Начальные иллюстрации

В западной части континента Воримия война продолжалась больше четырёхсот лет.

Позже её назвали войной объединения восьми стран, и из-за того, что королевство Региос смогло подчинить себе две страны, это значительно изменило баланс сил, в итоге сражения стали более жестокими. Под конец из восьми стран на западе континента Воримии осталось лишь две: Региос и Макюрас.

За день до решающей битвы генерал Региоса Ламбер в одиночку покинул лагерь и смотрел в ночное небо.

— Ламбер. Ты чего ушёл посреди ночи?

Ламбер обернулся и увидел другого генерала, Грифа.

Сейчас Ламбер считался любимым героем королевства, хотя когда-то был простым фермером. Мужчина смог подняться из самых низов, потому Гриф защищал его от знати и в итоге они стали лучшими друзьями.

Вместо приветствия Гриф махнул рукой. А за ним были несколько его подчинённых.

— Вот вспоминаю прошлое. До того, как его величество Аврелия подобрал меня, я был простым шальным пацаном.

Опечаленный нескончаемыми войнами на западе материка добрый король Региоса решил положить конец этому и после долгих сражений объединил часть запада, подчинив себе другие страны. Его сын Аврелия пошёл по стопам отца и расширил их земли, и в итоге смог подчинить себе весь запад.

Хотя на самом деле Аврелия была девушкой, но этот факт был известен лишь нескольким приближённым.

Ламбер и Гриф знали её секрет, и были осторожны, чтобы случайно не проболтаться. После смерти короля его младший брат герцог попытался узурпировать трон и убил младшего брата Аврелии. Чтобы помешать его честолюбию совсем маленькая девочка была вынуждена притвориться мужчиной.

Герцог был казнён, но девушке до сих пор приходилось притворяться.

— Почему ты здесь? Мы ведь далеко от места, где должны быть.

— Хочу увидеть местность своими глазами, — после этих слов Гриф сделал несколько шагов и остановился у обрыва.

— ... Ламбер, что ты думаешь об этой войне?

— Не хочу расслабляться... Но если честно, стало проще. Мы можем справиться и половиной наших сил. Раньше было тяжело, но теперь уже нас нечем удивить. Если мы покажем, с какой силой можем надавить, то тому глупому королю останется лишь сдаться.

— Вот как, вообще я думаю так же. Но когда услышал это от тебя, мне немного полегчало.

— Гриф?..

Гриф смотрел на скалы, но внезапно обернулся, выхватил меч и ударил Ламбера. Мужчина спешно защитился. Раздался звук соударения металла.

— Эй, ты что...

Стоявшие позади Ламбера подчинённые Грифа достали мечи. Приготовившись к бою, они разом атаковали Ламбера.

— Ах вы!

Мужчина отбил огромный меч Грифа, нагнулся и отскочил вбок, уклоняясь от мечей подчинённых. Он быстро подскочил и, заревев точно зверь, нанёс горизонтальный удар.

— У-о-о-о-о!

Нога одного подлетела в воздух, ещё одному меч врезался в живот, он отлетел, разбрызгивая кровь. Но меч Ламбера не остановился. Третьему он разрубил туловище, заставив верхнюю часть тела подлететь. Всего за один удар он разрубил трёх человек в доспехах.

Но пока Ламбер отвлекался на подчинённых, Гриф смог зайти со слепой зоны.

Их было девять на одного. Слишком наивно пытаться удержать всех в поле зрения. А угол обзора под шлемом был невероятно ограничен. Лязг, он услышал, как что-то вгрызлось в металл, и наконец Ламбер понял, где находился Гриф.

— Не держи зла, Ламбер!

Пробравшийся со слепой зоны Гриф обрушил на Ламбера свой меч. На нём была броня из тяжёлого магического металла органа, но он прыгнул так, будто не ощущал силу тяжести. Это было особое умение Грифа, «лунное крыло».

Ламбер знал об этой технике, но не думал, что её используют, чтобы убить его. Всё было совсем не так, как когда он смотрел на это со стороны в бою или на тренировке. Ламбер пригнулся и принял удар, но в итоге ему попали в плечевые кости под бронёй.

Солдаты в чинах носили цельные доспехи, потому и мечи у них были тупыми и тяжёлыми, и специализировались они на ударах. К тому же удар меча утяжелял вес доспеха из магического металла.

Лезвие меча Грифа, ударившее Ламбера в плечо, поразило землю. Раздался рубящий звук и в воздух поднялась пыль.

— Отлично получилось! Но теперь твоя основная рука бесполезна!

Гриф снова прыгнул и взмахнул мечом.

Он вновь использовал «лунное крыло».

— Не недооценивай меня!

Ламбер заставил своё плечо двигаться и, положившись на силу, обрушил огромный меч. Гриф сразу же вернул оружие в защиту, но под мощным ударом отлетел на землю.

Мужчина смог удачно приземлиться, но с силой Ламбера приходилось считаться.

Гриф считался героем, прошедшим через множество боёв, он никогда не отпускал свой меч, но сейчас все его конечности онемели.

И это было не просто онемение, оно сопровождалось жгучей болью во всех конечностях. Гриф оставался неподвижен перед Ламбером, который собирался забрать его жизнь.

— Б-быть не может... Этого просто...

На лице Грифа наконец появилась тревога. А справа и слева к нему на помощь неслись двое его подчинённых.

— Генерал Гриф!

Ламбер взмахнул мечом и снёс две головы в шлемах. Подчинённых Грифа осталось лишь трое, но сам он уронил меч и дрожал от страха.

— Б-быть не может... Генерал Ламбер... Настолько...

Подчинённые потеряли желание сражаться. Они верили, что смогут поддержать Грифа. И ради него были готовы пожертвовать своими жизнями. Но умереть бессмысленной смертью они были не готовы.

Они не были трусами. Но Ламбер оказался куда сильнее, чем они ожидали.

— Л-Ламбер... — побледневший Гриф посмотрел на него. Он попытался встать, но огромный меч Ламбера оказался у его шеи.

— ... Я не могу умереть, пока его величество Аврелия не объединит запад.

— Хи, хи-хи... Это приказ его величества Аврелии.

— Ч-что?!

Эти слова ошарашили Ламбера. Видя его смятение, уголки губ на дрожащем лице Грифа приподнялись.

— Ты слишком силён и харизматичен. Если бы не ты... Это войну вели бы и наши внуки. Обычный фермер, но тебя не чураются даже аристократы. Ты герой Региоса. И очень популярен в народе.

— Ч-что ты хочешь сказать?!

— Если ты расскажешь секрет его величества Аврелии после войны... То непременно займёшь престол. В замке хватает твердолобых людей, а после смерти глупца-герцога, близких родственников больше не осталось. Потому это необходимо, чтобы не разгорелся новый пожар.

Вначале он ничего не понял. Но следом пришло понимание. Аврелия увидела его популярность и переживала, что лишится положения, когда война закончится. И хоть он понял это, принять не мог.

— Ч-чушь! Его величество Аврелия думает, что я мятежник?!

Ему уже доводилось слышать подобные слухи. Их распространяли завидовавшие Ламберу аристократы. Но Аврелию они совсем не беспокоили.

К тому же они были хорошими друзьями. Они помогали друг другу и говорили о своих мечтах. Более того, Ламбер полюбил её. Для него она была благодетелем, господином, другом и самым дорогим человеком.

— Такого... Такого попросту...

Но когда Гриф пришёл за его жизнью, было сложно поверить, что приказать это мог кто-то помимо Аврелии.

Как член королевской семьи она должна была сразу выкорчёвывать все тревожные сорняки. Пусть на девяносто девять процентов это было ложью, но она не могла оставить сомнение даже в один процент. Всё же ставкой были трон и будущее страны. Если не обращать на это внимания, снова вспыхнет война и умрёт ещё много тысяч людей.

И всё же Ламбер отказывался это принимать.

— Его величество... Почему... Ведь всё это время я...

Ламбер упал на колени. Руки покинули силы, меч упал рядом с ним. И как только прозвучал звук падения меча, Гриф подскочил и всадил меч в грудь Ламбера. У мужчины не было сил сопротивляться, его просто повело назад.

Гриф придвинулся ближе, и, находясь в упор к нему, использовал своё умение, ударив по крупному телу мужчины. Ламбер взметнулся в воздух.

— ... Ах.

Ноги Ламбера оказались за краем скалы. Он пытался ухватиться за что-нибудь, но рука коснулась лишь огромного меча Грифа.

— Можешь забирать, герой Ламбер.

Гриф отпустил меч. И Ламбер упал в пропасть.

Два месяца спустя королевство Региос закончило объединение западных земель, эпоха войн, длившихся четыре столетия, подошла к концу. Имя героя Грифа, верного подданного короля объединённых земель Аврелии, осталось в памяти надолго.

Двое мужчин шли по тёмному и влажному дну долины.

Один был скрыт тёмно-синей робой, так что не было видно даже глаз. Ростом он был с ребёнка, но временами мелькавшие алые глаза не имели ничего общего с детскими. На его спине был гроб размером с него самого.

Вторым был лысый и мрачный старик.

Оба были из организации исследователей запрещённой магии (так называли всю запрещённую в стране магию) «Свистящий демон». В состав организации входили блестящие, но сошедшие с верного пути маги. Они убивали и проводили эксперименты на людях, и без зазрения совести использовали антирелигиозную магию. Хоть они и считались опасными для страны, но оставались практически неуловимыми, и потому неподконтрольными.

Ребёнка в робе звали Манига.

Хоть он и родился в престижной семье белых магов, которые занимались исцелением, он предал свой род и вступил в «Свистящего демона», и теперь проводил исследования, связанные со смертью и использовал магию на трупах.

Старика звали Бруиг. Будучи тоже членом «Свистящего демона», он прибыл в долину как помощник Маниги. В молодости он прослыл искусным магом, уничтожавшим монстров, рождавшихся из скопления маны. Но то было тогда.

Состарившись и находясь на пороге смерти, он проиграл желанию познавать суть магии и присоединился к организации.

— Я ощущаю поток маны. Место труднодоступное, если человек исчезнет, никто не будет задавать вопросов. Можно схватить путника и использовать в качестве материала. Никто не подумает, что это наша работа.

Осматривая скалы, Бруиг улыбнулся и облизал губы.

Манига не обращал на него внимания и шёл дальше. Старик в спешке последовал за ним.

Наконец Манига остановился и присел перед скелетом. Он был закован в броню и в руке у него был огромный меч. Рядом валялся шлем.

— Манига, чего ты так спешишь?

— ... В этом скелете ещё осталась мана.

— Что?

Бруиг встал рядом с Манигой и посмотрел на скелета. Кости были практически чистыми. Внутри костей была сильная мана, что препятствовало разложению.

Мана считалась святой силой, обитающей во всех вещах, она являлась частью души. После смерти она обычно выходит из тела и растворяется в воздухе. Но если у кого-то оставались сожаления, мана оставалась в теле, заставляя кости двигаться.

— Однако эта броня... Я такую не видел. Это ведь цельный доспех, который когда-то считался обязательным. То есть мана хранилась две сотни лет?

— ... Это место сосредоточения маны, потому разложение могло замедлиться. К тому же ему точно было о чём сожалеть. Отличная нежить получится.

Манига поставил гроб и открыл крышку. Внутри были магические катализаторы, книги и лекарства.

— Что ж, покажи свою магию смерти, господин Манига.

Бруиг сел на камень неподалёку и поставил фонарь на землю. Манига достал из гроба металлическую палочку и банку с тёмно-красной жидкостью и нарисовал круг вокруг скелета в броне. Дальше он взял бутылку и посыпал порошком бронированного скелета. Этот порошок получился путём убийства и смешивания множества разных монстров.

Манига взялся за скелета, чтобы сместить в центр круга, и от тяжести поморщился.

— Это броня... Это орган.

Магический металл орган был тяжёлым, потому Манига не мог нормально сдвинуть тело.

— Что за нонсенс делать броню из органа? В ней невозможно двигаться.

— Но есть записи, что броню из магического металла использовало королевство Регион во время объединения восьми стран...

— Наверняка она была лишь украшением для каких-то торжеств. Нет людей, способных носить такое. Это лишь глупая забава для невежественных историков. Уж не знаю, зачем он это нацепил, но наверняка это лишь глупое увлечение какого-нибудь аристократа или он нужен был для какого-то мероприятия.

— ... Понятно, возможно ты и прав.

Манига направил палочку на скелета. В голове появились магические формулы, и благодаря силе маны они попали в воздух. Над скелетом засияла ритуальная магия.

— Мёртвый, повинуйся мне! — прозвучал крик Маниги, и в глазницах скелета загорелся алый огонёк. Всё тело задрожало.

— У меня получится покорный немёртвый рыцарь.

— Хм... Что и ожидалось от потомка знаменитого рода белых магов. В твоём возрасте ты ужасающе искусен. Господин Манига, ты можешь показать что-то интересное.

— Не люблю, когда упоминают мою семью, но мне приятно услышать комплимент от тебя, господин Бруиг... М?

Скелет медленно поднялся. И ошарашенный Манига смотрел на него.

Поскольку нежить создавалась на основе имеющейся маны, его силы основывались на том, что было при жизни. Манига не думал, что человек в броне из магического металла сможет двигаться. Он считал, что придётся для начала снять броню, но никак не мог подумать, что монстр встанет сам.

— ... Взмахни мечом, — приказал Манига, а скелет кивнул и взмахнул огромным мечом. Здоровенное лезвие разрезало воздух на огромной скорости. Манига не смог выдержать этой мощи и упал. С него свалился капюшон, и показалось лицо ребёнка, которому не присущ был зловещий гений.

— В-вот это сила. Э-эй, господин Манига, ты в порядке? — спросил Бруиг, а уголки губ товарища приподнялись в улыбке.

— Да... Потрясающе! Это не простая нежить! Возможно с ним получится заставить бояться даже королевство Региос! — возбуждённый Манига кричал, брызжа слюной.

— Хо-хо, это внушает уважение. Возможно мана этой земли укрепила ману этого скелета.

— Возможно здесь есть и другие такие же хорошие трупы! Господин Бруиг... Давай позовём и других членов «Свистящего демона» и соберём армию! А потом уничтожим город Ривейр!

— И правда... Получилась очень сильная нежить. Думаю, стоит обсудить вопрос более глубокого изучения магии смерти, — с улыбкой на лице Бруиг смотрел на скелета.

— Верно! Так и сделаем! А потом обратим всех жителей страны в нежить! И мы уничтожим королевство Региос, не способное понять всю прелесть «Свистящего демона», а после смерти обратим их навечно в наших рабов!

— Хо-хо, это просто великолепно.

Они весело разговаривали, когда тело скелета начало дрожать.

— О, о-о-о... Королевство... Региос?..

Бруиг перестал смеяться и посмотрел на мертвеца:

— ... Эй, у него осталось сознание?

— Такого не может быть, он случайным образом произносит слова. Из-за сильных сожалений, он может выдать простую реакцию на слова из воспоминаний. Но это всё. Всё же он уже давно умер, чудо уже то, что у него сохранилась мана. Он никак не мог сохранить разум...

— Королевство Региос... Королевство Региос... Не позволю уничтожить. Королевство Региос объединить западные земли...

Скелет взмахнул огромным мечом.

— ... А? — Манига перевёл свой взгляд с Бруига на скелета и выдал удивлённым голосом. Звук был ужасающим. Меч ударился о землю, подняв пыль.

Бруиг стал вытирать пыль, попавшую в глаза, рукавом.

— Б-быть не может... Всё же это не старый труп! У него хватает воли, чтобы пойти против некроманта! Эй, господин Манига! Сделай что-нибудь! — кричал старик, а верхняя часть тела Маниги завалилась.

— ... А?

Было очевидно, что он уже мёртв.

— П-п-почему я жив... А, а-а, а...

Скелет смотрел в лицо Бруига.

— З-земля, поглоти! — Бруиг взмахнул посохом и ударил по земле. На ней появились магические письмена, и ноги скелета начали тонуть.

— О?..

Тело скелета уходило под землю.

— Земля, застынь! — он продолжал использовать магию. Когда половина тела скелета оказалась в земле, она затвердела.

— Земля, окаменей!

Половина тела скелета оказалась погребена. А потом почва изменила свою форму и окаменела. Вздохнувший с облегчением Бруиг встал на колени.

— Хха... Хха... Должно быть когда пришёл в сознание, его мысли стали путаться. Вот ведь жуткий тип. Всё же господин Манига ошибся...

Тут Бруиг почувствовал подступающую к горлу тошноту.

— Ух... Похоже я слишком переволновался...

Магия, изменяющая форму вещества, требует соответствующей компенсации в виде маны. Если делать это непрерывно, то это скажется даже на таком маге как Бруиг. Обычно на подобное требуется немного больше времени. Потому можно сказать, что получилось всё лишь потому, что это был Бруиг.

Но в следующий момент скала начала рушиться и появился бронированный скелет.

Он с силой выпрыгнул из плена и с шумом приземлился на землю.

— Что!.. Б-быть не может! — произнёс Бруиг, в спешке отступая. — О-огонь, сожги его!

Старик направил посох на скелета. На его кончике появилось пламя, принявшее форму сферы, которая полетела к скелету.

Тот взмахнул огромным мечом, и огонь растворился. Всполохи разлетелись во все стороны, потому Бруиг прикрыл рукой лицо.

— Что за нелепица... Нежить должна подчиняться!

Старик открыл глаза и увидел перед собой стоявшего скелета. Он снова занёс меч.

— Что?!

И в следующий миг начиная с черепа и заканчивая промежностью Бруига разрубили пополам. Хлынуло огромное количество крови, из рассечения стали вываливаться внутренности. Правая и левая половины тела старика упали.

Покинув деревню, Ламбер в сопровождении трёх авантюристов направился в город Айнзас.

По их словам земли вокруг принадлежали графу Абоку, а сам он живёт в центре своих земель, в том самом Айнзасе.

Говорят, что здания выстроены по кругу, стоят так, чтобы предотвратить вторжение, что является пережитком эпохи войн. Город процветал, но со сменой графа безопасность ухудшилась, и теперь подозрительные типы сновали по городу.

— ... Хм, понятно. Похоже времени прошло больше, чем я предполагал, — пробормотал Ламбер, коснувшись подбородка в шлеме. И трое авантюристов озадаченно посмотрели на него.

Они пытались понять, кем является Ламбер. На нём была старомодная броня, слова и действия у него были приметными, и похоже он ничего не знал о таком крупном городе королевства Региос как Айнзас. А ещё он был пугающе хорош. Из-под шлема веяло чем-то необычным, что мешало спросить у Ламбера, кто он такой.

— Э-это... Господин рыцарь, так как тебя звать? — спросила Фиона, которая являлась лидером группы авантюристов. Двух остальных звали Ллойд и Лили. Фиона была сильнее их физически и более крепкой морально, и не могла отказать, когда её о чем-то просили. Потому она бралась даже за то, чего все сторонились. И став лидером, это чувство в ней только укрепилось.

— ... Моё имя? — Ламбер призадумался. Если скажет честно, то королевская семья может всё разнюхать и прислать за ним убийц. Сам он испытывал противоречивые эмоции к Аврелии, которая предала его и обрекла на смерть, но в его мыслях он не думал об убийстве Аврелии и перевороте в стране. Ему просто хотелось спокойно посмотреть на королевство.

Ему были не нужны волнения, как и паника. И Ламбер сам не знал ответа на вопрос, как он хочет поступить с Аврелией.

Его опечалило её решение. Во всём можно было найти компромисс. Хотя он не мог сказать, что как король она поступила неверно. Это Ламбер понимал.

— ...

Видя, что мужчина погрузился в своим мысли, Фиона поняла, что похоже испортила ему настроение.

«В-всё же, похоже есть то, о чём не получается сказать. А значит и спрашивать не стоит», — с этими мыслями Фиона покачала головой.

— Меня зовут...

— Н-нет! Это ни к чему, если не хочешь отвечать, господин рыцарь!

Ламбер думал представиться, когда Фиона его остановила, они заговорили практически одновременно. На какое-то время воцарилась неуклюжая тишина.

— Э-это...

— ... Вообще-то перед тем, как представлюсь, я бы хотел кое-что спросить. Когда-то... Была большая война. Война за объединение запада, она длилась долго... Когда она закончилась?

Смущённая Фиона посмотрела на Ллойда и Лили. Те тоже были озадачены.

Оно и понятно. Всё же об объединении восьми стран все слышали с детства. А тех, кто бы не знал о правителе Аврелии, вообще не существовало в Региосе. И было довольно странно, когда взрослый не знал, когда всё это было.

— Вы не знаете? Или может никогда не слышали о том времени? — продолжал задавать вопросы Ламбер. И всем его вопросы казались очень странными.

— Д-двести лет назад... — выдавила Фиона.

— М? Ты о чём?

— Т-так ведь о войне за объединение...

— Д-двести лет... Э-это точно?

— Д-да... Так и есть.

От шока Ламбер упал на колени.

Двести лет... Он обратился в нежить и вернулся, а прошло так много времени. Но были следы, указывающие на то, что прошло много времени. Даже много. Всё то, что так смущало Ламбера. Изменение топографии и названия мест... К тому же появилась система, которая когда-то казалась лишь мечтой.

К тому же в деревне никто не узнал «Броню Регионикс Оргаджера». Он считал удачей, что его не узнали, и всё же его смутило, почему никто не знал о броне четырёх генералов органа.

Они и не должны знать. Всё же теперь это реликвия прошлого. Раньше он думал сменить доспех, прежде чем пойти в город, но оказалось, что он зря волновался.

И для Ламбера было огромным шоком понять то, что Аврелия уже давно умерла. Он хотел хоть с расстояния увидеть её в качестве короля всех объединённых стран. Он даже не знал, благословит ли он её или проклянёт. Но он был уверен, что если бы он не разобрался бы во всём, то не смог бы избавиться от всех своих сожалений.

Всё же ради неё он стал одним из четырёх генералов и продолжал махать мечом, рискуя жизнью. Было нормальным желанием увидеть сейчас Аврелию. И с его желанием прошли поколения. Он воскрес через двести лет и безнадёжно опоздал.

— Б-быть не может... Этого, этого ведь не может быть? Его величества больше нет среди нас?..

— Ч-ч-что-то случилось?! — спросила Фиона у поникшего Ламбера.

— ... Похоже у него шок.

— Эй, он ведь опасный... И странный. Хоть и спас нас.

— Наверняка он знаменитый мечник. Должен быть... Наверное...

Лили и Ллойд наблюдали за Ламбером и Фионой, и испытывали страх перед эмоциональной неустойчивостью мужчины.

Пока Ламбер и остальные были в лабиринте, глава гильдии «Сумерки духов» Жерман направлялся к заказчику, предоставившему им работу. Он всерьёз рассматривал перенос и роспуск гильдии, но перед этим решил поговорить с заказчиком.

Жерман воспользовался своим положением главы гильдии и изучал графа Абока. Но чем дальше он заходил, тем больше тёмных слухов узнавал, понимая, насколько всё опасно.

Он собирался прекратить своё расследование. Но после слов Клейдора из «Дракона органа» понял, что вмешал во всё даже тех, кто был никак не связан с его расследованием.

Бродя по переулкам, Жерман обернулся. За ним следили, хотели напасть и схватить в безлюдном месте.

— Долго следовать будешь? Может уже покажешься?

После его слов из-за угла показался мужчина.

Небритый мужчина с фиолетовыми волосами. Хорошая одежда была подрана, он производил не самое хорошее впечатление. С виду красавчик, но явно без честолюбия. За спиной было два меча и один на поясе.

— Кто ты? Человек графа Абока? — спросил Жерман, а мужчина пожал плечами и скучающе вздохнул:

— Я не собираюсь представляться перед всяким сбродом. Слабаки вроде тебя меня не интересуют.

— ... Граф довольно труслив, раз прислал головореза.

Жерман вытащил меч, прочертил косую черту и приготовился.

— Что-то я привлёк слишком много внимания. Убью тебя и на какое-то время спрячусь.

— Поздно. У тебя ведь подчинённые в подземный лабиринт пошли?

— ... Откуда ты знаешь?

Задав этот вопрос, Жерман понял, что отстаёт от графа Абока. Он думал, что враг относится с подозрением к его действиям, но не думал, что граф уже копает под его гильдию.

Хотя всё было куда хуже, и даже деловой партнёр Жермана подчинялся графу. Весь Айнзас был логовом паука по имени Абок. И было глупо лезть в паутину, чтобы узнать имя паука.

— Никто не выжил. Все уже мертвы. Хотя мне плевать.

— П-почему?! Их ведь это не касается!

— Ещё как касается. Всё же неизвестно, сколько ты разнюхал, и как использовал в этом своих подчинённых. И ничего странного в том, что от подчинённых избавляются вместе с главой. Ты слишком наивен, раз думал, что их это не коснётся.

Жерман не был наивен. Однако он недооценил осторожность, хитрость и жестокость графа Абока.

— Скажу как есть, граф уже давно наблюдает за тобой. Не помню фамилию, но ты ведь сын мелкого аристократа, чья семья исчезла, выступив против графа Абока. Ты мог просто уйти, но всё же решил сунуть нос куда не стоило.

Мужчина сказал правду, он был вторым сыном барона, выступившего против графа, которого казнили за его преступление. Больше десяти лет назад он стал авантюристом, за что его выгнали из дома, и он больше не возвращался. В итоге его не казнили по приказу графа. Он поклялся очистить имя семьи, создал гильдию авантюристов в городе Айнзас и стал собирать информацию.

— ...

Жерман направил меч на мужчину.

— Прекрати. Вот надо тебе это? Давай без лишних движений. Только меч притуплять, сражаясь со слабаками, — недовольно пробормотал мужчина. И он не издевался, а говорил совершенно серьёзно. Его слова были подкреплены абсолютной уверенностью.

Но и Жерман не собирался сдаваться. С мечом в руках он смотрел на мужчину.

— Ну ладно... Эх.

Мужчина начал двигаться. С минимумом движений он выхватил меч и атаковал Жермана. Мечи встретились, раздался лязг металла.

«Тяжёлый... И быстрый. Едва успел, а он... Даже ещё не серьёзен».

Даже когда их мечи сошлись, лицо мужчины оставалось безразличным. Он не напрягался, и всё же отбить его меч было невероятно сложно.

— Такой чёткий, неплохо...

— Так, дальше.

Мужчина занёс руку точно по кратчайшему пути и атаковал Жермана с другой стороны.

— Ух!

Жерман поднял руку, защищаясь мечом. А противник сразу же нанёс три удара в голову. От них Жерман тоже кое-как уклонился. Он думал о попытке контратаковать, но понял, что мужчина готовится к четвёртому удару, и ответил мечом.

«Он не просто хвастун. Но и пугающе силён. Надо попасть до того, как он станет серьёзен...»

Жерман привёл в порядок мысли, сосредоточился на защите и стал высматривать слабости, которыми мог воспользоваться. Он посмотрел на лицо противника, чтобы прочитать его удар. И тут понял кое-что ужасное. Мужчина просто скучал и почти не открывал глаза. С абсолютным безразличием он смотрел не на Жермана, а куда-то ему за спину.

«Он так точно бьёт, даже не обращая внимания на мою реакцию. Должен быть трюк...»

Когда мечи сходились, разносился лязг металла. Жерман увёл меч в сторону, чтобы остановить следующую атаку, и наконец понял, что представляют из себя удары противника.

— Н-не может быть, этот меч...

— Понял, наконец. Святой меч Бергане, его должен унаследовать старший сын рода Арлек, «Дождь сорока девяти клинков». И ты уже под дождём моего меча.

В битве важно, насколько ты лучше реагируешь на действия противника. Если у тебя есть лучший ответ на любую технику, то ты можешь контролировать любой меч. Хотя на практике это невозможно.

Но стиль «Дождь сорока девяти клинков» ограничивает противника и направляет его движения. Он позволяет направить противника туда, куда необходимо, заставляя врага действовать как по сценарию. Это напоминало навязывание своей игры.

То есть своими сорока девятью ударами мужчина лишал противника возможности контратаковать. И эти атаки не давали нанести ответный удар.

— Я не позволю всему закончиться здесь! Я раскрою злодеяния Абока и восстановлю имя своей семьи...

Жерман паниковал, но отбился от тринадцатой атаки. Но мужчина сменил хват и ударил противника по голове рукояткой. Жерман упал на колени. С его головы стекала кровь.

— Неужели... Ты из семьи Арлек?

— Нет. Как-то раз встретился кое с кем, вот меня и обучили, а потом подстроил стиль под себя, — мужчина говорил нечто невероятное обычным тоном. Удивлённый Жерман открыл рот.

— Мне показалось это интересным, вот я и выучил, но ведь скучно заниматься как какому-то сопляку. Я запомнил, и на деле всё оказалось не так уж и скучно.

Мужчина хрустнул шеей и вернул меч в ножны.

— Я знаю все сорок девять, но возможности использовать больше двадцати ударов пока не было. Хотя число ветвлений только растёт, что раздражает.

Они были на разных уровнях. Жерман осознал это и потерял волю к победе.

Он ненавидел графа Абока, который опорочил его род и казнил близких. И было обидно, что его техники, которые он так старательно учил, были бесполезны. Мужчина переживал, что вмешал в это своих подчинённых и ему хотелось узнать, в безопасности ли они.

Но всего один миг заставил его сдаться. Он не справится. Жерман понимал, что не сможет победить противника.

— ... Я слышал, что у графа есть невероятно сильный подчинённый, который почти никогда не появляется... Это ты?

— Граф Абок сказал убить троих основных членов гильдии и мужчину в броне, а тебя схватить. Но не переживай, граф тот ещё ублюдок. Смерть была бы лучшим вариантом, — мужчина не ответил на вопрос Жермана, и лишь безразлично сказал ему эти слова. А потом сознание Жермана угасло.

Скелет, бывший генерал армии Региоса Ламбер был ошарашен, глядя на лезвие меча, который держал в руках. На его поверхности отразился скелет в броне. Глубоко в черепе светился алый свет, который можно было увидеть через глазницы.

Ламбер понял, что его обратили в нежить. Но его сила воли и сожаление были куда сильнее, чем мог себе представить Манига. Всё же тот не мог представить, что перед ним был великий герой, убитый во время объединительной войны.

— Ч... Что это... Что это...

Его голос почему-то не изменился. Он вырывался из черепа, там где было скопление маны.

— Всё же я умер... А королевство Региос...

И в этот момент в голове всплыл бой с Грифом. А ещё прекрасное лицо Аврелии, он вспомнил, как она предала его.

— ... Нет, это не предательство. Для короля... Это было необходимо.

Хоть он и сказал себе это, но чувства не покидали его. Ведь они были друзьями, так он считал, и верил в это.

Ламбер использовал свой меч не столько ради страны, сколько ради Аврелии. Он бы не пожалел, даже если бы пришлось отдать жизнь за неё. Но она же признала его опасным и убила, что опечалило мужчину сильнее всего.

«Из-за своих сожалений я переродился как монстр? Какой же я жалкий...»

Ламберу стало стыдно за себя.

Он чувствовал ману в своём черепе. Она была источником нынешней силы Ламбера. Он понял это инстинктивно, думал уничтожить источник и покончить с собой, но вспомнил.

«Война... Я ведь не знаю, что случилось с королевством Региос...»

Ламбер подобрал лежавший шлем и надел на голову. Пока он в доспехах, люди не догадаются, что он нежить.

Его предали и убили, но он хотел, чтобы его страна закончила войну и Аврелия правила всеми западными странами.

«И всё же... Кто они?»

Он посмотрел на труп, лежавший позади. Нижняя часть тела мальчишки валялась в луже крови. Это был некромант Манига, убитый Ламбером.

В свои восемь лет он освоил белую магию своего знаменитого рода, но замарался запрещённой магией мёртвых, при этом был настоящим гением. Играючи он мог обрушить на деревню полчища нежити и уничтожить её, а потом создать новых мертвецов, это было для него обычным делом.

Он рассматривался как опасный и высококлассный маг «Свистящего демона» и за его голову была назначена награда. И опасность заключалась в том, что он находился в пятиступенчатой классификации монстров на третьей строке с конца даже над огром. Для его убийства требовалось восемь рыцарей.

Манигу приравнивали к этому самому огру по силе. Вот только в этот раз он не был готов, и напали на него неожиданно.

«Он вроде сказал, что хочет уничтожить королевство Региос. Значит он из Макюраса? Неизвестно, сколько я проспал, но похоже война ещё не закончилась. Гриф, увидеть бы твою физиономию, когда я приду...»

Видя лежавшую вдалеке верхнюю часть тела Маниги, Ламбер вздохнул.

«И всё же эти мрази из Макюраса сделали что-то настолько ужасное. Отправили этого щуплого мальчишку прямо на поле боя в долину Оргран. Похоже им не хватает людей. Тогда им стоит поскорее сдаться...»

Ламбер вспомнил лицо, преисполненное ужасом, увиденное за миг до смерти парня, потому он и считал его не профессионалом. Если ты далёк от этого, то просто не готов к тому, что тебя могут убить. Хотя Ламбер не знал, что мальчик был некромантом, погубившим многие деревни.

То же относилось и к Бруигу. В чистой магии он был сильнее Маниги, и боевого опыта у него было больше. Его навыки превосходили всех обычных магов. Время активации и возможность мгновенного чередования заклинаний никому даже не позволяли приблизиться к нему. Даже первоклассный рыцарь мог лишаться возможности двигаться, когда застревал в земле, а потом уже умирал. Испытывая ужас перед ним, его называли «Земляной паук Бруиг».

Старик считал, что один на один никогда не проиграет. Он всегда вначале хватал с помощью земли, и никогда не думал, что его рассекут пополам, нанеся прямой удар.

Всего этого Ламбер не знал, да и не волновало его всё это.

«Активировал быстро, но силы не хватило. Да и времени было в избытке, чтобы сбежать, когда он понял, что ко мне вернулось сознание. Неужели они даже ослабленного возрастом старика привести додумались...»

Во время, когда жил Ламбер сила была всем. Если ты владел мечом и магией, то должен был биться каждый день. И если ты не мог развиваться в этих условиях, то тебя ждала лишь смерть. И Ламбер стоял на вершине воинов того времени. Относительно мирно жили лишь дети и старики.

«Низко использовать ребёнка и старика. Не только ради моей страны, но и ради людей вражеской страны, эта война должна поскорее закончиться...»

Ламбер был переполнен неверно истолкованным чувством справедливости, пока бежал по долине.

И пока бежал, перед глазами всплыло лицо Аврелии. Прекрасные светлые волосы и полные решимости голубые глаза. На бархатной коже аккуратные и полные силы брови. Только перед ним она иногда позволяла себе девичью улыбку.

Ощущая боль в груди, Ламбер схватился за неё. Но под бронёй была лишь пустота и кости. Он коснулся глаз и понял, что слёз не было, потому лишь одиноко усмехнулся.

Обыскав долину, Лабмер направился к скалам, полный решимости. Погружаясь во тьму, он достиг точки самозабвения, а потом с криком взобрался по скале. Пока поднималось облако пыли, разносился невероятный рёв.

— Хха!

Он взмахнул мечом в ножнах и ударил по огромному камню, а потом с помощью тела приподнял. На нём была броня из органа, и такое на всём континенте Воримия было по силам лишь кому-то вроде Ламбера.

«Я двигаюсь как при жизни... Тело нежити такое необычное. Я точно ощущаю вес своего физического тела».

Ход мыслей Ламбера был верен. Благодаря некроманту сейчас мана Ламбера изменилась, и у него появилась «невидимая плоть». Магическая сила покрывала его кости, позволяя двигаться как при жизни, обеспечивая те же силу и вес.

«Невидимая плоть» по сути была энергетическим телом из маны. Она предназначалась для того, чтобы нежить могла двигаться. Если бы Ламбер направил меч на свою шею, он бы прошёл через «невидимую плоть» и вонзился в кости. В отличие об обычной плоти эта не могла защитить кости.

Но на Ламбере была крепкая броня. Официально она называлась «Броня Регионикс Оргаджера». Её изготовили великие мастера из сплавов разных металлов по приказу предка Аврелии, и в мире таких было лишь четыре комплекта. Их разрешалось носить лишь четверым генералам органа королевства Региос. И Ламбер относился ко второму поколению владельцев.

Каким бы ни был удар, пробить эту броню было очень сложно.

Четырёх генералов органа боялись на поле боя не из-за их брони, а из-за того, что они могли легко пронести этот пугающий вес через всё поле боя...

Взобравшийся на скалу Ламбер какое время бежал через лес. И теперь всюду эхом разносился звук металла.

И на ходу он ощутил зловещее присутствие. С ним такое было впервые, но он знал, что оно было зловещим.

«Это ощущение... Монстр?»

Монстры были порождениями скоплений маны.

Обычные звери тоже обладали маной, он она была у них с рождения. Можно сказать, что бог дал им ману, благословив на жизнь. А вот монстры, порождаемые из маны, были противоположны всем живым существам, они считались злом, восставшим против бога.

То есть появившаяся из маны нежить тоже относилась к монстрам. Сейчас Ламбер был нежитью, его суть была перестроена маной.

Так как монстры появились из маны, они более чувствительны к ней. В особенности нежить испытывала зависть ко всему живому, и была очень чувствительна к мане, которую можно было назвать самой жизнью. Потому-то Ламбер и мог отследить ману, что было недоступно людям.

Но он испытал такое впервые, потому не мог быть абсолютно уверенным. Чтобы подтвердить странное предчувствие, он решил приблизиться к тому, что источало враждебность. И тогда мужчина понял, кто это был.

Перед деревом стоял огр и смотрел на него. Он был ещё больше мужчины в броне.

Его тело, покрытое кровеносными сосудами, представляло из себя гору мышц. Глаза жестокие, а огромный рог был перепачкан в крови. Из пасти торчали клыки, а когти были предназначены, чтобы отнимать жизни.

Он был силён, и человек не мог победить его в честном бою.

Человек значительно уступал в физической силе огру. Руки монстра были куда длиннее, и разницу в мощи преодолеть было очень непросто. Опытному магу было по силам победить его, но обычно на такого требовалось четверо первоклассных рыцарей.

Огры очень воинственны, обычно они атакуют напрямую, и скорость у них настолько высока, что избежать удара очень непросто. Нельзя было подсчитать число людей, которые погибли после такого удара.

Огр был королём этого леса. Другие монстры боялись его, подчинялись и старались избегать. Ни один монстр не собирался переходить ему дорогу, и когда он спал, все старались не шуметь.

Все в лесу жили в страхе перед его яростью.

И теперь огр подскочил, когда кто-то решил подойти, источая свою ману.

Его разозлило то, что кто-то вторгся в его лес, к тому же ему было любопытно. Всё же он никогда не видел обладателей такого количества маны. Ему хотелось узнать, кто из них сильнее. Огр вытянул руки и опустил бёдра, готовясь перехватить противника.

Поняв, что огр собрался с ним сражаться, Ламбер достал меч, но останавливаться не собирался.

— Гу-у-у... — низко заревел огр. Он почувствовал что-то неладное, глядя на Ламбера.

Мужчина видел достаточное количество слабостей.

Огр с рождения обладал высокими боевыми способностями. Когда он видел живое существо, уже знал как убить его.

Как бы он ни прыгнул, Ламбер не сможет ни защититься, ни уклониться и станет добычей его огромных когтей, огр был уверен в этом.

— Гу-га-а-а-а!

Колени огра согнулись, он оттолкнулся и бросился на Ламбера. С его точки зрения мужчина реагировал слишком медленно.

Обычно живые существа стараются защититься, когда их атакуют. Они поднимают руки, размахивают ими, у них дрожат плечи, они закрывают глаза... Тело реагирует само на угрозу, решая, как оно сможет с ней справиться.

Огр мог просчитать вражеские движения при нападении. Но как бы близко он ни был, Ламбер никак не реагировал.

Монстр считал его ниже себя. Своими огромными когтями он собирался попасть в зазор на шее. Собирался нанести удар. Он уже представлял, как сносит голову врага.

Но его когти так и не добрались до брони Ламбера. Рука взметнулась в воздух, разбрызгивая зелёную кровь.

А потом огр почувствовал, что из себя представляет вкус поражения. Понимая, что попал в сложную ситуацию, мозг монстра, улучшенный для сражений маной, начал ускоренно обрабатывать информацию, и в замедленном действии он осматривал всё вокруг.

Но было слишком поздно. Когда рука огра подлетела в воздух, его тело было разрублено пополам. К тому же третий удар меча направился ему прямо в физиономию. Ламбер в мгновение ока отрубил руку и разрубил тело, и теперь собирался размозжить голову ещё до того, как тело упадёт на землю.

Огр считал себя небольшим королём. И он не видел попыток Ламбера защититься, потому что тот был слишком привычен к сражениям. Ему просто не надо было реагировать на всё подряд. Пусть когти приближались к шее, но в следующий миг он уже убьёт огра, и в этом Ламбер не сомневался.

Огра пристыдило собственное высокомерие. Он знал лишь тех, кто был слабее него, потому недооценил силу Ламбера. В эйфории он был горд тем, что сможет сразиться с таким противником.

И мощный удар пришёлся на голову огра. Всего после одного удара голова с шумом разлетелась в стороны. На этом жизнь огра прервалась.

Всё это длилось лишь миг. Обычный человек бы даже не понял, что произошло, перед ним бы просто появился кусок плоти.

А Ламбер на ходу смахнул с меча кровь и убрал оружие в ножны. Ему всё происходящее было безразлично.

«... Понятно, моё тело может воспринимать ману. Возможно получится понять, где есть люди».

Мысли уже переключились с огра на ту информацию, которую он получил в бою. Для Ламбера разбираться с подобными монстрами было слишком просто.

«И всё же странно... Виды, которые я знал, изменились. Будто я оказался совсем в другом месте».

Пока он ещё размышлял в неверном направлении. Всё же он не знал, что со времени его смерти прошло двести лет...

Ламбер пробирался через лес под шум его металлических доспехов. Рядом с ним не появлялись ни монстры, ни животные, ни даже насекомые. Похоже звери ощущали ману и старались держаться от него подальше.

«Странно... Слишком уж тихо. Что же произошло, пока я был мёртв...»

Ламбер испытывал тревогу и оставался настороже.

Монстры, животные и насекомые больше доверяют интуиции, чем люди. Если они не подходят, значит там что-то очень опасное.

Наполовину Ламбер был прав. Там и правда было нечто невероятно опасное, вот только боялись они именно его. Они ощущали силу Ламбера через ману и в страхе прятались.

Будь он живым, то конечно же выпускал бы ману... Но монстры, в особенности нежить обладают огромным количеством маны по сравнению с живыми существами. Если он не остановит этот поток, то так и будет давить на окружение. Мана монстров излучала миазмы, они могли вызвать страх, дискомфорт и в зависимости от монстра даже болезни.

Ламбер, который только стал нежитью всё ещё сохранял сильную человеческую волю, потому не ощущал эти миазмы.

«Проклятье, никаких признаков людей... Одни следы странных монстров. Надеюсь там что-то на уровне того огра...»

Он ощущал миазмы, исходившие от других монстров поблизости.

Ламбер продолжал бежать. День подошёл к концу, и вот солнце снова взошло. Смотря на прекрасный рассвет, мужчина понял, что не испытывает усталости. Он не спал и бежал уже почти полсуток, но не было похоже, что его физические силы истощались.

Нежити не ведомы ни усталость, ни сон. Ламбер знал об этом, потому ему стало грустно. Он больше не живой человек, теперь, когда его жизнь была закончена, он продолжал своё искажённое существование.

Ламбер стал разбираться в своих чувствах и удивился, насколько новое тело оказалось эффективным.

«Никакого сна... Тело, не знающее усталости... На поле боя за такое можно лишь поблагодарить. Оно всегда будет работать в полную силу. Если война ещё не закончилась, может мне и повезло, что я лишился тела из плоти и обзавёлся этим. Если обратить в нежить четырёх генералов органа Региоса, мы вчетвером уже сможем брать замки».

Выброшенный и всё ещё верный стране мужчина мыслил не как обыватель. Переключив свои мысли, Ламбер пробежал лес так, будто его телу неведома усталость.

«... И всё же я так и не увидел других животных. Похоже я был на территории какого-то монстра. Должно быть он очень силён».

В итоге Ламбер так и не заметил исходившие от него миазмы.

Продолжая бежать, он ощутил ману живого существа. До этого он ощущал нечто другое от животных, эта была неподвижна.

Ламбер решил пойти на контакт с владельцем маны. И когда он подошёл, то увидел худую девушку, сидевшую на скале. Она была бледной, щёки впалые, а руки тонкие точно веточки деревьев. Похоже она уже несколько дней ничего не ела.

У её ног лежали лук, стрелы и убитая птица. Похоже она охотилась. Если она голодна, то надо было съесть её самой, но что-то было не похоже, что девушка собиралась есть. Она лишь мрачно смотрела на землю.

Люди по сравнению с животными хуже ощущают ману и миазмы. Потому она и не заметила ауру вокруг Ламбера.

Он встал перед девушкой. А она подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Эй, женщина. Какой сейчас год по летоисчислению Региоса? Я хочу знать, как проходит война.

Девушка посмотрела на него с широко открытыми глазами. Её напугали непривычные полные доспехи и миазмы нежити.

Однако в ней появилась надежда. Она поднялась и подошла к Ламберу.

— Э-это... Неужели вы воин графа Абока? А другие...

— ... Абока? Нет, мне незнакомо это имя. К тому же я сейчас один.

С лица девушки исчезли радость и надежда. Она снова помрачнела, а её плечи поникли.

— Вот как... Тогда вам лучше уйти отсюда.

— Что?

— На самом деле мою деревню захватили разбойники... Больную мать и младшую сестру взяли в заложники, а я вынуждена каждый день охотиться... К нам приходили авантюристы, когда заподозрили неладное, ведь связь с деревней пропала... Но всех троих схватили. И пока и вас не втянули, вам стоит...

Услышав это, Ламбер всё понял. Потому девушка и была голодной, хоть у неё и имелась добыча. Она перепутала его с солдатом графа, думала, что тот поймёт, что деревня в беде и сделает что-нибудь.

— ... И всё же я никогда не слышал о деревнях в лесах вдоль этой границы. К тому же... У тебя незнакомый диалект. А, понимаю... Похоже я забрёл на земли королевства Макюрас.

— Границы?.. Королевство Макюрас?.. Это, о чём вы говорите?

— Что?

— Мы ведь в самом центре королевства Региос...

— Ч-ч-чт... Что?!

Ламбер испытал непередаваемый шок. Девушка, увидев его удивление, слегка задрожала.

«Э-это центр королевства Региос? То есть... Война с Макюрасом закончилась, и его величество Аврелия объединил страны запада? К тому же тут появилась деревня... Возможно прошло уже два десятилетия? Тогда... Возможно у его величества Аврелии уже внуки появились... Столько... Столько времени прошло, я ведь и подумать не мог. Я пока не очень к этому готов...»

По факту с тех пор, как Ламбера столкнули со скалы, прошло двести лет. Королевство Макюрас стало частью истории, а Аврелия, к которой Ламбер испытывал сложные чувства, уже давно умерла.

— Это... — пока мужчина хватался за шлем, девушка позвала его, и он наконец пришёл в себя:

— ... Кстати, женщина, знакома ли тебе эта броня?

— Н-нет, простите...

— Вот как...

Ламбера не удивило, что она не знает о «Броне Регионикс Оргаджера». Если прошло два десятилетия, то она родилась уже после войны. Сейчас он тосковал из-за смены эпохи, но тут мужчина был беспомощен.

К тому же он был уверен, что генералы органа исчезли или претерпели серьёзные изменения.

«... К тому же ей лучше не знать, кто я. Мне может помешать шумиха, поднятая из-за того, что кто-то узнает, что я один из четырёх генералов органа Ламбер. Могут прислать кого-то вроде Грифа. В следующий раз я выиграю... Хотя у меня нет желания убивать его».

Им было о чём поговорить, но только лучший друг Ламбера и один из четырёх генералов органа Гриф был уже давно мёртв.

«Она ничего не заметила, потому что ребёнок... Но мне стоит достать более неприметную полную броню и как можно скорее».

Вся броня в нынешнее время была облегчена, люди ограничивались нагрудниками или кожаными доспехами, потому выделялась любая полная броня, но этого Ламбер тоже не мог знать.

— Д-деревня близко... Потому здесь опасно. Идите туда и сможете спастись... И это, прошу, расскажите обо всём графу Абоку! Если я покину деревню, они убьют мать и сестру... Потому прошу! — девушка указывала Ламберу куда идти.

— Нет, это ни к чему.

— А?..

— Я когда-то служил этой стране рыцарем. И если грабители угрожают жителям Региоса, я не могу это так просто оставить. Я избавлюсь от них.

Пусть к Аврелии он испытывал противоречивые чувства, но о любви к родине Ламбер никогда не забывал. И чувство справедливости в нём было развито всегда.

— Э-это невозможно! Их там человек тридцать!

