Эта глава является первой версией первой главы, поэтому, если вам не интересно, то пропустите эту главу, для остальных – приятного чтения.

Не забудьте прочесть комментарий, там распишу подробнее.

-------------

Глава 1

Возвращение

В восточной части Великой Золотой Равнины, в ничем не примечательном маленьком королевства, находилась плохо уложенная грунтовая дорожка. Местные называли ей «Последней Дорогой», потому что впереди не было ничего. Дальше на запад, за деревнями и селами, где «Последняя Дорога» связывала человеческую цивилизацию, находился большой темный лес, населенный всеми видами диких зверей и монстров.

Посреди этой дороги стоял Маркус, опираясь на посох и оглядываясь вокруг. Местные одаривали его странными взглядами, удивившись восхищенным выражением на его лице. В конце концов, вся земля вокруг него было обычной, нечему было восхищаться. Однако, качество его одежды и посоха настораживали, поэтому они старались пройти мимо него как можно быстрее.

Постояв несколько минут в тишине, Маркус перестал бесцельно смотреть вдаль и повернулся, чтобы в последний раз посмотреть на лес на западе. Его взгляд упал на высокие, темно-зеленные деревья. Оттуда он пришел – из дикого, тенистого леса, покрывавшего весь центр континента. Большинство людей не могли отважиться идти в центр континента, земля которого была полностью покрыта гигантским лесом, и было понятно почему.  Даже для него, это заняло несколько недель. Хотя для такого мага как он, эти опасности были пустяком, он сильно недооценил психологическое давление, вызванное одиночеством в густом диком лесу, где свет едва достигал земли. Он всегда считал себя человеком-одиночкой, которого нелегко испугать, это путешествие действительно проверило его на прочность. Не хотелось бы испытать его снова.

Он покачал головой и отвернулся. Несмотря ни на что, ему удалось пересечь Море Листьев на своих двоих – лишь несколько человек могли похвастаться этим. А сейчас… сейчас он наконец пришел домой.

Он потянулся к рюкзаку и машинально проверил его, чтобы убедиться, что ремни надежно закреплены. Вес рюкзака успокаивал, его ношение уже стало естественным, он словно слился с Маркусом в одно целое. Как правило, маги были физически слабы и хрупки, но любой, кто провел годы жизни путешествуя и выживая в дикой среде, определенно бы развил свою физическую форму, в независимости от того, хотели ли они того или нет.

Рюкзак, есть. Посох, есть. Это всё, все его вещи. Выбрав случайное направление, он пошел по дороге. По правде говоря, у него было лишь смутное ощущение того, где он оказался, когда вышел из леса. Он мог сказать, что находится на восточной границе Серебряной Федерации, но он не видел каких-либо ориентиров, которые могли бы ему помочь в этом деле. К несчастью, немногие местные использовали эту дорогу. Это был яркий летний день, а солнце находилось в зените. Знойная жара, горящее солнце… но Маркусу было не до этого, это было хорошая обстановка, в отличие от того, что было в темном лесу, и его одежда были зачарованы, чтобы подходить под любой сезон, но вот местным было бы сложно ходить по улице в такую жару.

Расстраивало, что те немногие, кто воспользовались этой дорогой, старательно избегали Маркуса, обходя его стороной и игнорируя его приветствия. Это было раздражающие: как он может узнать, где он, если никто не хочет с ним говорить?

Так на чём он становился? Он потер подбородок… ага, все ещё гладкий. Да и вроде он не вонял. Он же не мог выглядеть так ужасно? Не мог же? С другой стороны, он же провёл несколько недель в дикой природе… Видимо магия не такая уж и всемогущая.

Он заметил пруд вдалеке, но не слишком, и ускорился. Далеко идти не пришлось – пруд был близок к главной дороге,а также были небольшие тропинки ведущие к нему. Их, скорее всего, протоптали местные жители, чтобы поить своих животных. Несколько деревьев росло на его берегу, включая высокий и впечатляющий дуб.

Вскоре, Маркус подошел к пруду, казавшимся неплохим местом, спокойным и уединенным. Он снял рюкзак, аккуратно положил его возле дуба, пару раз потянул плечи и подошел к воде. Большая часть пруда была покрыта водорослями и лилиями, немного пройдясь и расталкивая лилии своим посохом, он смог добраться до чистой воды. Маркус подошел к пруду, казавшимся неплохим местом, спокойным и уединенным. Он положил рюкзак возле дуба, пару раз потянул плечи и взглянул на воду. Большая часть пруда была покрыта водорослями и лилиями, но немного пройдясь и отталкивая лилии в сторону своим посохом, он умудрился найти чистую воду. Он взглянул на неё, осматривая своё лицо и одежду. Он выглядел как обычно – высокий, физически стройный мужчина с короткими каштановыми волосами, одетый в неплохую шёлковую одежду и несущий посох с металлическим наконечником. Может он немного предвзят, но он считал, что выглядит довольно хорошо. Даже слишком. И он точно был магом. Было ли это проблемой?

Отойдя от воды, он задумчиво постукивал посохом по земле. Странно. Естественно, обычные люди боялись магов и других адептов, но это было не до такой степени. Может, что-то произошло за эти 6 лет, пока он путешествовал?

Он покачал головой. Гадать не было смысла. Он получит ответы, как только доберется до города или гостиницы. Всё решится, если там будут люди и алкоголь, в таком случае всегда найдется желающий поговорить – особенно, если это общеизвестная информация.

Прогнав эти мысли, он вернулся к дубу. Отогнав несколько муравьев, пытающихся залезть внутрь рюкзака, он почти уже надел рюкзак, как вдруг, оглядевшись, заметил нечто приятное в этом месте. Как насчет небольшого перерыва? Это было длинное путешествие, а тут хорошее место, чтобы поспать в тени.

Голос в глубине его сознания сообщил Маркусу, что есть что-то очень забавное в том, что он был так рад наконец выйти из леса и его мрачной атмосферы, но всего несколько часов спустя он укрылся в тени дерева. Маркус быстро приглушил этот голос. Разговаривать с собой было нездорово – плохая привычка, заработанная за время путешествия в одиночестве – в любом случае, никакой неприязни к деревьям у него не было. Скорее ему не нравилось одиночество и гнетущая атмосфера Моря Листьев, а не деревья.

Он любил деревья. В конце концов, его магия была на них основана.

Он положил руку на ствол дуба, ощутив на ладони всю прохладу коры.

Не успев даже моргнуть, дуб проглотил Маркуса целиком.

***

Его сознание мчалось сквозь пустоту на огромной скорости, вокруг него по спирали кружились звезды, мимо него проносились головокружительные картины. Диск из разноцветного газа вращался вокруг голубого солнца. Две сферы, зеленая и красная, кружили вокруг друг друга на огромной скорости, постоянно приближаясь к столкновению. В пустоте беззвучно плавала титаническая глыба льда, усеянная черными башнями явно искусственного происхождения. Рой светящихся медуз перемещался по полю серых камней, расположенных в виде рассеянной сферы. Каждый вид попадал в поле его зрения лишь на долю секунды, а затем исчезал позади него, когда он мчался к неизвестной цели.

Он не мог воспринимать своё окружение своими органами чувств, но он понимал. Его сознание распространилось как облако, летающее вокруг него, точно миллионы глаз, смотревшие во все стороны, позволяя ему видеть всё одновременно, из-за чего он чувствовал множество непонятных ощущений. И пусть он давно пролетел все эти места, и они были слишком далеко, чтобы их увидеть, и появлялись всего на долю секунды, его восприятие позволяло ему улавливать впечатления от них и повторять это снова и снова.

Это было чудесно и захватывающе, только вот его разум не мог выдержать это. Он дрожал от напряжения, его мысли с каждым мгновением становились всё более мутными и раздробленными.

Наконец, его путешествие закончилось, и он остановился на орбите планеты. Она была зеленой, синей и белой – живописная, полная жизни и с цивилизацией. Будь у него тело, он был бы поражен этим видом. Одно дело – знать, что ты живешь на каменной сфере с водой, вращающейся вокруг солнца, но другое – видеть это. Особенно с его новыми ощущениями.

Был ли это его мир? Нет, ландшафт не соответствовал таковому на картах, которые он видел. На мгновенье, он впитал всю красоту вида перед ним, но затем, что-то изменилось.

Он не понимал, что происходит. Богоподобное восприятие, которое он использовал, изменилось, став еще более напряженным и запутывающим, посылая ему волны чувств, которые он не мог понять. Его разум, и так напряженный весом новых ощущений, начал рушиться под давлением. Инстинкты кричали ему сопротивляться, но некая инопланетная сила не позволяла, она заставляла его смотреть. Не было сказано и слова, но в них не было нужды. Он должен был остаться. Должен был смотреть.

Даже если он в процессе сойдет с ума.

Пока он боролся в попытке сохранить цельность своего разума, планета становилась тусклее и меньше. Ну, не совсем, - внешне, оно почти не изменилось - но именно эта мысль пришла в его измученный мозг. Словно он стал полой оболочкой того, чем он был ранее.

Ему не пришлось долго ждать – прямо на его глазах начало что-то происходить. Красные точки облепили всю поверхность планеты, извергая бесчисленные клубни дыма прямо в атмосферу. Облака становились всё темнее и толще, а континенты покрылись растущей сетью черных линий.

Планета распадалась на части, от неё отделялись огромные участки суши, игнорируя гравитацию, и уплывали в эту черную бездну. С его точки зрения они казались не больше его ладони, но на деле они, скорее всего, были намного больше, возможно, даже размером с целые страны.

Однако, прежде чем планета смогла медленно распасться, некий верхний допустимый предел был достигнут, и вся планета… взорвалась. Это было поразительно и непостижимо, но всё в окрестности, казалось, сложилось само в себя и исчезло, не оставив ничего, кроме черной как смоль отверстия в ткани мироздания, лишенной каких-либо звезд и материи.

Вместе с этим странным коллапсом, на его разум обрушилась волна непонятной информации, заставляя его разум биться в конвульсиях. К счастью, некая инопланетная сила, которая его до этого крепко держала, заставляя смотреть на это, начала разжимать свою руку, держащую его мозг.

Он тут же потерял сознание.

***

Проснувшись, Маркуса постигла сильная головная боль и он заметил, что он больше не лежал под дубом возле пруда. Материал под ногами был гладким и твердым, совсем не похожим на почву с травой. Он попытался открыть глаза, но сразу же выяснил, что это довольно больно, и вместо этого трогал свое лицо, чтобы выяснить где он находился. Он кое-как смог узнать, что он лежал на спине на каких-то деревянных досках и что всё вокруг тряслось… или это было из-за головной боли?

Нет, подождите… этот звук был ему знаком. Он был в задней части повозки, запряженной лошадьми, разве нет?

— Ты проснулся – звучал неизвестный голос – Я уже было начал волноваться.

Маркус заставил себя открыть глаза. Его рюкзак и посох лежали возле него – это тут же успокоило его. Борясь с желанием блевануть, он сел. И действительно, как Маркус и ожидал, он ехал в повозке, хотя она была запряжена волами, а не лошадьми. Кроме него и его вещей, в повозке было почти что пусто, только парочка маленький деревянных ящиков и несколько связок вещей.

В передней части транспорта сидели два мужчина – среднего возраста мужчина с гладким выбритым лицом и подросток. Оба смотрели на него, ожидая его реакции.

— Да… очнулся, да, – сделав глубокий вдох, Маркус ответил. – Прошу прощения за такой вопрос, но… как так вышло, что я оказался здесь, с вами в повозке?

Мужчина средних лет дружелюбно рассмеялся.

— Я Пелласт из Сикаруса, а это мой сын – Элид. Мы встретили тебя, когда подходили к пруду, чтобы напоить наших волов, - он указал вперед на двух животных, тянувших повозку. – Я не мог оставить тебя на растерзание стихии и животным, поэтому мы занесли тебя в нашу повозку. Я не лекарь и не врач, поэтому с восстановлением тебе придется разобраться самому, но я решил, что тебе будет лучше, если ты будешь с нами, чем там.

— Нет, что вы. Я польщен вашей добротой, - вежливо ответил Маркус. С ним бы, конечно, ничего не случилось бы, но они не могли этого знать. Они действовали из добрых побуждений. – Я Маркус Кинг, маг Академии Великого Моря. Спасибо за вашу помощь в трудную минуту.

Подросток, Элид, внезапно заинтересовался им, его глаза загорелись.

— Академия Великого Моря? – медленно проговорил Пелласт. – Это довольно далеко. Что привело тебя на восток?

— Я пришел с ещё более дальних мест. Я только вернулся с Восточных земель, которые на другом конце света, - объяснил Маркус. – По правде, я здесь проездом. Пока не ушли слишком далеко, где мы находимся? Я не знаю, сколько времени прошло после того, как я отключился, а дорога мне не очень-то и знакома.

Да, Маркус – притворись дурачком и сделай вид, что ты не потерялся с самого начала. К счастью, благодетель не видел ничего странного в его словах.

— Ты пролежал не так долго. Максимум несколько часов, – заверил Пелласт. – Мы не близки к большому городу, но скоро дойдем до Девичьего покоя, может через пару часов.

— Девичий покой… нет, ничего в голову не приходит, – признался Маркус.

— Это небольшое поселение, даже не деревня, но мы сможем найти там еду и кров, – объяснил Палласт. – Он близок к Монастырю Голубой Весны, если ты, конечно, знаешь, что это такое.

— О! Ага, я знаю где это, – подтвердил Маркус, явно довольный собой. Он наконец-то узнал, где он был, и ему даже не пришлось признаваться в кое-чем постыдном.

— Как только доберемся, сможешь решить: остаться с нами или продолжить одному, – небрежно добавил Пелласт.

…Остаться с ними? Маркус окинул Пелласта внимательным взглядом. Это не так уж и интересно. Бесспорно, он мог пропустить это мимо ушей и принять его спасение за любезность, но за его словами скрывалось что-то еще. Пелласт по какой-то причине явно хотел, чтобы Маркус сопроводил их.

— Безопасность… дело в безопасности, сэр, – добавил Пелласт, неловко кашлянув в кулак. Он определенно заметил пристальный взгляд Маркуса.

— Неспокойные времена? – спросил Маркус.

— А? Ты не знаешь? – удивился Пелласт. – Ах, точно. Ты же вернулся с Восточных земель… Конечно ты не знаешь, такие путешествия занимают года. Начнем с простого… Знаешь про Первую Войну Академий?

— Первая Война Академий? – Маркус хмуро переспросил. – я знаю только Войну Академий. Я ушел с земли Серебряной Федерации вскоре после её окончания.

На самом деле, он сыграл решающую роль в окончании этой конфронтации. Это было достижение, которым он гордился сильнее всего. Сложно ведь забыть такое?

— Это была Первая Война Академий, – пояснил Пелласт, кивнув. – Была еще и вторая, которая только недавно закончилась. Где-то несколько месяцев тому назад.

— Но Велдоран же мертв, – возразил Маркус. – Почему была вторая война? Неужто он воскрес с помощью черной магии?

— Нет, насколько я знаю, Велдоран все ещё мертв, – задумчиво ответил Пелласт. – Хотя никогда нельзя быть уверенным во всём, что касается магии. Да и не то, чтобы маги объясняли нам что-либо. В конце концов, я всего лишь мелкий торговец из Сикаруса .

Маркус покачал головой, отбросив эту тему. Пелласт был прав – только маг или другой адепт могли рассказать ему о «Второй Войне Академий», и то, не все из них могли быть компетентны, чтобы знать детали.

— Так что это за безопасность такая? – спросил Маркус. – Война же окончена. Разве не должно было стать спокойнее?

— В некоторой степени, – ответил Пелласт. – К сожалению, два крупных конфликта за 6 лет истощили силы Великих Держав, поэтому они уменьшили сферы своего влияния.

— Ах… – вздохнул Маркус.

— Разбойники и другие бандиты теперь повсюду. Это сборище изгоев ходят по этим местам, представляясь крупной организацией, и требуют оплатить «налог», хотя на самом деле просто издеваются над людьми. Действительно, ужасные времена.

Да, ужасно. Но даже так, Маркусу, эти стервятники, не могли по-настоящему угрожать. Кроме этого, Пелласт и его сын не могли оказать ему какую-либо поддержку. Захоти Маркус остаться с Пелластом и его сыном, логично, что это будет выгодно для них, но что же получит могущественный маг?

Абсолютно ничего – вот что.

Тем не менее, его голова до сих пор болела, да и он не рвался на всех порах в Академию Великого Моря, по крайней мере пока, не узнает, что за «Вторая Война Академий». Возможно, ещё нужно время, чтобы собраться с мыслями и отдохнуть.

— В любом случае, куда вы едете? – Маркус спросил Пелласта. – Мне нужно на запад, прямо в Академию Великого Моря.

— Мы туда и едем, - быстро ответил Пелласт. – Правда в сторону Академии Хрустальной Горы, но мы можем пройти часть пути совместно, а позже – разойтись.

— Академия Хрустальной Горы? Вашего сына туда приняли? – предположил Маркус, поглядывая на Элида, который молчал до сих пор. Видимо, тому было неловко говорить с таким пугающим незнакомцем, чего не скажешь об общительном Пелласте.

— Да, всё так, – Пелласт кивнул. – Скоро начнутся экзамены, но путь долгий, поэтому я решил выехать пораньше, чтобы наверняка избежать несчастных случаев. Кто рано встаёт – тому Бог подаёт. Ха-ха! Я заключил столько сделок, сделав первый шаг раньше конкурентов.

Пелласт казался разговорчивым и дружелюбным. Он пустился рассказывать истории из своих прошлых приключений, общаясь с Маркусом, как со старым другом. Маркус так и не смог решить, была ли это циничная уловка, чтобы задобрить его, а Маркус, в свою очередь, защищал бы их на протяжении всего пути, или мужчина просто был такой.

Даже так, он решил сопровождать отца и сына ещё некоторое время.

***

В Девичьем Покое они надолго не остались. Как и сказал Пелласт, это место не было деревней. Это скорее придорожная гостиница с 4 домами возле неё. Они быстро перекусили и решили отправиться в путь.

Хорошей новостью было, что Маркус постепенно восстанавливался от… что бы это ни было. Он не был полностью в порядке, но головная боль уже отступала и его мысли стали яснее и устойчивее. Его разум очистился, и теперь у него было время подумать, он мог прийти к каким-то итогам того, что с ним случилось, хоть они ему совсем и не нравились.

В этом не был виноват дуб. Он, бесспорно, хотел вернуться к пруду и обследовать дерево вдоль и поперек, но он знал, что вряд ли найдет там хоть какую-то подсказку. Обычный дуб. Это видение было божественным по своей природе. Никто не смог бы убедить его в том, что в этот случай не был вовлечён бог. Если дерево был хоть как-то связано с божественностью, с ним не стоило иметь дел! Он не хотел даже находиться рядом с ним! Исследование божественности не дало бы никаких плодов, но, взамен, только несчастья, он мог спровоцировать силу, которая наслала на него видение.

Идею о том, что видение – галлюцинация, он отринул сразу же. Его воспоминания об этом были яркими, живыми, пусть и запутывающими. Видение отпечаталось в его памяти неестественной и непреодолимой силой. Но что оно значит? Может, оно предупреждало о смерти этого мира? Конечно нет. Кроме того, что мог сделать Маркус с ЭТИМ? Что вообще может сделать смертный?

Предназначалось ли это сообщение именно ему? Если так, то как кто-то узнал, что Маркус коснется именно этого дуба? Как много вещей они предсказали? Когда это подготовили? Или же видение мог увидеть любой, кто коснулся дуба?

Ему, наверное, стоило поставить табличку возле пруда: «Опасайтесь видений об апокалипсисе!»

В такие момены, он ценил безостановочное бормотание Пелласта. Его истории отвлекали от тяжелых мыслей и, даже, заставляли его смеяться. Притворство или нет, это не важно, но он умел располагать к себе людей.

— Вы действительно маг Академии Великого Моря? – спросил его Элид.

Мальчуган со временем стал более общительным. Это был уже его третий вопрос, касающийся магии. Ну, странного в этом ничего не было – Элид и сам собирался стать магом.

— Конечно, - ответил он. Что это за вопрос такой? Если бы он соврал об этом, то он, что, признаться должен был?

— Какой у вас ранг? – спросил Элид.

— Пятый, – солгал Маркус.

— Пятый?! Вы лжете! – обвинил его Элид.

— Элид! – Пелласт громко пригрозил ему, а после повернулся к Маркусу. – Прости моего, он даже не знает о чём говорит. Он бы не посмел порочить вашу честь.

— Но пятый ранг… Он есть только у легендарных людей! – возразил Элид. – Во всей Серебряной Федерации их около 50. Быть того не может, чтобы он был…

Увидев хмурившееся выражение своего отца, Элид, кажись, что-то вспомнил и вернул самообладание.

— Э-э-э, да… Я не знаю о чём говорю, – мальчик поспешно заикнулся. – Я просто был в недоумении, вот и всё. Не каждый день можно встретить мага с пятым рангом, ха-ха-ха…

Действительно умное решение. Даже будь он, скажем, магом второго ранга, это он будет всё еще сильнее безоружного торговца и его сына-подростка. Ставить под сомнения его силу и честь, даже если он преувеличивает, будет не самым лучшим вариантом.

— Просто держи язык за зубами в будущем, – предупредил Маркус, взяв металлическую бутылку из рюкзака и выпив из неё. – В общем-то, я хотел кое-что спросить. Почему именно Академия Хрустальной Горы? Есть академии и поближе к Сикарусу: Храм Солнечной Луны, Академия Сердечного Огня и Академия Четырех Элементов. Может, есть особая причина? Они понесли большой ущерб в… Первой… Войне Академий. Не думаю, что вторая помогла им восстановиться. По-моему, это не лучший выбор.

Он не упомянул Академию Отравленной Воды или Храм Ворона из-за их плохой репутации, так что логично, что Пелласт откинул бы их сразу же.

В любом случае, на его вопрос возникла странная тишина. Элид неловко ёрзал на своём месте. Что? Он что-то не то сказал? Или их все ещё беспокоит его заявление о его ранге?

— Ох, вот оно что… Вы идете в Академию Хрустальной Горы как раз-таки из-за этого, – размышлял Маркус вслух. – Вы ещё, небось, и заплатили кому-то за тесты Элида. Плохие результаты, да?

— Я… я нормально справился! – возразил Элид. – Просто… просто я не родился особенным. У меня нет особого родства с каким-либо элементом, сильной родословной, даже дремлющего таланта, абсолютно ничего! Этим придуркам из Академии Сердечного Огня только и подавай таланты! Я смог овладеть несколькими основными техниками, но им плевать! «Середняк» - они сказали. Хмф!

Элид звучал действительно обиженно, но Маркус полностью понимал причину того, почему эта академия так сказала. Академия Сердечного Огня, пожалуй, была самой сильной и престижной академией во всей Серебряной Федерации. Только Академия Великого Моря могла с ней соревноваться. Да хоть будь у Элида все возможности, чтобы стать магом, что это значило для Академии Сердечного Огня? У них был бесчисленный поток талантов, которые уже стояли у их дверей, умоляя их принять. Интенсивная борьба велась за каждое свободное место, а среднего ребенка без потенциала, ничем не примечательного, не заметят.

На самом деле, это касалось большинства Великих Академий, а не только Академию Сердечного Огня. Элида вышвырнут с территории академии, если у него нет ничего, на чём можно было заострить внимание.

— Фер и Дэвел, – мои друзья, они провели экзамен по моей просьбе, – сказал Пелласт Элиду. – Они за него даже копейки не взяли. Не говори про них ничего плохого, они этого не заслуживают.

Элид ничего не ответил, сложив руки на груди, явно недовольный. Ему всё еще не нравились итоги экзамена.

Пелласт вздохнул: Проехали, ты всё равно попал в точку. Мы едем в Академию Хрустальной горы из-за её нынешнего состояния, они могли бы дать Элиду шанс. А ты так ему отомстил из-за его сомнений? Правду говорят, что маги пятого ранга сильны не только на поле боя, но и в словесной битве…

Глаза Элида расширились от шока. Он бросил недоверчивый взгляд на Маркуса, не веря, что это была эта его провокация.

На самом деле, Маркусу это удалось случайно. Но даже так, он решил сделать вид, что Пелласт был прав и это был его злостный план по мщению Элиду. Поэтому он молча смотрел на Элида, пока тот, видимо от страха, не отвернулся.

Очередная победа Маркуса.

Прежде чем беседа смогла продолжиться, их прервал шум, доносившийся из черной тучи впереди. Огромная стая птиц летела на них, вопя, щебеча, крича и создавая как можно больше шума.

— Что это с ними? – вслух поинтересовался Пелласт. Он не выглядел обеспокоенным. Никогда не знаешь, что иногда у птиц на уме.

— Понятия не умею, - признался Маркус. Хотя он и прожил долгое время в дикой природе, он бы не назвался знатоком животных.

Вскоре, стая пролетела над ними, направляюсь в противоположную сторону от движения повозки. Они не считали, что тут есть о чём беспокоиться, но любопытно всё-таки было, это продлилось, пока они не увидели стадо оленей, бегающих за птицами… А за ними стая волков, которым было не до оленей.

Даже волы, тянувшие повозку, внезапно стали неуправляемы, видимо хотели поддаться всеобщей панике.

Что-то было не так.

— Остановите повозку, - приказал Маркус.

— Так и собирался сделать, – сказал Пелласт. – Животные, видимо, что-то знают, не хотелось бы встретиться с тем, от чего они бегут.

Как только повозка остановилась, Маркус взял немного маны из запаса и влил её в глаза. Его зрение моментально стало острее, позволяя ему видеть сильно в даль. Уже почти прошедшая головная боль вернулась, становясь сильнее. Не обращая на неё внимание, он положил руку на Сферу Полёта, висевшую на его поясе, и активировал соответствующую способность. Он тут же взмыл в воздух, что позволило ему с легкостью осмотреть территорию.

Он посмотрел на горизонт. Проклятье. Пусть для обычного человека на такой высоте эта аномалия была бы слабой, но для него всё было иначе. Потоки разноцветного цвета танцевали в небе, надвигаясь в его сторону. Словно множество радужных рек текли по небесам то сливаясь, то разделяясь.

Быстро вернувшись в повозку и выключив Сферу Полета, он повернулся к Пелласту.

— Это буря хаоса, –сказал он им. – Нам срочно нужно в укрытие.

— Что? Нет… нет, быть того не может, - возразил Пелласт, его лицо побледнело. – Но сейчас же не сезон!

— Бури хаосы по своей природе непредсказуемы, – серьёзно ответил ему Маркус. – Это не первый раз, когда они появляются не по расписанию. Нужно спешить, думаю не стоит объяснять, что произойдет, если мы попадём в них.

— Но мы в глуши, – заявли Элид. – Вокруг нас только трава, никаких деревьев. Где тут прятаться?

— Нужно… нужно развернуться, – ответил трясущийся Пелласт. – Если оставим повозку и волов и побежим, может мы сможем…

— Нет нужды, – ответил Маркус, ещё раз оглядевшись вокруг. Как и сказал Элид, они были не в лучшем месте, слишком далеком от любых укрытий. – Я сделаю нам убежище.

Он спрыгнул с повозки и выбрал место возле дороги. Обратившись к своим запасам маны, он использовал «Форму Земли», заклинание, из-за которого земля начала двигаться и затвердевать. Это заняло некоторое время, но большой купол из земли начал постепенно формироваться.

Потоки радужной энергии уже подходили к ним, волы начали паниковать.

— Готово. Быстро заводите волов и всё портящиеся вещи в купол, - приказал Маркус.

Пелласт и Элид и слова не сказали. На самом деле, они разгрузили все вещи ещё когда он формировал купол, готовые вскочить со своими вещами, только дай он приказ. За несколько мгновений, все живое и съедобное находилось внутри.

Маркус уже был готов запечатать вход, как лиса проскочила внутрь, явно надеясь спастись в этой пещере. Она не обратила внимания на удивленный возглас Элида и спряталась в задней части купола, прямо за двумя испуганными волами.

Маркусу не было до неё никакого дела. Было бы бессмысленно и жестоко оставлять её на растерзание бури, а её смелость его восхитила.

Хотя она и называлась «буря хаоса», в ней не было этого самого «хаоса». Никаких дождей, ветра, обычно только занавес разноцветных цветов, опускающийся на землю, вместе со странными звенящими звуками, словно тысячи неземных колокольчиков раскачивались на ветру.

Растения переживали бури хаоса лучше чем животные, что было для них довольно удачно. Маркус был уверен, что всё живое бы погибло, если бы бури хаоса действовали на растения, как на людей и животных. Ведь многие растения не могли двигаться, чего уж говорить про укрытия от бурь.

— Ты… ты действительно маг… - все-таки признал Элид, нарушив тишину.

Маркус рассмеялся над этим бессмысленным замечанием.

Пелласт просто вздохнул, даже не потрудившись отругать сына, хотя ему скорее всего хотелось. Эта внезапная катастрофа истощила его эмоционально.

Маркус посмотрел на волов, лежавших в задней части купола. Он опасался, что они могли взбеситься из-за бури, но они выглядели вполне спокойными, прижимаясь друг к другу. Лисица выглянула из укрытия, дабы оценить ситуацию, но сразу же спряталась, стоило только Маркусу на неё посмотреть.

— А тут темно, – пожаловался Элид.

— Хмм… Ты прав, – сказал Маркус. – Темновато.

Он поднял палец над головой, и сфера белого света размером с кулак появилась над ней. Следуя его команде, сфера долетела до верхушки купола, откуда она могла бы осветить весь купол.

— Лучше? – спросил он.

— Намного, – подтвердил Элид.

После этого, все расположились в напряженном, но комфортном ожидании, слушая пугающие звуки, доносившиеся снаружи. На улицу можно будет выйти только тогда, когда все звуки затихнут.

А до тех пор они могли только ждать.

***

И вот, все звуки стихли, утихла буря хаоса, и наступила ночь. Маркус открыл выход из купола и вышел сам, оценив ситуацию.

Никаких признаков разрушений не было… не сказать, что он их ожидал. Буря хаоса не оставляла и следа, по крайней мере так было, если они не объединялись с другими бедствиями.

Он взглянул на ночное небо, восхитительно пустое небо. Ни разноцветных рек, текущих по нему, ни облаков, загораживающих звёзды. Сегодня они сияли особенно ярко.

Такой же яркой была и луна. Полная луна – идеальный круг бледно-белого цвета освещал землю, что сделало сеть черных трещин, покрывающих всю поверхность луны, особенно яркими и заметными. Трещины напоминали паутину паука, расходящуюся из центра луны, и, по преданию, были сделаны Паучьей Богиней в древности, чтобы запечатать безумие луны и защитить людей. В центре Лунной Паутины находится Лунный Дворец, где и по сей день живет богиня.

Трещины луны отнюдь не были чем-то новым, и Маркус много раз наблюдал это в прошлом. Даже дети считали это вполне обыденным. Тем не менее, Маркус был прикован к этому зрелищу, он погрузился в мысли. В Божественной видении, которое он недавно получил, также были трещины, распространяющиеся по небесному телу – и это привело к полному разрушению планеты.

Но эти две вещи не могли же быть связаны, ведь так? Лицо луны было испорчено трещинами слишком долгое время. Даже эльфы и селиниты говорили, что паутина на луне существовала ещё до их появления. Лунные трещины были всегда, и никто по этому поводу не парился.

Видение, отпечатанное в его памяти, не могло бы быть забыто, сколь долго бы он не старался. Оно требовало серьёзного отношения, время от времени появляясь в его сознании. Так что он продолжил смотреть на луну, стараясь найти подсказку на её покрытой шрамами поверхности.

— Мне иногда страшно представить, что было бы с нами без тебя, – сказал Пелласт, подойдя к нему со спины. – Нам бы пришлось бросить нашу повозку и вещи, и бог знает, добрались бы мы до укрытия или нет. Наша встреча была предназначена судьбой. Бледная Леди наблюдает за нами. По возвращении, я возведу храм в её честь и буду молиться каждый день целый год за её милость.

Мгновение он глядел на луну, затем склонил голову, закрыл глаза и сложил руки в безмолвной молитве.

Маркус слегка нахмурился. Хотя его реакция была излишне драматичной, в какой-то степени он был прав. Не получи он то видение, не потеряй он сознание, он бы не был подобран Пелластом.

Однако, действительно ли Теланейт была виновата в этом? Она была богиней луны и судьбы, покровителем магов, так что логично, что Пелласт приписал свою удачу к ней. Только вот видение Маркус получил от дуба, что могло ассоциироваться с Перуном, богом, которому Маркус молился чаще всего. Хотя отправка видений было больше по части Теланейт, чем по Перуну…

Постояв ещё немного, Маркус решил помолиться им обоим. Они оба были частью Просвещенного Пантеона, так что он не должен был получить какой-то вред и не рисковал обидеть кого-либо из них.

Помолившись, он повернулся налево. Туда, где лиса смотрела на него.

— Что нужно? – спросил он. Пелласт одарил его странным взглядом.

— Спасибо, что позволили мне остаться в пещере, – сказала лиса, говоря словно человек. – У меня нет ничего, что я могла бы вам дать взамен, но, если судьбе будет угодно, и в будущем вам будет нужна помощь, я вспомню ваш милосердный поступок.

— Всегда рад, – ответил Маркус, совершенно не удивленный тем, что животное могло разговаривать. Он подозревал об этом с самого начала. – В следущий раз, сначала представься, а не крадись, как вор.

Морда лисы искривилась в недвусмысленной ухмылке. И затем, без лишних слов, она бросилась прочь и исчезла в ночи.

— Эта лиса сейчас, что, разговаривала? – с недоверием спросил Пелласт.

— Ага. Пробудившееся животное, – сказал ему Маркус. – Не такое уж и больше дело. Да, редкие, но не настолько.

— Впервые вижу, – парировал Пелласт.

— Может быть. Или же ты видел их раньше, но не знал об этом, потому что они не хотели отвечать, – ответил Маркус.

— Хмм… Возможно, – согласился Пелласт. – Какой странный день. Что ж, я вернусь обратно.

— Я, пожалуй, тоже, – сказал Маркус, внезапно осознав, что он не в лучшей форме. Его головная боль до сих пор не прошла, а он, вдобавок, ещё устал и физически. Он не знал, почему видение вызвало физическое истощение, но разбираться в этом он не желал – не было смысла отрицать действительность.

— Не люблю спать под открытым небом, – сказал Пелласт, прищелкнув языком. – Что если кто-то решит напасть на нас, пока мы спим? Нам двоим нужно будет сменять друг друга, чтобы патрулировать.

— А что насчет меня? – спросил Элид, подходя к ним. – Я могу следить за лагерем, пока вы спите. Я полон сил!

— Сынок, моя гордость и радость, я тебе не доверяю, – сказал Пелласт. – Сколько раз ты говорил мне это, а потом засыпал? День был слишком странным, не стоит рисковать.

— Это было всего раз… или два… – смущённо пробормотал Элид.

— Честно, не вижу смысла патрулировать вообще, - вмешался Маркус. – Если кто-то попытается нам навредить, Чавкалка защитит нас.

— Чавкалка? – с любопытством спросил Элид. – Кто это?

— Очередное говорящее животное? – попытался угадать Пелласт.

— Нет, это мой земной элементаль, – рассказал им Маркус. – Всё это время он находился в земле, готовый нас защитить при приближении любой опасности.

К сожалению, «враждебное видение» не было чем-то, что Чавкалка оценил бы как опасность. Хотя если бы Пелласт и его сын были бы злыми и решили бы убить Маркуса, пока он был без сознания, элементаль раздавил бы их пух и прах прежде, чем они смогли бы пискнуть. Тоже самое произошло бы и с дикими животными.

Он постучал посохом по земле в специальном ритме, заставив землю на мгновение содрогнуться. Секундой спустя, из земли вылез огромный червь, состоящий из почвы и камней, при этом не нарушив окружащую среду. Он обвился вокруг Маркуса словно змея, раскачивая голову во все стороны, осматривая окрестности. У него не было глаз, а рот был полон треугольными жемчужно-белыми зубами, направленными на Пелласта и его сына, но вскоре он отступил на пару шагов назад.

К счастью, они были более стойкими, чем остальные люди, раз не убежали. Маркус порадовался, что его вера в них не была напрасной. Возможно помогло то, что Чавкалка не был агрессивно настроен.

Он с любовью погладил голову червя, и Чавкалка громко пискнул, что не было свойственно такому пугающему существу.

— Эта тварь была рядом с нами всё это время? – боязливо спросил Пелласт.

— Да, – подтвердил Маркус. – Земляной элементаль может легко и практически бесшумно перемещаться под землей, поэтому ему было не сложно следовать за нами. И пусть он не так силён, он может распугивать диких животных и другие угрозы. Даже если нападёт кто-то сильный, он поднимет такой шум, что моментально разбудит нас. А самое главное – ему не нужен сон. Он может патрулировать местность всю ночь.

— Это не… Я имею в виду, что бы случилось, если… – попытался Пелласт. – Нет, забудьте. Я устал. Это был долгий день, я спать.

— Ммм… – колебался Элид, решая, стоит ли ему говорить что-либо. Он со страхом смотрел на Чавкалку, пока элементаль не вернулся в землю.

Не обращая внимания на их душевные терзания, Маркус достал из рюкзака одеяло и быстро расположился на самодельной кровати. Он спал в дикой местности уже несколько недель, так что для него это стало обычным делом.

Почти сразу, после того как он лёг, он погрузился в глубокий сон.

Добрый день. Вторая тестовая глава Зенита Колдовства наконец-то здесь!

У меня были некоторые проблемы с этой главой. Как вы можете это сказать. Я переписывал её дважды, и она до сих пор не до конца мне нравится. Некоторые переходы слишком резкие, и я не уверен, что всё идет правильно… но основа главы нормальная, как по мне.

Предупреждаю: эта глава была плохо отредактирована. Мой корректировщик занят до Понедельника, поэтому вы можете прочувствовать как ужасно мое письмо без правок.

В любом случае, я собираюсь написать 4 главы, перед тем, как выпустить историю на RoyalRoad и Fictionpress. Так что мы уже проделали полпути, если я не буду ничего переписывать. Приятного чтения.

-----------

Глава 2

Сирота Войны{1}

Маркус, как обычно, проснулся рано утром и заметил, что его компаньоны уже бодрствовали. Они хотели продолжить свое путешествие как можно быстрее, чтобы покинуть место, где внезапно появилась Буря Хаоса. Было решено продолжить путь без остановок, чтобы пройти как можно дальше.

Однако, это решение не длилось долго. По дороге было множество небольших деревень, и одна из них казалась находилась в беспорядке. Маркус слышал громкие крики и вопли задолго до того, как они въехали в деревню. По прибытии они обнаружили, что большинство жителей собрались вокруг одного дома в неоформленную толпу.

Пелласт из любопытства остановил повозку, чтобы узнать, что происходит. Маркус не возражал – спешка была ему ни к чему. Поспрашивав жителей, причина стала ясна – буря хаоса. Некоторые жители работали в полях, когда она появилась, поэтому они не смогли найти убежище вовремя.

— Не удивительно, – задумчиво произнес Пелласт. – Буря хаоса появилась из ниоткуда, и она была не маленькой. Уверен, что пострадало много деревень. Сегодня ночью многие будут горевать.

Маркус стоял, не произнеся не слова. Он наблюдал за толпой, прежде чем протолкнуться внутрь неё. Некоторые жители нахмурились, но, увидев его одеяния и снаряжение, мгновенно отошли в сторону, пропуская его.

В центре, прямо возле входа в дом, лежали три трупа взрослых людей. Две женщины и несколько детей громко оплакивали два тела, не обращая внимание на третье. Скорее всего у него не было семьи, которая позаботилась бы о нём. Все три тела были нетронуты, их кожа была розовой, а вид – здоровый. Их легко можно было спутать со спящими, если забыть, что они не дышат и не двигаются.

Маркус не был удивлен. Он видел много жертв Бури Хаоса. Хаос – это, в первую очередь, первобытная жизненная сила и буйство бытия. Оно убивает людей и животных, переполняя их плоть и кровь жизненной энергией, вызывая перенагрузку органов и сердце. Бурлящая энергия хаоса сохраняет тела в хорошем состоянии, падальщики не будет прикасаться к трупам еще долгое время.

Через пару секунд, он перевёл взгляд на порог дома, где трое человек громко спорили. Мужчина и женщина, одетые в характерные крестьянские одеяния, кричали на мужчину в голубой мантии, который пытался выглядеть величественно, чего у него не получалось. Все трое были взбудоражены, общаясь так, что их было трудно понять.

Самым заметным человеком среди них определенно был мужчина в мантии. Он точно был магом. Он сделал абсолютно всё, чтобы люди так о нём думали. Около двадцати лет, почти как и Маркусу, но уже с довольно выразительной бородой.  Часть волос была седой; по мнению Маркуса, они были покрашены, чтобы выглядеть старше и мудрее. Голубая мантия, которую он носил, была роскошной и замысловатой, а в руках у него был деревянный посох с очень большой хрустальной сферой на конце.

