и сейчас」.

В то время она не могла понять, почему он согласился на бессмысленную дуэль 1-вым уровнем против 16-го.

Мирослава сказала: «Наверное, он был слишком самоуверен после того, как получил в руки дорогое оружие», но теперь она знает, что это было не так.

Она не понимала, что произошло. Но Сора определенно сильно вырос в уровне. Ему хватило сил, чтобы в одиночку одолеть Ларса, приручить виверну и уничтожить поселение орков.

Таким образом, рассказы о его победе над многочисленными монстрами, которые она считала бредом, стали более правдоподобными.

「...... Просто... что случилось... ах......」.

Пока она размышляла об этом, ее веки постепенно тяжелели.

Возможно, несколько глотков алкоголя, которые ей навязали люди на пиру, начали действовать.

Ирия слегка зевнула и медленно закрыла глаза.

Через некоторое время она заснула и начала тихо дышать. Ее лицо слегка нахмурилось, как будто она не могла решить приснившуюся ей загадку.

...Для Ирии человек по имени Сора был чем-то далеким... или забытым.

Но все это было в прошлом.

Сейчас Сора не был ни далеким, ни забытым.

Как существо, незабываемое даже в ее снах, он должен был быть выгравирован в глубинах ее сердца и разума.

Вне Праздника

「Серьезно... они просто продолжают приходить. Неужели я перестарался, отдав им все трупы орков?」

Я застонал, почесывая голову после того, как покинул пир под предлогом нужды.

Мало того, что покорение орков закончилось благополучно благодаря силе моей виверны и экипировки души, так я еще и съел все души этой орды орков, включая одну высокоразвитую.

Впрочем, стоит ли называть это несчастьем или говорить, что я это уже предвидел, но мой уровень не повысился.

Отдав деревне Мельте награду и материалы, я должен был нанести последний удар. Я думал, что если зайду так далеко, то доверие жителей ко мне укрепится.

Но именно потому, что Ирия прибыла раньше срока, я решил попробовать быть более щедрым.

Я рад, что жители деревни радуются, как и планировалось... но меня немного беспокоит, что они делают из мухи слона.

Не слишком ли жестоко, что я не успел съесть ни одного шампура мяса с начала пира? Пожалуйста, перестаньте окружать меня одними лишь символами золотых монет в ваших глазах.

Я в конце концов заберу все обратно, если вы не прекратите.

Закончив с туалетом, я отправился на пустое поле в глубине деревни, потому что мне не хотелось возвращать на праздник.

Я думал перекусить с другим благодетелем деревни, Клау Сорасом, но, к удивлению, у него уже были посетители.

「...Жрица Сара? 」

«И... маленькие сопляки».

После моих слов они начали протестовать передо мной как сумасшедшие.

「Я не маленький! И я не сопляк!」

「Не маленький!」

「Не маленький!」

「Бвахаха, простите. Вы, ребята, просто маленькие сорванцы в моих глазах. Если вам это не нравится, тогда посмотрим, насколько вы превосходите меня в росте и возрасте!」

「Блин... Подожди! Я стану больше тебя! А потом я стану старше тебя!」

「Это невозможно, Айн」

「Невозможно!」

「ЭЭЭээх?!」

Оооо, Мелкий сопляк №2 (Свей) и №3 (Дора), тоже научились делать остроумные комментарии, да? Мелкий №1 (Айн) был в шоке.

Когда эти трое детей вместе приставали ко мне, жрица Сара открыла рот и заговорила вместо них,

「Эти дети решили «Раз уж мы устраиваем праздник, то должны дать немного еды и дракону». Мы готовились с самого утра. Даже хотели позвать вас, прежде чем прийти сюда, но...」

「Ах, это из-за того, что я был окружен всеми этими людьми... Кстати, Клау Сорас не натворил ничего плохого?

Беспокоясь спросил я.

Тогда Сара ответила спокойной улыбкой и покачала головой.

「Нет, он был хорошим и послушным. Пожалуй даже внимательным к детям」

「Это замечательно」

Сказал я и взглянул на свою виверну.

Он засунул голову в бочку и набивал себя едой, не обращая на меня никакого внимания.

Судя по тому, как его хвост продолжает бить по земле, похоже, ему очень понравилась еда, которую ему дали.

...А может, ему просто нравится еда, а не внимание?

Судя по слабому резкому запаху, который исходил от бочки... это...

「Маринованная пища?」

「Да. Я слышала, что он любит кислые блюда, и попыталась приготовить что-нибудь. Рада, что ему понравилось」

Сказала жрица Сара, надув грудь от гордости и выглядя довольной.

По ее словам, они использовали мясо кабанов (маленьких и обескровленных), которых мы недавно поймали. Сначала удалили шерсть и органы, затем набили их травами, проткнули большим шампуром и наконец постепенно прожарили на огне медленно вертя в течение 3 часов.

Это были не свиньи, а кабаны, зажаренные целиком.

Пока готовилось мясо, нужно было приготовить уксус, и это тоже, похоже, потребовало много работы. В деревне они собирали овощи, а затем после варки, жарки на гриле и сковороде овощи бросали в уксус, после чего проводили различные процедуры по регулировке вкуса, чтобы кислотность уксуса и вкус овощей смешивались.

Да, я не очень понимаю, что они на самом деле делали, но могу сказать, что это заняло много времени и труда.

Затем, когда все мясо было готово, его нарезали на куски, которые Клау Сорас мог бы легко съесть, и добавили в бочку, наполненную уксусом. После этого, чтобы их замариновать, нужно было снова потратить около 3 часов.

...Не значит ли это, что на приготовление еды для Клау Сораса ушло больше времени, чем на еду, которую они выставили на пир?

「И только между нами...」

「Да」

「На приготовление его еды ушло больше времени, чем на ту, которая стоит на столе деревенского старосты」

「Я знал это」

「Это секрет, хорошо?」

Сара выглядела очень мило, держа палец перед губами, когда говорила это мне.

Этот человек действительно мать Ирии? Правда?

...Ну, вообще-то, если вспомнить, я часто видел Ирию с таким выражением лица, когда мы были на одной вечеринке. Но она показывала его только Ларсу.

С тех пор, как меня выгнали из 『Соколиного Меча』, Ирия смотрела на меня только кислым взглядом, если не с ненавистью, так что я забыл об этом.

В любом случае, я немного беспокоюсь о том, что произойдет после того, как Клау Сорас попробует еду, на приготовление которой ушло столько времени и сил.

Он больше не будет есть сырое мясо узнав, насколько вкусной может быть еда.

Прости, Клау Сорас, но невозможно каждый раз кормить тебя такой вкусной едой.

Хотя Лунамария хорошо готовит, ей, как эльфу, не нравится готовить мясо. Сиель происходит из многодетной семьи, поэтому для нее «Хорошая еда = Много еды».

Для Сузуме, жившей в лесу в одиночестве, приготовление пищи - это просто варка или приготовление на огне.

Что касается меня, то я всерьез подумываю нанять домработницу, которая будет жить с нами, так что на этом мои кулинарные способности исчерпываются.

Для нас было бы невозможно воссоздать блюда на том же уровне экстравагантности, что и еда, которую жрица Сара готовит для Клау Сораса.

... Так, стоп. Разве я не могу использовать это оправдание, чтобы регулярно приезжать в эту деревню?

Чтобы добраться до деревни Мелте из Ишки на конной повозке, требуется 7 дней. Это не тот путь, который легко совершить, но на спине виверны сюда можно добраться всего за полдня.

Было бы подозрительно, если бы я часто навещал Сару без всякой причины, но если я воспользуюсь предлогом, чтобы принести Клау Сорасу его любимую еду, то смогу избежать подозрений.

Это сэкономило бы мне много времени, если бы я мог просто пригласить жрицу в свой клан, однако в этих сельских деревушках нет никого, способного использовать такие же высокоуровневые чудеса, как она.

Если она покинет деревню Мельте, то начнутся беспорядки. Только этим не закончится, если местные возложат вину на меня.

Ну, а до этого я не думаю, что Сара примет мое приглашение, ведь она глава церкви и человек, который заботится о сиротах. Жаль, но это предложение...

...Нет, подождите еще раз... если я найду вместо нее обладателя чудес, разве это не сработает?

Кроме того, я мог бы взять на воспитание и троицу сирот. К счастью, дом, в котором мы сейчас живем, неоправданно большой, поэтому в нем достаточно комнат для 3-4 детей.

Ах, но я слышал, что могила ее мужа находится в этой деревне, думаю, это невозможно... Нет, нет, этот поединок закончится, если я сдамся здесь.

В первую очередь, я пришел сюда, чтобы встать на пути Ларса и Ирии. Несмотря на то, что деревня Мельте оказалась мне обязана, я не могу назвать эту операцию успешной. Я хотел бы получить более конкретные результаты.

Я открыл рот и обратился к Саре

「Ум, это может быть случайный вопрос, но...」

「Да, в чем дело?」

「Эта маринованная еда... Она долго хранится? Например, мясо」

「В таком виде - да. Сейчас становится все жарче, поэтому лучше не затягивать с употреблением... но сейчас вам не стоит об этом беспокоиться」

Сказала жрица, глядя на Клау Сораса с улыбкой.

Действительно, на этот раз еда, скорее всего, закончится вовремя. Точнее, все заканчивается прямо сейчас.

*Пуухх* Клау Сорас удовлетворенно рыгнул, вытащив голову из бочки, а затем посмотрел на меня широко раскрытыми глазами.

Он тут же подошел ко мне с извиняющимся видом, но... Акх, его лицо покрыто уксусом. Хотя это вполне естественно, ведь он засовывал свое лицо в бочку.

「Это действительно было так вкусно?」

「*Пугиии!* *Пугиии!*」

Клау Сорас энергично закричал, несколько раз хлопнув хвостом по земле, после того как я достал из бокового кармана полотенце и начал вытирать ему морду.

Похоже, ему все-таки очень понравилась еда.

И, кажется, дело было не только в еде; ему также очень понравилась сама Сара.

Клау Сорас не возражал против ее прикосновений, когда она вместе со мной вытирала уксус с его лица.

И хотя обычно он ненавидел, когда кто-то, кроме меня прикасался к нему, теперь он привязался и к ней. Вот что значит быть укрощенным через желудок?

Я инстинктивно сделал горькую улыбку.

「Думаю, скоро этот парень будет приносить то, на что мы охотимся, не мне, а вам, Жрица Сара」

「Если спаситель этой деревни захочет, я с радостью приготовлю для вас еду, понимаете? Но было бы трудновато делать это каждый день...」

「Я был бы очень признателен за это... Хм, могу я тогда действительно попросить вас об этом? Конечно, я не буду настолько неразумным что-бы просить вас готовить ему еду каждый день, и за еду я также заплачу подходящую цену」

「Да, конечно. Кроме того, было бы хорошо, если бы вы могли пожертвовать на церковь вместо того, чтобы платить мне」

Сара говорила с яркой улыбкой на лице.

Я поспешно отвернулся.

...О нет. Только что я, естественно, подумал о том, чтобы «съесть ее».

В любом случае, результат достигнут! Хорошая работа, Клау Сорас, теперь мне не нужно придумывать повод, чтобы посетить это место в следующий раз.

С этим мы можем спокойно возвращаться в Ишку.

После того, как я сообщил жрице, что мы возвращаемся, она удивленно посмотрела на меня.

「... Вы уходите?」

「Да. Почему-то меня уже 5 дней нет в рядах Ишки. Я беспокоюсь о своем клане и о состоянии погибели」

Море из погибели должно было полностью сгореть, но, возможно, опять произошло что-то странное. Федор сказал мне, что хотел бы, чтобы я вернулся как можно скорее, после отъезда из Ишки.

Я также беспокоюсь о Сузуме. Не думаю, что будут какие-то проблемы, ведь перед отъездом я сказал Лунамарии, чтобы она не сводила с нее глаз, но было бы проблемой, если бы Лунамария или Сиель сами столкнулись с какими-то проблемами.

Эльф (красавица) и зверочеловек (красивая девушка) с рабскими ошейниками на шее выделяются не меньше, чем Сузуме. Они могли привлечь внимание какого-нибудь идиота и попасть в странные неприятности.

Если следовать этой логике, то я, в конце концов, сильно перестарался во время этой поездки в деревню Мельте.

Учитывая, что если я ей все это расскажу это может прозвучать словно она мне многим обязана, я не стал объяснять ей даже кратко, но Сара, похоже, поняла это и сама.

Она глубоко склонила голову и поблагодарила меня.

「Огромное вам спасибо. Правда, я не могу выразить вам свою благодарность」

「Нет, ничего особенного, не волнуйтесь. Это естественно - помогать друг другу в трудные времена」

Я сделал самую нежную улыбку, какую только может сделать милый молодой человек... Интересно, такое ли выражение у меня сейчас на лице? Надеюсь, у меня не было лица мошенника, который дурачит вдову и нескольких маленьких детей.

Когда такие мысли пришли мне в голову, я вдруг кое-что понял. О да, дети уже некоторое время молчат.

Когда я посмотрел на троицу, все они уже засыпали. В этом не было ничего удивительного, поскольку в это время они обычно спят.

Малыш № 1, Айн, громко зевал, а двое младших дремали.

Жрица обратилась к детям.

「Айн. Пожалуйста, отведи Свея и Дору обратно в комнату」

「... О'кей」

Мальчик кивнул, протирая глаза. Затем он крепко взял Свея правой рукой, а Дору - левой.

Я погрузился в размышления, глядя на спины троих, когда они шли обратно в деревню.

Да, Айн - хороший старший брат.

Должно было быть время, когда мы с Рагуной тоже поддерживали друг друга подобным образом, но память об этом уже затуманилась.

Интересно, когда это было? Думаю, такое было, когда моя и мать Рагуны были еще живы, то есть до моего седьмого дня рождения.

Пока я терялся в мыслях, я почувствовал на себе неожиданный взгляд сбоку.

Обернувшись, я увидел, что Сара, которая должна была следить за детьми, смотрит на меня.

Это был нежный взгляд, который показывал, что она думает и беспокоится обо мне. Даже если я ничего не говорил, она, вероятно, почувствовала одиночество, охватившее мое сердце.

Мне стало очень неловко от этого, и я отвернулся в совершенно другую сторону.

Дом Герцога Драгнаута

Королевство Канария - небольшое государство, по размерам не превышающее и трети Империи Ад-Астера, расположенной на востоке от него.

Поскольку территория этого королевства включает в себя такие местообитания демонических зверей, как лес Титис, Гора Ским и пустыня Катаран, Канария постоянно находится под угрозой.

Однако-

Многие люди продолжают посещать столицу королевства, Хорус, и там всегда оживленно.

Разумеется, на это были свои причины.

Хоть демонические звери и доставляют много проблем, они появляются только на границе. Благодаря таким городам, как Ишка и Белка, распространение демонических зверей сведено к минимуму. Пока люди живут в пределах городских стен, можно прожить всю жизнь, ни разу не увидев и тени демонического зверя.

Даже купцы, путешествующие из города в город, знают, что им не грозит никакая опасность, если они пользуются соответствующими дорогами.

Поскольку на севере Королевства Канария есть море, а на западе - большая пустыня, только Империя Ад-Астера на востоке и Священное королевство Каритас на юге могут называться его соседями. В последние годы Канария поддерживала хорошие отношения с обеими этими странами, поэтому ее жителям не приходится беспокоиться о возможности вторжения извне.

И именно поэтому столица королевства, Хорус, процветала.

Но чем сильнее свет, тем темнее становится тень. Процветающая королевская столица была также местом, где таились мрачные тени.

И одна из таких теней подкрадывалась к резиденции Герцога Драгнаута, находящейся в центре королевской столицы.

Род Герцога Драгнаута - это престижная семья, которая существует с момента основания королевства. Они являются самой большой дворянской семьей в Королевстве Канария, а также защитниками королевской семьи.

Наверное, в Королевстве Канария нет никого, кто бы не знал фамилию Драгнаут.

В особенности их главу нынешнего поколения, Паскаля. Как лидер корпуса драконьих всадников, его прозвище 『Гром』 известно даже в других странах.

У Паскаля есть две дочери. Старшую назвали Астрид, а младшую - Клаудия.

Старшая дочь - талантливая наездница драконов, служащая заместителем командира драконьих всадников. С тех пор как Паскаль стал более активно участвовать в жизни королевского дворца, её стали называть "Громом" чаще чем Герцога Драгнаута.

Астрид в настоящее время расхаживала взад-вперед перед входной дверью с тяжелым выражением лица.

Через некоторое время перед резиденцией герцога остановилась конная повозка. Ее отец - Паскаль - вернулся из королевского дворца.

Астрид поспешила к карете, но как только она увидела лицо отца, выходящего из кареты, сразу же все поняла и с мрачным лицом опустила глаза.

「...... Отец, всё как я и думала?」

「Да... Его величество сказал мне прямо. Свадьба Принца Азара и Клау была отменена」

「*Тц*... Только-только мы наконец избавились от яда в ней и начали что-то предпринимать! Если они дадут нам больше времени, я уверена, что...!」

「Я тоже так говорил... но мне сказали, что свадьбу уже отложили на целый год, больше он ждать не может」

「Но!」

「Затем он сказал: «Кроме того, пусть даже яд будет излечен, если проклятие с ее сердца не будет снято, она все равно не сможет родить ребенка, верно?»...」

「Это...*тц*」

Услышав слова отца, Астрид в расстройстве сжала кулак.

Клаудия Драгнаут, сестра Астрид и невеста кронпринца Азара, была поражена неизвестным проклятием.

Это было проклятие, которое вызывало сильную боль во всем теле, независимо от времени и места. Не только магия и чудеса не действовали на проклятие, но и противоядия, лекарства и даже эликсиры полного восстановления, которые их семья с большим трудом добывала, не оказывали на него никакого эффекта.

...Точнее, эликсиры все-таки подействовали. Они смогли на время облегчить ее боль.

Но через некоторое время проклятие снова активизировалось. Оно возвращалось снова и снова, сколько бы раз они ни пытались.

Клаудия была яркой, веселой, жизнерадостной девушкой. Несмотря на то, что она была еще маленькой когда умерла ее мать, эта девушка была настолько решительной, что прикусив губу сдерживала слезы, чтобы не заставлять окружающих волноваться.

Поначалу она тоже пыталась сопротивляться проклятию. Изо всех сил она старалась улыбаться, как бы говоря отцу и сестре, что все в порядке.

Однако проклятие постепенно усиливалось, словно насмехаясь над улыбкой Клаудии.

Если бы она смогла вытерпеть боль первой стадии, то проклятие перешло бы на вторую стадию. Если она сможет выдержать и это, боль усиливалась до 3-й стадии.

3, 4, 5, 6... Проклятие усиливалось поэтапно, издеваясь над молодой девушкой. Оно не останавливалось даже тогда, когда Клаудия начинала плакать.

В конце концов, когда Клаудия поддалась боли, ее сердце было разбито, она кричала и умоляла отца и сестру убить ее. Астрид и Паскаль должны были принять решение.

Чтобы избавить младшую из Драгнаутов от боли, они применили к ней обезболивающее лекарство, изготовленное из травы Таназии.

Действие лекарства сильное, но оно накладывает на тело пользователя тяжелое бремя. Говоря яснее, это обезболивающее, предназначенное для смертельно больных пациентов или тяжелораненых, которым не избежать смерти.

Это определенно не то, что следует использовать для 12 или 13-летней девочки.

Но поскольку никакие другие лекарства не могли помочь Клаудии, она, вероятно, все равно умрет от невыносимой боли, если ничего не предпринять. А больше сделать они ничего и не могут.

В итоге Клаудия едва держалась за жизнь.

Впрочем, даже лекарство из травы Таназии не могло полностью облегчить боль. Яд от лекарства оседал в теле Клаудии и делал ее слабее день ото дня.

Чтобы помочь ей, худевшей с каждым днем, отец и старшая сестра искали решения повсюду, но даже знаменитые мастера медицины и священники высокого уровня не могли ничего сделать, чтобы спасти Клаудию.

Когда все варианты были исчерпаны, Астрид упала на колени.

Именно в этот момент... В особняк герцога Драгнаута явился торговец с косыми глазами и преподнес им незнакомый фрукт.

Плод дерева Джирайя. Плод, обладающий огромными очищающими свойствами, способный даже излечить яд василиска.

Ни Астрид, ни Паскаль сразу не поверили словам торговца по имени Федор.

Наоборот, они отнеслись к нему с подозрением.

Однако отец и дочь Драгнауты были слишком зажаты в угол, чтобы прогнать его.

В качестве последней надежды они позволили Клаудии съесть плод.

Результаты были драматическими.

Из проклятия и яда, разъедавших Клаудию, по крайней мере, действие яда заметно уменьшилось.

Стоит ли говорить, что и Астрид, и ее отец были в восторге.

Основная проблема все еще оставалась, но, по крайней мере, жизнь младшей из Драгнаутов в ближайшее время не будет в опасности.

Если у них есть плоды Джирайи, они могут свести к минимуму побочные эффекты лекарства из травы Таназии.

Когда боль Клаудии окажется под контролем, они смогут снова приступить к исследованию проклятия и узнать о нем больше. И тогда им удастся освободить ее от всех оков.

...Как раз когда Астрид была настроена сделать это, помолвка Клаудии с кронпринцем была разорвана.

◆◆◆

Долг короля - следить за тем, чтобы сохранялась родословная королевской семьи. Мало того, что Клаудия в текущем состоянии не способна родить, никто даже не знает, сможет ли она вообще выздороветь в дальнейшем.

В таком состоянии король не мог принять Клаудию как женой кронпринца, и никто не может пойти против его воли.

Тем более, если есть вероятность, что проклятие, которое разъедает Клаудию, может заразить и кронпринца.

Однако на этот раз помолвка была отменена и по другим причинам.

「Империалисты уже настаивают на браке принца с принцессой Сакуей, которая заменит Клаудию」

Астрид ответила отцу таким же отвратительным голосом, каким пользовался он сам.

「Жениться на третьей принцессе Ад-Астера... Это все равно, что пригласить в страну захватчиков. Почему империалисты не понимают этого?」

「Они не знают? Или они делают это, потому что знают, что..?」

Горечь не исчезла из голоса Паскаля.

Репутация Герцога Драгнаута высока, а доверие короля к нему настолько велико, что тот даже хотел видеть дочь герцога в качестве будущей королевы.

Паскаль был честью королевства и пользовался благосклонностью короля.

Однако, поскольку естественно, что ему завидовали окружающие, часть придворных называемых империалистами, работала за кулисами, выступая против герцога Драгнаута, а Империя Ад-Астера поддерживала их.

Инцидент с помолвкой на этот раз определенно был частью их работы.

Паскаль подозревал, что проклятие его дочери также связано с империалистами, но он не нашел ничего подтверждающего это, сколько бы ни искал.

После долгого молчания Паскаль приоткрыл рот.

「... Несмотря ни на что, я должен быть готов. Вероятнее всего, я не собираюсь покидать столицу в течение некоторого времени. Мне очень жаль, но я поручаю драконьих всадников тебе. Между тем, о произошедшем в Ишке... Трудно поверить, что нашелся молодой человек, сумевший в одиночку приручить виверну」

「Это правда. Я видела все своими глазами. Жду с нетерпением твоей реакции, когда ты увидишь виверну индиго, отец」

「Честно говоря, я до сих пор не могу поверить, что прямо сейчас... Завоевание виверны индиго - единственное, чего я не смог достичь.. Как, черт возьми, он этого добился? Я хочу услышать его секреты, если все правда... Нет, я должен. Это шанс исполнить мечту, о которой я грезил последние 30 лет. Я должен услышать правду от него, даже если для этого мне придется открыть секретную бутылку 30-летнего белого」

Когда Астрид увидела, как отец отбросил бывшее на нем до сих пор тяжелое выражение и вернулся к своему привычному энтузиазму, она слабо улыбнулась.

Ее младшая сестра, королевский дворец, империя... Все эти вещи были для нее головной болью, но ее отец был главой дома, а груз на его плечах был ещё тяжелее, чем у самой Астрид.

В такой момент никто не стал бы винить герцога, если бы он хоть на мгновение забыл обо всех этих сложных вещах и подумал о том, что доставляет ему удовольствие.

Даже если это вызвало такую реакцию отца, Астрид подумала, что разговор с этим молодым человеком все равно того стоил... Астрид вспомнила выражение лица этого молодого человека, когда они встретились, пока благодарила Федора, и снова улыбнулась.

Приглашение в Королевскую Столицу

「...... Скучно」

Пробормотал я, сидя в конной повозке, которая направлялась в королевскую столицу.

Внутри кареты не так много места, поэтому мой голос, вероятно, услышали все ехавшие. Как доказательство, Лунамария, сидевшая напротив меня, озадаченно ответила.

「Мы не так уж и давно (2 часа назад) покинули Ишку, понимаете? Нам ещё предстоит долгий путь」

「Я знаю... но я так привык путешествовать на виверне, что просто не могу свыкнуться с путешествием по земле. Кроме того, эта конная повозка почему-то кажется странно неудобной...」

Сиденья этой кареты неожиданно мягкие; возможно из-за перьев внутри.

Поскольку карета постоянно трясется, мягкие сиденья явно лучше, чем жесткие. Как бы я ни старался, у меня не выходило устроиться поудобнее на этой пушистой поверхности.

Сиель, сидевшая рядом с Лунамарией, была согласна со мной, ее треугольные уши беспокойно шевелились.

「Я знаю. Мне почему-то очень неудобно. Как будто... я не могу расслабиться? А ты, Сузуме? 」

「Я... эмм... это транспортное средство, называемое конной повозкой... я не могу к нему привыкнуть」.

Девочка-киджин с беспокойством огляделась внутри кареты.

Одна из ее рук крепко вцепилась в рукав моей одежды.

По словам Лунамарии и Сиель, Сузуме была очень взволнована, пока я находился в деревне Мельте.

Хотя Сузуме относительно разговорчива со мной, она осторожничает при контакте с другими людьми. Причина, по которой она открылась мне, вероятно, во многом связана с тем, что я спас ее от короля мух и короля змей.

Именно поэтому я не взял ее с собой в деревню Мельте.

Хоть я и попросил Лунамарию позаботиться о ней пока меня не будет, но ничего не поделаешь, раз она обвиняет меня в недостаточно внимательном отношении.

Пока я размышлял об этом, Сузуме задала вопрос, все еще сохраняя тревожное выражение лица.

「......Ум, так королевская столица... она ведь больше Ишки?」

「Да, если говорить только о размере, то в целых три раза」

「...... Я не могу себе этого представить... то есть, место под названием королевский дворец... насколько он больше по сравнению с твоим домом...?

「Посмотрим... мой дом примерно как ящерица, а королевский дворец - это виверна, наверное?」

「*Вздох*... Эм, нам действительно нужно попасть туда?」

「Да, мы должны это сделать, если волнуемся о нашем будущем. В конце концов, Федор сделал все возможное, чтобы устроить для нас эту возможность」

Вот именно. На этот раз мы едем в королевскую столицу из-за схемы работорговца Федора.

Схема - это звучит как-то не очень, но я могу назвать это так только потому, что он практически принял решение за меня, не спросив сначала моего согласия.

Ну, поскольку нас пригласили для награждения за достижения, они будут только благодарить нас и никак не жаловаться.

Короче говоря, это было приглашение для награждения людей, которые победили василиска и остановили распространение порчи. Вот почему на другой конной повозке сидели оставшиеся 4 выживших из клана 『Коса Мрачного Жреца』.

Я уже говорил об этом раньше, но наибольший вклад в поражение василиска якобы внес Перри, лидер『Косы Мрачного Жреца』.

Это личное соглашение, которое я заключил с Федором, чтобы защитить Сузуме, поэтому моя роль в церемонии награждения на этот раз - просто быть одним из присутствующих.

Впрочем, из-за участия в устранении проблемы с порчей, я был не совершенно второстепенным.

А еще у меня есть Клау Сорас. По словам Федора, он почти уверен, что король или кто-то из высшей знати попытается заставить меня работать на них.

Для меня это просто хлопотно, потому что я не хочу работать под чьим либо началом... но после всего сказанного, я не могу просто ответить: «Не пойду».

Далее он говорил не о кой иной, как о Сузуме.

Сейчас никто в Ишке не пытается причинить ей вред.

Это результат того, что 『Союз』 сделал достижения Сузумэ широко известными. Люди думают, что девочка-киджин принимала участие в борьбе с василиском и именно она предоставила материалы для изготовления специального лекарства от яда.

К такой ситуации я и стремился, но Федор сказал, что если мы хотим быть уверены в безопасности Сузуме, то должны получить прямое одобрение короля.

По его логике, если король официально признает Сузуме, дворяне не будут ее преследовать.

...Честно говоря, впервые услышав это, я не был уверен, что подобное возможно.

Однако Федор сказал мне, что он уже заручился помощью величайшего дворянина королевства, Герцога Драгнаута.

Федор чрезвычайно искусен.

Очевидно, это результат того, что он принес плоды дерева джирайя в резиденцию Герцога и улучшил состояние здоровья дочери герцога, страдающей от болезни.

Теперь, задумавшись об этом, я чувствую, что слышал о подобном слухе, когда был авантюристом. Там было что-то вроде проклятой болезни дочери герцога, которую нельзя было снять ни чудесами класса Епископа, ни использованием абсолютных целебных эликсиров, но это не имело никакого отношения к авантюристу 10-го ранга вроде меня, я сразу же забыл об этом.

В любом случае, благодаря удивительной способности Федора предпринимать действия, на этот раз он добился приглашения в королевскую столицу.

Я благодарен ему, но мне не по себе от чувства постоянно растущего долга перед этим косоглазым работорговцем.

...Ну, он также углубляет свои связи с королевской семьей и другими дворянами, используя в качестве приманки противоядия, сделанные из плодов дерева джирайя, так что, наверное, мне не стоит чувствовать себя односторонне обязанным ему, да.

По-моему, именно так я вижу поездку в королевскую столицу на этот раз.

Но если посмотреть на Сузуме, которая только что вышла в мир людей, с другой стороны, она, вероятно чувствует себя как маленькая лодка посреди шторма, которую возили туда-сюда в удобное для других время.

Невозможно, чтобы она не волновалась.

Чтобы облегчить ее сердце, я стараюсь улыбаться как можно чаще.

「Не волнуйся, я останусь рядом с тобой все время пока мы будем в столице」

После моих слов она кивнула головой.

Молодая девушка с двумя рогами все еще выглядела обеспокоенной, но она опустила голову уже с немного более облегченным выражением лица.

「Благодарю」

「Положись на меня. Если что, мы вчетвером сможем убежать на спине Клау Сораса. Так что просто успокойся, успокойся~」

Клау Сорас сейчас должен неторопливо парить над каретой.

Кстати, причина, по которой мы не едем в столицу вчетвером на спине Клау Сораса, в том, что ему вредно перевозить на себе четверых человек, если это не срочно.

Мы можем, если захотим, но обычно виверна рассчитана на одного человека.

Кроме того, поездка будет некомфортной, поэтому для остальных троих она, скорее всего, будет невыносимой.

И самое главное, я не мог просто так оставить чиновника королевского дворца, который приехал, чтобы отвезти нас.

Да, когда я снова думаю об этом, сейчас не время говорить о плохой обстановке или вести себя как ребенок.

Лучше использовать это время как хороший шанс для укрепления моей дружбы с Сузуме.

「Ах да, что-нибудь случилось, пока меня не было?」

Когда я попытался завязать разговор, Лунамария и Сиель посмотрели друг на друга.

Очевидно, что-то произошло. Судя по их выражениям, ничего серьезного, но они обе, как ни странно, с трудом могли что-то сказать.

Когда я увидел пустой взгляд на лице Сузуме, мне показалось, что киджин тут ни при чем.

Позже вечером я понял мотив их поведения.

Две палатки были установлены снаружи конной повозки. Когда Сузуме уснула, Лунамария пришла в мужскую палатку и рассказала мне о причине.

Речь шла о неожиданных эффектах моей экипировки души.

◆◆◆

Проще говоря, женщины, которые спят со мной, становятся сильнее.

「... Серьезно?」

「Думаю, да, ведь я и Сиель обе стали сильнее」

По словам Лунамарии, она заметила это примерно тогда, когда я согласился пойти на охоту за киджином для Федора.

Похоже, она и сама поняла, что ее способности возросли. И не только она, способности Сиель тоже выросли. Лунамария заметила значительный рост у Сиель, когда обучала ее.

Потом, пока меня не было в Ишке, их мана и выносливость снова упали до прежнего уровня, в чем они и убедились.

... Понятно. Это не то, о чем они должны говорить в присутствии Сузуме.

Я тоже с ней согласен.

Кроме того, я узнал причину, по которой она молчала до сегодняшнего дня.

Это явно связано с моей тайной.

Раньше Лунамария говорила, что чувствует во мне «дракона». Она заметила мою аниму, потому что она эльф и пользователь духов.

Но после этого Лунамария больше не спрашивала о драконе. Возможно, она подумала, что я хочу сохранить силу дракона в тайне.

На самом деле, я прятал дракона - мою экипировку души.

Я использую свое синсу рейки только тогда, когда рядом никого нет. Возьмем, к примеру, дуэль между мной и Ларсом, я не использовал его, потому что там присутствовали другие люди.

Меня не волнует, что люди не знают, насколько я силен. Все равно никто не подумает, что я слаб, после того как я уничтожил сциллу и грифона.

Однако, то, насколько я сильный, как я стал таким, и как бороться со мной, - я не позволял людям узнать об этом и был очень осторожен.

Стиль призрачного клинка. Экипировка души. Кей. Это не секреты.

У авантюристов нет границ. Должны быть люди из империи, которые контактировали со стилем призрачного клинка.

Увидев мою экипировку души и искусство кей, могут найтись те, кто ассоциирует меня с островом демонов.

Если это произойдет, то они придумают план борьбы против меня. Например, поскольку кей - это боевое искусство, которое происходит из маны в моем теле, если у них есть предметы, запечатывающие ману, или барьер, это поставит меня в невыгодное положение.

Чтобы свести к минимуму такие опасности и недостатки, я скрыл всю информацию о своей экипировке души. Лунамария, вероятно, тоже так думала, поэтому не хотела говорить о том, что касается моих секретов.

Конечно, в этот раз она заговорила об этом, потому что у нее была на то причина.

「С древних времен способ привлечения талантливых людей всегда заключался в деньгах и женщинах」

「Так ты говоришь, что если я буду неосторожно спать с женщинами, которых мне предлагают, то мои секреты могут просочиться, да?」

「Да. Если это я или Сиэль, мы никому не скажем. И даже если бы мы попытались, хозяин мог бы заткнуть нас ошейником」

Сказав это, Лунамария прикоснулась к ошейнику на своей стройной шее.

В ошейник, подготовленный "Союзом", были вшиты заклинания "Локация", "Паралич" и "Удушение".

Само собой разумеется, это заклинания против побега, а так-же для возмездия и наказания соответственно.

Кстати, этот ошейник - особая технология профсоюза, поэтому его невозможно скопировать или повторить.

Скорее, если кто-то попытается это сделать, профсоюз действительно начнет охотиться за их жизнями. Да, даже если они будут противостоять нации. Для них рабский ошейник - просто очень важный предмет.

Возвращаясь к теме, я понимаю, что пытается сказать Лунамария. Говоря о моих рабах, даже если они знают секрет, я могу распоряжаться ими по своему усмотрению. С благородной женщиной я так поступить не смогу.

Она советует не поддаваться искушению так легко.

Буду иметь ввиду. Не знаю, будут ли ко мне подходить женщины, но даже если и будут, я не намерен спать с дочерьми дворян, которые накладывают на лицо косметику.

На самом деле, в прошлом я присутствовал на многих банкетах как наследник семьи Мицуруги.

В тех случаях, когда приглашающие нас люди имели низкое социальное положение, мне даже приказывали присутствовать от имени своей семьи.

И я не помню, чтобы девушки из высшего общества когда-либо производили на меня приятное впечатление. Естественно, я не ожидаю ничего от приглашения и на этот раз.

Хотя это было в империи, а это королевство, вероятно, нет большой разницы в том, как ведут себя королевские особы и дворяне.

По правде говоря, я бы предпочел побыстрее закончить это поручение и снова отправиться в деревню Мельте.

Или же я бы предпочел попробовать отправиться на поиски приключений вместе с Сиель и Лунамарией. Благодаря экипировке души я действовал самостоятельно, но после услышанного от Лунамарии, думаю, мне больше не стоит об этом беспокоиться.

Размышляя об этом, я крепко обнял Лунамарию, стоявшую передо мной.

Встреча и Воссоединение

「Вау......!」

*После прибытия в Хорус, королевскую столицу, и проезда через ворота.*

Сузуме издавала восхищенные возгласы, робко выглядывая из окна кареты.

Она все еще выглядела напряженной, но, очевидно, не могла сдержать изумления, испытываемого при виде столичных пейзажей.

Для этой молодой девушки, которая жила одна в лесу, процветающая королевская столица, несомненно напоминала сказочную страну.

Если бы я стал перечислять все то, что делает Хорус особенным, этому не было бы конца.

Я имею в виду, что одни только их дороги полностью отличаются от других городов. Из всего Королевства Канария улицы с раздельными дорогами для машин и пешеходов существовали, наверное, только здесь. Насколько я знаю, даже в имперской столице Империи Ад-Астера нет таких упорядоченных дорог.

У них не одна, а две дороги для транспорта. Конные повозки строго следуют по левой полосе. Таким образом, на дороге не будет никаких заторов, даже если сотни карет будут ездить туда-сюда одновременно.

Поскольку пешеходные дорожки также достаточно широкие, плечи людей не сталкиваются друг с другом, даже если вокруг много прохожих. Придорожные деревья и душистая трава были посажены между автомобильной дорогой и пешеходным тротуаром, радуя пешеходов прекрасным видом и приятным ароматом.

Таких улиц десять, пересекающихся во всех направлениях, что придает городу под названием Хорус пейзаж решетчатого города.

Столица Королевства Канария не расширялась по мере роста населения. Город расширялся в соответствии со сложным градостроительным планом. Это было сделано на основе точных расчетов.

Король первого поколения, который создал эту столицу, наверняка был очень умным и способным человеком.

Судя по тому, что я вижу в этом городе, думаю, что столица Королевства Канария превосходит столицу Империи Ад-Астера.

Внезапно я услышал звуки инструментов, доносящиеся снаружи кареты.

Присмотревшись, я увидел старика в изношенной одежде, который играл на струнном, лютне подобном инструменте среди тротуара.

Странствующий бард...? Нет, его одежда выглядела слишком бедной для барда.

Пока я смотрел на него, он начал играть в ритм и запел высоким голосом.

「Сора, чем занимается этот человек?」

「Ммм, если он бард, он, вероятно, хочет, чтобы люди смотрели на него больше... я думаю, что он может быть бива-хоуши」.

「Би-што...?」

「Ах, так мы называем их в стране, откуда я родом. Они как священники, которые путешествуют со своим инструментом, чтобы распространять учение бога. Хотя, в зависимости от ситуации, он может быть просто беженцем...」

Хоуши - жрецы, которые странствуют по миру и играют на инструменте что-бы проповедовать учение своего бога.

Обычно они являются последователями бога красоты (покровителя искусства) или бога удачи (покровителя торговцев и путешественников), но поскольку практика путешествий по миру в минималистском стиле с целью проповеди учения богов используется храмами повсеместно, вероятно, есть хоуши, которые также веруют в бога закона или бога любви.

Такие жрецы очень сведущи, и многие из них могут использовать магию. Помимо проповедей о своем боге, они иногда вдохновляют людей, рассказывая им истории о своих прошлых путешествиях, как странствующие барды. По этой причине хоуши приветствуются практически в каждом городе или деревне.

Опять же, ситуация может быть иной в большом городе, где собирается много людей, но, по крайней мере, там нет мест, где активно преследуют таких жрецов. Если хоуши пострадают - будут высланы силы их главного храма.

...Есть также некоторые беженцы, которые выдают себя за этих жрецов, чтобы попасть в некоторые города. Именно это я имел в виду, когда говорил, что он может быть просто беженцем.

Пока я говорил об этом, наша повозка продолжала двигаться вперед, и фигура священника исчезла из поля зрения.

После этого мы продолжали видеть похожих людей то тут, то там.

Многие из них были одеты в потрепанную одежду, как бомжи. Вероятно, они приехали из сельской местности в столицу в поисках работы. Если они одеваются как хоуши, им не приходится платить пошлину за въезд в столицу.

Конечно, они смогут попасть только в столицу. Там им не удастся найти жилье или добыть еду... но если это такой большой город, как Хорус, они, вероятно, смогут что-то заработать просто играя на своем инструменте и напевая что-нибудь.

Это уникальная сцена для королевской столицы, которая переполнена людьми и ресурсами.

◆◆◆

После этого нас провели к великолепному зданию, расположенному в центре столицы.

Месторасположение хорошее, и вид из окон прекрасный. Это явно особняк знати. Более того, я уверен, что он принадлежит высшему дворянскому сословию, статусом выше графа. Я не удивлюсь, если это дом королевских особ.

Очевидно, гонец прибыл заранее, поэтому снаружи особняка уже стояли люди, ожидавшие нашего прибытия.

Рыцари и солдаты, дворецкие и горничные; несмотря на разные обязанности, все они были настроены одинаково серьезно, принимая нас, как будто встречали короля.

Затем перед главными воротами встал джентльмен с серебряными волосами, которого я посчитал их хозяином.

У него явно была внешность и поведение не обычного человека. Он выглядел так, будто мог одним взглядом заставить покориться даже дикого тигра.

Я думаю, что ему уже за 50, но он совсем не ощущается старым.

Этот человек... он, наверное, сильнее Элгарта, гильдмастера в Ишки.

Кто же он?

...Ну, у меня вроде как уже есть идея о том, кем он может быть...

Как только мы сошли с повозки, сразу стало ясно, верно ли мое предсказание.

「Я вассал Короля Толлвальда, Паскаль Джем Драгнаут. Герои, спасшие Ишку, добро пожаловать в королевскую столицу Хорус. Дом Герцога Драгнаута искренне приветствует вас」

Как только Герцог Паскаль Драгнаут закончил свое объявление, все, кто стоял за ним отсалютовали.

Рыцари и солдаты справа от Герцога приложили правую руку к груди.

Дворецкие и служанки слева от Герцога отвесили глубокий поклон.

Их идеально скоординированные действия были похожи на действия обученной армии. Сузуме и Сиель удивились.

Что касается меня, то я не был удивлен, но внутри немного испугался.

Да... Только не говорите мне... мы будем жить в особняке герцога на время пребывания в королевской столице?

В особняке могущественного 『Грома』Королевства Канария?

Я заплачу из своего кармана, хорошо? Интересно, разрешат ли нам вместо этого жить в трактире среди города? Думаю, остальные трое поднимут руки и согласятся со мной.

Это было мое искреннее желание, но если подумать здраво, то я никак не могу сказать герцогу, который нас принимает, "Нет, спасибо".

Это было бы за гранью грубости.

С этим ничего не поделаешь. Будем надеяться, что люди в доме Герцога Драгнаута не из тех, кто будет суетиться по поводу этикета.

Сейчас уже слишком поздно, но я должен был научить Сузуме и Сиель самым основам этикета, пока мы сюда добирались. То, что я знаю, это лишь то, что делают в империи, но это, наверное, лучше, чем не знать вообще ничего.

...Нет, до этого...

Лунамария должна быть хорошо образована в этом вопросе, ведь она выпускница академии мудрецов. Я должен попросить ее научить нас, как вести себя в королевстве.

Ну, в любом случае, сейчас уже слишком поздно.

Пока я размышлял об этом, ворота открылись, и мы, пройдя через длинный сад, последовали за Герцогом в его особняк.

Там нас ждала его семья.

Среди них была и девушка, которую я встретил в конюшне Клау Сораса. Увидев ее, мои глаза инстинктивно широко раскрылись.

Похоже, она приметила меня еще на той стороне... или, скорее, знала, что я иду. Она мягко улыбнулась мне, не обращая внимания на окружающих.

Спустя мгновение я узнал, что эта девушка - старшая дочь Герцога Драгнаута, Астрид Драгнаут.

Кроме Астрид мое внимание привлекла еще одна особа.

Это была худенькая девушка, которая стояла, поддерживая Астрид.

Она ласково улыбалась нам с явно измученным выражением лица.

Вероятно, это дочь Герцога, страдающая от болезни, о которой мне рассказывал Федор, Клавдия Драгунаут.

Я не мог оторвать от нее глаз. Но не в хорошем смысле.

По яркости души Астрид, когда Клаудия стояла рядом с ней, я понял, что в душе у младшей было что-то ненормальное.

Душа Клаудии была слишком тонкой и слишком маленькой.

Она была настолько тонкой и маленькой, что я даже не смог бы ее съесть. Ее душа точно исчезнет после одного глотка.

Возможно, она не умрет в ближайшее время...

...Но было бы совсем не странно, если бы она умерла через месяц.

Состояние Клаудии определенно было на этой стадии... или, по крайней мере, мне так показалось.

Принцесса Сорванец

Король Толлвалд, кронпринц Азар и Маркиз Колкиа.

На церемонии награждения я запомнил имена и лица только этих трех людей.

Если говорить о его величестве, то замечательно, что он провел церемонию так просто. По сравнению с длинными, скучными, роскошными, грандиозными церемониями Империи Ад-Астера, он сделал её в два раза менее утомительной.

Что касается Принца Азара, первое, что он сказал мне, было впечатляющим. Едва увидев меня, он сразу же подошел ко мне и сказал: «Предложи мне свою виверну индиго». 13-летний принц, похоже, хочет сделать Клау Сораса своим будущим драконом.

Виверна индиго - один из самых сильных видов среди виверн. Кроме того, будучи дикой виверной, Клау Сорас обладает силой на другом уровне по сравнению с ручными вивернами.

Если вы спросите, какую власть Клау Сорас имеет над ними... Когда я привел его в конюшню драконьих всадников, все их виверны притихли и положили шеи на землю, словно подчиняясь ему.

Вполне естественно, что принц сразу же влюбился в него.

Не стоит и говорить, что у меня нет ни единого шанса отдать Клау Сорас ему.

Просто... принц казался намертво убежденным, что я собираюсь это сделать.

Судя по его поведению, я не чувствовал каких-то злых мотивов внутри него. Я чувствовал, что он хочет Клау Сораса, потому что тот ему действительно нравился.

Но то, как он ни на секунду не задумался о возможности отказа на его желание, было ничем иным, как высокомерием.

У него были амбиции молодого человека и высокомерие члена королевской семьи. Он был принцем, который чувствовал себя принцем.

Кстати, поскольку этот принц неловко поспешил уйти, увидев Герцога Драгнаута и Астрид, я упустил свой шанс сказать ему нет.

Пока я размышлял о случившемся, герцог с горечью объяснил мне ситуацию.

Из того, что он мне рассказал, следовало, что кронпринц на днях разорвал помолвку с младшей дочерью Герцога, Клаудией Драгнаут.

Хотя об отмене их помолвки Герцогу было передано из уст короля, кронпринц ничего не сказал Паскалю. И даже по отношению к Клаудии он, разумеется, не только не навестил ее, но и не послал ей ни одного письма.

Да, если все так и было, ему будет трудно смотреть в глаза Герцогу и Астрид.

Последним был Маркиз Колкиа. В Королевстве Канария его семья - вторая по могуществу среди дворян, естественно после семьи Герцога Драгнаута.

Он настаивает на дружеских отношениях с Империей Ад-Астера и, кажется, выступает против Герцога Драгнаута при каждом удобном случае, поскольку Паскаль подталкивает королевство к самостоятельности.

「Сора, вы ведь из империи? Поскольку в ближайшее время состоится банкет, я хотел бы узнать о вашем родном городе и других вещах」

Телосложение Маркиза Колкиа напоминало цифру «1», когда он говорил со мной улыбаясь. Тонкий, как игла, высокий, как дерево, от него я не чувствовал давления воина, как от Герцога Драгнаута.

Но, с другой стороны, его глаза были острыми. Блеск в его темно-серых очах сверкал остро, как недавно наточенный нож. Вероятно, он из тех людей, которые обладают талантом правящего чиновника.

О том, что помолвка принца и Клаудии была отменена, я также узнал от Маркиза Колкиа. Думаю, он сказал мне это, чтобы намекнуть на упадок могущества дома Герцога Драгнаута.

... Хоть я и не интересуюсь политическими спорами внутри королевского дворца, количество ненужных знаний, которыми я обладаю, быстро увеличивалось.

Я также разговаривал с некоторыми другими графами и капитанами корпуса драконьих всадников, но мне было трудно даже вспомнить их.

◆◆◆

「...И поэтому я хочу вернуться домой как можно скорее」.

「Даже если вы мне это говорите... Ах, но я согласна, королевский дворец - удушающее место!」

Та, кто решительно кивнула мне, хотя и была озадачена, являлась не кто иной, как дочерью Герцога Драгнаута, Клаудия Драгнаут.

Мы находимся в конюшне расположенной рядом с особняком Герцога Драгнаута и специально построенной для виверн.

После окончания церемонии награждения я попросил Герцога разрешить мне перевести Клау Сораса сюда. Если бы я оставил его во дворце, кто знает, что бы сделал этот принц.

А когда я спросил, почему больная Клаудия находится в этой конюшне...

「Я на прогулке, потому что в последнее время чувствую себя лучше. Если я не буду двигаться, пока могу, мое тело ослабнет」

... Это произошло из-за чего-то подобного.

Длинные светлые волосы и светло-фиолетовые глаза. Слишком худые конечности и чрезмерно бледная кожа. Она выглядит как больная принцесса, но ее личность очень живая.

То, как она говорит, больше напоминало мальчика, чем на девочку.

Клаудия смотрела на Клау Сораса блестящими глазами.

「Но все равно, он очень красивый, вы не находите? Эта голубая чешуя... Теперь я понимаю, почему моему отцу так нравятся виверны индиго... Ничего, если я его немного потрогаю?」

「Это не мне решать, вы сами должны спросить у этого парня」

「Ах, вы правы! Клау Сорас, извини, но не позволишь ли ты мне немного потрогать твое тело?」

「*Пугии*!」

「Пожалуйста! А, меня зовут Клаудия. Близкие называют меня Клау」

「*Пуи*?」

「Тебя зовут Клау, и меня тоже зовут Клау. Нас уже можно назвать друзьями! 」

「...*Пугиу*?」

Клау Сорас выглядел так, словно он чем-то обеспокоен, но для виверн, которые высоко ценят свои имена, ее заявление о том, что у них «одинаковые имена», похоже, возымело действие.

Он ударил хвостом по земле, как будто говоря: «Ну и ладно, ничего не поделаешь».

「Спасибо!」

Поблагодарив его, Клаудия протянула руку, чтобы коснуться его чешуи.

Расстояние, на преодоление которого у Сиель ушло много дней, этой девушкой было сведено к нулю за такое короткое время.

...Есть ли что-то в крови драконьих наездников, что позволяет им общаться с вивернами естественным образом?

Кстати говоря, ее старшая сестра Астрид тоже трогала Клау Сораса в конюшне Ишки.

Виверны, на которых ездят драконьи наездники, в основном принадлежат королевству, но, как видно из конюшни в их доме, у семьи Драгнаут есть две собственные виверны.

Возможно, Клау Сорас тоже что-то чувствует к этим двум сестрам, раз они выросли в таком доме.

「Кстати, Сора」

「Что?」

「Аза... то есть его высочество... он что-то говорил об этом драконе?」

「Первое, что он сказал мне, когда открыл рот - предложить ему Клау Сораса」

「Я так и знала... Не думаю, что у его высочества были какие-то плохие намерения. Иногда он не следит за своими словами, его легко провести и он слаб к лести. Но в остальном он хороший человек. Поскольку он всегда любил драконов, то постоянно говорит, что станет драконьим всадником, поэтому я думаю, что он просто не смог сдержаться, увидев виверну индиго」

Сказав это, Клаудия заметила, что я ничего ей не ответил, и продолжила торопливо говорить.

「Я не думаю, что он будет злоупотреблять своей властью, чтобы заставить вас предложить виверну ему, так что не волнуйтесь」

「Ох? Это так?」

Действительно, он не ощущался как человек с волевым характером типа «Я могу делать все, что захочу!», судя по тому, как он избегал Герцога Драгнаута из-за разорванной помолвки.

Если бы он был таким дерзким типом, то, вероятно, поприветствовал бы Герцога, не заботясь помолвке.

「Да, именно так! Если Маркиз Колкиа уговорит его сделать что-то плохое, я его остановлю! Хоть я и выгляжу так, мое мастерство фехтования лучше, чем у его высочества, понимаешь? И с драконами я справляюсь лучше него!」

Похоже, в прошлом Клаудия была принцессой-сорванцом.

Пока я размышляла об этом, дочь Герцога продолжила немного грустным тоном,

「Поэтому... я не очень понравилась его высочеству. Он предпочитает нежных девушек. Хотя я отрастила волосы, следила за речью и прилагала всевозможные усилия, я так и не смогла изменить себя внутри...」

Сказав это, Клаудия внезапно осознала происходящее.

Она в панике посмотрела налево и направо. Ее темные, золотистого цвета волосы колыхались влево и вправо, как хвост, в ответ на ее движения.

「Ах, простите, я начала говорить о вещах, которые не имеют к вам никакого отношения」

「Нет, нет, я почувствовал облегчение после того, как вы рассказали мне о личности принца Азара. Честно говоря, я просто беспокоился о том, что мне делать, если королевская семья попытается принудить меня предложить им Клау Сораса. Я буду полагаться на вас, чтобы остановить жадного кронпринца, если это случится, Леди Клаудия」

「Ах... Д-да, пожалуйста, предоставьте это мне!」

После секундного смущения выражение лица Клаудии просветлело.

Когда я вижу ее такой, на моем лице тоже появляется улыбка.

Ее старшая сестра Астрид тоже была такой, но, несмотря на то, что Клаудия - дочь герцога, она не ведет себя высокомерно.

Я думаю, что возможно она чувствует себя в долгу из-за фруктов Джирайи, но ее поведение, которое я видел до сих пор, скорее всего её истинная натура.

Их социальный статус выше моего, их власть выше моей, но они все равно обращаются со мной вежливо, как с равным. Я не особо отношусь к подобным им людям.

В конце концов, большинство людей, которых я встречал до сих пор, не имели по отношению ко мне никаких добрых намерений.

Вот почему я не могу не желать дружеского отношения к таким, как эти двое.

...Если возможно, я хотел бы сделать что-нибудь с проклятием, которое разъедало эту молодую девушку, стоявшую передо мной.

Ее ненормальность отражалась в моих глазах. Ее душа стала чрезвычайно тонкой.

Состояние Мирославы было точно таким же после того, как я съел ее душу.

Поэтому сначала я заподозрил, что рядом с Клаудией может быть кто-то, обладающий способностью подобной моей.

Но, насколько я мог судить, в доме Герцога никого подобного не было. Во-первых, поскольку она находится под постоянной защитой своей семьи и их вассалов, никто не мог съесть ее душу.

Душа Клаудии не должна была быть никем съедена.

Тогда почему она так сильно уменьшилась?

Это потому, что контейнер ее души вышел из строя.

Наверное, будет легче понять, если вы представите себе чашу с дыркой на дне.

Душа человека восстанавливается, даже если по какой-то причине он теряет ее часть. В этом я убедился вместе с Мирославой. Сколько бы раз я ее ни ел, через некоторое время она восстанавливалась.

Поэтому душа Клаудии тоже должна восстанавливаться каждый день.

Однако, если количество вытекающей души больше, чем количество восстанавливающейся, это означает, что емкость ее контейнера уменьшается.

Вероятно, именно это и есть то проклятие, которое пожирает ее. Все остальное - лишь последствия иссушения ее души. Это также объясняет, почему даже если чудеса и эликсиры полного исцеления оказывали на нее кратковременный эффект, симптомы вскоре появлялись вновь.

Такими темпами ее душа скоро иссякнет. Дыра на дне ее контейнера должна быть заполнена, чтобы она могла исцелиться... но я не могу этого сделать.

Я не знаю, как это сделать.

Я могу только пожирать. Я не могу вылечить кого-то.

В этой ситуации мне следовало бы спросить совета у других, но все эти разговоры о душах - всего лишь моя теория. Я просто выражаю словами то, что чувствую.

Как мне объяснить что-то подобное другим людям? Я не могу сказать им, что экспериментировал с поеданием душ людей.

Кроме того, есть инцидент, о котором я слышал от Лунамарии, когда мы направлялись сюда. Даже с мифическим видом в качестве моей «Анимы», я должен держать все в секрете, если это касается моей крови и плоти.

Иначе я точно окажусь в роли подопытного кролика.

Но, несмотря на это, я не хочу игнорировать аномальное состояние Клаудии по этой причине.

Аххх, блиннн, что делать?!

Может, смешать мою кровь и мой «экстракт» в крепком зелье и дать ей выпить? Это может оказаться удивительно эффективным.

Лунамария и Сиель сказали, что после ночи со мной возможности их тел резко возросли.

Поскольку они обе не подняли уровень после этого, думаю, что это повлияло на их души, но зелье, вероятно, может заменить полноценные эликсиры исцеления.

Впрочем, проблему так не решить.

Важно то, как остановить утечку ее души.

...Если я не смогу придумать решение, мне не останется ничего другого, как влить в нее часть своей души.

Конечно, я никогда не делал этого раньше. Мне даже в голову не приходило попробовать.

Именно поэтому я не знаю, смогу ли это сделать, и даже если бы я смог, не представляю, что с ней произойдет.

Если я дам ей большое количество души, контейнер может разбиться.

Кроме того, наши губы должны соприкасаться, чтобы я мог влить в нее свою душу, это не то, что я могу просто попробовать. Если я предложу что-то подобное, Герцог Драгнаут точно убьет меня.

О да. Есть идея... Я могу попробовать это на Луне... нет, лучше попробовать на Мирославе, когда вернусь в Ишку.

Если это сработает на Мирославе, я смогу вернуться в столицу и убедить Герцога... а если я не уверен, что смогу это сделать, я могу просто прокрасться ночью и устроить засаду на его дочь, пока та будет спать. Если я выберу именно этот путь, то мне нужно поскорее, пока еще есть возможность, определить маршрут вторжения, который я собираюсь использовать.

...А, то, что я пытаюсь сделать, это пробраться в постель девушки.

Размышляя о таких вещах, я вернулся в особняк вместе с Клаудией. Там нас встречала целая армия служанок с обеспокоенными лицами.

Причина, по которой Клаудия не взяла с собой никаких слуг, видимо, заключалась в том, что она не хотела расстраивать Клау Сорас. Да, она все-таки хорошая девушка.

Я должен вернуться в Ишку как можно скорее. Учитывая, как Клаудия выглядит сейчас, я решил, что у нее будет по крайней мере немного времени.

...Позже в тот же день я узнал, что это был всего лишь мой беспочвенный оптимизм.

***

Тут англ переводчик что-то написал. Вроде уточнение. Я просто решил перевести.

Король Толлвальдо > Толлвальд.

Также просто чтобы прояснить/освежить некоторые термины на данный момент

Анима: второе существо (душа), обитающее глубоко в душе человека. Люди, принадлежащие к семье Мицуруги или к той же школе (например, пользователи фантомного клинка), могут установить с ним связь. Обретение своей «Анимы» дает им тонны «жизненной силы», которую можно использовать как ману, и усиливает их искусства кей и т.д.

Экипировка души- Анима, проявленная в форме оружия.

Некоторые примеры мифических видов Анимы- драконы, великаны, демоны и т.д.

Кей - еще один термин, обозначающий жизненную силу. Искусства Кей - это навыки, использующие жизненную силу в качестве энергии вместо маны.

***

BlackJackIQ: Хотел бы уточнить, как вам будет удобнее читать название виверны: индиговая виверна или виверна индиго (ещё есть виверна цвета индиго, но звучит криво и слишком длинно). Наиболее правильным является индиговая виверна ибо её окрас - цвета индиго, но мне не нравится звучание поэтому пишу виверна индиго.

Ваше мнение прошу написать в комментариях!

Аномалия

「Эта оленина из оленя, которого я поймал. Она свежая и вкусная, поэтому я обязательно хочу, чтобы вы ее попробовали」

За обеденным столом.

Перед соленой олениной, которая была основным блюдом, Герцог Драгнаут говорил, находясь в хорошем настроении.

Как он и сказал, от парной оленины доносился безумно пикантный аромат, и я был уверен, что это будет очень вкусно, даже если я еще не пробовал.

Сиель, Сузуме и даже молодые члены 『Косы Мрачного Жреца』, приглашенные на этот ужин, с блеском в глазах смотрели на еду.

Помимо оленины, на столе было много разной пищи.

Тушеная баранина из овец, выращенных на территории Герцога, тушеные в спирте мидии из мидий, привезенных из северного моря, горшок с вареными сезонными овощами и форелью, пойманной из озера Тоя, красные дыни с ореховым соусом и так далее.

Хлеб был белым, словно драгоценные камни, вероятно, потому, что его делали только из высококачественной пшеницы.

Даже обычный на вид суп имел потрясающий аромат овощей. Не думаю, что он мне когда-нибудь надоест, сколько бы чашек я ни выпил.

На банкете после церемонии награждения в королевском дворце тоже подавали великолепную еду, но поскольку их блюда были слишком вычурными, они не пришлись мне по вкусу.

В этом отношении, хотя еда в резиденции Герцога роскошна, я могу сказать, что они учитывали то, что любят есть простолюдины.

Возможно, изначально они хотели подать закуски, супы, рыбу и мясо, а затем десерты в таком порядке, но, вероятно, они не стали этого делать, потому что не хотели заставлять нас нервничать.

Ешьте все, что вам по вкусу - этот вид их заботы очень ценится. Кстати говоря, я чувствую внимательное отношение Герцога по тому, как он расставил вегетарианские блюда перед Лунамарией.

Не зря же он был главой высокопоставленных вассалов Королевства Канария.

Таким образом, трапеза началась с предвкушения и восхищения в моем сознании.

Как и все остальные, я с удовольствием буду наслаждаться этими превосходными блюдами.

Ооо, это рагу и хлеб действительно хорошо сочетаются. А эта дыня с ореховым соусом слишком хороша. Когда я взглянул на Сузуме, сидевшую рядом со мной, она, похоже, тоже разделяла мое мнение, судя по тому, как она кивала головой, проглатывая еду.

После того как тарелки были опустошены, Сузуме посмотрела на них с выражением грусти на лице. И хоть нам сказали, чтобы мы не стеснялись и просили добавки, Сузуме, наверняка, будет трудно даже рот открыть, чтобы попросить горничных, ведь она такая же.

Понимая ее чувства, я поднял руку, чтобы попросить еще еды для нее. Но в этот момент.

В столовой раздался пронзительный звук бьющейся посуды.

Когда я посмотрел в ту сторону,с которой доносился звук, я увидел, что Клаудия рухнула на пол и держалась за грудь от боли.

Осколки белой тарелки и мидий, которые были на ней, разлетелись повсюду рядом с девочкой.

「Клау?!」

Астрид, сидевшая рядом с Клаудией, поспешила к сестре. И не только она, их отец и служанки, стоявшие наготове, сделали то же самое.

「......П-простите...Мои руки...соскользнули...Ааа?! 」

Со страдальческим голосом стройное тело Клаудии сильно забилось в конвульсиях.

И не один раз. Два раза, три раза, четыре раза... Клаудия изо всех сил прикрывала рот, но ее резкие стоны не переставали вырываться из щелей между пальцами.

Когда Астрид увидела это, она с бледным выражением лица подняла младшую сестру на руки. Скорее всего, та решила отнести Клаудию обратно в ее комнату.

Но как раз перед тем, как ладонь старшей сестры Клаудии собиралась коснуться ее руки.

「......Ууу......Уууууууууууаа!!!」

Тело Клаудии изогнулось в форме く, в то время как она испустила эти звуки, звучавшие словно те с силой вырывались из ее губ.

Наверное, таким образом она отчаянно пыталась вытерпеть боль, которая атаковала ее тело.

...Однако, ее сопротивление было тщетным, ибо ее голос агонии вскоре превратился в оглушительный крик.

「......Уахххх, ААААААА! Больно, больно, больно, больно, больноооооооооо!!!」

「Клау, Клаудия! Пожалуйста, держись! 」

「ААааааа......Ааааа АААА AАААА AААаа!!!」

Она кричала так, будто ее горло было разорвано.

Она действительно та принцесса сорванец, с которой я разговаривал в конюшне?

Какую боль должен испытывать человек, чтобы так кричать?

Астрид дала короткое указание одной из служанок. Та, получив приказ, выбежала из столовой.

「Отец, это место...」

「Да」

Астрид говорила со своим отцом с тяжелым выражением лица после взгляда на нас и членов 『Косы Мрачного Жнеца』.

Герцог тоже понял, что хотела сказать ему старшая дочь, и кивнул в ответ с суровым видом.

「Дорогие гости, простите, что напугали вас. Это что-то вроде приступа, с которым столкнулась Клау. В последнее время ей было лучше, и даже вернулся аппетит, но... похоже, сегодня она немного перевозбудилась」

Затем Герцог Драгнаут велел нам вернуться в свои комнаты. Он сказал, что позже туда принесут еду.

Конечно, мы не отказались. Мы ни за что не захотели бы продолжать есть после того, как увидели Клаудию в таком состоянии.

Кроме того, было видно, что Герцог хочет убрать всех отсюда.

Даже если я переступлю свои границы и попрошусь остаться, толку от меня не будет, ведь я не врач и не священник. Возможно, у меня есть козырь, но я пока не знаю, можно ли его использовать.

Пока служанки убирали осколки разбитой тарелки с пола, мы быстро покинули столовую.

Пронзительные крики Клаудии преследовали нас всё это время.

◆◆◆

「Мастер, я хочу кое-что сообщить」

Когда я вернулся в свою комнату, Лунамария открыла рот с серьезным выражением лица.

Сиель и Сузуме находятся каждый в своей комнате. Вероятно, Лунамария решила, что не хочет, чтобы остальные слышали это.

Уже по одному этому я понял, что то, о чем пойдет речь не сулит ничего хорошего.

「Что?」

「В полдень Леди Астрид пришла спросить меня кое о чем. Она поинтересовалась, можно ли очистить яд травы Таназии с помощью плодов джирайи」

「Трава Таназия... А, сырье для лекарства от сна и смерти, Таназия」

Таназия - это название хорошо известной лекарственной травы... вернее, название ядовитой травы.

Внешне лекарство действует как обезболивающее, но на самом деле оно убивает способность человека чувствовать боль. Это ядовитое лекарство, созданное для того, чтобы позволить людям умереть мягко.

Поскольку оно позволяет человеку умереть без боли и страданий, как если бы он умер во сне, эту траву называют лекарством «смерть во сне».

Герцог Драгнаут и Клаудия, вероятно, собираются дать ей Таназию, чтобы подавить боль.

Говоря яснее, это то же самое, что заставить человека есть собственные конечности, чтобы выжить, когда он вот-вот умрет от голода.

Если бы я услышал об этом до ужина, то, вероятно, не смог бы сдержать свой гнев.

Однако после услышанных ранее криков девушки я не мог винить Астрид и ее отца в том, что они так поступили.

「Итак, что ты ей сказала?」

「Я сказала Леди Астрид, что «поскольку у меня нет полного представления о действии плодов джирайи, я не могу сказать наверняка, но не думаю, что она может полностью удалить яд травы Таназии.» 」

Хотя она так и сказала, Лунамария вполне уверена в своих словах, исходя из своих знаний как эльфа и мудреца.

Можно ли полностью вылечить яд или нет - это лишь часть целого.

Фрукты джирайи определенно дадут ей немного времени. Однако реальный срок Клаудии не изменится.

Герцог и Астрид, вероятно, думают что-то сделать с проклятием прежде чем истечет ее время.

Я не собираюсь говорить, что они поступают неправильно.

Но когда я вижу, через какую боль прошла Клаудия, я не могу не думать о незначительности времени, которое способны выиграть для нее плоды джирайи.

Вот насколько ошеломляющей была эта сцена. Подумать только, та же самая девушка, которая бесстрашно играла с Клау Сорасом, могла так плакать...

Насколько сильную боль она испытывала? Я прикусил губу, не зная ответа.

「... Проклятие, да? Я бы больше изучал проклятия, если бы знал, что произойдет нечто подобное. Ах да, ты не замечала ничего странного, когда пользовалась духами?」

「К сожалению, я не заметила ничего конкретного. Однако, была одна вещь, которая меня заинтересовала」

「Что-то вызвало у тебя интерес? Что именно?」

「Да. Прямо перед тем, как леди Клаудия упала, я почувствовал странное давление в ушах」

「Давление... в ушах? Как странный звук?」

「Я не могу точно сказать, что это было, но... Хм, хозяин, вы знаете о собачьем свистке?」

「Ах, это предмет, который используют дрессировщики, верно?」

Собачий свисток - это свисток, издающий звуки, которые могут слышать только собаки и волки. Очень опытные укротители могут использовать его, чтобы свободно управлять стаями волков или что-то в этом роде.

Я слышал, что драконьи наездники также используют похожий предмет, называемый драконьим свистком, который позволяет указывать своим драконам и подзывать их на расстоянии.

Кажется, это секрет драконьих наездников, поэтому они не рассказывают мне о нем подробно.

В любом случае, Лунамария заявила, что ощущение, которое она запомнила после ужина, было очень близко к собачьему свисту, раздавшемуся неподалеку.

「Но я не знаю, имеет ли это отношение к аномалии Леди Клаудии. Если да, то странно, что никто больше не страдал от этого...」

「Да. Но пока рано говорить, что это не связано. У Сиель самый лучший слух из всех нас, так что пойдем спросим, слышала ли она что-нибудь」

「Понятно. Тогда я позову Сиель прямо сейчас...」

「Ах, нет, подожди секунду」

Я остановил Лунамарию, когда она уже собиралась покинуть комнату.

Пока эльфийка удивленно смотрела на меня, я махнул рукой и позвал ее к себе.

Когда она послушно подошла ко мне, несмотря на то, что все больше смущалась, я крепко положил руки на ее стройные плечи.

「У-ум, господин, что я могу для вас сделать?」

「Это эксперимент」

「Эксперимент...?」

「Да. Вообще-то я хотел проверить это с Мирославой по возвращению в Ишку... но, похоже, у нас не так много времени」

Эксперимент, о котором я говорю, это, конечно же, эксперимент по внедрению моей души в чужое тело.

Я хотел, чтобы первой подопытной стала Мирослава не только потому, что думал о том, что может случиться, если эксперимент провалится, но и потому, что эта девушка - человек.

Клаудия, человек, которого я должен не съесть, а пожертвовать ему часть своей души.

Даже если бы я смог успешно провернуть это с Лунамарией, которая эльф, результат может быть другим с человеком. Та же логика с Сиель, которая зверочеловек, и Сузуме, которая киджин.

Именно поэтому я решил сначала проверить это на Мирославе, но в данной ситуации я не могу с уверенностью сказать, что у меня будет на это время. Прежде чем делать это на Клаудии, я хочу иметь примерное представление о том, как это будет работать, даже если я не смогу полностью разобраться в этом.

Я ожидал, что Лунамария будет сопротивляться, поскольку я ни с того ни с сего сказал ей, что хочу поэкспериментировать на ней, но, на удивление, эта эльфийка со светлыми волосами не сопротивлялась.

Она расслабилась и смотрела прямо на меня. Я видел, как мое несколько растерянное выражение отражалось в ее изумрудных глазах.

「Что вы хотите, чтобы я сделала?」

「... То же самое, что и обычно」

Лунамария мягко закрыла глаза в ответ на мой голос.

Я избавился от смятения в своем сердце и прильнул губами к ее губам.

Цена

「......Хочется блевануть」

На следующее утро.

Пробормотал я выйдя из резиденции герцога в одиночестве и закрыв лицо правой рукой.

У меня ужасно болит голова, тошнит, и головокружение такое, что я не могу идти прямо. Сейчас цвет моего лица точно напоминает умирающего человека. Привратники резиденции, похоже, тоже беспокоились обо мне.

Такое ощущение, что я подхватил самую страшную простуду.

По нормальному, я должен был спокойно отдыхать в резиденции, но из-за боли в суставах, которые словно рвались, я никак не мог заснуть.

Честно говоря, даже ходить довольно больно, но по сравнению со стонами на кровати, ходьба отвлекает от боли.

Поэтому я покинул особняк, чтобы прогуляться по улицам королевской столицы.

「Уф... Не ожидал, что последствия будут настолько плохими」

Конечно, я говорю о последствиях эксперимента по передаче части моей души Лунамарии.

Сам эксперимент прошел хорошо.

Вернее, слишком хорошо.

Уровень Лунамарии поднялся с «19» до «20».

Это означает, что я получил в свои руки метод, позволяющий сознательно повышать уровень других людей.

Любой мог бы понять, насколько это важно, просто по одним этим словам. Стань эта информация известна общественности, какой бы поднялся переполох? Представив это, у меня задрожал позвоночник.

Кроме того, моя способность пожирать души обычно тем эффективнее, чем выше уровень моих противников. Другими словами, я смогу добиться бесконечного цикла: дать Лунамарии уровни → Съесть ее душу, чтобы поднять свой уровень → Поднять уровень Лунамарии.

А разве тогда я не буду непобедим? На мгновение эта мысль пришла мне в голову... пока я не проверил свой уровень.

Я все еще страдаю от головной боли, тошноты, головокружения, боли в суставах, боли в животе, боли в груди и многого другого, но вчера вечером все было намного хуже.

Даже если это побочные эффекты передачи души, что-то здесь не так. Почувствовав это, я проверил свой собственный уровень с плохим предчувствием.

Затем я увидел, что число «8» уменьшилось до «7».

Мой уровень понизился.

Последний раз я повышал уровень, когда победил грифона.

С тех пор я победил оборотня, сциллу, каждый день ел душу Лунамарии и даже в конце концов расправился с василиском, но мой уровень не повысился.

И все же мой уровень уменьшился только потому, что я отдал Лунамарии немного своей души.

Как бы это сказать? Души, которые я сохранил до сегодняшнего дня, совершенно непропорциональны тому, что Лунамария получила один уровень.

Ну, это было бы еще ничего, если бы потеря этих душ - это все, что было. Но потерять из-за этого еще и уровень - это неприемлемо.

Во-первых, я никогда не слышал, чтобы чей-то уровень снижался! Блять, хватит издеваться надо мной!

В таком состоянии я хотел на кого-то нарваться.

Впрочем, я даже не знаю, на кого кричать... Ну, это я хотел провести эксперимент с передачей души, так что всю ярость и вину я могу направить только на себя.

Дело в том, что Лунамария повысила уровень, а я понизил.

Это просто так, я могу только принять этот факт.

「......Ну, разве это не значит, что я успешно нашел способ помочь принцессе сорванцу?」

Я горько улыбнулся.

Чем выше уровень человека, тем вкуснее и чище становится его душа. Это значит, что повышение уровня напрямую влияет на душу.

Клаудия сейчас находится в ситуации, когда в контейнере ее души не хватает нижней крышки. Было бы неплохо, если бы эта дыра заполнилась с повышением уровня. Даже если это не произойдет, есть большая вероятность, что дыра станет меньше.

Если это произойдет, это будет то же самое, что увидеть свет в конце тоннеля. Если бы я тогда дал ей несколько уровней, это, вероятно, привело бы ее к полному выздоровлению.

Проблема в том, что в итоге ценой может стать снижение до «4» или «3» уровня...

Крики Клаудии прошлой ночью всплыли в моем мозгу.

Она страдает от этого проклятия уже год.

Целый год эта девочка жила, мучаясь от этой боли. Ей всего 12 или 13 лет, но она боролась с этой болью, которая приходила в случайные моменты, и никогда всё ещё не утратила своё нежное сердце.

Если я смогу предотвратить повторение слез такого замечательного ребенка, как она... Да, всего два или три уровня - это невысокая плата!

И я смогу с гордостью рассказать об этом матери, когда навещу ее могилу! А потом я смогу просто вернуть эти уровни!

Итак, мой первоначальный план состоял в том, чтобы немедленно отправиться туда, где находится Клаудия, но я сейчас в таком состоянии, что все еще не могу ходить прямо.

Я не знаю, смогу ли я в таком виде правильно провести передачу души. Я имею в виду, что это, скорее всего, не получится.

Поэтому сейчас нужно быстро восстановиться.

Я вышел из резиденции герцога с целью купить зелья в уличных лавках и подлечиться в храме.

...К сведению, в результате ни то, ни другое не помогло.

Видимо, это плохое состояние - неизбежный симптом при совершении передачи души. В общем, мне придется восстанавливаться естественным путем.

Такова жизнь, наверное, вздохнул я.

Прислушиваясь к звукам лютни, которые доносились откуда-то, я повернул обратно к резиденции герцога.

◆◆◆

「Эмм, до того, как Леди Клаудия упала? 」

「Да. Лунамария сказала, что ей показалось, будто послышался какой-то странный звук, ты ничего не слышала?」

Я спросил Сиель после возвращения в резиденцию герцога.

Изначально я хотел спросить ее вчера, но не успел из-за последствий от передачи души.

Сиель ссутулила брови, размышляя о произошедшем.

「Так это было до того, как разбилась посуда, верно?... А, раз уж вы об этом заговорили, я слышала крик」

「Крик?」

「Да, я думаю, это был женский голос. Поскольку у зверолюдей, хороший слух, я часто слышала звуки от наших соседей и с улицы. Особенно - высокие звуки женщин и младенцев. Такое я могу услышать издалека, потому что ветер разносит их」

Поэтому и не обращала на это особого внимания, извиняясь, сказала Сиель.

Не знаю почему, но, похоже, она сожалеет, что не сообщила мне необходимые сведения.

Конечно, у меня нет намерения обвинять ее, поэтому я сказал ей не беспокоиться. Но мне было любопытно, что за информацию она мне дала.

Если Сиель просто уловила какие-то крики, то мне, вероятно, не стоит беспокоиться об этом. Однако Лунамария почти в то же время почувствовала что-то странное, а затем на Клаудию напала боль, вызывающая крик.

Когда столько всего накладывается друг на друга, я не могу игнорировать «женский голос», о котором говорила Сиель.

Однажды я уже очищал банши на общественном кладбище Ишки. Эта банши использовала именно свои крики, чтобы напасть на меня.

Возможно, что-то подобное вызвало произошедшее с Клаудией.

...Однако, если боль Клаудии была вызвана криками банши, было бы странно, что с нами ничего не случилось, пока мы были там, с ней.

Следовательно, я не могу утверждать, что это сделала банши, но, вероятно, стоит разобраться.

Прежде всего, посмотрев на симптомы Клаудии, я не смогу сказать, что это совершенно не связано с ведьмачеством и призраками.

С этой мыслью в голове я решил посетить национальное кладбище, которое находится к северу от королевской столицы. Именно там дом Драгнаут хоронил своих умерших на протяжении многих поколений, и мать Астрид и Клаудии, похоже, тоже покоится там.

Казалось, это идеальное место для проклятия семьи герцога.

Старик с Кладбища

「Почему я исполняю музыку в таком месте? Хе-хе, так я проверяю, нет ли чего странного」

Старик, сосредоточенно игравший на своей биве посреди национального кладбища, сказал это и показал свои желтые зубы.

Его глаза были белыми и мутными. Возможно, он ослеп.

「Неважно, где находится этот слепой старик и что он делает, к тебе это не имеет никакого отношения, так?」

*Бебенн*, - проговорил старик, играя на своей биве.

Одежда с заметными дырами, тонкие конечности, похожие на засохшие деревья.

Если бы он не играл на биве, я мог бы принять его за бомжа или странника.

По словам людей, ответственных за это кладбище, в качестве «реквиема» этот старик уже больше года играет свою музыку для самому себе именно тут.

「Что? Нет никакой особой причины. Если я должен назвать ее, то только потому, что не могу оставить их в покое, я думаю」

「Не можешь оставить их в покое?」

「Ублажение злобных богов своей музыкой и очищение злых духов, враждебных людям, - вот чем я зарабатываю на жизнь. Поэтому я играю на своей биве」

「...Хочешь сказать, что на этом кладбище есть злые духи?」

「Хехе, не совсем. Просто на таком кладбище много людей, которые не могут покоиться с миром. Я даю им направление к нирване. Если души долгое время остаются в этом мире без тела, они превращаются в злых духов」

Сказав это, старик засмеялся высоким голосом.

「Хе-хе! Я не могу доказать, что я делаю. Похоже, я сошел с ума, верно? Интересно, когда я в последний раз разговаривал с кем-то подобным?」

Старик продолжал говорить, искусно играя на струнах обеими руками.

Его плавные движения рук, не соответствующие его возрасту, демонстрировали уровень мастерства, которого невозможно достичь за несколько лет практики.

Я не знаю, говорит ли он правду о том, что ублажает богов или очищает злых духов, но, вероятно, играя музыку, он зарабатывает на жизнь.

Я попытался поговорить с ним, поскольку он находился рядом с могилами дома Драгнаут. Теперь посмотрим, было ли мое решение правильным или нет.

「Старик, есть еще одна вещь, о которой я хотел бы спросить тебя, если не возражаешь」

「О? Спрашивай, что хочешь」

「Это касается прошлой ночи. Ты не видел здесь никаких подозрительных людей или духов?」

Я попросил его рассказать о времени, когда Клаудия упала.

Старик наклонил голову в сторону, словно задумавшись.

「Я не припоминаю ничего достойного упоминания... Подожди, если подумать, здесь был один подозрительный человек」

「Что это был за человек?」

「Тот, кто сейчас стоит перед тобой」

Старик улыбнулся.

「В то время я в одиночку играл песню на этом кладбище. Подозрительно? Не было никого более подозрительного, чем я! Хе-хе-хе!」

Слушая его смех, мое лицо стало кислым, не успел я это осознать.

Я чувствую, что он смеется надо мной. В тот момент, когда я уже собирался сдаться, так как не было похоже, что я получу от него какую-либо полезную информацию...

「...Кто-то наложил нечто вроде проклятия на твоего знакомого?」

Голос старика зазвучал в моих ушах.

Мне показалось, что он прочитал мои мысли, и я насторожился.

「...Почему ты так подумал?」

「Вот, ты задал странный вопрос, нет ли кого-нибудь подозрительного на кладбище после захода солнца. Более того, тебя волновали и духи. Я не могу представить, чтобы кто-то спрашивал о таких вещах, если только он не разыскивает следы проклятия. Ты говорите слишком спокойно для человека, у которого проклята семья или друг. Поэтому я сразу же пришел к выводу, что этот человек должен быть просто знакомый」

「Впечатляет」

「Хе-хе, для меня большая честь получить комплимент от тебя. В знак моей благодарности позволь этому старику одарить тебя своей мудростью. Прошло больше года с тех пор, как я приехал в столицу. У стариков есть мудрость старцев, а у слепых - мудрость слепцов」

「Во всяком случае, я хотел бы услышать этот совет」

После моего ответа я рассказал старику о той, кого прокляли - Клаудии Драгнаут.

О том, что на дочь Герцога Драгнаут пало проклятие, уже было известно всем, и их семья делала все возможное, в поисках решения. Мне не было нужды скрывать это.

После того, как старик все услышал, его лицо впервые стало серьезным.

「...О, судьба - странная штука. Чтобы ты познакомился с этой девушкой...」

「Хм? Ты знаешь Леди Клаудию?」

「Я немного упоминал о ней минуту назад. Помните, я сказал: «Интересно, когда я в последний раз разговаривал с кем-то подобным»? До тебя последним человеком, который разговаривал со мной, была девушка по имени Клаудия. Она не обращала внимания на то, как грязно и бедно я выгляжу, и разговаривала со мной, а когда я рассказал ей о том, что здесь делаю, она не обратила внимания на мое подозрительное поведение и сказала: «Спасибо, что позаботились о месте упокоения моей матери»」

Старик поднял голову, как будто глядя на небо.

「До этого года я объездил весь континент, но впервые встретил подобную девушку. Она произвела на меня глубокое впечатление. Благодаря ей здешние чиновники не прогнали меня с кладбища. Даже животные отплатили бы кому-то за доброту, так что, естественно, я сделаю это по-человечески」

Звуки бивы, которая играла без остановки с недавних пор, кажется, ускорились.

「Истинный ужас заключается не в духах, а в людях. Если ты хочешь избавить эту девушку от проклятия, тебе следует сосредоточиться на людях, а не на духах」

「Говоришь, что я должен искать не то, что ее прокляло, а выяснить, кто ее проклинает?」

「Да, да. Когда собираются люди, появляются тени. Зависть и ненависть рождаются из таких теней. Каким бы добродетельным человек ни был, от этих теней никуда не деться. Неважно, кто они - ее близкие друзья или братья и сестры, тени есть везде」

「...Ты хочешь сказать, что проклявший Леди Клаудию - это кто-то из ее близких?」

「Хе-хе. Думаешь, что это невозможно? Но так устроены люди. Историй о том, как люди убивают своих родителей или родители убивают своих детей, слишком много в каждой стране. Особенно это касается больших семей, таких как дом Драгнаут, между их членами определенно будут мрачные тени」

「Хм......」

「Это мои глупые мысли, но у Герцога Драгнаут есть две дочери. Старшую дочь зовут Астрид, а младшую - Клаудия. Старшая дочь останется в семье и станет наследницей рода, а младшая выйдет замуж за кронпринца и станет будущей королевой. Однако если речь идет только о преемственности семьи, то не имеет значения, есть младшая сестра или нет. Если Клаудия станет будущей королевой, это будет означать, что старшая сестра, без сомнения, станет подчиненной младшей сестры. Не возникнет ли здесь большая тень? 」

「.....Говоришь, что старшая сестра прокляла младшую?」

「Поскольку она самый близкий ей человек, ей легче проклясть Леди Клаудию, чем кому либо другой. Не думаешь ли ты, что она может легко подбросить ей какую-нибудь болезнь или что-то в этом роде? Я странствовал по континенту в течение десятилетий, и я никогда не слышал о каком-либо проклятии, которое было бы невосприимчиво к исцелению или молитвам. По этой причине я считаю, что проклятие этой девушки исходит от тени, скрытой в старшей сестре」

Старик высказал свое утверждение, играя на биве.

Выслушав его мысли, я кивнул.

Мне казалось, что я получил неожиданную зацепку от этой прогулки по национальному кладбищу, которое я решил посетить, поскольку терять было нечего.

BlackJackIQ: У меня есть сомнения по поводу речи в данной главе. Стоит ли исправить все "ты" на "вы"? Вроде ноунейм бард говорит с ГГ, а вроде старик с юношей.. Ответ напишите в комментариях!

Причина

После моего возвращения в резиденцию Герцога Драгнаута с национального кладбища я сразу же попросил аудиенции у Астрид.

Состояние здоровья ее младшей сестры ухудшилось, а помолвка этой самой сестры с кронпринцем была отменена. Кроме того, у нее есть свои обязанности в корпусе драконьих всадников, так что нахождение Астрид рядом - чистая удача.

И уж совсем повезло, что там оказался Герцог Драгнаут, который, наверное, должен быть еще более занят, чем Астрид.

Если посмотреть на это под другим углом, то это вполне может показать, насколько тяжелым было состояние Клаудии.

После того как нас с Лунамарией вместе провели в покои герцога, я избавился от ненужных формальностей и перешел сразу к делу.

Когда я закончил говорить, Герцог Драгнаут недоверчиво спросил,

「Ты спрашиваешь, знаю ли я жрецов, которые могут использовать 『Обнаружение Лжи』, да? Конечно, я знаю некоторых, но почему ты спрашиваешь меня об этом?」

「Я хотел бы, чтобы ваша милость поверила в то, что я собираюсь сказать вам дальше」

「Мм... То есть ты хочешь сказать, что собираетесь сообщить мне нечто, чему я не поверю, если это не будет считаться истиной с «обнаружением лжи»?」

「Всё именно так, как вы говорите」

Я опустил голову в знак уважения к его превосходным навыкам дедукции.

Взгляд Герцога Драгнаута все еще был немного сомнительным, когда он смотрел на меня. То же самое можно сказать и об Астрид, которая стояла рядом с ним, и о Лунамарии, которая стояла позади меня.

Дело в том, что я не сказал Лунамарии о причине обращения к герцогу с подобной просьбой.

Затем я продолжил говорить дальше,

「Я понимаю, что каждая секунда, которую вы двое дарите мне, стоит столько же, сколько драгоценности. Кроме того, я знаю, что с моей стороны крайне невежливо просить вас ни с того ни с сего вызвать священника из храма, но я хотел бы, чтобы вы приняли мою просьбу」

「О нет, не нужно быть таким скромным. Ты гость в этой стране, а также благодетель моей семьи. Не говоря уже о том, что я лично признателен за информацию, которую ты дал мне относительно собственной виверны индиго. Мне не трудно выполнить твою просьбу, но...」

Герцог Драгунаут взглянул на Астрид.

Астрид кивнула ему, словно разделяя ту же мысль, что и ее отец, а затем посмотрела на меня искренним взглядом.

「Я также согласна с моим отцом. К этому следует добавить, что даже без «Обнаружения Лжи» я бы не сомневалась в словах нашего благодетеля. Если ты хочешь что-то сказать, скажи нам здесь, хорошо?」

「Хм, понятно. Тогда я буду откровенен. У меня есть способ помочь Леди Клаудии. Я хотел бы получить ваше разрешение на это, поэтому я пришел, чтобы изложить свою просьбу вот так」

Раз они настаивают, я попробую рассказать им.

Услышав это, отец и дочь Драгунаут посмотрели на меня с пустым взглядом. Они тут же пришли в себя, нахмурив брови, поскольку эту проблему им придется решать с осторожностью.

Я не сомневаюсь, что они уже слышали, как многие люди говорили им это, а потом их ожидания и доверие были обмануты.

Затем Герцог Драгунаут заговорил тяжелым голосом,

「.....Ты говоришь правду?」

「По крайней мере, я могу с уверенностью сказать, что это будет лучше, чем использовать Таназию, чтобы заглушить боль. Поскольку вы наверняка спросите, как я буду обращаться с ней дальше, я отвечу вам заранее. Я собираюсь заставить уровень Леди Клаудии повыситься. Конечно, я не буду никуда ее увозить, я сделаю это так, что она останется в вашей резиденции」

「...Это...」

「Вы, наверное, не можете мне поверить. На самом деле, я и сам не мог поверить, когда узнал на днях, что могу сделать нечто подобное. Однако...」

В этот момент я взглянул на Лунамарию, которая стояла позади меня.

「Лунамария может подтвердить мои слова. Вчера из-за меня ее уровень повысился на один. Хотя рабыня, подтверждающая слова своего хозяина, еще ничего не доказывает. Вот почему я хотел попросить священника, который может использовать «обнаружение лжи»」

Когда я закончил говорить, комнату накрыла завеса тишины.

Длительность молчания с этого момента была пропорциональна шоку, который получили отец и дочь Драгнауты... или глубине их подозрений.

Через некоторое время Астрид неловко спросила,

「Я никогда не слышала ни о какой магии или предметах, которые могли бы повышать уровни других людей. А как можно повысить чей-то уровень?」

「Я разделяю свою душу и отдаю ей ее части или что-то в этом роде. На самом деле, я даже не знаю, как это работает. Однако, простой факт в том, что я смог повысить уровень Лунамарии. Если так, то я должен быть в состоянии поднять и уровень Леди Клаудии. Я полагаю, что если ее уровень повысится, ее устойчивость к проклятию тоже повысится」

「...Это твой способ помочь моей младшей сестре, да? А если я скажу, что не могу доверить ее тебе на таком неопределенном основании?」

「Я думаю, это разумно, что вы не можете доверить своего дорогого члена семьи тому, с кем недавно познакомились. В таком случае я просто вернусь в Ишку. Я вообще не собирался надолго задерживаться в королевской столице」

Так я отреагировал и опустил голову.

Поскольку я опустил голову, я не мог видеть, какое выражение было у Астрид на лице в тот момент.

Затем вместо дочери рот открыл отец,

「Подними голову, Сора」

「Сэр」

「Я потрясен... действительно потрясен. Честно говоря, я не мог поверить во все, что ты только что сказал. Однако, будучи герцогом, я встречал много людей. По крайней мере, я могу сказать, что ты не пытаетесь обмануть меня своими словами. Виверна индиго не стала бы привязываться к такому человеку」

Герцог Драгнаут усмехнулся после последней фразы.

Он был таким же, когда назойливо расспрашивал меня о Клау Сорасе. Похоже, когда речь заходит о виверне индиго, тон и отношение этого герцога меняются.

Или, может быть, это потому, что он заметил, что я сделал шаг вперед ради них, поэтому он делает шаг вперед и ради меня.

Следующие слова герцога подтвердили мою догадку.

「Так что позволь мне сначала поблагодарить тебя за то, что ты раскрыл свой секрет ради моей дочери. Если кто-то узнает, что ты обладаешь способностью повышать чей-то уровень, ты, вероятно, уже никогда не сможешь жить спокойно. Кроме того, зная об этой опасности, ты действовал ради Клаудии, к которой не имеешь никакого отношения. Я искренне благодарен за эту доброту」

「...Мне очень приятно」

「Я просто не знаю, почему ты заходишь так далеко ради нас. Ты сам сказал это минуту назад, но мы ведь только недавно познакомились, верно? Почему ты делаешь это для нас?」

Будь я простым авантюристом, он мог бы понять, что я просто пытаюсь установить связь с семьей герцога.

Однако он не думает, что человек, приручивший виверну индиго, победивший два вида монстров класса короля и удостоившийся почестей в королевском дворце после спасения Ишки, станет раскрывать свои секреты после произошедшего, лишь чтобы приблизиться к герцогу, - сказал он.

Тем временем я просто ответил ему прямо, не задумываясь.

「Ваша милость оказала мне услугу в инциденте с Сузуме. Кроме того, я знаю, что это неосмотрительно с моей стороны, но я был глубоко впечатлен вашей благосклонностью, а так-же Леди Астрид и Леди Клаудии как личностями. Прежде всего, если у меня есть способ помочь с проклятием, естественно, что я захочу помочь как человек, когда увижу, как девочка младше меня плачет от проклятия, разъедающего ее」

Как и Сузуме, Клаудии примерно 12 или 13 лет. В этом возрасте меня изгнали с острова.

В этот период ребенок страдает и задыхается, не делая ничего плохого.

Мне не нужно объяснять причину, почему я хочу ей помочь, и не нужна причина, для этого.

Но если я найти одну...

«Я поглощу все и вся».

Когда-то давно в месте, которое не было ни сном, ни явью, мне пришла в голову эта сильная мысль.

Все, что я мог делать, когда не мог ни сражаться, ни защищаться, - это есть.

Так разве я не могу просто съесть проклятие или два?

Разве я не могу съесть несправедливость, которая заставляла такую девушку плакать и кричать?

«Это... бесит».

Вот почему я собираюсь помочь ей. Если понадобится, я использую своих рабов или что-нибудь еще.

В первую очередь, рабы предназначены для использования в подобных ситуациях... Однако Лунамария не только не злилась, но и была рада помочь мне.

В любом случае, я принял решение помочь Клаудии.

Я не стал говорить им об этом сейчас, потому что это усложнит ситуацию, но если Астрид и ее отец отвергнут мое предложение, я намеревался пробраться ночью в комнату Клаудии и спросить, хочет ли она моей помощи или нет.

Может показаться, что мне не нужно спрашивать разрешения Герцога и Астрид, если я планировал сделать это в первую очередь, но, по правде говоря, у меня есть причина, по которой я хочу укрепить свои связи с герцогом... точнее, с Королевством Канария.

Именно по этой причине я хочу сделать все как можно лучше. Вот почему я стою перед Герцогом и Астрид.

После того как Герцог Драгнаут и Астрид услышали мои слова и увидели мое отношение, они в раздумье уставились на меня.

Затем рот герцога медленно открылся.

Передача Души

Едва открыв дверь, я столкнулся с воздухом комнаты, как тут же сомкнул глаза.

В воздухе витал такой сладкий запах, удушающий.

Я знаю, что это запах лекарства «смерть во сне, Таназия». Потому что я много раз чувствовала этот запах еще на острове демонов.

Клаудия лежала на кровати в комнате, где запах Таназии, казалось, покрывал даже стены.

Она спала, издавая тихие звуки дыхания не выдающего боли. Просто увидев ее в таком состоянии, никто не подумал бы, что на эту девушку обрушилось проклятие.

Однако в моих глазах душа Клаудии определенно проявляла признаки истощения.

Она у неё явно уменьшилась по сравнению с днем, когда мы разговаривали в конюшне.

Тогда я думал, что у меня еще будет время совершить поездку в Ишку и обратно, но увидев ее состояние сейчас, я понял, что времени на это уже нет. Если дела пойдут плохо, ее душа может высохнуть сегодня или завтра.

Учитывая, что я собираюсь отдать ей часть своей души, когда она в таком состоянии, я должен быть более осторожен, чем с Лунамарией.

Пока я размышлял об этом, глаза Клаудии неожиданно открылись.

Вероятно, она почувствовала, что кто-то пришел в ее комнату.

Дочь Герцога смотрела на меня широко раскрытыми глазами, казалось, с удивлением.

「...Сора? Почему... почему ты здесь...?」

「Леди Клаудия, я здесь, чтобы помочь вам. Могу я подойти к вам?」

「...Нет... не надо. Воздух в этой комнате...」

「 Я не собираюсь это слушать」

Я грубо вошел в ее комнату, не заботясь о ее реакции.

Затем я легонько коснулся ее щек, когда она лежала на кровати.

「Хм. Не похоже, что у вас жар」

「... Хаха. Если бы ты не собирался... слушать меня... не было бы необходимости... просить разрешения... в первую очередь」

「Леди Клаудия, совсем другое дело, если вы действительно не хотели, чтобы я подходил ближе, и пытались сказать мне: «Воздух в этой комнате ядовит для здоровых людей, так что не входите», верно?」

В таком случае, тебе не стоит беспокоиться. Беспокойся я бы об этом - вовсе не пришёл бы сюда.

Я думал объяснить ей всю ситуацию, но, учитывая ее состояние, нет времени на бесполезную болтовню. Поэтому я оставлю ненужные вещи на потом.

Я сразу перешел к делу и рассказал зачем я здесь.

Выслушав мои слова, она радостно улыбнулась. Но, несмотря на это, ее улыбка выглядела так, будто она уже немного сдалась. Вероятно, она подумала, что я просто говорю что-то, пытаясь заставить ее чувствовать себя лучше.

「... Значит, чтобы помочь мне, нужно, чтобы наши губы соприкоснулись?」

「Да. Что? Это все равно, что спасать тонущего человека, помогая ему дышать. Губы девичьи губы останутся чисты」

「... Отец разрешил тебе это?」

「Он выглядел так, будто почти хотел меня прирезать」

Когда я серьезно ответил ей, она на этот раз улыбнулась мне безоговорочно и искренне.

「Хехе, я бы хотела на это посмотреть... Но все же, твоя душа, да? Почему, почему ты заходишь так далеко... ради меня? 」

「Если девушка страдает, это естественно, что парень хочет помочь. Кроме того, Клау Сорас тоже просил меня об этом」

「Клау Сорас... да?」

「Да. Он сказал: «Я хочу помочь своему другу, у которого такое же имя, как у меня»」

Это было то, что придумала Клаудия, когда разговаривала с Клау Сорасом в конюшне.

Вероятно, она сразу заметила, о чем я говорю. После секундного удивления она радостно улыбнулась.

「Ахаха... Думаю, тогда я не могу отказаться」

「Правильно. Ну, тогда」

「Ых--Мммгх?!」

Получив ее разрешение, я без колебаний прильнул к ее губам.

Если бы я затянул с этим, то настрой, вероятно, был бы странным. Наверное, лучше закончить побыстрее.

И вот, в тот момент, когда я начал вливать в нее часть своей души через наши соприкасающиеся губы...

「--МмНнннм?!」

Ее стройное тело испуганно подпрыгнуло.

Сейчас Клаудия, вероятно, чувствует то же, что и я, когда убивал личинок с помощью своего экипировки души (Пожиратель Душ). Нет, учитывая богатство и плотность моей души, удовольствие, которое она испытывает, может быть в несколько раз или в несколько десятков раз больше.

По словам Лунамарии, с которой я проводил этот эксперимент, если удовольствия слишком много, то оно превращается в боль.

Клаудия прижала руки к моей груди. Вероятно, она инстинктивно пыталась сначала оттолкнуть меня от себя из-за неожиданного шока, который испытала.

Эти фиолетовые глаза, наполненные смятением и паникой, были широко открыты, когда она смотрела на меня.

--Но я намеренно проигнорировал ее желание.

Прости. Если я остановлюсь, пока мы в самом разгаре, мой уровень может упасть. Тогда, если мы начнем все сначала, я не только потеряю еще один уровень, но и что-нибудь другое может пойти не так.

По этой причине я обнял ее за талию правой рукой, а левой зафиксировал ее челюсть, с силой продолжая действовать.

Я продолжал поцелуй, с силой удерживая ее дергающееся тело, которое было в моих объятиях.

Не знаю точно, сколько времени прошло.

Может быть, потому что она уже сдалась, а может быть, потому что у нее больше не было сил сопротивляться, Клаудия обмякла в моих руках и просто позволила мне делать то, что я хочу.

Пока я занимался тем, что делал, у Клаудии была подобная «реакция».

Это было то, что Лунамария также чувствовала. Похоже, что Клаудия тоже почувствовала это, когда ее полузакрытые веки, лишенные силы, распахнулись.

--Ну, обычно это должно означать, что мы закончили, но у меня почему-то осталось тревожное чувство. Может ли получение одного уровня полностью очистить ее проклятие? Я задался вопросом.

Поэтому я продолжал вливать в нее все больше своей души и ждал, когда она получит эту реакцию во второй раз.

Убедившись, что она получила ее, я наконец-то оторвал свои губы от ее губ.

「......Мм. Это было не так уж плохо」

「Это было не так уж плохо?! Как будто!」

Когда я пробормотал это в приподнятом настроении, девушка передо мной закричала сердитым голосом.

「Я сказала, что ты можешь меня поцеловать, но! Но все же! Ты мог бы немного сдержаться или быть более нежным, что угодно в этом роде!」

Покрасневшая Клаудия сердито проговорила, прикрывая рот правой рукой.

То, как она смотрела на меня, пытаясь отдышаться, показывает, что мой поступок в этот раз, похоже, действительно довел её  до плохого настроения.

Ну, конечно, так и было. Размышляя об этом, я попросил ее подтвердить для меня ситуацию,

「Вы правы, что злитесь. Я принесу вам глубокие извинения, но прежде я бы хотел, чтобы вы все подтвердили」

「Что вам нужно, чтобы я подтвердила... Ах, да, повысился ли мой уровень или нет. Боже, благодаря кому-то рядом, у меня в голове полный бардак」

Пока Клаудия смотрела на меня, она показала свой уровень.

И сразу после этого дочь Герцога издала «вау».

「 Вау... Мой уровень действительно повысился... Более того, он повысился дважды?!」

「 Хорошо! Ну, как вы себя чувствуете? Похоже, что вы, по крайней мере, чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы злиться」

「В-ва, подожди секунду... Честно говоря, сейчас слишком много всего происходит... У-ум, во-первых, мои руки и ноги чувствуют себя хорошо, и странное онемение, которое было у меня все это время, теперь прошло」

「Ммхм ммхм ммхм. А что еще?」

「Ох, и моя голова тоже, почему-то я чувствую себя свежей. И -」

「И?」

「Ах, нет, неважно...」

Клаудия не решалась что-то сказать, но когда она замахала на меня руками, словно говоря, чтобы я не волновалась, я услышал звук, проникающий в мое ухо.

Как бы описать этот звук, я бы описал его только как громкий гул.

Мне жаль Клаудию, которая от стыда смотрела в пол, но я, услышав этот звук, наконец-то смог почувствовать облегчение.

Появление аппетита означает, что ее тело хочет получить энергию для восстановления. Это лучше, чем что-либо другое, свидетельствует о преодолении ею самого страшного.

Ее душа также наполняет её сосуд до краев. Я не знаю, как проклятие повлияет на нее, если не буду следить за прогрессом Клаудии, но, по крайней мере, в ближайшее время с ней ничего не должно случиться.

Я испытываю истинное облегчение от этого факта.

И тут же я упал в обморок.

Ожидаемый побочный эффект от передачи души поразил меня почти мгновенно.

Несмотря на то, что я испытал это с Лунамарией, я снова сделал «передачу души» почти без перерыва. Кроме того, я дал Клаудии душу ценой в два уровня, так что такой результат был вполне закономерен.

Клаудия в панике звала меня по имени, но у меня уже не было сил ей ответить.

Словно я падаю с обрыва, мое сознание в мгновение ока поглотила тьма.

Нападение на Королевскую Столицу

Когда ярко сияющая луна упала на шпиль королевского замка, в резиденции Герцога Драгнаута все еще витало волнение.

Это была ночь когда Клаудия выздоровела - удивительное выздоровление, абсолютное выздоровление.

Исцеление долгое время прикованной к постели младшей дочери стало событием, которое принесло много радости герцогу, старшей сестре Астрид и всем, кто служил в их резиденции.

Тот факт, что их благодетель (Сора), совершивший это чудо, взамен оказался прикован к постели, оставил в них нотки беспокойства, но, по словам придворного врача и эльфийского духа Лунамарии, он поправится после отдыха, поскольку банально переутомился.

Герцог Драгунаут, Астрид и Клаудия, испытали облегчение и быстро успокоились, услышав это.

Позднее, в резиденции герцога состоялась скромная вечеринка.

Несмотря на то, что это называлось вечеринкой, еда была лишь немного экстравагантнее обычного ужина. Они также не использовали никаких столовых приборов, которые могли бы потревожить Сору во сне, но тот факт, что вечеринка все равно была слишком оживленной, доказывал, как сильно люди в резиденции любят Клаудию.

Даже Герцог Драгунаут и его дочь Астрид, известные как обычно серьезные, строгие и скромные люди, которые не пьют или делают только глоток-другой, пили до тех пор, пока их лица не покраснели.

Для этих двоих, чьи тела и разум были измождены проклятием, внезапно напавшим на Клаудию в этом году, сегодняшний день был буквально чудом, о котором они мечтали.

Даже для их слуг и рыцарей, находящихся в непосредственном подчинении у герцога, ситуация не сильно отличалась.

Праздник, устроенный в резиденции главного дворянина Королевства Канария, не дошел ни до домов соседей, ни до улиц через их стены и двери, но его празднование, без сомнения, стало самым большим праздником в королевской столице этой ночью.

Когда ночь закончится, этот день, вероятно, запомнится как самый счастливый в исторических записях дома Драгнаут.

Однако...

Беда, которая поглотит королевскую столицу, явится именно в эту ночь.

◆◆◆

「Прошу прощения, за беспокойства!」

Как только она услышала этот голос, Астрид, сидевшая на стуле в подвыпившем состоянии, мгновенно проснулась.

Была уже глубокая ночь, и Клаудия возвращалась в свою комнату. Астрид тоже думала о том, что скоро ляжет спать, но как только она увидела перед собой лицо солдата, эта мысль вылетела в окно.

Поскольку по выражению лица и голосу солдата, исполненному решимости, было похоже, что на поле боя его неожиданно атаковали в спину, лицо Астрид, естественно, стало мрачным.

「Что такое?」

Вставая со стула спросила она солдата как можно более спокойным голосом.

Когда она взглянула на лицо ворвавшегося человека, оказалось, что это один из солдат, охранявших ворота сегодня ночью.

Астрид узнала об этом потому, что во время вечеринки она лично передала ему алкоголь и мясо.

Лицо солдата, раскрасневшееся от трогательной благодарности, сменилось бледным выражением, как у мертвеца.

Солдат задыхаясь сообщил.

「Н-нас атакуют! Нежить нахлынула с национального кладбища и атакует все вокруг! Похоже, скоро они доберутся и сюда!」

「......Мертвые монстры?」

Астрид ссутулила брови, услышав слова солдата. Она знала, что происходит что-то плохое, но это было не то, чего она ожидала.

Не только в королевской столице, Хорусе, но и на каждом кладбище в больших городах есть барьеры, возведенные храмом.

Они установлены в качестве превентивной меры против некромантии.

Барьер вокруг национального кладбища был возведен храмом бога закона, для этого даже пришлось мобилизовать более сотни жрецов и главного жреца, чья репутация была поставлена на карту. Чтобы разрушить такой барьер, должно было потребоваться столько же некромантов.

Пока Астрид размышляла об этом, рядом с ней раздался другой голос.

「Кто-нибудь видел нежить лично?」

Тот, кто задал этот вопрос, был Герцог Паскаль Драгнаут. Как благородный человек, имеющий опыт в подобных ситуациях, он мгновенно протрезвел и расспросил солдат о подробностях.

「Сэр! Я говорил со стариком, который прибежал сюда с кладбища, и своими глазами видел нежить! Главная улица уже наводнена большим количеством мертвецов!」

「Сколько их?」

「Там была не просто сотня или две. Было больше тысячи, как минимум. Если они наводнили и центральную улицу, то общее количество может быть в десять раз больше!」

「Хорошо сработано. Поспеши на свой пост и скажи солдатам, чтобы охраняли ворота. Я немедленно пришлю подкрепление.」

「Понял!」

Отдав честь, солдат бросился бежать.

К этому времени все в резиденции герцога уже протрезвели и ждали распоряжений Паскаля.

Герцог Драгнаут вышел из особняка в сопровождении своих людей и дочери.

Это потому, что прямо сейчас он считал своей первоочередной задачей подтвердить ситуацию снаружи.

Затем, едва переступив порог своей резиденции, Герцог осознал аномальность ситуации.

*Дрожь*, по коже Герцога поползли мурашки.

Здесь был сильный холод и странная вонь гнили. Хотя сейчас почти лето, по ногам пробежал холодок, как будто вернулась зима.

Астрид нахмурилась и позвала отца.

「Отец, это...」

「Какая холодная мана, или лучше назвать ее злой энергией? Более того, этот запах смерти. Как я и думал, мы противостоим некромантам」

Герцог Драгунаут говорил с суровым выражением лица.

Группа людей, забавляющаяся с мертвецами... Он не сомневался, что за этим стоит злой умысел.

Но если от них исходит настолько мощное присутствие, почувствовать которое можно было даже с его позиции, значит враге не из обычных.

Это убеждение придало лицу герцога суровое выражение.

В этот момент он услышал голос, исходящий к двум людям от направления его дома.

「Отец, сестра!」

「Клау?!」

Астрид повысила голос от удивления.

Как следовало из этих слов, голос исходил от ее младшей сестры, которая уже должна была лечь спать в своей комнате.

Почему ее младшая сестра пришла...? Но когда она подумала о характере Клаудии, ответ был очевиден.

Астрид инстинктивно открыла рот,

「Клаудия, ты...」

「Не говори мне вернуться в дом! Отец должен немедленно отправиться в королевский дворец, а ты должна отправиться защищать город. Тогда моя роль - защищать этот дом, верно?」

Похоже, Клаудия слышала, как служанки особняка немного рассказывали о ситуации, и уже понимала, что происходит.

И то, что она отметила, было правильным.

Герцог Драгнаут - старший вассал страны, а у Астрид свои обязанности в корпусе драконьих всадников.

Отец и старшая сестра инстинктивно посмотрели друг на друга, нашли одинаковый ответ на лицах друг друга, а затем случайно вздохнули одновременно.

И вот, когда дом* Герцога Драгунаута достиг главных ворот, беспорядки на главной улице достигли ушей каждого.

Крики людей и рев мертвецов разносились вместе с ветром и отдавались эхом. Похоже, начался пожар, и повсюду виднелись красные огни, опалявшие ночное небо.

К счастью, масштабы пожара еще не так велики, но из-за вспышки нежити действия по ликвидации огня пока не предпринимаются. Если искры пламени распространятся по ночному бризу, это превратится в большой пожар, способный превратить королевскую столицу в пепел.

「Поспешите, мы должны избавиться от нежити на улицах и проконтролировать пожар. И национальное кладбище - если источник нежити действительно оттуда, то велика вероятность, что виновные находятся там. Мы должны послать туда несколько солдат」

Когда Герцог Драгнаут сказал это, Астрид согласилась с ним.

「Да. Однако солдат из нашего дома будет недостаточно. Пожалуйста, отправляся во дворец на своей лошади и получи разрешение его величества на размещение императорской гвардии. А я тем временем отправлюсь на национальное кладбище со своим драконом и поищу наших врагов」

「Правильно. Будь очень осторожна. Заклинание такого масштаба означает, что у нас не может быть только пара врагов」

「Я знаю. Клаудия, пожалуйста, охраняй это место, пока меня не будет, хорошо?」

「Да!」

В этот момент Клаудия кивнула в ответ на слова старшей сестры.

Неожиданно раздался насмешливый смех, удививший всех присутствующих.

「Хе-хе-хе! Этот голос, это ощущение присутствия. О, что у нас тут?... Ты действительно выздоровела」

Когда Клаудия обернулась на голос, который, как она помнит, слышала откуда-то, там был старик, который держал биву, сидя и опираясь на стены особняка.

Увидев, что старик счастливо смеется в такой ситуации, Герцог Драгнаут и Астрид недоверчиво сдвинули брови.

Только один человек окликнул старика, и это была Клаудия, которая знала его в лицо.

「Грампс? Почему вы здесь?」

「...Клау. Этот человек?」

「Ум, это человек, который играет музыку для мертвых на национальном кладбище」

「Музыка? Ааа, возможно, это тот старик из отчета, который как раз сбежал на кладбище-」

「Хехе, да, это был я. Ну, если быть точным, я не убегал, я пришел, чтобы напасть. Это была оплошность - впустить меня, думая, что я убегаю, Астрид Драгнаут」

*Беннбенн*, после этих слов старик заиграл на своей биве. В этот момент Астрид нахмурилась, услышав ненормальный визжащий звук.

Причина, по которой она нахмурилась, заключалась в том, что ей было немного обидно, что старик, которого она даже не знает, обратился к ней по имени.

Но больше Астрид на эту грубость разозлились солдаты вокруг нее. Их лица накалились от гнева, и они окружили старика.

Однако, потому ли, что он слеп? Или потому, что он вообще не видел в солдатах угрозы? Отношение старика не изменилось.

В то время как Астрид бессознательно положила руку на меч у пояса, она снова спросила его,

「Атака...? Значит ли это, что ты пришел, чтобы начать с нами драку? Старик」

「Да, да. Успокаивать злобных богов своей музыкой и очищать злых духов, обиженных на людей, - вот чем я занимаюсь. Однако приводить в ярость спокойных богов и проклинать тихо спящих мертвецов - тоже мое призвание. Нежить, переполняющая столицу - моя заслуга」

В этот момент Герцог Драгнаут впервые заговорил со стариком.

「Что за чушь. Что бы ты ни делал, ты никак не смог бы в одиночку разрушить барьер кладбища. Старик, я знаю, что странствующие барды вроде тебя иногда говорят немыслимые вещи, чтобы прославиться. Я понимаю это, но сейчас не время. Неосторожные высказывания в данной ситуации повлекут за собой плеть наказания」

「Хе-хе! Барьер? О, барьер! Ааа, это правда, что там было наложено какое-то заклинание, но это было что-то, созданное магами главного континента, в конце концов. Неважно, сколько десятков или сотен детей 20 или 30 уровня соберутся вместе, они не смогут остановить мои искусства. Мой уровень 73, понимаешь?」

「... Сумасшедший, ха? 」

「Хе-хе-хе! Даже знаменитый "Гром" Паскаль Джим Драгнаут в конце концов лягушка в колодце, да? Ты не видишь и не признаешь, что перед тобой более сильное существо. Чтобы такой человек, как ты, был здесь самым сильным, Королевству Канария действительно не хватает мощи!」

Тот, кто пришел в ярость, услышав это, был не Герцог Драгнаут, а солдаты, которые ему служат.

Как и ожидалось, они не хотели рубить старика с конечностями, похожими на засохшие ветви деревьев, но и свой гнев они не могли унять, не ударив старика хоть раз. Солдаты обнажили мечи.

В ответ старик скривил губы и заиграл на своей биве высокий звук.

В этот момент

「Гааааааааааааа?!」

Солдаты закричали и закрыли уши, а затем упали на месте.

Когда старик сыграл на своей биве еще 2-3 раза, несмотря на то, что солдаты закрыли уши, их тела подпрыгнули.

В результате его действий Герцог Драгнаут и его дочь увидели в старике врага и одновременно двинулись в путь.

Астрид - 37-го уровня, а Герцог Драгунаут - крайне высокого уровня, практически 50-го . Они вдвоем нанесли серьезные удары по старику, но тот без проблем их парировал.

「『Непробиваемая крепость - Гакоусаи』 (Кирпичная крепость)」

Это было "истинное" магическое заклинание элемента земли, эквивалентное заклинанию 8-й сферы.

Черная стена, которая появилась, чтобы защитить старика, легко отразила удар отца и дочери.

Отец и дочь Драгнауты были поражены.

「Что...! Заклинание 8-й сферы?!」

「И без песнопений...」

「Хе-хе, я же говорил вам, не так ли? Перед вами тот, кто превосходит вас обоих. Даже если вы используете драконов, которыми так гордитесь, вы и царапины на мне не оставите」

Сказав это, старик энергично заиграл на своей биве.

Это была хаотичная мелодия, которая звучала так, будто он пытался сорвать струны с инструмента.

Затем он довольно мягким голосом обратился ко всем присутствующим,

「Это реквием, посвященный всем вам. Сувенир смерти от меня. Наслаждайтесь им... Синсу Рейки (Энергия, экипировка души) 」

-- Плач, Леди Шизука

***

BlackJackIQ:

В данной новелле или английском переводе "дом" может заменять слово "род", "семья" и т.д. в отношении группы людей. В английском выглядит как "house of *Фамилия*"

Очень важный вопрос: как мне переводить слово realm (дословно с англ. - реальность, царство, мир)? Я решил использовать сфера, но всё ещё отвратительно звучит.

Дальше какой-то текст от анлейтера (чел который переводил с япа на англ).

***

Собираюсь писать их заклинания и прочее на ромадзи и в скобках.

И их уровни магических заклинаний, я думаю, я назвал их "кольцо", прежде чем изменить на "сфера". Последний раз это упоминалось в 21 главе, я полагаю.

Бива на глазах Астрид начала менять свою форму. Тонкая и длинная, она как будто принимала форму человеческого - женского - тела.

Она была похожа на «Рокурокуби*», о которой рассказывается в мифах - вид женщины-монстра с длинной шеей.

Когда старик осторожно пощипывал струны своей бивы, из той части, которая была ртом чудовища, доносился женский голос. При сильном щипке струн раздавался высокий крик.

Против старика, игравшего на своей ужасающей биве в форме человека, ни Герцог Драгнаут, ни Астрид не могли сделать ни малейшего движения.

Умения земли, воды, огня и ветра - каждый из этих элементов, которые можно назвать основами магии, являются самыми сильными в 9-й сфере.

Начиная с магии 1-й сферы, мана, необходимая для использования заклинаний, чрезвычайно возрастает с каждым повышением ранга, и овладеть заклинаниями чрезвычайно трудно.

По обычаю магов, те, кто овладевает магией 9-й сферы, получают титул лордов-магов, и их имена будут вписаны в историю магии... но людей, достигших этого ранга, крайне мало.

Их настолько мало, что считается чудесной удачей, если раз в несколько поколений появляется хоть один, достигший этой стадии.

『Гакоусаи』 (Кирпичная Крепость), которую использовал старик, - это магия земли 8-й сферы, великая магия, максимально приближенная к 9-й.

Более того, старику удалось сотворить это великое заклинание без песнопений. Астрид никогда не видела никого, кто мог бы использовать магию 8-й сферы мгновенно.

Даже придворные маги Королевства Канария могли использовать магию лишь 6-й сферы. Безмолвно, они, вероятно, не смогли бы использовать магию даже 5-й.

Слова ее так называемого противника 73 уровня начали действительно проникать в душу.

На лбу Астрид выступили капельки пота.

Затем ее отец, Герцог Драгнаут, заговорил рядом с ней стонущим шепотом.

「...... Только что ты сказала «Синсо» (экипировка души), не так ли? Ты - пользователь стиля призрачного клинка?」

「Хехе, действительно. Похоже, ты все-таки знаешь о нас」

「Вы хранители, которые удерживали демонические врата Острова Демонов запечатанными в течение трехсот лет. Я знаю о вас. Но почему вы нападаете на нашу страну?」

Стиль призрачного клинка - это стиль боевого искусства, созданный святым мечом, который запечатал бога демонов 300 лет назад.

Его сила огромна, и Империя Ад-Астера, обладающая этими пользователями призрачного клинка, только расширяла свою территорию с момента основания государства.

Герцог сам лично наблюдал за их сражениями, когда был молод, поэтому он знает, насколько силен стиль призрачного клинка.

Если бы пользователи их стиля выступили в качестве авангарда империи во время вторжения, империя, скорее всего, смогла бы завоевать весь континент.

Однако этого никогда не должно случиться. Герцог Драгнаут, по крайней мере, знает об этом.

Это потому, что семья Мицуруги, контролирующая этих пользователей, сделала своим принципом «Не нападать, если не нападают», когда речь идет об отношениях между странами. До тех пор, пока империя не подвергается вторжению, они никогда не будут использовать свои мечи против других людей.

Даже если это император Империи Ад-Астера, он не может использовать семью Мицуруги для вторжения в другую страну. Мицуруги - те, кто имеет право не повиноваться. Они будут использовать силу своего стиля только против монстров и демонических зверей.

Более того, если враг - монстр, они также одолжат свои силы другим странам. Королевство Канария в прошлом действительно использовало их для истребления киджинов.

И именно тогда Герцог Драгнаут смог убедиться в силе их стиля.

В настоящее время Королевство Канария не намерено вторгаться в империю.

Герцог Драгнаут видит в стремлении империи к завоеваниям угрозу, но у него не было никаких планов нападать на них.

Так почему же? Почему сила стиля призрачного клинка обнажила свои клыки на Королевство Канария?

Единственное объяснение, которое он может придумать, это...

「Возможно, это потому, что мы защищаем девушку киджина?」

В прошлом, истребление деревень киджинов, когда они просто мирно жили, было одной из тех вещей, которые причиняли боль сердцу Герцога Драгнаута.

В то время у молодого герцога не было навыков, чтобы остановить свою страну, и не было возможности помочь киджинам. Он мог лишь наблюдать за происходящим.

В этот раз, кроме того, что он хотел вернуть долг за фрукты джирайя, причина, по которой он активно помогал девушке киджину по имени Сузуме, заключалась еще и в этом.

Герцог подумал о том, что это может навлечь на него гнев империи, но ответ старика на его вопрос был гораздо проще.

「Хехе, это тоже есть. Все, кто почитает бога демонов, должны быть уничтожены. Но в этот раз это просто совпадение. Я нацелился только на Клаудию Драгнаут」

「Ты напал на столицу, потому что хочешь убить Клаудию?!」

「Если бы она просто покорно умерла от моего заклинания, я бы не зашел так далеко. Однако, вы, ребята, каким-то образом сняли проклятие. После того, как год спустя мы, наконец, достигли точки отмены брака, мы вернулись к тому, с чего начали - к ее выздоровлению, ХАахаах」

Старик показал свои желтые зубы и продолжил говорить,

「Брак между наследным принцем вашей страны и Леди Сакуей состоится в то же время, когда Леди Сакуя достигнет совершеннолетия, через два месяца. У меня нет времени проклинать ее снова. Поэтому я должен применить более решительный подход. Лучшее место, где можно спрятать лист, - это лес, поэтому я спрячу ее тело в сегодняшней трагедии. Если королевская столица будет усеяна трупами, никто не обратит внимания на смерть одной из дочерей герцога」

「Чтобы не вызвать подозрений, что это связано с империей, ты проклял мою дочь на целый год, а раз это не помогло, ты теперь втягиваешь во всё жителей королевской столицы, чтобы отвлечь внимание от смерти моей дочери. Разве так поступают люди, которые поклялись защищать страны и спасать мир?」

「Хе-хе-хе! Страна, которую мы защищаем - это Империя Ад-Астера. И когда мир перейдет под ее власть, люди будут спасены. Вот что значит защищать страны и спасать мир. Насекомые и цветы будут иногда попадаться, когда мы будем идти по этому пути, но видишь ли, это подобно тому, как муравьи умирают, когда идут слоны. Никто не назовет слона жестоким из-за случившегося」

В ответ на смех старика, раздавшийся после этих слов, Клаудия, которая все это время молчала, впервые заговорила,

「--Грампс. Неужели то, что ты сказал мне на кладбище, было просто ложью?」

Выражение лица старика изменилось, когда он услышал голос Клаудии.

Его отношение стало явно отличаться от насмешливого, которое было прежде.

「Нет. Это правда, что я помогал тревожным духам пройти дальше. Клаудия Драгнаут, это также правда, что я был впечатлен твоим благодарным поведением」

Старик продолжил довольно тихим голосом,

「Я умиротворяю злобных богов своей музыкой и очищаю враждебных людям духов, зарабатывая на жизнь, - это вовсе не ложь. Просто это не все, чем я занимаюсь. Я вассал семьи Мицуруги, выполняющий роль императорского меча, я должен выполнять приказы, какими бы извращенными они ни были. Даже если мне прикажут использовать проклятие, чтобы убить молодую девушку, которая еще даже не выросла」

「... Ты имеешь в виду... 」

「--Ну, хотя」

Старик перебил Клаудию, которая пыталась что-то сказать, а затем снова открыл рот,

Он не мог перестать улыбаться от невыносимого удовольствия, которое испытывал.

「Я получил приказ от своего господина отменить свадьбу кронпринца так, чтобы люди подумали, что это не связано с Империей. Какой метод использовать - решать мне! 」

「......Ээ?」

「Другими словами, это была моя идея - подвергнуть тебя столь длительным страданиям от проклятия! Напасть на королевскую столицу сегодня ночью - тоже моя идея! Хе-хе-хе! Твои крики и вопли, которыми я наслаждался весь год, были как божественный нектар」

「......!!」

「О такое наслаждение! Какой восторг! Ты сияла так ярко, хотя твоя жизнь была в опасности. Ты страдала, мучилась, была в отчаянии, но не плакала! С того дня, как я задушил свою жену, слушать женские крики доставляет мне удовольствие, которого я не могу получить ни от чего другого, поэтому, Клаудия Драгнаут, я хочу, чтобы ты тоже долго плакала для меня!」

С этими словами старик начал яростно играть на своей биве, которая превратилась в экипировку души.

Как только он это сделал, бива сильно задрожала, а затем из нее вырвались звуки, которые не звуки* :). Проклятые сигналы с неслышимой частотой сразу же настигли отца и дочерей Драгнаутов, ударив по их мозгам сверлящей острой болью.

Посмотрев на Драгнаутов, упавших на землю от мучительных звуков, старик перешел на спокойный тон и спросил,

「Прежде чем я убью вас, я должен спросить вас вот о чем. Как вы, ребята, справились с проклятием? Это была величайшая работа моей экипировки души. Я уверен, что даже если бы у вас была «вода омоложения», это не решило бы проблему」

「... Разве ты не знаешь, старик? Проклятие принцессы развеивается поцелуем принца」

「Хе-хе! Практикующие проклятия все разойдутся по домам, если проклятия будут сниматься поцелуем. Ну, если ты не хочешь мне говорить, я просто не буду торопиться, и оставлю тебя в живых, пока ты не скажешь. Играть с добычей - привилегия сильн--」

Когда старик, продолжавший тараторить, выглядел так, будто собирался начать громко смеяться...

Как будто что-то не могло больше его слушать...

――Вспышка черного света.

Беззвучный удар, взорвавшийся в центре резиденции Герцога Драгнаута, имел достаточную силу, чтобы сотрясти даже черную стену «Гакоусаи», которая все еще была развернута.

「......Что?」

Старик прекратил свои бредни и прищурил глаза.

В воздухе витала угроза, от которой у него бегали мурашки по коже. Давление, от которого у него пересохло в горле.

Он чувствовал угрозу исходящую из особняка, которую никогда не ощущал прежде.

Из-за этого старик, желавшего убить отца и дочерей Драгнаутов, в одно мгновение остановился. Он знал, что перед ним противник, на котором ему нужно сосредоточиться.

Вскоре из особняка показался молодой человек.

Вид этого молодого человека не отразился в глазах слепого старика, но он вспомнил, что слышал эти шаги.

Это был тот самый молодой человек, который буквально на днях посетил кладбище. Как и Клаудия Драгнаут, он был поражен тем, что этот молодой человек не отнесся к нему небрежно только потому, что он выглядел как бомж.

Потом он вспомнил еще кое-что из услышанного.

「Сора!」

Имя, которое Клаудия выкрикнула инстинктивно.

Для людей, служащих семье Мицуруги, это имя было незабываемым во многих отношениях.

***

BlackJackIQ:

Рокурокуби - вид женских японских йокаев (призраков) в народных сказках с шеей, которая может вытягиваться.

Там было "звуки которые не были звуками", но я решил адаптировать более мемно.

Принятие

「--вижу」

Зацепившись ногой за магию эрозии, я пробормотал про себя небольшой комментарий, когда магия пламени приблизилась ко мне.

С защитной магией 8-й сферы, сравнимой с защитой крепости, он использует два типа магии, которые он и его экипировка души развязали, чтобы атаковать противника.

Этот метод борьбы, похожий на осаду замка, вероятно, является тем, в чем Джиджинбоу преуспел.

Сам Старик, вероятно, является отличным магом, способным использовать высокоуровневую магию даже без Синсо.

Более того, поскольку он обладает силой снаряжения души и кей, обычные солдаты и авантюриста не смогут ему противостоять.

Если бы он попытался, я уверен, что он смог бы в одиночку справиться с целой армией.

Заклинание 5-й сферы 『Принцесса Пламени』, которое приближается ко мне, также обладает колоссальной силой.

Конечно, я тоже могу использовать это заклинание, но даже с силой моей кей я могу создать только 6 рук-щупалец.

Однако Джиджинбоу легко создал более 10 таких рук, а размер и скорость этих тентаклей совершенно на ином уровне относительно моих возможностей. Если бы я получил прямое попадание, то, вероятно, загорелся бы, как кусок дров, и в мгновение ока превратился бы в уголь.

Только на одном этом примере стало ясно, насколько велика разница в силе между мной и Джиджинбоу как пользователями магии.

--Ну, впрочем, меня это не волнует.

С этой мыслью в голове, я ударил своей экипировкой души по первой руке пламени, сомкнувшейся перед моими глазами.

После грохота, палящая рука, получившая удар, мгновенно исчезла вместе со своим жаром.

Пламя не «рассеялось». Оно было «потушено». Словно невидимый зверь-демон поглотил пламя целиком.

Даже дыхание горячего воздуха не пронеслось мимо моего лица. Единственное, что я почувствовал, - это слабое дуновение ветерка с легким запахом гари.

Затем я еще раз взмахнул мечом.

2 руки, 3, 4.

Я начал пожирать все щупальца с огненными руками, которые продолжали надвигаться на меня.

Их число дошло до 12, прежде чем заклинание «принцесса пламени» перестало действовать.

Еще раз убедившись, что все они исчезли, я тут же вонзил свой меч в землю.

Лезвие втянуло и поглотило ману, которая разъедала землю.

Местность, уже подвергшаяся эрозии, не вернулась в нормальное состояние, но люди, погруженные в землю по пояс, больше не были поглощены.

Джиджинбоу, вероятно, почувствовал неестественное исчезновение маны; он повысил голос, в котором было много удивления и мало паники.

「......Ха,ХАхахахаахха! Я вижу, вижу! Значит, способность синсо (экипировки души) молодого мастера - поглощение! И вижу, что он специализируется на поглощении маны! Именно эта сила и сломала мой Гакоусай (Кирпичная крепость) ранее, да? Вы - точная противоположность пользователям магических искусств!」

Сказав это, Джиджинбоу начал яростно играть на экипировке души.

「Но я уверен, что есть предел тому, сколько маны вы можете поглотить за один раз, верно? Если я атакую магией со всех сторон, вы, вероятно, не сможете избежать всего. Кроме того, должен быть общий предел количества маны, которую вы можете поглотить. Вот как работает этот тип способностей. Если вы поглотите больше маны, чем установлено, накопленная мана рассеется вместе с вашим телом. Я проведу тебя в ад обжорства с помощью истинного значения магии!」

Леди Сидзука начала напевать что-то похожее на вой. Ее ледяные интонации эхом разнеслись по всей резиденции герцога в эту безлунную ночь.

「『--Эли・Эли, Элус・Эли・Элус・ Голодные призраки защищают, мстительные духи собираются, крики злых чудовищ отдаются эхом』」

Этот голос звучал как никогда печально. Если не сказать, что это было похоже на вой, то, скорее, она действительно плакала.

Экипировка души - это анима их пользователя. Независимо от того, являются ли они существами, отличными от людей, или нет, они живые и существуют. Возможно, у них даже есть своя воля.

Хотя Джиджинбoу причинял жестокую боль ее телу, он говорил так, словно ему было весело.

「Сначала позвольте мне научить молодого мастера секрету магии. Магические заклинания, или магические искусства, как их называют в мире, сопровождаются словом «Истинный». Например, заклинание «Гакусай», которое я умею использовать в совершенстве, называется истинным заклинанием магии земли. Даже среди магов очень мало людей, которые знают, что означает это «истинное»」

Объяснил Джиджинбоу.

«Ма» в слове «магия» означает неземные вещи. Магия работает по законам, которые не принадлежат этому миру; такие техники изначально были не под силу людям.

Те, кто привел магию в руки людей, были призывателями в древние времена.

Они заключали контракты с дьяволами, обладающими высокими боевыми способностями, и изменяли их навыки для использования людьми.

Это и есть магические заклинания или магические искусства.

「 « Истинная» магия, другими словами, это заклинания, которые были «правильно изменены». По такой логике, это, конечно, означает, что существует и оригинальная магия, которая никогда не подвергалась изменениям. Мы, пользователи магии высокого уровня, называем такую магию «дефектной»」

Это магия дьяволов, с которой люди не могут справиться.

Для использования такой магии требуется огромное количество маны и жизненной силы. Даже если для дьявола такое количество потребления ничего не значит, человеческое тело не сможет выдержать подобную нагрузку.

По этой причине использование дефектной магии приведет к необратимым изменениям в душе и теле человека. Проще говоря, чем больше вы используете дефектную магию, тем менее человечным вы становитесь.

「Одними из известных примеров являются вампиры и личи. Среди этих типов монстров есть люди, которые отказались от своей человечности ради магии. Знание такой магии, безусловно, опасно, но для тех, кто хочет достичь высокого положения как пользователя магии, им неизбежно приходится заниматься дефектной магией. Чтобы наделить силой хорошие напевы, нужно знать и о плохих. Предсказания, которые говорят только о хороших вещах, в конце концов, бесполезны」

Даже в академии мудрецов людей не учат дефектной магии.

Осознать, что дефектная магия существует, а затем узнать о ней самому - вот что сделает человека первоклассным магом - именно это говорит Джиджинбоу.

На этом песнопения Леди Сидзуки закончились, и она замолчал.

「Хе-хе-хе! То, что я собираюсь выпустить сейчас, - это оригинальный «Гакоусай», запрещенное заклинание 8-й сферы! Если я использую его со своей экипировкой души, то даже недостатки, которые возникают при использовании заклинания, не повлияют на меня! То, что будет проклято дьяволами и начнет портиться, будет только моей экипировкой души! Однако, купаясь в этом проклятии с непревзойденной силой, моя экипировка души будет становиться сильнее по мере того, как она будет становиться все более испорченной! Такова настоящая сила Леди Сидзуки, воплощения моей жены! Сейчас, сейчас, сейчас, молодой господин--Нет, Сора Мицуруги! Попробуй съесть это запретное заклинание, если сможешь! 」

「『 Сложите органы в стену, сожмите кровь в ров. Это крепость чистилища - Гакоусаи (Воронья Крепость)』」

Вместе с окончанием его песнопения появились ворота цвета крови и со звуком открылись. Из них вышла огромная армия мстительных духов и голодных призраков.

Это было великое магическое заклинание, которое вызвало адский замок и армию мертвых, размещенную в нем.

Если другой Гакоусай - это оборонительная крепость, то этот - крепость, ориентированная на нападение.

Независимо от того, насколько сильна моя экипировка души, я не смогу защититься от нежити, которая будет атаковать меня одновременно со всех сторон, и я также не смогу поглотить всю армию бесконечной нежити - вероятно, именно об этом думает Джиджинбоу в своей голове.

Независимо от того, прав он или нет, я понимаю, к чему он стремится.

Однако я не обязан ему подыгрывать.

Я не просто сидел, покусывая большой палец, пока Джиджинбоу произносил свою многословную речь во время длинного песнопения Леди Сидзуки.

Я закончил вливать максимальное количество кей в экипировку души, которую держал в правой руке.

Как и в тот раз, когда я уничтожил стаю мантикор в лесу Титис, кей, которую я влил в клинок, окружила черное лезвие в виде спирали.

В тот момент, когда я собирался применить «Порыв Ветра*», который поглотит даже расстояние между нами...

--Тело моего меча потрескивало.

Словно он ревел. Словно смеялся.

Словно клинок знал, что у его цели есть душа, которую нельзя сравнить с душой мантикоры.

Это было похоже на ребенка, который суетится за обеденным столом, стуча посудой, потому что хочет получить свою еду.

Я исполню это желание.

Вместе с криком я поднял свой клинок высоко вверх и ударил вниз под углом... Удар по диагонали вниз от плеча.

◆◆◆

「.............Хоо?」

После того, как в саду резиденции герцога наступила полная тишина, первым, кто издал звук, был Джиджинбоу.

Он осмотрел своё тело.

Сначала левое плечо, затем правую сторону бедра.

Так он убедился, что от левого плеча до правого бедра шла глубокая резаная рана.

Более того, даже экипировка души, которую он держал в левой руке, была разрушена более чем наполовину.

Затем в ушах всех присутствующих раздался звук, похожий на звон тысяч разбивающихся стекол, как будто эти звуки ждали, когда Джиджинбоу убедится во всем.

Это был звук двух его заклинаний крепости, которые разбились после моего удара.

В то же время, когда эти заклинания исчезли, армия голодных призраков, выпущенных в этот мир, также вернулась туда, откуда они изначально пришли.

「Хe......Хе-хе-хе!」

Из уст Джиджинбоу вырвался смех... нет, крик.

「Невозможно, невозможно! Это были заклинания 8-й сферы, как истинные, так и дефектные, разрушенные всего одним ударом?! Нет, они были не совсем разрушены. Не осталось ни следа маны. Они были поглощены? Он проглотил их?! Невозможно, этого не может быть! Если его сила поглощения настолько страшна, то и ограничения на него должны быть большими. Если нет, то все слишком дисбалансно!!!」

Я начал медленно подходить к этому старику, который в исступлении разговаривал сам с собой.

По разложившейся почве было трудно идти, но это не было проблемой, так как я не видел, чтобы он намеревался убежать.

Ну, даже если он убежит, его тело определенно получило смертельные травмы. Об этом мне говорит количество души, которое сейчас течет во мне.

Поэтому он может думать, что бежать бессмысленно, но я не думаю, что характер Джиджинбоу настолько мужественный.

Причина, по которой Старик не пытается убежать, вероятно, в том, что он так расстроен, что даже не думал об этом варианте.

На самом деле, он все еще кричал.

「Экипировка души принимает форму души пользователя! Поглощать запрещенные заклинания одним махом... ты, ублюдок, что за монстр у тебя в теле!」

О? «Молодой господин» теперь превратился в «Ты ублюдок», да? Я думал поиздеваться над ним, но я ничего не получу, даже если буду вести мелкие перепалки с этим стариком.

Более того, я не хочу, чтобы люди увидели, как я издеваюсь над стариком, который находится на пороге смерти, даже если он враг. Особенно сестры Драгнаут.

Поэтому, не сказав ничего лишнего, я открыл рот только для того, чтобы услышать последние слова моего противника.

「Это не поможет, даже если ты знаешь, ведь скоро ты умрешь. Последние слова?」

「Умру... Умру?! Вы собираетесь убить меня?! Подождите, подождите секунду, молодой господин! Вы, сын семьи Мицуруги, собираетесь убить меня, одного из воинов Флагов Зеленого Леса?!」

「К сожалению, я был изгнан. Мне нет нужды сдерживаться ради твоего хозяина」

「Не торопитесь! Да, я стану свидетелем для вас, молодой господин! Этот старик занимает 9-е место в 4-м флаге! Если хозяин увидит, насколько вы сильны, он должен принять вас как родного!」

「Это бессмысленно. Он не намерен принимать меня обратно. Ну, Мицуруги - это фамилия моей матери, так что я намерен вернуть свою фамилию. Но у меня нет намерения заимствовать твою силу для этого」

Сказав это, я быстро переместил свою экипировку души.