— Никаких необученных разбойников не хватит, чтобы напугать меня. Веди в деревню.

— Н-но...

Она не знала, что будет с её семьёй, если она приведёт Ламбера, а разбойники убьют его. Потому ей было нелегко согласиться.

А Ламбера это начало раздражать. Он не понимал, почему она не хочет позволить ему избавиться от преступников.

Будучи одним из четырёх генералов органа, Ламбер считался живым оружием, и его не могли напугать какие-то бандиты.

Девушка же ничего не знала о его броне, и потому свет в её глазах совсем не изменился.

Против него была шайка бандитов без наставников, без обучения и без какой-либо веры. Ламбер считал их обычными грабителями.

В его время солдаты тренировались до предела, и обычные люди им были не соперниками, таким был здравый смысл времён объединения.

Но с тех прошло двести лет.

Эпоха сменилась, люди жили обычной жизнью, и что-то за пределами человеческого практически не появлялось. В этом плане они думали совсем по-разному и не могли понять друг друга.

— Не заставляй повторять. Я сказал, веди меня в деревню.

Из-за раздражения из тела сочились миазмы. И это напугало даже девушку, не чувствительную к мане. Она задрожала и побледнела. Ноги лишились сил, и она упала на месте.

Ей казалось, что мужчина в странных доспехах на самом деле огромный монстр. Хищник и добыча. Миазмы Ламбера на уровне инстинктов показали девушке разницу между ними.

... Меня убьют.

Именно такую угрозу она сейчас испытывала.

— А... А... — она открыла рот, чтобы заговорить, но ничего не получалось. Ламбер озадачился, видя её страх.

— Я тебя напугал. П-прости... Я не хотел, просто не знаю, как обращаться с детьми, — он стал размахивать руками, и теперь можно было услышать лязг его брони. Видя состояние девушки, Ламбер подумал, вдруг у него сместился шлем, потому коснулся его.

«Т-так... Всё в порядке... Вроде...»

Тогда чего она так боялась? Поняв, что дело не в лице, Ламбер наконец понял, что из его тела будто что-то сочится.

«Б-быть не может... Из меня миазмы выходят? В итоге я стал вот таким монстром...»

Ламбер наконец понял, что излучает миазмы. Он в очередной раз признал, что стал монстром, потому его шлем поник.

Теперь он стал стараться свести к минимуму свои миазмы. Ощущение было таким, будто он пытался остановить потоотделение силой, что вызывало у него чесотку. Но в итоге похоже мана перестала разливаться из его тела.

— ... Н-ну что? Успокоилась немного?

Он подумал, что без миазмов девушка будет бояться не так сильно, потому он снова заговорил с ней. А она с широко открытыми глазами посмотрела на Ламбера. В них всё ещё был страх, но теперь ещё появилась озадаченность.

— А... Простите... Что доставила вам хлопоты...

Жажда убийства пропала, и обеспокоенность самого Ламбера позволила девушке успокоиться.

— Э-это... Но их там и правда много... Я не вру!

— Я понимаю... М?

Ламбер ощутил человеческую ману позади. И не одного человека.

— Трое? Видать мы заболтались. Может не будете прятаться, а выйдете?

Ламбер медленно обернулся и посмотрел в направлении источников маны.

— Эй, эй... Как ты понял?

— Чёрт, а я думал внезапно напасть.

— Не знаю, откуда взялся такой придурок в броне, но я нашинкую тебя стрелами. Особенно твои руки.

Из-за деревьев показались трое мужчин. С серпом, мечом и трубкой для стрел. На лицах улыбавшихся разбойников были звериные гримасы.

Девушка тут же стала сравнивать бандитов и Ламбера. Он уступал в численности. Но с тяжёлой бронёй мужчина точно не мог просто убежать.

— Г... Господин рыцарь, отступайте.

С точки зрения девушки они были изголодавшимся зверями, но Ламбер видел из скорее как щенят.

— Беспокойство излишне, — сказал он, достал свой огромный меч и бросился на разбойников. И в своих тяжёлых доспехах он двигался невероятно быстро. Когда его закованные в металл ноги наступали с шумом на землю, присутствующим людям казалось, что это огр заставляет лес содрогаться. И под давлением разбойники могли понять, что броня не была каким-то ширпотребом.

— Я зайду за спину справа! Окружим его и убьём! Бросай свою трубу и доставай нож! Ему есть смысл только по суставам бить! — мужчина с серпом, который похоже был главным, дал указания своим товарищам. Они считали, что в таком анахронизме Ламбер не сможет быстро передвигаться, потому думали убить его грубой силой, но увидев его движения, поняли, что ошиблись.

И прежде чем они успели что-то сделать, Ламбер выхватил меч и пошёл на них.

— А?

Дальше они ощутили мощную жажду убийства. Вырвавшиеся миазмы Ламбера заставили разбойников испугаться. Но он не дал им насладиться этим вкусом и нанёс горизонтальный удар огромным мечом.

— Ха-а-а!

Раздался крик, и голова главаря взметнулась в воздух. Ещё шаг и следующая атака, меч пошёл снизу вверх. И теперь второй и третий разбойники были разрублены огромным оружием. Разрубленные тела всех троих разлетелись в разных направлениях.

Стоявшая на расстоянии девушка только увидела взмах меча, который убил всех троих.

— ... В-вот это да.

Видя силу Ламбера, она сомневалась, не спит ли. Его мощь казалась просто нереальной. Когда мужчина убрал меч в ножны, голова его первой жертвы как раз упала за его спиной. От удара она раскололась и теперь из неё точно из разбившегося фрукта вытекала кровь.

— Довольно слабые. Немного странно. С виду не похоже, что у них проблемы с едой. Может им нездоровилось...

Чтобы защититься от врагов во время объединения королевство Региос создало армию прямо в центре страны. И чтобы деревенские жители могли ответить на призыв страны, их тоже тренировали. Потому, чтобы разбойники могли захватить деревню с подготовленными крестьянами, они должны быть достаточно сильны.

Всё же в то время уровень силы у людей был значительно выше. И не знавшему этого Ламберу эти разбойники казались неудачниками-любителями.

А девушка, увидевшая силу Ламбера, больше не сомневалась, стоит ли его вести в деревню. Ей казалось, что он сможет справиться и с тремя десятками врагов.

Наконец девушка стала его слушать и повела Ламбера в деревню.

Через какое-то время они покинули лес и уже виднелись здания.

— Хм, вот где.

— Г-господин рыцарь... Это, всё правда... Будет в порядке?..

— Положись на меня... Хотел бы я ответить, но я и сам не знаю.

Ламбер не был не уверен в себе. Просто разбойники были какими-то странными. Мужчина начал думать, уж не скрывается ли что-то за их действиями.

— Конечно разбойники здесь обосновались... И всё же они не соответствуют. Слишком уж слабые для разбойников, подозрительно это.

— В-в каком смысле...

Ламбер остановился. Девушка тоже остановилась и посмотрела на него. А Ламбер смотрел на неё.

— Господин рыцарь?

— ... Ну, сейчас не до размышлений. Выясню всё, когда разберусь с ними. На гнилой ветке и листья гнилые. И её стоит срубить, пока зараза не распространилась на всё дерево.

— Э-это... О нашей деревне?

— Не переживай и оставь это мне.

Ламбер не ответил и снова пошёл в деревню.

Деревня была в ужасном состоянии. Ослабленных людей тут и там эксплуатировали разбойники. Они угрожали людям кнутами и серпами, и, развлекаясь, заставляли работать. Кто плохо работал, того били кнутами или могли отрезать палец, если человеку было совсем плохо, его просто убивали.

На краю деревни были собраны тела пятерых жителей. Не было никаких отличительных особенностей между жертвами, они были молодые и старые, мужчины и женщины. Эти люди погибли за последние несколько дней от голода, непослушания или потому, что разбойники просто перестарались. Если учитывать всех убитых людей с тех пор, как они обосновались, их было в десять раз больше. Когда их становилось много, жители выкапывали яму и сбрасывали тела туда. Главарю нравилось наблюдать за тем, как жители сбрасывали тела своих друзей в яму, он специально ждал, когда наберётся побольше трупов.

Ламбер вошёл в деревню и осмотрелся.

— Понятно, положение и правда ужасное... — говоря это, он пошёл в центр деревни, не доставая своего меча. Один из разбойников радостно ударил кнутом полуобнажённого крестьянина по спине:

— Хе-хе, ну ты, чего бездельничаешь, а? Специально злишь меня? Да? Хочешь, чтобы теперь я твою дочурку грохнул? А?

Ламбер не желал, чтобы преступник ещё бил кого-то, потому направил на него свою жажду убийства. Мужчина почувствовал озноб и поднял голову, он увидел Ламбера и девушку, стоявшую на расстоянии позади.

— А, это ты! Эй, к нам странный тип пожаловал! Помогите, кто-нибудь! — крикнул преступник, обращаясь к тем, кто был в деревне.

— Можешь звать своих дружков. Не придётся искать.

— А, что...

Воспользовавшись моментом, Ламбер оказался прямо перед разбойником.

— ... А? Ва, ува-а-а!

Преступник взмахнул кнутом. А Ламбер, находясь перед ним просто увернулся с помощью техники шагов. Он смог прочитать траекторию кнута, которую не знал даже тот, кто его использовал.

И преступник не мог подумать, что мужчина сможет уклониться от удара. И самому Ламберу это было не особо нужно, он просто хотел продемонстрировать разницу в способностях.

— Ч-что...

Ламбер швырнул противника. Но из-за разницы в весе, сознание преступника слегка угасло, для него удар оказался достаточно сильным. Противник приложился плечом о землю, а под весом собственного тела его рука странно выгнулась. Ламбер схватил разбойника за плечи и силком поднял.

— Сколько вас всего? Исключая тебя.

— А, ага... А...

Ударившись об землю, он вывихнул челюсть и не мог говорить.

— Я конечно сам решил использовать бросок... Но какой-то ты хрупкий.

Ламбер достал огромный меч и отрубил голову противника. Он ощутил ману пятерых человек, которые подходили к нему, мужчина держал меч, приготовившись к бою, и посмотрел на источники маны.

— Л-Латис!

— Ты убил его! И за это сам сдохнешь!

Ламбер приблизился к первому, держа меч в нижней стойке.

— Б-быстро...

— У-о-ра-а!

Он рассёк разбойника с промежности и до макушки. Из идеально разрубленного тела высыпались внутренности и полилась кровь. Мгновенная смерть. Шок сменился страхом, разбойники не могли дышать.

— Что...

Лица четверых разбойников были в ужасе.

До того, как две части тела упали на землю, Лембер уже перешагнул через труп, приблизившись к другим врагам. Три взмаха мечом и три человека были разрублены пополам. А последний оставшийся вопил, размахивая дубиной с привязанным к ней камнем:

— Ува-а-а-а!

— Слишком медленно!

Ламбер отрубил его вытянутые руки, а потом вонзил меч в живот и поднял вверх.

— Поставь... Поставь...

Из раны кровь и внутренности стали падать на Ламбера.

— Сколько помимо вас пятерых осталось людей?

— Нас... Двадцать... Двадцать восемь... — говоря, разбойник постукивал по огромному мечу.

— Вот как, спасибо.

Ламбер опустил меч. Зажатый между лезвием меча и землёй разбойник превратился в кусок мяса. Наступив ногой на живот, мужчина вытащил меч.

«Будет плохо, если они сбегут... Хочу знать их точное количество».

Ламбер бежал по деревне, убивая бандитов. И считал в голове тех, кого убил.

— Ты... Кто ещё такой?! — закричал один из разбойников, нанеся удар мечом. Ламбер отбил его закованной в броню рукой, схватил мужчину за голову и ударил о землю. Голова раскололась, а из дыры в лице хлынула кровь.

«Теперь осталось десять... Против них даже меч не нужен. Да что с ними... И что с этой деревней, раз они даже такое нападение отбить не могут?»

Стряхнув кровь с руки, он снова думал об уровне того времени, когда жил.

Но когда ощутил приближающиеся следы маны, переключился на них. Вот только их было больше десяти. Возможно Ламбер не правильно расслышал численность, но понял, что где-то половина была очень слаба.

«Хм... Привели заложников».

Как Ламбер и предполагал, разбойники привели трёх молодых людей, которые не были похожи на их товарищей. У пленников были связаны руки, а на шеях были верёвки. Рты были заткнуты тряпками. Каждого из троих удерживал один злодей.

«Разбойников десять... Кажется это все».

Позади стоял стройный и с виду хитрый мужчина, а рядом с ним ещё один, только крупный, лысеющий и губастый. У крупного мужчины были пустые, точно стеклянные глаза. В руке он держал череп со срезанным теменем.

— Так, хватит... Пришло время поговорить, — лысеющий мужчина девичьим тоном обратился к Ламберу. Мужчина понял, что это был лидер разбойников.

— Я должен сдаться ради них? — холодным тоном спросил Ламбер, а заложники со слезами на глазах отчаянно двигали головами, они умоляли его.

— Слепая наивность. Пришёл их спасти? Не переживай, я собираюсь их пытать, потому пока не могу отдать.

— ... Хм.

Услышав слова, он вспомнил слова девушки.

«К нам приходили авантюристы, когда заподозрили неладное, ведь связь с деревней пропала... Но всех троих схватили. И пока и вас не втянули, вам стоит...»

Он осмотрел лица заложников. С виду им было около восемнадцати, все довольно крепкие. Выглядели они не такими исхудалыми, как другие жители, скорее всего именно они были теми самыми схваченными авантюристами.

— К тому же... Я не говорю, что убивать собираюсь. Отруби себе кисть. А потом я отпущу их... И тебя тоже.

Он поднял череп и приложился к дыре в нём. Будто внутри плавали мозги. Кажется череп превратили в чашу с помощью глины, из него ничего не выливалось. Поверхность же была раскрашена. Ламбер посмотрел на чашу, а глаза главы разбойников оставались такими же холодными, только губы искривились в улыбке, он облизал их своим коротким и толстым алым языком.

— Ах, заинтересовала? Эту чашу я сделал из головы молоденькой девушки этой деревни. М... Не сам, заставил сделать её отца. Здорово, да?

После слов лидера, его подчинённые рассмеялись.

— Эй, если сам боишься, давай я сделаю?

— Такой большой и зассал? Давай, руби. Ну же... Будь благодарен боссу, что получится отделаться такой мелочью. Если бы он был серьёзен, мы бы схватили тебя и пытали, и тогда ты бы познал настоящий ад... Из-за того, что ты перебил стольких наших, мы больше не можем никого потерять.

— Ну... Неизвестно, надолго ли ты останешься в безопасности. Ты вообще знаешь, кто за нами стоит? Знаешь... Что натворил?!

Подчинённые один за другим высмеивали Ламбера.

«Послушать их ещё немного?.. Нет, ни к чему. Чтобы добыть информации хватит и одного».

Осмотрев всех разбойников, Ламбер достал меч. Все думали, что он собрался отрубить себе кисть руки.

Предполагалось, что на помощь деревне опытный мечник не придёт. И раз вслед за авантюристами пришёл опытный боец, значит явился он за ними. Потому-то разбойники и решили использовать их в качестве заложников.

— Я не могу позволить убить будущее Региоса, которое представляет из себя молодёжь. И с моим нынешним телом мне не претит отрубить себе руку, предложение очень заманчивое, и всё же... — после этих слов он начал испускать зловещие миазмы. — Прости, я отказываюсь. Я уверен, умрёте здесь лишь вы.

От зловещих миазмов злодеев охватил страх, их тела напряглись. А мужчина уже был между двумя разбойниками, удерживавшими заложников, и срубил их головы.

— Что?!

— Что это, что случилось?!

Преступники не поняли, что случилось, их глаза смотрели на происходящее, а они не решались сделать хоть что-то. Выражение на лице лидера переменилось.

— Покажите ему ад! — довольно прокричал он и взмахнул чашей-черепом.

— Мразь, а с нами всеми справишься?.. — проревел один из людей, встав перед Ламбером и разгоняя свой страх. Но прежде чем он договорил, его тело разделилось вертикально пополам.

— Убить! Против нас всего один человек! Убейте его!

Разлетелись ещё четыре плода, окрашенных алым. Никто из преступников не обладал навыками, чтобы уследить за ним. Они не могли сделать ничего. Только бежать, но этого им никто не позволил. Никто из них даже не смог взмахнуть мечом, все обращались в бесполезные куски плоти.

— Э-этого... Этого... Не может быть!..

Остался один лишь лидер. Ламбер посмотрел на упавший череп, а потом уставился на главаря.

— Я много всего хочу у тебя спросить. Но не хочу показывать всю грязь жителям деревни... Давай-ка воспользуемся свободным домом.

— П-пытать меня собрался? Думаешь, я такой слабак?!

Лидер поднял большой топор своего подчинённого. С горящими глазами он посмотрел на Ламбера.

— Думаешь... Ты самый жестокий в этом мире?

— О чём ты...

— Я знал типов пострашнее. Ордаин, называемый вампиром королевства Белфис... Король-разбойник Хелникос из королевства Мардилак... Мерзкий алхимик Гайлоф из королевства Аргроуз. Да и маг королевства Региос, грешница и мудрец Домилионе... Увидел бы ты, на что они способны хоть раз, и уже бы никогда не смог заснуть.

— К-кто! О чём ты говоришь?!

— Но я уже давно их всех убил, — сказал Ламбер и опустил меч на землю.

— Я... Не понимаю тебя, мерзость какая-то!

Лидер заревел, атакуя Ламбера. А мужчина уклонился от удара и закованной в броню рукой ударил противника в плечо. Кости в плече оказались раздроблены.

— А, а-а-а... А-а-а-а-а?!

С открытым ртом мужчина от боли заливался слюнями и слезами. В следующий миг Ламбер сломал второе плечо, а потом оба колена.

— Ну что? Каково это, когда не можешь пользоваться руками и ногами? Теперь ты живёшь лишь для того, чтобы испытывать боль. Но я не демон. У меня нет таких увлечений как у Ордаина или Гайлофа. В этом тебе повезло. Я скоро убью тебя.

Ламбер схватил лидера за сломанные ноги и потащил. От боли и страха тот выпустил всю влагу, что была в его теле. Его рот был заполнен рвотой.

— Спасите... Спасите, спасите... — лидер обращался к заложникам и к наблюдавшим за происходящим с расстояния жителям деревни. И люди, с которыми до этого обращались столь ужасно, смогли забыть это. Всё же в перепачканном в собственной рвоте мужчине нельзя было узнать того, кто убивал их с наслаждением. Казалось, что сейчас он стал невероятно маленьким.

Лидера продолжали утаскивать. И вот Ламбер постучал в дверь дома и открыл её.

— Хм, здесь свободно.

— А, а... А-а...

Всё тело главаря дрожало, он до самого конца смотрел на людей в поисках помощи. И вот Ламбер закрыл дверь изнутри. И через зазоры можно было увидеть лицо лидера банды, на нём было такое отчаяние, что казалось, будто душа уже покинула его тело. Это был последний раз, когда жители деревни и авантюристы видели главаря разбойников.

— Спасибо большое. Позвольте выразить нашу признательность...

Ламбера окружили люди на площади. Мужчину благодарил седой старик, староста деревни. Другие жители деревни тоже склонились к земле в благодарности.

— Да уж... похоже ничего ещё не закончено.

— Господин рыцарь?.. О чём вы...

Ламбер пытал лидера и знал о всех деяниях разбойников. Главарь рассказал: «Даже если напасть на эту деревню, лорд этих земель, граф Абок всё равно не вышлет солдат».

Мужчина выбивал информацию до последнего вздоха жертвы и не знал в подробностях того, о чём тот говорил, но было ясно, что граф сам отдал эту деревню бандитам.

Что касалось причины, он уже поговорил с жителями, и у Ламбера была догадка.

Похоже после его смерти в Региосе произошли значительные изменения, и лорды могли взымать со своих земель ограниченную подать. Ламбер не раз слышал об этом от Аврелии.

«Когда я объединю запад, я изменю законы, чтобы никто не страдал. И я составила прошлой ночью план, о котором думала уже давно. Хочу узнать твоё мнение, Ламбер...»

«... Вы довольно нетерпеливы, ваше величество. К тому же это может увидеть великий герцог».

«Не переживай. Войти сюда могут матушка, гувернантка Джини и мудрец старик Кар... И ещё ты и Гриф. Здесь бывают лишь те, кому я доверяю».

Среди изменений, которые показала ему Аврелия, были ограничения на налоги, которые могли требовать лорды. И когда Ламбер услышал обо всём от крестьян, его обуяли радость, разочарование и ненависть.

Всё же кто-то запустил свои когти в установленную систему. И граф Абок был одним из них.

Он воспользовался малограмотностью жителей и изменил систему, собирая ещё больше налогов.

Кто-то из путешественников заметил отличия и предложил жителям пожаловаться на графа. Сразу же всё разрешилось, и жизнь в деревне стала проще.

Но тут напали разбойники. То есть можно сказать, это была показательная расправа графа Абока. Вряд ли он только с одной деревни брал больше налогов. Что-то подобное должно происходить и в других землях.

Если заметили в одном месте, должны были заметить и в других. И вот он натравил разбойников на тех, кто не платил должным образом, это было угрозой для тех, кто думал не платить столько, сколько желал граф.

— В мире всегда остаются мелкие злодеи. Но не переживайте. Я что-нибудь сделаю. Надо избавиться ото всех вредителей, что поселились в этой стране. Вам же не о чем тревожиться.

— А?..

Жители деревни не поняли смысла слов Ламбера, но они ощущали надёжность в человеке, который уничтожил банду грабителей. И раз он сказал, что им не о чем тревожиться, значит задавать новые вопросы было ни к чему.

Пока Ламбер общался со старостой, подошли трое мужчин и женщин. Это были те самые заложники-авантюристы. Когда их удерживали, он не смог рассмотреть их лица как следует, но теперь смотрел прямо на них. Ламбер удивился, что во главе стояла женщина.

— Ты нас спас. Хотелось бы поблагодарить тебя за это... Нас попросили проверить эту деревню, но наших сил не хватило. Уверена, ты известный воин, но хотелось бы знать, кто ты?

Волевые голубые глаза, длинные ресницы и высокий нос, довольно короткие, не достающие даже до плеч, но прекрасные светлые волосы. Одежда и лицо были испачканы из-за грубого обращения разбойников, и всё же можно было увидеть её красоту.

— В-ваше величество?!

Да, она была копией госпожи Ламбера Аврелии.

Мужчина даже забыл о сложных чувствах, испытываемых к девушке, и встал на колени. Он был слишком удивлён внезапной новой встречей. Ламбер склонил свою голову.

— Простите мою грубость. Невероятно, ваше величество... Что вы делаете в этой деревне... — слова Ламбера оставались такими же спокойными.

Возраст отличался. Женщина перед ним была немного моложе короля Аврелии из его воспоминаний. Когда он был жив, ей было двадцать шесть. Но женщине перед ним было около восемнадцати.

Ламбер посмотрел вверх: девушка от удивления открыла рот и теперь казалась ещё моложе. Сейчас между ними была удручающая тишина.

— Э-эй, он знакомый твоей семьи?

— ... Не хочу лезть в сложности семьи Фионы... Хотя за помощь спасибо...

Двое, стоявших позади обратились к женщине, напоминавшей Аврелию.

Похоже девушку звали Фиона. Мужчине стало легче, когда он узнал, что у неё было другое имя, и всё же они были слишком похожи. И если присмотреться, у Фионы была родинка под глазом, которой не было у Аврелии.

— Н-нет!.. Кажется. Таких опытных воинов среди моих родных нет. Хотя возможно мы встречались, когда я была ещё маленькой и не помню... В любом случае такой сильный человек должен быть известен. А, это, можешь снять шлем?

Ламбер взялся за шлем, точно защищая его.

— Нет... Я ошибся. Не бери в голову.

— В-вот как... — Фиона хотела сказать что-то ещё, но не стала.

— Кстати, вы прибыли из города? Когда будете возвращаться, покажете мне дорогу?

— Да, мы обосновались в городе Айнзас. Если хочешь, мы с радостью покажем дорогу...

— Это город графа Абока?

— А? В-верно, у тебя к нему какое-то дело?

— ... Нет, не то, чтобы. В общем вы очень выручите, если проводите до Айнзаса.

Ламбер не хотел вмешивать Фиону и её товарищей. Потому не стал рассказывать, что это граф натравил на деревню разбойников.

Мужчине не доводилась слышать названия этого города, потому он решил пойти с девушкой и её командой.

— Господин рыцарь, у тебя нет денег?

— Да. По определённым причинам я не взял их с собой.

Во время путешествия Ламбер и Фиона успели поладить. Ллойд и Лили старались лишний раз не влезать в разговор, но эта парочка болтала постоянно. Ламбера похоже заинтересовала девушка, потому что она была очень похожа на его бывшего повелителя, а Фиону совсем не смутили его доспехи, потому они нашли общий язык.

— Тогда мог бы попросить у жителей деревни в качестве вознаграждения... У меня и самой немного... Потому особо отблагодарить не смогу, — с этими словами Фиона протянула ему сумку с вещами, но Ламбера это не заинтересовало:

— Неважно. Я никогда не просил, чтобы мне помогли деньгами.

Вообще за спасение деревни от бандитов староста предлагал деньги.

Но Ламбер отказался. Его обязанностью было защищать мир и порядок, и в его голове укоренилось то, что за это ему платит казна из налогов. И он не думал о том, чтобы зарабатывать, выручая других. К тому же деревне досталось от разбойников, потому излишков у них не было.

К тому же пока граф Абок жив, на деревню снова могут напасть злодеи. Что касалось спасения того поселения, работа Ламбера была ещё не закончена.

И у него была ещё одна причина. Телу Ламбера не требовались деньги, чтобы поддерживать себя. Он не знал усталости и голода, потому деньги не имели особой ценности для нежити.

— ... И что ты собираешься делать в Айнзасе без денег?

— Посмотрим. Мне хватит вздремнуть на углу и съесть мяса животного.

— Это... Пусть это и крупный город, с приходом ночи появляются подозрительные типы, и нельзя быть уверенным в сохранности своих вещей. Да и добычу надо приготовить...

— Во время похода всё было куда суровее. Долину смерти бесполезно сравнивать с холодом города или какими-нибудь карманниками...

— Д-да... П-понятно...

Фиона не всегда понимала, о чём говорил Ламбер, но в таких случаях она переводила тему:

— И всё же без денег придётся непросто. И ты наш спаситель... Точно! Если просто так не хочешь брать, может я предложу тебе работу?

— Работу?

— Да. Мы ведь работаем в гильдии авантюристов. Гильдия сотрудничает с торговцами, потому работы хватает. С твоей силой ты с лёгкостью сможешь заработать на спокойную жизнь. По моей рекомендации тебя зарегистрируют по упрощённой системе.

Авантюристы предоставляли рабочую силу. Гильдия брала проценты как посредник, предоставляя авантюристам задания.

В крупных было около сотни людей, и существовал штаб и филиалы гильдии. Вот только гильдия Фионы «Сумерки духов» была слабой, и их был всего десяток.

— Э-эй, Фиона... Ты чего... — вмешался Ллойд, услышав её.

Ламбер конечно подавлял свои миазмы нежити, и всё же его окружала просто нечеловеческая атмосфера. Довольно жуткая.

— Но господин рыцарь почти ничего не знает об этих землях... Мне тревожно будет, когда мы расстанемся...

Слыша спор Ллойда и Фионы, Ламбер, хоть и не особо заинтересованный в этом, всё же начал переживать. Всё же он не знал, что из себя представляет королевство Региос сейчас. И если мужчина будет трудиться как житель страны, то сможет понять её.

— Для начала... Я не вижу его в качестве авантюриста.

— Ладно, согласен. Всё же с моим финансовым положением будет немного неудобно.

— Вот видишь, он и сам... А?!

Ламбер принял решение. В принципе целей у него было не так много. Понаблюдать за страной своего повелителя... И разузнать о графе Абоке.

В настоящий момент у мужчины было мало информации. Прежде чем разбираться с графом, надо было получить базовые знания.

— Раз уж вернулись в город, пойдём в нашу гильдию «Сумерки духов».

— Но я хочу кое-что спросить...

— Что?

— Эта... Гильдия, что это за организация?

— О-об этом...

Фиона подозрительно относилась к Ламберу, но не говорила об этом. Но лицо Ллойда искривилось.

Во времена Ламбера никаких гильдий авантюристов не существовало. Те, у кого был боевой опыт, служили королевской семье и готовились к войне, даже отверженные собирались в отряды наёмников и путешествовали от одного поля боя к другому.

Авантюристы конечно были, они выполняли личные поручения. В основном это были те, что не могли приспособиться работать в группах, и при том, что работали они в опасных и не исследованных местах, за год от общего числа оставалось лишь около десяти процентов. И Ламбер не мог представить, что в городе могли быть толпы авантюристов и тем более состоящие в разных организациях.

— Гильдия авантюристов предоставляет задания и информацию. Везде свои правила и работу все берут разную. «Сумерки духов» в основном занимаются нападением на деревни и истреблением монстров... Но недавно мы заключили договор с торговцами, и теперь собираем в подземельях шерсть, мясо и другие материалы с монстров.

— Хм, понятно.

«Они предоставляют информацию об опасных землях, потому и выживаемость среди авантюристов поднялась. После войны стало много свободных сил, аристократы могли взять на себя инициативу и заняться исследованиями...»

Слушая рассказ Фионы, Ламбер усмехнулся, узнав, как всё изменилось в королевстве после войны. Смех внутри брони разошёлся эхом.

— В Айнзасе всего шесть гильдий, но наша довольно маленькая... Нет, будет вернее сказать, что манёвренная... Это, глава у нас безответственный... Нет, очень гибкий, потому всё не займёт много времени. И другие у нас ребята дружелюбные и всегда помогут в работе... — Фиона пыталась рассказать о преимуществах и говорила урывками. Однако при том, что Ламберу была важнее информация, нежели деньги, небольшая и гибкая организация подходила ему лучше.

Наконец они добрались до города Айнзас. Вокруг были двух и трёхэтажные здания и много людей, довольно шумное место. Город был единообразным, красивые белые стены и оранжевые крыши повсюду бросались в глаза. Точно весь город напоминал замок.

Ламбер шёл по дороге из белого камня.

— ... Э-это город Айнзас? Довольно неплохой, — в голосе мужчины был интерес. Шаги стали длиннее, а скорость возросла.

«Наша страна невероятна!.. Если бы его величество увидел, он был бы растроган до слёз!»

Ламбер от всего сердца восхищался увиденным.

— Этот город считается одним из лучших во всём королевстве.

Фиона и остальные старались не отставать от возбуждённого Ламбера. Временами мужчина останавливался и выдавал удивлённые «О!» или «Вот это да!» И стоило подумать, что он наконец остановился, как Ламбер направлялся к следующему месту. Оказавшись на расстоянии от мужчины, Фиона неуверенно улыбаясь обратилась к Лили:

— Я считала господина рыцаря немного страшным, но в нём есть и что-то милое.

— Милое?.. — спросила Лили, глядя на бряцающую при ходьбе броню. Девушку пугала силища, которая позволяла носить на себе такой вес.

— Хха... Хха... Эй, это... Как тебя называть-то? — Ллойд тяжело дышал, обращаясь к Ламберу, смотревшему на флюгер пятиэтажного здания.

— Его вели... Малышка по имени Фиона называет меня рыцарем, меня устраивает.

— ... Рыцарь, не знающий об Айнзасе? В любом случае ты слишком выделяешься в таком виде, и хватит так странно реагировать! Мне стыдно рядом идти.

— ...

Ламбер повернулся к Ллойду. Он и правда слишком разволновался, оказавшись в незнакомой эпохе. Да и его броня выделялась. Если Ламбера в чём-то заподозрят, то могут и раскрыть личность, а тогда уже уничтожат как монстра. Чтобы разузнать о стране, ему нужна информация, а для этого следует войти в город, и от подозрительных взглядов здесь никуда не деться. И всё же ему стоило избегать того, что будет лишний раз привлекать к нему внимание.

Он был слишком небрежен. Один из генералов органа королевства Региос Ламбер вёл себя совершенно беспечно. К тому же будучи нежитью. На какое-то время он замолчал, отчитывая себя.

А Ллойду показалось, что он его обидел. Или скорее так это выглядело.

— А... Нет, я не заставляю, просто прошу...

— Понял. Буду осторожен.

Ламбер спокойно приблизился к Ллойду.

— Хи!

Ллойд выставил руки перед собой и зажмурился. А потом медленно открыл глаза, и Ламбер как раз прошёл мимо него.

— ... О-он не разозлился? Да? — спросил Ллойд у Лили.

Лили просто вздохнула и последовала за Ламбером. Когда мужчина успокоился, Фиона уговорила его пойти в гильдию. До этого Ламбер постоянно говорил, но теперь молчал. А Ллойд почувствовал, будто воздух вокруг огромного доспеха стал тяжелее.

— Он не в духе?

— Всё же ты его разозлил?

Ллойд и Лили тайком переговаривались.

— Н-не говори таких страшных вещей.

— Удачи тебе. Разрубит пополам как тех разбойников... А я тебе на могилку эль принесу, — Лили стукнула его и опустила голову.

— Прекрати! Не нужны мне твои глупые шуточки! Эй, Фиона... Я даже представить не могу, что на уме у этого человека. Может не будем его брать с собой...

— Прости, господин рыцарь. Город я тебе потом покажу, а пока давай встретимся с главой гильдии...

— ... Да я не собирался всё тут осматривать... Хотя могут потом сложности возникнуть, так что полагаюсь на тебя.

Фиона предложила показать город, а давление вокруг Ламбера перестало быть таким сильным. А увидевший это Ллойд пробормотал:

— Могу понять, почему...

— Уже почти на месте. Вон вывеска «Сумеречных духов», двухэтажное здание. А, точно! На крыше флюгер духа...

Ламбер поднял голову и увидел на крыше украшение в форме ребёнка с крыльями.

— Понятно, вот оно какое. Довольно скромное, но прекрасное здание.

Эта гильдия была самой маленькой в городе и управляли ей спустя рукава, но всё же здание было отличным.

— А, нет... Всё не так. Вообще-то гильдия «Сумерки духов» находится на втором этаже. А на первом этаже таверна владелицы «Очаг духов»... Нам разрешили занять второй этаж... Пока нам ещё рано искать собственное здание... В этом городе земля намного дороже, чем в других местах...

— В-вот как.

Между ними снова появилась неловкая тишина.

Подойдя к зданию гильдии «Сумерки духов» Фиона внезапно остановилась. Ламбер тоже остановился и посмотрел на неё.

Перед зданием стоял мужчина с серебряными волосами. На белой одежде был вышит золотой дракон. На нём был красный плащ, а весь его вид привлекал внимание.

— Не буду ходить вокруг да около. Просто посоветую освободить второй этаж. Никаких угроз!

Мужчина говорил с довольно стройной женщиной средних лет в фартуке. Ламбер понял, что она была хозяйкой «Очага духов».

— О, наконец вернулась, моя Фиона.

Увидев их, мужчина заговорил мягко, а губы его искривились. А сам Ламбер посмотрел на Фиону, Ллойда и Лили. На их лицах было отвращение.

— Похоже не самый приятный знакомый.

— Клейдор... Он из самой большой гильдии города «Дракон органа». Мерзкая гильдия, которая мешает всем остальным. И самый мерзкий среди них Клейдор. Настоящий преследователь, — выплюнул Ллойд.

— Да уж... Преследователь. Я просто наблюдаю за развитием её таланта. И тому, кто этого не понимает, стоило бы помалкивать.

Мужчина с серебряными волосами по имени Клейдор подошёл к Ламберу и остальным.

— К тому же я постоянно в разъездах. И меня бесит, когда меня не так понимают.

— А? Ну тогда чего тебе вообще надо...

Клейдор и Ллойд начали совместную перебранку, а Ламбер безучастно наблюдал.

— Понятно. После отказа решил отыграться. Жалкий мужчина.

Клейдор недовольно уставился на него, а потом жутко рассмеялся:

— Ха-ха-ха, я лишь дал совет. Думаю, даже маленькой гильдии вроде вас доводилось слышать, что я связан с подпольной гильдией «Путь мёртвых»? Потому разнести это жалкое заведение мне труда не составит.

После этих слов Клейдор ударил по стене. Раздался звук удара, а на стене появилась вмятина. Стоявшая у входа женщина, которая с ним ссорилась, коротко вскрикнула:

— П-прекрати! Ты что...

— Поскользнулся. И я не виноват. Кто знал, что стена такая хлипкая, — он пожал плечами и усмехнулся.

— Ах ты! — Ллойд уже готов был схватиться за рукоять меча. Его остановила Фиона.

— Ллойд! Если поведёшься, сделаешь только лучше для него!

— Ах, я лишь из доброты душевной пришёл дать совет, а ты готов руки распустить. Ну и мерзкий же ты.

— Гад... И кто из нас!..

— Я из стражи! Эй, вы! Вы что делаете?! — к ним с криком приближался человек с копьём. Похоже кто-то из прохожих увидел ссору Клейдора и хозяйки и позвал стражу. Но увидев мужчину, он сразу же побледнел.

— Как раз вовремя. Господин стражник, этот человек собрался направить на меня меч.

— А... Вот как вы говорите...

Теперь стражник говорил с уважением. А рука Ллойда всё ещё была на мече. Но меч он вытаскивать не собирался. Его остановила Фиона, потому он смог успокоиться. Клейдор был неправ, но стражник не стал его поправлять.

Клейдор оттолкнулся от земли, вытащил меч, прошёл мимо Фионы и ударил по лицу Ллойда.

— Гха?!

Изо рта Ллойда потекла кровь и вылетели несколько зубов. Он отлетел и покатился по земле.

— Ч-что?!

Лили бросилась к Ллойду и обняла его.

— Он попытался меня ударить, потому это лишь самооборона. И несмотря на это, я лишь ударил его рукоятью. Я невероятно добр.

Он использовал рукоять, потому что Фиона остановила Ллойда. И в обычных обстоятельствах это было недопустимо. На лице стражника была печаль, и всё же он просто стоял.

— Ты будешь просто стоять и ничего не делать? — спросил Ламбер, а стражник лишь качнул головой и опустил взгляд.

— Похоже ты ничего не понимаешь. Мы, «Дракон органа» имеем определённое положение в этом городе, — сказал Клейдор и улыбнулся.

— Изменники... — Фиона уставилась на мужчину.

— Как жестоко. Я не хотел переходить к насилию. Хотел более спокойного разговора. А это всё вы начали. Я думал решить всё миром, а этот дурак потянулся за мечом, и если бы я отступил, то выглядел бы слабее этого дурака. Сами вините себя, что слабак направил на меня оружие. У меня есть гордость, и иначе я поступить не мог.

— Гад!.. — прокричал Ллойд с окровавленным ртом. Клейдор посмотрел на него и хмыкнул:

— Побитой собаке лучше сидеть тихо. Такой жалкий. Откуда у слабой гильдии взяться гордости. Готов был выхватить меч, а получил оружием в лицо, я бы умер от стыда.

— Но ведь это ты начал! Ты стал преследовать Фиону!

— Слушай. Она сама отказалась от моего тёплого предложения и осталась в этой дрянной гильдии. Понимаешь, как это оскорбительно? А? — высокомерно заговорил Клейдор. Ламбер понял, что тот не был хорошим человеком, он прогнил, и таких мерзких типов ему даже на войне доводилось видеть не так часто.

— Беру свои слова назад. Если Фиона перейдёт к нам, я могу попросить, чтобы никакая незаконная гильдия не трогала таверну. У меня как раз есть нужные связи, ну что здорово ведь? Ну как? Я ведь очень добрый?

— Это всё твоих рук дело!

— А доказательства? Да уж. Слабый, глупый и выглядишь жалко, ничего в тебе хорошего. В твоей гильдии все такие?

— ... Хорошо. Я перейду. Только не трогай «Сумерки духов», — Фиона остановила разговор между Ллойдом и Клейдором.

— Он ведь ужасный тип! Неизвестно, что он может сделать!

— ... Хватит от меня проблем. Если всё это будет продолжаться...

— Ладно. Ты поздно приняла решение. Если бы сказала это раньше, он бы сохранил зубы. И мне бы не пришлось так позориться. Ну и ладно. Я же добрый, прощаю всех.

Ламбер думал, что ему делать. Он понимал, что этот человек действует за рамками закона, но если он вмешается, всё может принять скверный оборот. А стражник, который должен был поддерживать безопасность, просто терпел происходившую жестокость.

А если он убьёт Клейдора, то только доставит остальным проблем.

— Ничтожество. Не можешь заполучить единственную женщину и в итоге отыгрываешься на остальных, это настоящий позор.

Ламбер высказал то, что думал. И это ударило по самомнению Клейдора ещё сильнее. Ламбер подумал, что так сможет сдержать его.

— Ты меня вообще слушал? Ненавижу, когда на меня тявкают всякие слабаки. Когда вижу таких, хочу их убить, — острый взгляд был направлен на Ламбера. Клейдор выказывал явную угрозу.

Меч был направлен на Ллойда, точно говоря, что после спровоцированной драки ему никто не позволит сбежать, но мужчина в броне явно нарывался на конфликт. И оставить это было нельзя.

Ламбер же просто стоял и смотрел на него. И на лице Клейдора появилось раздражение.

— Слушай, я «Дракон органа»... Среди семи десятков лучших авантюристов я вхожу в пятёрку. А новичок из «Сумерек духов» всего лишь отброс. Глава гильдии попросил меня не доставлять неприятностей... Точно, ты можешь снять броню и поклониться мне голым, тогда я тебя прощу.

Ламбер находился на вершине среди ста тысяч солдат и был одним из генералов органа. Положение пятого из семидесяти его не пугало. И то, что мужчина совсем не испугался, взбесило Клейдора, в то же время он понял, что угрозы бесполезны.

— Эй, стражник, отвернись, — низким голосом приказал он.

— А?..

— Что бы ни случилось, ты ничего не видел. Давно никто не пытался выставить меня дураком... Ты меня разозлил.

— Н-но ведь это...

— Заткнись. Все жалобы можешь господину графу высказать.

— У... — стражник замолчал.

«Понятно, значит «Дракон органа» плотно связан с графом Абоком».

Если граф в хороших отношениях с гильдией, то и стражник не мог тронуть члена «Дракона органа». Когда страж послушался, мужчина с угрозой проговорил:

— Доставай меч. Пришло время тебе научиться, как сражаться в этой дурацкой броне.

Клейдор достал меч из ножен.

— Нет, отказываюсь.

— Что?

— Убить тебя не составит труда, но как подумаю, что граф будет горевать, просто не могу этого сделать.

— Пха! Бха-ха-ха-ха-ха! — прикрывая глаза, Клейдор расхохотался, а потом посмотрел на Ламбера. — А ты нагл для слабака.

Будучи невероятно гордым, даже если бы он проиграл, то потом мог напасть где-то на улице или устроить подлог. Но сейчас на провокацию поддался сам Клейдор, и стражника заставил закрыть глаза тоже он.

И исходя из его нрава, он мог отыграться как-то ещё. Но он был связан с графом Абоком, и мужчина желал с ним познакомиться поближе. Пусть даже он сделает его своим врагом, Ламбер ни о чём не пожалеет.

Он мог доставить неприятности «Сумеркам духов», но по-другому он не мог вытащить Фиону и остальных. Даже если бы целью была одна лишь девушка, Ламбер не думал, что мог бы поступить иначе.

«Фиона наконец вернулась в гильдию. И сложно поверить, что у этого типа так много свободного времени. Значит есть и другая причина, почему он следует за ней?»

К тому же девушка как две капли воды напоминала Ламберу повелителя. И пусть его хозяин предал его, господин всегда остаётся господином.

— Г-господин рыцарь... Это невозможно.

— Отойди.

Она даже заговорила как Аврелия. Если бы он не сдержался, то повёл бы себя как перед правителем. Видать это привычка нежити вести себя так же, как при жизни.

— Давай! Надавай этому ублюдку! — прокричал Ллойд ртом, полным крови. Он видел, как Ламбер перебил разбойников и знал о его силе. Конечно ему было известно, что навыки владения мечом Клейдора были лучше, чем его нрав, и всё же был уверен, что мужчина ему не уступит.

— Позволь сказать. Вначале я сделаю так, чтобы твои ноги перестали двигаться.

Клейдор направил меч на сустав Ламбера.

— Тогда я сломаю тебе челюсть.

Не доставая меч, мужчина выставил кулаки.

— М! Эй, Клейдор не тот противник, которого стоит недооценивать!

Ллойд пытался отговорить Ламбера, но тот не двигался. Клейдор оттолкнулся от земли и вытянул руку с мечом.

— Позволь поставить тебя на колени. Так, начну с левой ноги...

Мужчина целился в сочленение доспеха.

«Т-такая скорость и удар точный. Всё же этот дурак не только болтать горазд», — Ллойд смотрел, задержав дыхание. Удар и правда был искусным.

«Никаких особенностей, обычный медленный удар? Не так он хорош, раз начал с этого».

... Однако для Ламбера движения не были быстрыми. Скорее это была детская игра. Он слегка отступил, дал мечу коснуться брони, а потом согнул колено и отломал кончик меча. Рука, державшая рукоять пошла ходуном.

— Ух!

Выпавший из руки меч упал на землю. Клейдора повело и его ноги и левая рука оказались на земле. Свободной правой рукой он выхватил из-под плаща нож.

— Рот у тебя уж точно огромный. Но этого мало, чтобы заставить меня быть серьёзным!

Нож пошёл вперёд... Но тут кулак, закованный в броню направился в лицо Клейдора.

— А... Ах?!

Влетевший в лицо кулак, сломал кости. Мужчина отлетел и упал на зад.

— А, а... У... Убью... Убью... — прижимая руку к лицу, он зловеще смотрел на Ламбера.

— Я сдержался. Бил бы серьёзно, у тебя выше шеи ничего бы не осталось.

Опираясь на стену Клейдор встал, тяжело дыша. А кровь продолжала течь по лицу, не переставая.

— О... Гофу, гофу!

— Я собирался просто спугнуть тебя... Но похоже немного перестарался. Ты оказался куда слабее, чем я думал.

На что-то серьёзное нарываться не хотелось, и он собирался ограничиться слабыми побоями. А стражник уже нёсся к Клейдору.

— Я позову белого мага!..

— ... Не надо. Ты ничего не видел. Я же вроде тебе уже говорил об этом?

— Д-да!

Он зловеще посмотрел на охранника и отказал. Мужчина был гордым, и как предполагал Ламбер, после небольшого подтрунивания он не станет бежать к графу.

— Глупец... Лучше бы ты ушёл. Ты же не относишься к «Сумеркам духов», потому я мог тебя просто отпустить. А ты зазнался лишь потому, что что-то можешь. И пока не понял, почему из меня не стоит делать врага, — с этими словами, держась за лицо, Клейдор неуверенной походкой отошёл от стены.

«Всё же слишком гордый... Хм, стоит ещё немного припугнуть».

Ламбер выпустил миазмы, и Клейдор задрожал и упал на месте.

— Хи, хи-и-и!

Мужчина пытался сбежать, ползя по земле.

«И всё же... Есть вероятность что «Дракон органа» нацелится на «Сумерки духов». Тогда и граф Абок будет наблюдать. Возможно я что-то узнаю о нём оттуда, откуда не ожидаю».

Смотря на спину Клейдора, Ламбер думал, как ему выискивать графа Абока.

— К-Круто! Так отделал Клейдора из «Дракона органа»!.. — Ллойд подошёл к мужчине и похвалил его.

— Довольно скучный тип.

Вот только Ламбер был безразличен.

— А?.. О?

Для Ллойда Клейдор был кем-то невероятным. Он считался одним из лучших мечников Айнзаса.

— Клейдор скучный?.. Вот как... Скучный... — Ллойд старался пережевать слова Ламбера. Для него было шоком, что человек, который так легко справился с ним, был скучным. Ламбер был слишком невероятным, и после его оценки, уверенность Ллойда в себе только снизилась.

Ламбер, прогнавший Клейдора наконец оказался на втором этаже в «Сумерках духов», куда его привела Фиона и остальные. Они вошли в комнату главы гильдии.

Это был длинноволосый мужчина. Ему было около тридцати пяти лет.

— Это глава гильдии «Сумерки духов» господин Жерман, — представила Фиона мужчину, а потом рассказала ему обо всём. Вкратце она рассказала о случае в деревне, и подробно о инциденте с Клейдором. Закончив слушать, Жерман тяжело вздохнул:

— ... Мне очень жаль. Я не думал, что он пойдёт на такое... Считал, что если его оставить, ему это просто самому надоест.

— Мы доставляем сложности таверне, возможно нам стоит подумать о переезде. Не стоит привлекать к себе внимание гильдии «Дракон органа» в этом городе.

— ...