Пусть было сложно сказать уровень магического предмета с первого взгляда, у Маркуса было достаточно опыта в оценке своих оппонентов. Сфера на кончике была не более чем покрашенным стеклом, мана по нему не текла, даже не были выгравированы руны.

Он спокойно наблюдал за спором, постепенно понимая, о чем он был, пока не почувствовал, как Пелласт протиснулся сквозь толпу и встал к нему.

— Вы знаете, о чем они спорят? – спросил Маркус, слегка наклонившись к нему, чтобы его было слышно за криками и плачем.

— Местные плохо разговаривают на ральтийском, но, видимо, они называют человека в мантии мошенником. Чего не скажешь о тех троих. – Пелласт кивнул в сторону трех трупов, – по всей видимости есть еще две жертвы. Молодые парень и девушка, которые тайком выбрались из деревни подальше от посторонних глаз. Они выжили, но заболели, и, видимо, умирают. Их родители надеялись, что мужчина в мантии их вылечит, но…

— Никто не способен «вылечить» загрязнение хаосом, – сказал Маркус, покачав головой.

Даже такие сильные маги как он были бессильны в этой ситуации. Что могли сделать смертные маги против первородной силы создания и разрушения? Надежда только на жрецов Фебруса, специализированных на высокоуровневой очищающей магии. Только вот даже Маркус ни разу не встречал такого за всю свою жизнь.

— Я слышал слухи о лекарстве, но лично этого не видел, – заметил Пелласт.

Прежде чем они смогли продолжить разговор, спорящие заметили толпу новоприбывших, шепчущихся о них. Трое спорящих замолкли, как только увидели внешность Маркуса.

Секундой погодя, втроем, они окружили Маркусу и начали расспрашивать и умолять его, требовать помощи. Даже человек в мантии просил помощи – а именно, хотел, чтобы его «друг-маг» помог ему противостоять их бессмысленным обвинениям…

Он посмотрел на Пелласта, но тот уже сбежал, поняв, что сейчас начнется.

Маркус раздраженно щелкнул языком. Вот его расплата за любопытство.

***

Прошло три часа, прежде чем Маркус смог выйти из этой ситуации и вернуться к Пелласту и Элиду, которые ждали его у повозки. Он мог бы уйти сразу же, используй он силу или будь он погрубее, но, по правде, ему было немного жаль родителей этих подростков, поэтому он решил хотя бы послушать их историю.

С чего они вообще взяли, что загрязнение хаосом можно вылечить, если всем в мире известно, что в лучшем случае это очень сложно, а в худшем – невозможно?

В конце концов, всё пришло к человеку в мантии. Его звали Гибен, он только недавно прибыл в деревню. Ради еды и ночлега он показывал простые магические трюки. А ещё он большой хвастун, все эти дни бахвалился, что умеет творить любые чудеса… даже лечить загрязнение хаосом.

Он был уверен, что все пройдет как по маслу. Это был не сезон для бурь хаоса, а в большинстве случаев буря хаоса никого не убивала. А если не повезло, то смерть была бы быстрой. Он считал, что его слова забудутся, а сам он пропадет, когда кто-нибудь всё-таки попадёт под неё. Увы, удача отвернулась от него. Сегодня, жители попросили Гибена доказать свои слова.

Конечно, он этого не мог. Стал бы такой сильный маг паясничать перед деревенщинами за еду и ночлег? И пусть Гибен вернул свои слова обратно, этого не было достаточно. Родители отчаянно пытались найти способ спасти своих детей, и из-за его слов они решили, что существует секретное лекарство, сотворённое магами…

Маркус молча сел в повозку к Пелласту и Элиду. Часть жителей пришла попрощаться, махая рукой и желая хорошего пути, но Маркус им не ответил. Он не считал, что заслужил эти пожелания.

Вскоре, повозка, заправленная волами, продолжила свой путь на восток, и деревня скрылась за горизонтом.

— Странно. Я ожидал, что нас смешают с грязью, а тут… – сказал Пелласт, когда они уже отъехали довольно далеко от деревни. – Так Вам удалось вылечить двух влюблённых?

— Это попросту невозможно. Никто не может этого сделать, – повторил Маркус. – Даже этот плут признался, когда всем это стало очевидно. Однако, я случайно вспомнил, что можно было сделать, чтобы помочь детям. И оказалось, что они этого не сделали.

— И что же? – спросил Пелласт.

— Пиявки, – искренне ответил Маркус.

— П-пиявки?! – Элид скривил лицо от шока. – Что они бы сделали? А может это Вы мошенник?

— Хаос – сила жизни, поэтому исцеляющая магия бесполезна, а может сделать хуже. Дать зелье исцеления умирающему от загрязнения хаосом, всё равно, что вылить яд прямо в глотку живому человеку, – начал пояснять Маркус.

— Разве хаос - это не сила тьмы и разрушения? – прервал его Элид.

— Тьмы? Нет. Разрушения… ну, косвенно. Это сущность жизни, движения, ярости, непредсказуемости и мутациии. Вы, наверное, уже заметили, что бури хаоса пестрые, будто радуга?

Элид нахмурился.

— В общем, поскольку хаос – это первобытная жизненная сила, её можно скомпенсировать нанесением вреда человеку, – объяснил Маркус. – Это позволяет энергии хаоса благополучно покинуть тело человека, давая ему шанс на выживание.

— Но зачем пиявки? – возразил Элид.

— Потому, что иначе надо резать пациента в надежде, что не заденешь артерию или ещё что-то важное, – сказал Маркус, совсем не обращая внимания на слова Элида. – С пиявками будет безопаснее, плюсом они впитывают немного хаоса.

— И это правда помогает? – поинтересовался Пелласт. Ему эта идея не была настолько противна, как Элиду.

— Должно, – ответил Маркус, но на этот раз – нерешительно. – Они всё ещё могут умереть. Я не лекарь и не чудотворец. Это просто лучшее, что можно сделать.

— Лучше так, чем никак, – подытожил Пелласт.

— Именно так, – подтвердил Маркус.

Элид хотел было что-то сказать, но сдержался и промолчал. На мгновение, все внутри повозки оставались в тишине.

— Мне кое-что беспокоит, – случайно сказал Пелласт. – Если этот человек в голубой мантии – маг, то почему он разрешал жителям обвинять его? Даже если он врал, маги не отличаются терпением и справедливостью, – он неловко посмотрел на Маркуса. – Эээ… кроме Вас, конечно.

Маркус пренебрежительно махнул рукой, позволяя Пелласту продолжать.

— В любом случае, он мог просто силой отодвинуть жителей и уйти, – закончил Пелласт. – Так он был бы похож на тех магов, про которых я говорил.

— Может он боялся, что жители набросятся на него? – размышлял Элид. – Он же был окружен.

— Он всего лишь маг первого ранга, у него даже нет внутреннего резервуара маны, – добавил Маркус. – Он полностью полагается на внешнюю{2} ману, чтобы использовать заклинания. На ту же ману, которую недавно подпортила буря хаоса. Одно заклинание - всего одно - и он тут же падает замертво из-за загрязнения хаосом, прямо как те два подростка.

Это было главным ограничением первых рангов. Они способны использовать окружающую их ману, но не способные её хранить внутри себя. Сила и частота применения заклинаний ограничена тем, как быстро они могут черпать ману из окружающей среды, но в конечном счёте потребление маны перевесит её количество в воздухе. Это имеет большое значение в сражениях. А если внешняя мана будет испорчена, скажем, прошедшей бурей хаоса, то, пока маги не покинут загрязнённую зону, они будут совершенно беспомощны.

— Он просто ученик? – недоверчиво спросил Элид.

— Не думаю, что это правильно его так называть, – размышлял Маркус. – Пусть магов первого ранга часто называют «учениками», но только потому, что любой человек способен достигнуть второго ранга, при наличии должной мотивации для обучения магии, финансовой поддержки, наследственности и доступу к хорошим учителям. Другими словами, если у них за спиной есть сильная организация. В таком случае, на первом ранге долго не задерживаются и вскоре становятся полноценным магом со вторым рангом. Однако, много магов получили соответствующие навыки… не в идеальных условиях. Также некоторые люди провалились из-за разных причин, даже если они имели все шансы. Они застряли на первом ранге, без возможности пойти дальше, но они уже не «ученики».

По правде, Маркус не считал их магами. Он был более придирчив к ним, чем остальные, тоже самое было со всеми магами ниже третьего ранга. «Бездельники» - вот, кем они были. Важно отметить, что так считали не все, только небольшая часть. Многие остались навсегда на втором ранге, и им не приятно слышать, что приложи они немного сил, то смогли бы достигнуть большего.

— Люди могут провалиться даже, скажем, в Великих Академиях? – спросил Элид, в его голосе чувствовался страх.

— Конечно, – ответил Маркус. Что это за вопрос такой?

— И как часто такое случается? – спросил Элид.

— Редко, – спокойно сказал Маркус. Ответ, видимо, успокоил Элида.

Маркус уже было хотел рассказать ему о процессе отбора в места, по типу Академии Хрустальной Горы, а точнее о том, что процесс отбора довольно жесток, и явных неудачников отсеивают сразу же. Если его действительно приняли, он точно сможет пройти все их тренировки. Правда, быстро поняв, что это сделает только хуже, отказался от этой идеи.

Повозка продолжила свой путь, и их разговор не затухал.

***

Целую неделю Маркус путешествовал с Пелластом и Элидом, разговаривая с ними о том, о сём, проезжая мимо городов и деревень. Он ожидал увидеть мирную и процветающую стран, но последствия Второй Войны Академий были видны невооруженным глазом. Разрушенные здания и новые яркие стены украшали города, а поля уже заросли. Чем дальше Маркус уезжал от окраины цивилизации в Великую Золотую Равнину, тем меньше его боялись и избегали, но напряжение ощущалось повсюду.

Беспокойство росло день ото дня. Изначально, он не спешил покидать Пелалста и его сына, но от путешествия в качестве простолюдина он быстро устал. Повозка была мучительно медленной и неудобной. Часто приходилось останавливаться, чтобы напоить волов и дать им отдохнуть, а ещё она была не настолько надёжной, как казалось на первый взгляд. Однажды, колесо упало в яму и отвалилось. Тогда Маркус понял одну неприятную вещь: пусть он и могучей маг с большим опытом, ни он, ни его заклинания не могли починить повозку.

— Вы уверены, что Вам не нужна помощь? – переспросил Пелласт. – Я думаю, что смогу найти кого-то в близлежащей деревне, но придётся подождать.

Маркус ломал голову в поисках решения, мысленно перебирая все свои заклинания и способности. Немного подумав, он достал из рюкзака большую книгу в металлическом переплёте. Обложка была украшена золотой и голубой хрустальной нитью, на обеих слабо различались магические символы и геометрические узоры. Удивление застыло на лицах Пелласта и Элида, как только они взглянули на неё. Маркус сдерживался, когда дело касалось его внешности, но это не относилось к его книжке заклинаний. Он превратил книжку в мощный магический предмет, о чём говорил хотя бы её внешний вид.

Чтобы колдовать, не достаточны было просто запомнить наговор{3} и символы связанные с ним. Заклинание – это наследие, непрерывная линия заклинателей, что передавали свое видение от поколения к поколению, в конце концов ведущая к изначальному создателю заклинания. Чтобы использовать заклинание, магу необходимо погрузить себя в него, погрузиться настолько, чтобы оно отпечаталось в его душе. Сложность этого процесса зависела от совместимости мага и заклинания.

Маг мог удерживать ограниченное количество заклинаний в своей душе, и ограничение преследовало их всю жизнь, вне зависимости от их силы. Например, Маркус мог отпечатать на душе 53 заклинания. Великий маг умел хранить заклинания, но под стать его титулу, некоторые заклинания были необычными и занимали больше места, чем заклинания уровнем ниже.

Пусть для Маркуса 53 заклинания было слишком мало, многие маги не могли даже мечтать о таком. Из-за этого с древних времен маги и другие заклинатели искали способ преодолеть ограничение. Самым старым и действенным способом была книга заклинаний. Не обязательно быть «книгой» – подойдут каменные таблички или свитки – но книга была самой удобной формой, чтобы носить заклинания. Суть книги заклинаний – быть хранилищем для них. Её механика была довольно сложной и запутанной, но, если говорить в двух словах, с её помощью маг мог в любой момент заменять заклинания у себя в душе.

И это потрясающе, потому что Маркус мог использовать сотни заклинаний вместо 53-х, и, если заклинание рассеивалось, он всегда мог вернуть его обратно. Проблема только вспомнить, какое из сотен заклинаний рассеялось. В лучшем случае это занимало час, но обычно намного больше.

Более того, пролистав всю книгу, Маркус понял, что, хоть у него и было сотни заклинаний, только четыре были связаны с ремонтом. Одно ремонтировало только предметы размером с ладонь, и точно не справилось бы с колесом повозки. Другое полагалось на возможности мага создавать предметы. Нет нужды говорить, что Маркус в жизни не создавал колёса. Третье не столько чинило, сколько склеивало предметы маной. Это бы сработало, но Маркусу пришлось использовать его каждые несколько часов, а после его ухода Пелласт останется со сломанной повозкой не пойми где. Будет не очень красиво. Наконец, четвертое было заклинанием настолько высокого уровня, что Маркус не мог с ним совладать. Оно бы починило повозку, но для этого пришлось бы потратить целых два дня, только чтобы использовать его…

Маркус закрыл книгу и посмотрел на Пелласта и Элида, которые ожидающе на него смотрели.

— Простите, – сказал он им. – Видимо, ремонт – это не моя стезя.

Пелласт кивнул без капли разочарования, будто этого он и ожидал. Элид же промямлил что-то язвительно перед тем, как повернуться проверить волов.

Пелласту всё же удалось найти помощь, но на это ушел весь день. Похожие случаи начали преследовать Маркуса всю дорого. Ему нравились его компаньоны, но это уже не вписывалось ни в какие рамки. Когда повозка подъезжала к городу Белой Скалы{4}, он был рад, что они скоро разойдутся.

В тот вечер он был в настолько хорошем настроении, что покинул лагерь на пару часов, чтобы принести кролика и фазана. Это был его прощальный подарок своим компаньонам. Он не знал, какая еда будет под стать мелкому торговцу, но был уверен, что его жест будет оценён по достоинству. До этого они втроем ели всё, что могли купить в городах и деревнях… и эта еда была не лучшего качества.

Тем не менее, хоть Маркус и ожидал, что они примут его подарок с распростёртыми объятиями, он был удивлен тем, как жадно одни впивались в жаренного животного. Они ели с такой скоростью, что Маркусу почти ничего не осталось, в конце трапезы они разочаровались тем, что этого было мало. Маркус мог понять, что бы так себя вёл Элид, но Пелласт? Удивительно.

— Вы скорее всего это уже знаете, но город Белой Скалы - это, грубо говоря, врата в Академию Хрустальной Горы, – сказал Маркус своим спутникам, сидевшим вокруг костра, с разбросанными рядом остатками жареных животных. – Как только вы войдёте, вам придется провести некоторое время с представителями академии и готовясь к отправке в горы. Я же продолжу идти к побережью. Другими словами, мы разойдёмся на входе в город.

— Я примерно так и думал, – кивнул Пелласт. – Я правда должен поблагодарить Вас за всё, что Вы сделали. Благодаря Вам, мы не встретили разбойников, и даже стража нас не беспокоила, а также за время, проведённое вместе.

…Для него это было «хорошим временем»?

— В любом случае, я всегда хотел спросить, но сомневался в правильности, - продолжил Пелласт. – Теперь, раз уж мы расходимся, я больше не могу сдерживать своё любопытство. Вы… Вы правда старейшина Академии Великого Моря?

Элид, наклонившись немного вперёд, навострил уши.

Маркус приподнял бровь.

Пелласт неловко прочистил горло.

— Признаюсь, что я, как и Элид, решил, что Ваши слова о ранге и положении в качестве одного из сильнейших магов континента были чушью. Конечно, я не сомневался в том, что Вы – маг, и, возможно, не более, чем капитан отделения с третьим рангом, – объяснил Пелласт. – Пожалуйста, сэр, не принимайте близко к сердцу. Я говорю это по своему опыту общения с людьми – магами, воинами, ремесленниками, охотниками и другими – и я точно знаю, насколько гордыми они могут быть, чего уж говорить об их любви к преувеличениям.

— И что? – спокойно спросил Маркус, не показывая ни капли возмущения. Слушая, он рассеянно возился со своим посохом, как он часто делал во время отдыха, скользя пальцами по рунам, вырезанными на нём, и мельчайшим изъянам в его конструкции, к которым он привык за долгое время.

Я не маг и не могу судить честно, но я понимаю, что вы не врали о своей силе, – выдохнул Пелласт, не заметив злобы и возмущения. – Ваш скромный наряд и фамилия ослепили меня. А ведь это можно было понять ещё давно.

— Фамилия? – спросил Элид, не понимая, что имел в виду его отец.

— Фамилия «Кинг» звучит величественно, но на деле означает, что человек является сиротой, – пояснил Маркус. – Многие детские дома в Серебряной Федерации финансируются королем в качестве благотворительности. Таким образом, дети без происхождения считались «детьми короля» и получали фамилию «Кинг».

На секунду наступила тишина, пока Элид обдумывал это.

— Так ты…

— Сирота, – закончил за него Маркус. – Мне оставили в корзинке возле двери детского дома в Королевстве Элора. Человек оставил меня глубокой ночью и тут же ушел, поэтому моё происхождение неизвестно. Я не знаю, кто мои родители.

— Но, эм… как смог какой-то сирота… – на мгновенье Элид остановился, понимая, что то, что он собирался сказать может плохо кончиться.

— Я этого не стыжусь, – заверил его Маркус. – Будь моя воля, я бы сменил фамилию на что-то менее очевидное. Ты хотел спросить, как простой сирота смог стать магом пятого ранга и одним из старейшин Академии Великого Моря, ведь так? – Элид нерешительно кивнул. – Хоть у Великих Академий, что правят Серебряной Федерацией есть много недостатков, они все сильно уважают сильных и талантливых людей. Не сказал бы, что моё происхождение не повлияло на мою учёбу, но это были временные трудности на пути к успеху.

Но вот только такие истории успеха были редкостью. Чрезвычайной редкостью. Внутренние круги каждой великой академии контролировались горсткой семей, которые выступали в качестве «дворян» – а иногда ими и были – и пробиться в этот круг, не имея хорошей родословной или связей было очень сложно.

Маркус заработал достаточно славы в боях и магических достижениях, чтобы перейти в старейшины, но как только он захотел большего, то его происхождение стало его главным врагом.

— Я расскажу тебе секрет, –сказал им Маркус спустя несколько секунд. – Я не путешествовал далеко на запад. Точнее, да, я был там и многое повидал за эти шесть лет. Правда в том, что это было добровольное изгнание.

— Изгнание? – воскликнул Элид.

— После Войны Академий – я имею в виду первую – я решил стать сильнее, – объяснил Маркус. – Я думал, что мой вклад в войну был большим, а сила огромной. Я попробовал стать лидером Академии Великого Моря.

Пелласт заметно поморщился.

— Как видите, я проиграл, – продолжил Маркус. – Мой соперник был слабее в магии, но сильнее во всём остальном. Гай был выходцем древней, богатой семьи и считался вундеркиндом с детства. Его престижная родословная, его понимание политики, его ораторские способности стали моей погибелью. Я не мог их превзойти. Потеряв первенство, я понял, что самым умным выбором будет на время покинуть академию. И только сейчас, спустя шесть лет, я чувствую себя полностью уверенным в себе.

Пелласт поёрзал на бревне.

— Разве это хорошая идея возвращаться? – спросил Пелласт. – Я понимаю, что это Ваше решение… но правители не жалуют тех, кто может угрожать их власти. Вы уже можете быть лишены статуса старейшины.

— Гай бы такого не сделал, – покачал головой Маркус.

— Почему? – потребовал ответа Элид. – Это было бы первым, что я бы сделал.

Маркус улыбнулся: «Тогда бы ты остался в дураках. Как только я узнал бы об этом, то тут же бы ушел в другую великую академию и попросил бы позицию старейшины у них. Любая академия примет меня с распростёртыми объятиями. Маги пятого ранга необычайно редкие – невозможно обучить таких, имея хоть все деньги и ресурсы мира. Последнее, чего хочет любой человек у власти – чтобы такие как я пострадали. Эти ослабит их, и усилит врагов. Гай может надавить на меня, или даже попытаться убить, но точно не выгонять. Он хочет, чтобы я ушёл, но цена этого слишком высока».

— Кстати, раз уж зашла речь о магах пятого ранга, я кое-что вспомнил, – сказал Пелласт. Маркус решил, что ему тоже было неудобно обсуждать эту тему. – Почему Вы так одеваетесь? У Вас нет свиты, нет знака отличия… разве маг такого уровня не хотел бы, чтобы все знали о его силе и статусу? Вы намеренно стараетесь выглядеть слабее?

— Ага, – прямо ответил Маркус. – Ранее ты сказал, что я выгляжу как маг третьего ранга. Именно этого я и хотел.

— Почему тогда ты сразу признался, что ты пятого ранга? – возразил Элид.

Маркус несколько секунд молча собирался с мыслями.

— Ранги магов - это не просто уровни сил, – сказал он Элиду. – Каждый ранг отражает фундаментальные изменения в природе силы у мага. Изменения пятого ранга особенно драматичны, и их никак не скрыть от любого мага выше третьего ранга. Их эмблемы будут взаимодействовать с моей душой, вне зависимости от меня. Скажи я, что у меня третий ранг, а позже мы бы встретили мага с таким же рангом, то он сразу бы меня раскусил. Узнай бы вы об этом, стали бы подозревать меня во лжи, что бы я не делал. Маги третьего ранга встречаются часто; даже у небольших академий есть как минимум один. Таким образом, мне было бы нецелесообразно притворятся кем-то кроме Мага Проявления Души.

— Маг Проявления Души? – спросил Элид.

— У каждого ранга есть название, – ответил Маркус, – но раз вы не маги, то вы, скорее всего, не поймете меня, если я начну рассказывать о «логосах» и «магах-основы» и всяком таком.

— Маг Проявления Души… это правда настолько очевидно?

Маркус ничего не сказал. Наоборот, он взглянул глубоко в глаза Элида и позволил своей душе выплеснуться в мир.

Бесконечное пение сверчков и другой живности остановилось. На короткое мгновение, позади Маркуса обрисовалось великое дерево – возвышающийся дуб с великолепной лиственной кроной. Его корни опирались на землю. Ветки словно тянулись к небесам. Оно окутало всё вокруг эфирным туманом, на её коре плясали разноцветные призрачные знаки. Элид и Пелласт сразу же погрузились в транс, их глаза потеряли фокус, а тела задрожали.

Спустя время они вернулись в норму. Элид начал задыхаться, прижимая руку к сердцу. Возможно Маркус немного перестарался. Пелласту было лучше, потому что Маркус выбрал целью Элида, но он всё равно в полной мере прочувствовал это.

— Если захочу, то это смогут увидеть обычные люди, – спокойно объяснил Маркус. – Однако маги, имеющие логос, способны ощутить это, даже если я буду пытаться подавить его присутствие. Если какой-то человек может сделать тоже самое, вы не сможете проглядеть его, как бы вы не пытались.

— М-мой глупый сын… – заикался Пелласт. – Однажды ты сведёшь меня в могилу намного раньше, чем нужно.

Элид ничего не говорил, продолжая делать глубокие вдохи и выдохи. Он посмотрел Маркусу прямо в глаза. Они смотрели друг на друга некоторое время, прежде чем Элид молча отвернулся.

И вот, вернулся треск сверчков, а дикие животные разбежались, испугавшись.

— Отдохните, – внезапно посоветовал Маркус. – Завтра мы будем в городе. Нужно быть в лучшей форме, перед тем, как встретить людей из академии.

Не дожидаясь их ответа, он покинул лагерь и расположился возле повозки. Лучше всего было остановиться именно здесь.

***

Несмотря на свои слова, Маркус не мог уснуть. Различные мысли не покидали его голову: от бывшей славы до сильных разочарований. Он встал с кровати и отправился в лес. Отсутствие света ему не мешало, видимо из-за богатого опыта в перемещении в темноте и из-за усиления всех его органов чувств.

Он остановился на краю леса. Он просто хотел уйти как можно дальше от лагеря, не потревожив Пелласта и Элида, – он даже не знал, куда шёл.

Честно говоря, это и могло быть его целью. Он не был полностью уверен, что был готов. Покинув Серебряную Федерацию шесть лет назад, он даже не собирался возвращаться хоть на день. Он был слишком огорчён и разочарован решением совета старейшин. Как они могли выбрать Гая, а не Маркуса? Некоторые старейшины уверяли Маркуса, что полностью поддержат его, а на деле под конец поменяли лагерь. Предатели.

Всё же годы скитаний потушили пожар в его сердце. Он пришёл к выводу, что это было к лучшему. Быть главой Академии Великого Моря могло быть утомительно, а он не смог бы достигнуть такого же уровня, какой у него есть сейчас. Однако…причины возвращаться так и не нашлось. Просто у него не оставалось причин задерживаться.

Этого было достаточно? Может глубоко внутри себя он всегда хотел вернуться? А чтобы подавить сопротивление пришлось повидать далёкие земли?

В конце концов, он не смог заглушить зов, что умолял его вернуться…

— Зачем ты идёшь за мной? – спокойно спросил Маркус, даже не обернувшись, чтобы взглянуть в глаза своему преследователю. Его голос был приглушен, но достаточно громким, чтобы не шептать. Он был далеко от лагеря, поэтому Пелласт бы не проснулся, только если мимо не проходили охотники.

Время шло. Молчал его преследователей и сам Маркус. Наконец, спустя полминуты, Элид собрался и нерешительно встал перед Маркусом.

— Что-то нужно, Элид из Сикаруса? – переспросил Маркус, всё также не смотря на него. Последние несколько дней он чувствовал, что Элид хочет о чём-то поговорить. Однако, он решил оставить всё на волю случая.

— Можете… можете проверить, насколько я совместен с земляным элементом? – попросил Элид. – Я заметил ваш арсенал состоит из большого количества земляных заклинаний, а основа Академии Хрустальной Горы – земля. Поэтому… может я выгляжу самонадеянно, но я подумал… эм…

— Я могу сказать, что у тебя есть совместимость с логосом земли, – ответил ему Маркус. – Вопрос в том, готов ли ты услышать правду?

Маркус был уверен, что Элид не имел родства ни с одним элементом. Во-первых, такие люди были редкостью, и по мере взросления проявляли признаки расположенности. Во-вторых, Элид уже прошёл тестирование в Академии Сердечного Огня. Хоть эта академия специализировалась на огненных техниках, они были Великой Академией. Ни одна Великая Академия не ограничивалась одним элементом; они были хороши в использовании огня, что неудивительно, но они бы не отказались от талантливого ученика, способного управлять любым другим элементом. Это же такое упущение!

— Я… да, – Элид глубоко вдохнул. – Я хочу знать. Мне нужно это знать. Прошу.

— Хорошо, – Маркус протянул ему руку. – Возьмись.

Маркус ещё никого не учил, но примерно понимал, что нужно делать. Как только рука Элида коснулась его, от Великого Дуба протянулась тонкая нить духовности и между ними создалась связь.

Глаза Элида тут же остекленели и потеряли фокус, эфирный дуб заполнил его разум, вытесняя все ненужные мысли. Маркус другой рукой щёлкнул его по лбу, заставив очнуться.

— Оставайся в сознании, – приказал он юноше.

Элид поморщился, его рука дрожала, пытаясь выбиться из хватки Маркуса.

— Смотри на символы, текущие по коре дерева, – сказал ему Маркус. – Попробуй погрузиться в них не потеряв сознание. Услышь их зов.

Пусть Маркус согласился лишь проверить совместимость Элида, он планировал сделать большее. Всему виной любопытство. Да и раз уж начал делать – нужно сделать с душой. Так Маркус действовал всегда. Раз уж он сделал одолжение для Элида, то можно быть более тщательным.

Ну такое. Среднее. Так себе. Это был исход всех проверок, которые делал Маркус. Элид был середняком в погружении в руны, мог выдержать среднее количество маны при передаче, среднее число узоров за раз…

Ох, и его совместимость с землёй была средней.

Маркус сдерживал своё разочарование. Всё, как он и думал. Проверяющие в Академии Сердечного Огня…

Хм?

Ух ты. Правда? Среди всего… и до смеха своеобразная вещь. Как именно он…

Маркус отпустил руку, разорвав связь. Он несколько секунд пристально глядел на Элида.

— Так, эм… ну и как? – спустя время спросил юноша.

— Жди здесь, – приказал Маркус.

Он ретировался в лес, оставив растерянного подростка позади. Позднее он вернулся с запечатанным письмом в руке и сунул его в руки Элида с предостережением: «Покажи его, только если провалишься».

— Что? Что это? Я не понимаю, – возразил Элид.

— Если сможешь пройти экзамен без письма, то делай что хочешь. Сожги, спрячь, без разницы… но в ином случае, ну. Отдай его им. Уверяю, они захотят, чтобы ты учился у них.

— Захотят? – переспросил Элид, поглядывая на письмо в своих руках.

— Последний шанс, смекаешь? – предупредил Маркус. – Тебя возьмут, но вот дальше – всё зависит от тебя.

Элид ещё несколько секунд продолжал смотреть то на письмо, то на Маркуса, прежде чем положить письмо себе в карман, будто это было сокровищем.

— Вы думаете, что я когда-нибудь стану как вы? – спросил его Элид. Видимо он не спешил вернуться в лагерь.

— Кто знает, – немного подумав ответил Маркус.

Такая сила пришла ему из-за великого таланта, но свою роль сыграли хаос и разрушения, вызванные войной в Академии. В мирное время вряд ли кто-то смог бы развиться настолько же быстро, будь он хоть в сотню раз гениальней. Вот только нынешняя ситуация в Серебряной Федерации… видимо эта эпоха была не такой уж мирной и спокойной. Ещё и странное видение…

Всё-таки у молодого Элида будет много возможностей словить рыбу в мутной воде{5}.

***

Город Белой Скалы расположился на подножье гор Кровавого Камня, возле важного прохода, соединяющего Великую Золотую Равнину и Западное Побережье. Это был умеренного размера город, расположенный в выгодном стратегическом положении, но с недостатком водных ресурсов. Живой и живописный город, ни капельки не изменился с последнего визита. Похоже Вторая Война Академий не сильно повлияла на него.

Внушительная крепость, служившая военным и административным центром города. Вот что было причиной. Построенная из сияющего белого мрамора и укрепленная могущественной магией, она выглядела огромной и лишней в сравнительно маленьком городишке. Чрезвычайно ухоженный, а дежурившая стража, проверяющая посетителей, была хорошо оснащена.

Повозка без проблем проехала в город через ворота. Постовые ничего не спросили, только собрали плату за вход и отпустили. Однако, предупредили, как только они вошли.

— Вы прибыли в неудачное время, – сказал старый постовой. – Отношения между герцогом Белой Скалы и местной гильдией наёмников немного напряжены. Наёмники заблокировали каньон, чтобы заставить герцога выполнить их требования. Возможно это займет ещё несколько дней, прежде чем всё решится. До этого момента западная дорога будет перекрыта.

— Потрясающе, – Маркус раздражённо прищёлкнул языком. Ждать, как предложил постовой, или отправиться проверить самому? Сложный выбор. – Такое часто случается?

Маркус так решил из-за того, как об этом сообщил им постовой.

—  Это уже третий раз, – ответил постовой. – Они стали сильнее после Второй Войны Академий, поэтому вырос и их аппетит.

Дать им преимущество – или любой другой гильдии – все равно, что отдать часть силы Академии Хрустальной Горы кучке недоумков. А город Белой Скалы был одним из главных составляющих академии. Оказывается, положение Академии Хрустальной Горы было ещё хуже, чем представлял себе Маркус. Возможно Элид всё-таки сможет купить себе дорогу в академию, и письмо ему не пригодится…

Прежде чем они смогли продолжить свой разговор, впереди началась какая-то суматоха. Довольно крупная группа хорошо вооруженных и дорого одетых воинов сопровождала большую карету, едущую по городским улочкам. Странная карета иностранного производства. Она привлекала взгляды зевак, некоторые даже следовали за ней.

Через несколько секунд, карета остановилась у магазина, и привлекательная пара эльфов вышла, чтобы посмотреть товары из любопытства, за ними следовала горстка слуг в мантиях. Пара воинов, сопровождающих карету, отделилась от основной группы и мгновенно встала на защиту парочки, отгоняя от них людей, желающих посмотреть на эльфов поближе.

И все они эльфы: от воинов и до водителя кареты. Необычно. Эльфы редко передвигались в таких больших группах, только если не было военных действий, особенно редко их можно встретить в далёких землях. Обычно их можно увидеть только в прибрежных городах.

— Эльфы активизировались за последнюю пару лет, – рассказал ему Пелласт. Он отчётливо помнил, что Маркус жил в изоляции долгое время, поэтому он ничего не знал. – Отправляют своих авантюристов и дипломатов в каждую дырку, не только в прибрежных городах, но теперь и в далёкие земли. Они перестали быть чем-то необыкновенным. Хотя их родные острова так и остались неприступными для людей. Несправедливо…

— Оживились ещё и дварфы, – добавил старый постовой, краем уха услышав их разговор. – Правда они заинтересованы только в Горах Кровавого Камня и их окрестности, но в этом регионе они сражаются в древних руинах с орками, драконами и магами Хрустальной Горы.

Интересно… Маркус переживал, что Гигантский Громовой Холл мог отомстить ему за убийство их лидера во время Войны Академий, но, раз уж дварфы смогли прийти далеко на юг, то, видимо, у них своих проблем навалом.

С другой стороны, Гигантский Громовой Холл не отличался своей рассудительностью…

— Полагаю, орки изо всех сил пытаются пробиться на юг? – спросил Маркус.

— Как всегда! – сетовал постовой. – Я-то думал, что они притихнут на десяток или два после поражения в Первой Войне Академий, но нет. Откуда их столько появляется? Они живут в Дакаре. Окружены лесом и соснами, там же никаких условий для снабжения армии! Клянусь, орки просто появляются из замороженной земли и сразу готовые воевать…

Постовой был недалёк от истины, но Маркус не собирался ему рассказывать, что там на самом деле происходит с орками и их неустанными завоевательными походами. Негласное правило среди великих держав. Обычные люди были бы подавлены, узнав всю правду о Шпиле Плача и других вторжениях бездны в нашу реальность.

Тем не менее, Маркус выяснил, что многие люди в конечном итоге затрагивали истину различными способами. Слишком большой секрет, чтобы скрыть от всех.

Не смотря на перекрытую дорогу, Маркус попрощался с Пелластом и его сыном заранее, заверив их, что у него есть свой способ перебраться через эту преграду. Ну вообще-то его не было, но он что-нибудь придумает.

Надо решать проблемы по мере их поступления.

----------

{2} – Под «внешней» и «окружающей» маной я понимаю одно и тоже – ману в воздухе/природе, поэтому они сменяли друг друга, чтобы избежать тавтологии. (P.S. «внутренняя» мана = «накопленная» мана в резервуаре маны)

{3} – Тут уж сорри, но я просто понятия не имею, как переводить «chants» в этом контексте, поэтому будет так. Но я всегда приветствую иное мнение. В общем, если кто-то читал «безработного», то должен понимать, что имелось в виду. Для непосвященных: Наговор – это вот то самое начало у заклинания, по типу «Ниспошли защиту воды туда, где она требуется, направь сюда кристально чистый поток, ВОДЯНОЙ ШАР!», всё, до слов «водяной шар» - это наговор.

{5} – «В мутной воде рыбу ловить» - это фразеологизм, означающий возможность извлечения какой-либо выгоды, преследуя корыстные цели. (Фундаментальная электронная библиотека, русская литература и фольклор)

{6} – Я разделяю дварфов и гномов, но если считаете, что это лишнее, то пожалуйста.

Будучи ещё ребёнком, Маркус решил совершить святотатство, забравшись на вершину Священного Дуба.

Ему это не удалось. Но ещё произошло и нечто ужасное, один из его приятелей-сирот настучал на него, из-за чего Маркус был жестоко наказан. Несмотря на это, позднее он попытался ещё два раза, и только на третий ему это удалось. Величественный вид и восторг, который он испытал, глубоко впились в его сознание. До сих пор, это было одно из самых дорогих воспоминаний Маркуса.

Прошло уже много-много лет, а Маркус всё стоял на вершине большого дерева. Это дерево, конечно, не было священным, но, даже так, оно было выше Священного Дуба. Вид впечатлял. Он медленно обернулся, чтобы осмотреть окрестности, стараясь не свалиться с ветки. У него был отличный вид, ведь он стоял на более высоком дереве, чем все остальные. На востоке, откуда он пришёл, деревья, казалось, тянулись бесконечно, образуя густой лиственный полог, из-за чего нельзя было разглядеть землю. Светило солнце, небо было ясным, а листья колыхались и шелестели под прикосновение лёгкого ветерка. Такое же зрелище наблюдалось и на севере с югом. А вот на западе, деревья начали редеть, уступая солнечный свет полям и лугам, через которые петляли грунтовые дороги. Напряги Маркус зрение, он смог бы увидеть даже парочку зданий.

Высокое дерево, с величественным видом, он прошёл немало испытаний, чтобы попасть сюда. И всё же он не чувствовал, что это было достижением. Он думал, что вернёт себе часть этого чувства благоговения, которое он испытал, пересекая «Море Листьев» на своих двоих, но всё, что он чувствовал, – лёгкое чувство удовлетворения и ехидный голосок за его спиной, призывающий его зафрахтовать лодку и отправиться вдоль побережья.

Маркус повернулся на запад, глядя на далёкие здания с некой смесью ностальгии и неуверенности. После шести лет скитаний по миру, пришло его время вернуться на земли Серебряной Лиги. Он не был уверен, почему. Он клялся, что больше не вернётся. Но его что-то звало. Прямо как тогда, когда он чувствовал, что должен был забраться на то дерево.

Постояв неподвижно ещё несколько минут и послушав звук трясущихся веток на ветру, он развеял грусть и глубоко вдохнул. Убедившись, что рюкзак плотно закрыт, он покрепче сжал посох в руки… и прыгнул вниз.

Он камнем рухнул на землю, оставаясь спокойным и беззаботным. Эта высота была бы опасной, или даже смертельной, для нормального человека… но Маркус не был нормальным. Всё, что ему нужно было сделать, так это убедиться, что на пути не встретится ни одной ветки. Иначе это было бы... болезненно.

В момент почти полной близости с землёй, его тело внезапно и неестественно замедлилось, чтобы остановиться, и он мягко опустился на землю.

Он быстро огляделся, дабы проверить, не заметил ли кто-то опасный его маленький трюк. Он сомневался, что кому-то действительно опасному позволили бы жить рядом с цивилизацией, но проверять даже такие мелочи – всегда полезно. Его окружение было тёмным и мрачным – густые листья не пропускали даже капельку света, - но у Маркуса были глаза, способные пронзить темноту, и вокруг не было ничего опасного. Только гадюка, наблюдавшая за ним, молчаливая и неподвижная, но это было обычное животное, и то, оно изо всех сил старалось оставаться незаметной, видимо испугавшись его.

Он отправился на запад, навстречу цивилизации. Земля, по которой он шёл была грубой и неровной, свободной от кустов и травы. Видимо, им не хватало солнечного света. Вместо этого, всё было покрыто толстым ковром из влажных листьев. Воздух был неприятно холодным, и странные птичьи крики с жужжанием насекомых преследовали его повсюду.

Несмотря на свои опасения по поводу возвращения, Маркус с нетерпение ждал, когда он покинет это место. Большинство людей не могли отважиться идти в центр континента, земля которого была полностью покрыта гигантским лесом, и было понятно почему.  Даже для него, переход через «Море Листьев» занял несколько недель. Хотя для такого мага как он, эти опасности были пустяком, он сильно недооценил психологическое давление, вызванное одиночеством в густом диком лесу, где свет едва достигал земли. Он всегда считал себя человеком-одиночкой, которого нелегко испугать, это путешествие действительно проверило его на прочность. Не хотелось бы испытать его снова.

К счастью, вид с вершины дерева показал ему, что край леса не так далек, как кажется. Вскоре он обнаружил, что уже вышел на освещенную зону. Листья деревьев более не мешали солнечному свету. Тепло, как тепло! Немного постояв и погревшись на солнце, он продолжил идти на запад, пока не достиг просёлочной дороги.

Пройдясь по ней, он вскоре остановился, оперся на свой посох и медленно осмотрелся. Проходящие мимо местные жители одарили его странными взглядами, озадаченные его действиями. Качество одежды и посоха, который он держал, заставили их насторожиться, и они поспешно прошли мимо, ничего не сказав.