Кончик моего черного меча пронзил лицо Леди Сидзуки.

Ее прочность была наравне с моим клинком, когда мы обменивались ударами, но из-за одной атаки, которую она перенесла ранее, она стала такой же хрупкой, как обычная бива.

Даже не контратаковав, Леди Сидзука превратилась в пыль и рассыпалась в прах.

...В этот момент, всего на мгновение, мне показалось, что кто-то что-то прошептал мне на ухо.

Просто этот голос был слишком тихим, поэтому я не мог разобрать, что было сказано.

Единственное, что я понял, это то, что голос был очень мирным и нежным.

Потеряв таким образом свою экипировку души, Джиджинбоу широко открыл глаза и рот, как будто он был в ярости.

Но прежде чем он успел закричать, я своим черным мечом отрубил ему голову.

Поскольку я понял, что он не собирался произносить никаких последних слов, не было нужды повторяться.

Обезглавив его, я сразу же повернулся к его спине.

Я увидел, что его голова упала на землю, а из шеи хлынула кровь.

***

BlackJackIQ: Заменил "Буря" на "Порыв Ветра", я думаю перевод "Gale" ближе ко второму. Дальше какой-то техст от анлейтера.

«Истинная» вещь всплывала дважды, я думаю, один раз в 21 или около того, и в 61, когда старик пришел напасть.

Так что, если кто-то запутался, это официальный способ называть свои заклинания. Каждое заклинание, которое используют люди, это «истинное заклинание огня/истинное заклинание земли», если только они не знают запретную магию дьяволов.

Заложница

Бедствие, обрушившееся на королевскую столицу Хорус, продолжалось еще некоторое время даже после того, как Джиджинбоу был побежден.

Потому что, даже когда повелителя не стало, группа нежити, которая была выпущена по городу, не переставала нападать.

Но поскольку эта нежить была в основном монстрами низкого уровня, после исправления хаоса, прошло не так много времени, прежде чем их убрали.

Джиджинбоу, наверное, никогда не и собирался разрушать королевскую столицу.

Если бы он зашел так далеко, то свадебная церемония, назначенная на два месяца позже между наследным принцем Канарии и имперской принцессой Ад-Астеры, тоже пострадала бы.

Думаю, именно поэтому он не стал выпускать в город мощную нежить.

Группа нежити была убрана в течение следующего дня силами окружной стражи, столичных рыцарей и священников из главных храмов.

На этом инцидент был исчерпан. Я вернулся в Ишку без тревог――ничего подобного, конечно, не произошло, так как в итоге меня допрашивал сам Герцог Драгнаут о каждой детали инцидента.

Разговор между мной и Джиджинбоу слышали все, кто присутствовал при этом. Поскольку теперь уже было поздно что-то скрывать, да я и не собирался этого делать, я рассказал герцогу то, что знал.

Мало того, что проклятие его дочери было сделано имперским магом-практиком, оно было сделано с целью отменить брак между ней и кронпринцем. Даже если он герцог, он должен был получить довольно сильный шок, когда узнал об этом.

Этот инцидент, несомненно, был частью вторжения Империи, и была большая вероятность того, что дворяне королевства, которые настаивали на браке кронпринца с принцессой Империи, тоже участвуют в этой схеме.

Если правда будет раскрыта, в королевстве Канария наверняка воцарится хаос.

Учитывая это, я не могу выбрать вариант сокрытия правды. Это будет выгодно только Империи.

Конечно, даже если инцидент на этот раз станет общеизвестным, империя ни за что не сознается в содеянном, и брак между кронпринцем и принцессой империи, скорее всего, все равно состоится.

Если Королевство Канария разорвет брак со своей стороны, империя может использовать это как предлог для начала войны. Империя Ад-Астера обладает достаточной национальной силой, чтобы сделать именно это.

На лбу Герцога Драгнаута, ведущего дворянина королевства Канария, появилась глубокая морщина, и казалось, что она так просто не исчезнет.

Даже для меня этот инцидент был не просто чьей-то проблемой.

В будущем велика вероятность, что империя или мой родной дом потребуют что-то вроде «Выдайте человека, убившего Джиджинбоу».

Также вероятно, что король или Маркиз Колкиа (дворянин из фракции сторонников империи) отдадут меня в качестве человеческой жертвы, потому что они боятся обвинений империи.

Мой разговор с герцогом продолжался, пока у меня в голове крутились подобные мысли.

В конце концов, мы решили, что скроем мое участие в этом инциденте. Мы не только скроем это от империи, но и от Королевства Канария.

Убийцей Джиджинбоу будет Герцог Драгнаут, и сведения об острове демонов и империи Ад-Астера, которые он сейчас имеет, были получены от Джиджинбоу.

На первый взгляд может показаться, что герцог пытается присвоить себе мои заслуги, но на самом деле это я предложил сделать это.

Я подумал, что сейчас не самое подходящее время для «Соры Мицуруги», чтобы оказаться в центре внимания, поэтому решил спрятаться под тенью Герцога.

Причина, по которой я принял такую меру, заключается в том, что я могу выиграть больше времени.

Несмотря на характер Джиджинбоу, он тот, кто обрел экипировку души.

Если факт, что человек, понимающий секреты стиля призрачного клинка, был убит мной, изгнанным с острова 5 лет назад раскроется, то остров демонов определенно пошлет за мной людей, которые сильнее Джиджинбоу. Они наверняка попытаются сокрушить меня во имя чести стиля призрачного клинка.

Я не боюсь враждовать с островом демонов после всего этого времени, но, честно говоря, я бы предпочел иметь немного больше времени перед лобовым столкновением.

Сейчас самое время покончить с моими делами в отношениях с Ирией и Мирославой. Я уберу 『Соколиный Меч』 и увеличу число людей, у которых я могу пожирать души, кроме Лунамарии――Я хочу, по крайней мере, сделать это до того, как столкнусь с преследователями, которых пошлет мой дом.

Примерно так я и планировал.

Однако, если я скрою свое имя, то Герцог Драгнаут, естественно, будет тем, кого остров демонов будет преследовать за смерть Джиджинбоу.

Неважно, насколько он известен как «Гром», он определенно будет в невыгодном положении против пользователей стиля фантомного клинка из высших флагов.

В связи с этим, я сожалею, что навязал ему эту опасность, но герцог сказал мне «не беспокойся об этом» с улыбкой на лице.

С его точки зрения, тот, кто начал драку, был в первую очередь на стороне острова демонов. Не похоже, что у него есть другой выбор, кроме как относиться к тем, кто проклял его дочь и заставил ее страдать больше года, как к врагам.

Более того, даже если он отдаст меня, это не значит, что враждебность империи по отношению к нему исчезнет.

Для империи, которая пытается вторгнуться в Королевство Канария, герцог по-прежнему будет неприятностью в их глазах.

Скрывает ли он мое имя или нет, империя будет охотиться за его жизнью. Поэтому мое беспокойство излишне - так сказал герцог.

После всего этого мое возвращение в Ишку было окончательно оформлено.

Конечно, если что-то случится, я намерен в любой момент отправиться на Клау Сорасе в столицу.

Когда я сказал об этом герцогу за обеденным столом, первой отреагировала его вторая дочь, Клаудия.

◆◆◆

「Отец, если это так, то я тоже хотела бы поехать в Ишку」

「Что?」

Герцог ошеломленно смотрел на свою дочь, которая первым делом произнесла нечто немыслимое.

「Что ты вдруг сказала, Клаудия?」

Спросил ее озадаченный герцог.

В ответ на это Клаудия произнесла несколько опасных слов с легкомысленной улыбкой на лице,

「Я буду заложницей, отец」

「Кx......」

Я не понял, что она имела в виду, но Герцог Драгнаут, похоже, догадался о намерении дочери. Он посмотрел на Клаудию с таким выражением, словно только что выпил уксуса.

Затем я поспешно прервал их.

「Мне кажется, я только что услышал нечто, что не могу сделать вид будто пропустил мимо ушей...」

Судя по течению разговора, похоже, что Клаудия собирается стать заложницей, а я - тем, у кого она будет в заложниках.

Зачем нам это делать?

「Сора. Для дворян бывают моменты, когда мы должны отбросить свои эмоции в зависимости от ситуации」

Клаудия говорила с серьезным выражением лица.

Что касается меня, то я мог только серьезно слушать ее.

「После твоего возвращения в Ишку отец может вернуться к обещанию, которое он дал тебе. Например, хммм... Допустим, Империя попытается начать нападение на королевство из-за инцидента в этот раз. Однако они говорят, что оставят все как есть, если мы выдадим тебя. Если они выдвинут такое условие, его величество и Маркиз Колкиа обязательно согласятся, не так ли?」

「――То есть ты хочешь сказать, что твой отец тоже последует этому примеру? 」

「Конечно, отец будет возражать против этого. Но отец - вассал, вассал короля. Ему будет трудно силой пойти против приказа его величества. Если он будет настаивать на этом, это будет расценено как измена. Если это случится, наши слуги, граждане и даже их семьи, тысячи или десятки тысяч людей могут оказаться под угрозой войны」

Ответственность главы благородной семьи заключается в том, чтобы обеспечить выживание своей семьи. Неприемлемо подвергать свой народ опасности из-за личных эмоций. Если ситуация станет такой, как она сказала, у герцога, вероятно, не будет выбора, кроме как пожертвовать мной――Клаудия заявила так с нехарактерным для нее выражением лица и нехарактерной для нее логикой.

「......Понятно. Значит, заложница, да?」

「Да. Если ситуация станет такой, пожалуйста, прими соответствующие меры вместе со мной」

「......Для того, чтобы пойти в Ишку, ты действительно приложили все усилия, чтобы придумать такое обоснование, да? 」

「Да! Я очень старалась, чтобы придумать это вместе со старшей сестрой!」

Да, хорошая улыбка.

И Астрид, ты тоже участвовала в этом? Это объясняет, почему эта логика не была похожа на то, что сказала бы Клаудия.

Их отец тоже изобразил горькую улыбку.

Затем Клаудия продолжила с серьезным выражением лица,

「И еще, я думаю, тебе будет полезно, если рядом с тобой буду я - младшая дочь Герцога Драгунаута. Не много найдется людей, способных испортить жизнь тем, с кем я живу」

「Ну, думаю, в этом ты права」

То, что мы уже решили о совместной жизни... Я мог бы пожаловаться на многое, но это простой факт: если младшая дочь герцога будет жить в моем доме, мое влияние в Ишке поднимется выше, чем когда-либо.

Даже гильдия авантюристов не сможет относиться ко мне легкомысленно.

Это также смягчит любую враждебность людей по отношению к Сузуме, которая будет жить с ней в одном доме.

Я бросил взгляд на старшую сестру, Астрид.

Почему Астрид помогла Клаудии придумать этот план?

Наверное, она сделала это из-за желания держать младшую сестру подальше от столицы, чтобы та снова не оказалась втянутой в политические конфликты.

Поскольку брак Клаудии с кронпринцем отменен, маловероятно, что она снова окажется проклята как объект покушения, но если она полностью выздоровела, то вполне возможно, что прошлая помолвка вновь даст о себе знать, когда план Империи станет известен.

Как ее старшая сестра, Астрид, вероятно, не хочет, чтобы подобные вещи беспокоили Клаудию.

Более того, в случае, если Империя снова нападет на резиденцию герцога, если Клаудия будет в Ишке, то родословная их семьи продолжится, даже если они будут полностью стерты с лица земли.

Поскольку Астрид видела силу пользователей экипировки души, я думаю, что она пришла к своему решению, приняв во внимание и это.

Неожиданное Решение и Неожиданный Визит

「Мастер, я хочу поговорить с вами кое о чем」

Это была ночь перед нашим возвращением в Ишку, когда молодая зверолюдка по имени Сиель обратилась ко мне с очень напряженным выражением лица.

Я собирался прикинуться дурачком, типа -- А? О чем ты хочешь поговорить? Но я отбросил эту мысль, когда увидел её лицо.

Мне стало ясно, что она серьезно настроена, как только я увидел этот взгляд. Если это так, то и я должен ответить ей серьезно. Кроме того, я догадываюсь, о чем она хочет поговорить.

「Это о том, что ты видела в ночь нападения?」

Сиель кивнула в ответ на мой вопрос.

А, так и знал, подумал я, почесывая щеку.

Под ночью нападения, конечно же, подразумевается ночь атаки Джиджинбоу.

Тогда я упал в обморок после передачи Клаудии большого количества души. Когда Джиджинбоу достал свою экипировку души, меня разбудило сильное присутствие, но я был не в состоянии сражаться сразу.

Затем произошло следующее: я съел душу Лунамарии, которая пришла позаботиться обо мне.

И вот Сиель, которая также пришла, чтобы сделать то же самое, стала свидетелем всей этой сцены.

Поскольку ситуация была срочной, я был довольно агрессивен и съел довольно большую часть души эльфийки.

В результате Лунамария потеряла сознание, а я, оставив её под присмотром Сиель, отправился на встречу со Стариком.

Естественно, что Сиель заподозрила, что-то о случившемся. Ведь как бы там ни было, Лунамария явно упала в обморок после нашего поцелуя.

Подумав об этом спокойно, я мог бы сначала сказать Сиель, чтобы та подождала снаружи комнаты или что-то в этом роде, но я был в панике. В конце концов, меня только что разбудило присутствие пользователя экипировки души.

Даже если я сейчас скажу Сиель что-то вроде «Мы с Лунамарией всегда целуемся, когда я просыпаюсь», она ни за что не поверит, что это всё.

Если я прикажу ей «забыть об этом» с точки зрения хозяина и раба, она, конечно, отбросит свои вопросы... но я пытаюсь увеличить количество людей, у которых я мог бы съесть души, помимо Лунамарии. Шансы, что она увидит подобную сцену, когда мы будем жить в одном доме, возрастут.

Будет хлопотно постоянно придумывать отговорки и приказывать ей забыть обо всем.

Во время нападения на королевскую столицу информация о моем происхождении, стиле фантомного клинка и экипировке души просочилась в семью Герцога Драгунаута.

Если это так, то даже нет смысла скрывать эти вещи от Сиель.

Во-первых, Сиель и Лунамария знают о моем секрете, который не знает даже герцог - люди, с которыми я сплю, получают усиление. Это делает скрытие других вещей от Сиель особенно бессмысленным.

В каком-то смысле, это хорошая возможность для меня раскрыть ей все свои секреты.

Проблема в том, что эта вампирическая способность поедать души людей может напугать её и заставить сбежать от меня, но... Да, если она хочет сделать это, тогда я просто освобожу её и позволю вернуться на родину, как я и планировал изначально.

Конечно, она никогда не проговорится о том, что я попрошу хранить в секрете. Если у неё не выйдет этого сделать, у меня не останется другого выбора, кроме как рассматривать даже её как врага.

Размышляя о таких вещах, я объяснил Сиель все так и эдак.

Она кивала, слушая с серьезным выражением лица.

Затем, когда я закончил объяснять, она вздохнула и открыла рот,

「Так вот что это было. Спасибо, что рассказали мне」

「......Это всё?」

「Всё..?」

「Ах, я просто разговаривал сам с собой, но разве ты не думаешь, что парень, который ест души других людей, опасен? Я думал, ты будешь... больше напугана или встревожена」

「......Кья, кьяаа?」

「Впервые слышу что-то вроде крика, который звучит как вопрос」

Когда я смотрел, как Сиель сидит, преувеличенно держась за голову, я не знал, как реагировать, и на моем лице появилось озабоченное выражение.

Ну, вообще-то, то, что она продолжает шутить после того, как я ей все объяснил, для меня неплохой результат.

Затем Сиель встала, хихикая.

「Я изо всех сил старалась испугаться」

「Я не говорил тебе бояться... но я впечатлен, что девушка, которая была напугана от ушей до хвоста, когда мы впервые встретились, теперь может шутить со мной」

「Это потому, что я не знала, что за человек купил меня в то время. Кроме того, вы гладили мои ушки и хвост, не давая спать, столько дней после...」

«Вот почему мне понадобилось некоторое время, чтобы перестать нервничать», - пожаловалась Сиель.

Я отвел глаза, когда она уставилась на меня с несколько обиженным выражением лица.

Она посмотрела на меня и снова радостно захихикала.

Затем смех пропал, и из уст юной зверолюдки вырвались неожиданные слова.

「--Ум, в-вы собираетесь съесть и меня, да?」

「Мм?」

Когда я наклонил голову под углом, типа «о чём ты говоришь?», она тоже наклонила голову под тем же углом.

「Вы тренируете меня и повышаете мой уровень, потому что хотите меня съесть?」

После того, как я это услышал, меня осенило.

Лунамария научила ее сражаться, и она получила силу от сна со мной.

Вот почему она спрашивает, не было ли все это подготовкой, конечной целью который было поедание её души.

Здесь явно есть недопонимание. Начнем с того, что мы только недавно узнали, что моя «сущность» влияет на других. Причиной, по которой я переспал с ней, была просто похоть.

Однако, с её точки зрения, вероятно, кажется, что ряд моих действий был совершен с «этой целью».

Поскольку я понял это, я собирался прояснить ситуацию еще раз, но...

「У-ум, я готова, когда угодно!」

Звероподобная девушка приблизилась ко мне, сжав оба кулака.

Я инстинктивно откинул голову назад.

「Что значит ты в порядке?」

「Вы можете сделать со мной то же самое, что и с Лунамарией! Я готова к этому!」

Близкое расстояние. Серьезные глаза. Умоляюще смотрят на меня.

Это потому что она нервничает? Или это потому, что она полна решимости? Ее оцелотовые уши напряженно стояли.

Я торопливо замахала руками влево и вправо, чуть отступив назад.

「Не-ненене, все в порядке, тебе не стоит об этом беспокоиться. Я не собираюсь насильно есть твою душу」

「Не насильно. Я предлагаю сделать это, потому что хочу быть полезной вам, хозяин」

「......Эээ」

Я не знал, как ответить на искренние слова Сиель.

Если быть честным, у меня действительно есть желание съесть её (душу). Я не сомневаюсь, что она будет вкусной.

Не раз и не два я испытывал искушение, когда мы проводили ночь вместе или когда я смотрел на неё крепко спящую с близкого расстояния после того, как мы заканчивали дела.

Однако, неважно, будет ли другая сторона тем, с кем я буду спать или кого убью, я решил, что буду есть души только тех людей, которые враждебны или имеют злые намерения по отношению ко мне.

Я не могу съесть душу Сиель, не имея с ней конфликта.

...С другой стороны, внутри меня раздается голос: «А разве не хорошо, если человек сам не против?».

Источник этого голоса битва с Джиджинбоу.

Когда я разрубил того старика, я, конечно же, съел и его душу. В результате мой уровень поднялся до 『9』.

А когда я только приехал в столицу, мой уровень был 『8』. Затем мой уровень упал до 『7』, когда я отдал Лунамарии часть своей души, а потом он еще больше упал до 『5』 за раз после передачи Клаудии части своей души.

Отсюда огромный рост уровня. Подняться на 4 уровня сразу из-за одного Джиджинбоу - это самый большой прирост со времен инцидента в гнезде Короля Мух.

Поскольку я даже пробил стену до 9 уровня, которую не мог пробить раньше, иллюзия «предела таланта», которая продолжала преследовать меня с 1 уровня исчезла вместе с этим.

Можно сказать, что все хорошо, что хорошо кончается.

Однако то, что произошло на этот раз, заставило меня ещё раз понять, что проблема существует.

И эта проблема заключается в том, что мне трудно повышать свой уровень.

Я уже много раз говорил об этом, но я стал 8-м уровнем, когда победил грифона. После этого я побеждал баньши, сциллу, оборотня, василиска и продолжал есть душу Лунамарии, но мой уровень все равно не повышался.

На этот раз я съел душу Джиджинбоу, уровень которого был『73』, и пробил эту стену, но, конечно, я могу ожидать, что стена 10-го уровня для меня будет еще толще, чем стена 9-го уровня.

Если я буду продолжать в том же духе, я никогда не стану сильным.

Нет никакой гарантии, что я смогу справиться с людьми, которых пришлют с острова демонов на замену Джиджинбоу. Я не могу позволить себе расслабиться.

В первую очередь, Старик ни в коем случае не был легким противником.

Он просто был хорошим противником для меня, поскольку и он, и его экипировка души являлись «пользователями магических искусств». Против оппонентов, отличающихся по характеристикам от Джиджинбоу, мне будет гораздо сложнее.

Это означает, что мне необходимо повышать свой уровень.

Следовательно, я могу принять предложение Сиель.

Я поставил условие, у кого я буду есть души, чтобы не превратиться в монстра, который силой нападает на случайных людей. Точнее говоря, чтобы не повторить проступок, который я однажды совершил в борделе.

Если я расскажу человеку о возможных последствиях поедания его души, а он всё равно скажет мне «всё в порядке», то нет необходимости выполнять условие, которое я изначально поставил.

Поразмыслив над этим некоторое время, я решил уточнить у Сиель.

「Нет никакой гарантии, что не возникнет негативных последствий после того, как я заберу часть твоей души, понимаешь?」

Я думаю, что души, которыми я питаюсь, через некоторое время восстановятся, но вероятность того, что Мирослава или Лунамария однажды внезапно умрут, сойдут с ума или превратятся в инвалидов, тоже не равна нулю.

Возможно также, что личность человека может измениться после неоднократного пожирания его души. Есть пример Мирославы, которая стала послушной мне до такой степени, что это странно, хотя прежде она ненавидела меня до глубины души.

С Лунамарией тоже так, хотя степень изменений разная.

Я рассказал обо всем этом и Сиель, но взгляд юной зверолюдки не изменился, она продолжала смотреть на меня.

Видя, что она зашла так далеко, даже я начал немного радоваться её решимости.

«Тогда я приму тебя без колебаний» - эти слова чуть было не сорвались с моих губ, но, взглянув на рабский ошейник на её шее, я сдержал свои горячие чувства.

Сиель - рабыня, поэтому я обладаю правами на её жизнь. Естественно, это должно было сильно повлиять на её действия в этот раз.

Другими словами, это означает, что она сделала этот выбор не по своей воле. Возможно, она чувствует давление, потому что Лунамария, которая тоже рабыня, делает это для меня.

Я не могу воспользоваться такими чувствами. Это правда, что это не было бы «принуждением», но это было бы так же плохо.

С другой стороны, верно и то, что душа Сиель привлекательна.

Поэтому я решил, что пройду все необходимые процедуры.

「Ладно, если это так, я освобожу тебя из рабства」

「Эх? Но, это...」

Когда Сиель замешкалась, чтобы что-то сказать, я прервал её,

「Если и после этого ты будешь чувствовать то же самое, я с радостью приму твое предложение」

Давай отложим этот разговор, пока мы не вернемся в Ишку... После моих слов Сиель сделала редкое недовольное выражение лица.

Ей могло показаться, что её собственная решимость была просто отброшена.

Ну, раз просьба, которую она решительно высказала, была отброшена, то неизбежно, что она будет недовольна.

Я сожалею об этом, но если я съем её сейчас, это повредит моей совести, так что, пожалуйста, дай мне время.

Но должен сказать, я никогда не думал, что Сиель скажет что-то подобное. Сузуме ведь тоже не скажет ничего подобного, верно? Размышляя об этом, я пытался наладить отношения с Сиель, которая была в плохом настроении.

Обычно она спокойная девушка. Ну, именно потому, что она обычно спокойная девушка, когда она расстроена, это действительно кажется большой проблемой.

К счастью, её плохое настроение не продолжалось слишком долго. На следующий день Сиель вернулась в нормальное состояние к тому времени, как мы отбыли из королевской столицы, так что я втайне вздохнул с облегчением.

Кроме того, на этот раз мы не будем путешествовать вместе с Клаудией на обратном пути.

Она хотела ехать вместе с нами, но, как и ожидалось, поскольку нападение произошло совсем недавно, а она только недавно освободилась от своего годичного проклятия, герцог не разрешил ей переехать сразу.

Клаудия приедет в Ишку позже, подождав некоторое время, пока её физическое состояние не восстановится до определенной степени.

И вот мы покинули столицу, в которой повсюду ещё оставались следы нападения, и направились обратно в Ишку.

По правде говоря, я ожидал какого-то контакта или вмешательства со стороны кронпринца, одержимого Клау Сорасом, или Маркиза Колкиа, имеющего тесные связи с империей, но, похоже, ничего этого не произошло из-за инцидента с Джиджинбоу, так что наш обратный путь прошёл очень гладко.

По вздоху облегчения, который я инстинктивно издал, увидев быстро ставшие мне знакомыми валы Ишки, было понятно, насколько я бдителен.

Я рад, что мы благополучно вернулись домой - так я думал, но мне было еще рановато чувствовать облегчение.

Ведь перед моим домом сидел молодой человек с очень измученным выражением лица.

Как только я увидел лицо этого юноши, я инстинктивно нахмурился и назвал его имя.

「......Ларс?」

「Пожалуйста! Прошу... одолжи мне свою силу, Сора!」

Перед моим домом в Ишке.

В тот момент, когда Ларс, увидев меня, громко заговорил, он глубоко склонил голову, не обращая внимания на окружающую обстановку.

Поскольку он кланялся из положения сидя, прислонившись спиной к стене, это выглядело так, будто он простерся ниц.

Я не мог не прийти в замешательство от этого неожиданного поступка.

Честно говоря, я не обязан прислушиваться к его просьбе. Однако я впервые вижу его таким слабым, поэтому мне любопытно, что случилось.

И, говоря о любопытстве, мне также интересно, почему он один.

Ирии нет с ним, вероятно, потому что она еще не вернулась из деревни Мелте. Но почему я не вижу с ним и Мирославы?

Чтобы выяснить причину, я пригласил Ларса в свой дом.

Внутри было довольно пыльно, так как мы долго отсутствовали, но Ларса это не волновало, и он просто повторял свои прежние слова, показывая признаки разочарования.

Я начал слушать его, и ситуация, которая сложилась, была примерно следующей:

Ларс, Мирослава и трое других авантюристов, которые временно присоединились к ним- Группа из пяти человек отправилась на Гору Ским после моего отбытия в деревню Мелте.

Пока я встречался с жрицой Сарой в той деревне, Ларс и его партия усердно поднимались на гору.

Их целью было истребление грифонов. Тот, кто обратился с просьбой, был неким домом Эрла.

Ну, я знал об этом, даже если бы он мне не сказал. Всё потому, что раньше я получил об этом сообщение от Мирославы.

Проблема в том, что случилось с теми пятью после отправки на Гору Ским?

-- Если начинать с развязке, то Ларс, похоже, развернулся прямо перед тем, как они вошли на территорию грифонов после прибытия на гору.

Причина заключалась в том, что он был ранен.

Когда он вместе с Мирославой нёс ночную караульную службу, он, похоже, попал в какую-то засаду и потерял сознание.

К тому времени, когда он очнулся, хотя у него не было никаких внешних повреждений, он потерял огромное количество выносливости и был не в состоянии сражаться.

Гора Ским - это гнездо монстров, которые могут сравниться с монстрами леса Титис. Вероятно, его поразила «утечка энергии» от одного из монстров-нежити, бродивших по горе... Ну, не то чтобы только нежить могла лишать людей выносливости; другие монстры или люди, особенно люди, тоже могли делать то же самое с помощью своей магии.

В любом случае, Ларс был ошеломлен, когда осознал ситуацию.

Мало того, что он потерял способность сражаться с грифонами, так его еще и везли обратно в Ишку в конной повозке.

Пока он был без сознания, остальные члены отряда спустили его с горы и отправились обратно в Ишку - все, кроме Мирославы, единственного человека, который остался на горе.

Я инстинктивно нахмурился.

Ларс посмотрел на меня и, вероятно, подумал, что я собираюсь критиковать его за это, поэтому он открыл рот, словно огрызнулся.

「Я действительно сказал им немедленно возвращаться! Но......」

Ларс, потерявший самообладание, сразу же погрустнел.

Трое новых членов, которые присоединились к ним, не послушались Ларса, их лидера.

Но я хочу сказать, что эти три человека не были новыми членами 『Соколиного Меча』, они были скорее людьми, которых наняли для истребления грифонов.

Формально их лидером был не Ларc. Приказ Мирославы имел приоритет, поскольку именно она наняла их. Другими словами, приказ «Защитить Ларcа и вернуть его в Ишку».

И Ларc получил от них письмо.

「Это...это письмо......」

С этими словами он достал из кармана письмо.

Письмо было написано почерком Мирославы. Она просила прощения за то, что поступила эгоистично, не хотела подвергать его опасности после того, как он упал, и что она обязательно убьет грифона, поэтому просит его ждать ее в Ишке.

Прочитав это, Ларс не смог усидеть на месте и попытался вернуться сам, но его остановили другие члены группы.

3 человека, получившие приказ Мирославы, силой вернули Ларса в Ишку, когда он попытался вернуться на Гору Ским.

Это был бой 1 на 3, более того, он был измотан, поэтому Ларс не мог бороться с ними, и в итоге его вернули в Ишку против воли.

Как только он вернулся, новые члены покинули Ларса и быстро исчезли. Это, вероятно, потому, что их соглашение с Мирославой длилось только до возвращения в Ишку, поэтому для них не имеет значения, что Ларс будет делать после этого.

Конечно, он хотел сразу же вернуться на Гору Ским.

Но поскольку его тело еще не восстановилось, ему было бы трудно противостоять даже монстрам на окраине Ишки. В таком состоянии он не мог снова отправиться туда.

Он попытался набрать союзников, но это была просьба 『Соколиного Меча』 после падения их репутации, а местом назначения была территория монстров, которая является вершиной Горы Ским; никто из авантюристов не поднял бы руки добровольно.

Он обратился за помощью в гильдию, но даже гильдия не спешила действовать.

Это потому, что Мирослава решила остаться там по своей воле, хотя могла бы уйти, если бы захотела.

Каждый авантюрист знает, что если на вас не напал монстр и вы решили остаться там по собственной воле, то вы сами отвечаете за свою жизнь.

Тем не менее, администраторы, такие как Парфе и Лиделль, с которыми Ларс был знаком, пытались помочь, но и они не достигли большого прогресса.

Время, необходимое Ларсу для возвращения в Ишку с Горы Ским, составило 4 дня. Если учесть дополнительное время, которое потребовалось его отряду, чтобы спустить его с горы, и все остальные дела после возвращения, то Ларс пробыл в разлуке с Мирославой почти десять дней.

Поскольку она так долго оставалась там одна, Ларс сходил с ума от нетерпения.

В этот момент он услышал, что я вернулся из королевской столицы.

Из-за невозможности скрыть Клау Сораса, люди будут говорить о моем возвращении, даже если я этого не хочу.

Узнав это Ларс сказал, что он «смирился» и пришел ко мне домой.

◆◆◆

Просьба Ларса была такой: «Приведи меня на Гору Ским на своей виверне», как я и ожидал.

Его цель - спасти Мирославу.

Я подумал, что, может быть, он хочет, чтобы я помог ему истребить грифонов, но он не зашел так далеко.

Я попытался слегка проверить почку, но Ларсу покачал головой в слабом расположении духа.

Этот инцидент произошел из-за его решения настоять на том, чтобы очистить свое имя--Ларс сказал это и с сожалением прикусил губу.

Когда я увидел его таким, я слегка сузил глаза.

Возможно, он думает, что Мирослава осталась на горе, потому что хотела быть ему полезной.

Нет ничего странного в его мыслях. Любой бы так подумал, если бы увидел, как Мирослава держится за него и ведет себя рядом с ним.

--Однако так ли это на самом деле?

У меня нет намерения заявлять что-то вроде «Сердце Мирославы больше не с тобой. Теперь ей нравлюсь я!»

Я понятия не имею, о чем на самом деле думает Мирослава. Все, что она делала до сих пор, было удобно для меня, но вполне возможно, что она закладывает фундамент, чтобы в будущем расправиться со мной.

Однако, даже если принять это во внимание, я не могу не думать, что ее действия в этот раз были неестественными.

Как она в одиночку справится с грифоном? Даже если она сможет это сделать, как она заберет труп грифона обратно?

Цель истребления - сделать чучело грифона, поэтому повреждение морды грифона или гниение его трупа сильно повлияет на успех или провал задания. Даже если она завалит одного, все может оказаться напрасным.

А что ей делать с едой и водой?

Кроме того, основная проблема заключается в том, что плохая репутация Ларса не очистится, даже если она сама закончит квест.

Репутация 『Соколиного Меча』, возможно, и поднимется, но репутация Ларса, скорее всего, упадет еще больше, поскольку он сам оставил Мирославу и вернулся в Ишку.

Если предположить, что ее целью было «Помочь Ларсу», то трудно представить, что она не подумала об этой проблеме.

-Но если ее целью было сделать так, чтобы репутация Ларса упала еще больше, тогда все логично.

В этом отношении можно сказать, что цель Мирославы уже достигнута.

Поэтому нет никаких проблем, даже если я откажу Ларсу в его просьбе и на этом все закончится. Я только что сказал, что не обязан прислушиваться к его просьбе. Если уж на то пошло, я должен хотеть показать на него пальцем и посмеяться.

...... Однако, некоторые слова внезапно всплыли в моем сознании.

『Эй, ты, не хочешь присоединиться к нашей группе?』

Голос Ларса, когда я впервые его встретил.

Как только я вспомнил этот момент, издевательские смешки, которые были у меня в горле, естественно, перестали вырываться наружу.

Я в долгу перед ним за то, что он пригласил меня в 『Соколиный Меч』.

Это простой долг, о котором мне больше не нужно беспокоиться после нашего расставания, когда я вернулся из гнезда короля мух, но, честно говоря, он не выходит у меня из головы. Это как денежный заем, который он так и не потребовал назад.

Вот почему я думаю, стоит ли мне вернуть этот долг с помощью этого шанса.

Конечно, у меня нет намерения просто наивно привести Ларса на Гору Ским.

Во-первых, он, вероятно, не выдержит полета на виверне в том состоянии, в котором он сейчас находится. Езда на Клау Сорасе требует немалой выносливости, в конце концов.

Поэтому я пойду туда один. Возможно, Ларсу это не понравится, но его цель сейчас - не истребить грифонов, а спасти Мирославу. Он же не будет жаловаться, если она благополучно вернется.

Скорее, мне наплевать, даже если он будет жаловаться.

Я собираюсь посмотреть, что на самом деле задумала Мирослава, пока я там, и прояснить, какими будут наши отношения дальше.

С такими мыслями в голове я медленно открыл рот.

「『Взлетай, невидимая хищная птица - Невидимый Орёл!』」

Вместе с окончанием её песнопения, невидимый клинок пронесся по воздуху.

Магия ветра 2-й сферы точно попала в монстра - гарпию, летящую в воздухе, и нанесла глубокую рану на правом крыле монстра.

Чудовище с лицом и туловищем старухи, и странной нижней частью из птичьих перьев не могло оставаться в воздухе; оно закричало и начало падать вниз по спирали.

Врезалась ли она в склон холма? Или ударилась о ветви игольчатых деревьев? Как бы там ни было, падение с такой высоты никогда не будет безопасным.

Убив гарпию, Мирослава тут же отправилась за следующей целью.

На нее напали 7 гарпий. Три из них были повержены. Больше половины её врагов остались живы.

Гарпии свирепы, и аппетит у них сильный. Нередко они охотятся стаями на чудовищ, которые больше их самих.

Четыре из них могут легко разорвать одного человека и съесть. Это определенно враги, с которыми нельзя быть беспечным, пока не погибнет последний из них.

Мирослава пристально посмотрел на следующую цель своего заклинания『Невидимый Орёл』.

Затем, может быть, потому, что гарпии почувствовали её острую волю к борьбе, их движения в воздухе заметно нарушились.

Эти летающие монстры действительно свирепы, но с другой стороны, они также трусливые существа, которые просто убегут, как только поймут, что находятся в невыгодном положении.

Возможно, гарпии решили, что им не справиться с Мирославой после того, как ее клинки ветра в мгновение ока сократили число их товарищей до половины, и поэтому они решили повернуться к человеку спиной и улететь.

Правда, сделав это, они стали лишь добычей Мирославы, которая обрушила на них свою магию, безжалостно атакуя сзади.

1 гарпия, 2 гарпии, количество монстров стало быстро уменьшаться.

В конце концов, только 1 из 7 гарпий спаслась. Оказалось, что Мирослава убила 6 гарпий в короткой схватке.

Она была рада, что результат её одиночной охоты на Горе Ским оказался отличным.

Словно в подтверждение этого факта, тело Мирославы сильно задрожало.

Рыжеволосая волшебница тут же проверила свой уровень и после короткой паузы сжала кулак, выражая радость и облегчение.

После она быстро покинула это место. Она опасалась, что звуки битвы и запах крови привлекут новых монстров.

Мирослава приветствует монстров, подступающих к ней, но сражаться последовательно было бы для неё невыгодно.

Она направилась к месту, где была установлена простая палатка, а вокруг палатки был барьер, отгораживающий от монстров.

Это место волшебница использует в качестве своей базы на горе. Она обосновалась здесь, продолжая беззаботно охотиться на монстров.

Нет нужды говорить, что это опасное занятие. Маг, играющий роль задней линии партии, оставаясь на Горе Ским в одиночку, может быть назван только самоубийцей.

Однако именно благодаря этому она может получить огромное количество опыта, ведь Мирослава уже набрала 2 уровня с тех пор, как покинул Ишку и достигла『17』уровня.

В обмен на это около половины магических камней из её сумки, которая была набита ими изначально, уже исчезли.

Магические камни, как и следует из названия, - это руды, содержащие ману. Они могут значительно облегчить бремя мага.

Это ценные вещи; несомненно, Мирослава могла бы заработать целое состояние, если бы обменяла эти одноразовые магические камни на деньги.

Если её отец увидит это, он наверняка сойдет с ума--Тёмная улыбка появилась на её лице при этих мыслях.

Магические камни, которые она использовала в битвах до сих пор, и инструменты, которые она зайдествовала для создания барьера, всё было куплено при поддержке компании Cаузар.

Она сказала отцу, что эти вещи нужны ей для истребления грифонов и что она сможет подключить их к дому Эрла, когда выполнит задание... Но на самом деле эти рассуждения были просто ее обманом.

Почему? Да потому, что Мирослава изначально не собиралась сражаться с грифонами.

◆◆◆

Разрушить『Соколиный Меч』.

Цель Мирославы в этом инциденте теперь можно было подытожить одним этим предложением.

Частью этого плана было и то, что она заставила Ларса и Ирию действовать раздельно.

В этом контексте под разрывом подразумеваются и отношения Мирославы с Ларсом. Разорвать отношения двух друзей детства и предоставить Ларса самому себе - это было совсем не то, что она планировала.

Любовь к Ларсу, которую она, конечно, когда-то испытывала, теперь сильно угасла.

Тот месяц, когда ее затянуло в бездонное болото... Будь то ненависть или похоть, она никогда прежде не испытывала столь сильных эмоций.

По сравнению с тем богатством эмоций, которые дразнили даже её душу, и привязанность Ларса, и её восхищение им казались легкими, как сахарная вата.

Сердце Мирославы сейчас занимали страх, отвращение, сожаление, раскаяние, искупление, преклонение, привязанность и послушание, которые она испытывала к Соре.

Именно этот водоворот бурных эмоций в итоге смыл прежние чувства Мирославы, как полноводная река.

Именно так она смогла набраться решимости и разрушить『Соколиный Меч』, на создание которого у них ушло пять лет.

--Однако, если она не возненавидела Ларса, значит, она не хотела причинить ему боль. Естественно, она ни разу не подумала о том, чтобы убить его.

Если уж на то пошло, то на этот раз Мирослава разработала план, чтобы помочь ему.

Насколько она могла судить, Сора не испытывает сильной враждебности к Ларсу. Об этом свидетельствует тот факт, что Сора отдал ей четкие приказы против Лунамарии и Ирии, но ничего не сказала о Ларсе.

Но сам Ларс, вероятно, никогда не перестанет считать Сору, забравшего у него Лунамарию, своим врагом. Если Ирия тоже окажется в руках Соры, враждебность Ларса к нему разгорится ещё сильнее.

Тогда, если так пойдет и дальше, Сора точно будет считать Ларса своим врагом.

Пока дело не дошло до этого, она должна сделать так, чтобы враждебность Ларса к Соре исчезла.

Но этого не так-то просто добиться.

Потому что тот, кто манипулировал лидером『Соколиного Меча』, чтобы тот возненавидел Сору, - не кто иной, как сама Мирослава.

Если она вдруг изменит свое отношение и начнет принимать сторону Соры, Ларс заподозрит неладное.

Вот почему она решила использовать квест с грифоном, который Ларс сам на себя навлёк.

Избегая подозрений и делая то, что хочет Ларс, когда он зациклен на очищении своей репутации, она начала готовить сцену за кулисами.

Цель Мирославы была проста.

После потери Ларсом Лунамарии, его слава авантюриста ослабла, и он стал разочаровываться. Это разочарование постепенно росло после его столкновения с Ирией.

Сам Ларс лучше других знает, что истребление грифонов в этот раз было нерациональным.

--Так, когда он потеряет даже Мирославу, насколько сильно он будет сетовать и сожалеть?

--Соответственно, когда он будет спасен от этого горя и сожаления, вся его враждебность, вероятно, начнёт исчезать.

Поэтому ситуация на Горе Ским была идеальной.

Как бы сильно Ларс ни недолюбливал Сору, если он хочет помочь Мирославе как можно скорее, у него нет другого выбора, кроме как попросить драконьего наездника, ведь он может летать по небу.

Это был дешевый трюк, чтобы у Ларса не было другого выбора, кроме как положиться на Сору. Поскольку Мирослава предпочла остаться сама, Ларс не сможет обратиться за помощью к гильдии авантюристов. Даже если он это сделает, гильдия не предпримет никаких действий.

И три других члена группы, которых она наняла в качестве телохранителей Ларса - они, скорее всего, быстро объяснят ситуацию гильдии, чтобы никто не подумал, что они её бросили.

Если и есть какая-то проблема, так это то, что она не знает, когда Сора вернется из деревни Мелте, и не знает, действительно ли Сора спасёт её.

Когда-то она думала использовать имя Александры, чтобы послать гонца в деревню Мелте, но в итоге не стала этого делать и просто отправилась на Гору Ским.

Это произошло потому, что она кое-что решила.

Предположим, что на этот раз ее план удастся,『Соколиный Меч』будет уничтожен, а Ларс и Сора заключат перемирие, что она будет делать после?

Мирослава собиралась вернуться к Соре выпроводив Ларса из Ишки.

Однако Сора, наверное, не думал, что та вернётся на его сторону. Если бы это было не так, он бы не сказал ей, что не собирается вмешиваться в дела『Соколиного Меча』после того, как заберет Лунамарию и Ирию.

Сора, вероятно, думает, что действия Мирославы были направлены на то, чтобы заполучить Ларса в свое распоряжение.

Если посмотреть на это с другой стороны, то это уже показывает, что Сора не испытывает к ней никакого интереса.

Он освободил её, чтобы использовать как инструмент для уничтожения 『Соколиного Меча』 изнутри, так что ни доверия, ни веры там нет. Соре будет выгодно, если она послушается его приказов, а если нет, то он просто убьёт её как своего врага. Вот, пожалуй, и всё.

Мирослава подвергает свою жизнь опасности, поднимаясь на гору, чтобы показать Соре, что она может быть ему полезна.

Из своего опыта за тот месяц, что она была в плену, она уверена, что Сора научился чему-то близкому к «выкачке энергии», но отличается по своей природе.

Оглядываясь на его слова и действия того времени, она предполагает, что это было что-то, связанное с его уровнем.

Говоря прямо, то, что ищет Сора, - это высокоуровневая пища. Если это так, то достигнув уровня, перед которым Сора не сможет устоять, она должна заинтересовать его.

Если Мирослава в чем-то и просчиталась, так это в том, что как только Сора вернулся из Мелте, он отправился в столицу.

В то время Ларс ещё не вернулся в Ишку, поэтому, конечно, он не мог попросить Сору о помощи.

В результате одиночная охота Мирославы длилась уже более 5 дней, и скоро она достигнет 10-го.

Для авантюристов походы - обычное дело. Мирослава не стала бы говорить о чем-то подобном.

Однако, не похоже, чтобы ей было удобно жить так, чтобы не принимать ванну и не иметь достаточно одежды.

Мало того, что у неё было мало еды и воды, так еще и барьер, который она поставила, не действует на всех монстров.

Уже много ночей она просыпалась от звуков, когда звери наступали на опавшие листья.

Она понимает, что находится не в лучшей форме, и при таком темпе у неё не хватит сил и энергии даже на то, чтобы покинуть гору.

Но все же Мирослава оставалась на горе.

Ситуация сейчас была в пределах её ожиданий. Если бы это было не так, она бы не взяла с собой столько волшебных камней, сколько не закончилось бы, даже если бы она продолжала использовать их в течение 10 дней.

Она продолжала уничтожать монстров.

Возможно, Мирослава уже давно сошла с ума - она продолжала убивать монстров, пока ее терзали такие подозрения.

Но, возможно, в конце концов её усилия окупились.

Когда через 3 дня Мирослава услышал крылья виверны, её уровень повысился еще на 2 и достиг «19».

На Острове Демонов, где бесчинствуют сильные демонические чудовища и призраки, есть только одно место, среди которого люди могут жить спокойно.

Это город-крепость Шууто, построенный святым меча первого поколения, создателем стиля призрачного клинка.

Если бы кто-то посмотрел на Шууто с неба, то увидел бы красивую форму семиконечной звезды.

Это так называемая крепость в форме звезды, и защита этих 7 кварталов от внешних угроз является одной из двух абсолютных обязанностей, которые были возложены на Восемь Флагов Зеленого Леса.

Те, кто охраняет 7 кварталов, - это 7 эскадрилий от 2-го флага до 8-го флага. Первый флаг, возглавляемый самим главой семьи, находится в центре Шууто.

В то время как они действуют в качестве подкрепления для 7 кварталов, у них есть роль выполнения другой абсолютной обязанности.

Они должны остановить и оттеснить монстров, которые выходят из демонических врат, расположенных в центре Шууто.

Угрозы, надвигающиеся извне, и угрозы, переполняющие изнутри... На протяжении трехсот лет с тех пор, как город-крепость был построен, он постоянно находился под этими двумя угрозами.

Это безнадежная ситуация, когда будь на его месте любой другой город или страна, он был бы раздавлен вместе со своими гражданами в мгновение ока.

Однако сегодня в Шууто всё ещё хорошо, и внутри крепостных стен взрослые усердно работают, а дети смеются.

Люди в Шууто верили. Они верили, что нет такой угрозы, которая могла бы подвергнуть Шууто опасности, а даже если бы и была, они были уверены, что эти угрозы никогда не достигнут их.

Это доверие людей - не слепое доверие и не заблуждение. Это вера, прочной основой которой является неопровержимые доказательства 300-летнего мира.

Именно потому, что семья Мицуруги, правящая островом, осознала это чудо, их репутация прочнее стен Шууто и выше смотровых башен Шууто... С такими мыслями Гозу Цима гордо посмотрел на спину своего господина сзади.

Святой меча 17-го поколения, Шикибу Мицуруги.

У него среднее телосложение. Будь то рост или масса тела, Гозу превосходил его.

Однако сила внутри них несравнима. Звание святого меча не просто показуха, ведь Шикибу Мицуруги находится на вершине Восьми Флагов Зеленого Леса не из-за своего статуса, а из-за своей силы.

Он сильнейший на Острове Демонов, другими словами, сильнейший в империи, а значит, сильнейший в мире.

Гозу от всего сердца восхищается своим господином и считает величайшей честью, что его сестра, Сесиль, родила для него сына.

У Шикибу много сыновей, поэтому племянник Гозу, Ибуки, которому в этом году исполняется 4 года, никогда не станет наследником семьи Мицуруги.

Однако этот факт ничуть не задевает Гозу. Кровь святого меча вошла в дом Цима, поэтому уже одно это позволит Гозу гордиться перед своими родителями и поколениями глав семейства Цима.

Недалёк тот день, когда он сможет обучить взрослого Ибуки владению мечом.

---Когда в его голове пронеслись такие мысли, в сознании Гозу внезапно всплыло лицо другого молодого человека, и выражение его лица на секунду стало тяжелым.

Этим лицом было лицо наследника семьи Мицуруги, которому хозяин когда-то доверил его.

Болезненное воспоминание о том, как он подвёл своего хозяина, когда тот хотел, чтобы Гозу воспитал из него полноценного воина Зеленого Леса.

Прошло уже 5 лет с тех пор, как они разорвали отношения. Чем сейчас занимается этот молодой человек? Пока Гозу размышлял о таких вещах, Шикибу уже шел впереди него, а Гозу быстро догонял своего господина сзади.

В конце концов, Шикибу ступил под землю.

Пройдя по длинной лестнице, которой, казалось, не было конца, он попал в комнату под землёй, куда не проникал солнечный свет.

В этом замкнутом пространстве, где нет ветра, было выстроено, казалось, бесконечное количество свечей.

На первый взгляд, почти все они были зажжены.

Там нет ветра, потому что поток воздуха перекрыт. В таком месте не должно быть столько огня, но какая бы свеча ни горела, пламя было ярко-красным, и не было никаких признаков того, что оно погаснет.

Как только Гозу вошёл в эту комнату, он тут же ссутулил брови.

В центре комнаты сидела пожилая женщина, вокруг неё горело бесчисленное множество свечей. Гозу знает, что все свечи в этой комнате - это экипировка души старушки.

Её способность позволяет ей понимать ситуацию каждого воина Зеленого Леса, пока она находится тут.

Естественно, одна из свечей представляет и Гозу, а у Шикибу, вероятно, тоже есть своя свеча.

Тот факт, что его собственная жизнь отражена в виде свечи, и то, что она доверена руке старухи, заставляет Гозу чувствовать себя неспокойно.

Из-за этого ему не понравилось это место... Хотя и зная, что жизнь не закончится, если старуха задует его свечу.

Тогда Шикибу впервые открыл рот.

「Так к какому флагу принадлежал павший воин?」

Его низкий голос эхом разнесся по комнате. В ответ на вопрос хозяина старушка открыла рот.

「Четвертый флаг, 9 место, господин」

「......Джиджинбоу, да?」

「Да, хозяин. Поскольку он использовал экипировку души, нет никакой ошибки в том, что он погиб в бою」

После того как Гозу услышал это, он нахмурил брови по другой причине, чем раньше.

Гозу не знает, кто такой Джиджинбоу и чем он занимался. Однако, если на острове есть жертвы, Гозу должен знать об этом.

Другими словами, этот Джиджинбоу погиб в бою за пределами острова.

Явный пользователь экипировки души был убит человеком снаружи. Более того, это было не внезапное нападение, а то, что он использовал своё синсо.

Это достаточно странная ситуация, чтобы заставить такого опытного воина, как Гозу, сдвинуть брови.

После недолгого молчания Шикибу пошевелил губами.

「Гозу」

「А!」

「Джиджинбоу отправился в Королевство Канария. У него была секретная миссия - заключить брак между принцессой Сакуей и наследным принцем этого королевства. Это был приказ императора, поэтому вассалы императора собираются поднять шум, если миссия провалится. Меня также беспокоит вопрос, кто уничтожил одного из наших воинов」

「Да, господин. Тогда я отправлюсь в Королевство Канария и выясню, что случилось」

「Я рассчитываю на тебя. Возьми с собой двух подчиненных」

Не то чтобы Шикибу не доверял силе Гозу, скорее это был указ, приказывающий ему пойти показать внешний мир молодым воинам.

Показывать внешний мир молодым людям, которые знают только, что такое жизнь на острове, - Это то, что необходимо, если смотреть с точки зрения их образования.

Однако даже обычные воины острова обладают боевыми возможностями, не уступающими героям внешнего мира. Среди подростков, которые узнают эту правду, могут найтись те, кто попытается сбежать в погоне за деньгами и славой, вместо того чтобы сражаться в суровых битвах на острове.

Поэтому за ними должен кто-то присматривать, и Шикибу использует этот инцидент как возможность поручить это Гозу.

На этом примере видно, что Шикибу не воспринимает инцидент всерьёз. Всё, что его волнует, это его меч и охрана демонических врат.

Однако, независимо от того, что чувствует его господин внутри, Гозу, как его помощник, должен отдать все силы, когда поступил приказ.

Гозу решительно кивнул.

「Понял. Как вы приказали, я покажу молодым людям внешний мир」

После этих слов в сознании Гозу всплыли лица двух молодых людей.

Как ни странно, это были молодые воины того же возраста, что и наследник, о котором он думал раньше.

Как и Аяка с Рагуной, они были двумя из семи человек, которых называли золотым поколением.

「Это не тот промах, на который можно не обращать внимания, Мастер Элгарт. Конечно, я думаю, ты понимаешь это и без моих слов. Ты же действующий первоклассный авантюрист, в конце концов」

Услышав язвительный и раздраженный голос, Лиделль, стоявшая позади Элгарта, гневно подняла брови.

Она чуть было не высказалась, не подумав, но вовремя вспомнила о статусе собеседника и остановила себя.

Если Элгарт - гильдмастер филиала гильдии авантюристов в Ишке, то этот другой человек - гильдмастер филиала в Хорусе (королевская столица Канарии).

Сергей Вулли. Это способный молодой дворянин, который добрался до места гильдмастера, когда ему было еще 20 лет.

Со стороны Лиделль было бы самонадеянно вмешиваться в разговор двух гильдмастеров. По этой причине у неё не было другого выбора, кроме как молчать.

Знает ли Сергей, о чем она думает, или нет, но он продолжал говорить вещи, которые не могут не поразить.

「Ты отбросил авантюриста, который смог приручить дракона, сделав его независимым от клана, а потом у нас даже забрали нескольких важных клиентов. Ты слышал? Тот авантюрист по имени Сора завязал дружеские связи с домом Драгнаут в столице. И это только слухи, но я слышал, что дочь герцога, Леди Клаудия, в ближайшем будущем переедет в его дом. Естественно, это означает, что мы должны будем принять во внимание возможность их брака в будущем」

Брак Клаудии Драгнаут с кронпринцем был отменён из-за проклятия, и её статус в благородном обществе невероятно понизился.

Тем не менее, это не отменяет того факта, что она всё ещё дочь Герцога Драгнаута.

Есть бесчисленное множество дворян, которые мечтают жениться на Клаудии. Особенно дворяне низшего и среднего классов. Сергей и сам это знает, поскольку находится как раз в этой группе.

Ему было ясно, чего добивается герцог, доверив свою дочь холостому мужчине.

Либо присмотреться к характеру Соры, либо принять в свою семью независимого драконьего всадника.

Независимо от этого, он не сомневается, что герцог высокого мнения о Соре.

「Ты отбросили такого человека, Мастер Элгарт. Это молодой человек, который был бы очень, очень полезен для гильдии」

「Я с болью осознаю, что несу за это ответственность, Мастер Сергей」

「Разумеется, да. Важно то, как ты исправишь свою оплошность? У Соры не осталось никаких добрых чувств к гильдии авантюристов после изгнания. В худшем случае мы превратим дом Драгнаут, величайшую знатную семью нашего королевства, в своего врага. Это промах, который очень, очень больно ранит. И вот, на этот раз у нас инцидент, связанный с «Соколиным Мечом»」

Вероятно, это главная тема, о которой Сергей хочет поговорить, так как в его глазах появился блеск.

Элгарт слегка прищурил глаза, а Лиделль поджала губы.

『Соколиный Меч』 - новая группа молодых людей, о которой знают все, кто состоит в гильдии авантюристов Ишки.

Сейчас слухи о роспуске этой партии тихо ходят между авантюристами, как будто это произойдет наверняка.

「«Соколиный Меч» провалил квест по покорению грифонов, полученный от Эрла Эльбы. Их лидер отступил обратно в Ишку, а дочь компании Саузар, которая осталась на горе одна, была спасена Сорой в кратчайшие сроки. Я слышал, что лидер «Соколиного Меча» умолял Сору в день его возвращения из столицы, и тогда Сора сразу же отправился её спасать. Это похвальный поступок, не находишь? Итак, что же ты или филиал Ишки сделали за это время, Мастер Элгарт? Хорошо, даже если ты мне не скажешь. Если посмотреть на результат, то становится ясно, что вы вообще не послали ни одной спасательной команды」

「--Пожалуйста, подождите секунду! Мы организовали спасательную команду!」

Лиделль внезапно прервала разговор, не подумав, но Сергей не стал её ругать.

Он просто покачал головой влево и вправо.

「Организовали? Это неправильно, мисс Лиделль. Вы сами пытались организовать. Кроме того, в конце концов, было слишком поздно, так что это совсем не подходит. Правда, было бы несправедливо сравнивать обычных авантюристов с Сорой, который ездит на драконе, но если вы собираетесь так говорить, то отделение Ишки знало о ситуации за несколько дней до Соры. Вы могли действовать раньше него. Я не прав?」

「Это...! 」

「Мастер Элгарт. Председатель Саузар был в ярости, когда узнал о случившемся. Это неудивительно, ведь ты оставил его дочь умирать. До сих пор мы получали большие пожертвования от компании Саузар, но этому тоже придёт конец. Ах да, я был у Эрла Эльбе перед тем, как приехать сюда, и он тоже был не слишком доволен, понимаешь? Что ж, это вполне естественно. Тот, кто спас попавшего в беду авантюриста, потому что хотел закончить его просьбу, и тот, кто убил грифона, в обоих случаях был Сорой, который не имеет никакого отношения к гильдии. Он даже насмехался над нами, говоря такие вещи, как «О, гильдия авантюристов - довольно безответственная и хладнокровная организация»」

После этих слов Сергей с торжеством в глазах посмотрел на Элгарта.

「Не знаю, слышал ли ты, но некоторые члены Соколиного Меча присоединились к клану Соры-- «Меч Кровопролития»*, верно? Это не просто вредит нам. Это фатальная ошибка. Думаю, ты уже знаешь, но даже штаб-квартира Священного Королевства рассматривает этот инцидент как проблему. Мастер Элгарт - один из трёх первоклассных авантюристов королевства. Независимо от того, сколько авантюристов смотрят за тобой, будь готов к неизбежному наказанию, которое последует за инцидентом в этот раз. Я тоже хочу прикрыть тебя, насколько смогу... но я не могу лгать штабу. Пожалуйста, не надейся」

◆◆◆

「Лиделль, пожалуйста, не дуйся так. Ты испортишь свою внешность, понимаешь?」

「Я не дуюсь, мастер!」

Лиделль инстинктивно повысила голос от поддразнивания Элгарта.

Сергей уже ушёл, и в комнате остались только Элгарт и Лиделль.

「Но я должен сказать, что манера речи мастера Сергея была слишком грубой. В первую очередь, это не то, о чем он должен приходить и говорить вам, пока не будет убран беспорядок в королевской столице, вызванный нападением нежити. Он не знает, что важно, а что нет!」

「Хаха, если бы я оставил этот разговор тебе, даже Мастер Сергей потерял бы лицо. Что ж, не отрицаю, что мне тоже надоели его бредни」

Элгарт горько улыбнулся.

В отличие от него, который прославился как авантюрист, Сергей не имел никаких достижений как авантюрист.

Способности Сергея проявились не в приключениях, а на столе переговоров.

Его достижения в таких вещах, как торг с дворянами, переговоры с другими организациями и привлечение спонсоров, не имеют себе равных; именно поэтому он был выбран мастером гильдии Хоруса, несмотря на свой юный возраст.

Однако именно поэтому он не знает, что значит быть авантюристом и это делает его не очень популярным в этой сфере.

Сергей и сам это знает, поэтому он не скрывал своего недружелюбия к Элгарту, который является известным, действующим авантюристом, которым восхищаются другие авантюристы.

「Кроме того, большая часть того, что он сказал относительно дела Соры, была правдой. Ничего не поделаешь, я буду рассматриваться как проблема」

「Изгнание было законным в соответствии с правилами. Он не должен обвинять вас в этом!」

Даже если Сора сделал себе имя после исключения, это не отменяет того факта, что он нарушил правила, подумала Лиделль.

Однако такие люди, как Сергей, которые пытаются утянуть Элгарта вниз, не будут смотреть на это так. Скорее, они увидят это, а потом проигнорируют. Именно это её и злит.

Инцидент с «Соколиным Мечом» тоже не был виной Элгарта. Они хорошо справились с квестом по истреблению грифонов, и дочь семьи Саузар-- Мирослава сама решила остаться на Горе Ским. Это не только подтвердили другие члены группы, путешествовавшие вместе, но и сама Мирослава призналась в этом по возвращению на виверне.

Несмотря на всё это, люди не перестают обвинять Элгарта. Хотя Лиделль хотела что-то с этим сделать, она не смогла ничего предпринять и по сей день.

Лиделль вышла из комнаты Элгарта, сохраняя хмурое выражение лица.

Из-за этого её коллеги не пытались заговорить с ней даже после того, как она вернулась на свой пост.

Обычно Парфе говорил что-то вроде «Семпай, твоё лицо! Выглядишь страшно!», чтобы поддразнить её, но сейчас девушка лежала на своем столе и даже не заметила, что Лиделль вернулась.

Парфе, отвечающая за «Соколиный Меч», - одна из тех, кто в этот раз полностью пострадала от переполоха, поэтому она была особенно измотана, как умственно, так и физически.

После того как Лиделль вернулась за свой стол, она оглядела ситуацию с «Соколиным Мечом», пока работала над своими текущими задачами.

Мирослава также покинул гильдию и присоединилась к 『Мечу Кровопролития』, следуя по стопам Лунамарии.

А Ларс не покинул гильдию, он сказал: «Я собираюсь вернуться к основам и начать всё сначала», намекая на то, что собирается сделать перерыв в карьере авантюриста.

Она слышала, что он собирается вернуться в свою родную деревню Мелте и провести там некоторое время.

Парфе, казалось, очень настойчиво уговаривала Ларса остаться, но, глядя на то, как она ведёт себя сейчас, было ясно, что ей не удалось.

Единственным членом『Соколиного Меча』осталась Ирия.

Однако, судя по тому, как Ирия обычно ведёт себя, немыслимо, чтобы она рассталась с Ларсом и продолжала быть авантюристом.

--『Соколиный Меч』 практически распущен.

***

Раньше клан Соры прошлый переводчик обозвал (33 глава) 『Кровавый Меч』, на деле перевод абсолютно неверный и мною было решено заменить на 『Меч Кровопролития』 так как мой перевод более соответствует англ. названию 『Blood Spraying Sword』, хоть и всё ещё не дословно...

「Сора, спасибо! Большое спасибо!」

3 дня назад, после того как я вернул Мирославe с Горы Ским, Ларс неоднократно благодарил меня, а все его лицо было перекошено от чувства благодарности и облегчения.

Он выглядел еще более изможденным, чем в тот день; было видно, что он почти не спал с тех пор, как я ушёл спасать Мирославу.

Для него этот случай закончился повторением предыдущей неудачи - он потерял сознание в самом начале, как и в битве с Королём Мух.

Мало того, его спутница снова оказалась в опасности из-за того, что он был бесполезен. Я уверен, что он действительно страдал внутри.

После того как он убедился, что Мирослава цела и невредима, он был счастлив до такой степени, словно забыл все те недобрые чувства, которые испытывал ко мне.

В отличие от Ларса, Мирослава была очень нежной и кроткой в общении с ним.

То, как она держала его руки с красным лицом и слезами на глазах, делало ее похожей на влюбленную девицу, как бы кто на это ни смотрел.

Интересно, сколько людей, увидев эту сцену, догадались бы, что это она сбила Ларса с ног на горе той ночью?

Как человек, знающий правду, даже я почувствовал себя несколько напуганным игрой Мирославы.

Однако, возможно, что её эмоции были настоящими - я подумал об этом после того, как мне напомнили о произошедшем в горах.

После разговора с Мирославой на горе, я понял всё, о чём думает эта рыжеволосая волшебница.

У меня нет причин идти против её воли, так как мне нужны другие поставщики душ, кроме Лунамарии.

Особенно услышав что она продолжала убивать монстров на опасной горе ради меня.

Единственным условием или вещью, которую она попросила от меня, было то, что она хочет, чтобы я больше не связывался с Ларсом.

В итоге я согласился.

Потому что у меня вообще не было намерения что-либо делать с ним.

Однако, если он начнет со мной драться, это будет совсем другая история.

Мирослава, похоже, тоже это понимал. Во время внутреннего обсуждения их группы Ларс решил, что покинет Ишку.

«Вернуться к основам и начать всё сначала» - это была причина, которая прозвучала из уст самого Ларса, но я подозреваю, что Мирослава тоже имеет к этому отношение.

Кстати, о Мирославе: она отделилась от Ларса и присоединилась к моему клану『Меч Кровопролития』.

Она сказала Ларсу, что это нужно чтобы вернуть долг, который создало спасение её жизни, и Ларс, кажется, тоже был не против. Ну, скорее, не то чтобы смирился, а скорее понял, что он не в состоянии отказать. В конце концов, он твердо верит, что именно он подверг Мирославу опасности.

Тем не менее, у меня оставались некоторые опасения.

Мирослава все это время испытывала ко мне жгучую враждебность, но по каким-то причинам она в итоге присоединилась ко мне.

Я не могу с уверенностью сказать, что Ларс не почувствует подозрений по этому поводу.

Даже если он сам этого не осознает, окружающие его люди, такие как Ирия, мастер или администраторы гильдии, могут почувствовать это и внушить Ларсу ненужные мысли.

В этом смысле его решение вернуться в родную деревню Мелте не принесёт мне ничего хорошего.

Потому что деревня Мелте - это место, где находится Ирия.

Не так давно эти двое отделились друг от друга. Мирослава хотела уговорить Ларса пойти куда-нибудь еще, но тот сказал ей: «Как лидер, я хочу сам сообщить ей всю историю», поэтому она не смогла ничего сделать, кроме как кивнуть в ответ.

Мирослава потом извинилась передо мной, но на самом деле я был счастлив, когда узнал, что Ларс собирается туда.

Когда он снова встретится с Ирией, та, наверное, что-нибудь ему скажет, и они помирятся.

В конце концов, моя цель - получить Ирию - может оказаться очень далекой, но я также могу получить что-то ещё взамен.

Что касается того, что это будет - откровенно говоря, это будет мама Ирии, священник деревни.

Жрица Сара, с которой я познакомился в Мелте, во многом оставила сильное впечатление на моё сердце.

Это очень распространенная практика, когда девочка берет на себя работу матери. Если Ирия сделает это, значит, препятствий для привлечения жрицы Сары в Ишку станет на одно меньше, что было бы для меня отличной новостью.

Я подумал, не стоит ли и мне поднять эту тему.

Но я же не могу просто попросить Сару сразу же покинуть деревню и переехать в Ишку. Хотя у меня есть заслуга спасения деревни Мелте от яда, так что не исключено, что я могу этим воспользоваться... Но с моей стороны было бы так низко заставлять её чувствовать долг передо мной.

Я не намерен связывать жрицу обязательствами. Я хочу сделать это по взаимному согласию.

Для начала, как насчёт того, чтобы пригласить её к себе домой?

Поскольку она уже готовила для Клау Сораса, я смогу пригласить её, естественно, под этим предлогом. Конечно, я приглашу и тех троих детей.

Ну, учитывая, что мы не сможем все одновременно лететь на Клау Сорасе, если я возьму с собой этих детей, увеличится время, которое мне понадобится на дорогу туда и обратно, и затруднит разработку плана... но как бы то ни было, я намерен не торопиться, чтобы заложить основу.

◆◆◆

После того, как инцидент с『Соколиным Мечом』уладился, я прежде всего занялся проблемой рабства Сиель.

Однажды я вместе с Сиель и Лунамарией навестил торговца рабами, Федора.

「Тогда я сниму с них рабские ошейники. Вы ведь не против, Сора?」

Косоглазый работорговец перепроверил меня в одной из комнат здания, принадлежащего『Союзу』.

В ответ я уверенно кивнул.

「Да, пожалуйста」

「Понятно. Тогда--」

Федор коснулся ошейников Сиель и Лунамарии, бормоча что-то.

Затем, ошейники, не имеющие никаких соединительных деталей, просто слетели с их шей.

Сиель, которая заметно нервничала, удивленно моргнула глазами, а Лунамария прикоснулась рукой к горлу, словно не зная, как реагировать.

Федор с лучезарной улыбкой смотрел на этих двоих.

「Ошейники сняты. Вместе с этим, их имена будут исключены из списка нашего союза. Мисс Лунамария, Мисс Сиель, поздравляю вас」

В ответ на преувеличенное поздравление Федора, оба с ничего не выражающим выражением лица слегка кивнули.

Ну да, они не могут просто радоваться, даже если им сказал работорговец «вы свободны от рабства». Как-же отвратительно это звучит.

В качестве примечания, часть «их имена будут исключены из списка союза», о которой говорил Федор, связана с ошейниками - рабскими ошейниками, которые эти двое носили всё это время.

Я уже говорил, что их рабские ошейники были зачарованы несколькими магическими заклинаниями.

Когда Лунамария стала рабыней, я заставил『Союз』вмешаться, потому что мне нужны были рабские ошейники.

В этой сделке выгода для меня заключалась в рабских ошейниках. Тогда в чем выгода для их стороны? Это распоряжение рабами после моей смерти.

Что это значит, так это то, что в случае моей смерти, оставшаяся рабыня, Лунамария, не будет освобождена, она станет собственностью『Союза』.

Именно из-за этой выгоды они одолжили мне свои ценные рабские ошейники.

Что касается того, почему я снимаю эти удобные рабские ошейники, то я уже говорил, что это как-то связано с Сиель. Я подумал, что на её решимость позволить мне съесть её душу повлиял тот факт, что она моя рабыня, поэтому я мог освободить её из рабства только для проверки, так ли это.

А что касается Лунамарии, то, честно говоря, я просто освобождаю её, пока я здесь.

Однако тот факт, что Лунамария стала рабыней, все ещё остаётся шипом, который вонзается в сердце Ларса. Если я вырву этот шип сейчас, думаю, это сметёт всю его враждебность по отношению ко мне.

Более того, когда я приглашу жрицу Сару в будущем, если у Сиель и Лунамарии на шее будут рабские ошейники, её симпатия может сильно снизиться.

Вполне возможно, что Сара скажет что-то вроде того, что она не хочет вступать в клан того, кто порабощает других. Я хочу избежать этого.

Я не думаю, что Лунамария восстанет против меня после всего этого времени, но я подумал, что могу использовать этот шанс, чтобы устранить это беспокойство.

После того, как я освободил этих двоих из рабства, я занялся подготовкой к приему Клаудии.

«Аххх, я так занят, так занят» - когда я сказал это в шутку, Мирослава ответила кое-чем интересным.

Она рассказала что гильдмастер из королевской столицы хочет встретиться со мной.

「Полностью откажи от моего имени」

Меня хочет видеть мастер гильдии авантюристов Хоруса, гильдии самой королевской столицы-- После того, как Мирослава сказала мне это, я ответил вот так без малейших колебаний.

Мирослава моргнула глазами, услышав меня.

「......Вы уверены?」

「Всё в порядке」

В планах, которые я сейчас строю, главной целью является «Мирное начало срача с гильдией».

Если я присоединюсь к междоусобице, которая происходит внутри гильдии, это уже не будет «мирно». Вот почему я решил сидеть сложа руки и наблюдать.

...Ну, по крайней мере, я собираюсь издалека наблюдать за страданиями Элгарта (мастер гильдии Ишки) и Лиделль (администратор) и смеяться над ними, как они того заслуживают! Это должно быть в пределах «мирного», я думаю.

Конечно, я решил сидеть сложа руки и наблюдать не только потому, что настаиваю на миролюбии. Если я сделаю плохой ход прямо сейчас, есть риск, что мой лучший план обнаружится гильдией. Я хотел бы избежать подобного.

Что касается того, что это за план, то это «Способ мирно начать срач с гильдией (Климакc(Сlimax))».

Он заключается в том, чтобы заставить『Соколиный Меч』 официально извиниться передо мной за то, что я стал приманкой в битве против Короля Мух.

Поскольку Ларс, лидер группы, в настоящее время находится вдали от Ишки, та, кто извинится передо мной, будет виновницей, Мирослава.

Если Мирослава расскажет общественности, что она присоединилась к『Мечу Кровопролития』, чтобы взять на себя ответственность за произошедший инцидент - противоестественность её действий также будет стёрта.

Преступник извинится, а жертва простит. Это будет действительно мирное решение.

--Ну а теперь.

Когда правда станет достоянием общественности, то, естественно, станет известно, как вела себя гильдия авантюристов Ишки и её сотрудники в этом деле.

Люди, которые исказили правду, чтобы защитить репутацию этих авантюристов, полностью потеряют лицо.

Впрочем, это не моё дело.

Я просто примиряюсь с『Соколиным Мечом』. Потеряет ли гильдия лицо, будет ли она опозорена, или её осудят гильдмастеры других городов - это не имеет ко мне никакого отношения.

О, Элгарт и Лиделль, вбейте «обязательство работать на Ишку» в свои сердца как можно лучше, а затем я хочу, чтобы вы предприняли действия, соответствующие этой цели. Хе-хе.

Что касается Мирославы, которая заговорила об этом, то, вероятно, она думала, что я смогу использовать гильдмастера королевской столицы, Сергея, чтобы нанести завершающий удар по филиалу в Ишке.

Однако, если я зайду так далеко, то буду слишком выделяться.

Просто мирно. Мирно до самого конца. Но те, кто вовлечен, всё равно получат моё послание-- Если так подумать, это просто прекрасно.

Есть и другая причина, которая привела меня к этому решению. И это не что иное, как Остров Демонов.

У меня есть время, пока весть о смерти Джиджинбоу дойдет до семьи Мицуруги, и людей начнут отправлять сюда, но я не могу мешкать из-за этого.

Я не должен больше связываться с гильдией и тратить на них время.

「Поэтому мы будем просто присматривать за гильдией некоторое время」

「Понятно, Мастер」

С уважением ответила мне Мирослава.

Кстати, это «мастер», которое она использует для обращения ко мне, не имеет того же значения, что и «мастер», которое использует Лунамария, это «мастер» означает лидера нашего клана.

Мне не по себе от того, что она обращается ко мне уважительно, но я и представить себе не мог, что настанет день, когда она будет называть меня на людях «мастером». Она не была такой послушной, даже взаперти внутри гнезда Короля Мух.

Честно говоря, мне очень неспокойно. У меня чешется задница.

Мне неспокойно до такой степени, что я начинаю подозревать её без всякой причины, типа: «Только не говорите мне, что она мирно затевает ссору со своим лидером, по-своему, да?».

Я не знаю, понимала ли Мирослава, о чем я думаю внутри, но она продолжала говорить спокойным голосом.

「Еще одна вещь, о которой я хотела бы сообщить」

「Мм? Что же это?」

「Мой отец хотел бы встретиться с вами, мастер. Я была бы счастлива, если бы вы рассмотрели это」

「Председатель компании Саузар? Это чтобы поблагодарить меня за спасение?」

「Он так сказал, но, возможно, он хочет наладить с вами контакт. В этот раз вы познакомились с Эрлом Эльбе из-за инцидента. А в столице у вас сложились хорошие отношения и с герцогом. Я думаю, он узнал об этом」

「У него острый слух. Хочешь, чтобы я встретился с ним?」

「Как вы пожелаете」

Волшебница, которая ненавидит парней и ненавидит своего отца, ответила спокойным тоном.

「Отец наверняка положил на вас глаз с тех пор, как вместо『Соколиного Меча』 именно вы спасли меня, мастер. Если вы встретитесь с ним, это поможет добиться от него помощи в будущем. Однако ценой за это будет то, что он будет использовать вас для налаживания связей с дворянами, так что если вы этого не желаете, думаю, вам стоит отказаться」

「Ты хочешь сказать, что тебе всё равно?」

「Да. Я подчинюсь только вашему решению, мастер」

Сказав это, Мирослава подняла голову и посмотрела на меня.

Её глаза, которые раньше были окрашены отвращением, теперь окрасились совершенно противоположными эмоциями.

Я почувствовал от неё леденящую соблазнительность и сглотнул слюну.

У Мирославы в прошлом были в меру волнистые рыжие волосы, доходившие до груди. Эти волосы я обрезал, когда она была похищена мной... Или, технически, когда я освобождал её, но сейчас волосы снова стали длиной до плеч.

Она - человек, которого я привык видеть, но внешность, которая мне незнакома.

После того, как я почувствовал удушье по неизвестным мне причинам, я агрессивно обхватил её руками и притянул к себе, чтобы стряхнуть это чувство.

--Она не сопротивлялась.

◆◆◆

После присоединения к моему клану Мирослава стала жить у меня дома.

Я попросил её об этом, так как мне было бы тяжело ходить к ней каждый раз, когда я захочу съесть её душу.

Похоже, она и так собиралась сделать это, так что переезд прошел гладко.

В связи с этим в клане произошли некоторые изменения.

Больше всего я беспокоился об отношениях между Мирославой и Лунамарией.

...Ну, это довольно самонадеянно с моей стороны беспокоиться. В конце концов, это я встал между ними.

Даже если она просто выполняла мои приказы, Мирослава приняла участие в превращении Лунамарии в рабыню. И Лунамария, похоже, тоже это поняла.

Между ними будет напряжение, несмотря ни на что, подумал я.

Однако, вопреки моим ожиданиям, между ними не было никаких ссор. Возможно, они чувствуют какую-то связь друг с другом как люди, оказавшиеся в похожей ситуации.

И хотя отношения между ними не были такими же, как в 『Соколином Мече』, ожидаемо, я не почувствовал никаких заноз в разговоре этих двоих.

Далее речь шла об отношениях Мирославы и Сиель, но я, пожалуй, могу просто сказать, что они довольно хорошие.

Мирослава уважает Сиель как старшую в клане, а Сиель уважает Мирославу как старшего авантюриста, так что между ними не было никаких проблем.

Больше всего меня потрясли отношения между Мирославой и Сузуме.

Хотя это был шок в хорошем смысле.

Сузуме начала изучать магию под руководством волшебницы Мирославы.

Я уже упоминал это раньше, но рога расы киджинов - чрезвычайно редкие предметы, поскольку в них содержится огромное количество маны.

Этот факт говорит о том, что их рога - это часть тела, вырабатывающая ману. Раса киджинов обладает мощной маной, более того, похоже, что у двурогой самки киджина маны больше, чем у однорогой самки. Так мне сказала Мирослава.

Другими словами, у Сузуме с рождения был потенциал стать отличным магом.

Причина, по которой я не обращал внимания на эту часть Сузуме всё это время, заключалась в моё нежелании заставлять её сражаться.

Кроме того, нужно было, чтобы она сначала привыкла к жизни в человеческом городе.

Когда я впервые услышал, что она изучает магию у Мирославы, я удивился. Более того, я удивился еще больше, когда узнал, что именно Сузуме попросила Мирославу обучать её.

Когда я робко подошёл узнать больше о ситуации у девочки-кинджина, занимавшейся тренировкой под руководством Мирославы «выносливость необходима даже магу», она улыбнулась мне с испариной на лбу.

「Потому что я... хочу быть полезной тебе, как Сиель и Луна」

Она сказала мне, что жалеет об односторонней заботе в её отношении.

Вид её темно-синих волос, завязанных в один хвост, чтобы не мешать ей заниматься, очень достойный; я не чувствую никаких негативных вибраций, которые были бы у действующего не по своей воле.

Другими словами, девушка передо мной делает это для меня от чистого сердца.

Я инстинктивно прикрыл рот рукой и повернулся к ней спиной.

......Кьья! Какая милая девушка. О я, который решил помочь ей в прошлом, ты не ошибся!

Когда слезы благодарности начали тайно вытекать, до моего уха донесся встревоженный голос Сузуме.

「......Ум, Сора...?」

「А-а?! Что?!」

「Ум, это всё, что ты хотел знать?」

Тогда я бы хотела снова начать бегать, извиняющимся тоном добавила Сузуме.

Я быстро кивнул в ответ.

「Да, это всё! Прости, что отвлёк!」

「Нет, не проблема. Если тебе что-то понадобится, пожалуйста, зови меня в любое время」

Сказав это, она поклонилась и снова пустилась бежать.

Если Сузуме захочет бегать по улицам Ишки, я буду тайно охранять её, но поскольку она просто ходит по территории нашего дома, похоже, в этом нет необходимости.

Я думал о том, чтобы бегать вместе с ней - но да, это определенно заставит её чувствовать себя неловко. Вероятно, правильным решением для меня будет поскорее убраться отсюда.

Я вернулся в дом, затем, подумав немного, торопливо пошёл в купальню.

Подготовлю-ка я для нее ванну, чтобы она могла воспользоваться ею сразу после тренировки.

Примерно через полмесяца после присоединения Мирославы к『Мечу Кровопролития』, ко мне прибыл гонец Герцога Драгнаута из Хоруса, королевской столицы.

Содержание послания сводилось к тому, что он собирается вскоре прислать сюда Клаудию.

Сначала, услышав это, я наклонил голову.

Не прошло и месяца после битвы с Джиджинбоу. Мне показалось, что герцог слишком быстро принял решение отправить свою любимую дочь ко мне.

Ответ на вопрос, почему он так поступил, дала Мирослава, дочь компании Саузар, штаб-квартира которой находится в королевской столице.

Она подробно рассказала мне о слухах, которые её компания собирала там.

Согласно слухам, похоже, что хаос, вызванный предыдущим инцидентом, только утих в городе, но в королевском дворце по-прежнему бушевала буря.

Даже свадьба кронпринца Азара и принцессы Сакуи из Империи Ад-Астера была отложена.

Первыми, кто выступил против этого брака, были дворяне из фракции антиимпериализма. Среди них, похоже, есть и те, кто планирует вернуть на обсуждение отмененный когда-то брак между Азаром и Клаудией.

Герцог Драгнаут, вероятно, пытается дать Клаудии возможность выбраться из подобного политического застоя, пояснила Мирослава.

Когда речь заходит о том, что незамужней принцессе (Клаудии) разрешили переехать к холостому мужчине (Соре), большинство связывают это с будущим браком. Это практически помолвка.

Это ненормально, когда дочь герцога выходит замуж за обычного авантюриста, но многие знают, что авантюрист, о котором идёт речь, по слухам, драконий всадник.

...С точки зрения третьих лиц, мой брак в семье Герцога Драгнаут был бы естественным развитием событий.

Впрочем, это только с их точки зрения; мы же не обручились. Но если я смогу стать щитом, защищающим Клаудию, то, полагаю, я могу назвать это честью.

Нет такого мужчины, который не хотел бы стать рыцарем, защищающим принцессу.

Если мне не повезет, радикалы из фракции антиимпериализма могут даже послать на меня убийцу...но я могу просто поглотить их, если это случится. Да, никаких проблем.

Итак, я готовился принять Клаудию, но меня беспокоило одно обстоятельство.

В последние несколько дней вокруг Ишки часто появлялись монстры.

Гильдия авантюристов, похоже, была очень занята, реагируя на них, так что некоторые просьбы поступали и в мой клан.

Каждый раз, когда это происходило, я брал с собой Лунамарию, Мирославу, Сиель и даже Сузуме, чтобы покорить монстров, дабы она могла получить немного опыта, но количество нападений монстров не уменьшалось, а увеличивалось. Скорость появления явно была ненормальной.

Большинство появляющихся монстров и демонических зверей относились к тем видам, которые обитают в лесу Титис, поэтому я думаю, что там произошло что-то необычное.

Поскольку они появляются и на дорогах, соединяющих Ишку со столицей, то при такой скорости могло произойти что-то вроде нападения на карету Клаудии.

Подумав об этом, я решил оседлать Клау Сораса и отправиться в лес Титис.

Как и в случае с василиском ранее, я должен уважать возможность того, что появилась большая шишка, прогнавшая монстров из их домов.

Пользуясь случаем, я решил запастись плодами джирайи на всякий случай.

По словам Сузуме, дерево джирайя плодоносит с весны до лета. Наверное, было бы неплохо собрать немного, пока есть возможность.

И вот, пока я раздумывал над этим, Сузуме робким голосом произнесла.

「Ум, Сора. У меня есть просьба... к тебе」

「Конечно, я сделаю это」

「......? Я всё ещё ничего не сказала...ещё?」

「Неважно, что это будет, я не откажусь от твоей просьбы」

Когда я ответил с серьёзным выражением лица, Сузуме моргнула 2-3 раза, а затем тревожно улыбнулась.

Я говорил от чистого сердца, но, похоже, она восприняла это как шутку.

Это меня немного огорчает, но здесь я использую улыбку, чтобы сгладить ситуацию, как старший по возрасту.

Несмотря на мои проблемы, Сузуме снова открыла рот.

「Если ты собираешься пойти за фруктами джирайя, я хочу, чтобы ты взял меня с собой...」

「Хм? Лес Титис опасен, знаешь-- Ну, я думаю, тебе не нужно, чтобы я тебе это говорил. Что у тебя на уме?」

「......Один раз...я хочу взглянуть на деревню. Мне любопытно...что случилось с моим домом」

Услышав это, я слегка нахмурил брови.

Деревня Камуна, в которой жила Сузуме, находилась прямо у моря тьмы, производимого василиском.

Поскольку я использовал огонь, чтобы сжечь это море, я почти уверен, что дома в её деревне тоже сгорели.

Сузуме тогда была там, поэтому она должна знать об этом--Но я могу понять её желание проверить своими глазами, что стало с местом, где она родилась и выросла.

Может быть, она никогда не говорила мне об этих мыслях до сегодняшнего дня, потому что не хотела причинять неприятности.

Я могу понять, что она чувствует это даже по взгляду, даже если она ничего не говорит сейчас - но я уверен, что даже она не могла оставаться спокойной, услышав, что в лесу что-то не так. Если все пойдёт плохо, она уже никогда не сможет вернуться в свой дом.

「--Хорошо. Хочу сказать заранее, что ехать на Клау Сорас не очень удобно, понимаешь? Ты справишься?」

Когда я сказал Сузуме правду, от которой у Клау Сораса точно испортилось бы настроение, если бы он меня услышал, Сузуме плотно сжала губы. Затем она сжала кулак и кивнула, сказав: «Я постараюсь!». Она такая милая.

「К...Кхем! Хорошо! Тогда держись за меня крепче!」

「Хорошо!」

Когда я в панике повысил голос, чуть не ляпнув что-то странное, Сузуме слегка наклонила голову и ответила мне громким голосом.

◆◆◆

Взобравшись на Клау Сорас вместе с Сузуме, мы прибыли к гнезду Короля Мух, расположенному на вершине выступа.

По пути сюда я неоднократно отвлекался от ощущения размеров двух ее выпуклостей на моей спине, но это было только до тех пор, пока в поле зрения не появился лес Титис.

Сейчас же, когда я стоял на вершине скалы, во мне не было ни капли легкомыслия.

「......Ох, вау」

Даже когда я вот так смотрю вниз с обрыва, я не вижу никаких серьезных изменений в пейзаже леса. Например, не было ничего такого, что можно было бы легко заметить, как расширяющееся море тьмы.

Однако, несмотря на это, я чувствую, что что-то явно «не так».

Причина - звуки. Из всего леса доносился низкий гул, похожий на подземный грохот. Монстры повсюду воют, словно реагируя на этот звук.

Изредка к ним примешиваются болезненные крики, вероятно, предсмертные вопли монстров, проигравших в борьбе с другими чудовищами.

Монстры и демонические чудовища, казалось, бегали по лесу независимо от того, где находится их дом или территория. И когда они сталкиваются друг с другом, они сразу же начинают драться... Ситуация не стала бы такой, если бы это не было так.

Состояние бешенства. Эти слова пришли мне на ум.

Ситуация в лесу не была столь плохой, даже когда появился василиск.

Сузуме прижалась ко мне, стоя рядом. Видно, что даже для неё, прожившей в этом лесу всю свою жизнь, ситуация сейчас была необычной.

Чёрт, я все испортил. Мысленно обругал я сам себя.

Честно говоря, не думал, что внутри Титис все будет так странно. Я бы как-нибудь справился, если бы был один, но Сузуме в опасности.

Поскольку она редко меня о чем-то просит, я слишком легко согласился, следовало оставить её в Ишке.

Едва подумав о том, чтобы немедленно вернуть её в Ишку--

Моя левая рука была охвачена мягким ощущением.

Взглянув, я увидел, Сузуме вцепившуюся в мою левую руку обеими руками. Её светло-малиновые глаза были наполнены мольбой, которая безмолвно говорила мне: «Пожалуйста, возьми меня с собой».

После нескольких секунд молчания я издал небольшой вздох.

Я никак не мог победить этот взгляд.

В положении, когда мы словно наполовину в обнимку друг друга, я вошёл в лес вместе с Сузуме.

Изначально я хотел отправиться в деревню киджинов как только соберу плоды джирайи, но, учитывая то, как сейчас обстоят дела, я принял во внимание чувства Сузуме и отправился прямиком в деревню.

Как и ожидалось, деревушка, в которую мы приехали, стала совсем не похожа на ту, которой была раньше.

Там были лишь остатки когда-то существовавших домов. Некоторые из них сгорели дотла, и некоторые, казалось, были раздавлены большим демоническим зверем. Лишь один дом сохранил свой первоначальный вид.

Посмотрев на них с грустным видом, Сузуме пошла к окраине деревни.

Когда я начал размышлять о том, куда она идёт, следуя за ней, она наконец остановилась в районе, где выстроились небольшие каменные памятники.

Я понял, что это могилы киджинов, когда Сузуме опустилась на колени перед одним из каменных памятников и начала молиться с закрытыми глазами.

Вероятно, это могила её родителей. Из того, что я слышал раньше, отец Сузуме, похоже, пропал без вести, когда она была маленькой, а мать тоже скончалась много лет назад.

Даже если деревня была окружена барьером, ребенку, должно быть, было трудно жить одному в глубине леса Титис. Я знаю, что её покойная мать тоже не хотела бы этого.

Я подумал о том, каково было её матери, когда у неё не было другого выбора, кроме как оставить маленького ребенка, и, естественно, опустил голову.

--Тогда что-то внезапно насторожило мои чувства, я прекратил свою безмолвную молитву и оглядел окружающее пространство.

Множественные присутствия и рёв вырвались наружу.

Заметили ли они наши запахи? Или они отреагировали на ману киджина как это сделал василиск? В любом случае, я могу сказать, что монстры приближаются к нам с явным намерением.

...Если возможно, я хотел позволить Сузуме продолжать отчитываться перед родителями, пока она не будет довольна, но сейчас мы не можем этого сделать.

Когда я уже собирался высказаться, жалея её, Сузуме, уже встала на ноги и смотрела на меня неизвестно сколько времени, извиняющимся голосом попросив прощения.

「Прости. Я всё-таки доставила тебе неприятности」

「Ты не должна беспокоиться об этом. Я могу легко победить, если захочу」

Я показал Сузуме максимум уверенности, чтобы она чувствовала себя спокойно.

На самом деле, если я использую свою экипировку души, уверен, что смогу победить монстров глубин, даже прикрывая её.

Просто я не очень хочу пачкать могилы киджинов кровью монстров.

Я также достиг своей цели - подтвердил необычную ситуацию в лесу своими глазами, так что мы, вероятно, можем просто уйти отсюда.

Если бы я мог, я бы воздвиг барьер, чтобы защитить могилы её родителей, но, к сожалению, я не могу использовать такие удобные способности--Ах, это напомнило мне, что Мирослава использовала некоторые предметы, чтобы сделать свой барьер на Горе Ским. Надо бы взять их с собой, когда я приду сюда в следующий раз.

С этими мыслями в голове я снова притянул Сузуме к себе и распространил кей по всему телу.

◆◆◆

Позже, когда мы вернулись в нашу резиденцию в Ишке, Лунамария и остальные вышли поприветствовать нас.

И...я был удивлен.

Потому что в очереди с Лунамарией и остальными было неожиданное лицо.

「Мастер сказал, что хотел бы поделиться с вами информацией о лесе Титис. Мы просим прощения за беспокойство, но не могли бы вы пройти в гильдию?」

Та, кто сказала это, вежливо опустив голову, была администратором гильдии авантюристов, Лиделль.

Мне стало интересно, откуда они узнали, что я ходил в лес Титис, но, подумав секунду, решил, что это вполне естественно, ведь массивное тело Клау Сораса привлекает внимание людей.

Вероятно, она пришла навестить мой дом узнав, что Клау Сорас полетел в направлении леса.

Кто, чёрт возьми, поможет вам, ребята?-- Я бы солгал, если бы сказал, что у меня не было таких мыслей в голове.

Кроме того, если вам что-то нужно от меня, вы приходите ко мне.

Тем не менее, поведение Лиделль было вежливым (независимо от того, что она чувствует внутри), и я могу понять, что Элгарт не может позволить себе отстраниться от гильдии из-за этой чрезвычайной ситуации прямо сейчас, поскольку он гильдмастер.

И самое главное, увидев как вела себя Сузуме, если бы я положил на чашу весов месть за прошлое и решение этой ненормальной ситуации сейчас, то последнее весит больше, несмотря ни на что.

Нет такого человека, который бы не хотел, чтобы у его семьи было спокойное место отдыха.

「Ладно. Ничего, если я пойду туда прямо сейчас?」

「Ээ... Д-да. Это было бы великой услугой, если бы вы смогли это сделать」

Глаза Лиделль удивлённо расширились от мгновенного ответа, а затем она в замешательстве изменила выражение лица.

Ооо, администратор, который всегда выглядит собранным, запаниковал.

Вероятно, она ожидала, что я скажу «нет». Это оказалось бы своеобразной расплатой, не так ли? Горько усмехнувшись внутри себя, я сразу же начал идти к гильдии.

Звук быстрых шагов Лиделль преследовал меня сзади.

Здание гильдии авантюристов, в которое я давно не ступала ногой, было переполнено людьми.

Когда Лиделль, одетая в форму гильдии, прошла вперед, авантюристы, заметив её, открыли путь. В то время также были люди, которые удивились, увидев, что я иду позади неё, но никто не пытался заговорить со мной.

Даже для меня нет никого, кого я был бы рад встретить снова.

После того, как Лиделль провела меня в комнату, которая, судя по всему, была гостевой, она сказала «Я сейчас же доложусь мастеру» и ушла.

Не успел я иронично подумать: «Ну вот, интересно, как долго они собираются заставлять меня ждать?», как в дверь тут же постучали. Не прошло и 30 секунд, как Лиделль вышла.

Когда я наклонил голову, думая, что это слишком быстро, как бы я на это не смотрел, вошедшим оказался другой администратор, не Лиделль.

Мне показалось, что я уже где-то видел это лицо и на секунду задумался. Затем я быстро вспомнил.

Это был администратор который первым допросил меня, когда я вернулся из гнезда Короля Мух живым. Её зовут Парфе или что-то вроде того.

В отличие от Лиделль, у которой спокойный характер, эта особа произвела на меня впечатление человека очень живого. Она выглядит на 4-5 лет моложе Лиделль.

Ну, мне всё равно, спокойные они или оживленные, ничто не меняет их неуважительного отношения ко мне. В этом смысле мне не нужно беспокоиться о том, чтобы вести себя по-разному в зависимости от того, кто это.

Парфе поставила чашку, из которой шёл пар, на поднос, который держала в руках. Кажется, что меня приветствуют до такой степени, что подают даже чай.

......Саркастично, что она пришла сюда.

Горько улыбнувшись, я взглянул на то, что находится внутри чашки. Чай был прозрачного янтарного цвета, так что, должно быть, они использовали чайные листья довольно хорошего качества. Выпечка, которая прилагалась к чаю, тоже выглядела шикарно.

Я и представить себе не мог, что настанет день, когда меня будут так встречать в месте, из которого меня выгнали всего пару месяцев назад, и никому не было до этого дела. Хотел бы я сказать это старому себе того времени.

Несмотря на такие мысли, я не притронулся ни к чаю, ни к сладостям.

Есть то, что тебе предлагают сразу, - это не значит быть бедным... Не то чтобы я был таким претенциозным или что-то в этом роде. Я просто не хотел прикасаться к еде или напиткам, которые предлагает гильдия, из которой меня выгнали.

Вместо того чтобы называть это претенциозностью, я просто упрям. И, возможно, это также можно назвать «мелочностью».

Хотя я и сам это осознаю, я не думал о том, чтобы изменить своё мнение.

Затем Парфе заговорила весёлым голосом, глядя на меня.

「Пожалуйста, берите и угощайтесь. Оно не отравлено」

*Буфуу*, - вырвался странный звук из её рта.

Когда я инстинктивно взглянул на нового администратора с полузакрытыми глазами, Парфе оглянулась на меня, хихикнув.

「Эти чайные закуски - новейшее творение 『Кукуридоу』, очень популярное среди дам. Я запаслась ими заранее, злоупотребив своим авторитетом администратора гильдии」

Сказала Парфе игривым тоном, приложив указательный палец к щеке.

Если чайные закуски для гостей испортятся, то их придется утилизировать. Естественно, этим будут заниматься сотрудники гильдии. Я вижу, она хитрая. Хотя другими словами я могу назвать её и обжорой.

「С учетом зарплаты гильдии, одна-две таких закуски тебе ничего не стоят」

「Хехе, закуски, купленные на мои собственные деньги, и закуски, купленные в качестве расходов на работе - это две разные вещи. То же самое касается и угощения от мужчины」

Девушка по имени Парфе сказала это с улыбкой. Её взгляд выглядит так, будто она хочет что-то сказать, глядя на меня.

......Теперь я должен пригласить её на ужин в следующий раз?

В отличие от Лиделль, у которой скромный макияж и прическа, то, как одета Парфе, едва ли подходит под критерии неприлично одетого администратора. Из того, что мне рассказывала о ней Мирослава, следует, что у нее довольно амбициозное стремление подняться по социальной лестнице.

Как драконий всадник и человек, который даже имеет связи с Герцогом Драгнаутом, я, вероятно, стал кем-то соответствующим её вкусу в мужчинах.

......Нет, нетнет, это да, это. Несомненно, она показывает мне проблеск привязанности, а потом собирается выставить меня дураком когда я приглашу её.

Хмпф, я не собираюсь играть ей на руку!

Вот бы монстры появлялись только за городом!

Когда я уже собирался открыть рот с такими мыслями в голове, чтобы разобраться с ней, в дверь снова постучали.

На этот раз вошла Лиделль.

Хотя она и удивилась, что Парфе здесь, она сообщила мне, что сейчас проведёт меня в комнату мастера гильдии.

Похоже, что как только Элгарт получил её отчет, он сразу же нашёл для меня время. Вероятно, он посчитал, что я могу уйти, если мне придётся ждать хоть немного.

По какой-то причине в моей груди поднялось чувство облегчения, когда я встал в ответ на слова Лиделль.

「Мы не встречались вот так лицом к лицу со времён твоей дуэли с Ларсом. Вы словно другой человек, Сора」

Элгарт Квисс, первоклассный авантюрист, возглавляющий отделение гильдии авантюристов Ишки, сказал это и мягко улыбнулся.

Я не чувствую никакой сдержанности ни в этих словах, ни в выражении его лица. Будь то слабый аромат душистой воды или его аккуратно зачесанные назад волосы, он был таким же щёголем, как и обычно.

Я отнесся к этому человеку холодно.

「Я слышал, ты хотел поделиться информацией о Лесе Титис. Это правда?」

Я пропустил приветствие и внезапно перешёл сразу к делу. Я показал, что у меня нет намерения заводить с ним дружбу.

Услышав это, улыбка Элгарта стала горькой.

Лиделль, стоявшая наготове позади него, бросила на меня пронзительный взгляд, но я сделал вид, что не заметил её, и проигнорировал.

Говорить о том, о чём нужно говорить, и спрашивать о том, что необходимо. Это всё, что мы должны сейчас делать.

「Да, именно так. Я перейду сразу к делу. В связи с ситуацией, сложившейся в последние несколько дней, я опасаюсь, что монстры могут разбушеваться--возникнет давка」

В ответ Элгарту, который пропустил детали и сразу перешёл к делу, я ответил в том же духе.

「Тогда и я перейду сразу к делу. Глубины Леса Титис напоминали чайник, который вот-вот закипит. Судя по всему, монстры оттуда скоро хлынут во внешние части леса」

Если это произойдет, чудовища из внешних участков будут вытеснены из леса.

Элгарт кивнул, словно хотел сказать: «Как я и ожидал».

「Так вы говорите, что это лишь вопрос времени, когда монстры внешних частей направятся в Ишку после выхода из леса, верно?」

「Да. И тогда это будет лишь вопросом времени, пока монстры из глубин не последуют их примеру」

Ишка, вероятно, столкнется с нападениями монстров такого масштаба, какого они никогда не испытывала раньше - таков мой вывод после личного взгляда на состояние Леса Титис.

Монстры на взводе--Паническое бегство. Элгарт тоже пришел к такому же выводу.

Затем Элгарт со скорбным выражением лица посмотрел на потолок и пробормотал несколько слов.

「...Значит, это будет повторением кошмара двадцатилетней давности...」

「20-ти летней давности?」

После моей реакции на его слова мастер гильдии Ишка ответил мне со вздохом.

「В прошлом эта нация уже пережила подобное. Это было примерно 20 лет назад, когда я был ещё моложе тебя. Разница была в том, что аномалия произошла на Горе Ским, а не в Лесу Титис」

Из-за этого многие деревни и города были опустошены, объяснил Элгарт.

В то время гильдмастер вместе со своей группой столкнулся с толпой монстров и потерял двух своих спутников.

Ишка тоже не смогла избежать разрушений. Причина, по которой этот город сейчас окружена крепкими стенами, заключается в уроке, который они извлекли из того случая.

Я ссутулил брови и спросил.

「Была ли установлена причина инцидента?」

「Мы предположили, что это произошло из-за того, что вулкан стал активным, и экосистема монстров претерпела большие изменения」

...Значит, каприз природы, да?

Было бы лучше, если бы это было вызвано чем-то или чьим-то зловещим умыслом, но в любом случае, это душераздирающая история.

Однако сейчас не время думать о прошлом.

Из того, что сказал Элгарт, я сделал вывод, что в Лесу Титис произошло нечто, равное активизации вулкана.

Проблема в том, что же это.

Я послушно принял приглашение гильдии, потому что мне нужна была эта информация. Информация и связи. Мой клан и близко не стоит в одном ряду с гильдией авантюристов, когда речь идёт об этих двух вещах. Это факт, который я должен признать.

......Ну, если бы они знали, что произошло на самом деле, они бы не стали со мной разговаривать, так что, учитывая это, я никак не мог добраться до сути вещей, просто придя сюда.

Тем не менее, я решил попробовать, потому что у них могла быть информация, которая помогла бы мне расставить все точки над «I».

И вот тут-то мои догадки прервали слова, прозвучавшие из уст Элгарта.

「Неясно, связано ли это напрямую с нынешним инцидентом, но у меня есть информация, которая привлекла моё внимание. Эпидемия, похоже, вернулась в деревню, расположенную выше по течению Реки Кейл」

「Мастер?! Эта информация еще не подтверждена!」

Лиделль повысила голос, в котором слышались удивление и тревога, услышав слова Элгарта.

В ответ Элгарт ответил ей спокойным голосом.

「Все в порядке, Лиделль. Это и есть обмен информацией」

「Да. Я прошу прощения за то, что сказала лишнее...」

Лиделль опустила голову и закрыла рот, выглядя явно недовольной.

Я единственный, кто не в курсе событий, но я могу догадаться о смысле только что произошедшего.

Я уже упоминал, что источник воды в Реке Кейл берет начало в Лесу Титис. Поэтому деревня, расположенная выше по течению этой реки, другими словами, это «деревня, которая ближе к Лесу Титис, чем Ишка».

Он сказал, что в этой деревне снова вспыхнула эпидемия.

В данном контексте эпидемия была вызвана василиском, появившимся ранее, и ядовитыми миазмами из моря погибели, возникшими под влиянием этого монстра.

Так что эпидемия, которая в основном была ликвидирована противоядием, приготовленным из плодов джирайи, означает, что...

「Противоядие больше не действует?」

「Похоже на то. Мы не знаем, потому ли это, что яд стал настолько сильным, что противоядие больше не действует, или потому, что действие противоядия ослабло. На самом деле, эта информация поступила в гильдию только сегодня утром, и прямо сейчас наши сотрудники отправились в деревню, чтобы подтвердить реальное положение дел」

「......Вижу」

「Это само собой разумеется, но никому не говорите об этом ни слова. Это снова взбудоражит людей едва они успокоились после создания противоядия」

Я кивнул в ответ. Я не намерен распускать слухи даже без его ведома. У меня нет намерения мстить гильдии таким образом.

Однако я не мог не задуматься о том, что это значит.

Когда я отправился в глубь леса с Сузуме, я не заметил никакого нового заболевания. Значит, вероятность появления нового василиска невелика.

Тем не менее, эпидемия вернулась? И яд, на который не действуют плоды джирайи?

Вдобавок ко всему, этот яд был разбавлен водой из реки.

Естественно, это означает, что можно предположить, что его источником является чрезвычайно смертоносная отрава.

Если необычный инцидент на этот раз произошел из-за этого яда......

Именно тогда я задумался над этим вопросом.

Внезапно в дверь комнаты интенсивно постучали, а затем снаружи комнаты раздался встревоженный женский голос.

「Прошу прощения! Мастер, у меня срочный доклад!」

「Войди」

Как только Элгарт закончил говорить или даже за секунду до этого, дверь открылась, и в комнату ворвалась рапортирующая Парфе.

Выражение её лица с того момента, когда я видел её раньше, полностью изменилось на крайне серьезное.

「Сигнальный огонь пришел из Леса Титис. Цвета были белый, чёрный и красный!」

Как только он это услышал, в глазах Элгарта появился острый, как лезвие, взгляд. Лиделль тоже выглядела крайне напряженной.

Вероятно, Элгарт послал несколько авантюристов или работников разведать лес.

И эти люди вышли на связь в виде сигнальных костров.

По выражению лиц гильдийской троицы стало ясно, что они получили самые плохие новости.

В тот день от имени правительственного офиса Ишки и гильдии авантюристов было выпущено экстренное уведомление для всего населения города.

В нём шла речь о рое монстров, вышедших из Леса Титис и хлынувших в сторону Ишки.

В результате город авантюристов, перешёл в состояние повышенной готовности, а на его улицах воцарилась шумная атмосфера.

Однако, вероятно, лишь небольшая часть горожан действительно почувствовала угрозу от сложившейся ситуации.

Если вы живете в Ишке, славящейся как город приключений, присутствие монстров войдёт в вашу повседневную жизнь, нравится вам это или нет.

Монстры появились здесь и там, такой-то и такой-то покорил монстров- подобные темы возникают каждый день. Даже то, что граждане получают предупреждение, как это случилось сейчас, не является редкостью.

Однако ещё не было случая, чтобы большая группа монстров действительно разрушила городские стены или перелезла через них и проникла в город.

Ущерб, который Ишка понесла от давки, начавшейся с Горы Ским, произошёл до строительства городских стен. После возведения которых город стал неприступен.

Чем больше люди знают об этом, тем безопаснее они себя чувствуют.

Они настроены оптимистично. Они верят, что рой чудовищ никогда не проникнет в Ишку. А если это и случится, то будет не более чем мелочью, ведь они уверены, что обо всём немедленно позаботятся солдаты с авантюристами.

Вернувшись из гильдии в свою резиденцию, я задумался и скривил губы.

У меня нет намерения оскорблять оптимизм людей, говоря, что они идиоты, принимающие мир как должное.

Причина, по которой Ишка может нормально функционировать в условиях чрезвычайного положения, заключается в вере жителей в то, что «всё обязательно как-нибудь наладится».

Именно потому, что они привыкли иметь дело с монстрами и верят в солдат и авантюристов защищающих город, они могут вести себя спокойно, не впадая в панику. Это, несомненно, сильная сторона города под названием Ишка.

--И именно поэтому я чувствую настоящую иронию.

Если вы спросите, что я хотел этим сказать, так это то, что теперь понимаю, что защищал Элгарт, выгоняя меня из гильдии. Он сделал это для подобных ситуаций.

Если бы я разоблачил позорное поведение 『Соколиного Меча』, как хотел... Едва факт о том, что «Некоторые авантюристы превратили другого мирного жителя в приманку для побега» распространился, это повлияло бы и на граждан в данном инциденте.

Люди могут и вероятно будут задаваться вопросом, не собираются ли авантюристы превратить людей в приманку, чтобы спасти свою задницу во время побега из Ишки.

Если такое произойдет, всё будет намного хуже, чем сейчас.

Взглянув на эти вещи, я понимаю, что ответ Элгарта в тот момент был правильным--Хотя это и досадно, он, по крайней мере, не ошибся.

「Но это, конечно, раздражает」

Внутри своей комнаты я выдохнул через нос со звуком «хмпф».

Как бы то ни было, у нас свои взгляды и мы принимаем свои решения. Даже если Элгарт не ошибся, это не повод перестать обижаться на него за списание меня со счетов.

Как только монстры будут загнаны обратно в лес, я приведу в действие последнюю часть своего плана «Способ мирно насрать гильдии».

Ещё лучше, если я подключу к этому плану Сергея (гильдмастер королевской столицы) и вытащу Лиделль из гильдии. При обычных переговорах об этом не может быть и речи, но если я шепну ей на ухо «твоё решение защитит мастера гильдии», шансы на успех будут не нулевыми.

Этот администратор не показывает своего выражения лица или отношения, но он так же враждебен и насторожен по отношению ко мне, как Мирослава в прошлом.

Размышляя об этих вещах, я приготовился к отъезду.

Первое место, куда я отправлюсь, это... не Лес Титис, а «деревня вверх по течению реки Кейл», где снова вспыхнула эпидемия.

Не может быть, чтобы все монстры, хлынувшие из леса, направились в Ишку. Логично предположить, что некоторые из них также направились к человеческим поселениям, расположенным ближе.

Солдаты и авантюристы должны были как можно скорее отправиться в такие деревни, но поскольку я могу ездить на драконе, нет никого подвижнее меня.

Без колебаний я принял просьбу Элгарта о помощи. Это не только хороший шанс поднять репутацию моего клана, но и интерес к яду, на который не действуют плоды джирайи.

В смысле, что противоядие, которое циркулирует в окрестностях Ишки, сделано «Союзом»--организацией работорговцев--с использованием плодов древа джирайи. Проще говоря, это разбавленная версия плодов.

Противоядие больше не действует, или сами «плоды»? Мне предстоит это быстро уточнить.

Если первое, то ещё можно что-то сделать с новым ядом, но если второе, то понадобятся кардинальные меры.

На всякий случай у меня тоже есть идея. Моя особая черта, о которой Лунамария рассказывала мне раньше... То, что женщины, которые спали со мной, становились сильнее.

Из известного мне, могу предположить, что жидкости моего тела влияют на других. Если это так, то можно ожидать резкого изменения действия антидота при смешивании моих жидкостей с ним... Хотя не знаю, будет ли это изменение хорошим или плохим.

「И поэтому я собираюсь оставить это Мирославе」

Причина, по которой я попросил волшебницу провести такой эксперимент вместо Лунамарии, в том, что я думал, что эта девушка лучше подойдёт для него.

Мы с Мирославой уже провели несколько ночей вместе, и она тоже испытала на себе усиление способностей от моих жидкостей, поэтому без смущения кивнула на мои слова.

「Понятно. Я обязательно оправдаю ваши ожидания, мастер (лидер)」

「Да, я рассчитываю на тебя. Лунамария, Сиель и Сузуме, вы, переместите еду из конюшни Клау Сораса сюда」

Хлев за стенами станет непригодным, потому что монстры будут нападать. А что касается виверны, летающей над стенами города, то я должен получить разрешение от управления Ишки через Элгарта.

К счастью, поскольку моя нынешняя резиденция неоправданно велика, в ней достаточно места, чтобы принять 1-2 виверны.

Однако если я просто оставлю Клау Сораса в саду, он наверняка будет дуться, поэтому мне нужно будет обеспечить крышу и для него. Я решил поручить эту задачу Лунамарии.

「Я предоставлю тебе решать, нужно ли нанимать для этого людей. Используйте столько денег, сколько хочешь」

「Да. Пожалуйста, предоставьте это мне, хозяин」

「......Хотя я больше не твой хозяин」

「...Тогда мой дорогой」

「Просто зови меня хозяином, пожалуйста」

Я испугался эльфийки, которая сказала это с серьёзным выражением лица, и тут же взял свои слова обратно.

Несмотря на то, что она явно просто шутила, улыбка Лунамарии выглядела угрожающе. Она действительно чувствует тревогу или что-то вроде того с момента присоединения Мирославы?

Это правда, что после присоединения Мирославы к нам, количество раз, когда Лунамария составляла мне компанию по ночам, сократилось в два раза. Но, но, не может быть. Лунамария не из таких людей.

Хотя, если бы меня спросили: «К какому типу людей она относится?», я бы затруднился ответить.

Сиель тоже бросает на меня вызывающие взгляды каждый вечер... как-то всё приняло странный оборот.

Я хотел увеличить число людей, у которых могу есть души, но мне становится не по себе, когда всё идет слишком гладко. Как будто рано или поздно что-то пойдет не так.

「...Ну, полагаю, какие бы последствия не наступили, я буду винить только себя」

Пробормотал я себе под нос голосом, который никто не мог услышать.

Что бы ни случилось, если я буду думать о том, что это я во всем виноват, то у меня не будет никаких претензий.

Я кивнул сам себе и закрыл глаза на беспокойство в своем сердце.

◆◆◆

После я сел на Клау Сораса и отправился на север, как и планировал. Сначала я увидел линию обороны, созданную солдатами Королевства Канария.

Было построено три слоя траншей и заборов, перекрывающих путь. Они даже построили там простую башню. И сделали всё это слишком быстро для ручного труда, поэтому, скорее всего, они использовали магию.

Когда Клау Сорас пролетел мимо них сверху, солдаты внизу потрясенно посмотрели на небо, а через мгновение радостно закричали.

Возможно, они ликовали не из-за меня, а из-за Клау Сораса, который очень популярен среди людей.

--Даже зная это, я, естественно, был взволнован. С момента становления авантюристом, я никогда не испытывал подобной радости от такого количества людей.

По мере продвижения, облака дыма, поднимавшиеся в воздух впереди, вскоре стали видны.

Изредка сверкающие красные огни - это взрывы от магии огня. Присмотревшись, я увидел людей под облаком дыма, размахивающих оружием.

По их непохожему друг на друга снаряжению я понял, что это не солдаты. Возможно авантюристы посланные Элгартом. Их довольно много, так что, вполне возможно, что гильдмастер ожидал подобное.

Похоже, они используют магию и стрелы, чтобы сократить число монстров, постепенно отступая назад. Сражаются, пытаются выиграть время, но это было бы трудно даже для хорошо обученной армии. Я вижу, что авантюристы находятся в жестоком бою.

Видя это, я усмехнулся.

「Начнем, Клау Сорас! Сделаем это, пока мы здесь!」

Когда я повысил голос, чтобы не потеряться в шуме ревущего ветра, мой дракончик уверенно ответил «пуiiii!».

Похоже, он тоже был взволнован предыдущими возгласами.

Мы вдвоем, хозяин и слуга, синхронизировались и превратились в порыв ветра, мчащийся среди клубков дыма.

Бросившись в гущу битвы с Клау Сорасом, я вытащил меч и быстро расправился с нашими врагами--Но всё было не так.

Проще говоря, я не достану врагов, даже если замахнусь мечом со спины виверны. Как рассказала мне Астрид во время нашего короткого разговора в столице, драконьи всадники Королевства Канария используют длинные копья и арбалеты в качестве своего стандартного снаряжения.

Сначала я тоже собирался последовать их примеру, но в моем случае есть не только дальние атаки с помощью техник кей, но и заклинания магии огня, которым меня научила Мирослава. Я решил, что мне нет необходимости проходить через все эти трудности, ради использования оружия к которому не привык.

Кроме того, неоспоримой истиной является то, что разрушительная сила будет больше, если я оставлю это Клау Сорасу.

На самом деле, сейчас я просто делаю всё возможное, чтобы не мешать ему.

Я уже упоминал об этом, но виверна использует не только силу своих крыльев для полета, но и ману внутри собственного тела. Именно так они способны совершать вертикальные взлеты и посадки, а также зависать в воздухе.

Тем временем Клау Сорас укрепил себя маной и с почти полной силой врезался в землю. Этот удар, скорее всего, был равен удару о землю огромного валуна, выпущенного из катапульты.

Со звуком взрыва в воздухе закружились бесчисленные массы земли и осколки камней. В конце концов они, как дождь, обрушились на окружающее пространство.

В земле, куда приземлился Клау Сорас, образовалась дыра, как будто туда упал метеор, а монстры, стоявшие там раньше, были раздроблены на куски; от их первоначальных форм не осталось и следа.

Расплескавшаяся кровь монстров окрасила землю и песок в красный цвет.

Монстры, которые в ярости нападали на авантюристов, перестали двигаться, словно оглушённые.

Не стали исключением и авантюристы: в суровом поле убийств воцарилась неожиданная тишина. Не упуская такой возможности, я громко окликнул их.

「Авантюристы! Клан『Меч Кровопролития』берёт все на себя! Быстро отступайте!」

Когда я говорил с достоинством, мой нос слегка подёргивался.

--Оставь это мне и иди вперед!

Хотя слова были немного другими, мне удалось произнести фразу, которую я всегда хотел сказать хотя бы раз в жизни. Это не то, о чем я должен думать сейчас, но оно сделало меня немного счастливым.

Пока я втайне предавался подобным мыслям, стадо монстров уже начало двигаться. Многие из них остановились, потому что были напуганы, смущены или насторожены появлением Клау Сорасом, но это не относилось к монстрам, шедшим сзади.

Когда мы отталкивали, топтали и отгребали тех, кто перестал двигаться, на нас один за другим начинали бросаться новые монстры. На самом деле, значительная часть из них в итоге была задавлена своими сородичами.

Я призвал Клау Сораса взлететь. Если нас окружит рой монстров на земле, мы будем обездвижены.

「Клау Сорас, давай. На этот раз мы сметём их, пролетев насквозь」

「Пуii!」

Клау Сорас ответил на мои указания и широко расправил крылья.

Однако, поскольку он уже один раз приземлился, ему придётся кружить в воздухе, чтобы достичь максимальной скорости для нападения. Учитывая скорость новой группы монстров, они, вероятно, достигнут авантюристов раньше, чем мы закончим.

*Тц*, щелкнул я языком.

Это было большой ошибкой - сдать наш темп против такого большого количества монстров. У меня нет другого выбора, кроме как признать собственную неопытность, когда дело доходит до езды на драконе.

Если бы это был Герцог Драгнаут или Астрид, я уверен, что они сражались бы более эффективно.

「Ну, сожаление об этом не поможет. Сейчас я должен остановить продвижение врага--『Цветок, поглощающий огонь. Зарождающий пламя. Зреет, набухает, созревает и опадает』」

Я пробую новое магическое заклинание, которое передала мне Мирослава.

Заклинание относится к третьей сфере. Его разрушительная сила не сравнится с 『Принцессой Пламени』, которое относится к 5-й сфере, но его легче использовать на спине дракона.

Это магическое заклинание, при произнесении которого сбрасываются бомбы.

「『Взрыв--Хоусенка(Цветок Феникса)』」

В воздухе появились гроздья красных плодов. Каждый из них размером с мою голову, а всего их 30. Они тут же начали отделяться друг от друга, как будто не выдержали собственного веса и упали на землю.

Едва плоды коснулись земли, как тут же взорвались.

Пламя, содержащееся внутри плодов, вспыхнуло, и огненные осколки разлетелись по окрестностям. Жар, мгновенно заполнивший воздух, был достаточно горячим, чтобы обжечь кожу человека.

Плоды продолжали падать на морды чудовищ, а те громко кричали.

Опять же, разрушительная сила заклинания «Цветов Феникса» не сравнится с «Принцессой Пламени». Пока это не прямое попадание, монстры не умрут от него. В принципе, их крик означает, что они еще достаточно здоровы, чтобы издавать звуки.

Однако, природы заклинания более чем достаточно, чтобы остановить их на их пути. Поскольку заклинание не длинное, я могу использовать его по цепочке, не пропуская части заклинания и не снижая его огневую мощь. Я могу усилить его силу, вложив в заклинание немного кей.

Если я использую его, сидя верхом на драконе, мои враги не смогут сгруппироваться.

Я должен поблагодарить Мирославу, научившую меня этому после того, как искала магию, которая была бы полезна драконьему всаднику.

「Полагаю, мы должны были сделать это с самого начала...」

「Пуiii......」

「Н-нет, тебя я точно не обвиняю, ясно?! Твои предыдущие атаки были по-своему эффективны!」

「Пуi?」

「Да, правда, я серьёзно!」

Так что не унывай. Примерно в то время, когда я закончил подбадривать Клау Сораса, мы также закончили решающий круг, который нам предстояло завершить.

Когда я посмотрел на землю, большинство авантюристов уже начали отступать. В отличие от обычных солдат, которые следуют приказу своего начальника, авантюристы двигались по собственному пониманию. К лучшему или худшему, все они были легко экипированы.

При таком темпе я, наверное, и сам смогу полностью отступить после 2-3 кругов боя с врагом.

Мне тоже интересно, что происходит в деревне, где снова вспыхнула эпидемия, так что надо бы побыстрее закончить здесь.

Такие мысли были у меня в голове, пока я сгибал своё тело в седле, готовясь к новой атаке.

◆◆◆

Закончив спасать авантюристов, я, как и планировал, направился в деревню, расположенную выше по течению реки Кейл.

На поверхности этой реки было во много раз больше кораблей, чем обычно.

Скорее всего, эти корабли заполнены людьми, которых эвакуируют из-за давки. Поскольку монстры мчатся по дорогам, единственный путь эвакуации - по воде.

Едва люди на кораблях увидели Клау Сораса, некоторые приняли его за нападающего монстра и закричали, но когда я помахал им рукой со спины дракона, их крики сменились радостными возгласами.

Вероятно, они подумали, что драконьи всадники королевской столицы прилетели их спасать. Хотя это было не так, мне тоже не нужно было напрягаться, чтобы поправить их.

После я прибыл в деревню, где произошёл инцидент.

Конечно, похоже, что та тоже подверглась нападению. Однако масштабы нападения не казались слишком большими, так что, похоже, деревенские стражники отбились от монстров только с помощью жителей деревни.

Мне сказали, что после нападения большинство жителей деревни закончили эвакуацию и сели на корабли, отправленные правительственным офисом Ишки.

Тем не менее, сейчас в деревне всё ещё остаются несколько человек, и чиновники беспокоятся о том, что делать с ними.

Другими словами, они говорят о больных, которые не могут двигаться из-за яда.

Я сказал одному из чиновников, что у меня есть кое-что ещё более сильное, чем противоядие, которое продаётся на рынке, но выражение его лица не изменилось.

Они уже на той стадии, когда лекарства им ничем не помогут-- Пока слова чиновника эхом отдавались в моей голове, я вошёл в хижину, в которой находились пациенты на карантине.

Едва я сделал это, в нос ударил резкий запах гниющей плоти, несмотря на то, что я использовал ткань, которую передал мне чиновник, чтобы прикрыть нос.

Внутри хижины, окутанной темнотой, было странно тихо; я не только не слышал, чтобы кто-то говорил, но и не слышал, чтобы кто-то стонал.

Я ссутулил брови, сам того не замечая. Мои ноги почему-то перестали двигаться. Как будто...воздух этой хижины отторгает живых.

С учётом сказанного, я не могу повернуть назад. Я принял решение и заставил свои застывшие ноги двигаться.

И, подойдя к одной из кроватей пациентов, взглянул на лежащего там человека.

Взглянул... и пожалел.

Существует игра под названием «Счастливый Смех».

Это игра, в которой на листе бумаги, на котором нарисован контур лица, разбросаны обрывки бумажных вырезок в форме глаз, рта и носа, а затем человек с завязанными глазами пытается вернуть их на свои места. Поскольку у игрока завязаны глаза, собранное им лицо получается смешным, и вокруг раздаётся смех.

--Если я должен передать словами то, что я видел в хижине, то это были лица реальных людей, которых демоны использовали для этой игры.

Это живое разложение ядом.

Сцена из ада, по сравнению с которой яды мгновенной смерти, используемые убийцами, звучат милосердно.

Слова, сказанные мне чиновником из Ишки перед моим приездом сюда - «Они уже на той стадии, когда лекарства им ничем не помогут» - были в точку.

Причина, по которой я не услышал ни единого стона после входа в хижину, заключалась в том, что у этих людей, вероятно, уже не было сил даже стонать. А может быть, яд проник даже в их голосовые органы.

Чтобы убедиться в этом, я попробовал втиснуть в рот больного плод джирайи, но, как я и ожидалось, это ничего не дало.

Я искренне верил, что для спасения этого человека мне понадобится чудо такого же уровня, как воскрешение.

После этого я сразу же вышел из хижины. Более того, я вышел и из деревни.

Я сел на спину Клау Сораса и начал возвращаться в Ишку.

Тот чиновник, наверное, подумал, что я убегаю. На самом деле, он был прав.

Сцена, произошедшая ранее, неоднократно мелькала в моей голове, и каждый раз всё тело покрывалось холодным потом.

Яд василиска тоже был довольно серьёзной проблемой, но, судя по тому, что я только что увидел, этот яд ещё страшнее. Их даже нельзя сравнивать.

Обычный яд сначала разъедает тело человека и в конце концов приводит к смерти.

Но этот...«яд» сначала убивает человека, а потом играется с его телом--Вот как это выглядело для меня.

Другими словами, яд не поддаётся лечению.

Даже если бы я выполнил тот же перенос души, который вылечил Клаудию, излечить этого больного было бы невозможно.

Не могу даже представить, что произойдёт, если подобный яд распространится.

「Если я быстро не найду источник, погибнет не только Ишка, но и всё Королевство Канария」

Пробормотал я себе под нос серьёзным тоном, сидя в седле, накинутом на Клау Сораса.

К счастью, яд, похоже, не заразен, но это только моё предположение. Возможно, что заражённым просто требуется некоторое время, чтобы заболеть.

В каком-то смысле этот новый яд можно считать более опасным, чем давка. Мало того, оба этих инцидента могут быть связаны друг с другом.

По правде говоря, я хотел сразу отправиться в Лес Титис, но я не должен оставлять Ишку сейчас одну, когда на неё нападают монстры, и тратить неизвестно сколько дней на бесцельные поиски улик.

Более того, если бы я отправился на поиски, я бы хотел взять с собой Лунамарию и Мирославу, а не идти одному. Если со мной будут мудрец и маг, они наверняка заметят то, что я упущу.

Я сказал Клау Сорасу лететь ещё быстрее, и мы направились прямо к Ишке.

◆◆◆

「--Такие симптомы...Я никогда не слышала об этом раньше」

Лунамария говорила с выражением, смешанным с напряжением и замешательством.

Поскольку другой человек, Мирослава, спит как труп, Лунамария говорила тихо. По словам эльфийки, волшебница проводила эксперимент, который я ей приказал--смешивала противоядие с моей кровью, чтобы посмотреть, что получится--пока не взошло солнце.

Она действительно переутомилась, да? Размышляя об этом, я обратился к Лунамарии.

「То, что она неизлечима, это всего лишь мои домыслы」

「Нет, если мастер действительно так считает, значит, на это есть причина. Истина, вероятно, не так уж далека」

Лунамария, одетая в пурпурную мантию, которая является доказательством ее квалификации мудреца, сделала это утверждение с серьёзным выражением лица.

То, как эта эльфийка смотрит, как она верит моему чутью больше, чем я, заставляет чувствовать себя немного скованно.

Ну, она ведь знает, что пожиратель душ - это моя анима. Если она посчитает моё чутьё драконьим, а не человеческим, это придаст моим беспочвенным догадкам больше достоверности.

Когда я подумал об этом, выражение лица Лунамарии неожиданно потемнело.

Пока я смотрел в её изумрудного цвета глаза, в которых она о чём-то размышляла, Лунамария начала говорить, похоже, ломая голову над тем, что сказать.

「Говоря о предположениях...это всего лишь догадка, которая есть и у меня, мастер」

「Что же это?」

「На самом деле, когда я услышала о вашем подозрении, что яд неизлечим, это напомнило мне отрывок из известного мне мифа」

Сказала Лунамария, взмахнув своими светло-русыми волосами.

「Миф?」

「Да. О сверхсильном, абсолютно неизлечимом яде, который убил бога」

Затем мудрец продолжил.

Изначально боги - бессмертные существа, и таких существ невозможно убить ядом. Однако тот, которому был нанесён этот яд, не смог вынести вечных страданий и решил отказаться от своего бессмертия и умереть.

Даже герой, получивший бессмертие через 12 непосильных трудов, в итоге поджёг своё тело, потому что не смог противостоять яду.

А ингредиент, который использовался для этого ужасающего яда, был--

「Гидра, смертельно ядовитый многоголовый дракон」

「...Дракон. Мифическое существо, да?」

Я помню, что это имя упоминалось не так давно.

Когда появился василиск и испортил часть Леса Титис, вице-капитан клана『Коса Мрачного Жреца』произнёс это название.

Святое королевство, расположенное к югу от Королевства Канария- Он сказал, что Великое Море Погибели, находящееся к югу от святого королевства, возникло из-за смерти подобной гидры.

Возможно, что и в Лесу Титис появилась гидра. Слова Лунамарии намекали на это.

Однако Лунамария продолжила.

「Если гидра действительно появилась, то весь лес должен был превратиться в море погибели. Поэтому я не думаю, что это так」

В отличие от виверны, которая является полудраконом, настоящий дракон - это не то, что рождается от родителя.

Как гром, смерч, землетрясение или извергающийся вулкан.

Он - явление, которое происходит при соблюдении условий мира. Мифическое бедствие, рождённое во плоти.

Вот что такое дракон.

С другой стороны, он не появится, если хотя бы одно из этих условий не будет соблюдено. Это тоже верно.

Если гидра вот-вот проявится, значит, до сегодняшнего дня последний клин, который мешал ей родиться, вот-вот будет вытащен.

--Возможно, этот клин начал выбиваться сам по себе с давних пор, и мало-помалу гидра начала проявляться в мире.

Если давка и вспышка этого яда - результат превышения установленного уровня материализации гидры...

「Всё выйдет из-под контроля」

「Да. Конечно, только если все эти домыслы верны...」

「В нынешней ситуации лучше ошибиться. Но давай пока будем двигаться так, как будто ты права」

А пока поспешим предупредить об этом правительство Ишки, гильдию авантюристов и даже союз работорговцев. Они, конечно, сначала нам не поверят, возможно, даже посмеются над нами, но я не хочу, чтобы потом они спрашивали меня: «Почему ты не сказал нам тогда?!».

Потом я эвакуирую Сиель и Сузуме--Хм... интересно, стоит ли мне пока отправить их в столицу? Я хочу сообщить Герцогу Драгнауту о своих мыслях да и семью Мирославы я не могу оставить без внимания.

После этого я могу просто заставить Сиель и остальных бежать в Империю или Святое королевство, в зависимости от ситуации.

--Когда я думал об этом, в моей голове всплыл пейзаж деревни Мелте, в которой я останавливался раньше.

То, что эта деревня является частью бассейна реки Кейл, означает, что она также находится под угрозой.

Даже если отбросить в сторону гидру, я уверен, что смертельный яд течёт по водам реки.

Я должен быстро сообщить жрице Саре и тем детям. Если возможно, я хочу, чтобы эти четверо бежали в столицу вместе с Сиель и остальными.

Кроме того, Ларс и Ирия тоже должны быть сейчас в деревне. Между нами многое произошло, но я всё равно не пожелаю им этого смертельного яда. Мне также интересно, что думает Ирия узнав о присоединении Мирославы к моему клану.

Проблема заключается в давке, но, судя по тому, что я видел по дороге из деревни, линия обороны дорог всё ещё цела, так что монстры, вероятно, не прорвутся через ворота Ишки в ближайшие день-два.

Если с течением времени толпа будет увеличиваться, то сейчас самое время лететь в Мелте.

Так я и подумал.

...В то время только две вещи рассматривались мной как угрозы, «яд» и «давку».

Причина, по которой «Остров Демонов» не был включён в список, заключается в том, что должно было пройти по крайней мере 2 месяца или около того, чтобы новости о смерти Джиджинбоу дошли до острова и семья Мицуруги отправила других людей для расследования.

Учитывая характер нынешнего главы семьи Мицуруги, я не могу представить, чтобы он так серьезно отнесся к просьбе (империи), не имеющей никакого отношения к обороне острова.

Но вопреки моим ожиданиям, я никогда не думал, что они уже разослали новых членов в день смерти Старика.

Более того, я и представить себе не мог, что эти люди уже прибыли в столицу и бросились прямо в середину сопротивления паническому бегству, демонстрируя излишний рыцарский дух...

「Мастер!」

В момент, когда я уже собирался отправиться в Мелте, я услышал голос.

Посмотрев туда с вершины седла Клау Сораса, я увидел, что ко мне торопливо бежит Мирослава.

В отличие от неё, которая обычно очень заботится о своём внешнем виде, её волосы были неухоженными, а одежда помятой. Похоже, она прибежала ко мне сразу после пробуждения.

Не может быть, чтобы она пришла сюда пожелать доброго утра или что-то в этом роде. С этой мыслью в голове я слез с седла.

「Извините, что беспокою вас, когда вы спешите...」

Она сильно запыхалась. Когда я присмотрелся к ней, она держала в руке большую сумку с инструментами.

Интересно, она уже закончила то, что я попросил её сделать-- Противоядие, смешанное с моей кровью?

Когда я спросил её об этом, волшебница кивнула.

「Я-я убедилась, что ваша кровь улучшит эффективность противоядия и не причинит вреда человеческому организму. Это ещё далеко не готовый продукт, но, по крайней мере, он будет полезнее, чем противоядие Союза」

「Убедилась? За такой короткий промежуток времени?」

Не прошло и дня с тех пор, как я отдал ей приказ усовершенствовать противоядие. Судя по сказанному сейчас, похоже, она сделала только минимум - подтвердила безопасность для использования, но даже так это быстро.

Для подтверждения действия противоядия, необходим пациент, заражённый ядом.

Обычно вы начинаете с постепенных тестов на мелких животных, таких как мышь и тому подобное, и в самом конце проводите испытания на людях, но--

「Я подтвердила эффект, отравив себя. В этом нет никакой ошибки」

Рыжеволосая волшебница без всяких колебаний сказала нечто столь нелепое.

Причина, по которой она спала как труп, заключалась не в том, что она устала от работы всю ночь, а в том, что она использовала своё собственное тело в качестве эксперимента.

Я инстинктивно свёл брови вместе.

「......Никто не говорил тебе заходить так далеко, понимаешь?」

「Сейчас отчаянное время. У нас нет времени чтобы начинать испытания только после медленного набора нескольких мышей, верно?」

Мирослава игриво хихикнул. Услышав сказанное ею на этот раз, мешки под глазами волшебницы заставили меня почувствовать себя очень виноватым.

Возможно, она заметила мой взгляд и покачала головой, как бы говоря мне, что не стоит беспокоиться об этом.

Затем она снова начала разговор со слов «Что ещё важнее-».

「Мастер. Это правда, что ваша кровь имеет большое влияние на человеческое тело. В зависимости от того, как мы её используем, она может стать мощным козырем против смертельного яда, о котором я слышала от Луны. Однако, пожалуйста, не отдавайте её легко другим людям. Кровь мастера слишком сильна」

「Слишком сильная? Что ты имеешь в виду?」

「Пожалуйста, думайте о ней как об опасном наркотике. Если его использовать на больном человеке, чьи силы ослабли, он может навредить ему. Причем на опасном для жизни уровне」

「......Mм. Правда?」

「Да. Кроме того, возможно, что она может оживить какую-то другую болезнь, которая коренится в больном человеке. Говорят, что кровь драконов может излечить все болезни, но на самом деле она не просто избавляет от болезни. Пожалуйста, не забывайте об этом」

「Понял」

Я несколько раз кивнула в знак благодарности Мирославе, которая серьезно предупредила меня.

По её словам, если удастся смешать вместе противоядие и целебное зелье, то она сможет повысить эффективность одного средства, но такие тонкие регулировки не произойдут за несколько дней.

На этот раз она пропустила процедуру регулировки и подтвердила безопасность продукта на собственном теле.

В её руке был результат, который Мирослава получила, поставив на кон свою жизнь.

Приняв это с благодарностью, я снова сел на дракона.

「Пожалуйста, будьте осторожны, мастер. Я с нетерпением жду вашего благополучного возвращения」

Мирослава глубоко поклонилась.

От одного вида её вежливого отношения ко мне до сих пор возникает ощущение, что что-то не так.

Что ж, мы уже прожили под одной крышей около полумесяца, так что я не собираюсь сейчас нервничать, но, вероятно, должно пройти еще какое-то время, чтобы это странное чувство полностью исчезло.

Размышляя о чем-то подобном, я в конце концов отдал Мирославе дополнительный приказ.

「Я тоже надеюсь, что всё пройдет хорошо. О, и эксперименты на людях теперь запрещены, поняла?」

「Aа......Да, поняла!」

Она заметила моё намерение? Мирослава улыбнулась от удовольствия. Она тоже ответила более оживлённо, чем обычно.

Я отдал приказ Клау Сорасу взлететь, чтобы скрыться от того взгляда.

Кстати, что касается моей поездки в деревню Мелте, то я уже поставил в известность основные учреждения Ишки о смертельном яде.

И поэтому, даже если я отправлюсь на юг, чтобы осмотреть достопримечательности вместе с Клау Сорасом, не нужно было беспокоиться о том, что люди подумают что-то вроде «Драконий всадник сбежал из Ишки!».

Некоторые гражданские, не знающие об обстоятельствах, возможно, неправильно поймут, но это, скорее всего, не станет большой проблемой.

В правительственном офисе Ишки нашлись некоторые, кто проявил пренебрежение ко мне за то, что я уехал в такое время, но, тем не менее, я убедил их, что уезжаю с целью забрать Ларса, Ирию и жрицу Сару, чтобы помочь с обороной города.

А после отъезда из Ишки я не столкнулся ни с какими неприятностями, о которых стоило бы упоминать, и прибыл в Мелте довольно быстро.

Это благодаря усилиям Клау Сораса мы добрались быстрее, чем ожидалось. Наверное, он скучает по еде жрицы. Думаю, ему очень понравились те блюда из кабана.

Если посмотреть с неба вниз, то вид на деревню выглядит так же, как и раньше. Не похоже, что на них напали монстры или они воевали с другими деревнями за добычу орков.

Однако я заметил, что из деревни выходит не так много людей. Атмосфера здесь такая же, как и в тот раз, когда я приходил сюда раньше.

Со смутным чувством тревоги я сошёл с Клау Сораса прямо за пределами деревни.

Я понял, что тревога - это не просто мои размышления, когда услышал голоса тех детей, которых я знал издалека.

Маленькие сопляки номер 1, 2 и 3--Айн, Свей и Дора, с которыми я воссоединилась, плакали навзрыд.

Сначала я сделал поспешные выводы и подумал, что что-то случилось с Сарой, и у меня по всему телу побежали мурашки.

В моём сознании всплыли ужасные лица людей, зараженных ядом.

Однако, не знаю, стоит ли называть это везением, жрица не была заражена смертельным ядом.

--Единственной, кто был заражён, оказалась её дочь - Ирия.

◆◆◆

Существует вид призрачного зверя, называемого водной лошадью.

Этот зверь, известный под именем «Ке́лпи», имеет вид лошади, как следует из названия, и появляется у рек.

У него грива из водных растений, хвост как у рыбы, бесчисленные чешуйки на туловище и четырех ногах. Он может бегать по поверхности воды, как по земле, плавать в воде, как рыба, а также погружаться под воду на длительное время без передышки.

Кроме того, Келпи обладает способностью к трансформации: он может менять свой облик, превращаясь в обычную лошадь.

Почему у него есть такая способность? Чтобы обмануть человека и стать его лошадью. Спина Келпи липкая, поэтому, если человек сядет на неё, он не сможет самостоятельно слезть.

Внешний вид обычной лошади заставляет её жертву терять бдительность, и Келпи опускается глубоко в воду топя свою жертву. После этого он не спеша сжирает добычу целиком.

По сути, призрачный зверь, известный как Келпи, относится к демоническому типу зверей-людоедов.

Существует теория, согласно которой Келпи не едят человеческую печень, но даже если это правда, это не утешает тех, которые были съедены одним из них.

Хотя водные лошади действительно существуют, как и предполагает термин призрачные звери, они не часто показываются на глаза людям.

Сообщения об их обнаружении появляются в слухах раз в 10 лет или около того. Частота их появления примерно такая.

Чтобы такой редкий демонический зверь появился в Мелте в такое время... Несомненно, это из-за аномалии Леса Титис.

Те, кто первыми обнаружили Келпи, были эти дети.

Однажды, когда Айн и другие собирали фрукты и орехи в лесу, расположенном на краю деревни, они заметили лошадь, которая медленно шла к ним.

Дикие лошади осторожны и пугливы, поэтому они редко появляются там, где живут люди. Сами они почти никогда не приближаются к людям.