Фиона чувствовала вину за то, что «Дракон органа» обратил на них внимание, и прикусила нижнюю губу. Видя её такой, Жерман прикрыл глаза и покачал головой:

— Они не только на тебя нацелились... Думаю, что им больше нужен я, — пробормотал мужчина. Потом открыл глаза и привычно продолжил. — Этот город немного странный. Возможно и правда придётся переехать. Всё же мы арендуем помещение. Это не так уж и болезненно. Ну... Будет жаль сложившиеся доверительные отношения... А этот человек в броне прогнал Клейдора. Благодарю за это.

— Не стоило вмешиваться в это? — спросил Ламбер, и Жерман покачал головой:

— Это не так. «Дракон органа» сильная гильдия. По силе они на моём уровне. У них большое влияние на город и будет болезненно перейти им дорогу. И всё же они... Пахнут хуже чем незаконные гильдии. Я не представляю, что будет, если они заберут Фиону. Всё же они постоянно работают с графом Абоком.

— Хо.

Граф Абок светился во всех тёмных делах. Похоже не зря Ламбер пошёл в гильдию для сбора информации.

— Я бы хотел узнать побольше о «Драконе органа»... Но перед этим... Что ещё за незаконная гильдия?

На вопрос Ламбера ответила Фиона:

— Незаконные гильдии занимаются работой, в обход закону. Они не слишком выдают себя. В основном они скрываются и действуют тайно. Они выполняют грязную работу тех, кто обладают властью, а те поддерживают их.

— Всё как сказала Фиона. О таком не стоит говорить в открытую... Ну да. Тебя теперь это тоже касается. Можно и обсудить, — Жерман понизил голос и продолжил. — «Дракон органа» выполняет обычную работу. К тому же о них все знают в этом городе. И это не подходит для незаконной гильдии. Однако... Если пособирать информацию, то они как-то замешаны с выполнением незаконных заказов для графа Абока. К тому же «Дракон органа» и незаконная гильдия действуют до странного слаженно. Часто обычные и незаконные гильдии конфликтуют из-за заданий, но не в их случае. Будто у них всё заранее оговорено.

— Понятно...

— Они очень скрытные, и неизвестно, чем там занимаются. И конечно отлично подчищают за собой, потому прямых доказательств нет.

Ламбер предположил, что граф Абок приказал напасть на деревню, используя эти связи.

— А теперь может расскажешь о себе? Я же не могу обо всём рассказывать незнакомцу. И похоже ты спас нашу Фиону...

— Мы по заданию пошли проверить деревню, и нас схватили разбойники... Тогда он нас и спас. Но похоже он плохо знает эти места, я подумала, что ему будет сложно, вот и предложила остаться в «Сумерках духов»... — Фиона ответила на вопрос Жермана. Мужчина посмотрел на лицо (шлем) Ламбера, а потом промычал «хм».

— Я не могу отказать спасителю моих дорогих коллег. Но могу я попросить увидеть твоё лицо.

— ... Хм, — в ответ Жерману Ламбер точно простонал. Пока он в городе, существует риск вот таких встреч. И потому мужчина не забывал об этом.

Хотя другой вопрос, сможет ли он с этим справиться. Ламбер старался оставаться спокойным, но через шлем ощущалось беспокойство. Он был смелым, но ужасным актёром. Мужчина от природы не умел врать.

— ... Что такое? Отказываешься?

— Давно... Меня серьёзно ранило. Не очень хочу показываться другим на глаза.

Услышав это, Жерман на какое-то время задумался, а потом со вздохом покачал головой и сказал:

— ... Ну да ладно. Я не могу отказать тому, кто помог. Но если доставишь нам проблем, мы расстанемся. Прошу запомнить это. Но... Я думаю, тебе будет неуютно в этом городе.

Ламбер, не обладающий информацией, отчуждённый от мира и скрывающий лицо, показался Жерману довольно интересным. Потому он и сказал сразу, что если за ним придут, он не будет его укрывать. И Ламбер, который в случае необходимости был готов сбежать, понял ход мыслей мужчины.

— Спасибо... Не волнуйся. Когда выясню всё, что надо, я не задержусь надолго.

— Давай подпишем официальный документы. Эй, Лили, подай заявление о вступлении с той полки.

Девушка выполнила указание Жермана и передала Ламберу лист бумаги.

«Имя?..»

До этого времени он лишь изворачивался, и похоже надо было выдать ещё что-то.

— Можешь воспользоваться столом и ручкой. Прошу, напиши всё, что требуется.

Но даже так придумать подходящее имя он не мог. Мужчина всё ещё оставался Ламбером Делакруа из той своей жизни.

Это было двести лет назад. Так что вряд ли кто-то подумает, что это и правда он.

Сбоку Ллойд смотрел на то, что писал Ламбер.

— Это имя Ламбер? Мог бы и сразу сказать...

Жерман взял бумагу, прочитал, что там было написано и хмыкнул:

— Ламбер Делакруа... Довольно серьёзное имя. Я не запрещаю использовать псевдоним, правда так проще... Хотя если учитывать оригинал, то уже не до смеха, — Жерман поражённо сравнил имя и внешность Ламбера. Ллойд ничего не заметил, но главе точно было хорошо знакомо имя Ламбера Делакруа. На лице Фионы тоже появилось удивление, после чего девушка сдавленно улыбнулась.

— ... Что такое? Неужели имя настолько известное? — Ллойд нахмурился и спросил у Жермана.

— Тебе стоит читать побольше книг. Герой королевства Региос в войне за объединение... Гриф Палкайзер, его-то ты знаешь?

Сейчас Ламбер был немного раздражён, думая о себе, но удивился, услышав имя бывшего лучшего друга.

Гриф Палкайзер тоже был одним из четырёх генералов, и именно он столкнул Ламбера с обрыва.

— К-конечно я знаю о Грифе. Не надо издеваться, — недовольно ответил Ллойд.

— Чтобы положить конец войне за объединение восьми стран перед Грифом Палкайзером встала последняя и главная преграда в лице Ламбера Делакруа.

Из слов Жермана стало ясно, что Ламбер Делакруа стал величайшим злодеем.

— Когда-то Ламбер Делакруа был сиротой, но благодаря своей жестокости смог подняться и стать одним из генералов органа. Он попытался убить своего соперника Грифа Палкайзера и короля Аврелию Алреато, и забрать себе все земли. Но в итоге проиграл Грифу Палкайзеру и погиб.

— Что, обычный изменник? Вроде я о нём слышал... Такого типа я бы запоминать не стал. Всё же я не учёный, а авантюрист. Он стал простой ступенькой для Грифа Палкайзера.

— ...

Ламбер слушал эту историю, будто это было о людях какой-то чужой страны. А когда рассказ закончился, начал вспоминать, что было.

Вместо того, чтобы сообщить об убийстве верного слуги, в котором сомневался, проще было сообщить об убийстве предателя героем. Раз они хотели объединить страны, им не нужна была грязь. Это он мог признать, но при том, что меч Ламбера служил Аврелии, а его запомнили, как ушедшего ко дну предателя, жаждавшего власти, это мужчине было сложно принять.

Будучи одним из генералов, он хотел смерть преисполненную гордости. Будь у него живое тело, мужчина бы заплакал. Не было никаких лишних эмоций, только одиноко, и всё же это было одно из преимуществ тела нежити.

— Что ж, регистрация завершена. Теперь ты мой подчинённый... Прости, но как ты слышал, похоже «Сумерки духов» скоро будут переезжать. И не знаю, как долго это ещё будет продолжаться... Но пока располагайся.

Регистрация была завершена, и Ламбер стал членом гильдии «Сумерки духов». Продолжительность его не волновала, потому и проблемы он не видел. Собрав всю информацию, мужчина собирался исчезнуть.

— Заявки располагаются на доске объявлений... Но хотелось бы, чтобы в первую очередь уделил внимание сбору меха мрачных котов. Хочу, чтобы ты сопроводил Фиону и остальных. Для того, кто разобрался с разбойниками, это дело будет не сложным.

Это были монстры-коты. Размер варьировался от породы, и мрачные коты были немного меньше человека. У них чёрный глянцевый мех и острые точно бритва клыки. Они не опаснее гоблинов, и если Фиона и Ллойд смогут окружить врага, с ним получится справиться без проблем.

Ламбер достаточно много знал о мрачных котах, ведь при жизни видел не раз.

«Значит авантюристы занимаются всякими глупостями».

Для нынешних авантюристов это была серьёзная работа, но для Ламбера сплошное разочарование.

— Мрачные коты обитают в подземном лабиринте Айнзаса, — уточника Фиона, и Жерман кивнул:

— Да. И торговая компания, которая сотрудничает с нами собирает их мех. Чем больше соберёте, тем лучше. Так что... Ты, да, Ламбер. Я хочу понять твои способности, потому ты должен убивать монстров и вернуть всех в целости и сохранности. В подземном лабиринте водятся монстры разных рангов. Самое то, чтобы проверить силы.

— Могу я узнать о подземном лабиринте Айнзаса?

— Ты и об этом не знаешь?..

Жерман вздохнул и стал рассказывать Лемберу о подземном лабиринте Айнзаса.

Он был возведён более ста пятидесяти лет назад, и его назначение до сих пор неизвестно. По оставшимся документам и магическим инструментам ясно, что это была магическая лаборатория времён войны.

Из-за искривлений маны там живёт много редких монстров, и чем ниже этаж, там сильнее разнится ранг монстров, потому место отлично подходит для охоты.

Но на четвёртом уровне водится ужасно сильный монстр, потому о том, что ниже, почти ничего неизвестно. Этот монстр «точно чёрная тень меняет форму», и поговаривают, что он что-то защищает на четвёртом этаже.

— Мрачные коты находятся на втором этаже. Их шерсть — прочный и качественный материал, потому очень популярен. Если встретитесь с другими гильдиями... Понимаю, что они могут вывести из себя, но лучше отступите. «Сумерки духов» молодая гильдия с маленьким влиянием. А, но ребята из «Логова гоблинов» не особо отличаются от нас, вот только грубые и проблемные типы, если увидитесь с ними, можете оказать сопротивление... Ну, решение оставляю за Фионой.

Ламбер выслушал объяснения Жермана и посмотрел на Фиону.

— Это... Я бы хотела сделать всё как можно тише. Если оставим следы, снова привлечём внимание. Конечно всё будет зависеть от ситуации... — неуверенно ответила девушка. Ей хотелось разрешить всё без конфликтов. И если вступить в ненужную схватку, можно оставить неприятный след.

Ламбер понял, о чём переживала девушка, её образ накладывался на его короля Аврелию. Главное во время войны, чтобы было меньше боли и печали. Аврелия думала об этом до истощения. И Ламбер старался угадывать её мысли и действовать наперёд. Он прекрасно помнил то время.

— Понял, дальше можно не объяснять. Значит действовать надо незаметно.

— Хм? Ага, я предпочитаю действовать так, чтобы не оставлять следов.

Обычно спокойная девушка дала Ламберу довольно странный ответ, хотя возможно ему лишь показалось.

«В случае конфликта главное не оставить следов. При встрече с вооружённой группой, если есть агрессия, остаётся лишь убить друг друга. И пока вражда не стала полномасштабной, надо устранить врага».

Так думал Ламбер и с точки зрения страны и лично, будучи генералом Региоса во время войны. Конечно «Логово гоблинов» просто хотели заработать немного деньжат, свои жизни и гордость за страну они точно не отдадут. Может и получится решить всё тихо, но кто знает.

— Хм, лучше всего действовать тихо.

Здесь были не опытные мечники с убеждениями, а мелкие злодеи, действующие ради собственной выгоды, и Ламбер нёс им серьёзную опасность.

— ... Ты ведь не о чём-то кровожадном подумал? — с тревогой спросила Лили. Ламбер повернулся к ней, но не ответил. И теперь Лили больше волновалась не за себя, а за то, лишь бы «Логово гоблинов» не устроило засаду.

Четыре дня спустя Ламбер вместе с командой Фионы направился в подземный лабиринт Айнзаса.

Вход в подземный лабиринт представлял из себя огромную каменную лестницу. У входа была охрана, проверявшая всех входящих. Тут и там были группы от двух до пяти авантюристов, и, переговорив, с работниками, они заходили в лабиринт.

«Хм... Место старое, но видеть мне его не доводилось».

Ламбер подумал, что мог знать об этом месте, но при жизни ему о нём слышать не доводилось. А значит построили его после его смерти.

Есть вероятность, что раньше место было скрыто барьером или находилось под землёй, и всё же он был одним из четырёх генералов Региоса. Одиночка не мог создать чего-то настолько огромного, это было связано с аристократами или королевской семьёй, но тогда было странно, что Ламбер ни о чём не знал. Когда война разгорелась, он не мог представить, что королевская семья тайком будет делать что-то настолько масштабное.

— ... М?

Ламбер посмотрел на стену лабиринта, и увидел эмблему: треснутое улыбающееся яйцо, изнутри которого выглядывали сложенные крылья.

— Что?! Почему это здесь?! — случайно вскрикнул он. Не обращая внимания на работников, он быстро спустился по лестнице и коснулся стены. Этот символ был ему знаком.

— Господин Ламбер?! — позвала Фиона и поспешила к краю лестницы. — Т-там опасно! Пожалуйста, поднимись!

«Н-никакой ошибки... Это герб мудреца Домилионе!»

Мудрец Домилионе... Она была верховным магом и демоном, порождённым войной. Она разрабатывала магическое оружие и новые технологии и внесла огромный вклад в увеличение мощи Региоса, из-за опасных идей, амбиций и бесчеловечных поступков, она была самым опасным человеком в стране.

В итоге Ламбер по приказу Аврелии сказал подчинённым уничтожить её лабораторию, а саму Домилионе убить. И то, что случилось тогда, казалось адом, который не хотелось вспоминать. Голем, созданный из человеческих тел, скрытые ловушки, которые не убивают, но и не дают шанс на выживание, наркотик, попавший в мозг подчинённых и сделавший их берсерками.

Туда пришло двадцать подчинённых, но все они, кроме Ламбера, погибли в той самой лаборатории. В итоге Ламбер сошёлся с творением лаборатории один на один и победил, разрушил лабораторию и сам чуть не умер там.

«Этот герб тот, что обожала Домилионе... Значит это её лаборатория!.. Ничего удивительного, если она смогла тайком сделать пару лабораторий в тайне от королевской семьи!»

Руки Ламбера дрожали, когда в спину его ударили древком:

— Эй, ты!

Это был сотрудник, пропускавший сюда авантюристов. Его взбесил Ламбер, который прошёл без разрешения, он думал заставить его упасть, ударив.

— Ух!

Но Ламбер даже не шелохнулся, а копьё сломалось и мужчина упал.

«Ч-что за гора железа?»

Испугавшись прочности Ламбера, работник услышал раздражённый голос мужчины:

— ... Чего тебе?

— Г-гадёныш! Ты о чём думаешь, заходя в лабиринт мимо нас?!

— Отзывайте оттуда всех авантюристов. Это не место для праздных изысканий. Иначе всё может кончиться плохо.

— А? Ты о чём...

Пока Ламбер убеждал работника, сверху спустился Ллойд и попытался его утащить за руку назад.

— Старик Ламбер! Пошли назад! А, чёрт, вообще не двигается!

— Однако, в таком случае...

— Хватит! Прежде чем войти в лабиринт, ты должен доказать, что ты в гильдии и у тебя есть разрешение на вход! Фиона же тебе говорила!

— … Хм.

Ламбер всё ещё не был удовлетворён, но последовал за Ллойдом наверх.

— Хм... Значит из «Сумерек духов»? — пробормотал работник, наблюдая, как Ллойд уводил Ламбера.

— Чёрт! Прошу. Прежде чем опять начнёшь чудить, старик, вначале обратись ко мне или Фионе!

— Эй, Ллойд, ваша гильдия... Уже перед местными работниками отличилась?

— А? Н-нет, ничего такого...

— Вот как, тогда ладно.

Ламбер ещё раз посмотрел на работника. Тот усмехнулся в спину Ламбера, но стоило их взглядам встретиться, тот лишь хмыкнул и отвёл взгляд.

После того, как Ламбер и остальные вошли в подземный лабиринт, ко входу подошла большая группа. Пятьдесят мужчин и женщин в белой одежде и с красными плащами. Представители самой большой гильдии Айнзаса «Дракон органа».

Возглавлял их крупный одноглазый мужчина. А ещё был весь перевязанный Клейдор. Один из работников лабиринта поклонился, приближаясь к одноглазому.

— Надо же! Глава гильдии «Дракон органа» господин Титан собственной персоной! — громко сказал он, осмотрелся по сторонам и продолжил приглушённо. — Четверо из гильдии «Сумрак духов» вошли в лабиринт.

— Хм, как вовремя. Повезло, что и мы как раз сейчас решили отправиться в лабиринт, — глава гильдии «Дракон органа», услышав слова чиновника, зловеще усмехнулся и невинно проговорил.

— Да уж. Господин Титан, это ведь вы угрожали мелким торговцам, чтобы им дали эту работу? — с улыбкой спросил Клейдор. После чего на лице главы появилась холодная улыбка:

— Их глупый глава с радостью принял предложение. Нелегко подчинённым с дураком во главе. А вам повезло. Ведь вы работаете под моим началом.

Услышав его слова, все члены гильдии улыбнулись.

За ними стоял граф Абок, и они имели влияние не только на гильдии, но и на торговцев. Он угрожал торговцам и контролировал действия других гильдий.

Он использовал и поощрял послушные гильдии и лишал работы тех, кто ему не нравился или давал опасную работу, от которой приходилось отказываться, чем подрывал доверие. Они были сильнейшими, потому те, кто переходили дорогу гильдии «Дракон органа», не могли продолжить существование.

— В лабиринте всякое случиться может. Га-ха-ха! Никто ничего может не увидеть. Например как какую-нибудь гильдию уничтожают. Или вдруг странный монстр появится.

— И всё же почему граф приказал уничтожить такую слабую гильдию?

— Лучше не совать нос в это дело. Даже я, Титан, не могу пойти против графа. О, жуткий он, — Титан шутя расхохотался. И Клейдор рассмеялся ему в ответ.

— Кстати, Кледйор, что там с твоей горячей подружкой из «Сумерек духов»? Похоже она так и не ушла...

— Не будем об этом. Я думал повеселиться с ней, раз всё равно придётся избавиться, но эта дура непреклонна. А ведь я был так обходителен!

Клейдор нахмурился, взмахнул мечом вместе с ножнами и ударил по земле прямо перед работником лабиринта. Раздался резкий звук, и ножны подняли столб пыли.

— Хи, хи-и!

Перепуганный мужчина упал на зад. Он сразу же проверил свои уши и убедился, что они ещё на месте. Ему показалось, что тот режущих звук отрубил их.

— Ч-что?! Что вы сделали?

Клейдор его не слушал, а вернул меч на пояс и последовал за Титаном.

— Больше всего я хочу убить эту женщину. Вы же мне позволите?

Полный ненависти, он облизал губы своим длинным красно-фиолетовым языком.

— Ха-ха! Нравится мне твоя уверенность!

Титан с улыбкой повёл своих подчинённых, они собирались спуститься по лестнице. И тут сотрудник вытянул руки, пытаясь их остановить.

— П-прошу, подождите, господин Титан! Это... Как же процедура...

Титан повернулся к нему:

— Доставить мне проблем захотел?

— П-прошу прощения! Господин Титан! — работник склонился к земле и отодвинулся подальше от Титана.

— Хм. Дурак, будто меня это волнует. Кто я, по-твоему? Будь я моложе, уже бы убил тебя.

— Ха-ха-ха... Господин Титан страшный человек. Точно, господин Титан, я уже говорил, но с тем типом в броне стоит быть настороже. Стоило слегка расслабиться, как он меня отделал.

— Я и его должен оставить тебе? — Титан зловеще улыбнулся, и Клейдор вернул неуверенную улыбку:

— Не уверен, что сам справлюсь... Может разрешите добить его? Я не успокоюсь, пока не заставлю его пожалеть...

— Ну уж нет. Мужчину в броне убью я. Наконец появился кто-то, с кем я могу повеселиться. А вы контролируйте выход из лабиринта.

— Н-но! Он! Насмехался надо мной!..

— Вот я и сказал, что отомщу за тебя. Что? Что-то не устраивает, Клейдор?

Стоило Титану зловеще посмотреть на мужчину, как он замолчал.

— Где ответ, Клейдор?

— Д-да... Полагаюсь на вас, господин Титан.

— Га-ха-ха! Вот и отлично. Даже не думай пойти против меня.

После слов Титана, Клейдор поклонился ему. Мужчине это не нравилось, но он не мог пойти против главы. И всё потому, что не знал, чем это в итоге может для него закончиться.

— ... Эй, Горба, Долмира. Пора приготовить их.

Двое крупных мужчин встали перед Титаном, и с благоговением протянули ему перчатки, сияющие голубым светом. Клейдор посерьёзнел:

— Господин Титан... Неужели это...

— Ага, мои перчатки, изготовленные из органа. «Когти дракона органа»... В них вы даже руками взмахнуть не сможете.

Титан ухмыльнулся, и ударил прикреплённым кастетом по стене. Раздался металлический скрежет, и ощущение было таким, будто всё вокруг задрожало.

— Э-это ни к чему...

— Клейдор... Это я позволил тебе забраться так далеко. Если бы ты ничего особого из себя не представлял... Сам понимаешь?

— У, у-у, у-у-у...

Усмехнувшись над побледневшим Клейдором Титан поспешил в лабиринт. Остальные члены гильдии последовали за ним, и Клейдор тоже быстро направился вслед за Титаном.

— Камень света, засияй! — Лили зачитала заклинание и тёмный проход был освещён.

— ... Похоже другие авантюристы здесь не проходили.

На стенах подземного лабиринта Айнзаса были установлены светящиеся камни (камни света), и если человек хоть немного владел магией, он мог осветить здесь всё. И раз место было до сих пор не освещено, значит другие авантюристы ещё не проходили. Авантюристы ходили по таким коридорам, чтобы не наткнуться на монстров и избежать бесцельного расхода маны.

— Господин Ламбер, ты уже бывал в подземных лабиринтах?

— Бывал давно. Потому и знаю, как простой магией заставить камни света заработать. Только я занимался не сбором материалов, а пытался достать спрятавшихся преступников. Давно это было... Я соревновался с Грифом, кто больше убьёт огров.

— Ха, ха-ха-ха... Да, герой Гриф наверняка так бы и поступил, — Фиона рассмеялась, подумав, что Ламбер пошутил.

«Да кто так охотится...» — Ллойд был поражён словами Ламбера. Огры из тех монстров, с которыми могут справиться лишь высококлассные авантюристы. А Ллойд, Фиона и Лили втроём даже толком его не поранят прежде чем он их убьёт.

Ламбер устранял монстров лабиринта, так они и добрались до второго этажа, а потом дошли и до третьего.

— Ха-а!

Махая мечом, он убивал одного монстра за другим. Поблизости была гора из тел хобгоблинов.

— Г-господин Ламбер, наша цель — мрачные коты со второго этажа...

— Э-эй, господин Ламбер! Там опасно! Дальше мы!..

Поместив меч на плечо, Ламбер повернулся к Фионе и остальным.

— Я собираюсь спуститься на самое дно лабиринта. А вы возвращайтесь на поверхность.

— Н-на самое дно?! Но на четвёртом этаже жуткий монстр, никто ниже не спускался! Если собрался идти, то переходи в крупную гильдию, и вперёд! Это не поход для четверых!

— Меня одного хватит.

— Да быть такого не может! Фиона, объясни старику всё!

— Вечно ты меня так называешь, но мне ещё даже тридцати нет... М? Там огонь. Снова хобгоблины?

— Д-да подожди ты...

Ламбер пошёл вперёд, и на Т-образном проходе справа и слева на мужчину набросились два огра.

— Господин Ламбер!

— Ах...

— А я что тебе говорил, старик! На третьем этаже водятся огры! Уходим отсюда!

Все трое поспешили к Ламберу. Всё же они думали, что он ничего не сможет сделать с двумя ограми.

— Хм... Места мало, как раздражает, — сказал мужчина, опустив свой меч. Двое огров оттолкнулись от земли и набросились на него. А Ламбер оттолкнулся и развернулся на месте.

— Ха-а-а-а-а-а!

Ламбер воспользовался тем, что враг оказался в воздухе и разрубил живот. Меч коснулся стены, вызвав всполох искр.

«Гу-о-о-о-о-о-о!»

Огромный меч отрубил голову огра и раздавил оружием голову другого. Мужчина подался весом своего доспеха вперёд и отшвырнул врагов.

— ... А?

Фиона и остальные не верили в то, что происходило у них на глазах.

— М? Ллойд, вниз!

Ламбер повернулся к ребятам, встретившись глазами с Ллойдом, он взмахнул мечом.

— А?.. У-о-о-о!

Внезапно Ламбер швырнул своё оружие. Парень успел присесть, когда над его головой параллельно земле пролетел меч и снёс голову зашедшему со спины хобгоблину. Обезглавленный монстр сделал ещё три шага, уронил дубину и упал.

— Отвлёкся на старика и не заметил...

Ллойд сидел на земле. Кстати, меч долетел до угла и врезался в стену. Видя это, Ллойд снова ощутил разницу между ними.

— ... Эй, может стоит вернуться на второй этаж?

— Я тоже так считаю.

— Но я впервые здесь, мне немного интересно... Вот, что из себя представляет третий этаж.

В отличие от напуганных Ллойда и Лили, Фиону заинтересовал третий этаж, где она ни разу не была. Всё же она стала авантюристкой ради приключений. И возможность попасть в неизведанное место попадалась не так часто.

— Фиона, иногда ты откровенные глупости говоришь...

— Нам далеко до этого старика. Если пойдём, там будет в десять раз опаснее. Понимаешь? Возвращаемся назад.

Фиона не хотела оставлять Ламбера, а о его мыслях вообще никто не думал. К тому же мужчина так браво расправился с ограми, что никто не думал, как его переубедить. И даже если они пойдут с ним, то будут лишь мешаться. Сейчас им следовало вернуться на второй этаж.

Фиона какое-то время смотрела на Ламбера, раздумывая, а потом смирившись вздохнула.

— Господин Ламбер! Мы будем ждать у лестницы, ведущей не третий этаж, не делай глупостей!

— Понял, — дал короткий ответ мужчина и, наступив на труп огра, растворился за углом. Ллойд посмотрел на оставленный на трупе след и прищурился.

— ... Насколько тяжёлый этот доспех? Если встретимся с ограми, конец нам, возвращаемся на второй этаж.

После слов Ллойда они поспешили по дороге, устланной трупами монстров.

— Вижу не в первый раз и всё ещё поражаюсь. Старик точно человек? — пробормотал парень, а Фиона неуверенно улыбнулась ему. И тут внезапно Лили остановилась.

— ... А, что-то случилось, Лили?

Фиона обернулась и увидела, как хмурая девушка приложилась ухом к стене.

— Странно. Кто-то приближается. Люди... Четверо, нет, больше. Здесь есть камни света и проходов хватает, потому обычно одним маршрутом никто не ходит...

— А?! Видать из-за того, что старик Ламбер побросал кучу трупов хобгоблинов, вот они и подумали, может тут авантюристов уже нет. Если столкнёмся с ними, это может повлечь ненужные неприятности.

— ... Если кто-то нарывается на драку и нацелился на авантюристов с целью поживиться, то он должен быть достаточно силён.

— Б-быть не может!

Если так, то бояться надо не монстров, а людей. Кто-то со злым умыслом следовал за ними. Если не повезёт, на третьем этаже можно наткнуться на огров. Потому они должны быть достаточно сильны.

— Ч-что делать будем? Эй!

— ... Это нехорошо.

Ллойд покраснел, а Лили побледнела. Фиона закрыла глаза и задумалась, обернулась и указала в направлении, где был Ламбер:

— Пойдём за господином Ламбером! Если пойдём следом, то монстров будет немного. Если будем сражаться, только потратим больше времени... Скорее всего эти преступники нам не по зубам!

За Ламбером и остальными следовали члены «Дракона органа». Чтобы убить их, они обследовали второй этаж подземного лабиринта Айнзаса, но не найдя, оставили охрану на лестнице и пошли на третий этаж.

Торговец попросил «Сумерки духов» собрать шерсть мрачных котов, которые водились на втором этаже. Потому они предположили, что те будут охотиться на втором этаже, именно так думал глава гильдии «Дракон органа» Титан.

В лабиринте было пятьдесят членов гильдии, но действовали они группами по пять человек, Титан и Клейдор были в одной из них.

— Эй, вы не видели придурка в доспехе? Раз на втором этаже нет, значит он на третьем, — Клейдор переглядывался с членами другой гильдии, сурово расспрашивая их.

— Н-не знаю! Нашему человеку досталось... Простите! Кто-нибудь может использовать белую магию?!

Сейчас Клейдор разговаривал с группой из трёх человек гильдии «Голубые крылья». Бывалый мечник Каспар, его ученик Ганс и маг Лилит. Лилит из-за яда монстра сильно пострадала и лишилась сознания, они спешили, когда наткнулись на Клейдора и остальных.

— А, вот как... Прости, мы сейчас на задании и не можем помочь другой гильдии, ведь это против правил. А мы всегда серьёзно относимся к работе. Да, господин Титан?

— Угу, мне очень жаль.

Клейдор и Титан начали улыбаться, а мужчина начал просить:

— Но ведь жизнь человека в опасности!

— Они такие, какие есть. Просто смирись. По крайней мере не мешайте!

Ганс пытался их переубедить, но лидер Каспар остановил парня.

— Жестоко... Можно же было немного помочь.

Из-за спины Клейдора вышла женщина с длинным посохом. Она тоже была членом «Дракона органа» и звали её Андже. Она одинаково хорошо владела белой и чёрной магией.

— Я могу сделать, чтобы ей стало легче с помощью магии.

— П-прошу! Иначе будет слишком поздно.

— Огонь, сожги!

Андже направила посох на потерявшую сознание из-за яда Лилит. Красный свет собрался на груди и тело загорелось. А потом пламя перекинулось на поддерживавшего девушку Ганса.

— Ч-что? Б-быстрее, потуши! Воды! Ты совсем сдурела?!

— А-ха-ха-ха-ха! Стало ведь легче? Стало же? — Андже издевательски улыбнулась.

— Ты хоть понимаешь, что творишь!..

— Забавные вы. Неужели рассчитываете живыми покинуть лабиринт? — Клейдор рассмеялся над ними.

— Что? В-вы хоть понимаете, что несёте? Если тронете нас, гильдия «Голубые крылья» отмалчиваться не будет...

— Как страшно! И кто им обо всём расскажет?

Ганс ошарашено посмотрела на Клейдора.

— Тц!

Каспар выхватил меч и ударил Клейдора. Парень подался назад, выхватывая из ножен своё оружие, и провёл кривую прямо перед лицом Каспара.

Мужчина попытался уйти назад, но парень последовал за ним, нанеся прямой удар. Остриё меча пронзило живот Каспара.

— Гха...

Мгновенная смерть. Облизав лезвие, Клейдор вытащил меч.

— Ува, вот слабак.

— П-п-п... Почему... Зачем вы так?..

Оставшийся Ганс ползал по земле, не понимая, что происходит.

Девушка, которая оставалась без сознания, Лилит, была его младшим товарищем и любимой, которой он так и не признался. Каспар был его старшим товарищем. Он хорошо ладил с обоими, и пошёл на третий этаж не для того, чтобы заработать, а показать старшему и младшему товарищу на что способен.

Они находились у самого выхода, чтобы в случае встречи с огром сразу сбежать, и собирались скоро возвращаться. И никто не думал, что в лабиринте может случиться подобное.

Рядом с авантюристами всегда бродит смерть. Это было очевидно. Но никто не думал, что она придёт сегодня. И именно к ним.

— Почему?.. Вот ты дурак. Вы же сами хотели, чтобы стало легче, вот мы и помогли, а вы вытащили мечи, так что нам пришлось ответить. Во всём вы сами виноваты.

— ... А?

— Ну что за жуткое лицо, не злись так, я шучу, просто шучу... Спрашиваешь, почему? Да потому что даже если ты убьёшь кого-то в лабиринте, это не станет преступлением. Так почему бы не сделать это?

— В-вы!..

— Ох!

Титан кулаком с кастетом ударил в челюсть Ганса. Раздался хруст костей, глаза вывалились. С окровавленным лицом он упал на землю.

— Эй, господин Титан, это же моя добыча.

— Много болтаешь. Закончи дело.

— Так ведь никак найти не получается, и это бесит. Ничего, что мы тут трупы оставим?

— Плевать, их просто сожрут гоблины.

Обыскав вещи, Клейдор и остальные покинули это место. И стоило им уйти, как появились голодные гоблины и стали пожирать трупы.

— Стоит немного пошуметь в подземелье, они сразу же слышат. И им точно нравится, что мы оставляем трупы, — с улыбкой сказал Титан.

— И всё же куда они делись? Столько ищем, а найти не можем...

— Я немного возбудился от того, что спустился так глубоко. Хе-хе, и «Когти дракона органа» прямо чешутся.

— Рад знать об этом...

— Старик Ламбер шустрый...

— ... А ведь на нём такая тяжёлая броня.

Ллойд начал ворчать, и ему, поникнув, ответила Лили. Девушка обернулась назад и вытерла пот со лба рукавом длинной робы.

Сейчас Фиона и остальные старались найти растворившегося на третьем этаже Ламбера. Здесь самыми сильными монстрами были огры, но их было не так много. Потому никто не мог задержать мужчину и оставив ребят, он продвигался всё дальше и дальше.

— Лили, что с преследователями?

— Похоже там хватает монстров, потому они заняты. И всё же они продвигаются. Их немало, и похоже есть кто-то более чувствительный, чем я. Но не думаю, что это бандиты. Возможно... Незаконная гильдия.

— Похоже сбежать будет непросто. И сейчас нам надо следовать по пути господина Ламбера...

Всюду были трупы монстров, потому идти за Лабером было несложно. Временами они видели, как одни монстры поедают других, с расстояния они посматривали на ребят, но они были заняты трупами, потому и не нападали. Троица прошла через третий этаж и остановились перед огромной открытой дверью. Они заглянули внутрь и побледнели. Дальше была огромная лестница, которая вела вниз.

— Э-эй, это ведь шутка... — лицо Ллойда подёргивалось. Четвёртый этаж защищает монстр «чёрная тень, меняющая форму», и со времени обнаружения лабиринта Айнзаса авантюристы так и не смогли преодолеть это место. И конечно обычные авантюристы вроде Ллойда даже не думали соваться туда.

— ... Он и правда спустился на четвёртый этаж? Спустился ведь? — удивлённая Лили заглядывала за открытую дверь.

Ламбер не был совсем уж отчуждённым. Ему был неведом здравый смысл, потому иногда он действовал достаточно эксцентрично, хотя всё же мог прочитать атмосферу вокруг. Сегодня он собирался действовать вместе с Фионой и остальными, и понял, что они не хотят идти на четвёртый этаж.

Но увидев герб лаборатории мудреца Домилионе, он понял, что внизу может покоиться опасная магия или оружие. И нельзя было допустить, чтобы о них кто-то узнал. Потому надо было избавиться от всего как можно скорее. Так что он отослал Фиону и остальных, а сам решил покорить подземный лабиринт Айнзаса.

— Э-это ведь невозможно! Невозможно ведь! Н-но старик Ламбер и правда туда пошёл!

— И всё же я думаю, что господин Ламбер сможет как-нибудь справиться...

— Туда пошли двадцать лучших человек из гильдии «Подсвечник ведьмы», и никто не вернулся, будто ты об этом не знаешь! Это не то место, куда стоит соваться небольшой группой!

Гильдия «Подсвечник ведьмы» до недавнего времени была третьей по численности. В ней были первоклассные маги, и о них ходила слава по всему Региосу как о магической исследовательской организации.

Но это всё дела былые. Полгода назад они отправились покорять четвёртый этаж подземного лабиринта Айнзаса, и несмотря на то, что они готовились ко всему, в итоге никто не вернулся. Лишившись большей части руководства, гильдия «Подсвечник ведьмы» развалилась.

— Я не пойду! Не пойду и всё! Давайте вернёмся! Спрячемся где-нибудь... Точно, столкнём с монстрами, может и вырвемся как-нибудь! — Ллойд искать способ выжить, стараясь не учитывать поход на четвёртый этаж. Лили прикрыла глаза и подняла посох, потом опустила, открыла глаза и покачала головой:

— ... Они идут сюда по нескольким проходам. Они нас точно окружат. Времени на размышления больше нет.

— А?!

Фиона успокоила дыхание и посмотрела на товарищей. Она слегка кивнула, достала меч и, не дождавшись одобрения товарищей, пошла к лестнице на четвёртый этаж.

Разговаривать им было некогда. Фиона решила, что лучше действовать, чем убеждать их. Увидев действия девушки, Лили последовала за ней.

— А?! — Ллойд потянулся за Лили, но не достал. Он встал перед лестницей и смотрел на спускающихся девушек, его плечи бессильно опустились. А потом он топнул по полу.

— Чёрт, чёрт! Раз хотите идти, идите!

В итоге все трое последовали вниз по лестнице к Ламберу, который был на четвёртом этаже.

А когда лестница закончилась, они оказались в большой комнате. Ламбер уже активировал светящиеся камни, потому вокруг было светло.

Четвёртый этаж был старым и грязным, но при этом отличался от других. Здесь ощущалась старина, но место было аккуратнее третьего этажа, и больше напоминало покинутый дворец.

На стенах были выгравированы узоры. С расстояния они казались даже красивыми, но вблизи это были цветы с лепестками, напоминающими руки, ещё был одноглазый демон и расколотое яйцо с вылезающими из него крыльями, всё это выглядело жутко. Пол по лодыжки был залит водой.

Ребята были встревожены, но найдя Ламбера, успокоились. Он стоял посреди огромного зала с мечом в руках.

— Господин Ламбер?

Фиона собралась подойти к нему, когда увидела чёрную тень, летящую на мужичину. Она двигалась пугающе быстро. На скорости, за пределом видимости глаз, она проскользнула рядом с Ламбером.

— Э-это то самое...

Это был настоящий жрец смерти, чёрная тень, меняющая свою форму.

— Г-господин Ламбер, это невозможно! Давай вернёмся!

Глядя на Ламбера, чёрная тень снова прыгнула. А мужчина взмахнул огромным мечом на нечеловеческой скорости. Разбрызгивая чёрные брызги, разрубленная пополам тень упала на землю. От удара огромного меча вода взметнулась в воздух.

— Кья! Победил?!

Но кусок чёрной тени, ударившись о землю, снова подскочил и бросился на Ламбера.

— К-как же так, не умер!..

— Старик, беги!

Ламбер замахнулся и нанёс удар по диагонали. Чёрная тень была раздавлена огромным мечом.

Поднялся столб воды, и мужчину было не видно. Дождь прекратился, и чёрную тень было не видать.

— В-в этот раз точно добил?..

Ламбер присел и поднял что-то вроде раздавленных внутренностей.

— Слизь, это её ядро. Довольно быстрая, я и сам удивился.

— А... И я тоже удивилась.

Фионе показалось, что Ламбер просто раздавил противника, но ей полегчало, когда она узнала, что и он чему-то удивлялся.

«Даже такого сильного точно монстр человека можно чем-то удивить... Всё же он такой же, как и все. Прямо немного полегчало».

Хотя он был нежитью.

— С-старик, э-это что, мутировавшая слизь?..

— Нет, её изменил человек. Обычная слизь, даже если в ядро не попал, если теряет половину тела, то и моторные функции у неё нарушаются. При том, что она сразу же смогла ускориться, это слишком уж идеально для простой мутации.

Услышав слова Ламбера, Лили широко открыла глаза:

— Н-не может быть! Создавать монстров может лишь бог или дьявол...

— Есть глупцы, ступившие на эту стезю. Но возможно там таится нечто более опасное, потому я не могу отступить. Ради будущего королевства Региос я не могу оставить здесь подобных монстров. Надо избавиться от них как можно скорее, — Ламбер опустил меч на землю и посмотрел на Фиону и остальных. — Почему вы пришли сюда? Вы же сказали, что вернётесь.

— Ну, там какие-то странные люди... Вот и...

— ... А, вот почему.

Будучи нежитью, Ламбер ощущал жизненные силы живых существ, а также их местонахождение. И сейчас какие-то странные люди ходили по лабиринту. Однако мужчина не считал их противниками, потому и не обращал внимания. Его куда сильнее волновала мудрец Домилионе.

— Мне надо закончить здесь со своими делами. А вы не отходите от меня.

— К-какой уверенный... — Ллойд удивился силе Ламбера, который так спокойно сказал подобные слова. Они были в лабиринте, где водились неизвестные монстры, и неизвестно насколько сильный враг мог их окружить, а Ламбер не выказывал ни страха, ни удивления.

— Прости, что доставляем тебе больше проблем...

— Ничего. Я и сам немного возбуждён, потому и небрежен... М?

Ламбер не договорил и прыгнул к Лили, он схватил её за плечо, а второй рукой ударил в место, рядом с её лицом.

— Кья-а-а-а! — обычно неразговорчивая девушка теперь закричала. Из-за скорости кулака Ламбера её волосы растрепались. А на руке мужчины была чёрная жижа, он раздавил ядро слизи.

— Они скрываются в воде. Пока выжидают, их почти не разглядеть, куда проще, когда они затвердевают и начинают двигаться.

— ... — ничего не говоря, Лили дважды кивнула. Оставаясь осторожным, Ламбер пошёл дальше.

— Господин Ламбер, мы бы хотели вернуться на поверхность... — сказала Лили ему в спину. Ламбер обернулся, слегка покачал головой и пошёл дальше:

— Прости, но я не хочу, чтобы хозяин лабиринта узнал, что я здесь. Если он будет готов, то мне не пробиться. Я не знаю, может это её последователь, или кто-то, использующий её лабораторию или здесь просто беснующиеся монстры... Но учитывая то, как всё может стать плохо, я хочу закончить со всем сегодня, — закончив говорить, он снова устремился по коридору.

— Если бы... Пошли назад, шанс на спасение был бы выше... — смирившись пробурчал Ллойд, глядя на спину Ламбера.

— Неужели они отправились на четвёртый этаж... — пробормотал глава гильдии «Дракон органа», стоя в большом зале четвёртого этажа. Ошеломлённые подчинённые ожидали позади, а мужчина вместе с Клейдором прошёл в центр помещения и поднял раздавленные внутренности.

— Г-господин Титан... Неужели это тот самый неизвестный монстр...

— Сложно поверить, но его разделал тот мужчина в броне. Я удивился, увидев трупы огров... И всё же он превосходит все ожидания, — сказал Титан и улыбнулся. — Я-то думал осторожничать с чёрным монстром, но похоже слабая гильдия здесь главная тёмная лошадка!

Пока остальные члены гильдии «Дракон органа» были озадачены, лишь Титан радовался, что наконец может быть серьёзен.

Он с рождения не мог жить без сражений. В его огромном теле была подавляющая мощь. Даже среди первоклассных авантюристов было не так много людей, способных одолеть Титана.

Вступив в «Дракона органа» и заполучив «Когти дракона органа» он стал ещё сильнее. Вот только не устраивало его то, что со своим оружием он мог иметь дело лишь с монстрами.

А ведь больше всего он хотел сражаться с людьми, а не монстрами, к такому мнению пришёл Титан. Возможность учиться друг у друга, боевая тактика, ощущение после победы. Всё это чувствовалось по-разному.

— Охранять осталось десять человек, а здесь нас сорок... Клейдор, следуй за мной. Я покажу тебе, как разорву его на части. И нужны ещё трое уничтожать монстров. Остальные разделитесь на три группы и исследуйте здесь всё.

— М-мы пойдём лишь впятером?! Может возьмём ещё людей... — натянуто улыбнувшись, Клейдор предложил Титану.

— Меня и одного хватит. Да? Или тебя что-то не устраивает?

Мужчина злобно уставился, и Клейдор закивал:

— Т-так и есть... Да... Никаких жалоб...

Титан хмыкнул. А потом повернулся к волшебнице Андже и махнул подбородком.

— Да, да, — Андже кивнула и взяла посох.

— Следы, явитесь!

На поверхности воды появились светящиеся следы. Эта магия показывала следы людей, которые недавно здесь проходили.

— Похоже и правда здесь. Андже, что с маскировкой следов?

— Вот.

Андже свела кончики большого и указательного пальцев, и поднялся ветер.

— Хе-хе... Не подведи меня, человек в доспехе. Повесели меня как следует.

Титан взял четверых, включая Клейдора и Андже и пошёл по коридору.

Оставшиеся три десятка членов «Дракона органа» разделились на три труппы, как и велел глава, и разошлись по трём разным проходам, начав исследование.

И одну из групп возглавил третий по силе член гильдии Эмерих, он вёл людей, обнимая женщину.

— Эй, вы, живее пошли. Вы новички и должны служить щитами! Хья-ха-ха-ха!

Эмерих был отличным мечником, но при этом бабником и пьяницей, доставляющим немало хлопот, и даже среди «Драконов органа» он был проблемной личностью.

— Идите быстрее. Задолбали.

— Господин Эмерих... Но там же могут быть ловушки... Может стоит вначале использовать магию ощущений...

— Да, спасибо за совет! Эй ты, давай сюда! На кишках твоих проверим! — с этими ловами Эмерих достал меч из ножен. Он сиял красным. Этот меч был сделан из магической руды, когда его вытаскивали из ножен, он поглощал ману из окружающей среды и выпускал жар.

Эмерих отогнал обнимавшую его женщину, схватил за воротник находившегося рядом авантюриста и поднёс к лицу раскалённое лезвие.

— П-п-простите. Я не хотел... А, а? Подождите, вы же шутите?.. Это, господин Эмерих... А, а-а-а-а!

Раскалённый меч коснулся лица подчинённого. Было слышно, как подгорает мясо. Обожжённая кожа отрывалась, прицепившись к мечу. Подчинённый прижимал руки к лицу, когда его тошнило, рухнувшего на месте.

— Прости, я правда хотел остановиться. Если никто не хочет испытать этого, идите вперёд. Или опозорить меня хотите?!

— Хи, хи-и!

Видя, как подчинённые поспешили вперёд, Эмерих довольно улыбнулся.

— Бва-ха-ха-ха! Если умрёшь в лабиринте, твоё имя останется на мемориальном памятнике гильдии! Неплохо же? Вот она, слава! Что-то не устраивает? Если вы настолько бесхребетные, то вам не стать такими же сильными, как я. Да, Кармила... А? — он назвал имя женщины и обернулся, а её голова уже лежала на полу. Она погрузилась в воду. Лицо было не прекрасно, а искажено ужасом. А на чёрном разрезе шеи была чёрная слизь.

Увидев это, Эмерих осознал. Чёрная слизь пряталась в воде и целилась в них со спины всё это время. И было глупо отправить вперёд всех своих подчинённых.

— У-о-о-о-о! Почему?! Почему ко мне?! — Эмерих заревел, и напал на чёрную слизь, он пнул тело мёртвой женщины по имени Кармила, которое было на пути, и отступил.

По имевшейся информации в гильдии движения чёрной слизи были довольно прямолинейны, если держаться на расстоянии и нападать будут те, на кого чёрная слизь не целится, то вполне можно победить.

Эмерих вспомнил об этом, потому в первую очередь думал увеличить расстояние. Оставаясь готовым к бою, он наблюдал за чёрной слизью, ползавшей по трупу.

— Ч-чёрт! Эй, вы! Вы же там?! Вы же должны ощутить это, придурки?! Для чего я вообще вас взял, чёртовы идиоты?!

Жнеца смерти четвёртого этажа, чёрную слизь едва ли можно было ощутить в воде. Если потратить время, можно было ощутить что-то странное в воде, но Эмерих сам не позволил этого сделать.

— Ну вы, живо назад...

Эмерих краем глаза приметил своих подчинённых. Крича, они бежали вперёд.

— Поубиваю! А ну вернитесь! Чёрт! Чёрт! Чёрный страж же был убит! Так тут ещё один был?!

Направляя меч на чёрную слизь, Эмерих шаг за шагом отступал. Монстр продолжал пожирать труп, но тут задрожал и бросился на Эмериха.

Но позиция противника была известна. А ещё было ясно, что враг быстр и двигается лишь по прямой. Этого хватало, чтобы отбиться.

Отступив назад, Эмерих направил меч перед собой. Оружие пронзило чёрную слизь. Меч стал её обжигать, пошёл дым и появился запах гари.

Эмерих взмахнул мечом, пытаясь сбить монстра. Но несмотря на серьёзную рану, чёрная слизь, не снижая скорости, стремилась к мужчине.

— А?..

Монстр оказался у него на груди.

— Га, ага-а-а-а-а!

Одежда таяла, а боль растекалась по груди. От боли Эмерих бился и орал, а когда он посмотрел на грудь, страх заставил его притихнуть. В слизи он увидел свою растворившуюся кожу и обнажённые рёбра. Он понял, что его уже не спасти.