Он… потерялся. Конечно, он мог сказать, что находится на восточной границе Серебряной Лиги, но он не видел каких-либо ориентиров, которые могли бы ему помочь в этом деле. Только смутное представление о его местонахождении. Это не было проблемой, но ему было неприятно, что он потерялся на своей так называемой «родине».

Он потянулся к рюкзаку и машинально проверил его, чтобы убедиться, что ремни надежно закреплены. Это стало некой привычкой, выработанной за года. Он бродил по миру уже шесть лет с одним и тем же рюкзаком. Вес рюкзака успокаивал.

Вместо того, чтобы идти на запад, он решил свернуть и следовать дороге на север, в надежде найти какую-нибудь деревню или, хотя бы, придорожной гостиницы. Он хотел поговорить с кем-то, но только несколько местных использовали эту дорогу, да и те, видимо, не хотели с ним говорить. Это было ясный летний день, солнце находилось почти в зените. Солнце обжигало, жара невыносимая… Маркуса это не волновало, он был и не против смены обстановки, ведь его одежда была зачарована на создание комфорта во все времена года, эта погода была изнуряющей только для местных жителей, предпочитающих сидеть дома в таких случаях. Расстраивало, что те немногие, кто воспользовались этой дорогой, старательно избегали Маркуса, обходя его стороной и игнорируя его приветствия. Это было раздражающе: как он может узнать, где он, если никто не хочет с ним говорить?

Так на чём он становился? Он потер подбородок… ага, все ещё гладкий. Да и вроде он не вонял. Он же не мог выглядеть так ужасно? Не мог же? С другой стороны, он же провёл несколько недель в дикой природе… Видимо магия не такая уж и всемогущая.

Он остановился и на мгновение погрузился в себя, стараясь достичь дна колодца силы внутри него и ухватить нужное заклинание. Тонкое зеркальце появилось перед ним с помощью небрежного взмаха его руки.

Его отражение было привычным. Маркус выглядел как обычно – высокий, физически стройный мужчина с короткими каштановыми волосами, одетый в неплохую шёлковую одежду и несущий посох с металлическим наконечником. Может он немного предвзят, но он считал, что выглядит довольно хорошо. Даже слишком. И он точно был магом. Было ли это проблемой?

Он развеял заклинание, заставив зеркальце рассыпаться на сотни маленьких кусочков, которые вскоре превратились в пыль, и начал ритмично постукивать по посоху. Странно. Естественно, обычные люди боялись магов и других адептов, но это было не до такой степени. Может, что-то произошло за эти 6 лет, пока он путешествовал?

Почесав голову, он продолжил идти. Гадать не было смысла. Он всё равно смог бы получить ответы, когда дойдет до гостиницы или города. Всё решится, если там будут люди и алкоголь, в таком случае всегда найдется желающий поговорить – особенно, если это общеизвестная информация.

Спустя некоторое время, он заметил вдалеке пруд. Это было первый заметный объект за всё это время, поэтому он почувствовал, что должен подойти к нему. Сходить с дороги даже не пришлось – пруд был к ней близок, а также от неё отходила небольшая протоптанная тропинка. Она, скорее всего, появилась из-за того, что местные жители поили свой скот, проходя мимо. Несколько деревьев росли на берегу пруда, в том числе и высокий и впечатляющий дуб.

Маркус подошел к пруду, казавшимся неплохим местом, спокойным и уединенным. Он снял рюкзак, аккуратно положил его возле дуба, пару раз потянул плечи и взглянул на воду. Большая часть пруда была покрыта водорослями и лилиями. От этого он выглядел красиво, но такая вода не подходила для питья. Сначала нужно было её вскипятить, а он не хотел над этим заморачиваться.

Вместо этого, он повернулся к большому дубу, росшему на краю пруда, и хмыкнул.

Великолепное дерево, сильное и полное жизни. Крона дерева поглощала большую часть света, пропуская лишь немного, но даже такого количества хватало, чтобы согреть траву. Сильное искушение прилечь отдохнуть одолевало Маркуса. Это было долгое путешествие, а это хорошее место. Во сне под дубом, было что-то, на что откликалась душа Маркуса.

Он любил деревья. В конце концов, его магия была на них основана.

Он положил руку на ствол дуба, ощутив на ладони всю прохладу коры.

Не успев даже моргнуть, дуб проглотил Маркуса целиком.

***

Его разум был подобен океану с бурлящими мыслями. Он пролетал через еще большую бездну, звезды кружились возле него, ошеломляющее множество объектов боролись за его внимание. На орбите голубого солнца вращался диск из разноцветного газа. Две сферы, зеленая и красная, вертелись вокруг друг друга на высоких скоростях, непрерывно притягиваясь друг к другу. Гигантская глыба льда беззвучно парила в пустоте, её поверхность была усеяна черными колоннами явно искусственного происхождения. Через сферообразное скопление серых камней проплывал рой светящихся медуз. Все эти объекты появлялись в его поле зрения всего на долю секунды, а затем исчезая позади него, по мере его продвижения в неизвестность.

Он не мог воспринимать своё окружение своими органами чувств, но он понимал. Его сознание распространилось как облако, летающее вокруг него, точно миллионы глаз, смотревшие во все стороны, позволяя ему видеть всё одновременно, из-за чего он чувствовал множество непонятных ощущений. Хотя он давно пролетел все эти места, и они были слишком далеко, чтобы их увидеть, и появлялись всего на долю секунды, его восприятие улавливало впечатления от них и повторяло это снова и снова.

Это было чудесно и захватывающе, только вот его разум не мог выдержать это. Он дрожал от напряжения, его мысли с каждым мгновением становились всё более мутными и раздробленными. Он чувствовал, что, если это продолжится в том же темпе, его разум будет разрушен, а осколки разлетелись бы по этой пугающей бездне.

Его путешествие закончилось так же быстро, как и началось. Он, визжа, остановился на орбите неизвестной планеты. Она была одновременно зеленой, синей и белой – живописная, полная жизни и с цивилизацией. Будь у него тело, он был бы поражен этим видом. Одно дело – знать, что ты живешь на каменной сфере с водой, вращающейся вокруг солнца, но другое – видеть это. Всего мгновение он впитывал в себя величие этого мира, забылось его напряжение, но вскоре все начало меняться.

Мир под его ногами странно двигался. Его чувства взвыли, посылая ему волны пульсаций, которые он не мог понять. Его разум, и так напряженный весом новых ощущений, начал рушиться под давлением. Инстинкты кричали ему сопротивляться, его душа жаждала вернуться обратно, в свое настоящее тело, но некая инопланетная сила не позволяла, она заставляла его смотреть. Не было сказано и слова, но в них не было нужды. Он должен был остаться. Он должен был смотреть.

Даже если он в процессе сойдет с ума.

Пока он боролся в попытке сохранить цельность своего разума, планета становилась тусклее и меньше. В каком-то смысле. Если присмотреться – всё было нормально, но каким-то образом он знал – мир напротив потерял важную часть себя и теперь рушился. Словно он стал полой оболочкой того, чем он был ранее.

Вскоре и планета начала ощутимо портиться. Красные точки облепили всю её поверхность, извергая бесчисленные клубни дыма прямо в атмосферу. Облака становились всё темнее и толще, а континенты покрылись растущей сетью черных линий.

Отделялись огромные участки суши, игнорируя гравитацию, и уплывали в эту черную бездну. С его точки зрения они казались не больше его ладони, но на деле они, скорее всего, были намного больше, возможно, даже размером с целые страны.

Мир разваливался на части.

Он думал, что это будет медленная мучительная смерть, когда планета постепенно рассеется в пустоте, но конец был совсем иной – внезапный и неожиданный, как и все остальное, что он видел. Некий верхний допустимый предел был достигнут, и вся планета… взорвалась. Это было поразительно и непостижимо, и всё в окрестности сложилось само в себя и исчезло, не оставив ничего, кроме черной как смоль отверстия в ткани мироздания, лишенной каких-либо звезд и материи.

К счастью, некая инопланетная сила, которая его до этого крепко держала, заставляя смотреть на это, начала разжимать свою руку, держащую его мозг.

Он тут же потерял сознание.

***

Проснувшись, Маркуса постигла сильная головная боль и он заметил, что он больше не лежал под дубом возле пруда. Материал под ногами был гладким и твердым, совсем не похожим на почву с травой. Он попытался открыть глаза, но сразу же выяснил, что это довольно больно, и вместо этого трогал свое лицо, чтобы выяснить где он находился. Он кое-как смог узнать, что он лежал на спине на каких-то деревянных досках и что всё вокруг тряслось… или это было из-за головной боли?

Нет, подождите… этот звук был ему знаком. Он был в задней части повозки, запряженной лошадьми, не так ли?

— Ты проснулся, – звучал неизвестный голос. – Я уже было начал волноваться…

Не обращая внимания на боль, Маркус заставил себя открыть глаза. Его рюкзак и посох лежали возле него – это тут же успокоило его. Борясь с желанием блевануть, он сел. И действительно, как Маркус и ожидал, он ехал в повозке, хотя она была запряжена волами, а не лошадьми. Кроме него и его вещей, в повозке было почти что пусто, только парочка маленьких деревянных ящиков и несколько связок вещей.

В передней части транспорта сидели двое мужчин – среднего возраста мужчина с гладким выбритым лицом и подросток. Оба смотрели на него, ожидая его реакции.

— Да… очнулся, да, – сделав глубокий вдох, Маркус ответил. – Прошу прощения за такой вопрос, но… как так вышло, что я оказался здесь, с вами в повозке?

Мужчина средних лет дружелюбно рассмеялся.

— Я Пелласт из Сикаруса, а это мой сын – Элид. Мы встретили тебя, когда подходили к пруду, чтобы напоить наших волов, - он указал вперед на двух животных, тянувших повозку. – Я не мог оставить тебя на растерзание стихии и животным, поэтому мы занесли тебя в нашу повозку. Я не лекарь и не врач, поэтому с восстановлением тебе придется разобраться самому, но я решил, что тебе будет лучше, если ты будешь с нами, чем там.

— Нет, что вы. Я польщен вашей добротой, - вежливо ответил Маркус. С ним бы, конечно, ничего не случилось бы, но они не могли этого знать. Они действовали из добрых побуждений. – Я Маркус Кинг, маг Академии Великого Моря. Спасибо за вашу помощь в трудную минуту.

Подросток, Элид, внезапно заинтересовался им, его глаза загорелись.

— Академия{1} Великого Моря? – медленно проговорил Пелласт. – Это довольно далеко. Что привело тебя на восток?

— Я  только вернулся с Восточных земель, которые на другом конце света, – в двух словах объяснил Маркус. – По правде, я здесь проездом. Пока не ушли слишком далеко, где мы находимся? Я не знаю, сколько времени прошло после того, как я отключился, а дорога мне не очень-то и знакома.

Да, Маркус – притворись дурачком и сделай вид, что ты не потерялся с самого начала. К счастью, благодетель не видел ничего странного в его словах.

— Ты пролежал не так долго. Максимум несколько часов, – заверил Пелласт. – Мы не близки к большому городу, но скоро дойдем до Девичьего покоя, может через пару часов.

— Девичий покой… нет, ничего в голову не приходит, – признался Маркус.

— Это небольшое поселение, даже не деревня, но мы сможем найти там еду и кров, – объяснил Палласт. – Он близок к Монастырю Голубой Весны, если ты, конечно, знаешь, что это такое.

— О! Ага, я знаю где это, – подтвердил Маркус, явно довольный собой. Он наконец-то узнал, где он был, и ему даже не пришлось признаваться в кое-чем постыдном.

— Как только доберемся, сможешь решить: остаться с нами или продолжить одному, – небрежно добавил Пелласт.

…Остаться с ними? Маркус окинул Пелласта внимательным взглядом. Это не так уж и интересно. Бесспорно, он мог пропустить это мимо ушей и принять его спасение за любезность, но за его словами скрывалось что-то еще. Пелласт по какой-то причине явно хотел, чтобы Маркус сопроводил их.

— Безопасность… дело в безопасности, сэр, – добавил Пелласт, неловко кашлянув в кулак. Он определенно заметил пристальный взгляд Маркуса.

— Неспокойные времена? – спросил Маркус.

— А? Ты не знаешь? – удивился Пелласт. – Ах, точно. Ты же вернулся с Восточных земель… Конечно ты не знаешь, такие путешествия занимают года. Начнем с простого… Знаешь про Первую Войну Академий?

— Первая Война Академий? – Маркус хмуро переспросил. – я знаю только Войну Академий. Я ушел с земли Серебряной Лиги вскоре после её окончания.

На самом деле, он сыграл решающую роль в окончании этой конфронтации. Это было достижение, которым он гордился сильнее всего. Сложно ведь забыть такое?

— Это была Первая Война Академий, – пояснил Пелласт, кивнув. – Была еще и вторая, которая только недавно закончилась. Где-то несколько месяцев тому назад.

— Но Велдоран же мертв, –  возразил Маркус. – Почему была вторая война? Неужто он воскрес с помощью черной магии?

— Нет, насколько я знаю, Велдоран все ещё мертв, – задумчиво ответил Пелласт. – Хотя никогда нельзя быть уверенным во всём, что касается магии. Да и не то, чтобы маги объясняли нам что-либо. В конце концов, я всего лишь мелкий торговец из Сикаруса .

Маркус покачал головой, отбросив эту тему. Пелласт был прав – только маг или другой адепт могли рассказать ему о «Второй Войне Академий», и то, не все из них могли быть компетентны, чтобы знать детали.

— Так что это за безопасность такая? – спросил Маркус. – Война же окончена. Разве не должно было стать спокойнее?

— В некоторой степени, – ответил Пелласт. – К сожалению, два крупных конфликта за 6 лет истощили силы Великих Держав, поэтому они уменьшили сферы своего влияния. Например от этого места.

— Ах… – вздохнул Маркус.

— Разбойники и другие бандиты теперь повсюду. Это сборище изгоев ходят по этим местам, представляясь крупной организацией, и требуют оплатить «налог», хотя на самом деле просто издеваются над людьми. Действительно, ужасные времена.

Да, ужасно. Но даже так, Маркусу, эти стервятники, не могли по-настоящему угрожать. Кроме этого, Пелласт и его сын не могли оказать ему какую-либо поддержку. Захоти Маркус остаться с Пелластом и его сыном, логично, что это будет выгодно для них, но что же получит могущественный маг?

Абсолютно ничего – вот что.

Тем не менее, его голова до сих пор болела, да и он не рвался на всех порах в Академию Великого Моря, по крайней мере пока, не узнает, что за «Вторая Война Академий». Возможно, ещё нужно время, чтобы собраться с мыслями и отдохнуть.

— В любом случае, куда вы едете? – Маркус спросил Пелласта. – Мне нужно на запад, прямо в Академию Великого Моря.

— Мы туда и едем, - быстро ответил Пелласт. – Правда в сторону Академии Хрустальной Горы, но мы можем пройти часть пути совместно, а позже – разойтись.

— Академия Хрустальной Горы? Вашего сына туда приняли? – предположил Маркус, поглядывая на Элида, который молчал до сих пор. Видимо, тому было неловко говорить с таким пугающим незнакомцем, чего не скажешь об общительном Пелласте.

— Да, всё так, – Пелласт кивнул. – Скоро начнутся экзамены, но путь долгий, поэтому я решил выехать пораньше, чтобы наверняка избежать несчастных случаев. Кто рано встаёт – тому Бог подаёт. Ха-ха! Я заключил столько сделок, сделав первый шаг раньше конкурентов.

Пелласт казался разговорчивым и дружелюбным. Он пустился рассказывать истории из своих прошлых приключений, общаясь с Маркусом, как со старым другом. Маркус так и не смог решить, была ли это циничная уловка, чтобы задобрить его, а Маркус, в свою очередь, защищал бы их на протяжении всего пути, или мужчина просто был такой.

Даже так, он решил сопровождать отца и сына ещё некоторое время.

***

В Девичьем Покое они надолго не остались. Как и сказал Пелласт, это место не было деревней. Это скорее придорожная гостиница с 4 домами возле неё. Они быстро перекусили и решили отправиться в путь.

Хорошей новостью было, что Маркус постепенно восстанавливался от… что бы это ни было. Он не был полностью в порядке, но головная боль уже отступала и его мысли стали яснее и устойчивее. Его разум очистился, и теперь у него было время подумать, он мог прийти к каким-то итогам того, что с ним случилось, хоть они ему совсем и не нравились.

В этом не был виноват дуб. Он, бесспорно, хотел вернуться к пруду и обследовать дерево вдоль и поперек, но он знал, что вряд ли найдет там хоть какую-то подсказку. Обычный дуб. Это видение было божественным по своей природе. Никто не смог бы убедить его в том, что в этот случай не был вовлечён бог. Если дерево был хоть как-то связано с божественностью, с ним не стоило иметь дел! Он не хотел даже находиться рядом с ним! Исследование божественности не дало бы никаких плодов, но, взамен, только несчастья, он мог спровоцировать силу, которая наслала на него видение.

Идею о том, что видение – галлюцинация, он отринул сразу же. Его воспоминания об этом были яркими, живыми, пусть и запутывающими. Видение отпечаталось в его памяти неестественной и непреодолимой силой. Но что оно значит? Может, оно предупреждало о смерти этого мира? Конечно нет. Кроме того, что мог сделать Маркус с ЭТИМ? Что вообще может сделать смертный?

Предназначалось ли это сообщение именно ему? Если так, то как кто-то узнал, что Маркус коснется именно этого дуба? Как много вещей они предсказали? Когда это подготовили? Или же видение мог увидеть любой, кто коснулся дуба?

Ему, наверное, стоило поставить табличку возле пруда: «Опасайтесь видений об апокалипсисе!»

В такие момены, он ценил безостановочное бормотание Пелласта. Его истории отвлекали от тяжелых мыслей и, даже, заставляли его смеяться. Притворство или нет, это не важно, но он умел располагать к себе людей.

— Вы действительно маг Академии Великого Моря? – спросил его Элид.

Мальчуган со временем стал более общительным. Это был уже его третий вопрос, касающийся магии. Ну, странного в этом ничего не было – Элид и сам собирался стать магом.

— Конечно, - ответил он. Что это за вопрос такой? Если бы он соврал об этом, то он, что, признаться должен был?

— Какой у вас ранг? – спросил в лоб Элид. Грубовато, но ладно.

— Пятый, – солгал Маркус.

— Пятый?! Вы лжете! – обвинил его Элид.

— Элид! – Пелласт громко пригрозил ему, а после повернулся к Маркусу. – Прости моего, он даже не знает о чём говорит. Он бы не посмел порочить вашу честь.

— Но пятый ранг… Он есть только у легендарных людей! – возразил Элид. – Во всей Серебряной Лиге их около 50. Быть того не может, чтобы он был…

Увидев хмурившееся выражение своего отца, Элид, кажись, что-то вспомнил и вернул самообладание.

— Э-э-э, да… Я не знаю о чём говорю, – мальчик поспешно заикнулся. – Я просто был в недоумении, вот и всё. Не каждый день можно встретить мага с пятым рангом, ха-ха-ха…

Действительно умное решение. Даже будь он, скажем, магом второго ранга, это он будет всё еще сильнее безоружного торговца и его сына-подростка. Ставить под сомнения его силу и честь, даже если он преувеличивает, будет не самым лучшим вариантом.

— Просто держи язык за зубами в будущем, – предупредил Маркус, взяв металлическую бутылку из рюкзака и выпив из неё. – В общем-то, я хотел кое-что спросить. Почему именно Академия Хрустальной Горы? Есть академии и поближе к Сикарусу: Храм Солнечной Луны, Академия Сердечного Огня{1} и Академия Четырех Элементов. Может, есть особая причина? Они понесли большой ущерб в… Первой… Войне Академий. Не думаю, что вторая помогла им восстановиться. По-моему, это не лучший выбор.

Он не упомянул Академию Отравленной Воды или Храм Ворона из-за их плохой репутации, так что логично, что Пелласт откинул бы их сразу же.

В любом случае, на его вопрос возникла странная тишина. Элид неловко ёрзал на своём месте. Что? Он что-то не то сказал? Или их все ещё беспокоит его заявление о его ранге?

— Ох, вот оно что… Вы идете в Академию Хрустальной Горы как раз-таки из-за этого, – размышлял Маркус вслух. – Вы ещё, небось, и заплатили кому-то за тесты Элида. Плохие результаты, да?

— Я… я нормально справился! – возразил Элид. – Просто… просто я не родился особенным. У меня нет особого родства с каким-либо элементом, сильной родословной, даже дремлющего таланта, абсолютно ничего! Этим придуркам из Академии Сердечного Огня только и подавай таланты! Я смог овладеть несколькими основными техниками, но им плевать! «Середняк» - они сказали. Хмф!

Элид звучал действительно обиженно, но Маркус понимал причину того, почему эта академия так сказала. Академия Сердечного Огня, пожалуй, была самой сильной и престижной академией во всей Серебряной Лиге. Только Академия Великого Моря могла с ней соревноваться. Да хоть будь у Элида все возможности, чтобы стать магом, что это значило для Академии Сердечного Огня? У них был бесчисленный поток талантов, которые уже стояли у их дверей, умоляя их принять. Интенсивная борьба велась за каждое свободное место, а среднего ребенка без потенциала, ничем не примечательного, не заметят.

На самом деле, это касалось большинства Великих Академий, а не только Академию Сердечного Огня. Элида вышвырнут с территории академии, если у него нет ничего, на чём можно было заострить внимание.

— Фер и Дэвел, – мои друзья, они провели экзамен по моей просьбе, – сказал Пелласт Элиду. – Они за него даже копейки не взяли. Не говори про них ничего плохого, они этого не заслуживают.

Элид ничего не ответил, сложив руки на груди, явно недовольный. Ему всё еще не нравились итоги.

Пелласт вздохнул: Проехали, ты всё равно попал в точку. Мы едем в Академию Хрустальной горы из-за её нынешнего состояния, они могли бы дать Элиду шанс. А ты так ему отомстил из-за его сомнений? Правду говорят, что маги пятого ранга сильны не только на поле боя, но и в словесной битве…

Глаза Элида расширились от шока. Он бросил недоверчивый взгляд на Маркуса, не веря, что это была эта его провокация.

На самом деле, Маркусу это удалось случайно. Но даже так, он решил сделать вид, что Пелласт был прав и это был его злостный план по мщению Элиду. Поэтому он молча смотрел на Элида, пока тот, видимо от страха, не отвернулся.

Очередная победа Маркуса.

Прежде чем беседа смогла продолжиться, их прервал шум, доносившийся из черной тучи впереди. Огромная стая птиц летела на них, вопя, щебеча, крича и создавая как можно больше шума.

— Что это с ними? – вслух поинтересовался Пелласт. Он не выглядел обеспокоенным. Никогда не знаешь, что иногда у птиц на уме.

— Понятия не умею, - признался Маркус. Хотя он и прожил долгое время в дикой природе, он бы не назвался знатоком животных.

Вскоре, стая пролетела над ними, направляюсь в противоположную сторону от движения повозки. Они не считали, что тут есть о чём беспокоиться, но любопытно всё-таки было, это продлилось, пока они не увидели стадо оленей, бегающих за птицами… А за ними стая волков, которым было не до оленей.

Даже волы, тянувшие повозку, внезапно стали неуправляемы, видимо хотели поддаться всеобщей панике.

Что-то было не так.

— Остановите повозку, - приказал Маркус.

— Так и собирался сделать, – сказал Пелласт. – Животные, видимо, что-то знают, не хотелось бы встретиться с тем, от чего они бегут.

Как только повозка остановилась, Маркус взял немного маны из запаса и влил её в глаза. Его зрение моментально стало острее, позволяя ему видеть сильно в даль. Уже почти прошедшая головная боль вернулась, становясь сильнее. Не обращая на неё внимание, он положил руку на Сферу Полёта, висевшую на его поясе, и активировал соответствующую способность. Он тут же взмыл в воздух, что позволило ему с легкостью осмотреть территорию.

Он посмотрел на горизонт. Проклятье. Пусть для обычного человека на такой высоте эта аномалия была бы слабой, но для него всё было иначе. Потоки разноцветного цвета танцевали в небе, надвигаясь в его сторону. Словно множество радужных рек текли по небесам то сливаясь, то разделяясь.

Быстро вернувшись в повозку и выключив Сферу Полета, он повернулся к Пелласту.

— Это буря хаоса, –сказал он им. – Нам срочно нужно в укрытие.

— Что? Нет… нет, быть того не может, - возразил Пелласт, его лицо побледнело. – Но сейчас же не сезон!

— Бури хаосы непредсказуемы, – серьёзно ответил ему Маркус. – Это не первый раз, когда они появляются не по расписанию. Нужно спешить, думаю не стоит объяснять, что произойдет, если мы попадём в них.

— Но мы в глуши, – заявли Элид. – Вокруг нас только трава, никаких деревьев. Где тут прятаться?

— Нужно… нужно развернуться, – ответил трясущийся Пелласт. – Если оставим повозку и волов и побежим, может мы сможем…

— Нет нужды, – ответил Маркус, ещё раз оглядевшись вокруг. Как и сказал Элид, они были не в лучшем месте, слишком далеком от любых укрытий. – Я сделаю нам убежище.

Он спрыгнул с повозки и выбрал место возле дороги. Обратившись к своим запасам маны, он использовал «Форму Земли», заклинание, из-за которого земля начала двигаться и затвердевать. Это заняло некоторое время, но большой купол из земли начал постепенно формироваться.

Потоки радужной энергии уже подходили к ним, волы начали паниковать.

— Готово. Быстро заводите волов и всё портящиеся вещи в купол, - приказал Маркус.

Пелласт и Элид и слова не сказали. На самом деле, они разгрузили все вещи ещё когда он формировал купол, готовые вскочить со своими вещами, только дай он приказ. За несколько мгновений, все живое и съедобное находилось внутри.

Маркус уже был готов запечатать вход, как лиса проскочила внутрь, явно надеясь спастись в этой пещере. Она не обратила внимания на удивленный возглас Элида и спряталась в задней части купола, прямо за двумя испуганными волами.

Маркусу не было до неё никакого дела. Было бы бессмысленно и жестоко оставлять её на растерзание бури, а её смелость его восхитила.

Хотя она и называлась «буря хаоса», в ней не было этого самого «хаоса». Никаких дождей, ветра, обычно только занавес разноцветных цветов, опускающийся на землю, вместе со странными звенящими звуками, словно тысячи неземных колокольчиков раскачивались на ветру.

Растения переживали бури хаоса намного лучше чем животные, что было для них довольно удачно. Маркус был уверен, что всё живое бы погибло, если бы бури хаоса действовали на растения, как на людей и животных. Ведь многие растения не могли двигаться, чего уж говорить про укрытия от бурь.

— Ты… ты действительно маг… - все-таки признал Элид, нарушив тишину.

Маркус рассмеялся над этим бессмысленным замечанием.

Пелласт просто вздохнул, даже не потрудившись отругать сына, хотя ему скорее всего хотелось. Эта внезапная катастрофа истощила его эмоционально.

Маркус посмотрел на волов, лежавших в задней части купола. Он волновался, что они могли взбеситься из-за бури, но они выглядели вполне спокойными, прижимаясь друг к другу. Лисица выглянула из укрытия, дабы оценить ситуацию, но сразу же спряталась, стоило только Маркусу на неё посмотреть.

— А тут темно, – пожаловался Элид.

— Хмм… Ты прав, – сказал Маркус. – Темновато.

Он поднял палец над головой, и сфера белого света размером с кулак появилась над ней. Следуя его команде, сфера долетела до верхушки купола, откуда она могла бы осветить весь купол.

— Лучше? – спросил он.

— Намного, – подтвердил Элид.

После этого, все расположились в напряженном, но комфортном ожидании, слушая пугающие звуки, доносившиеся снаружи. На улицу можно будет выйти только тогда, когда все звуки затихнут.

А до тех пор они могли только ждать.

***

И вот, все звуки стихли, утихла буря хаоса, и наступила ночь. Маркус открыл выход из купола и вышел сам, оценив ситуацию.

Никаких признаков разрушений не было… не сказать, что он их ожидал. Буря хаоса не оставляла и следа, по крайней мере так было, если они не объединялись с другими бедствиями.

Он взглянул на ночное небо, восхитительно пустое небо. Ни разноцветных рек, текущих по нему, ни облаков, загораживающих звёзды. Сегодня они сияли особенно ярко.

Такой же яркой была и луна. Полная луна – идеальный круг бледно-белого цвета освещал землю, что сделало сеть черных трещин, покрывающих всю поверхность луны, особенно яркими и заметными. Трещины напоминали паутину паука, расходящуюся из центра луны, и, по преданию, были сделаны Паучьей Богиней в древности, чтобы запечатать безумие луны и защитить людей. В центре Лунной Паутины находится Лунный Дворец, где и по сей день живет богиня.

Трещины луны отнюдь не были чем-то новым, и Маркус много раз наблюдал это в прошлом. Даже дети считали это вполне обыденным. Тем не менее, Маркус был прикован к этому зрелищу, он погрузился в мысли. В Божественной видении, которое он недавно получил, также были трещины, распространяющиеся по небесному телу – и это привело к полному разрушению мира.

Но эти две вещи не могли же быть связаны, ведь так? Лицо луны было испорчено трещинами слишком долгое время. Даже эльфы и селениты говорили, что паутина на луне существовала ещё до их появления. Лунные трещины были всегда, и никто по этому поводу не парился.

Видение, отпечатанное в его памяти, не могло бы быть забыто, сколь долго бы он не старался. Оно требовало серьёзного отношения, время от времени появляясь в его сознании. Так что он продолжил смотреть на луну, стараясь найти подсказку на её покрытой шрамами поверхности.

— Мне иногда страшно представить, что было бы с нами без тебя, – сказал Пелласт, подойдя к нему со спины. – Нам бы пришлось бросить нашу повозку и вещи, и бог знает, добрались бы мы до укрытия или нет. Наша встреча была предназначена судьбой. Бледная Леди наблюдает за нами. По возвращении, я возведу храм в её честь и буду молиться каждый день целый год за её милость.

Мгновение он глядел на луну, затем склонил голову, закрыл глаза и сложил руки в безмолвной молитве.

Маркус слегка нахмурился. Хотя его реакция была излишне драматичной, в какой-то степени он был прав. Не получи он то видение, не потеряй он сознание, он бы не был подобран Пелластом.

Однако, действительно ли Теланейт была виновата в этом?  Она была богиней луны и судьбы, покровителем магов, так что логично, что Пелласт приписал свою удачу к ней. Только вот видение Маркус получил от дуба, что могло ассоциироваться с Перуном, богом, которому Маркус молился чаще всего. Хотя отправка видений было больше по части Теланейт, чем по Перуну…

Постояв ещё немного, Маркус решил помолиться им обоим. Они оба были частью Просвещенного Пантеона, так что он не должен был получить какой-то вред и не рисковал обидеть кого-либо.

Помолившись, он повернулся налево. Туда, где лиса смотрела на него.

— Что нужно? – спросил он. Пелласт одарил его странным взглядом.

— Спасибо, что позволили мне остаться в пещере, – сказала лиса, говоря словно человек. – У меня нет ничего, что я могла бы вам дать взамен, но, если судьбе будет угодно, и в будущем вам будет нужна помощь, я вспомню ваш милосердный поступок.

— Всегда рад, – ответил Маркус, совершенно не удивленный тем, что животное могло разговаривать. Он подозревал об этом с самого начала. – В следущий раз, сначала представься, а не крадись, как вор.

Морда лисы искривилась в недвусмысленной ухмылке. И затем, без лишних слов, она бросилась прочь и исчезла в ночи.

— Эта лиса сейчас, что, разговаривала? – с недоверием спросил Пелласт.

— Ага. Пробудившееся животное, – сказал ему Маркус. – Не такое уж и больше дело. Да, редкие, но не настолько.

— Впервые вижу, – парировал Пелласт.

— Может быть. Или же ты видел их раньше, но не знал об этом, потому что они не хотели отвечать, – ответил Маркус.

— Хмм… Возможно, – согласился Пелласт. – Какой странный день. Что ж, я вернусь обратно.

— Я, пожалуй, тоже, – сказал Маркус, внезапно осознав, что он не в лучшей форме. Его головная боль до сих пор не прошла, а он, вдобавок, ещё устал и физически. Он не знал, почему видение вызвало физическое истощение, но разбираться в этом он не желал – не было смысла отрицать действительность.

— Не люблю спать под открытым небом, – сказал Пелласт, прищелкнув языком. – Что если кто-то решит напасть на нас, пока мы спим? Нам двоим нужно будет сменять друг друга, чтобы патрулировать.

— А что насчет меня? – спросил Элид, подходя к ним. – Я могу следить за лагерем, пока вы спите. Я полон сил!

— Сынок, моя гордость и радость, я тебе не доверяю, – сказал Пелласт. – Сколько раз ты говорил мне это, а потом засыпал? День был слишком странным, не стоит рисковать.

— Это было всего раз… или два… – смущённо пробормотал Элид.

— Честно, не вижу смысла патрулировать вообще, - вмешался Маркус. – Если кто-то попытается нам навредить, Чавкалка2 защитит нас.

— Чавкалка? – с любопытством спросил Элид. – Кто это?

— Очередное говорящее животное? – попытался угадать Пелласт.

— Нет, это мой земной элементаль, – рассказал им Маркус. – Всё это время он находился в земле, готовый нас защитить при приближении любой опасности.

К сожалению, «враждебное видение» не было чем-то, что Чавкалка оценил бы как опасность. Хотя если бы Пелласт и его сын были бы злыми и решили бы убить Маркуса, пока он был без сознания, элементаль раздавил бы их пух и прах прежде, чем они смогли бы пискнуть. Тоже самое произошло бы и с дикими животными.

Он постучал посохом по земле в специальном ритме, заставив землю на мгновение содрогнуться. Секундой спустя, из земли вылез огромный червь, состоящий из почвы и камней, при этом не нарушив окружащую среду. Он обвился вокруг Маркуса словно змея, раскачивая голову во все стороны, осматривая окрестности. У него не было глаз, а рот был полон треугольными жемчужно-белыми зубами, направленными на Пелласта и его сына, но вскоре он отступил на пару шагов назад.

К счастью, они были более стойкими, чем остальные люди, раз не убежали. Маркус порадовался, что его вера в них не была напрасной. Возможно помогло то, что Чавкалка не был агрессивно настроен.

Он с любовью погладил голову червя, и Чавкалка громко пискнул, что не было свойственно такому пугающему существу.

— Эта тварь была рядом с нами всё это время? – боязливо спросил Пелласт.

— Да, – подтвердил Маркус. – Земляной элементаль может легко и практически бесшумно перемещаться под землей, поэтому ему было не сложно следовать за нами. И пусть он не так силён, он может распугивать диких животных и другие угрозы. Даже если нападёт кто-то сильный, он поднимет такой шум, что моментально разбудит нас. А самое главное – ему не нужен сон. Он может патрулировать местность всю ночь.

— Это не… Я имею в виду, что бы случилось, если… – попытался Пелласт. – Нет, забей. Я устал. Это был долгий день, я спать.

— Ммм… – колебался Элид, решая, стоит ли ему говорить что-либо. Он со страхом смотрел на Чавкалку, пока элементаль не вернулся в землю.

Не обращая внимания на их душевные терзания, Маркус достал из рюкзака одеяло и быстро расположился на самодельной кровати. Он спал в дикой местности уже несколько недель, так что для него это стало обычным делом.

Почти сразу, после того как он лёг, он погрузился в глубокий сон.

----------------

Заметки автора:

Насколько запутанным вам показалось видение Маркуса? Да, оно таким и должно быть, но мне просто интересно.

Маркус, как обычно, проснулся рано утром и заметил, что его компаньоны уже бодрствовали. Они хотели продолжить свое путешествие как можно быстрее, чтобы покинуть место, где внезапно появилась Буря Хаоса. Было решено продолжить путь без остановок, чтобы пройти как можно дальше.

Однако, это решение не длилось долго. По дороге было множество небольших деревень, и одна из них находилась в беспорядке. На подъезде слышались крики и вопли. Когда они въехали, то заметили большую часть населения, собравшуюся возле неплохого домика в центре деревни. Не то чтобы они хотели загораживать проезд, но дом был рядом с дорогой, поэтому повозка остановилась. Маркус встал, чтобы размяться, а заодно и поглядеть на происходящее в деревне. Любопытство взяло верх.

Пелласт пошел за ним следом, оставив Элида следить за повозкой. Юноше это не понравилось, но он ничего не мог с этим поделать.

— Что случилось? – спросил Маркус у одного из мужчины с краю. Ему пришлось немного повысить голос, чтобы его можно было услышать за бубнящей толпой. Где-то в центре два разгневанных голоса что-то выкрикивали друг другу. Ничего не понятно.

Его вопрос привлек внимание еще двух мужчин. Они лениво, со злобой посмотрели на него, прежде чем устрашиться его внешним видом. Маг!

— Ах… Б-Боже! – заикался мужчина. Жалкое зрелище. Года его не щадили. Кожа покрылась морщинами и уродливыми коричневыми пятнами, часть зубов выпала. – П-прошу прощения, я не знал…

— За что извиняетесь? Я обычный прохожий и мне просто интересно, – прервал его Маркус.

— Ох, да, конечно, – сказал мужчина. Благо он заметно успокоился, поняв, что Маркус не искал проблем. – Ну, это не секрет. Вы же видели вчерашнюю бурю?

— Так, – кивнул Маркус.

— Ну, три парня попали под неё и не смогли найти укрытие. Надышались миазмами и сильно заболели. Не долго им, видимо, осталось, – объяснил мужчина.

— Не говори так! – в разговор встрял другой мужчина. – Эти пацаны еще молоды и сильны, даже сейчас сражаются с демонами! Они справятся!

На мгновение Маркус замолчал. «Демоны»… Демоны это не шутки. Даже самый слабый демон, если у него будет достаточно времени, сможет создать плацдарм для вторжения. Однако, он вскоре понял, что для мужчины загрязнение хаосом было разновидностью «демона». Большая часть деревенщин была уверена, что все болезни от лукавого.

— Мне кажется такая беда была ожидаемой, – вслух размышлял Пелласт – Буря хаоса появилась из ниоткуда. Уверен, мы увидим еще не мало похожих случаев.

Ожидаемая или нет, многие жители должны были знать, что делать в таком случае. В такие отчаянные ситуации обычно попадают путешественники, по типу него и Элида.

В этот момент Маркус понял, что ничего не добьется от простого старика, поэтому продвинулся внутрь толпы, в сторону, с которой доносились крики. Он старался идти аккуратно, но это было сложно, многие одаривали его злобными взглядами, но быстро остывали и расходились, рассмотрев его поближе.

Вскоре он находился прямо перед действительно хорошим семейным домиком. Полностью белые стены, видимо, регулярно красились, крыша была красивой и красной, а дверь выглядела прочной, возле находилась ухоженная декоративная цветочная клумба.

Такой дом не был чем-то особенным, но он сильно выделялся среди серой массы обычных деревенских построек. Они были в состоянии намного хуже, а также меньше размером. Кто бы тут не жил, он явно жил припеваючи.

Прямо перед входом сильно спорили двое мужчин среднего возраста и женщина в крестьянском наряде с человеком в голубой мантии, который старался выглядеть величественно, в чем он был плох. Трое были очень возбуждены, пытаясь перекричать друг друга, из-за чего было довольно сложно понять их издалека, но Маркус был достаточно близко, чтобы расшифровать их вопли.

— …нет совести?! – вскрикнула женщина. – Мы приютили тебя в нашем доме, одарили тебя подарками, а теперь ты просто так уходишь?

— Ваша просьба неразумна, – сказал мужчина, его голос дрожал, руки сжимали посох так сильно, что побелели. Запуган огромной толпой, которая смотрела на него, не давая сбежать. – Загрязнение хаосом вылечить нельзя. Даже старейшины Великих Академий бессильны! Жизнь вашего сына полностью в руках Божьих.

— Шарлатан! – обвинил его один из мужчин. – Это все оправдания! Никакой ты не маг! Вот и все!

— Это серьёзное заявление, – сказал мужчина в мантии, пытаясь выглядеть грозно. – Вам повезло, что я человек благородный. Обычно за такое голову не сносить.

— Да будет так! Ну давай же! – провоцировал мужчина.

— Что-то твоя благородность не мешала выпрашивать еду и жилье, - заметил другой мужчина. Более спокойный, но стоящий на месте, чтобы таким и оставаться. – Ну же, создай какое-нибудь заклинание, чтобы помочь этим детям. Даже если ничего не произойдет, то хотя бы не окажешься пустословом!

Маркус внимательно осмотрел мужчину в голубой мантии. Драгоценная, сделанная из лучшего шелка мантия. Огромный самоцвет на конце посоха и золотые символы, вьющиеся спиралью по всей его длине. И как вишенка на торте – большая, красиво уложенная борода, пояс полный склянок с зельями и разными странными вещами.