Однако даже самый старый из этих троих был всего лишь десятилетним Айном. Было бы слишком многого ожидать от него, чтобы понять, что что-то не так.

Айн и остальные, естественно, взяли с собой лошадь. Лошади не только хороши для сельского хозяйства, но и могут быть проданы за высокую цену--Они не думали об этом так глубоко, причина была гораздо проще; они просто хотели, чтобы жрица Сара похвалила их.

После этого Келпи показал себя во всей красе и силой понес Айна и Свея к реке Кейл. Дора, единственный, кто был в безопасности, в слезах прибежал обратно в деревню и рассказал о случившемся Ирии и Ларсу, которые время от времени заходили в церковь.

Точнее, Дора не смог рассказать им, что произошло, так как не мог перестать плакать, но те двое по поведению Доры и тому, что двое других детей пропали, определили, что что-то случилось, и поспешили на место происшествия. Это, несомненно, было связано с их интуицией как опытных авантюристов.

И вот, Ирия и остальные побежали к реке по следам, оставленным Келпи, нырнули в воду, спасли Айна и Свея, которые могли утонуть, и уничтожили Келпи.

Если бы история на этом закончилась, то это был бы хэппи-энд, но позже в тот же день состояние тела Ирии внезапно начало ухудшаться.

Противоядия и целительная магия Сары помогали ей ненадолго, но симптомы возвращались через некоторое время.

Келпи обладают способностью проклинать, и они могут проклясть и тех, кто их убил. Жрица Сара, знающая об этом, пыталась использовать и магию разрушающую проклятия, но и это не дало никакого эффекта.

Пока это продолжалось, в деревне стало появляться все больше людей с теми же симптомами, что и у Ирии. Каждый из них по какой-то причине подвергся воздействию воды реки Кейл.

Именно в это время я прибыл сюда.

「Aа......Сора. Сколько лет, сколько зим」

Когда я снова встретился с Сарой примерно через месяц, её лицо было очень бледным, свидетельствуя о сильной усталости и беспокойстве.

Хотя она улыбнулась мне едва завидев, её состояние можно было описать только как жалкое. Я мог бы догадаться по лицам детей, но состояние Ирии, вероятно, действительно ужасное.

Со скорбным видом жрица объяснила мне ситуацию.

「Вначале помогали и лекарства, и магия. Однако симптомы возвращались через некоторое время... и это ещё не всё. Лекарства и магия, которые мы использовали раньше, действовали все меньше и меньше, пока в конце концов не стали бесполезны」

Казалось, что болезнь развивается внутри тела больного.

Когда я посещал эту деревню раньше, я оставил им не только противоядия 『Союза』, но и несколько плодов джирайи. По словам жрицы, даже они теперь не действуют на Ирию.

Она всё больше и больше напоминает яд гидры. С этой мыслью в голове я собирался рассказать ей о событиях последних нескольких дней--но заколебался.

У меня не хватает смелости сказать матери, что яд в её дочери неизлечим.

Как будто я врач, который собирается сказать семье больного, что болезнь их дочери неизлечима. Но проблема здесь в отсутствии у меня профессиональных знаний или квалификации врача, и даже решающая часть «нельзя вылечить» - это всего лишь мои домыслы.

Другими словами, я врач-шарлатан.

Когда такой человек говорит: «Возможно, этот яд неизлечим», кто ему поверит? Если что, на него будут кричать, чтобы он прекратил говорить безответственные вещи.

Если бы я был на месте Сары, я бы не просто кричал, я бы, наверное, даже набросился с кулаками.

Поэтому я подумал, что, возможно, здесь я просто промолчу и принесу улучшенное противоядие, которое Мирослава закончила благодаря своей преданности.

Однако это тоже было бы проблемой.

Мирослава сказала, что моя кровь подобна сильнодействующему наркотику. Я не могу просто дать Ирии лекарство, смешанное с таким опасным веществом, без каких-либо объяснений. В худшем случае это может привести к фатальному повреждению её организма, который находится в ослабленном состоянии.

Учитывая это, дай я ей подробное объяснение, почему я принёс такое лекарство, мне придётся рассказать ей о том, что яд может быть неизлечим. В какой-то степени придется раскрыть и свои секреты.

Обе эти вещи не имели бы особого смысла для жрицы.

Изрыгать такую нелепую чушь во время чрезвычайной ситуации--Когда я представляю, как она смотрит на меня с отвращением, имея в голове подобные мысли, боль становится невыносимой, даже если это только в моей голове.

「......? Сора, что-то не так?」

「Ээээ?! Почему вы так думаете?」

「Вы выглядите как человек с грузом на душе ......Ох, кстати говоря, я все еще не услышала о причине вашего визита на этот раз. Если вам есть что обсудить со мной, пожалуйста, не стесняйтесь」

Сказав это, возможно, она подумала о ситуации, в которой сейчас находится; Сара смущенно провела рукой по своей исхудавшей щеке.

「А......Эм, вы, возможно, думаете, что я сейчас выгляжу не очень надёжно. Но в прошлом я была жрицой-воином, как и Ирия. Я крепче, чем кажусь!」

С этими словами Сара подняла на меня руку.

--Я почти инстинктивно опустился на колени.

Это для того, чтобы я мог покаяться перед этой милой, замечательной женщиной, которая всё ещё беспокоится обо мне, даже когда её дочь находится в таком серьёзном кризисе.

Если я утаиваю важную информацию, потому что не хочу, чтобы меня ругали и смотрели на меня с презрением, то сейчас я определенно существую даже ниже гоблина.

Всё, что мы должны сделать прямо сейчас, это вылечить Ирию. Я уже знаю это, так почему я должен колебаться?

Правда, что история с гидрой - это всего лишь мои бездоказательные домыслы, но это ни в коем случае не злонамеренная ложь. Не может быть, чтобы жрица передо мной не видела чего-то подобного.

「Честно говоря--」

Я собрал всю свою решимость и подробно рассказал Саре всё произошедшее до этого момента.

В ответ она слушала меня с серьёзным выражением лица на протяжении всего монолога.

◆◆◆

Позднее меня пригласили в больничную палату, и я оказался один на один с Ирией.

Услышав эту историю от своей матери она хотела поговорить со мной напрямую. Жрица Сара тоже покинул комнату.

Ирия сидела на кровати.

Её глаза смотрели не на меня, а в окно. С моей точки зрения, я мог видеть только левую половину её лица. Оставаясь в том же положении, она заговорила холодным тоном.

「Так что же ты пытаешься сделать?」

「Я не знаю, как ответить тебе на это」

Ответил я ей, пожав плечами.

На самом деле, огромный груз был снят с моих плеч.

Прежде чем я вошёл в эту комнату, в моём сознании проносились образы лица Ирии, похожего на лицо того больного, которого я видел в предыдущей деревне. Но как только я встретил её в таком виде, и её отношение, и голос были той самой старой Ирией, которую я знал. Первые слова, которые она произнесла, принесли мне утешение, ведь успешно избавили меня от иллюзии застрявшей в моем сознании.

Ирия, которая никак не могла знать, о чем я думаю внутри, продолжала говорить в явно плохом настроении.

「Ты знаешь, что я имела в виду. Я спрашиваю тебя, почему ты помогаешь мне, если ненавидишь. Возможно, ты не будешь праздновать, если я умру, но я знаю, что ты точно не будешь грустить」

「Довольно жестокая оценка. Ну, отрицать не буду, хотя」

「Хмпф. Ну что?」

「Ты права, я испытываю смешанные эмоции, когда дело касается тебя, но жрица Сара и дети будут огорчены, если ты умрешь. Я не хочу видеть их грустными」

「......Хмпф」

Продолжая смотреть на то, что было за окном, Ирия усмехнулась над моими доводами, как будто они ей совсем не понравились.

Когда она снова открыла рот, тема перешла на что-то другое.

「Суть произошедшего я узнала от Ларса. Значит, Миро тоже присоединилась к твоему клану?」

「Ага, присоединилась」

「Вступила, да. Хотя ты спас её на Горе Ским, она даже не задумалась и отправилась с Ларсом к тебе. Та, кто подстрекала Ларса сразиться с тобой. Та, кто баловала Ларса держа подальше от меня」

「......Что ты пытаешься сказать?」

「Я много раз думала об этом с тех пор, как покинула Ишку. Если просто посмотреть на конечный результат, то то, что сделала Миро, в конечном счете, очень удобно для тебя. И она, и Луна ушли, и Ларс успокоился.『Соколиный Меч』практически уничтожен. Если я скажу, что всё это было чей-то целью всё время--не слишком ли глубоко я копну в суть вещей?」

「Ну, у меня нет ответа, даже если ты спрашиваешь об этом」

Хоть я и ответил как можно спокойнее, внутренне я был напряжён. Ирия, похоже, заметила связь между мной и Мирославой.

Конечно, она, вероятно, заметила и то, что сама тоже была моей целью.

Собственно, это было то, что она сказала дальше.

「Интересно, ответственен ли кто-то за этот яд」

Я нахмурился, услышав её слова.

Да, ничего не поделаешь, в таких обстоятельствах меня могут подозревать. Я обманул Ларса и забрал у него Лунамарию и Мирославу, практически распустив их группу. Затем Ирия, единственный человек, оставшийся в группе, заразилась новым типом яда, и так получилось, что я появился с новым противоядием... Да, я подозрителен настолько, насколько это вообще возможно. Будь я на её месте, я бы тоже подозревал, что имею к этому какое-то отношение.

Однако это просто неправда. Я отрицал всё решительным тоном.

「Это не так. В смысле, когда говорил, что не хочу, чтобы дети или великая жрица были опечалены」

Я думал, что она снова будет насмехаться надо мной, но, вопреки моим ожиданиям, Ирия просто кивнула.

「Я знала」

「......Подожди, что?」

Я был ошеломлён тем, как она просто и прямо признала это.

Ирия устало пожала плечами.

「Я уже знала это. Яд, с которым не может справиться моя мать, не может быть легко изготовлен. Кроме того, если Келпи нападёт на детей, чтобы выманить меня, это будет иметь слишком много непредсказуемых элементов. Если бы ты хотела выманить меня, ты бы использовала более эффективный подход」

Вот почему она знает, что инцидент на этот раз не связан со мной, - повторила она.

То есть причина, по которой она сказала, что подозревает меня, хоть и знает, что--

「Я просто немного достаю тебя. Ты--Нет, вы, сильно меня запутали. Нет ничего плохого в небольшой мести, верно?」

「Я бы не хотел комментировать это」

「Я и не ждала от тебя ответа」

С этими словами Ирия испустила небольшой вздох.

Я начал сомневаться в её отношении. Я думал, что узнав правду, она должна быть более сердитой, и она будет сильно осуждать меня.

Даже если она сейчас плохо себя чувствует из-за яда, она могла бы сделать всё, что угодно, до того, как яд начал на неё действовать. Особенно в духе, например, рассказать Ларсу и Саре о моих планах; она могла бы сделать это даже под воздействием яда. Я знаю это, потому что у неё всё ещё есть силы говорить со мной даже сейчас.

И когда я рассказал ей обо всём этом, она ответила мне прямо.

「Какой смысл говорить им об этом?」

「...Контратаковать?」

「Это невозможно. У меня нет никаких доказательств. Я могу говорить о тебе плохие вещи, но это мало что значит без доказательств. Я могла бы использовать влияние нашей группы и косвенные улики, чтобы загнать тебя в угол в прошлом, но сейчас даже это невозможно. Более того, если я ошибусь, ты действительно убьёшь нас. Я боялась этого」

Эти её слова напомнили мне о том, как всё происходило с Лунамарией.

Лунамария согласилась стать моей рабыней, хотя осознавала мою связь с Мирославой. Если бы она отказала мне по неосторожности, то у меня не осталось бы выбора. Вместо того чтобы пойти по этому пути, она согласилась и стала моей.

Сейчас Ирия может чувствовать себя так же, как Лунамария в то время. Поскольку жрица-воин не знает о Пожирателе Душ, она не должна чувствовать себя так же опасно, как Лунамария, но она всё равно знает, каким я был в прошлом. И поэтому знает больше других о ненормальности нынешнего меня.

Возможно, именно из-за этого страха она перестала думать о возмездии, предположил я.

Пока я размышлял, Ирия вдруг начала кашлять.

Сначала это было всего лишь несколько лёгких покашливаний. Однако вскоре кашель стал усиливаться, и не было никаких признаков того, что он прекратится.

Увидев, как она сгибает спину от боли, я тут же шагнул вперёд, но потом быстро отказался от этой мысли. Возможно, она не хочет даже чтобы я прикасался к её спине.

Я решил, что лучше всего будет позвать Сару сюда, и начал выходить из комнаты.

Однако тут же сзади меня раздался исключительно сильный звук кашля. Ошлянувшись, на руке и во рту Ирии была тёмно-красная жидкость.

Это было ещё не всё: я увидел, что верхняя часть её тела дернулась, когда она упала на кровать, поэтому понял, что не могу уйти прямо сейчас, и побежал к ней.

Затем, наверное, она заметила, что я подхожу ближе, и посмотрела на меня с испуганным выражением лица.

--В тот момент я был ошеломлён.

Она всё это время сидела лицом к окну и смотрела на улицу. С моей позиции я мог видеть только левую сторону её лица. Поскольку сейчас она смотрела на меня, я впервые увидел правую половину.

Как бы описать эту внешность? В данный момент я не мог найти слов.

Правая половина её лица... Да, она была сильно изуродована.

Левая половина лица - та самая Ирия, которую я знаю. Резкие и строгие черты, достойное и красивое лицо.

Но правая половина её лица как будто принадлежала другому человеку. Кожа вокруг щеки обвисла, кожа вокруг глаза и брови надулась. Обычно изящное лицо, было уничтожено уродством.

У неё были точно такие же симптомы, как у больных людей которых я видел в той деревне.

«Он видел меня» - как только у Ирии возникла эта мысль, она тут же закрыла половину лица правой рукой.

Конечно, это не отменяет того факта, что её видели.

Сора, вероятно, хорошо рассмотрел её испорченное лицо.

При этой мысли тело Ирии накалилось от стыда и унижения.

Если бы она прикрыла лицо тканью, а лучше вообще надела маску, возможно, ей не пришлось бы испытывать такие эмоции.

Однако она намеренно решила предстать перед Сорой в таком виде.

Это было прикрытие, которое она поставила перед своим противником, с которым у неё никогда не было хороших отношений.

«Мне всё равно, даже если ты увидишь моё уродливое лицо. Я не настолько слаба, чтобы умолять тебя о противоядии» - таков был её безмолвный посыл.

Но на самом деле, когда её лицо увидел Сора--человек противоположного пола, её твердость исчезла, как лёд, растаявший под солнцем.

Какого чёрта я делаю? Она высмеивала себя.

В основе этой самокритики лежало тревожное чувство беспокойства.

Как человек, который много лет был авантюристов и жрецом-воином, она не была незнакома с такими аномальными состояниями, как отравление, проклятие и паралич. Ирия много раз сталкивалась со всем этим на собственном опыте, и каждый раз ей удавалось преодолеть их.

Несмотря на это, теперь яд доставлял ей сильное беспокойство.

Такие вещи, как высокая температура, кашель, тошнота и боль в суставах, были нормой. Больше всего Ирию пугало онемение, которое медленно распространялось на руки, ноги и лицо.

Остальные симптомы можно подавить с помощью лекарств и магии. Даже если они вернутся спустя момент, она сможет получить временное облегчение.

Однако онемение - единственное, что никогда не проходит. Медленно, но верно, её тело переходило под его контроль.

Сейчас она всё ещё может двигать конечностями. Может стоять, ходить и общаться с матерью, Ларсом и детьми. Однако, вероятно, скоро она не сможет-- Это убеждение прочно укоренилось в её сознании.

Правая сторона лица, покрытая онемением, сморщилась до безобразия, словно подтверждая это убеждение.

Более того, онемение не сопровождалось болью. На самом деле, пока её мать не указала ей на это с бледным выражением, Ирия не замечала ничего плохого в своём лице. Эта действительно пугает её до сих пор.

Боль - это знак тревоги организма, который сигнализирует человеку о любом ненормальном посягательстве. Если сигнал не подаётся, человек даже не сможет определить, что где-то что-то не так. И даже если бы её конечности отгнивали, она бы этого не заметила. Это осознание привело её в полный ужас.

Онемение, разъедающее её тело, - это рука мрачного жнеца. В тот момент, когда она завладеет всем её телом, Ирия наверняка умрет. Именно так она и думала--Совсем недавно.

Однако мысли Ирии постепенно менялись за те дни, что она находилась под действием яда.

Сейчас она думает, что это будет благословением, если она сможет умереть.

Если симптомы будут прогрессировать с прежней скоростью, не придется ли ей продолжать наблюдать, как она ломается, даже когда уже не сможет ни двигаться, ни говорить? Не собирается ли она вступить в безболезненный ад, который даже не позволит ей сойти с ума?

Если это так, то она бы предпочла--

「Oх, Ирия」

Ирия вернулась к реальности, услышав, как её имя было названо сильным тоном.

Когда она взглянула, то увидела, что Сора смотрит на неё с серьёзным выражением лица.

「Ч-что...」

「Когда? Когда это случилось?」

В замешательстве, Ирия ответила на вопрос человека, который, как она думала, отвернулся с отвращением.

「Три дня назад...Но я думаю, что симптомы начали проявляться сразу после отравления」

「Три дня, значит три, да?」

Сказав это, Сора поднял глаза к потолку и что-то пробормотал про себя.

Ирии показалось, что она услышала что-то вроде «Нужно поспешить».

Затем Сора снова посмотрел на неё. Как только Ирия почувствовала его взгляд на собственном лице, её тело дёрнулось.

Не обращая внимания на такую реакцию с её стороны, он заговорил с настойчивостью.

「Ирия, ты ведь слышала о противоядии, полученном от жрицы?」

「Эм-ммм, слышала, но... это поддельное противоядие, смешанное с кровью дракона, верно? Если ты собирался что-то выдумать, то должен был сделать это немного более правдоподобным...」

「Это не выдумка. Вот, выпей. Залпом」

「Эй подож-?!」

Ирия протестовала Соре, который взяла бутылку с лекарством из ниоткуда и прижал к её рту.

Пытаясь оттолкнуть бутылочку правой рукой, она уставилась на Сору.

「Что ты вдруг делаешь?!」

「Не волнуйся. Если ты беспокоишься о его безопасности, Мирослава позаботился о том, чтобы оно было таковым. Я тоже могу это гарантировать」

「Я не доверяю вам! Вернее, почему это ты торопишься?」

「......Три дня назад я был в деревне выше по течению реки Кейл. Я слышал от гильдии, что там появился яд, против которого не действуют противоядия. И там я увидел людей, у которых были такие же симптомы, как и у тебя. Они были отравлены гораздо дольше, и не могли ни стоять, ни говорить」

「......Ээ?」

「Я не знаю подробностей, так как недолго пробыл в той деревне. Но слышал, что не прошло и 10 дней, как они обессилели и больше не могли двигаться. Если ты не позаботишься об этом в ближайшее время, будет слишком поздно」

Когда она посмотрела в глаза Соре, пока тот тихо говорил, она поняла, что это была не ложь.

В конце концов, всё может закончиться именно так-- Ирия знала это, но она не могла не почувствовать себя ещё более расстроенной, услышав значение 10 дней.

Когда она открыла рот, её голос дрогнул против собственной воли.

「......Эти люди, они страдали?」

「Они не издали ни звука」

「Понятно... Значит, всё так и есть, да...」

Подавив голос, Ирия уставилась на бутылочку с лекарством, которую достал Сора.

「Если это ничего не даст--」

「Тогда я сделаю его сильнее」

「Если даже это сработает, что если симптомы вернутся сразу же--」

「Тогда ты просто продолжишь их пить. К счастью, у меня ещё не закончились материалы, чтобы сделать больше」

「Но они будут менее эффективны, если я продолжу их пить. Так было с противоядиями и магией моей матери」

「Если это случится, я просто сделаю его снова сильнее. Если хочешь, ты можешь просто выпить немного драконьей крови」

Услышав это, Ирия пожала плечами, как будто была разочарована.

Но её разочарование не имело ничего общего с тем, что сказал молодой человек перед ней; ей было противно от самой себя, которая даже сейчас всё ещё пыталась вести себя как крутая.

「Легко тебе говорить. Кровь дракона так же редка, как и орихалк, знаешь?」

「Ты только что стала свидетелем редкого случая, когда человек, который ещё недавно был первого уровня, стал драконьим всадником, не так ли?」

Эта фраза заставила Ирию разразиться лёгким хихиканьем.

「Да, теперь, когда ты об этом заговорил, ты прав. По сравнению с твоим случаем, даже кровь дракона не считается такой редкостью--Хэй, Сора!」

「Что?」

「Я даже не просила о чём-то подобном свою мать или Ларса, но я попрошу тебя, не сдерживаясь. Если яд неизлечим, и похоже, что я стану парализованной при жизни... если это случится......I...!」

Ирия пыталась выплеснуть свои чувства, которые она не могла никому рассказать, но колебалась, хоть и дошла до сего момента.

Если она закончит своё предложение, не означает ли это, что она потеряла желание бороться с ядом, и всё закончится самоисполняющимся пророчеством? От такого страха её губы стали тяжёлыми.

Но Соре было всё равно, и он разбил её сложные чувства.

「Не волнуйся. Если до этого дойдет, я сразу же покончу с твоей жизнью」

Ирия вдруг подняла лицо и почувствовала, что он легко читает её тайные мысли.

「Правда? Ты действительно сделаешь это для меня?」

「Да. Прежде всего, неужели ты думаешь, что я пришёл к тебе на помощь исключительно с благими намерениями? Если мне удастся спасти тебя, я смогу заставить тебя делать то, что захочу, поскольку ты будешь мне обязана. Даже если я потерплю неудачу, я смогу отомстить и убить тебя, пока яд не подействовал. Я ничего не теряю ни в одном из этих случаев」

Ирия посмотрела на Сору с легкомысленной улыбкой на лице совсем не тем взглядом, которым смотрела на него до сих пор.

Неважно, насколько больная, она всё равно могла сказать, что его легкомысленность была лишь притворством.

«Поскольку я ненавижу тебя, я не буду колебаться, когда придёт время, так что не волнуйся» - таково было отношение Соры.

Если бы здесь сейчас был кто-то другой, то он мог бы проклинать его за подобное.

Однако Ирии, которая продолжала бояться безболезненного ада с тех пор, как её лицо начало разрушаться, отношение Соры понравилось больше, чем любые утешительные слова.

Ведь даже если она не сможет победить яд, ей никогда не придётся испытать худшую ситуацию - жить в безболезненном аду. Гарантия этого была именно тем, чего так жаждала Ирия.

「Сора. Я хотела бы кое о чём вас спросить」

Прошло три дня с момента, как я заставил Ирию выпить улучшенное противоядие и Жрица Сара сказала мне это.

Сначала я не услышал её голос.

Это потому, что я был полностью отвлечён чем-то другим.

Противоядие, которое Ирия выпила три дня назад, подействовало сразу же, избавив от различных симптомов яда.

До сейчас всё было хорошо, но сегодня симптомы вернулись.

Тот факт, что это произошло, имеет большое значение. Именно потому, что я думал об этом, я не услышал голос жрицы.

И--

「......Хааа?」

--Я не успел среагировать, когда меня схватили за обе щеки.

Когда я несколько раз моргнул, черноволосая жрица стояла передо мной с серьёзным выражением лица. Не стоит и говорить, что её тонкие руки сжимали мои щёки.

С точки зрения третьего лица могло показаться, что мы флиртуем друг с другом.

Когда она убрала руки с моих щёчек, потирая их я спросил Сару, что она делает.

「......Эмм, что это было только что, Мисс Жрица?」

「Поскольку вы мне не ответили, я попробовала применить немного силы」

「Эх, вы говорили со мной?! Простите, я думал кое о чём...」

Похоже, я был слишком увлечён своими мыслями, поэтому не обратил внимания на собеседницу. Осознав это, я быстро извинился.

К счастью, она сразу же приняла мои извинения с яркой улыбкой.

Кстати, Сара ниже меня на полголовы, поэтому, когда она смотрит на меня с близкого расстояния, ей приходится поднимать голову.

Она выглядит ещё более очаровательно, когда улыбается в такой позе--Пока подобные мысли появлялись в моей голове, я выпустил чистый кашель.

「Так для чего я вам понадобился?」

「Я хочу вас кое о чём спросить」

Жрица Сара ответила, вновь став серьёзной. Однако затем она тут же извиняющимся тоном добавила.

「Но я не против сделать это позже, если вы устали. Было тяжело добираться туда и обратно из Ишки, верно?」

Как и сказала жрица, за последние три дня я дважды ездил в Ишку.

Это было сделано для того, для проверки ситуации с давкой, а также чтобы сообщить в правительственный офис Ишки о распространении яда гидры.

Жрица, вероятно, беспокоится о состоянии моего тела, поскольку знает об этом.

Я благодарен ей за внимание. Но, честно говоря, совершать круговые рейсы между Ишкой и Мелте не слишком обременительно для меня.

Что меня беспокоит, так это состояние Ирии.

◆◆◆

Противоядие, улучшенное моей кровью, временно побороло яд гидры, но через три дня он снова начал действовать.

Это было эффективно, но затем симптомы вернулись--Что касается текущего момента, улучшенное противоядие имело тот же конечный результат, что и обычные противоядия с магией восстановления.

Однако при использовании обычной версии противоядия симптомы возвращаются только через полдня, так что видно, что эффективность улучшенной версии налицо, поскольку она смогла подавить яд на три дня.

Если провести несложные расчёты, то понадобится 10 улучшенных противоядий в месяц. Если у нас будет столько антидотов, то человек сможет жить, даже если он заражён ядом гидры.

Это можно назвать хорошей новостью.

Однако, если принимать одно и то же средство снова и снова, его эффективность, как и других лекарств и магии, будет снижаться. Время, в течение которого он сможет подавлять симптомы, также начнёт сокращаться.

Поэтому мы всё ещё далеки от полного излечения. Просто, по крайней мере, нам не придётся беспокоиться о том, что делать в ближайшем будущем.

Из того, что я видел сегодня утром, синяки, нагноения и отеки Ирии значительно уменьшились. Для молодой женщины эти вещи в некотором смысле так же важны, как и её жизнь. Я чувствовал облегчение и по этому поводу.

Но скорее не за Ирию, а за её мать-Жрицу Сару, и маленьких детей.

--Это был хэппиэнд.

Но хотя непосредственная опасность миновала, в конце возникла новая проблема.

Человеку, заражённому ядом гидры, потребуется 10 противоядий в течение месяца. За год понадобится 120.

Это не слишком большая проблема, если речь идёт только об одной Ирии.

Однако, в этой деревне есть ещё 5 человек, которые начали проявлять те же симптомы, что и Ирия. Это значит, что нам понадобится 60 антидотов за месяц и 720 за год.

Все эти 720 противоядий нужно будет смешать с моей кровью.

И это только минимальное количество, которое понадобится на данный момент.

Как я уже говорил, новое противоядие подавляет симптомы на 3 дня; это число может стать меньше, но никогда не станет больше. С этого момента количество антидотов, которые нам понадобятся, будет расти.

Поскольку яд попал в реку вместе с водой, людей, заразившихся им, будет больше.

Кроме того, так как даже в деревне Мелте, расположенной ниже по течению реки, есть жертвы, в деревушках и городах выше по течению их должно быть ещё больше.

Если мы хотим спасти всех заразившихся, количество противоядий, которые понадобятся, может достигать 10 или 20 тысяч. Сколько моей крови нужно будет отдать, чтобы их сделать?

--По сути, это новая проблема, которая возникла. У меня недостаточно крови, как бы я об этом ни думал.

Без моей крови мы не сможем сделать улучшенную версию противоядия.

Что делать? Это вопрос, над которым я-- не сильно размышлял. В конце концов, я не намерен помогать всем, вплоть до превращения в мумию.

Даже в деревне Мелте я хочу помочь только Жрице Саре и трём детям. Ирии тоже, потому что я не могу отказать Саре и детям, а так как я должен выполнить обещание, данное Мирославе, Ларс тоже с трудом входит в это число.

Что касается других жителей деревни... Мне жаль, но они не входят в мою компетенцию.

На этот раз я обеспечу их улучшенными противоядиями, которые привёз с собой, но в будущем им придётся как-нибудь самостоятельно что-нибудь придумать.

Просто жителям деревни это, наверное, не понравится. Они определённо потребуют, чтобы их тоже лечили.

Если я откажу им, то, скорее всего, меня будет ждать оглушительная критика. Нет, не только это. Это, несомненно, превратится в бурную сцену.

Для меня не имеет значения, что они скажут или сделают со мной...но проблема в том, когда копьё осуждения направлено не на меня.

Наиболее вероятной мишенью будет Жрица Сара. Она жрец бога закона, и как мать Ирии, одно только это положение может привести к тому, что она подвергнется резкой критике.

--«Ты жрица секты бога закона, и тебя всё устраивает, пока твоя дочь будет спасена?!»

Не могу смириться с мыслью, что жители деревни будут её так критиковать.

Я уже знаю, что если сказать жителям, что Сара никак не связана с моим решением, это ничего не даст. В худшем случае даже дети будут втянуты в драму.

Самым быстрым способом избежать этой ситуации было бы привести всех в Ишку. Для этого я тоже придумал законный предлог.

Чтобы собрать наши боевые силы ради сопротивления.

Для меня, внесшего большой вклад в развитие деревни Мелте, если я использую это великое дело в качестве причины, никто из жителей не сможет сказать «нет». Было бы легко вывести жрицу и Ирию таким путём.

Сделай я это, Срау и детей не обвинят.

Всё будет разрешено--вот что я хотел бы сказать, но проблема всё равно останется.

Всё же Сара не согласится с моей идеей.

Увидев полный план, жрица наверняка примет другое решение.

Скорее всего, она доверит Ирию мне и вернётся в деревню одна. Ей будет всё равно, когда я расскажу ей, как жители деревни станут жертвовать ею. Я уверен, она скажет им правду и встретит их гнев лицом к лицу. Вполне вероятно, она даже возьмёт на себя и мою долю вины.

Как же мне предотвратить это? Именно над этой проблемой я и размышляю.

Учитывая характер Жрицы Сары, она, вероятно, не сможет молчать, узнав правду.

Тогда стоит ли мне продолжать скрывать истину от неё? Однако я должен сказать, что это будет трудно. Правда рано или поздно просочится наружу.

А ещё лучше, стоит ли мне использовать тот факт, что я помог Ирии, чтобы насильно сделать её своей?

Если я превращу её в свою рабыню, как Лунамарию, то даже если она узнает правду, я смогу заставить её остаться в Ишке.

......Ну, ценой за это будет её ненависть до конца жизни.

Я не хочу об этом думать. У меня сердце болит от одной мысли о подобном. Да, зачеркну это, это не вариант.

Я положил конец своим бессовестным мыслям, когда моё тело задрожало.

◆◆◆

В общем, я не заметил, как Сара позвала меня, потому что я думал о разных вещах.

Я аккуратно скрыл всё размышления, и задал ей вопрос.

「Спасибо, что беспокоитесь обо мне, но я в порядке. Итак, о чём вы хотели спросить?」

「Ясно...На днях вы сказали мне, что в новое противоядие подмешана кровь дракона?」

「Да. Это так」

「Судя по тому, что симптомы Ирии вернулись сегодня, ей понадобится довольно много этих противоядий... сколько драконьей крови у вас осталось?」

「Это......」

Я инстинктивно растерялся. Я никогда не думал, что она может думать о том же, о чем и я--или, может быть, это преувеличение. При нынешней ситуации вполне естественно, что она обратила внимание на количество оставшихся противоядий.

Итак, как же ей ответить?

Думаю, это ясно из самого вопроса, но я всё ещё не сказал ей, что моя кровь - кровь дракона.

Поскольку эта информация напрямую связана с моей анимой и экипировкой души, у меня не было причин рассказывать ей подробности, даже если это именно она.

Значит, я должен просто солгать ей здесь, если хочу. Должен ли я просто сказать, что кровь осталась только для Ирии?

Но правда в конце концов всплывёт. Если я солгу ей, она определенно разочаруется во мне. Я не хочу, чтобы она смотрела на меня разочарованными глазами.

--Угх, может мне просто признаться во всём?

Эта мысль внезапно пришла мне в голову. С давних пор я всегда слишком много думал, и ничего хорошего из этого не выходило.

Если я скажу ей правду здесь, по крайней мере, она не будет ненавидеть меня за ложь в будущем. Даже с такой проблемой, как нехватка крови, возможно, она придумает несколько хороших идей.

Более того, вместо восприятия меня как хладнокровного человека, который просто бросает других людей, я буду восприниматься как рыцарь, который сделает всё возможное, чтобы помочь людям, так что я даже завоюю её расположение.

Под предлогом решения проблемы, я смогу постепенно ввести её в свой клан.

......Да, вот так. Сначала попробую помочь как можно большему количеству людей, не строя из себя плохого или умного. Если в конце концов мне придется отказаться от некоторых людей, то я смогу сделать это позже, когда до этого дойдёт!

В момент, когда я это решил, моё сердце стало удивительно лёгким. Я и сам этого не осознавал, но мысль о том, что мне придется бросить всех, кроме Ирии, наложила клеймо на моё сердце.

Это потому, что в душе я добрый человек--Нет, наверное, это потому, что в душе я трус.

Размышляя об этом, я открыл рот, чтобы всё рассказать Жрице Саре.

Для людей запутавшихся в названии статьи объясняю: анлейтер (в данной ситуации переводчик с япа на англ) переводит WN, но сюжетно она крайне схожа с LN версией ранобэ и посему многие из артов LN прекрасно подходят к WN, которую собственно переводят анлейтер и я.

***

Дальнейшие иллюстрации связаны с событиями изложенными в главах с 45 по 82 (включительно).

Обложка 2 Тома

Иллюстрация к 45 главы. Клау Сорас и Астрид в конюшне.

Иллюстрация к 48 главе. Жрица Сара за лечением.

Момент предположительно из 56 главы (анлейтер не прикрепил данную иллюстрацию ни к 1 из глав). Страдания Клаудии(?).

Иллюстрация к 64 главе. Победа Соры над Джиджинбоу.

Иллюстрация к 68 главе. Охота Мирославы на Горе Ским.

***

Так-же анлейтер указал ещё одну иллюстрацию как принадлежащую второму тому, но добавлена она в конце 83 главы и соответствует событиям именно 83 главы. Я решил не добавлять её сюда, банально не подходит по контексту.

Через несколько дней после начала давки эта группа из трёх человек появилась на линии обороны, защищающей Ишку.

Они утверждали, что прибыли из королевской столицы, Хоруса, и каждый из них имел свою собственную отличительную внешность.

Огромный мужчина в доспехах восточного стиля.

Женщина с блестящими белыми волосами и глазами цвета рубина. Её наряд, состоявший из белого одеяния с длинными рукавами, украшенного красными стрелами, и длинной складчатой красной юбки, был тем, что редко можно было увидеть в Королевстве Канария.

Что касается последнего молодого человека, то, поскольку у него были такие же белые волосы и красные глаза, как у женщины, и он, вероятно, был её братом. В отличие от двух других, он не был одет как человек явно из восточного региона; он был в серовато-коричневом халате, а выражение лица было ледяным.

Все трое несли меч у пояса, просясь принять участие в оборонительной битве. По их словам, именно поэтому они прибыли из королевской столицы.

Силы обороны, отчаянно нуждавшиеся в любой помощи, конечно же, не отказали им, и к троице отнеслись как к авантюристом, когда те присоединились к битве.

--Их сила была ошеломляющей. Каждый раз, когда стадо монстров приближалось к ним, троица вставала как огромные валуны, преграждающие путь потоку и легко разрушая всё, что им противостояло.

Казалось, что все трое могут в одиночку справиться с тысячей монстров.

Изначально стратегия, разработанная правительственными чиновниками Ишки, заключалась в использовании первого бастиона, который они построили в спешке, чтобы выиграть как можно больше времени, пока строится второй бастион, а затем, когда первый падёт, силы обороны перешли бы ко второму.

Оттуда силы обороны снова будут тянуть время, пока строится третий, ведя бой на время, а чиновники готовят систему обороны для самого города.

Однако, благодаря мастерству троицы, даже первый бастион, который должен был быть покинут в самом начале, ещё не пал.

Второй, третий и даже четвертый бастионы вскоре были закончены, и линия обороны стала твёрдой.

Давка, которую когда-то даже считали кризисом, способным привести к разрушению Ишки, могла закончиться, не дойдя до стен Ишки. Стали появляться даже такие мнения.

Единственное, в чем публика была единодушна, так это в том, что наибольший вклад внесла троица из столицы.

Солдаты Канарии говорили: «Их сила может соперничать с высокопоставленными рыцарями или даже с драконьими всадниками, которые находятся на вершине».

Авантюристы говорили: «В этой стране только эти трое могут соперничать с первоклассными авантюристами».

Люди, которые хвалили этих троих, не имели понятия-

Они даже не подозревали о словах, которые с отвращением пробормотал беловолосый юноша из троицы, услышав их оценки.

--«Соперничать? Скорее превосходить».

◆◆◆

「Шиба, как долго мы будем продолжать охотиться на мелкую картошку в этом месте?」

「Проблемы, Климт?」

「Да. Прежде всего, мы приехали в эту страну, чтобы расследовать дело о мёртвом монахе. И оказалось, что его убил этот Герцог Драг*-что-там. Значит, мы просто должны убить этого герцога и вернуться на остров. Почему нам нужно смешиваться с этими слабаками и охотиться здесь на мелкую картошку?」

BlackJackIQ: Драг - Drug, возможно является отсылкой на английское слово обозначающее наркотик/препарат/лекарство. В общем это мог быть троллинг.

Юноша по имени Климт раздражённо ударил ногой по земле.

「Меня бесит, когда они сравнивают нас со своими драконьими всадниками, которых называют первоклассными. Я в шоке, ведь они хотели сделать нам комплимент. Я ещё даже не достал своё синсо」

Стандарты силы между главным континентом и островом отличаются. Здравый смысл и ценности тоже. Наша миссия на этот раз заключается в том, чтобы вы тоже это поняли. Что касается того, почему мы сражаемся здесь, я уже объяснил вам это. Как члены семьи Мицуруги, мы должны искупить вину Джиджинбоу за его злодеяния」

Когда «Шиба»--Гозу Цима сказал это, Климт слегка пожал плечами.

「Для этого уже слишком поздно. Мы, сражаясь здесь, не заставим вернуться людей, погибших из-за этого старика」

「Всё равно」

Гозу ответил тяжелым голосом. Обычно он был спокойным и уравновешенным человеком, но сейчас его горькие эмоции слегка просочились наружу. Конечно, они были направлены не на Климта.

Гозу был в ярости увидев, что произошло в Королевстве Канария раньше, и обнаружил, что сделал Джиджинбоу.

Его личные чувства, и как «Шибы» дома Мицуруги--Советника своего господина в военных вопросах, он совсем не одобрял действия Джиджинбоу.

「Стиль призрачного клинка используется для защиты и спасения. Другими словами, для защиты тех, кто лишён силы. Действия Джиджинбоу противоречат этому」

Поэтому у Гозу нет ни малейшего желания мстить Герцогу Драгнауту, победившему Старика.

По правде говоря, он хочет посетить резиденцию герцога, чтобы извиниться за злодеяния своего сверстника и восхвалить его доблесть за победу над владельцем синсо, как человека не с острова.

В ответ на слова Гозу Климт кивнул, как будто это было хлопотно.

「Ну, у меня нет намерения идти против твоего приказа, Шиба. Просто я скоро заржавею, если мы будем каждый день сражаться только с мелкими бульбами. Ты тоже так считаешь, сестра?」

Климт перевел разговор на женщину, которая всё это время молча слушала их.

В ответ женщина, имеющая схожие с Климтом черты лица, слегка покачала головой.

「Климт, гордость и высокомерие похожи, но это не одно и то же. Мы никогда не должны быть тщеславными. Кроме того, будь немного осторожнее в выборе слов. Неважно, насколько ты силён, это не повод смотреть на других свысока, хорошо?」

「Ты всегда так говоришь, старшая сестрёнка. Неважно, как я это сформулирую, мелкая картошка - это мелкая картошка. Слабаки есть слабаки」

Климт холодно выплюнул, не получив признания старшей сестры. Но в его выражении лица не было никакой враждебности, направленной на неё, только неизменные краски дующегося ребёнка.

По одному этому признаку можно судить о взаимоотношениях этой пары брата и сестеры.

Гозу молча наблюдал за ними.

Старшую сестру зовут Клайра Берч. Младшего брата зовут Климт Берч.

Семья Берч - одна из самых знатных на Острове Демонов. Для сравнения, семья Цима, к которой принадлежит Гозу, даже близко не стоит по социальному статусу с семьёй Берч.

У Мицуруги есть четыре ключевых вассала, называемых четырьмя министрами, которые поддерживают главу семьи. Их титулы - «Шито», «Шикуу», «Шикоу», а Гозу назначили - «Шибой». Поэтому, когда семья Берч обладает двумя из этих четырёх титулов, это показывает, насколько большим авторитетом они владеют.

Клайра и Климт также считаются людьми, которые когда-нибудь займут место в центре семьи Мицуруги.

Секретное задание, которое было дано Гозу на этот раз, заключалось в том, чтобы узнать, есть ли у этих двоих то, что нужно для становления ключевыми вассалами в будущем.

Пока Гозу размышлял об этой миссии, заговорила старшая сестра Клайра,

「Шиба, я хотела бы тебя кое о чём спросить. Это касается Герцога Драгнаута из столицы」

「О герцоге? Что именно?」

「Цима... ты действительно думаешь, что этот человек победил воина, принадлежащего к флагу Зелёного Леса?」

Гозу слегка сузил глаза, услышав слова Клайры. Когда он взглядом попросил девушку продолжать, Клайра кивнула.

「Судя по увиденному мною издалека, герцог не выглядел таким уж слабым. Его уровень, вероятно, находится в районе пятидесятого, как и у нас. Он бы точно дал мне или Климту непростой бой」

Услышав это, младший брат хотел бросить на неё взгляд, но сдержался, увидев горькую улыбку на лице Клайры.

「Но это если мы не будем использовать экипировку души. В противном случае победа точно наша. Как я слышала, уровень Джиджинбоу был выше 70, и он использовал синсо. Трудно поверить, что герцог вышел победителем против него」

「Вот и вся причина, по которой ты сомневаешься в Паскале?」

「Если мне нужно назвать ещё одну причину, то это действия, которые он предпринял после победы над Джиджинбоу. Я слышал, что для восстановления разрушенной мертвецами столицы герцог активно помогал всем вокруг. Другими словами, несмотря на то, что он сражался со Стариком, который был на много уровней выше него, герцог победил, даже не получив травм. Это тоже подозрительно」

「Понимаю」

Гозу медленно кивнул.

На самом деле, Гозу тоже было любопытно узнать об этом. Просто когда он собирался это выяснить, до королевской столицы дошли новости о давке, поэтому у него не было времени на более глубокое расследование.

Когда Шиба собирался объяснить Клайре, что он планирует собрать больше информации об этом, как только будет решена проблема с давкой.

「Простите меня. Господин Гозу Цима здесь?」

Голос раздался снаружи палатки, в которой находилась троица.

Гозу поднял только правую бровь, услышав этот голос. Потому что голос, звавший его, принадлежал женщине.

Благодаря их участию в оборонительной битве, они втроём пользовались большим уважением среди окружающих их солдат и авантюристов. Хотя и немного, в отряде обороны тоже есть женщины, и некоторые из них даже приглашали Гозу или Климта провести ночь вместе.

На секунду Шиба насторожился, подумав, не повторится ли это снова.

Однако, когда он прислушался, голос, спрашивавший его, не имел никаких следов флирта. Даже содержание разговора не имело сексуального подтекста.

Он пригласил в палатку двух женщин, которые утверждали, что пришли из гильдии авантюристов.

Этих двух молодых, но дерзких девушек звали Лиделль и Парфе.

Немного назад во времени

Линия обороны, созданная к северу от Ишки, продолжала упорно сопротивляться, несмотря на частые атаки монстров.

Силы обороны, состоявшие из обычных солдат и авантюристов Королевства Канария, проделывали замечательную работу. За исключением некоторых летающих типов, рой монстров не смог достичь ворот Ишки.

В ответ на сложившуюся ситуацию правительственный офис Ишки и гильдия авантюристов отправили на передовую группу снабжения, полную припасов и похвал.

Два администратора, получившие секретный приказ от гильдмастера, отправились с этой группой снабжения на передовую.

「Мастер выглядел таким серьёзным, мне даже стало интересно, что за важное задание он собирается нам поручить...но, к удивлению, похоже, это будет проще простого, семпай」

Лиделль нахмурилась, услышав оптимистичные слова своей младшей, которая сидела рядом с ней на водительском сиденье кареты, направляясь к первому бастиону.

Как глава администраторов, иными словами, человек, представляющий гильдию на публике, Лиделль могла бы расслабиться и пить чай, направляясь к линии фронта, если бы захотела, но поскольку она не из таких людей, она взяла бразды правления в свои руки, чтобы занять место в команде снабжения.

А Парфе ловко заняла место рядом с ней, чтобы воспользоваться легким путём.

Затем Лиделль открыла рот, чтобы упрекнуть Парфе в оптимизме.

「Не теряй бдительности, Парфе. Учитель ведь тоже говорил об этом, верно? О волне за волной. И насколько я знаю, большинство убитых монстров до сегодняшнего дня были из внешних частей леса. Чудовищ из глубины почти не видели」

「Эхх-, но там были трупы сцилл, генронов и мантикор, разве нет? Эти монстры из глубин леса? Но, несмотря на это, линия обороны так и не была прорвана. Второй, третий и четвертый бастионы в тылу тоже полностью готовы. Думаю, мы уже практически победили!」

「Слушай сюда......」

После слов Парфе Лиделль испустила тяжкий вздох, надув грудь.

Действительно, Парфе была права. С этим Лиделль тоже согласна, но если люди услышат, как сотрудник гильдии говорит что-то вроде "Мы уже практически победили!", они, несомненно, начнут проявлять беспечность.

Небрежное отношение к делу не приведёт ни к чему хорошему.

Как служащие гильдии, даже если шансы в их пользу, они должны иметь благоразумие, чтобы тщательно скрывать это--Лиделль хотела сказать это своей младшей, но поскольку Парфе тоже знала об этом, то произносила всё это, только оставшись вдвоём.

Даже сейчас они единственные, кто сидит на месте водителя. Груз был набит бочками с вином, поэтому с ними больше никто не ехал. Кроме Лиделль, то, что сейчас говорила Парфе, слышали только лошади обливающиеся потом.

В этой ситуации Лиделль было трудно жаловаться. Она не могла не вздохнуть в присутствии младшей, которая специально подтрунивала над серьёзностью своего семпая.

「Но я впервые вижу что-то вроде генрона! Ты когда-нибудь видела его раньше, семпай?」

「Видела, дважды. Правда, оба раза были более трёх лет назад」

Звери-мечи, называемые генронами, о которых говорит Парфе, - это разновидность драконов, как и виверны, и они считаются демоническими зверями.

Если виверны - это полудраконы, специализирующиеся на полетах, то генроны - это полудраконы, специализирующиеся на защите, с острой, выступающей мечевидной чешуей, плотно покрывающей их спину. Их массивные тела достигают более десяти метров в высоту; это демонические звери, которые гордятся своим ростом, буквально размером с небольшой холм.

Чешуя генронов является высококачественным материалом для изготовления такого же высококачественного оружия, поэтому, если удачно поохотиться на них, можно получить в свои руки целое состояние, которого хватит на всю жизнь.

Но на них трудно наткнуться, поскольку это редкий вид, изредка встречаемый даже в глубинах Леса Титис, а посредственное оружие и магия не смогут пробить их чешую.

Более того, учитывая их нрав, который не отличается ни покорностью, ни стабильностью, они будут использовать чешую на спине для агрессивной атаки при столкновении. Их удар, использующий крепкие тела генронов, обладает разрушительной силой тарана, и один такой может легко разнести человеческое тело на куски.

Они также довольно проворны, несмотря на свои большие размеры. Столкнувшись лицом к лицу с генроном, человек должен был бы беспокоиться о своей жизни, прежде чем мечтать о богатстве.

Несколько дней назад два этих звери-мечи появились одновременно. В то время первый оплот был на грани падения.

Спасли положение--

「По слухам, трио, победило генронов, хотелось бы знать, что они из себя представляют? Я слышала, что тот, кого зовут Гозу, пробил их чешую огромной силой. Думаю, он определенно мускулистый тип, который мне понравится. Хехе, не могу дождаться встречи с ним」

「...Раньше это был Сора, теперь Гозу. У тебя в голове много всего происходит, да?」

「Ах, семпай, как грубо! У меня же нет другого выбора?! Члены『Соколиного Меча』, на которых я полагалась, практически распустили свою группу. Если я не найду себе замену в ближайшее время, моя следующая зарплата и даже летняя премия пострадают, понимаешь? Мне нечего выбрать! Я даже не могу покупать еду с гордостью!」

Лиделль замолчала, как будто была ошеломлена сильными словами Парфе.

Будучи родом из семьи среднего класса, Лиделль никогда раньше не голодала. Однако Парфе это не чуждо, поскольку она родилась в сельской деревне в отдаленном регионе. Лиделль также знает, что Парфе не может позволить себе прекратить отсылать деньги своей семье даже сейчас--Она узнала об этом не от Парфе, а из письма, которое родители Парфе прислали ей раньше, поскольку она является начальником младшей.

Если подумать, то Парфе может быть более взрослой между ними. Поразмыслив над этим, Лиделль опустила голову к Парфе.

[Прости. Я, безусловно, была немного груба」

「Мне нравится твоя честность. Разумеется, прощаю!」

Лиделль смогла лишь горько улыбнуться, когда Парфе игриво ответила ей.

Затем в поле зрения Лиделль появилось нечто похожее на деревянную сторожевую башню. Они прибыли к первому бастиону.

◆◆◆

Оказавшись лицом к лицу с упомянутой троицей--Гозу, Клайрой и Климтом, Лиделль быстро заговорила с ними о деле, которое поручил ей Элгарт.

Это было предложение взять этих троих под командование гильдии. Разумеется, с необычными условиями.

Проще говоря, она занималась поиском новых боевых сил. Однако гильдия пришла к этому решению не одна. В спецоперации участвует и правительственный офис Ишки.

Так что же это значит?

Во время кризиса это трио внезапно появилась из ниоткуда. Их силы были несравненны. Когда верхний эшелон Ишки узнал об этом, то скорее насторожился, чем обрадовался.

Короче говоря, они боялись, что эти трое были солдатами Империи Ад-Астера, изпользовавшие давку как шанс пробраться в Королевство Канария. Да и переполох в столице произошёл не так давно. Они были правы проявляя осторожность.

Приглашение гильдии авантюристов - это что-то вроде приманки. В зависимости от того, как трио ответит на предложение, они смогут понять, что именно нужно трио. И у правительственного офиса, и у гильдии была такая идея.

И этот замысел со стороны Ишки был точно прочитан Гозу Цимой.

Что касается Шибы, то на этот раз у него не было никаких скрытых мотивов для помощи; он просто хотел загладить вину своего сверстника Джиджинбоу.

Тем не менее, небезосновательно, что у стороны Ишки есть сомнения.

По правде говоря, Гозу, вероятно, следовало бы сначала извиниться за инцидент со Стариком, а после снова предложить им помощь.

Однако этот вопрос связан с национальной политикой империи. Поскольку Империя Ад-Астера по-прежнему хочет, чтобы Принц Азар женился на Принцессе Сакуе, Гозу решил, что не может признаться.

В таком случае, он мог оправдаться только тем, что принял участие в обороне от давки. Он хотел сказать, что не нужно никаких наград, но если он так ответит в данной ситуации, то подозрения со стороны Ишки, несомненно, ещё больше усилятся.

"Так что просто возьмём исключительные награды от гильдии", подумал он. Он может просто отдать награды жертвам инцидента в королевской столице и их семьям.

Выслушав всё от Лиделль, Гозу не более чем за несколько секунд упорядочил свои мысли в мозгу, а затем с широкой улыбкой сказал этому администратору с заплетенными волосами, что его предложение - лучшее из возможных.

Затем он даже выглядел довольным, когда отвечал женщине по имени Парфе, когда та кокетливо поздравила его с их успехами в уничтожении генронов.

Он знал, что брат и сестра Берчи смотрят на него исподтишка, но он не достоин должности Шибы в семье Мицуруги, если не может хотя бы вести себя подобным образом. В глазах Лиделль поведение Гозу тоже выглядело естественным.

С другой стороны, отношение двоих позади него, особенно Климта, привлекло внимание Лиделль. С недовольством в правом глазу и презрением в левом, отношение Климта никак нельзя было назвать дружелюбным.

"Если уж на то пошло, то именно к нему мне следует присмотреться", рассудила Лиделль.

Действительно, отношение Гозу не было подозрительным, но когда речь идет о больших шишках, способных с легкостью победить монстров панического бегства, для них совершенно неестественно отсутствие обслуживающего персонала.

В гильдии существует негласное понимание того, что нельзя спрашивать авантюристов об их прошлом, но поскольку они могут быть шпионами из соседних стран, в обязанности администратора гильдии также входит выяснение всего возможного.

「Впечатляет, как Господин Гозу победил зверей-мечей, как Госпожа Клайра расправилась со сциллами и как Господин Климт победил мантикор. И вы, ребята, даже победили их всех в одиночку. Сам гильдмастер Элгарт был в полном восторге от таких впечатляющих подвигов」

「Хмпф, неважно, пять или десять мантикор, убить этих тварей - не повод для гордости. Авантюристы Ишки, должно быть, очень слабы」

「Климт, ты проявляешь неуважение」

「Я просто констатирую факты, старшая сестрёнка. Мастер гильдии восхищается нами за это? Что можно сказать о том, что мы просто уничтожаем мелкую рыбешку вроде мантикор и сцилл?」

Увидев, как Климт выплевывает такие слова, Лиделль слегка прищурила глаза, почти незаметно для себя.

Затем она продолжила говорить, сохраняя улыбку на лице.

「Это жестоко. Действительно, для Ишки мантикоры, сциллы и, конечно, звери-мечи считаются опасными демоническими тварями. Более того, при их покорении всегда нужна группа. Так что, с вашей точки зрения, мы можем быть довольно слабы」

「Хмпф, ну вы поняли. Мы поможем вам, так как это решил наш Шиба. Однако, не думайте даже на секунду, что вы можете указывать нам, что делать. Пусть этот Элгарт тоже знает」

「Понятно」

После того, как Лиделль молча кивнул, Климт фыркнул и замолчал. Его слова были грубыми, но он не настаивал на продолжении разговора. Лиделль часто встречала таких людей среди молодых авантюристов, и они были удовлетворены, высказав всё, что хотели.

Старшая сестра Клайра извиняющимся взглядом выразила свою благодарность. Улыбнувшись в ответ, Лиделль начала получать представление о взаимоотношениях троицы и их характерах.

Климт был бы слишком прямолинейным человеком, чтобы заниматься шпионской работой. Гозу и Клайра более загадочны, но то, как они говорят и ведут себя, казалось честным, поэтому Лиделль подумала, что они не будут участвовать в теневой шпионской работе.

Однако, судя по силе этих троих, даже если они не шпионы, они определенно хранят какой-то секрет. Лиделль подумала, не стоит ли ей приложить больше усилий и попытаться разузнать побольше, чтобы лучше отчитаться перед Элгартом.

Затем Парфе открыла рот, словно прочитав мысли Лиделль.

「......Семпай, семпай! У нас же здесь есть кое-кто, кто может побеждать монстров самостоятельно, не так ли? И сцилл, и грифонов!」

Парфе говорила тихим голосом, но на самом деле она постаралась, чтобы все её услышали.

И хотя Парфе заметила, что щека Климта дернулась, она повернулась к Гозу и продолжала говорить, как будто ничего не заметила.

「Авантюристы Ишки тоже не так уж плохи, знаете? Может быть, группа Господина Гозу тоже его видела. Вы слышали о драконьем всаднике по имени "Индиго Драгун"?」

「Нет, не слышали. Мы много раз слыхали о драконьих всадниках... но, судя по имени, это некто ассоциирующийся с синим цветом? Впрочем он использует силу виверны, должно быть он очень хорош, чтобы справиться с грифоном」

Гозу говорил так, словно был впечатлён, но на самом деле ему было совсем неинтересно.

Люди в этой стране шумят о драконах и драконьих всадниках, но на самом деле их так называемые драконы - всего лишь подвид, называемый вивернами. И, говоря словами Климта, виверна - всего лишь мелкая сошка для пользователей стиля фантомного клинка. Не было нужды бояться этих крылатых зверей, и нет причин впечатляться теми, кому они подчиняются.

Так думал не только Гозу, но и Климт, нет, даже Клайра тоже.

Заметив слабую реакцию трех человек, Парфе поняла, что ей не удалось выбрать правильную тему. Хотя она и нахмурилась, но, наверное, будет неестественно, если она сменит тему, поэтому она продолжила, не обращая на это внимания.

「Этого драконьего всадника зовут Сора, и он, наверное, самый известный человек в Ишке прямо сейч--」

Когда Парфе заканчивала свое предложение, Гозу прервал её резким голосом.

「Подожди!」

「Ииа?! Что такое?」

「......Только что, ты сказала Сора?」

「Э? Ах, да. Это имя того драконьего всадника......」

「Сора... как тот Сора? (“空”) Какой у него возраст? Сколько ему лет?」

「Эмм, он, вероятно, примерно в возрасте Господина Климта」

Когда Парфе ответил, Гозу издал ворчливый тон.

「Какой у него цвет волос? У него чёрные волосы?」

「Да......Ум, вы знакомы?」

「......Возможно. Простите, но я бы хотел узнать немного больше об этом человеке. Например, как он стал драконьим всадником и как смог в одиночку убить сцилл и грифонов」

Гозу рывком наклонился вперёд и спросил Парфе.

Его глаза впились в лицо Парфе с пронзительной остротой, и казалось, что никакая сила не сможет их оторвать.

Гильдия хранит различную информацию об авантюристах, которые связаны с ней.

Какого уровня авантюрист? Из каких материалов сделаны его оружие и доспехи? На каком элементе магии он специализирюется, и до какого уровня магии он может дойти?

Для авантюриста вся эта информация может быть названа его спасательным кругом, поэтому сотрудники гильдии должны быть очень этичными и ответственными, когда речь идёт о работе с этими секретами.

Конечно, Парфе это тоже известно. Хотя она и молода, но уже больше года усердно трудится в качестве администратора гильдии. Она знает, какую информацию можно сообщать людям, а какую - нет.

Парфе ответила Гозу и рассказала ему о Соре, но только до момента его присоединения к гильдии. Она также не рассказала ему о различных событиях, произошедших после его исключения.

Парфе рассказывала только о героических историях Соры. Она поведала Гозу и остальным о его достижениях, которые Сора обнародовал для продвижения своего клана『Меч Кровопролития』.

Парфе сыпала такой бесполезной информацией, которую Гозу мог бы получить за день, если бы сам отправился в Ишку для расследования, но даже несмотря на это, Гозу жадно поглощал всё подряд.

Она была ошеломлена неожиданной реакцией мастера боевых искусств, который выглядел так, словно его ничто не могло смутить.

Оглядевшись по сторонам, она заметила, что, хотя это и не было так заметно, как у Гозу, двое других тоже были весьма заинтересованы Сорой.

Клайра внимательно слушала, и даже Климт, который угрюмо смотрел в сторону, не прерывал разговор и не вышел из палатки.

Парфе задумалась.

Она была уверена, что эти трое как-то связаны с Сорой. Если выйдет узнать, как, то, возможно, поймет секрет их исключительной силы. Кроме того, это должно быть как-то связано с тем, как Сора смог быстро вырасти с 【1】 уровня.

Лиделль тоже пришла к таким же мыслям, молча наблюдая за происходящим, и два администратора, посмотрев друг на друга, обменялись небольшими кивками.

◆◆◆

После того, как два посла гильдии покинули шатёр, Гозу нахмурил брови и погрузился в свои мысли.

Само собой разумеется, он думал о Соре.

Большая часть информации, полученной им от Лиделль и Парфе, была обрывистой, поэтому он не мог быть уверен, что этот авантюрист по имени Сора - Мицуруги Сора.

Когда он понял, что неосознанно постукивает по рукояти своего меча, то инстинктивно выдавил из себя горькую улыбку.

「Надеюсь, этот Сора не молодой ма--нет, лучше сказать, Господин Сора. Но если это так......」

Причина, по которой Гозу волнует настоящая личность этого Соры, не в том, что он испытывал ностальгию.

Ну, технически, это сыграло свою роль. Однако это лишь малая часть причины.

В конце концов, ему было интересно, приобрёл ли Сора экипировку души.

Для того чтобы Мицуруги Сора, которого знал Гозу, смог совершить героические достижения описанные Парфе, экипировка души была необходима.

Конечно, это всего лишь предположение. Возможно, что за пять лет после изгнания с острова он нашёл хорошего наставника, а затем развил свою силу после многих напряжённых сражений.

Однако если бы Гозу спросили, думает ли он, что юноша, который в 13 лет не смог ничего сделать против воина драконьего зуба, смог бы за пять лет превратиться в человека, способного в одиночку справиться со сциллами и грифонами--Гозу ответил бы отрицательно.

Он скорее поверит, что Сора приобрёл экипировку души с помощью какого-то катализатора.

А если бы тот самостоятельно постиг внутренние тайны стиля призрачного клинка...

「Мастер должен согласиться принять его обратно в семью」

Поскольку Рагуна ещё там, Сора, вероятно, не получит назад место наследника семьи, но это не исключено, в зависимости от его синсо.

Когда он подумал об этом, то, естественно, воспрянул духом.

Однако он также беспокоился.

Сора не обязательно будет скучать по своему старому дому после изгнания с острова.

Что ему делать, если тот не захочет возвращаться на Остров Демонов?

Лично для Гозу было бы достаточно знать, что у Соры всё хорошо за пределами острова. Его сестра Сесиль тоже была бы счастлива.

Однако, как Шиба семьи Мицуруги, он не может просто так оставить того, кто знает внутренние тайны стиля призрачного клинка, за пределами острова.

Стиль призрачного клинка - это боевое искусство, которое не распространяется среди посторонних. Как только кто-то становится учеником, ему не позволят самовольно покинуть остров.

Люди, более не являющиеся частью школы стиля призрачного клинка, должны поклясться никогда больше не использовать стиль до конца своей жизни, и что они не расскажут об этом ни единой душе.

Если кто-либо покинет остров без разрешения в страхе перед этой клятвой, убийцы будут немедленно посланы, чтобы лишить его жизни.

Таков кодекс стиля призрачного клинка.

Причина, по которой Сора был избавлен от этой меры, когда его изгнали с острова, заключалась в том, что он ещё не стал официальным учеником.

Как семья Мицуруги воспримет его, если узнает, что Сора приобрёл экипировку души?

Поскольку он достиг внутренних тайн после изгнания, он всего добился своими силами, а значит, не имеет никакого отношения к школе стиля призрачного клинка--такой аргумент не сработает.

Прошло 300 лет с тех пор, как святой меча первого поколения создал стиль призрачного клинка. Сила синсо была монополизирована семьёй Мицуруги. Если секреты экипировки души просочатся в мир, это только ослабит их влияние.

Поэтому все пользователи синсо должны находиться под контролем семьи Мицуруги.

Как «Шиба» Мицуруги, Гозу находится в положении, когда ему приходится принимать суровые решения.

Если Сора согласится пойти домой, хорошо. Но если он откажет, Гозу должен будет вернуть его на остров, даже если придётся применить силу. В противном случае, Гозу придётся перевести его в состояние, в котором он больше не сможет использовать стиль призрачного клинка.

「......Серьёзно. Я хочу сделать вид, что никогда не слышал имени Соры」

Гозу бормотал себе под нос тихим голосом, который не соответствовал его огромному росту.

Если бы Гозу был единственным, кто слышал администраторов, то он мог бы сделать именно это. Однако там были братья и сёстры Берч. Он не мог сейчас притвориться, что не слышал имени Соры.

В таком случае, вместо того, чтобы откладывать вопрос на более поздний срок, он должен решить его быстро. Если Гозу будет сражаться с монстрами, отвлекаясь, то может совершить досадный промах--Гозу не переоценивал свои силы.

Когда Гозу изложил свои мысли двум другим, первым откликнулся Климт.

Беловолосый юноша заговорил ехидным тоном.

「Мы сражаемся, чтобы загладить вину монаха, верно? Почему ты бежишь с поля боя, если сам решил прийти сюда? Ты слишком быстро меняешь своё мнение」

「Даже если я уйду отсюда на день или два, это не значит, что я не буду защищать бастионы. Мне не понадобится много времени, чтобы сходить в Ишку и вернуться, если я использую кей. Никто не увидит, как я прихожу и ухожу ночью」

「Хватит оправдываться. Я говорю, чтобы ты отвечал за свои слова」

Климт сердито посмотрел на Гозу.

Он был не в духе по отношению к тому, кто является его начальником, но для него то, что сейчас пытался сделать Гозу, было лишь попыткой действовать самостоятельно, основываясь на своих личных чувствах. Ему не нужно было быть вежливым по отношению к такому человеку.

Климт продолжил, не обращая внимания на то, что Гозу называют «Шибой».

「Во-первых, что если монстры придут, как только ты уйдёшь? Не похоже, что ты нам нужен для чего-то вроде давки, но не перекладывай свои обязанности на нас. Если ты так сильно хочешь встретиться с этим Сорой, то сначала разберись с паническим бегством」

Тогда у меня не будет никаких претензий, усмехнулся Климт.

Ни он, ни Клайра не являются личными помощниками Гозу. Поэтому они не обязаны идти на поводу у личных чувств Гозу и его личных дел... Климт говорил грубо, но поскольку его мнение было обоснованным, Гозу кивнул с горькой улыбкой.

Конечно, если отбросить личные чувства, то ему, вероятно, стоит пока сосредоточиться на давке. Гозу, несомненно, думал бы о том же, окажись он на месте Климта.

Когда Гозу собирался сказать, что он берёт свои слова обратно, перед ним выступил другой человек.

Это была сестра Климта.

「Если ты этого хочешь, Шиба, то позволь мне разобраться со всем за тебя」

「Аа? Старшая сестра, что ты делаешь?」

Климт был удивлён словами сестры.

Гозу был таким же, он поднял правую бровь и посмотрел на Клайру.

「Ты не против?」

「Да. Климт назвал это частным делом, но я так не думаю. Если авантюрист по имени Сора, о котором говорили люди из гильдии, действительно тот, кого мы знаем, то он может быть связан со смертью Джиджинбоу」

「......Хм」

Гозу кивнул словам Клайры.

Он думал о возможности получения Сорой экипировки души, но не связывал это со смертью Джиджинбоу.

Как бывший наследник семьи Мицуруги, Сора не стал бы убивать воина, принадлежащего к флагу Зелёного Леса. Гозу подсознательно помнил об этом.

Однако прошло уже пять лет с его изгнания. Вполне вероятно, что его личность изменилась.

Кроме того, Гозу и остальным легче поверить, что Джиджинбоу был убит Сорой, одним из пользователей синсо, а не Герцогом Драгнаутом, который является никем.

「Также, если мы с этого момента перейдём под командование гильдии авантюристов, нам придётся один раз сходить в Ишку, чтобы поговорить с Элгартом. Это нужно сделать, чтобы у нас не сложились отношения, когда нам просто приказывают. Но если мы пойдём все трое вместе, то в линии обороны появится брешь. Поэтому я попрошу тебя представлять нас, Шиба」

И тогда не будет никаких проблем, если он тем временем присмотрит за Сорой, сказала Клайра.

「Это ведь сработает, правда, Климт?」

Климт почувствовал злость за улыбкой Клайры.

Она не могла оставить без внимания поведение брата по отношению к Гозу, который был их начальником. Климт внутренне содрогнулся, зная, как страшна его старшая сестра, когда злится.

Кроме того, тем, кто ранее велел администраторам передать Элгарту, чтобы он не приказывал им, был не кто иной, как сам Климт. Поскольку предложение сестры совпало с его словами, ему ничего не оставалось, как кивнуть.

「......Ну, если это так, я не могу жаловаться」

「Ты ведь хочешь сказать что-то ещё?」

「......Мои извинения, Шиба. Я перегнул палку」

「Я тоже приношу свои извинения. Пожалуйста, прости грубость моего брата」

Когда Клайра глубоко поклонилась после этих слов, Климт сделал то же самое, хотя он был явно угрюм.

Гозу мог только криво усмехнуться, глядя на обычные сцены, разыгрываемые братом и сестрой Берч.

「Поднимите свои лица, вы двое. Сказанное Климтом не было неправильным, так что давайте оставим всё как есть」

Клайра с облегчением подняла голову на слова Гозу.

「Спасибо, Шиба. Ах, и если возможно, я буду благодарна, если ты расскажешь мне о Господине Соре, узнав побольше」

「......Ооо?」

Удивлённым голосом сказал Гозу.

Насколько знал Гозу, у этих двоих не было особо близких отношений с Сорой. Было неожиданно увидеть, что Клайра заботится о местонахождении Соры.

Не только Гозу, но и Климт, похоже, почувствовал то же самое, широко раскрыв глаза, как будто он был потрясён.

「Почему тебя волнует этот парень Сора, старшая сестрёнка? И не нужно использовать почетные слова по отношению к нему, от которого отреклись」

「Это факт, что от него отреклись. Но также правда, что мы учились вместе с ним, верно? Кроме того, он никогда не смеялся над нашими глазами или волосами, или над тем фактом, что мы были приняты в семью Берч」

Белые волосы и красные глаза--Будучи так называемыми альбиносами, эти двое с детства были окружены любопытными взглядами. А поскольку они находились в семье Берч, да ещё и усыновлёнными, то дразнить и издеваться над ними было обычным делом.

Однако Сора относился к ним одинаково, даже будучи наследником семьи Мицуруги.

Сейчас её память туманна, но ей кажется, что были времена, когда Сора прогонял плохих детей, упорно издевавшихся над ними. В то время ей было пять или шесть лет, с нежностью вспоминала Клайра.

Она чувствовала себя испуганной и замкнутой по отношению к семье Мицуруги, и всё свое время тратила на учёбу и тренировки, чтобы быть признанной семьёй Берч, поэтому она не очень-то с ним разговаривала, хотя они и были рядом друг с другом. Их отношения не изменились даже после того, как они надолго стали одноклассниками, но Клайра всё ещё не забыла о своей признательности.

Эта благодарность была направлена не на наследника семьи Мицуруги, а на самого Сору. Поэтому даже после того, как от него отреклись, эти чувства не изменились.

「Не может быть, чтобы ты не помнил, верно?」

「......Хмпф, я понятия не имею, о чём ты говоришь」

Посмотрев на брата, который специально отводил взгляд, Клайра улыбнулась и продолжила говорить.

「Я хочу знать, что задумал Сора, но считаю, что Аяка тоже захочет это узнать」

「Которая Азурит?」

Климт был озадачен именем прозвучавшим из уст его сестры.

Аяка Азурит. Человек поступившия на обучение одновременно с его сестрой и Сорой. Кроме того, она была противником, которого Климт никогда не побеждал в спаррингах.

Почему его сестра упомянула Аяку в этом разговоре? Климт не понимал.

Конечно, он знал, что Аяка была помолвлена с Сорой. Однако после изгнания Соры Аяка обручилась с Мицуруги Рагуной, который стал новым наследником, и ей следовало порвать все связи с Сорой.

Климт был в другом подразделении, поэтому он не знает подробностей, но, по крайней мере, он никогда не слышал о том, чтобы Рагуна и Аяка не ладили.

「А не делаешь ли ты что-то неуместное? Это может привести к тому, что тот парень, Рагуна, придёт за тобой」

「Господин Рагуна не такой мелочный человек. Но да, я могу сделать что-то излишнее」

Клайра говорила так, словно не была уверена в своем ответе.

На самом деле, она всё время думала об этом.

Среди тех, кого называли золотым поколением, трое были женщинами. Поскольку у этих трёх людей были хорошие отношения друг с другом, они оставались на связи даже после того, как разошлись по разным подразделениям Восьми Флагов Зелёного Леса.

Благодаря этому Клайра знает об Аяке и Рагуне больше, чем её брат.

Из того, что она знает, между ними всё было хорошо. Аяка никогда не говорила ничего плохого о Рагуне, как и о том, что у неё остались чувства к Соре. Более того, за последние пять лет Клайра даже не слышала, чтобы имя Сора звучало из уст Аяки.

--Но именно поэтому она чувствовала, что что-то не так.

В глазах Клайры её подруга Аяка Азурит - энергичный, добродушный, искренний человек, которого любят все, от начальства до подчиненных и даже сверстников.

Неужели такая личность, как она, ни капельки не переживает по поводу изгнания её жениха?

По её воспоминаниям, именно Аяка активно поддерживала Сору, когда тот ещё был на острове. Она делала это, потому что её бесили люди говорившие, что они не подходят друг другу. Другими словами, Аяка любила Сору настолько, что злилась на людей, которые плохо о нём отзывались, и она определенно выглядела счастливой, когда они были друг с другом.

Для Клайры, которая завидовала их отношениям, поведение Аяки после изгнания Соры было очень неестественным.

Она ничего не хотела делать всё это время, даже если бы это её беспокоило. Судя по характеру нынешнего главы семьи, он никогда бы не принял Сору обратно в семью. У неё также не было возможности связаться с Сорой, который покинул остров, и никто не знал, жив ли он вообще.

Поэтому Клайра не говорила с Аякой о Соре, хоть и ладила с ней.

Но теперь она неожиданно получила известие о местонахождении изгнанного Соры. Вполне естественно, что Клайра задумалась, стоит ли ей сообщать об этом Аяке. Если есть возможность вернуть Сору в семью, это было бы ещё лучше.

......Просто...с другой стороны, как сказал её младший брат, то, что она делает, может быть чем-то неуместным.

Это ситуация, когда она даже не знает, как лучше поступить.

Бессознательно поглаживая пальцами свои длинные белые волосы, Клайра медленно формировала следующее предложение, как будто тщательно выбирала каждую букву, которая должна была выйти из её рта.

「......Независимо от того, скажу я Аяке или нет, нет ничего плохого в том, что я знаю о происходящем с Сорой, верно, Климт? И Шиба, поскольку у Соры виверна в качестве транспорта, он может отправиться в другие страны в ближайшем будущем, чтобы избежать давки. Чем раньше ты его увидишь, тем лучше」

◆◆◆

После окончания подобной дискуссии троица оказалась в карете, которая на следующий день отправилась в Ишку.

Это было результатом предложения Лиделль, чтобы все трое поехали вместе, услышав, что Гозу едет в Ишку один.

Когда Клайра заговорила о том, что в линии обороны может появиться брешь, Лиделль объяснила, что беспокоиться не стоит по следующим причинам.

--Она рассказала о том, как правительственный офис Ишки и гильдия авантюристов планировали позволить людям, которые до сих пор неустанно сражались с натиском, делать перерывы по очереди.

--в ситуации, когда они живут в палатках, а монстры могут напасть в любой момент, никто не сможет хорошо отдохнуть даже лёжа. Кроме того, когда усталость накапливается, независимо от того, насколько опытен боец, он будет совершать ошибки. Это мера, чтобы предотвратить подобное.

--о том, что обычно вытаскивать людей посреди давки считается самоубийством, но в нынешней ситуации, когда они выстроили надежную оборонительную позицию, они могут позволить себе сделать именно это.

--и о том, что высшее руководство Ишки также хочет, чтобы войска, которые тренировались защищать город, но ещё не испытали себя в реальном бою, получили реальный боевой опыт в нынешней ситуации, когда они могут себе это позволить.

Выслушав эти доводы, Клайра согласилась.

Гозу в шутку пробормотал: «Было бы неплохо, если бы ты сказала нам об этом вчера».

Даже у Климта не было причин отказываться, когда ему сказали, что он может просто отдохнуть, ведь тот постоянно жаловался на то, что в качестве противников ему достаются слабые монстры.

И вот, в конце концов, они втроём навестили Ишку.

Когда они проходили мимо ворот Ишки, Гозу указал на угол за городом и спросил.

「Вон то здание - это конюшня, верно? Но оно дольно большое для одного владельца」

「Ах, это конюшня для животных. Из-за того, что здесь сейчас давка, фамильяров переместили в другое место. Виверна индиго Соры тоже жила там до недавнего времени」

Парфе ответила спокойным тоном.

Поскольку в глазах Гозу появился интерес, она продолжила говорить.

「С разрешения правительства он, похоже, использует двор своего дома в качестве конюшни. Дракон пользуется популярностью у горожан, и я слышала, что люди не перестают появляться поблизости, чтобы посмотреть на него」

「Посреди давки? Жители Ишки очень толстокожие」

「Вот насколько они доверяют авантюристам и гильдии」

Парфе похвасталась с застенчивой улыбкой, а затем хлопнула в ладоши, как будто что-то поняла.

「О, ага. Может, заглянем домой к Соре, перед поездкой в гильдию? Сейчас он в разведке на юге, но время от времени он будет возвращаться домой и отчитываться в правительственном офисе. Возможно, мы встретим его там?」

「Это было бы очень желательно, но... он разведывает юг в такое время? Не только на севере, но и на юге есть прорыв монстров?」

「Об этом вам расскажет наш мастер. Я прошу прощения, но я не могу распространяться」

Сора ходил и разбирался с новым ядом, появившимся в бассейне реки Кейл.

Правительственный офис Ишки ещё не успел сообщить народу об этом новом неизлечимом яде.

Поскольку факт неизлечимости ещё не подтвердился, а в городе идёт давка, дальнейший хаос мог привести ситуацию в непоправимое состояние. Высшее руководство Ишки опасалось этого.

Гозу выглядел потрясённым, услышав слова Парфе, но если это то, о чём ему расскажет мастер гильдии, то нет нужды принуждать администратора. Он кивнул заметно взволнованному Климту, чтобы немного его успокоить.

「Если это так, то я напрямую спрошу об этом у гильдмастера. Его звали Сэр Элгарт, верно? В любом случае, сначала я хочу отправиться в резиденцию Господина Соры. Мы сразу же проверим, дома ли он, и посмотрим, сможем ли мы встретить его там. Иначе я не смогу сосредоточиться на разговоре с Сэром Элгартом」

「Да, поняла--И вот, пожалуйста, семпай!」

Держа поводья в руках, Лиделль кивнула и ответила словами Парфе.

У неё не было причин отказываться сначала доставить троицу в резиденцию Соры, прежде чем везти их к Элгарту, но, глядя на отношение Гозу и остальных, было ясно, что они больше заботятся о Соре, чем о гильдии.

Даже если бы Лиделль настояла на том, чтобы они сначала пошли в гильдию, это, скорее всего, произвело бы на всех троих неблагоприятное впечатление. Лучше было последовать идее младшей.

--Но позже Лиделль пришла в голову одна мысль.

Если бы в тот момент она отдала предпочтение походу в гильдию, результат мог бы быть другим.

И не только это.

Если бы она не предложила тем троим пойти всем вместе, когда узнала, что Гозу собирается идти в Ишку один...

Если бы она не стала возражать против чего-то вроде этики и просто рассказала им всё, что знала, когда Гозу и остальные спросили о Соре--Если бы она просто рассказала им о членах『Меча Кровопролития』--

Если бы она потратила чуть больше усилий на то, чтобы разобраться в этих троих...

Бесконечное сожаление - это то, что она почувствует только позже. В данный момент Лиделль не слышала предупреждений своего будущего «я» и гнала карету к дому Соры.

Когда дом Соры наконец появился в поле зрения, Парфе издала звук разочарования. Возможно, это было связано с тем, что она не увидела там виверну.

「О, похоже, Сора ещё не вернулся」

「Ага. Но, кажется, здесь есть люди」

Лиделль сказала это, потому что заметила Сиель, которая убирала перед особняком.

А через несколько мгновений из ворот вышла эльфийка с волосами цвета яркого золота.

Увидев их появление, Гозу открыл рот в глубоком любопытстве.

「Хм, это зверочеловек-кошка, а...халат, который носит эльфийка, - халат мудреца. Они слуги Соры?」

「......Да. Думаю, можно так сказать」

「Они довольно уникальная группа. Вы так не думаете, Климт?」

「Хм, не может быть, чтобы они были простыми слугами. Ничто иное, как молодые женщины. Очевидно, что он собирал их для разных целей」

Тот, кто пять лет назад был изгнан из родной страны в жалком виде, сейчас достаточно могущественен, чтобы ему прислуживали женщины.

Хах, усмехнулся Климт.

「Он очень высоко поднялся, не так ли? Этот ублюдок Сора. Старшая сестрёнка, передай это Азурит. Даже если у неё всё ещё остались к нему чувства, услышав это может их больше не будет」

「Климт, не делай слепых предположений」

「Правильно, тогда давай спросим их напрямую о нём. Эй, поторопись и--」

Климт, который как раз приказывал Лиделль что-то сделать, внезапно замолчал.

Когда Лиделль удивленно взглянула на него, Климт широко раскрыл свои красные глаза.

Это был не только он. Гозу и Клайра тоже.

Увидев странное поведение этих троих, она почему-то почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок. В предчувствии недоброго, она последовала за троицей. Она увидела зверолюдку, Сиель и эльфийку Лунамарию.

И еще одну.

Это была фигура молодой девушки-киджина, только что вышедшей из ворот, Сузуме.

В этот момент до слуха Лунамарии донёсся крик, похожий на предупреждение духов.

Это было практически чудо, что она смогла сразу же отреагировать на него.

Эльфийка метнула адамантиевый кинжал, который носила с собой для защиты, в белую тень, приближающуюся, как порыв ветра.

В тот момент, когда кинжал должен был разрубить тень, Лунамария почувствовала невероятное давление на свою руку. Это был сильный удар, от которого её тело чуть не взлетело в воздух.

Затем, *пум*......кинжал закрутился в воздухе с чистым звуком.

Она потеряла своё оружие в одно мгновение, но за то короткое время, которое она выиграла, Лунамария определила, что это была за тень.

Голубые глаза эльфийки заметили фигуру молодого человека с серовато-белыми волосами и кроваво-красными глазами.

В его руке была катана, тот самый меч восточного образца, которым пользуется её хозяин Сора. Именно это оружие Лунамария отбила кинжалом.

И этот юноша с красными глазами пристально смотрел на Лунамарию. Уже одно это заставляло её чувствовать давление, от которого пересыхало в горле.

Лунамария хриплым голосом обратилась к двум девушкам, стоявшим позади неё.

「Вы обе, убегайте!」

Она поняла, что её противник целится не в неё. Если бы это было не так, она, вероятно, не смогла бы отбить первый удар.

В таком случае, человек перед ней мог охотиться только за Сиель или Сузуме. Угадав по его движениям, Лунамария решила, что, скорее всего, его цель - киджин.

Сузуме стояла с широко раскрытыми глазами, не понимая, что происходит. Это Сиель схватила её за руки и попыталась быстро убежать обратно в дом.

И уши, и хвост молодой зверолюдки стояли дыбом, как будто внутри были провода. По тому, как явно было видно, что что-то заставило её сильно нервничать, даже Сиель за это короткое время наверняка поняла, что с нападавшими будет нелегко справиться.

「『Земной дух Гном, друг мой. Свяжи ноги этого человека』」

Оставшись с пустыми руками Лунамария использовала магию духов.

Затем сквозь каменную мостовую переулка пробились щупальцеобразные корни растений и опутали ноги беловолосого юноши.

--В отличие от элементальной магии, которую использует Мирослава, магия духов не имеет предусмотренных заклинаний и эффектов. Это просто процесс, когда заклинатель обращается с просьбой к духам, а те выполняют её.

Поскольку это означает, что заклинатель может менять эффект заклинания в зависимости от ситуации, магия духов гораздо более универсальна, чем обычная.

Однако, естественно, есть и недостатки.

Духи - капризные существа, поэтому чем более детально вы зададите эффект заклинания, тем ниже будет шанс на успех. Иногда просьба заклинателя также будет проигнорирована, в зависимости от того, насколько он способен. В худшем случае недовольствие духа может даже заставить его напасть на заклинателя.

Другими словами, эффекты такой магии нестабильны. Вот почему среди авантюристов не так много тех, кто пользуется духами, поскольку им нужна надёжность.

Что касается этого вопроса, то Лунамария обладает высокой совместимостью с духами, поскольку она эльф, поэтому её успех в использовании магии духов намного выше, чем у других пользователей. В это время дух земли также ответил на её призыв и связал ноги противника.

Однако.

「Ты умненькая.......!」

Из уст беловолосого нападавшего вырвались слова волнения. Сразу после этого Лунамария почувствовала, как мана её противника разбухла, словно собираясь взорваться.

Это не было метафорой. Нападавший--Климт выпустил ударную волну в окружающее пространство, усилив свою кей. Попав под неё, Лунамария почувствовала сильный удар по всему телу, как будто её ударили гигантским молотом. Её стройное тело взлетело в воздух, как лист дерева, прежде чем она осознала это.

「......!!」

Причина, по которой она смогла сразу же зафиксировать свою позу в воздухе и не упасть головой вперед, вероятно, в том, что она обладает уникальной проворностью эльфа.

Однако после того, как она встала на ноги, её лицо наполнилось разочарованием.

Духа земли, связавшего ноги нападавшего, уже не было видно. Но это было вполне естественно. Поток ода (жизненной силы), окружавший тело противника, был равен палящему жару. Дух низкого класса никак не мог связать такую огненную сущность, как белобрысый парень.

Вот если бы это был дух высшего класса, подумала она. Но чтобы призвать высшего духа, Лунамарии нужно собрать соответствующее количество маны. Если она сделает это, не имея прикрывающего её авангарда, она просто попросит, чтобы её прирезали.

--К тому же, не было никакой гарантии, что дух высшего класса сможет остановить его...

Лунамария мысленно застонала.

Она всё поняла из того небольшого обмена мнениями, который они только что провели. Разница в силе между ними была на безнадежном уровне. Это не тот противник, с которым она может справиться.

Сейчас Лунамария была похожа на лягушку, замершую от пристального взгляда змеи, и не было бы странным, если бы её ноги подкосились от страха.

То, что ей не пришлось демонстрировать столь позорное зрелище, возможно, заслуга её хозяина, Соры, подумала она в глубине души.

Она столкнулась с Сорой в гильдии после того, как тот вернулся живым из гнезда Короля Мух. По сравнению со столкновением с драконом вблизи, давление, которое испускал нападавший перед ней, казалось довольно...лёгким. Это и придало Лунамарии боевой дух.

И вот, Климт открыл рот, увидев, что Лунамария всё ещё стоит.

「Хмпф, позволь похвалить тебя за то, что ты не упала на месте」

Климт посмотрел на эльфийку, которая тяжело дышала от досады.

「Учитывая твою храбрость, я дам тебе один совет. Немедленно убирайся с глаз моих. Мне нужен киджин」

「......Вы, кажется, имеете что-то против киджинов, но разве для вас это причина убивать маленького ребёнка?」

「Глупый вопрос. Этот вопрос сам по себе является доказательством того, что люди на главном континенте начали воспринимать мир как должное. Ну, неважно. Если ты не собираешься следовать моему совету, просто умри здесь」

С этими словами Климт поднял меч над головой. Лезвие отражало солнечный свет и сильно сверкало.

Лунамария слегка присела. Видя прямолинейное поведение Климта, она поняла, что говорить ему больше ничего не стоит.

И вот в этот момент, когда они уже собирались возобновить битву.

「--П-подождите! Пожалуйста, подождите секунду!」

Расстроенный голос Лиделль прервал их.

Администратор с заплетенными волосами был ошеломлён внезапным насилием Климта, но он вышел из этого состояния, пока Лунамария отбивалась.

Передав поводья лошадей, взбесившихся от прикосновения ауры Климта, Парфе, она быстро слезла с водительского сиденья и громко крикнула, чтобы Климт остановился. Это также было жалобой в адрес Гозу и Клайры, которые молча наблюдали за Климтом.

「Частные дуэли в городе запрещены! Немедленно уберите оружие!」

「--Этого не случится」

Она была поражена немедленным ответом.

Выражение лица Лиделль стало холодным от того, что ответ исходил от Гозу, который стоял позади неё.

Поскольку она уже имела представление о личности троицы, она думала, что Гозу и Клайра собираются остановить Климта.

Однако, услышав, что сказал главный из них дальше, она окончательно убедилась, насколько любительскими были её навыки наблюдения.

「Убивать демонов и запечатывать их богов - это железное правило для нас. Мы не можем подчиняться законам, которые предписывают нам убрать оружие перед киджином」

「Сэр Гозу! Этот человек находится под защитой Соры и союза! Это признает и правительство Ишки. Если вы нападете на неё здесь, вы совершите преступление!」

「Тогда ничего не поделаешь. По сравнению с тем, что может случиться, если оставить киджина в покое, стать преступником - это дешёвая цена」

Глядя на Гозу, который говорил с непреклонной волей, было ясно как день, что убедить его будет трудно. Скорее, если Лиделль продолжит пытаться остановить его, он может прикончить и её. Гозу сейчас испускает такую мощную боевую ауру.

Лиделль не знает, что это поток ода, называемой кей. Несмотря на это, она понимает его силу. Оказавшись под таким давлением, словно она столкнулась с циклопом, этот администратор гильдии, которому не чуждо насилие, отступил.

Парфе, которая купалась в боевой ауре Гозу, находясь ещё ближе, чем Лиделль, даже побледнела, её плечи задрожали.

В отчаянии Лиделль посмотрела на Клайру, как на последнюю надежду.

Затем она наконец поняла, что её там нет.

--Но не было нужды гадать, куда она делась.

Побледнев ещё больше, Лиделль посмотрела на ограду резиденции Соры. И тут, словно поджидая её, оттуда донесся крик, похожий на крик Сиель.

Клайра, перемахнувшая через ограду, напала на Сиель и Сузуме, которые пытались забежать в дом. Она была уверена, что Сиель получила травму, защищая Сузуме.

Если ты обладаешь силой как у Клайры, позволяющей легко справиться с такой толпой, то прикончить начинающего авантюриста вроде Сиель будет проще простого, не говоря уже о такой, как Сузуме.

Подумав, что в следующее мгновение она услышит их предсмертные крики, Лиделль крепко зажмурила глаза.

Когда юная зверолюдка предотвратила её первый удар, Клайра Берч инстинктивно широко раскрыла глаза.

Шок от того, что её атака была предотвращена, отразился в её левом глазу, а вопрос «как она смогла..?» отразился в правом.

После того, как Клайра покрыла всё своё тело кей и перепрыгнула через стену ограждения, Клайра горизонтально взмахнула мечом в сторону тех двоих, которые пытались забежать в особняк сзади.

Это была атака с целью отрубить голову киджину одним ударом. Безболезненная смерть была той милостью, которую она могла ей оказать.

Атака была далеко не в полную силу, но всё же она не должна была стать чем-то, что смогут блокировать здешние авантюристы.

На самом деле, Сиель не заметила, как она подошла - она даже не поняла, что Клайра была рядом с ней.

Но поскольку она просто бросилась под клинок Клайры, чтобы защитить Сузуме, реакция Клайры тоже была запоздалой. Есть зверолюди, которые обладают дикими звериными инстинктами, так что, возможно, Сиель тоже относится к этому типу.

Когда Клайра Берч отдёрнула меч, на спине Сиель уже был глубокий порез, а уши заполнил болезненный крик.

Ударив, Клайра глубоко пожалела об этом. Она не собиралась ранить никого, кроме киджина.

Получив порез, Сиель пошатнулась на несколько шагов, но повернулась лицом к Клайре, не упав. Видя это, девушка с Острова Демонов выбрала вариант немедленного отступления.

Перед Клайрой, которая отступила ровно на два шага, Сузуме наконец поняла ситуацию и издала короткий вопль.

「......Ииик?! Сиель, ты ранена......!」

「......Су-Сузуме, возвращайся в дом, быстрее...」

Голос Сиель был низким и слабым, вероятно, из-за боли, вызванной ранением. Но она не переставала защищать Сузуме, которая стояла позади неё. В её руке был острый кинжал, который она вытащила прежде, чем кто-либо понял это.

Поскольку атаки Клайры также прекратились, если бы Сузуме попыталась убежать прямо сейчас, она, вероятно, смогла бы это сделать.

Однако девушка киджин не двигалась. Она не настолько сильна психически, чтобы убежать без колебаний, бросив Сиель, у которой кровоточила спина.

Услышав их разговор, Клайра слегка нахмурила брови. Глядя на юную зверолюдку, которая смотрела на неё в ответ, и на Сузуме, которая, казалось, вот-вот расплачется, Клайра могла понять, что они чувствуют внутри.

И самопожертвование Сиель, поставившей свою жизнь на кон, чтобы защитить свою спутницу, и борьба Сузуме, не решающей бросить её и убежать, благородно отражались в глазах Клайры. Если бы она была здесь посторонним человеком, то, возможно, с удовольствием помогла бы им.

Но сейчас она была врагом, преследовавшим их. Этот факт причинял ей сильную боль.

--Но всё же она не могла отступить.

В голове Клайры всплыл пейзаж, который она когда-то наблюдала на своей родине.

Небо красного цвета, пепельные облака с бесконечными молниями и бесплодная земля, на которой не было ни сантиметра травы.

Пейзаж, в котором не было ни малейшего признака жизни, не говоря уже о благословениях природы, был таким, каким он был внутри демонических врат.

Сила запечатанного демонического бога влияет на местность и даже на живых существ, которые находятся за пределами демонических врат. Очевидно, что внутри она будет иметь ещё больший эффект.

То, что увидела Клайра, было разрушенным миром, деформированным демонической аурой того самого бога.

Если этот бог освободится, то и Остров Демонов, и главный континент превратятся в пустоши. Трава завянет, вода сгниёт, а жуки и животные будут испорчены демонической аурой и превратятся в монстров.

Обезумевшая экосистема нарушит и, возможно, уничтожит порядок в мире людей. Когда бесчисленные монстры будут бродить на свободе, люди и полулюди будут убивать друг друга за оставшуюся пищу и безопасные земли.

Мир, по имени ад.

Воины во Флагах Зелёного Леса сражаются за то, чтобы мир не превратился в него. И причина их постоянной вражды с киджинами заключается именно в этом.

--Киджины это существа, анимой которых является демонический бог.

Клайра, Климт и, конечно, Гозу, как воины, хотя бы раз вошедшие в демонические врата, были проинформированы об этом главой семьи Мицуруги.

И это ещё не всё.

Стиль фантомного клинка, который даёт огромную силу, управляя анимой- Святой меча первого поколения, создавший его, научился тайному искусству экипировки души у киджинов. Об этом также рассказывали людям, прошедшим демонические врата.

Рога киджина, которые являются источником их силы, связаны с демоническим богом в корне, и они будут продолжать излучать демоническую ауру. Иначе говоря, бог демонов постоянно вмешивается в мир через рога киджинов.

Это не имеет ничего общего с характером или личностью киджина. Это не имеет значения, даже если он - киджин, который не почитает демонического бога. Киджины искажают мир, просто существуя.

Это ещё не всё. Как анима, демонический бог нуждается в духовном сосуде, чтобы проявиться в этом мире. И киджины, которые связаны с ним своими рогами, подходят на роль такового.

Демонические врата не должны разрушиться. Пока существуют киджины, демонический бог может прийти в этот мир. Это возможно.

Это истина, которая триста лет назад настроила людей и киджинов друг против друга.

Причина, по которой Империя Ад-Астера и семья Мицуруги держат эту информацию в секрете, заключается в том, чтобы избежать ненужных жертв.

Если эта правда распространится, люди, вероятно, попытаются в ярости охотиться на остальных киджинов.

И тогда они станут теми, кого убьют вместо них. Киджины, контролирующие аниму, иногда демонстрируют силу, превосходящую силу пользователей фантомного клинка. Солдаты и авантюристы континента не смогут им противостоять, а в худшей ситуации они могут стать толчком для проявления демонического бога.

Чтобы этого не произошло, империя и семья Мицуруги берут на себя задачу уничтожать киджинов самостоятельно. Они также избавляются от организаций по охоте на киджинов, которые идут против их воли, преследуя киджинов ради их рожек.

Кроме того, если другие страны узнают о киджинах и секрете анимы, они могут попытаться тайно захватить одного из киджинов, чтобы использовать их силу. Ещё одна причина, по которой империя скрывает эту информацию, заключается в том, чтобы ни у кого не возникло такой идеи.

Однако одно лишь сокрытие информации может оставить киджинов в других странах без контроля.

Но если империя мобилизует свои военные силы, это превратится в спор между странами.

Одна из задач семьи Мицуруги - предотвратить такой конфликт. Иногда семья Мицуруги предоставляет другим странам свою рабочую силу для покорения монстров, и император не осуждает их за это. Они накапливают эти достижения, чтобы в случае обнаружения киджинов могли беспрепятственно войти в эти страны. Такие обстоятельства существуют в тени их уникальных отношений лорда и вассала.

Конечно, есть и корыстный смысл - защитить интересы своей семьи и страны, монополизировав секреты. И как вассал семьи Мицуруги, Клайра Берч была в состоянии поддерживать правила и интересы своего господина.

「Уходи отсюда. Если ты будешь мешать ещё больше, чем сейчас, тебя будут считать из той же шайки,чток и киджин」

◆◆◆

В ответ на то, что Клайра порезала её своим клинком, Сиель бросила на неё пристальный взгляд.

Она не намерена отступать. Особенно теперь, когда знает, что Сузуме - та, за кем охотится враг.

Она понимает, что у неё нет шансов на победу над противником, стоящим перед ней, но, как ни странно, она не чувствовала страха. Можно сказать, что у неё не было времени думать о таких ненужных вещах.

Своим чутким слухом Сиель почувствовала из слов соперницы, что та больше не колеблется. Она больше не будет сдерживаться, как та выразилась. Сиель больше не может питать наивных надежд на то, что сможет остановить следующий смертельный удар.

Все волосы на её теле зашевелились, когда она сосредоточилась на движении своего противника.

--В поле её зрения лезвие меча Клайры слегка покачивалось.

Вот оно, началось- В момент, когда Сиель поняла это и попыталась отпрыгнуть в сторону, она почувствовала резкую боль, исходящую от раны на спине.

Её движение было остановлено лишь на секунду, но для Клайры воспользоваться этой возможностью было проще, чем отнять конфету у ребенка.

С внезапным взмахом её складчатой красной юбки, удар копьём был направлен в область живота Сиель.

*Уххх*, вырвалось из её рта. Тело зверолюдки подлетело в воздух, как шар, а затем шлёпнулось на землю. Но импульс не остановился на этом, и тело перекатилось несколько раз.

...Даже после того, как движение прекратилось, Сиель не встала на ноги. Несмотря на то, что она хотела подняться, тело не слушалось. Она корчилась на земле от боли, которая возникала от одного только дыхания.

Сузуме попыталась броситься к Сиель, но её заслонил мерцающий тёмно-серый клинок.

Ее глаза розового цвета, смотревшие на Клайру, вспыхнули, как адский огонь.

「Тыыы!」

Пламя, возникшее после того, как она протянула свою маленькую руку, раздулось до размеров детской головы.

Простой обмен маной без заклинаний. Это была одна из тех штук, которой её научила Мирослава.

Сузуме попыталась поразить Клайру огнём с максимально близкого расстояния. Если бы она попала, Клайра, вероятно, получила бы достаточный урон. Затем, последствия взрыва, несомненно, поглотили бы саму Сузуме, нанеся ей тяжёлые ранения.

Вот насколько мощным было заклинание Сузуме после того, как она потеряла самообладание.

Однако Клайра, конечно же, всё прекрасно понимала. Она обернулась в сторону Сузуме так быстро, что казалось, будто она просто исчезла из её поля зрения.

--Киджины всё-таки страшны. Она так молода, а уже может так хороша в магии.

Подумала Клайра, вкладывая силу в руку, державшую рукоятку меча. Она попыталась обезглавить её одним ударом, но и этот удар был блокирован.

「『Взлетай, невидимая хищная птица - Невидимый Орёл!』」

Внезапно из особняка вырвалась магия ветра.

Это была продвинутая техника заклинания, которая находилась на совершенно ином уровне как по скорости произношения, так и по точности по сравнению с заклинанием Сузуме, которое было наполнено маной киджина.

「......У них всё ещё есть союзники, хах」

Клайра пробормотала про себя и быстро уклонилась от заклинания. Обычный человек наверняка получил бы прямой удар и некоторые повреждения, но поскольку возможности её тела были усилены кей, ей не составило труда уклониться от заклинания. Клайра просто оттолкнулась от земли и отпрыгнула назад.

Именно этого и добивался мой противник--она поняла это, когда на неё обрушилось следующее заклинание.

Рыжеволосая волшебница, вышедшая из особняка, выстрелила магией в быстрой последовательности, чтобы дать Клайре решить, хочет ли она убежать от Сузуме или нет.

Это был шквал магических заклинаний с пропущенными частями песнопения. Однако каждое из этих заклинаний имело силу полноценного.

Похоже, маг использует магические камни, чтобы увеличить разрушительную силу своих заклинаний, рассудила Клайра.

Если бы это был обычный бой, она могла бы просто тянуть время, пока у другой стороны не закончатся магические камни и мана, но в нынешней ситуации киджин может уйти. В самом деле, по указанию мага киджин перекинула зверолюдку через плечо и начала исчезать в особняке.

Кроме того, Клайра предсказывает, что причина, по которой она продолжает использовать магию, издающую громкие звуки, заключается в желании предупредить соседей о том, что что-то происходит.

Если так будет продолжаться и дальше, то, вероятно, сюда устремятся невинные горожане и охранники.

Гозу контролирует ситуацию за воротами, так что всё в порядке, но она всё равно не хочет делать из мухи слона.

Она должна использовать кей, чтобы пробиться сквозь дождь магии и сразу же взять мага под контроль--С этой мыслью Клайра начала действовать.

Но даже Клайра не ожидала, что её мысли будут прочитаны как дешёвка.

Рыжеволосая волшебница, которая полностью приманила Клайру Берч, улыбнулась своему врагу, который вот-вот попытается перерезать ей горло.

「Я знала, ты сделаешь это--『 Разряд』」

Это было всего лишь односкладное заклинание.

В следующее мгновение всё в поле зрения Клайры окрасилось в белый цвет.

Это было белое пламя.

Белое пламя, возникшее из тела Мирославы, мгновенно взметнулось и охватило Клайру.

После удара щит кей, защищавший Клайру, с треском расплавился.

Когда пользователи стиля фантомного клинка вздымают свою кей, кей, вытекающая изнутри их тела, служит барьером, защищающим их.

Поскольку это барьер, который пользователи экипировки души высокого уровня ставят подсознательно, он не настолько прочен, как можно было бы подумать.

Тем не менее, если противник - маг из-за пределов острова, он может отразить магию на уровне 5-й сферы.

Так что если бы этот щит полностью расплавился, это означало что белое пламя, созданное Мирославой, было магией на уровне 6-й сферы или выше.

「...?!」

Когда кожу Клайры обожгло высокой температурой после вспышки, ударившей в глаза, она тут же отпрыгнула назад.

Однако жжение не стало менее интенсивным. Это потому, что она не могла выйти из зоны действия белого пламени, отпрыгнув на шаг назад.

Осознав это, она отступила ещё на несколько шагов, пока, наконец, не смогла избежать влияния магии, когда количество шагов дошло до 5.

「......Ты сошла с ума?」

Внешний вид Клайры, когда она говорила это Мирославе, был довольно запутанным.

В её белоснежных волосах были чёрные пятна, а обожжённая кожа болезненно вздулась.

Её одежда, зачарованная защитной магией, тлела, а в воздухе витал запах гари. Было ясно, что магия Мирославы пробила защиту Клайры.

Однако также было ясно, что нанесённый урон был незначительным--

「Нарочно заставить свою ману так взорваться...Чем это отличается от самоубийства?」

Мирослава использовала технику, которая высвобождает ману, хранящуюся в её теле. Само по себе это не является чем-то редким. Это похоже на действие Климта, которым он избавился от духа земли Лунамарии некоторое время назад.

Однако юноша с Острова Демонов правильно отрегулировал свою силу. Он позаботился о том, чтобы не травмировать себя и не создать себе проблем в последующей борьбе. Он выпустил минимально возможное количество маны (свой кей), чтобы освободиться от уз духа земли.

Между тем, Мирослава совершенно не заботилась о регулировке своей силы. Её не волновало, что она может получить травму от отдачи. Её не волновало, что после этого она больше не сможет сражаться. Она даже использовала магические камни, чтобы намеренно заставить свою ману выйти из-под контроля.

Вместо『Разряда』, она скорее использовала『Перегружение Маной』--вот почему Клайра назвала действия Мирославы самоубийственными.

「......Это потому, что...я думала...ты противник...против которого...нужно сделать это...」

Внешний вид Мирославы, когда она говорила отрывисто, был настолько плох, что его вообще нельзя было сравнить с внешним видом Клайры.

Её одежда была сожжена до неузнаваемости, а следы от ожогов на её коже стали белыми, выйдя за пределы красного цвета. Состояние было тяжёлым.

Рыжие волосы Мирославы также стали чёрными, и от рыжеволосой волшебницы не осталось и намёка на вид который был перед заклинанием.

Это было безрассудное последнее средство, объединившее её ману и магические камни; козырь, не считающийся даже с её собственной жизнью.

--Даже когда она зашла так далеко, ей удалось лишь нанести Клайре лёгкие ожоги.

Правда, ей удалось выиграть немного времени, но этого было бы недостаточно, чтобы Сиель и Сузуме смогли сбежать. Враги скоро заберут её голову, а затем отправятся за теми двумя, что вошли в особняк.

Несмотря на то, что хозяин доверил ей следить за домом, она оказалась в таком жалком положении.

Она даже ещё не выполнила задание по улучшению противоядия.

「......Простите, мастер......」

Она извинилась перед своим хозяином, которого сейчас здесь нет, за то, что собирается умереть, не искупив свои грехи и не показав ему свою преданность.

Когда Клайра собиралась что-то сказать, стоя перед Мирославой...

「--Старшая сестрёнка!」

Климт вбежал в помещение резиденции с паническим голосом. Вероятно, у него возникло плохое предчувствие, когда он почувствовал взрыв маны, произошедший не от его сестры.

Затем Климт увидел место происшествия и в одно мгновение понял, что произошло.

「Ты! Ты ранила мою сестру!!!」

Климт в ярости посмотрел на избитую Мирославу. Затем он обратил этот гнев прямо в действие.

「Синсо рейки--」

Даже если он просто оставит Мирославу в таком состоянии, она обязательно умрет--Он это знал.

Ожоги его сестры заживут через несколько дней, даже если ничего не делать--Он знал.

Однако.

Ему было всё равно, если не придётся ничего делать. Его не волновало, что это незначительная травма.

Он своими руками убьёт тех, кто причинил боль его сестре--Будь то люди, монстры или демонические боги.

Именно это Климт поклялся сделать.

Высоко подняв длинный багровый меч, появившийся в его руке, Климт закричал, намереваясь убить-

「--Сожги всё, Курикара!」

В этот момент из Ишки в небо поднялось пламя.

◆◆◆

「Климт, остановись!」

Клайра повысила голос, чтобы остановить своего брата, который проявил своё синсо.

Однако её голос не достиг его ушей, так как Климт был в ярости от того, что сестра пострадала.

Понимая это, Клайра вытянула правую руку.

Экипировка души Климта, священный огненный меч. Одно движение - и не только Мирослава, но и сбежавшая в резиденцию зверолюдка и киджин сгорят в пепел.

И это ещё не всё. Особняк Соры, дома, выстроившиеся по другую сторону стены, и люди в них тоже будут сожжены, а в конце концов, возможно, даже стены Ишки будут рассечены.

Возможно, это делается для убийства киджинов, но они не могут оставить после себя столько разрушений.

「Синсо рейки--」

Экипировка души Клайры появилась в её руке.

Если у Климта это был длинный малиновый меч, то у Клайры - длинный меч нефритового цвета.

Сжимая свой прозрачный меч изумрудного цвета, Клайра собиралась произнести слова, чтобы достать его.

Однако, кто-то двигался быстрее Клайры.

--*Хвать*

Массивная рука Гозу схватила Климта за запястье, когда он собирался обрушить своё синсо.

Климт с яростью смотрел на своего начальника, когда тот встал у него на пути. Если бы Гозу был слабаком, то от одного этого взгляда Гозу, наверное, потерял бы сознание. Однако Гозу принял его гнев, не дрогнув.

「Отпусти меня, Шиба!」

「Успокойся」

「Я спокоен!」

「Посмотри на свою сестру」

「......Что?」

Климт в панике посмотрел на свою сестру, услышав слова Гозу. Затем он скривил губы, увидев, что в руках его сестра держала синсо.

Почему она достала своё синсо? Он быстро понял причину.

「......Я прошу прощения, Шиба. Теперь я действительно успокоился」

「Хорошо」

Услышав покорный ответ Климта, произнесённый несколько низким голосом, Гозу отпустил его запястье.

Получив несколько синяков в форме пальцев на запястье, он мысленно проклял Гозу.

Причина, по которой он не сделал этого вслух, заключалась в том, что он понимал доброту Гозу, остановившего его только что.

Хотя это было подчинение киджина, если бы он стал убивать граждан других стран с помощью своей экипировки души только потому, что его сестра пострадала, и семья его господина Мицуруги, и семья Берч, которая является его родной семьёй, не будут молчать.

После возвращения на остров его непременно постигнет суровое наказание. Вполне вероятно, что и Клайра будет наказана за то, что не остановила своего младшего брата от разгула.

Поскольку Гозу лично остановил его только что, он, по сути, говорит, что не будет обращать внимания на безрассудное поведение, если Климт остановится здесь.

Клайра быстро вышла вперёд после того, как поняла то же самое, что и его брат. Затем она опустила голову перед Гозу.

「Шиба, я хотела бы выразить свою благодарность」

「В этом нет необходимости. Более того, подготовь свою экипировку души」

「Да, сэр, немедленно--Что?」

Клайра издала ошеломлённый голос и инстинктивно моргнула, собираясь убрать своё синсо.

В данный момент Гозу сказал подготовить снаряжение души, а не убирать его.

Климт, вероятно, думал о том же, так как выглядел растерянным.

Не зная, не ослышалась ли она, Клайра перепроверила приказ Гозу.

「......Шиба, ты сказал подготовить нашу экипировку души?」

「Да」

Гозу не смотрел на неё, когда отвечал. Не смотрел он и на Климта. Впрочем, он не смотрел и на упавшего мага.

Крепкий воин смотрел на небо в южном направлении.

А потом.

「----Идёт」

Он произнёс эти слова.

И тут, словно под влиянием этих слов, небо Ишки расколол рёв крылатого зверя.

Услышав это, братья Берч быстро повернулись и посмотрели на небо в том направлении.

В поле зрения троицы оказалась фигура виверна, приближавшаяся с яростной скоростью.

Её чешуя была ярко-синего цвета.

Виверна индиго энергично хлопала крыльями, пролетая по небу Ишки.

В этот момент солнце было скрыто от взгляда Клайры.

Драконоподобное лишь на мгновение закрыло солнечный свет, но за этот момент Клайра успела заметить, что со спины зверя спрыгнула какая-то фигура.

Виверна летела над массивными стенами Ишки в точке, расположенной даже выше, чем смотровой шпиль. Человек спрыгнувший с такой высоты не может остаться в целости и сохранности.

Исключением может быть только практикующие стиля призрачного клинка, использующие кей.

Клайра смогла бы приземлиться без проблем. То же самое относится и к Климту, и к Гозу.

И фигура, упавшая с неба, тоже, ведь он был одним из тех, кто в прошлом стоял рядом с ними.

*Кось*

Звук приземления был очень лёгким, несмотря на прыжок с неба. Это указывает на то, что человек перед ними использует кей на высоком уровне.

Юноша, приземлившийся между рухнувшим магом и группой Клайры из трёх человек, был черноволосым, с чёрными глазами.

Лицо, которое она запомнила.

Оно выглядело намного жёстче и острее, чем у Соры пять лет назад, который всегда ходил с опущенной головой, но некоторые следы его прежних черт всё ещё оставались.

「......Господин Сора」

Это не был громкий голос, но и не настолько тихий, чтобы слиться с воздухом.

Голос Клайры был определённо слышен, но Сора не ответил.

Посмотрев на троицу, он повернулся и подошёл к лежащей на земле Мирославе.

「Ма...ст......」

「Не стоит разговаривать」

Остановив Мирославу на середине попытки сказать что-либо дрожащим голосом, Сора внезапно закатил рукав и зажал рот рукой--

「......*укус*」

На одном дыхании он откусил.

Выплюнув изо рта небольшой кусок плоти, он глотнул кровь, которая вытекала из раны. Затем он поднял Мирославу на руки и прильнул своими окровавленными губами к её губам.

--Вскоре после этого горло волшебницы начало двигаться вверх и вниз с глотательными звуками.

Когда их губы оторвались друг от друга, их рты окрасились в ярко-красный цвет от крови.

「Мастер, враг охотится за Сузуме...Она сейчас внутри с Сиель...」

Мирослава говорил голосом, который был намного чище, чем раньше.

Сора кивнул, а затем вытер свой рот рукавом, а рот Мирославы - носовым платком, который достал из кармана.

Затем, с несколько нежным выражением лица, он сказал ей.

「Молодец, что защитила этих двоих, спасибо тебе」

「......Я не заслуживаю этих слов......」

Голос Мирославы дрожал. Было ли это из-за боли? Или от радости?

Задумавшись, она плотно закрыла глаза. Она сделала это, чтобы подавить переполнявшие её эмоции.

Затем Миро рассказала ему о незваных гостях.

「Пожалуйста, будьте осторожны. Они......」

Сильные. Когда Мирослава собиралась сказать это, Сора прервала её и спокойным голосом развеяла беспокойства.

「Всё в порядке. Более того, я веду сюда Ирию и её мать. Они скоро тебя вылечат, так что потерпи еще немного」

「......Хорошо. Пожалуйста, останьтесь в живых」

После того, как Сора кивнул в ответ, он бросил верхнюю одежду, которую носил как ветровку, на землю, а затем положил на неё Мирославу.

И медленно встал.

До слуха присутствующих донёсся отчетливый звук, с которым он отстегнул чёрный меч от пояса.

◆◆◆

「Пожалуйста, подождите, молодой господин. Сначала я хочу поговорить」

「Поговорить?」

В этом водовороте кипящей вражды и духа битвы именно Гозу первым начал разговор.

В ответ Сора скривил губы, как будто услышал шутку.

「О чём тут говорить, если ты ворвался в мой дом, пока меня не было, и ранил моих спутников?」

「Ваш гнев оправдан. Однако всё это было неизбежно ради убийства киджина」

「Значит, чтобы уничтожить одну молодую девочку-киджина, которая совсем не умеет сражаться, ты не мог обойтись без использования синсо? И это даже при условии, что вас трое,целых три воина из Флагов Зелёного Леса?」

Сора посмотрел на Гозу с Берчами и фыркнул.

Климт в гневе хотел сделать шаг вперёд, но его движение сдержала Клайра.

Что касается Гозу, то он глубокомысленно нахмурил брови, услышав слова Соры.

Это было не потому, что он обиделся, как Климт. Это было выражение, сформированное глубокой болью, которую он почувствовал от части слов Соры, которую не мог пропустить.

「...Звучит так, будто вы защищаете киджина добровольно」

Он слышал от Лиделль, что киджин находится под защитой Соры.

Однако Гозу не верил в это. Он думал, что даже если это правда, Сора может не знать, что другая личность - киджин. Она могла изменить своё лицо с помощью магии, какого-нибудь предмета или чего-то ещё.

Однако, прислушавшись к его словам сейчас, стало ясно, что он знаел. Для Гозу это было немалым шоком.

Поскольку Сора не прошёл церемонию испытания, то не ведает, каково в демонических вратах или правду 300-летней давности. В каком-то смысле, естественно, что он не знает, каковы на самом деле киджины. Однако, даже если это так--

「Молодой господин. Разве вы забыли принцип семьи Мицуруги - истреблять демонов и запечатывать их богов?」

「Я помню, но не намерен подчиняться」

「Молодой господин!」

「Почему изгнанный должен следовать принципам своей семьи? Прежде всего, ты не подчиняешься главе семьи, называя меня «молодой господин». Кто ты такой, чтобы читать мне нотации?」

「Кх... это...」

Гозу потерял дар речи от указок Соры.

Затем черноволосый юноша заговорил в явно легкомысленной манере.

「Я больше не Мицуруги, а ты больше не мой наставник. Не обращайся ко мне так, как тебе заблагорассудится, Гозу Цима. Ты перестал называть меня молодым господином пять лет назад, когда меня прогнали с острова」

「......Молодой господин」

「Это я убил того монаха, который занимал 9-е место в 4-м флаге. Я - великий грешник, который пошёл против твоего ой-как-важного мастера. Теперь нам не нужно больше разговаривать, верно? Следи за тем, что делает этот слабак, и быстро доставай свою экипировку души」

Само собой разумеется, Сора посмотрел на Климта, когда сказал это.

Когда его назвали слабаком, выражение лица Климта испортилось, и он выплюнул.

「Не говори со мной так, сам даже не прошёл церемонию испытания, Сора」

「Несмотря на то, что ты завершил церемонию, похоже, тебе всё ещё приходится цепляться за свою сестру. Наверняка именно ей пришлось остановить тебя, когда ты впал в ярость, увидев её раны, верно?」

Сора не видел, что произошло раньше. Однако со спины крылатого зверя он заметил взрыв белой магии и столб пламени, ударивший в небо. Он также знает о синсо брата и сестры Берчей и их личностях.

Благодаря этому он смог легко догадаться, что произошло.

--Точнее говоря, его остановил Гозу, а не Клайра, но верно и то, что она вытащила своё синсо, останавливая брата.

*Тц*, прищёлкнув языком, Климт пристально посмотрел на Сору и обратился к Гозу.

「Шиба. Этот парень признался, что это он убил того монаха. Теперь я могу его зарубить, а?」

「....Даже если от него отреклись, в нём всё ещё течёт кровь главной семьи. Мы должны посоветоваться с хозяином, если хотим убить Сору. Просто усмири」

「Как хлопотно...ну, неважно. Мне понадобится всего несколько секунд, чтобы справиться с этим слабачком」

Сказав это, Климт начал приближаться к Соре с пламенным мечом в руке.

Позади него раздался голос Клайры.

「Климт, не теряй бдительности. Если он тот, кто убил Сэра Джиджинбоу, то он точно обзавёлся экипировкой души」

「Всё в порядке, старшая сестра--Вот и всё, Сора. С тобой буду разбираться я. Не волнуйся, я буду нежен и дам тебе немного времени. Давай, доставай синсо」

Климт говорил, подразумевая 'если достаточной смелый'.

--Не то чтобы он сомневался в своей сестре, когда та сказала, что «Сора получил экипировку души».

Даже Климт - воин школы стиля призрачного клинка. Он чувствует, что кей, исходящая от Соры, стала намного интенсивнее, чем пять лет назад. Как и сказала его сестра, Сора, несомненно, постиг внутренние тайны стиля призрачного клинка--В этом не было сомнений.

Однако это не значит, что он согласен с необходимостью быть осторожным.

Именно из-за мысли что Сора просто блефует.

Даже если этот изгнанный парень и приобрёл экипировку души, то только за последние несколько месяцев или несколько лет. У Климта и Клайры она была более пяти лет, а Гозу пользуется своей уже почти 20. Это разница в опыте.

Даже если у Сора есть шанс в схватке раз-на-раз, шансов в битве 1x3 у него не будет.

Сора определённо знает это. Вот почему он намеренно не достает свою экипировку души.

Если он прячет своё синсо, они не увидят, насколько он в действительности силён. Причина, по которой он активно провоцирует их, заключается в желании, чтобы они думали следующим образом.

--«Что-то не так с его беззаботностью. Насколько же мощным является его синсо».

Это откровенный блеф в попытках напугать их.

Вот почему Климт сказал ему попытаться вытащить, если конечно же он осмелится.

Он не станет этого делать. Он сохранит свою беззаботность и продолжит делать то же самое--Климт был в этом уверен.

Как некрасиво, подумал он.

Сора пятилетней давности определённо был слабаком. Он продолжал бесполезно работать и бесполезно бороться. Однако Климт никогда не думал, что он опустится так низко.

С выражением отвращения на лице Климт взмахнул мечом, Курикарой, один раз.

Наблюдая за тем, как пламя экипировки души вычерчивает в воздухе дугу красного цвета, Климт принял решение.

Ему больше нет нужды соглашаться с глупостями Соры. Когда-то они были ровесниками, поэтому он не может больше терпеть его позорное поведение. Он покончит с этим, отрубив ведущую руку Соры.

Когда Курикара режет человека, его раны будут запечатаны пламенем, так что особого кровотечения не будет. Возможно, он не нарушит приказ Гозу оставить Сору в живых.

--Такие мысли посещали Климта.

Сора подал признаки движения перед ним. Он вонзил свой чёрный меч в землю, а затем вытянул правую руку.

А затем--

「Синсо рейки」

「......Чо?」

Климт инстинктивно издал удивленный голос, услышав слова, вылетевшие из уст Соры.

Это было неожиданно, что он и вправду вытащит её.

И в следующее мгновение--

「Уххх?!」

Климт застонал, почувствовав сильное давление, которое сдавило всё его тело.

И не только он. Клайра и Гозу тоже издали похожий звук.

Это был чёрный меч с красным лезвием. Этот новый клинок, появившийся в руке Соры, оказывал давление способное заставить стонать трёх воинов из Флагов Зелёного Леса.

Его удивление тут же сменилось настороженностью.

Климт быстро встал в стойку стиля фантомного клинка. Он заметил, что уже оставил все мысли, которые были у него ещё несколько секунд назад.

В ответ на это Сора заговорил с ним тихим голосом, сжимая чёрное синсо.

「Не стоит расслабляться. Ты не должен нападать на меня в одиночку. Вы трое, навались разом」

Это была реакция на то, что Климт сказал ранее.

В ответ на его безразличный тон, который словно говорил ему: «У тебя нет шансов в одиночку», Климт бросил на него сердитый взгляд.

「Заткнись. Будь благодарен, что я вообще готов встрече с тобой лицом к лицу. Я сокрушу твою гордость」

「Что, правда что ли?」

После небольшого кивка, выражение лица Соры полностью изменилось.

Ужасно холодным голосом он заявил.

「Ладно, ты можешь умереть первым----Сожри, Пожиратель Душ」

В тот момент, когда он выхватил меч, полыхнула чёрная вспышка.

В саду особняка, залитом летним солнечным светом, на мгновение опустилась ночь. Из-за силы Пожирателя Душ даже огонь Курикары не мог осветить тьму.

Климт неизбежно дал слабину, когда его лишили зрения.

Направившись прямо на него, Сора поднял своё синсо и прыгнул вверх.

Климт Берч отреагировал на диагональный удар, направленный ему в плечо, как и следовало ожидать.

Он тут же поднял свой пламенный меч, чтобы блокировать чёрный клинок Соры. Если бы Сора использовал меч, который он обычно носил у пояса, то тот бы точно расплавился в одно мгновение.

Однако сейчас Сора использовал меч, похожий на дракона-богоубийцу. Вместо того чтобы расплавится, он пожирал пламя своего противника.

「Что?!」

Климт издал шокированный голос, увидев это.

Помимо того, что он был застигнут врасплох, Климт находился в невыгодной позе. В схватке между пользователями синсо, после поражения нет пути назад.

Лишь на мгновение он потерял равновесие.

「*Шаа*!!!」

「Кх--Кхаа?!」

Удар, в который Сора вложил силу всего своего тела, отбил меч Климта и одним махом рассёк его от плеча до пояса.

Почувствовав определенный отклик клинка, Сора отдёрнул меч и провёл следующую атаку.

Он сфокусировал кей в левой ноге и повернул тело так, чтобы оно стало осью. Каменная мостовая под его ногой треснула, словно закричала, и в воздухе поплыл запах гари.

Затем он сфокусировал кей на правой ноге. Он нацелился на грудь Климта, защита которого теперь была сломана, и вложил весь вес тела в правую ногу, нанося круговой удар.

「--!!!」

Тело Климта взлетело в воздух без всякого сопротивления.

Даже не успев закричать, его кровь разлетелась повсюду.

Врезавшись в каменную мостовую, он несколько раз подпрыгнул, как мяч, и начал катиться сильно ускорившись.

Когда он наконец прекратил движение, его тело оказалось по другую сторону ворот--за пределами резиденции Соры.

Сразу после того, как он пнул Климта за ворота, Сора издал стон.

Это было не потому, что ему было больно. Совсем наоборот. В тот момент его голос сорвался, так как душа Климта, влившаяся через Пожирателя Душ, была слишком огромной.

После небольшой паузы по его телу разлилось ощущение внутреннего обновления. Его уровень поднялся с『9』до『10』.

Поскольку Климт всё ещё дышал, он не получил несколько уровней, как во время победы над Джиджинбоу, но определённо забрал значительную часть его души. Кроме того, по ощущениям, которые почувствовал, при порезе, Сора был уверен, что вывел Климта из строя.

「Климт!!!」

Крик Клайры, которая совершенно побледнела, раздался эхом.

Она не стала бросаться на брата, оставляя спину открытой, но если говорить об уязвимости, то она стала таковой, когда отвела глаза от Соры.

Сора не упустил момент. Он положил своё синсо на землю перед собой, а затем сложил одну руку крестом над другой. Ладонь правой руки была обращена к Гозу, ладонь левой - к Клайре.

А затем--

『Дай моему врагу объятия смерти--Пламенная Принцесса!』

Он высвободил всю ману, которую был способен, в самом сильном заклинании своего арсенала.

Три из правой руки, три из левой- Огненные руки-щупальца, толстые как брёвна, бросились на Гозу и Клайру. Их скорость и разрушительная сила были несравнимы с тем, когда он использовал это заклинание против василиска в прошлом.

「Чт-?!」

「Хм」

Реакция двух людей, увидевших магию Соры, была совершенно разной.

Клайра в изумлении отпрыгнула назад, а Гозу лишь слегка приподнял бровь и ждал заклинания, не двигаясь ни на шаг.

Через несколько секунд на улицах Ишки раздался пронзительный взрыв.

Гозу принял на себя удар всех трёх рук, продолжая стоять прямо. От удара каменная мостовая треснула и разлетелась вдребезги, образовав сильное облако пыли.

Тем временем Клайра, отпрыгнув назад, избавилась от удивления и сосредоточилась на приближающихся огненных руках. Затем она направила длинный меч нефритового цвета который держала в своей руке прямо на них.

Сразу после этого её чистый голос потряс воздух вокруг.

「--Пожалуйста, явись, Кусанаги!」

В этот момент меч Клайры поднял ветер.

От него исходило тираническое давление воздуха, которое, казалось, сносило всё на своем пути. Это давление легко остановило огненные руки приближавшиеся к ней и заставило их рассеяться.

Магия, потерявшая цель, с силой врезалась в каменную мостовую, подбрасывая в воздух куски камней и песка. Но даже их в мгновение ока унесло ветром, который создала Кусанаги.

Если снаряжение души Климта - священный меч пламени, то снаряжение Клайры - священный меч ветра. Если она захочет, то, наверное, сможет сесть где-нибудь и создать торнадо, чтобы уничтожить половину Ишки.

Сора знал об этом. И есть ещё одна вещь, о которой он знает.

「Господин Сора. Готовьтесь」

Не мигая, Клайра уставилась на Сору своими кроваво-красными глазами.

Гнев, вызванный тем, что её брат был убит, нельзя было уловить по её чертам, напоминающим маску.

Однако, глядя на её грохочущее синсо, было ясно, что внутри она в ярости.

Она заботится о нём так же, как он о ней, или даже больше. Если бы Сора убил Климта, то весь его дом, несомненно, разлетелся бы на куски, и от него не осталось бы и следа.

Под её спокойным характером скрывается свирепость, превосходящая темперамент её брата. Именно такой личностью является Клайра Берч.

--Так что этим легко воспользоваться.

Подобрав экипировку души, которую он воткнул в землю, Сора сказал с издёвкой.

「Это моя фраза. Не увлекайся своим необоснованным недовольством」

「Есть причина, по которой мы должны убить киджина」

「Если это так, иди и умри, следуя этой причине. Твой брат, валяющийся позади тебя в неприглядном виде, может сделать то же самое」

「--Понимаю. Больше нет смысла говорить. Давайте уладим это с помощью клинков」

「Это я и хотел услышать」

Затем чёрный клинок Соры нарастил свою ману, словно завыл. От этого вихря маны Клайра почувствовала парализующее давление, как будто перед ней был маленький дракон.

--Подумать только, он может быть настолько силён.

Мысленно пробормотала Клайра.

Она ни в коем случае не собиралась относиться к Соре легкомысленно. Однако, поскольку она знала, каким он был в прошлом, она не могла перестать видеть перед собой юношу пятилетней давности. Клайра не могла отделаться от воспоминаний о Соре Мицуруги, который был ошеломлён после неудачи на церемонии испытания.

Два совершенно разных Сора. Чувство дискомфорта, которое она испытывает из-за этого, превратилось в маленькую ниточку, сковывающую её конечности даже сейчас.

Возможно, он обменялся словами с Гозу, чтобы таким образом сбить их с толку? Может быть, он объявил троице, что он, несомненно, Мицуруги Сора?

Сора держал своё синсо над головой. Багровый клинок, высоко поднятый над головой, отражал солнечный свет и был окрашен в цвет свежей крови.

Клайра слегка прищурила глаза, вглядываясь в этот свет, а затем осторожно поднялась на ноги.

Поскольку между ними было некоторое расстояние, он не мог достать её, просто взмахнув мечом вниз. Сора, вероятно, собирался использовать «Порыв Ветра»- дистанционную режущую атаку, подумала она.

Несмотря на то, что «Порыв Ветра» это базовая техника кей, она не может ослабить бдительность. Когда Климт нанёс удар, Сора, безусловно, аннулировала силу синсо её брата. Опасно принимать искусства Соры в лоб.

Само собой разумеется, было бы плохой идеей сцепиться с ним на мечах.

Сначала она использует ветер Кусанаги, чтобы отразить атаку Соры. Затем она попытается оценить силу своего противника--В тот момент, когда она решила это сделать, Клайру охватило чувство дискомфорта.

Она почувствовала сдвиг. Сдвиг в том, куда смотрит Сора.

Он смотрел не на Клайру, а на кого-то, кто стоял позади неё--

「!!!--Климт!」

Услышав это, рот Соры превратился в полумесяц.

В данный момент Клайра стоит между Сорой и Климтом. Она оказалась в таком положении прежде чем поняла--Нет, Сора сделал так, чтобы они оказались в таком положении. Магия, которую он использовал перед этим, была стратегическим подготовительным ходом.

Если Клайра избежит атаки, она попадет в Климта, который лежит на земле.

Смотря на экипировку души, яростно бушующую в его руке, эта атака будет смертельной для Климта.

Она могла только принять это на себя, чтобы защитить брата.

Осознав это, она закусила губу от разочарования.

Клайра Берч была загнана в угол. Было ли это совпадением? Не может быть. Однако если это не так, то насколько все это было спланировано? С каких пор она начала танцевать на ладони своего противника?

Если даже тот факт, что Климт ещё живой, был стратегическим ходом, чтобы атака Соры попала в неё...

Ужас превратился в холодок, пробежавший по позвоночнику Клайры.

Сразу после этого резкий голос пронзил её ухо, как игла.

「Золотое поколение, давай посмотрим как ты остановишь это」

Вместе с этими словами в неё полетела косая атака, которую она не могла видеть.

Клайра решительно приготовила своё синсо.

В её голове активно звенела тревога. Инстинкт, почувствовавший истинную силу Соры, отчаянно приказывал ей бежать.

Усилием воли она подавила эти крики подсознания.

Если она убежит с места, где находится, атака Соры ударит по её брату лежащему позади. Она должна как-то остановить это. В худшем случае, она использует себя как щит для брата--Клайра была готова даже к этому.

Если Сора хочет, чтобы она сделала именно это, у неё не было другого выбора.

--В этот момент перед ней появилась фигура, похожая на гору.

Его умелые движения создавали впечатление телепортации. Несмотря на то, что он только что получил прямой удар от магии огня Соры, не только на его теле, но даже на одежде не было ни единого следа ожога.

От движений до защиты, мастерство его продвинутых техник кей намного превосходит учеников стиля призрачного клинка.

Свирепый воин, коронованный трижды в первом Флаге Зелёного Леса, элитного подразделения, находящегося под непосредственным командованием главы семьи.

『81』уровень--Гозу Цима встал перед Сорой, преграждая ему путь.

「--Синсо рейки」

Низкий и тяжёлый голос прозвучал из уст Гозу.

В ответ на это появился обычный на вид меч.

В нем не было никаких особых свойств, таких как пламя Курикары или ветер Кусанаги, но, несмотря на это, он также не испускал бездонного пугающего давления, как Пожиратель Душ.

Единственная его особенность - это нитка бус, обвивающая гарду меча. Это и есть экипировка души Гозу Цимы.

Тем не менее, не внешний вид определяет силу синсо.

Словно желая доказать это, Гозу вытащил своё синсо на свет.

「Подави, Юзумару」

Гозу выхватил свой меч в то же время, когда Сора выпустил летящий порез.

«Порыв Ветра» Соры был мощной атакой, которая объединила силу его экипировки души и кей. Его разрушительная сила не сравнится с мощью «Порыва Ветра» других пользователей синсо.

Он не случайно пробил магию 8-й сферы и победил Джиджинбоу в столице, Хорусе.

Именно потому, что Клайра поняла это, она готова была отдать свою жизнь, чтобы защититься от этой атаки.

Даже Гозу не остался бы невредим, попади он под прямой удар--Или так должно было быть.

Однако якобы мощная вспышка не достигла тела Гозу и рассеялась.

Как лёгкий весенний снегопад, порыв, выпущенный Сорой, растаял в воздухе без единого звука.

Убедившись в этом, Гозу безразличным тоном обратился к стоявшей позади него Клайре.

「Дальше я сам. Иди, помоги Климту」

「......Поняла, Шиба」

Клайра собиралась что-то сказать, но тут же проглотила эти слова и опустила голову.

Бросив взгляд на Сору, она развернулась и направилась за ворота.

Таким образом, Гозу и Сора столкнулись лицом к лицу.

◆◆◆

「Та атака, которой вы нас приветствовали, была великолепной, молодой господин--нет, Господин Сора」

「Но, видя, как ты с лёгкостью отменили её, я могу расценить это только как сарказм или насмешку, Гозу--нет, Господин Цима」

Гозу замолчал, как будто не зная, что сказать, когда Сора вторил его словам.

Он смотрел на внешность Соры, не ослабляя бдительности.

Сора прекрасно осведомлён об синсо своего бывшего наставника. Экипировка души Гозу, Юзумару, обладает способностью «отменять» способности синсо противника--другими словами, обнулять.

То, что произошло с атакой Соры только что, было вызвано тем, что сила Юзумару подавила Пожирателя Душ.

Конечно, нельзя сказать, что Юзумару обладает всемогущей силой, способной отменить всё. Его сила не будет действовать на противников, которые сильнее чем сам пользователь Юзумару.

Однако Гозу, который является одним из четырёх министров семьи Мицуруги, обладает силой, соперничающей с другими людьми из восьми флагов, относящимися к классу капитанов. Есть лишь несколько человек, которые могут свободно использовать своё синсо, когда Гозу является их противником.

Даже Сора не является исключением. Когда Юзумару отменил его возможности, разница силы между ними стала очевидной. Поэтому он недоумевал, почему в такой ситуации его атака была названа «великолепной» и вызвала у него радость.

Гозу с серьёзным выражением лица повторил свои слова, обращаясь к Соре, которого посещали подобные мысли.

「У меня не было такого намерения. Это был удар, преисполненный силы и достоинства. Я действительно впечатлён тем, что всего за 5 лет вы смогли достичь уровня, который не идет ни в какое сравнение с верхними местами Восьми Флагов Зелёного Леса」

Сказав это, Гозу слегка нахмурил брови.

「Вот почему я должен это сказать. Сора, зачем вам использовать грязные трюки, если имеете столько силы? Нынешний Сора Мицуруги мог честно победить брата и сестру Берч, поэтому я не думал, что вы используете заложника пытаясь застать её врасплох」

「И что?」

Сора категорически отверг честный совет Гозу.

Он не знает, как это выглядит с точки зрения стороннего наблюдателя, но для него битва до сих пор была хождением по тонкому льду.

Его противниками были его бывший наставник и два человека из золотого поколения. Учитывая разницу в силе, у него не было никаких шансов в схватке 1х3. Поэтому ему пришлось перейти к поединкам раз-на-раз.

В то же время, он должен был создать ситуацию, при которой дое других не смогли бы напасть на Сузуме, пока он сражается с одним из них.

Стратегия, которую он использовал, была наиболее подходящей для достижения этой цели. Он ни о чём не жалел и не испытывал никаких мук совести.

Единственное, что его беспокоило с самого начала, это Гозу.

Это потому, что Гозу, вероятно, увидит его возможности в тот момент, когда Сора достанет свою экипировку души. Он также должен понимать, что есть шанс проиграть брату и сестре Берч. Вероятность того, что Гозу начнёт действовать с самого начала, была не мала.

Однако Сора знал о характере своего бывшего наставника. Даже если он увидит, что Берчи в невыгодном положении, он предпочтёт некоторое время понаблюдать со стороны, потому что считает, что «знать поражение - это тоже то, что нужно сильному».

Именно поэтому результат оказался именно таким, как Сора ожидал. На данный момент его не волнует, что скажет Гозу.

Видя, как бесстрастен Сора, Гозу почувствовал горечь внутри.

Вспомнив их разговор до этого момента, он понял, что ни одно из его слов не дошло до Соры.

Он никогда не чувствовал себя настолько отдалённым от этого юноши, когда они были на Острове Демонов. Это не давало Гозу покоя.

Возможно, Сора был зол, что киджин, которую он защищает, и другие его спутники пострадали.

Однако беспокойство, которое Гозу испытывал из-за поведения Соры, не было вызвано временными эмоциями. Это было глубже, часть его человеческой природы изменилась--Вот что чувствовал Гозу.

Что-то, что было у Соры в прошлом, но не у Соры в настоящем.

Что-то, что чувствовал Сора в прошлом, но не чувствует Сора настоящий.

Но что это?

Гозу медленно открыл рот.

「--Господин Сора, вы определённо стали сильным. Настолько сильным, что вас нельзя сравнить с вами пятилетней давности. Но в то же время, вы потеряли что-то важное, что было у вас раньше」

「Хмпф. И что бы это могло быть?」

「Желание защищать свою страну и её граждан. Другими словами, гордость защищать и спасать」

「............」

「Меч без гордости заставит вас упасть в пустую дыру. И мастер Мицуруги, и Леди Cидзуя не хотели бы, чтобы вы потерялись в этой тьме. Так что, пожалуйста--」

「Заткнись」

Он говорил к Гозу голосом, который холоднее, чем вода из колодца зимой.

Его глаза, тёмные как ночь, смотрели на Гозу пронзительным взглядом.

「Прошло пять лет с тех пор, как меня прогнали с острова. Я ползком добрался до места, где нахожусь сейчас. Правда, я не стал тем, кем хотел стать. Моя мать может быть разочарована во мне. Однако вы, ребята, не в том положении, чтобы говорить мне об этом. Вы все отказались от меня пять лет назад」

「Господин Сора. Как Шиба семьи Мицуруги и старший ученик школы стиля призрачного клинка, я обязан наказывать пользователей экипировки души, которые не следуют воле семьи Мицуруги. Если вы не собираетесь слушать...то ничего не поделаешь. Отныне я буду использовать не слова, а меч, чтобы остановить вас от заблуждения」

「Это как раз то, чего я хочу. Посмотрим, сможешь ли ты, Гозу Цима!」

Крикнул Сора. Словно отвечая на гнев своего пользователя, из его синсо поднялось чёрное пламя.

Две экипировки души с лязгом столкнулись.

Разлетающиеся искры яростно сверкали даже в солнечном свете, освещая лица двух мечников.

Бывшие наставник и протеже, стоявшие друг напротив друга на самом близком расстоянии, сражались с боевым духом, льющимся из их глаз.

「Хаааaa!!!」

「Ooooааа!!!」

Рёв Соры и Гозу эхом разнёсся по территории резиденции, а звук их непрерывной игры на мечах был настолько громким, что причинял боль.

Справа, слева, спереди, справа, финт справа, спереди, спереди.

Иногда это были удары с грубой силой, а иногда - неожиданные атаки с применением техник. Две экипировки души постоянно выпускали искры, сталкиваясь, словно боролись друг с другом, или, возможно, играли между собой.