— А-а-а...

Эмерих упал на спину. Перед глазами были две чёрные слизи. Высунувшись из воды, он видел, как они приближаются.

«Как извиваются...»

Сознание покинуло Эмериха. А три чёрные слизи переваривали тела двух авантюристов, а потом вернулись в воду и стали отслеживать убежавших авантюристов.

А тем временем Титан и его группа продолжали поиски.

— Сколько трупов тех монстров. Значит он был не один.

— Может они не так уж и сильны. Но всё это не важно.

После Ламбера оставались лишь тела чёрной слизи. А выжившие монстры разбежались от него.

— И они уничтожили «Подсвечник ведьмы». Вот жалкие, нас пятерых хватит, чтобы спокойно пройти.

Клейдор наблюдал за кусками чёрной слизи в воде, и придерживая челюсть, улыбнулся. И конечно же им было неизвестно, что третий по силе в гильдии «Дракон органа» был убит чёрной слизью.

Вместе с Фионой и остальными Ламбер продолжал исследовать четвёртый этаж. Мужчина дал сигнал остальным остановится, а сам понёсся по коридору вперёд, взмахнул огромным мечом и ударил по полу. Он использовал силу всего тела и выпустил миазмы нежити.

— С-старик, ты что... Хи?!

Ламбер взглядом приказал Ллойду: «Стоять». Парень ощутил миазмы и его точно огромный монстр лизнул по спине, так это было жутко, он выронил меч и упал. У собиравшейся подойти Фионы тоже задрожали ноги.

Разнеслись три резких звука. И три чёрных слизи окружили Ламбера. Заинтересованные его миазмами, они выпрыгнули. И, обладая чувствительностью нежити, мужчина знал, что чёрная слизь скрывается здесь, потому и усилил миазмы, подманивая врага.

— Т-трое?! Они тебя окружили, господин Ламбер! Одна позади!

— У-о-о-о-о!

Ламбер разрубил чёрную слизь на скорости, превосходящей противника. Поток ветра, вызванный ударом, сбил с пути других монстров, а потом он безжалостно нанёс следующий удар. Всё заняло менее двух секунд. Но за это время Ламбер с лёгкостью взмахнул огромным мечом более десяти раз.

— Кья!

Находившиеся на расстоянии ребята от удара вскрикнули и попадали. Когда ветер унялся, ядра слизи врезались в ближайшие стены.

— Хм... Глаз уже привык. Но я слишком быстро реагирую. И уже понимаю приблизительно, где находится ядро... В следующий раз хватит и пяти ударов.

— ... В-вот как?

— Прости, что поднял воду, Фиона. Ты вся промокла.

— Н-не переживай...

— Лили и я тоже промокли... А, нет, я не прошу, чтобы ты извинялся! — сказал Ллойд, а потом выставил руки перед собой и стал качать головой.

Ллойд не понимал. Почему Ламбер заботился только о Фионе.

— ...

Ламбер и сам впервые заметил, после того как ему сказали, и тут же себе ответил. Всё потому, что Фиона была похожа на Аврелию.

— Хм, простите, Ллойд, Лили.

— А, нет, не переживай... Но, старик... Кто же ты?

— Я же уже говорил. Ламбер, что предал своего правителя и был убит за это, — ответил Ламбер Ллойду и пошёл дальше по коридору. Парень какое-то время смотрел ему вслед, но потом слегка получил посохом Лили по голове и в спешке пошёл следом.

Ллойд вспомнил слова главы гильдии «Сумерки духов» Жермана и вздохнул. Тот сказал, что лучше над ним не смеяться, но парень думал, а есть ли в мире хоть кто-то, кто мог бы посмеяться над умениями этого мужчины.

— ... Ты ещё сильнее его будешь.

Наконец коридор закончился, и они вышли к большой комнате, которая была сразу за лестницей.

Ламбер наполнил камни света маной, и помещение осветилось. Это было большое помещение, соединённое с проходом. Здесь ничего не было, но вряд ли это была просто большая комната. Ламбер сделал несколько шагов, а потом подал сигнал ребятам остановиться.

— Я ощущаю что-то странное. Неприятное. Скоро появится.

— Н-но уж ты, старик Ламбер, наверняка...

— ... — мужчина молча покачал головой. — Возможно я не смогу защищать вас. Отойдите назад, — сказал он и почувствовал, как со стороны прохода приближаются пять человек. — Эти пять человек, явились разбойники... Прогнать их или ждать, когда явится монстр? Простите, но я не могу отпустить того, кто находится дальше.

Он посмотрел на Фиону, Ллойда и Лили, а потом они кивнули:

— Мы остаёмся...

Это был уверенных ответ троицы. Они не думали, что смогут что-то сделать, если на них нападут на четвёртом этаже, потому предпочли остаться с Ламбером.

— Вот как? Тогда держитесь поближе ко мне. Но когда появится монстр... Постарайтесь отойти подальше.

— О-он настолько опасен, старик?

— Он лучший. Последний защитник лаборатории.

— О чём ты?

Ламбер не ответил Ллойду, а выставил перед собой меч и слегка согнул ноги. Мужчина стоял так какое-то время, но монстр так и не появился.

— Старик, что-то монстр не идёт... — стоило Ллойду заговорит, как в коридоре послышались шаги.

— Это ты тот человек в броне. Я хотел увидеться с тобой.

Первым появился мужчина с кастетами в виде когтей на руках. Волосы, борода и бакенбарды были ярко красными, он напоминал льва. Свирепые глаза смотрели прямо на Ламбера, он гортанно смеялся.

На нём была белая одежда и красный плащ. Официальная форма «Драконов органа». За ним следовали ещё четыре человека. На всех была одинаковая одежда, и среди них был Клейдор, которого Ламбер однажды прогнал.

— Т-так это вы за нами следовали?!

На её слова мужчина, похожий на зверя, глава гильдии «Дракон органа» Титан улыбнулся:

— Верно. Да, это были мы. Кажется вы сильно насолили графу. Потому мне и пришлось действовать. Хотя меня больше интересует этот мужчина в броне.

Ламбер опустил поднятый меч и повернулся к Титану.

— О, лучше не думайте о том, чтобы сбежать. В этом лабиринте сейчас полсотни авантюристов из «Дракона органа», — Клейдор поравнялся с Титаном и улыбнулся забинтованным лицом. — Видать ты не понял, о чём я тебе говорил. А ведь я предупреждал. Теперь понял, что значит заводить врагов вроде меня? — Клейдор смотрел на Ламбера с ненавистью, пока его губы искривлялись. — Вот так. Сделав врагом меня, ты сделал своим врагом сильнейшую гильдию города «Дракона органы». Или скорее... Обратил против себя весь город. Был ли ты готов к такому? Похоже ты вытянул короткую соломинку.

Ламбер осмотрел большую комнату.

«Я почти не ощущаю присутствие монстра... Ладно, тогда вначале разберусь с ними».

Приняв решение, он сделал шаг в направлении Титана и его товарищей.

— Я их отвлеку. А вы уходите в коридор, — опасаясь монстра, сказал Ламбер. Но услышавший его предложение бежать Клейдор лишь довольно раздул ноздри:

— Думаете, у вас так легко получится уйти? Эй, господин Титан.

— Что-то ты смотришь на нас свысока. Броня... Ты моя добыча. Никто не уйдёт. Эй, вы, устройте им праздник крови.

— Да!

Четверо подчинённых отошли от него и встали перед проходом. Видя озадаченную Фиону и её друзей, Титан усмехнулся, а потом посмотрела на Ламбера и облизнул губы.

— Обойдёмся без сигнала к началу боя? Ты же не думаешь обо мне грубо? Давай повеселимся.

Титан вышел перед Ламбером и с размаху ударил.

Его кастеты «Когти дракона органа» разрезали воздух. Ламбер легко ушёл влево. Титан ударил его другим кастетом, но мужчина остановил его мечом, который упирался в пол.

Брызги поднялись высоко. И Титан воспользовался этим, чтобы скрыться, а потом с разворота нанёс новый удар, но и от него Ламбер уклонился без проблем. Титан ударил по полу, отпрыгнул назад и улыбнулся.

— Га-ха-ха-ха! Ловко ты двигаешься в этой броне. До этого я играл, но теперь буду серьёзен. Пора накалить обстановку, эй!

Титан подпрыгнул. И видевшие это члены «Дракона органа» авантюристы стали улыбаться.

— Этот мужчина покойник. Господин Титан говорил, что будет веселиться, а уже всё закончилось.

Отступая с мечом в руке, Фиона смотрела на бой между Ламбером и Титаном. Подпрыгнувший противник оттолкнулся от стены и по прямой набросился на Ламбера.

Он напоминал пулю. Обе руки Титана были отведены назад, но он приближался к Ламберу на ужасающей скорости. Вода под ним расходилась в стороны от такой мощи.

Прямо перед Ламбером мужчина развернулся и взмахнул правой рукой. А Ламбер никак не отреагировал. Он оставался неподвижным перед врагом.

Титан прошёл мимо и приземлился прямо за Ламбером. Фиона думала, что мужчина получил удар от Титана, так ничего и не сделав, потому отвлеклась от врага перед ней и посмотрела на Ламбера:

— Господин Ламбер!

Мужчина, к которому обратились, начал быстро двигаться. Фиона поняла, что похоже по нему не попали, потому вздохнула с облегчением. Противник девушки тоже смотрел за боем, потому не собирался нападать.

— Неплохо, эй! Я собирался сломать оружие. Мои кастеты... «Когти дракона органа» — мой козырь, специализирующийся на уничтожении брони! Забавный, ты очень даже забавный!

Когда они сошлись, Титан попал по огромному мечу Ламбера. Мужчина, использовав минимум движений и прижал меч к кастету, отражая удар.

— Если ты называешь это когтями дракона, то никогда не видел настоящего дракона.

— А?

Смеявшийся с широко открытым ртом Титан удивлённо наморщился.

— Дешёвая провокация. Какой-то ты скучный. Я-то думал, что наконец встречусь с кем-то интересным. Ладно, давай продолжать? Конечно же до тех пор, пока ты не умрёшь! — говоря, Титан снова попробовал приготовить правую руку к удару. Но она не поднялась, а опустилась вниз. Резкая боль, сопровождаемая онемением, прошлась по конечности.

— А... А?

По правому кастету пошли трещины, и он развалился на части. Осколки тонули в воде. А правая рука с тыльной стороны ладони и до локтя была покрыта кровавыми разводами.

— А-а-а-а-а-а-а?! — закричал Титан и упал на колени. Его кровь растекалась в воде.

Ламбер не просто принял удар. Он полностью прочитал спиралевидное движение Титана и нанёс тяжёлый удар.

— Б... Быть не может! Она ведь из сплава органа! Как так!..

— Если не хватает силы, стоит использовать более лёгкое оружие, — сказал Ламбер, поставив огромный меч на землю. Пройдя через воду, меч с глухим звуком ударился о землю. Было ясно, что он намного тяжелее кастетов Титана.

— Оставьте сопляков! Убейте его! — проревел Титан, когда на его лбу выступили вены. Четверо членов гильдии «Дракон органа», которые с улыбкой блокировали выход, посерьёзнели и, игнорируя Фиону и остальных, окружили Ламбера. С искажённым от гнева лицом Титан медленно поднялся, смотря на врага.

— Ты лучше, чем я думал. Ты и правда монстр, но против пятерых ты ничего не сможешь сделать! — Клейдор ревел, угрожая оружием, но перед ним встала Фиона, преградив дорогу.

— С дороги, женщина! Это не твоё дело, убирайся!

Мужчина целился в её шею, но услышал звук воды позади, и, уклоняясь, взмахнул мечом. Он остановил меч Ллойда, атаковавшего сзади, а спереди, уходя от меча Фионы, ему пришлось ускориться.

— Думаете справитесь, если нападёте вдвоём? — от гнева Клейдор дрожал, когда из слепой зоны к нему прилетел огненный шар. В последний миг он уклонился и зло посмотрел на Лили.

— Не вдвоём, а втроём...

— Бесполезно!..

— Ура-а-а-а!

Ллойд вытянул руку и ударил прыгнувшего Клейдора. Мужчина отбился, ударил по лицу и приземлился.

— Ха-а-а-а!

И тут ударила Фиона. Из-за того, что Клейдору пришлось вытянуть ногу для удара, после приземления его реакция запоздала. Он попытался отступить, но меч зацепил щёку и кончик носа, оставив красную линию на лице. Клейдор коснулся раны рукой и убедился, что идёт кровь, лицо его исказилось до неузнаваемости.

— Хе, хе-хе... Ах, а ведь могли убежать, — Ллойд поднялся, взял меч и приготовился к бою, а потом дрожащим голосом заговорил.

— Господин Ламбер! Одного мы сдержим! — крикнула Фиона, направляя меч на Клейдора.

В бою численное преимущество очень важно. Это позволяет зайти из слепой зоны. Как бы человек ни был искусен, у всех есть слабости, и чем больше врагов, тем выше шанс, что они попадут в брешь. Фиона думала, что даже Ламберу будет непросто против нескольких первоклассных авантюристов, потому решила остановить хотя бы одного.

— Если бы попробовали убежать, я бы вас отпустил... Но раз так хотите умереть, я вас убью! Или вы думали, что как-нибудь сможете справиться втроём?!

Клейдор нацелился на Фиону. Если убить одного, численное преимущество значительно сократится. Тогда убить оставшихся двоих будет намного проще.

— Вот тебе, вот, вот, вот!

— Ух!

Прикрываясь Фионой, Клейдор защищался от атак Лили, отбиваясь от Ллойда, он напал на Фиону. Пусть он был прогнившим, и всё же оставался одним из лучших среди крупнейшей гильдии, его опыт и сила были куда выше, чем у ребят.

— Открылась! — Клейдор отбил меч Фионы своим, а потом нанёс удар другой рукой открывшейся девушке в солнечное сплетение. Его пальцы вонзились в её тело.

— Гха! — Фиона выронила меч и схватилась за грудь.

— Фиона!

— Вот так тебе, и где весь твой недавний запал?

Клейдор ушёл от меча Ллойда, вернул свой меч и попробовал отрубить Фионе руку. И тут перед Клейдором появился человек в доспехе.

— А?

Обычный толчок. Но он был нанесён огромным весом полного доспеха из органа. От этого удара меч Клейдора сломался, как и кости плеча, а самого мужчину снесло. Описав кривую в воздухе, он упал головой на землю и поднял волну.

— Говорил же уходить, если появится возможность.

— Г-господин Ламбер! А оставшиеся четверо!..

Фиона посмотрела туда, где мужчина сражался с авантюристами из «Дракона органа». Среди трупов, разрубленных вдоль и поперёк находился ошарашенный глава гильдии, оставшийся без одной руки.

Правую руку вместе с кастетом сломал Ламбер, а левую ему отрубили. Тела оставшихся троих были разрезаны так, что они вряд ли могли продолжать жить, и не было похоже, что они дышали.

— ... Из-за того, что вы отвлекли одного, я быстро закончил.

— ... А, да.

Увидев четверых человек и услышав слова Ламбера, девушка слегка кивнула. И почему-то ей этого ответа было мало.

— ... Тогда мы были вообще не нужны, — пробурчал Ллойд.

— Почему «Дракон органа» нацелился на нас?.. — спросила Фиона, глядя на Титана, у которого обе руки истекали кровью. Был ли он без сознания или просто не соображал, мужчина не ответил.

— Это ведь не простое нападение. Определённо всё из-за ненависти... Правда знали бы они хоть что-то о старике Ламбере, точно бы не сунулись, — высказал свои мысли Ллойд, и Ламбер был с ним согласен, правда кое-что он понять не мог. Всё же было приложено слишком много усилий для уничтожения слабой гильдии. Можно было подумать, что Титан просто заинтересовался Ламбером, и всё же...

— Вы как-то ещё связаны с «Драконом органа» помимо этого Клейдора?

— Н-нет, вроде никак...

— Вот как, тогда ладно, — ответил Ламбер и подумал, что надо будет ещё раз расспросить обо всём главу гильдии Жермана после возвращения в город.

«Кстати... Как я попал в город, началась странная суматоха. «Дракон органа» перешёл к прямым действиям, и можно заметить, насколько всё опасно».

Мужчина подумал над поведением Жермана, и в нём хватало подозрительного. И раз уж всё зашло настолько далеко, то скоро всё должно будет проясниться.

За их общением недовольно наблюдал мужчина. Клейдор. После удара Ламбера он получил кучу переломов, особенно сильно досталось плечу и оружию, и сейчас здесь он был самым легко раненым.

Титан лишился обеих рук и теперь был без сознания, а остальные трое — мертвы. И только Клейдор мог осуществлять умственную и физическую работу. Во всей гильдии он славился за свою мстительность.

«У меня получится... Если уличу момент, обязательно сбегу... Нет, всё же лучше стоит подобрать оружие и взять девчонку в заложницы. Нет, спокойно... Я выберусь отсюда, а потом поубиваю их всех. А этого мужика в броне отравлю».

Клейдор неподвижно лежал в воде и наблюдал за Ламбером. Ему было плевать на остальных, но с этого человека отвести взгляда он не мог. Он сразился с четырьмя авантюристами из «Дракона органа» и убил, даже не пострадав. Ламбер был силён, точно и не человек вовсе.

«Если отойду от Фионы, Ллойда и Лили, то может и этому голову отрубить?»

Ламбер был нежитью и мог уловить присутствие живых существ, и он знал, что Клейдор притворяется мёртвым. Мужчине был известен его дурной нрав, потому он знал, что тот ничего хорошего не сделает, если останется в живых. И Ламбер был не настолько наивен, чтобы оставлять в живых тех, кто пришёл убить его.

— ... Что это? Запах как у перезрелого плода? — и тут Фиона нахмурилась. Ллойд тоже насупился и переглянулся с Лили. Все они ощутили сладковатый запах. Спелые фрукты... Или скорее приторный вкус уже начавших подгнивать плодов.

Вот только у Ламбера сейчас не было ни обоняния, ни вкуса. Только мана в его глазницах позволяла видеть распространяющуюся в комнате ману.

Сейчас он видел фиолетовую с голубым оттенком ману, растекающуюся вокруг. Она просачивалась из стен.

— Живо уходите отсюда.

— ... Господин Ламбер?

Фиона и остальные были озадачены. Если они пойдут назад, то наверняка снова встретятся с членами «Дракона органа». И если появится опасный монстр, безопаснее было находиться рядом с Ламбером. А мужчина посмотрел на потерявшихся ребят, выпустил миазмы и проревел:

— Живо ушли!

Фиона дёрнулась. Лили взяла её за руку и вместе с Ллойдом они побежали к выходу.

«... Сейчас! Он отвлёкся!»

Клейдор подпрыгнул и подхватил меч разрубленного пополам товарища. Он направился к выходу, избегая Ламбера, и тут... В стене позади открылась огромная дыра.

— ... М?

И оттуда высунулось чучело огромного медведя в три хейна (около трёх метров). Его шкура была от тёмно-розового до синего цвета, слишком уж выделяющаяся. Огромное чучело казалось мягким, но ему хватило сил пробить стену. Проделав дыру, оно вошло в большой зал.

— Ч-ч-что!..

Вместе с ним в комнату проник и приторный запах. Трое человек, которые хотели сбежать, войдя в коридор остановились, поражённые.

Чучело взмахнуло огромной деревянной дубиной и ударило по Клейдору. Движение было быстрым, но мужчина был первоклассным авантюристом. Он кое-как смог уклониться от дубины. Удар сотряс комнату и отдался в ноги Клейдора.

— Хи!

Мужчина упал, но сразу же понял опасность и отскочил. А позади него упала деревянная дубина.

— Ч-чёрт!

Клейдор подскочил и вонзил меч в ногу чучела. Меч пронзил плоть и тут же остановился. Из ноги вытекала странная жидкость, но состояние чучела нисколько не изменилось. Оно медленно подняло дубину.

— С-стой! Я!..

Точно устав от него, чучело ударило пять раз по нему ещё быстрее, чем раньше.

— Ч-что это за странный монстр... Не понимаю... — пробормотал Ллойд, обернувшись.

— Это простая галлюцинация... На самом деле похоже он выглядит иначе.

Лили была магом, и знала, что из себя представляет чучело на самом деле.

— Да. Эту иллюзию легко развеять... Но тогда можно увидеть настоящий ад на земле. Я убью его и пройду через ту дыру. Вашу безопасность я гарантировать не смогу.

— ... Да.

Пришедшая в себя Фиона кивнула Ламберу, потом она посмотрела на своих друзей. И под конец обратилась к мужчине:

— ... Только не умирай.

Ламбер не ответил, а продолжил сражаться с чучелом. Слыша их отдаляющиеся шаги, на него накатила ностальгия.

«Только не умирать?.. То же говорил и его величество».

«Обязательно возвращайся живым, Ламбер».

В голове всплыло встревоженное лицо Аврелии.

«Так было до конца войны».

— О-о-о-о-о-о-о! — жутко ревя, чучело приближалось к нему.

— Быстрее огра, и крупнее тролля... Никого не отпустит. Такой-то страж.

Ламбер оттолкнулся от земли и встретил чучело. Меч столкнулся с дубиной, и благодаря манипуляциям с силой он направил её к земле. Использовав мощь удара, он прыгнул и оказался сбоку от чучела, после чего нанёс сильный удар.

«Всё же это не просто деревянная дубина. Тоже иллюзия?»

Ламбер развернулся на земле и снова направил остриё меча к чучелу. Из вспоротой раны текла жижа, а монстр спокойно повернулся.

— Хватит глупых игр, пришла пора показать себя.

Ламбер наполнил тело маной и выпустил миазмы нежити. Пространство вокруг чучела исказилось, и оно изменило свою форму.

Тело стало трепыхаться, и напомнило толстые бинты на коже, а потом стало человеческой кожей.

Из огромного рта от края до края лица сочилась блестящая слизь. Во рту было три ряда зубов. Огромные глаза на выкате пульсировали и бегали. На теле были жуткие швы, а рука с десятью пальцами сжимала металлическую дубину. Монстр был настолько жутким, что было страшно даже думать, что нечто подобное вообще существует в мире.

— ... Всё же хорошо, что они сбежали.

Ламбер посмотрел на меняющуюся форму монстра. Если бы здесь были Фиона и остальные, это могло бы сказаться на их психике. Терявший кровь Титан при виде чудовища закричал и стал отступать:

— С-спасите! Спасите!

Монстр схватил десятипалой конечностью ногу Титана и, улыбаясь, стал раскачивать. Мужчина кричал, но после двух ударов о землю замолчал. После третьего удара верхняя часть тела оторвалась, а в руке осталась лишь одна нога.

Монстр взмахнул ей и бросил в Ламбера. А мужчина запустил её назад, отбив плашмя мечом.

— Так и знал, голем из плоти.

Голем из плоти — это голем, в основе которого лежат части тела человека.

Эти мерзкие существа были запрещены ещё во времена войны за объединение восьми стран. Это было попросту негуманно, но главная причина была в способах добычи трупов магами.

Ламбер убил мудреца Домилионе потому, что она продолжала тайком производить големов из плоти, и для этого она уничтожила больше десятка деревень.

«Лаборатория была представлена как подземелье, и трупы авантюристов служили сырьём для големов из плоти. Неужели... Это дело рук самой Домилионе?»

Ламбера охватил озноб, когда он направил меч на голема из плоти. А великан, покрытый кожей, размахивал дубиной, подходя к нему.

Это не тот противник, с которым стоило бы соревноваться в силе. Ламбер отбил дубину мечом, а удары обрушились справа и слева.

«Такие движения... Быстрый и точный! Сколько людей надо было принести в жертву, чтобы создать его...»

Крупное существо быстро сократило расстояние. Действовал враг быстро. Ламбер резко ушёл в сторону, пытаясь зайти сзади, но огромные глаза не позволяли ему уйти. Уродливый великан, отстраняясь, приготовил дубину и обрушил на Ламбера.

«... Надо же, у него отличное зрение. Надо испытать его ещё немного».

Ламбер подался назад и ушёл в последний миг. Дубина ударила по земле, поднимая брызги. И в следующий миг десятипалая рука запустила дубину в стену воды, где находился Ламбер.

Отразившее оружие отлетело в потолок. Глаза существа следили за дубиной, и вот оно снова крепко держало орудие.

— Отлично получается уследить за движущимися объектами, но способность распознания обычная.

Голем из плоти смотрел на поднятую волну и на Ламбера, который подпрыгнул к его голове, но было поздно. Дубина ударила не мужчину, а попала по мечу в его руках. Зрительная реакция монстра, как и предполагал Ламбер, была на высоте, но сами глаза не поспевали.

Сейчас в руках Ламбера не было оружия, но он занял более выгодную позицию. Он мог нанести удар по голове.

Мужчина вытянул пальцы в броне и вонзил в огромный глаз монстра. И бронированная рука проткнула его, разбрызгивающий сине-зелёную жижу. Вогнав кисть, Ламбер сжал кулак и вынул.

— О-о-о-о-о!

Уродливый великан заревел и замотал головой. Ей он пытался ударить Ламбера о пол. А мужчина намертво вцепился в кожу на глазу, и вот так он перебрался на затылок, ударив дважды весом доспеха, мужчина подпрыгнул.

Он потянулся к оружию, застрявшему в потолке, он вытащил его и приготовился к бою ещё в воздухе, а приземлившись, сразу же занял боевую позицию.

— Нападай, сшитый голем. Я облегчу твои муки.

Голем из плоти смотрел на Ламбера, держась за лицо одной рукой. Оставшийся огромный глаз был залит красным. На руке с дубиной вздулись вены.

— О-о-о-о-о! — жутко заревел он и обрушил на Ламбера высоко поднятую дубину. Удар был быстрее и тяжелее, чем раньше. Однако он оставался примитивным.

Ламбер вытянул ногу и взял меч вертикально. На огромной скорости дубина собиралась раздавить мужчину. Ламбер слегка наискось взмахнул огромным мечом, останавливая дубину, и когда их оружия были крепко прижаты, он опустился ниже и сделал оборот вокруг своей оси.

Направление силы в дубине сместилось, и она выпала из рук великана. И этот удар, сохранив силу, вернулся к груди монстра. Дубина вонзилась в грудь, а потом упала на пол и расколола его.

Эта техника называлась «обратное небо и земля», ей научил Ламбера один из генералов и его наставник Кихоте. Она позволяла обратить силу противника против него самого.

И в этот раз у него впервые получилось задействовать каждый сустав в его теле. Техника предполагала использование тела противника, потому предназначалась для боёв один на один, но боевое чутьё позволило Ламберу идеально воплотить «обратное небо и земля» на големе.

После такого удара голем остановился, и мужчина зашёл со слепой зоны и ударил по толстой ноге. Прочитав движения огромной руки, он отпрыгнул, прошёлся по опустившейся руке и нанёс удар в шею.

Великан подался головой к Ламберу. Мужчина приготовил оружие и извернулся от головы, снизив влияние удара на тело. Ламбер занёс меч и потом подался всем телом вперёд.

Оказавшись перед лицом великана, он обрушил своё оружие. И залитый кровью глаз смотрел прямо на него.

— О-о-о!

— Ха-а-а-а-а-а!

Огромный меч поразил голову. От удара вылетел оставшийся глаз. Голова треснула и оттуда посыпались розовые внутренности. Уродливый гигант опустился на колени, а потом упал.

— ... Спи спокойно, — пробормотал Ламбер, глядя на фигуру жуткого голема из плоти.

Хлоп-хлоп. По большой комнате разнеслись аплодисменты. А вокруг разошёлся ещё более сладостный запах, чем от голема.

Ламбер посмотрел на источник шума, и увидел в дыре в стене стоявшую девушку. Длинные чёрные волосы и большие круглые глаза. Она была прекрасна, но почему-то вызывала странное беспокойство.

— Ламбер, ах, это ведь ты, Ламбер! Я и подумать не могла, что мы снова увидимся. Вот что значит долгая жизнь.

Словно приглашая, девушка вытянула перед собой руку и улыбнулась. Но глаза её оставались точно искусственными.

— Ну не смотри так пугающе. Столько воды утекло. И я тебя совсем не ненавижу. Скорее уж даже люблю.

— ... Я знал, что ты монстр, но ты не умерла даже после того, как я разрубил тебя пополам.

— У меня была заготовлена после смертная техника. Ты отрубил верхнюю часть тела и сердце, так что я умерла. Как же это было жестоко. Ах, и больно ещё, — во время разговора девушка высунула свой маленький розовый язычок. Она улыбнулась одними губами и продолжила. — Но здание было уничтожено, потому моё тело проверить не вышло.

Мудрец Домилионе.

Именно такой она была в воспоминаниях Ламбера. Она ещё тогда экспериментировала со своим телом и годы были не властны над ней. И потому никто не знал, сколько ей лет и откуда она пришла.

Домилионе использовала запрещённую магию, и королевство Региос не могло её покарать из-за того, что она ушла в своих исследованиях дальше прочих, и к тому же обладала невероятным боевым потенциалом.

В итоге Ламбер победил её в прямом противостоянии, но она ускользнула и тайком продолжила свои исследования, выслеживая авантюристов в подземном лабиринте.

— Не смотри на меня так, мне страшно. Нас обоих предал и убил Региос, мы ведь товарищи, — сказала Домилионе и пожала плечами.

— Обоих?

— Да, так и есть! Ах, если бы от одного из нас избавились раньше, то проигравшей в войне за объединение стало королевство Региос! Однако эта неблагодарная глупая принцесса использовала нас и просто выбросила!

— Не сравнивай нас!

Ламбера не устраивали хвалебные слова Домилионе. И хоть в его словах была жажда убийства, но девушку это не подействовало, и она продолжила:

— Мы одинаковые, ещё какие одинаковые. Если бы во мне не видели боевого потенциала, то тебя бы прислали намного раньше. Или я не права? А к тебе глупая принцесса прислала Грифа, когда королевство Макюрас было почти полностью повержено. Видишь, одинаковые мы! Ах, бедный Ламбер!

— ... Его величество переживал, что выжившие члены королевских семей воспользуются моим именем и начнут новую войну. И тогда бы погибли тысячи солдат. Так было надо, чтобы уменьшить число жертв. И я не позволю проявлять неуважение к его величеству.

Подчиняя другие страны, королевство Региос шло по пути объединения западной части континента Воримия. Однако в Региосе остались выжившие члены королевских семей и аристократы других стран, и среди них были нарушители спокойствия.

И секрет Аврелии или высокая поддержка Ламбера могла стать серьёзной угрозой. Когда происходит объединение, приоритет должен быть отдан защите трона и жизни граждан, с этой точки зрения решение Аврелии было разумным.

Именно к такому выводу для себя пришёл Ламбер, когда стал нежитью.

— Я принял собственную смерть. А ты чистое зло, Домилионе.

Девушка спокойно восприняла слова Ламбера. На прекрасном лице оставалась жуткая улыбка.

— Нет. Иначе бы ты не обратился в нежить. Ламбер, в тебе не осталось верности. Лишь грязные желания, зависть и сожаление. У тебя были мечты, но перед их осуществлением тебя предали, и ты всё ещё видишь призрак глупой принцессы. Потому и связан с этим миром.

— Это не так.

— Так. Я долго исследовала нежить, и, увидев тебя, могу с уверенностью подтвердить это.

Ламбер хотел заговорить, но Домилионе не позволила ему:

— И если бы это было не так, ты бы не стал меня слушать, а просто убил бы и всё. Прямо как в прошлый раз.

— Странная мысль.

Когда Домилионе подняла указательный палец и сказала это, Ламбер выпустил свой огромный меч. И тут же девушка закрыла глаза. Оружие разрезало воздух и угодило в живот Домилионе.

Её хрупкое тело отбросило назад, и она ударилась о стену. Тело было насажено на крупный меч, а ноги просто свисали. Из маленького носа и рта вытекала чёрная жидкость.

— А-ха, а-ха-ха-ха. Разозлился, разозлился, разозлился! Значит я угадала!

Домилионе подняла голову, и, сжимая зубы, точно не позволяя жидкости вытекать, засмеялась. С её челюсти капала непонятная чёрная жидкость.

Ламбер сократил расстояние и ударил рукой ей в лицо. Можно было услышать, как сломалась шея. Лишившаяся сил голова обвисла.

Но против такой, как Домилионе этого было мало. Ламбер развернулся и нанёс удар по голове с ноги.

Тело девушки исказилось, она слезла с меча и упала на землю. Нога пробила стену и оставила в ней большую дыру. Домилионе со сломанной шеей отползла от Ламбера и поднялась. Она взялась за сломанную шею и вправила кости. Глянцевые губы искривились в улыбке.

— Ах, больно. Я трижды умерла.

— Чудовище, ты не должна испытывать боль.

— К сожалению немного осталось. Всё же она мне не противна.

Домилионе сделала дыру на груди больше и вонзила ногти глубоко в свою плоть. На её лице был экстаз, а потом она вытащила пальцы, и лицо стало прежним.

— Теперь успокоился? Скоро ты признаешь это. Ты ненавидишь Аврелию. Потому и стал нежитью. И чтобы отвести взгляд от этого, ты решил сосредоточиться на чём-то другом и пришёл убить меня. Верно? Я прекрасно тебя понимаю.

Ламбер вытащил из стены меч и направился к Домилионе. А её это точно не тревожило. Она моргнула и развела руки в сторону.

— Мы одинаковые, так что должны поладить. Можешь вылизывать мои раны вечно. Если ты чего-то желаешь, я дам тебе всё, что в моих силах. А ты взамен стань моим рыцарем и защищай меня. Ну что, прекрасно ведь? Всё же ты очень мне нравишься. Если ты не понял, говорю ли я правду или шучу, значит, я не смогла нормально донести до тебя это? Может надо повторить? Всё же я не очень хороша в общении. Сейчас ты совершенно точно в моём вкусе. Будь даже та глупая принцесса жива, она бы не подумала так о тебе. Давай, сними шлем и покажи мне своё лицо.

Ламбер проигнорировал слова Домилионы и ударил ей в голову мечом. Она не стала уклоняться и приняла его удар. Тело девушки отлетело и ударилось о стену. Но она снова спокойно поднялась.

Хоть голове Домилионе сильно досталось, на ней не осталось внешних травм. В груди была дыра, конечности были сломаны, изо рта вытекала чёрная жидкость. Но она совсем не переменилась, будто и не пострадала вовсе.

«А ведь я вложил достаточно силы...»

Домилионе обхватила своё тело, а потом в экстазе задрожала:

— Ах, больно, больно. Мне приятна твоя забота, но всё это бесполезно. Ведь я бессмертная. В течение двухсот лет на моё тело накладывалась магия...

— У тебя есть слабость. Если бы ты и правда была бессмертной, то и голову не пришлось бы поправлять.

Губы Домилионе искривились, появилась саркастичная улыбка:

— ... Хи-хи, заметил?

Будучи нежитью, Ламбер знал, что его ядро покоится в черепе. И если Домилионе тоже похожа на нежить, то высока вероятность, что это правило применимо и к ней. При том, что её голова была более хрупкой, вывод сам напрашивался.

— Но даже так я говорю, что являюсь бессмертной. Чтобы навредить голове, надо ударить раз сто этим огромным мечом. Я бы не стала просто смотреть на это, и не стала бы пренебрегать своими слабостями, — сказала Домилионе, сделала сальто и исчезла в дыре, из которой появился голем из плоти. Готовый к бою Ламбер последовал за ней. Но девушка растворилась.

— Ну, я этого ожидала. Я всегда знала, что ты упрямый. В любом случае тебе меня не победить.

В проходе разносился голос Домилионе. Ламбер был готов к ловушкам и побежал на источник голоса.

— Я разрушу твоё тело, схвачу душу и целую вечность буду делать всё, что пожелаю. Следуй за мной, позволь показать всё, чего я достигла за двести лет.

Ламбер следовал за голосом Домилионе и оказался в большом проходе. Стены были как в старом дворце, на них были рисунки, преимущественно в розовых тонах, причём довольно милые. И здесь не ощущалось намёка на старость или суровость.

Под ногами всё также была вода, только не мутная, а чистая. В ней отражался проход точно на зеркальной поверхности.

Вдоль коридора были клетки, внутри которых были чучела котов. Только они были больше обычных котов, скорее размером почти с человека. Они двигались, точно обладая собственной волей. Видать им было тесно, потому они лежали, почёсывая головы передними лапами.

Где-то на стенах были установлены полки с различными бокалами. Иногда встречались вывески «Добро пожаловать» и «Бесплатная еда и напитки», и стиль соответствовал эпохе Ламбера, а ещё был любимый герб Домилионе — расколотое яйцо с крыльями. И раздражающий приторный запах.

И конечно же внезапная смена интерьера казалась жуткой, потому Ламбер стал более осторожным.

И вот он встретил в коридоре чучело кота, не находившегося в клетке. Подойдя к Ламберу, существо подняло голову, пытаясь что-то сказать своими чёрными глазами.

Ламбер остановился и выпустил ману. Красивые красочные стены теперь были залиты кровью. Вывески исчезли, и вместо них появились мерзкие картины. На полках оказались подозрительные лекарства и головы людей и животных, а вода стала мутной.

Вся красота этого места была иллюзией Домилионе. Та же магия скрывала голема из плоти. И конечно чучел это тоже коснулось.

— Убей... Убей... Убей...

Чучело на проходе исчезло, а вместо него появилось странное существо, состоящее их трёх верхних частей человеческих тел. Шесть глаз умоляюще смотрели на Ламбера.

— ...

Молча он занёс огромный меч. А потом кусок металла оборвал жизнь жалкого создания. Ламбер собрался идти дальше, но остановился и посмотрел на других монстров. Он вернулся назад и уничтожил препараты и существ в клетках.

В большом кресле подземного лабиринта Айнзаса на большом стуле Домилионе ждала Ламбера.

Её раны уже затянулись, а порванная и испачканная одежда снова стала идеальной. Всё здесь было залито водой, но у неё даже ноги не промокли. Её стул состоял из нескольких белых частей и напоминал головоломку, но если присмотреться, это были обработанные человеческие кости. Вода вокруг стула была голубого цвета.

— Добро пожаловать, Ламбер. Я специально изменила интерьер, тебе не понравилось?

Домилионе выпила из чаши странную жидкость, присвистнула и уронила чашу. Ламбер не собирался с ней разговаривать, потому просто стоял перед ней с мечом. Потом он осмотрелся, пытаясь понять, нет ли странных движений маны.

Один раз Домилионе уже смогла скрыться. Ламбер искал ловушки, но похоже здесь не было ничего подобного. Потому всё это и было подозрительно.

«Вода под ногами другого цвета... Мана более концентрированная».

В итоге Ламбер пришёл к выводу, что дело было в странной воде у ног Домилионе. Но не понимая, что там может быть, он не мог просто подойти. Вода растекалась. Если она сама по себе оружие, то уже это пугало.

Держа меч, Ламбер напряг ноги, готовясь отпрыгнуть.

— Моё чутьё немного отличается от нормального. Ты меня заинтересовал, и мои ценности не отличались раньше от обычных, потому я и решила использовать иллюзию. Но похоже это бессмысленно... Чтобы пригласить тебя, я использовала такую серьёзную иллюзию, а твоя реакция оказалась шоком для меня. Я ведь для тебя старалась...

— Может и иллюзию над собой развеешь?

— ... Хм, заметил. Да уж, будто не знаешь, что любая девушка хочет оставаться перед любимым самой милой и красивой. Потому-то Аврелия тебя и не выбрала. Ох... — Домилионе прикрыла рот и посмотрела на Ламбера, провоцируя его. Но увидев, что никакой реакции не было, она скучающе наклонила голову. Внешность Домилионе исказилась. Тело и одежда стали чёрными, а контуры стали нечёткими.

Тело слилось с голубой водой, осталась одна голова. С неё тоже пропала кожа, она слилась с водой и превратилась в чёрный череп.

«Эта вода вязкая... Что-то вроде слизи».

Теперь Домилионе была чёрным черепом, плававшим в слизи. И тут по бокам от Домилионе с потолка упали два куска металла, имитирующие огромные руки.

— ... Исследовала слизь, чтобы сделать её бронёй?

— Ты был прав насчёт моей слабости. Я не стала изворачиваться и просто сказала. Какая же я добрая. Давай, присмотрись.

Домилионе развела металлические руки и указала на чёрный череп, плавающий в слизи.

— Я не собиралась уничтожать твою голову, где сосредоточена большая часть твоей маны. Вначале я раздавлю ноги, потому руки, живот, грудь и шею, и заберу себе голову.

Домилионе приблизилась на скорости, не соответствующей огромному телу и протянула металлические руки к Ламберу. Мужчина отбился ногой и направился к ней. Взмахнув мечом, он собирался разрубить слизь и череп. Но попав в слизь, его оружие внезапно замедлилось.

«Такая вязкая!..»

Всё же Ламбер ударил по чёрному черепу. Вот только оружие просто сместило его внутри слизи, не нанеся урона. В такой вязкой жидкости череп должен быть зафиксирован, и всё же весь физический урон был подавлен.

— Тц!

Ламбер попытался вытащить огромный меч, но оружие, покрытое слизью, точно не желало к нему возвращаться. И тут его ударили огромные руки горизонтальными ударами, и вместе с мечом мужчину отбросило назад.

— Всё же чистый орган прочный. Живое существо после такого уже развалилось бы на части.

Даже сам чёрный череп обладал серьёзной силой. Всё же враг смог действовать даже когда его ударили в голову, пусть и была защита из слизи. Да и сама слизь точно броня сводила на нет всю силу удара, а тяжёлые руки были пригодны в нападении и защите.

— Ну как? Это бессмертное тело, которое я создала за двести лет! Когда-то ты сказал, что в бою первоклассного мечника и мага победит мечник. И правда, ты меня убил. Но сможешь ли ты теперь повторить это? — возбуждённо говорила Домилионе, наступая на Ламбера, на двух металлических руках были сжатые кулаки. И два огромных кулака непрерывно били по мужчине.

— Вот тебе, вот! Ха-ха-ха, а-ха-ха-ха-ха! Долго ещё сможешь продержаться?

Вода разлеталась в стороны, а пол треснул. Жуткая атака, способная обратить даже тролля в фарш. Ламбер уклонялся, выискивая возможность, и вот он нанёс огромным мечом удар по правой руке, и она упала на пол. Связка была нарушена, и теперь била только левая рука, ударив оружием по тыльной стороне кисти, Ламбер увеличил дистанцию и ушёл от непрерывных атак.

— И ради этого мусора ты потратила двести лет и забрала множество жизней?! — выпуская миазмы, Ламбер уставился на череп Домилионе. Словно переваривая это, девушка молчала, а потом череп точно скривился в улыбке.

— На всей Воримии такое сказать мне мог лишь ты. И потому я уже сказала, ты сильно пожалеешь и станешь моей послушной куклой!

Пальцы на металлических руках сцепились и обрушились на Ламбера. Он тут же отскочил назад, но они снова оказались в воздухе и пошли следом за ним.

Ламбер снова ушёл назад. Там, где он стоял, сцепленные металлические руки проломили пол. Мужчину отнесло назад, но он быстро сгруппировался и приземлился.

«Две руки действуют как одна, это подвид голема... Думаю стоит думать именно так. И всё же сколько в них силы...»

Руки снова взметнулись в воздух и направились к Ламберу.

— Что такое? Один из четырёх генералов, грязный предатель Ламбер! Будешь только защищаться? — прозвучал чёткий женский голос, но в нём было заметно возбуждение.

«Так я не смогу атаковать».

Ламбер опустил меч и увеличил расстояние. Увидевшая это Домилионе поняла, что он перешёл в защиту, и стала нападать ещё агрессивнее. Она разъединила руки и попробовала его раздавить, а ещё пронзить пальцами, пробовала разные техники, но Ламбер продолжал уклоняться, хотя было ясно, что следующий миг мог стать для него последним.

— Вот что значит необычное тело. А сколько смелости. Обычный мечник передо мной даже двигаться не смог бы. Ах, вряд ли мне доведётся испытать такое наслаждение даже если я буду жить вечно. Но как насчёт этого?

Руки разошлись вверх и вниз. Одна буровила пол, а другая крушила потолок, преследуя Ламбера. И сейчас ему надо было следить не только за руками, но и за падающими обломками и неустойчивыми опорами.

— Ха-а!

Ламбер взмахнул мечом и ударил по руке, ломавшей потолок. Рука выставила пальцы, схватив меч мужчины. Он отскочил назад, вырывая своё оружие.

Теряя равновесие, он как-то смог вырваться. Но это была фатальная ошибка в бою, которая могла стоить жизни.

— Вот и всё, Ламбер. Всё же из-за того, что я использую «две руки», ты даже не можешь нормально ударить меня мечом... Хотя даже если и попадёшь, броня из слизи всё равно не пропустит удар, и даже если попадёшь прямо по мне, особо сильно не навредишь. Всё же ты слишком безрассуден.

Обе руки набросились на потерявшего равновесие Ламбера. Правая рука осуществляла сложные манипуляции пальцами. Левая рука наоборот была сжата в кулак и готовилась ударить в его броню.

Правой рукой Домилионе мешала Ламберу действовать, а левой нанесла серьёзный удар, она должна была разрушить его нижнюю часть тела. И Ламбер безрассудно подался вперёд, уходя от правой руки прямо к левой. И левый кулак по прямой направился к нему.

— Вот и всё...

— Этого я и ждал.

Ламбер расставил ноги, разбрасывая камни он занял стойку, слегка присев. Меч проскользнул над левым кулаком, сместив его траекторию и ударил по правой руке, которая пыталась схватить Ламбера.

Это был приём «обратное небо и земля». Он ударил руками по стене, заставив помещение задрожать. А потом трижды ударил по тыльной стороне руки. Поверхность покрылась трещинами и разлетелась на части. Ламбер притворился измождённым, чтобы атаковать руки напрямую.

— Вот это да, потрясающе, потрясающе! Эта техника... Ещё лучше той, что демонстрировал Кихоте! Ха-ха, но такой урон для меня не...

— Нет, всё кончено. Ты слишком увлеклась мной.

— ... Хм?

Притворялся измотанным он не только для того, чтобы уличить момент для своей техники. Он увлёк её за собой, чтобы лишить огромных металлических рук. То есть всё это время Ламбер специально выманивал её. Домилионе использовала руки и для защиты, потому обычно не вытягивала их слишком далеко. Но считая, что Ламбер в невыгодной положении, она решила закончить всё, потому пустилась вслед за отступавшим мужчиной.

— Слишком медленная реакция. Прежде чем ты вернёшь руки, я разрублю тебя.

— Ты с самого начала на это нацелился? Но, прости, этим мечом мою броню из слизи не проткнуть.

— Вот и попробую!

Ламбер встал перед Домилионе и атаковал на скорости, на которой за ним невозможно было уследить. Сверхчеловеческая скорость позволила ему провести сразу восемь ударов. Лезвие разделяло тело слизи. Но тело Домилионе, которое представляло из себя череп двигалось внутри под воздействием меча, но урона не получало.

— Прекрасная техника. Но против меня она бесполезна. Теперь я тебя поймаю.

Краем зрения он увидел, как к нему с шумом приближаются металлические руки, было ясно, что на это надо ещё несколько секунд. Он вонзил руку в слизь и вырвал череп Домилионе.

— А...

После восьми ударов слизь утратила свою вязкость, и сделать можно было лишь одно. Ламбер решил вытащить чёрный череп Домилионе собственноручно.

— Б-быть не может! Нежить, чья сила основывается на прижизненных способностях не смогла бы пробиться через мою броню из слизи!

— У-о-о-о-о-о-о!

Ламбер выдернул череп Домилионе и ударил об стену. Потеряв хозяйку, слизь растворилась в воде.

— К-как же так?!

Ламбер тут же достал из земли меч и направил на незащищённую Домилионе. И лезвие точно тянуло к черепу. Позади была стена, и она не могла остановить удары.

Обрушившийся удар вогнал Домилионе в пол. И конечно же дальше последовала следующая атака.

— Ух... Л-Ламбер, с-стой... Точно, я ведь знаю кое-что интересное... Ну что? Может опустишь меч и поговоришь со мной немного?

Мощь удара, усиленная весом брони из органа пустила на черепе Домилионе тонкую трещину.

— Что такое? Ты же говорила, что выдержишь сто ударов? А ведь я даже половину от этого числа не нанёс.

— Ламбер!

Чёрный череп изменился, на поверхности появлялись чёрные выступы, обращавшиеся в кнуты, которые атаковали Ламбера. Такая мгновенная атака могла ошарашить врага и решить, кто победит, а кто проиграет.

Можно было предположить, что руки-големы, останавливающие атаки, это первый щит, броня из слизи, тормозящая удары, — это второй щит, а прочность самого тела — третий щит.

И вот последний щит, когда остальные были сломлены, когда противник расслаблялся, появлялись бессчётные щупальца, от которых было нельзя уклониться. Они двигались быстро и на солидном расстоянии, потому уклониться от них было невозможно. Тем более, если это узкое место в подземном лабиринте.