Выглядит как маг… но был ли он им? Его вещи дорогие, но не сильные. Большой кристалл на посохе, например, был настоящим магическим катализатором… низшего ранга. Большая безделушка. Просто красивая мантия, а материалы на поясе можно купить в любом магазине для магов.

Сложно сказать, насколько он силен, даже для Маркуса. Он был уверен только в одном – он не был Магом Проявления Души. Его многочисленный опыт говорил ему, что мужчина что-то да понимает в магии. Просто старался показаться сильнее.

По правде, так делали почти все маги.

Он поднял руку, над ладонью запарил маленький шар трескающегося электричества, а потом тут же пропал с громким взрывом, который создал абсолютную тишину. Маг и трое спорящих, испугавшись, повернулись в его сторону.

— Ты, в мантии. Как зовут? – поинтересовался Маркус.

— Гибен, – ответил мужчина, пытаясь успокоиться.

— Гибен, ты ученик? – в лоб спросил Маркус.

Маг шагнул назад, бросив на него удивленный взгляд.

— Как я и думал, – вздохнул Маркус. Он повернулся к трем жителям, которые до этого спорили с Гибеном. – Не давите на него. Из-за бури хаоса, маги его уровня бессильны.

— Мистер… – слабо возразил Гибен.

Маркус пропустил это мимо ушей.

— Так, ладно, может кто-нибудь объяснить мне, что же тут произошло? – попросил Маркус у жителей.

Прежде, чем он понял, две дюжины людей окружили его, пытаясь поговорить.

Стоило подумать, прежде чем действовать…

***

Прошло три часа, прежде чем Маркус смог выйти из этой ситуации и вернуться к Пелласту и Элиду, которые ждали его у повозки. Он мог бы уйти сразу же, используй он силу или будь он погрубее, но, по правде, ему было немного жаль родителей этих подростков.

Конечно, он не мог сделать многого. Гибен был прав, маги ничего не сделали бы с хаосом. Первозданная сила созидания, слишком мощная, чтобы её могли обуздать смертные маги. Возможно с этим справилась бы высокоуровневая магия от жреца Фебруса{1}, но таких встретить очень сложно. Даже Маркус не видел ни одного.

Да, Гибен был тем еще хвастуном. «Я могу творить все виды чудес… да хоть вылечить загрязнение хаосом». Неудивительно, что деревенщины поверили ему, и неудивительно, что разозлились, когда он взял свои слова обратно.

Уверен, он думал, что ему все сойдет с рук. Это не сезон для бурь хаоса, бури хаоса чаще всего никого не убивали, а если не повезло – то человек умирал еще до окончания бури. В жизни быть не может, чтобы его просили доказать свои слова. Увы, судьба – злодейка.

Маркус убедил жителей отпустить мага. Да, тот был плутом, но отрезать ему язык – уже слишком. А если его подозрения были верны, то жители не были невинными овечками.

Вскоре повозка, заправленная волами, продолжила свой путь на восток, и деревня скрылась за горизонтом.

— Итак, – сказал Пелласт, как только они выехали из деревни. – Вам удалось вылечить этих юношей?

— Это попросту невозможно. Никто не может этого сделать, – сказал Маркус. – Я думал Вы это знаете.

— Знаю, – кивнул Пелласт. – Но их родители выглядели счастливо. Они даже предложили Вам пару кур в качестве подарка. Жаль, что не взяли – мы бы хорошо поели перед сном.

— Им эти курицы будут нужнее, чем нам, – ответил ему Маркус. – В любом случае, пусть я не могу вылечить их, я рассказал, что могло помочь им. Пиявки.

— Что? – удивленно спросил Элид.

— Много-много пиявок, – повторил Маркус.

Элид скривился от отвращения: Что они черт возьми бы сделали? А может это Вы мошенник?

— Хаос – сила жизни, поэтому исцеляющая магия бесполезна, а может сделать хуже. Дать зелье исцеления умирающему от загрязнения хаосом, всё равно, что вылить яд прямо в глотку живому человеку, – начал пояснять Маркус.

— Разве хаос - это не сила тьмы и разрушения? – прервал его Элид.

— Тьмы? Нет. Разрушения… ну, косвенно. Это сущность жизни, движения, ярости, непредсказуемости и мутациии. Вы, наверное, уже заметили, что бури хаоса пестрые, будто радуга?

Элид нахмурился.

— В общем, поскольку хаос – это первобытная жизненная сила, её можно скомпенсировать нанесением вреда человеку, – объяснил Маркус. – Это позволяет энергии хаоса благополучно покинуть тело человека, давая ему шанс на выживание.

— Но зачем пиявки? – возразил Элид.

— Потому что иначе надо резать пациента в надежде, что не заденешь артерию или ещё что-то важное, – сказал Маркус, совсем не обращая внимания на слова Элида. – С пиявками будет безопаснее, плюсом они впитывают немного хаоса.

— И это правда помогает? – поинтересовался Пелласт. Идея погружения человека в пиявок его не волновала.

— Они все еще могут умереть, – ответил Маркус – Я не лекарь и не чудотворец. Это просто лучшее, что можно сделать. Может в следующий раз дважды подумают, прежде чем нырять в бурю хаоса.

Пелласт и Элид бросили на него шокированный взгляд.

— Что? – спросил Элид. – Что Вы имеете в виду?

— Именно это и имею, – сказал Маркус. – Я не думаю, что это произошло случайно. Достаточно хаоса, чтобы слечь, но недостаточно, чтобы умереть. Такое случается только если намеренно войти в бурю, надышаться радужной дымкой, а затем сразу же убежать в укрытие. Еще, как удачно, что родители нашли их сразу же после окончания бури.

— Они надеялись получить магические способности, – вдруг понял Пелласт.

— Может быть, – согласился Маркус.

Обычно загрязнение хаосом просто убивало, но те, кто выжил, иногда мутировали или получали особые способности. Большинство способностей были слабыми или бесполезным, но некоторые люди получали невероятный подарок судьбы. Хотя даже слабые способности привлекали внимание близлежащих организаций, особенно если владелец был ребенком. Такого мизерного шанса было достаточно, чтобы люди самостоятельно рисковали своими жизнями.

Сложно сказать, насколько это частое явление, потому что никто не признавался. «Несчастный случай», вот и все.

Элид хотел, что-то сказать, но остановился и продолжил молчать. Тишина в повозке продлилась некоторое время

— Мне кое-что беспокоит, – случайно сказал Пелласт. – Почему такой маг как Гибен просто позволил жителям окружить и обвинять его? Даже если он обманщик, он все еще мог защищаться, да? Вы сказали, что он потерял силы из-за бури хаоса, но я ничего не понял.

— Он всего лишь маг первого ранга, у него даже нет внутреннего резервуара маны, – объяснил Маркус. – Он полностью полагается на внешнюю ману, чтобы использовать заклинания. На ту же ману, которую недавно подпортила буря хаоса. Одно заклинание - всего одно - и он тут же падает замертво из-за загрязнения хаосом, прямо как те дети.

Это было главным ограничением первых рангов. Они способны использовать окружающую их ману, но не способные её хранить внутри себя. Сила и частота применения заклинаний ограничена тем, как быстро они могли черпать ману из окружающей среды, но в конечном счёте потребление маны перевесит её количество в воздухе. Это имеет большое значение в сражениях. А если внешняя мана будет испорчена, скажем, прошедшей бурей хаоса, то, пока маги не покинут загрязнённую зону, они будут совершенно беспомощны.

— Он просто ученик? – недоверчиво спросил Элид.

— Да, хотя если немного подумать, то я не уверен, что его можно так назвать, – размышлял Маркус. – Пусть магов первого ранга обычно называют «учениками», но только потому, что любой человек способен достигнуть второго ранга, при наличии должной мотивации для обучения магии, финансовой поддержки, наследственности и доступу к хорошим учителям. Другими словами, если у них за спиной есть сильная организация. В таком случае, на первом ранге долго не задерживаются и вскоре становятся полноценным магом со вторым рангом. Однако, много магов получили соответствующие навыки… не в идеальных условиях. Также некоторые люди провалились из-за разных причин, даже если они имели все шансы. Они застряли на первом ранге, без возможности пойти дальше, но они уже не «ученики».

По правде, Маркус не считал их магами. Он был более придирчив к ним, чем остальные, тоже самое было со всеми магами ниже третьего ранга. «Бездельники» - вот, кем они были. Важно отметить, что так считали не все, только небольшая часть. Многие остались навсегда на втором ранге, и им не приятно слышать, что приложи они немного сил, то смогли бы достигнуть большего.

— Люди могут провалиться даже, скажем, в Великих Академиях? – спросил Элид, в его голосе чувствовался страх.

— Конечно, – ответил Маркус. Что это за вопрос такой?

— И как часто такое случается? – спросил Элид.

— Редко, – спокойно сказал Маркус. Ответ, видимо, успокоил Элида.

Маркус уже было хотел рассказать ему о процессе отбора в места, по типу Академии Хрустальной Горы, а точнее о том, что процесс отбора довольно жесток, и явных неудачников отсеивают сразу же. Если Элида действительно приняли, он точно сможет пройти все их тренировки. Правда, быстро поняв, что это сделает только хуже, отказался от этой идеи.

Повозка продолжила свой путь, и их разговор не затухал.

Целую неделю Маркус путешествовал с Пелластом и Элидом, разговаривая с ними о том, о сём, проезжая мимо городов и деревень. Он ожидал увидеть мирную и процветающую страну, но последствия Второй Войны Академий были видны невооруженным глазом. Разрушенные здания и новые яркие стены украшали города, а поля уже заросли. Чем дальше Маркус уезжал от окраины цивилизации в Великую Золотую Равнину, тем меньше его боялись и избегали, но напряжение ощущалось повсюду.

Беспокойство росло день ото дня. Изначально, он не спешил покидать Пелласта и его сына, но от путешествия в качестве простолюдина быстро устал. Повозка была мучительно медленной и неудобной. Часто приходилось останавливаться, чтобы напоить волов и дать им отдохнуть, а ещё она была не настолько надёжной, как казалось на первый взгляд. Однажды, колесо упало в яму и отвалилось. Тогда Маркус понял одну неприятную вещь: пусть он и могучей маг с большим опытом, ни он, ни его заклинания не могли починить повозку.

— Вы уверены, что Вам не нужна помощь? – переспросил Пелласт. – Я думаю, что смогу найти кого-то в близлежащей деревне, но придётся подождать.

Маркус ломал голову в поисках решения, мысленно перебирая все свои заклинания и способности. Немного подумав, он достал из рюкзака большую книгу в металлическом переплёте. Обложка была украшена золотой и голубой хрустальной нитью, на обеих слабо различались магические символы и геометрические узоры. Удивление застыло на лицах Пелласта и Элида, как только они взглянули на неё. Маркус сдерживался, когда дело касалось его внешности, но это не относилось к его книжке заклинаний. Он превратил книжку в мощный магический предмет, о чём говорил хотя бы её внешний вид.

Чтобы колдовать, не достаточны было просто запомнить наговор{2} и символы связанные с ним. Заклинание – это наследие, непрерывная линия заклинателей, что передавали свое видение от поколения к поколению, в конце концов ведущая к изначальному создателю заклинания. Чтобы использовать заклинание, магу необходимо погрузить себя в него, погрузиться настолько, чтобы оно отпечаталось в его душе. Сложность этого процесса зависела от совместимости мага и заклинания.

Маг мог удерживать ограниченное количество заклинаний в своей душе, и ограничение преследовало их всю жизнь, вне зависимости от их силы. Например, Маркус мог отпечатать на душе 53 заклинания. Великий маг умел хранить заклинания, но под стать его титулу, некоторые заклинания были необычными и занимали больше места, чем заклинания уровнем ниже.

Пусть для Маркуса 53 заклинания было слишком мало, многие маги не могли даже мечтать о таком. Из-за этого с древних времен маги и другие заклинатели искали способ преодолеть ограничение. Самым старым и действенным способом была книга заклинаний. Не обязательно быть «книгой» – подойдут каменные таблички или свитки – но книга была самой удобной формой, чтобы носить заклинания. Суть книги заклинаний – быть хранилищем для них. Её механика была довольно сложной и запутанной, но, если говорить в двух словах, с её помощью маг мог в любой момент заменять заклинания у себя в душе.

И это потрясающе, потому что Маркус мог использовать сотни заклинаний вместо 53-х, и, если заклинание рассеивалось, он всегда мог вернуть его обратно. Проблема только вспомнить, какое из сотен заклинаний рассеялось. В лучшем случае это занимало час, но обычно намного больше.

Более того, пролистав всю книгу, Маркус понял, что, хоть у него и было сотни заклинаний, только четыре были связаны с ремонтом. Одно ремонтировало только предметы размером с ладонь, и точно не справилось бы с колесом повозки. Другое полагалось на возможности мага создавать предметы. Нет нужды говорить, что Маркус в жизни не создавал колёса. Третье не столько чинило, сколько склеивало предметы маной. Это бы сработало, но Маркусу пришлось использовать его каждые несколько часов, а после его ухода Пелласт останется со сломанной повозкой не пойми где. Будет не очень красиво. Наконец, четвертое было заклинанием настолько высокого уровня, что Маркус не мог с ним совладать. Оно бы починило повозку, но для этого пришлось бы потратить целых два дня, только чтобы использовать его…

Маркус закрыл книгу и посмотрел на Пелласта и Элида, которые ожидающе на него смотрели.

— Простите, – сказал он им. – Видимо, ремонт – это не моя стезя.

Пелласт кивнул без капли разочарования, будто этого он и ожидал. Элид же промямлил что-то язвительно перед тем, как повернуться проверить волов.

Пелласту всё же удалось найти помощь, но на это ушел весь день. Похожие случаи начали преследовать Маркуса всю дорого. Ему нравились его компаньоны, но это уже не вписывалось ни в какие рамки. Когда повозка подъезжала к городу Белой Скалы, он был рад, что они скоро разойдутся.

В тот вечер он был в настолько хорошем настроении, что покинул лагерь на пару часов, чтобы принести кролика и фазана. Это был его прощальный подарок своим компаньонам. Он не знал, какая еда будет под стать мелкому торговцу, но был уверен, что его жест будет оценён по достоинству. До этого они втроем ели всё, что могли купить в городах и деревнях… и эта еда была не лучшего качества.

Тем не менее, хоть Маркус и ожидал, что они примут его подарок с распростёртыми объятиями, он был удивлен тем, как жадно одни впивались в жаренного животного. Они ели с такой скоростью, что Маркусу почти ничего не осталось, в конце трапезы они разочаровались тем, что этого было мало. Маркус мог понять, что бы так себя вёл Элид, но Пелласт? Удивительно.

— Вы скорее всего это уже знаете, но город Белой Скалы - это, грубо говоря, врата в Академию Хрустальной Горы, – сказал Маркус своим спутникам, сидевшим вокруг костра, с разбросанными рядом остатками жареных животных. – Как только вы войдёте, вам придется провести некоторое время с представителями академии и готовясь к отправке в горы. Я же продолжу идти к побережью. Другими словами, мы разойдёмся на входе в город.

— Я примерно так и думал, – кивнул Пелласт. – Я правда должен поблагодарить Вас за всё, что Вы сделали. Благодаря Вам, мы не встретили разбойников, и даже стража нас не беспокоила, а также за время, проведённое вместе.

…Для него это было «хорошим временем»?

— В любом случае, я всегда хотел спросить, но сомневался в правильности, - продолжил Пелласт. – Теперь, раз уж мы расходимся, я больше не могу сдерживать своё любопытство. Вы… Вы правда старейшина Академии Великого Моря?

Элид, наклонившись немного вперёд, навострил уши.

Маркус приподнял бровь.

Пелласт неловко прочистил горло.

— Признаюсь, что я, как и Элид, решил, что Ваши слова о ранге и положении в качестве одного из сильнейших магов континента были чушью. Конечно, я не сомневался в том, что Вы – маг, и, возможно, не более, чем капитан отделения с третьим рангом, – объяснил Пелласт. – Пожалуйста, сэр, не принимайте близко к сердцу. Я говорю это по своему опыту общения с людьми – магами, воинами, ремесленниками, охотниками и другими – и я точно знаю, насколько гордыми они могут быть, чего уж говорить об их любви к преувеличениям.

— И что? – спокойно спросил Маркус, не показывая ни капли возмущения. Слушая, он рассеянно возился со своим посохом, как он часто делал во время отдыха, скользя пальцами по рунам, вырезанными на нём, и мельчайшим изъянам в его конструкции, к которым он привык за долгое время.

Я не маг и не могу судить честно, но я понимаю, что вы не врали о своей силе, – выдохнул Пелласт, не заметив злобы и возмущения. – Ваш скромный наряд и фамилия ослепили меня. А ведь это можно было понять ещё давно.

— Фамилия? – спросил Элид, не понимая, что имел в виду его отец.

— Фамилия «Кинг» звучит величественно, но на деле означает, что человек является сиротой, – пояснил Маркус. – Многие детские дома в Серебряной Лиге финансируются королем в качестве благотворительности. Таким образом, дети без происхождения считались «детьми короля» и получали фамилию «Кинг».

На секунду наступила тишина, пока Элид обдумывал это.

— Так ты…

— Сирота, – закончил за него Маркус. – Неизвестный оставил меня в корзинке возле двери детского дома глубоко ночью. Я даже не знаю, кто мои родители.

— Но, эм… как смог какой-то сирота… – на мгновенье Элид остановился, понимая, что то, что он собирался сказать может плохо кончиться.

— Я этого не стыжусь, – заверил его Маркус. – Будь моя воля, я бы сменил фамилию на что-то менее очевидное. Ты хотел спросить, как простой сирота смог стать магом пятого ранга и одним из старейшин Академии Великого Моря, ведь так? – Элид нерешительно кивнул. – Хоть у Великих Академий, что правят Серебряной Лигой есть много недостатков, они все сильно уважают сильных и талантливых людей. Не сказал бы, что моё происхождение не повлияло на мою учёбу, но это были временные трудности на пути к успеху.

Но вот только такие истории успеха были редкостью. Чрезвычайной редкостью. Внутренние круги каждой великой академии контролировались горсткой семей, которые выступали в качестве «дворян» – а иногда ими и были – и пробиться в этот круг, не имея хорошей родословной или связей было очень сложно.

Маркус заработал достаточно славы в боях и магических достижениях, чтобы перейти в старейшины, но как только он захотел большего, то его происхождение стало его главным врагом.

— Я расскажу тебе секрет, –сказал им Маркус спустя несколько секунд. – Я не был на Далеком Западе. Точнее, да, я был там и многое повидал за эти шесть лет. Правда в том, что это было добровольное изгнание.

— Изгнание? – воскликнул Элид.

— После Войны Академий – я имею в виду первую – я решил стать сильнее, – объяснил Маркус. – Я думал, что мой вклад в войну был большим, а сила огромной. Я попробовал стать лидером Академии Великого Моря.

Пелласт заметно поморщился.

— Как видите, я проиграл, – продолжил Маркус. – Мой соперник был слабее, но сильнее во всём остальном. Гай был выходцем древней, богатой семьи и считался вундеркиндом с детства. Его престижная родословная, его понимание политики, его ораторские способности стали моей погибелью. Я не мог их превзойти. Потеряв первенство, я понял, что самым умным выбором будет на время покинуть академию. И только сейчас, спустя шесть лет, я чувствую себя полностью уверенным в себе.

Пелласт поёрзал на бревне.

— Разве это хорошая идея возвращаться? – спросил Пелласт. – Я понимаю, что это Ваше решение… но правители не жалуют тех, кто может угрожать их власти. Вы уже можете быть лишены статуса старейшины.

— Гай бы такого не сделал, – покачал головой Маркус.

— Почему? – потребовал ответа Элид. – Это было бы первым, что я бы сделал.

Маркус улыбнулся: «Тогда бы ты остался в дураках. Как только я узнал бы об этом, то тут же бы ушел в другую великую академию и попросил бы позицию старейшины у них. Любая академия примет меня с распростёртыми объятиями. Маги пятого ранга необычайно редкие – невозможно обучить таких, имея хоть все деньги и ресурсы мира. Последнее, чего хочет любой человек у власти – чтобы такие как я пострадали. Эти ослабит их, и усилит врагов. Гай может надавить на меня, или даже попытаться убить, но точно не выгонять. Он хочет, чтобы я ушёл, но цена этого слишком высока».

— Кстати, раз уж зашла речь о магах пятого ранга, я кое-что вспомнил, – сказал Пелласт. Маркус решил, что ему тоже было неудобно обсуждать эту тему. – Почему Вы так одеваетесь? У Вас нет свиты, нет знака отличия… разве маг такого уровня не хотел бы, чтобы все знали о его силе и статусу? Вы намеренно стараетесь выглядеть слабее?

— Ага, – прямо ответил Маркус. – Ранее ты сказал, что я выгляжу как маг третьего ранга. Именно этого я и хотел.

— Почему тогда ты сразу признался, что ты пятого ранга? – возразил Элид.

Маркус несколько секунд молча собирался с мыслями.

— Ранги магов - это не просто уровни сил, – сказал он Элиду. – Каждый ранг отражает фундаментальные изменения в природе силы у мага. Изменения пятого ранга особенно драматичны, и их никак не скрыть от любого мага выше третьего ранга. Их эмблемы будут взаимодействовать с моей душой, вне зависимости от меня. Скажи я, что у меня третий ранг, а позже мы бы встретили мага с таким же рангом, то он сразу бы меня раскусил. Узнай бы вы об этом, стали бы подозревать меня во лжи, что бы я не делал. Маги третьего ранга встречаются часто; даже у небольших академий есть как минимум один. Таким образом, мне было бы нецелесообразно притворятся кем-то кроме Мага Проявления Души.

— Маг Проявления Души? – спросил Элид.

— У каждого ранга есть название, – ответил Маркус, – но раз вы не маги, то вы, скорее всего, не поймете меня, если я начну рассказывать о «логосах» и «магах-основы» и всяком таком.

— Маг Проявления Души… это правда настолько очевидно?

Маркус ничего не сказал. Наоборот, он взглянул глубоко в глаза Элида и позволил своей душе выплеснуться в мир.

Бесконечное пение сверчков и другой живности остановилось. На короткое мгновение, позади Маркуса обрисовалось великое дерево – возвышающийся дуб с великолепной лиственной кроной. Его корни опирались на землю. Ветки словно тянулись к небесам. Оно окутало всё вокруг эфирным туманом, на её коре плясали разноцветные призрачные знаки. Элид и Пелласт сразу же погрузились в транс, их глаза потеряли фокус, а тела задрожали.

Спустя время они вернулись в норму. Элид начал задыхаться, прижимая руку к сердцу. Возможно Маркус немного перестарался. Пелласту было лучше, потому что Маркус выбрал целью Элида, но он всё равно в полной мере прочувствовал это.

— Если захочу, то это смогут увидеть обычные люди, – спокойно объяснил Маркус. – Однако маги, имеющие логос, способны ощутить это, даже если я буду пытаться подавить его присутствие. Если какой-то человек может сделать тоже самое, вы не сможете проглядеть его, как бы вы не пытались.

— М-мой глупый сын… – заикался Пелласт. – Однажды ты сведёшь меня в могилу намного раньше, чем нужно.

Элид ничего не говорил, продолжая делать глубокие вдохи и выдохи. Он посмотрел Маркусу прямо в глаза. Они смотрели друг на друга некоторое время, прежде чем Элид молча отвернулся.

И вот, вернулся треск сверчков, а дикие животные разбежались, испугавшись.

— Отдохните, – внезапно посоветовал Маркус. – Завтра мы будем в городе. Нужно быть в лучшей форме, перед тем, как встретить людей из академии.

Не дожидаясь их ответа, он покинул лагерь и расположился возле повозки. Лучше всего было остановиться именно здесь.

***

Несмотря на свои слова, Маркус не мог уснуть. Различные мысли не покидали его голову: от бывшей славы до сильных разочарований. Он встал с кровати и отправился в лес. Отсутствие света ему не мешало, видимо из-за богатого опыта в перемещении в темноте и из-за усиления всех его органов чувств.

Он остановился на краю леса. Он просто хотел уйти как можно дальше от лагеря, не потревожив Пелласта и Элида, – он даже не знал, куда шёл.

Честно говоря, это и могло быть его целью. Он не был полностью уверен, что был готов. Покинув Серебряную Лигу шесть лет назад, он даже не собирался возвращаться хоть на день. Он был слишком огорчён и разочарован решением совета старейшин. Как они могли выбрать Гая, а не Маркуса? Некоторые старейшины уверяли Маркуса, что полностью поддержат его, а на деле под конец поменяли лагерь. Предатели.

Всё же годы скитаний потушили пожар в его сердце. Он пришёл к выводу, что это было к лучшему. Быть главой Академии Великого Моря могло быть утомительно, а он не смог бы достигнуть такого же уровня, какой у него есть сейчас. Однако…причины возвращаться так и не нашлось. Просто у него не оставалось причин задерживаться.

Этого было достаточно? Может глубоко внутри себя он всегда хотел вернуться? А чтобы подавить сопротивление пришлось повидать далёкие земли?

В конце концов, он не смог заглушить зов, что умолял его вернуться…

— Зачем ты идёшь за мной? – спокойно спросил Маркус, даже не обернувшись, чтобы взглянуть в глаза своему преследователю. Его голос был приглушен, но достаточно громким, чтобы не шептать. Он был далеко от лагеря, поэтому Пелласт бы не проснулся, только если мимо не проходили охотники.

Время шло. Молчал его преследователей и сам Маркус. Наконец, спустя полминуты, Элид собрался и нерешительно встал перед Маркусом.

— Что-то нужно, Элид из Сикаруса? – переспросил Маркус, всё также не смотря на него. Последние несколько дней он чувствовал, что Элид хочет о чём-то поговорить. Однако, он решил оставить всё на волю случая.

— Можете… можете проверить, насколько я совместен с земляным элементом? – попросил Элид. – Я заметил ваш арсенал состоит из большого количества земляных заклинаний, а основа Академии Хрустальной Горы – земля. Поэтому… может я выгляжу самонадеянно, но я подумал… эм…

— Я могу сказать, что у тебя есть совместимость с логосом земли, – ответил ему Маркус. – Вопрос в том, готов ли ты услышать правду?

Маркус был уверен, что Элид не имел родства ни с одним элементом. Во-первых, такие люди были редкостью, и по мере взросления проявляли признаки расположенности. Во-вторых, Элид уже прошёл тестирование в Академии Сердечного Огня. Хоть эта академия специализировалась на огненных техниках, они были Великой Академией. Ни одна Великая Академия не ограничивалась одним элементом; они были потрясающи в использовании огня, что неудивительно, но они бы не отказались от талантливого ученика, способного управлять любым другим элементом. Это же такое упущение!

— Я… да, – Элид глубоко вдохнул. – Я хочу знать. Мне нужно это знать. Прошу.

— Хорошо, – Маркус протянул ему руку. – Возьмись.

Маркус ещё никого не учил, но примерно понимал, что нужно делать. Как только рука Элида коснулась его, от Великого Дуба протянулась тонкая нить духовности и между ними создалась связь.

Глаза Элида тут же остекленели и потеряли фокус, эфирный дуб заполнил его разум, вытесняя все ненужные мысли. Маркус другой рукой щёлкнул его по лбу, заставив очнуться.

— Оставайся в сознании, – приказал он юноше.

Элид поморщился, его рука дрожала, пытаясь выбиться из хватки Маркуса.

— Смотри на символы, текущие по коре дерева, – сказал ему Маркус. – Попробуй погрузиться в них не потеряв сознание. Услышь их зов.

Пусть Маркус согласился лишь проверить совместимость Элида, он планировал сделать большее. Всему виной любопытство. Да и раз уж начал делать – нужно сделать с душой. Так Маркус действовал всегда. Раз уж он сделал одолжение для Элида, то можно быть более тщательным.

Ну такое. Среднее. Так себе. Это был исход всех проверок, которые делал Маркус. Элид был середняком в погружении в руны, мог выдержать среднее количество маны при передаче, среднее число узоров за раз…

Ох, и его совместимость с землёй была средней.

Маркус сдерживал своё разочарование. Всё, как он и думал. Проверяющие в Академии Сердечного Огня…

Хм?

Ух ты. Правда? Среди всего… и до смеха своеобразная вещь. Как именно он…

Маркус отпустил руку, разорвав связь. Он несколько секунд пристально глядел на Элида.

— Так, эм… ну и как? – спустя время спросил юноша.

— Жди здесь, – приказал Маркус.

Он ретировался в лес, оставив растерянного подростка позади. Позднее он вернулся с запечатанным письмом в руке и сунул его в руки Элида с предостережением: «Покажи его, только если провалишься».

— Что? Что это? Я не понимаю, – возразил Элид.

— Если сможешь пройти экзамен без письма, то делай что хочешь. Сожги, спрячь, без разницы… но в ином случае, ну. Отдай его им. Уверяю, они захотят, чтобы ты учился у них.

— Захотят? – переспросил Элид, поглядывая на письмо в своих руках.

— Последний шанс, смекаешь? – предупредил Маркус. – Тебя возьмут, но вот дальше – всё зависит от тебя.

Элид ещё несколько секунд продолжал смотреть то на письмо, то на Маркуса, прежде чем положить письмо себе в карман, будто это было сокровищем.

— Вы думаете, что я когда-нибудь стану как вы? – спросил его Элид. Видимо он не спешил возвращаться в лагерь.

— Кто знает, – немного подумав ответил Маркус.

Такая сила пришла ему из-за великого таланта, но свою роль сыграли хаос и разрушения, вызванные войной в Академии. В мирное время вряд ли кто-то смог бы развиться настолько же быстро, будь он хоть в сотню раз гениальней. Вот только нынешняя ситуация в Серебряной Лиге… видимо эта эпоха была не такой уж мирной и спокойной. Ещё и странное видение…

Всё-таки у молодого Элида будет много возможностей словить рыбу в мутной воде{3}.

***

Город Белой Скалы расположился на подножье гор Кровавого Камня, возле важного прохода, соединяющего Великую Золотую Равнину и Западное Побережье. Это был умеренного размера город, расположенный в выгодном стратегическом положении, но с недостатком водных ресурсов. Живой и живописный город, ни капельки не изменился с последнего визита. Похоже Вторая Война Академий не сильно повлияла на него.

Внушительная крепость, служившая военным и административным центром города. Вот что было причиной. Построенная из сияющего белого мрамора и укрепленная могущественной магией, она выглядела огромной и лишней в сравнительно маленьком городишке. Чрезвычайно ухоженный, а дежурившая стража, проверяющая посетителей, была хорошо оснащена.

Повозка без проблем проехала в город через ворота. Постовые ничего не спросили, только собрали плату за вход и отпустили. Однако, предупредили, как только они вошли.

— Вы прибыли в неудачное время, – сказал старый постовой. – Отношения между герцогом Белой Скалы и местной гильдией наёмников немного напряжены. Наёмники заблокировали каньон, чтобы заставить герцога выполнить их требования. Возможно это займет ещё несколько дней, прежде чем всё решится. До этого момента западная дорога будет перекрыта.

— Потрясающе, – Маркус раздражённо прищёлкнул языком. Ждать, как предложил постовой, или отправиться проверить самому? Сложный выбор. – Такое часто случается?

Маркус так решил из-за того, как об этом сообщил им постовой.

— Это уже третий раз, – ответил постовой. – Они стали сильнее после Второй Войны Академий, поэтому вырос и их аппетит.

Дать им преимущество – или любой другой гильдии – все равно, что отдать часть силы Академии Хрустальной Горы кучке недоумков. А город Белой Скалы был одним из главных составляющих академии. Оказывается, положение Академии Хрустальной Горы было ещё хуже, чем представлял себе Маркус. Возможно Элид всё-таки сможет купить себе дорогу в академию, и письмо ему не пригодится…

Прежде чем они смогли продолжить свой разговор, впереди началась какая-то суматоха. Группа хорошо вооруженных и дорого одетых воинов сопровождала большую карету, едущую по городским улочкам. Странная карета иностранного производства. Она привлекала взгляды зевак, некоторые даже следовали за ней.

Через несколько секунд, карета остановилась у магазина, и привлекательная молодая пара вышла, чтобы посмотреть товары из любопытства, за ними следовала горстка слуг в мантиях. Пара воинов, сопровождающих карету, отделилась от основной группы и мгновенно встала на защиту парочки, отгоняя от них людей, желающих посмотреть на эльфов поближе.

И все они эльфы: от воинов и до водителя кареты, даже молодая парочка. Необычно. Эльфы редко передвигались в таких больших группах, только если не было военных действий, особенно редко их можно встретить в далёких землях. Обычно их можно увидеть только в прибрежных городах.

— Эльфы активизировались за последнюю пару лет, – рассказал ему Пелласт. Он отчётливо помнил, что Маркус жил в изоляции долгое время, поэтому он ничего не знал. – Отправляют своих авантюристов и дипломатов в каждую дырку, не только в прибрежных городах, но теперь и в далёкие земли. Они перестали быть чем-то необыкновенным. Хотя их родные острова так и остались неприступными для людей. Несправедливо…

— Оживились ещё и дварфы, – добавил старый постовой, краем уха услышав их разговор. – Правда они заинтересованы только в Горах Кровавого Камня и их окрестности, но в этом регионе они сражаются в древних руинах с орками, драконами и магами Хрустальной Горы.

Интересно… Маркус переживал, что Гигантский Громовой Холл мог отомстить ему за убийство их лидера во время Войны Академий, но, раз уж дварфы смогли прийти далеко на юг, то, видимо, у них своих проблем навалом.

С другой стороны, Гигантский Громовой Холл не отличался своей рассудительностью…

— Полагаю, орки изо всех сил пытаются пробиться на юг? – спросил Маркус.

— Как всегда! – сетовал постовой. – Я-то думал, что они притихнут на десяток или два после поражения в Первой Войне Академий, но нет. Откуда их столько появляется? Они живут в Дакаре. Окружены лесом и соснами, там же никаких условий для снабжения армии! Клянусь, орки просто появляются из замороженной земли и сразу готовые воевать…

Постовой был недалёк от истины, но Маркус не собирался ему рассказывать, что там на самом деле происходит с орками и их неустанными завоевательными походами. Негласное правило среди великих держав. Обычные люди были бы подавлены, узнав всю правду о Шпиле Плача и других вторжениях бездны в нашу реальность.

Тем не менее, Маркус выяснил, что многие люди в конечном итоге затрагивали истину различными способами. Слишком большой секрет, чтобы скрыть от всех.

Не смотря на перекрытую дорогу, Маркус попрощался с Пелластом и его сыном заранее, заверив их, что у него есть свой способ перебраться через эту преграду. Ну вообще-то его не было, но он что-нибудь придумает.

Надо решать проблемы по мере их поступления.

--------------

Заметка от автора:

Насколько тяжело было бы починить повозку вашему любимому магу из другой истории?

----------------

{1} -  Я не уверен, но возможно это отсылка к богу Фебруусу. В древнеримской религии Фебруус был богом очищения.

{2} - Тут уж сорри, но я просто понятия не имею, как переводить «chants» в этом контексте. Наговор – это вот то самое начало у заклинания, по типу «Ниспошли защиту воды туда, где она требуется, направь сюда кристально чистый поток, ВОДЯНОЙ ШАР!», всё, до слов «водяной шар» - это наговор.

{3} - Пользоваться трудностями, паникой, замешательством, распрями и т. п. для достижения личных целей

Расставшись с Пелластом и Элидом, Маркус решил проверить блокаду. Огромное количество настороженных воинов тщательно осматривали территорию. На них были стёганки{1} с зелено-белым рисунком, они были вооружены одинаковыми мечами и копьями, видимо входили в один отряд, не обычные разбойники без организации.

Но никого, кто выглядел бы сильным. Пробиться, запугивая всех своим могуществом и статусом, было первой мыслью Маркуса. На вид они были хорошо дисциплинированы, но наёмники не славились преданностью. Однако, чем больше он думал об этой идее, тем тупее она становилась. Гильдия наемников была местным властителем, а не группой неотесанных болванов. Раз уж они осмелились сражаться с Академий Хрустальной Горы, у них должен быть козырь в рукаве. Закатывать сцену, создавать себе врага, втягивая его в бессмысленный конфликт. И для чего? Разве он не пытается скрываться от Великих Академий, пока не выяснит причины Второй Войны Академий? Нужен другой путь.

— Эй! Эй ты! Куда пялишь?! Дальше пути нет!

Маркус посмотрел в сторону небольшого скопления палаток, установленных наемниками возле дороги. Высокий мускулистый мужчина зашагал к Маркусу, пока тот изучал дозорных. В отличие от воинов, которые его окружали, он не имел брони, а был облачен в тяжелую меховую шкуру какого-то крупного зверя. С его пояса свисал причудливый меч, с рукоятки которого мужчина не спускал рук – немая угроза или настороженность при встрече с неизвестным магом?

Несколько лет назад, когда Маркус был моложе и горделивее, такого поведения было бы достаточно, чтобы зажечь искру в Маркусе. Он сам бы стал агрессивнее, и в конце концов завязалась бы потасовка. Однако время и опыт расставили все по местам. Драка здесь будет не лучшей затеей, поэтому лучше всего решить дело мирно.

Подходя ближе, мужчина замедлил шаг, на секунду нахмурился, прежде чем проверить свой меч, и продолжил путь. В этот же момент усилилось волнение Маркуса.

Все наемники были воинами, как и мужчина перед Маркусом. Маркус не мог узнать их уровень их способностей – сложно было даже с магами – но некоторые вещи было видно невооруженным глазом.

Душа в мужчине перед ним. Он был как минимум равен Магу Проявления Души.

Теперь он взялся за изучение мужчины серьезно, пытаясь узнать его. Люди такой силы невероятно редки, значит, его имя не секрет. Любой сильный человек будет искать информацию о таких же людях вокруг. Долгое время Маркус запоминал описания каждого могущественного человека в Серебряной Лиге… жаль только эта информация устарела на 6 лет.

Мужчина перед ним молодо выглядел. До ужаса молодым для того, кто преодолел ограничения своего бренного тела и стал духом в оболочке. Около двадцати лет. Значит, начал тренировки после ухода Маркуса. Если так, то неудивительно, что Маркус не помнил его.

Немного странно видеть юное дарование, работающее в небольшой гильдии вместо какого-нибудь элитного места, по типу Академии Хрустальной Горы, но всякое бывает. Такие люди нередко слишком гордые и хотят быстрого роста. Работать с такими в большой гильдии было той еще проблемой. Но что-то в нем казалось знакомым…

В итоге мужчина остановился, сохраняя дистанцию. С волнением в глазах они тихо смотрели друг на друга. Некоторые наемники наблюдали за ними и тихо шептались, чтобы их не услышали. Гнетущая атмосфера.

— Ты шпион? – внезапно спросил мужчина.

— Тоже мне, – ответил Маркус. – Самый обычный путешественник.

— Путешественник Проявления Души? – с сомнением спросил мужчина.

— А Магам Проявления Души уже нельзя путешествовать? – возразил Маркус. – Может представимся?

Мужчина насмешливо фыркнул.

— Генерал Маркус, я прав? – поинтересовался он. Но даже не ожидал ответа. – Я Тимьян{2}, лидер гильдии наемников «Белая Сосна».

Не удивительно, что Тимьян знал Маркуса. Еще до изгнания он был Магом Проявления Души, а такие люди просто так не умирают, поэтому все знали, что он вернется в любой момент.

— Я больше не генерал, – сказал Маркус. – Но да, я тот самый Маркус.

— Говорят, если бы ты руководил Академией Великого Моря, в прошлой войне они бы так сильно не пострадали, – продолжил Тимиьян, не отвечая на любезности.

Маркус некоторое время молчал. Он сохранил невозмутимое лицо, но внутренне он был шокирован. Академия Великого Моря… проиграла?

— Уверен, Академии Хрустальной Горы было бы лучше, если бы такой же молодой талант, как Вы, помогал им. Но это же так не работает, да? – выпалил Маркус.

Маркус понятия не имел, о чем он говорил. Просто не хотел показывать, что он ничего не знал о произошедшем за эти 6 лет. Он был готов нести любую чушь или говорить загадками, главное не сознаваться.

— Ну ладно, я все равно просто мимо проходил, – продолжил Маркус. – Очень интересно было поглядеть на вашу блокаду, но я не хотел бы вражды.

— Мне так не кажется, – серьезно сказал Тимьян. – Разве ты не друг Хрустальной Горы? Спаситель, разгромивший армию Велдорана, когда люди академии выбились из сил?

Маркус еле сдержал свой смех. Чтобы Академия Хрустальной Горы просила о помощи его? Маркусу повезло, что они не отправляли убийц по его душу.

Слишком уж сильно они беспокоятся о своих драгоценных скрижалях…

— На этот раз со мной армии нет, – пожал плечами Маркус. – Я вообще тут один-одинешенек, никто мне даже не поможет.