В основном Сора вёл наступление.

Из-за оборудования души Гозу, Юзумару, сила Пожирателя Душ была запечатана. Однако это не значит, что сила самого Соры тоже.

Покрыв всё тело переполняющей его кей, Сора яростно наносил удары.

С другой стороны, Гозу сосредоточился на защите и наблюдении за движениями противника.

С точки зрения Гозу, в технике кей Соры действительно было много лишних движений, да и навыки владения мечом были явно неогранёнными.

Однако, как он и говорил ему ранее, атаки Соры также отличались поразительной силой и точностью. Обычные солдаты и авантюристы не смогли бы сравниться с ним.

Даже Гозу не может позволить себе быть беспечным. Сора - опасный враг, который может лишить его жизни, если он проявит хоть малейший излишек действий или нерешительность. Даже если до сих пор он легко справлялся со всеми его атаками, это не значит, что он не был осторожен.

--Кроме того, на его лице почему-то появилась естественная улыбка.

Гозу спросил себя, почему так.

И ответ пришёл к нему сразу же.

Это потому, что ему весело. Поединок на мечах с повзрослевшим Сорой--то, о чём он когда-то мечтал, но не мог осуществить, теперь стало реальностью. Он не мог сдержать своего счастья, когда эта мысль пришла ему в голову.

К тому же, когда они вот так скрещивали мечи, он заметил, что Сора стремительно взрослеет. Этот факт тоже радовал Гозу.

Сора, не прошедший церемонию испытания, не мог официально изучать стиль призрачного клинка. Он, конечно, изучал основы, но его возможности были ограничены.

Поскольку его техники кей и меча были самообразованием, естественно, что у них было много слабых мест и нерафинированных деталей.

Для Соры Гозу - это массивная стена, которую нужно преодолеть, но в то же время и труднодостижимая модель. Даже когда они пытаются убить друг друга, есть много вещей, которые юноша может вынести из боя с ним.

Защитные движения тела, работа ног и поток кей. Чем больше они обменивались ударами, тем больше оттачивались навыки Соры.

Сора раз за разом однобоко проводил одни и те же атаки, а Гозу время от времени концентрировался на защите. С точки зрения третьего лица могло показаться, что эти двое тренируются.

--Но Сора вовсе не пытался этого делать.

「......Тц」

Не сумев преодолеть защиту Гозу, похожую на огромную непоколебимую крепостную стену, Сора щёлкнул языком и отступил.

В этот момент Гозу мог бы действовать, если бы захотел. Но он не стал этого делать, потому что не хотел, чтобы бой закончился вот так просто.

Столкнувшись с Сорой, который оставил между ними некоторое расстояние, Гозу мысленно пробормотал про себя.

«Будет слишком большой потерей, если я сделаю так, что этот молодой человек больше никогда не сможет владеть мечом».

До сих пор у него были похожие мысли, и Гозу также должен был признать, что эти мысли исходили из его личных чувств.

Однако чувство сожаления, которое он испытывал сейчас, исходило из его положения Шибы семьи Мицуруги.

Он убедился в этом после того, как попробовал скрестить с ним мечи. Преграда, которая в прошлом блокировала рост Соры, полностью исчезла. Он всё ещё дилетант во многих отношениях, но Гозу может всё это исправить. Судя по тому, что Соре сейчас 18 лет, с этого момента он, вероятно, сможет вырасти ещё больше.

Кроме того, есть способности его синсо. Сила, способная победить брата и сестру Берч, но сейчас запечатанная Юзумару определённо будет полезна против монстров демонических врат. Возможно, она даже поможет им победить демонического бога.

Потеря этого таланта будет утратой для семьи Мицуруги, причём большой утратой. Он должен вернуть его на Остров Демонов, несмотря ни на что.

Однако Сора никогда не послушает его, сколько бы раз он ни пытался с ним поговорить. Это уже было доказано.

Даже если они решили дать слово своим мечам, будет ли Сора слушать его, если он просто победит, как и ожидалось?

Нет, подумал Гозу.

Сора обрёл силу и потерял свою гордость. Эта сила - его экипировка души. Если он просто победит, запечатав силу чужого синсо, Сора не признает поражения.

«Я бы победил, если бы мог использовать свою экипировку души»---Пока Сора так думает, он больше не пойдёт по правильному пути.

Чтобы исправить ситуацию, он должен сокрушительно победить синсо Соры.

Если он честно победит юношу, пока тот может использовать свою экипировку души, это покажет тому, что всегда есть кто-то лучше и избавит его от высокомерия, разъедающего его сердце--верил Гозу.

「Осознать аниму, управлять ею, а затем материализовать её во что-то большее. Это то, что мы называем экипировкой души--Это то, что я говорил тебе в прошлом, Сора」

「......Чего?」

Сора бросил на Гозу вопросительный взгляд из-за его неожиданных слов.

Гозу продолжил, не обращая внимания на реакцию оппонента.

「Я собирался рассказать вам больше, когда вы когда-нибудь научитесь делать это. Экипировка души - это только начало. Другими словами, не более чем вход. Я хотел сказать вам, чтобы вы не становились удовлетворены одним лишь достижением этого」

「......Только вход?」

「Да. В тот момент, когда вы получаете экипировку души, вы синхронизируетесь со своей анимой. То, как человек управляется своей анимой, зависит от конкретной личности, но в целом эта сила огромна. Она поднимает личность на высоту, которая превосходит всё, чего может достичь простой человек」

「......」

「Вы превращаете эту огромную силу в то, с чем вы можете управиться своими руками, и это и есть экипировка души. Но всё, что вы делаете, это просто превращаете силу, с которой вы не можете справиться, в то, с чем вы можете--Это принудительный метод, как бы вы его ни называли. Вот что я имел в виду, когда говорил, что синсо лишь вход. Те люди, которым удаётся открыть свою экипировку души, получают новую миссию, возложенную на них в тот момент, когда они становятся способными сделать это. Эта миссия заключается в том, чтобы преодолеть силу, присущую экипировке души, и раскрыть весь потенциал силы своей анимы」

Сказал Гозу.

Экипировка души - это как деревянный меч, который дают ребёнку, не умеющему обращаться с настоящим.

Пользователи синсо используют эти деревянные мечи, чтобы улучшить себя и научиться извлекать силу своей анимы.

И когда они, наконец, смогут использовать всю силу своей сущности, они обретут мощь, способную превзойти человеческие пределы и убить даже мифических существ. Вот что значит управлять силой, недоступной людям.

Затем Гозу сплёл несколько слов, словно произнося стих.

「Деликатность делает бесформенным. Бездушность - безграничным. Бесформенный, следовательно - бесконечный. Область, где можно превзойти людей и убить мифических существ, - вот что мы называем областью «пустоты» в стиле призрачного клинка」

「Пустота......」

「Сора. Ваше имя воплотило в себе желание госпожи Сидзуи. Это несомненно. И я верю, что мастер Мицуруги также вложил в вас своё желание. Он точно назвал вас Сора, потому что желает, чтобы сын, который родится в этом мире, однажды стал на один уровень со своим отцом」

「......」

「Вы, наверное, не поверите тому, что я сейчас говорю. Как я уже сказал, я покажу вам, как сокрущаю ваше высокомерие против вас во всеоружии. С этого момента я покажу вам область пустоты, суть стиля призрачного клинка...Приготовьтесь」

Гозу поднял Юзумару в руке высоко в небо.

Затем он сказал.

「Кусоу рейки」

В тот момент, когда прозвучал его голос, нитка бус, обвивавшая гарду его меча, разорвалась, рассыпав многочисленные бусины в небо.

В то же время Сора почувствовал, как будто невидимая рука схватила его сердце. Это давление, вызывающее иллюзию, искажало пространство вокруг.

Юзумару начал менять свою форму на глазах у Соры. Обычный на вид меч сокращался жутким образом, как амёба.

Как будто «нечто», запечатанное за Юзумару, вырывалось на свободу, Сора не мог этого не осознать.

Прямо сейчас на Ишку обрушивалась мифическая убийственная сила.

◆◆◆

В то же время, в глубине леса Титис.

«Оно» тихо дремало.

Подобно грому, смерчам, землетрясениям или извергающимся вулканам.

Это было явление, которое запускается при соблюдении всех условий мира. Мифическое бедствие, рожденноё из плоти и крови.

«Оно» проявлялось постепенно, начиная с нескольких месяцев назад.

Кол, препятствовавший его проявлению до сих пор, был вытащен, и нет никаких признаков того, что этот кол вернётся обратно. Поэтому сейчас невозможно остановить его проявление.

Пройдет еще немного времени, и оно полностью придёт в мир.

До тех пор оно намеревалось ещё немного понежиться.

Однако сегодня оно заметило неприятное присутствие.

Оно почувствовало, что рядом находится существо, способное убить его.

То, что «это» рождается при соблюдении условий мира, означает, что в этом смысле оно то же самое, что и природное явление. Однако в «этой штуке», имеющей плоть и кровь, есть инстинкт самозащиты, которого нет у природного явления.

Оно не может мириться с существованием того, что может его уничтожить.

«Оно» подняло голову.

Медленно, в форме серпа--оно подняло все 8 своих голов.

***

Анлейтер: Домен «пустота»(空) - читается как «куу», также используется та же буква, что и в имени «Sora»(空).

Клинок Юзумару, нет, не только клинок, но и гарда меча, и рукоять - всё начало лопаться бесчисленными пузырями.

Пузырьки железного цвета не рассыпались по земле, каждый из них прикрепился к телу Гозу, словно обладая собственной волей.

От макушки головы до пальцев ног, Гозу потребовалось лишь мгновение, чтобы всё его тело полностью окуталось ими

Гозу изначально был очень высоким человеком, а его конечности были крепкими, как у медведя.

Пузыри, окутывающие его массивное тело, быстро росли в объёме, делая тело Гозу ещё больше.

Через некоторое время они закончили расширяться и начали сжиматься.

Они не просто становились меньше, пузыри начали приобретать чёткую форму.

Они приобрели форму доспехов в восточном стиле, которые покрывали всё тело Гозу.

Это была не обычная броня. Зазоров, которые обычно должны быть в местах соединения доспехов, не было вообще.

Независимо от того, насколько хорошо сделаны доспехи, они должны иметь просветы, чтобы пользователь мог двигать шеей и конечностями. Если перчатки прилипают к налокотникам, то пользователь не сможет согнуть руки, а если поножи прилипают к ножной броне, то ему будет трудно даже ходить.

Однако в доспехах Гозу таких зазоров не было. Несмотря на то, что все части были плотно соединены, его движения ничуть не затруднялись.

Блестящие чёрные доспехи облепили всё его тело, а шлем в форме головы быка закрывал всё лицо, и теперь он мог защищаться от любых атак.

Конечно, это была не только его защита. Массивный Клинок Полумесяца Зелёного Дракона, который он держал в правой руке - это небесное оружие, инкрустированное семью звёздами.

Вместо закованного в броню солдата, он был похож на короля Быка, сошедшего в этот мир.

「--Сора」

Из лица быка раздался голос Гозу. От одного его голоса исходила подавляющая боевая аура, заставляя Сору стиснуть зубы, чтобы выдержать давление.

Из-за шлема глаза, нос, рот и уши Гозу сейчас были закрыты. Но Сора всё равно чувствовал взгляд Гозу, как будто ни одно из его пяти чувств не было затронуто.

「Вот так я выгляжу после достижения пустоты. А другое имя моей анимы, Юзумару, - король Бык. Он был одним из семи небесных существ, которые когда-то завоевали небесное царство. После поражения он переродился и вновь присягнул на верность небесному царству как бог боевых искусств быка. Скажем так, это анима похожая на меня, которая служила семье Мицуруги после того, как бросила вызов мастеру Мицуруги и проиграла」

Сказав это, Гозу вонзил алебарду, которая была у него в руке, в землю.

Поскольку казалось, что Гозу выпустил оружие из рук, Сора посмотрел на него с раздражением.

Ему показалось, что Гозу говорит, что даже не воспользуется своим оружием. И тут его догадка оказалась верной.

「С этого момента я буду сражаться с вами без оружия. Пожалуйста, не думайте, что я отлыниваю. Моя цель - вывести вас на чистую воду, поэтому я выбираю лучший способ сделать это」

「Делай, что хочешь」

「Правильно. И ещё кое-что, ваша экипировка души--Душарулета или как её там, теперь вы можете свободно использовать её силу. Так что идите на меня со всем, что можете использовать」

「......Что?」

「Способность подавления Юзумару изначально была создана для того, чтобы запечатать его собственную силу, которая слишком сильна. Он просто подавляет силу других синсо, когда находится в открытом состоянии. Я должен разорвать цепи, чтобы выпустить его полную силу, поэтому, когда цепи разорваны, он не имеет контроля над другой экипировкой души. Вот почему вы можете использовать способности синсо сейчас」

Сора ссутулил брови и задумался над смыслом слов Гозу.

Способность синсо Гозу - связывать себя, а способность отменять действие других экипировок души - всего лишь побочный эффект.

Сора не мог понять, почему он держит свою аниму под контролем с помощью её собственной силы, но всё стало понятно, как только он подумал об этой силе как о чём-то похожем на берсерка. Даже если это сделает Гозу слабее, он должен подавлять эту силу, чтобы контролировать её.

История о том, как его анима предала небесное царство, также добавляет злобных ноток её силе.

Поэтому Сора предсказывает, что Гозу не сможет использовать свою полную силу в течение длительного времени.

Это потому, что когда дело доходит до таких вещей, как сила берсерка, она везде одинакова--

Затем шлем с бычьим лицом затрясся вверх-вниз, как будто Гозу прочитал мысли Соры.

「Кажется, вы это поняли. Действительно, существует ограничение по времени, в течение которого я могу использовать экипировку пустоты. Уверен, что битва на время, была бы вашим способом победить」

Гозу сказал «Но» и продолжил.

「Это только если вы сможете выстоять」

Затем он опустился на колени, как бы говоря, что разговор окончен.

В ответ Сора приготовил Пожирателя Душ и встал лицом к лицу с ним.

◆◆◆

Гозу, облачённый в доспехи из бычьей головы, стал ростом более двух метров, а его конечности были толстыми, как брёвна. Казалось, что он буквально превратился в гиганта.

Когда это массивное тело исчезло из поля зрения Соры, он попытался немедленно отступить.

Однако кулак Гозу, прикрытый чёрной броней, уже вонзился в его живот.

Тело Соры легко ударилось затылком о каменную мостовую.

「Ха--Кхааа!」

С усилием проглотив переполнявшие его крики и жидкость из желудка, Сора попытался сразу же подняться на ноги.

Однако Гозу уже был слева от него. Ожидая удара, Сора рефлекторно защитил свой бок левым локтем.

Затем Гозу нанёс удар ногой в корпус противника прямо через локоть.

Тело Соры взлетело в воздух, как будто оно было лёгким, как мячик. Оно пролетело мимо головы Гозу на высоту, равную высоте третьего этажа здания. Эта сила ног была нечеловеческой.

Затем Гозу ударил ногой по каменной мостовой и поднялся в воздух. Когда он за долю секунды достиг Соры находившегося в воздухе, он объединил обе руки в импровизированное оружие и--

「Хмпфф!!!」

Он высоко поднял руки и без малейшего колебания ударил ими по телу Соры.

Юноша не успел даже пискнуть. В одно мгновение он был впечатан в землю, и каменная мостовая раскололась от сильного толчка. Не в силах встать на ноги, Сора корчился в агонии.

После того как Гозу приземлился, не издав ни звука, он молча смотрел на Сору.

Несмотря на боль, Сора так и не выпустил из рук экипировку души. Пока Гозу мысленно хвалил его, он медленно открыл рот.

「Отпусти синсо, если не можешь больше сражаться. Я буду рассматривать это как твою капитуляцию」

Спокойное заявление Гозу было наполнено непоколебимой уверенностью.

Больше он ничего не сказал. Однако его позиция красноречиво говорила за него.

Она говорила о том, что неважно, есть ли у него лимит времени или Сора обладает силой своей экипировки души, Мицуруги Сора не сможет победить Гозу Циму.

Когда они сразятся, сильным будет он, а слабым - Сора--Гозу был уверен, что он превосходит Сору, как будто это правда мира.

И эта уверенность была основана на фактах. Неважно, как сильно кто-то ненавидит проигрывать, ему придётся признать, что он проиграл, когда его вот так быстро отправляют ползать по земле.

Сора тоже понимал, что проиграл.

Из его рта медленно стекала красная жидкость.

Он с трудом поднялся на ноги, интенсивно кашляя. Когда он бросил взгляд на Гозу, его глаза встретились с глазами мужчины, который смотрел на него сверху вниз. Он увидел взгляд, который был далеко не враждебным; это был взгляд жалости.

--Крайне раздражающе.

Это освежило воспоминания о тех днях, когда он был на Острове Демонов.

Каждый раз, когда кто-то предполагал, что он слаб.

Для Соры, когда его злобно ругали, это было в порядке вещей. Это было топливом, которое давало ему мотивацию однажды отомстить им.

Однако, когда его жалели по доброй воле, он не знал, как стереть страдание, находившееся в его сердце.

И первым, кто пожалел его по доброй воле, был его бывший наставник стоящий перед ним.

Вот что такое кандалы. Не имея возможности даже восстать, в его сердце было выгравировано, что он слаб.

И сегодня Гозу Цима снова силой выгравировал в его сердце то же самое послание.

--Это было крайне неприятно.

Что же ему делать? Спрашивал он себя.

У него нет шансов победить в схватке. Гозу не использовал даже половины, а может быть, и десятой части своей силы. Даже подумать страшно, что между ними такая большая разница. Если бы Гозу пошёл на Сузуме сейчас, ему нечем было бы его остановить.

Он не может сражаться, и он не может защитить.

Что может сделать такой человек, как он?

--Ответ был очевиден. Он просто должен сожрать его.

Сора - человек, который сможет это сделать. Нет, не совсем. Это единственное, что может сделать Мицуруги Сора.

Разве это не единственная ценная истина, которую он узнал за последние пять лет?

「............Ахх, да. Точно」

「......Сора?」

「......Такие вещи, как борьба против вас троих...защита Сузуме и всех остальных...Теперь, когда я думаю об этом, не было никакой возможности, чтобы всё прошло хорошо. Я...должен был просто подумать о том, как съесть вас всех」

「Чт......?」

Гозу с сомнением посмотрел на синсо в руках Соры.

Его пользователь, Сора, находится в состоянии, когда ему постоянно не хватало воздуха. У него даже не было времени нанести на экипировку души кей.

Но, несмотря на это, лезвие его синсо покрылось кей.

--Нет, это не кей. Это не Од, который исходит из тела человека, но он также отличается от маны, которая исходит из мира. Это сила более плотная и первозданная; это сила на уровне, который можно назвать божественной энергией или эфиром.

С грохотом сила покрыла всю экипировку души. Но это было ещё не всё. Поток силы начал вливаться и в Сору.......

В следующий момент Гозу быстро отпрыгнул назад. Сразу после этого над местом, где он стоял, пронеслась полоса яркого света.

Сора взмахнул своей экипировкой души, когда он ещё лежал на земле. Это была режущая атака острее, чем все режущие удары, когда-либо направленные против него.

Затем Сора медленно встал на ноги.

Он уже не выглядел так, будто ему было больно. Вытерев рукавом прилипшую ко рту желудочную жидкость, он радостно открыл рот.

「Гозу. Я собираюсь сожрать тебя」

Он расплылся в улыбке.

От этого выражения по всему телу Гозу пробежал холодный озноб. Несмотря на то, что он был в своей экипировке пустоты и имел неприступную защиту, его потрясла зловещая энергия, исходившая из глаз Соры, который пристально смотрел на него.

Он мгновенно потянулся к алебарде, которую воткнул в землю. Инстинкт подсказывал ему, что сражаться с нынешним Сорой голыми руками было бы опасно.

◆◆◆

Сора бросился на Гозу со взрывной скоростью. Не было ни малейшего намека на то, что он пострадал от своих ран. На самом деле, он был так же быстр, как и Гозу.

Исцеление его ран, несомненно, было вызвано силой его синсо. Тогда, может быть, эти движения тоже вызваны помощью его синсо? Или он видел, как я двигался раньше, и научился моим продвинутым боевым действиям за такой короткий промежуток времени?

Как бы то ни было, опасно относиться к Соре сейчас так же, как к Соре раньше, подумал Гозу.

Он хотел заставить своего противника сдаться, но Гозу решил, что это уже не очень хорошая идея.

Это бессмысленно, если парень будет просто исцеляться экипировкой души каждый раз, когда его будут бить. Возможно, существует предел того, сколько раз он может исцелиться, но у Гозу нет времени проверять это. Он должен решить бой прямо сейчас.

Сора приближался к нему, даже когда он думал об этом. Пожиратель Душ, который Сора держал в руке, был полон ярости, как будто он выпускал наружу сдерживаемое негодование Соры, оказывая на тело юноши колоссальное давление, несмотря на то, что его тело отнюдь не было огромным.

Внимательно наблюдая за синсо Соры, когда тот его поднял и опустил, Гозу сам взмахнул своей алебардой.

「Призрачный клинок в стиле чудан--Вспышка!」

Это был удар света, сочетающий в себе технику меча и технику кей. Этим мастерским выпадом, который был нанесён лезвием его экипировки пустоты, он выбьет синсо из руки Соры. Это было то, к чему стремился Гозу.

Между тем, в ударе, который нанёс Сора, не было сути стиля призрачного клинка. Это была обычная атака, в которую он вложил всю свою силу.

Два клинка столкнулись друг с другом.

В следующее мгновение светящаяся алебарда Гозу засияла ярким светом и была разрублена с высоким звуком.

「Что?!」

Из шлема с бычьим лицом вырвался шокированный голос.

Это был удар, в котором он был уверен. Режущая атака, в которой он использовал всю свою силу. Поскольку Сора буквально разорвал его, это заставило Гозу на секунду замереть.

И в эту секунду режущая атака Соры не прекратилась.

Сохраняя импульс, который разрубил алебарду Гозу, атака ударила по броне, защищавшей Гозу.

Затем удар, в который он вложил всё своё тело, пробил укрепление экипировки пустоты. Пробив броню на левом плече Гозу, Пожиратель Душ раздробил его ключицу и добрался до груди.

Через мгновение из плеча Гозу, как из прорванной плотины, хлынула кровь.

В этот момент в меня влилось наибольшее количество души за всё время.

Я поглотил его «вспышку», часть алебарды, доспехи и даже часть его души, нанеся Гозу глубокую рану на плече. Моё тело содрогалось от постоянного повышения уровня.

Почувствовав новый прилив сил, улыбка на моём лице, естественно, стала ещё шире.

Когда я имел дело с Климтом, я намеренно избегал его убийства, но против Гозу мне это не нужно. Я просто должен продолжать в том же духе и пронзить его сердце, поглотив всю душу--Когда такая мысль пришла мне в голову.

*Тяг*, оба моих запястья были схвачены.

Это сделал Гозу после того, как отпустил свою алебарду.

Сила, пытающаяся стряхнуть мой клинок, и сила, толкающая клинок вперед, столкнулись.

Это состязание сил длилось недолго.

「Тц!」

Я щёлкнул языком, когда кости моих рук треснули.

Гозу пытался не только оттолкнуть мой клинок, но и раздавить мои руки на месте. Несмотря на глубокую рану, его физическая сила всё ещё превосходила мою.

Я понял, что при такой скорости кости в моих запястьях сломаются, но не думал отступать.

Нет такого зверя, который легко отпустит свою добычу, когда уже вонзил зубы в её шею.

Мне всё равно, что одна или две мои руки сломаются. Если я смогу съесть его душу, то это того стоит.

В конце концов, регенерация моих запястий не сравнится с тем, как я восстанавливал свои съеденные конечности.

「Уг.....Гхааах!」

Пока я физически боролся с Гозу, который держал свои руки на моих запястьях, из его рта вырвались болезненные звуки, а лезвие, вонзённое в плечо, задрожало.

Верно, мне не нужно побеждать его в состязании грубой силы. Одно лишь лёгкое движение моего тела причинит ему сильную боль. Его хватка на мне ослабнет, если я буду продолжать в том же духе. Когда это произойдет, я смогу продвинуть свой клинок дальше. Даже если мои запястья будут раздавлены прежде, я смогу регенерировать их столько, сколько захочу.

Я могу поглотить его душу.

Потому что Мицуруги Сора - тот, кто может победить Гозу Циму!

Когда я уже собирался сильнее потрясти своим клинком от радости--Вдруг, без всяких предварительных признаков, это произошло.

『РуууууууууууууууУУУуууууууу!!!』

Небо, земля, люди, улицы - всё сильно задрожало. Давление и враждебность, скрытые за этим криком, заставили моё тело и разум сильно содрогнуться.

Затем, прежде чем я успел подумать о том, что это было, всё повторилось.

『КууооOOOOOO!!!』

「Кх?!」

「Ахаа?!」

Мучительный звук раздался одновременно от меня и Гозу.

Моё сердцебиение сходило с ума. Пот не переставал течь.

Что происходит?

Звериный вой? Но голос простого зверя не должен вызывать у меня таких чувств.

Крики и плач, доносящиеся со всех концов Ишки, показывают, насколько серьёзна ситуация. Оно уже в как широкомасштабном заклинании--Когда я додумался до этого, всё повторилось.

『Гiiiiiiiiiiллллiiiiiiiiii!!!』

「Дерьмо, что, чёрт возьми, происходит?!」

Я отчаянно хочу отдалиться от Гозу. Я не могу сражаться в таком состоянии.

Гозу, похоже, думает о том же, так как он сразу же отпустил захват, который держал на моих руках.

На моем лице появилась растерянность. Даже если я хочу что-то сделать, я не знаю, что это за рёв и откуда он исходит. Я ничего не могу сделать.

И в этот момент.

「......Мастер!」

До моих ушей донёсся знакомый голос. Этот голос был полон страдания, но не дрожал.

Когда я посмотрел в ту сторону, откуда доносился голос, я увидел фигуру Лунамарии и инстинктивно испустил вздох облегчения.

С тех пор как я вернулся в Ишку, я понятия не имел, где находится Лунамария. Мирослава упоминал только Сузуме и Сиель, так что я понятия не имел, что случилось с эльфийкой.

Хорошо, если её просто нет дома, но Климт может превратить кого угодно в пепел с помощью своего синсо, если ему так захочется. Я не мог избавиться от чувства тревоги из-за такой возможности.

Я рад, что беспокойство оказалось излишним. Я действительно рад.

Однако я не могу сказать того же о существовании Лиделль, администраторе гильдии, которой Лунамария подставляет своё плечо.

Серьёзно, что происходит?

Независимо от моих вопросов, Лунамария открыла рот, чтобы сообщить мне об этом первой.

「Это дракон, хозяин. Этот вой принадлежит дракону」

「Драконий...?」

「Да. Каждый раз, когда дракон воет, этот звук проникает в ваши уши, пробивает ваш череп и повреждает вашу душу. Это то, что известно как драконий рёв. Этому я научилась у лесного старейшины」

Голос Лунамарии был серьёзным. У меня нет причин сомневаться в словах мудреца после того, как я только что услышал рёв.

Не говоря уже о том, что я много где путешествовал, чтобы справиться с многоголовым драконом, известным как гидра.

Причина, по которой яд гидры течёт в реке Кейл, заключается в её возрождении. Теперь всё действительно имеет смысл.

Проблема в том, что рёв гидры, вероятно, доносится из самых глубин Леса Титис, но он так сильно влияет на Ишку, хоть лес и находится вдалеке.

Тем временем раздался 4-й рёв.

У всех не было другого выбора, кроме как молча терпеть его.

--После этого ещё 4 драконьих таких же атаковали Ишку.

Из-за рёва октета около половины людей, живущих в Ишке, потеряли сознание. Некоторые младенцы, пожилые и больные люди также потеряли свои жизни.

Даже среди тех, кто едва мог оставаться в сознании, некоторые трусили, у некоторых было пустое выражение лица, а некоторые бегали и кричали--Более половины из них потеряли рассудок.

Это были не только люди, большинство домашнего скота разбегалось в страхе, подстёгивая хаос.

Всего за один день--нет, всего за несколько минут после рёва октета--Ишка потеряла функциональность города.

Более того, на линии обороны, которая находится ближе к Лесу Титис, жертв было гораздо больше, чем в Ишке.

......Каждый может видеть, что судьба Ишки уже повисла на волоске.

*OOOOOOoooooo...........*

Даже после того, как рёв октета закончился, эхо, обжигающее уши, не совсем утихло.

За этими отголосками чувствовался хаос в Ишке.

Смятённые умы людей, вероятно, придут в норму, когда успокоятся по прошествии некоторого времени, но после этого возникнет множество проблем.

Появление мифического вида, падение линии обороны, стимулирование давки, яд, загрязняющий реку Кейл и разлагающий Лес Титис.

Было ясно, что с этого момента Ишка столкнётся с трудностями, которые не поддаются описанию.

Понимая это, я направил наконечник своего синсо на Гозу.

Я услышал звук, как будто кто-то задыхается, но не повернул голову, чтобы посмотреть.

Независимо от того, появится гидра или нет, факт, что трое людей с Острова Демонов - мои враги, не изменится.

Если что, я должен убить их здесь, чтобы потом сосредоточиться на контрмерах против гидры. Я ничего не смогу сделать, если они нападут на Сузуме, пока я буду бороться с гидрой.

В ответ на мою враждебность, Гозу снова приготовил свою повреждённую алебарду. Однако в голосе, доносившемся с лица быка, не было прежнего желания сражаться.

「Подождите, Сора. Я сражался с драконами во вратах демонов. Это рёв точно был драконьим. Наша битва здесь пойдет только на пользу мифическому существу」

「И что? Для меня это означает, что количество врагов увеличилось на одного. Это база - уничтожать врагов одного за другим」

Или ты действительно хочешь сказать, что теперь мы должны объединиться?

Когда я спросил его об этом насмешливым тоном, Гозу твердо кивнул.

「Да. Порабощение мифических видов - вот для чего существует стиль призрачного клинка. Их бытие представляет угрозу и для вас, раз вы живете здесь. Если у нас общие интересы, давайте поступим разумно」

「Какой разумный поступок. Не будь смешным」

Я с отвращением отмахнулся от предложения Гозу.

Конечно, если речь идёт только о боевой мощи, то Гозу и двое других - непростые люди. Если мы будем работать все вместе, то, возможно, сможем убить гидру и отбросить её назад.

Но это только при условии, что я могу им доверять.

Я не могу отрицать возможность того, что они предадут меня во время боя.

И это ещё не всё. Допустим, мы сработали вместе, подчинили гидру и поставили под контроль давку. Что тогда произойдёт? У нас снова начнутся конфликты из-за Сузуме.

Мало того, что мне придется снова сражаться с ними, но уже здоровыми, так ещё и их души, съеденные Пожирателем Душ, к тому времени восстановятся. К тому же Климт будет лучше осведомлён о моих способностях, так что в следующий раз я не смогу застать его врасплох.

Я не настолько самонадеян, чтобы думать, что в такой ситуации я смогу снова победить этих троих.

Если мы говорим о разумном поступке, то для меня было бы разумно прикончить их здесь.

「Я уверен, что ты хочешь использовать этот шанс, чтобы возобновить бой, но думаешь, я тебе позволю?」

「Не совсем. После того, как мы разберёмся с мифическим существом, мы вернемся на остров, чтобы сделать доклад. Существование киджина вызывает у меня некоторые опасения...но поскольку ты получил экипировку души, я оставлю тебе право разобраться с ней」

Услышав это, я слегка нахмурился. Потому что голос Гозу звучал серьёзно.

Это правда, что киджины когда-то были расой, которая сражалась с людьми, но они уже давно утратила способность делать это. Сузуме на самом деле обычная девушка--Ну, её талант к магии удивил даже Мирославу, так что, возможно, в каком-то смысле она не такая уж и обычная, но она не опасное существо, которое невозможно подчинить без использования синсо.

Несмотря на это, Гозу действительно видит в Сузуме угрозу.

Я был уверен, что причина, по которой Гозу и остальные считают киджинов врагами, заключается в том, что они должны поддерживать семейный принцип истребления демонов и запечатывания их богов, но эта ситуация заставляет меня думать, что могут существовать какие-то секреты относительно киджинов, о которых я не знаю.

Я хотел бы подтвердить это, если это возможно, но уверен, что это будет пустой тратой усилий.

Если это секреты, которые он может рассказать мне здесь, он бы уже давно рассказал мне. Он бы использовал это, чтобы убедить меня убить Сузуме.

Причина, по которой он этого не сделал, вероятно, в том, что ему запрещено рассказывать об этом людям по своему усмотрению. А тот, кто может заставить замолчать важного вассала семьи Мицуруги, не кто иной, как глава дома.

--После того, как лицо моего отца на мгновение всплыло в сознании, я быстро покачал головой и удалил этот образ.

「Ты можешь говорить всё, что хочешь, но--」

「П-пожалуйста, подождите!」

Когда я собирался ещё раз задеть Гозу своими словами, меня прервал голос, звучавший совершенно неуместно.

Как только я повернулся, чтобы посмотреть в ту сторону, откуда доносился голос, я увидел Лиделль, которая с бледным лицом смотрела сюда, опираясь на плечо Лунамарии.

「......Гильдия тоже хотела бы попросить вас об этом. Сейчас не время людям сражаться друг с другом. Пожалуйста, уберите свой меч」

По другую сторону от Лиделль, которая, судя по голосу, ругала меня, сидела Парфе, у которой от страха подкосились колени.

Почему гильдия здесь?--На этот вопрос ответили следующие слова Лиделль.

Я наконец-то узнал о событиях, которые привели к тому, что Гозу и остальные напали на мой дом.

А ещё я узнал, что Гозу и двое других остановили давку.

Как только я услышал об этом, в моей голове возник план.

План ни в коем случае не грандиозный и не умный. Проще говоря, это была простая идея.

Однако это лучший план, который я могу придумать и который позволит мне быстро выйти из сложившейся ситуации--По крайней мере, я так думаю.

Я снова посмотрел на Гозу и открыл рот. Я не признал Лиделль, даже не взглянул на неё.

「Гозу, я не верю твоим словам. Даже если ты говорил серьёзно, ты легко пойдешь на попятную, если тебе прикажет глава семьи. Если тебе приказали убить Сузуме, ты, наверное, побежишь сюда на полной скорости」

「......」

「Но, это правда, что сейчас не время для людей сражаться друг с другом. Поэтому, если ты действительно хочешь работать вместе, чтобы убить мифическое существо, покажите мне это не словами, а действиями」

「Хм, что же вы хотите, чтобы я сделал?」

「Вернись на линию обороны с двумя другими и останови давку прямо сейчас. И я имею в виду сейчас же」

Линия обороны находится ближе к Лесу Титис, чем к Ишке. Поэтому я не сомневаюсь, что рёв дракона оказал на них большое влияние. Если ничего не предпринять, монстры прорвутся в кратчайшие сроки.

Обычно подкрепление высылается из защитных сил города, но я не думаю, что сейчас они могут себе это позволить.

Вот тут-то и вступят в игру Берчи с Гозу. Все трое - армия одного. Двое из них ранены, но если у них есть желание защищать и спасать, то несколько ранений не станут проблемой.

Пока они будут тянуть время, я прикажу своим спутникам бежать из Ишки. Даже деревня Мелте будет в опасности, когда распространится загрязнение от яда реки Кейл. Возможно, лучше пойти немного дальше и попросить их укрыться в южном святом королевстве.

--С этим я смогу преследовать гидру без опасений.

◆◆◆

С подтверждением проявления гидры, я решил подчинить себе этого ядовитого дракона.

И хаос Ишки, и крах линии обороны - не мои проблемы.

Единственное, что я могу сделать, - это поглотить. Этому я только что научился в битве с Гозу.

Кроме того, даже если смотреть на вещи объективно, отбросив всё чувства, покорение гидры, вероятно, должно быть приоритетным прямо сейчас.

Потому что даже если мы приведём город в порядок и не дадим линии обороны рухнуть, то же самое повторится, если гидра обрушит на нас новые удары.

Нет времени на медленную подготовку. Я должен уничтожить виновного как можно скорее. Другого способа разрешить ситуацию нет.

Кроме того, есть еще и личные желания.

Сейчас у меня уровень『12』--Я поднялся с『9』до『10』когда рубанул Климта, затем я поднялся с『10』до『12』после того, как разрезал Гозу. У меня тоже была такая мысль, когда я убил Джиджинбоу в столице; души воинов из Флагов Зелёного Леса намного превосходят по плотности и объёму монстров королевского класса.

Поэтому я подозреваю, что мифическое существо будет ещё вкуснее, чем они. Как я могу игнорировать это?

Когда я думаю о том, что в процессе я также получу титул истребителя драконов, у меня появляется ещё больше мотивации.

Идти на поле боя с решимостью умереть за Ишку--У меня нет и унции таких героических бредней.

Когда я смотрел вниз с вершины массивных стен Ишки, то увидел три фигуры, выбежавшие из ворот города прямо на север.

Само собой разумеется, это была троица с Острова Демонов. Ранения Климта и Гозу были вылечены магией Жрицы Сары, которая примчалась сюда после грохота. Они также выпили несколько зелий выносливости, так что, вероятно, у них пока не будет проблем с боем.

Климт выглядел явно недовольным той ролью, которую мы им отвели едва он оправился от ран, но вслух не высказал ни единой жалобы. Думал ли он, что ничего не поделаешь, ведь это был приказ Гозу? Или это из-за уговоров его сестры?--Подождите, только не говорите мне, что это как-то связано с тем, как он молча покраснел, увидев Жрицу Сару.

В любом случае, эти трое, вероятно, станут тем щитом против давки, который я хотел. За пределами Ишки дела идут хорошо.

С другой стороны, внутри всё пошло не так, как я планировал.

Это потому, что никто из членов моего клана не послушался моего приказа бежать.

Лунамария патрулирует город и помогает людям, получившим ранения в хаосе. Она также усмиряла всех буйных и мародёров, которые попадались ей на пути.

«Мастер. Чтобы «Меч Кровопролития» стал надёжным кланом, мы должны действовать во время кризиса, подобного текущему»

Слова эльфийского мудреца были верны. У меня не было возможности возразить.

Однако я создал клан только для того, чтобы разозлить гильдию. В нынешней ситуации, когда не только гильдия, но даже Ишка может прекратить своё существование, я не намерен повышать социальные кредиты своего клана.

Кроме того, это не то, о чём я должен рассказывать Лунамарии.

Потому что она - одна из основателей моего клана. Она лучше других знает, что у меня нет никаких эмоциональных привязанностей или обязательств в клане.

Поэтому то, как Лунамария намеренно назвала наш клан, заставило меня задуматься, почему она искренне решила остаться в Ишке. Когда я спросил её об этом, она показала мне горькую улыбку, смысл которой я не могу понять даже сейчас.

Следующая - Мирослава. Как и Лунамария, она тоже помогает наводить порядок в городе.

Рыжеволосая волшебница была едва жива благодаря своей магии самоуничтожения, но избежав смерти благодаря восстанавливающей магии Жрицы Сары и Ирии, она выпила все зелья, которые у неё были, за один раз и сразу же начала действовать.

«Мой долг - защищать нашу базу в ваше отсутствие. Проиграть в первый раз, а потом сбежать во второй... Я не покажу такой неприглядности».

Сиель, также кивнул в знак согласия рядом с Мирославой, когда та решительно заявила об этом.

Хотя зверолюдка не была ранена так сильно, как Мирослава, она тоже получила серьёзную травму, когда защищала Сузуме от Клайры.

И даже её рана закрылась благодаря Саре, оно на всё же не сможет сразу же восстановить потерянную кровь. Ей следовало бы какое-то время полежать в постели, но, как и Мирослава, она выпила зелья выносливости и тут же заставила себя работать.

Вероятно, она подумала, что не может отдыхать в одиночестве, когда Мирослава, раненная сильнее неё, помогает.

Раненые помогали все вместе. Поэтому даже не нужно говорить о том, как вела себя Сузуме, которую защищали девочки.

Несмотря на то, что она, очень даже возможно, продолжала испытывать страх после нападения троицы с Острова Демонов, она изо всех сил старается помочь Мирославе и Сиель. Вероятно, Сузуме беспокоится о возможном внезапном ухудшении состояния этих двоих из-за серьёзных травм, которые они получили.

Да, я знал, она хорошая девочка.

Поскольку она, похоже, так зациклилась на факте, что стала причиной нападения, я сказал ей, что не нужно беспокоиться об этом--но сам я даже не уверен, что мои слова произвели должный эффект.

Если бы было больше времени, я мог бы долго с ней разговаривать, но время - то, чего мне сейчас не хватает больше, чем чего-либо другого.

Что касается Сары и Ирии, то я несу ответственность за то, что привёз их сюда в самое неподходящее время. Я обязан отправить их в безопасное место, но у меня даже не хватает времени, чтобы сделать это--Ну, хотя эти двое всё равно не хотели бросать Ишку.

Кстати, сейчас я закрываю нижнюю половину лица белой тканью. Маска - это мера защиты от яда монстра, и Жрица тоже это делает.

Конечно, просто обернуть вокруг лица обычный кусок ткани мало что даст. Это святая ткань--ткань, сотканная из нитей, которые были сделаны с использованием святой воды--То есть, она имеет благословение бога закона.

«Я понятия не имею, насколько это будет эффективно против не поддающегося лечению яда, который поражает даже землю. Но это лучше, чем противостоять ему, не используя никакой защиты».

Большая часть рукава Сары отсутствовала, когда она говорила мне это.

Ткань, закрывающая мой рот, изначально была куском, принадлежавшим её одеянию. Она быстро вырезала шмат своей одежды и сделала из него маску для меня, когда поняла, что я собираюсь делать.

О, и судя по тому, как Ирия молча смотрела в небо, во время этого, думаю, что облачение Сары - это что-то очень ценное.

--Действительно, количество причин, по которым я не могу позволить себе проиграть, только увеличивается.

Изначально я планировал бой, в котором не было бы такого сильного давления.

Размышляя о чём-то подобном, я снова посмотрел в северном направлении.

То, чего еще недавно там не было, теперь появилось.

На крайнем севере из Леса Титис в небо уходила огромная башня цвета вермильона.

В зависимости от того, как на неё смотреть, она может выглядеть как огромное дерево или что-то похожее на торнадо.

Со своего места я вижу её только с кулак величиной, но, учитывая расстояние между Ишкой и глубинами леса, реальный размер этой штуки, достаточно велик, чтобы поглотить весь город.

Земля, деревья и вода в окрестностях этого района засасывались в небо. Конечно, туда же попали живые звери и демонические монстры. Я подозреваю, что цвет вермильона происходит от окраса почвы глубокого региона, смешанной с кровью многих живых существ.

「Катастрофа плоти и крови, да? Какое подходящее описание」

Было ясно, что аномалия вызвана мифическим существом.

Даже приблизиться к нему будет нелегко, не говоря уже о том, чтобы победить его там. Если бы миллионная армия окружила его, все они взлетели бы в небо и были бы полностью уничтожены.

Намеренно ли мифическое существо установило защитный барьер? Или это земля плачет из-за его существования?

В любом случае, я чувствую присутствие совершенно иного масштаба по сравнению со всеми монстрами, с которыми я сражался в прошлом. Это подобает расе драконов, которая находится на вершине мифического вида, царствуя как самая сильная из всех видов.

--Как бы то ни было, я нисколько не боялся. Напротив, всё моё тело дрожало, словно кричало, чтобы я поскорее сожрал эту тварь.

В следующее мгновение я спрыгнул с вершины стены.

Моё тело на мгновение замерло в воздухе, прежде чем я начал падать. Не ударившись о землю, я приземлился на спину виверны индиго, которая взлетела с нижней части стен.

Затем мы взмыли в воздух с огромной скоростью.

「Вперёд, Клау Сорас」

Клау Сорас энергично откликнулся на мою команду возгласом «Пуiii!».

Изначально виверны являются родственниками драконов. Мне было интересно, откажется ли Клау Сорас сражаться с драконом или хотя бы проявит признаки страха.

Однако Клау Сорас не проявил никаких признаков такого поведения. Он решительно подчинился моему приказу и направился прямо к торнадо.

Я горько улыбнулся, сидя в седле виверны.

Похоже, я многое неправильно понимал и в отношении Клау Сораса, и в отношении членов моего клана. Я не смогу опровергнуть этого, даже если мне скажут, что у меня нет проницательности. Надо бы с этого момента научиться лучше читать окружающих.

Пока я размышлял об этом, Клау Сорас стремительно приближался к цели. По пути нам попадалось много видов летающих демонических зверей, но все они либо избегали Клау Сораса, либо отталкивались от мана-барьера, который создала виверна.

Когда мы приблизились к глубине Леса Титис, в небе больше не было монстров.

Вместо них в центре моего внимания оказались красновато-фиолетовые частицы пыли. Обломки земли, взметнувшиеся в воздух из-за маны мифического существа, сыпались на окружающую местность.

Ясное поле зрения, которое я имел до сих пор, в одно мгновение покрылось камешками. Возможно, в них также был подмешан яд. А возможно, это из-за влияния барьера ветра, Клау Сорас вроде бы пока в порядке, но--

「Пуiii!」

「Хм, так ты пойдёшь? Я буду рассчитывать на тебя」

「Пуii!」

Я легонько погладил его по спине после его восторженного ответа.

Как только мы влетели в торнадо, у меня заболели уши. Это был гулкий звук ревущего ветра. Почва и деревья летели по воздуху, засасываемые снизу вверх.

Я понимаю, что Клау Сорас отчаянно управлял своим телом, чтобы его не поглотило течением.

Видимость сейчас близка к нулю. Тем не менее, мы должны быть очень близко к месту назначения. Я уверен, что смогу сразу же увидеть цель, если ветер стихнет--Когда эта мысль пришла мне в голову, моё поле зрения внезапно прояснилось, как будто что-то прочитало мои мысли.

Внутри торнадо не было такого буйства, как снаружи.

И, как я и ожидал, вот оно.

◆◆◆

Вполне логично, что оно носит название «мифическое».

Древнее чудовище с восемью головами, восемью хвостами и окровавленным туловищем.

Его красные глаза были наполнены ненавистью, затаив вражду ко всему живому.

Кровь, текущая по его телу, подобна разъедающему яду, способному расплавить весь мир.

Проявление нечистоты, воплощение круговорота жизни и смерти, король яда, отрицающего бессмертие.

Гидра.

Первой мыслью, которая пришла мне в голову когда я увидел гидру, был термин «труп-дракон»--Или же «дракон-зомби».

Чешуя, покрывающая всё тело гидры, была обесцвечена, как будто она разлагалась, а кровь, сочившаяся из разных мест её тела, пузырилась от тепла и загрязнения.

Несмотря на то, что между нами всё ещё значительное расстояние, вонь гнили проникала в мой нос сквозь маску из святой ткани. Клау Сорас кричал от боли.

Гидра подняла одну из своих восьми голов, вероятно, заметив наше вторжение.

Она уставилась на нас двумя красными глазами, полными враждебности. Я подумал, что она собирается атаковать нас дыханием, но этого не произошло. Возможно, монстр всё ещё ждёт, что мы будем делать, а может быть, считает, что нет необходимости использовать его.

Как бы то ни было, я буду продолжать наблюдать.

Длина шей гидры легко превосходит высоту стен Ишки. Они выглядят такими же толстыми, как большие деревья, которым тысячи лет. С туловищем гидры соединены 8 голов, поэтому размером оно напоминало гору.

Я заглянул под неё и удивился, как она выдерживает свой вес. По здравому смыслу, будь то животное или монстр, чем больше его тело, тем больше нагрузка на ноги. Это стандартная тактика - целиться в ноги, когда вы противостоите огромному зверю.

Однако против гидры этот метод не выглядит жизнеспособным.

Потому что часть туловища, где должны находится ноги, была полностью погружена в землю.

--Нет, назвать это землей было бы неправильно.

Поскольку миазмы гидры разъели землю, превратив её в бездонное болото, существо передвигается, практически плавая в этом болоте.

Коррозия земли от яда продолжается и сейчас. Не похоже, что это происходит настолько быстро, поскольку я наблюдаю с неба, но если бы я был на земле, думаю, скорость соответствовала бы скорости бега взрослого человека.

Скорость коррозии - это, по сути, темп вторжения гидры.

Поскольку я думал, что в худшем случае гидра полетит к нам, это можно назвать отличной новостью в каком-то смысле.

Однако, даже несмотря на движение по земле, ситуация остаётся сложной.

Гигантское ядовитое болото, которое остаётся после передвижения гидры--Нет, может, лучше назвать его морем? Это море яда продолжает постепенно расширяться, поглощая деревья вокруг себя.

Вот насколько ужасен яд гидры, но это довольно страшно, потому что море яда как будто обладает собственной волей.

При нынешнем положении дел Лес Титис будет полностью поглощён ядом к моменту, когда эта катастрофа достигнет Ишки. Обернись ситуация подобным образом, то даже одолей я гидру, Ишка перестанет быть местом, пригодным для жизни людей.

И дело не только в Ишке. Когда яд распространится по реке Кейл, Королевство Канария тоже окажется на грани уничтожения.

Это не похоже на очень веселое будущее.

「Эх, Клау Сорас, прямо здесь было бы неплохо」

「Пуii?!」

「Возвращайся в Ишку. Даже не думай меня прикрывать, ладно? У меня будут заняты руки, и я не уверен, что смогу обеспечить твою безопасность」

「......」

「Отвечай!」

「Пугiii!!!」

「Хорошо」

После этого словесного обмена я спрыгнул со спины виверны.

Обычно человек не выдерживает прыжка с такой высоты, но для меня это не имеет значения, из-за кей. Тем более, я уже делал это однажды, когда сражался с Гозу и другими.

--Пока я размышлял об этом, глаза гидры, которая смотрела на меня, сверкнули.

Тварь широко раскрыла одну из своих пастей и направила её на меня, едва я прыгнул вниз.

В следующее мгновение оттуда вырвалось дыхание тёмно-красного цвета. Судя по цвету и форме, это, несомненно, мощная ядовитая жидкость.

Вода, выпущенная под высоким давлением, сама по себе является смертоносной силой. Существование магии воды, способной разрушать скалы и резать металлы, является тому подтверждением. Ядовитая жидкость, которую выпустила гидра, такая же; если я просто приму её на себя, давление воды, несомненно, сокрушит моё тело раньше, чем я побеспокоюсь о яде.

Оно приближалось на моих глазах. Как красная стена, которая смыкается, убежать от которой было некуда. Не говоря уже о том, что я всё ещё находился в воздухе.

--Поэтому я решил встретить её лоб в лоб.

Я мог бы просто разрубить её своим синсо, но вместо этого хочу попробовать кое-что другое.

Это из-за того, что я узнал в битве против Гозу.

Мой бывший наставник сказал, что экипировка души - только начало, деревянный меч для пользователя, чтобы вытянуть силу его анимы дальше--Катализатор.

Это было то, чего я никак не ожидал.

Все это время я думал, что стать сильнее - значит повысить свой уровень. Вот почему я использовал экипировку души для убийства монстров и вот почему я ел души Лунамарии и Мирославы.

А вот извлечь больше силы из своего синсо - совсем нет.

Потому что для меня Пожиратель Душ уже был самым сильным оружием.

Я думал, что раз уж я получил в свои руки подобное, то мне просто нужно стремиться повысить уровень.

Такой ход мыслей ни в коем случае не был неправильным.

Однако я понял, что есть стадия, которую я никогда не достигну, просто делая это.

И с тех пор, как я это понял, подсказки стали появляться повсюду.

Самая большая подсказка относится к тому дню, когда я получил экипировку души. Причина, по которой я остался жив когда мне отъели руки, ноги и лицо в гнезде Короля мух.

Это не что иное, как сила моей анимы, Пожирателя Душ.

Магия восстановления это творение бога, сравнимое с магией воскрешения; божественное чудо, с которым может справиться только папа из святого королевства.

Явление такого же уровня было легко совершено Пожирателем Душ. Это значит, что моя аниме - анима, обладающая такой способностью.

Хотя я благодарен за это, но сам никогда не думал сделать эту силу собственной.

Я думал, что это просто разовое благословение, чудо, которое произошло благодаря моему пробуждению.

Но это неверно.

Сила Пожирателя Душ всегда была во мне с того самого дня. Она не отвергала меня. Просто я никогда не пытался завладеть ею.

На самом деле, когда я потянулся к ней в агонии во время битвы с Гозу, я легко овладел ею, не так ли? Мне было позволено использовать эту силу, верно?

На этот раз я постараюсь завладеть ею специально, а не в минуты отчаяния.

Я уже знаю, как я это сделаю.

Не вступая на территорию «пустоты», о которой говорил Гозу. 『12』Уровень не сможет достичь этой стадии.

Я должен смотреть не на небо, а на землю. Моя отправная точка. Начало всего, чего достигло моё «я» первого уровня.

«--Теперь синхронизация...завершена»

Синхронизация. Акт согласования тела и разума с анимой для извлечь её силы.

«Всепожирание», я погружусь в это чувство.

Если человек не будет осторожен, анима может лишить его тела, но, как ни странно, я совсем не беспокоился об этом.

Это был единственный раз, когда я смог почувствовать волю Пожирателя Душ, но именно поэтому я запомнил его очень ярко.

Голос, который ругал меня, когда я бросил жить.

Свирепый рёв, который приказывал мне пожирать всё подряд.

Суровую улыбку, которую он показал мне, прислонившись спиной к дубу в пустынном краю неизвестно где.

«--Мы...одно и то же»

Моя экипировка души бушует. Моё тело горит. Моя кей ревёт.

Я собрал силу, переполняющую моё тело, в рот.

Взрыв кей.

Базовая техника кей, которая просто выплевывает энергию изо рта.

Но сейчас это было больше похоже на дыхание дракона.

Схватка между драконами. Это точное описание, когда мы обмениваемся дыханиями в качестве начального хода.

С этими чувствами я широко открыл рот--

「Kaaaaaaaaaa!!!」

Я выпустил свою собственную атаку на приближающееся дыхание гидры.

--Отвратительно, блядь, раздражает. Отвратительно, блядь, раздражает. Отвратительно, отвратительно, отвратительно.

Оно приближается, затем удаляется, затем приближается, преследуя вас, как будто вы муха или комар, и『оно』 - Гидра--не в состоянии подавить своё раздражение.

Её ядовитое дыхание заглушается непонятным чужеродным дыханием.

Если вы попытаетесь укусить её клыками, она будет бегать вокруг, как обезьяна, а если вы попытаетесь ударить её хвостом, она подпрыгнет вверх, как птица способная летать. Обычные существа побоялись бы приблизиться к ней, опасаясь смертельного яда, но этот человек нападает без тени страха.

Не выдержав дискомфорта, поднимающегося из глубины груди, гидра издала высокий, неумолимый рёв.

Её восемь шей потянулись прямо в небо, и раздался звук, от которого затряслись небо и земля.

Рев дракона, "Драконий рёв". Рёв, заряженный магической силой дракона, - это не просто「звук」. Это「магия」, которая сокрушает сердца слыщащих её, звуковое оружие, способное одним рёвом уничтожить десятитысячную армию.

Столько силы заключено в одном таковом звуке. Сила восьмикратного рёва с использованием всех восьми голов была на уровне божественного оружия. Восемь рыков восьми голов--оружие божественного класса.

「Ты слишком подставляешься, идиот」

Человек, поражённый рёвом с близкого расстояния, не проявил ни малейшего признака неустойчивости; напротив, он сверкал своим чёрным оружием с усмешкой на устах.

Каждая из её восьми шей тянулась к небу, но человеческая атака ударила по незащищённой шее, легко перерезая одну из голов.

Из уст оставшихся семи вырвался крик разочарования, похожий на грохот далёкой молнии.

Гидры, чья плоть и кровь состоят из смертельного яда, не чувствуют боли. Поэтому они не чувствуют ничего, когда им отрубают голову. Раны быстро регенерируют, поэтому боеспособность не снижается.

Тем не менее, эта человеческая атака вызвала невыразимый дискомфорт. И это не в новинку. Так было ещё с его появления. Тот факт, что причина этого неизвестна, раздражает ещё больше.

Словно для того, чтобы выплеснуть это раздражение, из семи пастей гидры одновременно вырвалось ядовитое дыхание.

Было бы чрезвычайно трудно увернуться от всех них, дыханий нисходящих под разными углами - спереди, сверху, справа и слева, - но человек с лёгкостью прыгал, чтобы избежать их.

Однако всё произошло именно так, как и предполагала гидра.

Высоко поднявшись в воздух, могучий хвост издал звук и атаковал человека. Сам хвост был толстым и напоминал конечность низкорангового дракона. В отличие от предыдущего раза, когда человек стоял на земле, он не мог уклониться от хвоста из состояния, в котором второй парил в воздухе. Считалось, что даже люди на такое не способны--но.

『Руоооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооо!?』

Со стороны гидры раздался ревущий крик агонии.

Кончик её хвоста, который пытался ударить человека с непостижимой скоростью и силой, пролетел по воздуху. Он был разрублен ударом чёрного клинка, которым орудовал юноша.

Большое количество плоти и крови брызнули из раны и дождём обрушились на окружающее пространство. Как само собой разумеющееся, кровь и плоть брызнули на нападавшего, но смертельный яд, который расщепляет, не оставляя даже костей, не подействовал.

Это объясняется тем, что невидимый барьерный вокруг человеческого тела препятствовал каплям яда.

「Ха-ха-ха-ха! В конце концов, лучше резать напрямую! Кроме того, если попадает только кровь, я могу защититься Кэй. Теперь не нужно бить издалека」

--Самое главное помнить, что лучший способ избежать повреждения - это иметь возможность отрезать поврежденную часть тела и регенерировать её.

Самое главное - помнить, что лучший способ получить максимальную отдачу от своего автомобиля - это использовать его по максимуму. У Гидры не было на это времени.

Сколько бы голов ни было отрублено в прошлом, она никогда не кричала, хотя и чувствовала дискомфорт. Причина, по которой она кричала от страха, заключалась в том, что гидра отчётливо ощущала, как в момент отсечения хвоста у неё отъедается часть её сущности.

Повторяю, в Гидре нет такого понятия, как чувство боли. У гидры нет боли, но даже в этом случае ощущения можно описать только как боль.

『Гвууррррррррррррррррррррррииииииииии!!』

Издав высокочастотный крик, гидра со всей силы ударила оставшимися семью хвостами, не считая только что отрубленного, в землю.

Земля - или, скорее, поверхность воды, - которая теперь превратилась в море яда, рассеяла содержимое яда, словно взорвалась под мощным ударом хвостов.

Брызги яда сами по себе служили атакой, но целью гидры было не это. Гидра хлопнула хвостом вниз, чтобы набрать плавучесть--другими словами, подпрыгнуть на месте.

「Вау!?」

Удивленный возглас вырвался из уст человека, как будто он не ожидал этого.

Прямо на его глазах огромное, похожее на гору тело гидры покинуло поверхность воды и поднялось высоко в воздух. От удара при отталкивании воды поверхность жидкости яростно задрожала, создав бурное море. Если бы человек находился на лодке или доске, он не смог бы избежать падения.

Однако юноша продолжал спокойно стоять на бурно плещущейся поверхности. Даже ядовитые приливные волны породившиеся как последствие он мог мгновенно разрубать взмахивая своим чёрным мечом.

Это были самые лучшие и быстрые отклики на неожиданное поведение гидры, но у этого мифического творения было чем продолжить.

В это время огромное тело гидры уже было прямо над человеком.

Зрелище огромного тела, которое можно было принять за гору, чётко парящего в воздухе, поражало воображение, но таков закон природы: если ты прыгнешь вверх, то упадёшь вниз. И неважно, сколько жизненных сил у вас есть, или насколько вы устойчивы к яду, вы не выживете, если окажетесь в ловушке под огромной массой.

Насекомые, собравшиеся у её ног, будут раздавлены её собственным телом. Это было целью гидры.

Даже если бы насекомые избежали попадания в ловушку под водой, поток ядовитой жидкости, образующийся при падении на воду, был бы несравним с тем, который образуется при выходе из воды. Для Гидры не имело значения, погибли ли проклятые насекомые от яда или утонули.

Человек, с другой стороны--

「Как мило с твоей стороны вот так подставляться」

Он рассмеялся, подняв левую руку над головой. Гидра в воздухе не могла воспринять это странное поведение.

Следовательно, она не могла справиться со следующим действием человека.

『Объятия смерти моему врагу--Принцесса Пламени』

Магия пламени Пятого круга высвободиласб. Число рук пламени, появляющихся и возникающих в ответ, равнялось семи. Толщина рук напоминала огромное дерево, которому уже сто лет, и с рёвом они атаковали бока и голову гидры.

У обычного дракона огонь такого уровня отразился бы от его чешуи. Однако чешуя гидры, всё тело которой разъедает смертельный яд, не обладает твердостью оригинальной драконьей чешуи, и было доказано, что атаки огнём препятствуют регенерации.

Гидра могла справиться с ранами выше живота, разъедая сами раны, но это было сложно, когда речь шла о ранах ниже живота.

Конечно, невозможно было избежать магии, изменив позу в воздухе.

В одно и одно и то же место попали семь раз.

Огромный крик вырвался из пасти Гидры, когда в неё семь раз попадала магия пламени. Даже если боли нет, ощущение, когда из живота вырывают кишки и сжигают их, никогда не может быть приятным.

Принцесса Пламени пронзила туловище гидры, как гарпун, создав глубокую вертикальную дыру. Из-за ожога регенерация не началась.

Резкий выпад человека стал решающим ударом, открыв огромную дыру в туловище гидры. Человек прыгнул в отверстие, чтобы спастись от давления "Гидры" и, кстати, от столкновения чудовища с водой. Ему удалось выбраться.

Сора, больше не боясь, стоял на чешуе гидры и смеялся, словно завывая, его тело сотрясала дрожь.

「Ха-ха-ха! Как и ожидалось от разновидности дракона, разновидности мифа! Просто проткнув одно отверстие в теле, мгновенно я достиг 13-го уровня! С тобой можно сражаться часами, даже десятками часов--нет, я должен упрашивать тебя, пожалуйста, сражайся! Пожалуйста, не убегай и не умирай так легко, Король Ядов!』

Гидра до сих пор не знает, что означают эти слова.

--Слова были непонятны Гидре, но она всё равно чувствовала, что её жестоко оскорбляют.

В сердце Гидры вспыхнуло пламя гнева.

Мифический вид, пробуждённый в соответствии с принципом самосохранения, не способный терпеть существование, которое разрушает само себя, начал поступать в соответствии с гневом, который не совсем уж и самосохранение.

Это событие, которое никогда не должно было произойти, подобно тому, как торнадо меняет свой курс из-за настроения или землетрясение меняет свою интенсивность от скуки.

Это был момент, когда мифическое семя, созданное в мире для уничтожения людей и других видов, обнажило свои клыки, чтобы убить одного человека.

Ишка молчала. Испуганная и дрожащая.

Главная улица, обычно оживлённая людьми, была пустынна, и не было видно ни одной кошки. Ветер, дующий со стороны северо-восточного Титиса, бушевал пылью, а здания скрипели, словно крича. Детские игрушки, оставшиеся без хозяев, валялись на земле, выброшенные ураганом.

Сцена напоминала заброшенную обитель, лишившуюся своих обитателей.

Конечно, не все жители Ишки вымерли. Из города также не были эвакуированы все люди. Правда, многие бежали на юг, но многие до сих пор остаются внутри.

Однако по нынешнему пустынному состоянию города установить это было бы крайне сложно. Многие, казалось, заперлись в своих зданиях, как моллюски, ожидая, когда пройдёт буря.

Прошло уже три дня с момента первого драконьего рёва - Рёва Октета.

Многие из тех, кто был повергнут в панику грохотом, пришли в себя, и линия обороны, которая некоторое время находилась в состоянии беспорядка, была восстановлена с помощью обильных подкреплений. Более того, большинство демонических зверей, хлынувших из Титиса, к этому моменту были побеждены, и ситуация явно подходила к концу, особенно в отношении Давки.

Почему, несмотря на это, Ишка была тихой, как руины? Причиной стало сотрясение почвы, произошедшее вскоре после.

--Дро...жь, дро...жь, дро...жь.

Земля трижды содрогнулась, словно отталкиваясь и подпрыгивая, а здания по всему посёлку громко скрипели. Даже длинные стены, защищавшие город, сотрясались, словно не могли выдержать тряски.

Земля перестала трястись не сразу. После небольшой паузы она задрожала один раз, потом два - но не остановилась, повторяясь до пяти раз.

Масштаб и частота были слишком необычными, чтобы назвать их землетрясением. В обычных обстоятельствах люди были бы очень насторожены и подняли бы шум.

Однако теперь многие жители Ишки смирились с этой аномалией. Началась всё вскоре после первого рёва дракона, что означает, с момента начала прошло уже три дня.

В течение этого времени земля сотрясалась днём и ночью. Даже ребенок поймёт, что три дня непрерывных землетрясений - это не природное явление.

Непрерывность происходящего - доказательство того, что дракон, хозяин рёва, все ещё жив. Если это так, то у тех, кому недостаёт сил для борьбы, есть только два варианта: сдаться или убежать. Те, кто может сбежать, уже сделали это. Опустошение Ишки было неизбежно.

Из-за этой ситуации, когда правительство и Гильдия Авантюристов объявили, что Давка закончилась, не было никаких возгласов. Непрерывное землетрясение было равносильно драконьей насмешке, говорящей, что ещё ничего не кончено, и жители были вынуждены проводить бессонные дни.

Логистика остановилась, магазины не открывались, и голод был следующим, что ожидало их после полного опустошения запасов. Если бы дракон атаковал напрямую, люди были бы раздавлены, как насекомые. Беспокойство о будущем, страх медленно приближающейся смерти. Тряска не давала им спать по ночам, и даже если они спали, их тут же будила.

У жителей, которые становились всё слабее и слабее, не было выбора, кроме как молиться. Они надеялись, что элита, гордость города Авантюристов, как можно скорее победят источник проблемы.

--В это же время в Гильдии Авантюристов, от которой зависит сила города, Лидделль, администратор, докладывала Элгарту.

「Мастер, я получила сообщение от Парфе с передовой, что трое человек, о которых шла речь, покинули фронт и направились в Лес Титис. Она говорит, что те планируют отправиться в Багровое Торнадо, где скрывается дракон」

Речь идёт, конечно же, о Гозу, Климте и Клайре.

Именно им троим удавалось сдерживать мостров Давки последние три дня - или даже больше. Если бы не они, можно было не сомневаться, что линию обороны прорвали бы раньше времени.

Получив отчёт Лидделль, Элгарт медленно кивнул.

「Понятно. Они решила, что следующая волна уже никогда не придёт, и отправились к источнику」

「Похоже, что так. Но какова бы ни была цель, я бы попросил их воздержаться от действий по собственной инициативе」

Когда я впервые увидел женщину в бикини, я подумал, что это хорошая идея. Самое главное - помнить, что лучший способ получить максимальную отдачу от своих денег - это быть готовым за них заплатить.

В ответ Элгарт слегка сузил глаза.

「Полагаю, они решили, что просить разрешения бесполезно. На самом деле, можно лишь выдавать желаемое за действительное, считая, что происходящее подходит к концу. В сложившихся обстоятельствах мы не могли позволить им уйти」

Они втроём должны были это знать, поэтому и двинулись в путь по собственной инициативе--лицо Элгарта покрылось мрачной усталостью, когда он подумал об этом.

Гильдмастер, который всегда одевается элегантно и ведёт себя изящно, также обнаружил, что неистовство после восьмикратного Рёва Октета тяжело сказывается на его теле и разуме.

Последние три дня у Элгарта не было времени на сон, не говоря уже о том, чтобы посидеть в кресле, и он пытался взять ситуацию под контроль в правительстве, гильдии и в городе. На плечах Элгарта лежала немалая ноша, особенно в начале землетрясений, когда грохот свалил многих политических лидеров и полностью парализовал функциональность города.

В этих обстоятельствах Элгарт организовал растерянных сотрудников и авантюристов, направив их в разные части города для поддержания общественного порядка. Конечно, он не оставил это дело только своим подчинённым; сам Элгарт тоже действовал.

Как мастер гильдии и первоклассный авантюрист, Элгарт - одна из самых известных персон в Ишке. Естественно, его хорошо знают чиновники, богатые купцы города и командиры регулярной армии. Элгарт поддерживал с ними связь, налаживал сотрудничество, устанавливал временную субординацию и удерживал крышку на гробу с погибелью, которая вот-вот должна была вылиться.

Без этого хаоса беспорядки в Ишке были бы бесконтрольны, и в городе начались бы грабежи и даже бунты.

И во время этой шумихи именно Гозу и его люди поддерживали линию обороны, которая находилась в состоянии беспорядка. Если бы не Гозу, Элгарт был бы вынужден отдать предпочтение уничтожению демонов, а не исправлению беспорядков, и в результате хаос в Ишке разросся бы в несколько раз по сравнению с нынешним уровнем, а возможно, и в десятки.

Более того, Элгарт не смог бы достичь таких же ошеломляющих результатов в бою, как и те трое, когда они пошли на фронт, и линия обороны, вероятно, рухнула бы. Произойди это, Ишка, несомненно, пала бы одно утро от внутренних и внешних проблем.

Тот факт, что город существует сегодня, несомненно, является заслугой троицы с Острова Демонов. В связи с этим мы должны помнить о некоторых поблажках. Если бы они бежали перед врагом, но ещё больше, если бы они отправились устранять источник проблемы--так думал Элгарт.

Но он не хотел говорить об этом Лидделль в её же присутствии. Лидделль - умная женщина. Она должна была понять информацию этого уровня даже без пояснений.

Тогда почему администратор разговаривала о них так, словно это был упрёк?

Это произошло из-за их поведение в резиденции Соры - это точно. Но это не вся причина, полагает Элгарт.

Возможно, Лидделль больше встревожена, чем зла на них. В некотором смысле, гораздо больше, чем демоны-стражи. В то же время это была мысль Элгарта.

За последние три дня гильдмастер лишь однажды побывал на передовой и стал свидетелем их сражения. Зрелище того, как они буквально косили, рубили и сжигали бесчисленных, несоизмеримых и немыслимых демонов, было необычным даже для глаз первоклассного авантюриста. Лидделль, должно быть, увидела то же самое в особняке Соры и почувствовал тревогу.

Если бы они хотели, то могли бы остановить даже Давку. А пожелай они, даже Ишка превратилась бы в пепел.

Это нельзя списать на ошибку. Причина в том, что эти трое, исходя из своих собственных ценностей, взялись за оружие против демоницы, которой было позволено жить в Ишке, и тех, кто пытался её защитить.

Обстоятельства произошедшего пока неясны, но Лидделль сообщает, что трое отбросили правила и дали понять, что поставят свои собственные законы выше городских правил.

Такие преступники обладают огромной боевой мощью. Естественно было опасаться их, даже если это не Лидделль. И снова Элгарт так же настороженно отнёсся к ним, как и Лидделль.

......Но, по правде говоря, вес троицы в мыслях Элгарта был не так уж велик. Это потому, что людей, которых нужно было опасаться, было гораздо больше. Ещё один факт из отчёта Лидделль. Тот, кто помешал воинам с Острова Демонов, был бывшим авантюристом десятого ранга, изганным из гильдии...

「Это снова ты, Сора」

Пробормотал Элгарт, нахмурив брови. В наши дни имя бывшего этого авантюриста десятого ранга всегда ассоциируется с гильдией, когда возникает какая-либо проблема.

Элгарт понимает, что нынешний Сора не является ни 『паразитом-подсосом』, ни уровнем『1』.

После периода, когда его выгнали из гильдии, Сора быстро улучшил свои способности. Я знал это, но не думал, что лучшие воины, достаточно способные, чтобы блокировать Давку, достигли уровня, на котором могут дать себя в обиду против Соры, - сказал он.

「Я и не подозревал, что все трое, которые были достаточно хороши, чтобы блокировать Давку, достигли такого уровня, чтобы бороться с Сорой. Итак, сошёл ли Бог иль дьявол овладел......?」

「Мастер, что случилось?」

На вопрос Лидделль Элгарт ответил, слегка покачав головой: 「Ничего страшного」

Оттуда он возобновил своё наблюдение за Сорой.

По словам Лидделль, Сора был знаком с остальными и, возможно, они были соотечественниками. Неоспоримо, что за победой Соры скрывалась возможность колебаний или сдержанности у его соперников.

Однако даже если учесть это, быстрое развитие черноволосого было беспрецедентным.

Три дня назад было подтвердили, что Сора отправился на север на крылатой виверне индиго - и как раз когда он об этом подумал, здание гильдии внезапно содрогнулось.

「――Дрожь」

Элгарт почувствовал дрожь и слегка приподнял брови. Прочное здание гильдии скрипело и трещало, а чуть позже раздался грохот земли.

Ещё месяц назад поднялся бы шум по поводу демонов или землетрясений, но теперь Ишка принимала аномалию с покорностью.

Элгарт подошёл к окну и выглянул наружу.

Большинство жителей теперь связывали продолжающиеся землетрясения с грохотом, который был три дня назад, и считают, что рядом с городом бушует страшный магический зверь. Продолжающиеся землетрясения являются синонимом ещё живых демонических существ. Поэтому все надеялись, что толчки скоро утихнут.

Однако Элгарт рассматривает землетрясение с другой точки зрения.

Продолжительность и повторение свидетельствуют о том, что монстры живы, но в то же время они не единственные, кто их создаёт. Но также и о том, что бросившие вызов монстрам, всё ещё живы и здоровы.

Если не мыслить так, то невозможно объяснить, почему демонические звери остались в Лесу Титис.

Это длится не час и не два. Если предположить, что зверь не двигался с Титиса три дня и три ночи без всякой причины, то логичнее считать, что он не мог сдвинуться с места, потому что с кем-то сражается.

「Раздавшееся эхом три дня назад, несомненно, было Рёвом Октета. Самое главное, что нужно помнить, - это то, что дракон не является земным существом, он - порождение земли. Сора, ты сдерживала дракона три дня и три ночи?」

Если да, то сила Соры невообразима. Невероятно.

Но всё же, у человека есть ограничения. Судя по частоте подземных толчков, последние три дня Сора не мог ни спать, ни есть, ни пить. Неудивительно, что земля может перестать трястись в любой момент.

Думая о парне, который, возможно, рискуя жизнью, сражается насмерть с драконом, Элгарт опустил меланхоличный взгляд глаз.

Он знаел, что Сора враждебно относится к Гильдии Авантюристов. Он также осознаёт, что именно Элгарт является причиной этого. Помимо изгнания, естественно, что он затаил обиду за то, как гильдмастер обращался с 『Соколиным Мечом』. Даже если Элгарт будет беспокоиться о нём, Сора, скорее всего, просто недружелюбно нахмурится.

Несмотря на это, Элгарт не мог не молиться о безопасности главы『Меча Кровопролития』.

Он знал, что не сможет помочь, но всё равно не мог не молиться за безопасность юноши, который бросил вызов дракону ради других.

Стиль призрачного клинка - меч разрушения, созданный основателем как средство спасения собственной жизни. Это клинок защищающий мир человечества, способный даже похоронить мифических существ, приравнивающихся к стихийным бедствиям.

Для пользователей стиля призрачного клинка мифические существа являются извечными врагами, и это не ограничивается полубогами.

Причина, по которой Гозу, Клайра и Климт стремились уничтожить Сузуме, заключалась в желании предотвратить возможность нападения на мир существ под названием Онигами.

Естественно, при сравнении Гидры, уже достигшей царства мифических созданий, и Сузуме, еще не достигшей чего-либо, первая имела более высокий приоритет уничтожения над второй.

Поэтому троица, победившая Давку, без колебаний вошла в Лес Титис. Три дня и три ночи они сражались с демоническими животными, чтобы помочь Соре, сдерживавшему их прежде.

Однако ужасающий дикий лес сдерживал троицу.

Торнадо, землетрясения и смертельные яды возникли одновременно, и Титис приобрёл неземной облик.

Земля вздымалась, и ядовитое море продолжало распространяться. Пурпурная пыль, закрывающая поле зрения, была результатом столкновения почвы, травы, деревьев и зверей, вздымавшихся в бурю, столкнувшихся и смешавшихся друг с другом в небе.

Ядовитая пыль опускалась по ветру на большую площадь и уже достигла внешнего периметра города. В зависимости от направления ветра она достигла бы Ишки.

Они втроем могли использовать своё ки, чтобы не дать яду проникнуть внутрь, но другие авантюристы и горожане не смогли бы этого сделать.

Источник яда, мифическое существо, должно быть побеждено как можно скорее - так думал Гозу, когда чёрная тень прыгнула на него, пробиваясь сквозь пыль.

Это был демон, называемый адской гончей, и, как следует из названия, он был очень похож на собаку. Это был особенно опасный вид среди демонических зверей, населявших Титис, из-за своего свирепого стиля охоты и сложенной работе в стае.

Тем не менее--

「Подави, Юзумару!」

Независимо от того, какой демонический зверь связывается с Гозу, он не более чем бродячая собака. Взмахнув Юзумару, три адские гончие были уничтожены.

Клайра и Климт точно также изгнали демонических зверей, и стая из пятнадцати напавших на них быстро сократилась до половины своей численности. Те немногие, кто едва уцелел, буквально поджали хвост и бросились бежать.

Когда на группу напали в первый раз, число убежавших составляло менее половины.

Климту, сейчас нужно набраться сил.

Носитель анимы, имеет несравненное количество ки (магической силы), но даже в этом случае есть предел.

Даже обычный воин стиля призрачного клинка может сражаться не более полусуток, когда его ки на пределе. Высшие чины могут сражаться более полусуток, но даже тогда они не могут сражаться более двух-трех дней.

Скоро пройдёт четыре дня с момента первого Рёва Октета. Гозу и его подопечные поочерёдно делали короткие передышки во время Давки и сражались, восполняя силы, но трудно сказать, что у них достаточно времени в запасе, учитывая предстоящую битву с мифическими существами.

Кроме того, Климт и Гозу были ранены в битве с Сорой незадолго до этого. Хоть раны и закрылись, психические и физические недомогания, которые, казалось, были результатом способности Соры к поглощению души, достигли уровня, который трудно было не заметить.

Исходя из таковых факторов, Гозу остановил Климта.

В ответ Климт изогнул губы и попытался что-то сказать, но его сестра, Клайра, помешала ему взглядом.

Сестра Климта, Клайра, вместо брата ответила Гозу.

「Шиба, есть одна вещь, которая меня беспокоит」

「Слушаю」

「Рёв, раздавшийся четыре дня назад, несомненно, был драконьим. До сих пор Сора сдерживал его. Что вы думаете об этом, Шиба?」

В зависимости от того, как слушать, это могло прозвучать как неприятное замечание: "Сора, который даже не смог пройти тест, никак не может остановить дракона."

Но, конечно, Клайра не собиралась принижать значение Соры.

В отличие от других, Клайру не ранили, но она отстала от Соры в битве у его поместья. Клайра Берч не настолько глупа, чтобы игнорировать этот факт. Даже её младший брат Климт, печально известный своими техниками кей, в этом отношении следует примеру сестры.

Клайру беспокоили не его способности, а тот факт, что "Сора сражался в одиночку три дня и три ночи". Как уже упоминалось выше, даже обычный воин стиля призрачного клинка может сражаться в полную силу только в течение половины дня, так как же Сора может противостоять три дня и три ночи мифическому созданию?

Если бы демоны, появившиеся в Титисе, были достаточно слабы, чтобы против них продержаться три дня, не сражаясь в полную силу, тогда загадка была бы решена. Но это невозможно. Они - не такие уж лёгкие противники. Более того, Сора имеет дело с драконом - высшим существом среди мифических созданий. Даже капитанам Восьми Флагов Зелёного Леса не удастся подавить дракона, не задействовав всех своих возможностей.

Когда Клайра впервые узнала, что Сора в одиночку сражается с драконом, она сочла это действие разновидностью боя на истощение.

Клайра и её люди были направлены на борьбу с демонами, в то время как Сора сам занялся Гидрой, главной виновницей всего этого. Конечно, это не тот противник, которого можно победить в одиночку, поэтому задача состоит в замедлении скорости вторжения.

Даже если это будет совсем немного, он хочет приостановить мифическое создание на его пути, уменьшить его силу и выиграть время для жителей Ишки. Затем, когда придёт время, объединится с Клайрой и остальными, и вчетвером нанесёт удар по дракону.

Объективно, это должен был быть метод с наибольшими шансами и наименьшими потерями против Гидрой.

Однако Сора не вернулся из Титиса даже после половины и целого дня, что является стандартом для воина призрачного клинка. Даже по прошествии двух или трёх дней не было видно его тени. Обычно следовало бы сделать вывод, что мифическое создание победило, но постоянное сотрясение земли и тот факт, что Гидра не выходила из леса в течение какого-либо времени, отрицает эту возможность.

--Гидра, появившаяся в мире, - это дракон, но это вовсе не просто дракон. Сора кажется более страшным, чем появившийся дракон.

Когда Клайра положила левую руку, в которой нет меча, на правый локоть, как бы обнимая своё тело, Гозу ответил, приложив руку к подбородку: Хм-м.

「Способность экипировки души лорда Соры - это, вероятно, поглощение или хищение. Считай, что сражаясь отнимаешь у дракона его силу」

「У него есть синсо, способное принять силу дракона, и он сам в состоянии совладать с этой силой. Как человек, который пять лет назад не смог нанести ни одного удара воину драконьего клыка, смог добиться такого--」

Именно в этот момент Клайра попыталась высказаться и раскрыть свои сокровенные мысли.

『Кишуаааааа!!』

Оглушительный крик донёсся из-за границы пурпурной пыли.

Как только они услышали это, трое из них мгновенно морально подготовились к битве и приготовили свою экипировку души. В этот момент земля задрожала, словно подпрыгивая.

Этот был несравнимо сильные, чем предыдущие подземные толчки. Тела Гозу и остальных подпрыгнули на несколько десятков сантиметров от земли. Удар был таким, как будто огромный метеорит упал совсем рядом, и, как и ожидалось, даже воины стиля призрачного клинка были выбиты из своих позиций.

До ушей всех троих донёсся звук, похожий на треск множества деревьев. Они втроём услышали разрушение множества деревьев и звук приближающегося к ним чего-то тяжёлого и липкого.

Вскоре звук превратился в непрекращающуюся вибрирацию.

Почувствовав приближение врага, гораздо более сильного, чем адские гончие, они с Гозу во главе быстро перегруппировались и вскочили с места огромным прыжком.

Это было как раз вовремя.

На том месте, где они до сих пор находились, выпрыгнуло огромное, похожее на гору сооружение. Многочисленные длинные, вытянутые шеи. Гниющие чешуйки и эпидермис, покрытый отравленной кровью.

Несомненно, это была Гидра, смертоносный, ядовитый, бессмертный дракон.

Гозу тайком внутренне кивнул: Я так и знал. Судя по яду, загрязнявшему огромный лес, и восьмикратному рёву дракона, он ожидал, что появившийся на свет дракон - это гидра.

Однако меня беспокоило то, что у гидры всего три головы, тогда как по легенде у неё их должно быть девять. Однако, прежде чем они успели подумать об этом, голоса Берчей эхом разнеслись по всей округе.

「Сожги всё, Курикара!」

「Пожалуйста, явись, Кусанаги!」

Они вдвоём достали своё синсо, а Гозу достал свой меч.

Я подумал о том, что останётся после убийства Гидры. Меня также беспокоит, что я не вижу Сору, который должен был сражаться с драконом, но я сказал себе, что проверю это позже.

Синсо Гозу и его друзей мерцало и переливалось. Каждый раз тело Гидры разрывалось на куски. Истязаемая ветром, обжигаемая огнём, пронзённая светом, гидра, извивалась своим огромным телом словно в агонии, даже не пытаясь сопротивляться Гозу.

Сколько бы их ни атаковали, три головы даже не взглянули на Гозу и его людей, а просто продолжали двигаться вперед--лицом на юг.

Однако из-за своего огромного телосложения Гидра медлительна, как черепаха. С точки зрения этих троих, они могли атаковать сколько угодно и как угодно.

По рёву полному агонии было ясно, что атаки Гозу и остальных возымели действие. Но даже в этом случае Гидра не пыталась устранить гусят. Она даже не повернулась к ним лицом.

Первоначально Гидра двигалась, скользя своим огромным торсом по земле, которая превратилась в ядовитое болото, разлагая землю кровью и миазмами, вытекающими из её тела. Теперь, однако, гидра не теряла времени на то, чтобы земля сгнила, и двинулась вперёд, извиваясь своим огромным туловищем.

Каким бы неэффективным ни был этот способ передвижения, мифическое существо просто продолжало двигаться вперёд, как будто это было лучше, чем стоять на месте.

「Что за ......!」

Увидев, как я отрубил все головы Гидры, бывший учитель отвёл взгляд. Берчи тоже.

Однажды мы уже пересекались в бою. Все трое поняли бы, что я изменился по сравнению с тем, кем был пять лет назад, но они всё равно не ожидали, что я в одиночку зарублю дракона.

Меня приятно щекотало чувство превосходства от потрясенных лиц.

Первое, что приходит на ум, - это тот факт, что кроме нас никто не был в одной лодке.

「『Помощь?』спросил я у троицы с Острова Демонов」

Теперь я смогу вам помочь, - насмешливо сказал Сора, на что Гозу ответил с выражением восхищения на лице.

「У меня нет слов. Я думал, что понимаю рост Господин Соры, но я никогда не думал, что вы в одиночку уничтожите Гидру, это ...... это невероятно! Во дворец должны быть очень довольны. Другие знаменосцы, узнав об этом подвиге, не будут возражать против возвращения Господина Соры」

「...... Думаешь, мне будет приятно это слушать?」

Когда я холодно ответил Гозу, который сказал что-то невразумительное, противоположная сторона заговорила со мной с ещё большим пылом.

「Господин Сора, это повод для размышлений. Всё зависит от воли Шикибу, это так, но если вы будете таким, каким являетесь сейчас, то возвращение на трон законного наследника будет не просто мечтой!」

「......Мм」

Я уже собирался рассмеяться во весь голос, но как только я услышал слово "наследник", моё сердце неожиданно дрогнуло.

Дело не в том, что меня не мотивировала эта должность. Меня просто привлекала ситуация возвращения под эгидой Убийцы Драконов, возвращения в положение законного сына и демонстрации случившегося тем, кто отказался от меня.

В конце концов, именно такой финал я хотел больше всего на свете пять лет назад. Если бы я научился носить экипировку души сразу после изгнания с острова, я бы принял предложение Гозу.

Возможно, почувствовав мою реакцию, Гозу попытался энергично продолжить свои слова.

Я поднял левую руку, чтобы остановить его.

Мне не нужно больше думать об этом. Прошлое - это прошлое, настоящее - это настоящее. Я намерен вернуться в семью Мицуруги в недалёком будущем, но это будет в совершенно иной форме, нежели та, которую хочет Гозу. Как бы ни сложились обстоятельства, я ни за что не приму его приглашение прямо сейчас.

Я обнаружил, что моё некогда потрясённое сердце вновь обрело спокойствие.

「Дело не в этом, Гозу. Если ты здесь, то можно предположить, что Давка прекратилась, верно?」

Сора прервал разговор об ответном визите и перевёл разговор в другое русло. Гозу всё ещё выглядел так, словно хотел что-то сказать, но Соре было всё равно, и он поставил свой вопрос на первое место.

Почему Гозу и остальные появились прежде чем Гидра, ставшая причиной Давки, пала?

Я буду сражаться с Гидрой, а Гозу и остальные будут сдерживать демонических зверей на передовой - таково было соглашение, которое мы заключили в Ишке. Если бы Гозу и остальные нарушили соглашение по собственной воле, мне пришлось бы очень спешно возвращаться в город.

Когда я задал ему вопрос, сжимая рукоять Пожирателя Душ, Гозу широко кивнул и ответил на мой вопрос.

「Не волнуйтесь, - сказал он. За последние три дня вы, наверное, выгнали всех демонов, которых только можно выгнать. Как только мы вошли в лес, численность животных, выходящих наружу,с лёгкостью можно было сосчитать」

Гозу настаивал, что солдат и авантюристов на линии обороны будет достаточно, чтобы сдержать такое количество монстров.

--Я поверил, что он говорит правду. У меня много чувств к Гозу, но я знаю, что он не откровенный лжец.

Непосредственный кризис Гидры и Давка уже позади.

Конечно, не все проблемы были решены. Даже если мы победили гидру, её яд остаётся. Загрязнение леса Титис уже вышло за рамки серьезного и достигло отчаянного уровня, и река Кейл также может быть загрязнена. Ситуация продолжает оставаться такой, что было бы неудивительно, если бы Королевство Канария, не говоря уже об Ишке, рухнуло. Проблемы продолжали накапливаться.

Однако это не совсем то, с чем я один могу что-то сделать. Гидра, первопричина, была устранена. Король, дворянство, Гильдия Авантюристов, Храм Закона и те, у кого есть положение, ответственность и деньги, - все они делают всё возможное, это то, что я действительно чувствую.

--Я не уверен, что хотел бы стать частью этого, но я знаю некоторых из этих людей.

Астрид, Клаудия и остальные члены семьи Драгнаут - ведущие аристократы страны, а жрица Сара - член Храма Закона.

Было бы не очень круто сказать им "позаботьтесь об остальном" и сбежать в другую страну. Кроме того, в преодолении трудностей есть вещи, которые невозможно победить одним лишь мечом.

Если я - член『Меча Кровопролития』 - приложу усилия, чтобы решить проблему здесь, моя репутация в Канарии, включая победу над Гидрой, будет непоколебима. Было бы также забавно подобным образом показать тем, кто отказался от меня, на что я способен.

Собравшись с мыслями, я снова посмотрел на Гозу и остальных.

「Гозу, ты ведь был в Ишке? Ещё в Ишке ты сказал, что после победы над демоническими животными вы и ваша команда немедленно вернётесь на остров для доклада. Это так?」

「Да, верно. Если возможно, я бы хотел, чтобы Господин Сора сопровождал нас」

「Понятно」

Вторая часть была проигнорирована небрежным кивком Соры.

Самое главное помнить, что Гозу и остальные возвращаются на Остров Демонов, а это значит, что местные узнают о том, что я убил Джиджинбоу и победил Гидру. Конечно, о существовании демоницы Сузуме тоже станет известно.

Это было несколько неудобно для меня. Как само собой разумеющееся, возник вариант "заставить молчать".

Именно с этой целью три дня назад было заключено предварительное перемирие. Пока я ел Гидру, мне нужна была сила, чтобы сдерживать Давку, поэтому я просто бездумно убрал меч.

Перемирие закончилось, когда Гидра была побеждена, и Давка прекратилась. У меня нет причин жаловаться кому-либо, если я убью людей, напавших на киджина. Огласки не будет, а тела растворятся в яде, поэтому хлопоты после победы минимальны. Это была идеальная ситуация для решения вопроса.

Души трёх людей с Острова Демонов стоило бы съесть. ------ -Три дня назад я бы так и подумал.

Но сейчас, как ни странно, у меня пропало желание это делать. Причина в том, что необходимость "держать язык за зубами", которая была первоначальной причиной для этого, уменьшилась до такой степени, что для меня это почти неважно.

Они узнают, что я убил Джиджинбоу. Они узнают, что я победил Гидру. Они узнают о существовании Сузуме - какое это имеет значение?

Если семья Гозу будет охотиться за нашими с Сузуме жизнями, мы сможем отплатить им тем же. Неважно, придут ли высшие ученики как Гозу или главные силы Восьми Знамён, если это я теперешний - я, съевший Гидру - я смогу победить.

На самом деле, я даже думаю, что было бы лучше, если бы мне не приходилось держать рот на замке. Я с удовольствием представлял себе, как отреагируют жители Острова Демонов, когда узнают о моём выживании и способностях из уст Гозу.

Три дня назад я мог повысить свой уровень, просто убив их, но теперь, даже если я убью всех троих, я могу не подняться и на один уровень. Если нет смысла держать рот на замке и нет смысла есть их, то естественно, что желание сражаться с ними намного меньше.

-Хотя, конечно, это не означает, что я собираюсь отпустить их домой бесплатно.

「Я бы хотел сказать вам, чтобы вы убирались отсюда, но тут есть пара вопросов. Если вы собираетесь уходить, я бы хотел, чтобы вы ушли сейчас, но вот вам предложение: вы извинитесь за то, что напали Сузуме и обидели мой клан? Если вы преклонитесь перед ними, я подумаю об этом」

Климт, а не Гозу, первым отреагировал на эти слова. Беловолосый, красноглазый парень насмешливо скривил губы и сказал: Ерунда.

「Глупости. Сора, как ты думаешь, демоны - это разновидность недолюдей? Если ты оставишь эту девушку в покое, в следующий раз в мире рядом с тобой будет сражаться мифическое существо. Демоны смертельно опасные противники, как и идиоты, которые защищают их из-за собственного невежества」

То же самое относится и к глупцам, которые защищают их, таких людей, из-за своего незнания.

「Первое, что тебе нужно сделать, - это поблагодарить за то, что у тебя ещё осталась жизнь. То же самое относится к кошкодевочке и волшебнице, которые помешали моей сестре!」

「Понятно, значит, никаких извинений」

В ответ он легкомысленно пренебрёг враждебностью своего оппонента. Климт сузил на меня глаза в оттенке раздражения, но я смотрел на безразличную Клайру. Прежде всего, необходимо убедиться, что вы хорошо понимаете, что делаете.

「Мне жаль, что я причинила боль тем, кто не является демоном. Но я считаю, что с моей стороны было неправильно оставить демона в покое. Как сказал Климт, и как ты сам знаешь, Сора, для обладателей стиля призрачного клинка железное правило - истреблять демонов и запечатывать их богов」

「Ты тоже не собираешься извиняться」

Соре не нужно было выслушивать Гозу. Он слышал всё, что сказал Шибу, из уст Лидделль. Человек, который говорил, что без колебаний станет преступником, чтобы воздать должное демонам, теперь никогда не склонится перед демонами.

На этом первый вопрос исчерпан.

「Теперь второй вопрос. Климт сказал, что, очевидно, есть факты о демонических людях, которых я не знаю. Ты собираешься рассказать мне об этом? Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что рядом со мной находится мифическое существо?」

Исходя из слов Климта, можно сделать некоторые предположения. Второй вопрос: "В чем опасность того, что полубоги используют тела других в качестве своих аватаров?

Но если бы киджины были способны к такой имитации, они бы использовали свои способности, когда василиск напал на них.

Речь идёт не только о киджинах. Насколько я знаю, был только один случай появления полубога, триста лет назад. Если обязанностью школы призрачного клинка является убийство всех демонов ради шанса, который может случиться или не случиться раз в несколько сотен лет, то они уже достигли уровня фанатизма.

Или, на самом деле, было несколько случаев проявления полубогов, все из которых были уничтожены Гозу или Империей Ад-Астера?

В ответ на эти вопросы Гозу ответил тихим тоном.

「Господин Сора. Это тайна Дома Мицуруги, и она не может быть разглашена по моему усмотрению. Когда Господин Сора вернётся во дворец и, овладеет стилем призрачного клинка, достигнув врат демонов, я лично расскажу вам об этом」

「Я вижу. Понятно. Так вот что это значит, да? Мы пытались убить невинных людей в соответствии с законом семьи. У нас нет намерения извиняться, потому что мы сделали это в соответствии с Кодексом. Причина, по которой мы напали на них, также является вопросом Кодекса, поэтому мы не можем говорить об этом. Если ты хочешь узнать больше, делай что угодно」

Я лаконично подытожил аргументы Гозу и хмыкнул.

「Каждый имеет свои причины. Гозу очень высокомерен и заносчив, до такой степени, что это освежает. Если вы, ребята, хотите пойти именно таким путем, то я буду рад делать всё на своих условиях без малейших оговорок」

С этими словами я поднял Пожирателя Душ и молча наполнил кей.

Трое из них, Гозу, Климт и Клайра, почувствовав в моих действиях враждебное намерение, встали передо мной, держа наготове свои синсо.

Климт вышел вперёд и повернулся ко мне лицом. Он бросил на меня пристальный взгляд с мечом и сказал, словно выплёвывая.

「Сора, я хочу сказать тебе одну вещь, поскольку ты чувствуешь себя бодрым после первой победы над мифическим существом. Во вратах демонов есть множество тварей, сравнимых с демонами и мифическими существами. Мы сражаемся в таком месте. Ты даже не можешь себе представить, каково это для тебя, который так счастлив использовать своё сердце и ум против слабых, как подонок. Невежество - грех, и это именно то, о чём они говорят тебе сейчас」

Климт тоже был полон негодования, и его обвинения в мой адрес слетали с бледных губ, как будто те были прокляты.

Багровый длинный меч в руке Климта вспыхнул со звуком, словно в ответ на желание своего владельца сражаться. Сильный жар, который, кажется, опалял даже атмосферу, передался мне.

С характером Климта он должен был бы мгновенно наброситься на меня, но он этого не сделал, вероятно, потому, что в нём ещё жива память о избиении в Ишке. В доказательство этого взгляд Климта сосредоточился на моём чёрном мече.

Если бы ему довелось встретиться с Пожирателем Душ, даже пламя от Курикары Климта было бы заглушено. Вполне естественно, что Климт был настороже.

Я смотрю на Климта и думаю.

Возможно, стоящие напротив рядом планируют отомстить за события в Ишке и мотивированы. В тот раз я победил Климта неожиданной атакой. Что касается Климта, то я не могу избавиться от ощущения, что он проиграл не по заслугам, и это, вероятно, способствовало его боевому настрою здесь.

--Он был таким забавным.

Края моих губ естественно приподнялись, когда я увидел Климта, который думал, что стоит на одной сцене со мной. Климт заметил это и резко повысил голос.

「Что смешного!?」

「Нет, я просто подумал, что ты прав. Невежество - это грех. Это верно, но, к сожалению, сказавший даже не осознаёт своего собственного невежества」

「Ты, не знающий демонов, говоришь глупости! Если ты что-то знаешь, а я нет, скажи мне!」

「Вот в чём разница между нами, Климт Берч! Уааааао!!!」

С рёвом я вздымаю свою кей, чтобы преподать Климту урок реальности.

Я увеличил количесво кей ещё больше, наблюдая за изумлением на лице Климта.

Глядя на Клайру, которая была вся в страхе, и Гозу, который стоял в ужасе, я продолжал вздымать кей.

Я продолжил. Всё ещё впереди. К пределу, который лежит за ним, я никогда не устану вздымать кей.

Я буду продолжать выпускать кей,Я буду продолжать выпускать кей,Я буду продолжать выпускать кей,Я буду продолжать выпускать кей,Я буду продолжать выпускать кей,Я буду продолжать выпускать кей... --

Внезапно по округе разнёсся хлёсткий звук. Земля под моими ногами раскололась. Треск не прекращался. Земля трескалась по очереди, издавая треск, треск, треск. Земля разлеталась.

Сразу же после этого вокруг с грохотом рассыпалась почва. Словно не выдержав моего существования, грунт провалился подо мной.

Я оказался в облаке пыли, хотя ветра не было.

Волнистая, ревущая, клубящаяся пыль была похожа на торнадо, и она становилась всё больше и больше, поднимая осадок с потрескавшейся и разбитой земли. Цвет торнадо, в котором находилась красная земля Титиса, был красным.

Это была сцена, напоминающая пурпурно-красные торнадо, созданные ядовитым драконом Гидрой, хотя и в другом масштабе.

Тело нагревалось, словно горя.

Кэй, которая продолжала изливаться, не иссякала, подобно воде в море, и распространялась во все уголки туловища.

Чувство всемогущества, сродни опьянению, охватило мой разум и тело.

Если сейчас это я, то я смогу победить независимо от того, против кого выступлю. Будь то дракон, бог-демон или святой меча - такая уверенность наполняла моё сердце.

Я смеялся вслух.

「Хахахахахахахахаха!!!」

Не могу устоять. Я не могу устоять. Я не могу остановиться.

Где-то в глубине головы моё спокойное "я" советует не гордиться. Где-то на задворках сознания моё осторожное "я" предупреждает не терять бдительность.

Но я не хотел следовать за этими голосами. Я больше не думал ни о чём.

Земля кричала от силы. Мощность достаточная, чтобы заставить атмосферу реветь и бушевать. Как можно не гордиться, когда у тебя есть возможность убить бога, если ты захочешь?

Застигнут врасплох? Это все очень хорошо. Потому что если я не ослаблю бдительность, то у Климта, который ошеломлённо стоит передо мной, не будет ни единого шанса.

Это просто подходящий гандикап!

「Ха-ха-ха-ха! Климт, как долго ты собираешься просто беззаботно стоять там?」

Едва это сказав, Сора взмахнул своим синсо по прямой линии. Поскольку он был за пределами дальность, взмах не достиг тела Климта, и Сора не послал в него косу кей. Это был бынально лёгкий взмах в прямом смысле слова.

При одном только этом кей вырвалась порывом ветра и оттолкнула тело Климта.

Впервые он был словно пулей.

Климт пришёл в себя, его лицо исказилось, и он отлетел назад. Фигура была вся в прорехах, и я мог бы гнаться за ним сколько угодно, но не решился. Это было бы беспечно и гордо.

Я смотрел на фигуру Климта, который поспешно возвращался в исходное положение, с тонкой улыбкой на лице. Климт застонал.

「..................Сора, ты」

「Что случилось? Ты выглядишь бледным, Климт. Как ты и хотел, я пытался показать тебе факт, которого ты не знал - разницу в наших способностях - но разве это было слишком сложно для понимания?」

Одним мечом теперь я мог наступать и рубить его, или я мог рубануть по нему с дистанции своей лихой кей.

Климт, который был ошеломлён моей кей и терял контроль над собой, не смог бы увернуться ни от одного из таких ударов.

Выражение лица Климта выражало осознание того, что им воспользовались.

Против такого противника в ответ я начал атаку не клинком, но словом.

「Я рад, что ты понял мои намерения. Не только Климт. Климт не единственный, Клайре и Гозу полагаю тоже есть что сказать, я слушаю」

Когда она переглянулась с двумя другими, Клайра, чьё белое лицо уже побледнело, ответила дрожащим голосом.

「...... Господин Сора, вы - что является вашей анимой? Вы в одиночку расправились с мифическим существом и я вижу, что ваш уровень повысился. Однако, выпустить такое сильное давление, невозможно даже для багуа хакке или анимы уровня четырёх зодиаков............!」

「Если это невозможно с багуа хаккэ или символами четырех зодиаков, то разве это не на уровне рёги или тайдзю? Что ж, вам придется узнать это самим после завтрашнего дня」

「......? Что это значит?」

Сила Судзумару - это обнуление синсо, а в предыдущей битве сила Пожирателя Душ была заблокирована.

Однако нынешний Пожиратель Душ не может быть охвачен. Его невозможно связать. Гозу знает это, поэтому не достает свой меч.

Первое, что приходит на ум, это то, что Пожиратель Душ - очень мощное оружие, и аннулировать его нельзя.

「Давай, Гозу, быстро доставай свою экипировку пустоты. Если ты, достанешь её, то сможешь защитить Берчей. Если не получается, то подготовьте свои сердца и умы. В благодарность за то, что вы сдерживаеkb Давку, я не буду атаковать в течение первой минуты. Без вас, ребята, у меня не было бы сил зайти так далеко. Следующая минута - это мой способ сказать спасибо」

「...... Господин Сора, значит ли это, что вы забрали силу мифического существа? Так же, как вы лишили его власти над судьбой Ишки」

「Что, теперь ты собираешь информацию? Да, именно так. За те три дня, что ты сдерживал демонов Титиса, я смог наесться гидры досыта. Эта сила - результат」

Большое спасибо, - вежливо поблагодарил Сора. Конечно, это был сарказм, но наполовину он говорил серьезно.

Чтобы победить гидру, которая постоянно регенерировала, я продолжал поедать ее душу, пока она не перестала регенерировать. Не было другого способа победить дракона, который не упадёт, даже если я отрублю ему голову или пробью дыру в туловище.

И для этого потребовалось три дня и три ночи.

Несомненно, именно благодаря Гозу и его команде Сора смог так долго концентрироваться на борьбе с Гидрой.

Я бы не пожалел одной-двух благодарностей, и четверти информации. Самое главное помнить, что чем больше они смогут рассказать Острову Демонов подробностей о том, как я победил Гидру, включая экстрасенсорные способности, тем легче будет делать многие вещи в будущем.

Этап сокрытия моих способностей закончился.

「Я повторюсь. Быстро вытаскивай свою экипировку пустоты, Гозу Цима. Я превзойду тебя, всерьёз сокрушив. Я больше не позволю тебе жалеть меня」

◆◆◆

「Сожги всё, Курикара!」

Климт взял инициативу в свои руки. Огонь клубился вокруг него, приближаясь с огромной силой.

Синсо Климта, Курикара, является божественным огненным мечом и, естественно, хорошо подходит для огненных техник. Техника кей, которую Климт раскрыл, была достаточно мощной, чтобы быть использованной против Гидры.

Однако, как уже говорилось ранее, обнуление способности Юзумару не работает, поэтому все техники кей для меня как приманка. Я держал Пожирателя Душ в правой руке и встретил атаку Климта в лицо.

В следующий момент сбоку раздался решительный голос Клайры.

「Пожалуйста, явись, Кусанаги!」

То, что было выпущено, было ревущими лезвиями ветра, притом несколько одновременно. Прямое попадание снесло бы голову Гидре.

Время атаки было также идеальным. Она намеренно задержала приём, полагая, что если я нахожусь под атакой Климта, то её собственные техники не возымеют эффекта.

Нет, возможно, со стороны Климта также был использован броский прием, чтобы заставить сестру нанести этот удар. Искусная координация в этой области - то, на что способны только сестра с братом.

-Но какое это имеет значение?

「Каа!!」

Если вы не можете использовать синсо, вы можете использовать что-то другое. Я выпустил из себя кей и попытался рассеять ветра, выпущенные Клайрой.

Текущая кей-пушка, которую я выпускаю, эквивалентна пушечному ядру, как оно и звучит. Лезвие ветра, соприкоснувшись с выпущенной мною кей, на несколько мгновений скривило пространство, словно сопротивляясь давлению, но это продолжалось недолго.

Увидев, как лопасти ветра разлетаются на куски, лица Берчей скривились. Увидев это, я попытался дразнить их и понял, что не вижу третьего. Затем сверху раздался серьёзный голос.

「Стиль призрачного клинка, Окуден」

Я поднял голову и увидел парящую там бронированную фигуру, напоминающую быкоголового бога Уси. Гозу, который уже закончил разворачивать свою экипировку пустоты, поднял свой скимитар высоко в воздух.

Он яростно замахнулся им.

Меч сверкнул в его глазах, как молния, и поразил тело, как удар грома. Молниеносный клинок божественной скорости надвигался на Сору с напором и скоростью, не позволяющей уклониться.

Времени на то, чтобы выпустить кей, не было. Даже если бы Сора это сделал, это было бы бессмысленно. В отличие от Клайры, было очевидно, что Сору будут истощать до предела.

Тогда я поднял свободную левую руку над головой и сказал...

「Г.....!!」

Я встретил поток света, выпущенный Гозу, лоб в лоб.

Как бы хорошо ни был человек защищён кей, это не то, что можно предотвратить. Брызги крови хлеснули наружу, а лезвие вонзилось между большим и указательным пальцами.

Плоть разорвалась, кости раздробились, нервы порвались, и сильная боль прошла через всё тело. Лезвие скимитара быстро достигло моего запястья. Хотя это лучше, чем быть отрезанным, моя левая рука больше не будет полезной.

Честно говоря, я думал, что смогу отразить большинство атак только с помощью своей кей, но, похоже, я был просто параноиком, когда дело дошло до Гозу, который был действительно серьёзен.

Когда я осознал этот факт, я не смог сдержаться и громко рассмеялся.

「Ха-ха-ха-ха! Это здорово, Гозу! Что это было? Окуден Оуден? Ката синсин? Я никогда не видел такого удара! Это отличный удар! Это то, чего ты действительно хочешь? Этот Гозу, который всегда смотрел на меня с жалостью на острове ......, всерьёз борется со мной! Он действительно пытается меня покромсать! Хахахахахаха, ахахахахахаха!」

Смеясь как сумасшедший, я активировал силу своего синсо. С силой Пожирателя Душ, который может восстановить даже отрубленную руку, исцеление разорванной плоти, раздробленных костей и порванных нервов - это сущий пустяк.

Реставрация, когда лезвие всё ещё было в Соре, была чрезвычайно болезненной, но даже эта боль сейчас была приятна. Я просто не могу перестать смеяться.

Тот факт, что Гозу показал мне, насколько серьёзно он относится, сделал меня счастливым.

Меня не мог не позабавить тот факт, что этот серьезный удар не смог даже отбить одну из моих рук.

Я снова понял. Я превзошёл Гозу Циму.

-Честно говоря, я не думал, что у меня такие преломленные чувства к Гозу.

Я был сыт по горло жалостью из благих намерений, но мне казалось, что я понимаю, что это из-за их заботы обо мне, как о представителе своей семьи.

На самом деле, когда я боролся в Ишке, мой эмоциональный обруч не срывался так сильно - или мне так казалось. Я не знаю, что сказать, но в то время Гозу всё ещё был сильнее меня. Во второй половине боя, когда я стал лучше понимать Пожирателя Душ, мне удалось отбиться, но появление Гидры сразу после этого заставило меня прекратить бой, и я не почувствовал, что превзошёл Гозу.

Теперь я наконец-то осознал это. После битвы с Гидрой я был убеждён, что я явно сильнее Гозу, и я думаю, что сдерживаемая депрессия прошлого закипела.

Левой рукой, в которой всё ещё был зажат клинок, я крепко сжимал скимитар Гозу.

Бычий шлем Гозу, молча наблюдавший за моим безумием, слегка покачнулся. Казалось, он пытался вернуть оружие в руку, но скимитар даже не дёрнулся.

「Нн……」

Простонал Гозу. С выражением удовольствия на лице я ещё активнее начал вкладывать силу в руку, держащую скимитар.

Захват. Скрип. Я слышу, как что-то скрипит.

「Молодой ......, вы - ........」

「Куку. Я уверен, что ты в холодном поту под этим шлемом. Мне будет приятно увидеть твоё лицо」

Я продолжал прилагать больше усилий, прилагать больше усилий, прилагать больше усилий, прилагать больше усилий, прилагать больше усилий. А потом...

Затем - *пак*....... Звук небольшой, но резкий, словно разбился кристалл.

Это был звук трещины в скимитаре Гозу.

「Глупый ......!」

「Ахахахахаха! Хрупкий, хрупкий, хрупкий, хрупкий, Гозу! Это и есть предел сферы призрачного клинка? Так вот в чем суть стиля? Куда делось твоё самодовольное выражение лица, когда ты сказал, что развеешь моё самодовольное высокомерие?」

Как только я это сказал, я сконцентрировал свою кей в левой руке и раздробил лезвие скимитара больше, чем когда-либо прежде.

Затем, как только моя левая рука освободилась, я быстро повернул своё тело и нанёс копьевидный удар в живот Гозу, который, вероятно, был оглушён под своим шлемом.

Удар, усиленный кей, отправил огромное тело Гозу, заключенное в броню, в полёт по воздуху.

Я улыбнулся, края моих губ приподнялись. Минута, когда я обещал воздержаться от нападок, уже давно прошла.

BlackJackIQ: Инфо от автора: тайцзи, рёги, четыре слона(сидзо), багуа.

Ранги, указывающие на ранги существ одного источника. Упрощенно говоря, тайцзи - это S, рёги - AAA, сидзо - AA и багуа - A. Багуа - это класс капитана из Восьми Знамён Зелёного Леса, и как только вы достигнете четырех слонов, стать святым меча - не мечта. За 300-летнюю историю семьи призрачного клинка только три человека, включая первого Святого Меча, достигли (и были признаны достигшими) тайцзи, один из которых - нынешний глава семьи.

「Кх!?」

Со взрывным треском огромное тело Гозу упало на землю. Поднялось облако пыли. Как бы в подтверждение силы удара, чёрные доспехи Шибы покатились по земле, как мяч.

Я увидел это и прыгнул в сторону Гозу ударив ногой по грунту с силой, которая почти разбила её.

「Шиба Шиба！」

Единственным, кто вмешался, чтобы остановить меня, была Клайра.

Девушка, преградившая мне путь своим Кусанаги нефритового цвета, ярко светившимся в её глазах, косо взмахнула с сиплым голосом.

Если бы по мне был нанесён прямой удар, я был бы рассечён от левого плеча до правой стороны.

Однако теперь мне было легко увернуться от удара Клайры. Минимальным движением я уклонился от меча и прыгнул в сторону, а левой рукой, в которой не было оружия, схватился за воротник кимоно цвета ягасури или газури, в которое она была одета.

Я отбросил её тело на Климта, который как раз собирался ударить меня сбоку.

В отличие от Гозу, облачённого в тяжёлые доспехи, Клайра, одетая в кимоно и хакама, была на удивление лёгкой по весу. С её мышцами, укрепленными кей, казалось, что она весит не больше, чем хлопковое кимоно.

Климт, вероятно, не ожидавший, что тело её сестры будет использовано в качестве оружия, изумлённо распахнул глаза.

「Аа?」

С другой стороны, он как будто использовали тело моей сестры в качестве щита. Я не могу позволить это, но если я избегу этого, моя сестра упадёт.

Климту не оставалось ничего другого, как поймать сестру своим собственным телом.

Однако из-за внезапности ситуации ему не удалось удержаться на ногах, и он с сестрой упали на землю, словно спутанные.

Я уже собирался выстрелить в них кей, но Гозу быстрее восстановил свою позицию. Когда мы впервые заметили друг друга, мы оба были в середине сражения.

「Ох！！」

「Хааа！」

Мы вдвоём набросились друг на друга, используя наш боевой дух в качестве слов.

Однако корпус скимитара Гозу уже разбит, осталась только рукоятка. Он не представляет никакой угрозы. Кроме того, острота самого Пожирателя Душ, похоже, увеличилась с моим быстрым повышением уровня, и он может прорезать прочную экипировку пустоты Гозу так же легко, как и кожаный костюм.

Кроме того, эффективность способности Пожиратель Душ, похоже, возросла, и видно, что с каждым ударом меча в него вливается большее количество душ.

Не прошло и нескольких минут, как лобовое столкновение переросло в односторонний натиск.

「В чем дело, Гозу! Только не говори мне, что ты, Шиба из семьи Мицуруги, не собираешься выкладываться по полной!?」

Гозу не ответил на насмешку.

Первое, что приходит на ум, это то, что Гозу только что вернулся после трех дней и трех ночей противостояния Давке. То же самое касается Клайры и Климта; очевидно, что сейчас они втроём слабее, чем были, когда столкнулись со мной в Ишке.

С другой стороны, я сражаюсь уже три дня и три ночи, и хотя условия остались прежними, я обрёл несравненно больше сил, чем три дня назад, благодаря повышению уровня после пожирания душ. Кроме того, источником моей магической силы является сердце дракона. Даже если я буду поддерживать свою полную силу в течение трех дней или около того, я никогда не исчерпаю мощную магическую силу, которая течёт из меня.

С самого начала у Гозу и остальных не было шансов на победу.

「Хахахахахаха!」

С силой запредельной анимы позади, Сора рубил, рубил и рубил врагов перед собой.

Берчи, которые вскоре вновь оклемались, присоединились к битве, но даже в этом случае преимущество осталось неизменным.

В дополнение к своей силе как оружия, Пожиратель Душ обладает способностью восстанавливать владельца. Если меня не обезглавить одним ударом, я могу оправиться от большинства ран. У меня было достаточно времени в запасе, пока я отражал их атаки, рассеивал их, иногда ловя их своим телом, и концентрировал свои атаки на Гозу.

Во время второй атаки я резко шагнул вперёд и ударил Гозу прямо в лоб, и со звуком, похожим на звон разбитого стекла, шлем с бычьей головой раскололся.

Показалось голое лицо Гозу, со лба которого текла кровь, и я приподнял оба кончика губ. Затем, с таким выражением лица, я молниеносно нанёс удар синсо и глубоко врезался в правый локоть Гозу.

Правая рука Гозу опустилась вниз, и его скимитар упал на землю, вероятно, из-за повреждения нервов от разрубленного сустава. Сам Гозу упал на колени, словно следуя примеру клинка.

Тем не менее, Гозу, похоже, не потерял волю к борьбе, и он протянул свою целую левую руку, чтобы подобрать выпавшее оружие. В тот момент, когда его большая рука схватилась за рукоятку, я тяжёлой ногой топнул по его ладони своим железным ботинком.

「Кх..！」

「Ха! Каково это, Гозу, преклонить колено перед тем, кого ты так много отвергал? Что, по-твоему, ты собирался доказать мне своим поведением?」

Он побледнел и дышал на мое плечо, а я положил режущую кромку Пожирателя Душ на левую руку Гозу, чтобы ещё больше оттеснить его назад.

Затем я небрежно бросил его вниз. Меч, пришитый к его левой руке, упал на землю, и рот Гозу испустил неконтролируемый крик страдания.

「Сора, ты!」

「Не смей лаять на меня, Климт」

Сора быстро сократил дистанцию с Климтом, применив кей на обе ноги. Пожиратель Душ всё ещё пронзал руку Гозу - другими словами, это была атака голой рукой, но это было легче сделать, так как не было необходимости сдерживаться.

Даже при максимальной силе Гозу Сора смог справиться со всеми тремя одновременно. Теперь, когда Гозу был нейтрализован, оставшиеся двое не представляли никакой угрозы.

Левая рукой он ловит удар Кукуридоу, который шёл с размаху вниз. Сразу же после этого острая боль от жара пронзила его мозг, а в нос ударил неприятный запах горящей человеческой плоти - но это было всё. Это было ничто по сравнению с силой анимы Гозу.

Наблюдая вблизи за дергающимся лицом Климта, Сора упёрся кулаком правой руки в его зияющий живот. Я вложил в него много кей, а затем короткими толчками надавил на его внутренние органы два или три раза.

Звук нескольких твёрдых предметов, разбившихся вдребезги, потряс мои уши. Из кулака донесся звук сминания нескольких твёрдых предметов.

「Кха！？」

Слюна и агония, кровь и желудочный сок. Тело Климта складывалось в форму "ку", когда он выплёвывал телесные жидкости.

Я быстро вытащил кулак из живота противника, а затем изо всех сил опустил локоть на спину Климта, которая конвульсивно подрагивала.

「Гха！？」

Климт, которого энергично хлопали по лицу, корчился в агонии на извергаемой им грязи.

Я холодно посмотрел на беловолосого юношу и положил свой железный башмак на его правую руку, которая всё ещё держала экипировку души.

Я оказался не единственным, кто был недоволен этой ситуацией.

「Подожди, подожди, Господин Сора!」

「Никто не будет настолько глуп, чтобы ждать, когда ему говорит ЖДАТЬ человек с оружием」

Когда я недвусмысленно приказал ей отпустить Кусанаги, Клайра вонзила свой нефритовый длинный меч в землю и сделала два или три шага назад, как будто в панике.

Если бы я захотел, то смог бы заполучить её синсо раньше Клайры.

Увидев это, я выдохнул, фыркнув.

「Насколько я понимаю, это решение "сдаться"」

「Да. Да. Я решила, что дальнейшая борьба бесполезна」

「Хороший выбор, но, похоже, твой брат всё ещё намерен сражаться. Эй, Климт」

Пока мы с Клайрой разговаривали, я улыбнулся Климту, который пытался отмахнуться от моей ноги.

Я наступил своим весом на правую руку Климта, как я это сделал ранее с Гозу, словно хотел раздробить его кости.

Сразу же после этого по округе раздался глухой стук.

「АААААААААААА」

「Климт, не делай этого!--Сора, пожалуйста. Если вы желаете, я согласна. Пожалуйста, уберите оружие」

Когда я увидел её, она стояла на коленях глубоко склонившись передо мной.

Я не ожидал, что она зайдёт так далеко, поэтому был застигнут врасплох и закатил глаза.

--Я не уверен, не уверен не перестарался ли я.

Эта мысль пришла мне в голову непроизвольно.

Но здесь нет ничего страшного в том, чтобы опустить руки. И поскольку обидеть младшего брата и заставить его слушаться старшую сестру - вполне ожидаемое развитие событий, давайте просто форсируем сюжет.

「Быстро договорились. Тогда я возьму тебя в заложники, Клара Берч」

「..... заложник, да?」

「Да」

Мой план был прост.

Во-первых, я бы отправил Гозу и Климта обратно в Онигасиму и заставил бы их сказать мне, чего я хочу. Речь, конечно же, идет о демонессе Сузуме. Я бы заставил главу семьи призрачного клинка поклясться, что он оставит дело Сузуме мне и что семья не будет иметь с ней ничего общего в будущем.

Клайра - заложница до тех пор, пока это обещание не будет выполнено. Конечно, если глава семьи откажется от моей просьбы, ему придётся принять соответствующее решение. То же самое касается, если они прикасаются к кому-либо из моего окружения.

Когда я сказал ей об этом, первым отреагировал именно Климт, а не Клайра.

「Не глупи ......, ты не можешь сделать это ......!」

Климт, который держался за сломанную правую руку, ползая по земле, повысил голос.

Услышав это, я кивнул головой в полном согласии.

「Ну, ты прав. Он никогда не прислушивался к словам своего сына, которого изгнал. Если речь идёт о том, чтобы отпустить демонов, то это ещё более важно. Вот почему я оставляю тебя в живых, Климт」

「Что за ......?」

「Если ты хочешь спасти Клайру, тебе придётся рискнуть своей жизнью, чтобы выполнить мою просьбу. В противном случае сестрица будет кричать, что лучше бы она умерла. Мне не нужно объяснять тебе, почему я оставляю в заложниках имено её, женщину, а не тебя, мужчину?」

「Ты - ......!」

Климт, почувствовав, что я собираюсь сказать, схватил меня за ногу в форме горного демона. Я с силой пнул, оттащил его и подошёл к Клайре, которая стояла на коленях и кусала губы.

Я небрежно схватил красивые белые волосы, стекающие по спине её кимоно, и заставил её стоять там, не обращая внимания на крики боли.

「Обычно я бы перерезал сухожилия на её конечностях, чтобы она не могла восстать, но я отпущу её за то, что она так охотно встала собачкой. Климт, для ясности, если ты не вернёшься на остров и не ещё раз не вернёшься, чтобы спасти Клайру, я убью твою сестру в тот же момент. Ты понимаешь это, Гозу?」

Когда речь была направлен к Гозу, который до этого момента молчал, тот ответил тихим голосом.

「--Молодой..」

「Снова молодой господин. Что это?」

「Это я, как никто другой, сказал, что поручу демона молодому господину, что я и сделал. Я возьму на себя ответственность за убеждение Шикибу. Однако я не должен буду лгать о Джиджинбоу, об иллюзорных видах и о аниме ........ Если так поступить, я уверен, что Господин прикажет молодому человеку "вернуться". Что вы будете делать?」

「Никакого неуважения, ничего. Кто теперь будет сражаться под вашим началом?」

Гозу продолжал с мрачным выражением лица, на что Сора ответил холодной улыбкой, сказав, что ему не нужно об этом думать.

「Семья Гокен - это семья, объединяющая мастеров стиля призрачного клинка. Наверное, можно как-то объяснить его защиту демоницы и убийство Джиджинбоу, но это невозможно, как бы вы с Климтом ни пытались об этом спорить. Молодой мастер, неужели вы не вернётесь, несмотря ни на что?」

「Не заставляй меня повторять это снова и снова」

「Если это и дальше будет продолжаться, вы будете казнены как предатель. Вы будете раздавлены вместе с пешками, которых набрали, но сможете ли вы устоять на ногах?」

「Это отвратительно」

「Если я не сделаю этого, меня осудят как предателя? Это довольно удобно для меня. Мне не нужно спрашивать, они сами пришлют корм」

Слова Гозу вырвались у меня прямо изо рта и застряли в горле.

Это было моё истинное намерение.

Однако верно и то, что пока существует возможность того, что такие люди могут нанести ущерб моему окружению, это опасный риск, которого следует избегать по мере возможности.

Именно поэтому я решил раскрыть способности Пожирателя Душ.

Полусерьезный удар только усилит меня. Для того чтобы победить меня, вам нужно совершить убийство за одну атаку. Гозу, один из Четырех Лидеров, и два представителя Золотого Поколения, Клайра и Климт, были повалены на землю. В следующий раз даже такое может и не произойти.

「Придёт ли ученик более высокого ранга, чем ты? Или они мобилизуют высшие чины Восьми Знамён и нападут на нас в меньшинстве? В любом случае, мы победим значительные силы. Неужели у семьи Гокен теперь есть роскошь вытащить столько сил из Врат Демонов и отправить их в Королевсто Канария?」

「……Мм」

「Не будет. Даже если бы это было так, я бы не возражал. Затем я просто сожру всех убийц, которых они пошлют в мою сторону, а потом просто поеду на остров отсюда. Мне все равно, Гозу. Скажи это ему」

Это я даю ему выбор.

Обычный тупоголовый человек, который не смог пройти дальше церемонии испытания, победил мифическое существо всего за пять лет - вы можете сколько угодно трепетать перед лицом этого факта.

Кроме того, есть ещё случай Джиджинбоу. Человек, который был законным сыном семьи Гокен, по сути, убил их воина с секретным заданием императора. Если об этом узнает императорский министр, который питает недобрые чувства к семье Гокен, он будет в восторге и начнёт действовать. Нет, не только императорские министры, но даже их начальство сделало бы свой ход.

Семья Гокен, монополизировавшая боевую мощь стиля призрачного клинка, - это катана императора в кармане и одновременно ламинария над его глазами.

Теперь моё существование - это бомба, которая может потрясти саму семью.

Как мой отец отреагирует в этой ситуации? Только представив себе это, я чувствую себя ужасно счастливым.

「Ну, ну...」

Уладив дела с Гозу и остальным трио, я медленно шёл по лесу с Клайрой, которую взял в заложники.

Очень медленно, как будто прогуливаясь по окрестностям. Увидев меня в таком состоянии, она с сомнением посмотрела на меня.

Кстати, рука, которая держала её волосы, уже давно убрана.

Причина, по которой я схватил её за волосы и заставил встать и идти, была частью моей демонстрации Гозу и Климту. Это придаст словам "следуй за мной, или я убью тебя" ощущения подлинности.

Поскольку двое мужчин уже ушли, не было необходимости продолжать спектакль. Конечно, я не потрудился объяснить это, чтобы Клайра продолжал враждебно и настороженно относиться ко мне.

Помимо этого, причина, по которой я остался в лесу, а не вернулся в Ишку, заключалась в том, чтобы разрешить единственное беспокойство, которое у меня было.

Эльфийский мудрец Лунамария однажды сказала следующее о роде драконов.

У настоящих драконов нет периода яйцекладки. При благоприятных условиях катастрофа рождается из плоти и крови. Это дракон.

Если эти слова верны, то в лесу Титис, где появилась гидра, есть все условия для постоянного появления драконов.

Другими словами, ситуация не прекратится только потому, что Гидра побеждена, но есть вероятность появления второго или третьего дракона.

Конечно, существует также вероятность того, что ни один новый вид драконов не появится на свет, но пока мы не знаем подробностей об условиях появления, все это лишь предположения.

Поэтому мы решили выяснить это наверняка.

Вот почему мы оставили Гидру под видом мёртвой.

Причина, по которой я знал, что гидра не мертва, заключалась в том, что когда я ранее сбрил все восемь голов гидры, потока душ почти не было. Будь то Повелитель Мух, Повелитель Змей или Джиджинбоу, в момент убийства в тело входило большое количество душ, настолько большое, что их можно было узнать.

Невозможно, чтобы душа Гидры, мифического вида, были меньше её самой. Поэтому я был убежден, что Гидра еще не умерла.

Сначала я думал, что покончу с Гидрой, но тот факт, что она притворяется мертвой, означает, что внутри неё работает сознание Гидры, которое "не хочет умирать". Я также могу предположить, что у него хватит ума осознать разницу в силе между ним и мной.

Когда угроза в мой адрес исчезнет, Гидра, должно быть, ждёт меня, чтобы вернуться в своё гнездо и попытаться восстановиться. Если я последую за ней, то смогу выяснить условия появления вида дракона. По крайней мере, я мог бы найти подсказку для этого - так я думал.

Если эта идея окажется не по зубам, не беда. Останется только снова покончить с Гидрой.

И всё начало двигаться так, как я предсказывал.

「- Понятно, последняя важная голова была спрятана внутри туловища」

Cказал я себе, следуя за Гидрой на север через лес Титис на огромной скорости.

Девятая голова появилась из тела, которое потеряло восемь голов и восемь хвостов и превратилось в комок плоти. Возможно, эта голова и есть главное тело гидры.

Это произошло потому, что шея, которая проела собственное тело, чтобы обнаружить себя, откусила часть, соединённую с телом, и начала двигаться сама по себе.

Ползущая по земле фигура с извивающимся телом была похожа на гигантскую змею, и её прежней медлительности, которая продвигалась вперёд, расплавляя землю своим ядом, нигде не было видно.

「О, это ...... Сора-доно!」

Пока я внимательно следил за Гидрой, чтобы не быть замеченным, неподалеку раздался панический голос - точнее, из области груди.

Когда я посмотрел вниз, то встретился глазами с Клайрой, на лице которой было написано замешательство и стыд.

「Заткнись или откушу тебе язык」

「Да. Хм, но я думаю, что эта позиция несколько проблематична. ......!」

Когда я посмотрел, она была в позе принцессы на моих руках, и казалось, что её это беспокоит.

Конечно, о том, чтобы оставить её где-то, не может быть и речи.

Учитывая это, лучшее, что можно сделать, это носить её на руках вот так. В таком состоянии, даже если Клайра нападет на меня, я смогу ответить немедленно.

「Терпи」

Когда я сказал ей об этом безжалостно, девушка опустила глаза, как будто отказалась от этой идеи.

Уклоняясь от таких разговоров, я продолжал лететь через лес.

Гидра направлялась на север, то есть в самую глубокую часть Титиса, которая находится ещё глубже. По пути, когда мы проходили мимо области, превратившейся в море токсичной жидкости, я подумал, что попасть в неё будет непросто, но Гидра скользила над токсичной жидкостью.

Интересно, была ли борьба со мной такой тяжелой для неё, потому что она выглядела столь отчаянной, когда сразу убежала, и я почувствовал странное чувство вины, завидев Гидру. По какой-то причине это вызвало воспоминания о том, как в детстве я плакал и бежал домой к маме.

-А потом, много времени спустя. Наконец-то мы ступили в самую глубь Титиса.

Я знал это, потому что атмосфера явно изменилась. Я не имею в виду это в переносном смысле, но качество воздуха действительно изменилось.

Одним словом, воздух стал гуще.

Сначала я подумал, что яд гидры прорвал защиту кей, но это было не так.

Это запах жизни, который опьяняет. Воздух наполнен силой маны - магической силы, которую производит мир, - и вы можете почувствовать, как магия наполняет всё ваше тело, просто стоя на месте. Если вы будете колдовать сейчас, то сможете извлечь в несколько раз, а то и в десятки раз больше силы, чем обычно. То же самое было верно и для кей.

Невероятная плотность магической силы почти жуткая.

Я замедлил скорость бега, как будто что-то насторожило меня, и начал продвигаться вперёд, настороженно следя за окружающей обстановкой. Чем дальше я бежал, тем более жуткими становились ощущения. Это ощущение усугубляется окружающими пейзажами.

Растительность в глубине леса отличалась от растительности периферии и более глубоких участков. Дело не в том, что там растут только новые виды, которых я никогда раньше не видел. Все растения, которые виднелись, были мне знакомы.

Просто то, как они растут, находится за пределами моих знаний.

Например, трава под названием корсилла справа от меня должна вырастать максимум до одного метра, но здесь она выросла более чем на два метра, как будто это само собой разумеющееся. Плоды дерева под названием палал в лучшем случае должны быть размером с кулак, но здесь они выросли до размера головы взрослого человека.

Все растения в поле зрения были в таком состоянии.

Деформированный лес, который отклонился от своей первоначальной формы как вид в результате постоянного потребления слишком большого количества плотной маны. Так появилась самая глубокая часть Титиса, где, по слухам, обитают мифические существа.

Мы не знаем, почему было сгенерировано так много маны, но при такой скорости мы должны предположить, что нерастительность также мутировала. Существует также большая вероятность того, что магические звери были значительно усилены.

Я опустил Клайру, которую держал в руках, на землю и создал синсо. Интуиция подсказывала мне, что я должен это сделать - или, скорее, что это будет опасно, если я этого не сделаю.

Клайра почувствовала то же самое, и она последовала моему примеру, раскрыв свою собственную экипировку души.

К счастью, не было опасности потерять Гидру из виду, так как деревья были вырублены в том направлении, куда она направилась.

Я продолжаю идти дальше, настороженно следя за окружающей обстановкой.

Я заметил, что что-то похожее на ветку уже начало расти из трещин в дереве, которое было сломано Гидрой. Это скорость роста, которая была бы невозможна для обычного растения.

Если спокойно подумать, Гидра родилась в самых глубинах и направилась к Ишке, поэтому растения в этой местности должны были хотя бы раз погрузиться в море ядовитой жидкости. Даже если бы они оказались вне пути гидры, они попали бы в торнадо, которое создало это мифическое существо, и взлетели бы в воздух вместе с почвой на земле.

Несмотря на это, никаких его следов в окрестностях не обнаружено. Территория настолько густо заросла растениями, что здесь даже нет места для прогулок, словно зелёная крепость. Эти растения выпили яд гидры вместе со своей богатой жизненной силой и вернулись к своему нормальному состоянию всего за несколько дней.

Как уже говорилось выше, в глубине оставалось море яда. Так что это особенность только самой глубокой части. Была уверенность, что впереди что-то есть.

Когда я так задумался, моё зрение внезапно пошатнулось.

Я поспешно поднялся на ноги и слегка покачал головой. Чувствовалось странное головокружение и я не мог найти опору, как будто в состоянии опьянения. Если бы я пил столько же алкоголя, сколько сейчас, я бы чувствовал себя так же, как сейчас.

Кроме того, я испытываю тупую боль в области солнечного сплетения, похожую на изжогу.

Было очевидно, что эти аномалии были вызваны маной.

По сути, мана не вредит организму, напротив, она работает на оздоровление тела и разума. Не обязательно быть магом, чтобы получить пользу от маны.

Однако, как хорошее лекарство становится ядом, если его принять в избытке, так и чрезмерное потребление маны заставляет организм работать больше, чем нужно. Это может проявляться в виде аномалий тела и сознания.

Если это яд, то его можно предотвратить, используя кей, но в случае с маной тело само принимает её, поэтому даже если использовать кей, предотвратить это невозможно. На самом деле, использование кей заставляет тело желать большего количества магической силы, что, в свою очередь, увеличивает скорость поглощения маны. В некотором смысле, это было более хлопотно, чем яд гидры.

Оставаться здесь слишком долго было бы смертельно опасно, без шуток. Неосознанно скорость, с которой я преследовал гидру, увеличилась.

Как далеко мы ушли с тех пор?

Несколько минут назад Клайра зажала рот рукой и непрерывно глотала. Меня самого мучили головокружение, дурнота и тошнота, и если бы я ослабил бдительность, то упал бы на месте.

Честно говоря, я был рад, что магические звери не напали. Я благодарен драконам за это, так как они, вероятно, боялись гидры.

Именно тогда "оно" появилось в поле зрения.

-Дракон был огромной, слишком огромной дырой в земле.

Огромная, слишком огромная дыра. Как только я увидел дыру, которая, казалось, поглотила не только Ишку, но даже королевский город, я почувствовал, что каждый волосок на моём теле встал дыбом.

Из отверстия с рёвом хлынул поток маны. По сравнению с этой маной, вздымающейся до небес, плотность маны, которая мучила нас до сих пор, не составляет и десятой части.

Во-первых, я даже не знаю, можно ли назвать это маной - магической силой. Разве это не сила элементального эфира, божественного происхождения или какого-то подобного мифического царства?

Это кошмарное секи, где сила, равная бесконечности, вырывается наружу неиссякаемым потоком.

Ах, я искренне убеждён, что нет ничего удивительного в том, что мифическое существо могло появиться здесь.

Я никогда раньше не видел такой сцены. Но я знаю это как знание.

Дыра в земле и вытекающая из неё первозданная сила. С древних времен говорят, что герои, основавшие династии, построили на них свои столицы.

Драконья Нора.

『24』Уровень - это уровень, который был у меня после битвы с Гидрой.

Уровень до Гозу и остальных событий в Ишке равнялся『12』, так что я за последние несколько дней мгновенно удвоил уровень.

Уровень Ларса『16』, а Эльгарта, мастера Гильдии Авантюристов Ишки, -『35』, так что я уже сильнее Ларса и ниже Эльгарта, но, как я уже говорил, мой уровень принципиально отличается от других.

На самом деле, я в состоянии прогнать не только Берчей『50』уровней и выше, но даже Гозу с его『81』, так что это не моя собственная гордыня.

Во время битвы с Гозу я был опьянён силой поедания мифических видов, и это не изменилось даже после окончания битвы. Я старался быть как можно более спокойной, но даже при этом где-то в глубине души какая-то часть меня всё ещё пребывала в состоянии колебания.

--Я всё ещё находился в состоянии шока, но моё пьянство было мгновенно стёрто.

Я чувствовал себя так, словно меня облили холодной водой с головы. Сила Пожирателя Душ, которую я даже считал безграничной, меркнет по сравнению с силой, исходящей из драконьей ямы.

...... Ну, это всё равно, что сравнивать силу человека с силой земли, и вообще странно делать их объектом сравнения.

「Понятно. Таким образом, возможность иметь что-то подобное в центре города - это причина возникновения такого леса, как Титис」

Огромный лес размером с целую страну. Здесь, где нет застройки, бродят, бродят и бродят многочисленные магические звери и демоны. Самые разнообразные лекарственные травы растут не только в глубине, но и на периферии леса, и хотя многие авантюристы собирают их каждый день, им нет конца.

До сих пор я считал, что так и должно быть, поэтому у меня не было никаких сомнений, но теперь, когда я об этом думаю, лес Титис заметно богаче других. Это, вероятно, в значительной степени связано с существованием драконьей ямы.

Именно благодаря этой драконьей яме я, авантюрист первого уровня, смог прожить в Ишке пять лет. Наверное, я должен бросить золотую монету или две в качестве денежного пожертвования в знак благодарности.

「Но почему никто этого не заметил - или, может быть, просто никто никогда не забирался так далеко?」

Просто вырубить деревья, которые растут так густо, что нет места для ходьбы, - сложная задача. Более того, у деревьев есть дополнительный бонус - авторегенерация. Даже для меня было бы трудно достичь этой точки, не следуя за Гидрой.

Если посмотреть вверх, то густой навес из ветвей и листьев растений загораживает вид на небо. Даже если бы рыцари-драконы из королевской столицы пролетели над головой, они не смогли бы заметить драконью яму. Конечно, то же самое было бы верно, если бы я летел на Клау Сорасе.

Если бы не сегодняшний день, я бы не смог сюда добраться.

Хотелось бы максимально использовать эту возможность.

「Я думаю, что это не та сила, с которой могут справиться люди, как ни посмотри на это」

Это моё искреннее впечатление. Если вы сможете овладеть силой этой драконьей норы, вы обретёте огромную мощь. Человек может быть в десятки и даже сотни раз мощнее, чем сейчас.

Но это кажется таким же невозможным, как выпить всю воду в океане.

В общем, моя сила - 『Пожиратель Душ』, а не пожиратель магии или элементов. Мне следовало бы не связываться с такими силами без подготовки, когда у меня даже нет полного контроля над силой анимы.

В этот момент сзади послышался слабый голос Клайры.

「.................. Это ворота дьявола」

「Что?」

Я оглядываюсь, гадая, что это значит. Насколько я знаю, на острове нет такой огромной дыры. В первую очередь, врата демона - это сооружение, расположенное в центре столицы, буквально "врата".

Раньше чем я взглянул, Клайра уже стояла с бледным лицом.

Клайра Берч внезапно упала. Как марионетка, у которой оборвались ниточки, с грохотом пала на землю.

Когда я бросился к ней, чтобы заглянуть в лицо, я обнаружил хриплый звук дыхания, исходящий из её рта. Её глаза были плотно закрыты, а брови нахмурены.

Казалось, тело больше не могло выдержать большого количества магической силы, которая вливалась в него, даже если оно этого не хотело.

Опять же, магическая сила, наполняющая это место, сама по себе полезна для людей. Однако, какой бы полезной ни была сила, если она насильно вливается в тело сверх необходимого количества, организм сосуда не сможет её выдержать. Это всё равно, что набивать пищу в рот на полный желудок и запивать её водой.