Домилионе называла себя бессмертной не потому что не старела, а потому что у неё имелись эти четыре щита. Даже если первые три были сломлены, последний убивал врага, обеспечивая безопасность.

... Однако так было бы, если бы её противником был обычный мечник.

— Всё кончено!

Ламбер нанёс вертикальный удар мечом. Последние щупальца разлетелись после этой атаки, а на черепе появилась огромная вертикальная трещина.

Чёрный череп Домилионе отлетел к стене и упал на пол. Её сводили судороги, когда пустые глазницы смотрели на Ламбера.

— Т-такого просто... Я, я ведь должна жить вечно и раскрыть истину этого мира... Всё не может закончится спустя лишь несколько сотен лет... Как же так... Я ведь должна была заполучить тело, способное дожить до конца света... А-а… А-а-а... Моя мудрость покидает меня с маной... Я разрушаюсь... А-а-а...

Ламбер молча стоял с мечом, а потом направил остриё прямо на трещину в Домилионе.

— Л-Ламбер! Е-если убьёшь меня, то всему миру, королевству Региос придёт конец! Но ещё можно успеть... Прошу... В проходе есть бутылка с номером «23568»...

— Прости. Я всё разнёс, когда пришёл.

По пути сюда Ламбер и правда уничтожил кучу лекарств и нежити. Вот только числа он там не помнил. К тому же он не собирался верить Домилионе, причин на это у него не было.

— Хотя бы забери мои записи!..

Ламбер взмахнул большим мечом. Череп был разрублен на верхнюю и нижнюю часть и ударился о стену.

— Этому призраку пришёл конец, — сказал Ламбер а в глазницах черепа, застрявшего в стене начал разгораться красный свет.

— Сожалею, Ламбер. Ну, я знала, что ты так поступишь, — мужчина приготовил оружие, а Домилионе продолжала. — Успокойся. Моя воля растворяется в мане, сейчас я в силах лишь поддерживать энергию. В таком состоянии я ни на что не способна. Сожалею лишь, что в этот раз у меня нет никаких трюков, — сказала Домилионе, и подземный лабиринт начал дрожать. — Умри вместе со мной. Я удивительно одинока. И раз ты не хочешь выслушать ни одной моей просьбы, остаётся лишь это.

Раздался смех Домилионе. А Ламбер опустился и пронзил её мечом.

— Я ухожу, а ты поспеши за мной.

Ламбер не прекращал пронзать череп мечом, разбивая его на куски. Видать из-за использования щупалец она растеряла ману, потому череп Домилионе стал привычной твёрдости. Обратившись в пыль, он растворился в воде.

Кусок потолка упал прямо рядом с Ламбером. Он опустил меч и посмотрел наверх. Подземный лабиринт начал обрушаться.

«Надо спешить. Его величество... Нет, Фиона, главное, что она в безопасности».

Ламбер развернулся и стал возвращаться. Но в длинном коридор нежить, которая сидела в клетке, выбралась и преградила ему дорогу.

— Мешаешься!

Мужчина выпустил миазмы, наполненные жаждой убийства. Плечи нежити задрожали, и она попятилась от Ламбера.

— Ха-а-а!

Не останавливаясь, он взмахнул мечом и разрубил монстра, продвигаясь вперёд.

Он продвигался, наблюдая за обрушением, но тут услышал громкий шум позади и обернулся. За ним следовали металлические руки, ударяясь о стены.

Без Домилионе их точность значительно сократилась. Из-за того, что они буровили стены, поверхность отслоилась, а мизинец левой руки вообще отвалился.

Но их сила и скорость явно могли доставить проблемы Ламберу. А речи о том, чтобы сражаться в разрушающемся лабиринте, вообще не шло.

К тому же в недавнем бою приоритетом рук была защита Домилионе. Сейчас им было некого защищать, потому можно было представить, что они собрались в полную силу раздавить Ламбера.

— Вот ведь приставучие...

Ламбер подался вперёд, уклоняясь от преследовавшей его правой руки. Вторая должна была добраться до него перед приземлением, потому он ударил по стене и отскочил. Левая рука ударила по тому месту, где он должен был находиться. На полу остались отпечатки.

Ламбер использовал меч Грифа, который также предназначался для генерала. Оружие из особого материала тоже было невероятно тяжёлым. И особенно тяжёлой была рукоять с большим процентом органа. Потому центр тяжести у этого меча был смещён к рукояти, это было необходимо для того, чтобы владелец не открылся из-за центробежной силы.

Потому если кто-то решит ударить рукоятью, держась за лезвие, удар будет более размашистым, но в то же время более резким. Однако на практике всё куда сложнее. Вполсилы центробежная сила меча не позволит удержаться на ногах. Лишь с силой и умениями Ламбера можно было впервые провести эффективную атаку.

Он ударил рукоятью меча по приближавшейся правой руке. Проходя по коридору, верхний защитный слой руки облез, и, не выдержав удара, один и пальцев отлетел.

Но на этом всё не закончилось. Следующие восемь ударов беспощадно разломали правую руку.

— Ха-а-а-а-а!

Ламбер пнул металлическую правую руку без пальцев. Не способная защитить себя конечность приняла удар и отлетела к стене. Стена развалилась и похоронила руку под обломками.

Пока Ламбер сражался с големами-руками, Фиона и остальные столкнулись с мужчиной в форме «Дракона органа» на втором этаже лабиринта.

Лицо мужчины было в бинтах, а левый глаз был прищурен и напоминал полумесяц, его взгляд был наполнен жестокостью. Человек-мумия блокировал их перед лестницей, ведущей со второго этажа на первый.

— С дороги! Ты же понимаешь, что сейчас здесь происходит что-то непонятное! — прокричал Ллойд мужчине. Он был прав, подземный лабиринт Айнзаса начал разрушаться. Здесь всё пострадало не так сильно, как на четвёртом этаже, но было ясно, что ситуация ненормальная. Из-за сильной вибрации по стенам шли трещины, а потолок осыпался. Если остаться здесь, тебя погребёт заживо.

— Конечно понимаю. Но вас дальше не пропущу. Придётся вам пробиваться силой, — сказал человек-мумия, приготовив оружие. В его руке был искривлённый меч.

— Ты и дальше приказам собрался подчиняться? Твой начальник Титан мёртв. Не знаю, что он задумал, но всё кончено! — закричала Фиона на мумию. Но тот хоть и услышал, но отступать не собирался:

— Не важно, что там с главой, тут и правда что-то не так. И всё же я не могу упустить вас. Иначе меня убьёт граф, — сказал человек-мумия и улыбнулся, его прищуренный глаз осмотрел всю троицу. — Трое юнцов, убегающих от обвала... Понимаю ваше отчаяние. Наслажусь им, а потом уже уйду отсюда.

Услышав его слова, Фиона безмолвствовала. К тому же мужчина возбуждённо приложил руку ко рту и мерзко рассмеялся:

— Ох, я же ещё не представился. Меня зовут Джуклиус Джудерлайк. Ну чего вы смотрите так удивлённо? Вы же хотели узнать имя того, кто вас убьёт? А я джентльмен.

Ллойд понял, что битва с Джуклиусом неизбежна, потому тут же приготовил меч.

— Человек, охраняющий второй этаж! Вряд ли он хорош, пробьёмся! — сказал парень и пошёл на Джуклиуса. Фиона и Лили отстали от него, слегка смутившись.

Мужчина нагнулся и опустил руку на пол, его изогнутый меч оказался на той же высоте, что и голова.

Ллойд допустил серьёзную ошибку. Род Джудерлайк относился к первоклассным тёмным авантюристам, в их семье было полно убийц, и в подпольном обществе они были очень известны. Их семья была жестока с женщинами и детьми, и если ты знал о них, то просто упоминание имени вызывало дрожь.

Джуклиус был не из тех, что выделяется, выполнял он грязную работу, и в гильдии почти всем была известна его семья. И в «Драконе органа» он был искусным воином, следующим за Титаном. Сейчас его оставили, чтобы он убивал тех, кто хотел сбежать. И ему с детства нравилось наблюдать за отчаянием других людей.

— Р-а-а-а-а! Попался! — меч Ллойда вонзился в шею противника. По крайней мере он так думал. Но перед этим лезвие его меча сломалось и упало на пол.

— Что?!

— «Великан-разрушитель»...

Джуклиус улыбнулся. «Великаном-разрушителем» называли его большой изогнутый меч. На лезвии были странные неровности, именно с их помощью он и ломал оружие врагов, потому оружие и называлось разрушителем.

Для обращения с оружием требовался деликатный контроль над ним, но для опытного мечника с «Великаном-разрушителем» не было врагов, равных ему. Противники даже не замечали, что их меч сломлен. Нет, не могли заметить. Способность ломать оружие и волю людей с помощью «Великана-разрушителя» идеально сочетались с любовью дарить отчаяние другим Джуклиуса.

— Ллойд!

Фиона толкнула парня, и теперь он оказался на расстоянии от Джуклиуса. А девушка была прямо перед противником и швырнула в него ножны. И тот сразу же отбил их.

Фиона воспользовалась этим, сократив расстояние и ударила в плечо. Но «Великан-разрушитель» принял её меч и оттолкнул девушку назад. Не способная дать отпор, она отошла.

— Мой меч усилен мелерпой, магической медью. То есть...

Услышав это, Фиона увидела трещину на своём мече:

— Н-не может быть...

— Нет того, что не сможет сломать «Великан-разрушитель». Вы можете хвастаться своими мечами и силой воли, но передо мной вы всё равно что палочками махаете. Ну что, проверим, сможешь ли ты достать меня этим сломанным мечом? Развлеки меня отчаянием на твоём лице.

— Можно сломать любой меч? Понятно, пугающее оружие.

Точно прервав речь Джуклиуса, в коридоре раздались громкие шаги. Это был Ламбер. Он держал меч, готовый к битве.

— Господин Ламбер!

— Упустили всех. Если граф узнает о провале, то рассердится. Чем там глава вообще занимается... — Джуклиус посмотрел на говорившего и потерял дар речи. Ему ещё не доводилось видеть Ламбера. Он знал лишь то, что он был закован в тяжёлую броню и являлся отличным мечником.

— Орган?..

Джуклиусу были знакомы многие виды оружия, и он понял, что на Ламбере надета невероятно тяжёлая броня из органа.

Но он не мог поверить своим глазам. Орган был невероятно дорог и нельзя было использовать его очень много, и доспех, сделанный из чистого органа, был настолько тяжёлым, что его было невозможно использовать. И если человек, преследует тебя в здоровенном куске органа на огромной скорости, то это самый настоящий кошмар.

Джуклиус с открытым ртом просто ошарашенно смотрел на Ламбера. И когда мужчина оказался прямо перед ним, убийца пришёл в себя и с криком поднял «Великана-разрушителя», отбиваясь от оружия Ламбера.

Он вцепился выбоинами на мече в оружие, использовав силу противника, чтобы сломать лезвие. Джуклиус видел разницу в их силе, и практически инстинктивно выбрал навык, который задействует силу врага. Это было следствием того, что в нём текла кровь семьи Джудерлайк.

Раздался тупой скрежет металла. Сломанное лезвие упало на землю. Но на лице Джуклиуса не было улыбки.

— К-как так... Такого ведь просто...

Сломанным оказался «Великан-разрушитель». Ламбер наступил на сломанный меч и ударил ещё раз.

— Похоже это были лишь громкие слова.

— У, у-о-о-о-о! — Джуклиус заревел, взмахнув обломком «Великана-разрушителя». А Ламбер своим большим мечом сломал руку вместе с рукоятью, а потом вертикально разрубил тело Джуклиуса.

— Вы чего, уходите скорее. Скоро здесь всё развалится.

Ламбер направлялся к выходу из рушившегося подземного лабиринта Айнзаса. Напуганные Фиона, Ллойд и Лили шли вместе с ним, но Ламбер уже привык к подобному, он сносил обломки огромным мечом и защищал их.

— Не смей расслабляться, — Ламбер остановил плечом огромный камень, который был вдвое тяжелее него и обратился к упавшей от страха Лили. Сверху сыпались опасные обломки, и так он хотел заставить девушку быть осторожной.

— ...

Но реакция Лили была нормальной. Скорее уж это Ламбер был ненормальным, раз мог так спокойно отбиваться от падавших обломков.

На первом этаже, где они находились, разрушения были ещё не настолько сильными, как ниже, и благодаря Ламберу у них получилось выбраться.

— Наконец-то свет... — пробормотала Фиона, поднимаясь по лестнице на поверхность. Голос её был измотанным.

Они должны были охотиться на слабых монстров, но в итоге на них напала самая крупная гильдия Айнзаса, к тому же Ламбер пошёл на самое дно лабиринта, и теперь здесь всё рушилось, потому ребята достигли предела как морально, так и физически.

А Ламбер в одиночку победил гильдию «Дракон органа», разрубил опасных монстров и убил окопавшуюся здесь двухсотлетнюю преступницу Домилионе, и теперь рассекая воздух, шёл вперёд. И это не только потому, что у него было тело нежити, которое будет двигаться, пока в нём есть мана.

Видать услышав звуки разрушения, у входа собралась толпа. Пока Фиона и остальные колебались, Ламбер вышел на поверхность, после чего направился к гильдии «Сумерки духов». Люди вокруг были ошарашены его внешностью и не шевелились, но один точно очнулся, покачал головой и подошёл к Ламберу:

— Э-эй, ты, что случилось в лабиринте...

— Прости, но я спешу.

Ламбер бросил взгляд из-под шлема на мужчину, но не остановился. А тот просто остался стоять на месте, заворожённый давлением от здоровяка в броне.

— Э-эй, старик Ламбер.

— Что? — мужчина ответил Ллойду, но даже не обернулся. Тот поспешил следом за ним и снова заговорил:

— Н-нет, просто подумал, может ты объяснишь... Мы ведь тоже ничего не понимаем... Да и как-то безумно это всё...

— Когда ты действуешь по приказу и случается что-то неожиданное, в первую очередь надо доложить. Сейчас я подчинённый при исполнении. Как и ты.

— Н-нет, но...

Ллойд всё ещё не мог упорядочить мысли в голове. Он ничего не смог ответить Ламберу и замолчал.

— Может подождём немного, пока всё не уляжется? Вроде здесь люди, которые переживают за безопасность знакомых... — услышав слова Фионы, Ламбер остановился и обернулся. Подумав, что вызвала его недовольство, девушка вздрогнула. При том, что он никак не реагировал на слова других, можно было подумать, что он и правда разозлился.

Фиона не понимала, почему разрушился подземный лабиринт и почему на них напала гильдия «Дракон органа». Но понимала, что Ламбер снова их спас. И теперь ей казалось, что она наговорила лишнего.

Но Ламбер думал совершенно о другом.

«Ламбер. Ты ведь немного устал. Мне приятно твоё усердие... Но давай на сегодня прекратим?»

Фиона была копией его повелителя, Аврелии. Тогда она приняла неудачное решение, и из-за предательства страны, с которой они подписали договор о ненападении, они понесли большие потери.

Она не была наивной, но коварство врага даже по тогдашним меркам было просто ужасающим, и, учитывая количество жертв, девушка испытывала боль. И когда он услышал голос Фионы, в голове всплыло лицо Аврелии.

— Э-это...

— ... Ну да. Но я хочу доложить обо всём Жерману. Потому пока разделимся. Оставляю объяснения на вас.

— А? Д-да.

— ... Эй, а почему ко мне отношение совсем другое? — пожаловался Ллойд. Ламбер отвернулся и притворился, что не услышал его.

— П-п-почему только вы в порядке?.. — пробормотал работник, пропускавший авантюристов в подземный лабиринт. Ламбер ответил на его взгляд и коснулся рукой лица.

«Он вёл себя странно ещё когда мы заходили... Похоже он исполнял указания графа Абока или ещё кого-то», — к такому выводу пришёл мужчина, видя озадаченный вид мужчины.

Ламбер преследовал графа Абока за то, что тот натравил на деревню разбойников. И раз враг сам шёл навстречу, было ещё проще. Ламбер слегка выпустил миазмы, и мужчина упал, упираясь руками в землю.

— Хи!..

— Передай графу, что скоро мы лично встретимся.

— Ч-Ч-что!..

Ламбер оставил перепуганного работника, Фиону и остальных, а сам направился в гильдию «Сумерки духов».

Ламбер вернулся в гильдию «Сумерки духов». Но место и раньше не было оживлённым, а теперь людей вокруг не было вообще. Только на земле было несколько свежих следов.

Когда он добрался до здания, то увидел порушенные стены и разбитые окна таверны «Очаг духов». Наверняка тоже дело рук графа.

— ... Напали на членов гильдии и заодно разрушили базу? Какие старательные, — спокойно пробормотал Ламбер, но внутри бушевал гнев.

Прошло немного времени, а «Сумерки духов» приютили такого подозрительного типа как он и помогли обосноваться в городе, за что Ламбер был им благодарен. Если Фиона, Ллойд и Лили узнают о том, что здесь случилось, то наверняка расстроятся. К тому же граф Абок злонамеренно преследовал «Сумерки духов», чем вызывал лишь ненависть. Лично они не встречались, но для Ламбера он уже был злодеем.

«Больше нет смысла что-то узнавать. Пришло время встретиться лично».

Он не знал, как были связаны «Сумерки духов» и граф, но догадки имелись. Обладающие властью ещё во времена войны за объединение пытались устранить неугодных.

И похоже глава гильдии Жерман тайком изучал графа Абока. И сказал, что собирается уйти отсюда. Скорее всего понял, что «Дракон органа» стал наблюдать за «Сумерками духа» и стал переживать из-за дальнейших действий графа.

Ламбер вошёл в здание гильдии. Она изначально была маленькой, и зарегистрированные в ней люди не всегда находились здесь. Был глава, регистратор и ещё двое авантюристов.

«Они пришли сюда именно за главой Жерманом? Нет, пусть людей здесь мало, но это крупная улица... На Жермана проще было скрытно напасть в тёмном проулке».

В гильдии тел не было. Было не ясно, увели ли их или они сбежали, но надежда оставалась.

Мужчина вошёл в кабинет Жермана. Внутри был бардак, всюду были разбросаны документы.

— Сюда они пришли не ради денег. Похоже они хотели узнать, как глубоко Жерман копнул под графа, — пробормотал Ламбер, когда раздался голос из-за двери.

— Не только за этим.

Выломав дверь, внутрь ворвался человек в чёрном плаще.

— Ага, знаю, — ответил Ламбер, доставав свой большой меч и взмахнув им. Разрубив мужчину, Ламбер отбил серебряную иглу, прилетевшую через трещину в окне. Из груди мужчины лилась кровь, когда он ударился о стену. Ламбер поднял серебряную иглу и посмотрел в окно.

Один отвлекал, а другой бил из слепой зоны. Но подобное на Ламбере сработать не могло.

— Собрались убить тех, кто покажется в гильдии. Я знаю, где вы прячетесь. Выходите.

Ламбер бросил иглу в окно. И мужчина схватил её голыми руками и влез внутрь. Он тоже был в чёрном, хоть и не доставал до Ламбера, но всё же был высоким.

А следом через окно пробрались ещё двое мужчин и женщина. Явились все. Поняли, что прятаться бесполезно.

— Надо же. Такой человек присоединился к «Сумеркам духов». Он уничтожил «Дракона органа» в подземелье. Но ещё и нас заметить смог. И давно?

Они были уверены, что могли отлично скрываться. Особенно тот, кто выпустил иглу, было видно, что он их лидер, ему не верилось в это, и он больше злился не из-за того, что его подчинённого убили, а потому что получилось отбить иглу.

— Ещё до того, как вошёл. Ощутил пять источников ненависти.

Услышав это, высокий мужчина нахмурился. Ответ Ламбера казался ему простой провокацией.

Но это было правдой. Нападавшие хорошо скрывали своё присутствие, но они не могли превзойти чувствительность нежити Ламбера.

— Кто вы такие?

— Ладно, оставлю тебе сувенир, с которым ты оправишься на тот свет. Мы незаконная гильдия... Так пойдёт? Мы тени этого шумного города, мы скрываем, кто мы есть, и мы тайный отряд графа «Клинок во тьме». И я глава отряда Хайрзард. Можешь считать нас трусами, но и у нас есть своя гордость, — говоря это, Хайрзард скрестил руки. Между пальцами каждой руки было по серебряной игле. Когда он был готов атаковать, трое его товарищей тоже приготовились к бою.

— Тайные отряды этого времени довольно говорливые.

— Наша специализация не только убийства. Если скрытое убийство не удалось, мы можем продемонстрировать то, как мы умеем атаковать в лоб. К тому же... Ты так чисто отбил моё оружие, и отмалчиваться мне не позволит моя гордость.

— ?..

Ламбер не понял суть сказанного Хайрзардом и просто какое-то время молчал.

— Я потеряю лицо, если позволю тебе в перчатке так резко возвращать мне мою же иглу. Удивительно, её ведь практически невозможно принять. К тому же я зашёл из слепой зоны. Но позволь сказать. Я покажу тебе, что именно на игле всё и закончится! — с этими словами Хайрзард подпрыгнул. Другие трое разошлись в разных направлениях. Зацепившись за потолок, главарь бросил восемь игл. А трое его товарищей напали на Ламбера с трёх разных направлений.

— О чём ты говоришь?

Ламбер трижды взмахнул огромным мечом. Он пробил потолок и сломал стол, стоявший поблизости. Двое нападавших были разрублены, а последний не выдержал давления и отступил, избежав меча. Восемь игл разлетелись в разных направлениях, лишь одну из них Ламбер решил схватить.

С точки зрения Хайрарда двух его подчинённых разрубили мгновенно, и он даже не заметил, что у Ламбера в руках оказалась одна из его игл. И он не понимал, как эта игла оказалась в руках мужчины.

— В-вот это ловкость!..

— Ловкость? Ты только что сказал нечто странное.

— Что?

— Я просто слегка кинул твою иглу назад.

Хайзард наконец понял, то его противник превзошёл человеческие пределы.

— Такого просто...

Увидев, как быстро расправились с тремя его подчинёнными, Хайзард понял, что Ламбер говорил правду. И всё же не мог в это поверить. Ламбер поглаживал кончиками пальцев иглу, а потом приблизил к лицу.

— Прозрачный яд... Не пойму я.

Мужчина взмахнул рукой. И Хайзард не мог уследить за траекторией серебряной иглы. Он широко открыл глаза от удивления. Игла пронзила тело мужчины, а потом вонзилась в стену позади.

— Быстрее нанести смертельный удар, чем ждать, пока яд подействует, — сказал Ламбер, способный тонкой иглой пронзить стену.

— ...

Хайзард молча приложил руку к груди. Увидев кровь, он напрягся, а на лице была неуверенная улыбка, когда он уставился на Ламбера.

— П-превосходно... — мужчина смог сказать лишь одно это слово. А потом слегка истекая кровью он упал на месте.

— Для убийцы слишком много гордости. Не скажу, что мне это противно, но это не подходит для тайного отряда.

Ламбер видел, как дыхание Хайзарда прекратилось, и убрал меч обратно в ножны.

— Хи-хи... Как бы ты ни был хорош, ты не справишься с господином Гектором... Какой бы силой ты ни обладал, его навыки владения мечом достигли божественного уровня. Лучше готовься. Тебе не уйти от графа.

Это говорила сидевшая на земле женщина из «Клинка во тьме», до которой не добрался меч Ламбера.

— Хо, увидев нашу разницу в силе, ты всё же можешь это утверждать?

— Лучше дай мне умереть. Даже если вернусь, граф слишком страшен. Тебя в любом случае будут ждать лишь страдания.

Хоть она и говорила смело, это было напускным. Женщина боялась графа и Гектора. И когда она напрягла челюсть, он ударил её по лицу ножнами.

— Бф?!

Из её рта потекла кровь и вылетели зубы. На дальних верхних зубах был чёрный камень.

— Яд для самоубийства? — сказал он, сломав зубы.

— У-убей! Убей! Прояви милость к врагу!.. — из рта женщины текла кровь, когда она говорила это.

— Прекрати, я специально оставил в живых тебя, самую трусливую. Я не разрубил тебя, потому что ты не набросилась на меня. Если так хочется знать, я мог расправиться с вами всеми. Понимаешь?

— У... Ух, ух...

Женщина вставила пальцы в рот, ощупывая место, где раньше были зубы.

Ламбер разобрался с тайным отрядом «Клинок во тьме» графа Абока, и теперь смотрел на последнего его члена.

— Женщина, мне вырвать из тебя всё, что ты знаешь о графе?

Перепуганная женщина дрожала. Она посмотрела на Ламбера и увидела не гнев, а угрозу. И она не думала, что их битва будет настолько односторонней, при том, сколько их было.

Ламберу уже приходилось попадаться во вражеские ловушки, тогда его армию окружали войска в двадцать раз больше его собственных. И тогда это были элитные войска их главного соперника королевства Марделак генерала Ардемии.

Ламбер не прекращая убивал вражеских солдат и смог выбраться, и всё же был уверен, что если бы на нём не было доспехов из органа, он бы больше не смог очутиться на поле боя. Сам он смог выжить, но с ним не осталось ни одного его подчинённого.

По сравнению с тем временем число и сила врагов были куда ниже. А в данный момент в подчинении у злобного аристократа были лишь пять человек.

— ... Бесполезно у меня что-то спрашивать. Ни ты, победив нас, ни я, провалив миссию, не выживем. Куда бы мы ни бежали, от графа не скрыться.

Женщина была права, граф Абок руководствовался собственной выгодой, безопасностью и желанием отомстить врагам.

Она же не обладала лояльностью к графу и не имела гордости как член «Клинка во тьме». Граф взял её из детского дома и отдал в отряд, но больше благодарности она испытывала обиду.

Проиграв Ламберу, она предпочла смерть из страха перед графом Абоком. За предательство её ждало нечто страшнее смерти, выполняя для графа тайные поручения, она прекрасно это знала.

И будучи женщиной, она не представляла, как будут измываться над ней. Пока её не схватили другие подчинённые графа, она должна сделать всё сама. Женщина была готова к смерти, но Ламбер ей помешал, и это желание становилось всё слабее.

Она поняла, насколько силён мужчина. Если она поможет ему сбежать, то и сама сможет спастись? Такие наивные идеи стали витать в её голове.

— Что бы спросить? Точно... Мне больше ничего не надо узнавать, чтобы подтвердить, что он злодей. Можешь отвести меня к графу Абоку? А подробности расскажешь по пути.

— ... А?

Женщина не понимала, о чём говорил Ламбер. Сама она думала о побеге и даже помыслить не могла, что мужчина хочет отправиться к графу.

К тому же было ясно, что Ламбер даже не представлял, где жил граф Абок. Довольно глупо и безрассудно. Большая часть жителей Айнзаса знала, где живёт граф. Он не знал об этом и всё же хотел пойти туда, и женщина не могла понять почему. Она сомневалась в его здравомыслии. Если он втянет её в это безумие, то в конце будет ждать лишь смерть.

— Женщина, мне неудобно так тебя звать. К тому же у меня нет времени. Если есть желание отвечать на вопросы, тогда представься.

— ... Я не собираюсь заискивать перед врагом. Это может показаться бахвальством, но к пыткам я готова... — ответила женщина, посмотрел на Ламбера.

— Вот как.

Мужчина выпустил свои миазмы. Помещение заполнило ощущение смерти. Из тела женщины будто выжимали пот, а мозг наполнился страхом. Она подняла перепуганное лицо и увидела мужчину в полной броне, чьё лицо было скрыто, и который взмахнул мечом в ножнах.

— А... А...

Хлопая губами, она смотрела на занесённый меч.

И прежде чем женщина до чего-то додумалась, меч опустился. Мощный поток ветра окатил её голову, а потом кусок стали размозжил её голову.

Но это было лишь её воображение, ножны опустились рядом с головой и остановились у самого её плеча.

Она, тяжело дыша, посмотрела на меч у своего плеча. Прямо там она видела смерть. От трепета и страха она не могла сдержать тошноту.

— У меня нет времени. В следующий раз попаду.

— А... Альмель, я Альмель, — наполовину бессознательно женщина пробормотала своё имя. Она понимала, что облажалась. И всё же женщина испытала облегчение, когда Ламбер убрал от неё меч.

Дом графа Абока находился в центре Айнзаса. Будучи пережитками военного времени, дома были выстроены плотно друг к другу, чтобы не пропустить вражеские войска, потому центр был самым безопасным местом. В нынешнее время это было ни к чему, но похоже граф Абок был одержим собственной безопасностью.

По ту сторону большой стены он увидел прекрасное белое здание. Двухэтажное, но широкое и напоминавшее замок. Ламбер остановился, смотря на поместье графа.

«Так, и откуда мне напасть? Наверняка Альмель знает все лазейки, но на получение детальной информации у меня не хватит времени. Пока я буду занят этим, неизвестно, что случится с Жерманом».

Последняя выжившая из «Клинка в ночи» и шедшая перед Ламбером женщина по имени Альмель поняла, что он остановился, посмотрела на мужчину и подумала, что возможно это последняя возможность убить его.

Ламбер ей угрожал, но если они пойдут вдвоём, то их наверняка схватят.

В доме графа есть подвал. И он совсем не такой прекрасный, как верхние этажи. По большей части там склады, но есть и комната для пыток. Её оборудовали, чтобы угрожать врагам и казнить предателей, но в первую очередь она там из-за увлечений самого графа. И Альмель ни в коем случае не хотела попасть в эту комнату.

Но пока она помогает этому безрассудному мужчине, подобной судьбы ей не избежать.

Если попробует сбежать, её зарубят прямо здесь. Её намётанный глаз видел, что ей не уйти от мужчины. Но если она останется, то попадёт в комнату пыток графа Абока.

«... Придётся сделать это здесь».

Если она убьёт Ламбера, то сможет сохранить лицо перед графом. Это будет настоящий подвиг.

А Ламбер в это время совсем не обращал на неё внимания. Она стояла в его слепой зоне, залезла под одежду и достала спрятанную иглу.

«Надо убить его мгновенно».

Альмель задержала дыхание, думая, куда нанести удар. Но в доспехе из органа не было слабых мест. Максимум она могла попасть в сочленение на колене и сбежать.

Но ещё сильнее она сомневалась, сможет ли вообще в него попасть. Командир её отряда Хайрзард попытался напасть из слепой зоны, но Ламбер смог отбиться.

А ведь она почерпнула свои знания именно у Хайрзарда. Справится ли она с тем, кого не смог одолеть даже её учитель?

Руки Альмель покрылись потом. Когда она сглотнула, Ламбер повернулся к ней. Женщина вздрогнула и отвела взгляд.

— Н-ничего... — она попыталась оправдаться, а Ламбер ответил:

— Да, жажды убийства я не ощущаю.

Услышав это, Альмель почувствовала, как её тело покидают силы. Она уже передумала убивать мужчину.

— Ты уже говорила о комнате для пыток в подвале. Так где сейчас граф Абок?

— В это время... Он либо в пыточной, либо в своём кабинете, — Альмель решила ему не врать.

«Если Жермана или других членов «Сумерек духов» схватили, то скорее всего отвели в пыточную... Но лучше в первую очередь позаботиться о графе. Если я смогу разобраться с ним, то потом уже что-то смогу сделать. И с другой стороны, если я спасу их, то даже если граф сбежит, он лишь выиграет себе немного времени».

— ... Глупо пытаться убить графа тайком. Есть тайные проходы и экстренные выходы, но все они охраняются. Откуда бы ты ни решил зайти, подчинённые графа окружат тебя.

— Я так же подумал. Раз нет разницы, откуда заходить, то лучше уж войти через главный вход.

— Точно... А?

Он отвернулся от Альмель и подошёл к воротам.

— Ты чего? Давай живее. Внутри меня будешь вести ты. Не хватало ещё потеряться.

— Н-нет... Если мы войдём туда... Нас окружат...

— Ты сама сказала, что разница невелика. Раз нас в любом случае найдут, лучше войти в открытую, чем прятаться, и лучше схватить его до того, как он сбежит. Всё же географические преимущество на его стороне.

Ламбер вёл за собой Альмель, которой к главным воротам идти вообще не хотелось. Нарушителей заметил охранник и подошёл к ним. Остриё копья он направил на Ламбера.

— Ты кто такой?! Знаешь, что это дом графа?!

Ламбер схватил его за руку, а потом ударил ножнами. Конец ножен вошёл в живот и мужчина отлетел назад.

— Гха!

Он ударился о стену, и теперь истекал кровью.

Для Ламбера это был лёгкий тычок, но точно не для его противника. Вес органа, попавшего в грудь, переломал ему рёбра.

— Конечно. У меня дело к графу, — выдал Ламбер. Началась суета, появились солдаты графа и направились к мужчине. Три десятка бойцов окружили Ламбера и Альмель.

— Говорила же! Говорила, что это безрассудно! — даже понимая, что место не подходящее, женщина кричала и жаловалась.

— Надо же, тот самый мужчина в броне и... Альмель из тайного отряда. Значит гильдия «Дракон органа» облажалась. Раз вы вместе, значит ты нас предала?

К ним обращался стоявший позади высокий мужчина с тёмными волосами, зачёсанными назад. Он был симпатичным, но взгляд у него был безжалостным.

— М-Маркид?! Э-это ты... — Альмель широко открыла глаза, смотря на мужчину. Потом мужчина точно утратил к ней интерес и пересчитал их с помощью пальца, после чего скучающе вздохнул:

— Хм... Всего двое? Быстро всё закончится, — он точно произвёл оценку Ламбера, потом хлопнул руками и привлёк внимание солдат. — Эй, парни, сыграем в игру. Суть её... Да. Как насчёт отрубить кусок от глупого нарушителя и предательницы? Рука, нога, даже палец сойдёт. Любой кусок, но с трупа не считается. Поняли? Обязательно срезать с живых. Плачу в зависимости от того, что отрежете, — улыбнулся человек, которого Альмель назвала Маркидом. А люди вокруг воодушевлённо зашумели.

... Маркид Маберан. Сейчас он являлся командиром отряда охраны графа. У него была дурная привычка устраивать из сражений и пыток игру. Он был родственником графа Абока, потому пользовался особым положением, и в деньгах он тоже не был стеснён.

— Я их убью!

— А ну назад!

Пятеро солдат послушались указания и набросились на Ламбера и Альмель.

— В-всё кончено... — тихо пробормотала Альмель, вытащила серебряную иглу и направила в свою шею.

А Ламбер вытащил меч из ножен и слегка взмахнул им горизонтально. Движение было обычным, но сделал он это так быстро, что никто ничего не понял.

Пять человек, приближавшиеся к ним, остановились. Они не могли уловить движения Ламбера, но это вызывало у них неприятные ощущения, и они побледнели.

А в следующий миг пять срубленных голов упали. Брызгала кровь, а тела падали одно за другим.

— ... М? — Маркид не понял, что произошло, и лишь промычал, скрестив руки.

— Всего тридцать?.. — Ламбер сосчитал солдат, стоявших перед ним. А потом встал в стойку с мечом. — Быстро управлюсь.

Слова Ламбера лишили Маркида дара речи. А мужчина ударил во второй и в третий, продвигаясь вперёд. Окровавленные куски солдат разлетались в стороны.

— В-вы что делаете?! Кто-нибудь! Убейте его! Я заплачу сколько пожелаете! Убейте, убейте!

Слова Маркида ничего не значили, все, кто приближался к Ламберу, обращались в простые куски мяса.

— Быстрее... Убейте его!.. Кто я по-вашему, бездари! Если окружите и уложите на землю, в этой тяжёлой броне он уже не поднимется... — сказав это, Маркид широко открыл рот. В этой ужасно тяжёлой броне Ламбер невероятно быстро убивал подчинённых мужчины.

Пока Маркид ничего не понимал, все его подчинённые замертво упали.

— У... У... У-о-о-о-о-о! — ревя, мужчина взмахнул мечом. Ламбер слегка отошёл вбок. Маркид хотел продолжить преследовать врага, потому собирался вложить в руку силу, но разрубленные с мечом пальцы упали на землю. Обжигающая боль поглотила Маркида.

— А-а-а-а! Горячо! А, а-а-а-а-а! Мои... Мои пальцы! А-а, а-а-а!

Маркид ползал по земле, собирая левой рукой пальцы правой.

— Если мелко нарезать, награда возрастёт? — спросил Ламбер у безумно хватавшего воздух Маркида.

— Я-я заплачу, только присоедини... Присоеди...

До того, как он договорил, огромный меч вертикально разрубил его пополам. Ламбер безразлично смахнул кровь с меча.

— Теперь это лишь вопрос времени, когда граф Абок узнает, что я пришёл. Эй, Альмель, показывай дорогу.

После такой резни женщина уселась на месте и дрожала. Серебряная игла, которой она собиралась убить себя, выпала из дрожащих пальцев.

На втором этаже напротив графа расположился ещё один мужчина.

Это был худощавый высокий мечник. Слегка сутулый, с неухоженными волосами и щетиной, пусть и симпатичный, но без намёка на амбиции.

Двое рыцарей, стоявших рядом с графом смотрели на него с пренебрежением. Ответив им тем же, он посмотрел на графа Абока. А тот погладил свой двойной подбородок и рассмеялся:

— Гектор, ты отлично справился. Ты ведь поймал выжившего из семьи бывшего барона Джюса. Он славился за свои навыки, но перед тобой он не опаснее младенца.

Мужчина по имени Гектор почесал ногу, зевнул, а потом ответил:

— Хватит скучных хвалебных речей, граф. Если это всё, я вернусь к себе.

У двух рыцарей появились морщинки между бровей.

— Гектор! Паршивец, не смей грубить господину Абоку!..

Граф поднял руку перед охранниками и улыбнулся, показав зубы:

— Ничего, ничего.

— ... Господин Абок. Позвольте сказать. То, что вы подпустили этого грубого типа и позволяете ему своевольничать, влияет на мораль.

Обычно граф Абок хорошо относился к тем, кто был почтителен к нему. И Гектор в этом смысле был исключением. Гектор не работал ещё и года, и отношение к графу у него было довольно холодным. Все долгие годы заискивали перед господином, и их очень бесило, что новичок стал его любимчиком.

— Ничего, я же говорил...

Стоило графу посмотреть, как охранник запнулся:

— П-прошу прощения.

— Хи-хи... Гектор. За год ты так и не изменился. Тебе не страшно?

— ... Я вам признателен, граф. У меня были серьёзные проблемы. И если бы не ваша поддержка, меня бы убили.

— Ты так силён и боишься убийц? Мало кто сможет справиться с тобой, даже если у тебя не будет оружия.

— Если отравят, я просто умру. Я же обычный человек. Хотя погибнуть в бою я не против. Лишь бы перед смертью встретить врага, против которого я смогу сражаться серьёзно.

Гектор с детства жил непростой жизнью, он всё время был в напряжении, и от постоянных убийств вокруг, его разум стал полностью безразличным. К счастью или нет, Гектор был гением в обращении с оружием. Он улучшал навыки в убийстве, бросался на амбразуру, пытаясь испытать возбуждение, и накапливал опыт, и стал куда сильнее многих других мечников.

Но по этой же причине он стал совершенно нечувствительным. И сейчас Гектор искал мечника, обладающего силой, отточенной годами.

— Если я ощущу это возбуждение... Хоть немного ощущу что-то в моей голове, то буду совсем не против, — Гектор постучал себя по голове и бессильно вздохнул. — И если рядом будет такой человек как граф, то и возможности подобной мне может не представиться... Хотя возможно я и не прав.

Граф Абок молча слушал мужчину. Однако раздражение охраны только нарастало.

— Раз так хочешь умереть, может здесь тебя и убить!

Один из людей выхватил меч и швырнул в спину Гектору. Тот исчез и кончик оружия вонзился в стол, граф недовольно уставился на оружие.

— Что!.. П-простите, господин Абок!

Он побледнел, осматриваясь вокруг. Мужчина считал, что раз направил меч на Гектора, тот решит отомстить. Но Гектор уже шёл к выходу из кабинета.

И перед самой дверью Гектор остановился и отошёл в сторону. Дверь открылась, и внутрь влетел один из солдат, Рикоф.

— П-простите! Экстренная ситуация! В поместье нарушитель!..

— Ворвался прямо без стука, Рикоф. И ты должен был доложить о поимке, — граф стучал мизинцем по столу.

— Э-это... Там!.. — Рикоф отчаянно искал слова, но не найдя, стал заикаться.

— Прямо как сопляк какой-то, граф. Может стоит сократить количество людей? — скучая сказал Гектор. Обойдя Рикофа он пошёл к выходу, поклонившись графу.

— Г-господин Маркид, командир Маркид убит!

— Ах, этого мальца убили? — Гектор остановился и засмеялся. Взгляд графа Абока изменился, он уставился на Рикофа.

— Сколько их? Маркид бы не стал ходить один! Кто это?!

Граф Абок прекрасно знал, что из себя представляет Маркид. Он бы не стал рисковать. А значит было разумно предположить, что большую часть его подчинённых убили.

К тому же граф не думал, что хоть кому-то по силам атаковать его дом. Аристократы-соседи его боялись, и он сам был близко знаком с важными людьми королевства. Никто бы не смог сокрушить графа Абока. И даже высшая знать не стала бы в открытую нападать. И если бы королевская семья узнала о его преступлениях, то перед нападением он бы получил какую-то информацию.

Граф Абок был защищён со всех сторон. Тогда кто же мог напасть на него?

— В... Врагов двое! Их только двое! И они убили тридцать солдат, включая капитана Маркида!

Граф был в шоке. Его рот открылся, он словно застыл, а потом начал дрожать.

— Б... Б-б-быть не может! Полнейшая чушь! Это невозможно! Невозможно! Собирайте солдат и схватите их!

Двое охранников тоже не могли поверить в слова Рикофа и стояли точно каменные.

— Живее! Рикоф! Возвращайся и сообщи всем!

— Хи-и! Н-нет! Я не хочу возвращаться! Нет!

— Не неси чушь, Рикоф! Эй, Гектор, ты чего улыбаешься?!

Гектор продолжал стоять в проходе слушая Абока и Рикофа. Он коснулся своих губ и впервые понял, что по-настоящему улыбается.

Ламбер продолжал продвигаться по коридорам поместья графа Абока. Он убивал всё новых солдат, нападавших на него. Они окружали мужчину, но, не способные противостоять его мечу, падали замертво. А позади перепуганных солдат не менее перепугано кричал их командир:

— Убить! Что вы делаете! Убить его! Я буду лично пытать тех, кто сбежит!

Это был суровый мужчина со шрамами на квадратной голове.

Звали его Рогботом. Обычно он занимался обучением, но в случае истребления монстров или нападения на графа мог взять на себя командование.

Настоящий садист, с улыбкой на лице обожающий мучить новобранцев. Он отлично управлялся с кнутом и пряником и мог управлять чувствами подчинённых.

Новобранцы боялись Рогботома, и чтобы выполнить приказ, были готовы рискнуть жизнями друзей. Но сейчас ни уверенность, ни харизма не работали, все кричали точно малые дети.

— Командир Рогботом!.. Это невозможно! Он не человек!

Один из новобранцев бросил меч, сел на колени и разрыдался.

— Что? Кто страшнее: я или этот в броне?

Плечи солдата задрожали. И видя это, Рогботом расслабил лицо, застывшее от гнева и страха.

«Нет... Ещё ничего не кончено... Если мы пропустим этого типа в броне, дальше будет уже кабинет господина Абока. И прежде чем я замучаю их, меня убьёт сам граф. Этот в броне точно устанет и откроется. Вообще чудо, что он до сих пор двигается».

За долгое обучение они стали верны Рогботому. Напряжённость от жестокости в течение долгого времени. Добрые слова и награда после истощения. Рогботом различными способами смог полностью промыть головы солдат.

«Они станут щитом и выиграют возможность... Выиграют возможность...»

На Ламбера набросились пять человек, и всех он разрубил пополам. Они даже не видели, как двигался меч. Рогботом подумал, что враг использовал какую-то высшую магию.

«Возможность...»

Он перемещался в огромной броне, но движения оставались чёткими. Было ясно как день, что подчинённые мужчины не смогут его остановить.

«Этот человек в броне куда страшнее!»

Наконец новобранец стал уползать по полу подальше от врага. Его жалкий вид лишил всех боевого духа, солдаты бежали один за другим. В этот момент страх подчинённых перед Рогботомом пропал.

— Врагов всего двое! Того, кто убьёт их, я лично порекомендую господину Абоку! Их всего двое! — кричал мужчина своим подчинённым. Между прочим второй враг находился за Ламбером, закрыл руками уши и зажмурил глаза, бывший член отряда «Клинок во тьме», женщина по имени Альмель сидела на полу и дрожала.

— Стоять! Стоять или убью! Стоять! — верещал до потери голоса Рогботом вслед своим убегающим подчинённым. Но никто его не послушал. И теперь в коридоре остались лишь Ламбер, Альмель, Рогботом и безмолвные мертвецы.

И по ту сторону прохода будучи командиром Рогботом не мог позволить Ламберу пройти.

— У... Ух...

Мужчина взял меч и направил на противника в броне. Меч дрожал. Больше демон-инструктор ничем не мог запугивать подчинённых, которые теперь даже не служили ему щитом.

Ламбер медленно поднял меч. Миазмы нежити ударили по противнику. Рогботом вздрогнул и уронил меч.

— О, о-о...

Мужчина попытался поднять оружие, но ноги заплетались, потому он упал на зад. Мужчина свернулся калачиком, прикрывая голову и тяжело дышал. Рогботому казалось, что сердце стучит так быстро, что сейчас разорвётся.

— Жалкий мужчина, — безразлично пробормотал Ламбер. Обычно после таких слов Рогботом заставил бы подчинённых избить обидчика так, что тот бы даже пошевелиться не смог, но сейчас его одолевал лишь страх. А к шее направлялся огромный меч.

— Пощади! Пощади! — ревя, мужчина умолял Ламбера как мог. Перед ним был воин, напоминающий дьявола, но даже понимая, как глупо это было, он не мог перестать кричать.

— Ладно, я же не демон. А простой воин.

Ламбер убрал меч от шеи Рогботома.

— А?..

Мужчина поднял заплаканное лицо и осторожно посмотрел на Ламбера. А потом бросил ему валявшийся на полу меч.

— Покончишь с собой или я убью, выбирай. Я позволю тебе умереть как воину. Иначе в твоей смерти не будет благородства.

Ламберу оказалось жаль Рогботома и он проявил сочувствие. Но со времён войны за объединение и рыцари изменились, когда жил Ламбер, умереть за господина было почётно, так оставалось и по сей день, и всё же понятие поблекло и устарело.

И подчинённые злодея вроде графа Абока не могли соответствовать тем устоям. Потому во времена Ламбера его слова растрогали бы противника до слёз, но для такого как Рогботом эти слова вначале вознесли его, а потом сбросили на самое дно.

— У... У... У...

Дрожащей рукой Рогботом потянулся к мечу, смотря в пол, он взял оружие. А потом направил себе в живот.

— У-а, у-а-а-а-а-а!

Затем Рогботом резко поднялся, по лицу текли слёзы и сопли, когда он напал на Ламбера. Он притворился, что решил покончить с собой, а потом напал. Шанс на успех был чрезвычайно мал.

Ламбер молча разрубил тело врага. Его верхняя часть вылетела в окно.

— Он пал как трус, и всё же пошёл против врага до конца ради своего господина. Прекрасная смерть. Рогботом, я запомню твоё имя, — ошибочно Ламбер похвалил противника, взмахнул мечом и повернулся к Альмель. — Я закончил. Веди дальше.

Взглянув на тела бывших товарищей, Альмель с пустыми глазами кивнула ему.

Кабинет графа Абока на втором этаже. Его дверь Ламбер разрубил мечом. Сломанная дверь упала внутрь комнаты. Но графа внутри не оказалось.

За Ламбером следовала Альмель. Она уже не думала, что сможет сбежать. И если она сделает что-то не так, её просто разрубят на месте.

— Если не здесь, то в подвале... Или может он уже сбежал...

Ламбер молча направился вглубь комнаты.

— Так и есть. По реакции солдат было ясно, что граф на втором этаже.

Явившись, Ламбер сразу же направился к графу. Он не дал ему времени на побег. И то, что Абока не было, значило, что он подстраховался и заранее приготовил путь к отступлению.

— В любом случае он ушёл. Конечно ты монстр... Но и графа Абока можно назвать монстром. Как бы ты ни был искусен, в одиночку тебе с ним не справиться... Здесь для нас всё закончится.

Теперь осторожный граф Абок соберёт ещё больше сил для защиты. А ещё к Ламберу и Альмель наверняка подошлют убийц. На них двоих враг не остановится, он ввяжет в это всех, кто будет вокруг. Каким бы искусным мечником Ламбер ни был, на него будут нападать двадцать четыре часа в сутки, к тому же под угрозой будут все, кто рядом, он устанет и в итоге лишится жизни, так думала Альмель.