— Это правда, – уступил Тимьян. – Это было бы невероятно тупо пытаться пробиться одному.

Несколько секунд Маркус ждал, пока Тимьян скажет что-нибудь еще, или показал бы, что их разговор окончился, но воин просто продолжал с напряжением смотреть на Маркуса.

— Ну-с! – внезапно сказал Маркус, ударив посохом о землю, чтобы подкрепить свои слова. – Мое любопытство было удовлетворено! Вот это блокада, удивительная организованность! Мне пора.

— Стой, – внезапно остановил его Тимьян. – Мы должны подраться.

Маркус замешкался, тело застыло в пол-оборота. Он бросил странный взгляд на Тимьяна.

— Нет, не должны, – просто ответил он.

— Ты не чувствуешь это глубоко внутри себя? – спросил Тимьян. Его голос повысился, глаза сияли от возбуждения. – Кровь кипит от одной лишь мысли о своем неизвестном враге. Сражение воли и магии, желание проверить себя в битве против настоящего оппонента! Есть ли более высокая цель, чем эта?

О нет… поехавший на драках воин…

Маркус знал таких. Нет смысла отказывать – он видит цель и не видит препятствий, поэтому будет провоцировать Маркуса, пока не получит желаемого. Вот только…

— Это сейчас ни к чему, – серьезно ответил Маркус. – Я не хочу сражаться, а Вы должны быть собраны, чтобы противостоять Академии Хрустальной Горы. Как насчет этого: я скоро вернусь в Академию Великого Моря и останусь там на год. Приходи ко мне через пару месяцев, и мы сможем сразиться в условиях получше, и не придется волноваться об окружающих.

Тимьян задумался над аргументами Маркуса. Оглядев людей, собравшихся вокруг них, он, видимо, понял, что Маркус имел в виду. Через некоторое время он кивнул.

— В этом есть смысл. Ладно, тогда договорились. Я порешаю тут свои дела и пойду к тебе. Уверен, такая живая легенда как Генерал Маркус не будет врать, – ответил Тимьян, широко улыбаясь.

— Я же говорил, я больше не генерал, – пожаловался Маркус.

Тимьян только похлопал его по плечу, развернулся и медленно пошел обратно в лагерь.

Маркус несколько секунд смотрел на него, прежде чем развернуться и как можно быстрее уйти. Чем раньше уйдет, тем лучше. Если повезет, то Тимьян пострадает в битве с Хрустальной Горой или найдет противника сильнее, и Маркусу не придется возиться с ним.

Но хотя он и избежал драки, это было хлопотно. Среди эшелонов власти быстро расползутся слухи, а Тимьян скорее всего, не будет держать возвращение Маркуса в секрете. В лучшем случае все будут знать об этом через неделю, может, две.

Надо бы найти дружелюбного человека, чтобы поговорить, перед тем, как все узнают.

***

Пусть он не смог пройти через блокаду наемников, это не было проблемой. Раз уж ему больше не нужно ехать в повозке, запряженной волами, то и дороги ему теперь не нужны. Есть же магия полета.

Поэтому он так и сделал. Как только он набрал достаточную дистанцию до блокады, он достал сферу полета с ремня, крепко сжал в руке и запустил себя прямо вверх. Сориентировавшись, он на большой скорости отправился в сторону огромной горной цепи на западе. Труднопроходимые горы, которые разделяли Великую Золотую Равнину от прибрежных королевств, были населены всякой живностью, поэтому полет был лучшим решением. Это и быстро, и легко. Грифоны и другие летающие животные правили этой территорией, но Маркус мог бы справиться с ними, если глупые звери решат напасть.

Конечно, безопаснее было бы пересечь горы пешком, да и меньше людей увидели бы его, но, возможно, полет был лучше.

В конце концов, Маркусу даже не пришлось сражаться. Парочка дрейков пытались угнаться за ним, но его скорость была нешуточной. Все же им пришлось сдаться и отпустить Маркуса. Сфера, которую он использовал, была мощным магическим предметом, позволяющим ему летать длительное время на высоких скоростях. Многие магические звери не были достаточно выносливы, чтобы поспевать за ним.

В теории, Маркус мог использовать сферу целый день, прежде чем её надо будет подзарядиться. На практике же, его тело не могло этого выдержать. Приходилось делать частые передышки перед отправлением. Но даже с такими ограничениями это было быстрее, чем пересекать горы другим путем. Он достиг побережья за два дня, выйдя из гор прямо к своей цели – маленькое прибрежное королевство Элора.

Место, где он родился… или, как минимум, вырос. Он понятия не имел, откуда его родители.

Конечно, Академия Великого Моря там не находилась. Великие Академии властвовали над определенными территориями. Никаких королевств – даже вассальных – не должно быть рядом с ними. Однако Маркус не планировал идти в Академию Великого Моря. По крайней мере не сейчас. Пусть горсть людей окажет ему теплый прием, он подозревал, что ему будут не сильно рады. Также многое могло изменится за это время. Люди, на которых он мог положиться, могли умереть, или поменять свое мнение о нем после того, как он бежал из Серебряной Лиги. Поэтому нужно было узнать больше про произошедшее. А лучше этого места не найти.

Вместо того, чтобы полететь прямо к детскому дому, он приземлился. Теперь он в развитом месте: все находилось под строгим надзором группы адептов, которые постоянно искали угрозу их власти или возможность улучшить свое положение. Летающий маг над равнинами сильно бы бросался в глаза. Плюс, одна из причин, почему он прилетел сюда, была воссоединением со старым домом, не было нужды искать его с высоты птичьего полета.

Поэтому он продолжил свой путь пешком, останавливаясь в разных городах и селах, чтобы полюбоваться пейзажем. И его заметили, но маги не были редкостью в прибрежном королевстве, чего не скажешь о востоке Серебряной Лиги.

Можно было подумать, что такое мирное и расслабляющее путешествие поможет Маркусу, но, чем дольше оно длилось, тем беспокойней становился Маркус.

Давнее желание вернуться в Элору преследовало его. Сентиментальность и ностальгия – так он это объяснял, но теперь, когда он тут, он знал: это не просто неразрешенное прошлое. Что-то неизвестное тянуло его сюда – слабый, но настойчивый порыв в глубине души, манящий в место, которое он не мог увидеть.

Слишком тонкое, чтобы заставить Маркуса сделать что-то против своей воли. Беспокоило то, что оно вообще существовало. Это не было непонятной магией. Но тогда как она работала? Не ясно.

Он чувствовал направление, к которому его тянуло. И, возможно, догадывался, куда оно хотело его привести, но сейчас лучше не обращать на него внимание.

Вместо этого, он пошел в направление детского дома, который для него стал настоящим домом.

***

Детский дом ни капельки не изменился. Большое, но скоромное здание на окраине маленькой деревушки Ивовый Холм. Белая краска на стенах была неаккуратно нанесена и уже давно высохла, местами отсутствовали куски стен, обнажая грязь и солому, их которых они были сделаны. Крышу покрывали пятна живучки{3}, которая по преданиям приносила удачу и отгоняла злых духов. Хорошо ухоженный сад прилегал к зданию, детский дом выращивал и продавал овощи, чтобы прокормить сирот.

Как же ненавидел Маркус этот сад. Содержать его в чистоте и порядке было тяжело, и ему приходилось это делать, потому что это было своеобразной работой для сирот. Одной из причин его становления магом стало желание никогда в жизни больше не копать картошку.

Он постоял у входа некоторое время, потерявшись в воспоминаниях. Считалось, что детские дома – места полные нищеты и убожества, но здесь, в детском доме Ивовый Холм, о сиротах по-настоящему заботились. Не все было так радужно, но у Маркуса остались только приятные воспоминания.

— Мистер, Вы пришли к Старому Плини?

Маркус повернулся в сторону. Три мальчика с любопытством смотрели на него. Поводив взглядом, он заметил девочек, выглядывающих из-за большого дерева, явно наблюдающих за ним. Видимо, много глаз следили за каждым его движением. Если за года ничего не изменилось, то жизнь в детском доме все еще была невероятно скучной, особенно, когда не было работы или уроков. Странный мужчина привлек бы внимание всех.

— Да. Он здесь? – спросил Маркус.

— Ага, внутри, да, – ответил один из мальчиков. – А Вы кто?

— Я Маркус, – ответил Маркус. – Однажды я тут жил.

— Вы сирота? – спросил мальчик. – А выглядите прямо как маг!

— Правда? Старый Плини выбирает самых талантливых сирот из каждого поколения и отправляет их в местную Академию Великого Древа. Разве он вам этого не рассказывал? – сказал Маркус. – Я был одним из таких.

— Ого, правда?! – воскликнул другой мальчик. – Я думал это брехня! Мы действительно можем стать магами, если будем учиться?!

— Ну, тебя он точно не выберет, я в этом уверен, – хмыкнул третий мальчик.

Второй толкнул его, после чего началась перепалка с криками.

Первый мальчик посмотрел на своих двух друзей, а затем на Маркуса, не зная, что сказать.

— Мы, эм, обычно так себя не ведем, – сказал он Маркусу, нервно смеясь.

— Будем считать, что вы меня пропускаете, – ответил Маркус, покачав головой. Оставив ссорящихся мальчиков позади, он вошел в детский дом. Внутреннее убранство за это время изменилось, благо сама планировка осталась прежней, и Маркус смог быстро найти кабинет Старейшины Плини.

В дверь можно было не стучать, ведь Старший Плини уже стоял в проходе, ожидая его. Один ребенок уже сообщил ему о приходе Маркуса.

Маркус немного переживал. Старший Плини долгое время руководил детским домом, но он не был надзирателем. То и дело разговаривал, обучал чтению и письму детей, рассказывал историю и показывал религиозные тексты. Словно отец для детей, только из-за его поддержки Маркус смог зайти так далеко. И все же… покинув Серебряную Лигу, он даже не подумал напоследок посетить детский дом. Обиделся ли он? Будь Маркус им, он бы…

— Маркус, мальчик мой! Сколько лет, сколько зим! – налетел на него Старший Плини, как только Маркус подошел на расстояние вытянутой руки, прижимая его в свои крепкие объятия. Маркус попытался вырваться из них, но безуспешно. Для его возраста силы в нем было хоть отбавляй.

Секундой погодя, он оттолкнул Маркуса, но своими старыми морщинистыми руками продолжал крепко держать его за плечи, не позволяя вырваться из его хватки.

— Дай хоть посмотреть на тебя! – сказал Старший Плини.  – А ты подрос? Ах, не знаю, не знаю – для меня ты навсегда останешься маленьким шаловливым мальчишкой, кто забрался на Священный Дуб и подставил меня перед храмом. Как же быстро летит время…

Маркус сгорал от смущения, явно непривыкший к такой степени привязанности.

— Старший Плини… – попытался Маркус.

— Хо-хо, «Старший Плини», уже совсем взрослый стал? Забыл Старого Плини? – рассмеялся Старший Плини, улыбка не сползала с его лица. Он убрал руки с плеч Маркуса. – Что, помощь понадобилась?

— Н-ну… понимаете… – заикался Маркус. Его самообладание полностью исчезло.

— Тогда проходи, – сказал Старший Плини, сделав шаг в свой кабинет и жестом пригласив Маркуса внутрь. – Если тебе нужна помощь, мои двери всегда открыты. Ты же знаешь. Я говорил это, когда ты уходил в Академию Великого Моря, и слова обратно не возьму.

Маркус сделал глубокий вдох и зашел внутрь. Он уже взрослый человек, его зрелость и опыт должны помочь справится с этим, но… но это же Старый Плини. Против него у Маркуса нет шансов.

— Я бы предложить чего-нибудь выпить, но в этом месяце есть небольшие проблемы с деньгами. Случился несчастный случай по вине одного ребенка. Купеческий обоз перевернулся и рассыпал часть товаров. Пришлось заплатить немалую сумму, чтобы сгладить углы. Поэтому, могу предложить только стакан воды, – сказал Старший Плини. Даже не смотрел на Маркуса, пока говорил. Он взял кувшин воды и – не слушая ответ Маркуса – налил два стакана чистой освежающей жидкости.

Затем сел, опустошил стакан воды за один глоток и некоторое время смотрел на Маркуса.

— Итак, – сказал Старший Плини, нарушив тишину. – Ты вернулся.

— Вернулся, – подтвердил Маркус, кивая.

— Навсегда? – спросил Старший Плини.

— Навсегда, – заверил Маркус. Хотя не был уверен, что это так.

— Хорошо, – успокоился Старший Плини. – Очень хорошо. Достичь Проявления Души в таком возрасте – это невероятно.

— Знаю, – ответил Маркус.

— Иногда я переживаю, – вздохнул Старший Плини. – Конечно, я рад видеть, что мой подопечный так сильно вырос, но я боюсь, что это было слишком быстро. Люди всю жизнь пытаются достичь этого. Надеюсь, ты не обидишься на мои слова, но твоя неудача в Академии Великого Моря могла быть благословлением свыше. Нужно просто посмотреть со стороны.

Маркус усмехнулся про себя. Возможно, это к лучшему, что он не посетил приют перед уходом в неизвестность. Поделись с ним Старший Плини этой мыслью…

— Верьте или нет, я кое-что понял, – честно признался ему Маркус. – Все, что не случается – случается к лучшему, я больше не стремлюсь к позиции лидера. Я вернулся не поэтому. Я вернулся…

Он остановился.

— Ты не знаешь, – заявил Старший Плини.

— Я… не знаю, – признал Маркус. – Сначала – месть, потом создать проблем.

— Заведи семью, – предложил Старший Плини. – Слышал, это довольно популярная идея.

— Нет. Я полностью посвятил себя познанию магии, – сказал ему Маркус

— Хмм… неплохо, – ответил Старший Плини. – В таком случае, пока ты здесь, не думал обучить сироту или двух? Можешь посмотреть, есть ли кто-то достойный.

Маркус посмотрел на него, как на сумасшедшего.

— Я? Учитель? – возразил Маркус.

— Почему нет? Каждый маг обязан передать свое наследие новому поколению, – со всей серьезностью сказал Старший Плини. – Особенно такие как ты. Ты уже был Магом Проявления Души до своего… длительного паломничества.

— Просто отговорка, – Маркус неловко кашлянул в кулак. – Это было изгнание, и мы оба это знаем.

— Да, знаю. Глупый поступок, – прямо сказал ему Старший Плини. – Но да ладно. Твои старшие вложили много времени и денег в твое развитие. Лучший способ отплатить им – передать улучшенные тобой знания и умения следующему поколению. Тогда твое наследие будут жить вечно.

Маркус не стал перечить. В этом был смысл, да и это служило основой для всех традиций у адептов. Каждое заклинание, способность и умение представляли собой наследие, передаваемое от учителя к ученику, снова и снова, и снова. Прерывать этот цикл было непростительно. Магическое наследие играет важную роль среди магов. Но…

— Однажды я возьму себе ученика, но Техника Древа Души не уникальна. Мое наследие не пропадает, даже если я умру, – сказал Маркус. – К тому же, разве я не слишком молод для этого?

— Уже нет, мальчик мой, – усмехнулся Старший Плини. – Уже за тридцать. А ты еще и не знаешь, что делать. Просто подумай об этом.

Маркус посмотрел на стакан воды и внезапно захотел его выпить. Опустошил за один глоток, прямо как Старший Плини.

— Ладно-ладно, не буду давить, – сказал Старший Плини, наливая еще воды в их стаканы. – Так в чем тебе нужна моя помощь?

— Я хочу спросить про произошедшее в Серебряной Лиге, – начал Маркус, вернув себе немного уверенности. – Я слышал была Вторая Война Академий.

Хоть сейчас Старший Плини руководил детским домом, но это было не всегда так. Старший Плини – высокоуровневый маг Академии Великого Моря. Маркус не знал, почему Плини поменял академию на детский дом, но он был уверен, что у старика остались еще связи с важными шишками, которые иногда отправляют ему письма. В Элоре не нашлось бы человека, который знал бы больше, чем он.

— Вскоре после твоего ухода, Великие Академии начали споры о делёжке земли уничтоженных академий в Первой Войне Академий, – вспоминал Старший Плини. – Особенно жаркие споры были о разрушенной Академии Леса Хаоса.

Маркус помрачнел. Во время Первой Войны Академий, три Великие Академии предали всех и встали на сторону Велдорана – Академии Леса Хаоса, Отравленной Воды и Гигантский Громовой Холл. Академия Отравленной Воды предала Велдорана, Гигантский Громовой Холл сменил сторону после убийства их лидера Маркусом, но вот Лес Хаоса… Лес Хаоса стерли с лица земли, их сокровища разграбили, последователей убили.

— После уничтожения Академии Леса Хаоса, их земли оставались свободными, и никто из оставшихся великих держав не был согласен с их распределением, – продолжил Старший Плини. – В довесок, Академия Великого Моря и Хрустальной Горы считали, что Академия Гигантсткого Громового Холла должна отдать часть территорий за содействие Велдорану, но Сердечный Огонь был совсем иного мнения – это усилит их главного врага. В итоге разразилась настоящая война. С одной стороны сражалась Академия Великого Моря, а с другой – Академия Сердечного Огня. Битва была равная, и сошлись академии на ничьей, но Академия Великого Моря понесла бóльшие потери.

— Теперь понятно, почему я слышал о поражении Академии Великого моря, – в слух размышлял Маркус.

— Людям нужны простые ответы, – ответил ему Старший Плини. – Наша Академия осталась в ауте, но на деле немногие земли получили своих хозяев, сомневаюсь, что Академия Сердечного Огня рассматривает это как победу. Академия Леса Хаоса все еще является спорной территорией, мелкие мятежные государства постоянно устраивают стычки. Оправдывает их название.

— Слышал еще происходят какие-то странные вещи, – сказал Маркус. – За пределами Серебряной Лиги, конечно же. Эльфы, дварфы и все такое. Знаете что-то об этом? Почувствовали слабость и пытаются извлечь выгоду или активизировался Шпиль Плача?

Нечеловеческие цивилизации были большой загадкой для Маркуса. Он слышал о том, что и у эльфов, и у дварфов имели свои великие державы и много адептов уровня Души. К сожалению, после уничтожения полуросликов орками, материковые эльфы уплыли на острова, три цивилизации стали держаться особняком.

— Да, слышал об этом, но, увы, знаю не больше тебя, – сказал Старший Плини. – Это все очень странно, но не думаю, что это очередное вторжение бездны. Будь это так, все бы уже били тревогу.

Маркус нахмурился.

— Мой тебе совет: не волнуйся по таким вещам, – продолжил Старший Плини. – Оставь это Гаю и другим лидерам, пусть мучаются от бессонницы место тебя. Раз уж ты сказал, что не планируешь становится лидером, это не твое дело. Думаю, у тебя и так предостаточно вещей, о которых стоит волноваться.

Это правда, нужно это принять.

— Позвольте спрошу прямо… если я ступлю в Академию Великого Моря, возникнут ли у меня проблемы? – спросил Маркус. – Есть ли ордер на арест или награда за мою голову?

— Насколько я знаю, нет, – ответил Старший Плини, покачав головой. – Кто-то предлагал лишить тебя статуса старейшина, раз уж ты отсутствуешь и не выполняешь свою работу. Однако, дальше слов это не ушло. Из-за потери большого количества могущественных магов, никто не горит желанием выгонять Мага Проявления Души без особой на то причины. Гай лично высказался против этого.

Лицо Маркуса скорчилось от горечи. Гай защищал его звание старейшины… у мира извращенное чувство юмора…

Старший Плини посмеялся над его явной неприязнью.

— Да, это было незабываемое зрелище. Уверен, Гай чувствовал себя так же, как и ты сейчас, когда ему пришлось встать на трибуну и просить понимания. Ох, как бы я хотел бы видеть это своими глазами… – размышлял Старший Плини. Некоторое время он смотрел в пустоту, видимо, воображая эту сцену у себя в голове. – Поэтому можешь не спешить. При встрече, без сомнений, Гай и другие старейшины пристанут к тебе с расспросами о твоей верности и мотивации. И подозрения просто так не уйдут. Вместо этого у меня есть для тебя предложение, если тебе интересно.

— Я слушаю, – сказал Маркус. – Только не предлагайте перенять этот детский дом.

— Кто знает, мой мальчик. Думаешь, когда я был твоего возраста, я представлял свою жизнь такой? – понимающе улыбнулся Старший Плини. – Но нет. Попробуй сходить в Академию Великого Древа и поработать с ними. Посмотрим, что они скажут.

Маркус не был удивлен. Академия Великого Древа, несмотря на наличие «Великого» в имени, была просто маленькой местной академией – под-академией Академии Великого Моря. Старший Плини каждые несколько лет отправлял туда талантливых сирот, чтобы те стали магами. Очевидно, что его многое связывало с этим местом.

Тоже самое было и с Маркусом. Все-таки он один из отправленных детей. Пусть позже он вступил в Академию Великого Моря, первые шаги в мир магии были сделаны здесь, в Элоре, в Академии Великого Древа.

Великие Академии обычно не набирали случайных сирот из маленького незначительного королевства на окраине их владений. Только если у них не был невероятный талант или они, благодаря свой неимоверной удаче, привлекли внимание старейшины. Маркус был хорош, но не настолько. И какую бы позицию не занимал ранее Старший Плини, этого было недостаточно. Сироты должны были поступить в местную академию и доказать свою ценность там. И уже после этого их приглашали работать у лидера Академии Великого Древа.

— Но будут ли они рады меня видеть? – с сомнением спросил Маркус. – Насколько я помню, они были не особо рады моему уходу.

Многие под-академии были бы рады отправить своих учеников в академию, которой они подчинялись, поскольку считали, что человек не забудет тех, кто его воспитал, и будет всячески им помогать. Вот только в Академии Великого Древа недолюбливали вышестоящих.

— Честно, я также ничего и не сделал для них, хотя и стал старейшиной будучи очень юным, – признался Маркус. – Наверняка у них есть что сказать на это.

На самом деле Маркус намеренно старался отмежеваться от Академии Великого Древа. Сложно добиться уважения, когда ты сирота из Богом забытого королевства на окраине. Прояви он хоть немного лояльности мятежной под-академии, к которой правящие элиты Великого Моря относились с подозрением, все его политические амбиции в тот же миг бы пали во прах. Никакой должности старейшины, не говоря уже о становлении лидером Академии.

Ради карьеры, он своими собственными руками закопал прошлое и предал всех, кто ему помог встать на путь магии.

— Были у них в прошлом такие ученики, как ты. Ничего не поделать. Уже привыкли, – пренебрежительно сказал Старший Плини. – Кроме того, у тебя есть то, что они захотят получить. Ради чего сделают почти что угодно. Ты же не отказывался от Техники Древа Души?

— Это все еще моя основополагающая техника, – подтвердил Маркус.

У каждого мага в его основе была особая техника. Не заклинание, и силы оно не давало. И все же без нее, он не был магом. Эта техника рассказывала, как настраиваться на окружающую ману, запасать её, накапливать заклинания и продвигаться по рангу. Каждое заклинание или способность полагалось на нее. Основа всей магии – фундамент, на котором все держится.

Техника Древа Души была основополагающей техникой Академии Великого Древа. Крупные академии имели целые коллекции техник, но в Великом Древе была только одна, и Маркус выбрал именно её.

— Многие ученики бросали эту технику, как только прибывали в Академию Великого Моря, чтобы обучится чему-то другому, – заметил Старший Плини. – Это заняло бы время, но наследие в Великой Академии было бы мощнее и престижнее, чем таковое в маленькой академии, по типу Великого Древа. А вместе с техникой шли заклинания, которые будут работать наиболее хорошо с ним, в то время как Техника Древа Души…

Старший Плини замешкался, пытаясь подобрать слова. Маркус знал, что он пытается сказать. Техника Древа Души была странной во всех смыслах.

— В ней нет серьезных недостатков, – сказал Маркус. – До сих пор она служила мне верой и правдой.

— Ясно, – усмехнулся Старший Плини.

На деле Маркус отказался менять технику, потому что не хотел начинать сначала. Учителя думали, что это недальновидное решение и порицали его за это. «Более совершенная техника оправдает потерю времени» - говорили ему учителя. Но Маркус гордо стоял на своем. Он верил, что его решение окупится.

— Только не говорите мне, что я единственный Маг Проявления Души, практикующий Технику Древа Души? – спросил Маркус.

— Как ты думаешь, сколько таких магов есть в маленькой Академии Великого Древа? Конечно же один ты! – упрекнул его Старший Плини. – Их лидер всего лишь четвертого ранга. И он такой один. Их было двое, но второй был уже сильно старым и отошел в мир иной два года назад.

— Видимо теперь Техника Древа Души будет Великой Техникой, – пошутил Маркус.

Великие Техники – техники, оставленные магами, достигшими как минимум ранга Проявления Души. Считалось, что они были только у Великих Академий, по типу Хрустальной Горы или Великого моря, но Маркусу довелось опробовать некоторые Великие Техники, и оказалось, что Техника Древа Души не уступала ни одной из них. Именно поэтому он не пожалел, что не менял технику до самого конца.

— Она уже итак была Великой Техникой, – подтвердил Старший Плини

Маркус был поражен: «Вы знали?»

Старший Плини кивнул.

— Не зря в названии академии есть слово «Великое». Только академии, основанные Магами Проявления Души, могли так называться.

— Но тогда почему… – начал Маркус, но сразу же остановился. Старший Плини одарил его привычным взглядом. – Ладно, я понял. Схожу и спрошу их, вместо Вас.

Старший Плини кивнул, удовлетворенный тем, что Маркус его быстро понял.

— У них будет больше ответов, чем у меня. А если ничего не получится, нет ничего плохого, чтобы просто пообщаться с ними. Что будешь делать дальше?

— Ну, изначально я хотел встретить старого друга из Клана Белого Дракона, но планы изменились, – ответил Маркус. – Мне нужно увидеть Священный Дуб.

Лицо Старшего Плини помрачнело.

— Маркус, мальчик мой разве ты уже не слишком взрослый, чтобы лазить по деревьям? Не думай, что я тебя не выпорю только потому, что ты сильнее. Я все еще твой старший!

— На этот раз не буду, обещаю, – поклялся Маркус, немного улыбнувшись. – Я усвоил урок. Мне просто нужно его увидеть. Это… связано с чем-то глубоко внутри меня, что тянет к нему.

Это было нечто сверхъестественное.

— Эх, дети, только и делаете, что создаете мне проблем, – сказал Старший Плини, выпив еще один стакан воды. Он скорбно посмотрел на пустой стакан. – Из-за ваших выходок не могу даже бокал вина выпить. И почему я до сих пор вожусь с этим…

— В следующий раз приду с бутылкой вина, – заверил его Маркус, поднимаясь со своего места и собираясь уходить.

— Надеюсь не придется ждать еще шесть лет? – спросил Старший Плини. Он встал, чтобы проводить Маркуса. – И не забывай про мое предложение, ладно?

— Не забуду, – ответил Маркус, все еще испытывая неудобство.

Он попытался открыть дверь кабинета, но что-то её блокировало. Раздался приглушенный крик, и что-то упало на пол.

— Маленькие проказники, – прорычал Старший Плини, отодвинув Маркуса и с хлопком открыв дверь.

— Что я говорил вам о подслушивании, когда я принимаю гостей?! – кричал кому-то старик в коридоре. – А ну, идите сюда!

Маркус покачал головой. Так дети подслушивали… ну, все равно они не разговаривали о чем-то секретном, иначе пришлось бы принять меры.

Но это было неважно.

***

Маркус стоял напротив Священного Дуба, различные мысли крутились у него в голове.

Это был впечатляющее дерево. Очень большой дуб с пышным пологом, здоровой корой и мощными корнями, местами торчащими из земли. Все остальные деревья были вырублены, и вокруг дуба образовалась травянистая поляна.

Да, Священный Дуб был величественным, но Маркус видал деревья больше, особенно много их было в Море Листьев. Местные считали, что Священный Дуб был святым и мог благословлять людей, из-за чего был почитаем, но рядом не было ни святилища, ни храма, даже стражи, отгоняющей мимопроходящих. Единственной защитой было отсутствие дороги, из-за которой было сложно до него добраться, если не знать пути. Поэтому Маркус никогда не придавал особого значения тому, что Священный Дуб… ну, священен. Он даже несколько раз на него поднимался, и Бог ни разу еще не карал за непочтительность! Хотя за это его наказывал Старший Плини…

Давно он тут не был. Последний раз был перед принятием в Академию Великого Древа. Они настаивали на прохождении церемонии вступление в присутствии Священного Дуба как свидетеля, чтобы ученики могли получить его благословление. В то время Маркус считал это все суеверной чепухой, тем более что за два часа скучной церемонии он не чувствовал ничего, но решил промолчать и притворился, что молча молится.

Теперь, спустя годы, Маркус вновь стоял перед Священным Дубом. И пусть он все еще не был уверен в его священности… он знал, что у него есть дух. И он находил отклик в его душе сильнее, чем что-либо еще. Пробежав глазами по дереву, вглядываясь в каждую деталь, он практически увидел призрачный образ белого дуба, наложенный на его тело. Корни укрепляли землю, а ветви тянулись к небу…

— Как это возможно? – медленно вслух спросил Маркус. – Ты же не магическое дерево, но практикуешь ту же технику, что и я. Ты…

Внезапно он остановился. То, что тянуло его душу сюда, пропало. Оно отошло на второй план, когда он прибыл в Элору, становясь сильнее, когда он приближался к дереву… но теперь, когда он стоял подле него, чувство испарилось. Исчезло. В нем не было нужды. Дерево это поняло.

— Ты пробудилось, – твердо заявил Маркус, наконец это поняв.

— Приветствую, дитя мое, – обратилось к нему дерево. Голос был подобен человеческому, без странных искажений или резонансов. Неизвестно откуда он шел, но это было неважно. Если дерево действительно применяло Технику Древа Души, так, что достигло уровня Проявления Души, то создание голоса из ниоткуда не было чем-то сложным. – Я давно ждал нашей встречи. Нужно о многом поговорить.

— Как давно ты был таким? – спросил Маркус.

— Когда мое семя было посажено, еще не существовали Великие Академии, – ответил ему Священный Дуб. – Я проснулся саженцем, спустя год после того, как пророс.

Маркус поморщился внутри. То есть, когда он еще был ребенком, и своими грязными ботинками лазил по нему, срывая ветки, чтобы заиметь получше вид, оно в любой момент могло убить его своей силой Проявления Души?

Может оно и не священно, но теперь полностью понятно, почему местные так трепетно к нему относились. И почему рядом с ним не было охраны.

— Я и не подозревал, – признался Маркус.

— Понимаю. Многие люди верят в мою святость, даже приносят подношения, но ничего не знают, – сказал Священный Дуб.

— Так Старший Плини, люди из Академии Великого Древа… – начал Маркус.

— Они знают про мое благословление, но считают меня не более, чем магическим деревом. Волшебное, но бессознательное, – прервал Священный Дуб. – Ты первый за десятилетия получил мое послание.

— Почему? – нахмурившись, спросил Маркус. – Что во мне особенного?

Вместо прямого ответа, дерево задало встречный вопрос.

— Задумывался ли ты хоть раз, что делает мое благословление?

---------------------------

{1} - Стёганка — доспешная одежда из множества слоёв ткани. Обычно набивали ватой, паклей или конским волосом.

{2} - Timijan (с хорв.) – тимьян, один из наиболее крупных и таксономически сложных родов семейства Яснотковые.

{3} – Houseleeks (Sempervivum, Молодило, устар. Живучка) – растения получили такое название потому, что буквально растут на домах. House (дом) + leac (растение с древнеанглийского).

Маркус задумался над вопросом Священного Дуба. Если он даже не знал о том, что оно было, как он мог думать о его действии? Однако, Священный Дуб точно знал об этом, но все равно спросил Маркуса, поэтому нужно смотреть на вопрос шире, это станет для него испытанием.

Возможно также стоило спросить у дерева имя. Просто из вежливости. У пробудившихся животных не было имен, поскольку родители не были достаточно развиты, чтобы его дать, как и не было общества, с которым нужно общаться, но другое дело Священный Дуб. Древнее дерево, которое имело достаточно времени, чтобы придумать имя ему по нраву.

Но не сейчас, магия благословления – сложная для понимания. Использовать магию, чтобы усилить свое тело или разум было нормой – воины полностью полагались на это – другое дело использовать на ком-то. Живые существа сопротивлялись действию любой магии, вне зависимости от её свойств. Это сильно влияло на магию исцеления и благословления, поэтому эта магия была непопулярна среди магов. В основном это был удел жрецов и алхимиков, которые имели свои способы обойти ограничения.

И все же, говорят, что Священный Дуб благословляет сотни людей каждый год! Даже если это преувеличение, Академия Великого Древа собирала десятки детей каждые несколько лет и приводила их к Священному Дубу, дабы каждый получил благословление. А это не малое количество. Да и как долго это благословление длилось? Дерево использовало неизвестную магию, чтобы связаться с ним – что-то, что Маркус не заметил, несмотря на его обширный магический опыт. Если это было благословлением, как он и подозревал, то оно действовало более десяти лет. Это… звучит странно. Для мага благословить толпу людей не единожды, а постоянно и на протяжении десятков лет, было попросту невозможно.

Такого уровня магии благословления не мог достигнуть ни один жрец.

Почему, тогда, старейшины Академии Древнего Древа так серьезно к нему относились? Очевидно, они были не согласны с невозможностью этого, и это заставило Маркуса задуматься. Почему они верили, что Священный Дуб мог свободно раздавать свое благословление? Маркус был ребенком, когда впервые присутствовал на церемонии благословления, поэтому это нормально, что он ничего не заметил… но сейчас, он все еще не мог ничего обнаружить. Могли ли они видеть то, чего не мог Маркус, даже после того, как годами прожил с этим?

Долгое время Маркус стоял в тишине перед деревом, размышляя. Он то и дело постукивал посохом по земле, хмурясь в размышлениях и пытаясь найти подходящий ответ, но в конце концов он снова погрузился в молчаливую задумчивость. Дерево не двигалось, ничего не говорило, чтобы ненароком не сбить его с мысли, демонстрируя безропотное терпением, коим могут обладать только деревья.

— Старейшины Академии Великого Древа не могут его видеть, – вслух заявил Маркус, приняв решение. – Но оно действительно существует. Поэтому благословление имеет очевидный эффект – такой, что нельзя отрицать его существование, даже если нельзя обнаружить.

Маркус подождал секунду, но Священный Дуб ничего не ответил. Он продолжил.

— Я ничего не заметил, как и другие дети, поэтому это нечто обыденное для человека. Возможно, это усиление уже существующих способностей, но это не связано с телом, иначе другие ученики обратили бы на это внимание, даже если бы благословленный не знал.

Он остановился, колеблясь. Вывод напрашивался сам собой, и ему он был не по нраву.

— Похоже, тебя беспокоит ответ, – заметил Священный Дуб.

— Подводя итог, я думаю, что благословление каким-то образом делает магов более одаренными, – сказал Маркус. – Это… соответствует требованиям, которые я описал. Скорость роста ученика увеличилась, а он еще даже не приступал к обучению, поэтому не заметит. При этом учителя, которые обучают бесчисленное количество человек каждый год, определенно бы это приметили.

Маркусу это не нравилось. Он гордился своими достижениями… и тем, как быстро он обучался, обогнав своих более богатых и привилегированных сверстников благодаря таланту и упорному труду. Ему не нравилась сама идея того, что все это было получено из-за благословления.

— Нет нужды в грусти, дитя мое, – утешил Священный Дуб. – Какая разница были ли дарованы магические способности с рождения или от магического древа? В обоих случаях, это было за гранью твоих возможностей. Что важно, так это то, чего ты добился, поэтому гордись собой.

— Так я прав? – спросил Маркус, не обращая внимания на утешения дерева. Его мозг не мог принять того, что весь его талант принадлежал благословлению, а горсти успокаивающих слов было недостаточно, чтобы успокоиться.

— И да, и нет, – загадочно ответил дуб. – Ты не смотришь достаточно широко. Ты прав, мое благословление нельзя увидеть. Почему же? Сосредоточься на фундаментальной природе магии, а не на эффектах. Уверяю, это более интересная тема.

Маркус нахмурился: «Я брал это во внимание, только для меня это невозможно. Очевидно, старейшины Академии Великого Древа считают Вас божественным проводником, чье благословление божественно в самой сути. Но, если они правы, то жестоко предлагать мне разгадать его секреты».

Мир полон историй людей, пытавшихся разгадать тайны богов. Они заплатили слишком большую цену. Даже если Маркусу удастся понять хотя бы часть внутреннего устройства настоящего божественного благословления, это неизбежно приведет к ужасным мучениям тех, кто его окружает.

— Я не нечто божественное, можешь быть в этом уверен, – сказало ему дерево. – Я просто старое дерево, которое повидало всякое. Вот, что я имею в виду: ты ищешь потустороннее влияние, но ответ находится внутри тебя.

— Внутри? – озадаченно спросил Маркус.

На мгновение замерцало бесплотное духовное дерево внутри Священного Дуба, и Древо Души Маркуса на это откликнулось.

От неожиданности Маркус отступил, машинально поднял посох, чтобы защититься. Его Душа? Но… это невозможно! Это точно не может быть благословлением!

— Каждые несколько лет, когда Академия Великого Древа приводит своих детей ко мне, я отделяю частичку своей души и «сажаю» её в них, – пояснил Священный Дуб. – Семена медленно прорастают, срастаясь с душой. Через некоторое время, оно полностью сливается с душой носителя. Но они не перестают быть также частью меня. Таким образом, все дети становятся ветками одного большого дерева.

Маркус смотрел на дерево со странным выражением лица, его посох все еще висел в воздухе, он пытался осмыслить слова дерева. Мысль о том, что в него вживили осколок чужой души без его ведома, звучала зловеще, будто вживили паразита, а не благословили. Могло ли дерево ему угрожать? Однако Дуб сам позвал его сюда, чтобы об этом рассказать, только это успокаивало его. Не важно, что он об этом думал, ведь для дерева было бы лучше это не рассказывать, если у него были какие-то планы на Маркуса.

— Конечно. Точно… Все встало на свои места. Неудивительно, что маги, изучая Технику Древа Души быстро продвигаются по уровню, – в конце концов сказал Маркус, его мозг кипел. Пусть ему и была интересна неизвестная тяга в Элору, но он в жизни бы не догадался об этой связи. – Осколок души дерева дает огромное преимущество в изучении техники, когда она завязана на взращивании духовного дерева внутри души.

— И правда, – согласился с ним Священный Дуб. – Можешь успокоить свою уязвленную гордость. Ты был талантливым, таким и остался. Просто основополагающая техника работает лучше с семенем из моей души.

Это объясняло, почему Академия Великого Древа так рьяно отправляла новичков к дереву, но никого это не волновало. Было бы странно, если бы дуб мог усилить любого человека. А, если бы другие маги получили бы тоже самое благословление и не увидели никаких бы результатов, то они, скорее всего, пришли бы к тому же выводу, что и Маркус, – бесполезное суеверие, обычная традиция академии.

— Что будет, если в какой-то момент сменить технику? – спросил Маркус.

— Зависит от того, насколько она совместима с моим семенем, – ответил Священный Дуб. – Увы, после того как Деревья Прародители попытались истребить человечество и уничтожить следы их существования, боги стерли почти все ритуалы, связанные с деревьями, в качестве наказания за их грехи. Поэтому шанс найти другую схожую технику крайне мал. После смены техники пользы от моей души практически не будет.

Дерево звучало скорбно, но Маркус впал в ступор. Деревья Прародители сделали что?

— Что насчет истребления человечества? – попытался узнать Маркус.

— Давняя история, – пренебрежительно сказал Священный Дуб. – Очень давняя. Давай не будем уходить от темы.

Нельзя упоминать что-то такое, а потом говорить так, будто это неважно! Тупое дерево!

Очередной тест? Маркус, стоит заметить, не силен в древней истории, но Старый Плини был большим любителем и следил, чтобы дети знали хотя бы о важных событиях… но о геноциде, устроенным деревьями, Маркус не слышал.

Маркус вздохнул, опустил посох и расслабился. Это… слишком нелепо.

— Поработай над своим юмором, – пожаловался Маркус. – Знаю, ты пытался меня успокоить, но эта шутка только ухудшила ситуацию. Ты что ли пытаешься выставить себя в плохом свете?

— Извиняюсь, дитя мое. Я пытался связаться с тобой сразу после твоего становления Магом Проявления Души, я бы медленно все объяснил за несколько встреч. К сожалению, тогда ты не был склонен слушать. Игнорировал, а потом и вовсе покинул эту территорию. Что я мог сделать, кроме как ждать? Я всего лишь дерево. Только недавно ты вернулся и заметил мое сообщение. Я почувствовал, что сейчас был мой последний шанс.

— Ты звал меня все это время? – удивленно спросил Маркус.