Я сам уже испытываю сильную боль. Если не покинуть это место как можно скорее, я рухну, как Клайра.

Если посмотреть, вокруг неё уже росли новые растения, покрывая её конечности, словно стелясь сверху.

...... Человек, который упадёт здесь, скорее всего, закончит тем, что его тело будет покрыто вот такими растениями.

Я щёлкнул языком и убрал растения с тела девушки, а пока я это делал, я отпихнул растения, которые цеплялись за мои ноги, и быстро огляделся вокруг.

Мне удалось подтвердить одно из условий для зарождения дракона. Задерживаться больше не было смысла, мне нужно было быстро покинуть зону после захвата основной части гидры, которая бежала сюда.

Детальное исследование драконьей ямы можно будет провести в следующий раз, когда мы вернёмся. В это время я приведу Лунамарию, Мирославу или кого-то, кто, возможно, знает о таких вещах больше меня.

К счастью, или, возможно, естественным образом, мы вскоре узнали, где находится Гидра. Её легко заметить, потому что есть четкая дорожка из поваленных деревьев.

Я думал, что будет неприятно, если она прыгнет в драконью яму, но, очевидно, этого поступка Гидре следовало избегать. Возможно, даже подвид дракона не смог бы избежать вымирания, если бы сделал это.

Кроме того, оставшееся тело было не столь грозным, как восьмиголовое - его легко было уложить одним ударом синсо.

Что ж, было предсказуемо, что он не сможет сражаться, поскольку притворялся мертвым. Такое положение дел, должно быть, действительно было последним средством выживания Гидры.

Мне жаль Гидру, но самым трудным было не столько сражение, сколько приток душ после окончания битвы. Ощущение того, что в меня вошло большое количество душ, и ощущение вторжения магической силы драконьей ямы объединились, и я едва не потерял сознание.

Мой уровень повысился до『25』, но у меня не было времени радоваться этому, и я покинул драконью яму и самую глубокую часть Титиса с Клайрой на руках.

По дороге я с глубоким ужасом увидел, что путь, который создала Гидра, был заблокирован растениями. Сама сила жизни ужасает больше, чем злой рок.

К счастью, мы не столкнулись ни с одним из демонических зверей, но я был уверены, что они определенно более злобные, чем звери вне глубине и на внешнем периметре.

-Демонические звери более злобны, чем те, что обитают в глубине и по внешнему периметру. Именно так обстоят дела на Онигасиме.

Убийца драконов.

Это был титул, данный мне в Ишке. Убить дракона в теле человека - это подвиг, сравнимый с подвигом героя. Как авантюрист и воин, я добился наивысшей чести, которую только можно себе представить.

Однако "сольная" часть была удалена, поэтому первоначальное достижение уменьшилось до четверти от того, чем должно было быть.

Это означает, что поражение "Гидры" на этот раз было признано делом рук партии из чётырех человек - меня и троицы с Острова Демонов.

Ну, вполне естественно, что человек, которого ещё несколько месяцев назад презирали как паразита, будут подозреваться в том, что он утверждает, что в одиночку победил такого противника. Хоть я и прославился в последнее время, в основном как драконий всадник, то есть во многом благодаря силе виверны индиго, Клау Сораса.

С другой стороны, трио Онигасима прилагало усилия, чтобы подавить Давку ещё до Драконьего Рёва, и демонстрировало свою нечеловеческую силу перед публикой. Солдаты и авантюристы, присоединившиеся к гарнизону, очень верили в них, и считалось неудивительно, что эти трое смогли убить дракона.

В результате был сделан вывод, что поражение "Гидры" было результатом работы четверых.

Клайра защищалась, она решительно отвергла этот вывод. Даже сказала, что те ничего не сделали для победы над Гидрой и что это всё моих рук дело.

Однако мало кто принял это близко к сердцу. Гильдия Авантюристов, в частности, знала о том, что трио напало на киджина в моём доме во время Давки. Среди служащих гильдии, знавших меня как паразита, ходили слухи, что Клайра, победившая Гидру, передала мне часть своих подвигов в качестве извинения за предыдущий инцидент.

Если они знали о рейде, они должны были знать, что я устранил трёх человек, но либо Лидделль и другие не сообщили об этом, либо Лидделль сообщила об этом должным образом, но люди, получившие отчёт, не поверили ему. Как бы там ни было, некоторые считают, что честь быть драконоборцем я получил в результате переговоров, а не в битве.

Эти люди называли меня Драконьим Лжецом - Убийцей Драконов. Фальшивый, лживый драконоубийца, который не участвовал в битве с гидрой, а только украл достижения.

Это возмутительная история, но, по правде говоря, развеять подобное недопонимание и злобу было легко. Самое главное - это снять костюм перед публикой и показать ей, на что вы способны.

Если бы я выгнал Клайру или Элгарта, то смог бы вложить магию льда и снега в уста тех, кто высмеивал меня и других.

Но я не собирался делать этот шаг.

По сравнению с огромным количеством душ, которые я получил от Гидры, слава в Ишке была как медная монета перед золотой. Я не хотел с энтузиазмом заниматься тем, что можно получить в будущем, если я этого захочу.

Честно говоря, мне было всё равно, будет ли моё второе имя "Истребитель Драконов" или "Лжеистребитель" потому что сейчас у меня было много дел. В конце концов я воздам по заслугам тем, кто называет меня фальшивым драконоборцем и унижает меня.

В любом случае, вернувшись в Ишку, когда моя слава и дурная слава параллельно росли, словно соревнуясь друг с другом, я начал свой следующий курс действий.

Одним из них было исследование драконьей ямы и наблюдение за ней в рамках подготовки к возрождению мифического существа. Это включало в себя расследование вторжения яда гидры в лес Титис.

Маловероятно, что дракон вновь появится через день или два, но пока вероятность этого не равна нулю, мы должны быть готовы.

Вот почему я решил переехать в бывшее гнездо Повелителя Мух вместе с Клайрой. Хотя мы и переезжаем туда, половину дня я провожу в Ишке, так как путешествую туда-сюда между Ишкой и лесными глубинами на Клау Сорасе.

Есть три причины, по которым мы решили поместить Клайру в гнездо Повелителя Мух.

Первая - из заботы о Сузуме, Сиэль и чувствах Мирославы. В конце концов, Клайра напала на киджина и почти убила кошкодевочку всего несколько дней назад. Мирослава была серьезно ранена, когда использовала магию самоуничтожения, чтобы защитить их. Я никак не могли попросить их жить под одной крышей с таким партнёром.

Вторая была просто результатом расчёта военного потенциала. Если бы, по какой-либо случайности, мифическое существо снова появилось, единственным, кто мог бы бороться с ним должным образом, кроме меня, была бы Клайра. Учитывая, что я буду время от времени возвращаться на Ишку, было необходимо, чтобы она находилась в Титисе.

Что касается последнего, это не имеет никакого отношения к драконьей яме или мифическим видам, но было сделано для моих личных целей. И Клайра, и я - люди востребованные в Ишке. Куда бы мы ни пошли, где бы мы ни были, мы всегда на виду. Если я останусь дома, я могу отгородиться от людских глаз, но иначе меня будут постоянно бомбардировать посетители.

В этом смысле гнездо Повелителя Мух было лучшей средой, в которой можно было исключить других. Здесь, как и в случае с Мирославой, я могли мучить Клайру по полной программе, в полную силу, с утра до ночи! -Ну, насчет "мучений" я пошутил. Нет, если быть точным, это была вовсе не шутка, потому что существовала вероятность того, что это может произойти, но, по крайней мере, пока она подчинялась моим приказам и пока люди Онигасимы не пытались вмешаться, у меня не было намерения издеваться над своей беловолосой одноклассницей.

И что бы я делал с Клайрой? Одним словом, сражался бы друг с другом. Поскольку это серьёзная борьба, она может быть и смертельным матчем.

В отличие от меня, Клайра Берч прошла через церемонию испытания и официально вступил в ряды стиля призрачного клинка. Серьёзно сражаясь с ней, я могу усовершенствовать свой меч, который близок к моему собственному стилю.

Конечно, даже если я настроен серьёзно, недостаточно оттачивать свои навыки в убийственном поединке с полностью используемой экипировкой души, и, если можно так выразиться, с противником, Кларой, матч вскоре будет завершён.

Поэтому мы ставим условия для борьбы друг с другом, например, сражаться без синсо, или сражаться исключительно техникой меча без использования техники кей, или даже не использовать кей для укрепления тела, а сражаться совершенно "голыми". Когда я привык к этому, мы также провели матч с гандикапом, в котором я был единственным, кто не использовал синсо или техники кей.

И Клайра, и я можем долго сражаться, используя кей, поэтому мы часто теряем счет времени, когда увлечены. Сегодня это произошло снова, и к тому времени, когда я это понял, она достигла своего предела и лежала на спине*, покрытая потом.

BlackJackIQ: (¬‿¬ )

◆◆◆

「С возвращением, хозяин」

Лунамария поприветствовала меня, когда я вернулся в логово с Клайрой на спине. Теперь нас в логове трое: я, Клайра и Лунамария.

Причина, по которой я привёл сюда Лунамарию, заключается в том, что эльфийка была единственной, кто не сражался с Клайрой напрямую. Лунамария сражалась с Климтом в одиночку. Конечно, это не означает, что она сможет не беспокоиться о существовании Клайры, но, по крайней мере, она будет бояться её меньше, чем остальные.

Другой причиной было то, что я хотел узнать мнение Лунамарии, лесной феи и мудрой женщины, о глубине яда гидры и драконьей яме в самой глубине леса.

Лунамария, казалось, мгновенно прочувствовала ситуацию, когда увидела меня с Клайрой на спине, и слегка наклонила голову, как будто была обеспокоена.

Уже не в первый раз Клайра истощила свои силы и энергию в схватке со мной и падала в обморок. Каждый раз я приказываю Лунамарии переодеть девушку и вытереть её пот. Лунамария должно быть, есть что сказать.

Я уверен, что Лунамарии было бы что сказать мне, но она никогда не жалуется, и даже если бы она сказала что-то вроде: "Ты должен больше учитывать её состояние", я бы не кивнул головой.

Несмотря на свою внешность, я довольно злопамятный. Я не собирался оставлять прошлое в прошлом, а что касается Гозу и Климта, то в отместку я причинил им боль. Причина, по которой я не сделал этого с Клайрой, отчасти в том, что она сама встала на колени, но также и в том, что у меня были другие планы на её пользу. Ей придётся ещё некоторое время послужить моим партнером по тренировкам.

Кстати, когда я юуду возвращаться в Ишку, я заберу с собой Лунамарию, так что в логове останется только Клайра. Естественно, если бы она хотела сбежать, она бы смогла, но если бы попыталась, мне пришлось бы играть не роль партнера по тренировкам, а роль "употребителя" душ.

Честно говоря, я также хочу съесть души людей, в которых есть тот же источник существования анимы, поэтому я не могу отрицать тот факт, что я намеренно помещаю их в среду, которая облегчает им побег.

Пока я думала о том и о сём, Лунамария, закончившая ухаживать за Клайрой, подошла ко мне и с серьёзным лицом открыла рот.

「Хозяин, я хотела бы поговорить с вами」

「Поговорить?」

Я подумал, что речь все-таки идет о Клайре, но уже на следующем слове понял, что ошибся.

「Это о драконьей яме, в которую вы меня привели на днях. Это также связано с вратами демона, которые находятся на Онигасиме」

「Ммм」

Лунамария права, я уже однажды водил её в драконью яму.

Клайра также сопровождала меня в этой поездке, и я услышал смысл в её словах на днях - она назвала драконью яму вратами демона.

Однако рассказ Клайры был довольно туманным, и, честно говоря, когда она очнулась, то не помнила, что говорила. Считается, что она была очень ошеломлена и растеряна, когда попала в драконью яму.

Клайра помнила, что ощущения от нахождения рядом с ямой были очень похожи на ощущения от прохождения через врата демона. Возможно, именно в этом заключался смысл фразы ".................. это ворота демонов?" Таков был смысл этих слов.

Мне не разрешили пройти через врата демонов или даже приблизиться к ним, так как я не прошёл церемонию испытания, поэтому я не знаю правды слов Клайры.

Однако между драконьими ямами и демоническими вратами есть некоторые сходства, например, то, что они приводят к серьёзным изменениям в растительности земли и экологии демонических зверей.

Я рассказал всё это Лунамарии и отвел её в драконью яму. Надеялся, что эльфийский мудрец, который раньше других распознал мою родную аниму, сможет заметить то, чего не смог я.

Очевидно, Лунамария оправдала эти ожидания.

「Сейчас я расскажу вам кое-что, что я бы даже не назвала теорией, - сказала она. Пожалуйста, имейте это в виду」

「Хорошо」

「Прежде всего, драконьи ямы - это излияние силы земли. Оттуда хлынул мутный поток чистой магической силы. Думайте об этом как об извержении вулкана или как о великой реке, вышедшей из берегов. Это не то, к чему можно прикоснуться человеческими руками」

「Ясно. Если возможно, я подумал, что мы могли бы использовать это для уничтожения яда гидры в глубине .......」

Прежде всего, необходимо убедиться, что я хорошо понимаю, что делаю.

「Необыкновенная магическая сила безошибочно отравляет обычные растения и животных. Зрелище, которое вы увидели на самом глубоком уровне, является лучшим доказательством того, что это яд」

После этих слов Лунамария уточнила, сказав: "Это та часть, где я придумываю теорию", а затем продолжила.

「Я никогда не видела этого, но если врата демона на Онигасиме имеют ту же функцию, что и драконья яма, то их тоже можно считать ядовитыми для растений и животных」

「Aх. Я слышал, что растительность на острове сильно изменилась с тех пор, как были созданы Врата Демонов. Сила демонов не может сравниться с силой аналогичных, но с континента. Это все из-за влияния врат」

「Если это так, Хозяин. Люди, которые там живут, тоже в какой-то степени затронуты, не так ли?」

Я поднял брови на вопрос Лунамарии.

Не то чтобы я считал её слова неправильными. Я задавался вопросом, почему сам не заметил чего-то столь очевидного.

Но когда я снова задумался об этом, ответ был очевиден. Я и другие жители знаем, что это никак не повлияло на людей, которые действительно живут на острове.

Например, мы никогда не слышали, чтобы люди внезапно превращались в демонов или чтобы дети рождались с рогами.

Жители Острова Демонов могут спокойно жить своей повседневной жизнью, потому что они хорошо знают, что действие врат не распространяется на людей.

В ответ на моё мнение Лунамария обращается ко мне с пугающе острым взглядом в глазах.

「Хозяин, я знаю только четырёх жителей Онигасимы. И все четверо были людьми с силой, которую нельзя было сравнить с силой обычных людей. Дракон, который живет внутри хозяина......, то, что называют анимой, в моих глазах является необыкновенным. Я также являюсь любителем стрельбы. Безусловно, существует сфера, которую можно достичь в результате освоения одной школы. Но хозяин слишком велик. Задумывались ли вы когда-нибудь, что это сила, которая выходит за рамки человеческого рода?」

Гнездо Короля Мух представляло собой глубокую вертикальную нору, дно которой было достаточно широким, чтобы вместить целый дворянский особняк.

Сора принёс туда еду и воду, поставил несколько палаток и организовал условия для жизни, сделав это место своей оперативной базой в Титисе.

Сейчас Лунамария жила с Сорой в одной из этих палаток.

— Вы никогда не думали, что эта сила выходит за рамки человеческого рода?

Она задала ему этот вопрос, когда осталась с Сорой наедине в палатке. Она сделала это, потому что не хотела, чтобы Клайра слышала, о чём они говорили.

В сердце Лунамарии было сильное сомнение, и оно было направлено на окружение, в котором находился её хозяин.

Драконье логово, Демонические Врата, Анима, Стиль Призрачного Клинка, Семья Мицуруги.

Было то, что она знала, и то, чего она не знала. Когда она собрала все эти вещи вместе, в её голове возник ужасно искажённый и извращённый образ.

Будь то Драконье логово или Демонические Врата, всё, что искажало изначальную форму растений и животных, ничем не отличалось от яда. И не было никакой причины, почему сила, воздействующая на растения и животных, не распространяется только на людей.

Возможно, обитатели Острова Демонов уже были изъедены. Прошло триста лет с тех пор, как Демонические Врата появились на этой земле, и она даже подумала, что не может быть, чтобы местные не подверглись эрозии.

Говоря прямо, Лунамария считала, что результатом этой эрозии стало проявление Анимы.

Об Аниме она вкратце узнала от Соры. Это было другое я, которое существовало в сердце, в душе человека. Осознавать эту Аниму, управлять ею и материализовывать её было тайной техникой Стиля Призрачного Клинка, и Лунамария чувствовала внутри Соры дракона, который также был его Анимой.

Сора, объяснивший ей это, похоже, не сомневался в своих словах, но для Лунамарии, слушавшей его, в это было трудно поверить. Невозможно было человеку обрести силу дракона, лишь овладев одним стилем.

Но Сора действительно обрёл такую силу, и трио с Острова Демонов также обладало достаточной силой, чтобы сравниться с ним. Более того, на Острове Демонов были десятки людей, равных или превосходящих их в мастерстве.

Даже самый сильный драконий всадник Канарии не мог сравниться с воинами Острова Демона, которых называли знаменосцами. То, что на Острове Демонов воины такого уровня создавались, было вовсе нормой.

Что ещё можно назвать ненормальным, если не это?

Каким бы превосходным ни был Стиль Призрачного Клинка, он не мог объяснить эту аномалию. Кроме того, если человек мог пробудить в себе Аниму, овладев мастерством фехтования, то, казалось бы, должны были существовать люди, обладающие Анимой и среди других стилей. Но она никогда не слышала о таком.

Лунамария предположила, что причиной того, что только Стиль Призрачного Клинка мог достичь Анимы, были Демонические Врата.

Возможно, эти врата были искусственным Драконьим логовом, созданным руками человека, а Знаменосцы Зелёного Леса были людьми, которые мутировали из-за Демонических Врат.

Обычно, если в человеке поселяется что-то вроде «другого я», это считается безумием или болезнью. Если бы это был симптом, присущий только Острову Демонов, не было бы удивительно, если бы жители разбежались, решив, что это проклятие земли.

Но у Острова Демонов была система механизмов. Механизм, который преобразовывал «проклятие» в «силу» через школу Стиля Призрачного Клинка. Это позволяло тем, у кого проявлялись симптомы, не сторониться своего окружения, а становиться объектом уважения и поклонения.

Там проклятие стало благословением, и жители Острова Демонов собрались под системой механизма, создав основу для постоянного производства боевой мощи.

Имя этой ужасающе эффективной системы механизмов — Семья Мицуруги.

Теперь Сора затеял ссору с системой, которая длится уже более трёхсот лет. По сути, это была ссора, которую спровоцировала другая сторона, но семья Мицуруги не стала беспокоиться и нанесла ответный удар.

Как Лунамария, она чувствовала, что сколько бы раз она ни предупреждала Сору, этого было недостаточно, и она действительно много раз призывала его быть осторожным.

Это происходило не потому, что она беспокоилась о собственной опасности, находясь рядом с Сорой, а потому, что она искренне заботилась о благополучии Соры.

Лунамария была с Сорой ради искупления, и по этой причине она продолжала посвящать себя Соре до сегодняшнего дня, но теперь в её чувствах к Соре не было ни тени искупления или преданности.

Почему она была так уверена? Ведь каждый раз, когда она думала о том, что Сору убили ассасины с Острова Демонов, в груди возникала боль, словно сердце сжимали. Если бы её чувства к Соре были просто искуплением или преданностью, её грудь не болела бы так сильно.

Лунамария осознавала истинную природу своих чувств, которые тревожили её сердце. До сих пор она не очень отдавала себе в этом отчёт, но последние случаи заставил её осознать ситуация глубже.

Честно говоря, она не могла отделаться от чувства растерянности.

У долгоживущей расы эльфов было слабое влечение к противоположному полу. На самом деле Лунамария никогда не испытывала подобных чувств ни к кому, независимо от расы или пола.

Не стал исключением и Ларс. Её привлекала инициативность и неприхотливость Ларса, поэтому она присоединилась к «Соколиному Мечу» и действовала вместе более пяти лет, но она не испытывала к Ларсу романтических чувств, как Ирия или Мирослава.

Изначально Лунамария покинула свой родной Первобытный Лес, чтобы расширить свой кругозор, но у неё была и другая цель: собирать информацию о мире людей в качестве эльфийского шпиона.

Она не собиралась подражать шпиону, собирая информацию. Общество, созданное недолговечными людьми, радикально изменилось всего за десять или двадцать лет. Не было бы никаких проблем, если бы эти изменения оставались в пределах человеческого общества, но иногда возникали движения, направленные на исключение или порабощение других рас.

На самом деле люди когда-то враждовали со зверолюдьми и эльфами, и даже сейчас их шрамы остаются то тут, то там. Причина, по которой эльфы посылали своих собратьев в мир людской, заключалась в том, чтобы быстро обнаружить признаки таких изменений. Также в их обязанности входило завязывать дружбу с людьми, которые были дружелюбны к эльфам.

В этом отношении Лунамарию привлекло приглашение Ларса, который не имел предубеждений против эльфов и обладал талантом авантюриста. Выступая в роли искателя приключений, она могла расширить свой кругозор, углубить дружбу с людьми и собрать информацию о человеческом обществе.

Она заметила, что Ларс испытывает к ней более чем дружеские чувства, но в тот момент её это не беспокоило. Если бы Ларс искренне направил свои чувства только на Лунамарию, возможно, в будущем они могли бы остаться вместе.

Однако, как и многие другие эльфы, Лунамария думала, что у неё будет только один партнер, и ожидала от него тех же ценностей. Она не собиралась быть одной из многих, не собиралась ставить условия, как Мирослава, которая сказала: «Если ты сделаешь меня своей законной женой».

Для Лунамарии Ларс, который продолжал романтические отношения с двумя женщинами, а также Ирия и Мирослава, которые принимали эти отношения, были выше её понимания. Она не чувствовала отвращения, но испытывала значительный дискомфорт. Одной из причин, почему Лунамария не испытывала эмоциональных колебаний, когда покидала «Соколиный Меч», было именно это.

Конечно, это не означало, что она испытывала какие-то особые чувства к Соре. Она спала с ним, если он просил её об этом, но это была всего лишь услуга в качестве рабыни. Она безоговорочно верила, что сколько бы раз они ни разделяли ложе, любви между ними не будет.

Но не сразу она поняла, что это было желаемое выданное за действительное.

Сначала Сиель присоединился к ней в ночных развлечениях, которыми она занималась в одиночестве, а через некоторое время позвали и Мирославу. Естественно, возможностей для близости с Сорой у Лунамарии становилось всё меньше и меньше. Для Лунамарии это должно было стать облегчением — уйти от нежелательного окружения.

Но на самом деле она думала не об облегчении, а о чём-то другом.

Именно тогда Лунамария поняла, что внутри нее растёт «чувство» к Соре. Она осознала, что её тело и разум склоняются в сторону Соры, как будто её тащит за собой его грубость.

Что это было — любовь, привязанность, симпатия или что-то другое? Пока она пыталась это утвердить, трио с Острова Демонов напало, возникла давка, появилась Гидра — и не успела она это осознать, как всерьёз испугалась потерять Сору.

Лунамария испустила небольшой вздох. Что будет дальше? Что она хотела сделать? Даже с её острым и мудрым умом, она не могла легко найти ответы на эти вопросы.

— Направленная водяная пушка Соры, две секунды до запуска!

— Секунда!

— Запуск!

Дети, мокнущие в ванне, радостно заголосили и сжали руки вместе. Затем из щелей между их пальцами хлынула горячая вода и прочертила в воздухе параболу, наполненную паром.

Само по себе это было душераздирающее зрелище, но у тех, в кого попала водяная пушка, возникли некоторые мысли. Ирия, которая мыла волосы, молча получила три струи воды на лицо. Она погрузила обе руки в ведро для купания и ответила точно таким же движением, как и дети.

— Брып?!

— Пфф?!

— Пип?!

Дети издали три разных крика, когда в них ударила струя воды, отличавшаяся по точности и силе от их струи. Ирия торжественно обратилась к ним.

— Айн, Свей, Дора. Только те, кто готов быть подстреленными из водяного пистолета, могут стрелять.

— Фухаха, мы не дрогнем, мы не струсим, мы не оглянемся! Ребята, сопротивляйтесь!

— Ооо!

— Ооо нет!

— ...Чьё-то плохое влияние явно проявляется.

Тихо пробормотала Ирия, когда на её лицо снова плеснули горячей водой.

После этого, некоторое время продолжалась ожесточённая перестрелка, но Ирия вытащила всех троих из ванны, прежде чем это затянулось. Её предупреждали, что опасно долго находиться в горячей воде, потому что это вызовет прилив крови к голове.

В Ишке ванны — это в основном паровые бани, а в деревне Мелте ванн вообще нет. Ирия должна была быть осторожной, чтобы её младшим не поплохело от непривычной водной ванны.

Не замечая заботы Ирии, младшие, вышедшие из ванны, были взволнованы и визжали. Ирия ловко поймала их и вымыла их тела и волосы. Техника была такой же, как и когда они купались в реке дома, так что она привыкла к этому.

— Горячей водой легче смыть грязь, чем просто водой, так что это плюс.

— Приятненько, водичка тёплая!

Пока Ирия мыла волосы своей сестры Доры, Айн энергично кивал, намыливая волосы своего брата Свея рядом с ней.

Видя, как Айн весело плещется, Ирия строго сказала ему.

— Айн, мы не можем жить в этом доме вечно, ты же знаешь. Будет трудно вернуться в деревню, если ты привыкнешь к такой жизни.

Роскошный особняк, который можно было принять за особняк знати, с большой ванной комнатой. Вода, которую они использовали, была заготовлена Лунамарией, вызвавшей духа воды Ундину, и была настолько чистой, что её можно было использовать как питьевую.

Использовать такое количество воды для купания было роскошью даже в обычные времена. Особенно сейчас, когда вода Реки Кейл была заражена ядом Гидры, это была не просто роскошь, это была экстравагантность.

Когда они вернутся в деревню Мелте, им будет трудно найти питьевую воду, не говоря уже о купании. Она понимала, что портит им удовольствие, говоря что-то, но ничего не могла с собой поделать.

Но её забота, похоже, не нашла отклика у детей...

— А? Но Сора сказал, что мы можем оставаться столько, сколько захотим, верно?

— Он сказал!

— Сказал!

— ...Даже если так, вы знаете. Вы не можете полагать, что будете жить здесь вечно, не так ли?

Все трое наклонили головы в унисон на слова Ирии. Похоже, они не поняли, что она хотела сказать.

Пока Ирия размышляла над тем, как донести до них ситуацию, дверь ванной комнаты бесшумно открылась, и вошёл пятый человек.

Сначала Ирия подумала, что это её мать Сара, но когда она увидела красный цвет в своём зрении, она бессознательно напряглась.

— О, это Миро-ни!

— О, ээ...

— Это Миро-ни!

Среди троих, которые показали свою соответствующую реакцию, Милослава невинно улыбнулась с кажущимся безобидным выражением лица.

— Я присоединюсь к вам.

С этими словами Милослава подошла к ванне, взяла ковш и вылила на себя воду из ванны.

Неосознанно с губ Милославы сорвался вздох.

В последнее время Милослава день и ночь сидела в своей комнате, работая над исследованием противоядия, и её усталость была видна на её лице, как тень. Эта тень исчезала, словно таяла, когда она обливала себя водой. Очевидно, эта ванная была более эффективна, чем целительная магия Ирии или Сары.

А затем, случилось это.

— Э, эм, я пойду!

Свей, которому Айн мыл волосы, вдруг встал и поспешил выйти из ванной. Его щёки были красными, как яблоки, когда он уходил.

— Эй, подожди, Свей. Я тоже иду!

— И я!

Айн и Дора последовали за Свеем из ванной.

Ирия торопливо окликнула их сзади.

— Убедитесь, что вы как следует вытерлись, все из вас!

— Хорошо!

Их голоса вернулись в ответ на оклик Ирии. Как обычно, они отлично отвечают, подумала Ирия и вздохнула. Затем она услышала хихиканье рядом с собой.

— Хе-хе, они довольно энергичные дети, не так ли?

— ...Да. Хотя иногда даже слишком.

— Разве это не лучше, чем наоборот?

Как только она это сказала, Мирослава медленно встала. Сияющее белое тело волшебницы отразилось в глазах Ирии.

Глядя на Мирославу сейчас, никто не смог бы сказать, что всего несколько дней назад она получила сильные ожоги. Её волосы, которые были обожжены и повреждены, выглядели совсем не так, как раньше, насколько она могла видеть. Мирослава получала целительную магию от Ирии и Сары в определённое время каждый день, но даже с учетом этого, скорость её исцеления была невероятной.

Сейчас, глядя на Мирославу, история о «драконьей крови», которую я услышала от Соры в деревне Мелте, кажется гораздо более правдоподобной.

Пока Ирия думала о таких вещах, Мирослава зашла в ванну на носочках и тихо выдохнула, погружаясь в горячую воду.

Видя это, Ирия молча последовала её примеру и перебралась в ванну.

Они держались на расстоянии, которое не было ни слишком близким, ни слишком далеким, и никто из них не открывал рта. Ванная комната была покрыта пеленой тишины.

Слабый шум воды и поднимающийся пар. Издалека слышится смех трёх человек.

Это Мирослава нарушила тишину.

— Ты хочешь меня о чём-то спросить, Ирия?

— ...А ты ответишь?

— Да, конечно. Но при условии, что я могу ответить.

На ответ Мирославы, Ирия слегка нахмурила брови.

Как она и сказала Соре в деревне Мелте на днях, Ирия уже заметила связь между Сорой и Мирославой. Мирослава действовала от имени Соры и подрывала «Соколиный Меч» изнутри.

Хочу что-то спросить? Конечно.

Почему ты предала своих товарищей? Почему ты предала Ларса? Почему ты следуешь за Сорой? Почему, почему, почему...

Но Ирия не пыталась озвучивать подобные вопросы.

Конечно, это было не потому, что она простила Мирославу. Скорее, наоборот. Она не была уверена, что сможет сдержать себя, когда подтвердится, что всё, что началось с дуэли между Ларсом и Сорой, крах «Соколиного меча», было делом рук Соры и Мирославы.

Если бы она причинила вред Мирославе здесь, то её ждало бы возмездие Соры. От этого пострадала бы не только Ирия, но и её мать, и её братья и сестра.

Кроме того, усовершенствование противоядия, над которым работала Мирослава, было необходимо для Ирии, заражённой ядом Гидры. Ирия не могла поднять руку на Мирославу ни в одном из вариантов.

Поэтому она намеренно держалась в стороне от правды. Она хранила свои сомнения в груди как подобает сомнениям. Таково было решение Ирии.

Это можно назвать откладыванием проблемы, но она не могла придумать другого способа сохранить статус-кво.

— Нет, ничего.

— ...Это так?

Выслушав ответ Ирии, Мирослава слегка кивнула после небольшой паузы. Возможно, она точно угадала чувства Ирии в тот момент.

Спустя некоторое время, Мирослава снова открыла рот.

— Тогда позволь мне рассказать тебе кое-что со своей стороны. Точнее, это не рассказ, а просьба.

— Просьба? От тебя, мне?

— Да. Ирия, то, о чём ты сейчас думаешь, я хочу, чтобы ты держала это в секрете от Ларса.

В тот момент, когда она поняла смысл этих слов, на лице Ирии появился безошибочный гнев.

— ...Что ты имеешь в виду? Не говори мне, что ты всё ещё намерена обмануть Ларса? Или ты хочешь сказать, что не хочешь, чтобы Ларс тебя возненавидел?

— Нет, я не намерена возвращаться на сторону Ларса, да и не думаю, что смогу. Я попросила тебя молчать ради Ларса, а не ради меня.

— Что ты хочешь этим сказать?

Не понимая смысла слов собеседника, Ирия поджала губы.

Мирослава продолжила её слова, осторожно зачерпывая обеими руками воду в ванне.

— Речь идёт о Мастере Соре.

— ...И что с Сорой?

— Мастер Сора не испытывает особой враждебности к Ларсу. Возможно, из-за ситуации, когда на него напал Король Мух. В то время Ларс был просто без сознания.

Ларс не причинил Соре вреда магией, как это сделала Миро. Он не бросил Сору намеренно, как это сделали Ирия и Лунамария. Ларс не виноват в том, что Сору использовали в качестве приманки.

Конечно, это не означает, что Сора дружелюбно относится к Ларсу. Ларс не скрывал своего разочарования в Соре до сих пор, и он отвергал требования Соры одно за другим, чтобы защитить своих товарищей после того, как пришёл в сознание.

В этом смысле Сора, вероятно, ненавидит весь «Соколиный Mеч».

Однако враждебность, которую он направлял на Ларса, была слабой по сравнению с той, которую он направил на Мирославу и других. По крайней мере, так чувствовала Мирослава.

— Меня похитили, Луну посадили в тюрьму, а тебя связали. Теперь наши жизни в руках Мастера Соры. Не знаю, слышала ли ты, но Мастер Сора намерен предать огласке инцидент с Королём Мух и заставить нас публично извиниться.

— Извиниться?

— Да. Возможно, он намерен сделать это, чтобы показать, что суждение гильдии было ошибочным, а также сфабриковать правдоподобную причину нашего вступления в «Меч Кровопролития». И это решающий момент — месть Mастера Соры «Соколиному Мечу» на этом заканчивается. Вероятно, он считает, что достаточно преподнёс им урок, унизив Ларса на дуэли и распустив «Соколиный меч».

— Но это только в том случае, если Ларс будет вести себя хорошо — ты это имеешь в виду?

Мирослава чётко кивнула в ответ на вопрос Ирии.

Понятно, подумала Ирия с тяжёлым лицом. Если она скажет ему правду из своих уст, Ларс, несомненно, будет в ярости. В ярости, и попытается он отомстить Соре.

Если это произойдёт, Сора, конечно, снова пустит в ход оружие, которое он когда-то убрал. Теперь у Ларса нет никаких шансов против Соры, который может сразить даже мифическое Cущество, не говоря уже о прежнем Соре.

Мирослава из страха предупредила Ирию об этом.

— Сейчас Ларс благодарен Мастеру Соре. За то, что он спас меня с Горы Ским. И если он услышит об этой охоте на гидру, он скорее будет восхищаться им, чем пытаться противостоять ему.

— Говоря про истребление грифона. Когда я услышала это от Ларса, я подумала, что вполне в твоём духе... значит, ты действовала с расчётом на это.

— Не буду отрицать.

Слегка кивнув, Мирослава встала и вышла из ванны. Затем она направилась прямо к двери ванной.

Может быть, это и крайность — совершать воронью ванну, но как человек, которому Сора приказал усовершенствовать противоядие, она, вероятно, чувствует, что каждая минута и секунда драгоценна.

Мне было интересно, почему она зашла так далеко ради того, кого раньше ненавидела как змею или рогатую животину, но я была уверена, что не получу ответа, даже если спрошу её об этом.

В ванной комнате, которую покинула Мирослава, Ирия в одиночестве смотрела в потолок.

Ей хотелось избавиться от мыслей и просто ничего не делать.

— С Ирии пока хватит.

Пробормотала про себя Мирослава, возвращаясь в свою комнату и делая небольшой вдох.

То, что она зашла в ванную, которой пользовались Ирия и трое её младших, не было случайностью. Изначально Мирослава планировала прижать Ирию к стенке с самого начала и ждала удобного случая.

Она слышала от Соры, что Ирия знала правду о коллапсе «Соколиного Mеча».

Она не думала, что Ирия, заражённая ядом Гидры, пойдёт против Соры, у которого была формула противоядия, но она не могла исключить возможность того, что Ирия, будучи импульсивной, в какой-то момент взорвётся на эмоциях.

Она даже может по прихоти рассказать Ларсу о ситуации. Если это произойдёт, то враждебность, которую Мирослава изо всех сил старалась вытравить из Ларса по отношению к Соре, разгорится с новой силой.

Вот почему она чувствовала необходимость сдерживать Ирию по этой причине, но она должна была осторожничать, чтобы никто больше не услышал об этом, из-за характера истории.

О том, чтобы выйти за пределы дома, не могло быть и речи. Но это не означало, что внутри дома было безопасно. Дети, Жрица Сара, Сузуме или Сиель могли услышать.

Поэтому она выбрала для этого место в ванной. Там, подумала она, никто другой случайно не зайдёт. Она подождала, пока дети выйдут из ванны, и принялась за дело.

Мирослава вспомнил разговор, который она вела с Ирией.

Если она сказала всё чётко, то не было шансов, что Ирия передаст ситуацию Ларсу со своих уст. Мирослава не хотела, чтобы Ирия разрушила ту тяжёлую работу, ради которой она поставила на карту свою жизнь, поэтому ей стало легче.

Она также тонко упомянула о позиции для самой Ирии.

Мирослава заявила Ирии: «Мы находимся во власти Соры». Затем она сказала ей, что Сора не испытывает особой враждебности к Ларсу.

Другими словами, она предупредила её, что враждебность Соры к Ирии скорее слабой, мягкой.

Мирослава подумал, что причина, по которой Сора до сих пор не отомстил Ирии, отчасти заключалась в яде гидры, но, что более важно, в присутствии матери Ирии, Жрицы Сары.

Любому было очевидно, что Сора питал глубокую привязанность к Жрице. Если бы Ирия не была дочерью Сары, Сора давно бы уже что-нибудь сделал с Ирией.

Если бы Ирия продолжала проводить время в праздности, было ясно, что её мать займёт место дочери. Будь то насильно или по согласию, Ирия, конечно, хотела бы избежать такой ситуации.

Что она должна сделать, чтобы избежать этого? Мирослава намеревалась подтолкнуть Ирию в этом направлении и побудить её к самостоятельным действиям. Это было не то, что Сора приказал ей сделать, а собственное суждение Мирославы.

Она удовлетворит аппетит Соры добычей.

Лунамария была превосходна в своих умственных способностях, но в этой области она была невежественна. Кроме того, у неё были личные ограничения. Даже если бы она придумала способ заманить кого-то в ловушку, она не смогла бы его осуществить.

В этом отношении Мирослава другая. Она фактически поставила «Соколиный Меч» на грань распада как клинок в тени группы, а четыре с половиной года назад она распространила клевету о «Паразите», чтобы разорвать отношения между Сорой и Лунамарией. Она хороша в такого рода тайной деятельности.

— ...Хотя гордиться тут нечем.

Неосознанно расплылась самодовольная улыбка.

Сегодняшняя акция против Ирии была, прямо говоря, заработком соц. кредитов перед Сорой. Мирослава — такая же «поставщица», как Лунамария и Сиель, но интерес Соры к ней хрупок по сравнению с этими двумя. Если она ему не угодит, от неё безжалостно избавятся.

Она до сих пор не рассказала Соре об инциденте с «Паразитом». Она не рассказала ему, потому что ясно, что Сора будет в ярости, поступи она так.

Это также мотивировало действия Мирославы. Она отчаянно пыталась заставить Сору думать, что она по-своему необходима.

И тайная деятельность Мирославы велась и против других людей, кроме Ирии.

— Мастер, можете уделить мне немного вашего времени, если вы не возражаете?

В тот день, когда у Соры было немного свободного времени после возвращения из Леса Титис, Мирослава подошла к нему скромно проговорив.

Сора недоверчиво нахмурился, заметив, что тон её голоса отличается от обычного.

— Я не против, но, судя по твоему лицу, это не похоже на то, о чём можно говорить открыто.

— В этом вы правы.

— Тогда пошли в мою комнату. Дети заняты Клау Сорасом, так что они не будут внезапно врываться.

— Премного благодарна.

Мирослава, глубоко склонила голову, затем рассказала Соре о гильдии авантюристов в его комнате.

Если быть точным, речь шла о мастере гильдии, Элгарте, и администраторе, Лиделль, о них двоих.

— Вообще-то, Лиделль попросила меня передать вам сообщение, Мастер. Она хочет тайно встретиться с вами и поговорить.

— ...Лиделль хочет поговорить со мной? А тайная встреча, значит ли это, что она шпион гильдии?

— Нет, это личное дело Лиделль. Конечно, это не совсем не связано с гильдией.

— Ты довольно напориста. Подробности?

— Мм. Я не могу передать вам сообщение, Мастер, не зная его содержания, поэтому я примерно представляю, о чём идет речь. Кроме того, я сама немного вовлечена в эту историю.

— Хм, я не совсем понимаю, но давай, слушаю.

— Поняла.

Побуждаемая Сорой, Мирослава начал объяснять.

Говоря прямо, просьба Лиделль заключалась в том, чтобы «прекратить месть против гильдии авантюристов».

Под возмездием здесь подразумевается содержание разговора, который она ранее вела с Ирией в ванной.

— Мастер намерен предать огласке инцидент с Королём Мух и заставить нас публично извиниться.

— И этим вы хотите показать, что суждение гильдии было ошибочным.

Лиделль попросила отказаться от последнего этапа придуманного Сорой «способ мирно поднасрать гильдии».

Мирослава продолжила: «Помните, я упоминала, что Сэр Сергей, возглавляющий гильдию авантюристов в столице, просил о встрече с Гильдмастером? Тогда казалось, что его намерением было привлечь Гильдмастера на свою сторону, а затем сместить Сэра Элгарта с его должности. Однако Мастер Гильдии отказался, и план Сэра Сергея провалился...»

— Это снова всплыло из-за этого инцидента?

— Да. Давка, Гидра, яд. Они громко обвиняют отсутствие стратегии у Лорда Элгарта из-за смятения в Ишке. Они уже отправили гонца в штаб-квартиру гильдии в Священном Королевстве. Лиделль беспокоится, что если так будет продолжаться, то претензии Лорда Сергея могут быть приняты в одностороннем порядке, так как Лорд Элгарт и Лиделль слишком заняты, чтобы разобраться с ситуацией Лорда Сергея.

Сергей был хорош в накоплении богатств и имел глубокие связи с верхними эшелонами гильдии. Кроме того, в разных местах было не мало гильдий, которым Сергей оказывал финансовую помощь.

Если бы это был бой на мечах, то победа Элгарта была бы непоколебима, но если бы это был бой финансовый, то возможность поражения тоже возникла бы.

— Если Убийца Драконов, Мастер Альянса, открыто осудит Гильдию Ишки за их проступок в такой ситуации, положение Лорда Элгарта станет ещё более сложным. В худшем случае его отправят на виселицу за неспособность предотвратить ситуацию.

Элгарт сделал всё возможное в этом инциденте, но тот факт, что Ишке был нанесён большой ущерб, никуда не исчез.

Если бы это был обычный город, то простой мастер гильдии не был бы привлечён к ответственности.

Но Ишка была городом приключений. В прошлом городская политика благоприятствовала авантюристам, и гильдия извлекала из этого выгоду. Как госслужащий — лидер гильдии авантюристов, Элгарт находился в положении, когда он должен был взять на себя ответственность.

— Лиделль также знает об этом. Однако она не желает мириться с тем, что Лорд Элгарт, который сделал всё возможное в критической ситуации, будет наказан.

— Если к этому преступлению добавляется личная неприязнь Сергея, это делает его ещё хуже. Вот почему она просила меня не делать ничего лишнего. Ну, думаю, это легко понять.

Но Сора в задумчивости скрестил руки.

У него возник вопрос.

Конечно, он планировал отомстить гильдии, и в рамках этого плана он придумал способ «мирно поднасрать гильдии» и постепенно приводил его в действие.

Хотя, честно говоря, Сора почти забыл об этом плане после победы над Гидрой. Сейчас его главная задача — отточить свой Стиль Призрачного клинка с Клайрой. Он не хотел показывать Сузуме, Жрице Саре или детям, как он высокомерно поступает, обвиняя гильдию и игнорируя разрушения в городе.

Во-первых, Сора никогда публично не объявлял о своём плане. Так кто же рассказал об этом Лиделль?

Кроме того, разве не Гильдия Авантюристов усомнилась в достижении Соры как Убийцы Драконов и распространила уничижительное прозвище «Лже-Убийца Драконов»? Слишком удобно для них просить Сору о помощи сейчас.

У Соры нет причин принимать предложение Лиделль. Вместо того чтобы принять его, ему хочется посмеяться над их трудностями. Если Лиделль будет настаивать, он, возможно, выслушает их историю, но он даже не подумает сесть за стол переговоров, если они не предложат всё в качестве компенсации.

Когда он так рассуждал, правая бровь Соры дёрнулась. Ему показалось, что он что-то уловил в его нынешней линии мысли.

Сора пристально посмотрел в глаза Мирославе. Мирослава тоже пристально смотрела в глаза Соре.

Как долго они так смотрели друг на друга? В поле зрения Соры рот Мирославы медленно открылся.

— Лиделль испытывает к Лорду Элгарту чувства, выходящие за рамки уважения. Если это ради Лорда Элгарта, она, вероятно, согласится на многое. Вы можете использовать её как яд для засады на гильдию, или выманить её и использовать во благо Меча Кровопролития, или использовать как ночной перекус. Это может отличаться от первоначального плана Мастера, но я считаю, что удовлетворительные результаты могут быть получены даже с учётом этого.

Я подумал, что лучше не терять время в такого рода делах.

Поэтому я завтра же запланировал встречу с Лиделль после того, как Мирослава рассказала эту историю. Но я не чувствовал себя обязанным идти в гильдию лично, поэтому просто сказал Лиделль, чтобы она приходила в указанное мной время, если ей есть что сказать.

И вот в указанное время пришла Лиделль, одетая в форму гильдии. Похоже, до последнего момента она так и работала в гильдии.

Мирослава проводил Лиделль в мою комнату. Я впустил в комнату только Лиделль, а Миро поставил на страже у двери. В доме не должно быть никого, кто мог бы нас подслушать, ведь возможно, что разговор будет услышан случайно, а если дети ворвутся в разгар разговора, то никакого напряжения не будет.

Лиделль, стоявшая передо мной один на один в моих личных покоях, а не в гостевой, где стояла кровать, была заметно бледна.

Сначала я подумал, что Лиделль испугалась того, что должно произойти, но когда я присмотрелся, то увидел, что в её глазах горел большой огонёк. Это было похоже на глаза человека, который уже решился.

Потом я понял, что причиной её бледного цвета лица была просто усталость. Она гордилась тем, что работает на Ишку, и, должно быть, суетилась без сна и еды.

Это я пригласил её, поэтому я подумал, что должен предложить ей стул, но прежде чем я успел открыть рот, Лиделль пошла на опережение.

Она склонила голову. Не лёгкий кивок, но низкий, согнув талию под углом девяносто градусов.

В таком положении Лиделль заговорила жёстким голосом.

— Я хотела бы поблагодарить вас за то, что вы выслушали мою просьбу, Убийца Драконов.

— О, а я слышал, что гильдия в основном называет меня Лже-Убийцей Драконов.

Поскольку я с самого начала подкинул язвительное замечание, плечи Лиделль слегка дрогнули.

Я не мог видеть её лица, потому что она склонила голову, но почему-то представил себе лицо администратора плотно сжимающего губы.

— Ах... Я планировала извиниться за это позже.

— Хмпф. Ну, мне всё равно, кто я — истребитель или лжец. Если ты хочешь извиниться, давай, слушаю.

Когда я сказал это и пригласил сесть, Лиделль села на диван с напряжённым выражением лица.

Даже в этом лёгком движении я почувствовал сильную настороженность по отношению ко мне. Нет, это была не просто настороженность, это был страх или ужас.

Эта администраторша, похоже, считала меня людоедом или кем-то в этом роде.

Как грубо с её стороны — хотел я возмутиться, но всё так и было.

Если подумать спокойно, то Лиделль была свидетелем силы Гозу и его людей, а также моей силы, которая раздавила их. Вероятно, сложив свой опыт и доступную сотруднику гильдии информацию, она пришла к правильному ответу.

Должен ли я похвалить её за зоркость или саркастически рассмеяться? Когда я сделал такое лицо, Лиделль, и без того бледная, стала ещё бледнее. Её щеки стали почти землистого цвета, и я забеспокоился, что она может упасть.

Что касается Лиделль, то она, скорее, захочет провалиться под землю, чем встретиться со мной лицом к лицу.

Лиделль знала, как я обращаюсь с бывшими членами «Соколиного Меча», такими как Лунамария и Мирослава.

Если бы она попросила меня прекратить мстить гильдии, было бы очевидно, что я потребую взамен. Ради своего любимого мастера она принесла бы себя в жертву тому, кого презирала — даже у храброго администратора нервы с трудом выдержат такое.

Я посмотрел на Лиделль и скривил губы.

Если бы это был кто-то другой, я бы пошутил, чтобы немного отвлечь его, но мне не хотелось быть учтивым по отношению к Лиделль.

Стоя лицом к лицу с ней, я вспомнил тот день, когда меня исключили из гильдии, как будто это было вчера. Администратор, который смотрел на меня с презрением, теперь побледнел, дрожал и умолял о прощении.

Должно быть, именно это они и имеют в виду, говоря о необходимости снять груз с души. Я издал небольшой гортанный смешок.

После этого то, что сказала Лиделль, почти не отличалось от услышанного вчера от Мирославы.

Единственное отличие заключалось в том, что Лиделль не была инициатором клички «Лже-Убийца Драконов».

Лиделль должным образом сообщила Элгарту об инциденте в день появления Гидры, а также рассудила, что я смогу победить гидру с моей нынешней силой.

Скорее, Лиделль, казалось, изо всех сил старалась остановить распространение дурных слухов обо мне. Если плохая репутация обо мне распространится среди гильдии и авантюристов, это только усилит мою враждебность к гильдии.

Лиделль хотелось любой ценой избежать превращения меня во врага, и она пыталась как-то противостоять дурным слухам, но у неё ничего не получилось. Видимо, сомнения, ревность и зависть ко мне были сильнее, чем усилия Лиделль.

Всего лишь некоторое время назад авантюрист низкого ранга, которого презирали как «Паразита», теперь превозносили как «Убийцу драконов», поэтому я мог понять, почему возникла такая реакция.

Кроме того, за кулисами усилий Лиделль должна была стоять волшебница, которая тайно работала над распространением дурной репутации.

Причина, по которой волшебница предприняла эти действия, вероятно, заключалась в том, что она хотела создать для меня повод обвинить гильдию. Это временно запятнало бы меня, но она посчитала, что результат стоит того.

Правильность этого суждения подтверждала тот факт, что сейчас передо мной находилась Лиделль. Другими словами, волшебница предсказала сегодняшнюю ситуацию с самого начала.

Она распространила дурную репутацию, загнала других в угол и направила их в нужное ей русло — великолепный трюк, показавший её мастерство. Это было очень похоже на то, как она распространила мою кличку «Паразит», но это, должно быть, просто совпадение. Хе-хе.

...Упс, я случайно испустил что-то тёмное.

Я слегка тряхнул головой, чтобы избавиться от осадка эмоций, и снова посмотрел на Лиделль. Она выглядела как заключённая, ожидающая приговора — нет, ожидающая казни. Она казалась намного меньше, чем тогда, у стойки администратора.

— Говоря прямо, я не намерен прекращать свою месть гильдии. Я могу подумать об этом, если ты настаиваешь, но ты ведь знаешь, что я хочу взамен?

Я указал подбородком на кровать, и Лиделль плотно закрыла глаза, прежде чем медленно кивнуть.

— ...Я согласна.

— Ради мастера, которого ты обожаешь, мда. Достойно восхищения.

Я без колебаний очернил её восхитительную решимость.

И думал я так, пока направлял переползающий взгляд на её грудь и талию. Она была администратором, который аккуратно и правильно носил простую униформу гильдии. Её коллеги, такие как Парфе, оттопыривали грудь или обнажали руки и ноги, чтобы привлечь взгляды авантюристов, но Лиделль не делала ничего подобного.

Несмотря на это, два холма её груди, приподнимающие одежду, были достаточно привлекательны, а её талия была настолько тонкой, что я мог бы обхватить её руками. Её стройные и длинные конечности создавали ощущение женской мягкости. Особенно её тонкие и длинные пальцы казались очень полезными для различных вещей.

Даже если бы мне удалось заполучить эту женщину, я бы не отказался от мести гильдии. Естественно, я так и думал.

Однако перед этим нужно было пройти определённый процесс. Я решил упомянуть об этом.

— Око за око, зуб за зуб. Это один из законов империи, знаешь о таком?

Когда я спросил об этом, Лиделль, которая закрыла глаза и терпела мой похотливый взгляд, подняла лицо с озадаченным выражением.

— Да, я знаю, но...

— Это закон, который одобряет месть и в то же время запрещает чрезмерную вендетту. Человек, которому выкололи глаз, может выколоть глаз другому человеку. Но нельзя отрубать другому конечности или лишать его жизни. Я не правовед, но думаю, идея разумная.

Я не считаю, что члены «Соколиного Меча», которые пытался убить меня, и гильдия, которая покрывала преступление «Соколиного Меча», одинаково виновны.

Если бы я считал их одинаково виновными, я бы быстро убил Элгарта и похитил Лиделль. Вот почему я придумал способ «мирно поднасрать гильдии», и не выбрал жестокий путь.

Месть гильдии заключается в том, чтобы лишить её влияния как организации. Независимо от того, кто является мастером гильдии, я доведу их до такого состояния, что они больше никогда не смогут меня тронуть.

На этом пути произошло несколько неожиданных событий, но нынешняя ситуация сложилась почти так, как я хотел. Гильдия не может даже попытаться воздействовать на меня, драконьего всадника связанного с семьёй Герцога Драгнаута и союзом работорговцев. С другой стороны, гильдия значительно потеряла во влиянии, упустив меня, талантливого человека.

Элгарт и Лиделль, которые думали, что делают это для гильдии, и выкинули меня, в итоге своими руками привели гильдию к упадку. Этого более чем достаточно в качестве возмездия для тех двоих, кому небезразличны Ишка и гильдия.

Я продолжал говорить о таких вещах.

Какое-то время Лиделль слушала молча, но в конце концов выдавила из себя дрожащим голосом, словно не выдержав.

— И-и, что вы пытаетесь сказать? Если вы намерены пытать меня...

— Тебе нет нужды из кожи вон лезть, чтобы остановить меня телом, я говорю, что моя месть скоро закончится. Я не намерен объединяться с мастером столичной гильдии, Сергеем или как его там, чтобы убрать Элгарта.

— Это... правда?

— Да. Единственное, что ты можешь остановить своим телом, это последний шаг — извинения «Соколиного Меча».

Если это будет смертельным ударом для Элгарта, то Лиделль стоило бы предложить себя мне.

Но если это не так, то действия Лиделль будут очень расточительными. Если она позволит мне ещё раз сделать то, что я хочу, моя месть гильдии авантюристов будет завершена. По крайней мере, я не намерен ничего делать им со своей стороны.

Пока я размышлял об этом, Лиделль с озадаченным выражением лица спросила.

— Зачем вы мне это сказали? Вы могли просто переспать со мной и ничего не говорить.

— Да, было бы разумнее, но я предпочитаю действовать последовательно.

— Вы сказали «око за око», верно? Это то же самое, что вы сделали с Короной?.

Лиделль упомянул имя девушки из «Клетки Синей Малой Птицы».

Я пожал плечами.

— Это была даже не месть. Когда меня выгнали из гостиницы, в меня тыкнули и сказали вернуться когда будут деньги на чаевые, так что я просто всучил им чаевые. Включая плату за прошлые неудобства.

Не моя вина, что отец и дочь были напуганы и встревожены, прочитав что-то в слишком больших цифрах повторяющихся чаевых. Я также знал, что, поскольку моя репутация росла, они были напуганы тем, с каким возмездием им придётся столкнуться, но на мне не было обязательства или долго успокаивать их. Всё было так просто.

Лиделль, закончив слушать рассказ, спросила как бы в подтверждение.

— Значит, если я откажусь от своего предложения, вы меня отпустите, так?

— Именно. Конечно, я не возражаю, если ты передумаешь и разденешься прямо здесь, но что выбираешь ты?

Я задал вопрос, на который знал ответ, но ждал его от Лиделль.

Чуть позже.

Мирослава, выпроводившая Лиделль на улицу, вернулась и робко открыла рот.

— ...Мастер, как всё прошло?

— Нормально. Если сейчас в гильдии возникнут проблемы, городские функции не будут поддерживаться. Это проблема и для нас тоже. Кроме того, я не хочу, чтобы кто-то, кто готовился к нам, как бы говорил: «Подойди и обними меня».

Пока я смотрел на неё, Мирослава задрожала и глубоко склонила голову, напомнив мне Лиделль.

— Я прошу прощения! Я зашла слишком далеко!

— Дела значат больше слов. Покажи мне свою искренность. К сожалению, всё время, которое я выделил на Лиделль, теперь пропало зря.

Я не сказал ей конкретно, что делать, но Мирослава, похоже, догадалась о моём намерении.

Со щеками, окрашенными в пунцовый цвет, рыжеволосая волшебница потянулась к поясу своей одежды...

— Воистину, отвратительно, мне нечего сказать, Гозу Цима!

С этими словами Гиллмор Берч, один из Четырёх Министров, поддерживающих семью Мицуруги в вопросах культуры и образования, хлопнул кулаком по коврику татами.

В последние годы Гиллмор стал главой процветающей семьи Берч на Острове Демонов, а в качестве министра он контролировал персонал и финансы семьи Мицуруги. Он также был отчимом Климта, который в данный момент стоял в позе прострации позади Гозу.

Несмотря на присутствие Климта, взгляд Гиллмора был прикован исключительно к Гозу.

Он продолжал говорить без перерыва.

— Давай пока оставим в стороне вопрос о моей дочери, Клайре, поскольку мы сейчас в публичном пространстве. Но что значит для воина Зелёного Леса, особенно для того, кто занимает должность Шибы, потерпеть поражение и бежать от чужака? И в довесок, произносить фривольные замечания в адрес лорда особняка, чтобы скрыть свою оплошность? Это возмутительно!

— Вы правы.

В ответ на гневный голос Гиллмора, Гозу спокойно ответил своими словами.

— Я признаю, что потерпел поражение и сбежал, и не оправдываюсь за это. Однако я не помню, чтобы делал фривольные замечания лорду особняка.

— Тишина. Трудно поверить, что бесполезный человек, изгнанный с острова пять лет назад за проваленное испытание, смог победить сразу трёх воинов Зелёного Леса, да ещё и заявляет об одиночном убийстве мифического существа. Как это назвать, если не бредом?!

— Это не бред, это правда.

Слова и отношение Гозу были спокойными и безразличными. Но на самом деле его внутренние чувства были не столь спокойны, как его внешний вид.

После поражения от Соры в Королевстве Канария он поспешил вернуться, чтобы как можно скорее отчитаться перед лордом, не жалея времени на лечение, путешествуя день и ночь. Он с нетерпением ждал этого момента. Честно говоря, ему хотелось поскорее лечь и уснуть.

Но он не мог позволить себе демонстрировать неприглядность перед тем, кто пытался исполнять обязанности премьер-министра и управлять семьёй Мицуруги. Втайне он стиснул зубы и притворился спокойным.

Возможно, почувствовав мысли Гозу, глаза Гиллмора сверкнули яростным светом.

— Гозу Цима, я полагаю, ты намерен использовать ложные заслуги, чтобы отменить лишение наследства этого некомпетентного человека. Затем ты планируешь восстановить его в качестве законного наследника, а себя — в качестве его попечителя. Это объясняет твои абсурдные высказывания!

Услышав это, Гозу нахмурился и ответил: «Подождите, Лорд Шито. Это клевета. Кроме того, даже если бы я использовал какую-то хитрость, чтобы вернуть неискушённого Лорда Сору, всё это было бы раскрыто на суде. Я бы никогда не прибег к такому явному обману».

— Действительно, здравомыслящий человек не стал бы опускаться до таких выходок. Но ты действительно в своём уме? Человек, который даже не мог противостоять воину драконьего зуба, вдруг обрёл достаточно силы, чтобы победить тебя, третьего по рангу члена Первого Флага, и двух других воинов Зелёного Леса всего за пять лет. И утверждаетcя, что сделал он это, будучи облачённым в Экипировку Пустоты. Не говоря уже о том, что он убил короля Мифических существ, дракона, и всё такое. Это плохо построенная сказка, даже для детского фэнтези. Я с трудом могу поверить, что это слова разумной личности.

«Если хочешь, можно опросить присутствующих», — блефовал Гиллмор.

В этом месте присутствовали глава семьи Мицуруги, Шикибу, четыре министра: Шито, Шикуу, Шикоу и Шиба, восемь генералов флагов, возглавляющих восемь знамён Зелёного Леса, и восемь вице-генералов. Все они считались олицетворением культуры и военной мощи семьи Мицуруги.

Гиллмор предложил поставить вопрос о том, был ли Гозу Цима в здравом уме или нет перед этими важными фигурами. Он был уверен в своём предложении, поскольку считал, что доклад Гозу был невероятным и невозможным.

Для Гиллмора это был шанс отобрать позицию Шибы у Гозу и продвинуть свой собственный клан на освободившееся место. Семья Берч уже занимала две из четырёх позиций министров, Шито и Шикоу. Если бы они также смогли занять место Цимы, власть и влияние семьи Берч на Острове Демонов стали бы непоколебимыми. Естественно, он спешил унизить Гозу.

Пока Гозу и Гиллмор обменивались словами, окружающие сохраняли нейтралитет.

Многих возмущало сильное стремление Гиллмора к власти и авторитету, а также то, что он использовал влияние главы для контроля над делами семьи. Однако они не решались поддержать абсурдный доклад Гозу, и их лица показывали нежелание принимать чью-либо сторону.

Естественно, взоры собравшихся сосредоточились на главе семьи, Шикибу Мицуруги, который сидел на верхнем сиденье.

Только лорд или четыре министра равного ранга могут остановить спор между Шито и Цимой.

То ли он почувствовал взгляды своих вассалов, то ли хотел дать им двоим высказаться, прежде чем взять разговор в свои руки, но святой меча этого поколения спокойно открыл рот.

— Гозу, у меня к тебе вопрос.

Как только Шикибу заговорил, Гозу и Гиллмор выпрямились и склонили головы на месте.

— Да, всё, что пожелаете.

— Ты сражался серьёзно в битве в Канарии?

Конечно, я сражался всерьёз, — Гозу уже собирался ответить, но заколебался.

Вздохнув, Гозу открыл рот, мысленно представляя битву в тот момент.

— Я сражался, чтобы привести Сору к вам, Лорд. Поэтому я не могу сказать, что сражался с Сорой так, как если бы он был демоном из демонических врат.

Я не собирался лишать его жизни. Я не видел в нём врага.

Он был человеком, о котором я заботился с самого детства, будучи его опекуном. Я никак не мог направить на него серьёзную враждебность или убийственное намерение.

Но всё же это не означало, что я сражался с ним вполсилы.

— Докладываю как есть. Я сражался с Сорой всерьёз и проиграл, Господин.

— ...Понятно.

Шикибу кивнул один раз на ответ Гозу и закрыл глаза.

Сора выдвинул семье Мицуруги требование — чтобы семья Мицуруги никогда больше не трогала Сузуме. Вероятно, он размышлял над тем, как ответить на это требование, подумал Гозу.

Гозу почтительно ждал ответа своего лорда.

Гозу не знал, какой ответ даст Шикибу. Поскольку речь шла о демоническом роде, он не мог просто так согласиться на требование Соры. Но если бы он хотел уничтожить Сузуме, ему пришлось бы сражаться с Сорой.

Если он хотел победить Сору сейчас, ему пришлось бы выделить значительное количество военных сил с острова. Для семьи Мицуруги, противостоящей угрозе демонических врат, это была ситуация, которой они хотели избежать, насколько это возможно. Даже если они победят Сору, военная выгода, которую они получат, составит всего одну девочку-демона, а это не стоит риска.

Не было никакой необходимости выслеживать Сузуме, рискуя поставить под угрозу оборону острова демонов — Гозу надеялся, что Шикибу придёт к такому же выводу.

Воссоединение с Сорой в Королевстве Канария оставило после себя много проблем, но если дать ему немного времени, то, возможно, они смогут поговорить по-другому. Именно так он и думал. Он также был уверен, что даже если в Сузуме вселится демонический бог, Сора сможет справиться с ним без проблем.

Однако Гозу беспокоило одно обстоятельство. Он знал способ сводящий к минимуму затраты сил на уничтожение Соры.

А именно, победа над Сорой единолично.

В нынешней семье Мицуруги есть как минимум три члена, которые могут сделать это.

Гозу бросил короткий взгляд вперёд. В поле его зрения находились глава семьи, Мицуруги Шикибу, и два мечника, сидящие по обе стороны, чтобы защищать его.

У человека, сидящего справа, была белая кожа, которая, казалось, светилась, и длинные чёрные волосы, которые можно было принять за женские.

У сидящего слева была светло-коричневая кожа и тёмные, как железо, волосы.

Оба обладали исключительным мастерством владения мечом, которому не было равных. Даже в этом месте, где собралась элита Восьми Флагов Зелёного Леса, это описание оставалось действительным.

Говорят, что если бы они не родились в одну эпоху с Мицуруги Шикибу, редким и божественным гением, то оба непременно достигли бы места святого меча.

Лорд, Шикибу, и двое, которых прославляют как драгоценных близнецов, были под его началом. При наличии этой троицы, победить Сору одним из них проблемой не было. Им понадобилось бы не более трёх дней, чтобы добежать до Королевства Канария при максимальных усилиях, победить Сору и вернуться на Остров Демонов.

В этом и заключался источник беспокойства Гозу.

Конечно, маловероятно, что лорд, Шикибу, покинет Остров Демонов, а два драгоценных близнеца также были обязаны быть генералом и вице-генералом первого флага, поэтому трудно было представить, что они покинут остров ради одной демоницы.

Однако только Шикибу знал, каким виднелся рост своего изгнанного сына (Соры), и как он отнёсся к просьбе сына, которая могла быть воспринята как дерзость.

Гозу, Гиллмор и другие вассалы, затаив дыхание, ждали указаний Шикибу.

Но был один человек, который двинулся с места, не дожидаясь указаний лорда. Это был Климт, стоявший позади Гозу.

Единственными, кто имел право говорить в этом месте, кроме лорда, были четыре лорда и генералы с вице-генералами Восьми Флагов Зелёного Леса. Остальным разрешалось слушать, но не высказывать собственное мнение.

Это не было исключением даже для наследника главной семьи, и Мицуруги Рагуна стиснул зубы крепко сжав хакама*, он молчал.

Тут, в место для собраний Климт отчаянно повысил голос, обращаясь к лорду.

***

1. Шито: Министр администрации, равнозначный премьер-министру или канцлеру. Он отвечает за гражданские дела, ритуалы и жертвоприношения.

2. Цима: Военный министр, равнозначный главнокомандующему или министру обороны. Он отвечает за военные дела, стратегию и оборону.

3. Шикуу: Министр труда, равнозначный министру общественных работ или министру сельского и лесного хозяйства. Он отвечает за сохранение водных ресурсов, строительство и инфраструктуру.

4. Шикоу: Министр юстиции, равнозначный судье или министру юстиции. Он отвечает за судебные, уголовные и дисциплинарные вопросы.

5. Хакама — вид традиционной японской одежды, похожий на юбку-брюки. Они надеваются поверх кимоно и завязываются на талии. Они имеют складки и спадают до щиколоток. Исторически их носили самураи, а сейчас они используются в некоторых японских видах спорта и церемониях (c) Wikipedia.

— Прошу прощения, Господин Шикибу!

На Климта, который поднялся на колени и повысил голос, устремились острые взгляды со всех сторон.

Ранг Климта в Восьми Флагах Зелёного Леса был седьмым в седьмом флаге. Для молодого воина, которому ещё не исполнилось двадцати лет, он был слишком выдающимся, но с точки зрения четырёх лордов и восьми генералов в этом месте он был не более чем молокососом.

Это был поступок, который не мог избежать обвинений в самоуверенности: Климт обратился напрямую к Шикибу, главе семьи.

Конечно, Климт осознавал это. Но он не мог молчать в этой ситуации.

«Если ты хочешь спасти Клайру, ты должен рискнуть своей жизнью и сделать то, что я скажу. Иначе твоя сестра, плача и крича, будет желать смерти. Тебе ведь не нужно объяснять, почему я беру Клайру в заложники вместо тебя, мужчины?»

Слова, сказанные Сорой, когда они скрестили мечи в лесу Титис, промелькнули в его голове. Сам того не осознавая, Климт стиснул зубы.

Конечно, Климт не собирался послушно выполнять требования Соры.

Прежде всего, что бы ни утверждали Гозу или Климт, просьба Соры никак не могла быть принята. Министерство Церемоний непременно прикажет преследовать и казнить Сору.

Каким бы сильным ни был Сора, какой бы мощной ни была его Анима, он не мог победить всех элитных воинов Восьми Флагов. Поэтому было ясно, что Сора в конце концов проиграет, независимо от того, как всё сложится.

Климт должен был спасти свою сестру Клайру до того, как группа преследования установит контакт с Сорой. Он знал, что если Сора узнает, что Остров Демонов отклонил его требование и послал группу преследователей, он, не колеблясь, нападёт на Клайру.

Проблема заключалась в том, разделят ли другие воины идею Климта.

Если бы воины, посланные в погоню за Сорой, спасли Клайру перед нападением, то проблем бы не возникло. Но спасать заложницу, рискуя предупредить врага, — такой мягкий способ ведения боя не существовал в военном праве Восьми Флагов Зелёного Леса.

Если бы заложниками были невинные женщины и дети, это была бы другая история, но Клайра была добросовестным воином Зелёного Леса, которая стала пленницей в результате своего поражения. В этом случае, что бы с ней ни случилось, она сама виновата в своём поражении.

Например, предположим, что Климт был третьей стороной, не имеющей никакого отношения к семье Берч, и получил приказ своего лорда преследовать Сору. Проявил бы он хоть какое-то внимание к Клайре, которая была взята в заложники?

Ответ был очевиден. Его совершенно не заботила бы безопасность заложницы, и он направил бы все свои усилия на устранение цели. Если в результате заложница будет спасена, это будет прекрасно. Если нет, то это вина того, кто был взят в заложники, в его неопытности, и Климту не нужно было беспокоиться об этом.

Зная это, Климт самонадеянно обратился к Шикибу. Он попросил его включить защиту Клайры как обязательное условие этой миссии, равно как и преследование Соры. Если это невозможно, он попросил его причислить Климта в группу преследования.

В идеале такие действия должны были предпринять Гиллмор, отчим Климта и Клайры.

Но Гиллмор был человеком, заинтересованным только в расширении власти семьи Берч, и что бы Климт ни говорил, он рассматривал его и остальных только как инструменты для своего продвижения. Климт знал это. Многие из детей, которых семья Берч брала на воспитание, были выброшены, как изношенные сандали, на полпути.

Даже кто-то из золотого поколения был лишь одноразовым инструментом для своего отчима. Не говоря уже о человеке, который был побеждён и захвачен в плен, Гиллмор даже не удостоил бы его взглядом. Единственным, кто мог спасти Клайру, был её брат Климт. Именно в результате отчаянных мыслей он попытался дерзко обратиться напрямую к своему лорду.

Но в итоге Климт не смог обратиться к своему господину ни единым словом.

Как раз перед тем, как Климт, приподнявшись на колени, попытался попросить у Шикибу защиты для своей сестры, сильный удар обрушился на голову Климта.

Он не успел среагировать. Он даже не успел понять, что произошло. Когда он пришёл в себя, голова Климта была прижата к циновке татами. Он корчился в агонии без звуков, как будто его череп разлетелся вдребезги, и тут в его ухо ворвался чистый, как лёд, голос.

— Дурак. Как смеешь ты, простой знаменосец, грубить своему господину?

Мечник, топтавший голову Климта левой ногой, был тем самым бледнокожим, черноволосым защитником, который ещё мгновение назад сидел справа от Шикибу.

Первый Ранг в Первом Флаге. В случае чрезвычайной ситуации он заменял лорда и командовал Восемью Флагами Зелёного Леса. Этого человека звали Диалто Берч.

Он был настоящим сыном Гиллмора, министра, и братом Климта. Конечно, ни Климт, ни Клайра никогда не называли Диалто своим братом.

В семье Берч всё, начиная от образования и заканчивая питанием, различалось между родными и приёмными детьми. Не говоря уже о Диалто, который был следующим лордом и генералом первого флага. Разница в обращении между ним и Климтом была буквально как небо и земля.

— ...Я извиняюсь... гха?!

Климт попытался извиниться, но его речь снова была перебита Диалто. Он заставил Климта целовать циновку татами.

— Заткнись. Ты даже не имеешь права слова здесь.

Знай своё место. Диалто сказал это и усилил давление ногой. Пол скрипнул под циновкой татами, словно не выдержав. А может, это был звук раскалывающегося черепа Климта.

В этот момент Гозу, внимательно слушавший обмен мнениями между братьями, решил, что должен это прекратить.

Внезапно фигура Климта исчезла из поля зрения Гозу. Он скользнул в циновку татами — нет, в тень, отражённую под циновкой татами, — и тело Климта исчезло.

После того как фигура Климта исчезла, левая нога Диалто коснулась циновки татами, но его стопа, обёрнутая носками таби, твёрдо ступила на циновку. Разумеется, никаких признаков погружения не было.

Тогда куда же исчез Климт?

— Не слишком ли это серьёзное наказание, генерал флага?

Это сказал обладатель смуглой кожи и тусклых синих волос, сидевший слева от Шикибу.

Второй ранг первого флага. Этого человека звали Кумен Шукуя, он служил в качестве вице-генерала первого флага непосредственно под руководством лорда.

Перед Шукуей лежал и стонал Климт. Каким-то образом Шукуя в одно мгновение перенёс Климта, на которого наступил Диалто, к себе.

Диалто ответил Шукуе, не шевельнув бровью.

— Этот грубиян — член моего дома. Мне не нужно сдерживаться осуждая позора моей семьи.

— Я не намерен вмешиваться в законы дома Берч, но сейчас время для размышлений. Ты не должен мешать мыслям своего лорда.

В отличие от Диалто, выражение лица которого не двигалось, словно маска, Шукуя наставлял своего вышестоящего с приятной улыбкой.

Более того, Шукуя добавил с приятной улыбкой.

— Кроме того, его родная сестра захвачена врагом. Ты должен быть снисходителен к некоторой грубости. Не думаю, что на его месте я смог бы сохранять спокойствие. Особенно, если этот враг — молодой лорд...

В этот момент Шукуя, казалось, что-то заметил и закрыл рот. Затем он посмотрел на Мицуруги Рагуну, который сидел в углу с неуютным выражением лица.

— Мои извинения. Не молодой лорд, а бывший молодой лорд. Если бывший молодой лорд обрёл силу убивать драконов, как говорит Гозу, это ситуация, с которой нельзя легко справиться. Ради блага семьи Берч, которая стала заложником ситуации, мы должны избегать опрометчивости.

— Нет необходимости в излишних размышлениях. Клайра попала в руки врага из-за своей незрелости. Как мы можем соблюдать закон об истреблении демонов и запечатывании их богов, щадя жизнь незрелой?

Когда Диалто сказал это, Шукуя с усмешкой поправил.

— Понятно. Тогда позволь мне перефразировать. Не ради семьи Берч, а ради семьи Мицуруги, мы должны быть осторожны и не действовать необдуманно. Я думаю, будет жаль потерять одного из золотого поколения, обладающего большим талантом, вот так.

Сказав это, Шукуя повернул своё тело к Шикибу, который стоял рядом с ним, и глубоко склонил голову.

— Мой господин, если вы не возражаете, пожалуйста, поручите мне эту миссию. Я хочу провести переговоры с бывшим молодым господином, освободить заложника и привести Сору к вам.

Если Сора откажет ему, то он просто применит силу для достижения своей цели — Шукуя не сказал этого вслух, но все в комнате поняли, что он имел в виду. И все решили, что он точно сможет это сделать.

Изначально Шикибу не проявлял особого интереса к тому, что происходило за пределами острова. Поскольку один из драгоценных близнецов вызвался добровольно, это было почти решено — вот как тех, кто думал об этом, удивили следующие слова Шикибу.

— Нет. В последнее время демонические врата активны. Должно быть, это признак беспокойств. Я не могу позволить тебе, Шукуя, покинуть остров в такое время.

Этот ответ, казалось, тоже удивил Шукую, и он ответил с расширенными глазами.

— Демонические врата... Простите, не подметил. Прошу прощения за излишнее предложение.

— Всё в порядке. Признаки ещё слабые. Ничего не произойдёт ни сегодня, ни завтра. Но и через полгода или год тоже ничего не произойдёт. Будь готов к любой ситуации, и не пренебрегай подготовкой Восьми Флагов Зелёного Леса.

— Ха!

Не только Шукуя, но и Диалто и другие генералы и вице-генералы флагов подняли свои голоса в унисон.

Тут Гиллмор открыл рот.

— Мой господин, что вы будете делать с этим вопросом?

Если в демонических вратах есть движение, то не только драгоценные близнецы, но и другие генералы флага (кисё) и вице-генералы не могут быть отправлены. С другой стороны, отправка обычных солдат флага приведет лишь к повторению ситуации с Гозу и его людьми.

Игнорировать требования противника и ловить его на спешке — это один из вариантов действий. Если он знает, что нам не нужны заложники или что-то в этом роде, возможно, есть шанс поторговаться.

Однако, учитывая важность доклада Гозу, это можно назвать только плохой идеей. Прежде всего, оставить поражение как есть — это позор для семьи боевых искусств.

Пока все почёсывали головы, Шикибу спокойно ответил на вопрос своего подчинённого.

— Скажи Соре, чтобы он прибыл на остров. Если его умение победить дракона правдиво, то не должно быть проблем с тем, чтобы оставить с ним одного или двух демонов.

Услышав это, Гозу с ухмылкой поднял лицо.

Он был счастлив, что Шикибу по какой-то причине не решил сражаться с Сорой.

— Мой лорд, тогда я отправлюсь в Королевство Канария и уговорю Сору...

— Ненужно.

— ...А?

Гозу растерянно моргнул глазами, когда его слова резко оборвал Шикибу.

Шикибу продолжил, как ни в чём не бывало.

— Тебе, Шиба, нет нужды идти туда. Достаточно письма.

— Это... Лорд, я сомневаюсь, что Сора прибудет на остров только из-за него.

Он вспомнил глаза Соры, наполненные враждебностью, когда они столкнулись с ним в Королевстве Канария. Если бы Шикибу прислал письмо, в котором говорилось, чтобы он показал свою силу, посетив Остров Демонов, и они смогут доверить ему дело Сузуме, Сора никогда бы не пришёл на Остров Демонов.

Напротив, как только он прочитает письмо, он может решить, что его требование было отвергнуто, и навредить заложнице Клайре.

На тревогу Гозу у Шикибу был готов неожиданный ответ.

— Мне всё равно. Пошли письмо. В нём ты укажешь дату, когда он должен приехать на остров.

— Дату, говорите?

— Да.

Как только он услышал о дате, которую назвал Шикибу, Гозу понял намерение своего господина и удивился.

Он был не единственным, кто так отреагировал. Несколько человек тоже заметили цель Шикибу и выразили своё удивление.

Дата была назначена через месяц после сегодняшнего дня. Конец лета и начало осени.

Это была годовщина смерти матери Соры, Сидзуи Мицуруги.

— Йа! Йа! Туу!

В центре Шууто, единственного города на Острове Демонов, где живут Святой Меча и его семья, во дворе их резиденции раздавался голос маленького ребёнка.

Четырёхлетний Мицуруги Ибуки размахивает деревянным мечом. Конечно, это не настоящий деревянный меч, которым мог бы орудовать воин Зелёного Леса, а игрушка, имитирующая форму меча.

Деревянный меч, который Гозу подарил племяннику на его четвёртый день рождения, был шедевром, сделанным Цимой, наместником семьи Мицуруги, от всего сердца и души, и имел очень добротную работу, начиная с украшения рукояти и заканчивая узором на ножнах.

Это было бесценное сокровище для Ибуки, который приносил его ночью в свой футон и спал с ним. Его мать, Сесиль Цима, говорила ему оставлять его у подушки, когда он ложится спать, потому что это опасно, но Ибуки упрямо отказывался и беспокоил свою мать.

Сесиль, которая должна была заботиться об одежде Ибуки, пропитанной потом, отсутствовала. Здесь были только Гозу и Ибуки, а также женщина-воин, которая играла с Ибуки. И ещё один человек...

— Хе-хе, Ибуки очень увлечён.

Сказала она с улыбкой Гозу. Её звали Эмма Мицуруги.

Её глаза были как синие сапфиры, а волосы доходили до пояса, как золотые нити. Своей красотой и грациозностью она больше напоминала духа или богиню, чем человека.

Эмма была законной женой Святого Меча Мицуруги Шикибу и родной матерью Мицуруги Рагуны, следующего главы семьи Мицуруги. Её семья была одной из ведущих знатных семей Империи Ад-Астера, семьёй Парадайс. Кроме того, сестра Гозу Сесиль была наложницей Шикибу, и в порядке внутреннего дворца она стояла ниже Эммы, первой леди.

Она была человеком, на которого Гозу не мог равняться по многим причинам.

— Да. Неприятно, что он такой непослушный и озорной.

— Дети довольно ветряные. Это хорошо, что они непослушные. Рагуна и Сора, как и Ибуки постоянно бегали на улице и не возвращались домой, когда были примерно в его возрасте, и заставляли меня и Сидзую волноваться.

— Хаха, действительно. Я не могу сосчитать, сколько раз я бегал вокруг особняка в их поисках.

У Эммы и Гозу было приятное выражение лица, когда они вспоминали.

Если бы кто-то третий увидел эту сцену, он бы удивился.

Для Эммы Сесиль был соперницей в любви, которая боролась за расположение Шикибу, а Ибуки, ребёнок Сесиль, был ещё мал, но мог угрожать положению Рагуны, когда вырастет. Что касается Гозу, то он был честолюбивым человеком, который отправил свою сестру к своему лорду, чтобы получить власть.

На самом деле люди вокруг Эммы с опаской относились к Гозу и Сесиль. Ни Гозу, ни Сесиль не были заинтересованы в борьбе за власть в семье Мицуруги, но окружающие смотрели на них с подозрением только потому, что у них была «квалификация» на это.

Типичным примером этого был Гиллмор Берч прошлой ночью. Семья Берч активно сближалась с Рагуной, чтобы сохранить свою власть в следующем поколении, которую они создали в этом поколении. Если бы им удалось выгнать Гозу, они могли бы занять место Шибы и пресечь зародыш будущей борьбы за власть. У вчерашней сцены была и такая сторона.

Однако.

Вопреки энтузиазму окружающих, сама Эмма была дружелюбна и к Гозу, и к Сесиль. Что касается Ибуки, то она любила его так сильно, что сама приходила к нему, как сегодня.

Эмма Парадайс с самого начала была такой женщиной. Возможно, потому что с детства её воспитывали как бабочку или цветочек, она иногда не замечала злобы в глазах других. Можно сказать, что у неё было глубокое сердце, которое не обращало внимания на злобу.

Когда Эмма впервые вышла замуж в семье Мицуруги, Сидзуя Мицуруги была первой женой Шикибу, поэтому у неё не было другого выбора, кроме как стать второй женой, принцессой из великой знатной семьи. Ребёнок, которого она родит, также не мог стать наследником.

Если бы она была обычной дворянской дочерью, она бы питала сильную вражду к Сидзуе и попыталась бы устроить заговор, чтобы сместить её с позиции первой жены.

Но Эмма не пыталась сместить мать Соры, а активно общалась с ней и подружилась раньше, чем та успела это понять.

Поэтому Эмма не питала вражды ни к Сесиль, ни к Ибуки, ребёнку Сесиль, ни к Гозу, разумеется.

Гозу тоже знал об этом, поэтому мог разговаривать с Эммой, не напрягаясь.

И тут до их ушей донёсся весёлый женский голос знаменосца.

— Ладно, на сегодня всё, Ибуки.

— О! Я могу сражаться ещё, Аяка-ни!

— А что если монстр нападёт на тебя после того, как ты так устанешь? Кто защитит твою маму?

— Э-э...

— Это также твоя работа как знаменосца — поддерживать своё тело в хорошем состоянии, чтобы ты мог сражаться в любое время.

— Да, понимаю!

— Хорошо. Давай, иди к своей матери и вытри пот. Ты простудишься, если всё так оставить.

Сказав это, женщина-знаменосец — Аяка Азурит указала на Сесиль, которая вернулась со сменной одеждой для Ибуки.

Посмотрев, как Ибуки рысью бежит к матери, Аяка подошла к Эмме и Гозу.

Стоя лицом к лицу с Аякой, Гозу слегка склонил голову.

— Прости меня, Азурит. Доставил же я тебе хлопот.

— Вовсе нет. Ибуки для меня как милый младший брат. Это ерунда, Шиба.

Аяка улыбнулась и сказала это.

Ибуки — сводный брат Рагуны. Для Аяки, которая является невестой Рагуны, Ибуки действительно должен чувствоваться как младший братик.

Если бы это была другая семья, даже если бы он был ребёнком наложницы или любовницы, к нему бы относились как к члену главного клана, и Аяке не позволили бы общаться с ним так непринуждённо. Даже Гозу, который является его дядей, в обычных обстоятельствах должен был бы преклонить колени перед Ибуки.

Но в семье Мицуруги только дети законной жены считаются членами клана. Им разрешается использовать фамилию Мицуруги, но они практически не имеют прав на наследство. То же самое относится и к их матерям. Например, Эмма, которая является законной женой, изменила свою фамилию с Парадайс на Мицуруги, но мать Ибуки, Сесиль, до сих пор носит фамилию Цима. В этом смысле существует строгое различие между законными жёнами и наложницами.

Кроме того, в воспитании детей приоритет отдаётся желаниям матери. Кроме того, наложницам и их семьям ежемесячно выплачивается щедрое пособие, а польза от вливания крови Мицуруги в их собственную семью неизмерима, как материальная, так и нематериальная. В первую очередь, семьи, посылающие наложниц, делают это, зная о таких вещах, поэтому не было никого, кто был бы недоволен обращением со стороны Мицуруги.

Это совершенно неуместное замечание, но у нынешнего главы семьи Мицуруги большое количество наложниц, а также много детей, рождённых от них, поэтому сумма денег, выплачиваемая им, довольно значительна. Гиллмор, курирующий финансы в качестве Шито (министра), иногда делает своему господину замечания по этому поводу. Гиллмор есть Гиллмор, и он не льстец, умеющий только льстить.

Как бы то ни было, Ибуки свободно рос в таких обстоятельствах, и до сих пор никаких признаков извращения или искажения личности не наблюдалось. Окружающие его взрослые улыбались и надеялись, что он и дальше будет расти вверх.

И в этот момент Аяка посмотрела на Гозу и открыла рот.

— Кстати, Цима. Сменю тему...

— Хм?

— У Соры всё хорошо?

Голос Аяки был естественным, как будто она спрашивала о вчерашнем меню, и в её взгляде, направленном на Гозу, не было признаков волнения или напряжения.

Аяка участвовала во вчерашнем совете как воин флага Зелёного Леса. Конечно же, она слышала доклад Гозу.

Если присмотреться, то даже Эмма смотрела на Гозу вопросительным взглядом.

Как уже упоминалось, мать Соры, Сидзуя, и Эмма были подругами. Когда Сидзуя скончалась, она попросила Эмму позаботиться о Соре.

Поэтому Эмма всегда уделяла внимание благополучию ребёнка своей умершей подруги и продолжала говорить с ним ласково.

На самом деле это Сора отверг заботу Эммы.

Эмма, ставшая первой леди после смерти матери Соры, воспринималась юным Сорой как человек, отнявший у его матери место. В сочетании с конфликтами с сыном Эммы, Рагуной, юный Сора начал проявлять враждебность к Эмме.

Эмма поняла отношение Соры и решила наблюдать за его ростом на дистанции. Это произошло ещё и потому, что она поняла, что её внимание к Соре влияет на поведение Рагуны.

Когда Сора был изгнан из семьи Мицуруги, Эмма болела и не знала об этом. Как и Гозу, она была потрясена, узнав об этом через несколько дней.

Эмма, которая редко высказывала своё мнение Шикибу, горячо просила отменить наказание Соры за произошедшее.

Однако, как и ожидалось, суждение Шикибу оказалось непоколебимым, и местонахождение Соры после отъезда с острова осталось неизвестным, оставив Эмму с висящей головой перед могилой Сидзуи.

Спустя пять лет местонахождение Соры наконец-то стало известно. Эмма интересовалась Сорой не меньше, чем его бывшая невеста Аяка, если не больше.

Аяка и Эмма пришли к Ибуки утром, вероятно, чтобы расспросить о Соре. Несмотря на то, что Гозу чувствовал себя подавленным под их спокойными взглядами, он кивнул в знак согласия на вопрос Аяки.

— Да. Несомненно, он здоров.

В конце концов, Гозу тотально избили, даже с учётом Экипировки Пустоты.

Услышав полушутливые, полусерьёзные слова Гозу, Аяка слегка кивнула, сузив глаза.

— Его изгнали с острова, но он сумел самостоятельно достичь Экипировки Души. Он не изменил своему упрямству.

— Действительно. Я глубоко сожалею об этом. Если бы только я смог навести его на путь обретения Экипировки Души, пока он был на острове, ничего бы не случилось.

Аяка слегка наклонила голову в ответ на сетования Гозу, но не стала высказывать свои мысли вслух.

Вместо неё рот открыла Эмма.

— Лорд Мицуруги сказал, что призовёт Сору аккурат к годовщине смерти Сидзуи, но как ты думаешь, откликнется ли Сора на приглашение?

— Честно говоря, я не знаю. Если бы это был прежний Сора, он бы, несомненно, согласился, но как рассудит нынешний Сора...

— Сора придёт, моя госпожа.

В отличие от Гозу, который колебался с ответом, Аяка живо подтвердила действия Соры. Эмма была удивлена её уверенностью и расширила глаза.

Гозу с сомнительным видом спросил.

— Азурит, почему ты можешь говорить это так уверенно?

— Сора откажется от чего угодно, но не от клятвы своей матери. Если бы Сора отказался от своей клятвы Сидзуе за последние пять лет, он бы не достиг экипировки души — Анимы.

— Хм. То есть, если это годовщина Сидзуи, он придёт, независимо от обстоятельств.

Гозу кивнул, скрестив руки. Он вспомнил слова Соры, когда они столкнулись в Ишке.

«Прошло пять лет с тех пор, как я был изгнан с острова. Я ползал по земле и вот где я. Конечно, это не то, чего я хотел раньше. Мама, возможно, разочаруется во мне».

Сказать о том, что человек разочаровал свою мать мог только тот, кто помнил её желания.

Сора, от которого отреклась семья Мицуруги и изгнала с Острова Демонов, до сих пор не мог посетить могилу матери.

Слова Шикибу на этот раз означали лишь временное снятие запрета. Предположение Аяки о том, что он приедет, что бы ему ни пришлось оставить, казалось верным.

После этого тема Соры была прервана появлением Ибуки и Сесиль, которые закончили переодеваться.

Они втроем поболтали с Ибуки и Сесиль.

Ибуки сначала вёл себя тихо, стараясь подстроиться под взрослых, но это казалось скучным для ребёнка, который хотел играть, и вскоре он начал ёрзать.

Аяка быстро заметила это и криво улыбнулась, как бы говоря: «Кто бы мог подумать».

— Ибуки, у тебя ведь был перерыв? Может, продолжим с начала?

— Да, да! Я хочу, хочу, Аяка-ни!

Взрослые вокруг естественно улыбнулись, увидев, как Ибуки вскочил и поднял руку.

Но в следующий момент, когда они услышали слова Ибуки, их улыбки сменились другими выражениями.

— Скоро я стану сильнее и побью парня, который издевался над дядюшкой Гозу!

Гозу смотрел на своего племянника с кислым лицом, как будто глотнул уксуса. Сесиль, его мать, тоже смотрела на своего сына с таким же лицом.

Эмма с лёгким замешательством коснулась своей щеки, а Аяка моргала, словно её застали врасплох.

Ибуки ничего не знал о «парне, который издевался над дядюшкой Гозу» — Мицуруги Соре. Ни Гозу, ни Сесиль не знали, как объяснить Ибуки про Сору, от которого отреклась семья Мицуруги и изгнала с Острова Демонов.

Для Ибуки это было заявление из праведного негодования, чтобы отомстить за Гозу, который вернулся весь в ранах. Он никак не ожидал, что его заявление потрясёт окружающих его взрослых.

— ...Аяка-ни? Что случилось?

— О, прости, ничего. Тогда сегодня я научу тебя особому приёму. Это ультимативный секретный клинок, который я и мои друзья придумали.

— Ультимативный? Он сильный?

— Сильный, понимаешь? В конце концов, он ультимативный! Его название - Джао Энзацукен! Это меч, который сжигает демонов и духов запретной драконьей силой!

— Вау... круто! Научи меня, сестричка, научи!

— Хорошо. Тогда Ибуки, следуй за мной. Тренировки будут тяжёлыми, но ты ведь готов?

— Да! Я постараюсь!

Ибуки ответил поблёскивая глазами. Странная атмосфера, царившая минуту назад, уже исчезла в сознание четырёхлетнего ребёнка.

Неожиданно вздохи облегчения одновременно вырвались из уст взрослых.

***

Джао Энзацукен (蛇王炎殺剣) - это вымышленная техника меча, использующая запретную силу дракона для выжигания демонов и духов. Название буквально означает «Меч, Убивающий Пламенем Змеиного Короля».

Аяка Азурит.

Рагуна Мицуруги.

Урсула Утгарза.

Сай Кумен.

Шидони Скайшип.

Клайра Берч.

И Климт Берч.

Это имена семи человек, которых на Острове Демонов называют Золотым Поколением, и в то же время это список, показывающий порядок рангов среди Золотого Поколения.

Это раздражало и расстраивало Климта, но сам он был седьмым из семи.

Дело было не в том, что Климт уступал кому-то другому. Объективно говоря, Климт был великолепен, а его экипировка души было мощной. Его достижения с момента вступления в Восемь Флагов Зелёного Леса были выдающимися, и это доказывало его место седьмого ранга в седьмом флаге.

Причина, по которой Климту пришлось довольствоваться самым низким рангом, заключалась в том, что остальные шесть человек были более выдающимися.

Даже если Аяка и Рагуна, которые наверняка через несколько лет получат звание вице-генералов, были исключительными случаями, Сай, Шидони и его сестра Клайра также имели более высокие ранги, чем Климт.

Только у Урсулы ранг все ещё был десятым, но она принадлежала к первому флагу, который был самым элитным подразделением, подчинявшимся непосредственно лорду. Это было адское место, где люди высших рангов в других знамёнах выполняли работу обычных воинов. Климт понимал, что значит быть назначенным десятым в таком месте.

У Климта было чувство товарищества со своими одноклассниками, но он также испытывал сильное чувство соперничества к ним. Даже если случалось что-то сложное, он не собирался полагаться на них, если только речь не шла о чём-то серьёзном.

Однако этот происшествие, когда его сестра Клайра попала в плен, был для Климта как раз таким. Несмотря на то, что брат Диалто пинал его на глазах у всех, он не мог просто сидеть сложа руки и наблюдать за происходящим.

Поэтому Климт решил проглотить свою гордость и склонить голову перед своими одноклассниками.

Рагуна из клана Мицуруги не нуждался в представлении, Сай из семьи Кумен был членом престижной семьи Острова Демонов с трёхсотлетней историей, как и семья Скайшип Шидони. Азурит была известна как благородная семья империи. Если бы он смог заимствовать силу этих семей, у него был бы шанс спасти свою сестру.

Первым, кого посетил Климт, был Шидони Скайшип. Причина была проста: Шидони самый мягкий и дружелюбный среди Золотого Поколения.

Семья Скайшип враждовала с семьёй Берч, потому что они уступили Гиллмору пост министра, но у Климта не было другого выбора, кроме как использовать любые средства. Сейчас не было смысла беспокоиться о своей семье в глазах посторонних. Он должен был спасти сестру.

Но когда он поведал о о своей решимости миниатюрному однокласснику, тот рассмеялся и тряхнул из стороны в сторону своими мягкими золотистыми волосами.

— Не стоило так напрягаться. Она твоя сестра, и моя подруга. У меня нет причин не помогать тебе. Но убедить дедушку будет трудновато.

— ...Прости, Шидони.

— Климт. Лучше бы ты сказал «спасибо» вместо «прости».

У него были золотистые волосы до плеч и голубые глаза. Шидони, мать которого дворянка империи, унаследовал благородную внешность: светлые волосы и голубые глаза, как у Рагуны, но впечатление, которое он производил, было противоположным.

В отличие от Рагуны, с юных лет окружённого благородием и часто выглядевшего старше своих лет, Шидони зачастую выглядел моложе нужного.

Это было нормально, когда ему недосчитывали год-другой, относительно одноклассников, таких как Климт, а иногда даже моложе. Кроме того, поскольку его голос был нейтральным, его часто принимали за представителя противоположного пола.

Он также находил это забавным и иногда вёл себя как женщина, поэтому среди воинов флага Зелёного Леса был довольно большой процент тех, кто верил в теорию о том, что Шидони — женщина.

Так или иначе, Шидони, пообещав сотрудничать с Климтом, попросил остальных одноклассников о сотрудничестве, чтобы спасти Клайру.

Единственным, кто открыто отказался от этого, был Сай Кумен.

— Хватит, достаточно. Если ты будешь действовать необдуманно, только хуже сделаешь.

У Сая, младшего брата Шукуи Кумена, второго ранга первого флага, было такое же тёмное лицо, как у его брата, и саркастическое выражение, противоположное брату. Он отверг просьбу Климта.

— Не вмешивайся в то, что решил лорд, Климт. На этот раз тебе не удастся отделаться повалявшись с ногой на голове. Семья одобрила твой план? Даже если ты спасёшь Клайру, они от тебя отрекутся.

Так что не делай ничего лишнего и сиди тихо, сказал ему Сай со скучающим видом. Казалось, он не хотел иметь с этим ничего общего, но в его словах была доля правды.

— Кроме того, тот, кто захватил Клайру, — Сора. Этот трус ни за что не пойдёт против лорда.

Шидони нахмурился, словно его обеспокоило услышанное.

— Не обращая внимания на то, что он трус, я тоже не верю в Сору, идущего против лорда. Но, Сай. Сора принизил Климта и Шибу Гозу. С точки зрения способностей и личности, разве мы не должны считать его человеком, отличным от прежнего Соры?

— Что насчёт меня, я с самого начала не верил в Сору, как первопричину произошедшего.

Сай сказал это, бросив короткий взгляд на Климта, который продолжал молчать.

Климт стиснул зубы и уставился на Сая.

— Хочешь сказать, я лгу?

— Климт, давай подумаем с другого места. Если бы я покинул остров, встретил Сору через пять лет, победил его, а потом вернулся и доложил об этом лорду — ты бы мне поверил? Смог бы?

— ...Это...

— Ты бы не поверил, да? Вполне естественно думать, что я что-то замышляю. Кроме того, ты и твоя сестра из проблемной семьи Берч, и ваше положение непростое. Будет неудивительно, если вы попытаетесь повернуть всё вспять, сотрудничая с Шибой и инсценируя убийство Соры. На самом деле, Шито Гиллмор сказал нечто подобное Шибе Гозу, не так ли?

Сай сказал это и слегка поднял обе руки.

Конечно, Сай не подозревал всерьёз, что Климт сговорился с Сорой.

Он просто сказал о таковой возможности. А если так, то найдутся люди вроде Гиллмора, которые воспользуются этим инцидентом, чтобы заменить других.

Как человек из семьи Кумен, он не мог просто кивнуть в ответ на просьбу своего одноклассника.

— Кроме того, даже если история Климта была правдой, Сора в итоге не убил ни Климта, ни Шибу. Он даже не порезал Клайру, не так ли? Я уверен, что он не изменился в своей сути.

Сай сказал, что если бы он собирался вести переговоры с семьёй Мицуруги, он бы вернулся с отрубленной головой Гозу или Климта, а в качестве разменной монеты использовал бы пальцы Клайры. Он не верил, что тот, кто не может зайти так далеко, причинит вред заложникам.

Его первоначальное заявление: «Не делай ничего лишнего и сиди тихо», несомненно, было его истинным намерением.

Выслушав прямолинейное мнение Сая, Шидони задумался с обеспокоенным выражением лица. Хотя мнение Сая было грубым, он не считал его полностью неверным.

Если глава семьи, Шикибу, придерживается такого же мнения, как и Сай, то усилия Климта и Шидони будут в лучшем случае контрпродуктивны.

Тем не менее, Шидони мог понять беспокойство Климта и не мог не задуматься, что дальше.

— Говорите об опасном, да?

Вместе с этим голосом явился Мицуруги Рагуна. За ним стояла Аяка Азурит.

Шидони был удивлён идеальным моментом, а Рагуна пожал плечами.

— Это не совпадение. Я пришёл сюда в поисках Климта.

— Меня? В смысле?

Возможно, глава семьи приказал ему отругать Климта за вчерашнюю грубость.

— Я получил разрешение от отца отправить четвёртый флаг, чтобы спасти Клайру. Мы не можем сами покинуть остров, но это должно тебя успокоить, Климт.

— Что?!

Климт был ошеломлён и потерял дар речи. Слова Рагуны были для него совершенно неожиданными.

Как и Джиджинбоу, большинство воинов Зелёного Леса, которые работают за пределами острова, принадлежат к четвёртому флагу. Рагуна сказал, что перебросит этот отряд, чтобы спасти Клайру.

На четвёртый флаг, где много воинов, работающих за пределами острова, остальные восемь флагов смотрят свысока, но он всё равно является одним из восьми. Даже если Рагуна — наследник главной семьи, ему не положено с лёгкостью двигать их. Более того, Климт ещё ничего не сказал Рагуне.

Это значит, что Рагуна начал действовать, спасая Клайру, независимо от намерений Климта. Скорее всего, ещё со вчера.

Климт, который не мог найти подходящих слов, поблагодарил Рагуну.

— ...Рагуна, прости... нет, спасибо.

Вслед за Климтом, Шидони тоже слегка склонил голову.

— Рагуна, я тоже благодарю тебя. Спасибо.

— Это просто помощь однокурснику. Нет необходимости благодарить меня.

Рагуна, ответивший холодно, определённо производил впечатление человека, положением выше.

И был кто-то, кто пытался поцарапать спокойный вид Рагуны. Сай.

— Помочь своим сокурсникам, да? Кто же вчера так расстроился, узнав, что однокурсник жив, ммм... Рагуна?

— ...Я думал, что он давно умер. Просто удивился.

— Удивился значит, да? По-моему, ты был в панике. Волновался, что твой предшественник явится и заберёт твою любимую Азурит... кх?!

Золотое поколение знало, что Рагуна, всегда спокойный и уравновешенный, показывает эмоции, когда дело касается его брата Соры.

Они ухмылялись и пытались разбить притворное лицо Рагуны, подкалывая его, но слова Сая внезапно оборвались.

Приглядевшись, тонкая белая рука энергично щипала Сая за щёку.

Это была Аяка, которой каким-то образом удалось подкрасться к нему сзади.

— Сай? Это тот рот, который оскорбляет Рагуну, усердно трудящегося во благо товарищей?

— Ай, ай, больно!

— Ну, конечно, больно, я тебя щипаю! Теперь, тебе есть что сказать Рагуне?

— Прости-прости! Это была просто маленькая шалость. Пожалуйста, прости!

— Аяка, хватит. Если ты будешь продолжать в том же духе, щёки Сая поникнут. Будет сложно сдерживать смех каждый раз при его виде.

После вмешательства Рагуны, Аяка отпустила свою хватку на щеке Сая.

Сай, прижав руку к ярко-красной щеке, пробормотал.

— Ой, ой... Господи, ты всё такая же сильная, как и раньше. И как ты умудрилась оказаться у меня за спиной? Я тебя совсем не видел.

— Я стоял рядом и даже не видел тебя. Похоже, Танцующая Принцесса ещё больше отточила свою скорость.

Шидони кивнул в знак благодарности, и Аяка ответила ему улыбкой.

— Если мы говорим о совершенствовании, то Шидони определенно стал ещё более очаровательным. Слухи о поющей сирене, которая покорила сердца воинов Шестого Флага, дошли и до нас. Когда мы встречались в последний раз, Урсула сказала, что хочет снова услышать твой голос после столь долгого времени.

Аяка с сожалением покачала головой.

— Я не могу исполнить это желание сейчас, когда я прячусь в демонических вратах. Кстати, когда Урсула и Клайра вернутся, давай устроим совместное чаепитие.

— Звучит заманчиво. С удовольствием. Кстати, судя по тому, что ты сейчас сказала, похоже, ты уверена, что Клайра благополучно вернётся.

— Сора попросил не трогать Киджина, чтобы Клайра благополучно вернулась. Лорд Мицуруги сказал, что если сила Соры действительно реальна, то он может доверить Киджина ему. Поскольку его требования выполняются, у Соры нет причин причинять вред Клайре.

Услышав это, Шидони в замешательстве наклонил голову. По тону Аяки казалось, что она констатирует общеизвестный факт.

Слова Шикибу означали: «Если это правда, что Сора в одиночку победил мифическое существо, я оставлю киджина на его усмотрение».

Конечно, Шидони не сомневался ни в Гозу, ни в Климте. Он не сомневался в них, но если бы его спросили, доверяет ли он им на 100%, первый растерялся бы.

Сору пятилетней давности он знал, а ещё больше — того, что был прежде

Но Аяка, знавшая то же самое, казалось, без вопросов поверила отчёту Гозу. Нет, Шидони показалось, что она говорит это так, словно «знает», а не «верит».

И тут, словно прерывая мысли Шидони, с запада донёсся звон колокола.

Сначала один сильный. Затем — три маленьких.

Зашифрованный сигнал, который должен был не вызывать беспокойства у жителей, сообщал им, что с запада приближаются монстры. Обычно каждый отряд справлялся с нападением без звонка в колокол. Этот колокол использовался, когда у подразделения по какой-то причине не хватало защитных сил и оно запрашивало подкрепление у знаменосцев других подразделений.

— Запад означает восьмой флаг. Там много новобранцев. Если им придётся иметь дело с тремя группами монстров, включая крупных, неудивительно, что у них возникли проблемы. Всем поторопиться и отправиться туда.

— Понял.

— Фу, как надоело.

— Понял.

Шидони, Сай и Климт ответили на слова Рагуны по порядку порядке.

Что касается Аяки, то она уже готовилась достать своё синсо.

— ...Синсо рейки.

В ответ появился ярко-алый меч. Он имел форму птицы, расправившей крылья. Аяка обхватила рукоять обеими руками и перешла к извлечению меча.

— Лети, Карура!

Когда Аяка крикнула, все присутствующие услышали хлопанье крыльев феникса.

В следующий момент в руках Аяки было два меча. Она держала двойную экипировки души, которая напоминала левое и правое крылья. Её тело легко парило в воздухе и оставалось неподвижным в туловище.

Это не прыжок с использованием — Кей. Это не парение в воздухе. Это талант врождённой способности летать в небе и бегать по воздуху при желании. Среди редких пользователей синсо, способность Аяки Азурит с её экипировкой Души, Карурой, была редким типом полёта.

— Я пойду первой.

Окликнув своих одноклассников, Аяка помчалась по воздуху, как стрела, в сторону западной стены.

Увидев, что Аяка исчезла из поля зрения почти мгновенно, Сай поднял обе руки, словно сдаваясь.

— Как всегда, эта способность просто смехотворна. Даже если её умение владеть мечом само по себе доставляет проблемы, то ещё и возможность атаковать с неба как вздумается... Против этого невозможно выиграть.

— Не жалуйся. Ты знаешь, что её трудно контролировать, потому что она сильная. Только Аяка может справиться с ней. Мы же по классике на своих двоих будем.

— Да, да. Кстати, Климт, не дави на себя слишком сильно, ладно? Ты ведь получил перелом костей от того парня, Соры, верно?

— Все уже зажило. Мне не нужна твоя забота.

— Эй, вы двое, прекратите болтать, или я вас оставлю.

Пока каждый из них болтал, как хотел, четверо из золотого поколения использовали Кей в одно и то же время и оттолкнулись от земли.

Земля громко заскрипела, словно не выдержав давления их Кей.

В этот день монстр, приближавшийся к Шууто, был Коралловым Червём.

Как следует из названия, по внешнему виду это был червь кораллового цвета, иными словами, змея. Однако у него не было чешуи, а его лицо было приспособлено для долгой подземной жизни и имело форму рта, поэтому он больше походил на земляного червя, чем на змею.

Коралловые черви за пределами острова вырастают максимум до двух метров и живут глубоко под землёй, поэтому они редко выходят к людям.

Однако виды с острова демонов, подвергшиеся воздействию магии демонических врат, вырастают более чем до пяти метров в длину, и они активно появляются на земле в поисках пищи.

Черви считаются родственниками драконов, как и виверны, и обладают мощной способностью к регенерации. По этой причине победить крупных червей, не говоря уже о маленьких личинках, было нелегко даже рыцарям Флага Зелёного Леса. В конце концов, они не переставали двигаться независимо от того, были ли они сожжены, заморожены или разрезаны пополам.

Поэтому, чтобы победить большого кораллового червя, необходимо было, чтобы несколько пользователей синсо бросили ему вызов вместе.

Однако только в этот день в этом не было необходимости. Аяка Азурит в одиночку уничтожила всех крупных червей.

Черви, разрубленные экипировкой души Аяки, не активировали способность к регенерации и умерли легко, по сравнению с их обычной живучестью.

Конечно, это было связано со способностями синсо Аяки.

Карура — птица-дух, летающая в небе эпохи Богов и являющаяся естественным врагом всех драконов.

Это имя Пожирателя Драконов, который поедал драконов, причинявших зло людям.

Битва достигла своего апогея.

Под красным небом армия, облачённая в чёрные доспехи, столкнулась с вражеской, облачённой в красные. Их преимущество было огромным, и красной армии никак не удавалось переломить ход битвы.

Однако побеждаемая красная армия не стала позорно бежать, а упорно сражалась, заставляя врага истекать кровью даже в невыгодном положении.

Если бы они бежали отсюда, их родина была бы растоптана врагом. Этот страх дал красным солдатам волю к сопротивлению.

Чёрная армия также понесла значительный урон. Осознав это, молодой командир, возглавлявший чёрную армию, резко щёлкнул языком.

— Тц, как и ожидалось от элиты Ганзана. Они упрямы.

С сероватыми, как чертополох, волосами и красновато-коричневой кожей, с одним острым рогом, торчащим изо лба, молодой Киджин излучал молодость и бодрость. Сбросив боевой халат, он разделся до гола, обнажив отточенную, как сталь, верхнюю часть тела, а также бесчисленные шрамы на груди. И наоборот, на его спине не было ни единой царапины, даже пряди волос.

Молодой воин-демон с телосложением опытного бойца искал вражеского командира. Солдаты в красном не прекратили бы сражаться, пока не получили бы приказ командира, и в конце концов были бы уничтожены. Необходимо было заставить вражеского командира признать поражение как можно скорее.

По правде говоря, молодой человек не испытывал ничего вроде «поскорее бы закончить битву!» и не чувствовал боли от убийства солдат в красном.

«Если он проиграет, он умрёт. Вот что такое война: родные города сжигают, семьи убивают». На самом деле отец юноши был разбит Красной Армией, потеряв и жизнь, и территорию. В то время сам юноша находился на грани жизни и смерти.

Для него эта битва стала последним шагом в его мести. Когда он подумал, что его месть наконец-то свершилась, губы юноши естественным образом искривились в улыбке.

Однако...

— Мой брат всегда говорит: «Так не пойдёт».

К вторгающимся вторгаются, захватывающих захватывают, убийц убивают. Чем больше демонических воинов так сражались друг с другом, тем больше люди были довольны.

Юноша осмотрел поле битвы, превратившееся в пустырь из обломков.

Не росло ни одной травинки, не протекал ни один ручей, только бесплодная земля из камней и грязи.

Дождь, падающий с неба цвета ржавчины, всегда несёт в себе запах железа, принося земле застой вместо благословения.

На такой почве не может вырасти даже пшеница, не говоря уже о гречке. И это бесплодие не ограничивалось той местностью, где сражался мальчик.

В этом мире пахотных земель очень мало, а урожая, собранного с них, далеко не достаточно, чтобы прокормить всю популяцию Киджинов. Естественно, киджины объединились в группы и начали сражаться за ограниченные сельскохозяйственные угодья. У них не было другого выбора, кроме как делать это, чтобы выжить и обеспечить свои семьи и товарищей.

Иногда появлялись те, кого называли героями, и собирали Киджинов, чтобы попытаться вырваться на «волю».

Однако такие замыслы неизбежно разбивались привратниками «Врат». Эти подлые предатели, которые когда-то поймали киджинов в ловушку и привязали их к этому бесплодному миру, были, несомненно, сильны и продолжали попирать стремления киджинов к освобождению из этого обречённого мира.

При мысли об этом кулаки мальчика инстинктивно задрожали. Было ли это от разочарования? Конечно, отчасти так и было. Однако большая часть силы, вложенной в кулаки мальчика, была направлена в будущее, а не в прошлое. Именно решимость разрушить 300-летнее чистилище своими руками заставила кулаки его дрожать.

Твердо поставив ногу на землю, мальчик побежал к группе красных солдат, которые всё ещё сохраняли определённый порядок, несмотря на проигрышную битву. Оказавшись в центре вражеской армии, мальчик подпрыгнул, использовав свою фирменную технику Кей, стиль боя голыми руками с использованием Кей, разбросал красных солдат и громко провозгласил своё имя.

— Я тот, кого Азума, король Чузана, называет своим младшим братом Кагари! Мне не нужны пешие воины! Я ищу только бесстрашных, которые не боятся моего имени!

— Итак, ты самый младший из Четырёх Братьев Чузана! Ты слишком поспешен из-за своей молодости! Я Исаги, один из шестнадцати копий Ганзана! А теперь давай сразимся честно!

Перед Кагари стоял одетый в роскошные доспехи воин, который, похоже, был полководцем и размахивал копьём. По сравнению с медведеподобным врагом Кагари был довольно мал и безоружен против копья. Казалось, что ему предстоит нелёгкая битва. Однако... «Что?!» В начале боя Кагари быстро нырнул в пробел противника и нанёс мощный удар по лицу командира. Усиленное его кей давление сделало невозможным для противника держаться на одном уровне с ловкостью Кагари. Командир упал на землю, из его носа хлынула кровь. Хотя Кагари мог легко лишить его жизни стремительным ударом, он решил этого не делать. Получив сильную встряску, командир вряд ли скоро придёт в себя.

Битва была быстро выиграна, но вражеский командир, назвавшийся Исаги, очевидно, являлся известным воином, что вызвало изумление в рядах солдат Хуаншань.

— Исаги сделали одним ударом?!

— Ты, «Чёрный Волк» Кагари... как ты смеешь!

Солдаты Хуаншань двинулись в атаку, одни на помощь своим союзникам, другие, чтобы отомстить Кагари. Однако в этот момент раздался глубокий голос, который, казалось, мог контролировать обе стороны.

— Стойте!

Сказав это, сквозь ряды Хуаншаньских солдат пробилась массивная фигура, настолько большая, что Исаги в сравнении с ней казался маленьким.

Кагари знал имя стоявшего перед ним гигантского человека в потрёпанных доспехах. Это был Гиен, Император Ганзана, их заклятый враг, убивший отца Кагари.

— Итак, ты тот самый юноша из Чузана. Как же ты вырос, — сказал Гиен.

— А вот ты, похоже, сильно постарел, Император Ганзана, — ответил Кагари.

— Хмпф, когда дети растут, взрослые стареют. Это естественный порядок, — сказал Гиен.

Гиен протянул правую руку, и один из его опытных подчинённых вложил в неё массивный боевой топор.

— То, что я не убил тебя и твоих братьев вместе с вашим отцом, — самое большое сожаление моей жизни. Позволь мне облегчить ношу, убив тебя здесь и сейчас, — сказал Гиен.

— ...Взаимно. Но сможешь ли ты сражаться с таким телом? — спросил Кагари.

Гиен был весь в ранах, на его доспехах и одежде не было ни одного не повреждённого места. Он был порезан множество раз, и три стрелы всё ещё торчали в его плече.

Его руки и ноги были обмотаны несколькими слоями бинтов, все они стали тёмно-чёрного цвета. Честно говоря, впечатляло то, что он вообще мог стоять.

С его травмами он не смог бы справиться с экипировкой души, подумал Кагари. Однако Император Ганзана не обратил на это внимания и от души рассмеялся, его живот затрясся.

— Это будет хорошим подспорьем в борьбе с таким зеленокожим, как ты — вперёд!

Император Ганзана ударил ногой по земле и с рёвом набросился на Кагари.

Кагари увернулся от сильного удара кувырком и тут же контратаковал, как только приземлился на землю.

Несмотря на то, что Кагари был маленьким мальчиком, его кредо заключалось в том, чтобы встретить вызов лицом к лицу и противостоять, не отступая. Он принял участие в напряжённой схватке с Императором Ганзана, крупным воином, которому уступал не один дюйм и тот не давал Кагари передышек.

Однако, как и ожидалось, движения Императора Ганзана стали вялыми из-за тяжёлых ранений, и его постепенно начал оттеснять Кагари.

И тогда...

— Гу!

Наконец, кулак Кагари настиг плечо Императора Ганзана. Техника Кей Кагари позволяла ему проникать атакующей силой в тело противника. Даже через доспехи сила атаки не уменьшилась, и плечо Императора Ганзана было раздроблено в одно мгновение.

Когда лицо Гиена исказилось в агонии, Кагари нанёс круговой удар ногой в грудь.

Император Ганзана полетел без единого звука. В этот момент Кагари мог бы преследовать его ещё одной атакой, но не стал этого делать. Он решил, что в этом нет необходимости.

— ...Хахаха! Впечатляет. В твоём возрасте иметь такое боевое мастерство просто поразительно. Ты уже превзошёл своего отца в бою.

Несмотря на боль, написанную на его лице, Император Ганзана с улыбкой похвалил Кагари.

Видя молчание Кагари, на лице его появилось выражение искреннего любопытства.

— Я не понимаю. Почему ты и твои братья послушно следуете за Азумой, несмотря на то, что обладаете такими способностями? Вы все могли бы легко господствовать над одной из пяти гор, если бы захотели.

— Хмпф. Это правда, если бы мы с Азумой сражались, я бы победил в 90 случаях из 100. Что касается Дога, то он победил бы в 100 случаях из 100. Но на этом всё. Мы не смогли бы самостоятельно возродить Накаяму, слабейшую из пяти гор. И мы не смогли бы захватить остальные три горы или победить вас.

— Я не понимаю... Сильные всегда властвуют над слабыми. Разве не так всё в этой земле?

— Верно. Вот почему Азума — король Накаямы. Моя сила и твоя, Император, отличаются от силы Азумы.

— Хмпф, я всё ещё не понимаю. Но поражение есть поражение. Теперь иди и убей нас, жителей Горы Ганзан, и добейся объединения пяти гор князем Накаямы. А потом разрушь эти проклятые ворота и отбери у предателей нашу родину.

— Это долг тех, кто остался победителем, — усмехнулся Император Ганзана с болезненным выражением лица.

Кагари кивнул с поджатыми губами.

— Это само собой разумеется. Мы обязательно вернём себе нашу родину.

— Хороший ответ. Пожалуй, ты больше всего похож на своего отца, — сказал Гиен, схватившись за свой рог.

Окружающие воины Ганзана при виде этого издали крик, похожий на вопль, но когда Император Ганзана взглянул на них, они все поняли и разом склонили головы.

Затем, в следующее мгновение..

— НУУ!!!

Царь Ганзан с решительным криком оторвал свой собственный рог. Осколки рога заискрились, как кристаллы, и заплясали в воздухе.

Через мгновение из раны хлынула кровь, словно переполняя её.

Для Киджина рог был источником магии и жизни. Разбить его своими руками было равносильно сэппуку на Острове Демонов.

Свет в глазах Гиена померк, как отлив. Возможно, думая, что свет не исчезнет, Гиен заговорил хриплым голосом.

— Я молю... чтобы мои солдаты... и мой народ... получили милость...

— Мы не причиним вреда тем, кто сдаётся. Таково правило армии Чузана.

— Хм... Понятно...

Ганзан медленно протянул свой рог Кагари.

Когда Кагари принял его, свет в глазах Императора Ганзана полностью исчез, а его рука упала на землю.

Окружающие воины Ганзана, ставшие свидетелями этого, издали траурный клич о смерти своего лорда и падении Ганзана. Этот крик был также криком рождения вновь созданной Единой Династии Киджинов, который не звучал уже пятьдесят лет.

С победой в этой битве армия Накаямы, аннексировавшая Ганзан, с толчком к объединению приступила к своей давней цели — захвату «Девяти Врат».

Их ждала история трёхсотлетней неприступности.

Следующая битва уже приближалась.

— Понятно. Вот так вот всё происходит.

Я прочитал письмо, пришедшее от семьи Мицуруги, и слегка пожал плечами.

«Если хочешь оставить Сузуме себе, приходи на Остров Демонов и докажи свою силу», — короче говоря, они прислушаются ко мне, если я встречусь с ними.

Другой стороной был мой отец, который отказался от меня. Несмотря на то, что я взял заложника, существовала вероятность, что они с самого начала отвергнут моё предложение и нападут на меня без всяких обсуждений. Учитывая это, приглашение на остров было относительно лучшим исходом.

Однако они ничего не написали о том, как и при каких условиях я должен доказать свою силу, что означало заранее более выгодные для них условия. Может даже, что если я пройду весь путь до Острова Демонов, они предъявят мне необоснованные требования и скажут: «Ну, Киджина мы всё-таки утилизируем».

О том, как поступить с Клайрой, которую взял в заложники, ничего не сказано. Это было не то, на что я мог легко ответить: «Ок, пАнимаю».

Однако у меня и в мыслях не было отказываться. Всё дело в том, что на день, когда отец велел мне приехать, приходилась годовщина смерти моей матери.

Семья Мицуруги отреклась от меня и изгнала с Острова Демонов. До сегодняшнего дня я никогда не ступал туда вновь. Отречение и изгнание были наказанием главы семьи. Если бы я вернулся на остров до отмены этих наказаний, меня ждало бы ещё более суровое наказание.

Они были не из тех людей, которые будут относиться ко мне по-особому только потому, что когда-то там годовщина смерти моей матери. До сих пор я проводил этот день в Ишке.

Но теперь отец явно открыл для меня дверь. Каковы бы ни были его намерения, у меня не было другого выбора, кроме как воспользоваться ею.

Естественно, я рассматривал возможность ловушки. Например, они могли нацелиться на Сузуме, которая оставалась в Ишке, в то время.

Но ловушки — это то, что ты ставишь для того, кого опасаешься. Невозможно было, чтобы отец опасался меня, даже если бы мир перевернулся с ног на голову.

Более того, если бы отец решил, что должен убить Сузуме, несмотря ни на что, он бы послал несколько знаменосцев Зелёного Леса, даже если бы ему пришлось временно ослабить защиту демонических врат. Он не стал бы ждать целый месяц, до дня годовщины смерти моей матери. Следовательно, это предположение было неверным.

Другая возможность заключалась в том, что они хотели заманить меня на остров и убить.

Если бы они хотели убить меня в Ишке, им пришлось бы отвлечь часть персонала от защиты врат. Но если бы они пригласили меня на Остров Демонов, то смогли бы убить меня, не снижая оборону оных.

Они решили, что просто позвав, я не выйду, так как защищаю позиции, поэтому они пытаются выманить меня, используя годовщину смерти моей матери в качестве предлога — да, это кажется очень правдоподобным.

Теперь, что касается контрмер, если честно, мои истинные чувства — «Как-то пофиг».

Если моё предположение верно, цель моего отца сместилась с Сузуме на меня. Это приветствуется. Мне срочно нужно обеспечить безопасность Сузуме, а не свою.

Если их цель — я, с этим будет легко справиться. После победы над Гидрой я не отстану в схватке один на один, а если мой отец и остальные придут зергом, это тоже не страшно. Это будет означать, что они признали мою силу.

Те же самые люди, которые наплели, что им не нужны слабаки, и бросили меня, решили, что не могут справиться со мной раз на раз и напали ордой — чёрт, я не могу не ухмыльнуться, просто представив это. Если это случится, я, возможно, не смогу перестать смеяться от радости. Умер по причине: смешнявость. Вот что называется плохой шуткой.

Я дрожал от возбуждения и некоторое время наслаждался послевкусием удовольствия.

— Ну что ж, нет смысла смеяться вечно. Ещё есть месяц, так что стоит подождать и посмотреть, что будет с Островом Демонов. Я внимательно перечитаю письмо, и, возможно, они будут действовать, чтобы спасти Клайру за кулисами.

Паниковать тоже не стоило. Клайра находилась в глубине Леса Титис, поэтому определить её местонахождение было сложно.

Кроме того, в Ишке было не так много посетителей, и им она сейчас была ни к чему. Найти подозрительных личностей не составит особого труда.

Нет, возможно, было бы хорошей идеей перевезти Клайру в Ишку и выставить её перед такими людьми.

Если Клайра покинет Ишку без разрешения, это будет означать, что она нарушила данное мне обещание. Я смогу съесть её без колебаний. Лучше поднять свой уровень перед тем, как отправиться на Остров Демонов!

В этом смысле, я ещё должен решить своё отношение к Ирии в ближайшее время. Она также является ценной кандидаткой.

А решить вопрос об отношениях с Ирией — значит решить, как строить отношения со Жрицей Сарой.

Если я всерьёз собираюсь ухаживать за этой жрицей, я не могу трогать её дочь Ирию. Конечно.

Боже, у меня много дел, и это хлопотно. А проблем ещё больше...

— Я должен поторопиться и разобраться с делом Герцога Драгнаута.

Сора упомянул имя ведущего дворянина Королевства Канария и напрягся.

У Герцога Драгнаута было два послания, и одно из них касалось его второй дочери, Клаудии.

Разговор о том, что Клаудия будет жить в его доме, зашёл, когда был убит Джиджинбоу в столице. Сейчас это ощущается как событтия дней минувших.

Этот вопрос был отложен из-за вспышки Буйства и официально исчез с появлением Гидры. Ни один родитель не отправил бы свою любимую дочь в Ишку в её нынешнем состоянии. Письмо Герцога было наполнено вежливыми извинениями.

Что касается этого вопроса, то беспокойство Герцога о возможном моём недовольстве, было излишним. У меня не было намерения вовлекать семью Герцога в неприятности с Островом Демонов, поэтому я приветствовал письмо.

Более того, теперь, когда я победил Гидру и стал «Убийцей Драконов», мне больше не нужно использовать влияние семьи Герцога, чтобы сдерживать гильдию авантюристов. В этом смысле ситуация с Клаудией не была проблемой.

Проблема заключалась в другом вопросе, описанном в письме.

Нет нужды говорить, что вся эта череда событий распространилась и на столицу Хорус, и придворные вельможи, похоже, побледнели от серьёзности и сложности ситуации.

Герцог ругал и подбадривал этих людей, пытаясь урегулировать ситуацию. И среди множества неприятностей больше всего Герцог ценил решение проблемы с ядом, загрязнявшим Лес Титис и Реку Кейл.

Распространение яда было предотвращено падением главного тела Гидры, но одного лишь воздействия оставшегося яда было достаточно, чтобы разрушить Королевство Канария.

В ответ на эту ситуацию Герцог Драгнаут искал решение за пределами своей страны. Священное Королевство, расположенное к югу от Королевства Канария. Говорят, что к югу от этой страны раскинулось огромное гнилое море, вызванное трупом божественной Гидры.

Я слышал об этом раньше, когда истреблял Василиска, но как бы то ни было, Герцог Драгнаут решил, что Священное Королевство знает, как предотвратить распространение гнилого моря, и отправил посланника с просьбой о сотрудничестве.

Папа Священного Королевства — похоже, Папа является верховной властью в их королевстве — любезно ответил этому посланнику.

По словам Папы, средство, которым владеет Священное Королевство, — это крупномасштабная барьерная магия.

Конечно, барьер, созданный людьми, не может сдержать яд Гидры, который является проявлением неизлечимого и нечистого.

Необходим катализатор.

Рог носорога, рог животного, почитаемый как инструмент детоксикации с древних времен, но рог обычного носорога недостаточен в качестве катализатора. Необходим рог легендарного зверя, который усиливает действие рога носорога в десятки и сотни раз.

То есть рог Бегемота, царя зверей.

Кстати, о Бегемоте, царе зверей, — это сверхгигантский монстр с размером тела, эквивалентным городу. Из-за его размеров существует очень мало мест, где он может жить. Что касается территории Канарии, то такая возможность была только в Каталанской Пустыне, которая является одним из мест обитания монстров, наряду с Лесом Титис и Горой Ским.

Конечно, возможность не означает, что он точно там живёт, и даже если он там живёт, его будет крайне сложно подчинить.

Большое количество солдат, большое количество припасов, большое количество транспортных средств. Собрать их всех вместе было достаточно сложно, но местом назначения была огромная пустыня, которая не была исследована людьми и общая площадь которой даже не была измерена. В худшем случае они могли потерять всех своих солдат и все припасы за одно утро.

— ...В ситуации, когда мы уже запутались в гидрах и прочем, мы не можем предпринять такую большую экспедицию.

Если это так, то необходимо что-то, что может заменить рог Бегемота, царя зверей, но, конечно, нет способа легко найти такую вещь — или так я хотел бы сказать, но на самом деле у меня есть одна подсказка.

Сейчас в моём доме живёт девушка, у которой на лбу есть мощный магический носитель. Два.

Я не знаю, смогут ли рога киджина заменить рога Бегемота, царя зверей, но не исключено, что кто-то всё равно попробует это сделать.

Права человека Сузуме были признаны самим Королём Канарии, и она не обязана выполнять необоснованные требования, но, учитывая ситуацию, может найтись кто-то, кто выйдет из себя.

Слова Герцога Драгнаута были такими: «Мы делаем всё, что в наших силах, но, пожалуйста, позаботься и о себе».

— Мне легко прирезать любого, кто впадёт в безумие, но как я скажу ей, что...

Если я скажу ей, эта нежная девушка может почувствовать странное чувство вины. Она может подумать, что если она будет терпеть, то другие люди будут спасены — она даже может сломать себе рога.

Я хочу избежать этого любой ценой. Я бы лучше сам сел на Клау Сораса и поехал убивать Царя Зверей Бегемота, но оставлять Ишку надолго в такой ситуации очень плохо. Даже ребёнок это поймёт.

— Вот если бы меня было трое. Один пошёл бы за Клайрой, другой за Сузуме, а третий на Царя Зверей Бегемота. Это решило бы все проблемы.

Сказав нечто невозможное, я неловко почесал голову.

Ну, нет смысла жаловаться. А пока сделаю всё возможное по порядку.

Прежде всего, мне нужно проверить состояние людей в доме. Особенно тех, кого Клайра чуть не убила, я должен убедиться, что они могут жить под одной крышей с ней.

Я сильно потянулся, а затем с усилием поднялся со стула.

Затем я легонько шлёпнул себя по обеим щекам. Когда я по капризу выглянул за окно, то увидел чистое небо без единого облачка. По какой-то причине я почувствовал некоторое облегчение от этого факта.

Всплеск...

В ванной комнате, откуда, казалось, доносился такой звук, Клайра Берч отмокала, зажмурив глаза.

Ванна из кипариса была на удивление большой и позволяла ей вытянуть руки и ноги как угодно. Для человека, вынужденного жить в пещере в углу Леса Титис, удовольствие погрузиться в переполненную ванну было бесценным.

— Хе-хе, это по-своему интересный опыт, — хихикнула Клайра, зачерпывая воду из ванны и медленно выливая её себе на плечи и руки.

Это не сарказм или что-то в этом роде, но правда, что по какой-то причине в той пещере были все необходимые принадлежности для повседневной жизни, и даже установлена небольшая палатка для личного пользования. Конечно, это было лишь «лучше, чем спать под открытым небом», но поскольку сама Клайра предпочитала простую жизнь, она не испытывала никаких неудобств.

Хотя формально она была пленницей, свобода передвижения ей гарантировалась, поэтому она считала, что в пещере жить удобнее, чем в имении Берчей.

Проясняя: семья Берч, которая была приёмной семьей Клайры, брала на воспитание многих талантливых детей и воспитывала их конкурентами друг другу, чтобы развить их потенциал.

Тех, кого считали бесполезными для семьи, выбрасывали, как собак и кошек. Если вы не хотели, чтобы это произошло, у вас не было другого выбора, кроме как побеждать других детей. Даже если это означало, что придётся отбиваться от товарищей, оказавшихся в такой же ситуации, другого выхода не было.

Так выросли Клайра и её младший брат Климт.

За детьми, живущими в имении Берчей, присматривали надсмотрщики, замаскированные под учителей, которые внимательно следили, докладывая «полезен ли этот ребенок для семьи Берч или нет». В такой ситуации у них не было возможности отдохнуть душой и телом, и некоторые дети были доведены до психического расстройства.

Благодаря младшему брату Клайре не довелось это испытать, но обстановка, в которой ей приходилось постоянно ощущать на себе взгляды домочадцев, всё равно была болезненной.

Боль от жизни в такой ситуации была тем, от чего Клайра находила утешение в пещере. Возможно, даже Сора не может себе представить, насколько.

Честно говоря, даже сама Клайра удивляется тому, как сильно она ненавидела жизнь в особняке.

— Это слишком, даже задумываясь об этом... Кроме того, жизнь в пещере тоже имеет свои проблемы, — проговорила Клайра, её щёки покраснели не от тепла воды.

В пещере она жила в основном одна или иногда с Сорой. Изредка эльфийка сопровождала Сору в его путешествиях.

С эльфийкой по имени Лунамария проблем не было. Клайра несколько раз обменивалась с ней словами и по её речи могла сказать, что она умная личность. Несмотря на некоторую настороженность по отношению к девушке с Острова Демонов, Лунамария заботилась о различных деталях, связанных с жизнью женщин — о том, о чём Сора не мог подумать, и о чём Клайре было трудно просить.

При других обстоятельствах они могли бы стать подругами. Об этом Клайре, которая пыталась убить Лунамарию и её спутников, трудно сказать.

В любом случае, с личностью Лунамарии проблем не было. Проблемы были с приглушёнными стонами, которые доносились из их палатки, когда они с Сорой ночевали в пещере.

Клайра закрыла лицо обеими руками, сказав: «Вот бы не слышать».

Сначала Клайра восприняла это как некую нетрадиционную угрозу — типа «ты тоже скоро так кончишь».

Через некоторое время она поняла, что дело просто в том, что они не обращали внимания на Клайру. Возможно, Лунамария даже намеревалась поддразнить Клайру, которая не привыкла к таким вещам.

— Я не должна думать об этом снова...

Клайра покачала головой в ванне. Её волосы, которые она связала, чтобы не намочить, теперь казались тяжёлыми и раскачивались.

Для ней, проводившей дни в тренировках и на заданиях, жизнь в пещере была слишком возбуждающей в разных отношениях.

Сегодня Клайра переехала из пещеры в особняк Соры. Конечно, это было сделано по приказу Соры, но для девушки это было странное чувство, которое одновременно и разочаровывало, и нет.

— По крайней мере, возможность принять такую ванну — это то, чему стоит радоваться... — пробормотала она, удивляясь, почему Сора вдруг привел её в свой дом.

До вчерашнего дня Сора даже не упоминал Ишку при Клайре. Но сегодня он вдруг сказал ей, что они покидают пещеру.

Это было не потому, что Сора беспокоился о Клайре. Хотя Сора не вёл себя агрессивно с Клайрой Берч, кроме как во время тренировок, это не означало, что он простил то, что они сделали в Ишке. Такой вывод основывался на его словах и действиях.

Если Клайра шла против воли Соры, он тут же нападал на неё.

Сначала Клайра подумала, что Сора пытается выяснить её истинные намерения, приближая её к Киджину, но это поставило бы Киджина в опасность.

И судя по отношению Соры к Киджину, это было маловероятно.

На самом деле, пока она была в ванной, Клайра размышляла о том, что Сора может ворваться внутрь. Но когда она взглянула на вход, дверь даже не шелохнулась. Похоже, что её предположение было ошибочным.

— Значит, всё это было напрасно. Какая трата.

С кривой улыбкой Клайра достала из завязанных волос тонкую бритву или бритвенный станок.

Впервые с момента входа в ванную Клайра по-настоящему расслабляла плечи и испускала вздох облегчения.

Она посмотрела в потолок и тихо закрыла свои красные глаза.

— ...Климт рассердился бы. Сказал бы: «Почему ты отдыхаешь в доме врага?» — Клайра выпустила ещё один маленький вздох, её губы расслабились в улыбке.

— Леди Берч, сюда.

Когда она шла по улице Ишки, этот голос, низкий и резкий, задел край уха Клайры.

Клайра популярна среди солдат и авантюристов, особенно за свои достижения в давке. У неё характерная внешность с белыми волосами и красными глазами, и она носит хакама, которые редко можно увидеть в Ишке.

Не только солдаты и авантюристы, но и их семьи и горожане, до которых дошли слухи, иногда выражают ей свою благодарность.

Однако эти люди не называют Клайру «Леди Берч». Причина в том, что Клайра не раскрывала жителям Ишки свою фамилию.

Только Сора знает фамилию Клайры, но первый не утруждает себя называть Клайру по фамилии. Не говоря уже о том, чтобы добавлять почётные слова вроде «Леди».

Клайра с лёгким напряжением в глазах посмотрела туда, откуда доносился голос.

Мужчина, одетый как потрёпанный ремесленник, наблюдал за Клайрой из-за тени. На вид около сорока. На щеках у него была красная щетина, как будто он пил с полудня.

В Ишке много людей, потерявших работу или профессию из-за продолжающегося хаоса. Нередко такие люди пытаются забыть о реальности с помощью алкоголя. На самом деле, если пройтись по улице, можно найти много людей, похожих на этого человека.

Однако есть разница между ними и мужчиной, стоящим перед ней. Глаза, смотревшие на Клайру, имели сильный свет, не имеющий ничего общего с алкоголем.

— ...Кто вы?

— Будьте добры, сюда.

Сказав это повелительным тоном, мужчина покинул это место пошатывающейся походкой, словно был пьян, и вошёл в тихий переулок.

Клайра немного колебалась, но игнорировать его было невозможно по разным причинам. С небольшим опозданием она последовала за мужчиной в переулок.

Увидев фигуру Клайры, мужчина тут же опустился на колени. Это был преувеличенный жест, но, скорее всего, он преклонял колени перед семьёй Берч, а не перед самой Клайрой.

Прежде чем Клайра успела спросить, мужчина раскрыл свою личность.

— Я — Хэйджин, воин Четвёртого Флага. По приказу нашего лорда я прибыл, чтобы сопровождать Клайру Берч.

— Нашего лор?..

Сомнение наполнило голос Клайры.

Причина была в том, что, честно говоря, Клайра считала вероятность прихода спасательной команды абсолютно нулевой.

Сора взял Клайру в заложницы, чтобы защитить Киджина, но Святой Меча Мицуруги Шикибу ни за что не согласился бы на такое требование. Он не был Святым Меча, который поставил бы под угрозу закон об истреблении демонов и запечатывании их богов только ради спасения Клайры.

Скорее всего, взятую в заложницы казнят вместе с Сорой.

Она не могла ожидать помощи от семьи Берч. Скорее наоборот, было бы неудивительно, если бы семья Берч взяла на себя инициативу атаковать и смыть позор их семьи.

В последнее время Клайру беспокоил вопрос, как ей поступить в случае нападения семьи Мицуруги, и она совершенно не думала о том, что делать, если придёт помощь.

Однако человек, представившийся членом Четвёртого Флага, сказал, что поможет. Она сомневалась, было ли это какой-то ловушкой, но у семьи Мицуруги не было ни причин, ни необходимости в таком.

Если кто-то и собирался устроить ловушку для Клайры, то это был Сора. Если Клайра без колебаний последует за Хэйджином, Сора будет ждать её и накажет за попытку побега — это казалось весьма вероятным.

Однако движения Хэйджина безошибочно выдавали в нём человека, владеющего стилем Призрачного Клинка. Значок, который он достал из кармана и который показывал его принадлежность к Четвёртому Флагу, тоже выглядел для Клайры подлинным.

Неужели Климт и Шиба Гозу убедили Лорда Мицуруги?

Клайра думала так, но эта догадка также оставляла ощущение дискомфорта. Конечно, она не сомневалась, что эти двое сделали всё возможное ради неё, но трудно было поверить, что Шикибу согласился.

Клайра думала, о действиях при атаке, но не размышляла о попытке возможной помощи.

Как только Хэйджин понял нерешительность и колебания Клайры, он понизил голос и сказал.

— Пожалуйста, будьте уверены, Леди Берч. Будь то человек или вещь, мы вернём то, что держит вас.

— В смысле?