Если бы Ламбер добрался до графа здесь, возможно он бы и победил. Но если всё затянется, то граф Абок использует свои деньги и власть. И тогда в одиночку уже не справиться. Потому и было важно покончить со всем здесь.

— Нашёл.

— А?

Ламбер мечом разломал книжный шкаф.

— Ч-что?.. — Альмель хотела продолжить, но замолчала. Книжный шкаф развалился и упал в дыру. В кабинете была потайная дверь.

— Во все времена обладающие властью думают одинаково, — пробормотал Ламбер, глядя в дыру в полу.

— Во все времена?..

— У правителя королевства Аунз тоже была потайная дверь за книжным шкафом. Довольно часто важные люди исчезали, когда их почти ловили. Кто-то оставлял вместо себя дублёра, а сам уходил в броне обычного солдата. И стоило взмахнуть мечом, и оказывалось, что эти ребята даже лучше генералов. Некоторые использовали магию для побега, а кто-то выпускал монстров и устраивал неразбериху для побега, — сказал Ламбер, поместив большой меч на плечо. — Но от меня ещё никто не ушёл.

По телу Альмель пробежал озноб и она упала на колени.

Она сказала, что граф Абок чудовище. Но поняла, что была неправа. Она не могла до конца понять смысл слов Ламбера. Но разница в опыте была колоссальной. Это она смогла понять.

Графа Абока впервые загнали настолько. Но Ламбер не в первый раз так старательно преследовал свою цель.

— Спасибо, что проводила. А теперь уходи. И позволь дать совет. Ты не годишься для того, чтобы держать меч.

Ламбер перешагнул через шкаф, лежащий перед дырой. Огромный вес раздавил дерево, а потом мужчина исчез в потайном проходе.

Какое-то время ошарашенная Альмель просто оставалась на месте, а потом на дрожащих ногах подошла к скрытому проходу. Женщина хотела как можно скорее уйти отсюда, но она считала, что обязана увидеть, чем всё закончится.

Проход был под углом и по нему можно было соскользнуть вниз. Проход был узким, потому доспехи задевали каменные стены, создавая сноп искр.

Ламбер выставил меч под прямым углом, а сам прижался к стене, тормозя. И вот мужчина вылетел. Проход шёл дальше, но Ламбер упал туда, где были выставлены колья.

Эта ловушка предназначалась для убийства преследователей. Они убрали крышку с ловушки и подняли колья. Граф Абок мог управлять ими уже после спуска.

— Я был осторожен, но этого избежать было непросто.

Траектория движения Ламбера изменилась, и он упал прямо в ловушку. Броня из органа изломала копья. Упав в ловушку, мужчина сломал её и тут же поднялся.

Впереди был большой и длинный каменный коридор. Ламбер нашёл новые следы и посмотрел в проход.

— Это займёт немного больше времени, чем я ожидал.

Граф Абок бежал по тайному проходу. Конечно он уступал подготовленным солдатам, и всё же в определённой степени был готов к этому.

Сам он был толстым, но куда более натренированным, чем другие аристократы. С мужчины лился пот, но он бежал, не снижая скорости.

— Г-господин Абок... Ничего, что мы сбежали? В вашем доме солдаты, вернувшиеся с тренировок... К тому же инструктор Рогботом. Двум противникам их не победить!.. — один из личных рыцарей-охранников обратился к Абоку. И граф посмотрел на него красным лицом и, брызжа слюной, сказал:

— Дурак! Хоть этого и не может быть, но именно это сейчас и происходит!

— О-однако! Всё же это невозможно!

— Проигравший этого и не заметил бы. Как бы ни прижало, он будет успокаивать себя, повторяя, что всё в порядке. А потом уже будет слишком поздно... Но я не такой, как эти дураки! Пусть шанс будет тысяча к одному, но это значит, что враг может добраться до моей головы. А моя жизнь стоит не так уж и мало! Пусть я бегу зря, но я не собираюсь полагаться на бога и просто сидеть и ждать!

Помимо двух рыцарей с графом был ещё заросший мужчина. Абок взял с собой мечника Гектора. Обычно сутулый мужчина вытянулся, а глаза сияли, точно он уверовал во что-то.

Кричавший граф застонал.

— Г-господин Абок... Будете так кричать, совсем обессилите.

Абок злобно посмотрел на рыцаря, будто спрашивая, чья это вина.

— Думаю, что дальше можно не переживать, граф.

— Гектор! О чём ты...

До того, как граф договорил, в коридоре стало слышно, как бежит огромный монстр. Все остановились и оглянулись.

Большой мужчина в броне нёсся к ним с огромным мечом. Хоть всё тело было заковано в металл, скорость была невероятно высокой. Будто и правда настоящее чудовище.

Двое рыцарей, охранявших графа, выхватили мечи. Однако перед надвигающимся монстром их оружие казалось бесполезным. Они даже не знали, куда его ударить. Всё тело было заковано в броню, не было ни одного открытого места.

Пусть их было больше, но сражаться не хотел никто. Ламбер их просто подавил, и они стояли неподвижно.

— Нападайте, — сказал Ламбер, и рыцари, не выдержав давления, уронили свои мечи. А мужчина приближался, дважды взмахнув мечом. Тела были разрублены пополам, и верхние половины ударились о стены справа и слева. Происходящее заставило графа Абока широко открыть глаза и уставиться на Ламбера.

— Это ты Абок.

Мужчина посмотрел на застывшего графа. Они ещё были на расстоянии друг от друга. Но Абок понимал, что если захочет, то мужчина в доспехе уже в следующий миг сможет отрубить ему голову.

— У... Ух, ух...

Граф задрожал от страха и начал отступать, пытаясь убежать. Но его остановил Гектор. Он смотрел на Ламбера, а вытащенный меч приставил на шею Абока.

— Т-ты что задумал, Гектор?!

— Сами подумайте, граф. Цель здесь — вы. Я могу и отступиться, но если вы уйдёте, меня он может проигнорировать и просто прорваться силой. А значит вас убьют.

— Н-но если я останусь здесь, ничего не изменится.

Гектор проигнорировал слова графа и крикнул Ламберу:

— Эй, ты. Заключим сделку? Я не дам графу сбежать, но ты не тронешь его, пока не разберёшься со мной. Тебе ведь уже и самому надоело бегать без причины и побеждать слабых врагов.

— Хм, у меня нет причины отказываться от поединка. Клянусь моим господином, я не трону графа, пока не убью тебя.

Услышав ответ Ламбера, Гектор оттолкнул рукой графа и убрал меч от толстой шеи, а потом приняв низкую стойку, повернулся к противнику. Граф же упал на зад.

— Я Гектор. Просто Гектор. Никакой фамилии. Я мог бы назваться рыцарем графа Абока, но не буду. Сейчас я простой мечник.

Гектор остановил графа, не потому что переживал за него, а потому что хотел сразиться с Ламбером. Он назвал себя простым мечником, потому что хотел скрестить с ним мечи.

Жерман был для него слабаком, которому не было смысла называть имя, но он понял ещё до того как скрестил мечи, что Ламбер сильный противник, которого он искал.

И не потому что тот захватил особняк в одиночку и разрубил двух рыцарей. От Ламбера исходила подавляющая аура воина, продолжавшего побеждать в войне за объединение. Гектор ощутил это и проявил уважение.

— Я не очень этого хочу, но раз ты представился, то и я должен.

Ноги Гектора были слегка согнуты, а уши напряжены. Такой сильный человек не мог быть неизвестным. Но граф, вертевшийся среди знати, не знал о нём, и сам Гектор не слышал о таком мечнике. К тому же было не ясно, зачем воину такого уровня приходить за графом Абоком. Гектору очень хотелось узнать имя крупного мужчины.

— Ламбер Делакруа, — представился Ламбер, и глаза Гектора дёрнулись:

— Ламбер Делакруа?

— Один из четырёх генералов королевства Региос Ламбер Делакруа. Предавший короля и убитый, и потом вернувшийся из глубин ада. Ради мира и справедливости, я заставлю тебя вернуть всё, что ты взял, и убью, — громко сказал мужчина, выпуская миазмы нежити. От страха граф Абок стал тяжело дышать и упал, побледнев.

Но не Гектор. Помолчав какое-то время, он рассмеялся:

— Вот и отлично! Великолепно! Ха-ха-ха! Величайший злодей эпохи войн вернулся с того света! Я всегда знал. Я родился не в то время!

Какое-то время Гектор смеялся, а потом посмотрел на Ламбера, как на лжеца.

— Понятно. Всё же лучше мне было не представляться.

— ...

Ламбер не собирался оскорблять Гектора. На поле боя он всегда с уважением относился к гордым противникам. Не было ничего странного в том, что Гектор не поверил мужчине. Но использовать чужое имя для него было большим оскорблением.

Первым стал действовать Гектор. Он зашёл туда, откуда использовать огромный меч было непросто и проверил реакцию противника. Но ещё до того, как Гектор оказался там, в голове зазвенел колокольчик, который долгие годы предупреждал его об опасности.

Гектор сменил центр тяжести, выставил перед собой меч и отступил. А большой меч Ламбера обрушился туда, где противник должен был стоять. На запредельной для глаз скорости мужчина снова приготовил оружие к бою и быстро подался вперёд.

Гектор блокировал меч противника, использовал пальцы ног, чтобы отступить и погасить силу удара. Но заплатить за это пришлось лезвием своего меча.

Смерть. Если бы он двинулся хоть немного неверно, то умер бы уже дважды. А Ламбер не стал сдерживаться и продолжил нападать. Гектор выхватил два меча, уронив ножны на землю.

— Хватит просто смотреть, пора заканчивать.

Гектор изначально пользовался двумя мечами. Правда не было подходящих противников, потому он не использовал этот стиль.

— Как тебе это!

Против скорости Ламбера мужчина выставил два своих меча и талант. Он просчитывал удары врага и уклонялся.

Гектор всегда был из тех, кто совершенствовался, побеждая более сильных противников. Оказавшись перед мощью Ламбера, он тоже приближался к божественному уровню.

Мужчина в броне нанёс третий удар, и Гектор уклонился. Мечник и сам был не уверен, что будет поспевать. От возбуждения его мозг стал вырабатывать гормоны, и на мужчину накатило наслаждение. Он видел то, чего никогда не видел, и шагнул за грань собственного тела. Боль и усталость поглотило возбуждение, сейчас он ничего не ощущал.

После удара Ламбера сразу должно было следовать окостенение. А когда он уклонялся, то должен был бить в узкие щели в суставах.

Но инстинкт говорил ему. Даже если он ударит в брешь в обороне, то его разрубят пополам.

Он прыгал, уклонялся, изворачивался и готовился к новой атаке Ламбера. Он отбил остриё меча, оказавшееся там, где Гектор ожидал, и снова увеличил дистанцию.

Пол, где стоял мужчина, был разбит ударом Ламбера. Гектор инстинктивно знал, как тот атакует, но как ударит меч, он не представлял.

Мужчина и сам толком не знал, почему мог уклониться. Если враг повторит, он уже вряд ли сможет уйти. Это был самый быстрый удар из всех.

После удара, Ламбер снова приготовился к бою, изогнув голову, он посмотрел на Гектора. Ламбер думал, что закончит всё этой атакой.

— Превосходно, — коротко похвалил мужчина. Они были врагами, но Гектор был действительно рад услышать похвалу от более сильного соперника.

Миг отдыха во время такого неистового сражения позволил сердцу Гектора расслабиться и упорядочить мысли. Сейчас этот миг казался десятками секунд и минутами.

— Хе-хе... Хе-хе-хе...

Гектор с детства не испытывал эмоций, когда его жизни угрожала опасность, но перед Ламбером его охватило невероятное возбуждение. Белая кожа заалела, а на лице и руках вздулись кровеносные сосуды.

Возбуждение и выход за пределы возможностей сильно давили на тело Гектора, но сейчас он не испытывал тяжести и боли, и его это не волновало. И Гектора не волновало, как закончится этот бой.

Из носа Гектора текла кровь, но он не собирался её вытирать.

Мужчина больше не стоял в стойке, он опустил руки и смеялся. Ламбер тоже опустил меч вниз.

— Теперь я понял! Ты и правда Ламбер Делакруа! Иначе я просто не могу объяснить твою силу! Я никогда не думал, что кто-то сможет так давить на меня! Потрясающий, ты просто потрясающий! — не скрывая возбуждения, кричал Гектор. — Мне кажется, что это может длиться вечно, но если это продолжится, я окажусь в невыгодном положении. Я и сам это понимаю.

Мужчина был прав, пока он ещё мог уклоняться. Но атаковать он не мог. На Ламбере была броня из органа, но даже если бы и не было, Гектор знал, что умрёт во время нападения. Он не мог сражаться в прямом противостоянии.

— Так что позволь напасть на тебя! Ламбер Делакруа!

Приблизившись к божественному, Гектор увидел предел своего искусства меча.

Гектор обладал священным стилем «Дождь сорока девяти клинков», но был не уверен, что он сработает на Ламбере. Всё же это не то, что можно использовать против такой огромной брони.

Его стиль сокращал возможные варианты ударов противника, он позволяет ограничить противника так, что он не может отбиться ударом, за пределом установленного диапазона, среди всех стилей меча, этот считался самым несокрушимый в истории.

Но Ламберу в такой броне не надо было сильно прикрываться, и сложно было лишить равновесия такого гиганта. И чтобы противостоять ему, необходимо было серьёзное улучшение.

И в бою такое было попросту невозможно. Но благодаря таланту, возбуждению и бесконечно улучшающемуся стилю меча за счёт Ламбера, в бою он смог воссоздать «Дождь сорока девяти клинков» и завершить стиль «Истинный дождь сорока девяти клинков».

И чтобы он смог атаковать с использованием этого стиля, ему надо было как-то защититься от атаки Ламбера. Чтобы отразить удар, вне зависимости от его силы, надо было нанести удар с внешней стороны. Но если их мечи сойдутся неудачно, его оружие окажется сломано. Если он будет хоть немного наивен, его тело разрубят пополам, Гектор чётко это понимал.

Граф Абок, жизнь которого была поставлена на карту, просто наблюдал за сражением, проходившем на невероятном уровне. Однако он не мог уловить движения Гектора и тем более Ламбера. Это ничем не отличалось от того, как за мечником наблюдала Альмель.

Гектор направил оружие на Ламбера, а потом пошёл вправо и влево, точно не ощущая силы тяжести, он прыгнул.

Это была техника шагов «Колышущаяся тень», предназначенная заставит врага показать слабость. Она была базовой, но умение прошедшего по пути меча Гектора, остановить было непросто. Любитель, видя, как Гектор покидает поле зрения, мог упустить его из вида.

Конечно Гектор не ожидал, что это сработает на Ламбере. Но ему хватит мига. Главное лишить противника абсолютного преимущества.

Он не собирался убить Ламбера одним ударом. Если он сможет отбиться от хотя бы одной атаки, то сможет использовать «Истинный дождь сорока девяти клинков». И тогда Гектор был уверен, что бой продлится с одного удара и будет идти до сорок девятого удара.

И между опытными мечниками победу определяет то, чей стиль более несокрушим и чьё умение окажется лучше.

— Нападаю, Ламбер!

Гектор оттолкнулся от земли. В то же время он собрал ману в острие меча и описал круг. Круг был завершён и появилась магическая команда.

— Ветер, неси меня!

Поднялся ветер и подхватил тело Гектора. Его скорость возросла за счёт «Колышущейся тени» и магии ветра, но пусть он полностью исчез с глаз Ламбера и зашёл к нему со спины, но мужчина не паниковал и просто занёс меч. И его меч позволил ему защититься от атаки со спины.

— У тебя глаза на затылке?! В воздухе даже шагов не слышно, странно это!

Ламбер не ответил, он развернулся, взмахнул мечом и попробовал разрубить Гектора, находившегося в воздухе.

— Но победа будет за мной! Ламбер Делакруа! Конечно ты намного сильнее! Но победа моя!

До того, как Ламбер вложил силу в оружие, Гектор его отбил. Мужчина быстро восстановился и ударил по оружию Гектора. Второй удар, и Ламберу пришлось отступить. Меч бил прямо в шею. Защищавшемуся мужчине прошлось уйти от меча Гектора.

Два меча в стиле «Истинного дождя сорока девяти клинков» в теории относились к высшему классу и были эффективны против Ламбера.

— ... Хм.

— Ну как? Впервые тебя так теснят? Попробуй избежать следующие сорок шесть ударов! — крича, Гектор набросился на врага. И противник был так близко, что даже Ламберу было непросто ответить.

Но прежде чем увидел начало движений Гектора, Ламбер поднял меч и ударил по полу. Пол под ним разрушился, создавая ударную волну.

— Ух!

Прыжок Гектора был остановлен. А инстинкт говорил ему о надвигающейся смерти. В голове появился образ, как его разрубают.

Чтобы избежать смерти, он отпрыгнул и ушёл назад, воспользовавшись ударной волной. Но для отступления он был всё ещё в наступательной позе. А Ламбер уже оказался перед ним, и Гектор уже приготовился защищаться.

Приземлившись, Гектор приготовил оружие. Ламбер уже сошёлся с ним.

Ушёл или нет? И увидев кровь, он узнал ответ. Органы чувств передавали всё с задержкой, но он ощутил боль в животе. Но буря возбуждения остановила её.

При обычных обстоятельствах это была серьёзная травма. Но гормоны в мозгу могли остановить боль даже от смертельного ранения.

Сейчас Гектор мог размахивать мечами, не обращая внимания на повреждения. Он снова с интересом посмотрел на Ламбера, не задумываясь о вытекающей из живота крови.

— Впервые ли меня так теснят? Конечно же нет. Не счесть тех битв, когда я стоял на пороге поражения. И прекрасно известно, что я проиграл Грифу.

— ... Ха! Поверить не могу! Если есть ещё типы вроде тебя, то скучать мне больше не придётся.

Гектор улыбался. Он был ранен в живот, и эта рана могла стать фатальной, но болевого шока не было. Он изначально был готов ко всему.

Сам Гектор не мог поверить, но слова Ламбера были правдой. Он был одним из четырёх генералов королевства Региос, но ещё до этого был мечник сильнее его. Но он погиб на войне.

— Обычной грубой силой смог сломать «Истинный дождь сорока девяти клинков». Хе-хе, я думал, что смог тебя прочитать, но похоже ошибся.

— ... Движения хороши, но меч скучный, — сказал Ламбер и снова приготовился к бою. Услышав его, Гектор широко открыл глаза и улыбнулся:

— Ага! Я и сам так думаю!

Гектор и сам считал стиль, который представляет из себя установленный набор действий, был скучным. Ощущая разницу в силе, мужчина использовал его, но никогда не любил.

Гектор нёсся на Ламбера, крича. Рана на животе была глубокой. Он и сам понимал, что осталось недолго.

Но именно поэтому он не думал ни о чём постороннем, а лишь использовал лучшее, на что был способен. Без сомнения, сегодня меч Гектора был быстрее, чем когда либо, нет, быстрее, чем во всей его жизни.

Они пересеклись. А потом оказались спиной друг к другу. Правая рука Гектора упала на землю. Но несмотря на это, он ещё держал в руке меч.

— С такими ранами ты ещё можешь стоять?

— ... Знаю. Я проиграл тебе с этой техникой!

Гектор обернулся и высоко подпрыгнул. Он приложил весь свой вес к мечу и направил его на Ламбера.

... «Лунное крыло», стиль героя Грифа. В прыжке он прибавлял свой вес и мог пробить любую защиту или атаку.

Подобную технику было не так легко повторить, но с талантом Гектора это было возможно.

Победить Ламбера не получилось, и всё же плечо мужчины Гектор задел. Это когда-то привело к поражению, и это просто был свершившийся факт. Он ничего не собирался говорить по этому поводу. И всё же кое-что должен был сказать.

— Мой друг Гриф в броне из органа прыгал куда выше тебя.

Вертикальный удар меча глубоко поразил тело Гектора. Хлынула кровь, и мужчина отлетел и ударился спиной о стену.

Гектор продолжал улыбаться, его левая рука держала меч, но ноги подогнулись, и он снова опёрся на стену. Пальцы Гектора ослабли и разжались, он выронил меч. Он не веря смотрел на это.

Но наблюдавших за сражением графа Абока и Альмель больше удивило то, что Гектор до сих пор был жив. На животе была серьёзная рана, правой руки не было и на правом бедре тоже имелось глубокое ранение, он больше походил на мертвеца. С трудом верилось, что он смог продержаться до конца.

— ... Эх, всё закончилось, — пробормотал Гектор и упал.

Ламбер с мечом в руках подошёл к противнику. Тот слегка двинул глазами и посмотрел на Ламбера.

— ... Если есть, что сказать, говори.

Бессильно рассмеявшись, Гектор посмотрел в потолок.

— Потрясающе. Я так долго жил словно труп... Но умру я, ощущая себя живым.

Услышав последние слова, Ламбер собирался опустить меч, но увидев, что губы Гектора снова зашевелились, остановился.

— ... Эй, генерал, пусть это и глупо, но можно спросить? Я всегда думал. Если бы я жив в эпоху объединения... Я бы смог оставить своё имя в истории? Я бы смог стать героем?

На мгновение Ламбер замолчал, а потом заговорил:

— Ты силён. С тех пор как я воскрес, ты первый, кто смог защититься от нескольких моих ударов.

Услышав слова мужчины, Гектор усмехнулся:

— Вот как, ну да...

Вообще это было ясно и без слов.

Сражались они около минуты. Вначале Гектор всё пытался ударить и отступал. Близко он не подходил. Мужчина понимал, что если его атакуют, он сразу же умрёт.

Он положился на технику, которую считал скучной, но уже после нескольких ходов был ранен. Его разбили и нанесли серьёзный удар в живот.

Для Гектора это была битва насмерть. Но он понимал, что для Ламбера это было лишь одним из многих сражений.

Смерть подступала, и он решил провести свою лучшую атаку, выйдя за предел. И в качестве оценки он получил то, что смог отбиться от нескольких атак. Разница в силе была слишком велика.

На Ламбере была тяжёлая броня, и она не позволяла противнику ранить его. Но Гектор даже не смог пробить её. Такой бой нельзя было назвать хорошим.

Одной рукой он потянулся к мечу. Но точно кто-то перерезал нити куклы, он упал на пол. Всё тело свело судорогой, а потом всё прекратилось, он больше не двигался.

— Эх, слаб... Я слаб... Чёрт, хотелось стать ещё сильнее. Зачем я поддался хорошей жизни и прогнил... Ха-ха-ха, ничего смешного. Если бы я просто бродил в поисках соперников, то мог бы и дальше махать своим мечом. И тогда показал бы тебе лучший бой, — бормотал вытянувший руку Гектор. Из глаз вытекали слёзы. Ламбер поднял опущенный меч и кивнул ему. А потом отрубил голову Гектора.

Граф Абок просто смотрел на бой, затаив дыхание, но когда увидел, что Гектору отрубили голову, вспомнил, в каком положении находится. Дальше огромный меч придёт за его головой.

— Хи... Хи-и! Хи-и-и!

Граф попробовал встать, но ноги заплелись, и он упал. Мужчина тянулся руками и пытался уползти.

Но Ламбер не стал выяснять, как будет проходить этот жалкий побег, поднял меч, отрубивший голову Гектора и направился к графу Абоку. Тот побледнел, но, поняв, что больше его никто не спасёт и приготовился к худшему. На напряжённом лице появилось бесстрашное выражение.

— Хи, хи-хи-хи... Я Абок. Почтенный граф и глава рода Ордонок, верный слуга королевства Региос, Абок Ордонок. Можешь убить меня, безумец, назвавшийся именем призрака. Но все в этой стране будут стремиться заполучить твою жизнь. И не только твою. Твои родные, знакомые, все будут заклеймены как злодеи. Ты готов... К такому? Если готов пожертвовать теми, кто тебя окружает, убей меня. Это месть? Обида лишь разъедает тебя, — с этими словами лицо графа исказилось в мерзкой улыбке. — Можешь убить меня, но род Ордонок будет процветать вечно. Это куда важнее моей жизни. Хи-хи-хи, и по сравнению с этим ты жалок! Демон мщения, призрак, назвавшийся именем величайшего грешника!

Граф Абок поднялся на трясущихся руках и посмотрел прямо на Ламбера. Мужчина опустил меч и отошёл на несколько шагов. Граф подумал, что смог запугать оппонента, но поведение Ламбера озадачило его. Он посчитал, что мечник думает оставить его в живых, потому продолжал.

— ... Да, вот как. Ты хочешь заключить со мной сделку? Правильное решение. Мне не нужен враг вроде тебя. Если ты не заберёшь мою жизнь, то и за тобой никто охотиться не будет. Если ты что-то желаешь, проси всё. Я сделаю всё, что в моих силах.

И тут раздался голос с направления, где был особняк:

— Не переживай, Абок. Время твоей славы и власти подошло к концу.

Там стоял схваченный Абоком глава гильдии «Сумерки духов» Жерман. Он смог сбежать из подвала, воспользовавшись шумихой, вызванной Ламбером, ситуации он не знал, но решил, что получится добраться до графа, потому стал обыскивать дом.

— Все материалы, касавшиеся твоих злодеяний уничтожены... Но похоже в доме полно нужных сведений, главное поискать. И твои друзья из высшей знати не станут тебя защищать.

Он показал несколько бумаг графу Абоку. Документы на обложение налогами за пределами установленных королевством ограничений и списки для убийц с именами насоливших, особо умных жителей деревень и мешающих торговцев. Сейчас ни один серьёзный документ никто не охранял.

Там даже имелись документы с описанием спонсирования незаконной магической организации «Свистящий демон». За деньги они уничтожали мешавшие деревни, и после свержения власти в королевстве графу был обещан высокий пост по договору. За такое было мало обезглавить даже десять раз. Конца было уже не миновать.

— Ч-ч-что...

Смотря на документы, граф отступил на три шага. Огонёк в его глазах изменился, он бросился на Жермана. Но у мужчины был поднятый в особняке меч, он ударил графа рукоятью по лицу. Абок упал. Жерман протянул рукоять к шее и прижал того к земле.

— М-мразь! Я уничтожил твой дом, а ты решил отыграться! Не зазнавайся, если я ударю, жалкий и нищий аристократ вроде тебя полетит далеко! — прижатый Абок только и мог дёргать головой и кричать на Жермана.

— ... Благодарю, Ламбер. Благодаря тебе я смог исполнить своё желание. Я думал, что мне не добраться до головы Абока, но вот она.

— Благодарность ни к чему. Это лишь ответная услуга.

Если бы Жерман выпроводил Ламбера из «Сумерек духов», то расследование бы затянулось. Если бы мужчина не смог действовать в этом городе, ему бы пришлось лишь сдаться и уйти.

— Абок. Ты обычный злодей. Ты обворовывал людей, убивал неугодных и думал совершить переворот. И всё это скоро будет известно всем, — сказал Жерман, направляя на Абока меч. А тот схватился руками за голову и заревел как зверь. Видя его таким, Ламбер холодно подумал:

«Говорил о процветании своего рода, а сам спонсировал антиправительственную организацию?..»

Граф Абок был глубоко замешан в делах страны. И было не совсем понятно, как такого человека завербовали террористы.

После нападение на поместье графа, Жерман отправился в столицу, чтобы рассказать о его преступлениях.

О деяниях правителя Айнзаса графа Абока стало известно по всей стране. Сам граф находился в заключении, но его ждала смертная казнь в столице. Нарушение законодательной системы и убийства были тяжкими преступлениями, но ещё серьёзнее было то, что он связался с антиправительственной организацией «Свистящий демон».

Шок от того, что граф Абок, занятый в управлении страны, спонсировал антиправительственную структуру, был велик.

Страна стала внимательнее следить за «Свистящим демоном», но организация была огромной, и среди них было полно преступников, выдающих себя за порядочных людей. Да и верхушка организации не знала о всех тех, кем управляла, потому нельзя было понять реальную ситуацию.

Расследование продолжалось, контрмеры принимались, но масштаб и цели пока не были полностью ясны. Было ясно лишь то, что это «организация, развивающая запрещённую магию».

Граф был казнён, а взгляды переключились на аристократов, связанных с ним, для расследования были направлены королевские рыцари, но масштабы были огромными и всё продвигалось очень медленно.

Прошло два месяца, и вместо Абока в Айнзасе появился новый правитель, а жизнь стала налаживаться после потрясений.

Именно тогда вернулся и Жерман. Он встретился с тремя членами гильдии Фионой, Ллойдом и Лили в таверне.

— Давно не виделись, глава, — Фиона поклонилась, и Жерман сдавленно улыбнулся:

— ... Тебе больше эта должность соответствует. К сожалению, мне пришлось унаследовать титул уничтоженного рода. Простите, что сам принял решение.

Хоть Жерман изначально был бароном, на его семью ополчился граф Абок и казнил всех по лживым обвинениям. Жерман ушёл из семьи и стал авантюристом, он отбросил своё имя, потому и смог спастись.

Теперь ему вернули положение, и если он вновь от него откажется, то в этот раз лишится семьи окончательно. А ведь когда-то он спорил с родителями, что ему это не подходит и покинул семью. И всё же теперь Жерман решил воскресить свой род.

— А... Г-господин Жерман, т-так ты аристократ? — спросил открывший рот Ллойд, не способный проследить за всей историей. Вообще мужчине пришлось сменить имя, чтобы спрятаться от Абока, но его он решил не менять вновь.

— Я слышал, что прибудет новый правитель, но неужели...

— Конечно же нет. Айнзас хоть и прогнивший город, но он важен для страны. Такому как мне его не доверят. Чтобы никто вроде Абока не смог ничего прибрать к рукам, был выбран кто-то из родственников короля, — Жерман покачал головой, отвечая на вопрос Фионы.

— Правда?.. А я-то думал, вернётся глава гильдии и мы снова сможем работать... — Ллойд улёгся на стол и тяжело вздохнул.

Включая его, члены гильдии «Сумерки духов» не были так уж хороши. Всё же Жерман затеял всё лишь для того, чтобы собрать информацию о графе Абоке, потому ему нужно было положение главы гильдии Айнзаса. Надо было создавать видимость, потому он стал собирать свободных авантюристов, и никого действительно сильного кроме самого Жермана не нашлось. Перерегистрировать гильдию было нельзя, а брать ребят без заслуг никто не стремился.

— Ллойд, нашел, о чём сейчас говорить... — удивлённо сказала Лили, и Фиона улыбнулась.

— Если не против, я бы хотел нанять вас как своих рыцарей, что думаете? Люди мне не помешают. И будет легче, если рядом будут знакомые.

Услышавший это Ллойд подскочил и восхищённо заговорил:

— П-п-правда? Господин Жерман... Нет, Барон Жерман!

Отношения к авантюристам слабой гильдии и рыцарям было совершенно разным. Конечно и ответственности больше, но это огромный шаг вперёд.

— Л-Лили, Фиона, вы же в деле? Эй? Так ведь?

Лили молча кивнула. А Фиона вначале задумалась, а потом покачала головой:

— Спасибо за предложение... Но я хочу ещё немного побыть авантюристкой. В этот раз где-нибудь в другом месте. Простите.

— Вот как. Жаль... Ну, я ожидал, что ты это скажешь, — сказал Жерман, а его брови слегка опустились, он осмотрел таверну.

— Этого человека... Уже нет в Айнзасе?

— ... Ага, старик Ламбер пропал в тот же день. Вух... И исчез точно призрак.

— Вот как. Он сложная личность, и я полагал, что когда-нибудь он просто исчезнет... Но хотелось бы встретиться с ним вновь.

— Что, так тебе старик Ламбер был нужен, а мы придаток к нему? — пробурчал Ллойд.

— Конечно нет, но всё же он меня спас. К тому же он бы не стал мне служить.

— Мы связаны, и потому ещё встретимся. Обязательно.

После инцидента в доме Абока, Жерман рассказал им обо всём, что случилось, а потом уехал в столицу. Ламбер в одиночку вошёл в дом графа и перебил всех солдат, а потом в нелёгкой битве в подземном коридоре убил Гектора.

В такое верилось с трудом, но все знали, что Ламбер не такой как все, потому после удивления наступило принятие.

Но в тот день Ламбер исчез из Айнзаса. Будто его и не было вовсе, точно признак, именем которого он назвался. Даже Жерман, который видел его силу и был им спасён, временами думал, уж не привиделся ли он ему.

В голове всплыл образ Ламбера, убившего своим огромным мечом подпрыгнувшего Гектора. Это было настолько волнительно, будто он увидел момент из истории.

— ... Возможно это и правда он.

Жерман выглянул в окно. В толпе он увидел человека в доспехах, но мужчина понял, что это совсем другой человек, и лишь усмехнулся, понимая свою ошибку.

Начальные иллюстрации

Город Балайра... В королевстве Региос это самый населённый авантюристами город. И причиной тому является расположенный неподалёку «Огромный лес заблудших людей».

«Огромный лес заблудших людей» располагается в центре королевства, ещё двести лет назад в конце войны восьми государств континента Воримия, он находился на границе. Там встречаются разнообразные монстры и лекарственные травы с множеством разных эффектов, там покоятся реликвии авантюристов, ходивших туда... И до сих пор многие авантюристы отправляются в лес.

Город Балайра — место, предназначенное для авантюристов, даже налоги в гильдии ниже, чем в других городах. Здесь авантюристы пользуются всеми доступными льготами, потому это место и превратилось в город авантюристов.

Но особое отношение есть и к «Огромному лесу заблудших людей», потоки маны здесь искажены, и магические предметы, указывающие направление, не работают. Потому те, кто недостаточно подготовлены, теряются в лесу и уже никогда не возвращаются. На уставших путников нападают монстры и убивают. Поэтому это место и назвали «Огромным лесом заблудших людей».

Многие пытались пересечь лес, но никто не преуспел. Всех без исключения убили монстры, телами завладели духи и они превратились в лестных вайтов.

И через этот лес шёл бесстрашный одиночка. На мужчине были цельные доспехи, в которых, казалось, невозможно двигаться.

Двести лет назад в войне за объединение восьми стран он был одним из четырёх генералов органа Региоса, и звали его Ламбером. За несколько месяцев до конца войны его убил другой генерал и его друг, Гриф. Но прошло двести лет, и он превратился в рыцаря-скелета без кусочка плоти, Ламбер возродился в Регионсе как немёртвый рыцарь.

И проходил он через этот лес, потому что это был самый короткий путь между городами Айнзас и Балайра.

Во время инцидента с графом Абоком, всплыла опасная антиправительственная организация «Свистящий демон».

Граф был связан с ними. «Свистящий демон» проводил подрывную деятельность по свержению власти в Региосе, и как считал Ламбер, Абок спонсировал их, выискивая выгоду для себя.

Времена сменились, но для Ламбера, который был одним из генералов органа, это было не то, что он мог бы просто так оставить. Сейчас целью мужчины стали те, кто покушался на мир, построенный его госпожой, Аврелией.

Балайра был одним из важных городов королевства. Если приходил внешний враг, то переполненный авантюристами город мог организовать оборону.

Здесь был приток денежных средств, потому коммерчески город был очень развит. И раз после происшествия с графом Абоком про «Свистящего демона» стало известно, до того, как страна предпримет свой ход, они наверняка решили уничтожить важный для страны город. И как раз поговаривали, что в Балайре видели подозрительных людей.

Даже если это было бессмысленно, туда стекались авантюристы, а значит было полно информации, в том числе и о «Свистящем демоне». Ламбер путешествовал по землям графа Абока и собирал информацию по стране, и на её основе решил отправиться в Балайру.

Пока Ламбер пробирался через лес, жухлые листья на земле собрались, создав уродливого монстра, напоминающего человека из грязи.

Зелёные глаза на сгнившей физиономии смотрели прямо на мужчину. Это был лесной вайт, которым стал какой-то авантюрист.

Отвратительный запах, неприятные звуки, издаваемые созданием, но самое главное, омерзительный внешний вид. Даже у привыкших к трупам авантюристов это создание вызывало приступ тошноты.

Но для Ламбера это был лишь низший монстр. Он взмахнул мечом, рассекая врага от груди и вверх. Стали разлетаться сломанные кости и гнилая плоть, тело лесного вайта упало.

Ламбер уже давно привык к подобным трупам. Во времена войны было полно беспощадных мечников и наплевавших на человечность магов. Были те, кто ради пыток собрал сто тысяч ядовитых насекомых, вражеских генералов унижали морально, их лишали конечностей и продлевали жизнь белой магией, кого-то насаживали на пики и как знамя проносили по полю боя. Ламбер привык ко всему этому, потому простой гнилой труп ему казался даже милым.

«Появилась нежить... Я добирался неделю, и похоже уже недалеко от города».

Раз появилась нежить, значит где-то поблизости жили люди. Так думал Ламбер, вонзив меч в землю, неподалёку от лесного вайта, когда заметил неподалёку присутствие живого человека.

Он взял голову Вайта и выдернул с позвоночником из гнилой плоти.

Ламбер обернулся, швыряя голову. Голова лесного вайта ударилась о дерево вдалеке. Раздался крик «Хьяу!», а потом послышался шум, будто тот, кто кричал, завалился.

Подобравшись поближе, Ламбер увидел упавшую женщину с поднятыми руками. На ней был прочный плащ, но под ним кажется была достаточно лёгкая одежда.

Голова была замотана в зелёный шарф, из-под которого виднелись рыже-коричневые волосы. На руках были мешковатые кожаные перчатки, и такие же ботинки на ногах. У ног валялась лютня.

— Я-я не собиралась подслушивать... Простите... Ваш меч издаёт такой яркий звук. Вы наверняка видный мечник... Или же лучше сказать слышный?

Женщина открыла закрытые глаза. Цвет зрачков был бледным.

— Ты не видишь? И забрела сюда одна?

— Мои уши слышат лучше, чем видят глаза обычных людей. С таким телом мне и приходится жить. Я путешествующий менестрель, Албана, — сказала она, нащупала лютню у ног и указала на неё.

— Как мне кажется, менестрелю нечего делать в лесу с монстрами.

— Скажете тоже! Лес с маной несёт в себе вдохновение, да и как петь песни про героев, если ничего о монстрах не знаешь? Мы обязаны познать много всего... К тому же только так можно встретиться с замечательными авантюристами, — шутливо сказала Албана, она попробовала встать, положив руку на голову вайта, которую кинул Ламбер, нахмурилась и стала вытирать перчатку о ближайшее дерево.

— Эх... Ува... Я-то думала, что вы бросили... Ува...

«Храбрая для слепой. Иначе бы незрячая сюда не сунулась».

— Я, Албана, была очарована звуком вашего меча, господин! Разрешите сопровождать вас до города!

«Город неподалёку? Слегка подозрительно... Но я буду признателен за любую информацию».

Когда Ламбер разрешил, женщина сразу же повеселела:

— О! Премного благодарна! Я, Албана, обязательно напишу о вас героическую балладу, господин мечник! — выдала она, сжала кулак и направила вверх.

— Героическую балладу?.. К сожалению это не про меня.

— Ну что вы! Мои глаза... А точнее уши в людях разбираются. Вы обязательно сделаете что-то великое.

Ламбер шёл через лес со слепой женщиной-менестрелем. Он выискивал следы монстров, а вот Албана весело смеялась и слишком уж дружелюбно лезла к мужчине с расспросами. Из-за чего было сложно рассмотреть монстров.

Временами Албана останавливалась и начинала что-то играть на лютне, потом снова шла и уже что-то насвистывала себе под нос. И звуки эти расходились по округе, извещая всех.

«Даже если у неё превосходный слух, слепая каким-то чудом забрела так далеко в этот лес... Она слишком небрежна. Или это из-за того, что я с ней?»

Ламбера смущала небрежность женщины.

— Господин мечник! Вы тоже здесь, чтобы увидеть «Кошмарного коня»? — вопросительно склонила голову Албана, направляя на Ламбера закрытые глаза. По звуку она поняла, где он находится, и всё же вела так, будто видит.

— Это ещё что?

— Не может быть, что бы вы не знали. Эта жуткая лошадь-нежить, обитающая в «Огромном лесу заблудших людей». Не знаю, возможно кто-то использовал некромантию, но она внезапно появилась относительно недавно. Невероятное создание, сюда даже авантюристы приходить перестали. Лорд этих земель отправил свои личные войска, но никто не вернулся...

— Хм, по тому, что тут есть трупы авантюристов, и исходя из твоих слов можно судить, что город уже недалеко.

— Господин мечник говорит лишь что-то непонятное. В городе об этом даже если не хочешь, услышишь, тут даже подготовленные лезть не решаются. Неужели вы ещё не бывали в городе Балайра?

— Да. Иду туда с другой стороны леса из города Айнзас, — спокойно доложил о невероятном достижении Ламбер.

— Ха-ха-ха! Господин мечник такой серьёзный, а шутить умеет. Город Айнзас отсюда очень далеко! Хотя можете не рассказывать. У всех свои обстоятельства.

Для Ламбера это был факт, но Албана посчитала это шуткой. Хотя мужчина и не собирался её убеждать. Он не собирался ни подтверждать, ни отрицать.

— И всё же, Албана. Что ты делаешь в этом лесу?

— Очевидно же! Хочу испытать силу «Кошмарного коня». Для менестрелей чувства — сокровища!

Ламбер на миг подумал, что она шутит, хотя выглядела Албана серьёзной. Похоже она та ещё сорвиголова. Он подумал обо всём сумасбродстве в жизни женщины, но сказал лишь «вот как» и пошёл дальше.

— И ещё... Я тут вот что в одной таверне слышала, эта лошадь точная копия той, что убили полвека назад. Хотя не знаю, правда ли это.

Ламберт молчал, а Албана с энтузиазмом пересказывала историю лошади. Хотя её не спрашивали, женщина продолжала сама.

Выходило, что это лошадь храброго авантюриста. Человек отправился на охоту в «Большой лес заблудших людей», но был ранен и вынужден отдохнуть, когда на него напала белая лошадь. Мужчина был ранен и ему грозила смерть, но его лошадь защитила его от напавшего животного и запинала копытами. Видать её разозлило то, что на хозяина напали, она оставила следы копыт на теле, переломала конечности и свернула шею.

Однако это была любимая лошадь аристократа. Боясь его ненависти, авантюрист отрубил голову своему коню и извинился перед аристократом. Рассказав, Албана снова смягчилась и стала улыбаться Ламберу.

— Вот так. Она затаила обиду на людей. Говорят, что некромантия действует на тех, в ком сохранилась мана из-за сильной ненависти. Всё же это сильнейшее чувство у живых. Хотя это может быть и просто слух.

— ...

— Ах, неужели я вас опечалила? Надо же, а ведь вы кажетесь таким суровым.

— Нет... Не в этом дело.

В словах Ламбера вообще не ощущалось честолюбия. И хоть он отрицал это, сам испытывал сочувствие к лошади, защитившей хозяина и убитой им.

И тут.

Цок, цок, цок. Цок, цок, цок.

Они услышали звук копыт, прервавший их разговор. Звук приближался к ним.

— И-и правда пришла.

Албана была воодушевлена, и в то же время её напугало то, что это существо оказалось близко.

— Тяжёлая... Похоже это не просто байки, — Ламбер вытащил огромный меч.

Снося деревья, к ним принеслась огромная чёрная лошадь. Она имела крепкое телосложение.

Ноги были толстые и мощные. Но в то же время ощущалось, что она достаточно гибкая.

От тела огромной лошади исходил слабый свет, освещавший тьму леса. Это была временная плоть, воссозданная с помощью некромантии.

На крепкой шее не было головы. На месте среза была лишь непонятная чёрная кровь. Куда капала чёрная кровь, трава жухла, а земля пустела.

— Понятно, отличная лошадь.

— Гхе, господин мечник! Это ведь опасное существо! Я думала, что в случае чего смогу убежать... Но когда это стоит прямо перед тобой, сколько бы жизней не было...

Безголовая лошадь стала нападать на Ламбера. Он постарался отбиться мечом, но удар оказался слишком мощным, так что его отбросило назад, оставляя на земле борозды ногами, он затормозил. Возбуждённая огромная лошадь подняла передние ноги. В лесу раздалось жуткое ржание безголового существа.

Огромная лошадь пыталась затоптать Ламбера. Он увернулся, после чего сразу ударил огромным мечом плашмя. В итоге лошадь прошла мимо Ламбера, но оттолкнулась от земли, развернулась и снова направилась к мужчине.

Понимая, что её легко остановили, теперь лошадь остановилась прямо перед мужчиной, подняла передние ноги и ударила.

Ламбер не стал уклоняться, он смотрел прямо на лошадь, готовясь.

— Ге, господин мечник! Ничего не выйдет! — закричала Албана, понимая, что мужчина не стал убегать.

Для человека безголовая лошадь была слишком огромной. И действия Ламбера казались самоубийством.

Копыта ударились, встретившись с мечом. Албана сомневалась в том, что слышала. Лошадь была минимум втрое тяжелее обычного человека, и сейчас против неё был направлен удар меча.

— К-как такое...

Наблюдавшая издалека Албана приблизилась к Ламберу.

— Хм, она великолепна. При жизни это было славное животное.

Мужчина закричал «Хаа!», отбиваясь от огромной лошади. Она поставила Ламберу свой живот. Ещё один удар, и рана будет смертельной.

— У-ура!

Вспотевшая Албана прислушивалась, она хотела услышать конец этого боя. Но Ламбер больше не атаковал.

— А, что? — пробормотала женщина. Лошадь тоже смотрела на Ламбера с подозрением на расстоянии.

— Тебя тоже убил твой господин. Бывают же совпадения.

Услышав слова мужчины, лошадь озадаченно склонила голову, которой не было. А потом изогнула спину и понеслась на Ламбера. А мужчина занёс меч и резко опустил его.

— Хаа!

Вместе с исходящей силой, из него вышли миазмы нежити.

— М!

Албана не могла двинуться, слепые глаза широко открылись, когда она упала.

Огромный меч Ламбера ударился о землю, подняв камни и пыль. Он не разрубил лошадь. Удар пришёлся прямо рядом с ней.

Видать лошадь испугалась миазмов, она улеглась на землю и замерла. Ламбер поднял меч и убрал в ножны. Тело Албаны тоже покинуло напряжение. Она закрыла глаза и, приложив руку к губам, улыбнулась.

— В-вот напугали... Вот это дух, боже. И всё же... А-ха-ха, неужели из-за моей истории ваше отношение изменилось?

— Нет, просто подумал, что лошадь неплохая. Меня уже начинает раздражать то, что пробираться через лес приходится так долго. А обычная лошадь просто не выдержит вес моей брони. В городе, где я был, у меня так и не получилось найти для себя подходящую лошадь.

— Что? — ничего не понимавшая Албана нахмурилась.

Во времена войн Региос нуждался в разведении коней, способных перевозить людей в тяжёлой броне. Они отбирали крепких лошадей, которые давали такое же потомство, выращивая сильных жеребцов.

Одному из генералов органа Ламберу дали действительно великолепную лошадь. Мужчина, повидавший военных лошадей, при виде тех, что были в Айнзасе, подумал, что они жалкие и ни на что не годные.

Потому безголовая лошадь напомнила ему тех боевых коней, что были в королевстве Регион в эпоху войн. Были сложности, которые Ламбера не тревожили. Он и сам был нежитью. И ему как раз подходило разъезжать на мёртвой лошади.

Конечно она уступала любимой лошади Ламбера, однако прикосновение к шерсти затронуло струны в душе мужчины. Эта лошадь будет его... Так он решил, когда получил первый удар копыт.

— Нет, нет... Нет-нет-нет! Это же нежить, как к ней можно хорошо относиться! Это безумное существо, цепляющееся за гнев, оставшийся с тех пор, как оно было живо! Господин мечник... Как бы сказать, вы не слишком безрассудны?

— ...

Ламберу было обидно, ведь эти слова были направлены и на него. Проигнорировав совет Албаны, он погладил по спине лежавшую на земле лошадь рукой в перчатке. Вначале она содрогнулась, а потом успокоилась.

— Видишь, она всё понимает. Ну что? Я всегда умел обращаться с животными.

— Может вы их просто запугивали?

С точки зрения Албаны выглядело всё так, будто один зверь сдался более крупному сородичу. Это вполне обычное явление.

Хотя нежить почти не выражала радость и страх, лошадь должны были подстёгивать ярость и безумие, и было странно, что она склоняла голову перед Ламбером.

Хотя мужчина и сам был нежитью, правда Албана об этом не знала.

— Суровый вы человек, господин мечник... Как бы сказать, я поражена... В хорошем смысле, конечно, — высказав свои мысли, она не стала особо углубляться, добавляя это. Ламбер был озадачен, поглаживая лошадь. А безголовое животное похоже всё ещё продолжало побаиваться.

— Похоже с вами, господин мечник, скучно не будет... Даже если я расскажу об этом кому-нибудь, вряд ли кто-то поверит в эту историю... — тяжело вздохнула Албана.

Десяток опытных авантюристов из гильдии «Танцующий меч» на лошадях продвигались через «Огромный лес заблудших людей» на расстоянии от Ламбера и его спутников.