— Я не грубый и тем более не отчаянный, – успокоил его Священный Дуб. – Я перестал, как только ты покинул земли Серебряной Лиги. Только почувствовав, что ты вернулся, я попытался снова. Я рад, что на этот раз ты не проигнорировал меня.

— Вот оно как… Так, вернемся к вопросам с осколком души… – сказал Маркус, пытаясь вернуть разговор в нужное русло.

— С Семенем Души, – поправил Священный Дуб.

— Конечно, – с сомнением сказал Маркус. – С Семенами Души. Но… зачем это? Зачем звать меня, чтобы это рассказать? Зачем это все?

— Сложно объяснить коротко и ясно, но я попытаюсь, – начало дерево. – Когда мое семя души полностью усвоилось, наши души переплелись, твоя душа стала ветвью для меня, и ты стал мне понятен. Физические ветви собирают солнечный свет для выживания, а душевные ветви собирают секреты и мудрости вашего мира… то, что мне, неподвижному дереву, недоступно, можно узнать от вас. Я знаю каждую технику или заклинание, которые вы изучали. Каждый навык, которым ты овладел, освоил и я. Конечно, только если это возможно для дерева.

— О, – свободно сказал Маркус. – Техника слежки!

Он не мог сказать, что был рад тому, что дерево следило за ним большую часть его жизни, но все могло быть намного хуже. Магия Души могла иметь неприятные последствия, и чужеродный фрагмент, укоренившийся в его душе за это время, вероятно, было бы невозможно обнаружить, не то что удалить. Если дерево ограничилось слежкой и не пыталось поработить его или разрушить его душу, он был готов спустить это ему с рук.

Но все же под конец он поищет способ вырезать это семя из его души.

— Можно сказать и так, я полагаю, – согласился Священный Дуб. – Я рассматриваю это как симбиотические отношения. Я отдаю людям кусок себя, увеличивая силу их души, а взамен получаю знания. Вот только, проделывая это, большая часть знаний от таких детей, как ты, стала бесполезна. Большая их часть – копии того, что я уже знал, или, что еще хуже, – версии неполноценные. Поэтому обращать внимание на техники я начинаю только тогда, когда человек достигает ранга Проявления Души.

— Ах. После этого уровни маги начинают изучать уникальную магию, – догадался Маркус.

Маги третьего ранга или выше собрали достаточное количество логосов, чтобы подстраивать заклинания под свой вкус… но это все, что они могли. Они могли переделывать или улучшать выученные заклинания, но не создавать уникальные, которые можно было бы назвать «личным».

Создание заклинаний доступно только магам, пробудившим свою душу. Можно сказать, что каждое заклинание – это просто одна из граней души. Маг с основополагающей техникой огненного типа не мог создавать ледяные заклинания, пока каким-то образом не вложит в свою душу логос льда.

— Нет, дело не в этом, – ответил Священный Дуб. – Пробудив свою душу, маг может научиться создавать «семена» самостоятельно и распространять древо души дальше.

Что?

Этот разговор шел совсем не так, как хотелось Маркусу. Дерево топит его шокирующей информацией, а когда ему кажется, что он все переварил, дерево выливает ему на голову ведро холодной воды.

Он всерьез задумывался метнуть огненный шар в дерево, просто чтобы получить хоть какое-то преимущество. У него была даже справедливая причина! В котором дерево призналось само…

— Пожалуйста, объясни поподробнее, – попросил Маркус.

— Возможность создавать семена души и «сажать» их в души других – это не какая-то особая способность деревьев, – пояснил Священный Дуб. – Всего лишь заклинание, которое может выучить любой Маг Проявления Души, практикующий Технику Древа Души.

Всего лишь заклинание… Маркус не разбирался в магии души – некромантия находилась под строгим запретом во многих магических школах – но даже малейшее повреждение души могло легко обернуться катастрофой. Он уже использовал частичку души для создания книги заклинаний и некоторых своих предметов, но он не мог забыть, как он после этого поправлялся.

— Не волнуйся, плату за обучение не беру, – заверил Священный Дуб.

— Очередная шутка? – поинтересовался Маркус. – Если соглашусь, то буду бесплатно увеличивать твою шпионскую сеть. Тебе даже не придется делить свою душу на кусочки. Наоборот, это буду делать я! Еще бы ты просил за это плату.

— Совершенствуешься ты, процветаю и я, – призналось дерево. – Но ты должен понимать – если ты посадишь семена, то и собранные знания будут идти тебе.

— Понимаю, – заверил Маркус. – Но все же…

Он остановился. Что тут думать? Что он вообще понял? Нужно немного времени, чтобы переварить это все. Посетить Академию Великого Древа и поговорить со старейшинами о дереве и благословлении.

Сила всегда была манящим предложением, но он давно не ребенок. Могущественный маг, которой не желает делить свою душу ради магических тайн.

— Я этого не приму, – твердо отказал он.

— Я не заставляю, – успокоил Священный Дуб. – Обдумай, но не торопись. Я ждал шесть лет твоего возвращения, подожду еще несколько.

Чертов дуб. Говорит так, будто Маркус уже согласился: нужно только подождать. Но он промолчал.

— Кстати, ты случаем не получал божественное видение? – внезапно спросил Священный Дуб.

Маркус старался оставаться спокойным изо всех сил. Получалось неплохо. Может его рука слишком крепко сжимала посох, но он пытался придать себе стоическое выражение лица.

— Я спрашиваю потому, что видел одно, – продолжил Священный Дуб. – Очень запутывающее видение о конце мира.

— Разве это не была наша планета? – спросил Маркус. Он так не считал, но хотел узнать мнение дерева.

— Нет, определенно нет. Ландшафт совершенно другой, – ответил Священный Дуб.

Интересно. Маркус не помнил, как выглядит ландшафт – дерево могло получить более подробное видение, чем он. Или может оно лучше выдержало психическое напряжение и поэтому уловило больше деталей.

Еще забавно, что дерево знало, как выглядит планета настолько, что могло понять их различия.

— Тогда ты знаешь его значение? – спросил Маркус.

— Нет, вовсе нет, – разочаровало дерево. В его голосе звучала досада. – Предвестие гибели… Но как связано разрушение другого мира с Лесом Хаоса?

— Лесом Хаоса? – удивился Маркус. – Причем тут Лес Хаоса?

— Прошу прощения. Я не имел в виду недавно уничтоженную академию, – сказал Священный Дуб. – Лес Хаоса – это старое название нашего мира. Ты, вероятно, знаешь его как Таслоа – имя, данное эльфами Серебряного Эона. Ваши академии переняли многие их термины и традиции.

Маркус никогда не слышал о таких эльфах. Еще раз, насколько старое это дерево?..

— Итак, мы оба получили видение о гибели от чего-то божественного… но почему мы? Из-за какой-то туманной связи с деревьями? – спросил Маркус, решив пропустить исторические вопросы.

— Нет, определенно нет. Мы не единственные, кто его получил. Я знаю с десяток магов, которым оно было даровано. Кроме того, несколько магов неизвестным образом потеряло сознание и очнулось с невероятной головной болью, ничего не помня. Видимо, их души не готовы принять это видение, – объяснил Священный Дуб.

— Так много… – нахмурился Маркус.

— Они все были ранга Проявления Души или выше, – добавил Священный Дуб. – Поэтому я решил, что ты тоже получил его.

— Думаешь все Маги Проявления Души получили видение? – удивленно спросил Маркус.

Все в Серебряной Лиге? Или на планете? Без понятия насколько боги могущественны…

— Все адепты уровня души, также несколько мощных магических зверей, по типу драконов и Червей Смерти, – ответил Священный Дуб. – Наверняка в ближайшие лет десять или двадцать произойдет нечто интересное.

Они общались еще несколько минут, рассказывая свой опыт и сравнивая детали, чтобы получить более полную картину. Как Маркус и подозревал, Священный Дуб понял видение лучше. Все еще непонятное, но Священный Дуб запомнил больше. И как только он мог сохранять трезвость ума, чтобы все это запомнить?

— Продолжим в следующий раз, дитя мое, – в конце концов сказал Священный Дуб. – Мне нужно о многом подумать, как и тебе. Приходи в любое время, чтобы поговорить. Я всегда готов помочь.

— Хмм, ах, вспомнил… у тебя же есть имя? – вдруг вспомнил Маркус. – Если мы будем говорить и дальше, мне следует знать, как к тебе обращаться.

— Священный Дуб, – ответило дерево. – За века у меня набралось много имен, но ни одно меня не описывало. Ни одно, кроме этого. Новое имя для новой эпохи.

— Ладно, – пожал плечами Маркус. Немного высокомерно, но опять же, это не он его выбрал.

Он оставил Священный Дуб на поляне и вернулся в деревню. Вздох полной грудью, как только вышел из поля зрения дерева. Давненько Маркус не чувствовал себя перед кем-то таким… несостоятельным. Дерево взяло вверх в разговоре, и Маркусу это не нравилось. В один момент он задумался: победил бы он, если бы сражался с древним дубом?

Он же не проиграет дереву? Оно же даже не могло уворачиваться!

Он покачала головой, очищая голову. Нельзя расслабляться. Он собирался посетить Академию Великого Древа, чтобы выполнить просьбу Старшего Плини, но теперь у него была уважительная причина.

***

Академия осталось той же, какой её помнил Маркус, – сборище зданий, окруженные садами и полями разных размеров. Выращивание магических растений был основным источником дохода Академии Великого Древа. И не потому, что Техника Древа Души помогают в культивировании, как думают некоторые, – Великое Древо вообще не имело таких заклинаний – а из-за качества почвы и других условий, которые были идеальны для их выращивания.

Над зданиями возвышалась высокая белая башня, перламутровые стены были украшены искусной резьбой с изображениями деревьев, богов и животных. Казалось, что изображения поднимались на вершину по спирали, словно устремляясь в небеса. Говорят, что башня была сделана из кости огромного дракона, которого убил основатель академии, но в такую чепуху верят только дети. Но, как бы там ни было, это не был обычный цемент или камень, так как решительный и вооруженный ножом ребенок не мог повредить её.

Он знал это потому, что... просто знал.

Величественная белая башня была сравнительно небольшой. Это все же маленькая академия. Также не было стен, только несколько смотровых вышек на окраине. Опасаясь их силы и возможности стать независимыми, короли Элоры запретили им строить стену, Академия Великого Древа не посмелила им возразить. Хотя Маркус был уверен, что у академии защита была изощреннее, чем просто стены, и которую не могли обнаружить так легко. По крайней мере, он ощущал, как его окутывает какое-то защитное поле.

Итак, найти кого-то важного и попроситься к главе академии – хороший план, если его так можно назвать. Даже хитрить не придется. Однако, прежде чем Маркус смог подойти к башне, стража заметила его и поспешно впустила внутрь, видимо, узнав его лицо.  Они велели ему ждать в комнате, пока они приведут кого-нибудь, чтобы поговорить с ним.

Это было… странно. Маркус разрывался между удивлением и тревогой. Они его знают? Конечно, он – удивительный человек, но он ушел из Академии Великого Древа очень давно. Обычная стража не смогла бы так быстро узнать его. Маркус точно их не помнил. Кто-то распространял его фотопортрет?

Долго ждать не пришлось. Вскоре стража привела знакомого человека. Пусть они так долго не виделись, Маркус сразу же узнал Тита. Все же он своеобразный человек: почти два метра ростом и с длинной, неряшливой бородой. Поменялось только количество седых волос.

Тит был единственным магом основания в академии и её нынешним главой.

— Маркус! – прогремел Тит. У него всегда был очень громкий голос, из-за чего он не мог, да и не хотел, говорить тихо. – Хвала небесам, ты прочитал мое послание! И выбрал идеальное время для возвращения. Вернись ты парой месяцев позже, эти островные свиньи отправили бы еще одну инспекцию.

— О чем ты? – озадаченно спросил Маркус.

— Ты получил мое послание? – переспросил Тит, недоумевая.

Маркус непонимающе уставился на него. Старший Плини сказал ему посетить Академию Великого древа, но не о Тите, так усердно ищущем его.

— У тебя же еще нет старческого маразма, да? – в шутку поинтересовался Маркус. – Как я мог получить твое послание? Я путешествовал. Куда ты мог его отправить?

— Ах ты, сопляк. Я-то думал ты научишься скромности, но что я вижу? Ни капельки не изменился! Никакого уважения к старшим! – проворчал мужчина. – Я послал за тобой гонцов. Видимо, они не справились.

Маркус неловко поерзал на месте. Он прошел через Море Листьев на своих двоих. Конечно гонцы не смогли его найти. Это ж насколько нужно быть сумасшедшим?

— Тогда возникает другой вопрос… зачем ты здесь? – спросил Тит, осматривая его с головы до ног.

— Внезапно захотел посетить старый дом и подумал, что было бы неплохо посетить разные места, – сказал Маркус. – Знаешь, повидаться с давними знакомыми, поболтать о произошедшем за время моего ухода, предложить Академии помощь, если она им нужна…

— Помощь? – спросил Тит. Он выглядел озадаченным, но теперь он пристально посмотрел на Маркуса. – А кому она не нужна? Неспокойные времена сейчас, брат Маркус. Какую помощь ты можешь предложить?

— Понимаете, мое имя сейчас не в почете в Зале Старейшин… – начал Маркус.

— Ничего не объясняй, – остановил Тит, пренебрежительно махнув рукой. – Я как раз таки пытался найти тебя из-за этих придурков из Академии Великого Моря, постоянно приходивших и просящих найти тебя.

Маркус поморщился внутри, оставаясь спокойным и бесстрастным снаружи.

— Все уши мне прожужжали своими претензиями. Полагаю, повторять их не надо? – спросил Тит. Маркус в ответ кивнул головой. – Ну и хорошо.

— Я хотел подвести к тому, что не могу обещать ресурсы Великого Моря, – продолжил Маркус. – Однако, я могу сделать что-то сам…

— Мне от этих пиявок все равно ничего не нужно, – прервал его Тит. – Вот только они обещали награду, если я смогу сказать хоть что-то о твоем местоположении. Скажи своим друзьям-старейшинам, что это я тебя к ним направил…

— Конечно, – ответил Маркус, пожав плечами.

— Прекрасно, – улыбнулся Тит. – Итак, скажу прямо – лучший способ помочь академии – это создать скрижаль своей основополагающей техники и передать её нам на хранение.

Маркус некоторое время молчал. Старший Плиний намекнул, что именно этого хотела Академия Великого Древа, и, похоже, это было правдой. Однако Маркус все еще не мог понять, почему они так сильно этого хотели.

Титу было неприятно от молчания Маркуса. Он пытался выглядеть уверенно, но актер из него никудышный и даже позиция главы этого не исправила. Без сомнений, Тит понимал, что его запрос не был обычным и легким. Маги не горели желанием делиться своими секретами и техниками, особенно это касалось Магов Проявления Души и выше. Маги получали большое преимущество от сокрытия своих заклинаний и умений – подробная роспись их возможностей использовалась бы против них, укради её кто-то или попади она не в те руки. Особенно это касалось Академии Великого Древа, маленькой академии, у которой не было даже адепта уровня души, чтобы защищать их на постоянной основе. Как они могли бы его защитить?

Во-вторых, сделать такую запись – не легко. Это не про «сесть и написать последовательность действий». Не-адепты иногда в тихую делали копии техник и заклинаний, перенося слова и диаграммы, думая, что этого было достаточно. Такие «грязные записи» были распространены и стоили дешево. Только нельзя стать магом, используя переписанные техники или заклинания. Чтобы неживой предмет стал магической записью, маг должно впечатать свое понимание магии в предмет – только тогда другой маг сможет её прочувствовать. Этот процесс тратил много времени даже для записи простой магии. В зависимости от уровня и сложности тайны, маг мог пожертвовать своей душой или логосом.

Вкратце, Маркусу пришлось бы себя серьезно ослабить, чтобы создать «скрижаль», которую хотел Тит. Более того, нет нормального материала, который выдержал бы основополагающую технику ранга Проявления Души. Маркусу пришлось бы потратить время для поиска подходящих материалов или потратить деньги на их покупку. Академия Великого Древа не смогла бы их себе позволить.

— Почему именно сейчас? – спросил Маркус. – Многие Маги Проявления Души начинают их создание в сильной старости и под конец жизни, прямо перед прощанием с миром физическим и встречей с небесной твердью. Честно, мне кажется ты слишком спешишь. Я бы отдал её вам, возможно даже с некоторыми заклинаниями, но я еще свеж и молод. Через лет десять может даже продвинусь в ранге, тогда записи устареют. Большая трата, не думаешь?

— О? Планируешь стать шестым рангом? – удивился Тит.

Ладно, пусть будет так…

— Вполне возможно, – ответил Маркус. А разве всем не станет очевиден его настоящий ранг, если он запишет свою технику?

Наверное, лучше бы признаться Титу и другим старейшинам Великого Древа, пока все не зашло слишком далеко.

— Ах, брат Маркус… – покачал головой Тит. – Ты всегда был заносчивым мальчишкой, но все шесть небес явно улыбаются тебе. Тем не менее, я настаиваю. Знаю, что прошу многого, и пойму, если откажешь, но я обязан попытаться убедить тебя. Ты понятия не имеешь, насколько это важно. Ты, возможно, даже не замечал, особенно учитывая твой талант ко всему магическому, но есть кое-что особенное с Техникой Древа Души.

— Особенное? И что же? – равнодушно спросил Маркус. За годы он изучил Технику Древа Души во всех подробностях и не видел в ней недостатков. Более того, она выглядела гениальной, даже решая вопросы, которые маги считали менее важными. Например, практикующий Технику Древа Души мог настроиться на гораздо большее количество заклинаний, чем любой другой маг, и техника могла вместить в себя практически любое заклинание или магическую способность. Увы, но как гласит народная мудрость – маг, идеально освоивший одно заклинание, страшнее мага, освоившего сотни разных.

Имел ли Тит в виду это?

— Основатель нашей Академии и родоначальник Академии Великого Древа – не человек, – пояснил Тит.

— Ах, – без удивления ответил Маркус. – Может, он был деревом?

Тит, казалось, был ошеломлен: «Что? Нет, он был не деревом… как ты вообще к этому дошел?»

— Так Священный Дуб не родоначальник Техники Древа Души? – размышлял Маркус.

— Ааа… – протянул Тит, указывая пальцем на него. – Понятно, ты знаешь о благословлении. Ну, все про него знают, но не многие достаточно чувствительно, чтобы сказать, что оно реально.

— Я встретился с деревом и почувствовал… – начал Маркус.

— Знаю, знаю: ты почувствовал, что дерево практиковало Технику Древа Души до какого-то богоподобного уровня, – прервал его Тит. – Честно, я понятия не имею почему. Никто не знает. Однако, в наших записях о дереве все подробно расписано, и, если вернутся к его первому упоминанию… в те времена такого чувства не возникало.

— Не возникало? – переспросил Маркус, озадаченный.

— Не возникало, – подтвердил Тит. – Его знали как Мистический Дуб. Оно было сильным магическим созданием уровня Души, но не более. Только через несколько поколений взаимодействия с нашей академией, появился тот самый отклик с нашей основополагающей техникой. Оно связывалось с нами все больше и больше, и вместе с ним усиливался эффект благословления.

Маркус не знал, что и думать. Дерево… просто сменило свою какую-то технику на Технику Древа Души после связи с академией? Почему? И как? Маркус думал, что люди не могут менять основополагающую технику по достижению пятого ранга!

Почему всё, связанное с этим чертовым деревом, не имеет смысла?!

— Но в любом случае, Священный Дуб точно не был нашим основателем. Некоторые старейшины верят в то, что ими были эльфы, но тут уже кому как. Возможно, он был представителем древней расы, которая полностью вымерла. Таких было много, пока не пришли орки через Шпиль Плача, – продолжил Тит. – Как бы то ни было, его менталитет и понимание мира настолько отличаются от человеческого, что у многих людей появляются проблемы в отработке техники до высокого уровня. Только по-настоящему талантливые люди вроде тебя могут с этим справится, но для остальных это большая проблема.

Маркус и не подозревал. Он знал, что Техника Древа Души была непроста – он слышал это от многих людей, включая Старого Плини, – но он даже не задумывался о причине.

— Помогает ли благословление Священного Дуба? – из интереса спросил Маркус.

— Определенно, – ответил Тит. – Однако, оно более эффективно на ранних этапах и с возрастом сильно теряет в силе. Наша академия имеет ненормальное количество третьих рангов, настолько, что другие академии это подмечают, но упираемся в стену, пытаясь продвинуться до ранга основания или выше.

Маркус наконец-то смог понять, о чем думал Тит и другие старейшины. Раз уж он достиг ранга Проявления Души и был человеком, он мог бы стать источником новой Техники Древа Души. Ученики академии смогли бы лучше себя с ней ассоциировать, а старейшины могли бы скорректировать свою технику в соответствии с новой, что позволило бы некоторым из них пробиться на следующий ранг.

Как правило, магические традиции ослабевали с каждым поколением. Неизбежно, ученики обучались более слабой традиции, чем владел их учитель. Эти же ученики передавали несовершенную технику уже своим ученикам, ухудшая итак посредственную традицию, и так далее. Поэтому в академиях больше ценились старые записи техник, а не новые, так как старые, как правило, были мощнее и всеобъемлюще.

Однако это не означает, что выхолощенные наследия были бесполезны. Даже самая слабая копия хранила в себе уникальные идеи мага, создавшего её, которые были совместимы с исходной техникой. Лучше иметь десять разных копий одного наследия, чем одну, каким бы великим оно не было.

— До меня же были и другие члены академии, достигшие Проявления Души, – заметил Маркус. – Я знаю, что вы были гораздо знаменитее в прошлом, и академия довольно древняя. Может ли быть так, что никто не оставил своего наследия для академии?

Тит скорчил кислое лицо: «Наша академия сильно отличалась в давние времена. Не академия, а скорее тайный религиозный культ. Древние старейшины отказывались записывать все касаемо их магии, предпочитая устное наследие. В какой-то момент все пришло в упадок и мы потеряли всех старейшин Проявления Души, что вынудило начать нас с нуля, руководствуясь лишь скрижалями основателя. С тех пор некоторым удалось достичь Проявления Души с этой техникой, но они покинули нас ради своих амбиций. Амбиции стали их погибелью. Все они умерли молодыми, не оставив своего наследия.»

— Вот как. Ты боишься, что я умру до того, как оставлю наследие, – заключил Маркус.

— Да, – подтвердил Тит. – Не знаю, плохая удача или древнее проклятие какой-то ведьмы, или чей-то план, но все наши великие таланты умирают молодыми. Никакого больше риска. Чем раньше ты оставишь нам наследие, тем лучше.

Маркус немного подумал. Он по-прежнему считал это излишней спешкой и, что у Тита за столько лет развилась паранойя. Тем не менее, он понимал их беспокойство.

— Академия предоставит мне все необходимые материалы, или я должен покупать их сам? – спросил Маркус. Он уже знал ответ, но не мог удержаться.

— Ах, ну, понимаешь… – замялся Тит, нервно дергая себя за длинную густую бороду. – Великое Море собрало с нас дань во время Второй Войны Академий, поэтому наши средства немного ограничены…

— Ни слова больше, – прервал его Маркус. – В таком случае, мне нужно время, чтобы все приобрести. Пусть я и Маг Проявления Души, я все еще один человек, и мне понадобится позаимствовать для этого ресурсы Великого Моря. Это займет… ох, не знаю, может, года два?

Он, вероятно, сможет сделать все за полгода, но Титу это знать не обязательно.

— Два года. Раньше, чем я думал… – промямлил Тит, погрузившись в мысли.

Черт. Надо было сказать цифру больше и оставить Тита оправдывать это время. Увы, Маркус никогда не был хорошим переговорщиком.

— Хорошо, – в конце концов сказал Тит, слабо кивнув самому себе. – Мне нужно поговорить с некоторыми людьми, но это должно…

Его речь была прервана громким шумом, раздавшимся совсем рядом.

— Сэр! – крикнул кто-то снаружи – Сэр! Пожалуйста, остановитесь! Главный старейшина сейчас занят, вы не можете просто войти и…

— Прочь с дороги, мальчик! Ты хоть знаешь кто я? – прозвучал взрослый, надменный голос.

— Черт возьми, – выругался Тит. – Только не он. Как он вообще смог так быстро добраться?

Прежде чем Маркус успел спросить, что это было, как в комнату, практически выбив дверь, ворвался лысый усатый мужчина в крайне пестрой одежде. Следом за ним вбежала тройка стражи, явно недовольная его действиями, но не решившаяся схватить мужчину и утащить его из комнаты.

Один из стражников, высокий молодой человек, который, казалось, был лидером троицы, с ужасом взглянул на Тита. Тит посмотрел на него, явно давая понять, что стражник совершил большую ошибку.

— П-простите, сэр, я пытался остановить его, но… – судорожно лепетал молодой человек.

— Мастер Тит, Вы обещали сообщить мне, как только старейшина Маркус вернется из своего паломничества, – сказал богато одетый мужчина, не обращая внимания на стражу. – Почему я должен узнавать об этом от третьих лиц и пробиваться сквозь стражу, чтобы попасть к вам?

— Мастер Луций, Вы преувеличиваете, – сказал Тит, выдавливая вежливость. – В конце концов, не похоже, чтобы стражники так уж сильно старались Вас не подпускать.

Молодой стражник заметно сжался от замечания. Тит махнул ему рукой, и все трое вышли из комнаты, закрыв за собой дверь.

— И хорошо, что все так и было, иначе это было бы предательство, не думаете? – сказал Луций, сцепив руки за спиной. Он относился к двум могущественным магам в комнате, один из которых его явно недолюбливал, совершенно безразлично. – Нападение на королевского посла – преступление, мастер Тит.  Как и ложь, и воспрепятствование исполнению обязанностей.

Ах, королевский посол. Многое объясняет.

Однако Тит не выглядели особенно обеспокоенным этим обвинением.

— Старейшина Маркус пришел ко мне меньше часа назад, прошу прощения, но я просто проводил время со старым другом. Нет нужды закатывать сцену. Как только мы бы закончили, я бы первым делом оповестил Вас, – спокойно объяснил Тит.

— Конечно, – с сомнением ответил Посол Луций.

— Возможно, Вам будет трудно с этим смириться, но Вы далеко не единственный человек, который ищет аудиенции со Старейшиной Маркусом, и определенно не самый престижный, – сказал ему Тит. – Кроме Вас, меня тоже самое просили представители Академии Великого Моря, Гигантского Громового Холла, Академии Хрустальной Горы и Храм Ворона.

Т-так много… а откуда там взялся Храм Ворона? Маркус определенно точно ничего им не сделал! Какие у них могут быть к нему претензии?

— Ну, а где они сейчас? – возразил Луций. – Я здесь один.

Он повернулся к Маркусу и отвесил ему глубокий поклон. Судя по всему, Маркуса он уважал больше, чем Тита, что заставило старейшину Великого Древа на мгновение нахмуриться.

Маркус поклонился в ответ, хоть и более непринужденно.

— Чем могу помочь, мастер Луций? – вежливо спросил он. Королевская семья Элоры не была влиятельной, поэтому их оскорбление не было бы большой проблемой… но у Маркуса уже было достаточно врагов. Не хотелось бы получить еще одного.

Кроме того, детский дом, в котором вырос Маркус, финансировался Королевством Элора, от них же он и получил свою фамилию. Он должен выразить благодарность.

— Я приношу свои искренние извинения за то, какое ужасное впечатление я на Вас произвел, но, увы, ничего не могу с этим поделать, – сказал Луций. – Я принес послание от Его Королевского Величества, Короля Элоры. Он просит Вас немедленно прибыть в столицу.

— Хорошо, – ответил Маркус. Не то, что он планировал, но, если честно, и не сказать, что у него вообще был план. – Могу ли я узнать почему?

Впервые с того момента, как он ворвался в комнату, маска уверенности сползла с Луция. Он полностью понимал, к чему клонит Маркус, но, похоже, не хотел ничего говорить.

— Магам нужно время, чтобы собрать силы и выжать максимум из своих способностей, – пояснил Маркус. – Если вам нужна моя помощь, то мне нужно знать, с чем я буду иметь дело. Уверен, это пойдет нам всем на пользу

Луций некоторое время обдумывал слова Маркуса, прежде чем принять решение.

Тит слегка наклонился вперед, показывая явную заинтересованность в этом вопросе. Королевский посол вряд ли бы ему в этом отказал.

— Разрыв реальности открылся в королевском дворце, – тихо добавил Луций. – И периодически появляются какие-то твари.

— Для справки, – начал Маркус. – Как давно он уже открыт?

По просьбе Тита, они втроём переместились под землю, в специальный защищённый конференц-зал. Луций, пусть и не проявляя уважения к Титу, спорить не стал. Они понимали всю серьёзность этой ситуации.

Однако, что-то было не так. Быть того не могло, что первыми об возвращении Маркуса в Академию Великого Древа узнали бы королевские послы. Но, тогда, почему здесь был ожидающий Маркуса Луций?

— Более восьми месяцев, – подавленно ответил Луций. – С тех пор, к счастью, вторжения происходили только пару раз, но они нас довольно сильно потрепали. Нам не хватает ресурсов, чтобы сдерживать нечто подобное.

— И… вы ждали меня все это время? – из интереса спросил Маркус.

— Да… – подтвердил Тит, недовольно посмотрев на Луция. – Он уже здесь месяцев шесть или около того, занимает место из-за чего мы не можем принимать гостей. Мы об этом еще никому не говорили, кроме Вас, конечно…

— Король имеет право в любой момент приставить к академии наблюдателя, а вы обязаны разместить его и решать его проблемы, – напомнил Луций, совершенно не чувствуя укоров совести. – Воспринимайте это как знак доверия, ведь обычно король такого не делает, а не расстраивайтесь, учитывая нашу ситуацию.

Маркус чувствовал напряжение в их диалоге, предвещавшее драку, поэтому быстро перевёл разговор в более полезное русло.

— Давайте обсудим это потом, – поспешно остановил их он, пытаясь успокоить. – Почему Вы ждали именно моего возвращения, а не, например, обратились к Академии Великого Моря? Они – местная сила. Они бы справились с таким важным делом

— Дело в том, что мы уже просили у них помощи. Они… ещёничего не сделали, – уклончиво ответил Луций.

— А поточнее? – нахмурился Маркус.

Разломы реальности – это действительно серьёзные вещи. Они, насколько ему известно, служили вратами в разные измерения реальности. Обычно это была бездна, поскольку они были наиболее заинтересованы в захвате земель. Быть того не может, что Академия Великого Моря позволила бы такой невероятной опасности находиться на их территории так долго.

— Я и говорю: они сказали, что пошлют кого-то закрыть разлом, как только смогут, – повторил Луций. – С того момента прошло уже восемь месяцев, а мы все ещё ждём ответственного из Академии Великого Моря.

— Ах, – простонал Маркус. Это было очень странно. Академии могут медлить в обыденных проблемах, но точно не в таких чрезвычайных ситуациях. Восемь месяцев? Слишком долго. Великое Море никогда бы не откладывала это настолько сильно. По крайней мере, они бы явились, чтобы измерить уровень опасности разлома.

Он посмотрел на Луция, изучая его лицо. Он не мастак судить людей по выражениям, но мужчина определённо не врал ему. Зачем ему это делать?

— А других вариантов не было? – спросил Тит?

Никаких других вариантов нет.

— Их не много, – ответил Луций. Маркус волновался, что мужчина начнёт сыпать оскорбления, потому что это спросил Тит, но Луций ответил вежливо. – Другие Великие Академии не хотели нам помогать, чтобы не нагрубить Академии Великого Моря, то ли просто не хотели. Мы же находимся под покровительством Великого Моря, а они бы не позволили вторгаться кому-либо на свою территорию, даже для помощи.

Особенно для помощи.

— А что до небольших академий, только самые способные имеют соответствующие навыки, – продолжил Луций. – Это не нечто распространённое – нужно быть достаточно сильным, чтобы хотя бы выучить необходимое заклинание, и при этом обладать к нему родством. Маги, способные это сделать, тут же уходят в Великие Академии.

— Тем не менее, нам удалось найти парочку. Они оба смотрели на разлом и говорили, что он им не по зубам. Первый много языком молол, да ничего не делал и только требовал больше денег, пока наше терпение не лопнуло, и мы не выгнали его. Второй предложил обрушить королевский дворец на разлом, и он якобы запечатается.

Неудивительно, что королю Элоры это не понравилось. Радикальная мера, которая могла даже не сработать. А, если еще и подумать о тварях, которые проходили с той стороны, обломки бы их не остановили. Нужно дополнительно смотреть со стороны экономической и репутационной – Королевство Элора не было богатым и могущественным, чтобы снести дворец и продолжить существовать без проблем.

— В итоге мне приказали прийти сюда и ждать Вас, вне зависимости от того, сколько времени это займёт, – закончил Луций. – Король отправил послов и в другие места, которые вы могли посетить, и приказал делать то же самое. Король решил, что Вы с большей вероятностью будете тем, кто сможет и захочет решить нашу проблему.

— Почему бы не дождаться новостей о моем возвращении и отправить письмо? – спросил Маркус. – Вы и так прождали восемь месяцев. Не думаю, что еще месяц-два было бы много.

— Вы же слышали Тита, – покачал головой Луций. – Многие люди хотели поговорить с Вами. Более влиятельные, чем король Элоры. Нашлось бы у Вас время для ответа королю? Мы боялись, что, если не привлечь Вашего внимания сразу после возвращения, то это не удастся вовсе.

В этом был смысл. Он не стал бы игнорировать просьбу короля места, где он вырос, но если расставить в порядке важности…

Некоторое время никто ничего не говорил, поэтому Маркус откинулся назад на тяжёлом деревянном стуле, уставившись в грубый каменный потолок подземного зала, думая над словами Луция. Поведение Великого Моря сразу же стало понятным: академии не хватало рук. Точнее, тех, кто мог закрывать разломы.

Как уже упоминал Луций, магия закрытия разломов была сложна в изучении и довольно непопулярна. Даже Великие Академии, по типу Великого Моря, имели небольшое количество таких магов. Оставление Элоры на произвол судьбы объяснялось бы простой занятостью более серьёзными разломами. Разлом в Элоре по описанию был более-менее безопасным и не содержал бездну, поэтому его могли отложить, чтобы решить другие проблемы.

Конечно, это было ужасное объяснение, поскольку получалось, что открылось так много разломов, что Великому Морю пришлось расставлять приоритеты.

В один момент Маркус мысленно попытался найти связь с божественным видением, но кое-что не складывалось. Видение было недавно. А если его предположения были верны, то разломы существовали уже более года.

Их разговор ещё продолжался некоторое время, но Маркус ничего нового не узнал. Луций провёл шесть месяцев в Академии Великого Древа, поэтому он не знал многого о нынешнем состоянии разлома. Более того, он не встречался с вещами из разлома, из-за чего не мог рассказать о них Маркусу.

— Я видел тела, – сказал ему Луций. – Они напоминают зверей, но я никого не смог узнать. Самыми распространёнными были ящерицы с большим рогом. Они крепкие и больно кусают, но бояться света. Но будь они единственной опасностью, король бы так не переживал. К сожалению, это не так.

— У них армия? – спросил Маркус. – Или просто дичь пробирается в разлом? Отправлял ли король кого-то по ту сторону?

Было бы странно, если через разлом проходили бы разные существа, а не группа одинаковых, но не так уж и редко. Не часто, но иногда разломы реальности… появляются сами по себе, без чьего-либо участия. Такое не вело к чему-то особенному.

Однако, «естественные» разломы часто закрывались сами по себе, поэтому такой длительный по времени разлом был необычен.

— Вы же шутите, господин Маркус, – неловко улыбнулся Луций. – Кто осмелился бы пройти через него? Это разлом реальности, не портал. В любом случае, боюсь, я не могу ответить на ваши вопросы. Как я уже говорил, я не принимал участие в сражениях. Все, что у меня есть, – истории солдат, охраняющих разлом, а преувеличения – их любимое занятие, чтобы покрасоваться своей силой.

— Понимаю, – кивнул Маркус. Действительно, в дальнейших расспросах не было смысла.

Он ответил королевскому послу, что поговорит с королём о разломе, но не мог ничего обещать. При этом не забыв умолчать про своё закрытие ровно одного разлома, что нельзя было даже назвать опытом. Тем не менее, Луций был этим доволен и с нетерпением ждал своего возвращения в столицу.

Маркус попросил идти без него, не хватало ещё путешествия с послом. Во-первых, это бы его замедлило, ведь он бы смог достичь столицы раньше Луция, даже если выйдет позже, а во-вторых, посол оставил после себя плохие впечатления.

Не хотелось бы любезничать с ним всю дорогу.

Как только Луций вышел, Тит встал перед Маркусом.

— Только не говори мне, что ты планируешь перейти на другую сторону разлома, – потребовал Тит.

— Почему ты решил, что я буду делать нечто подобное? – из любопытства спросил Маркус.

— Не притворяйся. Ты знаешь, насколько это опасно, – сказал Тит. – Там может быть что угодно. Да хоть отравленный воздух! Или разлом дестабилизируется и закроется, после твоего входа! А может тебя вообще на куски порвёт давление измерения!

— Я не буду этого делать, – заверил его Маркус.

— Врёшь, – возразил Тит, сузив глаза. – Я же тебя знаю.

— Я отправлю туда призванного разведчика, – ответил Маркус.

Тит собирался что-то ответить, но остановился.

— И это сработает? – спросил он.

— Пока разведчик может думать и говорить, он сможет сообщить обо всем увиденном, – пояснил Маркус. – Призванные духи не умирают, если их физическая форма разрушается, они возвращаются к себе в родное измерение. Поэтому ничего опасного после прохода через разлом не будет.

— А если доложат о чем-то интересном? – с подозрением спросил Тит.

— Не пойду, – во второй раз заверил Маркус. По крайней мере не один или не без предварительных приготовлений. – Просто удовлетворю своё любопытство, вот и все. Признай, это же странный случай. Не уже ли не хочешь узнать больше?

— Цк. Конечно хочу. Поэтому считаю, что ты определённо сделаешь какую-то глупость. А если интересно мне, то я боюсь представить твоё искушение, – раздражённо ответил Тит. – Но правда, сколько разломов открылось, что Великое Море спокойно игнорирует это?..

— Я думал о том же, – заметил Маркус. – Слышали об этом что-нибудь?

Академия Великого Древа была всего лишь небольшой вассальной академий, но оно все ещё было местной силой, что пыталась собирать важную информацию вокруг себя.

И опять же, открытый разлом находился на их территории более года, а они узнали о нем только тогда, когда явился Маркус, поэтому, возможно, он переоценил их способности.

— Нет, ничего, – покачал головой Тит. – Я слышал несколько месяцев назад где-то в Архипелаге Гарпий открылся новый большой разлом, но тогда я не придал этому значения.

Новые разломы по всей Серебряной Лиге. Вероятно, из-за близости к Шпилю Плача. Слабые разлома разрывали бури хаоса. Новый разлом не так уж и важен, только если ты за него не ответственен.

— Ещё слышал о разломе в столице, но, вроде, король пытался его использовать, поэтому им ещё не помогло Великое Море, – продолжил Тит.

Маркус был ошеломлён: «Ты знал?»

— Поэтому я и не хотел, чтобы ты встретился с королевским послом, – погрустнел Тит. – Не хотелось бы тебя втягивать. Это ответственность Великого Моря. Пусть разбираются сами.

— В закрытии разлома нет ничего опасного, – отметил Маркус. – А я старейшина Академии Великого Моря, поэтому они не смогут сетовать на внешнее влияние в их дела.

— Да, если бы король хотел закрыть разлом, а не исследовать, то я бы не был настроен недружелюбно. Я думаю, что они просто дураки, – признался Тит. Он бросил на Маркуса многозначительный взгляд, прежде чем покачать головой и повернуться, чтобы уйти.

— Не умирай, пока не сделаешь скрижаль, – попросил он Маркуса. – Это все, о чем я прошу.

* * * *

Маркус медленно осматривал разлом реальности перед ним, изучая каждую его часть. Яйцевидная чёрная форма с неровными границами, которые подрагивали и пульсировали каждую секунду. Моментами вырывались тонкие, иглоподобные шипы, но они тут же втягивались обратно. Казалось, что разлом парил в воздухе, ни на что не опираясь.

Если нужно было сравнивать, то это было похоже на большой, летающий, шипастый, черный глаз. Можно было даже представить, как он открывается и смотрит на него. Конечно, этого не произошло.

— Вы сможете это сделать, Мистер Маркус? – позади него раздался дрожащий голос.

Пусть его это раздражало, Маркус повернулся лицом к голосу – Гордиану Третьему, королю Элоры и его нынешнему… нанимателю? Считалось ли это работой, если он делал все бесплатно?

Гордиан Маркусу понравился. Король среднего возраста, с короткой аккуратной бородкой и толстыми бровями, он не играл и не притворялся перед Маркусом. Просто вежливо поприветствовал, а затем привёл в подземную часть королевского дворца, где находился внезапно открытый разлом.