— Из того, что я вижу, Леди Берч гарантирована свобода передвижения. Нет никаких признаков охраны. Тем не менее, вы смирились с бытом пленницы. Значит ли это, что у вас есть какая-то слабость?

— ...Ах! Вы про это?

Клайра слабо улыбнулась непониманию Хэйджина. Действительно, увидев такое, его мысль была логична.

На самом деле, Сора думал только о том, что она должна убежать, если захочет. Скорее, он надеялся, что Клайра сбежит. Он бы без колебаний наказал её за попытку.

Здесь же Клайра получила ответ на свой давешний вопрос — почему её внезапно переместили из Леса Титис в Ишку.

Она не могла связаться с Четвёртым Флагом, пока находилась в Лесу Титис. Поэтому Клайру привезли в город.

— Вы знаете, что Лорд Мицуруги сказал Соре?

— Да. Мне известно, но...

Хэйджин посмотрел на Клайру, как бы говоря: «Какое это имеет отношение к делу сейчас?»

Клайра заметила его недопонимание, но всё равно попросила ответить, и узнала, что Шикибу приказал Соре приехать на остров через месяц.

— Лорд Мицуруги позвал Сору на остров, чтобы проверить его способности, верно? Тогда почему он приказал Четвёртому Флагу спасти меня?

Хэйджин опустил глаза, услышав это.

— Я был на миссии за пределами острова, поэтому не знаю подробностей. Но слышал, что Господин Рагуна сделал свой ход.

— Рагуна?

Клайра слегка нахмурилась. От Климта к Рагуне, от Рагуны к Шикибу. Так ли всё было решено? Тем не менее, на данный момент у Шикибу было мало причин выдвигать Четвёртый Флаг — и пока она так размышляла, в голове Клайры что-то промелькнуло.

Она вспомнила факт, о котором забыла как о пустяке, глядя на стоящего перед ней Хэйджина.

— Четвёртый Флаг... Джиджинбоу, которого убил Сора ранее, тоже был из Четвёртого Флага, верно?

— ...Да. Он был моим товарищем... Равно как и благодетелем.

Клайра тихо вздохнула, услышав, и догадалась, что произошло.

Конечно, миссия Джиджинбоу была имперским приказом. Они должны были действовать быстро, как Четвёртый Флаг, но им нужно было устранить Сору, вступившего в сговор с Герцогом Драгнаутом.

Другими словами, Рагуна передвинул Четвёртый Флаг не для того, чтобы спасти Клайру, а чтобы подстегнуть их на убийство Соры.

Неужели Шикибу не заметил этого или сделал вид, что не знает?

Возможно, он задумал это как первое испытание, чтобы доказать способности Соры.

— Хэйджин

— Да

— Я искренне благодарна за то, что вы проделали такой путь, чтобы спасти меня. Но я не могу сейчас покинуть Ишку. То, что Сора одержал победу над мифическим существом, правда. Когда он вернётся на остров, все это узнают. Лорд Мицуруги сказал, что доверит Соре дело Киджина, если его способности будут доказаны, верно? Тогда он точно отпустит меня без проблем. Пожалуйста, передайте ему это.

— ...Понял.

— Повторяю, подвиг Соры, победе над мифическим существом — правда. У вас, похоже, есть другие приказы, но вы никогда не должны поднимать руку на Сору или кого-либо из его окружения. Это совет от меня, проигравшей.

— ...Я принял ваши слова.

Хэйджин склонил голову и удалился с шорохом шагов.

Оставшаяся Клайра слегка прикусила губу.

Хэйджин только сказал, что «принял» слова Клайры, но не сказал, что последует её совету. Таков был его ответ.

Для Четвёртого Флага Сора был врагом, которого они должны были уничтожить, чтобы выполнить имперский приказ. Она понимала это, но...

К Четвёртому Флагу и так относились легкомысленно другие команды. Кроме того, если бы они не выполнили приказ, их оценка со стороны лорда упала бы до минимума. Таким образом, Сора и Четвёртый Флаг неизбежно столкнутся.

Должна ли она рассказать Соре об этом?

Но доклад Соре будет явным предательством по отношению к Острову Демонов.

А что будет, если она ему не скажет?

Знал ли Сора про передвижениями Четвёртого Фага и вернул Клайру в Ишку. Молчание Клайры было бы воспринято как знак сговора.

Она видела только тупики, куда бы ни пошла — направо или налево. Клайра жалела, что не продолжила жить в пещере — так она думала, повторяя свои действия.

И внутренне спрашивала, что ей делать.

Давным-давно, в Империи Ад-Астера, жил молодой, в высшей степени добродетельный монах.

Хотя он был молод, он был богат состраданием и полон доброжелательности. Его характером восхищались многие.

Монах был также искусным магом и владел искусством посоха. Он страстно желал усмирять злых демонов и духов, терзавших землю.

Однажды монах облачился в рясу и покинул родной город. Его местом назначения был остров с чарующей притягательностью, отягощённый трехсотлетней обидой.

На этом острове находились демонические врата, которые считались источником чудовищ всего мира. Если бы он смог закрыть врата — нет, просто закрыть их было бы недостаточно. Если бы он смог уничтожить врата, первопричину зла, многие люди были бы спасены. Молодой монах ступил на Остров Демонов, веря, что это правда.

Неоднократно сражаясь с монстрами, монах смог без труда присоединиться к Стилю Призрачного Клинка. Пройдя церемонию посвящения, он стал членом Восьми Флагов Зелёного Леса.

С тех пор он денно и нощно неустанно посвящал себя своим обязанностям, заслужив доверие окружающих и даже взяв в жёны местную жительницу. Его дни были наполнены удовлетворением как в общественной, так и в личной жизни, а монах продолжал стареть — один год, два года, три.

Хотя он не смог достичь своей конечной цели — разрушить демонические врата, достижения монаха были на устах у людей, и окружающие относились к нему с доверием и уважением. Рядом с ним была его жена, мягкая, добрая, с хорошим характером. Для других такая жизнь казалась бы достойной зависти. Несомненно, и сам монах чувствовал себя счастливым.

Однако спустя несколько лет после прибытия на Остров Демонов в душе монаха зародилось чувство нетерпения.

Это было связано с тем, что он не мог познать главный секрет Стиля Призрачного Клинка — Экипировку Души.

Монах был чужаком, прибывшим из-за пределов Острова Демонов, и было понятно, что он не мог догнать тех, кто родился на острове и изучал Стиль Призрачного Клинка с тринадцати лет.

Однако он не мог смириться с тем, что среди тех, кто прибыл на Остров Демонов в то же время, что и он, или даже позже, были люди, которые изучили Экипировку Души быстрее, чем он.

Даже если эти люди обладали большим талантом или работали больше, чем монах, трудно было смириться, что даже те, кто, казалось, уступали ему во всех отношениях, изучали синсо.

На самом деле, боевые искусства и магические навыки монаха занимали высокое место среди Восьми Флагов Зелёного Леса. Если бы к этому добавилось условие познания Экипировки Души, то монах достиг бы уровня, который можно было бы пересчитать по пальцам одной руки.

Тем не менее, он всё ещё не мог выучить синсо.

«Что же такое Экипировка Души?» — это сила Анимы, облечённая в форму.

Тогда, что такое Анима?

Говорят, что люди хранят в глубине души, в сердце, ещё одну сущность. Она называется Анима — но даже в этом случае невозможно найти эту Аниму. Сколько бы человек ни медитировал и ни постился, у Анимы нет ни тени, ни формы, и она не произносит ни слова.

Тем не менее, в молодости всё было хорошо. Даже без Экипировки Души он мог стоять на поле боя, используя свои собственные способности.

Однако с возрастом, когда ему исполнилось тридцать и сорок лет, наступил неизбежный упадок. Тело монаха, который с юности бросался в напряжённые сражения, также переживало ранний упадок.

В этих условиях ему стало трудно сражаться на передовой. Однако он также не мог выбрать поддержку с тыла в качестве заклинателя. Во-первых, в сражениях на Острове Демонов не существовало различий между передовой и тыловой охраной. Монстры могли появиться в любое время и в любом месте. Заклинатель, не способный защитить себя, — не более чем помеха.

Чувствуя собственную ограниченность и всё ещё пытаясь как-то удержаться в рамках Восьми Флагов Зелёного Леса, жена монаха нерешительно сказала.

— Не излишне ли так сильно себя подгонять? Ты усердно сражался с юных лет. Может быть, теперь можно отдохнуть? Не будет ли достойным образом жизни отступить с передовой и сосредоточиться на воспитании следующего поколения?

Услышав это, монах пришёл в ярость.

Это была неоспоримая истина, здравый аргумент. Сам монах неоднократно сомневался в своих мыслях и подавлял собственную слабость ради стремления уничтожить Демонические Врата.

Если бы это были слова кого-то другого, кроме его жены, он мог бы не обращать на них внимания.

Однако, именно принадлежность слов его жене, которая поддерживала его как никто другой, он не мог простить. Ему казалось, что его усилия и амбиции были отвергнуты как бессмысленные.

В этот день, впервые после вступления в брак, монах поднял руку на свою жену.

В этот день, впервые после того, как он стал воином Восьми Флагов, монах услышал голос своей Анимы, внутреннего существования.

Анима — это второе «я», которое обитает в сердце и в глубине души. Это обнажённая сущность, которую невозможно обмануть или как-то ею манипулировать.

Идеальное «я», достигаемое путём усилий и тренировок, не обязательно совпадает с Анимой.

Голос извращённой и уродливой Анимы не достигает тех, кто живёт чистой и праведной жизнью.

Синхронизация — это процесс согласования собственного существования с Анимой.

— С возвращением, Клайра.

Слабой и нетвёрдой походкой Клайра прошла через внешние ворота и направилась к особняку. Когда сзади её окликнул голос, плечи Клайры преувеличенно задрожали.

Торопясь, Клайра обернулась. Прислонившись к стене возле ворот и ожидая её возвращения, я легко приподнял уголок губ в ухмылке.

— А, Сора...

— О боже, твой цвет лица выглядит ужасно. Ты в порядке?

Услышав это, и без того бледное лицо Клайры стало ещё бледнее. В её пунцовых глазах попеременно вспыхивали страх и подозрение.

Я снова усмехнулся Клайре.

Хотя из моих слов следовало, что я всё вижу насквозь, на самом деле я лишь наполовину догадывался.

Если быть точным, я знал, что в Ишку проникли подозрительные личности. После предыдущего инцидента с Джиджинбоу взоры Герцога Драгнаута были прикованы к границе между Ад-Астерой и Канарией, а информация от союза работорговцев распространилась по всей Ишке.

Профессиональные шпионы могли бы уклониться от такого наблюдения, но воины Острова Демонов не настолько универсальны. Они воины, а не шпионы.

Поэтому я мог примерно уловить их передвижения.

Проблема была в том, что я не знал, когда они выйдут на связь с Клайрой.

Я сказал, что они не шпионы, но если бы я следил за ними в городе, кто-нибудь заметил бы. Если бы они стали осторожнее, мне было бы трудно делать различные вещи.

Поэтому я намеренно оставил их в покое. Единственная, за кем я должен был следить, была Клайра. Если бы они связались с ней, её поведение изменилось бы.

Конечно, это было связано с риском побега, но Клайре было бы трудно покинуть городские ворота незамеченной с её внешностью. Даже если ей удастся выйти из городских ворот, я смогу догнать её до того, как она достигнет Острова Демонов, если попытаюсь.

Так я размышлял, пока ждал возвращения Клайры.

В результате передо мной стояла Клайра с бледным лицом. Да, слишком многое написано у тебя на лице, Клайра Берч. Мне даже не нужно было сомневаться, я был уверен, что с ней связались с Острова Демонов.

Так или иначе, Клайра — член семьи Берч, представительница золотого поколения, от которой окружающие ожидали выдающихся результатов. В некотором смысле, она элита, и ей должно быть трудно вести себя спокойно в такой ситуации, как эта, когда её держат в заложниках.

Теперь позвольте мне повторить условия, которые я предъявил Гозу и Климту.

«Сначала я отправлю Гозу и Климта обратно на Остров Демонов и попрошу их передать мои требования. Конечно, я про Сузуме. Я полностью доверю дела, касающиеся Сузуме, себе и заставлю главу семьи Мицуруги поклясться, что отныне они не будут вмешиваться».

«Клайру буду держать в заложниках до тех пор, пока эта клятва не будет дана. Конечно, если глава семьи откажется от моих требований, они должны быть готовы к последствиям. То же самое будет, если они попытаются навредить тем, кто меня окружает».

Мой отец лишь послал мне сообщение: «Если ты хочешь, чтобы я оставил Киджина тебе, приезжай на остров и докажи свою силу». У меня нет причин отпускать Клайру.

Если бы Остров Демонов попытался вернуть Клайру при таких обстоятельствах, мы бы просто отомстили заложнице. Клайра, должно быть, знает об этом, поэтому она выглядит такой бледной.

Однако это была моя оплошность: я не сказал прямо: «Не посылайте ни одного воина». Если бы они настаивали, что «пришли только для того, чтобы обеспечить безопасность Клайры», не было бы никаких оснований для мести. Неважно, насколько прозрачной может быть ложь.

Конечно, я мог бы действовать и без таких сложных рассуждений.

Я мог бы допустить, что все действия были направлены на возвращение Клайры, отсечь подозрительных личностей, а в качестве возмездия поглотить душу Клайры.

Однако, если бы я насильно подчинил Клайру таким образом, мне пришлось бы постоянно следить за её действиями в будущем.

В конце концов, уже накопились различные неприятности. Пока что Клайра ведёт себя как положено заложнице, полностью осознавая все плюсы и минусы своего положения. Провоцировать её на ненужное неповиновение было бы плохой стратегией.

Прежде всего.

Насколько я могу судить, искренняя Клайра, скорее всего, примет любое моё возмездие как естественное следствие, если она сочтёт, что нарушила клятву.

Если я смогу довести Клайру до такого состояния, это будет большой победой для меня.

— Что случилось? Ты встретила кого-то в городе? Кто же это такой, что воин Зелёного Леса скорчил такое лицо?

— ...Это...

Не понимая, как много я знаю, Клайра запиналась в своих словах.

С точки зрения Клайры, она должна чувствовать себя загнанной в угол. Должна ли она солгать мне и дать повод для мести? Или же она должна предать семью Мицуруги, сказав правду? В любом случае, Клайра будет поставлена в безвыходное положение.

Именно поэтому Клайра прячется в крепости молчания. Однако, что касается меня, то это именно то, чего я хочу. Я снова рассмеялся, забавляясь.

— Если ты не можешь сказать, это прекрасно, но я буду помнить, что ты предпочла молчать.

— Ээ...

В красных глазах Клайры мелькнуло беспокойство.

Если она будет хранить молчание, зная о заговоре по спасению, это будет равносильно сотрудничеству со спасающими. После расправы с Воином Зелёного Леса его можно будет использовать как оружие, чтобы загнать Клайру в угол.

Повторяю, я не знаю о сегодняшних действиях Клайры, поэтому обвинять её напрямую неправильно. Если бы Клайра настаивала на том, что не знает о планах по её возвращению, я бы мало что ещё мог сделать. Однако, судя по нынешнему состоянию Клайры, очевидно, что эффект несомненно сильный.

Похоже, я смогу поглотить душу Воина Зелёного Леса раньше, чем ожидал.

— Если ты не можешь сказать, это прекрасно, но я буду помнить, что ты предпочла промолчать.

— Уф...

Услышав заявление Соры, Клайра не смогла удержаться от болезненного стона. Она поняла, что попалась на своих же словах.

Хэйджин — Воин Четвёртого Флага, которого она встретила ранее, — несомненно, нападёт на Сору. Знать о заговоре и молчать об этом было бы равносильно сотрудничеству.

После того, как всё закончится, Сора, вероятно, воспользуется этой логикой, чтобы загнать Клайру в угол, и она не сможет сопротивляться.

Чтобы избежать этого, она могла бы раскрыть планы Хэйджина сейчас, но этот поступок, который был бы равносилен предательству семьи Мицуруги, также был вариантом, который Клайра не могла выбрать.

Клайру загнали в тупик.

В такой ситуации она выбрала третий вариант.

— Сора, давайте тренироваться вместе!

— ...Ааа?

Когда Клайра решительно внесла своё предложение, лицо Соры стало похоже на голубя, в которого попала гороховая пуля. То, как он моргал глазами, напоминало прежнего Сору.

Через мгновение Сора пришёл в себя и растерянно нахмурил брови.

— Тренировка, говоришь? Прямо сейчас?

— Да!

— ...

Как будто пытаясь оценить намерения Клайры, Сора сузил глаза.

Клайра встретилась с ним взглядом и медленно начала произносить свои слова.

— Серьёзно, потренируемся используя экипировку души.

Услышав это, Сора удивлённо расширил глаза. Затем, поняв намерения Клайры, он захихикал от удовольствия.

— Понятно, так вот в чём дело.

Клайра с серьёзным выражением лица смотрела на счастливо смеющегося Сору.

До сегодняшнего дня Клайра несколько раз тренировалась с Сорой, но они никогда не использовала экипировку души. Точнее, Клайра убрала свою экипировку души по настоянию Соры, но сам Сора не делал этого ни разу.

Экипировка души Соры поглощает силу других. Когда они сражались раньше, Клайра узнала об этом.

Клайра не была забывчивой. Зная это, она могла предположить причину, по которой Сора никогда не убирал свою экипировку души. Пока Клайра подчинялась как заложница, Сора, видимо, решил не причинять ей вреда больше, чем нужно.

Теперь же Клайра добровольно сняла с себя это ограничение.

Для человека, который знает, что по силе ему нет равных, сказать такое почти равносильно тому, чтобы попросить Сору поглотить её силу.

Тем не менее, это лучше, чем быть атакованной и съеденной после нарушения соглашения.

Прежде всего, если Клайра столкнётся с Сорой в серьёзной тренировке, нет сомнений, что их интенсивный бой достигнет знаний Четвёртого Флага.

Четвертый Флаг, особенно воины, которые в основном выполняют задания за пределами острова, являются отсевом среди Восьми Флагов Зелёного Леса. Разница в силе между ними и Клайрой, которая относится к золотому поколению, подобна небу и земле.

А разница между Клайрой и Сорой, который превосходит даже её, просто неописуема.

Если бы Хэйджин и его люди узнали о столкновении Клайры и Соры, они бы задрожали от непреодолимого давления кей. Они бы поняли, против кого выступают, и отказались бы от победы над Сорой. Нет, я заставлю их сдаться.

Вот почему я прошу Сору о подобной тренировке.

Однако я беспокоюсь. Если Сора откажется тренироваться, я ничего не смогу сделать как Клайра. Я не могу просто напасть на него с синсо.

— Как насчёт этого? Я в плену. Я не могу заставить вас, но...

— Конечно, если я захочу делать с тобой всё, что захочу, я могу отказаться и здесь.

Клайра прикусила губу, услышав это. Она прекрасно понимала, что значит быть пойманной на слове.

Но Сора тут же добавила с улыбкой.

— Но было бы не круто отказываться. Честно говоря, ты меня перехитрила, Клайра. Ты придумала хороший способ.

— Тогда!

— Хорошо, давай потренируемся с экипировкой души. В любом случае, моя способность известна через Гозу. Нет необходимости скрывать это — синсу рейки.

С этими словами появился чёрный меч, темнее ночи.

Несмотря на то, что он ещё не достал меч, все её тело сжалось.

— Экипировка души.

Клайра выдавила голос из глубины живота и вызвала свой нефритовый длинный меч.

Тренировка, которая вот-вот должна была начаться, сильно мешала Аниме Клайры. Казалось, это была иллюзия, но меч в её руке дрожал, словно протестуя.

Клайра мысленно извинилась перед ней, но всё же без колебаний выхватила меч.

— Явись, Кусанаги!

— Сожри всё, Пожиратель Душ!

Две экипировки души были высвобождены одновременно.

Чёрная и зелёная, две вспышки света сверкнули в небе Ишки.

В тот день Жрица Сара обратилась ко мне с необычной просьбой.

Она спросила, могу ли я завтра отвезти её в деревню Мелте. Изначально я взял Жрицу Сару с собой довольно насильно, поэтому не мог отказать ей в просьбе.

Что ж, ситуация с тех пор довольно сильно изменилась, так что проблем с возвращением быть не должно.

Распространение неизлечимого яда было остановлено благодаря поражению Гидры, и разработка противоядия продвинулась вперёд. По словам Мирославы, возможно, это благодаря моему огромному повышению уровня, но симптомы, которые раньше рецидивировали через три дня при использовании предыдущей улучшенной версии, теперь почти подавлены.

Это эффективно решило проблему «нехватки крови». Противоядия даже хватает, чтобы поделиться с другими жителями деревни, кроме Ирии.

Кстати, причина, по которой слово «почти» относится к предотвращению рецидива, заключается в том, что ещё не прошло полного месяца с момента победы над Гидрой, поэтому возможность длительного рецидива через месяц или два месяца всё ещё сохраняется.

В любом случае, благодаря таким обстоятельствам, Жрице Саре больше не нужно было постоянно находиться рядом со своей дочерью Ирией. Появилось место и для лечения других пациентов, страдающих от неизлечимого яда. Похоже, именно это и стало причиной её просьбы о возвращении.

Если ехать на Клау Сорасе, то путь до деревни Мелте займёт меньше половины дня. Поскольку проблема Клайры была решена, есть некоторая свобода действий, чтобы покинуть дом. Для меня это было лёгкой задачей.

Единственное, что меня беспокоило, — вернётся ли жрица в Мелте навсегда при таком раскладе. Поскольку вопрос с неизлечимым ядом уже решён, то остановить её, если она это скажет, будет невозможно.

Я втайне беспокоился об этом, но слова жрицы об единоличном возвращении принесли мне облегчение. Похоже, она останется в моём особняке ещё на некоторое время. Что касается меня, то я бы предпочёл, чтобы она поселилась здесь.

С тех пор как приехала Жрица Сара, она заботится о еде, и блюда, которые она подаёт, очень нравятся всем домочадцам. Даже Клайра, которая в последнее время живёт в особняке скрючившись, скромно просит вторую порцию.

Нет сомнений, что и другие жители будут в восторге, если такой стиль питания продлится ещё некоторое время.

Теперь, когда всё решено, мне нужно готовиться к поездке.

При мысли об этом моё сердце, естественно, взволновалось. Потому что, отправляясь в Деревню Мелте на Клау Сорасе, я, естественно, буду ехать в седле вместе со Жрицей Сарой, сидя рядом с ней, и это будет продолжаться несколько часов. Для меня это неожиданная возможность, большего я и желать не мог.

Когда мы приехали сюда, малыши суетились, и я не мог сосредоточиться на этом!

Поэтому, с внутренним волнением, я согласился на просьбу жрицы и сказал следующее, намереваясь немедленно оседлать Клау Сораса.

— Если хотите, мы можем отправиться туда прямо сейчас?

— О, нет, нет необходимости так спешить. Я ещё даже не приготовила курицу...

Жрица Сара извиняюще продолжила, сказав, что просто хотела уточнить, можно ли вернуться завтра.

У меня нет никаких претензий, но я не мог не наклонить голову при последнем слове, которое она упомянула.

— ...Курицу?

— Завтра годовщина смерти моего мужа. Он любил сладкую и пряную тушёную курицу, поэтому я каждый год предлагаю её перед его могилой.

— Понятно, так вот в чём причина.

Я непроизвольно запнулся. Словно слова Жрицы Сары забили гвоздь в мои злые мысли — ну, думаю, это было просто совпадение.

Я прочистил горло, чтобы скрыть это.

— Если это так, то не лучше ли взять с собой и Ирию?

— Ну, когда она покинула деревню в качестве авантюриста, она дала клятву своему отцу. Она упрямилась, говоря, что не может показаться перед ним, пока не выполнит это обещание.

Жрица Сара сказала это и приложила руку к щеке, выглядя обеспокоенной.

Она не говорила о содержании клятвы, а я не спрашивал. Даже если она мать, это не то, о чём можно случайно рассказать другим, и не то, о чём другие должны спрашивать. Так думали мы оба.

На этом разговор закончился, и позже я вкратце расспросил Ирию об этом. Она сказала, что решила не посещать могилу отца, пока не станет авантюристкой 4 ранга, как он.

Кроме того, похоже, что Жрица Сара тоже была авантюристкой 4 ранга, служа «Жрицей-Воином».

...Я склонен забывать из-за её мягкого характера, но именно Жрица Сара научила Ирию как целительной магии, так и боевым искусствам.

Я мысленно представил себе Жрицу Сару. Несомненно, её нынешняя спокойная и расслабленная одежда жрицы ей очень идёт, но она могла бы удивительно хорошо смотреться в облегающих доспехах Жрицы-Воина, как у Ирии.

В своей голове я попробовал одеть Жрицу Сару в одежду Ирии... Неплохо. Хотя, похоже, ей будет гораздо сложнее сражаться из-за большего размера груди по сравнению с Ирией.

Пока я размышлял об этом, Ирия, казалось, почувствовала мои злые мысли и уставилась на меня.

До сих пор я бы получил от Ирии резкий комментарий после этого, но сегодня от неё не последовало никакой последующей атаки. Это хорошая перемена, я полагаю.

Думая об этом, я расстался с Ирией и начал искать Клайру. Мы планировали сегодня снова потренироваться вместе, попотеть и получить удовольствие.

Вернувшись в деревню Мелте с Жрицей Сарой на борту Клау Сораса, я, как обычно, захватил с собой большое количество противоядий, зелий восстановления выносливости, святой воды и тому подобного.

Потребовалось немало усилий, чтобы собрать все эти лекарства в Ишке, которая всё ещё хранит шрамы от Гидры и Давки магических зверей. Я надеюсь, что их можно будет использовать как можно эффективнее.

Щедрое лечение, которое я предложил, когда посещал деревню раньше, было призвано завоевать доверие жителей, но в этот раз это было больше похоже на извинение перед жителями Мелте.

Когда я вывел Жрицу Сару и остальных из деревни, я утверждал, что это было сделано для того, чтобы «защитить Ишку от Давки магических зверей». Однако моей настоящей целью было спасти только тех, кому я хотел помочь. Другими словами, я бросил остальных жителей деревни. Это был мой способ искупить свою вину.

Честно говоря, я не обязан защищать Мелте, поэтому меня нельзя обвинять в том, что я бросил их. Однако я должен скрывать такие истинные чувства перед Жрицей Сарой.

Ну, я уже сказал правду жрице и Ирии, так что они, вероятно, видят меня насквозь, но я всё равно должен показать им, что не забыл проследить за теми, кого бросил.

Кроме того, я должен отметить, что рёв, изданный Гидрой, похоже, донёсся до этой местности, и было довольно неприятно, когда Ларс, оставшийся в деревне, спросил об этом.

Похоже, что информация о Гидре и Давке магических зверей была сильно преувеличена людьми, бежавшими из Ишки, что вызвало небольшую панику в южной части Канарии.

Информация об окончании Давки магических зверей действительно была передана посланниками Королевства Канария в первоочередном порядке, но содержание её было следующим: «С Давкой покончено. Подробности позже». Одним этим сообщением трудно было бы развеять тревогу.

Сама Ишка ещё не полностью оправилась от хаоса, поэтому неизбежно, что жители далёкой деревни Мелте беспокоятся о том, что на следующий день на них может напасть стая монстров.

Некоторые из жителей деревни, например Ирия, заразились неизлечимым ядом, а Жрица Сара, на которую они могли бы положиться в такие моменты, была увезена мной из деревни. Нет ни одного фактора, который мог бы уменьшить их беспокойство. Учитывая это, мои действия могли оказаться весьма роковыми для жителей Мелте.

Когда я сообщил им об уничтожении Гидры, о подробностях окончания Давки, о том, что не нужно беспокоиться о неизлечимом яде, так как на этот раз я принёс противоядие, и что им не нужно платить за лекарства, староста и жители деревни были очень благодарны, но чувствовали себя несколько неуютно.

В любом случае, я передал то, что нужно было передать. Я не упомянул о своём прозвище «Убийца Драконов» или «Лже-Убийца Драконов», потому что я видел, что это станет ещё более хлопотным, особенно с кем-то вроде Ларcа.

Рано или поздно это распространится как слух, но к тому времени меня уже не будет в Мелте, так что это не имеет значения. Как скромный человек, который скромно держит свои достижения при себе, я буду ждать, что они сами прославят меня.

И вот, я на кладбище на окраине деревни. Поскольку я не видел Жрицу Сару, я подумал, что она может быть здесь, и пришёл проверить. Можно также сказать, что я сбежал от настойчивого старосты деревни и других, которые хотели со мной поговорить.

Там я увидел, что Жрица Сара стоит перед могилой, склонив голову и сложив руки в молитве.

Я быстро понял, что могила принадлежала её покойному мужу, отцу Ирии. Я не собирался мешать её молитве, поэтому уже собирался немедленно повернуть назад, но не смог этого сделать, так как вид Жрицы Сары, искренне возносящей молитву, был слишком прекрасен.

Сцена была безмятежной, священной и в то же время тёплой. Возможно, это звучит преувеличенно, если назвать её идеальной картиной, но для меня это было именно так.

То, как сильно Сара любила своего мужа и продолжает любить его сейчас, было передано яснее, чем можно было бы выразить тысячей или десятью тысячами слов.

Я не успел опомниться, как был безмолвно очарован. Немного погодя, из глубины моей груди поднялся мощный всплеск эмоций.

Сначала это была зависть. Зависть к человеку, который всё ещё так любим Жрицей Сарой, даже после того, как прошло более десяти лет с момента его смерти.

Но это чувство быстро улетучилось, и вместо него меня охватило восхищение. Если бы у меня был такой же брак, как у них, какой бы блаженной была бы жизнь, подумал я.

Идеал, который я пытался построить со своей суженой в детстве, был здесь. Так я думал.

Подумав, я горько улыбнулся, мои губы искривились.

Меня удивило, что подобные эмоции — или, возможно, чувства — всё ещё живы во мне.

Нет, я, конечно, осознавал, что питаю к Жрице Саре чувства, отличные от вожделения или поглощающих душу желаний.

Эмоции, которые я испытываю к ней, вероятно, схожи с теми, что я испытывал к Аяке в детстве. Пока я бушевал по поводу мести и притворства, в глубине души я жаждал такой сцены.

Это заставило меня расширить глаза в удивлении от собственных мыслей. Люди не очень хорошо понимают себя — или мне так казалось.

— Нет, возможно, это не так.

Тихо пробормотал я, убедившись, что Жрица Сара меня не слышит.

Всего мгновение назад я восхищался связью между Сарой и её мужем. Восхищение, по сути, это стремление к чему-то недосягаемому. Что ж, в конце концов, я неплохо себя понимаю.

С нарочито саркастической улыбкой я снова посмотрел на жрицу.

Как всегда, я нашёл её прекрасной.

Если бы я захотел сделать её своей, я уверен, что смог бы. Я спас жизнь Ирии, и я сделал для деревни Мелте больше, чем они когда-либо смогут отплатить.

Если бы я попросил Сару отдать долг, она, вероятно, не смогла бы отказаться. Если бы я сказал ей отплатить за мою доброту, она, скорее всего, так и сделала бы.

Я мог бы использовать старосту деревни и других, чтобы засыпать ров, сделать её законной женой Драконьего Всадника, которого уважает даже Герцог Драгнаут, и, возможно, однажды украсть её сердце у покойного мужа.

Определенно, какая-то часть меня хочет этого. На самом деле, это правда, что я предпринимал шаги для этой цели, хотя и замаскированные под шутку.

Однако если бы я это сделал, то, несомненно, потерял бы сердце, которое находит эту сцену прекрасной. Я понял, что.

«Это, несомненно, было бы очень скучно».

Естественно, я так думаю.

Я протяжно выдохнул. Наблюдая за спиной жрицы, я глубоко и медленно дышал, чтобы отпустить всё, за что держался.

Когда с этим было покончено, я тихо повернулся на пятках, стараясь не мешать разговору Сары и её мужа.

Странно, но мои шаги стали легче.

В западной части Королевства Канария есть город под названием Берка.

Это ключевой пункт, защищающий западную границу, и его оборона настолько сильна, окружена высокими стенами и глубокими рвами, что превосходит Ишку.

Эта оборона не предназначена против других стран или людей. На самом деле, к западу от Королевства Канария нет ни одного человеческого царства.

Тогда от чего же Берка защищается такой сильной обороной? Это противодействие демонам пустыни, которые нападают с запада.

Каталанская Пустыня — область демонов, которая стоит в одном ряду с Лесом Титис и Горой Ским.

Общая площадь неизвестна, типы и общее число обитающих демонов также неизвестны.

Если вы ступите туда без знаний, вы либо станете пищей для демонов, либо будете проглочены зыбучими песками, либо будете вынуждены умереть из-за потери себя в огромном море песка.

В огромной пустыне, которую не могли пересечь даже драконьи всадники с их способностью летать, с древних времён передавались различные легенды.

Согласно одной легенде, в центре пустыни находится золотая империя, защищённая барьером.

Согласно другой легенде, за пустыней находится идеальная земля, переполненная водой, зеленью и маной.

Хотя многие считают это неясными слухами, не имеющими источника, факт, что в пустыне время от времени обнаруживаются предметы, которые, как считается, оставляют следы легенд.

Например, есть минералы в форме розы, которые, как кажется, были вырезаны руками человека, а также более материальные золотые и серебряные самородки.

Из-за этого многие считают, что в Каталанской Пустыне находятся крупные золотые и серебряные жилы. Кроме того, хотя это и не относится к легендам, известны случаи, когда люди, пришедшие в пустыню, обнаруживали огромные залежи соли.

Кроме того, в Каталанской Пустыне можно найти различные виды богатств, такие как ароматные масла и специи, добываемые из редких растений, произрастающих в пустыне, и ракообразные пустынные чудовища. Такие богатства привлекали многих людей в прошлом и настоящем, независимо от того, стремились ли они проверить истинность легенд или разбогатеть.

Эти люди и сегодня ступают в опасную пустыню, а их базой является город Берка.

После возвращения из деревни Мелте в Ишку моим следующим пунктом назначения была Берка. Хотя оба города находились в пределах одного Королевства Канария, они были так далеко друг от друга, что даже на повозке дорога занимала более полумесяца.

Это заняло бы более чем в два раза больше времени, чем путь до деревни Мелте на карете. Лично мне она казалась ещё более далекой, чем империя Ад-Астера.

К счастью, теперь у меня есть Клау Сорас в качестве средства передвижения, что значительно сократило кол-во дней, потраченных на дорогу.

Итак, причина, по которой я прибыл в Берку, заключалась в получении информации о Царе Зверей Бегемоте, о котором я вкратце упоминал ранее. Его рог может быть использован в качестве катализатора для магии, образующей барьер, защищающий почву и воду Королевства Канария от ядовитого моря Гидры.

По словам эльфийского мудреца Лунамарии, существование самого Бегемота часто засвидетельствовано, и он не является мифическим зверем. Однако его всегда видят в глубинах Каталанской Пустыни, и даже самые продвинутые авантюристы в Берке видят его раз или два в год, если вообще видят.

Кстати, я уже упоминал, что Элгарт, мастер гильдии Ишки, является одним из трёх первоклассных авантюристов в Королевстве Канария. Остальные два первоклассных авантюриста принадлежат к гильдии авантюристов в Берке.

Кроме того, в гильдии Ишки группа высшего ранга — только B-ранга, и таких только трое. Однако в Берке есть две группы ранга A и семь ранга B.

Это говорит о привлекательности Берки, где так много высокопоставленных авантюристов. Конечно, это также означает, что существует пропорциональный уровень опасности, и частота нападения пустынных монстров увеличивается с каждым годом.

Поэтому гильдия в Берке установила квоту на покорение монстров, и те, кто не может её выполнить, не могут получить преференции авантюриста в Берке. Естественно, всегда находятся новые авантюристы, которые слишком усердно пытаются достичь квоты и в итоге получают ранения или погибают, но мастер гильдии уверен, что даже если они уйдут, всегда будет много новых сильных новичков.

Похоже, что у мастера гильдии Берки философия значительно отличается от философии Элгарта.

— Ну, меня это не касается, поскольку я не член гильдии, — пробормотал я, закончив сбор информации и сняв комнату в одной из первоклассных гостиниц города.

Я не планировал начинать свою карьеру авантюриста в этом городе. Я лишь собирал информацию о гильдии в рамках поиска местонахождения Бегемота.

Чтобы не привлекать внимания, я также спрятал Клау Сораса посреди гор по пути.

Пока я размышлял о своих дальнейших планах, раздался лёгкий стук в дверь, и она открылась, явив Ирию в белой боевой мантии жрицы-воина.

В Берке есть довольно большой храм бога закона, и он так же важен, как и гильдия авантюристов, с точки зрения обеспечения безопасности и защиты города. Узнав об этом, я взял Ирию с собой в Берку.

Что касается планов на будущее, Ирия останется в Берке и будет собирать информацию о Бегемоте как через храм, так и через гильдию авантюристов.

— Ну что?

— Последний раз его видели полтора года назад. Это сомнительная история о том, что они видели тень гигантского зверя, длина которого могла достигать десятков метров, за песчаной бурей. Примерно в то же время была также история о том, что видели огромный хвост, исчезающий за песчаными дюнами.

— Понятно. Не похоже, что мы сможем найти его сегодня или завтра.

Ирия слегка кивнула на его слова и села на диван чуть поодаль, явно напряжённая.

Кстати, я снял только одну комнату. Там две кровати, но нет правила, что я должен использовать их обе. Я не стал объяснять это конкретно Ирии, но, судя по её виду, она, кажется, догадалась, почему я взял с собой только Ирию.

Я стремился отомстить Мирославе, Лунамарии и Ирии, которая до сегодняшнего дня оставалась нетронутой, просто из уважения к Жрице Саре. Я думал, что не смогу соблазнить мать, если подниму руку на дочь, поэтому до сегодняшнего дня не предпринимал никаких действий в отношении Ирии.

Но теперь, когда он избавился от своих чувств к жрице, ему больше не нужно было сдерживаться в отношении дочери. На самом деле, он чувствовал себя привязанным к Ирии больше, чем когда-либо. Вместо матери — её дочь. Это звучит ужасно даже для меня, но если я вспомню, что случилось, когда меня съели личинки в гнезде короля мух, я смогу отбросить любое чувство вины, как камешек на обочине дороги.

Помимо грехов прошлого, Она также обязана мне благодарностью за то, что я излечил её от неизлечимого яда. У меня нет недостатка в причинах, чтобы покорить жрицу-воина.

Я иду на восток, на восток по Имперскому Пути, который проходит через империю Ад-Астера с востока на запад.

Дорога, которую можно назвать главной артерией империи и даже континента, сегодня оживлена людьми, и по ней постоянно проезжают кареты. Я мог бы сесть в одну из них, не проделывая весь путь пешком, но я предпочёл дойти до Острова Демонов на своих двоих, сверяясь с шагами прошлого, идя на запад, на запад по той же дороге, что и пять лет назад.

И вот что я понял: моя память была на удивление расплывчатой.

Я уверен, что проходил по этой дороге, когда был изгнан с Острова Демонов и попал в Королевство Канария, но, как ни странно, я не помнил окрестностей. Это относилось и к городам и деревням, расположенным вдоль дороги. Я не помнил, останавливался ли я в том или ином трактире, ел ли ту или иную еду, видел ли тот или иной пейзаж.

Это было очевидно, когда я задумался глубже.

Пять лет назад я был одержим желанием смотреть вперёд. Я не оглядывался, убеждая себя, что ни о чём не жалею, и просто продолжал идти, думая, что впереди ждёт желанное будущее.

У меня не было времени на то, чтобы любоваться окружающим пейзажем. У меня не было денег, чтобы насладиться едой по пути. В таком состоянии я никак не мог создать незабываемые воспоминания.

Всё, что я помню, — это жгучее нетерпение.

Каждый раз, когда я слышал смех вокруг себя, мне казалось, что смеются надо мной, и я сжимал плечи. Мне виднелся мальчик, который так делал.

Если бы я мог, я бы хотел рассказать об этом мальчику. Следующие пять лет измотают тебя до предела. У тебя не будет будущего, которого ты хочешь. Ты совершишь много ошибок.

И всё же, если ты не прекратишь ходить, можно чего-то добиться — я хотел сказать ему это.

— Ну, мне не нужно, чтобы ты мне это говорил, поскольку я всё равно сейчас здесь.

Я смеюсь над сентиментальностью в себе при этих словах.

Вдруг я обращаю внимание на своё левое запястье и вижу на нём браслет тонкой работы. Это был подарок Сузуме и других, когда я покинул Ишку, и они сказали, что это амулет поддерживающий здоровье и безопасность, который передаётся племенем Киджинов.

Это тоже одна из тех вещей, которые я получил, так и не остановившись.

Я снова делаю шаг вперёд по земле перед собой. Пять лет назад я спешил по дороге, как будто убегал, как будто за мной гнались. Теперь я иду медленно, как бы убеждаясь в том, что земля под ногами крепка.

Мой родной город на северном море был всего в нескольких минутах ходьбы от меня.

◆◆◆

Весь вид Острова Демонов похож на бабочку с расправленными крыльями.

Земля, образующая восточную и западную части острова, почти симметрична, а в центре, где они пересекаются, находится Шууто, единственный город на Острове Демонов.

Порт к югу от Шууто был единственной точкой контакта с внешним миром. Впрочем, это не совсем порт, поскольку сюда не заходят ни рыбацкие лодки, ни пассажирские суда, и только паром, соединяющий остров с континентом, ходит дважды в день, поэтому здесь почти нет людей и живности.

Кстати, на этом пароме всегда стоит охрана из Воинов Зелёного Леса. Северное море, окружающее Остров Демонов, неспокойно круглый год, и в нём появляется множество аномально развитых водных монстров, так что без силы класса Воина Зелёного Леса даже путешествовать будет сложно.

Конечно, даже если они воины, только воины низкого ранга могут подняться на корабль, а для высших чинов Восьми Флагов почти невозможно выполнять такую незначительную роль. Это невозможно, или...

— Мы ждали вас, Лорд Сора.

Это Гозу Цима сказал мне тяжёлым голосом, но наполненным радостью, которая, казалось, бурлила внутри.

Почему ты здесь, — задался я вопросом, но он был бессмысленным. В конце концов, билет, который у меня был, подготовила семья Мицуруги.

Чтобы попасть на Остров Демонов, нужно пройти предварительный отбор, и это не то, что любой может сесть на корабль, если купит билет. Билет имеет определённую дату, и, как уже говорилось, паром ходит только два раза в день, утром и днём.

Я, собиравшийся впервые за пять лет посетить могилу матери, никак не мог сесть на более поздний рейс, и Гозу видел меня насквозь, словно знал, когда я появлюсь.

Ну, я мог бы сесть на борт Клау Сораса и пересечь море полностью на Кей, или сделать что-то ещё, чтобы застать их врасплох, но не было необходимости заходить так далеко. Было бы глупо тратить силы на то, чтобы избежать приветствия, о котором я даже не знал, были они там или нет.

— Спасибо, что пришёл поприветствовать меня, Гозу Цима.

Я говорил вежливо, уважительно.

Я пришёл сюда не для того, чтобы затевать драку. В отличие от нашей встречи в Ишке, сейчас у меня не было причин нападать на него.

Я сузил глаза и посмотрел на лицо Гозу. Затем из его уст раздался озадаченный голос.

— ...У меня что-то на лице?

— Нет, ничего такого нет. Значит, я могу отправиться на остров? Или появились какие-то неполадки?

— Нет, никаких проблем. Я проведу вас к господину.

— Понятно. Благодарю за помощь.

Сказав это, я поклонился Гозу в соответствии с имперским этикетом.

Семья Мицуруги была знатной семьёй империи Ад-Астера, а я был простолюдином без звания и должности. Я не был восстановлен в должности, поэтому не имел ничего общего с семьёй Мицуруги. Это было естественно — использовать почётные знаки и быть вежливым.

Видя меня таким, Гозу выпустил кривую улыбку, словно не мог удержаться.

— Вы уже победили трёх воинов Зелёного Леса и обратились к господину с грубым требованием. Теперь нет нужды притворяться вежливым.

— Лорд семьи Мицуруги великодушно ответил на моё грубое требование. Значит, и мне подобает ответить взаимностью.

Сказав это, я ничуть не изменил своего отношения. Скорее, мне и не нужно было его менять. Я не хотел, как раньше, дружелюбно разговаривать с человеком напротив меня. Я не собирался гадать, почему он счастлив.

Мне было всё равно, что думает незнакомец, а быть вежливым с незнакомцем — база.

Но если бы мне пришлось назвать другую причину, то это была бы осторожность.

Они могли пригласить меня сюда, а потом попытаться убить за грубость.

Лорд и Гозу, может, и не сделали бы этого, но семья Берч, вероятно, пошла бы на такой трюк. В конце концов, я сокрушил двух их приёмных детей, как по силе, так и по репутации. Естественно, что они меня ненавидели.

Говоря о приёмных, я отправил Клайру на Остров Демонов ещё до возвращения лично. Она не приняла приглашение Четвёртого Флага и не дала мне шанса воспользоваться ею, пока я был в Берке. Она подготовилась к появлению мифических существ в Лесу Титис. У меня не было другого выбора, кроме как отпустить её.

Во второй половине она нормально разговаривала с Сузуме, Сиель и Мирославой, и она глубоко поклонилась, когда я отпустил её. В конце выглядела она немного грустной. Я думаю, это было потому, что Клайра больше не могла есть еду Сары.

Я думал об этом, пока садился на паром и ехал на остров.

Морские чудовища не напали на нас, вероятно, потому, что Гозу постоянно выпускал кей на носу и отпугивал их.

Когда я без проблем высадился на причал, меня ждала та, кого я привык называть своей сестрой — Сесиль Цима.

— Прошло много времени, Господин... Сора

Она на мгновение замешкалась при моём имени, вероятно, беспокоясь о моей реакции. Потому что я ненавидел, когда Сесиль называла меня «молодой господин» или «Господин Сора», и я настаивал, чтобы она называла меня «Сора», как настоящая сестра.

Задним числом это была неразумная просьба. Она не могла называть меня, наследника, по имени как слугу. Но Сесиль была добра и называла меня «Сора», когда мы оставались одни.

Я вспомнил прошлое и извиняюще склонил голову.

— Спасибо, что пришла поприветствовать меня, Леди Цима. Но ты не должна называть меня с почестями, раз уж ты благоволишь лорду. Если ты будешь вести себя так, меня обвинят в чём-то. Пожалуйста, прекрати.

Сказав это, я поднял глаза на Сесиль, которая молчала и была смущена.

Она распустила свои волосы, которые пять лет назад для удобства передвижения завязывала. Кроме того, её фигура изменилась: из стройной воительницы она превратилась в более женственную и фигуристую.

Это была перемена той, кто превратился из воина в жену, подумал я.

Подтвердив это, я отвернулся от Сесиль и попытался пойти в сторону особняка Мицуруги.

Голос Гозу раздался позади меня, когда я повернулся на пятках.

— Сора, не могли бы вы по возможности обменяться парой слов с моей сестрой? Она ждала этого дня целый месяц с тех пор, как было принято решение лорда.

— Цима.

Я пошевелил только головой и посмотрел через плечо на брата с сестрой.

Я намеренно не называл их имён, чтобы показать, что не хочу говорить конкретно.

— Я пришёл сюда не для того, чтобы отставать. Кроме того, это ваш господин вызвал меня. Если мы будем разговаривать здесь, мы только заставим лорда ждать. Я не думаю, что это то, чего должен хотеть слуга. А вы как думаете?

Шууто был чем-то похож на Ишку.

Я думал об этом, пока шёл по дороге, ведущей к особняку Мицуруги.

И Шууто, и Ишка были городами-крепостями, окружёнными стенами, поэтому вполне естественно, что в них была похожая атмосфера, но это было ещё не всё.

Несмотря на то, что за стенами бродили свирепые монстры, на лицах людей, идущих по улицам, не было и следа страха. Все шли уверенно. Именно эта сцена и была похожа.

Абсолютное доверие к солдатам, защищавшим город, и гордость за то, что именно они поддерживали их. Эти две вещи давали жителям Шууто спокойствие и мир.

Основатель Ад-Астеры однажды сказал: «Путь состоит в том, чтобы заставить народ иметь тот же разум, что и правитель». В приблизительном переводе это означает: «Единство правителя и управляемых очень важно». В этом смысле единство Шууто было одним из лучших на континенте.

Единство Ишки сильно пострадало от мифического существа Гидры и звериного буйства Давки, но единство Шууто, казалось, было ещё сильнее, чем пять лет назад. Сцены, которые пять лет назад выглядели обычными, теперь казались мне весьма интересными.

— Правление Мицуруги непоколебимо, ха. Это впечатляет.

Я саркастически улыбнулся. Я уверен, что моё изгнание как наследника было пустяковым делом для семьи Мицуруги и жителей Шууто.

Гозу или Сесиль сказали бы что-нибудь в ответ, будь они рядом со мной, но они шли в стороне, поэтому мой сарказм растворился в воздухе, не достигнув ничьих ушей.

Я держался от них подальше, потому что Гозу, на котором был заметный плащ Восемь Флагов Зелёного Леса, и Сесиль, на которой изящное кимоно, привлекли бы ненужное внимание, если бы оказались рядом.

Гозу, наместник семьи Цима и третий ранг Первого Флага, и Сесиль, наложница лорда. Эти брат и сестра из семьи Цима, естественно, были известны в Шууто. Я не хотел, чтобы меня расспрашивали о том, кто я, плохо выглядящий молодой человек, идущий с ними.

Я шёл медленно, глядя на улицы, застроенные домами в восточном стиле. Это был мой родной город, где я прожил тринадцать лет с момента рождения. Я не мог сказать, что почти не помню его, как тогда, на Императорском Пути.

Я чувствовал остатки воспоминаний то тут, то там. Я вспомнил, что за тем углом был магазин сладостей, и я часто ходил туда с Сесиль и Аякой.

Может, мне стоит зайти туда и съесть данго, когда я закончу все свои дела? Может быть, тогда ностальгия наполнит это сердце, сухое, как Каталанская Пустыня.

Пока я размышлял об этом, из-за угла, на который я смотрел, появилась фигура.

Мальчик с седыми грязными волосами и кожей цвета меди. Он обмотал вокруг головы несколько слоёв ткани, как тюрбан. Похоже, он только что зашёл в магазин сладостей, о котором я подумал, так как в руках у него было десять шампуров с данго.

Это слишком много, подумал я, но мальчик смело ел данго и быстро их проглатывал. К тому времени, когда он проходил мимо меня, десять данго уже исчезли, остались только шампуры.

Действия мальчика по слизыванию бобовой пасты и чёрного сиропа с пальцев были плохими манерами, но, как ни странно, у меня не возникло впечатления вульгарности. Я почувствовал его дикость и жизненную силу, соответствующую его возрасту, и естественно улыбнулся.

Он был, наверное, на год или два моложе меня. Судя по шрамам на лице и руках, он, скорее всего, был одним из воинов Зелёного Леса. И довольно хорошим.

Это означало, что он может оказаться тем, с кем мне придётся сражаться.

Я сузил глаза и уставился на мальчика. Тот же самый наблюдательный глаз, который я использовал на Гозу и Сесиль, чтобы оценить силу противника.

Затем, внезапно, глаза мальчика резко повернулись ко мне. Его взгляд, с любопытством озиравшийся вокруг, остановился на мне. Это был пронзительный взгляд, если такой вообще мог быть. Я почувствовал порыв ветра, унёсший его боевой дух, как будто это была иллюзия.

— Если ищешь проблем, начинай уже.

Мальчик сказал это с оттенком удовольствия. В его глазах не было злости, только чистое желание сразиться с сильным противником.

Перед таким мальчиком я покорно признал свою вину и склонил голову.

— Нет, я не хотел. Я прошу прощения за свою грубость.

Мои искренние извинения, похоже, удивили его, и он сделал разочарованное лицо.

— Какая жалость, я считал вас достойным противником. Ну, если вам неинтересно, я ничем не могу помочь. Просто не стоит так смотреть на людей.

— Я приму твой совет к сердцу. Мне жаль.

— Я уже принял ваши извинения. Мне не нужны ещё одни. Увидимся позже, а?!

Когда он махнул рукой и попытался пройти мимо меня, из его рта вырвался странный звук. Он нахмурился и уставился на меня — точнее, на браслет на моём левом запястье.

— Эй. Откуда у вас этот браслет?

— Это? Это подарок друга, когда я отправился в путешествие.

— Друг, значит. Кстати, ваш друг ничего не говорил о пользе этого браслета?

— Я думаю, она сказала, что это для молитвы за здоровье и безопасность.

Когда я наклонил голову, гадая, к чему он клонит, мальчик скрестил руки и пристально посмотрел на меня, как учёный, решающий сложную задачу. Его взгляд был острее и глубже, чем раньше, как будто он обладал гораздо большей проницательностью, чем я.

— Как вас зовут? Я Кагари.

— Я Сора.

— Понятно. Тогда, Сора, берегите своего друга. И раз вы сказали, что это подарок, когда отправлялись в путешествие, значит, вы не с этого острова, верно?

— Тогда вам лучше убраться как можно скорее. Если не хотите попасть в беду.

Сказав это, мальчик, Кагари быстро повернулся на пятках и бодро зашагал прочь. На юг, в сторону порта, откуда я пришёл.

Некоторое время я смотрел ему вслед, но вскоре тоже развернулся и начал идти. На север, к месту, которое я когда-то называл домом.

◆◆◆

Я прибыл в резиденцию Мицуруги, не будучи остановленным у ворот, и был проведён в одну из гостевых комнат Гозу и Сесиль. Они сказали мне, что сообщат главе дома о моём прибытии, а затем у меня будет аудиенция с ним в большом зале. Они попросили меня подождать в этой комнате до тех пор.

Меня не очень волновали эти приготовления, но я был недоволен тем, что мне не разрешили сначала посетить могилу матери.

По словам Гозу, аудиенция должна была состояться в ближайшее время — другими словами, он не хотел заставлять моего отца ждать, поэтому хотел, чтобы я отдал дань уважения Сидзуе после встречи...

Похоже, бывший наместник всё ещё верил, что, встретившись с отцом, я оставлю прошлые обиды и снова буду сражаться под знаменем Мицуруги. А может, он просто хотел, чтобы так и было. В любом случае, это крайне раздражало.

У меня возникло искушение пренебречь всякой сдержанностью и быстро пойти на могилу матери, поговорить с ней о последних пяти годах, съесть несколько данго, а затем покинуть остров. Однако это позволило бы выполнить лишь одну из целей, ради которых я прибыл на Остров Демонов.

На этот раз у меня было три цели приезда. Первая — посетить могилу матери, вторая — развеять враждебность семьи Мицуруги по отношению к Киджину Сузуме, третья — то, что я сделал с Гозу, Сесиль и мальчиком по имени Кагари после прибытия на остров.

Другими словами, это было наблюдение.

Пять лет назад для меня все люди вокруг были как не вершины, до которых я не мог дотянуться. Они были слишком высоки, чтобы различить их, и все выглядели одинаково. Мои одноклассники, простые воины, воины более высокого ранга, Блистательные Близнецы и даже Святой Меча выглядели одинаково.

Я знал, что они сильнее меня. Но я не мог измерить, насколько именно они сильны. Поэтому я не чувствовал разницы между страхом перед отцом и страхом перед Рагуной. Они оба были для меня абсолютными силачами.

Я уже понял свою приблизительную силу, сражаясь с Гозу, Климтом, Клайрой и другими в Королевстве Канария. Я, несомненно, был одним из сильнейших на Острове Демонов, победив Гозу, Третьего Ранга Первого Знамени, который активировал свою Экипировку Пустоты.

Но даже несмотря на это, я не мог полностью избавиться от страха, который был выгравирован в моём сердце. Неважно, насколько сильным я стал, даже если я отбил Гозу и остальных, всё равно оставался голос, который шептал мне, что я не смогу сравниться с жителями Острова Демонов.

Это, несомненно, был остаток моего сердца пятилетней давности.

Комплекс неполноценности, пустивший глубокие, глубокие корни в моём сердце. Бездонная покорность тому, что я могу стать кем-то.

Проклятие, провозгласившее, что слабые не нужны.

Оно скрывало мои чувства веры в себя.

Это проклятие можно было изгнать, только непосредственно столкнувшись с ним. Вот почему я пришёл сюда вот так. Чтобы увидеть всё своими глазами.

— Сора. Господин зовёт вас. Пожалуйста, переоденьтесь и приходите в большой зал.

Я медленно встал в ответ на голос Гозу, доносившийся из-за раздвижной двери.

Большой зал был самым большим помещением в особняке Мицуруги. Он был настолько просторным, что даже если в него впихнуть лорда Мицуруги, Блистательных Близнецов, Четырёх Лордов Восьми Знамён и других важных людей Острова Демонов, всё равно останется свободное место.

Как только я ступил в большой зал, покрытый циновками татами, все взгляды присутствующих обратились ко мне.

В этот момент у меня в голове промелькнула церемония испытания пять лет назад. Насмешки, презрение, жалость, безразличие... что я получил от окружающих, когда от меня отрёкся отец и изгнал с Острова Демонов. Они воспроизводились в моей голове одно за другим.

Это ненавистное воспоминание.

Память, которая заставляла меня стонать и хвататься за голову каждый раз, когда я вспоминал её в течение этих пяти лет.

— ...Хмпф.

Я отмахнулся на одном дыхании и небрежно шагнул в зал.

Увидев меня в таком виде, Гозу облегчённо улыбнулся. В прошлом я всегда сжимался, когда сталкивался с отцом или старшими по званию. Должно быть, он был рад видеть, как я вырос, что могу легко отражать их взгляды.

— Теперь, Сора, пожалуйста, пройдите к лорду. Все ждали вас.

Гозу говорил так, словно все собрались, чтобы поприветствовать меня. Услышав это, я криво улыбнулся.

Не может быть, чтобы такая знатная группа людей собралась ради меня одного.

Они собрались не ради меня, а ради моей матери. На Острове Демонов было принято оплакивать умершего в годовщину смерти, и это соответствовало учениям храма Закона, охватывающего весь континент.

Мицуруги Сидзуя была законной женой Мицуруги Шикибу, Святого Меча этого поколения, великого вельможи Империи Ад-Астера. В годовщину её смерти все её подданные собирались и выражали своё почтение. Так было до тех пор, пока я не покинул остров.

Для большинства собравшихся здесь людей я был всего лишь незваным гостем, появившимся в годовщину смерти. Если они чего-то и ждали, то не меня, а окончания этого фарса.

Размышляя так, я прошёл мимо придворных, выстроившихся по обе стороны, и направился к лорду. По пути я заметил несколько знакомых лиц, но не почувствовал никакой пульсации в сердце. И даже если на меня бросали любопытные, враждебные или откровенно оценивающие взгляды, я не чувствовал, что моё сердце сжимается, как раньше.

Взгляд вниз, сжимание плеч, сгорбленная спина при ходьбе остались в прошлом. Я шёл с выпяченной грудью, подбородком и смотрел прямо перед собой. Некоторые из них выглядели так, будто хотели сказать мне «Аа», но... опять же, для меня это не имело значения.

Я сел на указанное место. Всё ещё стоя на коленях, я поклонился лорду и услышал знакомый голос сверху.

— ...Давно не виделись, Сора.

Это были первые слова моего отца за последние пять лет. Его голос был лишён теплоты, но и всякой злобы.

Когда я так говорю, это может показаться достойным ответом, но в нём нет ни доброжелательности, ни злобы. Другими словами, это означает безразличие.

Его тяжёлый, холодный и сухой голос ничуть не изменился с той пятилетней давности.

Сколько раз я вздрагивал от этого голоса, не несущего никаких эмоций?

Сколько раз я вздрагивал от этого взгляда, который смотрит на меня, как на придорожный камень?

Возможно, в глазах моего отца я выгляжу сейчас так же, как и пять лет назад. Возможно, он даже не удосужился заметить разницу. Как Бог, взирающий на массы с небес, он говорит со мной, сидя отстранённо. В нём нет и следа отцовской привязанности.

Ну, я тоже не чувствую ни ностальгии, ни обиды на своего отца, с которым встречаюсь впервые за пять лет, так что, возможно, в каком-то смысле мы похожи.

Я спокойно ответил главе семьи Мицуруги.

— Давно не виделись, Ваше Превосходительство.

— Похоже, ты продолжил обучение даже после того, как покинул остров.

— Да.

После этого было ещё несколько вопросов, но я продолжал отвечать на них в тишине. Не было необходимости что-то скрывать. Когда меня спросили, правда ли, что я в одиночку расправился с одним из видов драконов, я честно подтвердил это.

Реакция окружающих была не восхищенной, а скорее смесью горьких улыбок, насмешек и издевательств, направленных на тех, кто хвастается, не имея никаких реальных способностей.

Уже одно это показало моё положение на Острове Демонов. Как и ожидалось, сообщения Гозу и Берчей не были восприняты всерьёз.

Поэтому и был послан Четвёртый Флаг. Несмотря на быстроту мышления Клайры, Четвёртый Флаг, должно быть, вернулся на остров, но их доклады, похоже, не были услышаны присутствующими.

Было бы слишком сложно послать ещё одного убийцу, так что, возможно, они думали о том, чтобы сбросить мою маскировку, когда я пришёл сюда на юбилейную церемонию моей матери.

Один человек пошевелился, как бы подтверждая эту догадку.

— Простите, мой лорд, могу ли я высказаться?

— Можешь, Гиллмор.

Один из четырёх лордов, Шито Гиллмор Берч, шагнул вперёд, тряхнув своей белой бородой. Он бросил на меня пристальный взгляд, и глава семьи Берч начал красноречиво говорить, как будто был впечатлён.

— Слова, сказанные только что, были поистине великолепны. Убить дракона в одиночку — это поистине удивительный подвиг. Мои дети Клайра, Климт и Гозу Цима, которые являются знаменосцами, не смогли сравниться с тобой. Я не могу не восхищаться тем, как далеко ты продвинулся всего за пять лет, после того как тебя называли позором золотого поколения и ты не смог пройти даже испытательную церемонию.

Словно в гармонии с красноречием Гиллмора, среди придворных, сидевших рядами, раздался рёв смеха. Это было наполовину презрение ко мне, а наполовину лесть главе семьи Берч, у которого был импульс сбить любую летящую птицу на Острове Демонов.

Но что ж, освежает то, как грубо он меня провоцировал. Не очень-то по-лордски так открыто демонстрировать свои внутренние мысли.

Я считаю, что истинный признак члена семьи Мицуруги, одной из Четырёх Благородных, стоящих на вершине культуры семьи, — это умение обращаться и говорить любезно даже с теми, кто им неприятен. Однако для Гиллмора, должно быть, было невыносимо видеть поражение обоих перспективных приёмных детей.

Или, возможно, он пытается обратиться к следующему наследнику, Рагуне, направляя оскорбления в мой адрес и одновременно провоцируя кого-то вроде Гозу.

Более вероятным кажется последнее. Согласно рассказу, который я слышал от Клайры в Ишке, семья Берч кажется довольно холодной внутри. Логичнее было бы думать, что они работают над расширением собственной власти, а не стремятся отомстить за своих раненых приёмных детей.

Пока я молча размышлял над этими мыслями, Гиллмор посмотрел на меня с ухмылкой. Возможно, он подумал, что я, как и пять лет назад, скукоживаюсь перед лицом ситуации. Он продолжал говорить в непринуждённой манере.

— В таком случае, я смиренно предлагаю изменить содержание назначенного испытания, который должен был состояться по вашей милости. Для такого человека, как Сора, убившего дракона, сражаться с воинами драконьего зуба было бы слишком банально. Я считаю, что вместо этого ему следует сразиться с Земляным Пауком.

Как только Гиллмор договорил, зал сотрясся от грохота. В отличие от предыдущего раза, когда он недооценил меня, на этот раз суматоха показала искреннее удивление.

— Мы уже всё подготовили. Сегодня важный день для оплакивания души покойной леди Сидзуи, поэтому очень важно, чтобы мы быстро разобрались с нашими делами, — сказал Гиллмор.

Гозу был единственным, кто отреагировал на слова Гиллмора. Он с силой открыл рот с выражением, явно содержащим гнев.

— Подождите! Я никогда не слышал об использовании Земляного Паука для испытания. Более того, Сора только что проделал долгий путь, чтобы посетить её сегодня. Было бы неразумно ожидать, что он будет участвовать в испытании без отдыха. Если вы понимаете, что сегодня важный день, то испытание следует перенести на другой день!

— Конечно, если бы передо мной был обычный человек, я бы не стал говорить такие вещи, Гозу Цима. Однако Сора — мастер, который в одиночку победил мифическое существо, несмотря на то, что формально не изучал Стиль Призрачного Клинка. Почему мы должны предъявлять к такому мастеру те же условия, что и к обычным людям? И даже Сора, разве ты не хочешь побыстрее покончить с такими пустяками и спокойно оплакивать душу своей матери?

При этих словах Гиллмор криво улыбнулся мне.

— Что думаешь, Сора? Не может быть, чтобы тот, кто убил дракона, боялся чего-то вроде Земляного Паука. Я уверен, что ты со мной согласен, но... конечно, при условии, что ты не играл в игры и не лгал лорду.

— ...

— Что случилось? Я просто пошутил. Но если ты действительно солгал господину, то я ничего не скажу. Ты должен немедленно извиниться перед ним и всеми собравшимися здесь. Это священное собрание благородной семьи Мицуруги, и мы не можем допустить ни единой шутки.

Как только Гиллмор закончил говорить, в зале воцарилась тишина.

Чувствуя на себе взгляды всех присутствующих, я закрыл рот, а затем и глаза, забаррикадировавшись в тишине.

С каждой секундой атмосфера вокруг меня становилась всё более гнетущей. Воздух был резким и кусачим. Если бы кто-то закричал в гневе, меня бы мгновенно поглотила ярость воинов.

Даже зная это, я держал рот на замке.

Секунда, две секунды, три секунды, четыре секунды... Когда я вдруг открыл глаза, даже Гиллмор, который должен был быть зачинщиком, проявлял признаки нетерпения. Я думал, что у меня есть только два варианта: паниковать и вести себя круто или признать свою вину и унижаться, но он не мог понять, как я могу сидеть спокойно, не показывая никакого страха.

Похоже, Лорд Шито не предполагал, что мои достижения в уничтожении драконов были правдой. Осознав это, перед тем как взорваться гневом вокруг, я спокойно спросил Гиллмора без всяких эмоций, как когда-то спросил своего отца.

— Это всё, что вы хотели сказать, Лорд Шито?

— Что ты имеешь в виду?

— Я спросил, всё ли это, что вы хотели сказать. Как вы только что сказали, Лорд Шито, я хочу поскорее закончить это пустяковое дело и оплакать смерть моей матери без всяких забот. Поэтому у меня нет времени слушать ваш сарказм в малых дозах. Если вам есть что сказать, говорите всё сразу. А когда закончите, скажите, что кончили. Я спрошу вас снова. Это всё, что вы хотите сказать, Гиллмор Берч?

— ...О, ясно. Похоже, что за последние пять лет Сора забыл о манерах по отношению к старшим. Как старшему сыну семьи Мицуруги, ему, возможно, не хватало силы, индивидуальности и характера, но у него была, по крайней мере, одна добродетель: правильный этикет. Похоже, он утратил даже это единственное качество.

— Если Лорд Шито так говорит, значит, это правда. Я думал, что проявил достаточно вежливости, но если я был груб, то прошу прощения.

— Понятно...

— О, и ещё кое-что.

Я продолжил говорить, прервав возражения собеседника.

— Если это был Земляной Паук, то я могу позаботиться о нём достаточно быстро. Как я уже сказал, я хочу закончить эти тривиальные задачи как можно скорее. Шутить о том, чтобы провести здесь ночь, не смешно.

В ответ на утверждение Гозу я отверг Гиллмора. В то же время я заметил, как изменилось выражение лица Гиллмора: оно выражало удивление и недовольство тем, что его прервал кто-то вроде меня.

На мгновение Гиллмор, казалось, не знал, что сказать, но, видимо, у него возникло желание не тратить время на такого незначительного человека, как я.

Тут же он резко кивнул и сказал: — Хорошо, тогда, с разрешения Лорда, приступим к испытанию. Это приемлемо?

— Нет, перед этим я хочу задать один вопрос, — запротестовал я, возражая против попытки Гиллмора закончить дело. На лице Гиллмора появилось явное разочарование.

— Что, ты всё ещё играешьcя?

— Это вы играете в игры. Ваше условие было таким: «Если у тебя есть сила, чтобы победить дракона, то один или два Киджина не будут проблемой». Если вы хотите, чтобы я доказал эту силу, тогда я без проблем сражусь с паучком. Однако это не имеет никакого отношения к тесту. Я не собираюсь возвращаться в Стиль Призрачного Клинка или подчиняться семье Мицуруги.

— Что... ты сказал?

Пустое выражение лица Гиллмора было тем, чего я никогда не видел в своей жизни. Вероятно, то же самое было и у большинства присутствующих.

Хотя это было редкое зрелище, к сожалению, я был, наверное, единственным, кто мог им наслаждаться. Все, включая Гиллмора, тупо смотрели на меня.

Единственным человеком, который не изменил своего лица, был мой отец, сидящий прямо передо мной, и даже близнецы-жемчужины, сидящие по обе стороны от него, лишь слегка изменили свои выражения.

Большинство присутствующих, включая Гиллмора, не верят, что я победил мифическое существо. Другими словами, они считают, что я возвращаюсь в семью Мицуруги с ложными достижениями. Даже те, кто придаёт некоторое доверие отчёту Гозу, вероятно, не изменили своего представления о моих намерениях.

Я прямо опроверг подобные домыслы этих людей, в результате чего наступила тишина.

Затем сзади раздался приглушенный голос.

— Сора.

— В чём дело, Лорд Цима?

— Как я уже сказал после Ишки, Сора достиг Экипировки Души. И как тот, кто овладел ею, вы не можете находиться вне защиты семьи Мицуруги. Однако, если Сора сможет стать воином Флага Зелёного Леса, ситуация изменится.

— ...

— Как вы знаете, некоторые воины Зелёного Леса занимаются деятельностью за пределами острова, и идея нашего господина состоит в том, чтобы принять вас как одного из них. Если вы достигнете заслуг за пределами острова, я верю, что однажды вы сможете официально называть себя Мицуруги!

— Понятно. Другими словами, семья Мицуруги использовала меня как пешку. Хотя они написали в письме, что если я докажу свою силу, мои желания будут исполнены, на самом деле они сказали, что мои желания не будут исполнены, пока я не стану вассалом.

— Сора! Это соглашение — крайняя милость вашего лорда, так что примите его с благодарностью!..

Не обращая внимания на Гозу, который с большим усилием пытался объяснить, я махнул правой рукой, не оборачиваясь.

— Ах, прости. Я сказал слишком много? Это не имеет значения, Лорд Цима. Я ожидал, что это произойдёт в любом случае.

— ...Сора?

— Семья Мицуруги следует правилу запечатывания Демонических богов, и они считают, что для достижения своих целей даже ложь и убийство могут быть оправданными стратегиями. Поэтому то, что ты сделал в Ишке, не отличается от их подхода.

— !..

Я чувствовал ошеломлённую атмосферу, но интересно, чему они удивлялись? Они думали, что я не как Гиллмор?

Ну, неважно. Как уже было сказано, я ожидал, что это произойдёт в любом случае.

Воспользовавшись ошеломлённой тишиной вокруг, я снова посмотрел на воинов, собравшихся в этом месте. Я наблюдал за Святым Меча, Блистательными Близнецами, Четырьмя Лордами Восьми Флагов. Я видел сущность боевых и устных искусств семьи Мицуруги, собранных в этом месте.

И я подумал: «Они сильны».

Действительно, это была элита семьи Мицуруги. Даже если я пятилетней давности был раздавлен страхом в окружении таких людей, в этом не было ничего удивительного.

Особенно Святой Меча, он вызывал у меня ощущение, что я смотрю на вершину белой горы, парящей в далёких облаках.

Высокий пик, словно башня, уходящая в небо. Предел божественной реальности, недоступный людям, осознание того, что даже с драконом нельзя сравниться.

Однако, несмотря на это...

...Я определённо видел это.

Моё горло задрожало от смеха.

Я испытывал больше радости, чем когда рубил Гозу, топтал Климта или пожирал Клайру. В зависимости от ситуации, я чувствовал даже больше радости, чем когда победил Гидру.

Я увидел вершину, которую никогда не мог увидеть пять лет назад. Я увидел пик Святого Меча, который находился за пределами Блистательных Близнецов.

Это было доказательством того, что эти пять лет не прошли впустую.

И ещё кое-что я понял. Возможно, Святой Меча, Мицуруги Шикибу, совсем не вырос за эти пять лет.

Крайняя точка — это последняя точка, которой может достичь пользователь экипировки души, за которой нет ничего.

Другими словами, это означает достижение предела роста. Для тех, кто до конца расцвёл сотней талантов, не осталось места для роста.

Чтобы вырваться из этого состояния, единственный способ — повысить свой уровень. Однако для повышения уровня необходим «противник сильнее себя».

Но где в мире может быть противник сильнее Святого Меча? Сильнейший потому, что нет никого сильнее себя. Звание сильнейшего принадлежит тем, кто не может подняться выше.

Возможно, если бы это было мифическое существо, оно могло бы поднять уровень Святого Меча.

Однако даже я, победивший Гидру, не смог достичь уровня Святого Меча. Что касается мифических существ, способных поднять уровень Святого Меча, возможно... Ах, может...

...Возможно, кроме дракона, способного убить бога, нет никого.

— Как говорится, легче творить, чем волноваться.

Покидая большой зал, я пробормотал с большим удовлетворением и лёгким чувством облегчения.

Перед тем как столкнуться со Святыми Меча, я предполагал худшее: что они станут сильнее так же, как и я. Я знал, что такое возможно, особенно если учесть Гозу, Климта, Клайру и остальных. Хотя я знал, что это крайне маловероятно, мои воспоминания пятилетней давности продолжали нашёптывать мне об этой возможности.

Но после реальной встречи с ними все эти опасения испарились в воздухе. Кроме того, сильнейший Святой Меча семьи Мицуруги ничуть не вырос за пять лет, что было дополнительным источником радости.

Если я не мог радоваться этому, то чему я мог?

И это было ещё не всё. Такое положение дел оставалось неизменным, сколько бы лет ни прошло с тех пор. Потому что Святой Меч Мицуруги не мог сдвинуться с вершины могущества.

С другой стороны, я мог двигаться вперёд сколько угодно. Как у того, кто мог пожирать души других, чтобы стать сильнее, у меня не было таких оков, как «я должен победить врагов сильнее себя».

— Этот факт ясно даёт понимание.

Я не мог удержаться от небольшого смешка. Я мог слышать суматоху и сердитые голоса людей, собравшихся в большом зале позади меня, но меня это не сильно беспокоило.

Что ж, оставив в стороне разговоры о суде, я буду сражаться с Земляным Пауком. Я не обязан следовать условиям, которые они добавили сами, но мне нужно выполнить условие доказательства своей силы, на которое я согласился заранее.

И если семья Мицуруги попытается заставить меня подчиниться или покусится на Сузуме, то я без колебаний сожру — нет, убью их.

Было бы неприятно столкнуться со Святыми Меча или Блистательными Близнецами прямо сейчас, но для того, кого пять лет назад считали слабым, это большая честь. Если бы эти трое не посчитали меня тем, с кем они не могут справиться, я бы не оказался в таком положении.

— Хмпф. Ну, это при условии, что этим троим хватит времени, чтобы справиться со мной.

Говоря это, я вспоминал события, произошедшие на этом острове. Хаос в предыдущем Королевстве Канарии был чем-то из ряда вон выходящим, но, похоже, то же самое происходит и на Острове Демонов. Это ситуация, которая не будет касаться ни меня, ни Сузуме, и, скорее всего, она скоро произойдёт.

Конечно, это всего лишь предположение — или, скорее, беспочвенная интуиция. Поэтому я не буду давать никаких предупреждений или советов. Предчувствие, которое я ощутил, вероятно, незначительно для семьи Мицуруги, охраняющих врата демонов уже триста лет.

С саркастической улыбкой на губах я вернулся в комнату для гостей, в которую меня определили. Ну, я попытался.

Но кто-то преградил мне путь.

Человек, преградивший мне путь, был совсем маленьким. Даже меньше, чем три мелких сопляка Жрицы Сары.

На вид ему было около четырёх или пяти лет. Несмотря на свой рост, он был одет в приличное хаори и хакама, а его вид с деревянным мечом, пристёгнутым к поясу, вполне соответствовал стилю достойного воина. На его хаори был герб семьи Мицуруги, так что не оставалось сомнений, что он был их чадом.

Всё это хорошо и прекрасно. Нет ничего странного в том, что в резиденции Мицуруги есть ребёнок семьи Мицуруги.

Проблема в том, что ребёнок смотрел на меня с большим негодованием. Кроме того, почему он носит поясок поверх хаори? Он должен быть завязан после снятия хаори...

При ближайшем рассмотрении кажется, что он завязал его сам, а узел очень ненадёжный. Я беспокоюсь, что он тут же развяжется, хотя это не моя проблема.

Пока я думал об этом, маленький черноволосый мечник открыл рот, пристально глядя на меня.

— Я — Мицуруги Ибуки! Я вызываю тебя на дуэль... дуэль... эм... согла... согласись!

— ...Аа.

Когда ребёнок младше его самого неожиданно вызвал Сору на дуэль, какой ответ он должен дать?

Я присел, чтобы оказаться на уровне глаз моего соперника, и ответил на его представление, представившись сам.

— Я — Сора. Итак, Ибуки, маленький мечник. Почему ты хочешь дуэли со мной?

— Потому что ты издевался над дядей Гозу! Это праведная месть!

— Хм...

Дядя Гозу, хм...

Возможно, он просто ученик Гозу или что-то в этом роде, но учитывая, что он представился фамилией Мицуруги...

— И ещё, ты расстроил мою маму!

— ...Твою мать зовут Леди Сесиль?

Он вытащил свой деревянный меч из ножен и направил его на меня, крича: «Давай сделаем это! Давай сразимся сейчас!»

Деревянный меч, который мальчик держал в руках, был изысканно сделан, несмотря на свой маленький размер. Если подумать, Гозу умел делать такие поделки. Я вспомнил этот факт и иронично приподнял уголки губ.

...Если бы не это, я бы расхохотался, как раньше, без всякого другого намерения.

Мальчик не обратил внимания на мои внутренние мысли и повторил свои слова: «Что случилось? Достань свой меч! Ты не можешь сразить кого-то, не вытащив его!»

Иногда он говорил странным формальным тоном, как будто декламировал фразу из книги сказок, которую ему читала мама. Эта фраза звучала так, как будто её произносил главный герой какой-нибудь истории.

Ну, что мне делать?

Я серьёзно рассматриваю стоящего передо мной сводного брата.

Честно говоря, я не испытываю особой симпатии к существованию сводного брата. В конце концов, поскольку у моего отца были романы с разными женщинами, ещё до того, как я покинул остров, у меня было столько сводных братьев и сводных сестёр, что хватило бы на обе руки. И с большинством из них мы даже не обменивались словами, не говоря уже о том, чтобы встретиться лицом к лицу.

Даже если бы в этот момент добавились один или два брата или сестры, я бы никак не смог почувствовать родство.

Однако, если я смотрел на них не как на «сводных братьев и сестёр», а как на «племянника Гозу» или «ребёнка Сесиль», то кое-что мне приходило в голову. У меня много мыслей о них двоих, но я не мог заставить себя относиться к этому ребёнку холодно.

Более того, для этого ребёнка вполне естественно сердиться на меня, который сбил с ног «дядюшку Гозу» и заставил «маму» грустить. Даже я в этом возрасте вызвал бы своего противника на одну-две дуэли, если бы был на его месте.

Ну что ж, ничего не поделаешь. Придётся мне с ним сразиться. Думал я про себя с язвительной улыбкой.

— Приготовься! То, чему ты сейчас станешь свидетелем, — это запретная сила дракона!

— А?

Внезапно до моих ушей донёсся знакомый диалог.

Пока я борюсь со своим необъяснимым беспокойством, молодой мечник передо мной продолжает свой монолог.

— Изгоняй демонов и убивай богов! Превосходная техника меча Мутсу!

— Подожди, подожди...

— Его имя — Пламенный Убийственный Меч!

— Кхаа?!

Меня ударили точно в старую рану в сердце, и я не мог не схватиться за грудь и не застонать от боли.

Маленький мечник, похоже, решил, что это эффект от его выпада, и гордо выпятил грудь.

— Ты боишься, злодей?

— Кха-кха!

Пока я трусил, слюна застряла у меня в горле, и я не мог перестать кашлять.

Возможно, моё лицо выглядело слишком болезненным, так как Ибуки убрал своё самодовольное выражение и обеспокоенно спросил,

— Эм... ты в порядке, старший?

— Кхы!

В некотором смысле, это был финальный удар, и я окончательно упал на колени и потерял сознание.

Смертельный и неожиданный удар.

Вернёмся немного назад во времени.

После того, как Сора поклонился главе семьи, Шикибу, и ушёл с порывом ветра на плечах, Гиллмор Берч направлял свой подавленный голос к своему господину в большом зале.

— ...Мой лорд. Стоит ли не наказывать этого грубияна?

Гиллмор ожидал, что гнев Шикибу обрушится на Сору как гром после того, как он услышал его предыдущие замечания — он ухмыльнулся при этом — но, к его удивлению, Шикибу непринуждённо позволил Соре уйти.

Вассал не может остановить того, кому его лорд разрешил уйти. Голос Гилмора был низким от гнева на грубость Соры и нерешительности от того, что он не может понять истинных намерений Шикибу.

На этот вопрос Шикибу, не задумываясь, непринуждённо кивнул.

— Всё в порядке.

— Но, мой господин. Это не будет примером для остальных членов дома. Если это ради запечатывания демонических богов, то даже ложь и убийство могут быть оправданной стратегией, и так далее... Это было так же, как плевать на наши стремления, не так ли?

Словно в знак согласия с доводами Гиллмора, по всему залу поднялись гневные голоса согласия. В них было немного лести в адрес Гиллмора, но больше того, в них был гнев на высокомерие Соры.

Пять лет назад Сора был отвергнут семьёй Мицуруги и изгнан с Острова Демонов. Он не должен был больше переступать порог этого особняка. И всё же глава семьи Шикибу специально отменил эти два наказания и даже заявил, что назначит его на последнее место Восьми Флагов с помощью испытательной церемонии.

Это была исключительная мера для изгнанного человека.

Но Сора, который должен был быть благодарен за это предложение, отбросил его, как камешек на дороге. И вдобавок ко всему он произнёс те вульгарные слова, которые упомянул Гиллмор.

Даже если они не были воинами семьи Берч, они не могли не чувствовать гнева и отвращения.

...Однако гневные голоса, поднявшиеся в это время, не стали настолько громкими, чтобы переполошить зал. Это объяснялось тем, что Мицуруги Шикибу, сидевший во главе стола, никак не отреагировал на недовольство своих подчинённых.

Нарастающая суматоха постепенно стихла, оставив после себя в большом зале смятение и настороженность. И те, и другие были направлены на лорда крепости. Что у него на уме? Такова была общая мысль присутствующих воинов.

Даже Гиллмор, который умел понимать намерения лорда, не был свободен от этого чувства.

Для Гиллмора, считавшего себя главным приближённым семьи Мицуруги, этот инцидент с самого начала не был интересен. Исключительное обращение с Сорой было явным свидетельством доверия лорда к Гозу Циме, и он это понимал.

Лорд полностью поверил возмутительному отчёту, который Гозу привёз из Королевства Канария. Именно поэтому он позволил Соре уйти.

Гиллмор задался вопросом, поверил бы лорд его докладу, будь он на месте Гозу. Ответ был отрицательным.

Несмотря на их нынешний статус и власть, с точки зрения доверия лорда, Гиллмор Берч не был на одном уровне с Гозу Цимой.

Если Гозу продолжит поддерживать Сору таким образом, Сора действительно может стать законным наследником. Если это произойдет, то семья Берч, у которой сложились дружеские отношения с Рагуной, отклонится от основы Мицуруги и придёт в упадок.

Но Гиллмор не собирался этого допустить. Именно поэтому он и присутствовал сегодня, будучи особенно суровым по отношению к Соре из-за этого обстоятельства.

Конечно, как Гиллмор, он не собирался активно провоцировать недовольство своего лорда, поэтому планировал промолчать, если господин действительно желает возвращения Соры.

Однако лорд не проявил никакого недовольства по поводу словесной атаки Гиллмора на Сору и не показал никаких признаков желания остановить его. В какой-то момент Гиллмор задумался, не планировал ли лорд избавиться от неудачи Мицуруги во время этой возможности и намеренно ещё больше взбудоражил Сору.

В результате представилась прекрасная возможность казнить Сору, но лорд не предпринял никаких действий и позволил изгнаннику уйти.

Гиллмор остался в недоумении относительно намерений лорда.

Затем лорд обратился к Гиллмору.

— Подготовка к церемонии испытания завершена, Гиллмор?

— Д-да, как вы приказывали.

— Тогда церемония состоится через полколокола (30 минут). Приготовьтесь.

— Понятно, но ранее Сора сказал, что он не намерен изучать Стиль Призрачного Клинка или возвращаться в семью Мицуруги. Что нам с этим делать?

— Его намерения не имеют значения в данный момент. В Королевстве Канария есть пользователь Стиля Призрачного Клинка, прошедший церемонию испытания — одного этого факта достаточно.

Услышав это, глаза Гиллмора расширились, а затем он глубоко опустил голову.

Затем лорд назвал имя Гозу, который молча склонил голову. Когда Шикибу позвал его, Гозу на мгновение нахмурил брови, а затем твёрдо произнёс.

— Гозу.

— Да!

— Расскажи Соре.

— Понял!

Быстро встав, Гозу вышел из большого зала вслед за Сорой. Он направлялся к комнате для гостей, но, учитывая поведение Соры, существовала вероятность, что он уже покинул особняк.

Чтобы покинуть остров, нужно дождаться парома, но Сора, возможно, сможет вернуться на континент самостоятельно. Если это так, то Гозу придётся поторопиться и догнать его.

Не успел Гозу дойти до гостевой комнаты, как его окликнули сбоку. Это была его младшая сестра Сесиль, которая появилась в состоянии крайнего возбуждения.

— Старший брат!

— Сесиль? Что случилось, ты выглядишь такой взволнованной.

— Я не могу найти Ибуки!

— Что?!

Несмотря на то, что он унаследовал кровь святого меча, Ибуки, который ещё не был воином, не имел квалификации для посещения большого зала.

Причина, по которой он одел Ибуки в формальный наряд, заключалась в том, что он планировал представить его Соре после окончания аудиенции.

Мицуруги Эмма, законная жена Шикибу, и Сесиль, его наложница, носились внутри и снаружи особняка, готовясь к последующей поминальной службе, и наступало время, когда Ибуки неизбежно оставался один.

Казалось, он воспользовался этим промежутком.

Ибуки был озорным ребёнком, но он редко ослушивался того, что говорили ему взрослые. И это не было похоже на то, что его оставили одного на минуту или две. Было понятно, что Сесиль охватила паника.

...Маловероятно, чтобы какой-нибудь негодяй пробрался в главную резиденцию Мицуруги.

Гозу начал идти, быстро размышляя. Сесиль тоже поспешила за братом.

В городе есть преступники, но вряд ли кто осмелится пробраться в семью Мицуруги. Он подумал, что Ибуки, вероятно, ушёл сам, но не мог придумать причину, по которой его племянник мог исчезнуть вопреки приказу матери.

Ему не хотелось думать об этом, но существовала вероятность, что в семью проникло чудовище или шпион из другой страны, который хорошо умеет прятаться. Он решил сначала сообщить Соре о времени церемонии, а потом уже искать улики — именно об этом он думал, когда свернул за угол, ведущий в комнату для гостей.

— Эй! Эй! Проклятье!

— Что случилось, пользователь Меча Змеиного Короля? Неужели это предел твоего непревзойдённого мастерства фехтования?

— Заткнись! Эй! Эй! Эй!

Ибуки и Сора тренировались во дворе.

Как такое могло случиться, удивлённо спросил Гозу.

Выражение лица Соры, который спарринговал с Ибуки, было таким, какого Гозу никогда не видел с момента их воссоединения в Ишке.

...Нет, даже пять лет назад Сора никогда не улыбался так спокойно. Когда в последний раз он видел улыбку Соры от всего сердца?

Он был потрясён тем, что даже не помнит такого.

Позади него Сесиль издала негромкое «ах...», как будто она была тронута. Она была счастлива, что её сын в безопасности, но это было ещё не всё. Перед её глазами была та самая мечта, которую Гозу и Сесиль Цима желали всем сердцем, но почти отказались от неё.

То ли он заметил её вздох, то ли с самого начала почувствовал их присутствие. Сора взглянул на Гозу и его сестру и обратился к стоящему перед ним маленькому мечнику.

— Хм. Похоже, что пора.

— Хм, ты сбегаешь?!

— Давай на сегодня объявим ничью, пользователь Меча Короля Змей.

— Хм!

Ибуки надул щёки и выглядел явно недовольным...

Сора присел к Ибуки и сравнялся с ним по уровню глаз, после чего продолжил.

— Назовем это ничьей на сегодня. Давай повторим в следующий раз.

— В следующий?

— Да. Давай сразимся снова, когда ты станешь взрослым. А до тех пор делай всё возможное, чтобы стать сильнее. Ты ведь и сам понимаешь, что с твоей нынешней силой меня не достать, верно?

— Хм, ловлю на слове! Хорошо, тогда я точно, точно побью тебя в следующий раз, когда мы будем драться! Так что лучше сражайся со мной как следует, это обещание!

— Да, это обещание — смотри, твоя мать и остальные идут.

Когда он сказал это и дёрнул подбородком, Ибуки обернулся и просиял. Лёгкими шагами он подбежал к Гозу и его сестре.

Понаблюдав некоторое время за его спиной, Сора поднял глаза, когда Ибуки вцепился в ногу Гозу.

...В мгновение ока иней упал на его взгляд.

— Ты нашёл время, Цима?

Не только его взгляд, но и голос был холоден как лёд. Это было ясно по тому, как он говорил с Ибуки незадолго до этого, по отчаянной разнице темперамента.

Глыба льда скользнула по спине одного из лучших воинов семьи Мицуруги.

— Лорд сказал, что это будет через четверть часа.

— Он дал нам время для посещения могилы. Стоит поблагодарить его за внимание.

— Подождите! Поминальная служба по госпоже Сидзуе будет проходить с полудня...

На голос Гозу никто не ответил.

Сора быстро повернулся на пятках и исчез в одно мгновение, как будто ему не было никакого дела до присутствующих здесь людей.

Возможно, он использовал Кей. Это было настолько быстрое движение, что у Ибуки, прижавшийся к Гозу, выпучились глаза.

Вокруг могилы моей матери деловито сновали многочисленные прислуги. Большинство из них не носили мечей и, вероятно, были служанками во внутренних покоях. Должно быть, они готовились к мероприятию, которое должно было начаться в полдень, пока воины собирались в большом зале.

Я не мог спокойно разговаривать с матерью в такой ситуации. Если бы Гозу или Сесиль были там, они бы убрали для меня людей, но я оставил их позади. Я мог лишь горько усмехнуться собственной ничтожности, ведь эту ситуацию я мог бы предугадать, если бы подумал спокойно.

Должен ли я представиться Сидзуе Мицуруги, сыном Сидзуя, и попросить их оставить меня в покое на некоторое время? Нет, но они делают свою работу, и я сомневаюсь, что они сократят своё драгоценное время подготовки ради сына, от которого отреклись.

А кроме этого есть вероятность, что они не поверят мне. Я не думаю, что отец стал бы сообщать своим слугам, что «сын, от которого я отрёкся пять лет назад, придёт сегодня». Кроме тех парней, которые были в большом зале, я должен предположить, что остальные слуги ничего обо мне не знают.

Если они меня не знают, то они меня не знают, и я мог бы просто попросить их проверить Гозу или кого-нибудь еще, но церемония суда должна была начаться через полчаса. К тому времени, когда я закончу всё, времени на посещение могилы уже не останется.

Что же мне делать? Я размышлял и наклонял голову, когда это случилось.

— Сора?

Когда я услышал, как меня зовут сбоку, я невольно вздрогнул и задрожал. На мгновение — всего лишь на мгновение — мне показалось, что со мной заговорила мама.

Не столько то, как она меня позвала, сколько голос, в котором не было злобы и только ласка, напомнил мне о маме.

Конечно, не может быть, чтобы моя мать, умершая более десяти лет назад, вернулась к жизни. Я повернулась в сторону голоса со скрипом, как ржавая жестяная кукла. Передо мной стояла женщина с блестящими волосами, напоминавшими золотую нить, и красотой, напоминавшей мне фею.

Мать Рагуны, Эмма Мицуруги.

Я не знал, что сказать в этот момент, и только бессмысленно открывал и закрывал рот.

В отличие от сына, Рагуны, у меня не было зла на его мать. Напротив, я чувствовала себя виноватым. Эта женщина, которая стала законной женой после смерти моей матери, много заботилась обо мне, когда я был маленьким, но я отверг всю её доброту.

Тогда я был ребёнком, сейчас я это понимаю. Но тогда я этого не знал. Я чувствовал что-то близкое к обиде — нет, саму обиду — на человека, который занял место моей матери, и всегда смотрел на неё ненавидящими глазами.

После этого она держалась от меня на расстоянии, вероятно, из уважения к моим детским чувствам, но в то время я был горд, что прогнал злодейку.

...Да, это одна из тех вещей, при воспоминании о которых мне каждый раз хочется схватиться за голову.

И была ещё одна вещь, которая заставила меня чувствовать себя ещё более виноватым, — это то, что я услышал от Клайры, которую держал в заложниках до недавнего времени.

Когда пять лет назад меня изгнали с острова, она была единственной, кто возражал моему отцу.

Я чувствовал себя так, словно моё лицо горело. Я хотел извиниться за свою прошлую грубость, но как я мог предстать перед ней с таким лицом?

Эта нерешительность наложила невидимые оковы на мои действия. Мне едва удалось встать на колени и выразить своё уважение, но я не мог придумать, что делать дальше.

Поэтому, не то чтобы из-за этого, но я не смог вовремя среагировать на следующее её действие.

...Звук её лёгкого удара ногой по земле. В следующее мгновение я оказался в объятиях её груди.

— Ммф?!

— О, Сора! Я так рада, так рада, что ты в безопасности!

Она обнимала меня с полным радости лицом, как будто её переполняли эмоции. От чёрного кимоно, которое она, вероятно, приготовила к годовщине, исходил сладкий аромат благовоний из агарового дерево. И сквозь кимоно я почувствовал мягкое ощущение, от которого мне стало очень тревожно.

Я попытался поспешно вырваться, но она сознательно или бессознательно сжала меня в объятиях ещё крепче, чем прежде.

Конечно, я мог легко вырваться, если бы сопротивлялся изо всех сил, но я не мог просто оторвать её силой. Но мне также не хотелось оставаться в таком положении. Я серьёзно размышлял над тем, что делать.

Это не произошло бы так легко, если бы это был кто-то другой, но я чувствовал вину перед Эммой, и у меня не было ни злобы, ни враждебности по отношению к ней, поэтому моя реакция была замедленной.

В конце концов, у меня не было другого выбора, кроме как оставаться в таком положении, пока Эмма не будет удовлетворена.

Она сказала мне стать после того, как отпустила, и я вернулся из положение стоя на коленях. Затем Эмма протянула свою нежную руку и коснулась моих щёк, сузив глаза от умиления.

— Ты действительно вырос... Хехе, я больше не могу дотянуться до тебя, даже если потянусь.

— ...Да. Спасибо за всё.

— Тебе не нужно благодарить меня, просто дай мне лучше рассмотреть твоё лицо — о, твои волосы и глаза совсем как у Сидзуи. Твоё лицо также более мужественное и резкое... Как у ребёнка, правда...

Слегка дрожащим голосом она достала из рукава белую салфетку и осторожно вытерла глаза. Я мог сказать, что она была искренне рада моему росту.

Когда я смотрел на Эмму вблизи, я чувствовал смесь вины и смущения, и это было очень досадно.

...Кроме того, она всё ещё была красивой женщиной.

Её лицо и жесты были настолько красивы, что я не мог поверить, что у неё есть сын моего возраста, Рагуна.

Я вдруг вспомнил кое-что из прошлого.

Когда я был ребёнком, мама читала мне сказку о принцессе-русалке. Принцесса-русалка была так прекрасна, что казалась не от мира сего: её волосы были как золото, голубые глаза — как драгоценные камни, белая кожа — как снег, — пока мама продолжала описывать красоту русалки, я произнёс: «Эмма красивее, да?».

Моя мама громко рассмеялась, услышав это, а я запомнил это, потому что это было редкостью. На следующий день Эмма услышала это от моей мамы и погладила меня по голове с очень счастливым лицом. Я также запомнил, что Рагуна завидовал мне.

После этого Эмма за руку привела меня на могилу моей матери. Затем она убрала людей вокруг нас и даже сама покинула это место. Она хотела дать нам с мамой побыть наедине, и я мог только склонить голову в знак благодарности.

...После этого разговор с мамой не представлял собой ничего особенного. Я просто вкратце рассказал ей о днях, прошедших с момента отъезда с острова до сегодняшнего дня.

Я не смог стать человеком, который мог бы внести свой вклад в мир.

Я не смог стать человеком, способным защитить кого-то.

Я не смог стать достойным наследником.

Я не смог стать таким же человеком, как мой отец.

...Я не смог достичь высот Неба.

Почему-то мне больше казалось, что я исповедовался за пяти лет, чем отчитывался. Тем не менее, я ничего не скрывал. Но и не смотрел вниз.

— Слово «пустота» не всегда плохое. Если у тебя ничего нет, ты можешь стать кем угодно. С этого момента наполни себя многими вещами и стань тем, кем ты хочешь быть. Что бы это ни было, я благословлю выбранный тобой путь, Сора.

Я не получил ничего из того, что хотел, но это не значит, что то, что я получил, не имеет ценности.

Прошло пять лет с тех пор, как меня изгнали с острова. Я совершил бесчисленное количество ошибок. Мои сожаления огромны, как горы.

Но всё же решения принимал я. Я шёл по пути, который выбрал сам. Мне не нужно ничего скрывать. Мне также не нужно смотреть вниз.

Учитывая то, что я сделал до сих пор, и то, что я собираюсь делать дальше, я не могу сказать, что мне нужно её благословение, даже если мой рот расколется, но всё же...

— Но всё же, теперь это я, мама.

Я сказал это и медленно встал.

В этот момент цветы, положенные на могилу, слегка покачнулись. Лёгкий ветер обдувал мои щёки, словно лаская их.

...Подумать, что это был ответ моей матери, было бы слишком сентиментально.

Но всё же какая-то часть меня хотела так думать.

Было ли это поводом для сетований или поводом для радости? В данный момент я не мог судить.

Земляной Паук — это монстр, по форме напоминающий паука, как следует из его названия.

Конечно, их сходства заключаются только в форме. Всё в нём — размер, скорость и сила — значительно отличается от пауков, встречающихся в природе.

На голове у него восемь багровых пятен, которые напоминают глаза, жутко мерцающие при включении и выключении. Его зияющая пасть достаточно велика, чтобы проглотить ребёнка целиком, а выступающие из неё зазубренные клыки — зубы чудовища-людоеда.

Рыжие волосы покрывают его голову, как львиная грива, а на лбу торчат многочисленные выступы, похожие на рога. Его тело покрыто чёрными и жёлтыми полосами, больше напоминающими тигра, чем паука.

У него тело демона и лицо зверя. Длина его тела легко превышает два метра.

От его длинного тела отходят восемь ног, твёрдых и бугристых, как металлическая броня, с чёрными сверкающими когтями на кончиках. Если на них напороться, человеческое тело будет разорвано на части, как лист бумаги.

Если это паук-монстр, то у него почти наверняка есть яд, и вероятно, что он выплюнет липкие нити и заблокирует движения.

Столкнувшись с земляным пауком, я тихо пробормотал.

— Это примерно тот же уровень, что и Король Мух.

Честно говоря, я никогда не сражался с земляным пауком напрямую, поэтому оценка «такого же уровня, как Король мух» — это просто интуиция. Но я не думаю, что сильно ошибся.

Пять лет назад — нет, несколько месяцев назад, до того, как я изучил экипировку души, он был бы для меня безнадёжно обречённым противником.

Но это не значит, что я могу легко победить сейчас. Судя по тому, как Гозу набросился на Гиллмора, когда тот упомянул паука в большом зале, можно с уверенностью сказать, что он обладает опасной способностью для пользователей экипировки души.

Они должны были учесть, что противник будет использовать такие вещи, как проклятия, которые избавляются от противника вместе с применившим, когда они умирают, или иметь вторую форму, как наша экипировка, которая не может быть пробита Кей.

Что критически качается земляного паука, то он яростно царапал землю своими клешнями, неоднократно произнося раздражённое «Шшш!».

При ближайшем рассмотрении оказалось, что вокруг тела Земляного Паука были намотаны полупрозрачные веревки, из которых периодически вылетали искры, когда они боролись друг с другом. Похоже, что для блокировки движений земляного паука использовалась какая-то техника Кей.

По движениям земляного паука было ясно, что эти путы были ему крайне неприятны. После освобождения от привязи он, несомненно, выплеснет на меня всю накопившуюся злость прямо сразу.

По сравнению с первоначальным противником, солдатом Драконьего Клыка, этот монстр даже не стоил упоминания. Если они пошли на то, чтобы поймать этого монстра сегодня, то можно сказать, что это был действительно хитрый план, достойный семьи Берч.

— Что ж, это подходящий противник для человека, который утверждает, что убил дракона.

Я слегка пожал плечами.

По правде говоря, я чувствовал себя немного разочарованным. Земляной паук действительно был сильным монстром, но я ожидал, что они подготовят для меня более злобного противника, ведь они знали о моём приезде ещё месяц назад.

Возможно, они не могли подготовить дракона, но, например, они могли подготовить девочку-киджина того же возраста, что и Сузуме, и сказать: «Мы будем считать её голову доказательством твоей силы!». Я был готов к чему-то подобному. Если это Гиллмор, детишек которого я избил и опорочил имя его семьи, он бы сделал что-то подобное.

Но когда я открыл крышку, всё, что они приготовили, было просто чудищем. Это заставило меня выглядеть более злым, чем Гиллмор.

Подумав об этом, я скрестил руки и стал ждать начала.

Оглядевшись, я увидел, что Святой Меча и остальные члены семьи Мицуруги уже сидят в кругу вокруг меня и земляного паука.

Испытание проходило на круглой арене. Ощущения от встречи с монстром под взглядами множества людей были похожи на ощущения раба-гладиатора, сошедшего на арену.

Кстати, на этой арене не было ни стен, ни заборов, ни магических барьеров. Иными словами, в зависимости от действий меня и земляного паука, под угрозой могли оказаться и зрители — благо, в этом месте не было никого, кого бы это волновало.

— Тогда да начнётся испытание! Освободите земляного паука!

Раздался торжественный голос Гиллмора.

Как только он это сказал, верёвки, связывавшие монстра, исчезли, а в восьми красных глазах зажёгся злобный свет.

— Кю! Кю! Кю! Кю!

Земляной паук ударил ногой по земле, издавая крик, который можно было бы назвать рёвом или проклятием.

Его верхняя и нижняя челюсти широко раскрываются, обнажая пасть, полную бесчисленных зубов. Ранее я описал его как достаточно большого, чтобы проглотить ребёнка целиком, но я должен поправить себя. Возможно, он мог бы проглотить и взрослого.

С другой стороны, я стоял со скрещёнными руками, даже не вытащив меч из-за пояса, совершенно беззащитный перед приближающимся на всех восьми лапках земляным пауком.

В следующее мгновение резкий, жёсткий звук эхом разнёсся по всей арене. Это был звук, с которым верхняя и нижняя челюсти Земляного Паука с силой сомкнулись, как будто упало гигантское лезвие гильотины.

Если бы я остался стоять на месте, моя голова и даже сердце были бы откушены.

Конечно, я не собирался становиться пищей для этого монстра, поэтому в последний момент отпрыгнул назад, чтобы избежать его.

В ответ на это земляной паук немедленно начал контратаку. Похоже, он точно воспринимает мои движения своими восемью глазами.

После челюстей он атаковал двумя передними ногами. Он размахивал своими острыми когтями, как серпами, во все стороны, пытаясь разрезать меня на куски.

Я отступал назад и уклонялся от мощных атак, которые могли разорвать меня на части одним лишь падающим выпадом, танцуя влево и вправо маленькими шажками. Это была мера предосторожности, чтобы земляной паук не смог предугадать мои движения. Судя по его реакции, этот монстр обладал отличным кинетическим зрением. Я не мог позволить себе быть беспечным, даже уклоняясь от его атак.

Кроме того, если бы я оставался на одном месте, мои ноги попали бы в землю, вырытую его когтями, поэтому я время от времени делал шаг назад.

Когти, похожие на гильотину, то и дело проносились прямо перед моими глазами и носом. Каждый раз мне в лицо дурманяще пахло, почти вынуждая мой нос сгибаться.

Я не знал, был ли это запах тела монстра или пропитавших его кожу жидкостей съеденной им ранее добычи, но в любом случае запах был неприятным.

Хотя мой дискомфорт и дискомфорт паука были разными, похоже, что паук чувствовал себя не менее плохо, поскольку от всех его атак удавалось уклоняться. Внезапно паук присел и тут же вскочил на ноги.

Казалось, что его намерением было раздавить меня своим телом. При прыжке он, естественно, выставил передо мной своё уязвимое брюхо, но монстр, казалось, предугадал мои намерения и одновременно выпустил из своего ануса белую нить.

Нить распустилась в воздухе, как рыбацкая сеть, и полностью накрыла меня. Если бы у меня был меч, я мог бы её разрубить, но мой чёрный клинок всё ещё был у меня на поясе.

Паук в воздухе исказил своё лицо, словно смеясь над моей неуклюжестью. Похоже, он всё-таки обладает некоторым интеллектом.

Я улыбнулся земляному пауку в ответ. В то же время я стал использовать кей, что прежде не делал. Я наложил кей вокруг обеих ног и на одном дыхании прыгнул к краю арены.

Земляному пауку показалось, что моя фигура внезапно исчезла. Он потерял из виду врага, которого ему до сих пор удавалось хорошо захватить. Его восемь глаз бешено двигались в поисках меня, но он не сразу заметил.

Конечно, в его виде было много открытий, и если бы я ударил его техникой кей с расстояния — чем-то вроде «Летящей Косой» — я бы легко победил.

Так я и думал, но даже не достал меч, висевший у меня на поясе.

Пока я стоял на месте, я слышал ропот воинов за пределами арены. Почему он не атаковал при такой хорошей возможности, почему он не использовал свою экипировку души в первую очередь — вот такие голоса.

Ответ на это был прост: я не собирался показывать им свой туз на глазах у всех. Я не хотел показывать им даже базовые техники кей, не говоря уже об экипировке души.

Это относилось даже к Гозу и Климту, с которыми я сражался в Ишке. То, что они знали, было мной месяц назад, а не сейчас. Мне не нужно было рассказывать им, как сильно я вырос за этот месяц. Не говоря уже о других воинах — тех, кто знал меня всего пять лет назад.

Ну, они, наверное, получили какую-то информацию от Клайры, которую я брал в заложники, но если бы они восприняли эту информацию всерьёз, то относились бы ко мне немного лучше. Тот факт, что меня заставляли сражаться с земляным пауком, как сейчас, был явным доказательством презрения, которое пронизывало семью Мицуруги.

У меня не было причин просвещать таких людей.

— Интересно, сколько из них смогут заметить дракона Пожирателя Душ, не видя моей экипировки души или техник кей.

Основы стиля призрачного клинка — это режущая сила и Восприятие. Восприятие, способность видеть сквозь силу противника, является самой базовой из основ для всех воинов.

Поэтому, даже не используя экипировку души, я мог в какой-то степени видеть сквозь них, сражаясь подобным образом.

Но люди видят только то, что хотят видеть. Это верно, даже если заменить «видят» на «наблюдают».

Гордость, презрение, насмешка. Если вы смотрите сквозь такие эмоции, вы не сможете наблюдать то, что должны.

Конечно, есть те, кто может стряхнуть с себя такие эмоции и точно увидеть мою силу.

Но это значит принять реальность, что я, слабак, который не смог пройти испытание пять лет назад, обрёл больше силы, чем Гозу Цима, третий ранг первого флага, и вернулся.

Другими словами, большинству воинов придётся признать, что они слабее меня. Интересно, сколько воинов Зелёного Леса смогут вынести это унизительное признание?

Суматоха, охватившая сейчас арену, несомненно, была окрашена подобным смятением.

— Можете страдать сколько угодно.

Я усмехнулся и махнул рукой в сторону земляного паука, который наконец-то заметил меня.

Очевидная провокация.

Умный монстр понял её смысл и зарычал от злости.

— ...Он силён. Я не сомневался в отчёте Климта и остальных, но не ожидал, что настолько.

Голос восхищения просочился из уст Шидони Скайшипа, который наблюдал за поединком между Сорой и Земляным Пауком.

Сора, который находился перед глазами Шидони, не доставал свою экипировку души. Он не использовал никаких техник кей. Более того, он даже не достал свой меч, висевший у него на поясе. Тем не менее, он одолевал Земляного Паука.

Точнее, Сора лишь уклонялся от атак Земляного Паука, поэтому неправильно говорить, что он его одолевал. Но у Шидони не было другого способа описать это.

Ведь Сора практически не двигался от центра арены. Сначала он использовал приемы, основанные на кей, чтобы держаться на расстоянии от Земляного Паука, но со временем он перестал выходить из зоны атак паука.

Теперь при каждой атаке Земляного Паука его когти задевали одежду Соры — но и только. Штормовой натиск не мог нанести Соре ни одной раны. Разрыв между ними был настолько велик.

Так думал не только Шидони. Люди вокруг него тоже думали так же или примерно около того.

— Ха-ха, удивительно, удивительно. Этот бездарный ублюдок играет с Земляным Пауком!

Рядом с Шидони, Кумен Сай хлопал в ладоши и радостно смеялся. Это было очень легкомысленное поведение, но на самом деле его глаза были острыми и направленными, как иглы, наблюдая за каждым движением Соры.

Псевдоним Земляного Паука на Острове Демонов был «Убийца Новеньких«. Нередко молодые люди, прошедшие испытание и вступившие в Восемь Знамён Зелёного Леса, попадали в засаду Земляного Паука высоко в горах и лесах, и он откусывал им головы или разрывал их тела своими острыми когтями.

Были и другие причины смерти, например, когда из его пасти брызгал яд и растворял до костей, когда обездвиживал нитями и затаскивал в гнездо, а также становились кормом(ушкой). Причины смерти от земляного паука были самыми разнообразными.

Одним из условий перехода из разряда новичков было победить земляного паука в одиночку. Были даже воины, которые ставили это условие.

Даже ветераны могли стать жертвами земляного паука. Это разумное существо иногда объединялось в группы и устраивало ловушки для своей добычи. Среди земляных пауков были и такие, которые сталкивались с пользователями экипировки души, пытаясь использовать раненых воинов в качестве щитов, чтобы блокировать движения противника.

Сора имел дело с таким существом, не используя ни экипировку души, ни техники кей. Любой, кто не смог бы понять силу Соры, увидев это, был бы признан неквалифицированным воином Зелёного Леса.

Подумав так, Сай сильно и многократно хлопнул Климта по плечу.

— Прости, что сомневался в тебе, Климт. Он ничего так — независимо от того, убил он Гидру или нет.

Он не просто честно извинился, что было типично для Сая.

Размышляя так, Климт фыркнул и выдохнул через нос.

— ...Мне всё равно. Это не моё дело, что ты думаешь об этом пустом парне, Соре.

— Это правда. Ну, может быть, это заставит больше людей пересмотреть отчеты Цимы и твоих родичей. Если это произойдёт, то отстранение Клайры скоро будет снято.

Как только слово «отстранение» вырвалось из уст Сая, Климт рефлекторно напрягся.

До возвращения Соры, Клайра Берч была освобождена от статуса заложницы и вернулась на Остров Демонов. Но лишь несколько человек встретили её возвращение с радостью и облегчением, большинство же воинов смотрели на Клайру холодными глазами.

Особенно Гиллмор, который считал, что его фамилия запятнана, был в ярости и в какой-то момент даже попросил лорда казнить её.

В конце концов, вопрос был решён Гозу, Шукуей и непосредственным начальником Клайры, генералом флага и вице-генералом Шестого Флага, но это не было оправданием. Она была немедленно отстранена.

Сай упомянул об этом, но на самом деле отстранение было лишь публичным наказанием, а в семье Берч ей было назначено более суровое наказание.

Клайра была закована в цепи в подземной тюрьме особняка Берчей. Даже Климту не разрешалось видеть её лицо, не говоря уже о том, чтобы говорить с ней. Он много раз просил об этом своего приёмного отца Гиллмора, но ему отказывали столько же раз, сколько он просил.

Климту было не по себе. Он знал, что случилось с детьми, которых семья Берч посчитала ненужными. Это только усилило тревогу.

Теперь Клайра стала полноценным воином и широко известна как одна из представителей золотого поколения. Каким бы строгим и безжалостным ни был его приёмный отец, он не стал бы так жестоко обращаться со сестрой Клайрой — Климт говорил себе это, но всё равно не мог избавиться от беспокойства.

Поэтому Климт не проявлял никакого интереса к поединку между Сорой и земляным пауком.

На арене Сора наконец достал свой меч и отрубил одну, две ноги напавшему на него Земляному Пауку, а напоследок проткнул кончиком меча его красную глазницу.

Земляной паук, клинок в которого воткнут до самой рукояти, взбесился как безумный. И не только это. Миазмы, извергаемые из его тела, окутали земляного паука и превратили его в гротескную форму, похожую на смесь грязи и проклятий.

Это был облик земляного паука, который решил сопротивляться до конца, зная, что его ждёт смерть. Даже дикие животные, которые не являются монстрами, будут сопротивляться до тех пор, пока не умрут, когда их подстрелит охотник. Земляной паук, обладающий разумом, никак не может спокойно принять смерть.

В таком состоянии земляной паук живёт очень недолго, но его способности резко возрастают. Вот почему его называют «убийцей новеньких».

...Но даже видя это, выражение лица Климта не изменилось.

Как уже говорилось, Климт не проявлял никакого интереса к поединку между Сорой и земляным пауком.

Если бы кто-то спросил его об этом, он бы ответил с раздражением.

Почему я должен обращать внимание на бой, исход которого очевиден?

Таково было отношение Климта, поэтому он не заметил, что его одноклассники Рагуна и Аяка находятся немного в стороне от него. Конечно, он не заметил, с какими лицами они наблюдали за поединком Соры.

Не говоря уже о том, что он даже не подозревал, что есть кто-то, кто наблюдает за ситуацией далеко за пределами его диапазона восприятия.

◆◆◆

В то же время

Фигура, сидящая на крыше шпиля сторожевой башни над высокими стенами, окружавшими Шууто, положила руку на лоб и посмотрела на небо.

Если бы Сора был там, он бы узнал в этой фигуре мальчика, который обменялся с ним несколькими словами в Шууто.

— Я сказал тебе убираться с острова как можно скорее, но почему ты оказался именно там? Он тоже был одним из привратников? Нет, но этот орнамент был новым. Он знал значение этого украшения, так что я не думаю, что он украл его у своих собратьев...

Пробормотал он про себя, поворачивая шею.

И вдруг позади него появилась огромная фигура. Огромная тень, которую можно было принять за медведя, произнесла с любопытством.

— Что случилось, Кагари? Уже почти время, а вы всё ещё один в таком месте.

— Что, я просто хотел немного проверить привратников, Исаги.

Огромная фигура, известная как Исаги, проследила за направлением взгляда привратников к особняку семьи Мицуруги в центре Шууто. С вершины шпиля особняк был не больше сжатого кулака. А люди, передвигавшиеся внутри, были подобны муравьям или рисовым зернам, едва ли заслуживающим внимания.

Исаги глубоко вздохнул. — Подумать только, отсюда можно проверить их положение... Если бы Лорд Кагари был здесь, армия Накаямы не нуждалась бы в разведчиках. ...О, простите меня. Я должен был сказать «наша армия».

— Хех, неважно, называть ли это армией Накаямы. Прошло меньше двух месяцев с последней битвы. Я понимаю, что солдатам Хуаншаня нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах.

Сказав это, Кагари с горечью прищёлкнул языком и продолжил. — ...Вдобавок ко всему, эта операция похожа на то, как если бы я сказал им идти умирать. Это нагло — требовать верности от одноразовых пешек.

— Я ценю ваше беспокойство. Но, пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. Я и другие, кто участвовал в этой войне с горы Ганзан, — добровольцы. Мы должны были погибнуть в предыдущей битве, но нам дали возможность нанести ответный удар по предателям. У меня нет обиды ни на Кагари, ни на Короля Адзуму. Я благодарен им.

Сказав это, Исаги вдруг нахмурился, почувствовав присутствие третьего человека, помимо себя и Кагари.

— Однако мне есть что сказать храму Света, который смотрел вниз на гору Ганзан.

— ...Это возмутительно.

Человек, появившийся в том месте, словно мираж, был одет в белый халат.

— Разве это не ложное обвинение — говорить, что храм Света смотрел вниз на Гору Ганзан, Исаги?

Его внешность с рогами на лбу была такой же, как у Кагари и Исаги. Однако кожа Оукена была белой, а конечности — тонкими. Было очевидно, что он не был воином.

Отношение Исаги к этому Оукену было суровым.

— Неплохо сказано. Тогда позволь спросить, что это за талисман?

Он сказал это и указал на золотой браслет, который был закреплён на его руке.

— Инструмент, с помощью которого можно войти во врата незаметно для предателей, которые наблюдают за ними с орлиными глазами. Я, один из Шестнадцати Копий, никогда не слышал о таком инструменте. Почему храм Света спрятал этот инструмент от Горы Ганзан? Если бы он был у нас, мы могли бы взять ворота сами!..

Пока Исаги обвинял его с дрожащими кулаками, Оукен дважды или трижды поднимал и опускал руки, чтобы успокоить волнение другого.

— Исаги, позвольте мне сначала прояснить одно недоразумение. Если вы думаете, что этот талисман — магический инструмент, который можно сделать за месяц или два, то это ошибка. Это божественный инструмент. Это великое чудодейственное средство, созданное первосвященником, который низвёл бога в своё тело. Только герой, объединивший пять гор, имеет право использовать его. Если бы Гора Ганзан победила Накаяму, мы из храма Света с радостью подарили бы божественный инструмент Горе Ганзан.

— То есть вы хотите сказать, что храм Света не может использовать тех, кто даже не может объединиться, так?

— Такая интерпретация слишком предвзята, должен сказать. Я говорю, что божественный инструмент — это то, что не должно быть легко открыто миру.

На сказанном Исаги раздражённо прищелкнул языком, но от дальнейших вопросов воздержался, зная ситуацию.

Оукен, напротив, сжал плечи, словно боялся гнева Исаги, но выражение его лица ничуть не изменилось.

Кагари молча наблюдал за ними.

Храм Света — это человеческая организация, которая была единственной, кто встал на сторону Киджинов, когда люди предали их в прошлом. Считается, что они помогли и спасли многих киджинов во имя Бога.

Религиозная организация, которая продолжает существовать уже триста лет среди киджинов, поклоняющихся богам-демонам. Среди киджинов, принадлежащих к пяти горам, есть не мало верующих в храм Света, и они не теряют защиты демонических богов, даже если переходят в храм Света.

Среди четырёх братьев Накаямы, объединивших пять гор, тоже есть последователи храма Света. Именно старший брат Кагари, Хакуро, был одним из них. Он был не просто последователем, а высокопоставленным последователем, который участвовал в создании ключа храма в качестве епископа.

Как только что упомянули Исаги и другие, именно благодаря храму Света Кагари и другие смогли проникнуть в Шууто, но само проникновение в Шууто было идеей храма Света — Хакуро, его третьего брата.

...Не нравятся мне планы Хакуро, они всегда оставляют неприятный привкус во рту.

Подумал про себя Кагари. Однако было и много примеров того, что, оглянувшись назад, он понял, было необходимо, независимо от того, насколько неприятным был вкус.

Он был уверен, что и этот план был одним из таких.

— Что ж, тогда давайте поскорее начнём. Исаги, Оукен, вы готовы?

— Конечно.

— Я обещаю вам уверенную победу.

— Хорошо. Тогда начало операции одновременно с моим сигналом. Вы оба, займите позицию!

Исаги и Оукен исчезли с места как туман, ответив соответственно.

Кагари естественным движением спрыгнул с крыши шпиля, ожидая, пока они оба исчезнут.

Кагари сидел на смотровой башне, которая была даже выше, чем огромная городская стена. Расстояние до земли составляло не десять и не двадцать метров.

Если бы кто-то увидел Кагари в это время, он бы запаниковал и подумал, что тот совершает самоубийство.

Конечно, Кагари не собирался этого делать. Он закончил своё падение — вернее, падение на несколько десятков метров — и очень легко приземлился на землю. Он легко приземлился там, где и должен был быть в ужасном состоянии, не сохранив своей первоначальной человеческой формы.

Затем Кагари прижал правую ладонь к близлежащей городской стене. И открыл рот, как будто для того, чтобы что-то произнести.

— ...Джоуджу Экю. Ничто на небе и земле не может избежать разрушения.

Символ Шууто, который ни разу не был разрушен с момента его постройки триста лет назад, и ключ к его защите.

«Поэтому нет ничего, что не могло бы быть разбито моим кулаком. Предводитель Ганзан, великий Бог Войны Чию. Узрите битву Накаямы».

Говорили, что защита была такой толстой, что могла выдержать сотню таранов, и такой прочной, что могла противостоять тысяче заклинаний, превосходя даже золотые стены Города Империи.

Так и было.

— Третье из Четырёх Бедствий — «Разрушение»!

Когда интенсивный кей Кагари ударил по ней, она раскололась с треском.

Трещины медленно, но верно размывали городскую стену. Они выглядели как бесчисленные ползущие змеи, вселяя страх в сердца тех, кто их видел.

Змеи набирали силу по мере увеличения их количества. Теперь скорость трещин была равна скорости бегущего человека, и они в мгновение ока достигли вершины городской стены.

Воины, которые, казалось, заметили аномалию, повысили голос, но Кагари это не волновало. Почему это должно его волновать?

Теперь им было уже поздно обращать на это внимание.

— Начнём, смерды? Это матч-реванш трёхсотлетней давности.

Сказав это, он ударил левым кулаком в стену.

В этот момент великий подвиг был завершён, и городская стена Шууто с грохотом начала рушиться.

Звук огромного колокола, звенящего как гром, эхом отдавался внутри и снаружи столицы Шууто.

За тринадцать лет жизни на этом острове я никогда не слышал такого неистового тревожного звона.

Было очевидно, что причиной тому был огромный выброс Кей, который только что произошёл. Даже сейчас с западного направления периодически доносились громовые раскаты и подземные толчки вперемешку с тревожным звоном.

Возможно, вся западная часть столицы Шууто была стёрта с лица земли. Вот каким огромным был взрыв Кей.

Естественно, всё внимание воинов, окруживших арену, было направлено на аномалию на западе.

Мне, который до сих пор монополизировал взгляды воинов, показалось, что я внезапно превратился из главного героя в статиста.

Честно говоря, я был немного разочарован. Было довольно забавно привлекать внимание парней, которые раньше меня игнорировали. Это была одна из причин, почему я не прикончил земляного паука сразу.

— Ну, это как раз то, что нужно, я полагаю.

Я горько улыбнулся и посмотрел на массу миазмов, которая корчилась передо мной.

Земляной паук уже умирал. Бешенство, последовавшее после того, как я пронзил его красные глаза своим мечом, было буквально его последней схваткой. Его тело уже потеряло свою первоначальную форму и превратилось в чёрный шар.

Я беззвучно вонзил кончик меча в сферу, и из той части, которая была похожа на рот, раздался крик, похожий на скрежет металла, который внезапно прекратился.

Это был конец земляного паука.

В этот момент я превзошёл испытание Стиля Призрачного Клинка.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы подавить чувство удовлетворения, поднимавшееся из груди.

Как я уже ясно сказал в большом зале, сейчас у меня нет намерения присоединяться к Стилю Призрачного Клинка. И всё же, во мне всё ещё живы воспоминания пятилетней давности.

Отчаяние, заполнившее мою грудь, когда я посмотрел на свою пустую руку после того, как был сбит с ног одним ударом меча воина драконьего зуба в этом месте, всё ещё застряло в моей груди.

Сколько раз я просыпался посреди ночи, вспоминая тот момент?

Наконец-то я смог изгнать этот кошмар.

Если бы вокруг меня не было воинов, я, возможно, поднял бы кулак и закричал от радости.

Конечно, я не намерен делать это здесь. Я издал небольшой звук в горле, и это были все эмоции, которые я проявил.

Пока я это делал, вбежал воин, который, похоже, пошел проверить ситуацию на западе. Он опустился на колени перед лордом, запыхавшись, и громко доложил.

— Докладываю! Западная стена рухнула!

При этом сообщении собравшиеся здесь воины вздрогнули.

Гиллмор Берч открыл рот, чтобы высказать свои вопросы.

— Что ты имеешь в виду под рухнула? В смысле кусок отвалился?

— Она полностью обрушилась! Вы можете увидеть внешнюю часть стены с башни этого особняка!

— Что?!

— Мы должны поспешить и укрепить нашу оборону, иначе это будет приглашением монстров в столицу Шууто! Лорд, ваши указания...

Когда воин уже собирался спросить указания лорда, тут-то всё и произошло.

— Ха-а?!

Голос изумления вырвался из уст воинов, включая Гиллмора.

Они почувствовали такой же интенсивный выброс Кей с северного направления, как и раньше. Взрыв и последовавшее за ним сотрясение также были такими же, как и раньше.

То же самое произошло и в восточном направлении.

Было ясно, что они имели в виду. За это короткое время в столице Шууто было просверлено три огромных отверстия.

Дыра настолько большая, что с башни этого особняка можно увидеть внешнюю часть стены. Это не то, что можно перекрыть за день или два.

И больше, эта аномалия не была природным явлением, а значит, был кто-то, кто намеренно создал её.

Удовлетворится ли этот человек тем, что просто проделает дыру в стене? Конечно, нет.

С запада, с севера, с востока. Вскоре поступили сообщения, что орда монстров приближается с каждого направления.

В ответ генералы и вице-генералы со второго по восьмой флаги, собравшиеся здесь, буквально разлетелись по своим позициям. Их примеру последовали воины высших рангов.

Все они были пользователями экипировки души. Даже если бы стена рухнула, они не оказались бы в невыгодном положении против монстров. Кроме того, настоящие элитные воины всё ещё оставались с лордом.

В разгар великой аномалии, которую можно назвать первой за последние триста лет, у семьи Мицуруги оставалась большая свобода действий.

...Проводив их всех, я, наконец, двинулся в путь.

То есть я просто вернул меч в ножны на поясе.

Долг Восьми Флагов Зелёного Леса — защищать столицу. У меня нет необходимости или намерения вмешиваться.

Теперь, когда я победил земляного паука и доказал свою силу, у меня не было причин оставаться здесь. Я вернусь в Ишку как можно скорее.

Нет смысла беспокоиться о могиле моей матери. Неважно, кто нападает, для семьи Мицуруги нет поражения, пока здесь есть святой меча. Могила моей матери будет защищена.

А если враг настолько силён, что сможет победить святого меча? Я ничего не смогу сделать против такого монстра. Уйду я или останусь, результат не изменится.

Если у меня есть время думать о подобных «что если», то более конструктивно было бы побеспокоиться о пути назад. Не думаю, что в этой ситуации пропускной корабль уйдёт, так что на обратном пути мне придется пересекать море в одиночку. Это мой первый раз, когда я побегу через океан на Кей... что ж, это тоже опыт. Я должен быть в состоянии сделать это с моей нынешней силой.

Думая так, я попытался покинуть арену, но кто-то окликнул меня.

— ...Не двигайся, Сора.

С первого взгляда я понял, кто этот человек: светлые волосы, свидетельствующие о его благородной крови, развевались на ветру, а голубые глаза сияли ярким светом.

Его внешность сильно изменилась по сравнению с тем, что было пять лет назад. У него были более короткие волосы, и он стал намного выше ростом. Его лицо также изменилось: из мальчика он превратился в юношу. Сходства с тем, что было пять лет назад, было очень мало. Но его характерный цвет волос и глаз, а главное, взгляд, похожий на лезвие, который пристально смотрел на меня, были безошибочны.

Мицуруги Рагуна. Он был моим братом по отцу.

Конечно, он, вероятно, не считает меня своим братом. О том, что он не намерен праздновать наше воссоединение спустя пять лет, свидетельствовали его суровый взгляд и высокомерный оклик.

Рядом с Рагуной я увидел и Аяку. Она почти не изменилась внешне по сравнению с тем, что было пять лет назад, так что мне даже не пришлось об этом думать.

Глядя на них вот так, они напоминали картину, где пара стоит бок о бок, и они очень хорошо сочетались. Для семьи Мицуруги и для тех, кто служил семье Мицуруги, было хорошо, что они не беспокоились о своём наследнике.

Я искренне так думал. Я не чувствовал боли.

Теперь, когда я думаю об этом, чего я ожидал от этого острова, этого дома и людей, которые здесь живут?

Размышляя о таких вещах, я вежливо ответил Рагуне, который был дворянином империи.

— Со всем уважением, я должен отказаться, милорд.

Я сказал это, но на самом деле не остановил свои ноги.

Рагуна сказал поверх моих слов.

— Я сказал тебе не двигаться — синсу рейки.

В правой руке Рагуны появился великолепный золотой меч. Раньше он орудовал им обеими руками, но теперь он, вероятно, мог управляться с ним одной рукой.

Я пристально смотрел на экипировку души Рагуны. Впервые за пять лет я увидел это сияние. Раньше я чувствовал себя несчастным каждый раз, когда видел этот меч, так как он напоминал мне о разнице между мной и Рагуной.

Поэтому я задумался. Что я чувствовал, увидев этот меч теперь, когда я овладел синсо?

Ответ был таков: я не почувствовал ничего особенного.

Я не испугался и не вздрогнул, как раньше. Я не смотрел на него свысока и не презирал его.

Действительно, экипировка души Рагуны по-прежнему была великолепной и мощной, и я мог сказать, что она накопила гораздо больше силы, чем пять лет назад. Это было доказательством того, что душа Рагуны, как наследника семьи Мицуруги, за эти пять лет выросла правильно и здоровой.

Но и только.

Мне не нужно было настороженно или враждебно относиться к тому, кто не мог достичь даже святого меча, не говоря уже о блистательных близнецах. Мне также не нужно было насмехаться над ним.

Если бы мне нужно было выразить эти чувства одним словом, то это было бы так.

...Несъедобный.

— Я не могу оставить без внимания тот факт, что в этот день, когда элита Восьми Флагов Зелёного Леса собралась вместе, произошёл инцидент. Враг знал, что защита Шууто будет временно ослаблена. Должно быть, это произошло из-за чьего-то предательства.

Когда он говорил строгим тоном, тряся своими длинными светлыми волосами, я пожал плечами в ответ.

— Намекаешь, что я предатель? Это совсем другое дело. Это семья Мицуруги пригласила меня на эту дату. И именно семья Мицуруги решила собрать здесь воинов высшего ранга. Моя воля не имеет к этому никакого отношения.

Это была не столько защита, сколько простая констатация факта.

Не только это, но и то, что именно семья Мицуруги решила провести испытание, изменила противника с воина Драконьего Зуба на земляного паука, и даже позволила воинам Восьми Флагов наблюдать за моим боем.

Все эти вещи были решены семьей Мицуруги.

Я не могу нести за них ответственность. Я сказал ему это без утайки.

Услышав это, Рагуна, не дрогнув, продолжил свои слова.

— Ты знал, что восемь флагов соберутся в годовщину смерти твоей матери, которая не изменилась с тех пор, как тебя изгнали. Другими словами, ты знал, что защита Шууто сегодня ослабнет. Зная это, ты воспользовался случаем и начал действовать, не так ли? Если бы у тебя был месяц времени, ты бы легко собрал свои войска.

То, что сказал Рагуна, было не более чем шизофрения алерт.

Но, с другой стороны, это была и достаточная логика, чтобы задержать чужака без всякой поддержки. Впрочем, в последнем случае это была скорее софистика, чем логика.

Словно угадав мои внутренние мысли, Рагуна произнёс следующие слова.

— В тот день, когда ты вернулся на остров, враг, затаивший злобу на семью Мицуруги, сделал свой ход. В день твоего возвращения произошло то, чего не случалось годами и даже десятилетиями. Последствия этого факта весьма значительны. Как воин Зелёного Леса и наследник семьи Мицуруги, я задерживаю тебя. Если ты откажешься подчиниться, я буду считать это признанием твоей причастности к нападению.

Рагуна с его пронзительными голубыми глазами пристально смотрел на меня, и было ясно, что он серьёзно настроен схватить меня.

Действительно ли он считал меня организатором всего этого, или он просто хотел задержать меня, потому что я был подозрительным? Не может быть, чтобы он просто пытался преследовать меня на основании личных чувств.

Возможно, Рагуна думал так: «Я не хочу, чтобы в критической ситуации вокруг бродили посторонние». Само по себе это было вполне разумное предположение. В конце концов, я продемонстрировал своё безразличие к семье Мицуруги во время нашего обмена мнениями в большом зале. Вполне естественно, что он посчитает неразумным оставлять такого человека, как я, без присмотра.

Действительно, есть вероятность, что я действительно нахожусь в союзе с врагом. Будь я на месте Рагуны, я бы, наверное, запер такого, как я, до тех пор, пока дело не будет решено.

Но, несмотря на это, я совершенно не намерен следовать их требованиям.

Я торжественно спросил своего брата, который готовил экипировку души.

— Понятно. То есть ты хочешь сказать, наследник, что все присутствующие здесь воины — Его Превосходительство Святой Меча, два блистательных близнеца, Сэр Гозу Цима, Сэр Гиллмор Берч и, конечно же, ты, наследник, — беспомощно попались в мой план, а вы все некомпетентны, раз позволили открыть позорную дыру в символе 300-летнего правления Мицуруги, городе Шууто?

Не показывая никакой насмешки, я спросил с серьёзным выражением, заставив лицо Рагуны исказиться, как будто оно издало треск.

— ...Сора, ты

— Прости, слегка переборщил Но, пожалуйста, поймите мои чувства как человека, которого обвинили без каких-либо доказательств. Если позволите, я бы хотел, чтобы вы перестали обвинять меня в том, в чём сами виноваты, что вас застали врасплох и опозорили, не приняв должных мер, привыкнув к обычаю сбора восьми флагов в годовщину смерти моей матери. Стиль Призрачного клинка — это меч экзорцизма и защиты народа. Поступок наследника, который вынуждает совершить преступление, используя экипировку души, — это не то, что должен делать воин, стремящийся защитить страну и спасти мир.

Сказав это, я впервые за всё время изменил выражение лица.

Я дёрнул щекой, как бы насмехаясь над ним, приподнял уголок рта, как бы усмехаясь, и в то же время мягко сузил глаза, как бы обращаясь к своему младшему брату.

— Чего ты так боишься, Рагуна?

В следующее мгновение фигура Рагуны исчезла из моего поля зрения.

В то же время я слегка наклонил голову.

Разница была на волосок, нет, даже на пол волоска. Золотое лезвие меча выскочило из-за спины, едва задев то место, где мгновение назад была моя голова.

В мече не было убийственного намерения, и даже если бы я не пошевелил головой, я бы, вероятно, не умер. Однако нет сомнений, что моя голова была бы рассечена довольно грубо.

Прежде чем меч можно было отвести, я схватил лезвие, чтобы заблокировать движения моего противника. Золотое лезвие пробило мою защиту Кей, и моя рука пропиталась кровью, но я продолжал крепко сжимать его, не беспокоясь.

Затем сзади меня раздался низкий, сдавленный голос.

— ...Думаешь я боюсь такого как ты?

— Вроде да. Зачем ещё крестьянину вила в руке?

— Молчать! Я достал свою экипировку души, чтобы преподать тебе урок за твоё высокомерие!

— Призвав своё синсо, ты признаёшь, что не можешь преподать мне урок без него. Если подумать, то пять лет назад ты делал тоже самое. Я думал, что это из триумфа, но... может быть, ты всё это время боялся? Волновался, что я могу однажды вернуться?

— Я сказал тебе молчать!

Когда Рагуна закричал, от лезвия меча, за которое я схватился, пошло обжигающее тепло.

Предвидя, что произойдет дальше, напряжение пробежало по моему телу.

— Жни...

— Ладно, достаточно.

Именно в этот момент Рагуна пытался достать свою экипировку души.

Между мной и Рагуной раздался мягкий голос.

Голос был прохладным и освежающим, как ветер, гуляющий по лугу, и принадлежал он Аяке Азурит.

— Ладно, хватит.

Когда Аяка сказала это и встала между мной и Рагуной, я рефлекторно нахмурилась.

Она была быстрой, подумал я. Я уловил предыдущее движение Рагуны, но не смог уловить движение Аяки.

Казалось, за последние пять лет танцовщица ещё больше отшлифовала свою грацию.

Пока я думал об этом, я услышал голос Аяки сзади меня. Он был обращён не ко мне, а к Рагуне.

— Рагуна, убери свой меч.

— Отпусти меня, Аяка. Этот парень оскорбил честь воина. Я должен отдать ему должное.

— Это не значит, что ты должен достать свой меч. Я не хотела вмешиваться в вашу братскую ссору пять лет спустя, но если вы собираетесь убить друг друга, я вас остановлю.

— Глупости. У меня нет брата.

Презрительным голосом выплюнул Рагуна. Но, вопреки его голосу, лезвие экипировки души, которое я держал в руках, в одно мгновение потеряло свой жар и исчезло в воздухе, словно расплавилось. Рагуна убрал своё синсо в соответствии со словами Аяки.

Я планировал сломать его, как и с Гозу, но не повезло.

Не знаю, было ли действие Аяки настолько продуманным, но в результате я почувствовал, что она ловко испортила мне настроение.

Поскольку я был в растерянности, что делать со своими эмоциями, похожими на несварение желудка, я повернулся лицом к ним двоим.

Мой бывший брат и такая же невеста, особенно последняя, смотрели на меня. Её хорошо очерченные губы цвета вишни шевелились, и она собиралась что-то сказать мне.

И тут, словно не замечая моего взгляда на Аяку, Рагуна шагнул вперёд. Он встал между мной и Аякой и открыл рот с мрачным выражением лица.

— Сора, ты...

Рагуна говорил пылким тоном. Но его голос был лишь звуком, который потряс мои уши, и не дошёл до моего мозга в виде осмысленных слов.

Всё потому, что моё внимание было сосредоточено на Аяке, которая стояла позади Рагуны.

На первый взгляд казалось, что Аяка оставила разговор с Рагуной и молчит. Но движения её глаз, рта и руки, убирающей волосы на лбу, основывались на одном правиле, которое вращало смысл.

Я был единственным в этом месте, кто это заметил.

Мы с Аякой были товарищами по играм с самого детства. Наше положение обручённых также помогало нам часто действовать вместе, и пока мы не узнали пол друг друга, мы были, вероятно, лучшими друзьями.

Мы многое делали вместе.

Джао Энзацукен, о котором Ибуки, племянник Гозу, упоминал ранее, был одной из техник, которые мы с Аякой придумали вместе. Было и много других вещей, о которых знали только мы двое, например, тайные ходы и секретные базы.

В детстве нам было так весело делиться секретами, которые знали только мы двое.

И одним из таких секретов был «код, который могли понять только мы вдвоём».

Конечно, поскольку это был код, придуманный детьми, он не мог передавать сложное содержание. Но в результате того, что Аяка, которая была одержима подобными вещами, излишне разволновалась, мы создали код, который мог передавать короткое содержание незаметно для окружающих нас резких взрослых.

Аяка использует его сейчас.

Конечно, меня не переубедить воспоминаниями о детстве. Если бы Аяка рассказала мне что-то о себе, я бы усмехнулся и проигнорировал её.

Но то, что Аяка рассказала мне, было не о себе. И это было не то, что я мог проигнорировать, сказав, что мне нет дела до острова.

Похоже, моя бывшая невеста всё ещё хорошо знает мои слабые стороны.

Я, естественно, прищёлкнул языком от этого факта.

◆◆

— Захватим его, мой лорд?

Диалто Берч, генерал Первого Флага, коротко спросил своего лорда, когда Сора, который обменивался словами с Рагуной Мицуруги и Аякой Азурит, исчез.