Они были здесь не ради «Кошмарного коня». А пришли сюда из-за появившегося донесения о том, что проявился белый конь с рогом на голове, единорог.

Его рог обладал маной, способной избавить от нечистот, из него можно было сделать сильные духовные лекарства от проклятий и магических болезней.

Заболела дочь аристократа, который был дальним родственником графа Мондо, по этой причине они прибыли в Балайру из далёких земель. Граф подал запрос на рог самым лучшим гильдиям, но из-за «Кошмарного коня» всё затянулось. Даже сильнейшие члены «Танцующего меча» долго собирались и вот наконец подготовились к охоте на единорога.

— Регг, есть что вокруг? — прокричал крупный коротко стриженный рыжий мужчина со шрамом на щеке и на самой крупной лошади. Звали его Фанд. Глава гильдии назначил его главным в охоте на единорога.

— Господин Фанд... Никаких признаков крупных монстров... Похоже и правда все боятся «Кошмарного коня», даже других авантюристов нет, — ответил ему невысокий парень, ехавший немного позади, Регг. У него была длинная чёлка, так что глаз было почти не видать. — А! В пятистах хейнах есть монстр среднего размера. А ещё... Следы спрятанной маны. Вот только мана здесь искажена, потому надо быть осторожными.

Управляя лошадью, он держал посох и прикрыл глаза. Но когда его позвал Фанд, он открыл глаза и доложил ему это.

Для двенадцатилетнего Регг был очень чувствительным к магии, и в городе авантюристов Балайре парень был одним из лучших в этом. В охоте на единорога на таланты парня была большая надежда. Благодаря его магии они могли сбежать от «Кошмарного коня» и найти единорога.

— Скрывает себя... Если бы тут был кто-то такой же смелый как и мы, он бы уже шёл за рогом. Ты слишком боишься, — авантюристка Талмя улыбнулась. У неё были длинные золотистые волосы и стройное тело. Ей не нравились доспехи и броня, в которых было тяжело передвигаться, потому она не походила на авантюристку во время исследований, но из тридцати членов «Танцующего меча» по силе она была четвёртой. Скорость и умелое обращение с обоюдоострым ножом у неё было лучшим среди всех авантюристов.

Они шли, полагаясь на ощущения Регга, к монстру, который мог оказаться единорогом. И когда добрались, увидели пьющего на озере воду единорога. Заметив их краем глаза на водной поверхности, он фыркнул.

— Окружайте, стреляйте в него! Я, Талмя и Торк подходим, прирежем его!

Фанд и его люди стали подбираться к единорогу, лучники стреляли из луков. Стрелы не могли пробить прочную шкуру единорога, но это было нужно, чтобы спровоцировать его. Разгневанный единорог выбрал самое уязвимое место, опустил голову и попробовал пробиться. И в этот момент Талмя спрыгнула с лошади, описав пируэт в воздухе, она ударила в шею единорога.

— Да, вот так!

Из шеи хлынула кровь. Единорог смотрел на женщину, пытаясь отбиться задними ногами. И в этот момент подобравшийся сбоку Фанд нанёс мощный удар в шею топором. Оружие глубоко вонзилось в плоть. Этого было недостаточно, чтобы отрубить голову, однако шея была сломана. Единорог умер и упал не землю.

— На удивление хрупкий. Слышал, что он более живучий, и надо быть осторожнее.

— Я-то вырвался вперёд, а моей очереди так и не наступило, — грустно улыбнувшись, сказал один из охотников с мечом в руке, Торк.

— Ну, всё же это лишь средний монстр. Когда много людей, тут главное осторожность, но с чувствительностью Регга это совсем не сложно! Да, Регг?! — шутливо говоря, Фанд спрыгнул с лошади и потрепал парня по волосам. Обычно тот бы нахмурился и стряхнул руку, но сегодня позволил это сделать.

— М, ты чего Регг?

— Шумы пропали. Быстро приближаются, уже прямо здесь.

— Что?

Услышав это, Фанд сразу понял, что хотел сказать Регг. Он хотел сказать, что кто-то скрывал своё присутствие.

Лес осветило странным светом.

— Все, вниз! — выкрикивая это, Фанд выставил топор перед собой. И его оружие отбило летящую иглу. Остальные по его приказу легли на землю, избежав игл.

— Эй, эй, эй-эй-эй. Что-то вы слишком хорошо реагируете. Я думал, хоть от половины избавлюсь.

Из тьмы появился одинокий мужчина. На лице у него были белила, а поверх были алые узоры. Его одежда была в белых и фиолетовых полосках, и сам он выглядел очень подозрительно. Поверх белил были нарисованы глаза, и когда он поднял веки, показал свои суровые европейские глаза.

— Ты... Заместитель главы незаконной гильдии «Смертельные циркачи», Краун! — Фанд зловеще уставился на него.

«Смертельные циркачи» были незаконной гильдией, не имели штаба и принимали задания на ходу. По большей части там состояли головорезы и бывшие члены какой-то гильдии, но в руководстве были настоящие профессионалы, способные сражаться в ближнем бою, презирать их не стоило.

К тому же их было достаточно много. Туда входили изгнанные за неподчинение авантюристы и всякие головорезы, проходя через провинции, они пополняли свои ряды. Численность их была в районе двухсот человек.

И среди всех руководителей Краун из «Смертельных циркачей» был печально известной фигурой. Избавившись от макияжа он мог легко потеряться в толпе, потому никто не знал, как выглядит Краун.

— Вот как... Думал проследовать за нами и избежать «Кошмарного коня», а потом добраться до единорога.

— Как и говорят, ребята они мерзкие. Раз уж засада не удалась, может скроешься?

Это говорили Фанд и Талмя, а Краун показушно согнул ноги и приложил руку к уху:

— А? Что? Что-то вы вообще не по делу, ещё и смеётесь! У вас право всего на две ошибки. В первый раз вы ошиблись, когда назвали нас мерзкими. Ещё раз, и может стоит всех вас здесь положить? — говоря это, он хлопнул в ладони и прокричал. — Выходите, парни! Всё равно уже раскрыли! Пора поработать! Мужчин убивать, женщин вначале насиловать, а уже потом убивать! Сопляков можно забрать для работ, всегда найдётся что копать, — Краун прокричал громким, раздражающим голосом, и из леса вышли люди с нарисованными на лицах капюшонами.

— Ч-чего?..

Фанд удивился тому, сколько их было. У Крауна было около сорока человек. Вчетверо больше, чем людей «Танцующего меча». Даже крупной гильдии было сложно перемещать такое число людей. На такое были способны лишь «Смертельные циркачи».

— Удивлён? Ну, мы от заказчика слышали о вашем чувствительном маге, как же сложно от вас прятаться было. Я вас отслеживал, а остальные на расстоянии следовали за мной. Пока вы тут единорогом занимались, мы вас окружили. Что ж, покажем публике акробатические трюки «Смертельных циркачей»! — высунув язык, прокричал Краун. И его замаскированный отряд в едином порыве набросился на авантюристов «Танцующего меча».

В бою «Танцующего меча» и «Смертельных циркачей» было преимущество в численности десять против сорока, но удивительно было то, что давили именно авантюристы «Танцующего меча», которых было меньше.

— Ра-а! Ора-а!

Командир группы охотников на единорога Фанд размахивал своим топором, и превосходящие его по численности мужчины не знали, что делать.

Они наступали вдесятером, но он даже на шаг не сдвинулся. Очевидно, что все хотели избежать боя с сильнейшим мужчиной, но заместитель главы гильдии Краун не собирался отступать. «Смертельные циркачи» славились своими боевыми умениями, потому не могли проиграть. И потому заинтересованность в бою была не высокой.

«Танцующий меч» входил в десятку лучших гильдий Балайры. Несмотря на подавляющее число противников, там были в основном кто-то уровня хулиганов, потому авантюристы были не теми противниками, с кем они могли легко справиться.

— Что вы делаете?! Убейте их живее! Если окружите, преимущество будет за нами! — ревел Краун, а люди в маскировке стали заходить Фанду за спину. Женщина-воин в лёгкой одежде Талмя спрыгнула с лошади, убила обоюдоострым кинжалом одного мужчину и увела его лошадь.

— Молодчина, Талмя.

— Не за что тут хвалить. Они простые негодяи.

— Ах ты! — один из мужчин натянул тетиву и выстрелил в Фанда. Тот присел, взмахнув топором, и использовал спину убегавшего от страха противника вместо щита. Получивший в спину стрелу противник упал с лошади.

«В этом хаосе используют стрелковое оружие. И плевать на товарищей. Так они вообще всего боевого духа лишатся», — Фанда вздохнул и крикнул:

— Будьте осторожны! Они даже через своих стрелять пытаются! Уже товарищу в спину стрелу всадили!

Он не своих товарищей извещал, а рассказывал врагу о его же ошибке с целью деморализовать. И услышавшие его люди в маскировке старались больше не соваться вперёд.

Члены «Танцующего меча» прекрасно работали в команде, защищая своего мага Регга, они избавлялись от подступавших со всех сторон людей «Смертельных циркачей».

Хоть и была разница в численности, с одной стороны была толпа, а с другой — опытные авантюристы. Среди «Танцующего меча» не было серьёзно раненых, а противник потерял уже восьмерых.

Тут было дело не в разнице в силе, а в сознании и умении работать в команде. А вот противники, шли, ни о чём не думая.

— Эй вы, хватит игр! Чёрт, вот же бесполезные... — Краун кусал свои ядовито-красные губы. Для него подчинённые были расходным материалом, которых он всегда мог заменить. У них была слишком большая разница в вере в своё руководство.

— Просто смотреть будешь? — один из авантюристов по имени Торк на лошади приблизился к Крауну и направил на него меч.

— Недооценивать вздумал и схватить меня, сопляк? — на размалёванном лице появились морщины, когда мужчина уставился на Торка. Он ударил мечом. А Краун исчез, потому оружие поразило лишь воздух.

— Где он?

Когда он сказал это, услышал, как кто-то приземлился. Обернувшись, он увидел Крауна, стоявшего на заду лошади.

— Думал, что сможешь поразить меня этим мечом? Думал, я как остальные? Наивно, наивно. Сегодня ты вытянул короткую соломинку.

В левой руке Крауна мелькнул нож. Торк сразу же спрыгнул с лошади, но увидел порез у себя на бедре.

— Ух!

Потеряв равновесие, он упал на землю, выпустил оружие и зажал ногу.

— Куда тебе до старого лиса, дурак.

Левой рукой он играл с ножом, а правой швырнул нож в открывшегося противника. Краун был очень искусен.

«Однако... Мы были слишком наивны. Так я вызову недовольство заказчика и главы. Надо отступить и думать, как можно отыграться».

Краун цокнул языком и стал уезжать на лошади Торка. Видя его, остальные побежали вслед за ним.

Талмя посмотрела на упавшего Торка, а потом прищурилась:

— Не уйдут.

Держа свой обоюдоострый нож, она помчалась за Крауном.

— Чёртов клоун!

Один из авантюристов «Танцующего меча» выстрелил из большого лука в спину Крауна. Тот обернулся и отбил стрелу ножом. К этому моменту его догнала Талмя и поразила коня в ногу. Прежде чем лошадь упала, Краун спрыгнул с неё.

— Эй, вы! Когда генерал бежит, могли бы и задержаться!

Талмя направилась на лошади к Крауну. Но как и в случае с Торком он отпрыгнул, собираясь перебраться на коня женщины.

Однако Краун облажался. Находясь в воздухе, он встретился глазами с Талмя.

— А?

Когда прыгнул он, женщина тоже прыгнула. Её нож достал Крауна. Он достал кинжал из рукава, чтобы отбиться. Металл столкнулся, разнося по округе эхо.

Талмя развернула запястье и направила второе лезвие прямо в горло Крауна. Враг избежал первой атаки, а Талмя двигала рукой, нанося удар то верхним, то нижним лезвием, продолжая беспрерывно нападать.

Краун как-то смог отбиться от её странного оружия, вот только перестал поспевать. Талмя была лучшей в бою в воздухе.

Краун не смог уклониться и получил неглубокий порез на щеке.

— Так, первый порез...

— Чёртова сука!

Глаза Крауна стали красными от гнева, он отбивался от атак женщины, ударил её в бедро, а потом отступил. Находившаяся в воздухе Талмя приземлилась на ноги.

— Неплохо... — Краун с ненавистью смотрел на неё. И тут преследовавший их авантюрист «Танцующего меча» Ботом бросил в мужчину копьё. В этот раз Краун тоже смог уклониться, но противниками были опытные авантюристы, один против них он не выстоит.

— Эй, эй, парни, вы что делаете... — гневно закричал он на подчинённых. Но на поле боя были лишь мёртвые, остались лишь восемь человек, остальные либо погибли, либо сбежали.

— В-вот ведь уроды...

— Готовься! — Ботом развернул коня, снова собираясь атаковать Крауна. И тут издалека прилетела стрела. Она была направлена в Ботома.

— Ч-что? Неужели ещё кто-то из «Смертельных циркачей»?! — говоря это, Ботом стал уходить влево. Но за ним последовала следующая стрела.

— А?..

Она поразила его в горло. С удивлением на лице Ботом выпустил копьё и упал с лошади.

Вторая была выпущена именно с расчётом на то, что противник уйдёт от первой. Враг предсказал, как будет двигаться голова всадника, и выстрелил, на такое был не способен ни один нормальный человек.

Когда победа была в руках, один из их товарищей погиб, что потрясло членов «Танцующего меча». Среди шумевшей группы воцарилось молчание. Кто-то лишь позвал убитого: «Ботом?..», но этот хриплый голос унёс ветер.

— Попал, попал, — из места, откуда стреляли, появился красивый молодой мужчина с луком. У него были вьющиеся рыжие волосы, сам он был в зелёной аристократической одежде. Он ехал на прекрасном бледном коне. Мужчина напоминал принца, сошедшего с книжки.

— Т-ты ещё кто такой?..

Даже спасённый Краун не знал, кто это.

— Простой защитник слабых! Вместо того, чтобы быть на стороне победителей, куда веселее изменить ситуацию на поле битвы, а потом получить благодарности за это. Я всё это просто обожаю, — он говорил, прищурившись и шутливо улыбаясь.

— Б-бог войны Робин Гуд?.. Неужели ты вернулся в Балайру?! — Фанд удивился, глядя в его лицо.

Робин Гуд — авантюрист из Балайры. Хоть он обладал отличными навыками, его стоило посадить в тюрьму за излишнюю любовь к сражениям и эгоистичные поступки. Его ждала смертная казнь, но мужчина отлично умел заговаривать зубы, потому ускользнул от охранников и сбежал.

Ему нравились сражения и находился он на стороне проигрывающих, если же на поле боя сражение шло на равных, он просто подбрасывал монетку. Благодаря способностям он много чего мог достичь, но из-за всех инцидентов, его ждала тюрьма, а потому ценили его низко.

Он помогал по прихоти, правда ему было не интересно, если ничего не происходило, тогда мужчина подговаривал аристократов, торговцев и незаконные гильдии на конфликт. В отличие от других авантюристов ему было главное жить так, как ему больше нравится, — такие слухи ходили.

— Клоуны, я Робин Гуд, помогу вам! Плевать на бежавших слабаков, теперь я возьму командование! Не смейте сбегать, сражайтесь! Ревите! Мы вместе напьёмся нектаром победы!

Талмя собиралась снова атаковать Крауна. Однако за ней находился Робин Гуд, потому пришлось отступить.

Обычно она бы так не поступила. Талмя была быстрейшая в гильдии и могла отбиться даже от летящей стрелы.

Но чутьё и опыт говорили, что это опасно. Робин Гуд просто держал лук, и ощущалось это так, будто всюду он создавал мёртвые зоны.

«... Почему этот мужчина улыбается в землях смерти?»

Такой вопрос терзал женщину, и в его мягкой улыбке она разглядела кое-что. В его глазах появилась жажда вредить и убивать.

— Хи-хи... Я не испытываю к вам ненависти, просто вам не повезло, — тихо пробормотал Робин Гуд. И Талмя кожей ощутила что-то не хорошее, по спине пробежала дрожь. После мужчина стал таким же, как и был, но образ никак не выходил из головы Талмя.

Держа лук, Робин Гуд перевёл взгляд с женщины, поравнялся с ошарашенным Крауном и проговорил:

— Ты заходи с внешней стороны! Ты и ты, тесните лидера! Остальные разбейтесь на две группы и разбивайте строй противника, разберитесь с изолированным слабаком! Я буду прикрывать вас, стреляя из лука! Всё поняли? Не смейте халтурить! Будьте готовы к смерти!

Слова Робин Гуда подняли боевой дух «Смертельных циркачей», которых из сорока осталось лишь восемь. Выжившие его умение обращаться с луком узнали хорошо, тут оставалось готовиться лишь к смерти. Теперь все с большим рвением готовились к бою с «Танцующим мечом».

У них были чёткие указания от Робин Гуда. Чтобы остановить их, надо было что-то сделать с Фандом. Вначале они задавят его, потом переберутся к неспособному сражаться магу Реггу и разрушат строй.

«Танцующий меч» мог бросить Регга. Это снизит мораль и вызовет недоверие. И тогда победить оставшихся по одиночке не составит труда.

Движения тех, кто раньше действовал без лидера, полностью изменились.

На поле боя все двигались как хотели. Если не будет чётких команд, то и в подчинении смысла нет. И эту важную роль мужчина умело отыгрывал.

Мужчина с раскраской на лице запустил в спину воина, защищавшего Регга, топор. Тот вошёл глубоко, сломав позвоночник. Ещё один был так ошарашен этим, что позволил себя зажать, получил мечом в живот и упал на колени. После чего его обезглавили.

— Великолепно! Отлично справились! Осталось шестеро, победа будет за нами! Лишите их боевого духа! Но не спешите слишком! Пусть вы временно под моим командованием, я не потерплю, если вы будете дохнуть как собаки! — кричал Робин Гуд. Воодушевлённые мужчины бросались на «Танцующий меч».

Инициатива была на стороне авантюристов, но теперь они сравнялись, а ситуация стала хуже. Робин Гуд просто говорил, убрав стрелу, с тех пор как он убил Ботома, мужчина ни разу не выстрелил.

— Т-ты... Что это?.. — Краун обратился к Робин Гуду.

Раньше они сражались сорок против десяти, а инициативу вернули, когда стало восемь против десяти. И сделал это тот, кому они не могли доверять. Робин Гуд улыбался. И его ослепительная улыбка на миг похитила сердце Крауна. Он покачал головой, приходя в себя.

— Подчинённые так стараются. Пора бы тоже отправляться, не находишь? Надо же победить того здоровяка.

Один раз Краун попытался сбежать. Он не мог следовать за внезапно появившимся юнцом, но и сбежать не мог, потому просто стоял. Но, услышав слова Робин Гуда, он поколебался, а потом сглотнул слюну. Так он сможет достичь своей цели. Нельзя пока было утверждать, но уже всё становилось ясно.

С ножом в руках он ринулся вперёд.

И тут по другую сторону поля боя появился гигант в броне.

— Что здесь происходит? Похоже что с одной стороны бьются разбойники.

Робин Гуд прищурился, глядя на мужчину в броне. По голосу было ясно, что это не простой человек. Робин Гуд знал, что сильные люди выглядят именно так.

— Третья сторона?.. Эй, вы! Сдерживайте этих, приоритет — тот мужчина! Клоун, попробуй зайти со спины!

После приказа Робин Гуда четверо окружили мужчину в броне. Краун запрыгнул на дерево и попытался обойти мужчину в броне со спины. Четверо стояли вне досягаемости врага с оружием наготове, готовые ударить в брешь мужчины в броне.

А в следующий миг поднялось два столба крови. Они точно были далеко. Но мужчина в броне вырвался вперёд и срубил две головы.

Всё было так быстро, что казалось, будто огромный меч ещё вытянулся. Двое мужчин справа и слева, ничего не сделав, с оружием в дрожащих руках пятились назад.

— Ты, с отличными от остальных волосами, это ты главный?

Мужчина в доспехах, Ламбер, не обращал на двух врагов по бокам внимания и смотрел прямо на Робин Гуда.

Когда началась битва, Ламбер пробирался через лес с менестрелем Албаной и безголовой лошадью. Он ощутил, что идёт сражение, и потому что не мог вывести безголовую лошадь к людям, оставил её с женщиной, а сам пошёл вперёд.

Взмахнув мечом, он разрубил двоих людей и снова был готов нанести удар.

— Не бойтесь! Заставьте открыться, а я выстрелю!

Мужчин пугало то, что появившийся Ламбер вместо приветствия убил двоих их товарищей, но пришли в себя, услышав слова Робин Гуда. А бывший лидером этих парней Краун оставался с оружием наготове.

С умениями Робин Гуда, мужчина мог легко попасть в сочленения доспеха. Даже если уклонится и получит куда-то ещё, удар он должен ощутить. Даже если на нём цельный доспех, это не значит, что бить некуда.

— Мы его окружили, не смейте бояться! — закричал Краун, выпрыгивая. Он целился в щели на шлеме и швырнул иглу. А двое раскрашенных мужчин напали слева и справа.

Ламбер отбил иглу доспехом, а потом ринулся всем своим весом на Крауна.

— Ха-а?!

Краун не думал, что с таким весом возможно прыгать. Он даже не думал, что надо будет бежать. В его живот врезалось плечо Ламбера, заставив согнуться пополам.

Мужчина в броне из органа был бронебойным куском металла. После удара, противника отнесло к ближайшему дереву.

— Гха-а-а-а!

От этого удара из тела вышибло весь воздух, Краун завыл как зверь. Несколько костей были сломаны. Больше мужчина двигаться не мог. Изо рта текла кровь, от боли он потерял сознание.

Двое оставшихся мужчин просто застыли на месте, не способные уследить за Ламбером, который просто пропал. А мужчина посмотрел на упавшего врага и уже был готов снова взмахнуть огромным мечом.

Робин Гуд внимательно следил за его движениями. На лице всё ещё не было возбуждения, это было спокойное лицо охотника.

Робин Гуд не собирался участвовать лично в этом бою. Ведь тогда бы всё закончилось не интересно. Раньше он находился на вершине десяти тысяч авантюристов города неподалёку.

Но он с первого взгляда понял, что Ламбер — настоящий монстр. Когда он выпустил стрелу, его ловкие пальцы уже приготовили вторую, а потом таким же проверенным движением он выстрелил в третий раз. Даже наугад стрелять с такой скоростью было невозможно. В этом было что-то сверхъестественное. Три стрелы, которые были выпущены одновременно, должны были поразить Ламбера.

— В-вот это да. От такого не уклониться...

Один из людей в раскраске, стоявший вдали от Ламбера просто заворожено смотрел на умения Робин Гуда.

Мужчина вытащил три стрелы из колчана, удерживая две, выпустил третью. Его интуиция говорила, что надо было разобраться с врагом сейчас.

— Ха-а-а!

И был прав. Ламбер легко взмахнул мечом, отбив все три стрелы. Просто невероятная скорость. Робин Гуд даже не смог разглядеть, как меч сломал последнюю.

Когда Ламбер оказался на земле, ближайший враг был разрублен вертикально. Из разреза наружу потекла кровь, мозги и внутренности.

Стоявший с другой стороны мужчина с криками попытался убежать, но Ламбер швырнул пойманный в воздухе кончик стрелы. С его силой он пробил голову.

«После последней атаки... Он схватил сломанную стрелу?»

Этого Робин Гуд не увидел. Или скорее даже не мог поверить в это. Отбиваясь этим огромным мечом, ему хватило времени ещё что-то схватить перед ним.

— ...

Молчавший Робин Гуд больше не натягивал тетиву и убрал три стрелы в колчан. А лицо из страстного снова стало безразличным.

Он взял из-за спины другой лук. Этот был больше, а толстая струна натянута ещё сильнее. На концах были великолепные золотые украшения.

Этот лук назывался луком короля драконов. Он был настоящим сокровищем, тетива была сделана из уса легендарного дракона. Она была натянута слишком туго, потому обычный человек не мог стрелять из этого лука.

Зато он мог похвастаться невероятной силой, стрелявшие из лука короля драконов говорили, что пробивали стены. Робин Гуд достал из колчана особенную стрелу, сделанную из мифрила. Обычные стрелы при стрельбе из этого лука попросту ломались. Перед луком короля драконов защищаться мечом было бессмысленно, и человек в броне всё равно что был голым.

Обычному человеку было не под силу выстрелить из этого лука. С ним мог справиться лишь любимец бога луков. И кроме Робин Гуда в Региосе не было ни одного человека, способного на это.

— Подходи! Я прострелю твой шлем! Клоуны, нужен хоть миг! Задержите его! — выкрикнул Робин Гуд.

Мужчины видели, как их главарь Краун с лёгкостью отлетел. Они думали, что им делать. Пусть это длилось всего ничего, они были под впечатлением от силы и слов Робин Гуда. И в итоге все четверо направились к Ламберу.

— Не позволю!

Талмя встала перед одним мужчиной, атакуя его обоюдоострым кинжалом.

— Мешаешься!

Однако мужчина, получив удар в плечо, пошёл на неё всем весом и отбросил назад. В первую половину боя они сражались так, будто их ничего не пугало, настолько был высок боевой дух.

И вот теперь люди с раскрашенными лицами выступали против Ламбера точно так же. Наконечник стрелы Робин Гуда неустанно следил за мужчиной.

Стрела, выпущенная из лука короля драконов, была намного быстрее обычной. Уклониться от неё было попросту невозможно, но Робин Гуд был абсолютно уверен, что мужчина в броне мог спокойно уклониться от обычной стрелы.

— ...

Робин Гуд следил за Ламбером широко открытыми глазами. Если у мечника в броне появится слабость, он её не упустит.

Первый мужчина всё ещё ехал на лошади. Крича, он атаковал копьём. Используя минимум движений Ламбер уклонился, а потом отрубил верхнюю часть тела врага. Нижняя часть тела, извергая кровь, ускакала на лошади.

Робин Гуд не двинулся. В этот раз он наблюдал. Благодаря этому его глаза привыкли к движениям Ламбера. Мечник находился за пределами того, на что были способны люди, но и Робин Гуд как лучник тоже был недалеко.

Второй попытался наброситься на Ламбера с топором, но получил мечом в живот, который мужчина тут же вынул. Не останавливаясь, он развернулся в пол-оборота и наотмашь ударил третьему по лицу мечом. Голова отлетела с брызгами крови.

Робин Гуд всё ещё не двигался. Его рука, державшая стрелу, была уже близка к пределу. Остался последний. Теперь он должен был выстрелить в Ламбера.

— А-а... Р-а-а-а-а!

У последнего был моргенштерн. Такой удар пройдёт даже через броню.

Но это только в случае, если бы он попал. Оказавшись перед Ламбером, его просто раздавило давлением мужчины.

Он думал, куда ударить, но уже видел в голове, как его убивают. Потому не двигался. Когда двинется, он умрёт.

«Но... Но если он откроется... Этот человек должен застрелить этого монстра!..»

Он поднял опустившийся моргенштерн.

Вот только огромный меч был намного длиннее. Если попадёт, то разрубит. Это было очевидно. Мужчина вытянул руку, стараясь ударить по мечу Ламбера.

Ему было не победить. Но если враг хоть слегка замедлится, Робин Гуд выстрелит в мужчину в броне.

Ламбер безжалостно занёс руку. Моргенштерн был отбит высоко над головой.

— А...

В следующий момент огромный вес пришёлся на голову мужчины. Ламбер раскидал два ровных куска человека и пошёл дальше.

Робин Гуд не двигался. Надо было стрелять, но он понимал, что сейчас чуда не случится. Он был очарован искусством меча Ламбера.

— Такое прекрасное владение мечом...

Он опустил затёкшую руку и лук короля драконов выстрелил в ноги. С громким звуком выпущенная мифриловая стрела пронзила землю, скрывая мужчину за поднятыми кусками земли.

— Отступаем, Сераф.

После этих слов его бледный конь кивнул и побежал прочь.

Бледный конь был небольшим, но куда быстрее обычных лошадей. Любимая лошадь мужчины по кличке Сераф похоже могла манипулировать маной ветра, она усиливала ветер в спину и могла избежать встречного потока. Ламбер взял в одну руку огромный меч, завёл за спину и швырнул в Робин Гуда. Лезвие разрезало ветер и вонзилось в землю позади Серафа, подняв землю.

— Хм... Слишком далеко.

Удивлённый Робин Гуд обернулся и посмотрел на Ламбера. Если бы он задержался с отступлением хоть на миг, этот меч пронзил бы его спину. Он увидел, как из-под завесы вышел спокойный противник и пустился в погоню.

«Всё же без лошади не догнать...»

Ламбер сдался и остановился.

Изначальной целью мужчины было спасение людей. Конечно это тоже относилось к делу, но убийство преступников — дело вторичное.

К тому же, чтобы преследовать Робин Гуда нужна лошадь, но не так много животных выдержат доспехи из органа.

И даже если бы здесь такая была, она бы не догнала Серафа. Для этого нужен действительно крепкий конь.

«И всё же... Не стоит так просто оставлять этого мужчину. Мне придётся его убить. Конечно сложно будет скрываться от людей... Но у меня теперь есть безголовая лошадь».

— Ты нас просто спас. Благодарю. Я впервые вижу такого опытного мечника...

— Это ни к чему. Я ощутил сражение и поспешил.

Робин Гуд сбежал, потому как представитель гильдии «Танцующий меч» Фанд поклонился Ламберу. Другой человек помогал раненому. Они собирались вернуть в город тела убитых членами «Смертельных циркачей».

— Вначале всё было хорошо, а потом появился бог войны...

— Бог войны?..

Плечи Ламбера дёрнулись, когда он услышал это имя. Из его тела слегка просочились миазмы.

Ощутивший это Фанд задержал дыхание от неожиданности. Мужчина пугал, и всё же он спас Фанда и его товарищей. Восстановив дыхание, он успокоился и обратился к Ламберу:

— Я точно не знаю, только слухи. Так называют рыжего мужчину. Его зовут Робин Гуд и он когда-то был авантюристом Балайры. Он делал что хотел, но все закрывали на это глаза, пока он всё компенсировал. И в итоге... Он стал настоящим бедствием... — сказал Фанд, смотря на шлем Ламбера. Мужчина никак не реагировал, просто неподвижно стоял. Фанд сглотнул и продолжил. — Пока он развивался, всё становилось лишь хуже... И вот из-за него умерла жена лорда, его же гильдию приговорили к смерти. Но Робин Гуд сбежал, вот только его вредные привычки становились лишь хуже, и теперь его можно считать лишь безумцем, — после этих слов мужчина осторожно посмотрел на лес, где скрылся Робин Гуд.

— Мы всё сами видели... Слухи оказались правдой. Он явился сюда из ненависти к лорду.

— ... — Ламбер ничего не ответил, но Фанд понял, что давление от мужчины в доспехах ослабло, и вздохнул с облегчением.

«Он удивился, услышав о боге войны. Вроде он никогда не видел Робина Гуда... Но могут ли они быть как-то связаны?» — думал Фанд, глядя на шлем Ламбера, однако мужчине был вообще не знаком этот Робин Гуд.

Ведь он был лишь случайно возвращён к жизни после двухсотлетнего сна. Было глупо считать, что он мог бы знать хотя бы его имя. При том, что он был генералом в эпоху смут, он не считал Робина Гуда хоть сколько-то страшным противником. С врагами тех времён сражаться было проще, но они были сильнее и опытнее, чем тот же Гектор, служивший графу Абоку, как казалось Ламберу.

На самом деле мужчина вспомнил о совсем другом человеке, когда был упомянуть бог войны.

«... Это ведь не великий генерал королевства Берфис, бог войны Адельрайц».

Бог войны Адельрайц был самым серьёзным препятствием в войне с Берфисом. Это был такой же здоровяк, как сам Ламбер, только с топором из органа.

Мужчина как-то раз скрестил с ним оружие, но не в их пользу было долго оставаться на поле боя, потому Ламберу пришлось отступить, так и не закончив бой. Они встречались и после, но тогда штаб королевства Региос принял меры против Адельрайца и они смогли убить врага.

Они были осторожны, но недооценили силу Адельрайца, и в итоге его смог одолеть лишь Ламбер, бог войны был убит. Хотя прежде чем Ламбер смог добить врага, тот был серьёзно изранен, так что нельзя сказать, что он победил чистой силой.

Ламбер был не из тех, кто нападал на раненых врагов, но эти раны стоили жизней его товарищей. Он не мог тут своевольничать. Мужчина часто думал, был ли Адельрайц сильнее его, и потому его назвали богом войны.

И если бы Адельрайц смог возродиться как и он, мужчина хотел бы ещё раз бросить ему вызов. В общем реакция Ламбера на бога войны была никак не связана с Робин Гудом.

Слегка смущённый, он не мог выдержать пристальный взгляд Фанда, потому прокашлялся. А потом стал вести себя более естественно.

— И всё же так просто прогнать бога войны Робин Гуда... Кто же ты такой?..

— Лучше скажи, кто вы такие? И эти типы?

Ламбер указал на валявшихся раскрашенных людей.

— Я авантюрист из гильдии «Танцующий меч». Мы пришли в лес, чтобы добыть рог единорога. Эти типы следовали за нами, а ты нас спас. Опасно было... Позволь ещё раз поблагодарить.

— Понятно, так их целью был рог?

— Этого не знаю... Возможно они должны были помешать нам добыть рог. Единственное, что ясно, они просто наёмники. Можно даже пытать, вряд ли они что-то знают.

— Хм... Могу я узнать, зачем вам рог единорога?

Ламбер не собирался вмешиваться в спор двух сторон, если не был уверен, что с одной стороны выступают преступники.

— А ты не знаешь?.. Я-то думал, что все авантюристы в городе знают. Чтобы обо всём рассказать, понадобится время. Мы собираемся вернуться в Балайру, пойдёшь с нами? По пути и поговорим. К тому же я бы хотел тебя отблагодарить.

— Хм, — просочился не очень довольный голос Ламбера.

Это услышал не только Фанд, другие члены «Танцующего меча» тоже застыли.

Ламбер владел мечом как сам дьявол, это было ясно из того, как быстро он убил раскрашенных людей и заставил отступить Робина Гуда. Было очень важно не злить его. Ведь иначе он порешит всех.

— Прости, у меня ещё дела в этом лесу. Если история такая известная, я потом сам узнаю.

Ему надо было забрать безголовую лошадь и Албану.

Конечно Ламбер выглядел спокойным, но мог впасть в ярость. Не надо было давать ему повода и избегать зрительного контакта. Члены «Танцующего меча» не хотели показать себя с дурной стороны перед ним.

— В-вот как... Как жаль. Когда вернёшься в Балайру, обязательно заходи в «Танцующий меч».

Ламбер расстался с ними и пошёл к Албане и безголовому коню. Мужчина выискивал их следы, и когда нашёл... Албана восхищённо гладила срез на шее безголовой лошади.

— Вы вернулись, господин мечник.

Женщина обернулась, а лошадь съёжилась и спряталась за спиной Албаны, точно прячась от Ламбера.

— Вижу, лошадь тебе понравилась.

— Меня тоже любят животные и растения. Видать ей понравился мой свист. А вот вас лошадь боится.

— Не боится. Я всегда на удивление хорошо ладил со зверями. Даже когда свирепые звери разбегались и меня просили схватить их, они никогда не сопротивлялись.

— Потому что боялись ведь... — Албана крепко сжала глаза, скрестила руки и озадаченно склонила голову.

Встретившись с Албаной и безголовой лошадью, Ламбер продолжил путь в Балайру. Мужчина забрался на лошадь, но не гнал, а ехал со скоростью слепой женщины.

Как и ожидал Ламбер, конь спокойно шёл с человеком, который был равен по весу здоровенному куску стали. Конечно животное было не настолько хорошо, как та лошадь, какая была у мужчины во времена войны за объединение, и всё же не уступала боевым лошадям. Ламбер расстроился, когда не нашёл подходящую для него лошадь в Айнзасе, но был очень рад, что безголовая лошадь была способна нести его.

— Хм, неплохо...

Вот только саму лошадь слова Ламбера не радовали. Животное его боялось, но после боя мужчина не проявлял враждебности и даже нахваливал.

Зверей, как и людей, привлекают более сильные существа. Когда такой человек по достоинству оценивал, это воодушевляло. Ламбер просто оседлал лошадь, а она уже успела привязаться к нему.

И очень чувствительная Албана поняла это, и восхищённо протянула «Хо».

— Ну вы даёте, господин мечник. Ваша харизма действует на людей, зверей и даже нежить. Вам вполне по силам стать королём.

Услышав слова Албаны, Ламбер на миг застыл. Из него стали сочиться миазмы, которые он тут же остановил, а потом покачал головой.

— Я ведь серьёзно. Мне кажется странным, что вы путешествуете в одиночку... У вас что-то случилось?

Как раз из-за своей харизмы Ламбер и лишился жизни. Он мог заполучить трон королевства Региос, за что его убил бывший друг Гриф, а его из героя заклеймили преступником.

— Нет, ничего.

— Похоже вы о чём-то задумались, — сказала Албана, сомневаясь. Думала, как далеко стоит лезть.

— Думаю, как назвать лошадь.

Он ответил так, будто того, что было недавно, и не происходило вовсе. Албана сразу поняла, что это ложь, но больше ничего не спрашивала.

— Хорошая идея. Это ведь теперь ваша лошадь, и ей нужно имя. Вы ведь сразу сказали, что хотите сделать её своей... Правда я слегка сомневалась в вашем здравомыслии... Хотя если рассуждать здраво, довольно милая лошадка.

— Как раз лошадь, которая мне нужна.

Ламбер подумал, что такая лошадь идеально подходит нежити. К тому же так им будет проще сохранить свои личности. Не так часто нежить остаётся такой же, как при жизни.

Для этого необходимы сильная воля, сожаления и мана. Обычно мана рассеивается после смерти, но чем сильнее сожаления, тем прочнее мана оседает прямо в костях. Некромантия — это по сути манипулирование трупом с использованием остаточной маны. Эти показатели определяют, насколько нежить останется собой. И в этом смысле безголовая лошадь была превосходна.

— Господин мечник, так вы уже определились с именем?

— М?..

Он даже не думал, потому вопрос озадачил Ламбера.

Понимая, недовольство мужчины, Албана почувствовала холодный пот, осознавая, что прокололась. Она ведь знала, что он просто перевёл тему. Но надо было продолжать разговор, раз уж он так сместился, так что женщина не собиралась смущать его. В итоге они привели друг друга к довольно неловкой ситуации.

— Может Шокола? — мгновенно выдал Ламбер.

Видя, как Албана скривилась, он объяснил: «Она же чёрная».

— Нет, я конечно сказала, что лошадка довольно милая... Но Шокола ей точно не идёт... — возразила женщина. Это было правдой. Огромной безголовой лошади не шла кличка Шокола.

— М, м.

— А как вам Кошмар? Её ведь уже называли «Кошмарным конём».

— Хм... Неплохой вариант.

Албана прикрыла рот и стала хихикать.

— Как и у лошади, у вас тоже есть милая сторона. Надо же... Предложили назвать её Шокола... Что вы, я не подшучиваю над вами, не подумайте! Неужели вам нравится Шокола?

— ...

Ламбер ничего не ответил. Шокола... Шоколадные сладости любила его госпожа Аврелия. Она изначально была аскетична, целясь на трон, она прикидывалась мужчиной и отказалась от всего, что выдавало в ней женщину, и шоколад она могла поесть не так уж часто.

Для Ламбера всё это были воспоминания о далёком прошлом.

В итоге они решили назвать лошадь Кошмаром. За разговором стало ясно, что Ламбер не умеет выбирать имена, потому вариант Албаны был более приемлем.

Женщина настойчиво называла безголовую лошадь Кошмаром, и Ламбер в итоге сдался. По пути на них несколько раз нападали, но для мужчины это не было проблемой.

Кошмар раздавил голову гигантского паука, вставшего на пути, а группу разбойников, обращённых в лесных вайтов Ламбер верхом на коне сокрушил всего за десять секунд. Под умениями мужчины и силой коня крупный вайт, который похоже был главарём банды при жизни, лишился головы, которая отлетела к дереву и впечаталась, какое-то время они просто стояли и болтали с Албаной там, но она так и не свалилась.

Наконец лес стал редеть и неподалёку от города они расстались с Кошмаром. Лошадь будет привлекать внимание, потому в город её брать не стоило.

Ламбер оставил Кошмара в лесу, но сказал не попадаться людям на глаза, а в случае чего просто бежать, сообщил, что вернётся и расстался с конём. К этому времени Кошмар уже привязался к Ламберу, послушно замотал головой, которой не было, и растворился во тьме леса.

Выйдя из леса и добравшись до Балайры, мужчина расстался и с Албаной. Они изначально договорились идти вместе только до города.

— Спасибо за всё, господин мечник. Это был отличный опыт. Это путешествие я, Албана, никогда не забуду. Обычно истории приукрашивают вдвое, но даже если я расскажу всё как есть, мне никто не поверит, потому похоже придётся вдвое преуменьшить, — привычно легко стала прощаться женщина, а под конец добавила. — Быть может мы ещё встретимся. Буду с нетерпением ждать этого.

Балайру называли городом авантюристов, и их здесь было действительно много. Здесь были люди с монстрами, называемые укротителями, и мужчины с огромным оружием на спинах.

И даже среди них Ламбер, который был выше на голову большинства и в огромной броне, выделялся не лучшим образом. Видя его, люди замирали и роняли то, что было у них в руках от удивления.

Трое подозрительных людей у стены рассматривали его, насмехаясь:

— Что это за здоровяк?

— Он в этой штуке ещё и двигаться может? Малк, давай повеселимся.

Самой молодой среди них была девушка по имени Малк, она усмехнулась, показав зубы:

— Положись на меня, старшой.

Они были из гильдии «Ядовитая крыса». И считались законопослушной гильдией, но в Балайре было слишком много гильдий, за всеми было не уследить, потому в некоторых собирались настоящие отбросы. «Ядовитая крыса» как раз была из таких. Они занимались вымогательством у заказчиков, брались за незаконные задания, торговали информацией и воровали, используя магию.

Родители Малк были авантюристами, но погибли, когда она была совсем маленькой от лап монстров, поэтому ей пришлось жить, воруя.

У неё был срок, потому даже с талантом в магии её не взяли в нормальную гильдию, вот она и зарабатывала в «Ядовитой крысе».

— Тьма, сокрой моё тело, — пробормотала она, и вокруг девушки появились магические письмена. Эта магия делала нечётким её присутствие. Её использовали для охоты, побега от монстров и внезапной атаки, но в «Ядовитой крысе» эта магия использовалась для краж. То же относилось и к Малк.

— Точно, ты как раз в такой жалкой магии хороша. Ха-ха-ха.

— Тебе очень идёт.

В сердце она посмеялась над словами товарищей.

«Я не собираюсь гнить здесь. Я буду совершенствоваться и расти, заведу связи в другой гильдии и свалю отсюда».

Она не говорила о своих чувствах, лишь любезно улыбнулась, сгибая запястье:

— Смотрите внимательно. Я подберусь к этому здоровяку сзади и повалю. Он будет визжать, не способный подняться.

Через толпу она подбиралась к Ламберу. Определив его позицию, использовала магический ветер, согнула спину и побежала.

Когда она была близко, Ламбер внезапно остановился. Расстояние составляло около шести хейнов, где-то три меча мужчины.

Но вокруг была толпа. Магия скрывала присутствие Малк, потому на таком расстоянии её было не заметить. Девушка была уверена, что он остановился не из-за неё, а по другой причине.

Однако мешала ей жажда убийства Ламбера. На поле боя в общей неразберихе было эффективно зайти врагу со спины и убить. Способный отточить это умение может забрать жизнь вражеского генерала.

И как бывший генерал Ламбер часто встречался со случаями, когда его атаковали из мёртвых зон. Даже не на поле боя за твоей жизнью могли прийти убийцы. И во времена войны за объединение неумение ощутить волю, направленную на тебя говорило о том, что какими бы ни были твои навыки владения мечом, ты умрёшь молодым.

В те времена Ламбер часто сражался насмерть с опытнейшими убийцами, и неумелая маскировка Малк могла просто развалиться, если на неё попросту закричать.

Но оно и к лучшему. Если она набросится, Ламбер задавит её жаждой убийства, и она увидит собственную смерть.

Пусть Малк была талантлива, но в мирное время это были лишь навыки, полученные во второсортной гильдии. Для Ламбера это было лишь детской шалостью, контратаковать не было смысла. Ему хватало напугать и отпустить.

А потом Ламбер ощутил, как энергия приближавшегося человека пропала, так ничего и не случилось, он попросту ушёл.

«Оживлённый город. Для начала надо узнать о нём и о «Свистящем демоне», для этого стоит отправиться в «Танцующий меч». Там мне могут помочь».

Он незаметно отбился от Малк, и даже не обратил на неё внимания. Но для девушки всё закончилось не так легко.

— Уфу... Уэ...

Не выдержав жажды убийства Ламбера, она согнулась и встала на колени.

Из-за внезапного стресса, желудочный сок стал подбираться к горлу, держать за шею, она свалилась. Сразу началась суматоха.

— Эй, что с тобой, малышка?

— Что случилось?

— Не знаю, смотрю, а она лежит...

«Что это? Вряд ли это серийный убийца?»

Ламбер уже не обращал внимания на Малк, для него она стала совсем чужой, к тому же не она была его целью, он пошёл вперёд искать гильдию «Танцующий меч».

Когда Ламбер пришёл в гильдию «Танцующий меч», его очень тепло встретили. Если бы он не отогнал бога войны Робин Гуда, группа, отправившаяся на поиски рога единорога, была бы уничтожена. Если бы они лишились сильных членов, само существование гильдии оказалось бы под угрозой.

Вначале люди смотрели на Ламбера с подозрением, однако когда командир в охоте на единорога рыжеволосый Фанд сказал «Так ты пришёл!», воздух разрядился. Его стали благодарить, и когда всё стало спокойно, мужчина обратился к Ламберу:

— Господин Юнос сказал, что тоже хочет поблагодарить благодетеля... Встретишься с ним?

— Юнос? — переспросил Ламбер, и на лице Фанда появилось удивление:

— А ты не знаешь? Господин Юнос — глава нашей гильдии. Создав её пять лет назад, за это время он сделал «Танцующий меч» одной из лучших гильдий Балайры! Благодаря магии движения и уникальной технике владения мечом, среди десяти тысяч он стоит на пятом месте. Он ближе всех, кто мог бы сразиться с богом войны Робин Гудом... Хотя тебе ли такое говорить, — с гордостью рассказывал Фанд по пути, и, вспоминая, как Ламбер прогнал Робин Гуда, улыбнулся и почесал голову.

Сопровождаемый Фандом, Ламбер пришёл в отдалённую комнату. Главой гильдии «Танцующий меч» Юносом оказался серебряноволосый мужчина с прищуром. Для мечника он был довольно худощав.

По сравнению с тем, что мужчина слышал, выглядел глава более мягко. Когда вошёл Ламбер, Юнос общался с авантюристкой, но увидев мужчину, он сообщил, что хочет поговорить с ним и попросил женщину и Фанда выйти.

— Так ты и есть мечник в броне. Как глава гильдии я хочу выразить благодарность. Пусть вмешался посторонний, если бы мы провалили задания графа Мондо, это бы сказалось на моей гильдии. Конечно же я сообщил графу о твоей помощи. И он очень заинтересовался тобой.

— Начал с славы и достижений.

После этих слов Юнос на миг замолчал. Ламбер отчитал его за то, что в первую очередь он не упомянул выживших и падший подчинённых. Он чувствовал вину за смерть подчинённых как руководитель и заговорил о благодарности, желая опустить разговор о погибших.

— Если твоя цель Балайла, то на одной чести о доблести далеко не уедешь. С твоими навыками ясно, что ты прошёл не через парочку сражений. Получилось ли после этого остаться чистым? Сомневаюсь, — суровое выражение Юноса смягчилось, на лице появилась лёгкая улыбка. — Я хотел лично поговорить с тобой. Потому отпустил остальных. Новички ещё придут. Но если имя организации будут запятнано, на этом всё закончится. А этот инцидент... Мы успешно выполнили запрос графа Мондо, который больше никто не брал. И это очень важно. За что я и хочу тебя поблагодарить. Если бы мы упустили этот шанс, то надолго бы застряли на одном месте.

Говоря это, Юнос посматривал на Ламбера, стараясь разглядеть его реакцию. Ламбер понимал, что с виду он может показаться легкомысленным, но на деле довольно жуткий. Прямо противоположность открытому Фанду.

— Если бы не появился Робин Гуд, мои люди смогли бы уйти от «Смертельных циркачей»... И так мы отбились от тех, кто точил зуб на графа и принесли себе славу... — раздражённо говорил Юнос. Это значило, что хоть его подчинённые и погибли, главное, что они получат славу.