Но все же, несмотря на почтительность и любезность, было очевидно, что Гордиан не доверял ему полностью. Парочка стражей все время крутились вокруг него, полностью облачённые в зачарованные металлические доспехи с желтым гербом. В добавок, за королём следовал сурового вида мужчина, одетый скромно, похожий на слугу, но это явно был маг. Все трое молчали, не говоря ни слова Маркусу, только наблюдая, словно ястребы, за его действиями.

Маркус не воспринял это, как оскорбление. Гордиан ни разу с ним не работал, поэтому такое поведение абсолютно нормальное. Маркус поступил бы точно также… если бы, конечно, у него были подчинённые.

— Разлом отличается от тех, с которыми я работал ранее, – сказал ему Маркус. «Разломами, с которым он работал ранее» был разлом с основой в виде бездны и состоял из слипшихся в массу кричащей плоти человеческих тел, что стабилизировали разлом, превратив его в крупный портал. – Однако, не думаю, что это будет проблемой. Не похоже на портал вторжения.

Самым сложным в закрытии разломов было противостояние с потусторонними, желающими сохранить его открытом, но это только если он не был чем-то экзотическим. Нет врагов – значит, закрытие разлома всего лишь дело времени.

— Вы можете сказать об этом, бегло взглянув на него? – спросил Гордиан, явно сомневающийся.

— Разломы реальности стабилизируются неким устройством, или структурой при создании, – объяснил Маркус. – Без этого, вселенная начнет самостоятельно закрывать разлом, после чего он испарится. Я могу видеть следы естественного процесса заживления, а это значит, что он не закреплен с другой стороны. Организованное вторжение так не выглядит.

— Какое облегчение. Вы считаете, что он исчезнет сам по себе? – спросил Гордиан, заметно оживившись.

— Ага. За пару лет, – подтвердил Маркус.

Гордиан также быстро приуныл.

— Это слишком долго, – сказал он Маркусу.

— Не волнуйтесь, это не оправдание, чтобы уйти, – заверил его Маркус. – Я знаю, что вы желаете закрыть его как можно быстрее, чтобы прекратить вторжения монстров. Я постараюсь от них избавиться.

— Поскольку Вы упомянули на прорыв тварей через разлом, как это относится к Вашим слова ранее, Мистер Маркус? – спросил король. – Разве это не называется «вторжение»?

— Ну, в каком-то смысле… – признался Маркус. – Но они не ведут себя складно.

Король издал нечленораздельный горловой звук и ничего не сказал. Не уж то его рассуждения произвели на Гордиана большое впечатления?

Он повернулся обратно к разлому, дабы изучить его, параллельно думая о лучшем способе его закрытия, как вдруг разлом стал более активным и начал кривиться и меняться. Повсюду звучал низкий гудящий звук.

Два бронированных стража тут же выступили вперед, загородив Гордиана.

— Осторожнее! – крикнул ему король. – Они наступают!

Маркус решил не отвечать, его взгляд был направлен только на изменяющийся разлом. Он быстро произнес заклинание каменной кожи, его мана пробежалась по всему телу, делая кожу и мускулы тверже, дабы они служили базовой защитой от неожиданных атак, но вместо рвения в бой он просто наблюдал.

Группа из пяти тёмно-зелёных тел вышла из разлома и свалилась в кучку из разных конечностей и хвостов, шипя и толкая друг друга в попытках восстановить равновесие.

Как и говорил Луций, они напоминали ящериц. Четвероногие, с четырьмя короткими ногами и смертоносными когтями. Тёмно-зелёная чешуя покрывала большую часть их тела, за спиной тянулся длинный, словно кнут, хвост. Однако, голова была странной. Треугольная и узкая, покрытая белой костяной броней, из-за чего напоминала череп существа. Две пары длинных, прямых, опасных рогов стремились из головы, а из спины разрознено торчали ряды тонких, но острых шипов.

Активировав способность «Зоркого Глаза», Маркус изучал каждую их деталь, приметив, что вместо пасти с зубами у них был клюв.

Существо напротив него не было ему знакомо. Оно было магическим, но все магическое имело кровную схожесть – чем-то сродни души – что было легко обнаружить любому, способному чувствовать логосы.

Они только начали вставать, вдыхая местный воздух и поворачивая свои костяные головы в сторону Маркуса. Никаких рисков. Они не были угрозой для него, но, если что-то случится с королем Элоры, он бы точно поплатился. Указав пальцем на одного из рогатых ящериц, он произнес заклинание цепной молнии.

Яркая вспышка, а затем неровный луч пробил насквозь все пять существ, соединяя их смертоносной нитью молний.

Моментальная смерть, но тела продолжали брыкаться из-за сокращения мышц. По комнате разошелся запах горелого мяса.

Прежде чем Маркус смог вымолвить хоть одно слово, разлом вновь начал сжимать и скручиваться, на этот раз намного агрессивнее. Тонкие, кроваво-красные щупальца вылезли из разлома, они хватались за все, что находилось поблизости, пытаясь вытянуть основное тело.

Молчаливая стража, стоявшая впереди короля, видимо узнала эту тварь, поскольку, заговорив впервые, первым делом сказали королю убегать, одновременно оттолкнув его назад. «Слуга» наложил на короля некое заклинание защиты, напоминающее силовое поля, отгородив тварь от дальней части подвала… и оставив Маркуса с ним наедине.

Ну, не то чтобы Маркус действительно хотел убежать вместе с королем и его подчиненными…

Маркус не атаковал существо, пока оно полностью не вытащилось из портала – его интересовала сила существа – но он укрепил свою защиту. Существу понадобилось около пятнадцати секунд, чтобы втиснуться в разлом, но Маркус уже окружил себя прозрачными силовыми щитами, вокруг него по орбите кружило множество водяных сфер.

Противник напоминал… практически был элементалем на вид. Главное тело было каменной сфером, покрытой в множество слоев тяжелых каменных плит. Множество, потому что можно было видеть их движение, некоторые плиты на мгновение перемещались, открывая вид на слои позади них. Из центра сферы выходили десятки тонких красных щупалец, которые существо использовало, чтобы хвататься и передвигаться. Желеобразные и резиновые, они, казалось, прилипали при контакте с поверхностью.

Поначалу существо, видимо, его не заметило, слепо размахивая щупальцами в поисках чего-либо вокруг. Мебель и другой интерьер был вынесен из комнаты по приказу короля, поэтому хвататься оставалось только за Маркуса.

Размахивание продолжалось, пока одна из щупалец не подобралась слишком близко к Маркусу, из-за чего ему пришлось сделать шаг в сторону. Сразу же после этого сфера с щупальцами нацелилась на него и с огромной силой бросилась в его сторону. Маркус удивился внезапной атаке, но не сильно. В одно мгновение он расширил одну из водяных сфер до тонкого слоя воды перед ним. Несмотря на его показную хрупкостью, щупальце отскочило от него, не вызвав даже ряби на его гладкой поверхности.

Однако теперь существо знало, где находился Маркус, и не прекращало свои попытки убийства. Благо у Маркуса было достаточно опыта с элементалями земли – у них, как и у этого существа, нет глаз. Они ощущают мир через вибрации. Изначально он был неподвижен, поэтому оно просто размахивало щупальцами, но теперь, сделав шаг, он создал достаточно шума, чтобы его можно было найти.

Он попытался повторить прошлый трюк, запустив заклинание цепной молнии в самую густую массу щупалец, торчащих из сферы. Это успешно испарило целую кучу щупалец, но каменная сфера просто-напросто отрастила их обратно. Что, правда, заставило сферу быть бдительнее, спрятав большую часть щупалец, чтобы их нельзя было уничтожить за раз.

Возможно это был правильный подход, ведь уничтожение щупалец все еще наносило ему ущерб… но это слишком большие затраты времени и маны, которые могли не окупиться. Как только он нанесет достаточно урона существу, щупальца спрячутся глубоко под слоем брони каменной сферы, а само существо откажется их доставать, пока не пропадает угроза.

Спустя мгновение его атаки стали предсказуемыми – существо не могло прилипнуть щупальцами к водяному барьеру Маркуса и не могло разбить его протаранив – поэтому Маркус решил, что узнал все, что хотел. Он вынул из кармана дешевый самоцвет и произнес заклинание кристаллического копья. Самоцвет тут же удлинился, став снарядом, напоминающим иглу, и засветился всеми цветами радуги.

Маркус метнул кристаллическое копье в левую часть сферы. Броня в этом месте была прочнее, а существо часто меняло каменные плиты именно здесь, стараясь плотно прикрыть эту область. Поэтому, было решено, что это и было самое уязвимое место существа.

Сияющее кристаллическое копье поразило каменное ядро существо, насквозь пробив его, не встретив никакого сопротивления. Тяжелая, магически-усиленная каменная броня никак не могла помешать копью, которое вскоре потухло, вонзившись в стену позади существа.

Красные щупальца на мгновение дрогнули, а затем ослабли. Каменное ядро замерло, но позже рассыпалось на груду отдельных каменных пластин. Алая, липкая субстанция растеклась возле груды на полу.

Понаблюдав за этим несколько секунд, подтвердив смерть и нежелание кого-либо еще проходить через разлом, Маркус отменил все свои защитные заклинания и развеял на двери защитный барьер, оставленный магом, притворяющимся слугой короля, а также вышел из комнаты, дабы найти Гордиана.

Король находился прямо позади барьера, окруженный целым отрядом хорошо экипированных воинов и магами. Они встали в защитную формацию снаружи комнаты с разломом, и очень нервничали, наблюдая за Маркусом, покидающим комнату.

— Сфера с щупальцами мертва, и никто более не желает выходить, – крикнул он им. – Можете расслабиться.

Король кивнул одному их солдат, что, оказывается, было сигналом сходить и проверить комнату с разломом, чтобы подтвердить слова Маркуса, поскольку солдат так и сделал. Он вернулся спустя несколько секунд, согласившись с историей Маркуса.

— Не уснула, – доложил солдат. – Действительно мертва, превративших в груду камня.

Маркус на секунду растерялся, пока не понял – люди короля, сражаясь со сферой с щупальцами, не знали, что она могла просто спрятать щупальца в ядро, при этом оставаясь в сознании, пока не пропадет опасность. Они, должно быть, оставляли существо в покое, позволяя ему восстановиться, и очень сильно удивлялись, когда «мертвое» существо внезапно возвращалось к жизни, когда стража уходила.

— Справиться с одной каменной медузой, убить её без получения травм… Вы и впрямь настолько невероятны, как о Вас рассказывают, Мистер Маркус, – хвалил его король.

Каменная медуза? Неплохое имечко…

— Возможно, это немного дерзко с моей стороны, но я думаю, что будет лучше, если Вы и ваши люди выйдут из подвала дворца и позволят мне закрыть разлом самому. Эти существа не смогут нанести мне вреда, а мои попытки закрыть разлом могут их разозлить, – внезапно предложил Маркус.

Бонусом, Маркус остался бы один без присмотра, что позволило бы ему провести небольшую разведку, не давая узнать об этом Гордиану и его подчиненным…

На удивление, убедить короля было не сложно. Видя, как Маркус расправился с… каменной медузой… король, похоже, впечатлился настолько, что тут же согласился вывести всех воинов из подвала дворца, пока Маркус будет работать с разломом.

Пора приступать к настоящей работе.

* * * *

Пусть то, что планировал Маркус было рискованно, он полностью понимал отличие риска от обычного идиотизма. Это будет всего лишь обычная разведка по другую сторону разлома – просто, чтобы узнать что-то интересное, но перед этим необходимы подготовить всё для быстрого закрытия разлома. Таким образом, если все пойдет наперекосяк, или он привлечет внимание сильного существа, он мог бы закрыть разлом до того, как случится непоправимое…

Надеюсь.

Следующие несколько часов Маркус кропотливо вырезал на полу сложный магический круг, причем так, чтобы разлом находился ровно над центром круга. Непростая работа, учитывая весь беспорядок учиненный недавнем сражением. Пол находился на разных уровнях из-за вмятин, потому приходилось его выравнивать, чтобы продолжить спокойно рисовать.

К счастью, Маркус был любителем заклинаний, которые позволяли придавать земле и камню любую желаемую форму, и очень в них преуспел. Однако вырезать круг все еще было сложновато, ведь Маркус никогда не был в этом сильно одаренным. Увы, если только маг не хотел поручить кому-то создание своей книги заклинаний (а таких нет), он должен был иметь хотя бы базовые знания необходимой магии, чтобы её вписать. А вместе с рангом росли и минимально необходимые знания, чтобы использовать способность по максимуму. Поэтому, нравилось ему это или нет, Маркус был обязан быть каким-никаким, но специалистом.

Завершив магический круг, он положил еще пять дешевых самоцветов по краям круги и добавил простую защитную формацию, которая препятствовала бы проходу существам через разлом. Не остановит настоящую угрозу, но хотя бы замедлит.

Теперь все было готово. Он сел на краю магического круга и произнес заклинание призыва. На этот раз это не была Чавкалка, его верный друг, элементаль земли, но он вызывал другого духа, с кем у него был контракт.

Перед ним, вместе с дымом, материализовалась большая, размером с человека бабочка с белыми крыльями.

Если бы не удивительно похожие на человека руки и необычные глаза, бабочку сочли бы за мутировавшего магического зверя класса насекомых.

— Сколько лет, мой человеческий друг, – сказала белая бабочка девичьим, неестественно искаженным голосом. Её глаза, хоть и многогранные, как и у насекомых, имели черные точки и были необычайно выразительны. Прямо сейчас они смотрели прямо в глаза Маркусу. – Я уже было подумала, что ты совсем про меня забыл. Ты стал силен, но это не повод забывать своих друзей.

В отличие от Чавкалки, Келер была довольно умна и могла говорить. Это одновременно и хорошо… и плохо.

— Ты не какой-то низший дух, Келер, – успокоил её Маркус. – Если бы хотела поговорить со мной, могла связаться в любое время.

— Призывать материальное на высшие небеса очень болезненно, – с легкостью сказала она, размахивая крыльями и разбрасывая повсюду белую светящуюся пыль, что заставляло нос Маркуса чесаться, а глаза слезиться. – Намного легче вызвать духа сюда. Это ты должен был связаться!

— Хорошо-хорошо, – повторил Маркус, сложив ладони вместе. – Не хочу ругаться. В конце концов-то, я тебя вызвал, да? Мне нужна твоя помощь.

— Конечно нужна, – проговорила она, разбросав вокруг ещё больше своей пыли. Темные точки в её многогранных глазах повторили «человеческое закатывание глаз». – Призываешь меня только когда она нужна.

— Это не так, – отметил Маркус. – Я часто призывал тебя, когда был моложе. Я даже выслушивал твои ужасные попытки в поэзии.

Она ударила его по лицу одним из своих крыльев – никакой боли, скорее нежное поглаживание шелковым полотенцем, но которое оставило на лице светящуюся пыль, которая тут же спровоцировала поток чиханий и кашляний.

— Ты этого заслужил, – ответила она. – Так с чем помочь?

Но Маркус был слишком занят выкашливанием своих лёгких.

— Можешь пройти через вон тот разлом, осмотреться, вернуться и доложить об увиденном? – сразу после восстановления попросил Маркус, указав на зловещий черный глаз в центре комнаты.

Келер немного повернулась, взглянув на открытый разлом, будто только заметила. Хотя это явно было не так. Её большие глаза не были простой декорацией – несмотря на небольшое количество маленьких слепых зон, она могла видеть практически всё вокруг себя.

— О Боже, бесхозный разлом, – удивилась она, похлопав крыльями еще несколько раз, чтобы лениво облететь разлома, изучая его. – Хотя бы позвал ради чего-то интересного.

Её глаза переметнулись к магическому кругу, вырезанному на полу, и пяти самоцветам по краям.

— Ох, ну конечно ты не можешь не быть занудой хотя бы раз в жизни, – пожаловалась она. – Все эти планы, приготовления и бла-бла-бла. Люди такие скучные. Никогда не слушаете сердце, а просто повторяете.

Губы Маркуса дрожали в неудавшейся улыбке. Нечасто его критиковали за недостаточную импульсивность. Прежде чем он смог ответить хоть что-нибудь, она, внезапно, нырнула прямо в разлом и пропала.

Маркус в спешке сел обратно на пол, закрыл глаза и начал искать их связь. Быстро найдя её и закрепив в себе, его зрение заменилось на невероятное таковое призванной бабочки.

Огромная подземная камера. Темно, но не выколи глаз. В стены были встроены какие-то металлические механизмы, гудящие и дающие достаточно света, чтобы видеть хоть что-то. Она летела по спирали вокруг разлома, который, казалось, находился прямо в центре камеры.

Он приметил покрытие камеры механизмами. Количество металла, используемое при их строительстве было невероятным. Даже если объединить все металлургические заводы Серебряной Лиги, понадобились бы годы, чтобы поставить металл и железо на постройку хотя бы одной стены… а это ещё не беря в расчёт необходимые навыки создания для этого.

Из непокрытого механизмами был только грубо обтёсанный камень. Странно видеть, что к нему кто-то прилагал настоящие усилия, хотя не удосужился даже разгладить стены. Тоже самое было и с полом, неровный, местами углубления, заполненные водой.

Никакой мебели, ни стульев или кресел, ни каких признаков жизни. Заброшенное место посреди строительства… но кто бы оставил столько металла? Тем более, что механизмы, вроде, все ещё работали.

В углу камеры, в центре магического круга на спине лежало мужское гуманоидное тело. Бледное, бескровное, но нетронутое, без признаков гниения. Глаза вытекли прямо из глазниц, оставляя за собой кровавый след от пустых глазниц до щёк.

— Не воняет, – сказала Келер, видимо, воздуху. Но, конечно, она говорила с Маркусом – знала, что он разделял её чувства. – И, вроде, не нежить.

Келер медленно облетела камеру вокруг один раз, прежде чем передвинуться к коридору. В нем находились ветвящиеся проходы из камеры с разломом и странными механизмами, но все они были пусты и больше напоминали обычные пещеры, чем какие-то особые постройки.

Рогатые ящеры, видимо, в больших количествах жили в именно этих пещерах. Один из них попытался напасть на Келер, но она укутала его в разноцветную пыль, погрузив его в галлюциногенное оцепенение.

Другой ящер возле него тут же набросился на своего обездвиженного товарища, раздирая его на кусочки. Каннибалы, ничего против поедания себе подобных, никаких угрызений совести.

Келер пристально наблюдала за убийством ящера, явно заворожённая этим зверством. Маркус правда, правда хотел сказать ей не смотреть и полететь дальше, но она не могла его слышать.

И скорее всего не стала бы.

После этого она отправилась обратно к разлому и вернулась в подвал королевского дворца, где её ждал Маркус.

Маркус все еще сидел на полу, обдумывая увиденное через глаза Келер. Учитывая все, что она нашла по ту сторону… это все же было вторжением? Безусловно, разлом был открыт кем-то по ту сторону специально. Быть того не может, что разлом совершенно случайно вел прямо в центр подземной камеры со сложными механизмами. Но тогда, почему камера была заброшена сразу после постройки? Никаких признаков серьезной битвы, и пусть там и было тело, но оно было всего одно.

— Боже, эти ящерицы с таким рвением разрывали своего друга, это… в этом что-то есть, да? – внезапно спросила Келер лениво порхая крылышками возле головы Маркуса.

Он раздраженно на неё взглянул.

— Это было самое неинтересное во всем этом, – ответил он.

— Эм, «всё это» – это странно сохранившееся тело и заброшенные механизмы. Такое можно найти где угодно, – сказала ему Келер.

— Можешь сделать ещё одно одолжение, – попросил Маркус.

— Обратно в разлом? – догадалась она.

— Да, – кивнул Маркус. Он достал цилиндр охристого цвета, покрытый сетью сложных извивающихся линий и узоров, и протянул ей. Она взяла его своими тонкими, деликатными ручками и осмотрела. Пусть она и выглядела будто ношение такого тяжелого цилиндра было бы трудным для нее, на деле никаких проблем не возникало. – Спрячь цилиндр где-нибудь на другой стороне.

— Ох, люблю прятать вещи, – счастливо ответила она. – Можно класть где угодно, да?

— Конечно. Только убедись, что оно лежит там, где его не найдут, – добавил Маркус. Его не волновало место, пока оно находилось по ту сторону разлома. Он все равно сможет найти его, как бы она не прятала. В этом и был смысл этого цилиндра.

— Скоро буду! Не подглядывать! – сказала она ему, а затем быстро нырнула в разлом.

На мгновение Маркус решил, что совершил ужаснейшую ошибку… но нет, он просто слишком много думал, она не могла облажаться. Цилиндр был прочным и не мог быть повреждён так легко. Он бы выдержал все зверства, которые она могла причинить.

Он, однако, все больше сомневался в себе, учитывая, что прошло уже два часа, а она так и не вернулась. В его голове это не вязалось с «скоро буду». Вот бы она не утопила его в реке или чем-то настолько же тупом…

Сидя у стены, окружающей город, Маркус смотрел на море, наблюдая движение кораблей, их прибытие и отбытие из порта. Храстовник{1}, город-столица Элоры, важная торговая точка, в которую каждый день прибывали грузовые судна. Маркус лениво посматривал на флаги и отличительные знаки, пытаясь угадать, откуда они приплыли. Более половины была совершенно незнакома. Видимо, за шесть лет многие купеческие дома заменились новыми.

До сих пор не знал, почему он был здесь. Почему закончил изгнание и вернулся в земли Серебряной Лиги? Никто на него не влиял, хотя это мог делать Священный Дуб, медленно прививая ему эту мысль, но было нечто большее. Беспочвенное волнение. Он не жалел о своем решении. Только хотелось бы лучше видеть свою конечную цель.

На стену рядом с ним приземлилась большая белая бабочка.

— Уже закончила? – поинтересовался Маркус. – Скучно тут?

Келер исследовала город в качестве оплаты за помощь. Он опасался отпускать фею в населенный город, но для феи, Келер была слишком осторожная. За всё время, что он её отпускал, она никогда не приносила слишком много проблем.

— Ветер говорит, нашёптывая грядущие проблемы… – драматично сказала она.

— Ага, знаю, ты любишь подслушивать. – прервал её Маркус. – Что ты услышала?

Взмахнув своими крыльями, она изобразила раздражение. Её нравилось разыгрывать сценки, но сейчас было не до этого. А раз уж она не решила утопить его в своей пыльце, то раздражение было не сильным.

— Слушок прошёл, что ты ученика себе ищешь, – сказала она ему.

Это было неожиданно. Что?

— Я… – начал он. – В смысле, я думал об этом, но… Я ещё никому не говорил! Откуда они могут знать? И насколько он распространен?

— Весьма, – сообщила Келер. – Он не зародился здесь, а пришёл откуда-то. Многие не знают деталей, только слышали, что некий старейшина Академии Великого Моря гуляет по округе в поисках преемника. И некоторые упоминают тебя.

— Смехотворно, – возразил Маргус, слегка нахмурившись. – Я же говорил, что ничего не решил, да даже не показывал, что желаю себе преемника. Говорили, откуда он пошёл?

— Наверняка из твоего детского дома, – сказала Келер. – Его упоминают чаще всего. А некоторые утверждают, что ты уже нашёл себе ребёнка и это просто показуха.

Детский дом? Некоторое время Маркус пребывал в ступоре, ища объяснение, но оно вскоре пришло к нему самостоятельно. Его разговор с Старшим Плини… подслушали дети. И тут уже два варианта: либо они недопоняли, либо приукрасили, дабы история звучала интереснее.

Он тяжело выдохнул. Неожиданно многое прояснилось, и он пришёл к решению. Он всё ещё не знал, почему решил вернуться, но теперь хотя бы имел причину остаться.

— Мелкие болтунишки… – проворчал он.

— Так это правда? – волнительно спросила Келер. Её крылья несколько раз дернулись.

— Да, правда, – ответил он. -–Я ищу себе ученика.

— А говорил, что только подумываешь об этом, – приметила Келер.

— Я только что это решил, – пожал плечами Маркус. – Практикую импульсивность, как ты и хотела. Сейчас мне хочется кого-то обучить.

— Оох, невероятно! – сказала Келер, не забыв показать это, облетая Маркуса по кругу.

— Почему ты так взволнована? – из любопытства спросил Маркус. Иногда она удивлялась слишком случайным вещам. – Обучение – это невообразимая ответственность, а не шутка на день. Ты от этого устанешь раз плюнуть.

— Ты обязан призвать меня при выборе ученика. Или двух. Или двадцати, – продолжала бормотать она, нарезая ленивые круги вокруг него. – У меня есть подарок для тебя, или, точнее, для твоих учеников.

Ох, Боже…

— Это хороший подарок! – заверила его она. Тебе понравится. Или ученикам… ну, люди судят слишком рано, но я уверена, что всё пройдет гладко.

— Келер… – насторожился он.

— Никаких «но»! Просто призови, лады? – настояла она, приземляясь прямо на его ногу. Несмотря на её размер, она была лёгкой, будто перышко.

— Хорошо. Когда это случится, я тебя призову, – подумав пару секунд, в итоге согласился он.

Она взлетела и заняла своё прошлое место на стене.

— Почему ты ещё здесь, Маркус? – внезапно спросила она.

— О чём ты? – в ответ спросил он. – Храстовник – очень красивый город, а у меня пока нет никаких дел. Что плохого, чтобы остаться здесь на парочку дней и посмотреть на достопримечательности?

Изначально, Гордиан хотел закатить пиршество в честь Маркуса, но разлом под дворцом хранился в тайне, поэтому это было бы сложно объяснить населению. Поэтому, логично, что оно было отменено. И Маркус был только рад, ведь для него это было пустой тратой времени, но он планировал пробыть в столице ещё пару дней, пользуясь гостеприимством короля.

А также принял денежное вознаграждение, которое ему предложил король, но попросил отправить его Плини в детский дом. Тот упоминал, что у них были небольшие финансовые проблемы.

— Ты знаешь. Почему бы не возвыситься до Внешней Длани и не оставить всё позади? – искренне интересовалась Келер. – Я бы поняла, если бы ты хотел создать семью и обзавестись детишками, но ты всегда был упёртым в своём желании связать жизнь с магией. Ты мог бы уйти далеко за шесть небес. Богом стать хочешь, что ли?

Возвышение не было целью Маркуса. Он не отличался скромностью, но такое желание выходило за рамки разумного и было чистым высокомерием. Становление Богом требовало больше, чем идеально отточенные навыки, преданность, трудолюбие и высокий ранг. Оно требовало… нечто особенного. Но чего именно, Маркус не знал. Кто-то считал необходимым легендарные подвиги, да такие, что по ним слагали бы легенды, другие, что необходимо одобрение существующих Богов, но это лишь догадки. Прошли века, с тех пор как на Таслоа взошёл новый Бог, поэтому требования были невероятно высокими.

Хотя вопрос Келер был интересным.

— Там внизу стать Богом легче? – спросил Маркус.

— Так ты не знаешь… Сделаем вид, что я ничего не говорила, – быстро сменила тему Келер. – В любом случае, оставить преемников тоже хорошая идея. Но, после того, как они…

— Я подумаю об этом, – прервал он. Многие спорили о Внешних Небесах. И некоторые истории были довольно убедительными. – Что там насчет становления Богом?

— Ах, моя голова-головушка, такая тяжелая… Видимо, я оставалась здесь слишком долго, – драматично сказала Келер, чересчур покачиваясь из стороны в сторону. — Я возвращаюсь в Лес Снов. Не забудь призвать меня, когда выберешь учеников!

Прежде, чем Маркус смог бы возразить, она пропала, оставив напоследок небольшую белую дымку.

Он прищёлкнул языком. В следующий раз нужно расспросить её об этом.

* * * *

Несколько дней спустя, он оставил Храстовник и ушел в поисках сильного человека, которому он мог доверять. Новости Плини и Тита были обнадёживающими, но они не занимали высокого положения в иерархии Великого Моря. С другой стороны, Маркус собирался посетить важного человека, своего товарища-старейшину.

Беортан Самчел – нынешний лидер Клана Белого Дракона – племени, живущего в горах Кровавого Камня. Жизнь их сложна, им приходилось отбиваться от регулярных нападок монстров, при этом проживая в регионе, не подходящем для торговли или ведения хозяйства, но именно из-за такого образа жизни они стали сильнее других общин. Когда-то их набеги внушали страх всем на западном побережье, в бою с ними погиб не один маг уровня души Академии Великого Моря, но это в прошлом, теперь они не более, чем вассальное племя, но всё ещё самое могущественно среди остальных.

Беортан, скорее всего, был самым близком союзником Маркуса. Во время войны, он спас жизнь их лидера, а горные племена относились к этому невероятно серьёзно. Беортан поддерживал Маркуса в гонке за место лидера, хотя было очевидно, что он проиграет. И он может быть зол, ведь Маркус оставил его разбираться со всем в одиночку, но он хотя бы выслушает его, не выдворив за дверь при первом виде.

Возможно.

Однако, была одна проблемка – он не знал, где сейчас находился Беортан. Конечно, он знал, где находился его дом, но не факт, что там будет Беортан.

Беортан был одновременно и вождём Белого Дракона, и старейшиной Великого Моря, а значит, ему приходилось много путешествовать, а это ещё не беря во внимание его любовь к этому. Поэтому приди он к ним, он мог спокойно ожидать возвращения Беортана на протяжении недель, если не месяцев.

Тем более, что это могло быть и неким наказанием для Маркуса – ждать Беортана настолько долго, насколько это возможно. Символичненько.

К счастью, был способ связаться с Беортаном так, чтобы никто из академии об этом не прознал. На юге Элоры, у подножья Горы Кровавого Камня, находилась небольшая гильдия наёмников, связанная с Кланом Белого Дракона. Если попросить отправить письмо человеку под именем «Никс Пардус»{2}, письмо будет перенаправлено Беортану. Они определённо лучше знают, где тот может находиться.

Именно так Маркус и сделал.

— Благодарим за сотрудничество, – сказала Маркусу женщина за стойкой, слегка поправив свои очки и в последний раз проверив письмо. – Прошу, подождите здесь, пока я передаю Ваше письмо администрации.

— Без проблем, – пожал плечами Маркус, наблюдая как женщина пропадала за дверью позади неё. Она не показала ни намёка на понимание значения письма или кому оно предназначалось. Или же она хороший актёр, или она была не в курсе.

Он осматривал комнату, одновременно ритмично постукивая пальцами по твердому столу перед ним. Вестибюль гильдии был заставлен самыми разными вещами, большая часть из них составляли достижения, которыми они хвастались всем зашедшим. Среди них также были хорошо сохранившиеся головы монстров, как и картины людей, которых не знал Маркус, но скорее всего это были значимые члены гильдии. В углу красовался начищенный доспех, а рядом висело несколько видов оружия.

Слева от него находилась небольшая лавка, прямо внутри вестибюля, где сидел мужчина лет сорока, продающий кучу низкоуровневых зелий и магические безделушки. И пусть он был упитанным, и явно не в лучшей форме, можно было легко понять, что он был мелким адептом. А может воином в отставке. Он спорил с двумя парнишками, которым на вид было не более шестнадцати лет, они, вроде, хотели купить у него зелье лечения.

— Всё готово, – сказала вернувшаяся женщина. – Руководство согласилось отправить Ваше письмо. Могу ли я помочь ещё с чем-то? Не желаете принять задание?

Маркус удивлённо взглянул на неё.

— Вы готовы делить задания с чужаками? – поинтересовался Маркус. Многие гильдии наёмников не желали делить работу с кем-то, даже если предлагали поделить прибыль.

— Некоторые задания игнорировались слишком долго, – ответила она. – Если Вы согласны поделить прибыль 50 на 50, мы сможем сработаться.

50 на 50?! Грабёж! Если их члены игнорировали задания, то они определённо были за гранью их возможностей, поэтому «сотрудничество» было глупой шуткой. Насколько же нужно быть отчаянным, чтобы согласиться на такое?

— Покажите, что есть, – попросил он. – Не могу соглашаться, пока не узнаю с чем.

Любопытство взяло верх.

— Конечно, – сказала она, быстро открыв один из ящиков и протянув ему свёрток.

Маркус развернул его и начал читать. Заданий было немного, точнее – всего 8, а два из них уже были перечёркнуты. А из оставшихся, Маркуса завлекли только три.

Первым было поручения для группы охотников вычислить и зачистить близлежащее гнездо веспидов, что досаждали местным. И это было интересно, потому что Маркус понятия не имел, как веспидам удалось построить гнездо так далеко на юге, ещё и такое сильное.

Вторым был запрос на обследование окрестности озера Шер. Судя по всему, пара голубых, четырёх-руких гуманоидов нападала на группу путешественников, в результате чего был убить зажиточный торговец. Маркус не мог вспомнить ни одной расы, подходившей под такое описание, поэтому, если это было правдой, вероятнее всего там открылся разлом. Стоило проверить.

И наконец, в самом конце свёртка, находилась просьба от сироты из деревни поблизости. Её родители отправились в лес у подножья Гор Кровавого Камня несколько месяцев назад и до сих пор не вернулись. И можно практически точно сказать, что они уже мертвы. Она просить кого-нибудь отследить их шаги и вернуть останки, чтобы их можно было подобающе захоронить.

— Вот это, – сказал он, ткнув пальцем на задание от сироты. – Я сделаю это.

Он всё равно хотел оставаться где-то неподалеку, так он сможет заняться чем-нибудь, пока ожидал ответа.

Женщина поправила очки и взглянула на свёрток, а затем удивлённо отпрянула назад.

— Это? Но, сэр, она не предлагает никакой оплаты. Она нищая. Просит найти свои родителей за даром!

— Знаю, – усмехнулся Маркус. – Но мы будем делить нулевую прибыль!

Она непонимающе уставилась на него, а через пару секунд вздохнула.

— Знала же, что не нужно было подшучивать над ней, когда она пришла с такой нелепой просьбой, – пробормотала женщина. Она нагнулась за стойку и начала рыться в ящиках. Через некоторое время она встала и протянула ему небольшой листочек бумаги, на котором были нарисованы грубые указания. – Это её контактные данные. Спросите Сверчка из деревни Чёрная Ель.

— Сверчка? – переспросил Маркус.

— Кличка, – объяснила женщина. – Её настоящее имя – Ливия, но почему-то все вокруг называют её Сверчок. По этому имени её найти будет проще. Всё же, кто знает, сколько здесь живёт Ливий.

— Справедливо, – согласился Маркус, свернув листочек. – Я её найду. Прошу, убедитесь, что письмо будет доставлено.

* * * *

Покинув гильдию наёмников, Маркус, пройдя менее пяти минут, внезапно наткнулся на нечто странное.

Спереди, не сильно далеко, находились размытые руины здания. Оно настолько обветшало, что было сложно догадаться о его изначальном виде. Вокруг было разбросано несколько каменных куч, вероятно, оставленные рабочими при ремонте.

На одной из куч сидел мужчина, с головы до пят покрытый черным плащом, на его бедре лежал деревянный посох. На конце посоха был выгравирован расправивший крылья ворон. При этом настоящий ворон сидел на плече мужчины, молча смотря на приближающегося Маркуса, не издавая звуков и не двигаясь, только поворачивая голову.

Вполне вероятно, что этот мужчина пришёл сюда по своим делам, а их встреча – обыкновенная случайность. Что Маркус мог просто пройти мимо и ничего бы не произошло. Но, учитывая, что ему говорил Тит, это было крайне мало вероятно. Он пошёл навстречу, но остановился на безопасном расстоянии. Наконец отреагировал ворон, каркнув на него, а мужчина в плаще потянулся к птице и погладил её по шейке.

— Храм Ворона? – спросил Маркус. Спрятать настороженность у него не получилось.

— Да, – спокойно ответил мужчина. Его голос звучал юно. Он снял капюшон, обнажая лицо, он и был юным. Примерно лет двадцати, с короткими черными волосами и почти настолько же тёмными глазами. – Не волнуйтесь. Я здесь не из-за Вас.

— Так ты здесь из-за меня, – подчеркнул Маркус. – Но почему Храм Ворона? Я им ничего не сделал.

Можно было понять, почему Гигантский Громовой Холл и Хрустальная Гора «хотели» бы с ним поговорить, но у него не было никаких тёрок с Храмом Ворона. Мог ли он представлять кого-то из них? Было бы необычно. В отличие от Храма Солнца и Луны и Просвещенного Пантеона, Церковь Бога Ворона всегда имела узкую направленность и редко выходила за её пределы. Они фокусировались на некромантии, обрядах смерти, поддержании потока душ… а Маркус не желал в это вмешиваться.

— Какая интересная личность, – сказал мужчина. Невероятно спокойный голос, он не дрогнул даже от враждебности Маркуса. – Я уже говорил, что не из-за Вас. Просто пришёл поговорить. В любом случае, надо представиться, не думаете? Я Хельвран, скромный посланник Бога Ворона.

— Я Маркус, старейшина Академии Великого Моря, – ответил ему Маркус. Это что-то напоминало Маркусу, но он не мог сказать, что именно. – Прошу простить мою настороженность. Ваш Храм пользуется дурной славой.

Он не ощущал душу Хельврана, поэтому мужчина был либо жрецом третьего, либо четвёртого ранга. Однако, жрецы заимствовали силу Бога, поэтому сравнивать их с магами было бы неправильно. А Бог Ворон специализировался на магии смерти и души – самых коварных и опасных видах магии. Маркус не смел недооценивать мужчину.

— К этому я уже привык, – сказал Хельвран, кивая. – Слышали о Притче Ворона?

Маркус на секунду задумался: «Нет», – сказал он, покачав головой.

— Эта история часто рассказывается среди верующих Бога Ворона, – начал Хельвран. – Она звучит так: «В тридевятом царстве, в тридевятом государстве, деревушка стояла, объятая бесконечной лихой. Каждый год, на посад спускался ворон, что каркал зловеще, да так, что на краю света слышно. На следующий день, как по колдовству, напасть случалась. То смага охватит, то земля трусить начнёт, то сильная мокрядь – и всю деревню истлевали. Постепенно селяне ворона того начали предвестником беды нарицать. Перестань ворон каркать, то ждет деревню успение. И так порешали селяне, только ворон явился, да крыльями взмахнул, селяне птицу погубили. Пир закатили, день и ночь праздновали избавление от нечестивой силы. А в день грядущий, по деревушке гром разил, к чему готовы были селяне, посчитавшие это вороньей порчей: словом последним. После люди жить-поживать начали, да добра наживать, столец вдовий прошёл, а напастей нету – кончилось всё. А в ночь одну, по сулицам вода пошла, да омыла всю деревушку. Не получив знамение, не готовы оказались селяне, и теченьем унесло каждого. Кто потонул, кто пропал, а деревушку с лица земли стёрли.»

Маркус подождал пару секунд, ожидая продолжения истории, но вскоре понял, что это был конец.

— Какая странная притча, – отметил Маркус.

— Уверен, Просвещенный Пантеон бы такого не рассказал, – ответил Хельвран.

— Нет, определённо не рассказал бы, – согласился Маркус. – Так какова мораль? Не убивай послов? Это так Храм Ворона себя представляет?

— Я пришёл предупредить Вас о награде за Вашу голову, – сказал Хельвран, игнорируя его вопросы.

Маркус отнёсся к этому с подозрением. Хотя, неудивительно. Однако было сложно понять, кто мог это сделать.

— Кто это сделал? – спросил он Хельврана. – Гигантский Громовой Холл? Самая безумная академия…

— Это некто с кем Вы не знакомы, – ответил Хельвран, качая головой. – Кто-то желает Вашей смерти из-за Техники Древа Души.

Это… было довольно неожиданно.

Хельвран поднялся с места. Ворон на его плече пошатнулся, расправив крылья, но продолжал хранить молчание.

— Сообщение доставлено, – подытожил Хельвран. – Не задавайте вопросов, ведь я сам не знаю ответов. На этом всё, я всё передал и сказал.

— Стой, – выкрикнул Маркус.

— Я не скажу большего, даже если Вы на меня нападёте, – успокоил его Хельвран.

— Не судите раньше времени, мистер скромный-посланник. Я мирный маг, я бы никогда не опустился до нападения ради информации, – ответил Маркус. Плюсом он опасался, что Храм Ворона примет это за провокацию. – Я просто хочу узнать, не мог бы ты помочь мне.

Хельвран бросил на него равнодушный взгляд, но ничего не сказал.

— Понимаешь, я принял просьбу ребенка из деревни неподалёку, она просит найти останки родителей, чтобы провести захоронение, – продолжил Маркус. – Как жрец Храма Ворона, такое задание очень хорошо тебе подходит.

— Я был прав. Вы и вправду интересная личность, – с задумчивым видом сказал Хельвран. – Вы правы, такая работа входит в обязанности слуги Бога Ворона, а у меня больше нет важных дел. Я думаю, что смогу помочь Вам.