Это было высокоскоростное движение, выполненное ногами в Стиле Призрачного Клинка. Это был бы быстрый трюк, который большинство воинов не смогли бы уловить глазами, но Диалто смог схватить Сору, не сдвинувшись ни на шаг с этого места.

Доводы Рагуны были грубыми, но Диалто чувствовал то же самое, не желая, чтобы в этой чрезвычайной ситуации вокруг бродили посторонние. В этом смысле Диалто одобрил действия Рагуны.

В ответ на это, Шикибу Мицуруги был краток.

— Оставьте его в покое.

— Да, господин.

— Да.

Тогда Шукуя Кумен, вице-генерал, повысил голос.

— Мой лорд, что нам делать с тем, кто проделал дыру в городской стене? Я подозреваю, что он грозный эксперт, судя по его предыдущей кей. Кроме того, есть ещё вопрос об отдельном отряде, который привёл монстров из-за острова в Шууто. Не следует ли нам послать подкрепление из Первого Флага?

Шикибу не сказал «неважно» на это предложение Шукуи.

— Диалто — на запад, Шукуя — на север, Гозу — на восток. Уничтожьте монстров, которые войдут в Шууто.

— Да!

Одновременно все трое кивнули, и Шикибу продолжил.

— Вам нужно обращать внимание только на монстров снаружи. О внутренних не беспокойтесь.

— Это... вы хотите оставить в покое того, кто сделал дыру?

Нерешительно спросил Шукуя, и Шикибу непринуждённо кивнул.

— Он демонстративно сломал городскую стену и заставил нас выглядывать наружу, а потом напал изнутри. Это обычная тактика ведения войны. Целью врага должен быть этот особняк.

— Вы намерены сами противостоять врагу, мой лорд? Как ваш вассал, я бы хотел, чтобы вы передумали...

— Это не имеет значения, нет уверенности, что враг доберётся так далеко. Вы должны идти быстро.

Никто не возражал против второго приказа.

Диалто быстро пошёл на запад, Шукуя тихо — на север, Гозу с силой — на восток. Трое сильнейших людей на Острове Демонов исчезли из поля зрения своего лорда с характерными движениями ног.

Остался только Шикибу, его лицо не позволяло никому расслабиться.

Привратник резиденции Мицуруги первым заметил мужчину.

Мужчина медленно поднимался по длинной лестнице, соединяющей Шууто и резиденцию Мицуруги, делая каждый шаг, словно убеждаясь в существовании грунта под ногами.

Его фигура возвышалась, словно пронзая облака. Его голова была покрыта слоями ткани, а на губах играла бесстрашная улыбка. Смело обнажая своё мускулистое тело, мужчина приближался шаг за шагом. Привратники слева и справа, охранявшие ворота, не могли не насторожиться.

Охрана резиденции Святого Меча и его семьи не должна присутствовать ради галочки. Оба привратника были воинами Первого Флага.

Минимальным требованием для вступления в Первый Флаг было владение секретами Стиля Призрачного Клинка. Другими словами, эти двое были пользователями Экипировки Души.

Тем не менее, они почувствовали подавляющее присутствие приближающегося человека. Их пугали фанатизм в его глазах, острота клыков, выглядывающих из уголков губ, и вихрь боевого духа, исходящий от всего его тела.

Конечно, воину Стиля Призрачного Клинка было непозволительно пугаться неизвестного противника. Привратник собрался с силами и окликнул мужчину.

— Стойте! Вы выглядите незнакомо. По какому делу вы следуете к резиденции?

— Дела, говорите?

Мужчина продолжал идти, искренне смеясь, как будто он был поражён.

— Пхахахах! Вы, предатели, такие беззаботные! В ситуации, когда враги уже приближаются, глупо спрашивать о своих делах у нарушителя, проникшего во внутреннее святилище. Абсолютная глупость! Что ещё я тут мог забыть, кроме ваших голов?!

— Тц! Синсу Рейки...

— Слишком медленно, челядь!!!

С громоподобным криком мужчина внезапно увеличил скорость. Лестница под его ногами взорвалась, а его массивное, похожее на медведя тело превратилось в порыв ветра и устремилось на привратников.

К тому времени, как они это поняли, кулак мужчины глубоко вонзился в живот привратника. Это был не обычный кулак. Пронизывание Кей — техника, при которой противник наносит удар кулаком, пропитанным мощной Кей, затем посылает Кей внутрь противника и взрывает в момент проникновения. Стальные доспехи и даже прочные барьеры Кей были бессмысленны против этой техники.

Воин Зелёного Леса, облачённый в синее хаори с мощными чарами, не смог помешать Пронизыванию Кей неизвестного.

— Чт-кхаа?!

Сотрясающий удар пронесся по телу привратника, и в следующее мгновение из его рта хлынул поток крови. Его внутренние органы были раздавлены, перемешаны и разорваны Кей. Среди разбросанных на каменной мостовой кровавых пятен, похожих на рвоту, были сгустки крови, смешанные с тем, что казалось частями его органов.

Излишне говорить, что удар был смертельным. К тому времени, когда привратник рухнул на кровь, которую он выплюнул, он уже был не от мира сего.

Конечно, мужчина не стал неспешно констатировать смерть своего противника. Взмахнув кулаком в первого привратника, он бросился ко второму.

Этот привратник едва успел материализовать Экипировку Души, но вторженец не стал вдаваться в подробности и схватил правой рукой лицо стражника. Затем, используя только силу рук, он поднял тело привратника.

— Аа-ааа!..

Как бы демонстрируя невероятную силу мужчины, череп привратника скрипел и стонал под давлением.

Отчаянно пытаясь вырваться, привратник размахивал своей экипировкой души, издавая при этом болезненный крик. Однако оружие, которое должно было воплощать великую силу Анимы, отскочило назад с металлическим лязгом, ударившись об открытую кожу мужчины.

— Как слабо! Как медленно! Даже будучи пользователем экипировки души, ты не можешь правильно обнажить клинок против противника, которого ты объявил врагом?!

— Г-а-а... А-а-а?!

— Они несравнимы с предателями по ту сторону ворот. Другими словами, их ряды не так глубоки. Если мы сможем проникнуть в их ряды, то будем манипулировать ими, как захотим.

При этих словах мужчина разразился искренним смехом, его живот затрясся.

— Хахахаха! Одной этой информации достаточно, чтобы моя жизнь стоила того! Я думал забрать с собой в загробный мир как можно больше предателей, но с этим я мог бы забрать всех на острове!

Правая рука мужчины вздыбилась и стала выпуклой. Его сокращающиеся мышцы двигались как волны, концентрируя всю силу в кончиках пальцев, чтобы размозжить череп привратника.

В этот момент захваченный привратник уже не мог издать ни звука, его хлипкое тело беспомощно болталось в воздухе.

Мужчине потребовалось ещё немного усилий, чтобы размозжить череп привратника. И у него не было причин медлить...

— Ступай вперёд, стань авангардом загробного мира вместе со своими товарищами и доложи Королю Энме. Отныне люди будут скатываться как с горы!!!

В тот самый момент, когда мужчина собирался разбить лицо привратника своим смехом, он в последний момент разжал хватку и быстро отпрыгнул назад.

В последнюю секунду в том месте, где была правая рука мужчины, прорезалась полоса света.

С грохотом привратник рухнул на землю, но мужчина не удостоил его взглядом, сосредоточившись на новом появившемся враге.

Молодой человек с золотым мечом, изогнутым как серп, не дрогнул под его взглядом и произнес.

— Я Мицуруги Рагeна. Назови своё имя, если оно у тебя есть, глупец. Мне нужно маркировать отсечённые головы, которые я собираю.

— Пха-хаха! Появился бойкий юнец. Я хотел бы сказать, что у меня нет имени, которое можно было бы выдать предателям, но в обмен на то, что ты открываешь своё, я скажу тебе. Моё имя — Исаги, старший из Шестнадцати Копий, прославившихся своей храбростью при Короле Горы Ганзан, Гиене!

Когда Рагуна проговорил, мужчина — Исаги — снял ткань, обёрнутую вокруг его головы, обнажив блестящие чёрные рога.

Увидев их, в глазах Рагуны мелькнул острый блеск.

— Киджин. Беспорядки у стен замка — это тоже твоих рук дело?

— Да, это так. А теперь позволь мне спросить тебя вот о чём. Ты только что назвал себя Мицуруги — являешься ли ты одним из Мицуруги?

Тон Исаги, который до этого был безудержным и открытым, внезапно приобрёл скользкое качество.

Крайняя ненависть и негодование прилипли к его языку, как масло, клеясь к словам, извергающимся из его рта.

Его широко раскрытые глаза налились кровью от последствий сильной ярости и окрасились в ярко-красный цвет, как молотая вишня.

Недалеко от Исаги Аяка Азурит, появившаяся благодаря разрезающему ветру, поднимала упавшего привратника. Однако Исаги даже не взглянул на неё, устремив свой взгляд исключительно на Рагуну, словно бросая ему вызов.

Рагуна отразил взгляд, который убил бы обычного человека одним лишь взором, головой вперёд.

— Как у Мицуруги, у меня нет никаких скрытых целей. Мы — хранители демонических врат, унаследовавшие кровь и волю святого меча первого поколения, который основал Стиль Призрачного клинка. Мы — естественные враги Киджинов, поднявшие знамя истребления демонов и запечатывания их богов. Я — Рагуна, сын святого меча 17-го поколения Мицуруги Шикибу. Скажи Королю Энме в аду, Киджин. Ты был побеждён законным преемником Мицуруги.

Как только Рагуна раскрыл свою личность, в глазах Исаги мелькнула эмоция, отличная от ненависти.

Если бы пришлось назвать эту эмоцию, то ближе всего подошла бы радость. Исаги разразился громовым смехом, потрясшим небеса, и возблагодарил богов за свою удачу.

— Ха-ха-хахаха!!! Какая неожиданная удача — так скоро встретить лидера предателей! Должно быть, это божественное руководство великого Чию! Лорд Гиен, отныне твоё копьё номер один будет разить потомков вероломных, презренных и вульгарных предателей. Пожалуйста, засвидетельствуй это!

Прорычал Исаги.

Затем он громко расчехлил свою Экипировку Души.

— Синсу Рейки — Охота на Солнце!

◆◆◆

Особняк находился в самом центре Шууто, недалеко от резиденции Мицуруги.

Особняк был просторным, а его конструкция — прочной. Внешние стены, окружающие особняк, также были прочными, они спроектированы как крепость для защиты резиденции Мицуруги в случае вторжения врага в Шууто.

Как видно из одного этого факта, владелец особняка должен был быть правой рукой главы и вассалом семьи Мицуруги.

Когда-то особняк принадлежал престижной семье Скайшип с Острова Демонов. Однако в эту эпоху семья Скайшип пошла по пути упадка, а вместо неё на вершину славы поднялась семья Берч.

В результате право собственности на особняк перешло от Скайшипов к Берчам. В ответ на требования Гиллмора престарелый глава семьи Скайшип долго сопротивлялся, но в конце концов не смог противостоять Гиллмору, который передал приказ главы церемоний Мицуруги.

В особняке Скайшип, который теперь переименован в особняк Берчей, имелась большая подземная тюрьма, предназначенная для функционирования в качестве крепости в военное время. Возможно, она предназначалась для захвата вражеских солдат, а возможно, для поимки предателей, которые пытались связаться с врагом.

В любом случае, подземная тюрьма, безусловно, существовала. И Гиллмор использовал эту тюрьму даже в мирное время. Он отлавливал некомпетентных лиц и предателей, наказывал их, а иногда использовал её как место для утилизации.

...Кап-кап, — раздался звук капель воды, пробивающих пол.

Само по себе это не было чем-то необычным для тех, кто проводил время в этой подземной тюрьме. Однако сегодня раздавался не только звук воды, но и другой звук.

С некоторых пор земля постоянно тряслась, причем вибрация была такой силы, что казалось, сама подземная тюрьма может рухнуть.

Клайра Берч, отчаянно цепляясь за своё сознание, которое, казалось, было на грани угасания, пыталась ощутить окружающую обстановку.

Поскольку камеры в подземной тюрьме особняка Берч окружены стенами, невозможно понять, есть ли там другие заключенные или нет. Повышение голоса может привести лишь к наказанию кнутом. Это было справедливо даже для Клайры, приёмной дочери семьи Берч и добросовестного воина Зелёного Леса.

Если бы она захотела, она могла бы вызвать свою юкипировку души, но это, скорее всего, привело бы к тому, что клинья, вбитые в её тело, разорвали бы её плоть, причинив мучительную боль. Тело Клайры слегка задрожало, когда она вспомнила о своём детстве.

В настоящее время руки Клайры были связаны за спиной, и они были подвешены, заставляя её находиться в положении, как будто она простёрлась ниц. Даже если бы её конечности были свободны, она, несомненно, и не подумала бы попытаться сбежать.

Даже без ошейника, наручников или ножных манжет она понимала, что является пленницей. Ей объяснили это с детства... очень давно.

— ...В любом случае, что за тряска?

Сначала она подумала, что это землетрясение, но для этого прошло слишком много времени. Она также рассматривала возможность нападения огромного монстра, но какой монстр может производить вибрации достигающие глубин особняка, расположенного в центре Шууто?

Если это было мифическое существо, как появившееся в Ишке совсем недавно, то, похоже, оно способно вызывать такую дрожь... Как раз когда она об этом подумала, Клайра неожиданно издала небольшой стон.

— ...Ку-ух!..

У Клайры, которая была одета в потрёпанное кимоно — говоря прямо, просто лохмотья — было несколько слоев ран, похожих на кнуты, идущих вдоль её затылка, открытых верхних рук и бёдер. Некоторые раны сочились красной кровью, указывая на то, что они не старые.

...Если бы Климт увидел её в нынешнем состоянии, ситуация была бы ужасной.

В уголке своего угасающего сознания она подумала об этом и невольно улыбнулась. С точки зрения стороннего наблюдателя её лицо, скорее всего, показалось бы искажённым, но она и сама размышляла над этими ненужными мыслями.

Возможно, это был инстинкт, призванный облегчить боль, охватившую всё её тело.

В этот момент земля снова задрожала. Пол, стены и потолок издали пронзительный звук, похожий на крик.

Пока Клайра размышляла о том, может ли она оказаться погребённой под землей и погибнуть здесь, она услышала какой-то звук. Мощный звук шагов, топающих по полу — топ, топ, топ — донёсся до её ушей.

Словно проверяя каждую камеру по очереди, звук изредка приостанавливался, но медленно и верно приближался к камере Клайры...

— Ты в ужасном состоянии, хах.

Произнеся это несколько раздраженным голосом, Клайра Берч удивлённо расширила глаза, увидев перед собой фигуру Мицуруги Соры.

— ...Почему Сора здесь?..

Хриплый голос Клайры вопрошал о правде.

— Я услышал от Аяки, что ты здесь. Пришёл узнать, как у тебя дела.

Клайра моргнула глазами, услышав имя своей одноклассницы.

— Аяка?..

— Да. Кажется, она беспокоилась о тебе, потому что ты долго не появлялась.

Информация, которую дала мне Аяка, была точной, это «Клайра» «не там» «семья Берч» «подполье».

Она не сказала мне «помоги» или «пожалуйста» или «сейчас, когда враг нападает, охрана семьи Берч должна быть ослаблена, так что это хорошая возможность пробраться внутрь» или что-то в этом роде.

У неё не было причин жаловаться, даже если бы я её проигнорировал. Будь на её месте Климт, мне бы вообще было плевать.

Однако я не мог заставить себя игнорировать Клайру. Как бы там ни было, мы жили под одной крышей, ели из одного котла и вместе оттачивали мастерство владения мечом. Последнее можно было бы перефразировать как кормушка душ, но в любом случае, при таком количестве отношений, чувства тоже передавались.

Сиель, Сузуме и Мирослава, на которых напала Клайра в Ишке, тоже в конце концов смирились с Клайрой. У Клайры, должно быть, тоже были какие-то мысли, и она была вежлива с теми, на кого напала.

Вспомнив о таких вещах, я спросил Клайру, которая была связана по рукам и ногам.

— Итак, почему с тобой обращаются как с серьёзной преступницей? В наказание за проигрыш мне, Гозу и Климт разгуливали с мечами наперевес.

— ...То есть...

Клайра колебалась из-за крепких железных прутьев.

Но вскоре она решила, что скрывать это бессмысленно, и начала говорить низким голосом.

По её словам, наказание, которое семья Мицуруги назначила Клайре, было всего лишь заключением, а ситуация, в которой сейчас находилась Клайра, была частью внутреннего наказания Гиллмора, главы семьи Берч.

Гиллмор был в ярости на двух своих приёмных детей, которые проиграли мне и запятнали имя Берчей, но он не стал так сурово наказывать Климта. Должно быть, он по-своему ценил брата с сестрой, которые принадлежали к золотому поколению.

Но он был движим гневом, который превзошёл его эмоции и расчёты в отношении Клайры, и назначил ей суровое наказание.

Причиной этого было...

— ...Когда я жила с Сорой в Ишке, мне показалось, что там было удобнее, чем в доме Берч. Глава дома был в ярости, когда узнал, что я неблагодарная...

Клайра смущённо опустила глаза.

Я не мог не наклонить голову.

Более комфортно? Ты всё время была под наблюдением, не так ли? ...А, может, дело в еде?

Клайра осознавала своё положение заложницы и была осторожна во всём, но она не могла устоять перед стряпнёй жрицы Сары и часто просила добавки.

Я задался вопросом, не в этом ли причина её комфорта, но Клайра слегка покачала головой.

— Я чувствовала себя так с тех пор, как оказалась в той большой пещере до того, как обо мне позаботились дома у Соры.

— ...Как же тяжело жить тут, а?

Дом, который был более неуютным, чем гнездо короля мух, насколько холодным и мрачным был дом Берчей.

Я не мог не испытывать отвращения, продолжая.

— Ну, хорошо, я сочувствую тебе, но ты не должна была так откровенно говорить о своих истинных чувствах, не так ли?

— Вы ведь знаете об «Обнаружение Лжи», не так ли, Сора?

С этим одним словом я всё понял. Понимаю, это было очень похоже на Гиллмора, нет, это было похоже на Гиллмора в высшей степени.

Я понял общую ситуацию и снова посмотрел на Клайру, стоявшую передо мной.

Её заставили сесть на землю, связав руки за спиной, и высоко подняли их. Казалось, что она склоняется передо мной — нет, не казалось, а именно это и хотел сделать тот, кто заставил Клайру занять такое положение. Каждый раз, когда он посещал тюрьму, он хотел, чтобы Клайра склонялась и приветствовала его.

Шрамы, идущие вертикально и горизонтально на её белых конечностях, тоже причиняли боль. Большинство из них можно было стереть с помощью магии или химикатов, но некоторые шрамы могли остаться.

— ...Ты не можешь сбежать, используя экипировку души? Нет, Гиллмор наверняка принял меры и против этого.

— Как вы и предполагали. Не то чтобы я не могла использовать силу, но... я не намерена убегать. Я в долгу перед главой дома за то, что он воспитывал меня до сегодняшнего дня. И я не могу оставить Климта.

— Он с радостью последует за тобой. Он не из тех, кто будет молчать, зная, что его сестра в такой ситуации.

Когда я это сказал, Клайра слабо улыбнулась.

— Да, вы правы. Но за этим выбором стоит жизнь в борьбе с преследователями. За триста лет истории семьи Мицуруги нет ни одного воина, которому удалось бы успешно сбежать с острова. Я не могу втянуть своего брата в этот путь.

— Значит, ты не можешь убежать, да. Понятно.

Сказав это, я фыркнул через нос.

Я пришёл сюда по словам Аяки, думая, что смогу помочь Кларе сбежать, если она захочет.

Я знаю лояльный характер Клайры. У меня также была идея заручиться поддержкой поставщика с анимой, если всё пойдёт хорошо.

Но если бы сама Клайра не захотела, это была бы совсем другая история.

Когда я спас Сузуме и Клаудию, они задыхались в ситуации, когда не могли ничего сделать своими силами. Но всё же они пытались что-то сделать. Вот почему я хотел помочь им.

Но Клайра была другой. У Клайры была сила. У неё была сила разорвать цепи, которые семья Берч установила для неё, но она приняла своё нынешнее положение по собственной воле, учитывая благодарность, которую она испытывала к ним, будущее её брата, угрозу преследователей и так далее.

Поэтому моё вмешательство было бы излишним.

Для меня путь, который выбрала Клайра, выглядел тупиковым, но она, видимо, видела что-то другое.

— Я зря потратил время. Скорее стал на твоём пути.

Сказав это, я безо всякого сожаления повернулся на пятках.

И тут я услышал сзади голос Клайры, в котором звучала паника.

— Сора!

— Что?

— Ну... почему вы здесь? Вы сказали, что слышали обо мне от Аяки, но у вас нет причин беспокоиться обо мне, не так ли?

— Мне было скучно, потому что мне не с кем драться лоб в лоб, раз уж я тебя отпустил. Я подумал, что помогу тебе сбежать и сделаю так, что ты будешь мне обязана, если захочешь.

Не скрывая ничего, я выдал свои внутренние мысли, и Клайра несколько раз открывала и закрывала рот, не зная, что сказать.

В этот момент с земли донеслась серия громких звуков. Это было слишком близко для последствий битвы на стенах. Возможно, кто-то где-то поблизости последовательно использовал техники кей.

Вся подземная тюрьма задрожала, пол, стены и потолок заскрипели. Я смахнул упавшую пыль и достал из кармана маленькую бутылочку с лекарством. Это была длинная круглая бутылка, в которую авантюристы наливали зелья.

Я бросил её в Клайру через щель в железных прутьях. Бутылочка попала в цель и покатилась к Клайре на колени.

— Сора, это...?

— Это особое целебное зелье, созданное «Мечом Кровопролития». Оно восстанавливает физическую и магическую силу, а также хорошо помогает против яда и проклятий. Ты сказала, что не хочешь бежать с острова, но ты же не хочешь умереть здесь, зарывшись в земле? Используй его вместе с экипировкой души, когда понадобится.

Клайра ранее говорила, что не может использовать свою экипировку души насильно. Гиллмор, должно быть, наложил на неё проклятие или вбил в неё клин, чтобы ограничить.

Если бы подземелье обрушилось, Клайре пришлось бы использовать синсо, чтобы освободиться. Но если бы тогда сработала ловушка Гиллмора, она не смогла бы убежать.

Бутылочка с лекарством, которую я бросил, была как раз для этого времени. Если она выпьет, то сможет свести к минимуму эффект от уловки Гиллмора. Это был редкий предмет, содержащий много драконьей крови. Достаточно, чтобы прорваться через завал и выбраться на поверхность.

— Спа...

— Мне всё равно, если ты просто отдашься Гиллмору. Ну, береги себя, Клайра Берч.

Я оборвал слова Клайры, которые она собиралась сказать, и быстро покинул это место.

Её голос не последовал за мной.

За мной следовали два красных глаза.

На западе Шууто шла ожесточённая битва между монстрами, устремившимися к рухнувшей городской стене, и встретившими их воинами Зелёного Леса.

Сила чудовищ Острова Демонов, усиленная магией, просочившейся из демонических врат, была несравнима с теми, что обитали на континенте. Монстры шли огромным роем, словно облака и туман, и если бы они столкнулись лоб в лоб, то даже регулярная армия Ад-Астеры была бы сметена.

На этот раз натиск выдержало Восьмое Знамя, в котором было больше всего новобранцев среди Восьми Знамён Зелёного Леса.

Генерал Восьмого Знамени, возглавлявший большое количество новобранцев, был осторожным человеком. Обычно он выбирал тактику уменьшения количества монстров путём обстрела магическими и техниками кей с вершины городской стены, а затем выдвигал вперёд пользователей экипировки души, чтобы избавиться от врага в ближнем бою. Оставив промахи новобранцам, он мог свести ущерб к минимуму.

Но теперь, когда городская стена была сильно повреждена, существовал большой риск позволить монстрам проникнуть в город. В Шууто, который находился под защитой Восьми Знамён Зелёного Леса, было недопустимо, чтобы даже один из десяти тысяч человек пострадал от монстров.

Поэтому Восьмой Флаг занял оборонительную линию за пределами городской стены, не полагаясь на неё, и столкнулся с ордой монстров.

Конечно, они поставили на передний край лучших воинов флага, которые пользовались экипировкой души, и максимально снизили нагрузку на новобранцев, но врагов было много. Более того, они появлялись как с неба, так и из-под земли. Неопытным новобранцам не понадобилось много времени, чтобы быть поглощёнными ожесточённой битвой.

— Синсу рейки — повесь и убей, Повешенная Женщина.

Раздался звук ломающейся шейной кости.

Один из воинов-знаменосцев в синем хаори Восьми Флагов Зелёного Леса упал на землю, выплёвывая кровь изо рта. Это был молодой воин флага, которому, вероятно, ещё не исполнилось и двадцати лет.

Тот, кто топтал его спину грязными башмаками, был худым киджином с рогами на лбу. Звали его Кифу. Воин, который вместе с Исаги входил в число Шестнадцати Копий Ганзана.

В его руке была чёрная струна, которая только что раздробила шейную кость воина-знаменосца, и она блестела, словно была мокрой.

— Уже десятый. Это результат всего лишь четверти часа, хе-хе, греет душу. Так-то большинство воинов флагов на этой стороне не освоили экипировку души. Я могу вешать их сколько угодно.

Сказав это, он негромко хмыкнул и начал двигаться так, словно хотел спрятаться в тени прыгающих вокруг монстров.

Не то чтобы монстры считали Кифу союзником. Они просто не могли его воспринимать.

Повешенная Женщина, также известная как Повешенный Демон. Используя природу злого демона, который внушает другим мысли и доводит их до самоубийства, Кифу поместил себя за пределы восприятия монстров.

Повешенный Демон не только подстрекает к самоубийству, но иногда душит цель собственными руками. Чёрная верёвка в руке Кифу была экипировкой души для убийства — скрытым оружием.

Кифу проплыл через море чудовищ, подкрадываясь к сражающимся воинам флагов и удушая их одного за другим.

Его манера боя была не манерой воина, а манерой убийцы, и это была презираемая тактика среди киджинов, которые ценили честный и справедливый бой. На него смотрели свысока не только враги, но и союзники, и какого бы боевого мастерства он ни достиг, его не хвалили и не признавали. Напротив, его часто критиковали за трусливый способ ведения боя, который порочил гордость киджина и унижал экипировку души, которая было благословением демонических богов.

Единственным человеком, который признавал Кифу, был Гиен, Король Ганзана.

— Все анимы наших киджинов связаны с богами-демонами. А разве Чию не бог воинов, который разработал все виды оружия? Другими словами, твоя экипировка души также показывает один из аспектов демонических богов. Чего тебе стыдиться? Ходи с выпяченной грудью!

В прошлом Гиен остановил Кифу, который шёл с согнутой спиной во дворце Ганзана, и, наполовину заставив его выслушать свои проблемы, сказал так и ударил своего подчинённого по спине.

— Солдаты хитры. Пусть те, кто жалуется на трусость и вероломство, говорят, что хотят! Они просто завидуют твоей воинской доблести. Однако это моя вина, что я позволил таким извращенцам бесчинствовать. Я должен извиниться перед тобой. Я должен положить конец этой тенденции, когда недовольные люди пытаются восполнить недостаток боевых навыков своими словами.

Сказав это, Гиен сделал то, что сказал, немедленно повысив Кифу до одного из Шестнадцати Копий, и наставил всю армию, что правильный путь — это не инструмент для принижения других.

Это было драгоценное воспоминание, которое Кифу не мог забыть никогда в жизни. Он боролся, боролся и боролся, чтобы сделать Гиена, который был у него в долгу, правителем пяти гор — но в конце концов потерпел неудачу.

Когда он узнал, что будущее, на которое он надеялся, навсегда исчезло со смертью его господина, Кифу сразу же подумал о том, чтобы последовать за ним в мир иной. Он изменил своё решение, лишь взяв с собой Кагари, убившего его лорда.

Но когда он услышал от Исаги, своего товарища по Шестнадцати Копьям, о последних минутах жизни Гиена, он снова передумал. Гиен доверил своего преемника Кагари и других Накаямы. Он был бы недоволен, если бы Кифу взял Кагари с собой на смертный путь. Именно Исаги остановил Кифу, который на этот раз собирался последовать за ним на смерть.

Если я всё равно умру, почему бы мне сначала не отомстить предателям, — он принял приглашение и пришёл на Остров Демонов. Он совсем не надеялся выжить. Ему было всё равно, что с ними обращаются как с одноразовыми пешками. Он убил столько воинов флагов, сколько смог, и сделал их подношениями для Гиена в подземном мире. Это было всё, чего хотел Кифу.

— Но я не ожидал, что люди окажутся такими хрупкими. В таком темпе я могу убить их раньше конца своего бытия.

Он негромко хмыкнул и оглядел вражеский лагерь. Кифу мог манипулировать мыслями не только монстров, но и людей. С людьми было гораздо легче иметь дело, чем с монстрами, чей интеллект был неопределённым.

Поэтому Кифу подкрался к лагерю Восьмого Флага, смешавшись с монстрами.

Само собой разумеется, что прямое убийство вражеского генерала через повешение больше улучшит ситуацию, чем уничтожение каждого пехотинца по отдельности. Кифу огляделся в поисках следующей цели.

Его взгляд прошёлся по вражескому лагерю на земле, а затем случайно обратился к вершине разрушенной городской стены, и в этот момент.

...Наши глаза встретились.

Он стоял на высокой стене, высокомерно глядя вниз на людей и монстров, сражающихся внизу, и наши глаза встретились.

Лицо было белым и красивым, как у куклы. Длинные чёрные волосы, как у женщины. Его внешность, которую можно было бы назвать слабой только по внешнему виду, почему-то заставила меня вздрогнуть.

Его взгляд, точно уловивший движение Кифу, скрытого монстрами, был острым, как игла, а давление, которое он оказывал, было подобно слону на его плечах. Несмотря на то, что расстояние между нами должно было быть большим, он чувствовал себя так, словно к его горлу прижали лезвие, и Кифу вздрогнул.

Это плохо, почувствовал Кифу. Он отбросил своё самообладание, которое сохранял ещё мгновение назад, и побежал.

Это плохо. Этот человек беда. Он почувствовал это.

Он не надеялся выжить. Он не боялся смерти в бою. Он предпочёл бы умереть от руки сильного врага.

Но он ненавидел, когда его топтали. Он не хотел быть раздавленным, как букашка. Если бы он сражался с ним, то был бы убит вместе с монстрами. Он был именно таким существом.

Интуиция Кифу оказалась верной. Реакция была быстрой.

Но она никак не повлияла на результат. Даже если бы Кифу заметил присутствие человека раньше и начал действовать раньше, результат не изменился бы.

В тот момент, когда человек вышел на поле боя, все факторы потеряли своё значение, и только результат бойни был определён.

Этот человек — Диалто Берч был именно такой силой.

— Синсу рейки — пряди, грубый шелк.

Кончик чистого белого меча, появившегося в руке Диалта, распутался. Он распутался в тонкую, длинную нить. Как будто сама экипировка души было куском ткани.

Сверхтонкая нить, красивая, как шёлк, и прочная, как паутина, распустилась в воздухе и разветвлялась бесчисленное количество раз, покрывая небо поля боя.

Потребовалось мгновение или два, чтобы нить покрыла всё поле боя.

Не говоря ни слова, Диалто широко раскинул ладонь и слегка сжал кулак.

...От одного этого поле боя взорвалось.

Зрение Диолта зафиксировало каждого монстра, рассечённого по вертикали. Они были разделены на верхнюю и нижнюю половины. Разрезаны по диагонали.

В мгновение ока тела, разделённые на восемь частей, были разрезаны на мелкие сегменты. Они были срезаны, разрезаны и нарезаны. Твёрдая, как сталь, чешуя и толстые мышцы не могли помешать нити Диалто. Плоть, кровь, кожа и кости были разрезаны без различия. Они были разрезаны на части. То, что когда-то было частью тела, превратилось в ошмётки.

Даже эти куски плоти были разорваны на множество слоёв, быстро уменьшаясь в объёме. Кусок размером с кулак в следующее мгновение становился размером с кончик пальца. Это было выше уровня раскола на восемь частей. Диалто без устали и почти невротически резал монстров на куски.

Было ли это искуплением грехов, совершённых против Шууто, или наказанием за наглость тех, кто оскалил клыки на семью Мицуруги?

Как бы то ни было, Диалто не проявлял милосердия к врагам, стоящим ниже его.

Конечно, это относилось и к Киджину, первопричине всего этого.

— Кхаа... Невозможно!

Кифу пытался убежать от Диалто, используя бесчисленных монстров в качестве щита. Однако теперь, когда все монстры, которые должны были стать его щитом, были полностью убиты, от взгляда Диалто было не скрыться.

Заметив почти невидимую тонкую нить, пытающуюся обмотаться вокруг его шеи, Кифу быстро защитил её своим синсо — черным шнуром. Экипировка Души, материализующая силу женского волоса, могла даже сломать Экипировку Души его сверстников из Шестнадцати Копий. «Непревзойдённая стойкость», — таковы были слова покойного Короля Гиена.

Поэтому, каким бы острым ни была экипировка души противника, Кифу верил, что сможет от неё защититься.

С этой верой его шея была разрублена на пару с синсо.

Лицо Кифу, взлетев в воздух, раскололось по вертикали, горизонтали и диагонали, в мгновение ока разорвавшись на куски. Точно так же тело, потерявшее голову, было покрошено в пыль и разбросано по земле.

Среди всего этого остался только рог Киджина. Диалто с помощью нити притянул рог Кифу к себе и пристально посмотрел на него. А потом...

— ...Жалкий.

Он бесстрастно раздавил его в руке. Бросив осколки рога под стену замка, он достал из кармана носовой платок и несколько раз вытер руку, как будто вытирая что-то грязное.

В этот день огромная толпа монстров, прижавшаяся к западной крепостной стене, была сокращена до десятой части командиром Первого Флага, а оставшиеся монстры были уничтожены Восьмым Флагом.

Число монстров, прорвавших изрешечённую крепостную стену и проникших в столицу Шууто, было равно нулю.

Хотя среди личного состава Восьми Флагов были потери, можно сказать, что их задача по защите Шууто была выполнена на отлично.

И дело было не только в западе. В то же время на севере и востоке были достигнуты не менее впечатляющие результаты.

◆◆

— Синсу рейки — Приди, Сумрачная Королева

Шукуя Кумен, вице-командир Первого Флага Зелёного Леса, держал копьё в качестве своей экипировки души. Лезвие, рукоять и металлический наконечник были окрашены в чёрный цвет, напоминающий чернила.

Высокие характеристики копья как оружия несомненны, а в сочетании с превосходной техникой владения копьём Шукуи даже командиры Флагов не могли приблизиться к нему.

Кроме того, когда нарисованная Сумрачная Королева пронзает тень противника, точка контакта становится раной противника. Если пронзить грудь тени, то будет пронзено и настоящее сердце.

Противник, сражающийся с Шукуей, должен не только беречь своё тело, но и помнить о своей тени, что ставит его в невыгодное положение.

Кроме того, атаки Сумрачной Королевы пропитаны смертельным ядом, который быстро растворяет рану, препятствуя заживлению. Конечно, сила яда, проникающего в тело, также огромна; если проколота рука, её нужно немедленно ампутировать, а если проколота нога — ампутировать. В противном случае шансов выжить практически нет.

Из-за этой опасной способности Шукуя редко использовал свою экипировку души. В результате, было не мало воинов, которые предполагали, что сила Шукуи может превзойти силу Диалто в битве один на один в полную силу.

Эта теория одновременно и высоко оценивала способности Шукуи, и недооценивала их.

Добавив условие «один на один», она подразумевает, что сила Шукуи наиболее эффективна в ситуациях один на один и не сравнится со способностями Диалто, когда он противостоит целой армии.

Диалто, специализирующийся на сражениях с армиями, и Шукуя, специализирующийся на боях один на один — те, кто рассматривал их отношения как пару равных сил, получили возможность пересмотреть своё понимание во время этой атаки.

Это произошло потому, что орда монстров, рванувшаяся к северной стене, была почти полностью уничтожена одним только Шукуей Куменом.

— Время от времени я должен давать ей волю, иначе Сумрачная Королева будет шептать мне жалобы каждую ночь.

С бесстрастным выражением лица Шукуя, который одним броском пронзил сердца бесчисленных монстров, сказал.

У его ног лежал мертвый Киджин с рогами, растущими изо лба, и на его лице читалось изумление.

— На днях наш лорд сказал, что в Демонических Вратах появились признаки хаоса. Ясно, что это нападение было организовано Киджинами, но мы не могли и подумать, что Шууто падёт до такой степени. Нет никаких следов пользователя Кей, который сломал стены города. Итак, где же цель Киджинов? Мне также интересно, как им удалось пробраться через Демонические Врата.

Шукуя озвучивал один вопрос за другим, но у него не было намерения решать их самостоятельно.

Точнее, он хотел, но лорд остановил его.

— Вы должны сосредоточиться только на монстрах снаружи. Не думайте о том, что происходит внутри.

Инструкции, данные лордом перед битвой, были приказами для Диалто, Шукуи и Гозу. Им было строго приказано не вмешиваться в то, что происходит внутри Шууто.

Учитывая это, Шукуя мог лишь покорно следовать указаниям своего господина.

Диалто, уничтожавший монстров на западе, и Гозу, рассеявший большую орду монстров на востоке, думали о том же, о чём и Шукуя.

И тут их уши потряс громкий рёв. Рёв, раздавшийся изнутри Шууто, был подобен рёву дракона и сильно взволновал сердца услышавших.

Невольно взгляды всех троих одновременно обратились к Шууто.

Разбухающая демоническая аура поднялась высоко в небо, образовав острый шпиль, пронзивший небеса. Земля задрожала, словно не выдержав огромного давления.

Им троим было знакомо это давление, словно сам мир дрожал.

И не только им троим. Все высокопоставленные воины с боевым опытом в Демонических Вратах знали об этом присутствии. И они были уверены.

В этот самый момент на Шууто спустилось мифическое существо.

Моментом ранее.

Битва между Исаги и Мицуруги Рагуной зашла в тупик, с каждым мгновением становясь всё более напряжённой.

Если смотреть только на мастерство владения мечом, то Исаги был бы выше. Хотя Рагуна вундеркинд, который в юном возрасте занимал позицию третьего ранга четвертого места, Исаги был великим воином, который бывал на поле боя ещё до рождения Рагуны. С точки зрения статуса воина, Исаги был на голову выше Рагуны.

Более того, экипировка души Исаги, Кифу, было чрезвычайно мощным. Это был гигант, который пытался уничтожить солнце ради людей, страдающих от засухи. Его разрушительная сила наибольшей в армии Горы Ганзан, и его лорд, Гиен, восхвалял его как «силу, превосходящую горы». Под «горами» в данном контексте подразумевались Пять Гор, то есть боевое мастерство Исаги было настолько велико, что он мог обрушить одну из других гор.

Против Исаги Рагуна мог сражаться почти на равных. Это объяснялось не только силой самого Рагуны, но и совместимостью экипировки души.

Синсо Рагуны, золотой двуручный меч, назывался Харупер. Это было оружие для уничтожения демонов, которое обладало чрезвычайно мощными эффектами против богов, монстров и гигантов.

Когда Харупер вытягивался, его лезвие сильно изгибалось, приобретая форму, похожую на серп. Против силы Харупера Исаги был вынужден сражаться осторожно. Для Кифу, который по своему происхождению был гигантом под божественным началом, Харупер был его естественным врагом.

И ещё больше, если не кратно больше, чем Харупер, Исаги заставляло осторожничать присутствие женщины-воина с парными мечами, Аяки Азурит, стоявшей позади Рагуны.

Сражение проходило как бой один на один между Исаги и Рагуной, и никто из других воинов, включая Аяку, не вмешивался. Это было связано с тем, что Воины ценили сражения один на один, а также с тем, что если они неосторожно вмешаются, их Экипировка Души и техники Кей могут столкнуться друг с другом, что приведёт к дружественному огню. Они хотели избежать гибели своих.

Аяка тоже не стала напрямую вмешиваться в бой между Исаги и Рагуной. Однако каждый раз, когда Исаги пытался воспользоваться возможностью атаковать Рагуну, Аяка попадала в поле его зрения. Сохраняя изысканную дистанцию, она направляла своё яростное боевое намерение, готовая немедленно помочь Рагуне, если он окажется в невыгодном положении.

Поэтому у Исаги не было другого выбора, кроме как упустить несколько хороших возможностей. Даже если бы он силой сразил Рагуну, не было бы никакого смысла, если бы в следующий момент его тут же убила Аяка. С точки зрения Исаги, складывалось впечатление, что он всё это время сражался два на два.

Хотя Исаги раньше хвастался, что может убить всех людей на острове, когда расправился с воинами у ворот, он честно признал тот факт, что ему трудно справляться с людьми.

Это был не один просчёт. Их было два.

Равных Шестнадцати Копьям, которые вели монстров за пределы замка, убивали одного за другим. Исаги ясно ощущал исчезающее присутствие своих соплеменников. Наряду с этим собранные монстры были уничтожены за удивительно короткий промежуток времени.

Было по крайней мере три исключительных человека с экстраординарными способностями. Три грозных противника, с которыми Исаги не смог бы сравниться, даже если бы выложился на полную. Справиться с ними, если они вернутся, будет крайне сложно.

Исаги подумал, что лучше не стоит тратить время на наследника семьи Мицуруги.

Целью армии Накаямы на этот раз было выявить противника — боевую мощь семьи Мицуруги. Однако, как бы там ни было, они не смогли бы исследовать важнейшую способность главы семьи Мицуруги.

Кагари, отвечавший за наблюдение, должен был точно оценить способности трёх грозных личностей. В этом смысле павшие пэры Горы Ганзан выполнили свою роль. Исаги оставалось лишь пуститься во все тяжкие, и если ему удастся раскрыть силу нынешнего Святого Меча, то цель миссии будет достигнута.

Исаги, думая об этом, остановил свою атаку и даже одел ножны на своё синсо. Увидев это, Рагуна озадаченно поднял правую бровь.

— Ты понял, что твой план провалился, Киджин?

— Это не так. Однако я должен признать, что твоя сила превзошла все наши ожидания. Как и ожидалось от семьи Мицуруги, независимо от характера, мастерство владения мечом действительно поразительно. Вам удалось отшлифовать навыки, которые вы вырвали у нас, до такой степени.

— До чего ужасный вкус в оправданиях. Или это твой способ сказать своё последнее слово?

— Пха-ха-ха! Какая чушь от потомка вора. Что ж, выражение «последние слова» не совсем неверно.

Сказав это, Исаги сцепил руки перед лицом. В этот момент Исаги видел перед собой не Рагуну, а пейзаж родного города, Горы Ганзан.

В голове Исаги одно за другим прокручивались события, приведшие к сегодняшнему дню.

Племя Киджинов связано с демоническим богом Чию через уникальный орган, называемый рогом.

Экипировка души, создаваемая племенем Киджинов, каким-то образом связана с Чию, и экипировка души, находящаяся ближе к Чию, становится более мощной. Другими словами, пользователи мощного синсо получают благословение Чию в той степени.

Для племени Киджинов, которые сражались между собой за скудные земли внутри демонических врат, где даже соба с трудом росла, быть сильным становилось чем-то особенным само по себе.

Мощные пользователи экипировки души, получившие благословение Чию, почитались окружающими как живые боги. Государства, которые построили и возглавили такие Киджины, были Накаяма, Гора Ганзан и остальные пять гор.

Битва за превосходство между пятью горами завершилась победой Накаямы, и Исаги, который когда-то был лидером Шестнадцати Копий Ганзана, ступил на Остров Демонов в качестве авангарда армии Накаямы.

Начав внезапную атаку на семью Мицуруги с выжившими элитными бойцами армии Ганзан, они должны были наблюдать за их сопротивлением и использовать его для следующего большого наступления армии Накаяма. Другими словами, Исаги и его товарищи были расходным материалом, призванным минимизировать ущерб для армии Накаямы.

Исаги подумал, что, возможно, план стороны Накаямы также заключался в том, чтобы сократить число солдат и гражданских лиц Ганзана, которых они приняли после победы, и сэкономить на продовольствии.

Он не считал это подлостью, учитывая, что они однажды приняли капитуляцию — в конце концов, Ганзан уже делал это много раз. Вполне естественно ценить союзников больше, чем сдавшихся врагов. Если уж на то пошло, Исаги считал, что армия Накаямы, собравшая солдат для этой миссии добровольно, а не по принуждению, была «мягкой».

Однако верно и то, что эта снисходительность привела к тому, что солдаты Ганзана, включая Исаги, потеряли своё преимущество. Если система добровольцев была введена с таким расчетом, то Король Накаямы Адзума — тот ещё интриган. Возможно, это был совет кого-то вроде его третьего брата Хакуро, но в любом случае, в будущем их таланты будут направлены на собственных людей, а не на Ганзан. Учитывая это, хитрость Накаямы даже казалась надёжной.

Будущее объединённой династии Накаямы, с присоединением к ним Ганзана, радужно. Исаги чувствует, что ему больше не о чём беспокоиться.

Поэтому он решил призвать бога.

Для племени Киджинов, чтобы получить силу демонического бога, есть два способа: либо овладеть экипировкой души, либо стать сосудом для демона-бога. Если первое — удел воинов, то второе — удел жрецов. В человеческом понимании это соответствует божественному нисхождению, известному как «Призыв Бога».

Истинное чудо божественного нисхождения, или «Призыв Бога», невозможно совершить без сосуда уровня Папы, но племя Киджинов, связанное с богами-демонами своими рогами, не имеет такого ограничения.

Конечно, это не то дело, которое может выдержать любой обычный Киджин, и средний Киджин будет разрушен душой и телом менее чем за секунду. Даже для Исаги, владеющего синсо, время, в течение которого он мог бы поддерживать проявление, было бы крайне коротким. Сила, которую он мог бы проявить, скорее всего, не достигла бы и десятой части изначальной силы демонического бога.

Однако даже в этом случае она намного превосходит всю силу Исаги.

Вызывать Демонического Бога внутри Демонических Врат запрещено, так как его подавляющая энергия искажает окружающих существ и местность. Однако на этой стороне таких ограничений нет. Напротив, если призвать демона-бога на этой земле, он сможет нанести предателям значительный урон.

Без всяких колебаний Исаги произносил заклинание. Причудливая демоническая энергия, клубящаяся вокруг тела Исаги, не позволяла Рагуне, Аяке и другим воинам приблизиться, помогая завершить заклинание.

...О бог, созерцай пепельное небо, бесплодную землю, где некому собрать белые кости... Небеса темнеют, дождь гниёт, молодые демоны корчатся, а старые демоны плачут... Я молю о прекращении непрекращающихся стенаний исчадий...

— О люди, примите возмездие за ваше предательство триста лет назад на ваши собственные тела — «О бог, я предлагаю себя тебе».

В момент произнесения последнего заклинания Кей, испускаемая Исаги, взрывообразно раздулась. Словно не выдержав стремительного роста силы, пространство заскрипело, а земля сильно задрожала.

Изменилась не только Кей. Тело Исаги также подверглось интенсивной трансформации.

Его огромное тело пульсировало и раздувалось. Руки, ноги, шея, туловище — все они быстро увеличились более чем в два раза.

Возможно, не выдержав столь быстрых изменений, его кожа местами порвалась, плоть лопнула, кости раздробились, но изменения, атакующие Исаги, не прекращались.

Его лицо тоже менялось. Его кожа приобрела твёрдость и цвет железа, глаза стали тёмно-красными и приподнятыми, а рот широко раскрылся, обнажив клыки.

От Киджина, которым он когда-то был, не осталось и следа, а на его месте стоял колоссальный демон, возвышающийся над миром людей.

Затем рот демона широко раскрылся. Сразу же после этого раздался рёв, потрясший небеса и землю Острова Демонов.

В нём прозвучало проклятие, похожее на гнев.

В нём слышался и праздничный, похожий на смех резонанс.

Это был родовой крик великого возрождения Чию.

◆◆◆

В то же время.

Рёв, который эхом разнёсся по всему Острову Демонов, раздался и в туннеле, соединяющем внутреннюю и внешнюю части резиденции Мицуруги.

Крики одновременно вырвались из уст жён, служанок и маленьких детей лорда Шикибу, которые находились в середине эвакуации.

Рёв демонического бога имел такой же эффект, как и рёв дракона. Противостоять ему было не под силу женщинам и детям, которые не были юбойцами, не говоря уже об обученных воинах.

Единственной среди жён, кто мог противостоять, была сестра Гозу — Сесиль Цима, которая когда-то была воином Восьми Флагов Зелёного Леса.

Успокаивал паникующих женщин и детей старый воин по имени Морган Скайшип. Когда-то он занимал влиятельный пост главы престижной семьи Скайшип, но потерял свою власть из-за возвышения Гиллмора Берча.

Шикибу приказал Моргану помочь тем, кто не мог сражаться, выбраться из особняка. Причина, по которой эта роль была поручена Моргану, которому отводилась менее важная должность, заключалась в том, что он хорошо знал структуру туннеля — запасного пути эвакуации, поскольку был близким помощником предыдущего поколения.

Получив приказ лорда, Морган почувствовал себя бодрым, ведь ему доверили безопасность семьи его драгоценного лорда. Вместе со своим внуком Шидони и Куменом Саем, младшим братом Шукуи, Морган поспешно двинулся по туннелю, когда грохот потряс проход.

Морган нахмурил брови. Толщина и вес Кей указывали на то, что источником рёва, несомненно, было мифическое существо. Это было неслыханно, чтобы мифическое существо появилось в сердце Шууто, не говоря уже о Демонических Вратах. Моргану, как и всем остальным, было любопытно узнать, что происходит.

Однако его текущая миссия заключалась в безопасной эвакуации семьи лорда. Мифическое существо можно было оставить Первому Знамени, которое отвечало за защиту особняка. Морган слегка тряхнул головой, очищая свой разум от отвлекающих мыслей.

— Дедушка, что это был за звук только что?

— Шшш. Шидони, леди и дети волнуются. Не говори о том, что только что произошло. Сай, ты ведь понимаешь, да?

— Да.

— Чётко понял, мастер.

Услышав слова Моргана, Шидони и Сай слегка кивнули.

Семьи Скайшип и Кумен были престижными семьями Острова Демонов, восходящими к первому поколению, и отношения между лордами были неплохими. Поскольку Шидони и Сай принадлежали к одному поколению, Морган всегда любил Сая. В свою очередь, Сай всегда проявлял уважение к Моргану, хотя и по-своему.

На небольшом расстоянии от них Мицуруги Эмма задала Сесиль вопрос.

— Сесиль, что это было?

Эмма первой из жён и наложниц пришла в себя, но её голос всё ещё слегка дрожал.

В ответ на этот вопрос Сесиль слегка покачала головой, показывая, что не знает.

Конечно, это была ложь.

Сесиль овладела экипировкой души и даже ступала в демонические врата. Поэтому она примерно представляла, кто стоит за рёвом. Однако она подумала, что если она неосторожно скажет правду, то не только Эмма, но и другие жены и наложницы запаникуют. Приоритетной задачей было эвакуироваться как можно скорее.

Эмма поняла мысли Сесиль по её поведению. Она положила руку на грудь и сделала медленный, глубокий вдох. Если она запаникует, это вызовет беспокойство Сесиль, а если Сесиль будет беспокоиться, то все присутствующие будут испытывать неудобства. Она сказала себе это и успокоила своё сердце, встревоженное грохотом.

— Прости, я задала ненужный вопрос. Давай поторопимся.

Сказав это, Эмма перевела взгляд на Ибуки, ребёнка Сесиль. Среди множества детей, которых вели родители или несли на спине, Ибуки с самого начала шёл самостоятельно.

Он даже не закричал, когда раздался рёв. Это был необычный уровень самоконтроля для четырёхлетнего ребенка, но не было сомнений, что он принуждает себя. Эмма подумала, что ей следует нести его, но Сесиль, его мать, мягко покачала головой, позволяя ребёнку делать то, что он хочет.

Сесиль знала, что когда появляется враг, она должна сражаться как Воин. Теперь единственное, что Ибуки мог сделать для всех, это не вставать на пути своей матери — понимая это, несмотря на свой юный возраст, и стремясь применить это на практике, Сесиль смотрела на своего ребёнка с нежным выражением лица.

После этого группа снова двинулась по туннелю, охраняемому Воинами.

Туннель, построенный на случай чрезвычайных ситуаций, был далеко не прост для прохождения. Более того, с самого начала проход непрерывно сотрясали сильные вибрации, и невозможно было предугадать, когда потолок может обрушиться.

Когда они увидели свет в конце туннеля, вполне естественно, что группа вздохнула с облегчением.

Однако, когда они вышли из туннеля, их ждал холодный смех, который мгновенно заморозил вздохи облегчения.

— Хе-хе-хе! Итак, вы выползли из своего гнезда после того, как вас слегка тряхнули, вы, крысы-воры, не подчиняющиеся воле Бога. Я, Киджин Оукен, облачённый в белый халат, заменю Бога и выдам вам кнут наказания.

Когда он хвастался, фигура Киджин Оукена в белом халате появилась, словно просочившись из воздуха.

— Кто ты?!

Морган Скайшип внезапно повышает голос, чтобы бросить вызов Киджину, появившемуся из ниоткуда.

В ответ Киджин Оукен сцепил руки перед грудью и поклонился с преувеличенным почтением.

— Меня зовут Оукен. Я тот, кто вместо великого Бога будет карать вас кнутом. Пожалуйста, обратите внимание, вы, канализационные крысы, выползшие из укрытия.

— ...Эти рога, Киджин, да? Как тебе удалось обойти барьер Демонических Врат?

— Хех, какой смысл знать это тем, кто собирается отправиться в турне по миру преисподней?

Как только Оукен ответил, Шидони Скайшип и Кумен Сай — двое из Золотого поколения — выступили вперёд, чтобы защитить Моргана.

Эти двое сразу же попытались напасть на Киджина, но Морган сдержал их и повторил свой вопрос. У него был вопрос, который он не мог пропустить.

— Ты не собираешься отвечать? Но я попрошу тебя ответить на это. Почему ты здесь? Если бы ты не знал о существовании туннеля, зачем устраивать засаду!

Морган огляделся.

Выход из туннеля ведёт к храму Бога Закона, в сторону от резиденции Мицуруги. Точнее говоря, он ведёт в лес на территории храма.

В мире существует множество учений богов, таких как Бог Закона, Бог Матери Земли, Бог Войны и другие, но в основном эти храмы не вмешиваются в мирские битвы. Это неписаное правило, что мирские силы не трогают храмы.

Даже если враждебные семье Мицуруги силы вторгнутся на Остров Демонов, они вряд ли сделают что-нибудь, чтобы осквернить храм. Вот почему семья Мицуруги соединила аварийный проход с храмом Бога Закона.

Эта территория ограничена храмом, поэтому не только жители Шууто, но даже те, кто работает в храме, редко ступают туда. Кроме того, он находится далеко от резиденции Мицуруги, так что шанс случайно наткнуться на врага практически равен нулю.

...Так и должно быть, но Киджин в одеянии священника уже ждал их. У Моргана был вопрос, который он не мог проигнорировать.

В ответ на этот допрос Оукен самозабвенно улыбнулся.

— Неужели ты сам не скажешь ответ? Если я не знаю о существовании туннеля, здесь невозможно устроить засаду. Если это так, то я здесь потому, что знал о существовании туннеля. Это логика, которую может понять даже ребёнок.

— Так как же ты узнал об этом секрете?

— Я спросил того, кто знал его.

Сказав это, Оукен достал из кармана несколько маленьких шарообразных предметов. Белые предметы, размером с небольшой пельмень, имели красные прожилки, как нити, проходящие через них, и большое чёрное пятно неизвестного происхождения плавало на них.

Сай, который первым заметил их принадлежность, сделал такое лицо, как будто собирался выплюнуть слюну.

Затем Шидони и Морган тоже поняли, кто они такие. Дед и внук почти одновременно изменили цвет лица.

— Ты!..

— Да, это глазные яблоки людей, которые служили этому храму. Даже если они служат богу, они раскрывают тайну, потеряв глаз другой. Даже если это те же апостолы бога, они всё равно люди, и их преданность ничем не отличается от того, что было триста лет назад.

Сказав это, Оукен широко открыл рот и вкинул глазное яблоко, которое держал в руке.

Он не просто бросил то, что у него было. Количество глазных яблок, выкатившихся из рукавов его белого халата, легко перевалило за десять.

Каждый раз, когда Оукэн жевал их, кровь и слизь вытекали изо рта Киджина и увлажняли его губы. Видя это, жёны и дети, не привыкшие к грубости, закричали высоким голосом.

Морган шагнул вперёд с лицом, окрашенным гневом.

— Ты убил священника, у которого не было оружия, невежественный глупец! Я, Морган Скайшип, лично обрушу на тебя божественную кару!

— Как самонадеянно со стороны человека претендовать на власть небес. Это поступок того, кто не знает, что хорошо, а что плохо.

— Хватит болтать! Синсу рейки...

Когда Морган, дрожа от гнева, собирался проявить своё синсо, сзади раздался громкий крик.

Он поспешно обернулся и увидел одну из молодых наложниц, парящую в воздухе. По её искаженному от страха лицу было ясно, что это не её намерение.

Как только он это сказал, позади висящей в воздухе женщины появился мужчина в белом халате, словно просочившийся из воздуха. Это был точно такой же способ появления, как и у Оукена раньше, и халат, в который он был одет, тоже был таким же, как у Оукена.

Морган с сожалением открыл рот.

— Значит, у тебя был спрятан ещё один солдат!

— Ещё один? Ха, мы пытаемся вторгнуться на базу врага, в конце концов. Не кажется ли тебе естественным собрать как можно больше людей?

Как только Оукен сказал это, из другого места донёсся другой крик. Ребёнок, которому не было и года, вырвался из рук матери и парил в воздухе. Наполовину обезумевшая мать в отчаянии протянула руку, но ребёнка быстро подняло на такую высоту, куда её рука не могла дотянуться.

Позади неё, как и ожидалось, появилась фигура киджина в халате.

В другом месте другая наложница также парила в воздухе и кричала.

Морган, который подтвердил наличие четырёх киджинов, одного перед ним и трёх позади, негромко простонал.

— ...Невозможно. Где они прятали столько солдат? Я не почувствовал никакого присутствия.

— Браслеты, которые мы носим, не только скрывают нашу внешность, но и стирают кей, которая поднимается изнутри нас. Вполне естественно, что ты нас не заметил. Кстати, это также ответ на твой предыдущий вопрос «как мы смогли пройти через Демонические Врата».

Оукен посмотрел на Моргана с нарочито вежливым видом.

— Что случилось, неужели больше нет необходимости в вопросах и ответах? Не стесняйся, доставай свою экипировку души и режь меня. Если это ради Меккихоушин (Убивать демонов и запечатывать их богов), ты убьёшь своих врагов, даже если тебе придётся оставить умирать женщин и детей. Хехе, можно сказать, что это великолепная решимость.

Морган, почувствовав, что хочет сказать собеседник, стиснул задние зубы.

— Взял заложников. Жалкий ублюдок!

— Заложники? Только не говори мне, что ты думаешь об обмене кого-то там: «За ту беловолосую милфу я пощажу пару наложниц и их выводок?»

— ...Что?

Морган нахмурился в недоумении, а Оукен усмехнулся губами, изогнутыми как полумесяц.

— Хе-хе! Нашей целью с самого начала были женщины и дети Мицуруги. Мы убиваем женщин до того, как они смогут зачать ребенка, и убиваем детей до того, как они вырастут. Через пятьдесят лет Мицуруги превратятся в группу неудачников, которые даже не cмогут размножаться. Нет необходимости сражаться с ними лоб в лоб.

— ...Ты чудовище. В конце концов, Киджины — не более чем вредные животные.

— Куфуфу, монстры, говоришь? Да, да, я определённо такой. Действительно, я совершенно чудовищный. И это совершенно логичный план, но как воин Киджин, позволь мне ответить.

...Не говори.

— В конце концов, эту стратегию разработал не кто иной, как человек — основатель Мицуруги! Это вершина нечестия — убегать от воинов Киджинов, убивая при этом их женщин и детей, и лишать жизни клан Киджинов как расу! Вы, люди, нацелились истребить нас, Киджинов, таким образом!

— Я не потерплю этой чепухи! Разве основатель когда-нибудь повёл бы себя так подло?

— Ты прикидываешься дурачком, или да? В любом случае, мы, Киджины, не забыли. Люди — грязные предатели, трусливые и лживые. Они захватили нашу землю, украли наши техники, а затем, после трёхсот лет беспечной жизни, имеют наглость называть нас монстрами!

Проговорил Оукен и сбросил с себя белый халат. Его тело, показавшееся из-под халата, было стройным, но не потому, что он избегал тренировок, а потому, что это было результатом доведения его тела до предела через интенсивные тренировки.

— Тем, кто не видит правды или отказывается её видеть, глаза не нужны. Позволь мне хотя бы использовать тебя как добычу! Синсу рейки — Пронзи насквозь, Птица-Демон!!!

Как только прозвучала активация синсо, в верхней части тела Киджина, обнажившего свой голый торс, произошла внезапная перемена. Перья начали расти, и чёрные перья, похожие на птичьи, быстро покрыли тело Оукена. Даже структура его скелета изменилась: на лице появился клюв, на руках — крылья, а на пальцах выросли острые когти.

В мгновение ока Оукен превратился в полузверя, полудемона, что заставило Моргана настороженно пробормотать.

— ...Это форма мутации Экипировки Души?

— Называть это мутировавшей формой — это невежественная человеческая манера. Те, кто проявляет силу Экипировки Души своими телами, глубоко связаны с Анимой, что является доказательством того, что эта форма является проявлением глубокого благословения Чию. В племени Киджинов таких, как я, называют «Возлюбленными Детьми».

Те, кто черпает силу из Анимы не в виде оружия, а через телесные мутации, часто демонстрируют огромную силу. Киджины используют себя как сосуд, чтобы вызвать силу демонов-богов, но возлюбленный ребёнок может обладать силой, которая соперничает с их силой.

Яркий пример — почти все без исключения правители Горы Ганзан проявляют свою Аниму через тело.

— Меня зовут Оукэн. Я сын бывшего Короля Тайзана, который когда-то правил одной из Пяти гор, и был назначен Его Величеством Королём Накаямы Герцогом Тайзана! Люди, трепещите пред хлопаньем моих крыльев феникса!

Оукен зарычал и взмахнул обеими руками, выпуская неестественный ветер, который закрутился, как торнадо, и устремился к Моргану.

Это был сигнал к началу битвы.

— Всем достать мечи!

Энергичный голос Моргана Скайшипа сотрясает окружающие деревья. Как командир группы, он разрешил всем присутствующим воинам вступить в полномасштабный бой.

В то же время Морган воплощал свою собственную экипировку души и встречал атаку Оукена лоб в лоб.

От клинка, который блокирует невидимый край, превращенный в бурю, ощущается удар, словно удар массивного железного молота. Обычного воина, возможно, разнесло бы вместе с его синсо.

Однако Морган — опытный воин, который когда-то дослужился до звания генерала Шестого Флага Зелёного Леса. Несмотря на возраст, его изысканные навыки остались нетронутыми: он умело отражает бушующий ветер и уклоняется от атаки Оукена.

Видя это, Оукен прищёлкнул кончиком клюва, словно усмехаясь.

Пока эти двое противостоят друг другу, Шидони и Сай не медлили. Они вдвоем направляются не к Оукену, а к Киджину, нападающему на жён и наложниц сзади.

— Синсу Рейки!

Низкий голос Сая и ровный голос Шидодни наложились друг на друга, и в руках каждого из них появилась экипировка души.

Синсо Сая представляло собой копьё, похожее по форме на копьё его старшего брата Шукуи. Однако цвета были разными: копьё старшего брата было чёрным, как тень, а копьё младшего брата было красным, как кровь.

— Скручивай расширяясь, Лонгинус, Святой Истребитель!

Отвечая на голос своего владельца, красное копьё пронеслось по воздуху с огромной скоростью. Наконечник копья прочертил путь, подобно молнии, атакуя Киджина.

В ответ Киджин попытался использовать наложницу, которую держал в руках, как щит.

Сай заметил это, но не остановил свою атаку. И когда красное копьё уже готово было пронзить тело наложницы, наконечник копья изменился.

С хлюпающим звуком наконечник повернулся. Как змея, красное копьё обогнуло тело наложницы и продолжило атаковать Киджина.

— Что?!

Киджин, явно не ожидавший такой перемены, издал взволнованный голос. Он быстро повернул своё тело, чтобы избежать прямого удара, но острие копья Святой Истребитель глубоко рассекло его бок.

— Тц!

Раздосадованный, киджин со всей силы швырнул наложницу, которую держал на руках, на землю и сам опустился на землю. Видимо, он посчитал, что в воздухе трудно справиться с неравномерными ударами копья Сая.

Брошенная на землю стройная женщина издала пронзительный крик, но Сай не обратил на неё внимания. Он не чувствовал себя обязанным рисковать ради наложницы, чьё имя он едва знал, в отличие от законной жены своего господина и матери Рагуны, Мицуруги Эммы. Он освободил её из-под власти Киджина, поэтому считал, что она должна сама выбраться на свободу. Это было истинным чувством Сая.

В отличие от Сая, Шидони Скайшип стремился одновременно победить Киджина и спасти наложницу своего господина.

— Плачь, Мурасамэ!

Экипировка души Шидони, Мурасамэ, была известна не только своими характеристиками как оружие, но и прекрасным внешним видом. Она имела дизайн, который идеализировали воины Сейрин, и была известна как самая красивая на Острове Демонов.

Клинок всегда был мокрым от росы, и если взмахнуть им один раз, он создавал туман, а если взмахнуть дважды, то вызывал бурю ледяного дождя. Более того, с помощью тумана он мог создавать иллюзии для противника.

Шидони воспользовался этим, чтобы создать ложную версию себя позади Киджина, сразу же сократив расстояние, пока враг был отвлечен, и освободил заложника.

Из трёх захваченных заложников воины Сейрина быстро вернули двух.

Последний заложник был освобождён почти одновременно.

Третий киджин, державший на руках ребёнка, закричал и упал на землю. Тот, кто в мгновение ока очутился позади летящего по воздуху Киджина, был младшей сестрой Гозу, Сесиль Сима. В руке Сесиль был длинный светящийся голубой меч, который она каким-то образом добыла.

— Ты сделала это, Мама!

Увидев, как её мать приземляется на землю с экипировкой души в правой руке и ребёнком в левой, ребёнок Сесиль Ибуки радостно закричал.

Обрадованный голосом ребёнка, Морган тихо сообщил Оукену.

— Теперь это четыре на четыре, полный тупик, Лорд Тайзан. С этого момента будет лучше, если ты встретишь нас лицом к лицу, не прибегая к уловкам — га?!

Не успел он договорить, как резкая боль пронзила бок Моргана. Это было жжение, как будто его проткнули раскалённым железным шампуром.

Оукен перед Морганом не двигался. Шидони, Сай и Сесиль сдерживали Киджина позади них.

Морган, оскалившись и оглянувшись, увидел фигуру пятого Киджина. Нет, не просто пятого. Точно так же, как на Моргана напал сзади невидимый, Шидони и остальные тоже попали в засаду.

Другими словами, четверо против восьми. Издевательский смех Оукена эхом отозвался в ошеломлённых ушах Моргана.

— Четыре на четыре? Конечная? Хахаха, ты сильно ошибаешься. Ты думал, что под командованием Тайзана было только три человека? Думаешь, я просто так, без всякого умысла, виляю своим длинным языком?

Оукен выманил скрытые войска Микатаны, подбросив заложников, и спрятал скрытых солдат Тайзана, играя словами. Таков был план Оукена.

С точки зрения Оукена, он мог бы разбить врага наголову, не прибегая к таким уловкам. Однако это привело бы к некоторым потерям.

На этот раз Оукен взял с собой своих личных солдат, которые не имели никакого отношения к армии Накаямы. Это были воины, которые когда-то подчинялись непосредственно Тайзану. Используя своё положение последователя Храма Света, Оукен позаимствовал божественный артефакт невидимости и одолжил его своим подчинённым.

Все это было сделано для того, чтобы уменьшить отрицательный рост его войск, численность которых сократилась из-за непрекращающихся войн. Не убивать Моргана мгновенно также было частью этой уловки.

Увидев, как Морган рухнул на землю, кашляя кровью, Шидони издал крик, похожий на вопль.

— Дедушка!

— Шидони, не отвлекайся от врага!

Отруганный Саем, Шидони быстро пришёл в себя, но он уже был в невыгодном положении, противостоя двум противникам в одиночку. Если он проявит хоть малейшую слабость, шансов на восстановление не будет.

Шидони был быстро загнан в угол совместной атакой двух противников. У него не было времени на создание иллюзий, он отчаянно отбивался от ударов с обеих сторон. Тем временем крики агонии Моргана продолжались.

Шидони стиснул зубы до боли.

Цель врага заключалась в том, чтобы нарушить концентрацию Шидони и его товарищей, мучая Моргана. Хотя Шидони понимал это, он не мог не попасться в ловушку врага. Потеряв обоих родителей в раннем возрасте, Морган был единственным кровным родственником Шидони. Он не мог игнорировать полный боли голос деда, который воспитывал его как родитель.

А воины, подчинявшиеся непосредственно Тайзану, были не настолько глупы, чтобы упустить ещё одну возможность.

— Проклятье!

Киджин слева бросился на Шидони, пытаясь столкнуться с его телом. Решив, что ему не удастся уклониться, Шидони решил встретить его лоб в лоб.

Естественно, его спина осталась открытой. Киджин справа быстро обошёл Шидони сзади и замахнулся на него мечом.

Удар, который, несомненно, был бы смертельным, был отклонён красным копьём, вонзившимся сбоку, прежде чем атака успела рассечь тело Шидони.

Кумен Сай вмешался.

Благодаря этому спасению Шидони едва избежал смертельного удара, но взамен Сай получил значительные раны на спине и правой руке. Эти раны были делом рук двух Киджинов, которые сражались с Саем.

Кровь стекала по темной коже Сая из ран, и с каждой каплей он терял силу хвата в правой руке. Стоя спиной к спине с Шидони, Сай тихо щёлкнул языком и переложил копьё в левую руку.

— ...Сай, прости.

— Хмпф. Разве ты не должен говорить «спасибо» в такие моменты?

— ...Да, спасибо, Сай.

Пока двое обменивались короткими фразами, Киджины постепенно сокращали расстояние. Ситуация перешла от одного против двух к двум против четырёх, и к этому нельзя было относиться легкомысленно. Сай получил тяжёлые ранения, а Шидони был практически в заложниках у Моргана.

По сути, битва была предрешена — по крайней мере, так считал Оукен.

Оставшаяся среди наложниц женщина-воин оказалась неожиданно сложной. Она умело отражала атаки двух киджинов, не позволяя им приблизиться, и не забывала присматривать за окружающими наложницами и детьми.

Неясно, был ли воин замаскирован под наложницу или наложница когда-то была воином, но в любом случае она была противником, которого нельзя недооценивать.

В этом случае использование слабости было основой стратегии. Легкая победа была военной тактикой Оукена и, соответственно, королевской семьи Тайзан.

Быстро ударив ногой по земле, Оукен направился к ребёнку. Он не пропустил, как ребёнок назвал женщину-воина «мамой» несколькими минутами ранее.

— Может ли воительница Мицуруги соблюдать правила, когда её ребенок взят в заложники? Хаха, весьма интригующе.

Морган уже ползал по земле, его ноги были прижаты к земле и не могли двигаться. Как уже упоминалось ранее, Сай и Шидони находились в опасной ситуации, а Сесиль делала всё возможное, чтобы защитить окружающих.

Оукен приближался к Ибуки большими шагами, не проявляя никаких признаков осторожности. Эмма Мицуруги, которая защищала Ибуки сзади, словно обнимая её, заметила движение Оукена.

Эмма, встав и спрятав Ибуки за спину, вытащила из груди короткий меч.

Эмма не имела никаких знаний о боевых искусствах. Короткий меч предназначался не для самообороны, а для того, чтобы избежать позора, если она попадёт в руки врага.

Оукен легко раскусил её и насмешливо щёлкнул клювом.

— Ты не сможешь причинить мне вред таким тупым оружием. Судя по твоему одеянию, ты тоже не похожа на наложницу. Могу я узнать твоё имя?

— Для бездарного грубияна я — безымянна, подучись манерам.

— Вот как? Что ж, независимо от того, кто ты, твоя судьба будет одинаковой. Я выколю глаза всем женщинам и детям здесь, и выстрою их перед главой семьи Мицуруги. Это должно заставить надменного человека побледнеть, хахаха!

В ответ на угрожающую усмешку Оукена, Эмма не сказала ни слова.

Она лишь плотно сжала губы и сильнее сжала руку с коротким мечом. В этот момент Оукен добавил ещё несколько слов.

— Мне не терпится попробовать эти прекрасные сине-зелёные глаза, а?

— Яаа!

Из-за спины Эммы с громким криком выскочила фигура.

Это был Ибуки Мицуруги, которого защищала Эмма.

— Ибуки?! Прекрати!

Из уст Эммы, которая отчаянно сопротивлялась подавляющей силе Оукена, вырвался крик, похожий на предупреждение. Однако Ибуки, конечно же, не остановился. Он выпрыгнул, чтобы защитить Эмму; он никак не мог остановиться.

— Получи, злодей!

Решительно крикнул Ибуки и взмахнул деревянным мечом, сделанным его дядей Гозу. Сильный удар он сделал с расчётом на то, чтобы попасть в область ниже колена — голень, уязвимую часть тела, которую нельзя тренировать.

По словам старшей сестры Аяки, удар, нанесённый туда со всей силы, был бы «настолько болезненным, что даже дядя Гозу заплакал бы».

Оукен, одетый в рясу священника, не имел на ногах никакого защитного снаряжения. На тренировках его учили не наносить умышленных ударов в эту область, но против злодея сдерживаться не стоило. Нацелившись на голень противника, Ибуки со всей силы ударил деревянным мечом...

— Ауч?!

Получив удар, подобный удару железного столба, Ибуки нечаянно выронил деревянный меч. Несмотря на то, что меч был сделан Гозу, он не обладал достаточной силой, чтобы разрушить защиту Кей.

Ибуки поспешно потянулся за упавшим деревянным мечом. Но прежде чем рука Ибуки успела схватить рукоять, пальцы Оукена с силой впились в живот Ибуки.

Приняв безжалостный удар на себя, Ибуки схватился за живот и сильно закашлялся. Оукен высокомерно посмотрел на Ибуки, подбирая упавший деревянный меч.

— Хм, как ремесленный предмет он неплох, но ты не сможешь ранить меня деревянным мечом, не зачарованным на магическую силу.

С этими словами Оукен вложил силу в свои когтистые пальцы и с треском сломал деревянный меч. Ибуки, который смотрел на Оукена, держась за свой разорванный живот, издал смешанный крик гнева и боли, увидев это.

— Ты, ты!..

— Хех, какие хорошие глаза. Через десять лет, возможно, ты мог бы стать великим воином.

Голос Оукена был мягким, в нём даже чувствовался намёк на доброту.

Однако его следующее действие было противоположным доброте. Он схватил лицо Ибуки правой рукой и поднял его в воздух.

Когда Оукен вложил силу в правую руку, маленький череп скрипнул, и пять крючковатых когтей прорвали кожу, вонзившись в голову Ибуки.

Сначала Ибуки стиснул зубы, стараясь не закричать. Более того, он отчаянно бил по правой руке Оукена, пытаясь освободиться от захвата. Но Оукен безжалостно подавил сопротивление Ибуки, затянув хватку на голове ребенка с силой, достаточной, чтобы разбить ствол большого дерева.

Прошло совсем немного времени, прежде чем из его маленького рта вырвался крик.

— Ааааахх! Больно, больно, больно!

Этот голос явно достиг ушей его матери, Сесиль, которая сражалась с Киджином. Оукен ничего не сказал, как будто бросил оружие. Вместо этого он терзал юного Ибуки, словно мучая его.

Было неизбежно, что мастерство Сесиль в фехтовании станет тусклым. Киджин, противостоящий Сесиль, не упустил возможности и быстро прижал её к земле, заставив извиваться.

Как только Оукен убедился в этом, он внезапно отпустил правой рукой лицо Ибуки. Резко освободившись от захвата, Ибуки упала на землю под действием силы тяжести.

Не понимая ситуации, Ибуки снова пытается закричать. Оукен опускается на колени, приближая свое лицо к Ибуки, и с близкого расстояния применяет свою Кей, запугивая Ибуки.

Подвергаясь интенсивному воздействию Кей с такого короткого расстояния, Ибуки издал слабый крик и дрожал. От его прежней бодрости не осталось и следа. Обращаясь к Ибуки Оукен проговорил успокаивающим голосом.

— Молодой воин, в честь твоей храбрости я сохраню твою жизнь и жизнь ещё одного человека, который тебе дорог.

— ...А?

— Я говорю, что не убью тебя и ещё одного важного для тебя человека. Теперь укажи на человека, чтобы я мог понять, кто он.

С этими словами Оукен хватает Ибуки за шею, как котёнка, и снова подвесил его в воздухе.

В этот момент Ибуки понял, что его мать прижата к земле, и кричит.

— Мама!

— Хех, она выглядит так, будто ей больно, вроде? Если так пойдёт и дальше, твоей матери отрубят руку, потом ногу, и наконец, отрубят голову, и она умрёт, понимаешь?

— Нет, нет! Прекрати!

— Если ты хочешь, чтобы я остановился, укажи на свою мать и скажи это. Скажи, что ты хочешь, чтобы я спас и тебя, и твою мать. Если ты это сделаешь, вы оба будете спасены. Однако...

Оукен зловеще ухмыльнулся.

— В обмен на это, все остальные здесь, кроме тебя и твоей матери, умрут.

— ...Что?

— Я же сказал тебе, не так ли? Я спасу только тебя и важного для тебя человека. Другими словами, я убью всех остальных, кто не важен для тебя.

— Ч-что это?..

— Другими словами, те, кто сейчас умрёт, уже убиты тобой. Их можно было бы спасти, если бы ты сказал, что они важны для тебя, но поскольку ты этого не сделал, они будут убиты. Мы будем теми, кто убьёт их, но ты — тот, кто позволил сие.

Ибуки не хотел принимать слова Оукена, покачав головой. Он не понимает и не хочет понимать. Его чувства явно очевидны.

Оукен с усмешкой обращается к Ибуки.

— Если ты не хочешь выбирать, это тоже хорошо. В таком случае мы убьём тебя, твою мать и всех остальных. А теперь сделай свой выбор, маленький воин...

— Прекрати!

Эмма кричала, чтобы остановить Оукена от дальнейших мучений Ибуки. Её обычно нежное лицо теперь окрасилось гневом, и она молниеносно взглянула на Оукена.

— Как смеет кто-то, называющий себя чином, так угрожать маленькому ребёнку! Я — Мицуруги Эмма, жена Святого Меча семнадцатого поколения, Мицуруги Шикибу. Если ты хочешь получить по заслугам, победи меня и сделай это своим достижением!

— О, Боже! Для меня большая честь, что моё имя произносит такой грубый и беззаконный человек. Действительно, как жена Святого Меча, твоя элегантность неоспорима.

— Если вы удовлетворены, пожалуйста, отпустите всех. Хотите ли вы взять заложников, использовать их в качестве жертв или сделать их своими трофеями, нет ничего более ценного, чем жена Святого Меча.

— Хех, все не так просто. Возможно, до начала битвы, когда ни одна из сторон не была уверена в своих силах, ещё можно было вести переговоры, но теперь, когда исход решён, вы в моих руках. У меня нет причин щадить остальных, чтобы получить тебя.

С этими словами Оукен перевёл взгляд на кинжал, который держала Эмма.

— Не стесняйся лишить себя жизни этим кинжалом. Даже если ты умрёшь, твой труп останется. Возможно, будет забавно вырвать твои внутренности и заставить этого ребёнка съесть их.

Заставив Эмму замолчать, Оукен приблизил пойманного Ибуки к своему лицу и с насмешливой ухмылкой прошептал.

— Это прекрасно, маленький Воин. Похоже, ты близок к той женщине по имени Эмма. Выбирай между своей матерью и Эммой. Мы спасём ту, которую ты выберешь, и убьём ту, которую не выберешь. Если ты не сможешь определиться за то время, что я буду считать до десяти, мы убьем обоих. Выколотые глазные яблоки разделим между нами? Итак, начинаем. Раз, два...

— Подождите, пожалуйста...

— Три, четыре-пять, шесть, семь, восемь!

Внезапно ускорив счет, Ибуки разрыдался.

— Пожалуйста, подождите!

— Не надо ждать! Бац, вот и девять. Кого спасёшь? Кого обречёшь? Или ты предпочтёшь, чтобы обе были убиты и разделились на вкусные данго с глазными яблоками? Давай, поторопитесь, иначе будет слишком поздно. Я сейчас скажу последнее число. И... те...

В тот момент, когда Оукен, уверенный в своей победе и с радостным выражением лица, собирался считать последнее число, его голос вдруг приобрёл растерянность и резко прервался.

В поле зрения Оукена появился человек.

Это был не кто-то далёкий. Он находился достаточно близко, чтобы можно было услышать его дыхание. Черноволосый человек стоял буквально прямо перед его глазами и носом.

Глаза, смотревшие на Оукена, были тёмными, как старый колодец, и от одного взгляда на них на его теле вставали дыбом все волосы.

Оукен не мог не почувствовать себя озадаченным. Ещё мгновение назад там никого не было. Конечно, если бы кто-то был так близко, он бы заметил его, даже если бы он скрывал своё присутствие с помощью божественного артефакта.

Там не должно было быть никого. Невозможно, чтобы такой человек, как он, занимающий столь высокое положение и любимый своим народом, позволил кому-то подойти так близко, не обнаружив его присутствия. Поэтому там никого не должно было быть.

В этот момент Оукен вспомнил. Среди врагов был Воин, который мог манипулировать иллюзиями. Должно быть, это иллюзия, созданная этим воином.

Дрожащее тело, трепещущее сердце — всё должно быть делом рук иллюзии... В тот момент, когда Оукен пришёл к такому выводу, человек пошевелился.

Как вспышка молнии, вытянутая правая рука схватила лицо противника, точно так же, как Оукен сделал с Ибуки за мгновение до этого...

— Гууу-УУУ?!

Его голова была крепко сжата, словно в тисках.

Послышался скрип и стон черепа. Не обнаружив ни следа милосердия в крепнущей хватке, Оукен тут же отбросил своё прежнее предположение. Тот, кто стоял перед ним, определённо не был иллюзией!

Выпустив Ибуки из захвата, Оукен прижал левый и правый крючковатые когти к руке удерживающего. С когтями, способными прорезать сталь, человеческие кости могли быть легко раздроблены. Защита Кей была бы бессмысленной, если бы её нейтрализовала его собственная Кей.

Подумав об этом, Оукен с силой вонзил когти в руку противника, а в следующий момент удивлённо исказил лицо.

Когти совсем не пронзили руку. Они не смогли даже порвать ни одного слоя кожи, не говоря уже о том, чтобы сломать кость. Подумав, что это смешно, он попробовал ещё раз, но увидел, как его крючковатые когти со звоном разлетелись на куски, оставив любимого богами демона безмолвным.

Сразу же после этого до ушей Оукена донеслась зловещая мелодия. Голос, который он услышал впервые, принадлежал, без сомнения, человеку, стоявшему прямо перед ним.

— Их кровь кипит, волосы пылают, а глаза полыхают.

— Что, правда!?

Когда магия огня была готова к активации, тепло закрутилось в ладони заклинателя.

Естественно, тепло передалось непосредственно Оукену, который был крепко схвачен. Его лицо горело, а глаза слезились от боли, но Оукен тщетно сопротивлялся, так как захват не ослабевал.

— Крепость Коукэцу, Трон Черепам.

— Прекрати, что будет с другими?..

Сила, схватившая его лицо, усилилась, и часть черепа Оукена со звоном разлетелась на куски. Не выдержав, из уст Оукена вырвался крик.

Увидев это, Тайзанские воины Оукена разом пришли в движение.

Первым действовал Киджин, который ударил Моргана Скайшипа сзади. Он был ближе всех к Оукену и уже нейтрализовал Моргана. Киджин попытался рвануться вперёд с огромной силой, но не смог сдвинуться с места.

Резкий взгляд человека, который обернулся. Одного этого было достаточно, чтобы их ноги словно пришили к земле. Их напугал один лишь блеск в глазах человека.

『Трепещущий флаг восстания, те, кто падёт ниц, станут жертвой нечестивого клинка』

— Угахх!!!

Не в силах вынести боль от разбитого черепа и всё усиливающегося жара, из уст Оукена вырвался рёв.

Используя не только руки, но и ноги, он отчаянно двигал телом, пытаясь вырваться из захвата, но всё его сопротивление вместе взятое не могло сдвинуть даже мизинца противника. И тогда...

— Кровавоглазая Рука Пламени, даруй объятия смерти моим врагам — Принцесса Пламени.

С последней фразой активировалась истинная магия огня пятого круга. Сила взметнулась вверх, подпитываемая магией изнутри заклинателя, и его мощь взорвалась в упор.

Из широко раскрытого клюва Оукена вырвался оглушительный крик.

Серия невероятных взрывов гремела один за другим. Из моей руки, ставшей отправной точкой, хаотично расцвели десять багровых лотосов.

Как и ожидалось, магия Принцесса Пламени, которая буквально взорвалась в упор, охватила и мою руку, но плотная Кей защитил мою кожу даже от единого ожога.

— КХАА! Хиг... Га! Аги... Хии! Га, Аа! Ааа! !..

Будучи подвешенным за одну руку в воздухе, Оукен столкнулся с потоком палящего жара, который мог бы вскипятить его мозг. Его крики, раздававшиеся при каждом взрыве, пропали на полпути, оставив его только дрожащим от страха.

После того, как десять взрывов закончились, я посмотрел на Оукена, который пыхтел, словно хрипел, кончиком клюва, и приподнял уголки губ.

— Не умирай же, герцог Гейза... или куда тебя там.

Если собираешься умереть, сделай это после того, как покажешь свой козырь. С этой мыслью я бросил взгляд в сторону резиденции Мицуруги.

Оттуда доносилась огромная демоническая аура, которая сотрясала атмосферу даже в этот момент. Пульсация силы, которой было достаточно, чтобы сотрясти весь остров, напомнила мне о мифическом существе Гидре, с которым я сражался ранее в Лесу Титис.

Когда я проник в резиденцию Берчей, чтобы проверить состояние Клайры, я действительно почувствовал мощную силу. Однако сила, которую я ощущаю сейчас, несравнима с той. Скорее всего, Киджин, напавший на резиденцию Мицуруги, разыграл что-то.

Это что-то вроде Экипировки Пустоты Гозу, или, возможно, уникальная тактика боя Киджинов? В любом случае, велика вероятность, что у Оукена, называющего себя Герцогом Тайзана, есть такой же козырь.

Душа киджина, обладающая силой, равной силе мифического существа, действительно должна быть эквивалентна мифическому существу.

Вот почему я решил оставить Оукена в живых. Я подумал, что тот, кто называет себя любимым ребёнком, не умрёт от простого магического заклинания без каких-либо особенностей.

Я фыркнул и отпустил лицо Оукена. Как раз перед тем, как тело Киджина упало на землю под действием силы тяжести, я со всей силы взмахнул правой ногой.

— ...Ах!!!

Кончик моего железного сапога глубоко вонзился в солнечное сплетение Оукена.

Тело Оукена взлетело в воздух, не в силах даже закричать. Тело Герцога Тайзана, подобно мячу, отскочило от земли и остановилось после сильного столкновения со стволом массивного дерева.

Мягкий детский голос, ставший свидетелем этой сцены, прошептал мне в уши.

— ...Дядя?..

Голос принадлежал Мицуруги Ибуки, который рухнул на землю.

Ибуки, освобождённый от рук Оукена, смотрел на меня с крупными слезами, наворачивающимися на глаза. Должно быть, он понял, что перед ним тот самый человек, с которым он тренировался раньше.

Однако, похоже, он не понимал, что именно произошло. В его круглых глазах мелькали страх и опасение. В его голосе, обращённом ко мне, не было облегчения; он как будто непроизвольно издал звук.

Я мог бы сказать что-нибудь вроде: «Я пришел помочь тебе, молодой мечник», чтобы показаться крутым. Или я мог бы сказать: «Я не могу позволить тебе умереть до того, как ты выполнишь наше обещание о матче-реванше».

Однако я не сказал ни того, ни другого. Вместо этого я крепко схватил за воротник Ибуки, который рухнул на землю. Я с силой заставил его встать, словно поднимая котёнка, и легонько подтолкнул его в направлении, где находилась Леди Эмма.

Сделав два или три нерешительных шага, Ибуки обернулся с озадаченным выражением лица и сказал хриплым голосом:

— ...Моя мама... Мама, она...

Мать Ибуки, Сесиль, всё ещё была прижата к земле двумя Киджинами. Даже без слов было ясно, что он хочет, чтобы я помог ей.

Услышав безмолвную мольбу маленького ребёнка, я снова перевёл взгляд на воинов, присутствующих в этом месте.

Морган Скайшип, который когда-то служил генералом флага, само собой разумеется. Шидони и Сай были известны как представители золотого поколения. Сесиль тоже была опытным воином, который когда-то принадлежал к первому знамени.

Гордые воины, сражающиеся по закону уничтожения демонов и запечатывания их богов в своих сердцах.

Когда-то я равнялся на этих воинов, но теперь они позорно преклоняют колени. Невероятно, но они делают это перед лицом Киджинов, своих заклятых врагов.

— ...Хаа.

Я хотел громко рассмеяться, держась за живот, но на самом деле я лишь горько вздохнул.

Это было слишком позорно, чтобы даже смеяться. Мысль о том, что раньше я боялся таких людей, только усилила мой дискомфорт.

Я искренне желал, чтобы воины в синих хаори Восьми Флагов Зелёного Леса были более непоколебимы.

Иначе говоря, не позволяйте кому-то, кроме меня, так легко победить вас. Хотя в этом случае я буду выглядеть дураком, если когда-нибудь захочу им отомстить.

Мне было жаль Ибуки, но я не собирался помогать Сесиль и остальным.

Это была ошибка Святого Меча, что они позволили женам и детям сбежать в место, где их поджидали засады. Хотя Святой Меч приказал им защищать их, их позорное поражение было неудачей самих воинов.

Поэтому, даже если женщины и дети были убиты, ответственность за это должны нести Святой Меча и воины, а не я. Я не обязан и не должен помогать этим людям.

Поэтому я не буду им помогать.

— ...Синсу Рейки

Итак, причина, по которой я использую здесь экипировку души, не в том, чтобы помочь этим людям.

Если вы спросите меня, для чего она нужна, то для того, чтобы есть мифических существ. Я не думал, что буду использовать синсо на этом острове, но если появятся мифические существа, это будет совсем другая история.

Точнее, не «мифические существа», а «киджин с силой, равной мифическим существам», но, в общем, разница невелика.

В любом случае, я должен использовать синсо, чтобы есть мифических существ. И если я собираюсь, то чем больше душ я смогу съесть, тем лучше.

Душ киджинов передо мной немного, но они неплохи в качестве закуски перед поеданием чего побольше.

К счастью, все семь из них живы. В этом смысле я должен поблагодарить воинов, которые не убили ни одного киджина.

Иронично думая о таких вещах, я вытащил свою экипировку души.

— Пожирай всё, Пожиратель Душ

В этот момент воздух взревел. Земля содрогнулась.

Прошло больше месяца с тех пор, как я победил Гидру. Уровень, который в то время был «25», поднялся до «26». Не говорите, что это всего лишь один уровень. Разница между моим и чужим одним уровнем огромна, как я уже неоднократно заявлял.

Количество моего кей увеличилось, навыки кей отточились, а давление кей усилилось по сравнению с тем, когда я сражался с Гозу и его людьми в Лесу Титис. Те, кто берут заложников у превосходящих их числом врагов, не враги.

Я окидываю кидзинов взглядом с убийственным намерением.

Затем, словно почувствовав мою убийственную ауру, один из кидзинов, который до сих пор был подавлен моим кей, зашевелился. Это был тот самый кидзин, который ранее пытался наброситься на меня сзади.

Кидзин с криком ударил ногой по земле, словно диковинная птица. Вместо того чтобы атаковать меня, он направился к Моргану Скайшипу, который упал на землю.

Киджин прижал свой клинок к шее старого воина и пронзительным голосом рявкнул.

— Двигайся...

Возможно, он хотел сказать: «Не двигайся». После этого он, возможно, хотел продолжить что-то вроде: «Если ты сделаешь хоть один шаг, я отрублю старику голову».

... Ну, теперь без головы он так и не даст правильный ответ, жаль, однако.

Чёрное лезвие Пожирателя Душ впитывало кровь Киджина, превращая её в красную. Используя Кей резня на большой скорости продолжилась, Киджин за Киджином головы летели с плеч.

Киджины взволнованно воскликнули от мгновенного подвига. Для их глаз могло показаться, что Сора телепортировался.

Сразу же после этого последовала цепь криков и воплей агонии.

— Гаа?!

— Гу... Как ты смеешь, простой человек!

— Ик!

Все голоса исходили от Киджинов. Однако я не был тем, кто напал на них.

Не только Киджины были подстегнуты моими действиями. Воины, до сих пор сдерживавшие себя, тоже начали двигаться одновременно.

Мурасаме Шидони рассекает шею Киджина, а Лонгинус Сая пронзает грудь другого. Сесиль тоже рассекает лицо Киджина, который сдерживал её.

Оставшиеся Киджины все разом вскочили с места и попытались направиться к Оукену, который упал на ствол дерева. Вероятно, они пытались перегруппироваться, защищая своего господина.

Конечно, я не дал им так просто уйти. Благодаря воинам, появившимся из ниоткуда, моя закуска уменьшилась вдвое. Не было ни единой причины давать им больше добычи.

— Мама!

— Ибуки!

Ибуки в слезах прижался к Сесиль после того, как семь Киджинов превратились в трупы. Сесиль нежно обняла подбежавшего к ней сына, а леди Эмма доброжелательно наблюдала за ними.

С другой стороны Шидони лечил своего деда Моргана. Остальные жёны и наложницы также демонстрировали явное выражение облегчения, решив, что кризис миновал.

Я проверил их состояние, а затем направился к Оукену, который всё ещё лежал.

Судя по словам и действиям Оукена, он, похоже, очень заботился о своих подчинённых. Он не стал бы молчать, если бы узнал, что его подчинённых убили. Он использовал бы все имеющиеся у него карты, чтобы отомстить, а если бы у него не было карт, он бы убежал. В любом случае, я не должен был отводить от него глаз.

И тут кто-то заговорил со мной сзади.

— Вау, ого, ты спас меня. Спасибо, Сора. Ты стал очень сильным.

Говорившим был Кумен Сай.

Если прислушаться только к его словам, то Сай благодарил и хвалил меня. Но его взгляд, похожий на иглу, и саркастический тон давали понять, что они были лишь поверхностными.

На самом деле, когда я остановился и повернулся к нему лицом, Сай продолжил в том же духе.

— Я жалею, что ты не вышел раньше. Не прячься и наблюдай за ситуацией. Ты назвал того парня-птицу Герцогом Тайзана, так что ты, должно быть, здесь уже давно — а может быть, с самого начала, верно?

— Ты назвал того парня-птицу Герцогом Тайзана, так что, должно быть, ты здесь уже давно — а может, и с самого начала, верно?

Было очевидно, что слова Сая были обвинением. Если перевести, то это будет что-то вроде: «Не прячься и не наблюдай за ситуацией, не кради самое интересное и не делай вид, что ты что-то сделал. Ты был здесь долгое время — а может, с самого начала, верно?».

Было бесчисленное множество способов парировать это обвинение.

У меня не было никакого обязательства или долга помогать семье Мицуруги. Я был не против, чтобы меня поблагодарили за помощь, но у меня не было причин обвинять меня в том, что я опоздал на помощь.

Легко было отмахнуться от слов Сая как от лая неудачника. Я мог высмеять его как истерику слабака. Я даже мог обвинить Сая в том, что он перекладывает вину на неудачника.

Вот почему я не выбрал ни одного из них.

— Как скажешь, я был здесь с самого начала.

Человек, которого я знал как Кумен Саи, обладал извращённой и резкой личностью, как экипировка души Лонгинус. Моя интуиция шептала мне, что это будет именно то, чего он хочет, если я буду высокомерно возражать.

Как бы подтверждая правильность моей интуиции, Сай удивлённо поднял правую бровь, услышав мой ответ. Он был удивлён тем, что я не стал спорить, насмехаться над ним или обвинять его.

На самом деле, когда я остановился и повернулся к нему лицом, Саё продолжил следующим образом.

— Ну, хорошо, ты признаешь это совершенно честно. Так в чем причина прятаться? Твой брат тоже был здесь, ты знаешь?

Говоря это, Сай саркастически приподнял уголок рта. Было очень неприятно, что он говорил достаточно громко, чтобы Леди Эмма и остальные могли услышать.

Сай все еще пытался спровоцировать меня. Зная это, я ответила точно таким же тоном, как и раньше.

— Мешаться не хотел. Вы с Шидони — золотое поколение, а Лорд Скайшип — бывший генерал Шестого Флага. И есть даже Леди Цима, которая была лучшим воином Первого Флага. Неуклюжее вмешательство лишь помешало бы таким великим воителям.

Я ответил на вопросы спокойно, без чрезмерной насмешки или презрения.

Сай снова скривил губы, увидев меня, но на этот раз это было больше похоже на кривую улыбку. Похоже, он понял, что я не проглочу наживку.

Вероятно, Сай подозревал о связи между мной и Киджинами, как и Рагуна ранее.

Я убил подчинённых Оукена своей экипировкой души, но атаковал Оукена магией и избежал смертельной раны. А потом я помог Леди Эмме и остальным, так что можно было сомневаться, что это была инсценировка.

Итак, Сай намеренно выбрал слова, которые вызвали бы мой гнев. Он пытался спровоцировать меня и выудить из меня информацию своими словами.

Вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу, как Рагуна, он пошёл на меня с хитростью. Это было очень типично для Сая.

...Я снова посмотрел на одноклассника перед собой.

Поведение Сая было непринуждённым, когда он смотрел на меня, но его глаза были острыми.

Его смуглая кожа и тусклые синие волосы. Его высокое и худое тело и слегка сутулая осанка были такими же, как и пять лет назад.

Когда я был на острове, меня часто высмеивали за то, что из-за моего имени «Сора» меня называли «пустым».

Мне до сих пор неприятно это вспоминать, но в то время я не мог ничего возразить. Потому что слова и действия Сая всегда были подкреплены большим количеством тренировок и результатов, чем у его оппонентов.

Я не мог возразить, потому что знал, что он работает усерднее и добивается большего, чем я. С Шидони у меня тоже не было ничего общего, но не потому, что я имел что-то против него лично, а потому, что он был лучшим другом Сая. Я не хотел иметь с ним ничего общего посредством Шидони — вот чем был для меня Кумен Сай.

Поэтому я очень настороженно отнёсся к нему, когда вернулся в этот раз. Хотя я был уверен, что превзошёл его в силе после боя с Гидрой, страх, засевший у меня в груди, так просто не уходил. Как и в случае с отцом, как и в случае с Рагуной, я втайне боялся Сая — до того момента, пока не наступило мгновение.

А потом Сай открыл рот. Он постучал по земле прикладом своего копья — противоположной частью от наконечника — и оглянулся на меня.

— Вижу, вижу. Похоже, ты не просто увлёкся освоением синсо. Ты сильно вырос, Сора, который даже не мог посмотреть мне в глаза.

Его голос был всё таким же искажённым, как и раньше, но шипы, торчащие на поверхности его слов, были меньше.

Возможно, это был способ Сая похвалить меня — нет, похвалить это слишком. Это было что-то вроде запоздалого приветствия мне, вернувшемуся домой. Казалось, он не собирался больше провоцировать меня.

Шидони, который лечил своего деда, посмотрел на меня с некоторым облегчением. Казалось, он заметил намерение Сая. Возможно, он был готов выступить посредником, если бы мы создали напряжённую атмосферу.

Воздух в этом месте заметно расслабился. Если я скажу им здесь пару слов, возможно, мне удастся построить с Саем и Шидони иные отношения, чем пять лет назад. По крайней мере, это было бы началом. Я так и думал.

...Ну, мне совсем не хотелось этого делать.

Я молча смотрел в сторону от Сая.

Я уже потерял страх перед Саем. Я пометил его как человека, которого следует остерегаться из своих прошлых воспоминаний, но я не испытывал ни интереса, ни страха перед воином, которого покорили семь или восемь Киджинов. Это относилось и к Шидони, и к Моргану. Сесиль — само собой разумеется.

Мне было бы интересно, если бы он показал мне хотя бы экипировку пустоты, как у Гозу, но и этого у него не было.

Причина, по которой я не проигнорировал провокацию Сая, была отчасти в том, что я не хотел быть неправильно понятым Леди Эммой. И еще одной причиной было:

— Вы ублюдки, ублюдки, человеки!

Это было сделано, чтобы дать Оукену достаточно времени, чтобы не выглядеть неестественно.

Киджин зарычал от гнева и взлетел высоко в небо, хлопая крыльями, как гарпия. Рана, нанесённая магией Принцесса Пламени, почти зажила, а его глаза, которые должны были сгореть, регенерировали.

Как я догадался из его разговора о богах перед битвой, Оукен сам был целителем.

Киджин смотрел на нас с воздуха, в его глазах, как в доменной печи, кипела пламенная страсть.

В следующее мгновение Оукен начал громко произносить заклинания своей магии.

— Те, у кого на голове рога, на теле леопардовые пятна, а на хвосте змеиная чешуя!

Это была фраза, которую я никогда раньше не слышал. Это была довольно высокоуровневая магия с длинным песнопением.

Тот, кто предупреждал, был Морган Скайшип — опытный воин, служивший генералом Шестого Флага.

— Проклятье, это магия ветра девятого круга... Он пытается взорвать всю эту область!..

Голос Моргана дрожал то ли от боли в ране, то ли от страха перед магией.

По мере того как песнопение продолжалось, ветер, окружавший тело Оукена, становился всё сильнее. Воздух издал скрип, похожий на крик, и громоподобные раскаты один за другим ударили по моим ушам.

— Рёв зверя, бесконечная клятва. Оставь следы своих когтей на поле красного клёна!

По мере того, как магия приближалась к завершению, собственная кей Оукена тоже разбухала.

Казалось, что Оукен усиливает магию своей кей. Ветер, окружавший Киджина, клубился и ревел, как будто он окутал себя торнадо.

Бушующий ветер достиг и земли. Жёны и наложницы моего отца закричали, когда их обдул сильный ветер, способный сдуть взрослого человека.

— Беги с ветром и громом по приказу!

Напев был точным. Количество кей было огромным. Это было несравнимо с тем, когда он мучил Ибуки раньше.

Из-за бушующего ветра послышался голос, полный радости.

— А теперь улетай на моих крыльях феникса! Чёрный Ветер Зецуэй, тысячемильные ноги пронзают горизонт — Кокухирен!

В этот момент активированная магия была действительно мощной.

Девятый круг был конечной точкой систематической магии, то есть магии высшего уровня. И она была усилена кей Киджина, так что её сила была очевидна.

...Однако это было все.

— Хмф, и только?

Сказал я, разочарованный.

Однажды я столкнулся с заклинанием восьмого круга в столице Канарии. Мой нынешний уровень более чем в два раза выше с тех пор. Теперь меня ни за что не испугает заклинание девятого круга.

Добавление Кей к магии также не является серьёзной проблемой.

Хотя Кей Оукена действительно мощная, она не идет ни в какое сравнение с мифическим существом Гидрой, с которым я сражался в Лесу Титис. Говоря более прямо, она не достигает уровня Гозу, когда он раскрыл свою Экипировку Пустоты. Не было причин чувствовать угрозу от такого уровня Кей.

На самом деле, выпущенное заклинание девятого круга жалко рассыпалось перед Пожирателем Душ. Моя небрежно брошенная Коса Ветра столкнулась с заклинанием Оукена в воздухе, и неестественный вихрь распался со скрипом.

— ...Что?

Оукен растерялся, ошеломлённый представшим перед ним зрелищем. Судя по его лицу, похоже, это действительно была его полная сила. Это довольно досадно, учитывая, что я дал ему время раскрыть свой козырь.

Я тихонько прищёлкнул языком, но быстро передумал.

Что ж, всё в порядке. В таком случае, я просто быстро прикончу Оукена и отправлюсь в резиденцию Мицуруги. Я снова взмахнул Пожирателем Душ и повторил удар по Оукену, который находился в воздухе.

Невидимая полоса пронеслась по воздуху, легко отсекая правую руку Оукена. Не в силах поддерживать полёт с одним крылом, Киджин закричал и упал.

Прежде чем его тело врезалось в землю, я напитал свои ноги Кей и бросился к месту крушения. Затем я поймал тело Оукена одной рукой.

Если бы он умер от падения, я бы упустил шанс поглотить его душу. Кроме того, было кое-что, о чем я хотел спросить его в конце.

Молча, я бросил Оукена на землю. В момент падения из уст Киджина вырвался громкий стон боли, возможно, из-за ран. В то же время его птицеподобное тело быстро вернулось в человеческую форму. Вероятно, у него больше не было сил поддерживать экипировку души.

Через некоторое время Оукен вяло поднял верхнюю часть тела и увидел моё лицо вблизи, его выражение исказилось. Он что-то закричал и судорожно попытался отступить, сидя на спине.

Конечно, в таком состоянии он никак не мог убежать. Я прижал кончик Пожирателя Душ к шее Оукена.

— Ну, Оукен. При таком раскладе тебе не избежать смерти, но остались ли у тебя какие-нибудь козыри?

— ...Ч-что ты такое?! Я никогда не слышал о таком человеке, как ты...

— Отвечай на вопрос.

Я прижал лезвие Пожирателя Душ к его шее. Острие вонзилось в его кожу, и хлынувшая кровь потекла по его плоти.

Я снова обратился с вопросом к Оукену, который тут же закрыл рот.

— Те, кто нападает на резиденцию Мицуруги, твои союзники? Та сила, соперничающая с мифическим существом, ты тоже ею обладаешь?

— ...Если я отвечу, пощадишь ли ты меня?

— Если ты не ответишь — точно убью.

— ...

Оукен молчал, но в глубине глаз, смотрящих на меня, читался отчаянный расчёт.

Казалось, он пришёл к какому-то ответу и открыл рот, оценивая мою реакцию.

— Те, кто напал на особняк, должно быть, посвятили свои жизни Чию... Если ты спрашиваешь меня, могу ли я сделать то же самое, я могу. Но я не собираюсь этого делать....

— Почему? Если ты всё равно умрёшь, то лучше умереть, нанеся ответный удар своему врагу.

— ...Не все Киджины преданы Чию, видишь ли... Мы, Киджины, связаны с Чию, хотим мы того или нет. Кто-то радуется его благословению, а кто-то ненавидит его проклятие... Вот как это бывает...

Я поднял правую бровь, как и Сай, когда услышал это. Должно быть, Чию — имя демонического бога. Я был удивлён, что есть Киджины, которые ненавидят бога демона.

— Я так понимаю, ты из последних.

— Хех... Любовь недолговечна, как говорится. Знаешь, почему...? Потому что человеческие сосуды слишком малы, чтобы принять силу Чию. Мой отец, король Тайзана, сошёл с ума и умер, потому что не смог противостоять силе Чию...

Он закрыл лицо левой рукой и продолжал шевелить ртом, словно одержимый, повторяя при этом рваное дыхание.

Его тело, облачённое в халат, содрогалось, как будто он дрожал.

— Я... я не хочу так умирать. Да, я не хочу!.. Вот почему я присоединился к Храму Света и пытался избавиться от этого проклятия... И я умру здесь? Умру здесь? Побеждённый человеком? Хе-хе-хе... Хе-хе-хе... Хе-хе-хе!

Оукен смеялся беззвучным голосом. Его глаза налились кровью, и в них мерцал растерянный огонёк. Он явно терял рассудок.

Он был либо потрясен тем, что проиграл мне, либо травмирован смертью своего отца. А может быть, он потерял слишком много крови, и его сознание помутилось.

У меня всё ещё оставались вопросы, но продолжать было нежелательно.

И тут Оукен внезапно зарычал.

— ...Есть там кто-нибудь, кто-нибудь? Лорд Кагари, Лорд Исаги! Я... я не могу умереть здесь! Кто-нибудь, кто-нибудь, помогите мне!

Этот крик был и рёвом гнева, и воплем, и мольбой. На пике ярости капилляры в его глазах лопнули, и из них хлынули кровавые слезы.

Отчаянный крик Оукена потряс небеса Шууто и с силой ударил по барабанным перепонкам тех, кто его услышал.

Разумеется, ответа не последовало. Действия Оукена не имели никакой ценности, кроме отчаянной борьбы перед лицом смерти. Так оно и должно было быть.

Но в следующее мгновение ситуация кардинально изменилась.

— !..

Почувствовав издалека всплеск убийственного намерения, я инстинктивно отпрыгнул в сторону.

Не хватило даже волоска расстояния. Вспышка света прорезала то место, где я находился всего мгновение назад. Если бы я стоял там в оцепенении, моё тело, несомненно, было бы разорвано пополам.

Быстро придя в себя, я устремил свой взгляд вперёд.

В поле моего зрения оказались Оукен, упавший на спину, и ещё один человек. Нет, в данном случае правильнее было бы сказать «еще один столб».

Странное существо.

Огромное тело, достигающее трёх метров. Четыре конечности, как железные столбы. Оба глаза красные, как хозуки, а из огромной щели рта выглядывают бесчисленные клыки.

Это не человек и не киджин. И всё же это слишком достойное существо, чтобы называть его чудовищем.

Демонический Бог — я был уверен, что существо передо мной называлось именно так.

***

Хозуки — это японское название растения Alkekengi officinarum, также известного как китайский фонарь или зимняя вишня. Его плоды напоминают бумажные фонарики и часто используются в качестве украшений. В японской культуре хозуки ассоциируется со смертью и подземным миром, и иногда используется в качестве подношения духам умерших. Для нормальных людей — физалис обычный).

Возвышающееся тело мускулисто. Фигура, держащая огромный меч, величественна.

Рога, выступающие изо лба, величественно пронзают небо, а красные глаза сияют яростным боевым духом, обнажая бесчисленные клыки из большого прорезанного рта.

Это не человек и не киджин. Однако он слишком величественен, чтобы называться чудовищем.

Демонический Бог — я был уверен, что стоящее передо мной существо называлось именно так.

В следующее мгновение бог пошевелился.

Когда гигант ударил ногой по земле, вокруг раздался громовой рёв. Фигура, которая приближалась, разрывая ветер и сотрясая землю, напомнила мне несущегося слона.

В руках у бога огромный меч, ростом с меня. Это не простое оружие, о чем свидетельствует красная магия, покрывающая лезвие подобно тепловой дымке. Если его ударить, человеческое тело не сохранит свою первоначальную форму и разлетится на куски.

В одно мгновение демонический бог сократил расстояние между нами, и на меня повеяло удушливым запахом крови. Если присмотреться, тело бога было покрыто огромным количеством кровавых пятен. Было очевидно, что это результат битвы в особняке Мицуруги.

Демонический бог, который хотел добавить меня к этому результату, поднял свой большой меч. Сразу же после этого, великий меч взметнулся вниз с силой, достаточной для того, чтобы расколоть само пространство.

— ...Кха!

В тот момент, когда я поймал удар Пожирателем Душ, по всему моему телу пробежала огромная дрожь.

Тяжёлый. Тяжёлый. Просто тяжёло. Вес огромного меча, вес удара и давление демонического бога давили на меня, и каждая косточка в моем теле скрипела.

С другой стороны — гигант, достигающий почти трёх метров в высоту. У меня нет никаких шансов в плане телосложения, и я не могу не оказаться в невыгодном положении в лобовом поединке.

Бог, похоже, знал об этом, и попытался столкнуть меня грубой силой, вонзив в меня свой огромный меч в позе, закрывающей меня. Чёрный клинок Пожирателя Душ и красный большой меч демона яростно столкнулись, и раскалённый металлический звук разорвал мои барабанные перепонки.

Если я хоть немного ослаблю свою силу, то в тот же миг буду разрублен пополам.

— Ку, кху!..

Голос сорвался с моих губ, когда я изо всех сил оттолкнул большой меч. Я не выжимал свою силу так отчаянно с тех пор, как съел гидру в Лесу Титис.

Десять секунд, двадцать секунд, тридцать секунд — борьба за власть, поставленная на смерть, не закончилась.

Простая физическая сила превосходит другую сторону. Единственное, на что я могу положиться, это на усиление тела с помощью кей, но, в конце концов, противник — мифическое существо. Количество кей огромно, а эффективность усиления выше, потому что он превосходит меня в физической силе.

Я снова посмотрел на стоящего передо мной демонического бога.

Странный гигант, испускающий давление кей, которое, кажется, может раздавить меня, и демоническую ауру, от которой у меня волосы встают дыбом.

Невозможно ошибиться в оценке силы, если я столкнулся с ним так близко. Этот парень определенно обладает силой, достойной называться мифическим существом.

— Кукуку!..

А, нехорошо. Я сдерживался с тех пор, как поймал первую атаку, но я не мог не подать голос.

Голос радости.

Прошло меньше трёх месяцев с тех пор, как я съел Гидру. Не ожидал, что у меня будет ещё один шанс полакомиться мифическим существом за такой короткий промежуток времени.

Нападение киджина на этот раз, похоже, связано с множеством мотивов, но кто бы ни дёргал за ниточки за кулисами, я благодарен, что они начали всё в этот день. Если бы всё отложилось хоть на день, у меня не было бы шанса сразиться с богом.

— Ну, теперь, когда всё решено, давай начнём по-настоящему.

До сих пор я наблюдал за ситуацией, чтобы оценить силу демона, но если я буду слишком долго медлить, сюда придут другие воины. Особенно если появится Святой Меча или Блистательные Близнецы, они наверняка сами расправятся с демоническим богом. Мне нужно прикончить его прежде.

...Ну, тот факт, что бог, напавший на особняк Мицуруги, всё ещё жив, означает, что Святой Меча не намерен сражаться. Почему? Потому что если бы у главы семьи Мицуруги было намерение сражаться, то бог уже давно был бы разрублен.

Пока этого не произошло, я могу утверждать, что у Святого Меча нет желания сражаться.

Для Стиля Призрачного Клинка, который поддерживает закон уничтожения демонов и запечатывания богов, демонический бог — враг, которого нельзя терпеть. Более того, он, несомненно, убил воинов Зелёного Леса. Я не знаю, почему Святой Меча отпустил демонического бога, убившего его подчинённых, но мне не нужно слишком глубоко задумываться об этом, если это выгодно мне.

Вернее, я не пойму, даже если буду думать об этом. Что в голове у этого существа?

— ...Ууууоооу!

Я издал рёв, словно пытаясь стряхнуть застой в своём сердце. Вырвавшийся наружу кей пронеслась по моему телу, как смерч, вскипятив мою плоть и кровь до каждой клеточки.

В зашедшей в тупик борьбе за власть произошла перемена. Мало-помалу, но верно, чёрный меч оттеснил великий меч.

Огромные глаза бога демонов расширились, и в них бешено задвигались красные глазные яблоки. Он изумленно вытаращил глаза — так ему показалось.

И в следующее мгновение тяжёлое давление, давившее на всё мое тело, внезапно исчезло. Бог демонов вытащил свой меч и отошёл от меня на некоторое расстояние.

Бог отступил сюда, потому что решил, что не сможет одолеть меня силой. А также потому, что заметил, что другие воины здесь начали двигаться.

Пока я сражался с демоническим богом, Шидони, Сай и Сесиль меняли свои позиции, чтобы окружить демонического бога.

Я слегка прищёлкнул языком.

— Не вмешивайтесь. Вы, ребята, защищайте женщин и детей.

— Мы не можем этого сделать, Сора. Мы тоже будем сражаться.

Ответил мне не Сай, а Шидони Скайшип. Самый мягкий человек в золотом поколении.

Конечно, Шидони не просто нежный мечник. Как только он достаёт меч, его лезвие сверкает, как роса, и его враги падают в облаке крови. Раньше он был не в лучшей форме, потому что его дед был взят в заложники, но теперь, когда его дед освобождён, он может сражаться изо всех сил.

Лицо Шидони было резким и напряжённым, и он пронзительно смотрел на демонического бога. Его профиль был величественным и красивым, и некоторые из женщин-воинов, увидев его, развеселились бы.

Пока я размышлял о таких абсурдных вещах, слова Шидони продолжались.

— Этот демон, нет, бог демонов силён. Независимо от того, насколько сильным стал Сора, тебе опасно сражаться в одиночку. Сотрудничай с нами, пока не прибудет подкрепление...

— Я отказываюсь.

— А?

Шидони поднял озадаченный голос, когда его слова оборвались на середине.

Я без колебаний изложил Шидони свою честную просьбу.

— Я не доверю вам, ребята, прикрывать меня. Я скажу это ещё раз. Не вмешивайтесь.

Они не заслуживали доверия, как в эмоциональном плане, так и в плане способностей. Кроме того, если Шидони и его люди по ошибке возьмут на себя последний удар бога демонов, я потеряю огромное количество очков опыта.

Шидони и его люди стояли на моем пути во всех смыслах этого слова.

Если они всё ещё намеревались вмешаться после моих слов, то я позабочусь об этих неприятностях перед богом демонов.

Я не сказал этого. Но если я смотрел на них с враждебностью, они должны были безошибочно понять моё намерение.

— Сора... ты заходишь так далеко...

Красивое лицо Шидони сморщилось. Похоже, он точно уловил моё намерение.

Чтобы убедиться в этом, я взглянул на Сая и Сесиль и сдержал их, Саи саркастически улыбнулся, а Сесиль печально посмотрела вниз, и они оба отступили.

Устранив беспокойство, я снова встретился лицом к лицу с демоническим богом.

Демон не сдвинулся ни на шаг с того места, куда отступил раньше, и следил за каждым моим движением. Судя по тому, что он даже не смотрел на Шидони и его людей, он, должно быть, решил, что единственная угроза в этом месте — это я один.

Сразу же после этого демонический бог проревел.

— РУУУ-УУУ-УУУ-УУУ!!!

Из пасти, достаточно большой, чтобы проглотить человеческую голову целиком, вырвался рёв, пронзивший небо. Возвышающаяся фигура, которая, казалось, парила, как птица, прыгнула прямо ко мне.

Начался шквал яростных атак.

Огромный меч, высотой с человека, размахивал легко, как рапира, нанося мощные удары справа и слева. При каждом взмахе меча ветер от клинка ревел и бил по ушам, оставляя онемение в пойманной руке.

Сокрушающие землю удары и рассекающие ветер острые лезвия. Из уст демонического бога постоянно вырывались рыки, а глаза горели от всепоглощающего боевого духа и убийственного намерения.

Поднимая его. Раскачивая его. Бросая его. Сметая его. Рубящий удар по диагонали, затем обратный удар по диагонали. Каждый из них был непрерывной атакой со смертельной силой, скрытой внутри. Не было другого способа описать этот ужасающий шторм смерти.

Это отличалось от грубой силы монстра, такого как орк, размахивающего своим оружием, полагаясь на свою физическую силу.

Это было мастерство фехтования. Это было элегантное владение мечом, подкреплённое точными приемами.

— Хаах!!!

— Оооу!!!

Голоса меня и демонического бога, два из них, случайно совпали.

Высокочастотный металлический звук обжёг мои уши. Чёрный меч и красный меч столкнулись и рассыпали искры в воздухе. Сколько раз мы обменивались режущими ударами?

В последний момент я остановил яростный выпад бога демонов. Ещё один металлический звук. Тяжёлый удар пронёсся через обе наши руки, и неприятное эхо ударило в уши.

В качестве контратаки я нанес ответный удар. Я атаковал его лоб в лоб то грубой силой, то ловкими ударами слева и справа.

Яростный обмен ударами, переключение между атакой и защитой. Звук ударов мечей продолжался бесконечно.

...Пока я скрещивал мечи с богом демонов, я чувствовал что-то странное в его движениях.

Мы с демоническим богом не стояли на одном месте, а сражались, меняя место справа налево. В это время движения бога выглядели странно судорожными.

Я уже убедился, что бог демонов обладает ловкостью, которая не соответствовала его огромному телу. О его мастерстве владения мечом говорить не приходится, но его телепортационное перемещение из особняка Мицуруги в это место напомнило мне технику скоростной ходьбы в Стиле Призрачного Клинка.

Бог демонов был не только силен, но и быстр. Будь я на его месте, я бы использовал это преимущество, чтобы больше двигаться и преследовать своего противника. Я бы покинул это место один раз, атаковал издалека и снова покинул его — так я бы сражался по стратегии «бей и беги».

Но бог демонов так не поступил и продолжал здесь.

Если бы я сражался с монстром, живущим только инстинктами, я бы не сомневался. Но сейчас передо мной было существо с интеллектом, овладевшее искусством фехтования — техникой. Если такое существо намеренно скрывало свои силы и сражалось, то для этого должна была быть какая-то причина.

И как только я заметил эту неестественность, выяснить причину не составило труда.

...Бог демонов защищал Киджина, стоявшего за ним.

В доказательство этого демонический бог всегда стоял на прямой линии, соединявшей меня и Киджина, и никогда не менял своего положения. Когда Шидони и его люди вышли раньше, я подумал, что бог демонов отступил, потому что не хотел быть окружённым воинами, но, похоже, он думал о том, что Шидни и его люди могут напасть на Киджин.

Я не замечал этого до сих пор, потому что меня не волновало существование Киджина. С тех пор как здесь появился демонический бог, я видел только его. Кроме того, я не мог представить, что мифическое существо будет защищать умирающего Киджина.

Но, спокойно оглядываясь назад, я думаю, что он появился здесь, когда Киджин кричал о помощи.

Казалось, что демон отличался от Гидры, хотя они оба были мифическими существами, своим мастерством владения мечом и способом борьбы, чтобы защитить Киджина. Возможно, это было влияние Киджина, который отдал свою жизнь богу демонов, но меня не волновали подробности.

Пока я не собирался отпускать Киджина, факт того, что бог демонов был моим врагом, не менялся.

Размышляя об этом, я широко раскрыл рот в разрыве интенсивной игры на мечах.

— Кааа!!!

— ...Хаа!

Базовая техника Кей, Взрыв Кей. Базовой она является только по названию, а мой Взрыв Кей теперь обладает силой, способной разнести голову даже Гидре.

До этого момента я не использовал никаких техник Кей, конечно, специально.

Огромное тело бога демонов взлетело в воздух, когда его атаковали с близкого расстояния.

Перед тем, как врезаться в землю, он срезал в воздухе как стрекоза и легко приземлился. На нём не было даже царапины, что было достойно восхищения, но в пределах моих ожиданий. Я выпустил Взрыв Кей, чтобы немного отдалиться от бога демона.

Бог демон не попытался сразу же сократить расстояние после того, как восстановил свою позицию. Он знал, что у меня дальняя атака, и искал расстояние, на котором он сможет надёжно защитить Киджина.

Это было так, как я и ожидал.

..Стиль Призрачного Клинка.

Я увеличивал свою Кей, увеличивал и увеличивал. Я до предела заполнил свою экипировку души Кей, готовый вытащить свой козырь.

Козырь — одно лезвие, пожирающее даже расстояние между мной и ним, Воздушная Косая Обжорства.

Когда я ещё больше увеличил свою Кей, гигант с красными глазами сузил зрачки и вкопал ноги в землю, готовый защитить Киджина от моей техники. Из-за бремени Киджина бог демонов не мог ни перейти в наступление, ни уклониться, и ему оставалось только защищаться.

А если бог демонов собирался защищаться, то я мог без колебаний выжать свою Кей.

Ревущий напор Кей расколол землю, и вихревой ветер поднял пыль. Жёны позади меня закричали от импульса силы, превосходящей даже магию Оукена. И вместе с их криками я услышал голос Ибуки: «Мама!».

Я не смотрел на них, но, услышав этот голос, у меня возникла внезапная идея.

Я заявил, что не собираюсь возвращаться в семью Мицуруги или вступать в Стиль Призрачного Клинка, когда вернулся домой в этот раз. Для меня было бы непоследовательно продолжать называть себя членом Стиля Призрачного Клинка.

В этот день я решил порвать со Стилем Призрачного Клинка.

В этот момент, как будто это было уже готово, мне пришло в голову другое название.

Меч, который явился из фантазии и похоронил фантазию. Это:

— Стиль Призрачного Погребения — Пожиратель Пустоты.

С новым именем я запустил свою технику Кей с максимальной силой.

Каким бы мифическим существом он ни был, у него не было возможности блокировать удар, который сократил расстояние до нуля. Невидимая косая безошибочно зацепила тело бога демонов.

— РУУ-УУУ-УУУ!!!

Из уст бога демонов вырвался крик удивления и боли. Удар, который я нанёс, прорвал защиту бога демона, укреплённую его Кей, как тонкую бумагу, и глубоко разрезал его тело.

От левого плеча до правой талии острое лезвие прорвало кожу, рассекло плоть, раздробило кости и вырвало органы — смертельный удар.

Тело бога демона было почти полностью рассечено. Это был мощный удар, который, несомненно, убил бы человека мгновенно. Даже для мифического существа это был бесподобный прием, от которого не было спасения.

— ...Ooo-ooo... ooo...

Как бы в доказательство, рёв бога демонов постепенно ослабевал.

Возвышающаяся фигура, которая была высотой с гигантское дерево, начала раскачиваться взад-вперёд, теряя свою силу. Казалось, она колебалась, куда падать.

Я осторожно приблизился к демоническому богу, не сводя с него глаз. Поток приходящих душ говорил о скорой смерти, но был еще пример гидры. Пока существовала вероятность того, что бог демон притворяется умершим и замышляет побег или контратаку, я не мог ослабить бдительность ни на секунду.

Но, похоже, эта осторожность была излишней, так как свет погас в красных глазах, напоминавших мне фонарь. Бежал ли он или контратаковал, любому было ясно, что сил у бога демонов больше нет.

Единственное, что не прекращалось, — это его голос, но это был хриплый голос, совсем не похожий на его прежний рёв.

Именно тогда я понял, что жизнь бога демона закончилась.

— ...Оо... О... Ми... Цу...

— ...А?

Я нахмурился, почувствовав внезапное изменение в голосе демонического бога.

Но прежде чем я смог подтвердить это, верхняя часть тела бога демона накренилась и упала вперёд на землю.

Земля содрогнулась от удара, и вверх полетела пыль.

Когда я осторожно подошёл к нему, все его жизненные показатели остановились.

Души, которые вливались из него, как поток. Ощущение, поднявшееся из глубин моего тела, было безошибочно похоже на ощущение повышения уровня.

Однако в тот момент я чувствовал скорее замешательство, чем радость.

...Нашёл.

Последние слова, прозвучавшие из уст демонического бога — или так показалось — надолго задержались в моём сознании и не отпускали.

— Хай... хаа... хаа!..

Киджин Оукен бежал сквозь просветы между деревьями, не оглядываясь. Он сбежал, пока Сора сражался с богом демонов.

Это было ужасное зрелище.

Его правая рука, в которую попал удар Соры, была отрублена от плеча вниз. Кровь, хлынувшая из раны, окрасила белое одеяние Храма Света в тёмно-красный цвет, а на земле были нарисованы извилистые красные линии.

У Оукена не было другого выбора, кроме как оставить после себя явные следы своего побега. С одной левой рукой он не мог остановить кровотечение, и у него не было сил произнести заклинание исцеления. У него даже не было времени замазать кровь грязью.

Если бы он это сделал, его быстро настигли бы преследователи — тот человек!

— Ха... хаа... что, что это... что он?!..

Сора пробил самый мощный козырь Оукена, его магию ветра, словно лёгкий ветерок, и прорезал крепкое тело своей любимой дочери, как бумагу.

Мало того, он сражался лоб в лоб с демоническим богом, который спустился, используя тело киджина как сосуд, и не отступил ни на шаг.

Сила бога демонов, спустившегося вниз, зависит от сосуда. В этом смысле, демонический бог, который проявился, используя Исаги в качестве сосуда, не достиг своей первоначальной силы.

Исаги, который был лидером Шестнадцати Копий Горы Ганзан, обладал исключительной силой среди племени киджинов, но он всё ещё был человеком. Человеческий сосуд был слишком мал, чтобы вместить бога.

Но. Но, даже если он не достиг своей изначальной силы, бог демон был богом демоном. Он не был существом, которому мог бы противостоять простой воин. Так и должно было быть.

Оукен вспомнил предыдущую сцену. Фигура Соры, который принял на себя штормовую атаку демонического бога, отразил её и, наконец, нанёс смертельный удар.

Оукен убежал оттуда, так и не увидев результата, но присутствие бога демона уже исчезло, а демоническая аура, покрывавшая остров, была стёрта. Если это так, то исход битвы был очевиден.

— Такой пользователь, не может быть, чтобы он был неизвестен!.. Он замышлял против меня... Действительно, людям нельзя доверять!..

Ворча и с трудом подбирая слова, Оукен продолжал переставлять ноги. Он должен был как можно скорее вернуться в Накаяму и сообщить о том, что произошло на этом отвратительном острове, в высшие эшелоны Храма Света.

Однако божественный артефакт, необходимый для прохождения через Врата Демонов, который позволял ему скрывать свою внешность, был утерян вместе с правой рукой. Его товарищи, сопровождавшие его на эту землю, во главе с Исаги, были разбиты силами Мицуруги, а его собственные подчинённые с горы Тайзан были полностью уничтожены. Теперь у Оукена не было возможности пройти через Врата Демонов. На самом деле, он даже не мог обеспечить себе выживание в данный момент.

Дрожащим голосом Оукен произнёс над собой исцеляющее заклинание, но сколько бы он ни читал священные стихи, кровь не прекращала течь. Хотя он должен был чувствовать себя легче после такой большой потери крови, его ноги становились только тяжелее, как будто они были сделаны из свинца.

— Гух... га... гобухаа!

Не в силах противостоять внезапному приливу тошноты, хлынувшей из глубины горла, Оукен открыл рот. Из его груди хлынуло невероятное количество крови, и он не удержался и упал на колени.

Непрерывная рвота кровью быстро образовала лужу на земле.

С кровью, текущей изо рта и носа, Оукен пытался встать. Однако, казалось, что-то прервалось, когда он упал на колени, и его тело отказалось двигаться, словно заржавело.

Его зрение с некоторых пор стало запутанным. В следующее мгновение на него напала резкая боль, пронзившая его череп, как сверло, и Оукен рухнул на землю.

Всплеск, красная жидкость разбрызгивается вокруг. Оукен, покрытый собственной вырванной кровью, скрипел зубами от унижения и страха.

— ...Тебя сильно избили, Оукен.

Тихий голос падал сверху. Подумав, что преследователи прибыли быстро, Оукен в страхе дёрнул лицом изо всех сил. Обладатель голоса появился в поле его зрения.

Это был Кагари, молодой киджин с лохматыми волосами.

Как только он это понял, лицо Оукена озарилось радостью.

— Ка, Кагари... О, спасибо, спасибо, что пришли спасти меня!..

— Спасти тебя? А за что?

— ...Кагари?

Низкий голос Кагари, не похожий на его обычный веселый и беззаботный голос. Он потряс барабанные перепонки Оукена зловещим звуком, похожим на раскаты далёкого грома.

Тревожный знак покрыл стройное тело Кагари. Неосознанно Оукен сглотнул слюну.

— Я наблюдатель этой битвы. Я видел смерть Кифу, последние мгновения Исаги и твои действия, Оукен.

— ...Что?

— Брат Хакуро велел мне быть особенно бдительным в отношении тебя. Благодаря этому я услышал много интересного. Есть те, кто презирает благословение великого Чию как проклятие, верно? Это абсурд для киджина — добровольно отказаться от самой причины, по которой он является киджином.

Услышав это, лицо Оукена исказилось. В разгар битвы с Сорой, когда клинок был прижат к его шее, Оукен нечаянно выдал свои истинные чувства. Кагари точно всё слышала.

— Вы... видели?!

— Не спрашивай меня, почему я не помог. Обязанность наблюдателя — наблюдать за битвой и возвращать всю собранную информацию в мельчайших подробностях. Чтобы ничего не случилось, брат Азума запретил мне участвовать в битве. Ты должен был знать об этом.

Кагари испустил небольшой вздох.

— Я не собирался спасать тебя с самого начала. Лучше пусть тебя убьют враги, чем я буду видеть, как ты пытаешь женщин и детей и счастливо смеёшься. Это облегчение.

— ...Ка, Кагари.

— Ну, насколько я вижу, ты получил достаточное возмездие за свою трусость, и если бы это была единственная проблема, я бы не возражал забрать тебя обратно в Накаяму. Но...

Впервые на лице Кагари появилось раздражение.

Та же эмоция просочилась в его голос.

— Ты сказал это тогда. Ты не хочешь умереть, как твой отец, поэтому ты присоединился к Храму Света и попытался отсечь проклятие Чию. Что это значит?

— Значит ли, значит ли...

— Ты не можешь разорвать связь между Чию и Киджинами, присоединившись к Храму Света. Ты всё ещё киджин. Но если твои слова правдивы, это значит, что у Храма Света — у людей — есть способ разорвать связь между Чию и Киджином. Я не могу игнорировать это.

А может, истинная цель Храма Света — уничтожить Чию, подумал Кагари. Если им удастся убить бога, то вполне логично, что они смогут прервать благословение или проклятие.

В любом случае, ясно, что у Храма Света есть что-то в рукаве.

Действия Оукена подозрительны, но источник его подозрений — Храм Света. Для Кагари это было несомненно.

Свирепый взгляд Кагари пронзил Оукена. Оукен опустил лицо, то ли из-за остроты взгляда, то ли потому, что не хотел, чтобы его выражение было прочитано.

— Оукен. Азума знал, что ты предан не Накаяме, а Храму Света. Несмотря на это, Азума уважал тебя и королевскую семью Тайзана, выбрал тебя повелителем Тайзана и обращался с тобой великодушно. Ты не отплатил за эту доброту, но поступил по воле Храма Света и попытался навредить киджину, обнажив клыки перед Чию. Это не что иное, как червь в теле льва. Неужели ты думаешь, что я, брат царя Накаямы, спасу тебя?

— Кагари, пожалуйста, вы не поняли... Пожалуйста, выслушайте меня!..

— Я могу выслушать тебя, если ты расскажешь мне всё честно — но жаль, время вышло.

— ...А?

Кагари слегка пожал плечами, а Оукен произнёс недоуменный возглас.

В этот момент раздался мощный звук шагов по земле. Для Кагари он доносился спереди, а для Оукена — сзади.

Оукен нерешительно обернулся и увидел черноволосого, черноглазого, обладателя чёрного меча — Сору, который сражался всего несколько мгновений назад.

Оукен издал короткий крик.

Что касается Соры, то он даже не взглянул на Оукена, а лишь слегка нахмурил брови и уставился на Кагари.

Вскоре после этого его рот медленно открылся.

— Мы встретились в странном месте — ну, может быть, оно не такое уж и странное. Итак, можно ли сказать, что ты мой следующий противник, Кагари?

— Нет, у меня нет намерения сражаться с тобой, Сора.

Кагари усмехнулся своему противнику, с которым он воссоединился спустя несколько часов.

— Честно говоря, я бы очень хотел сразиться с тобой, но брат Азума строго-настрого приказал мне этого не делать.

— Я не знаю, как у тебя дела, но если мы можем избежать боя, то это прекрасно — но я собираюсь убить его.

Сказав это, Сора посмотрел на Оукена. Оукен, упавший на задницу, отполз назад в кровавом месиве.

Кагари слегка подняла обе руки и ответил.

— Я видел твой бой с Оукеном. Право решать жизнь или смерть проигравшего находится в руках победителя. Это одинаково для людей и киджинов.

— Лорд Кагари!

Крик вырвался изо рта Оукена.

Законный наследник королевской семьи Тайзана, некогда правивший одной из пяти гор, жалобным голосом прижался к Кагари.

— Пожалуйста, пощадите меня... Если вы спасете меня, я расскажу вам всё, что знаю!..

— Я же говорил тебе, Оукен. Разведчик может выполнить свою миссию, только вернувшись живым. Я не могу рисковать своей безопасностью, чтобы спасти тебя.

Кагари решительно стряхнул руку Оукена, пытавшегося вцепиться в него.

Храму Света удавалось выживать во Вратах Демонов в течение трёхсот лет, хотя и с перерывами. Трудно было поверить, что они раскроют свои секреты такому человеку, как Оукен, который легко проболтался бы, столкнувшись с угрозой для своей жизни. Если бы они были такой беспечной организацией, то раскрыли бы себя гораздо раньше.

В этом смысле Кагари не придавал особого значения информации, которой владел Оукен. Достаточно было знать, что Храм Света что-то замышляет — возможно, что-то связанное с богами демонами. Дальнейшее расследование лучше всего было поручить его старшему брату Хакуро.

Что ж, зная брата Хакуро, он наверняка уже уловил большинство деталей.

Фигура Кагари, казалось, расплывалась и исчезала.

Понимая, что принц Накаямы собирается уходить, Оукен снова открыл рот, чтобы молить о пощаде.

Однако прежде чем он успел открыть рот, мелькнул чёрный меч Соры.

Раздался влажный звук, и кровь брызнула на землю. Через мгновение тело Киджина, разделённое пополам вместе с рогами, рухнуло на землю.

Это был последний миг Оукена.

— Куу!.. Это было довольно сложное испытание.

Зарубив Оукена, я почувствовал, как в меня вливается большое количество душ, и пробормотал про себя, нахмурившись. Я считал его слабым противником, но у него была сила, соответствующая его напыщенным именам вроде Герцога Тайзана.

Я погнался за ним, потому что думал, что если его отпустить, то потом это будет преследовать меня, но в результате я получил неожиданную награду. Это было ничто по сравнению с душами демонов богов, которых я только что убил, но это было вполне естественно.

Размышляя об этом, я посмотрел вниз на труп Оукена, который я разрубил пополам. Мой взгляд привлек рог на его лбу. С первого взгляда было видно, что он потерял своё свойство как магический предмет после разделения на 2 части.

Я немного пожалел, что потратил его впустую. Рог Оукена был рогом царя зверей, Бегемота — предмет, необходимый для барьерной магии, которая предотвращала утечку яда Гидры.

Но я знал это и всё равно разрубил Оукена и с рогом на пару . Это был результат рассмотрения недостатков возвращения рога демона.

Если бы магия барьера была активирована с помощью рога Оукена, то это действительно уменьшило бы урон, наносимый ядом Лесу Титис и Реке Кейл.

Однако в обмен на это факт, что «мощная барьерная магия может быть применена с помощью рога демона», был бы передан таким управляющим, как дворец Канария, Храм Закона и управляющие Ишки.

И следующее, что они сделают, зная это, будет обеспечение запасного рога на случай, если рог Оукена исчерпает запас магии.

В это время, очевидно, их взоры обратятся к Сузуме.

Вернуть рог Оукена было равносильно тому, чтобы дать им повод нацелиться на Сузуме моими собственными руками. Я не мог выбрать такой вариант.

Ну, даже до этого, если бы я подумал о чувствах Сузуме, когда я верну рог её товарища Оукена, такого варианта, как «ладнo», не было с самого начала.

Как бы то ни было, я добил Оукена и смог съесть демонического бога. Я также посетил могилу своей матери. И, кстати, я также выполнил условие, которое семья Мицуруги поставила мне. Я сделал всё, что должен был сделать на этом острове. Оставаться здесь больше не было смысла, поэтому я решил как можно скорее вернуться в Ишку.

В конце хотелось бы с Леди Эммой, но я решил воздержаться от этого. Если бы я проявил слишком много уважения к ней, некоторые люди могли бы заподозрить, что я, изгнанный, пытался заискивать перед ней и замышлял своё возвращение.

Есть ли ещё что-нибудь, что я не успел сделать?

Как только я подумал об этом, в моей голове промелькнула фигура киджина, с которым я обменялся несколькими словами ранее. Кагари, киджин полный молодости, жизненной силы и храбрости.

Кагари, которого Оукен называл «Лорд», был, вероятно, нет, определённо, лидером племени киджинов. Тот факт, что он уклонился от боя, назвав себя соглядатаем, означал, что племя Киджинов спланировало это нападение как средство сбора информации.

Они проанализируют силу семьи Мицуруги с помощью полученной сегодня информации и на основе этого спланируют следующую полномасштабную атаку.

Я не хотел, чтобы на острове, где спала моя мать и жила Леди Эмма, начались беспорядки. Должен ли я предупредить семью Мицуруги или что-то в этом роде? Подумав об этом, я тут же понял, насколько это бессмысленно, и фыркнул.

Защита Демонических Врат была абсолютной обязанностью семьи Мицуруги. Это было верховное повеление императора, и они охраняли врата на протяжении трёхсот лет. Как нелепо было призывать их усилить защиту.

Я должен покинуть остров как можно скорее, не делая ничего лишнего. Я вернусь в Ишку, как и планировал, а затем отправлюсь в Берку на поиски Бегемота.

Единственной проблемой, если бы мне пришлось назвать хоть одну, была возможность нападения в мое отсутствие, как раньше, но, честно говоря, я не слишком беспокоился об этом.

Мой отец — человек, которого я не могу понять, как в прошлом, так и сейчас, но он никогда не отказывался от своего слова, если говорил его. Теперь, когда я доказал свою силу, он не должен делать ничего такого, как нападение на Сузуме, пока меня нет, и возвращаться к прошлому. Кроме того, пока продолжается битва за врата, у него не будет свободы действий, чтобы посылать воинов за пределы острова.

Закончив разбираться со своими мыслями, я ударил ногой по земле, чтобы покинуть это место.

И только я обернулся, как почувствовал на себе чей-то взгляд.

В поле моего зрения попал особняк Мицуруги, построенный на холме. Я не мог никого разглядеть из-за расстояния, но я определённо чувствовал чей-то взгляд.

Я не почувствовал в этом взгляде никакой враждебности, но было неприятно, когда за тобой подглядывали. Я некоторое время искал неизвестного обладателя взгляда — но никак не мог найти.

Если подумать, было бы не странно, если бы в семье Мицуруги был кто-то с той же ролью, что и соглядатай племени демонов, раз уж среди них есть такой человек.

Я фыркнул и повернулся спиной к особняку Мицуруги, отсекая взгляды с другой стороны. Я ничего не выиграл от разоблачения шпиона, и я не делал ничего такого, что могло бы меня обеспокоить, если бы меня увидели. В таком случае не было нужды больше задерживаться на хозяине взгляда.

На этот раз я ударил ногой по земле и покинул это место навсегда. Чувствуя, как глаза устремляются мне в спину.

◆◆◆

— Кха?!

В тот момент, когда к нему вернулось сознание, Рагуна Мицуруги сбросил с себя подстилку и сел. Он тяжело дышал и прижимал левую руку к груди.

— Г-где это... Я...

Его затуманенное сознание мешало ему разобраться в ситуации. И всё же, подгоняемый жгучим нетерпением в груди, Рагуна встал на месте.

Он не мог оставаться на одном месте. Он должен был продолжать двигаться. Иначе это чудовище разделит его пополам — так он думал, когда в голове Рагуны пронеслась вспышка света, и его туманная память разом прояснилась.

Он сражался с киджином, проникшим в особняк Мицуруги. Рагуна помнил это. В самый разгар боя противник вызвал демонического бога, и он не выдержав его атаки получил удар большим мечом в грудь...

— Я потерял сознание, ха... Проклятье, какой позор!..

Рагуна стиснул зубы и посмотрел вниз на своё тело, которое было обмотано слоями бинтов.

Когда он заглянул под бинты, то увидел глубокий след от большого меча, вырезанный от левого плеча до правой талии. Сама рана была закрыта, но это был ужасный шрам, который мог стать смертельным. Возможно, хорошо, что он не попытался поймать удар демонического бога и поспешно отлетел назад.

Рана затянулась благодаря целителю или, может быть, так называли первосвященника Храма Закона.

В любом случае, можно было быть уверенным, что угроза демона бога покинула особняк Мицуруги к тому времени, когда Рагуна отдыхал в своей комнате. Скорее всего, его отец Шикибу сам убил его.

Он ничего не мог сделать, выскочив сейчас с мечом наперевес. Рагуна понимал это, но даже в этом случае должно было быть много дел, таких как поиск оставшихся кидзинов или истребление чудовищ за пределами замка. Лежать без дела после ранения врагом было не тем, чем должен заниматься наследник Мицуруги.

Подумав так, он попытался выйти из комнаты, как вдруг резкая боль пронзила его грудь.

— Ай!..

Боль не проходила, хотя рана была закрыта. Когда он пришёл в себя, ощущение пореза вернулось ярче, и боль, казалось, усилилась.

Когда Рагуна, пошатываясь, опустился на колени на подстилку, раздвижная дверь комнаты бесшумно открылась.

Аяка, державшая в руках небольшой тазик, увидела, что Рагуна сжимает грудь от боли, и поспешила к нему.

— Рагуна, тебе пока нельзя вставать. Ты должен лечь и отдохнуть.

В тазике была холодная вода и белая тряпочка, чтобы положить её на лоб Рагуны. Если присмотреться, то возле подушки лежала мокрая белая ткань. Должно быть, она соскользнула с его лба, когда Рагуна только вскочил.

Наследник Мицуруги нетерпеливо спросил свою невесту, которая беспокоилась о нём.

— Аяка, демонический бог мёртв?!

— Да, он был убит. Они также отразили всех монстров, которые приходили к Шууто. Так что можешь успокоиться и лечь.

— Этого недостаточно. Возможно, ещё есть киджины, которые проникли внутрь. Я пойду.

Когда Рагуна попытался встать, Аяка нежно обняла его, словно успокаивая ребёнка.

Поглаживая Рагуну по спине, чтобы успокоить его, она прошептала ему на ухо.

— Поисками занимаются воины Стиля Призрачного Клинка. Твоя задача сейчас — отдохнуть и восстановить силы.

С этими словами Аяка без труда подняла тело Рагуны и в мгновение ока уложила его на подстилку. Это было стремительное действие, не оставляющее времени на сопротивление, и в то же время оно было настолько естественным, что невозможно было заставить себя сопротивляться.

Рагуна нехотя опустился на подстилку.

— Аяка, ты...

— Леди Эмма всё это время беспокоилась о тебе. Сейчас она отдыхает, потому что я сказала ей, что буду рядом, но ещё мгновение назад она была у постели. Пожалуйста, воздержись от поведения, которое могло бы обеспокоить её ещё больше.

Сказав это, она намочила белую ткань в холодной воде, выжала её и прижала ко лбу Рагуны.

Он не мог настаивать на своём, когда речь шла о матери. Рагуна выдохнул и расслабился всем телом.

Увидев это, Аяка слегка улыбнулась и поправила постельное бельё. Затем она подняла белую ткань, упавшую рядом с подушкой, и положила её в таз.

— Ты хочешь пить, Рагуна?

— Немного, но... важнее, Аяка, расскажи мне, что случилось после того, как я упал.

После ранения, полученного от демона, его, рискуя жизнью, отнесли в тыл. Он понял это с запозданием и попросил Аяку рассказать подробности.

Она знала, что Рагуна ненавидит плохие оправдания или утешения в такие моменты. Она честно рассказала ему, что произошло потом.

— После того, как тебя порезали, я отнесла тебя обратно. Вместо этого воины взялись за демонического бога, но было много повреждений.

— Конкретно?

— Тринадцать человек погибли. Более двадцати человек ранены.

С точки зрения количества жертв, у других Флагов, защищавших стены, их было гораздо больше. Но Первый Флаг был самым элитным непосредственно под лордом, и все воины, принадлежавшие к нему, владели экипировкой души.

В этом смысле ущерб, нанесённый демоническим богом Первым Флагов, был очень велик.

Услышав это, Рагуна прикусил губу и тихо выругался. Это было проклятие, направленное на себя, а не на кого-то другого. Повреждений на этот раз не было бы, если бы Рагуна сдержал его.

Например, если бы его отец Шикибу был на месте, он бы разрубил демона одним мечом и не допустил бы никаких повреждений. Именно этого ожидали от главы семьи Мицуруги. Рагуна остро ощутил недостаток собственной силы.

На некоторое время в комнате воцарилась тишина.

В это время Аяка молча смотрела на Рагуну, как бы успокаивая его.

Возможно, не желая больше волновать её, Рагуна снова открыл рот.

— Так кто же убил бога демонов? Это был мой отец?

— ...Это

Голос Аяки, плавно переменявшийся, вдруг заколебался. Рагуна заметил это и слегка нахмурился, коротко назвав её имя «Аяка», чтобы побудить её к ответу.

Она выдохнула и ответила на вопрос.

— Сора.

— ...Что?

— Он сразил его наповал и победил, я слышала.

— Невозможно, этого не может быть!

Рагуна с силой поднял верхнюю часть своего тела и с рёвом опроверг ответ Аяки. Белая ткань на его лбу снова сползла, но Рагуна не заметил этого.

Он бросил взгляд на сидящую рядом невесту, словно хотел застрелить её, и продолжил свои слова.

— Кто может сделать так! Кто распускает такие слухи?! Это Гозу Цима, или, может быть...

— Там были Шидони, Сай и Старейшина Морган. И Леди Эмма тоже была там. Это она рассказала мне эту историю.

— Что?!

Рагуна потерял дар речи при упоминании своей матери.

Аяка продолжила спокойным голосом.

— Я спросила Шидони и других после того, как услышала от Леди Эммы, но даже Сай признал это. И я почувствовала давление кей, когда Сора ударил демонического бога. Нет, я думаю, что все воины на этом острове почувствовали это.

Огромный подъём кей, который потряс сам остров. Масштабность давления кей, поглотившей демонического бога, была безошибочной.

Слишком велика, слишком глубока — и слишком отвратительна — сила дракона.

Аяка осторожно обняла себя руками. Она сделала это, потому что чувствовала, что иначе её тело содрогнётся само по себе.

Втайне она думала про себя, успокаивая взволнованного Рагуну.

«Я рада, что Сора быстро покинул Остров Демонов. Если бы я увидела его сейчас, не знаю, смогла бы я не спровоцировать его».

— Ибуки уснул, Сесиль?

— Да, брат.

Кивнув на вопрос своего брата Гозу Цимы, Сесиль неловко улыбнулась.

— Он говорил о битве на днях с сияющими глазами, пока не заснул.

— Наверное, он всё ещё взволнован, да?

Гозу хихикнул и погладил подбородок одной рукой.

В предыдущей битве Ибуки попал в засаду киджина и был избит. Учитывая его четырёхлетний возраст, было бы неудивительно, если бы он застыл от страха и не мог говорить.

Однако Ибуки был полон энергии, не обращая внимания на беспокойство окружающих. Он бегал по дому и за его пределами и с трудом засыпал по ночам, заставляя свою мать напрягаться.

Он действительно унаследовал кровь святого меча, — Гозу похвалил смелость своего племянника с некоторой долей предвзятости.

Была и другая хорошая новость. Дело в том, что Ибуки изменил своё мнение о Соре.

До сих пор он считал его «плохим человеком, который издевается над Дядей Гозу», и был так зол, что вызвал Сору на дуэль, когда тот вернулся домой. Но после нападения он, похоже, изменил свое восприятие на «человек, которого я должен однажды превзойти».

То, как он победил группу киджинов, устроивших засаду, и мифическое существо, напавшее на него, захватило разум ребенка и не отпускало. По словам Сесиль, казалось, что Сора явился на помощь Ибуки, и это могло его тронуть.

Гозу хотел поблагодарить его парой слов, но Сора покинул остров, как будто не хотел задерживаться. К тому же, Ибуки выглядел очень разочарованным, когда узнал об этом.

Возможно, пришло время поговорить о своём брате Соре, о котором он до сих пор не мог. Гозу и Сесиль думали так же.

Однако если бы они заговорили о нем, им пришлось бы говорить и о разных вещах, связанных с ним. Почему его брат Сора покинул остров? Почему его брат Сора «издевался» над Гозу?

Он не смог бы понять эти вещи, даже если бы они рассказали их четырёхлетнему ребёнку. Кроме того, и сами Цима не всё понимали. Внешний вид и слова Соры с тех пор, как они снова встретились, не выходили у них из головы.

Сесиль открыла рот, глядя вниз.

— ...Брат. Мы ошиблись?

— Если и была ошибка, так это то, что я не смог довести Сору к оборудованию души. Это не то, о чём Сесиль стоит беспокоиться.

Гозу ответил мягким голосом на вопрос сестры, прозвучавший шепотом.

Это были слова, чтобы утешить сестру, но в то же время, это было истинное чувство Гозу.

Сесиль сожалела, ей следовало поступить иначе, когда Сора был изгнан.

Но Гозу считал, что в то время не было другого способа сделать это.

В качестве основы Гозу не считал, что изгнание Соры — это плохо.

Учитывая историю семьи Мицуруги, для Соры было невозможно остаться наследником, если бы он не смог превзойти испытание. И было очевидно, в каком положении окажется Сора, если потеряет должность наследника, а также то, что Сора не сможет смириться с такой ситуацией.

Если ему не было места в доме, ему пришлось искать место за его пределами. Шууто был узким, и глаза людей следовали за Сорой, куда бы он ни пошёл. В таком случае у него не было другого выбора, кроме как покинуть остров.

Изгнание может показаться плохим, но, с другой стороны, это была милость Шикибу, который велел ему жить на мирном континенте, а не на Острове Демонов, где бродят могущественные звери. По крайней мере, именно так интерпретировал это изгнание Гозу.

Конечно, это был нелёгкий путь. Он знал, что Сора был глубоко ранен и боялся остаться один.

Но, став взрослым, он должен был позаботиться о себе сам. Если бы Гозу и Сесиль были рядом с ним, Сора неизбежно положился бы на них. Кроме того, если бы Гозу и Сесиль ослушались приказа главы и последовали за Сорой, их сочли бы дезертирами из Зелёного Леса — и за ними погнались бы преследователи.

Вариант следовать за Сорой был глупым поступком, который подверг бы его опасности и попрал бы предусмотрительность Шикибу. Они никак не могли выбрать это.

Внутренние чувства Сесиль были почти такими же. Одно отличие от Гозу заключалось в том, что она не могла пойти против желания Шикибу, которому приглянулась. Гозу однажды обратил свой клинок против Мицуруги Шикибу. Шикибу великодушно простил Гозу и даже позаботился о жизни брата и сестры Цима. Сесиль всегда была благодарна Шикибу, поэтому она не могла ослушаться его приказа.

Гозу и Сесиль не рассказали Соре об этих обстоятельствах. Они считали, что не должны прощаться с островом с сожалением. Когда Сора подрастёт и наберётся опыта, он поймёт чувства отца — они надеялись на это, провожая Сору с острова.

Прошло пять лет, и Сора вернулся. Со страшной силой и ледяным взглядом.

Сесиль вспомнила выражение глаз Соры, когда он увидел её, и слегка вздрогнула.

Если бы это был только взгляд обиды, она не была бы так потрясена. Она была готова к тому, что Сора её тоже возненавидит, поскольку знала, что он зарубил своего брата.

Но это было другое. Это не был взгляд ненависти или негодования.

Сора не испытывал к Сесиль ни интереса, ни любопытства. Но и ненависти или обиды тоже не было. Он не признавал её достоинств настолько, чтобы направлять на неё свои эмоции.

Вот почему она знала — знала, и вот почему Сесиль не могла много разговаривать с Сорой, пока он был на острове. Было невыносимо, когда Сора, любивший её как сестру, смотрела на неё как на придорожный камешек.

Гозу тихо заговорил с сестрой, которая была бледна и погружена в раздумья.

— Сесиль, не думай слишком много.

— ...Но, брат.

— Не волнуйся, это омрачит твоё лицо. Ибуки будет волноваться. Тебе нужно поскорее отдохнуть.

Бесполезно сожалеть о том, что нельзя исправить. Это только поглощает тебя. Сесиль слегка кивнула, почувствовав беспокойство брата.

Её взгляд обратился в сторону Гозу. Там в процессе изготовления находился деревянный меч. Было очевидно, что он предназначался для Ибуки, который потерял свой деревянный меч в предыдущей битве.

— Брат, ты, должно быть, очень занят. Ты уверен?

— Не волнуйся, для меня это способ расслабиться.

С улыбкой сказал Гозу. Потребуется много времени, чтобы восстановить повреждённые стены. Киджины только начали двигаться. Некоторые из Восьми Флагов Зелёного Леса были неспокойны, потому что Рагуна, наследник, был побеждён демоническим богом, и этот демонический бог был побеждён Сорой, бывшим наследником.

Настоящая буря была ещё впереди. Для Гозу это было не просто предположение. Вот почему он хотел сделать подарок своему трудолюбивому племяннику до того, как наступит буря.

◆◆◆

В это же время в резиденции Мицуруги Гиллмор Берч присутствовал в комнате своего господина и вёл страстный спор.

Его темой было наказание Соры Мицуруги.

Нехорошо было оставлять того, кто открыто заявил, что не будет следовать намерениям семьи Мицуруги.

Он мог попасть в другую страну или связаться с кем-нибудь из знати Ад-Астеры, затаившей злобу на семью Мицуруги. Им нужно было поставить Сору под наблюдение семьи Мицуруги, пока этого не произошло. Он рассуждал.

Гиллмор, который когда-то следовал намерению Шикибу «оставить Сору в покое», после нападения вновь ужесточил своё отношение.

Больше всего Гиллмор боялся того, что Морган Скайшип, глава семьи Скайшип, был на месте, где Сора победил демонического бога.

Морган Скайшип был политическим врагом, которого Гиллмор когда-то выгнал. Он всё ещё имел влияние, о чём можно судить по тому, что Шикибу доверил ему охрану своей жены и наложниц.

Если Морган распространит достижения Соры, то оценка Рагуны неизбежно снизится, поскольку он был побеждён. Если Сора восстановит своё положение наследника, Гиллмор, который обратился к Рагуне, тоже не избежит падения.

Гиллмор попытался объявить подробности битвы следующим образом, чтобы уточнить достижения Соры.

Рагуна был ранен демоническим богом в резиденции Мицуруги, но в то же время он нанес ему смертельную рану. Демон покинул резиденцию Мицуруги, потому что убегал от Рагуны. И этот их бог, сражавшийся с Сорой, был полумёртв, и поэтому его мог убить такой человек, как Сора. На самом деле, именно Рагуна Мицуруги победил демонического бога — Гиллмор попросил у Шикибу разрешения сообщить об этом.

Но

— Нет.

— ...Но, мой господин. Если мы оставим всё как есть, могут возникнуть ненужные проблемы из-за положения наследника. Теперь, когда киджины начали двигаться, мы должны пресечь в зародыше любые элементы, которые создают проблемы в доме. Вот что я думаю.

— Нет. Для воина поражение — это то, чего следует избегать, но не позор. Позорным для воина является не поражение, а сокрытие своего поражения. Если человек проиграл и упал в оценке, он должен поднять её, победив. Как тот, кто проиграл воину драконьего клыка и поднял свою оценку, победив демонического бога.

Оставшись один, Шикибу пробормотал слова, которые только что произнёс.

— Проиграл воину драконьего клыка и повысил свою оценку, победив демонического бога, да?

Сцена предыдущей битвы живо проецировалась в сознании Шикибу. Последнее, что он увидел, была спина черноволосого юноши, который повернулся к нему спиной и ушёл.

Шикибу приподнял уголки губ. Как будто улыбаясь, хваля, а может быть, даже насмехаясь.

— ...Великолепно, Сора.

Я покинул Остров Демонов и направился на запад по Имперскому Пути. Мои шаги были лёгкими, а сердце — светлым, в отличие от того, когда я пришёл. Я был так счастлив, что не мог не напевать мелодию.

Говоря прямо, я был в восторге.

В этот раз моё возвращение домой было коротким, меньше дня, но я многое приобрела. Я смог убедиться в собственном росте и в том, каких высот мне следует достичь.

Кроме того, я смог победить демонического бога и повысить свой уровень. Неудивительно, что я был в восторге.

Мой текущий уровень — «30», и каждый раз, когда я представляю это число в своей голове, моё лицо расплывается в улыбке. Когда я шёл, ухмыляясь и напевая, я, наверное, выглядел как подозрительная личность. Время от времени проходящие мимо путешественники избегали меня с отвращением.

Если бы я столкнулся с имперскими солдатами, охранявшими дорогу, они могли бы без вопросов доставить меня в участок. Повезло, что мне удалось добраться до границы между Империей и Королевством Канария, не столкнувшись с подобной ситуацией.

...Не знаю, продолжится ли это везение в будущем.

Моё зрение заполняет длинная вереница людей, блокирующих дорогу. Это буквально длинная очередь людей. Это нормально для границы быть переполненной, но такой масштаб всё равно странен. Должно быть, происходит какая-то аномалия.

Однако на лицах людей, стоящих в очереди, не было ни спешки, ни напряжения, так что, скорее всего, это не опасная аномалия вроде появления большого монстра или начала войны между Империей Ад-Астера и Королевством Канария.

Так что же именно происходило? Я наклонил голову.

— Я могу понять, если на Канарской стороне границы многолюдно, но...

В последнее время на Королевство Канария обрушились бедствия. На королевскую столицу нападали монстры-нежить, происходило нашествие бешеных зверей, появлялись мифические существа. Список бедствий был бесконечен. И не было никакой гарантии, что эти бедствия не продолжатся в будущем.

Так что, если бы из Королевства Канария в Империю Ад-Астера бежали люди, и граница была бы переполнена, я бы понял.

Но я вижу обратное, и люди здесь пытаются попасть в хаотичное Королевство Канария.

Это купцы, которые видят в суматохе возможность для бизнеса, или наёмники, которые бродят в поисках работы? Или — подумал я, прислушиваясь к окружающим меня голосам.

Я улавливал голоса людей, которые застряли надолго, и иногда присоединялся к ним, чтобы послушать их истории. По мере того как я это делал, ситуация постепенно прояснялась.

...Говоря прямо, похоже, что объявлено о свадьбе Принцессы Сакуи из империи Ад-Астера и Принца Азара из Королевства Канария. Церемония состоится в королевской столице Хорус. Назначенная дата — через месяц.

Я слышала, что о подобном говорили, когда ездила в королевскую столицу раньше. Поэтому меня не удивила сама свадьба, но удивила дата.

От объявления до реализации прошел всего месяц. Для свадьбы между государствами нередко требуется больше года на подготовку. Вот такая краткость и происходит. Даже свадьба простолюдина займет немного больше времени.

Они не смогут подготовиться должным образом. Как уже упоминалось ранее, в Королевстве Канария царит хаос, и даже логистика не восстановлена. Как они могут устроить большую свадьбу в такой ситуации?

— Нет, может быть, именно поэтому?

Я положил руку на подбородок и задумался. Это не редкость, когда страна начинает масштабный строительный проект, чтобы помочь людям, которые потеряли свои дома и работу из-за крупной катастрофы.

Свадьба между странами была бы очень масштабным проектом. Он идеально подходит для общественных работ.

У Королевства Канария, вероятно, нет ресурсов, чтобы собрать материалы, необходимые для такого масштабного проекта, но при полной поддержке Империи можно не беспокоиться о нехватке материалов. В конце концов, империя — вторая сторона свадьбы. Они обязательно предоставят продовольствие и рабочую силу, чтобы счастливая свадьба удалась.

Эти движения, связанные со свадьбой, могут стать возможностью оживить истощенную экономику Канарии. И не только экономику. Национальное празднование также будет иметь эффект успокоения умов людей, которые были потревожены монстрами.

Да, да, всё это хорошо. Было бы нелепо откладывать такой праздник на целый год. Даже если это будет праздник, он не принесёт надежду в сердца людей, если он будет слишком далеко впереди. Подожду ещё немного — я думал, что как дата, которая вызывает у меня такие чувства, один месяц спустя — это то, что я вполне могу понять.

— Невозможно разгадать это спешным взглядом.

Зная, что Империя Ад-Астера сместила семью Мицуруги и устранила Клаудию, невесту кронпринца, я чувствовал, что эта свадьба была более чем сомнительной.

Империя оставляла в неведении относительно инцидента с Джиджинбоу и пыталась побыстрее закончить дело. Канарская сторона, должно быть, хотела избежать этого, но, учитывая ситуацию, было трудно отказаться от помощи империи. Особенно если бы они отказались силой, они могли бы пригласить военное вторжение империи.

К настоящему времени Герцог Драгнаут и Астрид в королевской столице, должно быть, в смятении. Интересно, как дела у Клаудии? Клаудия, с которой разорвали помолвку, не должна иметь никакого отношения к этой свадьбе, но есть вероятность, что она вовлечена в какие-то неприятности, поскольку является бывшей невестой.

И я также беспокоился о состоянии Клаудии. Я убил Джиджинбоу, источник проклятия, и повысил её уровень с помощью вливания души. В письме, которое я получил перед отправкой на Остров Демонов, Герцог Драгнаут ничего не сказал о паранормальностях с его дочерью. Так что проблем быть не должно, но...

Я только что проехал через королевскую столицу по пути туда, потому что очень торопился. Я заеду ненадолго на обратном пути, когда буду меньше волноваться. Когда я устал от медленно движущейся очереди, я задумался о таких вещах.

◆◆◆

В это же время Клаудия Драгнаут была одна в своей домашней конюшне, глубоко задумавшись.

Дочь герцога, которая была истощённой и слабой из-за проклятия, теперь полностью восстановила своё здоровье.

Её щёки сияли розовым румянцем, руки были прекрасны, как у белой рыбы, и она чувствовала себя свежей и живой, сохраняя при этом свою грациозность.

Её прекрасная красота удивляла публику, и когда на днях она вместе с отцом и сестрой отправилась во дворец, все придворные воскликнули.

Большинство придворных знали Клаудию ещё до её проклятия. Даже они были поражены тем, как Клавдия выглядит сейчас.

Изначально Клаудия была известной дамой благодаря своей красоте и уму, но теперь явно превзошла своё прошлое. Её бывший жених, наследный принц Азар, которого она встретила впервые за долгое время, также широко раскрыл глаза, показывая своё удивление.

Клаудия вздохнула, вспомнив лицо принца в тот момент.

— Пии?

Огромная тень шевельнулась, глядя на Клаудию. Как уже говорилось ранее, Клаудия была здесь единственной, но были и другие существа.

Перед дочерью герцога лежал крылатый зверь Виверна Кларент, принадлежащий семье Драгнаут. Как можно понять из того, что он носит часть имени Клаудии, Кларент — дракон Клаудии.

— Я в порядке, Кларент. Я просто... да, совсем чуть-чуть, я хочу дать принцу пощёчину.

— Пи?!

— Нормально ли это? Конечно, нет!

Вот почему я так расстроена. Я сжала губы, размышляя.

Я не злюсь из-за того, что моя помолвка разорвана. Конечно, у меня есть некоторые мысли, но, учитывая моё состояние до недавнего времени, я не могу винить его в том, что он посчитал меня непригодной в качестве принцессы и будущей королевы.

После этого, как будто он и ждал, переговоры о браке с принцессой империи Сакуей продвинулись. В этом нет вины принца. Скорее всего, это результат интриги Маркиза Колиа, и раз король согласился, у принца не было другого выбора, кроме как принять это. Я тоже это понимаю.

Но. Да, но.

Только потому, что ему не нравится высокомерный характер принцессы Сакуи, он не должен был снова посылать мне кокетливый взгляд. Если он думает, что я наброшусь на него, когда он будет болтать передо мной местом второй жены, то он ошибается.

— Правда! Я рада, что это не достигло ушей моего отца и сестры. Это могло бы перерасти в дуэль!

Перед Клаудией, которая была в гневе, Кларент в замешательстве качал головой из стороны в сторону.

Он не мог скрыть своей паники перед своим хозяином, который был необычайно зол.

Я был приглашён в резиденцию Драгнаутов и, как объявила Клаудия, был принят всей герцогской семьей.

Клаудия, конечно, и слуги герцога также радушно принимали меня. Возможно, мне не отказали бы, даже если бы я пришёл один. Всё было так, как сказала Клаудия, и это было очень благодарно.

Семья Герцога Драгнаута — первоклассная знать королевства Канария. Я чувствовал себя немного неловко, когда со мной обращались как с гостем в их особняке — в неуместном смысле — но я не мог не радоваться тому, что мои действия были высоко оценены. Моя оценка семьи Герцога Драгнаут росла.

К сожалению, Герцог Драгнаут и Астрид отсутствовали, но это было ожидаемо.

Как и ожидалось, брак принца Азара и принцессы Сакуи также стал большой суетой в королевском дворце.

Первоначально Маркиз Колкиа, дворянин из имперской фракции, решительно выступал за их брак. Маркиз сильно ослабил свои позиции во время предыдущего инцидента с Джиджинбоу, но он восстановил своё политическое положение, воспользовавшись замешательством, вызванным толпой разъярённых зверей и появлением мифического существа Гидры.

Другими словами, он использовал брак как предлог, чтобы получить большую помощь от империи, и в то же время предположил, что империя перейдёт от политики брака к военному вторжению, если брак будет отменён здесь, и сразу же подтолкнул брак.

Конечно, было много возражений, но Король Толлвалд сам принял решение.

Национальная мощь Королевства Канария уже уступала Империи Ад-Астера. Вдобавок ко всему, возникла большая путаница. В этой ситуации, если бы Королевство Канария столкнулось с полномасштабным вторжением имперской армии, шансов на победу не было бы.

Тогда лучше было бы избежать военного конфликта путем заключения брака, а в обмен на закрытие глаз на недостатки другой стороны, получить большую помощь и использовать её в качестве средств на восстановление — решение короля соответствовало предложению Маркиза Колкиа.

Это официально положило конец браку между двумя странами, но нашлось не мало придворных, которые воспротивились решению короля. Некоторые были настолько разъярены, что пытались разорвать брак силой, и герцог Драгнаут был заперт во дворце для подавления таких радикальных движений.

Астрид, как фактический командир Корпуса Драконьих Рыцарей в отсутствие Герцога Драгнаута, летала по Канарии, чтобы поддерживать общественный порядок, и, похоже, возвращалась в резиденцию герцога лишь раз в несколько дней или не возвращалась вовсе.

Клаудия, закончив рассказывать мне о ситуации, испустила небольшой вздох.

— Я беспокоюсь о своём отце, муже и сестре, которые всегда выглядят очень уставшими, когда возвращаются домой.

— Видно. Это звучит очень тяжело, даже просто услышав.

Я скрестил руки со сложным лицом. Я бы хотел помочь семье герцога, если бы мог, но после этого я должен отправиться в Берку и разыскать Царя Зверей Бегемота. Это необходимо, чтобы остановить загрязнение Леса Титис и Реки Кейл.

Кроме того, Сузуме и Сиель беспокоятся обо мне в Ишке. Я хочу вернуться как можно скорее и успокоить их, и это тоже проблема.

Было бы нечестно намекать на помощь Клаудии, когда я не могу этого сделать.

...Вот что я сделаю. Я поспешу обратно в Ишку и покажусь Сузуме и остальным, а затем отправлюсь в Берку полный кей. Если я одолею Бегемота там и поспешу обратно, я смогу без колебаний помочь Клаудии и остальным. Да, так и сделаю.

Пока я размышлял об этом, в дверь гостевой комнаты постучали.

Клаудия слегка наклонила голову и сказала «Извините», прежде чем направиться к двери. Из приоткрытой двери показалось лицо дворецкого герцога с письмом в руке.

Судя по горькому выражению лица дворецкого, это были не очень хорошие новости.

Разговор шепотом между Клаудией и дворецким. Я не собирался подслушивать, но мне было не настолько неинтересно, чтобы закрывать оба уха, поэтому некоторые слова долетели до моих ушей.

Среди них были слова «Hаследный Принц» и «Его Величество Kороль», и я рефлекторно нахмурился.

Будь то Король Толлвалд или Наследный Принц Азар, именно они разорвали помолвку с Клаудией, страдавшей от проклятия. Особенно кронпринц, который был в положении жениха, но не прислал ни одного письма с заботой о прикованной к постели Клаудии.

Как человек, испытывавший чувства к Клаудии, я не мог испытывать к ним ничего хорошего — особенно к кронпринцу.

Увидев тень на лице Клаудии, когда она вернулась, это чувство невольно усилилось.

И тут, на моих глазах, Клаудия с сожалением открыла рот.

— Мне очень жаль, Сора. Я хотела поговорить с вами побольше, но меня вызвал Его Величество. Я должна спешить во дворец.

— Неужели? Пожалуйста, не беспокойся обо мне — но, повiстка от Его Величества?

Я наклонил голову.

По словам Клаудии, Герцог Драгнаут в последнее время задерживался во дворце. Если бы у короля были какие-то дела с семьей герцога, он мог бы позвать герцога Драгнаута, который находился во дворце, и не было бы необходимости приглашать Клаудию.

Но король послал гонца в резиденцию герцога. Другими словами, дела короля были связаны не с семьёй герцога, а лично с Клаудией. Судя по его словам, это как-то связано с кронпринцем.

Кронпринц, разорвавший помолвку с Клаудией, которая страдала от проклятия, вызвал её во дворец через своего отца. То, что это не было радостным событием, было видно по выражениям лиц дворецкого и Клаудии.

Я задумался и решил, стоит ли мне продолжать или нет.

Как я уже говорил, я не собирался надолго задерживаться в королевской столице. Лучше не вмешиваться в дела, о которых я не знаю, и не навлекать на себя неприятности. Это может привести к неприятностям для Клаудии.

Кроме того, Клаудия не просила меня о помощи. Я должен просто тихо отступить и не делать ничего лишнего. Так я и думал.

...Но с другой стороны, у меня было чувство, что мне не стоит отступать. Меня заинтересовала повестка, которая, казалось, воспользовалась отсутствием герцога Драгнаута и Астрид.

В голове промелькнуло лицо молодого кронпринца, который некоторое время назад вынуждал меня предложить Клау Сорас. Тогда он тоже избегал Герцога Драгнаута и Астрид.

Должен ли я вмешаться в это дело или лучше отступить?

Спросил я себя. Ответ пришел мгновенно — вмешаться, и сильно.

Я прочистил горло и открыл рот с серьезным лицом.

— Леди Клаудия, я спрошу откровенно. Прости, если я не прав, но...

— Да, в чем дело?

— Тебя беспокоит то, что человек, который тебя бросил, предлагает тебе снова быть вместе?

Поскольку я спросил откровенно, как и заявил, странный звук вырвался из уст Клаудии.

— С-Сора? Что вы имеете в виду?..

— Если быть точным, я имею в виду, беспокоит ли тебя то, что за тобой ухаживает человек, который тебя бросил?

В ответ на этот вопрос Клаудия замялась и задумалась, что ответить.

Через некоторое время она, кажется, решилась и кивнула с обеспокоенным видом.

— Да, это действительно так... Как вы узнали?

— Прости, но когда ты разговаривала с дворецким, я услышал слово «кронпринц». Как я уже говорил, ты стала ещё красивее. Учитывая это, а также личность кронпринца, которого я встречал раньше, я догадался, что здесь может быть что-то подобное.

Услышав мой ответ, Клаудия кивнула с серьёзным лицом, а затем слегка улыбнулась.

— Фуфу, как я и думала, невозможно, чтобы вы утверждали, что вы гражданский человек без звания или должности. Это блестящая дедукция.

— Я ценю твой комплимент. И, что ж. Если ты не возражаешь, я бы хотел, чтобы ты отвела меня во дворец, что скажешь?

— ...Вы уверены?

Она немного колебалась, а затем кивнула с решительным видом.

— Конечно. Гидра отложила это, но план сделать тебя «заложницей» ещё не исчез.

Когда я заговорил о предыдущей истории, Клаудия сделала извиняющийся и счастливый вид.

План показать окружению, что мы помолвлены, пригласив незамужнюю принцессу Клаудию ко мне, холостому мужчине. Были и другие цели, но суть той истории заключалась в том, чтобы предотвратить подобную ситуацию.

Было уже поздновато, но если бы мы при удобном случае вместе посетили дворец и объявили о нашем будущем сожительстве, то можно было бы рассчитывать на хороший эффект. Таким образом, я мог бы помочь Клаудии, не задерживаясь надолго в королевской столице.

Проблема заключалась в том, если кронпринц не сдастся — но когда он раньше просил Клау Сораса, он сказал «предлагай», но не пытался взять его силой. Он был напорист, но не тираничен. Он не должен пытаться заставить Клаудию быть его.

Если бы это предположение было ошибочным, и кронпринц попытался бы разорвать нас на части — тогда кронпринц Королевства Канария получил бы наказание, достойное его преступления.

— Кстати, леди Клаудия. Ты сказала, что это была повестка от Его Величества, но в чём дело?

Не хочешь же ты сказать, что он прислал письмо, в котором просил тебя воссоединиться с его сыном? Я подумал и спросил, а Клаудия напряглась.

— Через несколько дней из Священного королевства приедет Её Святейшество Папа, и он попросил меня служить сопровождающей при кронпринце.

Как только я это услышал, я невольно расширил глаза.

Папой Святого Королевства был только один человек. Верховный лидер Храма Закона, который совершал чудеса божественной сферы, такие как «Восстановление» и «Божье Нисхождение». В Святом Королевстве существовали и другие храмы, но только Храм Закона претендовал на титул Папы.

Папесса также была фактическим лидером Святого королевства, и у нее должны были быть тесные отношения с Империей Ад-Астера. Она также была той, кто рассказал нам о барьерной магии, которая предотвратила действие яда Гидры.

Папа скоро прибудет в королевскую столицу, сказала Клаудия. Для того ли, чтобы применить барьерную магию — нет, они ещё не нашли необходимого катализатора. Тогда, может быть, для наблюдения за свадьбой? Это был брак между двумя странами, поэтому не было бы странным, если бы сам Папа приехал.

Но, похоже, ей было ещё рано приезжать в Королевство Канария на свадьбу. До церемонии оставался ещё почти месяц. Может быть, была какая-то другая причина?

...Размышляя о разных вещах, я отправился надевать официальную одежду, которую позаимствовал у семьи герцога.

После этого я отправился во дворец вместе с Клаудией в карете. Перед тем как сесть в карету, во время поездки и после того, как я сошёл, Клаудия всё время улыбалась.

Время действия — после битвы с Гидрой, когда Клайра, взятая в заложники, переехала из гнезда Короля мух в Ишку.

В тот день Сузумэ проснулась от собственного крика.

Она сбросила с себя постельное бельё и села, опираясь только на верхнюю часть тела. Она тяжело дышала и задыхалась. Её тонкая ночная рубашка была тяжёлой и влажной от пота. Ей казалось, что ей приснился ужасный кошмар, но она не могла вспомнить, о чём он был, как будто его стёрли, как дым.

Через некоторое время она успокоилась и кончиками пальцев ущипнула прилипшую к груди ночную рубашку. Похоже, она много ворочалась, и та была такой мокрой, что пот капал с неё, если она давила.

Если Сузумэ останется в таком состоянии, то может простудиться. Стоит ли ей переодеться и снова лечь, или лучше встать и переодеться в свою обычную одежду? Судзумэ заколебалась и, не приняв решения, подошла к окну.

Снаружи небо начинало белеть. Это был лишь вопрос времени, когда взойдёт солнце.

И тут в поле зрения Сузумэ появились две фигуры. Они яростно двигались по углу двора.

— !..

— ...

Чёрно-белые тени, пересекавшие друг друга со скоростью, которую не мог уловить глаз, были Сорой и Клайрой.

Не было ничего необычного в том, что они тренировались вместе. Скорее, в последнее время это стало ежедневным зрелищем. Сора всё время держался рядом с Клайрой.

Обычно они держали оружие и сталкивались клинками друг с другом, но в этот раз они были с голыми руками, возможно, учитывая время суток. Несмотря на это, их спарринг был настолько интенсивным, что не был похож на тренировку, и Сузумэ даже не могла следить за их движениями глазами.

— ...Эх.

Сама того не осознавая, вздох вырвался из её рта.

С момента последнего нападения прошло менее полумесяца. Сердце Сузумэ было недостаточно велико, чтобы принять человека, пытавшегося убить её и Сиэль, с открытым сердцем. Вид Соры и Клайры, постоянно находящихся вместе, вызывал в груди Сузумэ чувство тревоги.

Она знала это. Она знала, что одна из причин, по которой Сора был с Клайрой, заключалась в том, чтобы присматривать за ней. Сора присматривал за Клайрой, чтобы убедиться, что она снова не нападёт на Сузумэ и остальных.

Хотя она знала это, она не могла не испытывать уныние, когда увидела их.

— Сора, вы выглядите так, будто вам весело...

У Соры было такое выражение лица, какого Сузумэ никогда не видела раньше, когда он тренировался с Клайрой. Лицо было невинным и радостным, как у ребёнка. Для Соры, который обладал значительной мощью, иметь кого-то, с кем он мог бы сражаться, не сдерживаясь, должно быть, было редкостью.

От этого у Сузумэ защемило сердце.

В памяти всплыло её прошлое «я», которое было в ярости. Она напала на Клайру, которая порезала Сиэль и даже пнула её, и оказалась легко побеждена, словно ребёнок, которому выкручивают пальцы.

С тех пор как она пришла в Ишку, она старалась изо всех сил. Но её усилия были бессильны против нападавших. Возможно, даже если бы она старалась десять или двадцать лет, результат не изменился бы. Разница в способностях между Сузумэ и Клайрой была настолько велика.

Дело было не только в Сузумэ. Даже Лунамария и Мирослава, которые, казалось, были намного выше Сузумэ, не могли дотянуться до Клайры. Скорее всего, никогда.

Необоснованный разрыв в способностях.

Она никогда не сомневалась, что Сора был таким. Скорее, она считала его надёжным и хотела как-то стать ему полезной. Она прилагала все усилия, чтобы добиться этого.

Клайра, стоявшая на том же месте, что и Сора, была в некотором смысле идеалом для Сузумэ.

— ...Эх. Я завидую ей.

Конечно, в ней осталась тревога из-за того, что этот человек напал на неё. Но больше того, она была шокирована, увидев человека, которого она идеализирует рядом. Неважно, сколько усилий она приложит, она знает, что никогда не сможет достичь такого положения, и это осознание заставляет её сердце скрипеть от боли.

Была ли Сузумэ слабой или сильной, Соре, вероятно, было всё равно.

Но нынешние отношения между Сузумэ и Сорой были лишь односторонней опорой Сузумэ на Сору. Сузумэ знала, что такие отношения долго не продлятся, даже несмотря на то, что она жила в лесу.

Больше всего она боялась, что перестанет сомневаться в образе жизни, который зависел от Соры. Что она станет для него настоящей обузой.

Единственным способом избежать этого было работать ещё усерднее. Если она не могла достичь его своими усилиями до сих пор, ей просто нужно было работать ещё усерднее, чем раньше.

А если она всё равно не сможет его достичь... Когда она думала об этом, её сердце заколотилось. Как будто привязанное к чему-то, сильно.

На мгновение она вспомнила кого-то с красными глазами, похожими на фонарь. Это было послевкусие сна, который она только что видела. Сузумэ пыталась вспомнить, кто это был, но чем больше она старалась, тем сильнее туманилась её память, а фигура становилась всё более расплывчатой.

В конце концов, Сузумэ так и не вспомнила содержание сна в тот день.

— По приказу моего отца я приму тебя в качестве супруга. И точка. Я не позволю тебе прикасаться ко мне. Даже пальцем.

Третья имперская принцесса, впервые встретившаяся с кронпринцем в великолепном императорском дворце Ад-Астеры, сказала ему это, едва открыв рот.

Затем, холодно улыбнувшись, она продолжила.

— В конце концов, я усыновлю ребенка своего отца или брата. Этот ребенок станет наследником, а я буду выступать в роли опекуна и управлять страной. Ты должен знать, что ты не король, а консорт.

Принцесса, обладавшая потрясающей красотой, говорила о своих планах на будущее приятным голосом. Однако приятным был лишь тон её голоса, и не содержание.

Она не консультировалась. Это не было просьбой. Это не было даже попыткой уговорить её будущего мужа.

Констатация будущего — только лишь она.

— Недоволен в спальне — найди другую женщину. Можешь не беспокоиться. Я не буду возражать, кого бы и сколько бы ты ни привёл. Я слышала, ты разорвал помолвку ради нашей свадьбы. Можешь захватить и её.

С этими словами третья имперская принцесса встала. Её невозмутимый вид говорил о том, что она сказала всё, что хотела сказать.

Наблюдая за тем, как его брачный партнёр исчезает за дверью, кронпринц не мог произнести ни слова. Точнее, кронпринц не открывал рта с тех пор, как сел.

Это была первая встреча между Азаром, кронпринцем королевства Канария, и Сакуей, третьей имперской принцессой империи Ад-Астера.

После этого Азар сразу же отправился обратно в Королевство Канария, но, естественно, в карете он взорвался от недовольства.

Он разглагольствовал о том, что не слышал о подобном, что всё не так, как ему рассказывали. В ответ его сопровождающий, маркиз Колкиа, с серьёзным лицом ответил ему.

...Принцесса была озабочена тем, чтобы покинуть страну, и это отразилось на её словах и поступках. Возможно, она также испытывает человека, который станет её мужем. Не будьте упрямы и примите её великодушно. В конце концов, отношение принцессы смягчится. Если вы будете проявлять эмоции и спорить с ней, она только отдалится от вас. Если принцесса пожалуется отцу, что с ней грубо обращаются, это ухудшит отношения между двумя странами, а в худшем случае может привести к войне. Чтобы избежать такой ситуации, вы не должны поднимать шум из-за слов и поступков принцессы...

Маркиз серьёзно объяснил Азару, который проявил некоторое понимание, но всё равно чувствовал себя неловко.

Он рос без каких-либо трудностей, будучи кронпринцем. Выше него был только его отец, король Канарии. Для него было слишком тяжело принять в жены принцессу, смотревшую на него свысока, да ещё и ублажать её. И это было не на мгновение. Это было на всю оставшуюся жизнь.

Его депрессия продолжалась даже после возвращения в свою страну, и он обратился к отцу с просьбой пересмотреть решение о свадьбе, но было уже слишком поздно для такой прихоти, и отец отругал его.

Азар наполнялся недовольством.

В это время в царском дворце появилась Клаудия Драгнаут.

Клаудия, которую он не видел уже давно — целый год, была так прекрасна, что у Азара сбилось дыхание.

Она всегда была пышущей жизнью и здоровьем красавицей, но теперь к ней добавилась женственная грация, которая делала её очарование ещё более заметным. От проклятия и болезней не осталось и следа.

Увидев её, Азар вспомнил образ третьей имперской принцессы.

По сравнению с той высокомерной принцессой, Клаудия была гораздо привлекательнее. Когда они были помолвлены, Азару не нравилось существование Клаудии, превосходила его и в литературных познаниях, и в боевых искусствах, но Клаудия всегда уступала и поддерживала его.

В то время это тоже было неприятно Азару, но теперь всё было иначе.

Если Клаудия станет его женой, она будет уважать его как своего мужа. Она не стала бы принижать себя, следуя за императорской принцессой. Напротив, она могла бы даже ругать принцессу за её надменное поведение.

Азар разорвал помолвку из-за её проклятия. Теперь, когда проклятие было снято, не должно быть никаких проблем с возобновлением помолвки. Кроме того, проклятие было скандалом в аристократическом обществе. Повторная помолвка быстро сотрёт этот скандал. Быть кронпринцессой было достаточно почётно.

Идея Азара сделать Клаудию своей второй женой была его собственной любезностью.

Он не сомневался, что эта доброта будет принята. В прошлом Клаудия посвятила себя Азару с упрямством, которое казалось таковым. Это была её глубокая любовь к нему, и она не должна была уже угаснуть. Клаудия пролила бы слёзы радости, услышав предложение Азара, думая, что её чувства наконец-то дошли до него — казалось ему.

Когда Азар сказал ему об этом, король Толлвалд слегка нахмурился.

Король не был так беззаботен, как его сын. Он понимал гнев семьи герцога из-за разорванной помолвки, а также чувствовал, что Драгнаут и Астрид не доверяют ему за то, что он решился на брак с империей, проклявшей Клаудию. Естественно, что и сама Клаудия чувствовала то же самое.

Семья герцога не успокоится, если он предложит им брак сейчас. Еще хуже было бы, если бы этот брак понизил её в статусе с первой жены до второй, и это могло бы ухудшить отношения с семьёй герцога.

Однако, если оставить проблему в покое, результат не сильно изменится. Со временем пропасть между королём и его подданными становилась всё глубже и глубже. Нужно было сделать какой-то шаг — так думал король, и его идея заключалась в том, чтобы приказать Азару и Клаудии выступить в качестве посредников для Папы. Если их отношения восстановятся, пока они оба будут выступать в роли посредников, это будет хорошо. Даже если это не сработает, король сможет показать всем, что он по-прежнему доверяет семье герцога.

Он хотел восстановить отношения Клаудии и Азара, проявив внимание к семье герцога, а не поднимать шум о браке или примирении с самого начала. Такова была цель короля.

Однако если он привлечет к делу самого герцога или Астрид, Клаудия может отказаться быть посредником, сославшись на то, что она поправляется после болезни. Поэтому он приказал им двоим сопровождать Папу и покинуть столицу.

Самой по себе Клаудии было бы трудно отказаться от приглашения короля. Тем более что он оказывал ей честь быть посредником Папы. Даже если бы она не захотела, она бы пришла во дворец как положено.

План короля сработал.

Однако он работал только до тех пор, пока он не пригласил её во дворец, а все остальные его планы пошли наперекосяк.

Когда Клавдия появилась во дворце с улыбкой на лице, дружески держа за руку молодого человека, король и кронпринц потеряли дар речи и замолчали.

◆◆◆

Когда мы вошли в королевский дворец, нас с Клаудией провели не в зал для аудиенций, а в маленькую, интимную комнату.

Конечно, когда я говорю «маленькая», я имею в виду по сравнению с другими комнатами во дворце. Обстановка в комнате была роскошной, и всё было ухожено. По словам Клаудии, это была комната, которую король использовал, когда хотел поговорить наедине с теми, кому доверял.

Вероятно, это было что-то вроде гостиной, где королевская семья могла наслаждаться беседами. Король, очевидно, не хотел, чтобы это дело дошло до ушей придворных чиновников.

При дальнейшем рассмотрении идея о назначении сопровождающей или второй жены, возможно, всё ещё находится на ранней стадии. Тот факт, что отец Клаудии, герцог Драгнаут, не был вовлечён ни в одну из этих ситуаций, увеличивал вероятность.

Король мог сначала планировать убедить Клаудию напрямую, а затем, используя её слова, убедить герцога Драгнаута. Если мои предположения верны, то отношения между королём и герцогом Драгнаутом стали довольно напряжёнными.

На мой взгляд, было бы лучше поговорить с герцогом с глазу на глаз, а не прибегать к такой скрытой тактике. Однако, возможно, королю будет трудно сохранить достоинство, если он попросит о диалоге с герцогом Драгнаутом, а не получит приглашение от самого герцога.

Дом герцога Драгнаута оказывал как услуги, так и лояльность. Надеюсь, ситуация не перерастёт в нечто более серьёзное.

Размышляя об этом, я посмотрел в сторону и увидел, что Клаудия с улыбкой держит мою левую руку. Она держалась так с тех пор, как мы вошли во дворец — вернее, с тех пор, как мы покинули особняк герцога.

Это было предложение Клаудии. Причина заключалась в том, что наши отношения были лишь притворством. Клаудия ходила в мой дом, чтобы все подумали «эти двое помолвлены», но официально таковое не произошло. Другими словами, было бы ложью сказать «Мы помолвлены!» королю или кронпринцу. Тогда у нас не было другого выбора, кроме как показать нашу близость своим поведением! ...Таков был результат красноречия дочери герцога, и именно поэтому мы всё это время держались за руки.

От долгого держания руки вспотели, но Клаудию это, казалось, совершенно не волновало. Иногда она сжимала мою руку, как будто ей это доставляло удовольствие.

Кстати, даже когда король и кронпринц вошли в комнату, рука Клаудии не отпускалась. Она держала меня за руку и прислонилась ко мне на диване, а оба члена королевской семьи смотрели на неё со странным выражением.

...Разве это грубо или неуважительно — быть такой навязчивой в присутствии королевских особ? Ну, это дело рук дочери герцога. Должно быть, она очень тщательно выверяет линию поведения — ведь так?

Пока все остальные недоумевали, первым заговорил король Толлвалд.

— Прости, что вызвал тебя неожиданно, Клаудия.

— Это честь для меня, Ваше Величество.

— И, Сора. Прошло много времени с тех пор, как я тебя видел.

— Да! Давно не виделись, Ваше Величество.

Когда Клаудия склонила голову, а я последовал её примеру, ситуация не изменилась: Клаудия улыбалась, а все остальные были смущены, даже после того, как мы сели на диван по приглашению короля.

Король снова нарушил молчание.

— Честно говоря, я не ожидал, что Сора будет здесь. Какие у вас отношения?

Взгляд короля обратился к нашим рукам, которые всё ещё были соединены.

Видя эту ситуацию, я думаю, нет необходимости спрашивать «какие», но что ж, у короля не было другого выбора, кроме как спросить.

Клаудия ответила бодрым голосом.

— Я собираюсь скоро переехать в его дом в Ишке, Ваше Величество.

— Правда? Это так?

— Да!

Клаудия кивнула, а затем стёрла свою улыбку и сделала серьёзное выражение лица.

— Изначально я должна была уже переехать в Ишку, но после череды инцидентов в лесу Титис, я посоветовалась с отцом и отложила этот срок. Я думала когда-нибудь доложить об этом Вашему Величеству собственными устами, и когда сегодня я получила ваше приглашение, я подумала, что это хорошая возможность, и пришла сообщить.

— Хм... Сора — храбрый человек, приручивший крылатого зверя — виверну индиго, но он все еще простой авантюрист. Вы с Паскалем очень смелые.

Глаза короля обратились ко мне.

Я уже упоминал об этом, но официально тот, кто победил Джиджинбоу во время предыдущих беспорядок в столице, был герцог Драгнаут. Мы с герцогом решили это, посоветовавшись друг с другом. Конечно, король не знает, что я спас Клаудию с помощью обратного отсоса души.

С точки зрения короля, должно быть странно, что Клаудия так любит меня, а герцог Драгнаут пытается отдать свою драгоценную дочь простому авантюристу.

На это Клаудия слегка улыбнулась.

— Ваше Величество, есть ли такой дом, который не решался бы создать связь с Убийцей драконов?

На эти слова отреагировал не король, а кронпринц.

Тринадцатилетний кронпринц бросил на меня пристальный взгляд, затем наклонился вперёд и обратился к Клаудии.

— Клаудия! Ты, кажется, не знаешь, но его достижение по уничтожению дракона ещё не было официально признано. Есть подозрение, что оно ложное. Есть даже голоса, презирающие его как фальшивого истребителя драконов!

— Боюсь, Ваше Высочество, я знаю об этом.

— Тогда!

Кронпринц наклонился вперёд ещё больше, как будто он достиг своей цели. Казалось, он вот-вот перепрыгнет через стол и обнимет Клаудию.

На фоне своего бывшего жениха Клаудия слегка улыбнулась.

— Это жалкие слова.

— Что?

— Ядовитый дракон, оставивший своё имя в мифе. Он — Сора — ступил в лес Титис, где такой появился. Чтобы бросить вызов дракону. Думаю, уже одно это даёт ему право называть себя истребителем драконов. Сколько из тех, кто клевещет на Сору, были в том лесу в тот день, в то время?

Опровержение Клаудии заставило кронпринца закрыть рот.

Клаудия пристально посмотрела на него.

— Те, кто не бросал вызов дракону, не могут опровергать слова тех, кто бросал. Лжеубийца драконов — жалкая калькая, придуманная теми, кто не был в том лесу в тот день и в то время. Считаю это низкобюджетной калькой неверующих.

В комнате воцарилась тишина от её непоколебимого тона.

Кронпринц сжал рот, его лицо покраснело. Клаудия осудила только тех, кто оклеветал меня как лжеистребителя драконов.

Но кронпринц, должно быть, чувствовал, что его критикуют, раз он пытался оседлать эту клевету.

В это время король открыл рот, вероятно, чтобы защитить своего сына.

— Ты веришь в Сору, не так ли, Клаудия?

— Да, Ваше Величество. От всего сердца.

Король слушал голос Клаудии, смотрел на её лицо и закрыл глаза. Затем он испустил большой вздох, как будто принял решение.

— Я хотел бы назвать тебя своей дочерью, если бы мог.

— Это недостойные меня слова. Мне жаль, что я не смогла оправдать ваши ожидания.

— Согласна ли ты быть посредником для Её Святейшества?

— Это честь для семьи моего герцога. Я смиренно приму её.

Клаудия вежливо склонила голову. Вероятно, она думала, что не может отказать в обеих просьбах короля. Это разбило бы лицо короля, даже если бы это был неофициальный случай.

Возможно, всё идет по плану короля, но, наверное, не стоит слишком глубоко в это вникать.

Закончив свои дела, король тихо вышел из комнаты. Кронпринц последовал за отцом, но даже после того, как король покинул комнату, кронпринц остался внутри, стоя спиной к нам перед дверью.

Недоумевая, что он делает, мы с Клаудией в замешательстве наклонили головы. Затем кронпринц повернулся к нам лицом и с обиженным выражением лица уставился на нас — нет, на Клаудию. Казалось, он ждал, когда Клаудия заговорит.

— Клаудия! После всего того, что он сделал для тебя... Неужели ты согласна с этим? Если тебя заставляют слушать этого человека или герцога против твоей воли...

— Ваше Высочество.

— Что?! Так ты действительно...

— Теперь я счастлива. Я желаю, чтобы Ваше Высочество также были счастливы с леди Сакуей.

Тихо сказав о своих чувствах, Клаудия глубоко склонила голову. Этот жест, призванный выразить уважение, казалось, означал прощание — и, вероятно, это было не просто моё воображение.

В северной части города авантюристов — Ишки — есть жилой район высокого класса, где выстроились великолепные особняки. Это район, где если бросить камень наугад, то попадёшь в крупную шишку города, например, в правительственного чиновника, богатого торговца или мастера гильдии. Недавно среди этих шишек оказался и убийца дракона, очевидно чего добившийся, так что я должен сказать, что добился успеха.

Пока я шёл по улицам, размышляя о таких вещах, рядом со мной раздался весёлый голос.

— Мне не терпится увидеть дом Соры!

Этот голос принадлежал Клаудии Драгнаут, дочери герцога. Клаудия, которой было приказано сопровождать Папу вместе с кронпринцем, была здесь, чтобы приветствовать Папу, прибывшую из южного святого королевства. Конечно, она действовала с разрешения короля.

С другой стороны, кронпринц остался во дворце, чтобы подготовиться к приёму.

Вероятно, первоначальным намерением короля было заставить сына и Клаудию действовать вместе под предлогом присутствия на приёме, а также наладить их отношения. Затем он надеялся на повторную помолвку в будущем, но Клаудия пришла со мной и заявила, что намерена жить подле и в будущем.

Тот, с кем разорвали помолвку, привёл нового жениха — видимо, так рассудил король. Если бы он сделал что-то, чтобы нарушить это, разрыв между королевской семьёй и семьёй герцога Драгнаута стал бы слишком большим, чтобы его игнорировать.

В таком случае было бы плохо заставить его сына и Клавдию действовать вместе. Король, вероятно, так и подумал и заставил их действовать отдельно — ну, можно также сказать, что Клаудия повела разговор в этом направлении.

Я так и подумал, когда она упрекнула кронпринца, но на самом деле Клаудия — член семьи герцога. Её жесткое и мягкое смешанное поведение в критические моменты очень солидно и сильно.

Возможно, я чувствую это больше потому, что она выглядит как молодая девушка своего возраста, когда у неё мягкое выражение лица, как сейчас. Если она будет так расти, то со временем станет одной из самых красивых принцесс в королевстве, обладающей и красотой, и умом. Кронпринц, казалось, сожалел о потерянном улове.

Конечно, я не произношу вслух такие картины будущего. Я выпрямил своё выражение лица и ответил Клаудии.

— К твоему сведению, он гораздо меньше, чем особняк герцога. Не думаю, что он оправдает твои ожидания.

— Хехе, чего я с нетерпением жду, так это увидеть, в каком доме обычно живёт Сора. Неважно, насколько он большой или маленький, я не буду разочарована. К тому же...

— И-и-и?

Когда я переспросил, Клаудия сказала, приложив указательный палец к подбородку.

— Я думаю, что королевский дворец слишком велик для жизни с любимым человеком.

Это было случайное замечание. Выражение лица Клаудии тоже не сильно изменилось.

Но почему-то мне показалось, что это прозвучало из глубины души девушки передо мной, и я не знал, как ответить. Я чувствовал, что не должен отвечать небрежно или игнорировать это.

Клаудия, напротив, смотрела на меня с улыбкой.

Некоторое время мы шли молча. Если бы это была главная улица Ишки, то здесь было бы шумно от ларьков и магазинов, но, как я уже объяснял, это жилой район высокого класса. Шум был далёк, а занавес тишины остался.

Это было совсем не неловко. Только чуть-чуть. Такая тишина.

Когда я увидел свой дом в поле зрения, я неосознанно выдохнул.

Стоя перед воротами своего дома, я не чувствовал никакой ностальгии в груди.

Это было естественно, я полагаю. В конце концов, в реальности я пробыл на острове Демонов всего один день. По дороге туда я не спеша оглядывался на прошлое, а на обратном пути бежал лёгким шагом, переполненный радостью от съеденного демонического бога. Кроме того, я остановился всего на одну ночь в особняке Драгнаутов в королевской столице, а в Ишку прибыл на спине крылатого зверя Клаудии, Кларента.

Другими словами, эта поездка на остров Демонов, независимо от плотности произошедших событий, была всего лишь небольшой вылазкой с точки зрения прошедших дней. Я никак не мог почувствовать ностальгию.

Поэтому я быстро отпер ворота и прошёл через них. Если я оставлю эти ворота незапертыми, то экскурсанты, которые ищут Клау Сорас, войдут без разрешения, поэтому я всегда закрываюсь. Кстати, если у кого-то есть дела с кланом «Меч Кровопролития», он может позвонить в колокольчик, установленный снаружи ворот — такой, который издаёт звук, когда его трясешь, — и кто-нибудь выйдет изнутри.

Однако, разумеется, это не действует, если дома никого нет. Войдя в помещение, я посмотрел на здание, в котором не чувствовалось никакого человеческого присутствия, и открыл рот.

— Неужели никого нет дома? Это редкость.

Ирия собирает информацию о Царе зверей Бегемоте в Берке, так что это естественно, но редкость, что Сузумэ, Сиэль, Лунамария, Мирослава, жрица Сара и трое детей отсутствуют.

Мне было интересно, что бы они сделали, если бы сейчас в клан пришёл клиент, но когда я спокойно подумал об этом, у меня не было никаких правил вроде «всегда иметь кого-то дома, чтобы клиент не тратил свое время». Я не имел права ничего им говорить.

Кроме того, после завоевания репутации убийцы драконов не было необходимости проявлять энтузиазм в отношении деятельности клана. Я не возражал, если они отдавали предпочтение своим делам.

Однако существовала вероятность, что за время моего отсутствия произошло что-то серьёзное, поэтому я решил проверить обстановку в доме — именно об этом я думал, когда собирался войти в дом.

— А! Старший брат Сора!

— Старший брат Сора!

— Старший брат Сора!

Услышал я сзади очень знакомое трио, и шаги раздавались всё ближе и ближе.

В поле моего зрения, как и ожидалось, появились Айн, Свей и Дора, а за ними — Сара, жрица с нежной улыбкой. Судя по пакетам в её руках, она, должно быть, ходила за продуктами.

После предыдущего переполоха Ишка была в большом замешательстве в плане безопасности и логистики, но казалось, что женщина с детьми может выйти за покупками. Если Гильдия авантюристов сыграла в этом какую-то роль, то стоило того отпустить Элгерта и Лиделль.

— С возвращением, Сора. Я рада видеть, что вы в безопасности.

— Спасибо, жрица Сара. Были ли какие-нибудь проблемы, пока меня не было?

— Для нас не было никаких проблем. Мы благодарны за ваше гостеприимство.

Жрица Сара глубоко склонила голову, а затем продолжила чуть более быстрым тоном. Она заметила, что я нахмурилась, когда услышалa «для нас», в частности.

— Все остальные тоже в порядке. Но они сейчас направляются в лес Титис, так что я не могу сказать, что проблем не было...

Она не могла честно кивнуть. Она приложила руку к щеке с обеспокоенным видом.

Я нахмурил брови ещё больше, когда услышал это. Нет нужды говорить, что лес Титис сейчас находится в опасном состоянии. Я не могу представить, что действие яда Гидры исчезло за то короткое время, что я была вдали от Ишки, а магические звери, должно быть, всё ещё свирепствуют.

Почему они отправились в Титис в такое время?

Когда я подробно расспросил, ответ был в просьбе о покорении, которую принесли в клан. Буйство магических зверей утихло, но, похоже, небольшие группы демонов и зверей всё ещё выходили из леса, и солдаты и авантюристы следили за ними и зачищали.

Также была подан запрос «Мечу Кровопролития». Поначалу Лунамария и Мирослава собирались пойти, но Сиэль и Сузумэ настояли на том, что они тоже хотят. Они сказали, что хотят быть полезными клану.

Тот факт, что их здесь нет, означает, что Лунамарию и остальных таки уломали.

...Хм, я бы точно был против, если бы был там... Думаю, Лунамария и Мирослава согласились, что они, по крайней мере, не будут помехой.

Если подумать, я не так уж много знаю о способностях Сиэль и Сузумэ. Я знаю, что они много работают, но я никогда не сражался с ними, и даже взаимодействую с ними редко. В этом смысле Лунамария и остальные более компетентны, чтобы судить.

Неосознанно я вздохнул.

Я не могу насильно вернуть тех, кто ушёл по своей воле, если только они не были призваны правительством Ишки. Я не опекун Сиэль или Сузумэ. Даже если это по доброй воле, у меня нет права сдерживать их действия.

Конечно, если бы я, как главы клана, был бы убеждён, что их способности недостаточны, это было бы не так... но всё же, как я уже говорил.

Я должен доверять им, сидеть и с широкой улыбкой приветствовать их возвращение. Такова участь главы клана. Так и сделаю.

...Ну, раз уж я всё решил, надо представить Клаудию, жрицу Сару и остальных.

Конечно, я не могу забыть поприветствовать Клау Сораса в конюшне. Ему, должно быть, одиноко, потому что меня долго не было. Я не пытаюсь угодить ему, но, может быть, впервые за долгое время я совершу прыжок.

Но скучно бесцельно летать. Лучше за фруктами дуба Джирайя отправиться, любимыми лакомствами Клау Сораса.

У меня нет никаких скрытых мотивов. Я просто иду в Титис, просто за плодами Джирайя.

Я оседлал бодрого Клау Сораса и отправился на север.

По пути подо мной проплыли три барьера. Это четырёхслойные барьеры, которые были построены для защиты Ишки во время предыдущего нашествия монстров.

Четвёртый барьер, к которому я направляюсь сейчас, был единственным, который использовался, но я вижу несколько человек вокруг трёх других, так что они должны работать на минимальном уровне. Вероятно, они учитывают нестабильную ситуацию в лесу Титис.

Вскоре в поле моего зрения появляется четвёртый барьер. Передняя линия предыдущего натиска монстров. Пока я сражался с Гидрой, Клайра и остальные сдерживали здесь монстров.

Этот четвертый барьер также является базой для миссии по уничтожению монстров, и сюда приходит и уходит гораздо больше людей, чем к трём другим.

Конечно, большинство из них вооружены, но они не выглядят очень кровожадными. Есть очередь у ларька, который, похоже, продаёт еду, и есть авантюристы, которые поднимают бокалы и ликуют посреди дня. А патрулирующие Канарию солдаты не пытаются их остановить.

Отсутствие напряжения в этой сцене — это то, чего никогда не было в при Буйстве. Другими словами, у них есть такая свобода действий в этой ситуации. Что ж, не было никакой необходимости спешить и идти сюда — кха-кха.

Пока я размышлял об этом, несколько человек заметили вирну цвета индиго и указали на неё, возбуждённо повышая голос. Затем другие, заметившие их, сделали то же самое, и суматоха распространилась.

Виверна действительно выделяется. Я не собирался рекламировать себя здесь как убийца драконов, поэтому посадил Клау Сораса немного в стороне от барьера. Я не хочу провоцировать солдат обороны, создавая слишком много шума.

Затем я направился к барьеру на своих двоих. Я был готов к неприятностям, поскольку подъехал без предварительного контакта, но солдаты Канарии, охранявшие ворота, пропустили меня почти с приветствием.

Видимо, они приняли меня за какое-то подкрепление или что-то в этом роде. Мне не хотелось исправлять их недоразумение, поэтому я выпрямил спину и прошёл через ворота.

Так, а где же Сиэль и Сузумэ? Барьер на самом деле больше похож на форт, с казармами, башнями, конюшнями и командными пунктами. Я не смогу найти их, просто гуляя вокруг.

Я пытался спросить кого-нибудь, но люди вокруг просто окружали меня на расстоянии и суетились. Я чувствовал себя так, словно стал редким зверьком.

Наверное, мне придется вернуться к воротам и спросить у солдата. Одно дело зверочеловек Сиэль, но киджин Сузумэ должна выделяться, поэтому не должно быть никого, кто бы её не знал, если они работают в одном месте. О, но если Сузумэ носит шляпу, есть вероятность, что окружающие не увидят её рожки. Я должен быть осторожен, чтобы не сказать ничего неосторожного.

Когда я уже собирался развернуться на пятках, я увидел, как из соседнего здания — того самого, которое, по моим предположениям, было командным пунктом, — стремительно выходят две знакомые фигуры. И тут они узнали меня и, задыхаясь, подбежали ко мне.

Конечно же, это были Сузумэ и Сиэль.

— Сора, с возвращением! Вы уже вернулись!

— С возвращением!..

Радостно поприветствовала меня Сиэль, за ней последовала Сузумэ.

Я ответил им «Я вернулся», небрежно наблюдая за их внешним видом. Насколько я могу судить, ни одна из них не выглядит раненной. У них также нет тёмных кругов под глазами от непрерывной борьбы. Как я и думал, появление монстров происходит гораздо медленнее, чем во время Давки.

Я вздохнул с облегчением и задал им двоим вопрос.

— Я рад, что у вас всё хорошо. Я слышал от жрицы Сары, что Лунамария и Мирослава тоже здесь, с ними всё в порядке?

— Да, конечно, с ними всё хорошо! Они сейчас в лесу, поэтому их здесь нет.

Сиэль энергично кивнула и ответила на мой вопрос.

Я переспросил с озадаченным видом.

— В лесу? Я слышал, что была просьба истребить монстров, вышедших из леса, они идут в лес и убивают их?

Это сделало бы уровень опасности намного выше. Конечно, они не пойдут вглубь или, тем более, в самую глубокую часть леса, но нынешний лес Титис находится в таком состоянии, когда обычные разделения — внешнее, глубокое и самое глубокое — не имеют смысла из-за последствий появления Гидры. Не будет ничего странного, если во внешней части в любой момент появится монстр из глубины.

В ответ на мой вопрос Сиэль и Сузумэ посмотрели друг на друга. Это был не растерянный взгляд, а взгляд совещания, кто будет отвечать.

Через некоторое время Сузумэ открыла рот.

— Они пришли в лес не для того, чтобы истреблять, а чтобы направлять. Люди из храма Закона попросили, чтобы их проводил кто-то, кто знает лес Титис.

Пока я слушал ответ Сузумэ, в голове у меня плясали вопросительные знаки. Почему храм Закона попросил провести их в лес Титис?

Я собирался спросить ещё что-то, но, увидев их озабоченные лица, поспешно закрыл рот. Если бы я продолжал задавать вопросы один за другим, это выглядело бы так, будто я обвиняю их. Кроме того, они всё равно не смогли бы ответить на вопросы о намерениях и целях храма.

Я догадался, что у Лунамарии и Мирославы была какая-то причина идти в лес в это время, раз они сами согласились на эту просьбу. Сейчас мне не было смысла что-либо говорить по этому поводу.

Скорее, я должен был похвалить их за то, что они рискуют жизнью ради клана и присоединились к этой просьбе.

Я уже собирался открыть рот и сказать это, но тут увидел, что кто-то выходит из командного пункта вслед за Сузумэ и Сиэль, и мне пришлось снова закрыть рот.

— ...Давно не виделись, Убийца драконов.

Та, кто сказала это с жёстким выражением лица и склонила голову, была Лиделль, администратор Гильдии авантюристов.

Это был первый раз, когда я увидел её лицо с тех пор, как я пригласил к себе домой по её же просьбе после битвы с Гидрой. Другими словами, это был первый раз с тех пор, как я отправил её обратно, ничего с ней не сделав.

Я не знаю, какое внутреннее соглашение было заключено в гильдии после этого, но тот факт, что Лиделль всё ещё работает в качестве сотрудника, означает, что Элгарт каким-то образом смог сохранить свою должность мастера гильдии.

Это нормально. Я не понимаю, почему Лиделль пришла поговорить со мной. Она пришла не для того, чтобы сказать что-то вроде «Спасибо, что не тронули меня и разрешили уйти в тот раз».

Она вышла сразу после Сиэля и Сузумэ, что не было совпадением. Если Лиделль разговаривала с ними, то я не мог не заинтересоваться сутью

Похоже, она почувствовала мою настороженность и выглядела явно нервной. Но это было не потому, что у неё было что-то тайное, а потому, что она боялась, что её присутствие оскорбит меня.

В доказательство этого, когда я коротко ответил на её приветствие, она заметно расслабилась. Затем она снова склонила голову и пригласила нас троих внутрь.

По словам Лиделль, «люди из храма Закона», о которых Сузумэ упоминала незадолго до этого, были передовым отрядом, посланным Священным королевством. Их целью было создать базовые точки для барьерной магии до прибытия Папы.

С этим была связана и просьба к «Мечу кровопролития» истребить монстров.

В передовую группу входили некоторые священники очень высокого ранга, что говорило серьёзном отношении обоих сторон.

В королевстве Канария живёт много верующих храма Закона, например, жрица Сара и Ирия. Кроме того, если беспорядки в королевстве Канария продолжатся, они затронут и соседнее Священное королевство. Учитывая всё это, Папа, вероятно, решила, что не может сидеть сложа руки в этой ситуации.

Подумав об этом, становится понятно, почему Папа так быстро прибыла в Канарию на свадьбу принца Азара и принцессы Сакуи. Кроме свадьбы, в расписании Папы значилось строительство магического барьера.

Правда, поговаривали, что для барьера нужен рог Царя зверей Бегемота, но интересно, как обстоят дела. Может быть, у них был запасной в Священном королевстве? Или, может быть, рог Бегемота нужен им для поддержания барьера в течение длительного времени, а с человеческой магической силой он справляется недолго, что-то в этом роде.

В любом случае, я хочу выразить своё искреннее уважение к решению Папы усердно работать на другую страну. Яд — это угроза не только для меня лично, но и для окружающих меня людей, особенно для детей. Неважно, сколько противоядия мы можем приготовить, лучше не подвергаться воздействию яда в первую очередь.

Закончив рассказывать мне всю информацию, Лиделль произнесла в конце ожидаемую фразу.

— Ваше знание леса Титис, особенно глубинных районов, одно из лучших в Ишке, господин Сора. Не могли бы вы одолжить нам свою силу?

Сколько раз я уже это слышал? Администратор глубоко склонила голову. Когда я уже собирался ответить, это случилось.

Тук! Тук! Тук! Раздался высокий звон колокола.

Выглянув в окно, я увидел солдата на смотровой башне, который бешено звонил в колокол, указывая в сторону Титиса.

Чуть позже в комнату донеслись обрывки таких слов, как «атака» и «монстр». Увидев, что я нахмурился, Лиделль спокойно сказала.

— Вероятно, это одно из нападений, которые происходят несколько раз в день. У нас достаточно сил, поэтому я не думаю, что возникнет проблема.

— Разве плохо, если Сиэль и Сузумэ не пойдут?

— Они сегодня не на службе, поэтому не обязаны участвовать в битве. Не волнуйтесь.

Это был еще один спокойный ответ. Я не мог не нахмуриться в другом смысле, задаваясь вопросом, почему отвечают не они двое, а она. Тем не менее, это была правда, что оборонительная позиция такого масштаба не будет поколеблена незначительной атакой.

Если только это не нападение на уровне Буйства. Прежде чем эта мысль успела закончиться, по моим ушам ударил пронзительный крик.

Не только один. Два, три, четыре, пять... и всё ещё продолжалось. Удивление и напряжение на лице Лиделль ясно дали понять, что это чрезвычайная ситуация.

Тем временем поднялся особенно громкий крик. Источником крика был солдат со смотровой вышки, которую мы только что видели.

Чёрная тень прижалась к телу солдата, окутывая его.

Я тут же попытался высвободить свою технику кэй из этой комнаты, но резкое окончание крика заставило меня понять, что было уже слишком поздно.

Мёртвое тело с перерезанной шеей упало со смотровой башни. Остался лишь чёрный монстр, стоящий на двух ногах, двигающий двумя руками, обнажающий клыки и разрывающий шею солдата.

— Упыри — нет, черные упыри, Альгули?! Почему здесь монстры-нежить?!

Имя нападавшего было произнесено Лиделль с удивлением.

Упырей часто приравнивают к зомби, но они гораздо сильнее зомби. А чёрные упыри, альгули, — это мощная нежить, которую можно назвать высшим видом упырей.

В лесу Титис много монстров и зверей, но нет нежити. По крайней мере, я их никогда не видел.

Конечно, я не могу с уверенностью сказать, что нет неудачливых авантюристов, которые погибли в лесу и стали нежитью, но если бы такая нежить нападала на нас группами по десять-двадцать человек, это было бы не природным явлением, а замыслом человека.

Некромант.

Как только я догадался о личности врага, в голове промелькнуло лицо Джиджинбоу, которого я зарубил когда-то. Воин семьи Мицуруги, который использовал мёртвых для нападения на королевскую столицу Хорус и особняк герцога Драгнаута.

Но я сомневаюсь, что за этим стоит семья Мицуруги. На днях я победил демонического бога. Они должны знать, что упыри и альгули, сколько бы сотен их ни было, не помогут убить меня.

Цель этой атаки — не я. Тогда кто же?

Естественными врагами некроманта являются боги и служащие им священнослужители. В таком случае, целью является передовой отряд Священного королевства, о котором говорилось ранее?

Упорядочивая свои мысли в голове, я достаю и отпускаю меч на поясе.

Мне всё равно, если моя догадка окажется неверной. Но если оно верно, Лунамария и остальные, действующие с передовым отрядом, попадут под удар.

Я не собирался позволить кому-то, кого я не знаю и кто мне безразличен, навредить моему ценному источнику душ.

***

В анлейте глава называется «The Black Attacker», но писать в строку названия «Чернокожий нападающий» или что-то в этом роде слишком неоригинально.

— Обними врага смертью — Принцесса пламени!

Как только Мирослав высвободила свою магию, в воздухе пронеслись полосы пламени, напоминающие женскую руку. Они безошибочно обхватывали свои цели, облизывая их яростным огнем.

Враг — мёртвые, альгули, внезапно появившиеся в лесу Титис.

Среди бессмертных существ они были известны как крайне хлопотные. Прежде всего их индивидуальная боевая мощь, причина их популярности у высокопоставленных некромантов.

Мирослава огляделся. Эта область была своего рода входом в глубинку, другими словами, это был ещё внешний край. Одно дело, если бы звери глубин атаковали после появления Гидры, но появление большого количества Альгулев было явно неестественным.

К слову о неестественности, атака, произошедшая без предупреждения, тоже была таковой. К тому времени, как они заметили, Мирослава и Лунамария вместе с передовым отрядом Священного королевства были полностью окружены. Было очевидно, что они попали в чью-то ловушку.

Вокруг них передовой отряд также вёл ожесточенную битву. Они разрубали или очищали наседавших Альгулей и возвращали нечистых монстров в землю. Их боевой стиль был достоин называться элитным, но обороняться с количеством людей, которое не достигало и десяти, даже если к ним добавить Лунамарию и Мирославу, было невозможно.

Их силы не бесконечны. Мирослава подумала, что им следует прорваться через один из углов окружения и выбраться из леса раньше этого момента.

И был ещё кто-то, кто думал точно так же, как Мирослава.

— Волшебница.

Та, кто окликнул её, была одной из членов передовой группы, сражавшейся рядом с Мирославой. Она также была единственной женщиной-священником.

У неё были длинные льняные волосы, изумрудно-зелёные глаза и фарфоровая кожа. На вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать, но на самом деле она могла быть и моложе, потому что в её облике чувствовалась только зрелость.

Её утонченная внешность напоминала скульптуру, созданную мастером, и не было другого способа описать её красоту, даже если смотреть на неё глазами представителей того же пола. Мирослава была уверена в своей внешности, но она не собиралась соревноваться. Её слишком совершенная красота была какой-то нечеловеческой. Жёсткий свет, изредка пробегавший в её изумрудных глазах, усиливал это впечатление.

Однако в девушке, щёки которой были в крови от непрерывной битвы, чувствовалось гораздо больше человеческого тепла, чем обычно.

Когда Мирослава и Лунамария согласились провести их через лес Титис, им представили церковного рыцаря средних лет как командира передового отряда, но Мирослава догадался, что настоящим командиром была эта девушка. Причиной тому было то, что окружающие священники и церковные рыцари часто вели себя по отношению к ней почтительно и уважительно.

Не догадываясь о внутренних мыслях Мирославы, девушка напряглась и продолжила.

— Мы сконцентрируем наши силы в тылу и прорвём окружение. Ты и мудрец останетесь рядом со мной. Мы позаботимся об авангарде и охране тыла, поэтому, пожалуйста, следуйте за нами, не отставая.

И тут девушка извиняюще пожала плечами.

— Простите, я втянула вас двоих в это.

— ...Из ваших слов я понял, что вы имеете некоторое представление о нападавших.

— Да. Есть лишь несколько существ, которые могут манипулировать таким количеством нечисти.

Сказав это, девушка вытянула правую руку в сторону стоящего перед ней альгуля и закричала. Затем не только альгули перед ней, но и те, что стояли позади, были снесены взрывом.

Девушка использовала базовую святую магию, с которой могли справиться жрецы любого бога, будь то бог закона, бог войны или богиня-мать земли. Но даже клирику класса жреца, не говоря уже о священнике, было трудно уничтожить нескольких альгулей без концентрации или молитв.

Естественно было задаться вопросом, кто она такая. И Мирослава догадывалась.

Однако сейчас было не время расспрашивать о личности собеседника. Она отбросила домыслы, пришедшие ей в голову, и снова встретилась лицом к лицу с ордой. Она не собиралась умирать от рук нежити в таком месте.

План девушки прорваться через тыл и выбраться из леса совпал с планом Мирославы. Она поставила Миро и Лунамарию в менее опасный центр, вероятно, потому, что если бы они участвовали в битве, было бы трудно координировать отряд.

Несогласованность действий с магом может нанести серьезный ущерб союзникам. Естественно, что девушка была настороже.

Мирослава также не была уверена в том, что сможет хорошо работать с людьми, с которыми познакомилась только вчера или сегодня, поэтому она не собиралась возражать против решения другой стороны.

Однако она не собиралась оставлять всё на других в трудную минуту. Если бы это было только её собственное дело, она бы не возражала, но Мирослава теперь несла знамя «Меча кровопролития». Авантюрист, который спасается от опасности, полагаясь на других, — это просто позор.

...Никогда подчинённые Убийцы драконов, не имели права позорить его.

— Я понимаю. Однако я приму на себя первый удар. Даже если это будет неожиданная ситуация, хозяин будет ругать меня, если я просто убегу и спрячусь во время дела.

Девушка, казалось, хотела что-то сказать в ответ на слова Мирославы, но ей показалось, что она что-то почувствовала по глазам мага. Она закрыла рот и кивнула.

— Пожалуйста.

Получив ответ девушки, Мирослава энергично открыла рот.

— Луна!

— Да!

Поскольку они были бывшими членами партии, Лунамария с лёгким вздохом приготовила свой длинный лук.

Сразу же после этого тетива зазвенела одна за другой, пронзая наседающих. Луки и стрелы были не слишком эффективны против бессмертных существ, особенно против альгулей с твёрдой, как железо, кожей, но Лунамария сумела нанести врагу эффективный урон, окутав свои стрелы огненными духами.

Орда, которую сдерживали Мирослава и Лунамария, остановилась под шквалом.

Пока Лунамария выигрывала время, Мирослава посмотрел в направлении их пути отступления и начал новое песнопение.

— О малый, красный еретик, какие крылья ты желаешь расправить на юге?

Это была магия огня шестого круга, которой она недавно овладела.

Обычно магия огня в лесу была под запретом. Маг мог попасть в огонь, а если и нет, то это могло привести к масштабному пожару.

Мирослава знала об этом, табу и все дела, но толпа альгулей сама себя не согреет. Это была не та ситуация, когда она могла оставить карты в рукавах и выбраться.

— Пламенное дыхание, пылающие крылья, лепестки лотоса пигментов пунцовых.

Ощущая гнилостный запах, свойственный неживым монстрам, Мирослава плела своё заклинание. Быстро, но точно.

Мана вокруг неё собиралась к Мирославе с поразительной скоростью.

— Теперь откройся, киноварь. Перемога над сотней зверей юга.

Сила магии пропорциональна качеству и количеству собранной маны. Мирослава с самого начала преуспела в этом умении, и именно поэтому она смогла заявить о себе в юном возрасте.

Мирослава ещё больше укрепила и отточила свою силу, которая и так была её сильной стороной. По сравнению с тем, что было полгода назад, она выглядела совсем другим человеком.

— Алые крылья великолепны. Их хлопанье — мелодия истребления демонов — Вермильон!

Магия огня, которую она активировала, вылетела из её руки, как бесчисленные птицы, хлопающие крыльями, издавая чистый летящий звук, когда они устремились к орде.

Число созданных огненных птиц превысило тридцать. Столкновение; сильные удары и взрывы обрушились на орду нежити. Бушующий огонь превращал мёртвыз в факелы один за другим.

В тот момент, когда в одном из углов окружения открылась ясная дыра, раздалась команда девушки.

— Навались!

Откликнувшись на команду, три церковных рыцаря прыгнули в гущу врагов. Они быстро расширили отверстие, которое открыл Мирослава, приглашая оставшихся.

Девушка, Мирослава и Лунамария последовали за ними, а следом, словно прикрывая спины, шли священники и остальные церковные рыцари.

Алгули пытался остановить это движение, но святая магия, взрывающаяся одна за другой, препятствовала их движению. По одному этому признаку было ясно, что всё, кто составлял передовой отряд, независимо от того, были ли они священниками или церковными рыцарями, были высокопоставленными.

Таким образом, казалось, что партии удастся сбежать, как это было, в это время.

— ...Ожидаемо, мёртвые марионетки живым не помеха.

Очень неприятный голос потряс барабанные перепонки присутствующих.

Как только она услышала грязный голос, наполненный капающей злобой, Мирослава остановился на месте. Если она пойдёт дальше, то лишится жизни, предупреждал её инстинкт.

Сильный озноб и холодный воздух пробрал её до костей. Вонь стала невыносимой, а её кожа покрылась мурашками.

Не успела она опомниться, как перед глазами Мирославы предстало «оно». Чудовище с черепом, покрытое пурпурными лохмотьями. Если смотреть только на его внешний вид, он был похож на скелета, но плотность магической силы, которая исходила от стоящего перед ней монстра, не могла сравниться даже с десятью Мирославами.

Такой монстр никак не мог быть низшей нежитью. Кто же тогда?

Нежить не заставила долго думать, дополнив нужное интересным.

— Прибыл Бессмертный король-лич Шаламон. Отдай свою жизнь мне, Папа Ной.

Время действия — начало второй части, когда Сора была вдали от Ишки. От лица Лунамарии.

Лес Титис был опустошён больше, чем когда-либо прежде.

Он и так был известен как волшебный лес, где в изобилии водились могущественные магические звери, но теперь он стал ещё опаснее.

Причиной тому, само собой разумеется, стало появление Гидры. И даже после того, как Гидра, виновница всего этого, была уничтожена, хаос не утих. Яд, оставленный Гидрой, всё ещё продолжал загрязнять лес, а магические звери, изгнанные из своих мест обитания, бесчинствовали повсюду.

Некоторые из них вырвались из леса во время Буйства магических зверей, но это было лишь небольшое число по сравнению с общим количеством магических зверей в Титисе.

Лунамария и Мирослава вошли в лес именно в это время.

Их целью было повысить свой уровень. Само собой разумеется, что лес Титис сейчас опасен, но, с другой стороны, это означает, что они с большей вероятностью встретят магических зверей, которые обычно прячутся глубоко в лесу. Это отличная возможность набраться опыта и повысить свой уровень, — Лунамария согласилась с предложением Мирославы. Она ответила почти сразу.

Обычно Лунамария не стала бы отвечать сразу, даже если бы соглашалась с предложением другого человека.

До этого момента Лунамария не придавала особого значения уровню. Уровень был не более чем результатом её деятельности как авантюриста, и она не думала рисковать ради его поднятия.

Но теперь Лунамария была одержима уровнем. В голове эльфийского мудреца пронеслось нападение сил Острова демонов. Она помнила, как Климт Берч, один из воинов Зелёного леса, скрутил её без боя, практически.

Ни боевые искусства, ни магия не сработали вообще. Если бы у Климта было намерение убить её, её голова и тело были бы уже разделены.

Он сказал, что его уровень — «50».

Элгарт, лидер гильдии, считающийся лучшим в Ишке, — первоклассный авантюрист, его уровень — «35». Герцог Драгнаут, который, как говорят, самый сильный в Канарии, вероятно, тоже не достиг «50».

Вот что такое уровень «50».

Климт был того же возраста, что и Сора, так что ему должно было быть меньше двадцати. Было достаточно удивительно, что такой молодой человек мог достичь уровня «50», но его старшая сестра Клайра, которая была одного с ним возраста, была ещё более могущественной.

И тот факт, что даже эти двое были лишь «в целом перспективная молодёжь» на Острове демонов, лишил Лунамарию дара речи.

Теперь, когда между Сорой и семьёй Мицуруги образовалась пропасть, вполне возможно, что кто-то с такой же или большей силой, чем Климт и его группа, нападёт.

В своём нынешнем состоянии она ничего не могла сделать. Лунамария думала так же и решила повысить свой уровень даже под угрозой опасности.

Однако этому был предел. Сколько бы магических зверей они ни убили в лесу, невозможно было поднять свой уровень сразу на десять или двадцать. Мирослава подняла свой уровень на четыре за короткий промежуток времени на горе Ским, но это было потому, что она обманом получила большое количество магических камней. Чтобы достичь уровня «50» законным способом, потребовались бы десятилетия. Конечно, семья Мицуруги не даст им столько времени.

Она знала об этом. Она пришла в лес по двум причинам. Первая — считала, что это лучше, чем ничего не делать. А вторая заключалась в том, что в её голове промелькнула определённая идея, побудившая её к действию.

— Секрет стиля призрачного клинка, экипировки души, заключается в контроле над силой анимы, как сказал хозяин. Если моя догадка верна, и существует связь между Демоническими вратами и анимой, то если я буду сражаться возле Драконьего логова, которое имеет ту же природу, что и Демонические врата...

Даже те, кто не принадлежит к стилю Призрачного клинка и семье Мицуруги, могут воспринимать аниму. Такова была догадка Лунамарии.

Она подумала о том, чтобы попросить Сору отвести её к Драконьему Логову, но из своего опыта неоднократных походов туда она знала, что Сора ненавидит существование этой дыры. Он наверняка будет против, если услышит саму идею.

Поэтому она решила отправиться своими силами.

Первым шагом было поднятие уровня в глубокой области. Она наберётся сил и бросит вызов Драконьему логову, не полагаясь на Сору.

...Это было слишком округло, чтобы сказать «поспешишь — людей насмешишь». С нынешней силой Лунамарии было бы трудно выбраться из глубокой зоны, не говоря уже о Драконьем логове.

Но она считала, что это единственный способ достичь того же уровня, что и Климт, и Клайра, и Сора.

В её памяти всплыло весёлое лицо Соры, когда он тренировался с Клайрой.

В голубых глазах Лунамарии было нетерпение, не свойственное мудрецу.

Бессмертный король — один из высших монстров нежити, наряду с вампирами.

Однако, в отличие от вампиров, которых объединяет общий вид, Бессмертный король — это общий термин для тех, кто достиг определенного уровня силы как неживые существа.

Поэтому их происхождение и обстоятельства сильно различаются.

Некоторые из них — фантомы, которые родились естественным образом на поле боя, обрели самосознание после поглощения огромного количества миазмов в течение длительного периода времени и стали Бессмертными королями. Некоторые — священники еретического культа, получившие демоническое благословение и вознесшиеся.

А некоторые — высокопоставленные маги, которые вышли за пределы запретной магии эрозии и стали кем-то иным, чем человек, и в итоге были названы Бессмертными королями.

Поскольку их происхождение различно, то и их действия и цели тоже. Не все Бессмертные короли вредят людям, некоторые из них уединяются в своих владениях, посвящая себя исследованиям и не обращая внимания на окружающий мир.

Однако верно и то, что такие случаи очень редки, а большинство таковых враждебны людям.

И те, кто борется с такими Бессмертными королями, — это силы храмов. Особенно храм Закона, который занимается искоренением еретиков, поклоняющихся демонам и неживым монстрам. В прошлом они уничтожили множество таких королей.

Поэтому цели начали принимать меры для самозащиты. В частности, они создали союзы с другими королями и выступили против храма Закона.

Ночное собрание.

Под этим непримечательным названием собрались внушающие страх бессмертные...

『Эли-эли Уру-эли Уру, устремись, что ненасытен, приди сюда, король насекомых』

Это была организация, которая желала смерти Папы Ноя, убившей в прошлом трёх королей.

Песнопения Шаламона были непонятны обычным людям. Это было сочетание сверхбыстрого пения, ставшего возможным благодаря его выдающемуся мастерству мага, и сжатого произнесения заклинаний, ставшего возможным благодаря его выдающимся знаниям исследователя. Его способность создавать магические формулы была недоступна человеку.

『Беспрестанный шум крыльев — рёв голода... Первозданный император саранчи』.

Как только песнопение закончилось, бесчисленное множество саранчи вырвалось наружу. Конечно, это была не настоящая саранча, а магические тела высокой плотности.

Магия Мирославы, например, могла быть сведена на нет несколькими или даже одним из этих саранчовых.

Вот сколько магической силы хлынуло сюда, словно бушующая волна.

Они никак не могли защититься от неё, и Мирослава с Лунамарией почувствовали на своих шеях прикосновение косы смерти.

...В ушах раздался чистый голос, контрастирующий с хриплым голосом чудовища.

「『Спаси, Господи, защити нас』」

Перед Мирославой и её спутниками возникла стена света. Стена быстро окружила Мирославу и весь передовой отряд. Если бы они присмотрелись, то увидели бы, что на поверхности стены было нарисовано бесчисленное множество тонких узоров.

Это была одна из священных магий, которыми бог Закона наделяет своих верующих, — Стена Святого Духа.

Девушка, которую Шаламон назвал Папой, в мгновение ока развернула барьер. Это был высший уровень магии, для которого обычно требовалась долгая молитва, а она справилась всего лишь фразой.

Сразу же после этого магия нежити и чудо Папы столкнулись.

При каждом соприкосновении саранчи со стеной, по лесу Титис разносился гулкий взрыв. Вспышки, грозящие смертью громыхали в округе десятки, сотни, а то и тысячи раз подряд.

Огромная огневая мощь, которая могла бы превратить в пепел даже стены королевской столицы, сжигала окружающую растительность вместе со своими последствиями. Пейзаж леса в одно мгновение превратился из зелёного в чёрный.

Почва была изрыта, пламя поднялось вверх, и ветер, вызванный пламенем, пронёсся яростным порывом. От бывших там альгулей не осталось ни кусочка плоти.

Магия, которую произнес Шаламон, была богоподобным деянием, способным сжечь сотню тысяч воинов. Даже магия девятого круга, считавшаяся вершиной магии, не обладала бы такой силой — по крайней мере, так думала Мирослава.

Если он мог активировать такую магию столь коротким песнопением, то мог легко завоевать целую страну. Она много раз слышала, как страшны Бессмертные короли, но её не переставала удивлять явь.

А потом...

— Вы как?

Они не могли не почувствовать такого же изумления, как и девушка перед ними, которая идеально блокировала магию монстра.

...Но в это время в сознании Мирослава было изумление, но не страх. То же самое было и с Лунамарией.

Возможно, если бы они были здесь полгода назад, то испытывали бы страх перед Бессмертным королём и благоговение перед Папой. Но сейчас их эмоции были притуплены различными переживаниями.

Поэтому они не испытывали благоговения перед Папой, а только удивление, и, видя их реакцию, Папа слегка расширила глаза.

В это время из-за Стены Святого Духа раздался голос Шаламона.

— Ты довольно легко заблокировал мою технику, ради которой я потратил свой философский камень. Папа Ной. Я вижу, тебя нельзя недооценивать.

Бессмертный король вновь появился из-за поднимающейся пыли. Увидев это, члены передовой группы двинулись на защиту Папы, но она лёгким движением руки остановила их.

И затем безмолвно открыв рот.

— Отче дал мне самый сильный щит. Неважно, насколько велика ваша магическая сила, ты не сможешь пробить его.

— И это ты то оперируешь к авторитету Бога, сама пользуясь магией? Вполне в духе еретиков!

— Нет нужды быть учтивой с теми, кто пал и был околдован магией. Шаламон, я помню, что твоё имя было третьим в ночной партии, но ты тот же самый человек?

— Действительно.

Как только он ответил, магическая сила Шаламона разом взметнулась вверх. Его и без того огромная магическая сила возросла более чем в два раза. Из уст передовой группы вырвались стоны боли.

Даже Папа слегка нахмурилась Видя это, Шаламон продолжил.

— Не причисляй меня к тем неопытным, которых ты уничтожила до сих пор. Особенно здесь, за пределами святого города, нет ненавистного барьера, отсекающего нашу силу.

— Мы сражаемся не опираясь на барьер, а сражаясь с помощью Божьей благодати. А Божья благодать даётся верующим в равной степени, независимо от того, находятся ли они внутри или вне святого города.

— Тогда покажи мне, как великолепно ты можешь брыкаться с Божьей благодатью головного мозга.

Сказав это, Шаламон достал из своей груди огромную драгоценность. Одну, вторую, третью и ещё больше.

Они переливались всеми цветами радуги, каждая из них была волшебным камнем, содержащим огромное количество магической силы, но по чистоте они отличались от тех, которые Мирослава использовал на горе Ским раньше. Если бы их можно было сравнить, то у второй они были бы похожи на мутную воду и талый снег.

Философский камень. Шесть этих магических камней высшей чистоты, названных так, парили в воздухе под действием магической силы Шаламона. Проще говоря, сила следующей магической атаки была в шесть раз больше прежней.

Более того, когда они увидели, что магические камни образуют в воздухе гексаграмму, по лицу Папы впервые пробежало напряжение.

— С древних времен самый сильный щит разбивался самым сильным копьём. И наоборот. Позволь мне проверить, действительно ли твой щит, данный Богом, достоин называться сильнейшим — Магический разряд.

С этими словами Шаламон высвободил свою и философского камня огромную магическую силу.

— Кха?!

Бушующая магическая сила превратилась в огромное копьё света и столкнулась со Стеной Святого Духа. До слуха Мирослава и остальных донёсся страдальческий голос Папы. И ещё кое-что они услышали.

Это был звук скрипа стены. Стена, которая совсем не дрожала во время предыдущей магической атаки, задрожала. Она продолжала трястись.

На глазах у Мирославы и остальных по поверхности стены побежали трещины со звуком, похожим на звон разбивающегося хрусталя. Папа протянула обе руки перед собой и восстановила часть поверхности стены, но это было ненадолго, и вскоре поверхность стены начала разрушаться быстрее, чем раньше, под натиском световой атаки.

Лицо Папы исказилось в агонии, и несколько полос пота сбежали со лба на щёки.

В это время Мирослава и остальные, а также члены передовой группы не стояли на месте от изумления. Они отчаянно думали о том, что можно сделать.

Но на таком уровне нападения и защиты, если они будут неумело вмешиваться, то будут только мешать. Особенно Мирослава и Лунамария, святая магия не была их специализацией. В ситуации, когда передовой отряд не мог двигаться, они никак не могли придумать ничего более мудрого.

Даже если бы они попытались сдержать Шаламона, то, ступи они хоть на шаг за пределы Стены Святого Духа, они бы испарились, не оставив даже следа от костей. Они ничего не могли сделать. Им оставалось только молиться, чтобы магия Шаламона истощилась, пока барьер держится.

Однако эта надежда была смыта всё более мощным потоком света. Было более чем очевидно, что у Шаламона ещё много сил.

С другой стороны, Папа стиснула зубы, её лицо налилось кровью. Не было ни одной части Стены Святого Духа, в которой не было бы трещин.

Конец стремительно приближался.

— Не сетуй. Ты умрёшь от моей руки — Шаламона. Это почётно. Будь горда и пади.

Словно ожидая окончания слов Шаламона, Стена Святого Духа рассыпалась со звуком, похожим на крик.

Оставалось всего несколько секунд.

Убедившись в этом, Шаламон попытался увеличить свою магическую силу, чтобы нанести последний удар...

— Дурак или идиот?

Используя непрерывный звук магического погрома для определения местоположения, Сора ударил Шаламона, разделив его надвое от макушки.

Магия, которую Шаламон высвободил, чтобы похоронить Папу, превратила часть леса Титис в выжженную землю.

Такие разрушения были разрозненными, и аномалия, естественно, вышла за пределы леса.

Ревущий звук, поднимающаяся пыль, дрожащая земля. Четвёртая стена, встретившая стихийное бедствие, которое предполагало возвращение мифических существ, была в смятении, вкупе с предыдущей атакой альгулей.

Сора шагнул в лес, оставив это смятение позади себя. Он оставил позади не только Сиэль и Сузумэ, но и синекрылого Клау Сораса.

Обычно в лесу Титис, который настолько огромен, что может поглотить целую страну, было бы очень трудно найти группку из менее чем десяти человек.

Но в это время Сора без всяких колебаний добрался до Мирославы и остальных. Последствия магии Шаламона сделали это возможным.

Поэтому Сора высказался в адрес своих врагов. Идиоты.

И тут...

Чёрный меч, пропитанный кей, разделил Шаламона надвое, и каким-то образом тёмно-фиолетовая мантия оного разлетелась на мелкие кусочки.

Из-под мантии показался скелет. По внешнему виду он мало чем отличался от обычного.

Отрубленное тело скелета медленно раскалывалось от макушки головы до промежности. В то же время поток магической силы, пытавшийся разрушить Стену Святого Духа, тоже исчез.

Убедившись во всем этом, Сора отвернулся от Шаламона и попытался позвать Мирославу и остальных.

— Мастер!

Мирослава и Лунамария закричали в унисон. В их голосах не было радости от того, что их спасли из безвыходной ситуации, скорее они призывали к осторожности.

В поле их зрения скелетное тело, расколотое слева и справа, вернулось в исходное состояние, как будто время было отмотано назад.

— Шут, ты ли это.

С усмешкой, словно молния, вырвался клинок Шаламона. Он мог пронзить сердце или даже послать магическую силу прямо в тело врага, чтобы вызвать взрыв — смертоносное оружие.

Однако острые, похожие на ножи костяные пальцы не смогли схватить тело Соры.

— Неа.

Внезапно фигура Соры расплылась в поле зрения Шаламона — в следующее мгновение Шаламон оказался лицом к лицу с Сорой. Он стоял лицом к лицу с человеком, который только что повернулся к нему спиной.

Быстрый поворот.

На словах Сора сделал только это. Но невозможно было превзойти скорость реакции Шаламона, бессмертного короля, простым движением тела.

Сора использовал быстрый разворот стиля Призрачного клинка. Это была техника, которая использовала кей для быстрого разворота. Этот приём был удобен, когда в бою ты оказывался позади, но его можно было использовать и по-другому.

Например, когда вы намеренно показываете спину и заманиваете противника.

— Стиль Призрачного клинка — Реки пламени.

Техника пламени кей, выпущенная с полной силой, превратилась в поток и атаковала Шаламона.

Это было мгновение. Пламя в одно мгновение поглотило короля, который был прямо перед его глазами, и с воем побежало по земле. Если бы магия Шаламона не сожгла окружающий лес, она, несомненно, вызвала бы масштабный пожар.

После завершения техники кей в этом месте остались лишь выжженная земля и раскалённый до предела воздух. В палящем жаре, который при неосторожном дыхании сжёг бы легкие, Сора твёрдо стоял на месте, словно защищая Мирославу и остальных.

И, не нарушая своей стойки, он тихо пробормотал, глядя в ту сторону, где исчез Шаламон.

— Это должно действовать на призраков, но... ошибочка.

Сказав это, Сора посмотрел вниз на своё оружие.

То, что Сора держал в руках, было не экипировкой души, а его обычным чёрным мечом. Если бы это было его синсо, он мог бы определить некоторые вещи — по крайней мере, сработала ли его атака или нет — по количеству душ, которые исходили от врага, которого он порезал, но с этим чёрным мечом он не мог этого.

Начнём с того, что если бы он заранее достал своё синсо, игра была бы решена с первого удара. Вот почему Сора сказал об ошибке.

Было две причины, по которым Сора не достал свою экипировку души.

Когда на него напали алгули у четвертой стены, он не достал его, потому что подумал о том, что не стоит показывать перед многочисленной охраной. Он также подумал, что нет необходимости использовать свою козырную карту против такого существа, как альгули.

Текущий уровень Соры — «30». И это не просто обычный «30», как уже говорилось ранее. Даже не доставая синсо, он может убить большинство нежити одним ударом, просто влив кей в своё оружие.

На самом деле, он легко отразил атаку альгуля-нападавшего.

А при входе в Титис он не достал его из-за спешки. Услышав необычный звук разрушения, он должен был приготовиться к тому, что перед ним не простой некромант, но как вышло.

Почему он так разволновался? Спросив себя, Сора оглянулся. Группа из примерно десяти человек была защищена сияющей цилиндрической стеной. Он увидел среди них два знакомых лица и испустил небольшой вздох.

А затем.

— Синсу рейки — сожри, Пожиратель душ.

На этот раз он наконец-то раскрыл свой козырь.

— Как говорится, неисправленная ошибка удваивается. Пора приступать.

Оправдывая свой промах, Сора небрежно взмахнул мечом. Со стороны могло показаться, что он просто рассекает пустое пространство ради забавы.

Но кончик его экипировки души точно ловил лёгкие пули, выпущенные издалека. Магия короля, обладавшая разрушительной силой, способной взорвать всю округу, растаяла в воздухе.

После этого Шаламон снова появился перед Сорой, пробившимся сквозь десятки снарядов. Его облик по-прежнему напоминал череп, но давление, исходившее от его тела, было несравнимо с тем, что было раньше.

Его безглазый взгляд, острый как игла, уставился в глаза Соры.

— Клоун ли. Кто ты такой? Я думал, что ты святой рыцарь... но эта сила, эта магия не принадлежит священнослужителю.

— Я хозяин той парочки, ты их мог убить минуту назад. Идиот.

Убийца драконов с насмешкой ответил на вопрос бессмертного.

Стычка началась менее чем через секунду.

Верховный лидер храма Закона и высший авторитет Священного королевства Каритас, Папа Ной Корнелиус.

Общественное мнение о ней весьма неоднозначно.

Некоторые говорят, что она вундеркинд. Некоторые, что единорог. Некоторые говорят, что она — любимое дитя.

А некоторые — одноглазое дитя Бога.

Изначально Ной родилась не в Священном королевстве, а в соседней стране Ад-Астере на востоке. Она была старшей дочерью семьи Корнелиус, одной из ведущих знатных семей империи, наряду с Парадайз и Азурит.

Отец Ной был кардиналом, который руководил всеми церемониями в империи, и его власть и влияние превосходили даже власть и влияние Папы того времени.

Будучи его дочерью, Ной, естественно, посвятила себя храму Закона и пошла по пути благочестивой верующей.

Однако в то время она была искренней и восторженной верующей, но не блистала никакими выдающимися талантами и была не более чем обычным ребёнком.

Эта оценка изменилась, когда Ной исполнилось шесть.

В тот год Ной, приехавшая в Священное королевство вместе с отцом, заявила, что получила откровение от Бога, выколола себе левый глаз и принесла его на алтарь. Естественно, вокруг нее поднялся большой переполох, но, как ни странно, у Ной не было никаких ран, а та прекрасно затянулась, как будто на ней была применена сакральная магия высокого уровня.

После этого случая её талант к священной магии пробудился, и её эффективность оказалось настолько огромным, что превзошло многих предшественников. Именно с этого времени Ной стали называть вундеркиндом.

Несколько лет спустя. Самый молодой священник, самый молодой епископ, самый молодой кардинал и самый молодой папа в истории, Ной наконец-то стала верховным правителем и Храма закона, и Священного королевства.

Стоит ли говорить, что скорость ее восхождения по этой лестнице была беспрецедентной, а возможно, и не имеющей аналогов. В Храме и за его пределами было немало тех, кто возражал ей. Однако голосов согласия было более чем достаточно, чтобы заглушить все возражения.

Основанием для такого согласия послужили многочисленные достижения Ной. Среди них трижды одержанная ею победа над Бессмертным королём была выдающимся подвигом, который можно назвать лучшим из её достижений.

Неживые монстры — это существа, отклоняющиеся от принципа жизни, и они не умирают, пробив себе голову или сердце. Некоторые монстры, относящиеся к типу призраков, вообще не имеют тела.

Бессмертной нежитью их называют за то, что их трудно убить, и для их уничтожения нужна либо священная магия жрецов, либо атакующая магия магов, либо магия духа пользователей духов, либо оружие, пропитанное этими силами.

Однако в случае с Бессмертным королём, занимающим первое место среди монстров-нежити, эти способы не слишком эффективны.

Однако уничтожить их не так уж и невозможно. Однако большинство таких королей хранят свои основные тела в духовной сфере, называемой подземным миром, а тела, появляющиеся в этом мире, являются лишь тенями. Сколько бы теней ни было уничтожено, основное тело остаётся нетронутым.

Бессмертному, которому однажды уничтожили тень, требуется некоторое время и подготовка, чтобы вновь появиться на земле. Поэтому уничтожение тени не является бессмысленным. Однако если спросить, уничтожен ли при этом король, то ответ будет отрицательным.

Монстр, превосходящий монстра-нежить, неумирающий, бессмертный король.

Чтобы уничтожить его, нужно самому отправиться в духовную сферу. Конечно, это нелегко, это трудная задача, требующая готовности к смерти. Более того, даже если удастся справиться с этой трудной задачей, это еще не значит, что удастся покорить Бессмертного короля.

Битва в подземном мире без тела — это состязание душ. Убить бессмертного, имея человеческое тело, — задача неописуемая.

Вполне естественно, что Ной Корнелиус, трижды преодолевшая эту трудность, пользовалась уважением и поклонением как внутри церкви, так и за ее пределами.

...И поскольку это была Ной, она прекрасно понимала, насколько ненормальным было зрелище, представшее перед ней.

...Ненормальность того, что один мечник уничтожил не способного умереть.

— Кх-хаа... невозможно.

Шарамон застонал неприятным голосом, словно натирая ржавое железо. Если бы у Шарамона было плотское тело, он бы ужасно исказил своё лицо.

— Почему я могу быть разрезан? Почему меня режут? Это тело — тень. Логично, что разрезание тени не повредит телу. Но почему?

Пока Шарамон говорил, его движения были ужасно медленными. Это было вполне естественно, ведь глубокие раны от меча были вырезаны на теле Шарамона от левого плеча до правой талии.

Рана, расколовшая его мозг при первой атаке, уже исчезла без следа, но эта рана не собиралась исчезать, сколько бы времени ни прошло.

Это было вполне естественно. Она была проекцией той, что была вырезана на теле Шарамона.

— Клинок, достигающий подземного мира. Меч, рассекающий логику призрачного мира. Невозможно. Как.

Если бы он знал о существовании такой вещи, то не принял бы удар добровольно. Шарамон застонал.

Первая атака, расколовшая его мозг, конечно, была пропитана магией, но от нее Шарамон не почувствовал ни боли, ни зуда. Поэтому он не признавал необходимости опасаться второй атаки.

Если у противника было средство, способное ранить бессмертного короля, то не было причин не использовать его в первой атаке, совершенно неожиданной. Не могло быть и речи о том, чтобы нашелся глупец, который пожалел бы свои силы и не расправился бы с Шарамоном, причинившим такие разрушения.

Это было логичное мышление.

И все же вторая атака, которую предпринял противник, была, конечно же, захватом тела Шарамона. Захват и безжалостное рассечение. Фаталити, заставившее Шарамона готовиться к гибели.

Сейчас в сознании Шарамона зреел гнев. Не от уничтожения. Он не может не злиться на нелогичные действия своего противника.

...Почему... почему ты не использовал его в первой атаке, если у тебя было такое оружие? Если бы ты это сделал, это тело уже было бы уничтожено!

На этот вопрос мечник напротив лишь слегка нахмурился и ничего не ответил. Он молча поднял свой чёрный меч и взмахнул им вниз.

В тот момент, когда багрово-красное лезвие заполнило его зрение, в голове Шарамона промелькнула сцена из прошлой ночной встречи.

— ...Шарамон. Ты ведь не слушал сейчас рассказ?

После того как ночная встреча закончилась, к нему приблизилась маленькая тень. Это был один из двух начальников Шарамона, которые присутствовали только на ночном собрании.

Кроме того, именно он призвал к созданию ночного собрания среди Бессмертных королей, обладающих одной или двумя причудами, и довёл его до конца.

— Я слушаю истории, которые стоят того, чтобы их слушать. Зачем слушать неинтересные. Это естественно.

В голосе Шарамона не было и намека на формальность. Он не обязан был подчиняться, даже если это был начальник.

Однако Шарамон испытывал определенное уважение к этому противнику, поэтому остановился и откликнулся на его призыв. Будь на его месте любой другой король, он бы ушел, не оглядываясь.

— Ты считаешь, что это не стоит слушать? Я подумал, что это очень полезная история, и рассказал всем.

— Это может быть полезной историей для тех, кто все еще сохраняет свое тело в настоящем мире. Например, для тебя. Но для меня это бесполезная история. Никто не сможет причинить вред моему в подземном мире.

Каким бы искусным ни был воин, каким бы добродетельным ни был священник, каким бы великим ни был маг, они не смогут уничтожить Шарамона. То же самое можно сказать и о хранителях Демонических врат. Где же необходимость опасаться таких противников?

— А как же исключения вроде Папы Ной?

— Смешно.

Люди превозносят Папу, уничтожившую трех Бессмертных королей, и считают, что даже эти короли бессильны перед ней, но для Шарамона это нелепая история.

Между теми, кого уничтожил Папа, и Шарамоном есть разница в ранге. Даже если бы Папа вызвала его на поединок в подземном мире, он бы непременно победил. Когда-нибудь он заставит эту сволочь осознать свое место... Подумав так, Шарамон продолжил свои слова.

— Мне нет дела до людей. Напротив, почему бы тебе еще не перейти в подземный мир?

— Пока что я не намерен этого делать. Не думаю, что и в будущем мне захочется.

— Зачем же ты стал одним из нас, если не хочешь вечности?

— Ты ошибаешься, Шарамон. Дело не в том, что я не хочу вечности. Я хочу вечности. Просто я не хочу так сильно терять свой страх.

Вот почему он не хочет перемещать своё тело в подземный мир.

Шарамон проявил лёгкое замешательство при этих словах.

— Страх

— То, что происходит с теми, кто теряет страх, ты воплощаешь в себе, Шарамон. Действительно, во вчерашнем мире для нас не было врага. Вероятно, нет его и в сегодняшнем мире. Но это не значит, что так же будет и в завтрашнем мире. Страх — это, иначе говоря, такая перспектива.

Сказав это, он слегка сузил глаза, как будто его что-то беспокоило.

И медленно открыл рот.

— Будь осторожен, Шарамон. Ты, который ничего не боишься, не пытайся ничего увидеть. Эта самонадеянность может однажды привести тебя к гибели.

— Это пророчество?

— Это предупреждение. Тому, кто идёт в одну вечность с разными устремлениями.

Сколько дней назад был этот разговор? Сколько месяцев? Лет?

Не более нескольких десятилетий назад, когда было упомянуто имя Папы.

...Это была последняя мысль Бессмертного короля Шарамона.

— Меня зовут Ной Корнелиус. Я служу Папой королевства Каритас.

Когда девушка передо мной склонила голову и сказала это, я не знал, как ответить, и бессмысленно оглядел комнату.

Ах да, я нахожусь в комнате в командном центре четвертого барьера. Это та самая комната, где я находился вместе с Сиэль и остальными до начала атаки альгулей. Кстати, остальных здесь нет. Это потому, что так захотела девушка, стоящая передо мной.

Я похоронил нежить, которая казалась чёрным экстра-боссом альгулей или кого там в лесу Титис, и вернулся к четвёртому барьеру, охраняя Мирославу и передовой отряд. По дороге я не успел услышать, как обстоят дела, поэтому ничего не знаю.

Однако, кажется, я понял назначение этого болтливого скелета из рассказа девушки о себе.

По ощущениям, разъедающим душу, этот скелет был «не таким уж и мифическим существом, но всё же значимым». Фактически, мой уровень даже не поднялся с «30». Если бы я до этого не съел демонического бога на острове, то, возможно, поднялся бы на единицу, но в любом случае, противник из него был так себе.

Правда, он был способен в одиночку разрушить любой город. Я не могу представить, что такой монстр бродит по лесу Титис просто так. Думаю, можно с уверенностью сказать, что его целью была Папа.

Проблема в том, почему Папа здесь — вернее, почему здесь Её Святейшество? Если мне не изменяет память, Её Святейшество уже должна быть на пути в королевскую столицу Хорус.

Начнём с того, что действительно ли эта девушка — Её Святейшество?

Я никогда не встречался с ней лично. Перед тем как меня изгнали из семьи Мицуруги, я присутствовал на банкете в качестве доверенного лица своего отца и разговаривал с её отцом, герцогом Корнелиусом, но к тому времени Её Святейшество уже перебралась из Империи в Священное королевство.

Однако, даже если я не встречался с ней, до меня доходят слухи о ней. Некоторые касательно её внешности, а самый известный из них гласит, что «Папа — Её Святейшество — одноглазая».

Однако у девушки передо мной пара глаз, похожих на драгоценные камни, — и пока я размышлял об этом, она, похоже, почувствовала моё сомнение и сказала «Извините», повернувшись ко мне спиной.

Затем она коснулась своего лица и волос и что-то сделала.

Через некоторое время, когда она снова повернулась ко мне.

Заметив понимание в моих глазах, девушка слегка убрала волосы и показала мне левый глаз. Увидев там пустоту, я облегченно выдохнул.

— Понятно, это был протез глаза.

— Да, мечник. Это изделие, на которое нанесена магия, поэтому, когда ты его наденешь, никто больше не заметит. Однако есть люди, которые обладают отличной наблюдательностью и при виде меня испытывают чувство несоответствия. Такими были Мирослава и Лунамария.

Девушка — Ной Корнелиус, Папа Священного королевства, — сказав это, два-три раза моргнула, чтобы скорректировать зрение, а затем начала объяснять, что произошло.

По её словам, Каритас с самого начала предсказал нападение врага.

Священный город (столица королевства), где обычно находится Папа, хорошо защищён физически и магически, и чудовища-нежить не могут туда проникнуть. Отъезд Папы из города в этот раз стал отличной возможностью для врага.

Королевство задумало переломить ситуацию. Другими словами, это был хороший шанс поймать врага, который обычно скрывается в темноте.

Согласно этому плану, Священное королевство внедрило опытных людей в группу, направлявшуюся в Канарию, и приготовилось контратаковать нападающих на них врага. Разумеется, Папа была приманкой. Сейчас эта группа направляется к королевской столице с юга.

Тем временем настоящая Ной Корнелиус вошла в королевство Канария вместе с передовым отрядом. В этом и заключался весь план.

Если бы в передовом отряде был одноглазый священник, то существовал бы риск быть разоблаченным хитрым врагом. Протез глаза был мерой, позволяющей избежать этого.

Из уст Папы я услышал ряд событий, понял их, но в то же время почувствовал сомнение.

— Я бы подумал, что в такой ситуации главнокомандующий обычно ждёт успеха операции в безопасном священном городе.

— Если бы я не уехала из города, то был бы риск быть разоблачённой. Кроме того, если бы я дождалась успеха операции, а затем уехала, это задержало бы строительство магического барьера.

Это неизбежно увеличило бы урон от яда. С другой стороны, если бы она вошла в Канарию с передовым отрядом, она могла бы потратить столько времени на строительство барьера.

Объяснив это, Папа извиняюще опустила глаза.

— В конце концов, я причинила вред жителям этой страны, будучи подверженной всему. Если бы я допустила ошибку, то даже ваши спутники... У меня нет слов, чтобы извиниться.

— Пожалуйста, передайте эти слова им двоим. Не думаю, что их нужно услышать только мне.

— Очень хорошо. Тогда, вместо извинений, я выражу тебе свою благодарность, мечник.

Сказав это, она посмотрела мне в глаза.

В её ясных изумрудных глазах отразилось моё лицо.

— Если бы ты не победил эту нечисть в этот раз, я и все члены передового отряда погибли бы. Я приношу тебе свою искреннюю благодарность за твою удивительную храбрость. И именем Ной Корнелиус я клянусь, что верну этот долг.

— Я польщён вашей похвалой, Ваше Святейшество. Если мой меч был вам полезен, то для меня нет большей радости.

Я склонил голову так почтительно, как только мог.

Честно говоря, я не нуждаюсь ни в каком возмещении, — хотел добавить я. Я искренне благодарен Её Святейшеству. За то, что она, рискуя жизнью, приехала в эту страну, чтобы как можно скорее построить барьер.

Но что ж, было бы невежливо отказать человеку, который сказал, что отплатит мне от своего имени. Я решил честно принять её благодарность.

Проблема в том, что будет дальше.

...Как нарушить тишину, воцарившуюся в комнате?

Я чувствую это с тех пор, как пришел в эту комнату, вернее, с тех пор, как встретил её в лесу Титис, но Её Святейшество трудно читать. Не то чтобы она была невыразительна, но её мимика меняется мало и ненадолго, и трудно понять, о чём она думает.

Я не знаю, означает ли это молчание, что она хочет ещё о чем-то поговорить, ждёт, когда я уйду, или есть какая-то другая причина.

Конечно, по содержанию её разговора и вежливому отношению ко мне я могу составить общее представление о её личности. Её Святейшества мне благоприятна.

Однако я также чувствовал, что то, что я видел до сих пор, — это не вся Её Святейшество.

Ну, это очевидно, если подумать. Она — Папа и правитель. Не может быть, чтобы у человека, занимающего столь сложное и странное положение, не было скрытой стороны. Вполне естественно, что у неё есть что-то неописуемое.

Пока я размышлял об этом, ясный голос вдруг задел мочку моего уха.

— ...Мечник.

— Д-да, слушаю?

— У меня есть одна, нет, две вещи, о которых я хочу тебя попросить. Ты не против?

Сказав это, она наклонила голову. Выражение её лица было по-прежнему тусклым, но жест был очень милым. Напряжение в моих плечах исчезло.

— Пожалуйста, спрашивайте меня о чём угодно.

Я ответил, и Её Святейшество кивнула и продолжила.

— Я слышала, что тебя зовут Сора. Это так?

— Да, это верно.

Я ответил утвердительно, и Её Святейшество вежливо поблагодарила меня.

Напряжение в моих плечах ослабло ещё больше. Может быть, я слишком много думал о неописуемом? Хм.

Затем, без паузы, Её Святейшество задала мне следующий вопрос — как бы воспользовавшись моей оплошностью, резким голосом.

— Твоё настоящее имя — Мицуруги Сора. Верно ведь и это?

...Твоё настоящее имя — Мицуруги Сора. Это ведь тоже правда?

Спросила она, на что у открыл глаза пошире. Я никак не ожидал, что фамилия Мицуруги прозвучит в этом месте.

Я не знал её истинных намерений, но она намеренно убрала людей и задала мне этот вопрос, что означало, что она была очень уверена в моей личности. В таком случае не было смысла отрицать или скрываться.

Была вероятность, что она пытается заманить меня в ловушку, но тогда я должен прояснить её цель. Другими словами, я должен подтвердить, как поведёт себя Папа, узнав, что я — Мицуруги Сора.

Приняв такое решение, я открыл рот.

— Да, Ваше Святейшество. Я действительно Мицуруги Сора. От меня отреклись, поэтому я не могу публично использовать свою фамилию.

Услышав это, Папа слегка, но явно нахмурилась. Она сжала брови.

— Мицуруги Сора, которого я знаю, — это человек, который не смог стать наследником Мицуруги из-за недостатка силы и был изгнан из семьи. И тот же человек, что и герой этой эпохи, который совершил подвиг, убив дракона. Я не могу не беспокоиться по этому поводу.

— ...Что вы имеете в виду?

Спросил я, не понимая смысла.

Начнем с того, что у меня возник вопрос, почему Папа знает о моей ситуации, но я не стал спрашивать об этом. Семья Корнелиус, родная семья Папы, имела близкие отношения с семьёй Парадайз леди Эммы и семьёй Азурит Аяки. Кроме того, на Онигасиме находился храм Закона. Я догадался, что она что-то слышала от одного из источников.

— Семья Мицуруги занимает уникальное положение и обладает исключительной военной мощью в Империи Ад-Астера. Не будет преувеличением сказать, что это страна внутри страны. Если семья Мицуруги покажет своё движение за пределами острова и империи, Священное королевство и храм Бога Закона не смогут сидеть сложа руки.

— Даже если вы говорите о частном движении, от меня просто отреклись в семье Мицуруги и я перебрался в Ишку...

— Я хочу сказать, что есть вероятность того, что ты лжешь и что вы с семьей Мицуруги сговорились.

— ...Сговорились?

Я неосознанно добавил в свой голос злости. Я не хотел, чтобы она шутила, что мы с семьей Мицуруги сговорились.

Папа, должно быть, заметила мой гнев. Однако в её изумрудных глазах не было и следа волнения, а слова, которые она произнесла дальше, были спокойными.

— Кровь, которая течёт в тебе, и меч, которым ты владеешь, принадлежат семье Мицуруги. Я видела часть этого в битве только что.

— Хм.

Я только что похоронил скелет с помощью экипировки души и техники кей.

Конечно, экипировка души была секретной техникой стиля Призрачного клинка. И даже если бы я изменил название своей техники кей, факт оставался фактом: она была основана на технике семьи Мицуруги.

А также то, что я был ребёнком Мицуруги Шикибу и Мицуруги Сидзуи. Как бы я ни утверждал, что от меня отреклись, со стороны я был безошибочным представителем семьи Мицуруги — видимо, именно это и хотела сказать собеседница.

Видя, что я понял её выражение, Её Святейшество медленно продолжила свои слова.

— Ты прославился в другой стране, нежели империя. Твоя слава слышна по всей Канарии, и я слышала, что есть много людей, которые восхищаются тобой. Среди них наверняка есть рыцари и дворяне этой страны. Теперь твоё влияние сравнимо с влиянием королей и вельмож, ведь ты убил дракона.

Сказав это, Папа выпустила небольшой вздох.

Затем она повторила те же слова, что и раньше.

— Меня не может не беспокоить тот факт, что ты, унаследовавший кровь семьи Мицуруги и использующий техники семьи Мицуруги, занял такое положение в королевстве Канария.

— ...Вы хотите сказать, что семья Мицуруги использует меня для расширения своего влияния за пределами страны.

— Да. То, что ты, которого должны были изгнать из-за твоей слабости, стал драконоубийцей всего за пять лет, является основанием.

Подозрение Папы было сформулировано так: «Мицуруги Сора изначально обладал достаточной властью, и он притворился отречённым и покинул остров, чтобы расширить влияние семьи Мицуруги за пределами империи».

Само собой разумеется, что это подозрение необоснованно.

Однако я думаю, что ничего не поделаешь, если у людей есть такие подозрения. Я и сам не люблю говорить об этом, но то, что человек, который не смог провести ни одного поединка против солдата драконьего клыка, за пять лет вырос настолько, что смог убить дракона, — это какая-то небылица. Теория заговора более правдоподобна.

Хм, — скрестив руки, размышлял он.

Я сам никогда не думал об этом, потому что предположение о том, что я вступил в сговор с семьей Мицуруги, было слишком абсурдным — но вот, оказывается, так тоже можно было. Честно говоря, это сродни открытию. Семья Мицуруги, которая владеет секретными боевыми искусствами и стремится «не вторгаться и не иметь вторжений» в межгосударственные конфликты. Если бы семья Мицуруги хотела расширить свою власть, то лучшего способа, чем этот, было бы не найти.

Конечно, с моей точки зрения, это ложное обвинение, придирка. Но трудно заставить других поверить в это. В этом смысле подозрение Папы было неприятным.

Пока я размышлял об этом и делал кислое лицо, девушка передо мной смягчила своё выражение.

— Я думаю, что это неприятное подозрение для тебя. Я знаю тебя не так давно, но кое-что могу сказать. Ты, несомненно, тот, кто может броситься в огонь ради важного для тебя человека. Я видела, как ты бросил вызов Бессмертному королю, чтобы защитить своих товарищей, и убедилась в этом. У тебя нет никаких амбиций, чтобы наживаться на семье Мицуруги.

Но есть элементы, которые заставляют подозревать это. Её Святейшество продолжала.

Не было бы проблем, если бы я был просто убийцей драконов. Не было бы проблем, если бы я был просто Мицуруги Сора. Но когда эти две составляющие пересекаются, моё существование может стать искрой, которая сотрясает страны, — сказала она.

— Например, если кто-то в этой стране увидит в вашем существовании угрозу и попытается устранить вас на том основании, что вы являетесь членом семьи Мицуруги. Для этого человека наличие или отсутствие заговора не имеет значения. Пока есть повод, этого достаточно.

Действительно ли я связан с семьёй Мицуруги или нет, не имеет значения, Папа предполагает, что найдутся люди, которые будут использовать это как предлог.

Есть немало людей, которым не нравится моё существование. Недавний пример — кронпринц, который считает, что я отнял у него Клаудию. Возможно, найдутся и вельможи, которых насторожит связь между мной, убийцей драконов, и Драгнаутами.

Такие люди могли бы заявить, что «он — шпион семьи Мицуруги или империи, и мы не можем оставить его в этой стране». Это было вполне правдоподобно.

Я только что подумал об этом, но семья Мицуруги тоже может воспользоваться этим. Они намеренно сливают мою личность королевству Канария и лишают меня возможности вернуться. Если я перееду в другую страну, кроме Канарии, они сделают то же самое и там. Они будут повторять это, чтобы я понял, что вне острова Демонов нет места для спокойной жизни человека, владеющего стилем Призрачного клинка.

Не думаю, что всё решилось после предыдущего возвращения домой. Рано или поздно семья Мицуруги проявит какие-то движения против меня, убившего демонического бога. Я должен был подумать о том, что это может принять форму заговора.

Если так рассуждать, то, как сказала Ной Корнелиус, я — человек, который может стать искрой конфликта. И если в королевстве Канария и империи Ад-Астера из-за меня начнутся волнения, то и Священное Королевство, граничащее с обеими странами, тоже пострадает. Кроме того, из-за беспорядков пострадают многие последователи храма Закона.

Папа, возглавляющая Священное Королевство и храм Закона, естественно, не может не опасаться Мицуруги Соры.

Я не уверен, являются ли слова Папы предостережением или советом, но честно скажу ей спасибо за то, что она рассказала мне о перспективе, которую я не заметил. Так я подумал и поблагодарил её.

◆◆◆

Даже после того, как Мицуруги Сора покинул комнату, Ной еще некоторое время не покидала своего места. Её взгляд был устремлен на стул, где ещё минуту назад сидел Сора.

Во время разговора Ной не раскрыла всех своих внутренних мыслей. Скорее, то, что она сказала, было лишь частью целого.

В пустой комнате она повторила фразу, сказанную ранее Соре. Включая истинные чувства, которые она скрывала.

— Ты, конечно, тот, кто может прыгнуть в огонь ради того, кто тебе дорог. И тот, кто может сделать весь мир своим врагом ради того, кто тебе дорог. Видя, как тебя обожает девочка киджин, я убедилась в этом.

Когда Сора и его друзья вернулись из леса Титис, одна из двух девушек, встретивших их, была киджином. То, что девочка киджин понравилась Соре, было очевидно любому, и этот факт произвёл на Ной большое впечатление.

Человек из семьи Мицуруги был обожаем киджином. Ной понимала, насколько это невозможно.

Как личность, Ной нравился Сора. Но как правитель, Ной чувствовала, что образ Соры был ужасающим.

Если ты лидер организации, то иногда приходится жертвовать малым ради большого. Если в будущем храм Бога Закона или Священное Королевство примет такое решение, а Сора или кто-то важный для Соры окажется на стороне «малого», Сора смело встанет и обнажит клыки перед «большим».

И Ной не сможет его остановить.

Потому что Сора — Убийца драконов. Как она может остановить человека, которого не может остановить даже дракон?

Чтобы избежать подобной ситуации, она не должна включать Сору и тех, кто его окружает, к тому самому малому. Но Ной не знает, что или кого ценит Сора.

Поэтому она должна это выяснить. Что за человек Мицуруги Сора.

Через некоторое время Ной, разобравшись со своими мыслями, медленно встала.

В её правом глазу ослепительно мигал глубокий зелёный свет, свидетельствующий о глубине мысли.

Через несколько дней после битвы в Титисе я все еще оставался в Ишке.

Изначально я уже давно должен был отправиться в Берку, но из-за непредвиденных обстоятельств, таких как нападение нежити и появление Её Святейшества, мне пришлось изменить свой график.

Одна из причин, по которой я так решил, заключалась в том, что не нужно было торопиться, чтобы завладеть рогом Царя зверей Бегемота.

По словам Ной Корнелиус, рог Короля зверей - это инструмент, усиливающий и поддерживающий барьер, но для создания барьера он не нужен.

Магия барьера может быть активирована, пока присутствует формула и персонал. С этим визитом в Канарию прибудут сотни священнослужителей из Священного королевства, и Её Святейшество заверила меня, что пока проблем с прочностью и поддержанием барьера не будет.

Однако невозможно держать такое большое количество священников - высокодобродетельных священнослужителей, стоящих на передовой в Каритаса, - в другой стране в течение нескольких месяцев, лет или даже дольше из-за яда, который может исчезнуть в любой момент.

В конце концов, мне все равно нужно было раздобыть рог Царя зверей или что-то в этом роде, чтобы заменить их. Просто это не было вопросом срочности. Я слышал, что храм Закона уже начал поиски Бегемота, так что мне не было нужды метаться в одиночку.

Поэтому, пока я оставался в Ишке, я помогал в строительстве магического барьера. В частности, я взял ее святейшество на борт Клау Сораса и облетел Титис.

Мы посмотрели на распределение яда с неба, рассчитали оптимальные места для базовых точек барьера и установили отметки. Это то, что, на мой взгляд, должна была сделать передовая группа всеми силами, но Её Святейшество спокойно справилась сама. Конечно, я помогал, когда нужно было делать какую-то физическую работу.

Кстати, о передовом отряде: я думал, что будут какие-то претензии к тому, что я выступаю один, но такой реакции не последовало. Наоборот, мне поклонился старший капитан и попросил позаботиться о Ной.

Когда я косвенно спросил его, есть ли у него претензии, он сделал не соответствующее возрасту лицо, потом понял, что я имею в виду, и от души рассмеялся.

"Я испытываю уважение к воину, который в одиночку уничтожил Короля нежити, и у меня нет обиды. Тем более, если Её Святейшество желает этого, какие у меня могут быть возражения?"

Сказав это, церковный рыцарь средних лет понизил голос и добавил.

"Честно говоря, я скептически относился к подвигу драконоубийства. Но теперь, когда я увидел ваше боевое мастерство, у меня не осталось места для сомнений. Если вы согласны, я хотел бы, чтобы вы стали стражем Её Святейшества".

При соглашении, звание святого рыцаря может оказаться не такой уж и мечтой, - капитан говорил это в шутку, но глаза его были вполне серьёзны.

Король нежити был очень хлопотным монстром.

Кстати, после предыдущей встречи я получил от Её Святейшества больше информации о Шаламоне и ночном празднике. Когда я спросил её о возможности нового нападения, она покачала головой и ответила.

"Те, кто принадлежит к группе ночи, обычно осторожны. Шаламон, третий по рангу, был уничтожен за пределами святого города без барьера - они не будут действовать сразу из-за этого факта".

На самом деле, три Короля нежити, которых Её Святейшество уничтожила в прошлом, бросали ей вызов каждый в отдельности и не сотрудничали друг с другом.

Грубо говоря, для тех, кто обрёл бессмертие, угроза исчезнет, если они подождут, пока Её Святейшество состарится и умрёт, поэтому они не чувствуют необходимости спешить и действовать. Однако она всё ещё раздражает их, поэтому они нападут на неё, если представится возможность, как это сделал Шаламон в этот раз. Вот как я себе представлял ситуацию.

...И я прокомментировал это так, как будто это чужое дело, но буду ли я также вовлечён в этот конфликт в будущем? Когда я спросил её об этом, Её Святейшество слегка наклонила голову и посмотрела на меня.

"Твоя заслуга в том, что ты уничтожил Короля нежити. Если эта заслуга станет известна миру, то их труппа непременно обратит на тебя своё внимание. Я могу только догадываться, какого оттенка будет это внимание, но ты - их естественный враг с клинком, достигающим подземного мира. И я не думаю, что найдется король, способный смириться с существованием естественного врага".

"Значит, так тому и быть".

То, что сказала Её Святейшество, было разумно. Я с ещё большей вероятностью буду враждебно относиться к тем, кто связан с Шаламоном, поскольку стану их врагом.

Мне нечего бояться ночной вечеринки или чего бы то ни было, даже если они станут врагами - для меня. Однако Король нежити представляет угрозу для окружающих меня людей. Магия, с помощью которой Шаламон сжёг лес Титис, - я не смогу спать спокойно, если в меня издалека будут стрелять чем-то подобным".

"Поэтому я хотел бы, чтобы вы сохранили в тайне тот факт, что я убил Шаламона или как его там".

"Ты уверен? Мне неприятно это говорить, но единственная причина, по которой кто-то вроде меня, молодой и неопытной, смог взойти на пост Папы, - это то, что я убила нежить. Ты убил не только нежить, но и дракона. Это подвиг, превосходящий все на континенте".

Неужели ты собираешься своими руками избавиться от этой славы - спросила она меня, и я непринуждённо кивнул.

Причина, по которой я создал клан и стремился к славе, заключалась в том, что я хотел занять положение, при котором меня не будет угнетать Гильдия авантюристов. В этом смысле славы от убийства дракона более чем достаточно. Если же за убийство нежити меня похвалит сама Её Святейшество, я уверен, что получу больше проблем, чем пользы.

Результат, который я получил от той битвы, - это безопасность Лунамарии и Мирославы. Большего я и не хотел.

Между беседами с Её Святейшеством, я поговорил и с членами своего клана. В основном я слушал о том, что произошло за время моего отсутствия, но задавал и вопросы.

Меня беспокоило то, что на лицах Лунамарии и Судзумэ иногда появлялись признаки нетерпения. Кроме того, они выглядели немного одержимыми.

В доказательство того, что это не было моим воображением, они обе с необычайной готовностью согласились сопровождать меня в Берку. Если бы они были такими, как обычно, они бы добавили, что уважают моё решение, даже если хотят сопровождать меня, но на этот раз они этого не сделали.

Я почувствовал в их отчаянном выражении лица нечто иное, чем раньше, и согласился на их просьбу сопровождать меня. В то же время мне захотелось узнать подробности.

Они обе были серьёзны по натуре, Лунамария испытывала сильное чувство вины передо мной, а Судзумэ - глубокую благодарность. Они, как правило, держали язык за зубами, даже если им было что сказать.

Если бы речь шла о повседневных делах, я мог бы подождать, пока они откроют рот, но сейчас ждать и наблюдать за ними было нехорошо. Я это как-то чувствовал.

А в такого рода проблемах откладывание обычно приводит к плохим результатам.

Исходя из этого, я в тот же день взял с собой Судзумэ в сад. Затем я сел на скамейку возле деревьев. Это было обычное место, где я мог поговорить с Судзумэ наедине.

Страница книги Месть Пожирателя Душ в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 82.5

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

2 - 127

2 - 128

2 - 129

2 - 130

2 - 131

2 - 132

2 - 133

2 - 134

2 - 135

2 - 136

2 - 137

2 - 138

2 - 139

2 - 140

2 - 141

2 - 142

2 - 143

2 - 144

2 - 145

2 - 146

2 - 147

2 - 148

2 - 149

2 - 150

2 - 152

2 - 153

2 - 154

2 - 155

2 - 156

2 - 157

2 - 158

2 - 159

2 - 160

2 - 161

2 - 162

2 - 163

2 - 164

О книге