— Прекрасно, – ответил Маркус. Найти тела с жрецом смерти? Проще простого. Особенно, учитывая, что Маркус не знал способа обыскивать большую территорию на предмет останков, не сказать, что такое приходилось делать часто. – Пошли, поищем девочку-Сверчка.

Он отправился дальше по дороге, полностью доверяя Хельврану.

* * * *

Маркус обдумывал всякое, пока они с Хельвраном ходили по деревням в поисках девочки-Сверчка. В основном думал о Священном Дубе и Технике Древа Души. Он хотел бы это обсудить с кем-то, но это слишком личная тема, чтобы говорить о ней с кем попало. Подумывал просить совета у Келер, но в итоге решил ничего ей не рассказывать. Они были друзьями долгое время, она не могла его предать, но и мыслила совершенно иначе. Реши она, что сделает его жизнь интереснее, то побежала бы рассказывать это всем подряд без тени сомнений. Приняла бы это за одолжение, а не предательство.

Он до сих пор понятия не имел, что она сделала с цилиндром…

В любом случае, теперь точно известно, что в Технике Древа Души пряталось нечто большее, чем предполагал Священный Дуб. Если Храм Ворона не обманывал его, то некто могущественный хотел уничтожить эту магическую традицию. Точнее, основываясь на словах Тита, этот некто преследует эту цель уже довольно долго. Чем же Академия Великого Древа заслужила такое отношение?

Его мысли бегали по кругу, безрезультатно, бесконечно повторяясь. Разочаровывающе.

Более разочаровывающими были их поиски Сверчка. Они нашли деревню Черной Ели, но её там не было, люди не знали где она, жители твердили, что от неё ни слуху, ни духу уже несколько дней. В доме, где она раньше жила, как ни странно, уже была другая семья, которая даже видеть их не желала. Услышав, за кем они пришли, тут же хлопнули дверью перед их носом.

— Слишком подозрительно, – сказал Маркус Хельврану, скрестив руки на груди.

— Вы невероятно целеустремлены, – отметил Хельвран. – Я думал, что Вы уже сдадитесь. Сирота из бедной семьи не сможет заплатить достаточно за Вашу работу.

— Она ничего и не платит, – рассеяно сказал Маркус. – Я делаю это безвозмездно.

— Вот как, – медленно проговорил Хельвран. Он не жаловался, что ничего не получит.

Честно говоря, было удивительно, что Хельвран так легко выполнял все прихоти Маркуса. Да, Храм Ворона следил за погребениями и тем, чтобы умершие не восстали в виде мстительных призраков, но никто бы и слова ему не сказал, скажи он, что имел дела важнее.

Ворон на плече Хельврана закаркал, хлопая крыльями. Казалось, что он пытался указать на север.

— Давайте сходим туда и проверим, если Вы не против, – предложил Хельвран. – Мой пернатый друг учуял душу, которой недолго осталось.

Никаких возражений. На деле, этого он и хотел. Жители что-то знали, потому не хотели с ним говорить, а небольшой шпионаж самое то в таких ситуациях.

Он присел и поднял горстку камней с земли. Взмахнув над ними рукой, он быстро прошептал низкоуровневое заклинание, и камни тут же превратились в каменных жуков, с вырезанным человеческим ухом на спине. Как только все камни изменились, он спустил жуков на землю, и они разбрелись во все стороны, заползая в каждый дом.

— Пошли, – сказал Маркус Хельврану, который молча наблюдал за его действиями.

Пройдя значительное расстояние от деревни, они встретили одинокую хижину у ручья. Ни один дом в округе не был роскошным или крепким, но все они были лучше этого. Казалось, что он вот-вот развалится, вся крыша устлана дырками. На стуле перед домом сидела старая женщина. Очень старая, больная женщина. Тяжелое и забористое дыхание, один глаз оставался закрытым, в трясущих руках она старалась удержать нож, старательно обтёсывая деревяшку.

Рядом лежала небольшая куча деревянных фигурок. Все они выглядели недоделанными, неправильной формы, и, очевидно, были выброшены из-за ошибки на каком-то этапе работы.

Хельвран не сомневаясь подошёл к женщине, Маркус последовал прямо за ним.

Прошло мгновение, прежде чем старуха заметила их, её единственный зрячий глаз обратил на них внимание.

— О-ох, посетители! – удивлённо воскликнула она. Она взглянула на руки и нехотя прекратила работу над фигуркой. – Как неожиданно и приятно! Я… простите за моё гостеприимство, но я мало что могу предложить гостям. Мой муж скончался несколько лет назад, а моё здоровье ухудшилось. Ах, ну только посмотрите на меня, только жалуюсь и жалуюсь! Думаю, я могу всё-таки чем-то… могу чем-то…

Она попыталась, с невероятными усилиями, приподняться со стула, но её ноги дрожали от напряжения, казалось, что они провалятся под её весом.

Хельвран положил руку ей на плечо, остановив её.

— Не волнуйтесь, – сказал он старухе. – Я Хельвран из Храма Ворона. Ваше время пришло.

Маркус приподнял брови. Черт, невероятно холодно и прямо. Он же не собирался убивать её прямо здесь? Да, она была на закате жизни, но Маркус бы на такое не согласился…

— Ох, – простонала женщина, как будто это было совершенно нормально. – Я даже не подозревала, что всё так плохо. Ворон пришел за моей душой…

— Ещё нет, – ответил Хельвран. – Я Вам помогу, но у всего есть последствия. Прошу, сидите спокойно и не сопротивляйтесь.

Он с тяжёлым стуком опустил посох на землю и положил руку на лоб старухи. Белое бледное пламя охватило его глаза. Ворон на плече расправил крылья, подражая картине на посохе Хельврана, тот же белый огонь охватил и глаза ворона.

Наконец, загорелись и глаза женщины, на её лице вскочило немое удивление. Поток белого света распространялся по всему её тело, пульсируя, словно живой, и наконец зажегся в груди.

Резко померк свет, всё вернулось на круги своя. Хельвран убрал руку со лба старухи, ворон сложил крылья, а женшина издала глубокий испуганный вздох и несколько раз выдохнула, чтобы успокоиться.

Маркус сначала не понимал, что произошло, но вскоре он заметил, что дыхание женщины успокоилось, из неглубокого и затруднённого в лёгкое. Закрытый глаз открылся, в нём всё ещё мерцало тусклое бледное свечение.

Она положила руку на грудь, удивлённая, а затем уставилась на грудь. Больше не тряслась.

— Чудесно, – пробормотала старуха, удивлённо смеясь. – Я чувствую себя просто чудесно. Впервые за столько лет!

Она приподнялась со стула, что стало намного проще. Дрожала, но на этот раз могла ходить почти без проблем.

—  Это не надолго, – предупредил Хельвран. Я зажёг пламя твоей души, заставив его гореть необычайно ярко. На время сдержит беды, но свеча, горящая в два раза ярче, сгорает и быстрее вдвое.

Старушка приняла это как должное: «Сколько мне осталость?» – спросила она

— Три дня, – ответил Хельвран. – После этого – смерть, от которой нет спасения.

— Три… этого достаточно. Более чем, чтобы привести всё в порядок, – успокоилась женщина. Она сцепила руки перед собой, опустив голову. – Благодарю Бога Ворона за это чудо! Мастер Хельвран, если такая бедная старушка может чем-то помочь, только скажите!

— Мы ищем молодую девочку с кличкой Сверчок, зовут Ливия, – внезапно вклинился Маркус. – Если можете подсказать, куда она пошла, мы бы были очень благодарны.

Хельвран кивнул, соглашаясь с Маркусом.

— Сверчок… – нерешительно пробормотала старушка.

— Большую часть я уже знаю, – добавил Маркус. Как только они ушли из деревни, жители начали общаться свободнее, а его жуки подслушали их разговорчики. К удивлению, некоторые просили родственников молчать, опасаясь того, что Маркус и Хельвран могли использовать некую магию для прослушивания, но большинство не были настолько пугливыми. – После того, как родители Ливии не вернулись из леса, она отправила сообщение своим родственникам на севере, где попросила их позаботиться о ней. Однако, вместо этого они забрали её имущество, включая дом, где она жила и выдворили её на улицу. Она покинула деревню и не вернулась, предположительно отправилась на поиски родителей. Это так?

Маркус был очень зол. Не на старуху перед ним, поскольку она не могла ничего с этим поделать, но на коварных родственников и жителей, что не только наблюдали, а еще и пытаются это скрыть.

— Вы… практически полностью правы, сэр, – ответила женщина. – Однако мы не приглашали её родственников. Никто об этом даже не знал. Это сделал кто-то другой.

— Почему жители пытаются это скрыть? – спросил Хельвран. – Они же тут ни при чём? Могут просто пустить ситуацию на самотёк. Зачем ограждать от посторонних?

— Сейчас трудные времена. Старейшина деревни сказал: «лучше иметь работающие руки в доме, чем малолетнюю девочку, которая даже о себе позаботиться не может. На один рот больше.», – повторила женщина, качая головой. – Ах, возможно это звучит неописуемо жестоко для таких уважаемых посланников Бога…

Хельвран и Маркус были удивлены, но ничего не говорили.

— …Но это нормально для нас. Ново-пришедшие даже подарили часть вещей в доме на нужды деревни, дабы сгладить углы.

— Знаете, где она сейчас? – спросил Маркус.

— Сказала, что последует по теченью реки Эгара, прямо на Плато Змеиного Зуба, – ответила женщина. – Туда, вроде как, и шли её родители.

Маркус нахмурился. Оттуда и шли нападения веспидов. Он согласился на эту работу только потому, что она казалось лёгкой. Почему всё так усложняется?

Но нельзя бросать дело на полпути.

Он взглянул на Хельврана, который молча уставился на него. Маркус принял это за знак согласия помочь ему.

Они попрощались со старушкой, но не успели отвернуться, как она сунула в руки Маркуса деревянную фигурку размером с ладонь.

— Она просила меня сделать это, но потом пропала, а я не успела её закончить, – объяснила старушка. – Не лучшая моя работа, но ей должно понравиться.

Немного грубоватая и необтёсанная, но было ясно, что она обозначала – два взрослых, мужчина и женщина, обнимающих ребёнка в центре.

Он спрятал фигурку в рюкзак, и отправился прямиком к Плато Змеиного Зуба.

------------------------------

{1} – Hrastovnik (с хорв.) – «Город дуба», от слова «hrast» – дуб.

{2} – Nix Pardus (с лат.) – «Снежный барс», хищное животное, проживающее в скалистой местности. Снежный барс способен справиться с животным, превосходящим его по массе в три раза.

Маркус отнюдь не был экспертом в поисках. Он путешествовал по многим местам в мире, но не задерживался в них надолго. К тому же, попытки отследить Сверчка бы провалились, ведь он только знал, что девочка шла в сторону Плато Змеиного Зуба.

Однако у него был богатый опыт в выполнении всех видов странных запросов, поэтому он подсказывал ему лучший вариант: найти разведчика веспида и проследить за ним. Веспиды – территориальные монстры, поэтому очень быстро бы заприметили ребёнка-одиночку. Вероятнее всего, они и были причиной пропажи родителей Сверчка, а если она пыталась найти их останки…

Маркус покачал головой. Он не из тех, кто сдаётся ничего не сделав, пусть шансы на её выживание минимальны. Он найдет её, даже если ему придётся закапывать три трупа, а не два.

Он взглянул на Хельврана, жрец и его фамильяр молча уставились на него.

— Почему мы остановились? – спросил жрец.

— Итак, немного подумав, я пришёл к двумя способам её найти, – ответил Маркус. – Для начала, мы можем обойти Плато в поисках любого следа Сверчка. Не знаю, насколько твой ворон хорош в разведке, но у меня есть элементаль земли, который явно будет лучше и вероятнее всего сможет обнаружить Сверчка.

Если брать в расчёт, что она жива и могла двигаться.

— А другой? – попросил продолжить Хельвран.

— Магия полёта, – предложил Маркус.

Хельвран покачал головой: я наслышан о Вашем мастерстве в этой магии, но боюсь, что таких заклинаний я не знаю.

Божественная птичка не научила последователей полёту… или Хельвран не достаточно верен, чтобы получить такое благословление.

— Не проблема. Я знаю, как поднять в воздух нас двоих, – ответил Маркус, взяв сферу полёта с пояса и гордо покрутив ею перед жрецом смерти.

Сфера выглядела не очень волшебно, скорее напоминала белые облака, заточенные в гладком полупрозрачном камне, поэтому было очень интересно, сможет ли Хельвран узна…

— Это древнее сокровище Гигантского Громового Холла, которое пропало несколько лет назад? – предположил Хельвран.

— Нет… – медленно возразил Маркус. – Не пропавшая. Я честно победил их лидера и взял это в качестве трофея.

— А… вот как… – кивнул Хельвран.

— Проехали, не в этом дело, – пренебрежительно сменил тему Маркус. – Дело в том, что сфера может перемещать группы людей, а не только пользователя. Очень полезная штука. С её помощью я без проблем доставлю нас до плато.

— Теперь я понимаю, почему Гигантский Громовой Холл так хочет поговорить с Вами, – кивнул Хельвран. Его глаза на мгновение сосредоточились на сфере, но вскоре он перевёл взгляд на Маркуса. – Тогда должен предупредить, что веспиды, по сути своей, - огромные осы. Мы будем парить в воздухе, из-за чего станем заметными, а они с лёгкостью смогут нас достать.

— Знаю, но этого и хочу, – пояснил Маркус. – Если они нападут на нас, то перестанут следовать за Сверчком.

— Или может привести их в ярость, из-за чего они начнут нападать на всех в округе, и мы подставим девочку, – заметил Хельвран.

— Навряд ли. Веспиды проницательнее, чем кажется, – покачал головой Маркус. – Давным-давно, когда я сражался с ними в Виридианском лесу, они быстро замечали нас, что бы мы не делали. Не знаю, шестое ли чувство, или нечто особенное, но их разведчики до ужаса хороши. Единственный способ справиться с ними – убить до того, как они успеют скрыться и предупредить улей. Не думаю, что маленькая девочка без способностей на такое способна. Она одна, и это может помочь, но временно.

Хельвран нахмурился: «Я этого не знал.»

— Оно и ясно, – пожал плечами Маркус. – В общем, я верю, что лучше всего помочь Сверчку – найти её, как можно быстрее.

— Другого выбора у нас нет, – подытожил Хельвран. – Что мне нужно сделать?

Вместо ответа, Маркус покрепче сжал посох в одной руке, а в другой сферу, и наложил заклинание полёта, из-за чего они тут же воспарили над землёй. Хельвран окончательно потерял свой хладнокровный вид, на его лице отразилась паника, пока он не понял, что произошло. Он раздражённо взглянул на Маркуса, а его ворон взлетел, громко каркнув.

— Серьёзно? – ухмыльнулся Маркус.

— В следующий раз предупредите перед наложением, – попросил Хельвран. – Но да, я готов.

Летая на одном месте, Маркус решил расширить действие заклинания на птицу, ведь она не сможет за ними угнаться. Фамильяр Хельврана ещё раз удивился, но не сопротивлялся.

Втроём они взмыли вверх, и отправились в сторону гор.

* * * *

Полёт был недолгим. Подъём пешком на скалистую территорию мог занимать несколько дней, но другое дело полёт - всего час, если лететь быстро… а сфера Маркуса позволяла лететь с невероятной скоростью. Единственной проблемой был обзор - его перегораживало бесчисленное количество деревьев. Потому, по мере приближения к Плато Змеиного Зуба, Маркус замедлился и снизил высоту.

Он призвал Чавкалку, приказав прислушиваться к человеческим шагам и следовать за ними под землёй. Призванные существа ощущали призывающего на довольно приличном расстоянии, потому что маг действовал в качестве «маяка» в материальном мире, поэтому никаких проблем быть не должно. Хельвран, видимо, сказал ворону делать то же самое. Учитывая, что он не разговаривал с птицей, а она внезапно взлетела и начала обследовать территорию, жрец, вероятно, имел возможность мысленно общаться с фамильяром.

Но Сверчка они так и не нашли, прискорбно, хотя ожидаемо. Только множество групп разведчиков-веспидов, рыскающих по округе. Такие же, как их запомнил молодой Маркус. Примерно полтора метра ростом, напоминающие ос – полосато-жёлто-чёрное тело насекомообразного существа с лицом, похожим на череп. И, хоть этого не было видно, Маркус знал, что у них на голове располагалось четыре отростка, чем-то напоминающих руки.

По своему опыту, можно сказать, что веспиды-разведчики, как правило, действовали в одиночку, если только их улью ничего не угрожало или не происходило что-то опасное. А факт того, что веспиды передвигались в группах по трое, только доказывал, что это самое «что-то» произошло. И вряд ли это был Сверчок.

— Выглядят взбудораженными, – заметил летающий рядом Хельвран, можно было легко сказать, что ему было некомфортно.

— Что-то ищут, – пояснил Маркус.

Довольно странно, но веспиды не решались на них нападать. Их определённо заметили, но на встречу отправилось только одна группа, остальные сбежали. Необычно потому, что веспиды часто сражались агрессивно, не боясь умереть, будто у них напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения. Особенно это проявлялось в группах. Разбирались с незваными гостями в одиночку, а потеряв товарищей, быстро ретировались… чтобы привести подкрепление и задавить числом.

— Это же хорошо, разве нет? – предположил Хельвран. – Если бы уже нашли девочку, то убили, а так они всё ещё в процессе.

— Могут искать кого-то ещё. Словно им угрожает нечто большее, чем обычная потерявшаяся девочка, – добавил Маркус. – Но да, это хорошо. Раз у них есть более важная цель, то они не будут пытаться искать её.

— Хм. Итак? Мы… будем ворошить улей? – любопытствовал Хельвран.

Маркус поднял бровь: «У тебя есть неуязвимость к ядам? Разведчики могут выглядеть слабыми, но их будут сотни. А это не считая королеву. Нас ужалят и не единожды.»

Хельвран прокашлялся, пытаясь скрыть смущение, его парящая фигура покачивалась в воздухе.

— Разумеется, я такое не имею, – уточнил Хельвран. – Но Ваша уверенность заставляет меня считать, что Вы на это способны.

— Даже для меня это может быть опасно, – ответил Маркус, покачав головой. – Веспиды тоже имеют свои ранги. Разведчики – низшая каста их общества.

— Они низшие? – переспросил Хельвран, указав на обугленные останки пятерых веспидов. Именно они ранее напали на них. Маркус легко скосил их одним заклинанием цепной молнии, но это не означало, что они не были угрозой. Ужаль они, Маркусу бы не поздоровилось.

Быть ужаленным очень легко, а чтобы умереть хватало несколько пропущенных жал, поэтому веспиды вселяли в страх во всех адептов, даже сильных мира сего. Неудивительно, что никто не желал брать это поручение.

— Ага, низшие и самые многочисленные, – кивнул Маркус. – Сейчас будут веспиды ещё больше и сильнее. Сама королева, например, около трёх метров ростом, сверху ещё и существо уровня души. Благо она не покидает улей, так что мы с ней не встретимся.

Поскольку улей находился за пределами Виридианского леса, королева, скорее всего, была изгнана соперницами, а значит, она была либо молода, либо довольно слаба. Но недооценивать существ такого уровня не стоило, особенно если у них есть сотни подданных, готовых жизнь за них отдать.

— Вот как. Похоже, я слишком невежественен, – сказал Хельвран. – Давайте обойдемся без улья, дадим эту возможность кому-то другому.

— Так и поступим, – согласился Маркус. – Нам же нужно воспользоваться пассивностью веспидов и проследить за ними. Готов поспорить, что так мы сможем найти девочку быстрее, чем если бы беспорядочно летали по округе.

Ворон Хельврана был разведчиком лучше, чем ожидал Маркус. Веспиды не признавали в нём врага, как бы близко к ним он не летал, принимая его за обычное дикое животное. Хельвран мог видеть и слышать всё то же, что и ворон, из-за чего это был невероятно эффективный способ слежки.

Только сейчас Маркус понял, насколько были плохи его методы наблюдения. Он, конечно, мог прицепить буквально невидимый глаз на веспида, но ему бы пришлось находиться неподалеку от него, чтобы заклинание продолжало работать, но на этом расстоянии он был бы замечен веспидами. Или он мог положить каменного жучка на спину, но веспиды ходили группами – один из них мог его легко снять.

Пока Хельвран не попросил его приземлиться возле скопления деревьев слева, Маркус всерьёз задумывался над тем, чтобы захватить одного из них живым и нарисовать на его спине сигил наблюдения.

Как только они приземлились, Хельвран облегчённо выдохнул.

— Ваша магия полёта удобна, но я неописуемо рад спуститься на землю, – заметил Хельвран. Ворон, вернувшийся к нему на плечо, громко каркнул, соглашаясь.

— Это то, что мы искали? – спросил Маркус, указав на, казалось, заброшенный лагерь посреди зарослей.

— Да, – кивнул Хельвран. – Здесь была небольшая группа людей. Возможно, они не имеют никакого отношения к девочке, но стоит проверить.

Лагерь выглядел ужасно. Тот, кто его ставил, явно не успел его закончить, и пустился убегать. Рюкзаки, спальные мешки остались здесь, были разбросаны небольшой опрокинутый котелок и несколько деревянных мисок.  Дикие животные съели всё, что только можно было, включая следы крови, но остались свежие отметки когтей на деревьях и сломанные ветки. Следы битвы, не иначе. Видимо, группа была вынуждена покинуть лагерь, или просто погибла.

— Не походит на нападение веспидов, – сказал Маркус.

— Именно это я и хотел спросить, – добавил Хельвран. – Вы более знакомы с этими существами, но я думаю, что более высокие формы веспидов не нанесли бы столько вреда окружающей среде.

— У них также нет когтей, – добавил Маркус, нежно проводя рукой по грубым отметинам на стволе ближайшего дерева. Липкий тёмный сок уже просачивался из ран, нанесённых кем-то большим. Намного большим, чем человек. – Странно. Веспиды недолюбливали огромных зверей на своей территории. Они должны были с ним что-то сделать.

— Здесь кто-то умер, но тел нет, – нахмурился Хельвран. – Утаскивают ли веспиды тела в улей?

— Нет, – покачал головой Маркус. Даже не задаваясь вопросом, как Хельвран смог это узнать. – Они едят людей, но срезают плоть и уносят её порциями, оставляя только кости.

Они некоторое время обследовали территорию, ничего не найдя. Ну, ничего не нашёл Маркус. Хельвран, похоже, что-то узнал, ведь его выражение становилось всё более поникшим.

— Подозрительно… но не хотелось бы обсуждать это сейчас, – сказал Хельвран, как только они закончили. – Нам следует найти Сверчка и уйти. Здесь орудует нечто более зловещее, чем улей веспидов.

Впрочем, это уже давно было очевидно. К удивлению, Хельвран легко переносил выходки Маркуса, поэтому второй решил не давить на жреца, чтобы узнать больше. Не хотелось бы лезть в дела Храма Ворона.

Они вновь взмыли в воздух и продолжили поиски. Им попался ещё один заброшенный лагерь, а вместе с ним и разодранный рюкзак, принадлежащий неудачливому путешественнику. И ни следа Сверчка. В добавок ещё и их назойливость стала настолько выносимой, что веспиды, до этого избегающие столкновения с ними, постепенно становились более воинственными, как только стало ясно, что два могущественных мага не просто прогуливались, а что-то рыскали. В конце концов Маркус осознал, что к ним начали стекаться большие стаи и небольшие разведгруппы.

Он тут же приземлился на землю и отменил заклинание.

— Похоже мы забыли продлить гостеприимство, – пошутил Маркус. Со всех сторон доносилось зловещее жужжание. – Готовься к битве.

— Я рассчитываю на Вас, мастер Маркус, – без стыда ответил Хельвран. – Прошу, защитите меня.

— Да ладно тебе, – возразил Маркус. – Чтобы последователь Бога смерти просил защиты…

На споры времени не было. Полчище веспидов, десятки огромных насекомых с черепо-видными лицами, вырывали деревья с корнями, удивительно быстро спускались с неба, направив на них свои жала.

Маркус выпустил заклинание цепной молнии, убив половину разрядом, но оставшаяся половина продолжила бежать, будто ничего не случилось, совсем не заботясь об опасности. Их глупые головы думали только об одном: единожды ужалить, чтобы улей процветал. За ними чувствовалась еще одна волна веспидов.

Он ударил посохом о землю, перед ним изверглась медленная волна желтой энергии. Веспиды, прикасаясь к волне, замирали на месте и разрывались на части, словно их раздавливал огромный камень, но большинство, поняв, что у них не было шансов пробиться, уклонились в сторону.

Маркус кружился, словно в танце, швыряясь цепными молниями и огненными шарами, тела испепелённых веспидов ударялись о земли подобно дождю, но продолжали идти – бесстрашные, неутомимые, неумолимые. Многие неопытные маги, попав в такую ситуацию, погибали, даже если были достаточно сильны, чтобы отбиться, отвлечённые, подавленные натиском. Но Маркус уже за время понял, как себя вести. Продолжать убивать, внимательно следить за резервуаром маны, не тратить её слишком быстро, пристально следить за пронырливыми веспидами, и не мешкать.

Один веспид приземлился и попытался медленно проползти к Маркусу и Хельврану, видимо надеясь попасть по ногам. Чавкалка быстро пресёк этот план, вырвавшись из-под земли, укусил неудачливого веспида и вернулся в недра земли, забрав его с собой, чтобы тот задохнулся.

Как только Маркус вошёл во вкус, решив, что это будет битвой на истощение и что победа была не за горами, нечто огромное и быстрое бросилось на них из-за деревьев.

Нацеленное на Хельврана, а не Маркуса.

Маркус в срочном порядке оттащил мужчину за одежду, так что, когда тварь замахнулась на Хельврана своей огромной когтистой лапой, промахнулась по лицу жреца смерти примерно на полпальца.

Хельвран, потерявший равновесие из-за внезапных действий Маркуса, был поражен внезапным нападением, но тварь оставалась невозмутимой, как и веспиды, усилившие свой натиск. Поэтому у Маркуса был лишь краткий миг, чтобы изучить существо.

Оно… состояло из костей? Огромное, человекоподобное, покрытое костной броней, но не выглядело как оживший скелет.

Оно вновь бросилось на Хельврана, но Маркус встал перед ним, создав синеватый силовой щит. К его удивлению, когти костяного гиганта, казалось, без сопротивления прошли сквозь щит и достали до его груди.

Рубашка Маркуса разорвалась, словно лист бумаги, несмотря на лёгкое заклинание защиты. От этой силы его кожа треснула, образовав паутину ран, распространявшихся по всей части тела, включая нижнюю часть лица, а ему самому пришлось отступить на пару шагов назад, его ноги образовывали вмятины в почве.

Один из веспидов воспользовался тем, что Маркус был отвлечён, и быстро проскользнул под ногами того и всадил жало в его спину. Точнее попытался – жало отскочило от его защищённой кожи и опустилось на землю позади Маркуса.

Маркус злостно топнул по нему сапогом, превратив его голову в кашу, и запустил волну. Десятки веспидов, воодушевлённые его кажущейся растерянностью, вновь врезались в медленно движущуюся волну желтой энергии вновь разрывались на части.

Не остановился и костяной гигант, он вонзился в волну так же, как в силовой щит Маркуса. Увы, волна не была защитой, вопреки её применению. Это скорее было атакующим заклинанием, что сотрясало врага вибрациями изнутри, а их замирание – лишь побочный эффект. Вибрации никак не мешают передвижениям.

Противиться вибрациям костяной гигант не мог. Он пошатнулся, когда сейсмическая волна прошла сквозь него, костяная броня отваливалась одна за другой, или превращалась в пыль.

Через отверстия в броне, виднелась… черная бездна. Абсолютно полое существо. Ходячая броня из костей без ничего.

Слабая голубая волна прокатилась по поверхности костяного гиганта, раскрывая сеть сложных рун, вырезанных на его костях. Тем временем, повреждения, оставленные Маркусом, уже начали заживать.

— О, нет, только попробуй, – громко воскликнул Маркус. – Чавкалка!

Ответ последовал незамедлительно – земляной элементаль уже знал, что делать. Он запустил себя в гиганта, оборачивая его туловище. И вонзил в его голову свои мощные челюсти, с лёгкостью пробив кость, покрытую рунами.

К сожалению, гиганта это не сильно беспокоило. Он схватил элементаля своими когтистыми лапами начал сжимать, из-за чего Чавкалка пронзительно визжал.

В этот момент Хельвран, собравшись с духом после неудачного нападения, выпустил призрачный белый луч в костяного гиганта. Он не нанес ему повреждений, но обездвижил его, и заставил вновь загореться сеть синих рун.

— Ядро! – крикнул Хельвран. – Пусть прогрызет ядро рун в его груди!

Хм. Там руны были плотнее…

Он отдал мысленный приказ Чавкалке сделать это, как вдруг с небес спустились ещё два гиганта, сопровождаемые ужасающим жужжанием крыльев насекомых.

В отличие от костяного гиганта, возможно нежити, эти незваные гости были веспидами. Но не обычными разведчиками. Нет, эти были более метра в высоту, с более выраженным человеческими чертами и череповидным лицом, которое выглядело более демоническим и пугающим. Каждая из четырёх рук держало различное орудие, похоже, что это были трофеи с ранее убитых адептов. Их пояса были сделаны из человеческих черепов и вымазаны кроваво-красной краской.

Левый вскрикнул, издав звуки смутно напоминающие слова, а затем оба бросились на Маркуса.

Низшие веспиды, до этого нападавшие бездумно, быстро перегруппировались, теперь готовые оказывать поддержку.

Маркус тут же сосредоточился на них. Чавкалка и Хельвран смогут расправиться с костяным гигантом сами. Но эти двое… королевская стража. Самая могущественная каста веспидов, находящаяся подле королевы. И это странно. Королева бы не послала их убивать чужаков… они её личная охрана, и даже в больших ульях их не было много. Потерях двоих – огромная потеря, поэтому их не отпускали без веской причины.

Крепко сжимая посох в руках, Маркус сделал размашистое движение, словно сеял семена. Из его посоха вырвался фонтан желтых светлячков, разлетевшихся по всему полю, зарываясь в землю и не оказывая никакого эффекта. Резервуар маны Маркуса заметно опустел – он не смог бы повторить такой опасный приём.

Королевская стража была умнее среднего веспида и менее безрассудна – они знали, что это было своего рода ловушкой, поэтому не хотели двигаться. Но именно этого хотел Маркус – он маг, а значит не имел никаких проблем с битвой на расстоянии, а вот эти веспиды были воинами, полагающими на крепость своих тел.

Хм. В свой ассортимент стоило добавить больше иллюзионных заклинаний. Заставлять врага думать, что он установил ловушку, тратило меньше маны и, возможно, настолько же эффективно.

Королевский страж прокричал команду и указал одним из своих мечей на Маркуса. Рой низших веспидов сразу же рванул вперёд, готовые проверить, что же делали светлячки.

Маркус мысленно вздохнул. Так не пойдет. Он указал посохом на приближающийся рой и выпустил порцию ярко светящихся красных мотыльков. Мотыльки, на вид маленькие и слабые, превращались в массивные огненные шары при прикосновении к веспидами, сократили их численность наполовину.

Королевская стража вскоре осознала, что это было бессмысленно. Маркусу не нужно было активировать ловушку, чтобы справляться с ними. Потому они бросились прямо на него.

Быстры. Невероятно быстры. Как только они решили заняться Маркусом всерьёз, их тела размылись и пропали из виду, иногда мелькая то тут, то там. С каждым разом всё ближе и ближе к Маркусу. Он умудрился попасть по ним заклинанием цепной молнии и огненным шаром, но это не дало никаких плодов. Они не были невосприимчивы к заклинаниям – просто их тела были настолько крепки и покрыты хитином, устойчивым к магии. Заклинания Маркуса причиняли боль, несомненно, но не сильную. Чтобы серьёзно повредить их, ему бы пришлось выпусти десятки, если не сотни, таких заклинаний.

— Хельвран, уходи отсюда! – предупредил Маркус.

— Что? Я тут кое-чем занят, Вы не можете… - начал возражать Хельвран.

Маркус выпрямил руку и выпустил легкий кинетический взрыв. Хельвран поднялся в воздух и вылетел с поля сражений.

А затем прямо перед ним предстали королевские веспиды. Один из них замахнулся мечом у его шеи, одновременно вонзая копье в бок, а дугой попытался нанести удар парой мечей сверху. Водяной шар вокруг Маркус незамедлительно отреагировал и превратился в зеркальный щит, отбивший их атаки.

Щит рассыпался при контакте, но не забыв вернуть атаку в королевскую стражу. Они опешили, не пострадав, но полностью потеряв равновесие от внезапности.

Маркус хлопнул в ладоши и активировал ловушку.

Из земли вырвались десятки волн, создав огромную, медленно расширяющуюся сферу вибрации. Встречаясь друг с другом, они накладывались друг на друга, увеличиваясь до разрушительных высот. Два стража вскрикнули от боли, когда их окропили волны, обойдя их хитиновую броню, чтобы слиться внутри их хлюпающих внутренностей. Они выронили оружия и попытались взлететь, но крылья отказались работать правильно.

— Зря не доверились инстинктам, – пробормотал Маркус, доставая из кармана дешёвый драгоценный камень и создавая из него кристаллическое копье, которое он метнул в стража.

Копьё пронзило веспида прямо между глаз, пройдя сквозь его демоническое, череповидное лицо без сопротивления. Страж сразу же свалился на землю.

К сожалению, завидев смерть своего товарища, заставило оставшегося стража взять всю силу в кулак и подняться в воздух, чтобы избежать скрещивающихся сейсмических волн.

Он немедленно улетел в даль. Спустя секунду раздумий, низшие веспиды, до этого окружавшие Маркуса, последовали за старшим, не желая продолжать.

Маркус же отправился на поиски Хельврана и наткнулся на него, хмурого и сидящего на земле.

— Ваш земляной элементаль был прогнан костяным големом, когда Вы… нарушили мою концентрацию, – объяснил Хельвран. – Мерзость воспользовалась этим и отступила. Я… решил, что следовать за ним будет не лучшей идеей.

Маркус кивнул. Он почувствовал, что связь с Чавкалкой была разорвана, поэтому догадывался, что сделал костяной гигант. Однако, это был не важно. Пусть Маркус не мог вызвать Чавкалку сейчас, он сможет это сделать это спустя несколько дней, когда душа восстановится в элементальном плане земли.

— С кем Вы сражались? – спросил Хельвран.

— Королевская стража, – пояснил Маркус. – Боюсь королева неописуемо зла на нас за убийство одного и сильное ранение другого. Думаю, стоит ждать ещё одного нападения.

— Если это произойдет, то и некромант, живущий где-то здесь, отправит своего голема за нами, чтобы отвлечь нас, – добавил Хельвран.

— Некромант? – повторил Маркус, подняв брови.

— Я это начал подозревать, когда уловил след негативной энергии в большинстве атак, – пояснил Хельвран. – Но теперь я в этом уверен.

— Что забыл некромант посреди улья веспидов? – спросил Маркус. – Это довольно опасное место, чтобы здесь палатку открывать.

— Место усыпано телами, – ответил Хельвран. – Веспиды убивают чужих, но забирают только мясо, оставляя кости и не проводя никаких риуталов упокоения души. В мире не много мест, где некромант имел такое количество… сырых материалов.

Маркус медленно кивнул. Большая часть людей кремировали мертвецов – традиция, развившаяся в ответ расхитительствам могил некромантами. Кладбища – редкость, а если они и были, то зачастую это лишь грудка камней или деревянных отметин, без тел и тем более без душ.

— Прошу за это прощение, но, думаю, нам придётся бросить эту затею, – сказал Хельвран. – Я понимаю Ваше желание найти Сверчка, но беря во внимание всю серьёзность происходящего здесь, мне нужно в срочном порядке вернуться в храм и доложить об этом старшим.

Маркус глубоко вдохнул, размышляя. Тела родителей Сверчка, если они действительно здесь, то, скорее всего, их уже не восстановить. Если тела прибрал к рукам некромант, то они уже вошли в состав костяного голема или типа того. Сверчок… ну, она либо жива, либо мертва. Сложно сказать. По началу он надеялся встреть её останки, но…

Он покачал головой. Тут оставаться нельзя. Улей веспидов жаждал его крови, и даже если ему удастся отбиться, было бы невозможно найти маленькую девочку, когда тебя донимают постоянные нападения. А некромант… такое встречалось довольно редко, поэтому у Маркуса не было опыта сражений с ними. Кто знал, какие изощрённые, извращённые и зловещие атаки у него в рукаве?

— Насколько силён некромант? – поинтересовался Маркус.

— Костяных големов могут делать только некроманты ранга души, – мрачно ответил Хельвран.

Ох.

— Честно, он не выглядел сильным, – сказал Маркус.

— Незаконченный, – добавил Хельвран, качая головой. – Создатель ещё не собрал достаточное количество материалов.

— Ах, – кивнул Маркус. В этом есть смысл. – Я вот, что скажу. Я согласен с тобой, это очень опасно и нам надо уйти… но нужно кое-что попробовать.

— Вы спасли мою жизнь, – также серьёзно ответил Хельвран. – Я буду смиренно ждать.

Маркус в спешке использовал заклинание терраформирования и воздвиг несколько небольших столбов, вырезав на них кучку сигилов. Грубая работа, но она не нуждалась в аккуратности. Всё, что от них требовалось, – до абсурда усилить заклинание.

Хельвран с интересом наблюдал за его работой, но не задавал вопросов.

Наконец, Маркус закончил, стряхнул пыль с рук, удовлетворённый своей работой.

— Закройте ушки, – предупредил он Хельврана.

Хельвран бросил на него странный взгляд, но сделал, как тот просил.

Маркус вошёл в центр своего сооружения, глубоко вдохнул и крикнул.

— ЭЙ, СВЕРЧОК! ИДИ СЮДА ПРЯМО СЕЙЧАС! МЫ ПРИШЛИ ТЕБЯ НАЙТИ, НО УХОДИМ И БОЛЬШЕ НЕ ВЕРНЁМСЯ. СЛЫШИШЬ? ТАЩИ СЮДА СВОЮ ЖАЛКУЮ, ТУПУЮ, САМОУБИЙСТВЕННУЮ ЗАДНИЦУ СЕЙЧАС ЖЕ! МЫ УЙДЕМ И ОСТАВИМ ТЕБЯ С ОСАМИ И НЕЖИТЬЮ, ПОНИМАЕШЬ?!

Усиленный колоннами, его голос гремел, как глас божий, омывая весь лес. Каждый веспид его слышал. Как и, вероятно, некромант. Чёрт, да его слышали все соседние деревни.

Краем глаза он заметил корчащегося на земле Хельврана, пытающегося отгородиться от мучительно громкого голоса Маркуса.

Колонны усилили не только его голос, но и слух, пусть и слабее. Но этого было достаточно. В дали, на севере он мог слышать приглушённый детский голос.

— Нет, не оставляйте меня! – отдавался голос. – Клянусь, я больше так не буду, только подождите меня!

Он повернулся к Хельврану, всё ещё лежал, свернувшись калачиком, и улыбнулся.

— Я знаю, где она, – похлопал по плечу Хельврана он. – Пошлите.

* * * *

Маркус смотрел на девочку перед ним. Около четырнадцати лет, короткие русые волосы, веснушки по всему лицу, и исхудалый вид. Грязная и рваная одежда, скорее всего из-за её попытки выжить, а не бедственного положения семьи. Она выглядела смущённой, стоя перед взрослыми дядьками, сцепила руки за спиной и неловко переминалась с ноги на ногу.

— Приходить было глупо, безрассудно и очень опасно, молодая леди, – сказал ей Хельвран.

— Я-я понимаю, ладно?! – возразила она, выйдя из поведения «смущённого ребёнка», начав оживлённо жестикулировать. – Я уже говорила, что мне жаль! Просто… я просто…

Казалось, она вот-вот расплачется. Однако она тряхнула головой и влепила себе пару пощёчин.

— Нет, нельзя плакать, ещё нет, – промямлила она. – Будь сильной! Сильной!

— У тебя с собой ничего нет, – заметил Маркус. – Ты вправду пошла лишь в одежде?

— Нет, я, эм, потеряла свои вещи, когда убегала от демонов ос, – пояснила она.

— Как ты вообще умудрилась выжить? – спросил Маркус.

— Маркус… – раздражённо посмотрел на него Хельвран. – Игнорируйте его, молодая леди, иногда он может быть бестактным.

— Всё нормально! – взволновано сказала девочка, но затем она стала звучать подавленно. – Я всё расскажу по пути домой… э-э… не то чтобы он у меня теперь был…

Маркус на несколько секунд уставился на неё.

— Ну чего? – переспросила она, ей вновь было некомфортно. – Мне жаль, и я прошу прощения, хорошо?

— Что думаешь о небольшом полёте? – ухмыльнулся Маркус.

Страница книги Зенит Колдовства в интернете

Table of Contents

0 - 1

0 - 2

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

О книге