— Тот, что не заботится о солдатах, долго не продержится. Тот, кто не думает об этом, в итоге споткнётся.

— Ты ведь мечник, вот я и подумал, что ты смотришь на всё так же, как и я, — Юнос шире открыл глаза, уставившись на Ламбера.

Смысл его слов был совсем иным. Многие вещи в жизни Ламбера нельзя было назвать красивыми. Война была по-настоящему безжалостна. Но он даже на войне придерживался своих принципов справедливости.

Он был противоположностью Юносу, который отдавал приоритет славе и богатству, а не людям.

Пусть они были выдающимися воинами, но совершенно точно разными.

Тишина быстро подошла к концу, Юнос приложил руку ко рту и рассмеялся.

— Нет, ничего. Прости. Закончим об этом. На самом деле граф Мондо пригласил нас к себе. Хочет ещё раз поблагодарить. Ты ведь пойдёшь? Граф будет рад. Он сам сказал, что хочет встретиться.

— Хм...

Вот только Ламбер не мог есть. Ещё и снять шлем. В таких местах могли выяснить, что он нежить.

Однако на это место могла нацелиться организация «Свистящий демон», и Ламбер хотел знать, что лорд этих земель думает о ней.

— Я буду рад заглянуть. Правда не привычен к таким местам.

Аврелия правила западными землями континента, так что он привык общаться с аристократами, однако это был предлог, чтобы быстро уйти. К тому же времена сменились, как и всё вокруг, потому это была не совсем ложь.

— Кстати, ты пришёл сюда, чтобы присоединиться к гильдии авантюристов? В таком случае я бы хотел, чтобы ты использовал свой меч как наш товарищ. Мы примем тебя в качестве исключения. «Танцующий меч» сейчас пользуется популярностью, и новички будут спешить к нам. Когда-нибудь мы окажемся на вершине этого города.

— Хорошее предложение, но и ты уже должен был понять, насколько мы разные. К тому же я не задержусь здесь надолго.

— Вот как... Жаль, — с улыбкой ответил Юнос. Он был безразличным после такой пламенной речи. Но Ламбер видел, что тот заглушил все эмоции.

На деле Юнос хотел привлечь мужчину на свою сторону. Ламбер и убийство единорога, и победу над Робин Гудом делал меньшей заслугой «Танцующего меча».

Но если получится привлечь Ламбера, то его будут оценивать как часть гильдии. Победа над «Смертельными циркачами» и богом войны Робин Гудом станут их заслугой.

Но Юнос не показывал это, а просто улыбался.

«Такому человеку сложно доверять. Я рад возможным связям, но вряд ли стоит иметь дело с этой гильдией».

Ламбер оставался осторожен, когда Юнос вновь заговорил:

— Кстати, так и не узнал. Как мне к тебе обращаться?

— Да, меня зовут Ламбер, — спокойно представился мужчина, и Юнос опешил.

В истории Региоса генерал органа Ламбер был злодеем, не считавшимся с методами. В конце войны он раскрыл свою истинную натуру, попробовал убить героя Грифа, но в итоге в нелёгком сражении сам пал. Его навыки были пугающими, но во всём Региосе не находилось людей, способных так назвать ребёнка. По крайней мере Юнос таких не знал.

— Ха-ха... Необычный вкус. Но мне нравится, — дружественно сказал мужчина, желая поднять настроение Ламберу.

На следующий день Ламбер вместе с семью членами гильдии «Танцующий меч» направился к графу Мондо. Среди них были глава гильдии Юнос, четыре человека, которые участвовали в охоте и ещё двое, кого Ламбер в лесу не видел.

Граф жил в прекрасном доме из красного кирпича. Вокруг особняка был сад, говоривший о его хорошем вкусе.

Юнос шёл первым и поклонился двоим охранникам у ворот.

— Я глава гильдии «Танцующий меч» Юнос, прибыл по приглашению графа Мондо.

Один охранник прищурился, рассматривая его. Всё это казалось Ламберу немного подозрительным.

«Люди графа должны были знать, что сегодня придёт «Танцующий меч»...»

Пока Ламбер что-то подозревал, охранник отвёл взгляд от Юноса и обратился к коллеге:

— Эй, позови кого-нибудь их проводить.

Тот молча кивнул и, даже не попрощавшись, побежал в особняк. Реакция явно была странной. Они были солдатами аристократа, перед ними находились авантюристы. Однако это было довольно грубо.

— Эй, нас вообще-то пригласили. Чего вы... — Фанд устремился к оставшемуся охраннику. Но его остановил Юнос.

— Простите. У него довольно горячий нрав.

Фанда он не убедил, и всё же мужчина отступил. Видя это, охранник хмыкнул:

— Ведь и правда. Всяких грубиянов только больше становится.

Юнос ничего не ответил ему. Как и всегда он просто улыбался. Похоже его не волновало издевательство охранника.

А ушедший мужчина вернулся с каким-то здоровяком.

Руки у него были толстыми, как брёвна. Нос и щёки выпирали, выглядел он как свин. Не самый подходящий претендент, чтобы проводить.

— ...

Атмосфера была напряжённой, и все, кроме Юноса оставались начеку.

«В это мирное время даже слуги натренированы... Великолепно».

Только Ламбер думал на посторонние темы.

В его время жизнь зависела от силы. На дома аристократов часто нападали. Так что ему не казалось странным, что провожал их опытный воин.

— Понятно, вы доставившие рог единорога авантюристы из гильдии «Танцующий меч»? В отличие от нас вы умеете монстров выслеживать! Ха! На всё сгодиться горазды!

Здоровяк рассмеялся. И тут Ламбер был с ним согласен.

«... Никто не смог достать рог единорога из-за безголовой лошади. То есть опозорились даже солдаты».

И впечатление от свинобордого сразу же ухудшилось.

— Я господин Гласко! Командир личных войск графа Мондо. Но что-то я разочарован. Я-то ожидал увидеть жутких ребят, способных быстро расправиться с единорогом, а тут размазня! Что за разочарование.

«И это лучший среди солдат графа Мондо? Похоже основу сил всё же и правда составляют авантюристы. Видать лорд задействует их лишь когда ему надо, вот вся ответственность и растерялась. Если в Балайре начнётся война, сколькие из них бросятся защищать эти земли?..»

Ламбер поражался, наблюдая за командиром личных войск Гласко. Это был город авантюристов, но разве нельзя было сделать что-то со своими непосредственными подчинёнными?

— Похоже ни одного серьёзного парня! Хи! Перед встречей с графом может поиграем немного, м? А то обидно, если вам зря передали эту работу. Смекаете? Не люблю я гильдии, которые заискивают перед графом!

Гласко подмигнул, и мужчина, который привёл его, положил два тренировочных меча.

— Я не признаю заслуги таких ничтожеств как вы, сколько ни старайтесь! Выходите по одному, устроим тренировочный бой, способный нанести удар быстрее меня, пройдёт.

— Это довольно проблематично. Если граф Мондо узнает, он ведь может разозлиться.

— А-а?

Юнос начал переживать.

Не стоило драться со своими благодетелями. Сам Юнос не считал, что победить Гласко будет сложно, но не хотел, чтобы это сказалось и на его подчинённых. Ничего хорошего в том, что «Танцующий меч» доставит хлопот и об этом начнут судачить.

Большая часть личной армии графа Мондо состояла из его родственников. Это шло уже с давних пор, что отношения в семьях углублялись. И Мондо не был исключением.

В отличие от авантюристов, у них был авторитарный режим. Они были натренированными, но родня графа не подвергалась риску, как авантюристы, потому и развивались медленнее, в лучшем случае они относились к второсортным авантюристам. Иногда граф Мондо искал талантливых людей, но группа Гласко, боясь потерять положение, прогоняла их.

Даже сам Гласко не думал их выпроваживать. Просто его било по гордости то, что по дому будут разгуливать авантюристы, «выполнившие работу, с которой не справились личные войска». Потому он решил нанести удар первым, чтобы они не зазнавались.

— Я сделаю это, — Ламбер вышел вперёд.

Он сделал это, понимая, что Юнос переживал, что это может навредить гильдии. Мужчина не был связан с «Танцующим мечом» и не собирался оставаться здесь дольше, чем необходимо. Авантюристы расслабились, испытывая чувство благодарности перед Ламбером.

— Иначе было бы скучно! — Гласко улыбнулся, взяв от охранника деревянный меч.

«Хи-хи, вот идиот! Он получит надломленный меч. Он сломается после одного удара...»

Ламбер положил свой огромный меч и взял тренировочный, а Гласко уже приготовился к бою.

— Слушай. Победа за тем, что первый нанесёт удар! — сказав это, Гласко напал. И целился он в гарду меча Ламбера. Мужчина собирался сломать его меч при обороне и победить безоружного противника.

— Хм.

Меч Ламбера внезапно переломился пополам, и он бросил его на землю. Он уклонился от меча Гласко, выбил меч, ударив по тыльной стороне ладони, а потом отвесил пощёчину.

— Бхе?!

После такого Гласко упал, приложившись лицом о забор. На лёгкость со стороны Ламбера можно было не рассчитывать. Семь или восемь зубов оказались на земле, туда же стекало огромное количество крови.

И всё же ему повезло, что всё закончилось лишь этим. Если бы мужчина ударил в полную силу, он бы лишился головы.

— Хи, хи-и! Больно, больно!.. Что... Что ты со мной...

Когда Гласко поднял голову, он увидел, как Ламбер замахнулся его тренировочным мечом.

— Ничего ведь не закончится, пока не будет нанесён удар тренировочным мечом?

Гласко побледнел и стал дрожа отползать к забору. Тело Ламбера дёрнулось, а перепуганный Гласко подумал, что пришло время его смерти, всё тело содрогнулось от страха, а потом его покинуло сознание, он перестал двигаться. И когда он потерял сознание, обделался, на промежности Гласко появился мокрый след.

— Ничтожества. Солдаты не имеют права показываться в таком неподобающем виде.

Ламбер опустил тренировочный меч и протянул его рукоятью охраннику.

— Д-да... Простите...

Тот тоже подумал, что был не прав, встал на колени и принял оружие двумя руками. Охранник хотел остановить Ламбера и высказать ему всё, но попросту не смог.

«Я сомневался, что он мог прогнать Робин Гуда... Но он и на такое способен? Тут бы и я не всегда выиграл».

Холодный взгляд Юноса был направлен в спину Ламбера. Мужчина ощутил это, но оборачиваться не стал.

— Господа из «Танцующего меча» прибыли... Ах, что-то случилось?!

У ворот появилась запыхавшаяся служанка графа Мондо, Миглуд. И увидела она, как перед здоровяком в броне сидят на коленях двое охранников, а неподалёку лежал без сознания и с ужасом на лице командир охраны Гласко.

Миглуд знала, что глава личных войск направился к воротам, и поспешила за ним, переживая, не причинит ли он неприятностей.

Гласко был горяч, и не любил, когда авантюристы заходили на его территорию. Особенно из гильдии «Танцующий меч», ведь они в отличие от его людей смогли достать рог единорога, что очень раздражало.

Но о том, что случится такое, она даже подумать не могла. Мужчина в доспехе... Ламбер повернул голову в доспехе к ошарашенной Миглуд и кивнул:

— Прости, мы тут слегка подрались.

— А, а-а?..

Ничего не понимавшая женщина посмотрела на потерявшего сознание Гласко.

Командир личных войск Гласко. Он был старшим сыном аристократа, но при этом грубым и глупым, среди людей он пользовался плохой репутацией за жесткое обращение, потому всё было передано его младшему брату, а самого Гласко выгнали из дома, сделав солдатом у графа Мондо.

Предполагалось, что его передадут графу как опытного мечника, но на деле он уже достаточно опозорил свою семью, потому от него просто избавились.

К тому же он был хитрым и несмотря на внешность трусливым, никогда не лез в заведомо проигранные сражения. Его с детства обучали обращаться с мечом, и благодаря физической силе он стал неплохим мечником.

И для Миглуд, которая знала Гласко, такое состояние было непривычным.

— Миглуд, что за суета? — раздался низкий, полный достоинства голос. Это был крепкий старик. На лице были глубокие морщины, но лицо было всё ещё суровым, возраст не сказался на нём.

— Г-граф... Господин Гласко...

Этим стариком оказался граф Мондо, он подошёл к лежавшему Гласко, вздохнул и покачал головой:

— Похоже мои подчинённые доставили хлопот.

Граф Мондо тоже узнал от кого-то из слуг, как Гласко торжествующе поспешил к воротам, и пошёл сам, понимая, что кроме него мужчина никого слушать не станет. И вот граф оторвался от Гласко и посмотрел на Ламбера.

— Понятно, ты тот самый мужчина в броне?

Видя, как граф приближался, Юнос пошёл навстречу, приклонил колено и опустил голову:

— Тут просто случилась небольшая потасовка. Простите, что не остановил. Всё же это я привёл его. И согласен принять за это наказание.

Юнос всё это время на всякий случай поглядывал на Ламбера.

— Подними голову. Вы меня выручили этим. Приношу свои извинения за столь грубое приветствие. Я показал себя не в лучшем свете.

Юнос попросил наказания, зная, что граф Мондо не из тех, кто наказывает. Он был из тех, кто всё улаживает миром.

Вышло так, что Юнос был пристыжен из-за Ламбера, только самого Ламбера это не волновало. Мужчина был готов ко всему, когда согласился на бой с Гласко.

Вместе с графом они прошли через сад прямо в столовую. Идя по коридору, Фанд прошептал Юносу:

— Господин Юнос... Вроде ведь он должен был нам помогать?

Под ним подразумевался Гласко. И его провокации могли ничем хорошим не кончиться для гильдии. Конечно было здорово, что Ламбер ударил его и лишил сознания, но Ламбер сам сделал это, потому мужчина не понимал, почему его лидер кланялся.

Юнос улыбнулся, но ничего не ответил Фанде. Мужчина стал думать о смысле этой улыбки, приложил руку к подбородку, опустил взгляд и замедлился.

Когда поднял голову, Юнос уже ушёл немного вперёд. Глядя на главу, Фанда подумал:

«Господин Юнос... Похоже он в хорошем настроении».

Тут он был прав. Он был встревожен из-за проблем, которые принёс Гласко, но когда всё утихло, настроение у него стало лучше.

«В итоге так проиграл. Он просто некомпетентен. Я думал, что они просто глупцы, но таких ещё поискать».

Юноса обрадовала некомпетентность командира личных войск Гласко.

Он хотел сделать «Танцующий меч» лучшей гильдией в Балайре, и отодвинул бы личные войска и снискал доверие графа, а потом бы получил возможность влиять на политику в регионе.

Сама гильдия была способом выйти на графа Мондо. Солдаты лорда были бесполезны, и мужчину это не раздражало. Скорее Юнос был рад этому.

— Убить единорога — непростая работа. Моя племянница Крис последние несколько дней бродила среди мёртвых... Но с лекарством из рога единорога она поправится. Сейчас ей нужен отдых... Однако она сказала, что хотела бы увидеться с мужчиной в броне, который смог сразиться с Робин Гудом, — говорил граф Мондо по пути. А сопровождавшая их служанка Миглуд насупилась, глядя на Ламбера и сглотнула.

Когда сам Ламбер посмотрел на неё, женщина в спешке отвела взгляд. Думая о том, что возможно сейчас этот здоровяк через забрало смотрит на неё, она ощутила, как тело потяжелело, будто её окружила толпа монстров.

«Если госпожа Крис встретится с ним, не ухудшится ли её состояние из-за его давления?..»

Ламбер покинул гостиную, начался хаос, который сразу же закончился. Потерявшего сознания Гласко вынесли из комнаты, какое-то время сохранялась тишина, Юнос вёл себя так, будто ничего не случилось, поблагодарил графа за приглашение в гости и предложил Фанду рассказать в подробностях об охоте на единорога.

Но графа Мондо не волновала история убийства единорога.

Он думал, как противостоять «Свистящему демону», про которого говорил Ламбер. Об этой антиправительственной организации почти ничего было не известно.

Иногда в королевстве Региос массово похищают детей или может исчезнуть целая деревня. Мотив преступника неизвестен, но потом обнаруживают следы мощной магии. И говорят, что со всеми этими инцидентами связана организация «Свистящий демон».

Впервые о них услышали двадцать лет назад, но было выдвинуто предположение, что они существовали уже давно, меняя название. Иногда получалось кого-то задержать, тогда и стало известно про «Свистящего демона», но куда больше было нераскрытых дел.

Граф Абок, в поиске которого участвовал Ламбер, спонсировал эту организацию и умер в тюрьме при загадочных обстоятельствах.

Причина смерти была скрыта, но охранники говорили, что он всего за одну ночь превратился в высохший труп, с этого трупа свисала плоть, он держался за решётку и, издавая странные звуки, плакал. Было очевидно, что это была некромантия.

Граф Мондо узнал о смерти Абока от королевского посланника. И тогда очень испугался.

Однако сам он жил в городе авантюристов Балайре. Если даже «Свистящий демон» придёт, они смогут дать отпор... Так он думал, но после того, как Ламбер сказал, что авантюристы не подходят для обороны, старик стал сомневаться.

— Когда я уже подумал, что всё кончено, появился этот мужчина в броне. Он сразу же расправился с этими парнями из «Смертельных циркачей»! Я увидел, как лицо Робин Гуда переменилось. Этот меч... Он так быстро орудует им, а сила просто пугает!.. — полный энтузиазма Фанд рассказывал о Ламбере, однако Юнос выставил перед мужчиной руку, прерывая его речь.

Фанд недовольно посмотрел на главу, но замолчал. Юнос обратился к всё ещё размышлявшему графу:

— Граф. То... О чём говорил человек, назвавшийся Ламбером, вы ведь об это думаете? Из-за отсутствия чувства долга у авантюристов, вы боитесь, что худшего не остановить?

— ...

— Однако вы ошибаетесь. Среди дураков, которые побегут в трудный час из Балайры не будет гильдии «Танцующий меч». Даже если явится «Свистящий демон», мы возьмём инициативу и проявим себя. К тому же у вас ведь великолепные войска? Так что не о чем переживать.

Ламбер сказал, что лучше бы обойтись без солдат Гласко, но он сказал это, потому что это Ламбер. Конечно они поднялись благодаря своим семьям, и работали они ради своих семей. И по силе им было далеко до первоклассных авантюристов вроде Юноса.

Они были взбалмошными и завистливыми, но не пренебрегали каждодневными тренировками, большинство из них учились обращаться с оружием с детства, и по сравнению с третьесортными авантюристами они были куда более квалифицированными. И все они были верны.

— Д-да! Точно! Ни к чему слушать его! Лучше доверитесь нам! — находившиеся в комнате солдаты поддержали Юноса. С ними должен был находить и Гласко, но сейчас он трясся в кровати перед Ламбером.

Многие солдаты считали, что «Танцующий меч» — это враг, который пришёл пошатнуть их положение, но появилась третья сторона, которая полностью отрицала их существование, к тому же глава гильдии встал на их сторону, потому неприязнь ослабла.

«Если их не трогать, они сами себя уничтожат. Незачем делать из них врагов. Они не станут препятствием для меня», — именно об этом думал Юнос. И конечно же он не сказал ни слова. Один из солдат с благодарностью посмотрел на него, и мужчина ответил ему улыбкой.

— На них можно положиться. Но тревожит меня не только это. Я не знаю, какие гильдии можно просить о помощи. И рад, что позвал вас сегодня... Услышав твои слова, я снова решил просить о помощи «Танцующий меч». Мне жаль, что история Фанда была прервана... Я бы хотел услышать историю авантюристов «Танцующего меча» до конца.

— Да, конечно. Для меня честь ответить на вашу просьбу. Я с радостью расскажу.

Услышав слова графа Мондо, солдаты слегка нахмурились. У старика были они, но работа доставалась авантюристам, что было настоящим унижением. Но им было ясно, что они получили и без того больше, чем заслуживали.

Когда Юноса пригласили в особняк графа Мондо, он уже предполагал, что случится и приблизительно обо всём знал.

— Робин Гуд вернулся в город... Он точно нацелился на мою голову. Зная его характер, он вскоре нападёт на особняк. Я хочу, чтобы вы остались здесь... И помогли моим солдатам обеспечить безопасность.

Бывший сильнейший авантюрист Балайры, Робин Гуд. Когда-то он был главой небольшой гильдии. Их было немного, но они были элитой, и когда в лесу появился король огров, несмотря на запрет графа Мондо, они отправились его уничтожить.

Огры — это монстры похожие на людей с двумя рогами. Когда они встречаются с сородичами, начинают сражаться и убивают друг друга.

Убивая сородичей, огры выделяют уникальное вещество в своём мозгу, копят ману в рогах, красные тела обретают слегка синеватый оттенок. Так они могут распознать более развитых огров, и иногда они отказываются от своих земель, подчиняясь сопернику.

Король огров — синий монстр, поглотивший множество своих сородичей. Он куда сильнее обычных огров, к тому же чаще всего его сопровождает толпа простых сородичей.

Подчиняющиеся огры становятся не такими агрессивными, а их интеллект растёт. И если попытка убить короля провалится, он может вывести свои войска из леса и напасть на город. Сражение будет идти до победного конца.

Робин Гуд ослушался графа Мондо и повёл свою гильдию против короля огров и его воинов. Это было эгоистичное желание испытать себя и попросту тщеславие.

И если бы всё получилось, они бы стали героями. Но в итоге после смерти короля огров, некоторые смогли сбежать, а потом напали на Балайру, забрав много жизней. Жена графа была среди пропавших, а позже обнаружили её изуродованный труп.

Все члены гильдии Робин Гуда были казнены, сам же он сбежал из-под охраны и на какое-то время пропал. И вот мужчина вернулся в Балайру. Было ясно, что он хотел отомстить за смерть подчинённых.

«Робин Гуд?..»

Юнос был одним из сильнейших авантюристов в городе, но понимал, что уступал Робин Гуду. Но кое-что он мог сделать. Никто не заставлял сражаться один на один. И если Юнос и дальше будет выполнять поручения графа, его доверие будет лишь укрепляться.

— Ваш приказ — честь для нас. К тому же... Из-за Робин Гуда погибло несколько наших людей. Это будет нашей местью. Мы с радостью принимаем ваше предложение.

Это была ночь через несколько дней с тех пор, как Ламбер вместе с «Танцующим мечом» посетил графа Мондо. Десяток человек в робах до самой земли шли по трущобам Балайры. Будучи осторожными, они направились в развалины и спустились в подвал.

За длинной лестницей была железная дверь, которую они открыли. А за ней была комната, где сидел на стуле одинокий старик.

Он был бледным, худым и болезненным. Обычные европейские глаза были с прищуром, лысая голова была до странного вытянутой.

На стене были прибитые кольями трупы. Животы были вспороты, внутренности изъяты, руки были вырваны. На столе перед стариком была человеческая голова, с которой была содрана кожа, удалена черепная кость и теперь красовался мозг.

Мозг был истыкан иглами, сам он был ядовитого зелёного цвета.

— Ё-хо-хо-хо, с приготовлениями покончено? — издав жуткий голос, старик повернулся. Шедший первым высокий мужчина в робе склонил голову и встал на колено.

— Да, Мандзи из восьми мудрецов! Мы исследовали способности авантюристов на западе Балайры, но беспокоиться не о чем.

— Вот как, понятно. Хо-хо, хо-хо-хо...

В антиправительственной организации «Свистящий демон» восемью мудрецами называли восемь руководителей. И одним из них был «Трупный старик» Мандзи.

Одновременно с помощью некромантии можно было управлять пятью людьми. Но у старика было ненормальное количество маны, и его навыки были за пределом здравого смысла. У него была книга известного мага времён войн, и он использовал её для сотворения мощных заклинаний.

Некромантия Мандзи позволяла при определённых обстоятельствах использовать пять сотен человек. Никто не мог с ним сравниться. Во всём Региосе по жестокости он считался монстром, этого беспощадного мага стоило бояться.

Он родился в семье аристократов. Но уже тогда обладал странной внешностью. У него была уродливая голова с опухолями. При его виде люди падали в обморок. После рождения его спрятали в подвале, подальше от людских глаз. Там же, в запертом подвале Мандзи и учился.

Однако это привело к катастрофе. Первой же своей магией он убил приглашённого молодого мага. Но мать, понявшая, что у сына талант в магии наоборот обрадовалась этому. У жившего в подвале несчастного Мандзи оказался талант, что делало её счастливой. И она любила его своей искажённой любовью.

Благодаря своему положению родители скрыли инцидент и приглашали учителей одного за другим. А Мандзи убивал учителей, слуг и детей, приглашённых в гости.

И вот его интерес в магии сместился от жестокости к смерти. Он использовал запрещённую магию на вскрытых жертвах.

И однажды он убил родителей, слуг и солдат, и обратил в нежить. Ни маги в доме, ни солдаты не смогли остановить Мандзи. Окружённый нежитью, смеясь, он неторопливо покинул особняк. Тогда ему было всего пятнадцать.

Сейчас же Мандзи было больше семидесяти, и он углубился в понимание некромантии благодаря своим нескончаемым исследованиям, его умения в магии даже в таком возрасте совершенствовались день ото дня. И даже сейчас он не знал об ослабевании маны. Его сила в это время была ни с чем несравнима. Как монстр он жил, как монстр совершенствовался и как монстр достиг своего идеала.

— Когда мы получим отчёты от других разведчиков, то сможем без осложнений исполнить наши планы. Город с ведущими авантюристами Балайра падёт, а королевство Региос ослабнет...

— Ё-хо-хо-хо... Меня это не волнует, — возбуждённо смеясь, сказал Манзди, облизав губы длинным языком.

— А?..

— Я лишь хочу увидеть. Как этот город заполонят трупы... Ах, ах, да, да, да-да-да, такое зрелище... Ах, быстрее, когда же вернутся другие разведчики... Меня не волнуют эти земли, как и «Свистящий демон». Мне плевать на всё это. Ведь мне нужны лишь трупы. Ё-хо, ё-хо-хо-хо, ё-хо-хо-хо. Быстрее бы... Ах, я уже в предвкушении... — тяжело дыша, он, не способный успокоиться, тыкал иглой в мозг на столе. В помещении разносились хлюпающие звуки.

— М…

Слова Мандзи заставили подчинённого содрогнуться, он попятился назад.

В магазине магических предметов, расположенном в подвале трущоб Балайды, Ламбер столкнулся с двенадцатью магами.

— Увы. Ты собирался проникнуть в наше убежище тайком и всё погромить в гильдии «Башня с часами в ночи»?.. Но на самом деле это мы тебя сюда впустили. Мы уже знаем, что за нами идёт кто-то как ищейка.

Это сказал Ламберу самый старший из них, мужчина, которому было около сорока пяти.

У него были татуировки на лице и затуманенные глаза. На языке был золотой пирсинг.

Звали его Нидвар. А прозвали «Ядовитый Нидвар». Он был главой незаконной гильдии «Башня с часами в ночи» и разыскивался в Региосе.

— У тебя была женщина, которую ты оплакивал? Неужели ты решил отомстить за любимую. Увы, она стала моей. Она же была хороша? И схватить её было весело.

После слов Нидвара другие маги засмеялись.

— Этот тип в броне — просто крыса в ловушке.

— Что и ожидалось, господин Нидвар! Как узнали, что нас ищут, стали действовать.

— Может будешь умолять сохранить тебе жизнь? Если нам понравится, господин Нидвар может и отпустить тебя.

И вот Ламбер разочарованно проговорил:

— Я пришёл проверить... А тут мелочь. Я попусту потратил время.

Его плечи поникли, он прижал руку к шлему, а маги стали окружать его, готовя свои посохи.

— Не убивать. Я хочу знать, кто приказал ему найти нас!

По сигналу вспыхнуло пламя. А Ламбер, по которому должен был прийтись удар, пропал и оказался в другом месте.

— А?..

Огненные сферы точно обходили доспех Ламбера. По сравнению с его богоподобной скоростью огонь будто застыл.

Пропадал, появлялся, пропадал, появлялся. Хоть Ламбер и был в поле зрения, Нидвар не мог уследить за ним. И вот мужчина оказался перед одним из магов.

— А...

Стоило магу понять это, огромный меч отсёк его голову, тело отлетело и ударилось об стену. Ламбер ушёл вбок и убил следующего мага. Разобравшись с ним, он перешёл к следующему.

— С-стой! Стой! — один из магов направил на него посох. Дрожащей рукой он собирался использовать магию, но под давлением безвольно опустил руку.

В итоге Ламбер убил его, а тот даже не сопротивлялся. Идя по кругу, он убивал магов одного за другим. Остался последний, Нидвар.

— З-зря радуешься! Вперёд, ядовитые змеи!

С кончика посоха Нидвара три красные змеи бросились на Ламбера.

Пусть они были из маны, но пока в них была мана, то двигались они так, будто обладали волей. Они извивались в воздухе, и даже если уклониться, они последуют за тобой.

Расстояние было небольшим, так что уйти от всех было сложно. К тому же на клыках был яд, который лишал сознания. Если же коснуться чешуи, наступит паралич, и ты уже не сможешь сражаться.

Это была опасная техника. И именно эта магия стала прозвищем Нидвара.

Вот только против Ламбера это было бесполезно. Его меч описал круг, лишив всех змей голов. И даже если бы он этого не сделал, мог просто раздавить своим доспехом из органа, но ему были дороги доспехи, которые были лишь у четырёх генералов, потому он не собирался пачкать их змеиным ядом.

— С-стой! З-за мной стоят «Смертельные циркачи». Убьёшь меня, они будут преследовать тебя до скончания дней! И будешь жить, боясь собственной тени. Больше ты не сможешь спокойно спать по ночам...

— К сожалению сон мне не нужен.

Ламбер уже убил заместителя главы «Смертельных циркачей». И если так, то на него должны были нацелиться ещё тогда. Потому теперь в угрозах не было никакого смысла.

Удар Ламбера вошёл в живот и насадил Нидвара на стену. Мужчина повис в воздухе. Когда Ламбер вынул меч, противник упал.

Глядя в лицо умершего Нидвара, мужчина покачал головой и вздохнул:

— Промашка.

Он продолжал искать «Свистящего демона». Если они собирались напасть на Балайру, то должны были уже находиться здесь. Первый он ударить не мог, потому собирал информацию и выискивал места, где собирались подозрительные маги.

Он убрал огромный меч в ножны и покинул логово «Башни с часами в ночи».

Он шёл по районам бедняков, когда его взгляд зацепился за нищего в тряпье. Он выглядел непривычно для этих мест и от него на миг повеяло жаждой убийства. Ламбер остановился, а бедняк поднялся и побежал прочь. Видя его, мужчина понял.

Это бог войны Робин Гуд замаскировался под нищего. Тайком он бродил по городу и внезапно наткнулся на Ламбера, поняв, что обмануть не выйдет, мужчина предпочёл сбежать.

Ламбер последовал за Робин Гудом.

— Прости, одолжу, — Робин Гуд пнул мужчину, ведущего лошадь, запрыгнул на неё, пришпорил и ускакал. Люди в спешке уступали ему дорогу.

«Как-то сбежал. Пока я умереть не могу... И всё же на лошади я привлекаю внимание. Надо где-то скрыться...»

Когда Робин Гуд остановил лошадь, позади он услышал крики и голоса восхищения. Думая, что там, он услышал звук, напоминающий топот копыт. А ещё была жажда убийства, не веря в это, он обернулся.

И увидел мужчину в доспехах, который бежал за ним, не уступая лошади по скорости.

— Да что за шутки такие.

Заставляя лошадь скакать быстрее, Робин Гуд скинул с себя тряпьё, он взял лук и наполовину обернулся. Мужчина выстрелил в преследующего его Ламбера. А тот отбил её и отбросил.

И даже не сбросил скорость. Робин Гуд побледнел. Такого ведь не могло быть. Это казалось безумием.

«Чёрт. Был бы со мной Сераф, я бы сбежал!»

Хоть и приходилось маневрировать по улицам района для нищих, Ламбер не собирался сбавлять скорость. Бежал так, будто не мог устать.

А людской поток становился всё оживлённее. Робин Гуду ничего не оставалось, кроме как спрыгнуть с лошади, он перекрутился в воздухе и приземлился. Мужчина собирался сбежать узкими улочками. Он уже собирался уйти в проулок у большого здания, когда остановился.

— ?..

Ламбер не понял, зачем он сделал это.

Если остановится, вероятность быть пойманным возрастёт. Он не боялся того, что его могут узнать и даже не постеснялся украсть прямо на улице лошадь, но сейчас почему-то остановился.

Дверь здания была выбита изнутри. Оттуда хлынули авантюристы, полные жажды убийства. Глаза у них закатились, а изо рта капали слюни.

А ещё движения их были какими-то закостенелыми. И в них не ощущалось жизни.

«Такие неуверенные движения... Это масштабная некромантия?!»

Никто не использовал масштабную магию смерти в городах. Ламбер понял, что «Свистящий демон» сделал свой ход.

Нежить хлынула из здания крупной гильдии «Армия демонических муравьёв». Это была одна из сильнейших гильдий Балайры. Их преимуществом перед другими было подавляющее число авантюристов.

Сами по себе они были не так сильны, но во всём королевстве было непросто найти гильдию численностью в восемьдесят человек. И в Балайре они обладали немалым влиянием.

И авантюристов из «Армии демонических муравьёв» лишили жизней, обратили в нежить и управляли их телами с помощью некромантии. Выходившие люди с оружием в руках бросались на прохожих. На улице начался хаос.

— Ч-что!..

— Бежим! Они похоже сошли с ума!

Мёртвые авантюристы хватали, окружали, наносили удары оружием, кусали и убивали.

Внимание Ламбера переключилось с Робин Гуда на «Армию демонических муравьёв». Он направился прямо в их штаб.

— Э-это я! Господин Эдгар! Очнитесь! — окружённая нежитью авантюристка в слезах кричала на одного мужчину. Её меч в руках дрожал, а мужчина раскачиваясь приближался, и женщина выронила оружие.

Мужчина с красными от крови глазами вытянул два ножа в руках в направлении женщины и ускорился. Готовясь к худшему, она закрыла глаза, но Ламбер выбил перчаткой нож и отбросил его. Мужчина отлетел к другой нежити и упал.

— А...

Упавшая авантюристка вначале посмотрела на упавшего мужчину, а потом осуждающе глянула на Ламбера.

— Он уже мёртв. Ему не помочь. Лучше уходи. Нельзя, чтобы все разбредались.

Слова были холодными. Но в то же время справедливыми. Вызвавшие это наверняка недалеко. И если всех спасать, отпуская нежить, в итоге мёртвых станет только больше.

И тут сверху прилетели стрелы. Они пробили три колена мертвецов, и они упали. На крыше стоял рыжий мужчина с луком и стрелами, Робин Гуд.

— Говорить ты точно не умеешь, — скучая пробормотал он, готовясь к следующему выстрелу. Три стрелы поразили колени трёх мертвецов.

Способ остановки нежити, вызванной некромантией сильно варьировался в зависимости от магии. Лучше всего пробить голову, даже с одной ногой они были способны ползать. Чтобы обезопасить себя, стоило лишить их ног. В таком случае надо целиться в суставы, и умения мужчины были впервые полезны.

— ...

Ламбер и Робин Гуд переглянулись. Ламбер слегка кивнул и переключился на мёртвых авантюристов. Они заключили временное перемирие.

Действия Робин Гуда казались Ламберу нелогичными. Недавно он напал на хороших авантюристов. Его удивило, что этот человек привёл в город толпу огров и сбежал, испытывая неприязнь к лорду. Можно сказать, что он был саморазрушительным.

Но сейчас численность врагов была иной. Мёртвых авантюристов было не меньше пятидесяти. И они могли нанести больше вреда, чем Робин Гуд. Так что сейчас было не до возни с ним.

«... Пусть уходит».

К такому решению пришёл Ламбер.

Похоже Робин Гуд отдал приоритет нежити, которая нападала на людей, и делал её недееспособной. И Ламбер был благодарен за это.

Если бы он остановил Робин Гуда, жертв могло стать больше. Пока Ламбер решил его оставить, а когда всё успокоится, снова найти.

— Ха-а-а!

Взмах клинка разрубил нежить пополам. В движении не ощущалось неуверенности. Раньше они были людьми, но сейчас всего лишь трупы.

На поле боя доброта только мешает. Маги, манипулирующие нежитью, были и во время войны восьми государств. Сомнения ведут к просчётам. Ламберу доводилось убивать даже своих подчинённых.

— Хи-и! Спасите! Спасите меня! — пожилой мужчина полз. Он что-то держал в руках.

Видя его, Ламбер согнул ноги, прыгнул и встал перед ним. А потом нанёс удар по диагонали сверху вниз.

— Агха! П-почему?..

Тело мужчины было разрублено пополам и завалилось. На землю упал треснувший чёрный кристалл. А потом точно по сигналу нежить начало тошнить красно-зелёной жидкостью, после чего все мертвецы упали. Чёрный кристалл растворился.

Чёрный кристалл мёртвых... Он обладал силой управлять армией мёртвых. Большую часть компонентов составляет мана призывающего.

Перед призывом мёртвых маг создаёт кристалл и с помощью магии управляет нежитью.

Ламбер был нежитью и мог учуять запах живых. Он ощущал энергию живых, основой которых была мана, так что легко мог понять, живой перед ним человек или нет.

Так что теперь ему было по силам разглядеть скопление маны. Он заметил подозрительного убегавшего человека. Тот притворялся жертвой, распространяя эффект чёрного кристалла мёртвых.

— ...

И всё же странно.

Этот человек не мог в одиночку убить всех в «Армии демонических муравьёв».

Кто-то должен был напасть на гильдию, а его оставили управлять кристаллом. И тут издалека стали доноситься крики. И не с одного направления. Они были в разных местах Балайры. В дорогу вонзилась стрела.

— Я пойду туда. Ты — в другую сторону. Идёт? Думаю, неплохая сделка, — сверху прозвучал голос Робин Гуда. Территория была слишком большой, а если сильные люди рассредоточатся, они смогут снизить урон. И если они будут держаться подальше друг от друга, то и риск возникновения новых проблем будет ниже.

Когда он отыграет свою роль, сможет легко сбежать.

— ...

Ламбер повернулся спиной к Робин Гуду и побежал. Когда мужчина спрыгнул сверху, Ламбера уже не было видно.

— Пока такая суматоха, можно выполнить свою цель... Только ничего в этом радостного точно не будет, — тихо пробормотал Робин Гуд, глядя туда, куда побежал Ламбер. Потом засвистел. И на дороге появился его бледный конь Сераф. Робин Гуд запрыгнул на него и поскакал в противоположную от Ламбера сторону.

По приказу графа Мондо командир солдат Гласко взял большую часть своих воинов и направился в центральную часть города, чтобы подавить беспорядки. Их было около сотни.

Было не так много смысла направлять солдат в центр для подавления беспорядков. Ведь там в городе авантюристов Балайре находилась третья по силе гильдия «Серебряная воля». Вокруг них были гильдии среднего ранга.

Глава гильдии авантюристка Михаэла заслуживала находиться на вершине благодаря своей силе, она была хорошим человеком с сильной волей и чувством справедливости. Если перед их штабом что-то случится, она так просто это не оставит.

Но переживавший из-за «Свистящего демона» граф Мондо видел ситуацию в другом свете. Информации пока было мало, но он решил разослать людей.

К счастью в особняке были члены «Танцующего меча», защищавшие от бога войны Робин Гуда. Хоть охрана и ослабла, оставалось верить, что они справятся.

— Тц! Граф отослал нас и оставил этих! — плевался проклятиями Гласко, направляясь в центр. Ему эта работа казалась простой. И группа магов, сошедших с правильного пути при том, что Региос уже давно ни с кем не воевал и жил в мире, показалась ему ненормальной.

Похоже «Серебряная воля» уже подавила беспорядки. Проще было использовать для всего этого «Танцующий меч», как думал Гласко.

— Граф отослал нас, действительно считая, что стоит оставить этих как основную боевую силу? — пробормотал кто-то. Гласко услышал это, и настроение стало ещё хуже.

Но когда они подошли к центру, где был хаос, они услышали крики и увидели убегающих людей, потому мужчина сразу передумал.

— Слава богу!.. Солдаты графа Мондо... Слава богу!..

Обычно люди держались от жестоких солдат подальше, но теперь со слезами на глазах смотрели на Гласко.

— Ч-что?! Что тут происходит?!

Подошедшая женщина упала на колени и стоявший впереди Гласко спросил. Измотанная, она продолжала смотреть вниз, когда ответила на вопрос:

— Да, люди из «Серебряной воли»... Стали нападать на людей!

Услышав это, Гласко опешил. Беспорядки устроила одна из лучших гильдий «Серебряная воля». Если это правда, Гласко с ними не справится.

В индивидуальном мастерстве была разница между солдатами, устроенными благодаря связям, и пробивавшимися благодаря силе авантюристами.

— Ч-что за чушь ты несёшь?! Не надейся, что так легко отделаешься, если решила обмануть меня! — Гласко схватил женщину за загривок и поднял. Но она не испугалась. Женщина была полностью истощена.

— Мой муж... Его убила... Госпожа Микаэла...

Было не похоже, что она врёт. На лбу Гласко выступил пот.

После случая с богом войны Робин Гудом она стала самой популярной авантюристкой в городе, Микаэлу из «Серебряной воли» называли богиней с мечом. Её утончённость и добрый характер лишь поднимали её популярность, но основной её популярности всё же была сила.

Надо было отступать. Пока он не встретил людей из «Серебряной воли», но было странно, что пока ничего не происходило. Против них были нужны хотя бы «Танцующий меч».

— Тц. Эй, парни! — с женщины Гласко перевёл взгляд на подчинённых.

— Э-это, господин солдат!.. — горожанка звала Гласко.

Но он не ответил. Ему было ясно, что она скажет. Даже если они не смогут остановить врагов, то хотя бы должны помочь жителям сбежать.

И Гласко считал это чушью. Ставкой была жизнь. Кто обрадуется, принеся себя в жертву? Да и ничего они сами не сделают. Гласко и сам это прекрасно понимал.

И тут в его голове всплыли слова мужчины в броне.

«Авантюристы и солдаты — совсем разные люди. Если начнётся сражение, большая часть авантюристов просто уйдёт. Есть разница между нанятыми авантюристами и частной армией. Если это место будет в опасности, сколько человек согласятся рискнуть своей жизнью?»

«От твоих солдат можно ничего не ожидать».

Всё и так было ясно. Они не могли исполнить свой долг как солдаты. Если они сбегут, мужчина не мог представить, сколько человек погибнет.

«Ничтожества. Солдаты не имеют права показываться в таком неподобающем виде».

Он скрежетал зубами. Зубы с левой стороны были выбиты Ламбером, потому вместо них были вставлены металлические.

«Был бы я таким же сильным. Тогда бы с лёгкостью смог пойти...»

Через какие бы тренировки он ни прошёл, разница была в таланте. Гласко был уверен, что он лучше второсортных авантюристов.

Однако авантюристов в Балайре было много. И ему было далеко до первоклассных бойцов. На десятки обычных приходился один талантливый. Вот только Гласко никогда не подпускал авантюристов, которые были сильнее него, он просто не мог согласиться с этим.

И теперь мужчина думал, какой же он жалкий. Хоть Гласко и был старшим сыном, его изгнали из дома и отправили к графу Мондо.

Все считали его паршивой овцой. Но граф тепло принял его. И он поклялся посвятить свою жизнь ему.

— Парни! Дальше опасно. Неизвестно, что там происходит! Нас всех могут перебить! Но те, кто готов к этому, следуйте за мной! Не хватало ещё сбегать!

Голос Гласко дрожал. Лицо дёргалось, скованный страхом, он пытался расшевелить себя криком.

— Г-господин Гласко!..

Его солдаты были верны ему. Их тревожила текущая ситуация. Переглянувшись, они вытащили оружие и пошли за командиром, полные решимости сражаться.

— Господа солдаты!.. — горожанка смотрела на Гласко.

— Меня зовут Гласко! Не забывай! — яростно прокричав, он направился в центр беспорядков. Ни один человек не оставил его.

В центре Балайры обращённые в нежить члены гильдии «Серебряная воля» устроили резню.

Когда-то белая форма теперь была перепачкана землёй и грязью. Кожа была бледной и холодной. Открытые глаза стали безжизненным.

— Ки-ха, ки-ха-ха-ха-ха-ха... Ха-ха-ха-ха-ха!

На горе трупов смеялась глава гильдии «Серебряная воля» Микаэла.

В её серых глазах виднелись тонкие кровеносные сосуды. Шея изогнута. Рука с мечом просто свисала. В ней было не узнать ту, кого называли богиней меча.

Но по количеству трупов вокруг было ясно, что её умение владеть мечом хуже не стало. На груди каждого трупа была красная дыра.

— Как такое вообще могло случиться? — Гласко вытащил длинный меч и прикрыл глаза, он старался успокоить своё неровное дыхание.

— Вперёд! Их не больше тридцати! Не сдерживайтесь! Убивайте! Их уже не спасти!

Мёртвых авантюристов из гильдии было около тридцати. А против них выступали почти сто солдат графа.

Как бы они ни были хороши, их было втрое меньше. Они убивали людей без причины и при виде солдат под предводительством Гласко, стали нападать и на них.

Начался бой. Перед Гласко оказался мужчина с двумя тонкими клинками.

При жизни его называли «Двурукий Балтетт». Гласко знал его.

Мужчина шатался. Вправо, влево. А потом он подошёл в упор, атакуя двумя мечами.

Гласко отразил удар, делая ответный выпад. В мастерстве он значительно уступал, но физически был куда сильнее Балтетта.

Мертвец умело отбивался и продолжал давить. Он действовал быстрее, чем Гласко успевал атаковать.

— Аданда, сейчас!

— Да!

Находившийся позади подчинённый Аданда вышел вперёд, нанося в живот удар, которого Балтетт не ожидал. Изогнув руку, мужчина отбился, вот только положение ног было неудачным, потому тело стало крениться.

— У-о-ра-а!

Гласко положился на силу и ударил. Левая рука, которую Балтетт поднял, чтобы защититься была отрублена, удар пришёлся в живот.

Кость была сломана. Левая рука с мечом упала на землю, и сам Балтетт завалился на спину чуть дальше.

— О-отлично, задавим их числом... — бормотал Гласко, когда услышал мерзкий смех.

— Ки-ха, ки-ха-ха-ха-ха.

Он принадлежал главе гильдии «Серебряная воля» Микаэле. Она выделялась даже среди сильнейших. Раскачиваясь, она шла, выбрав целью Аданду, она согнула спину и рванула вперёд.

— Эй, Аданда, осторожнее!

Аданда выставил меч, защищаясь от Микаэлы. Должен был. Но её меч прошёл мимо, вонзившись в грудь, остриё погрузилось в плоть.

Микаэла специализировалось на том, чтобы протыкать противников. Точечную атаку отразить куда сложнее, и скорость удара была очень высока. Движения были настолько хороши, что было сложно даже разглядеть их.

— А-Аданда... — поражённо пробормотал Гласко.

А позади Микаэлы встал мужчина. Это был смертельно раненый Балтетт. Из раны на животе вытекала кровь, там виднелись окровавленные внутренности.

И даже с такими ранами он спокойно стоял. Без руки он должен был ослабнуть, и всё же то, что умирающий противник снова поднялся, казалось настоящим кошмаром.

— Б-быть не может, эй...

Не только Гласко понял, что всё плохо. Вначале преимущество было на стороне солдат, но перед израненной, но продолжавшей подниматься нежитью их становилось всё меньше.

Позади Гласко раздался крик. На прикрывавшего мужчину сзади бойца набросилась нежить, схватив за шею, и повалила на землю.

Солдат было больше, но теперь нежить окружила их с трёх сторон.

— Чёрт, сколько их... Зря я полез. Стоило убегать, — Гласко тяжело вздохнул, осмотревшись. С тех пор, как он пришёл, здесь всё ещё виднелись жители.

— Почему это? Что-то мне это не нравится.

Подняв меч, он направился к Микаэеле. Вытянувшись, она направила кончик меча в Гласко.

— Мёртвым полагается тихо лежать!

Гласко занёс свой меч. Он точно отвечал на выпад Микаэлы.

Дальше последовал удар женщины. Но с её уровнем она могла легко забрать жизнь такого как Гласко. Техника была простой, но траектория её удара шла по самому короткому маршруту и была самой эффективной.

Меч Микаэлы коснулся тела Гласко. А его меч был прямо над головой женщины.

В её умениях, которые были направленные на точечные удары, имелся один серьёзный недостаток. Даже если ты убивал, но при этом не мог остановить удар противника.

Как сейчас даже после того, как Гласко получил серьёзное ранение, его меч шёл прямо в голову Микаэлы.

Женщина сменила направление оружия, разрезав живот, она отбилась. А меч Гласко ударил лишь по земле. Не удержавшись под тяжестью оружия, он упал на колени.

— Ух... Ч-чёрт...

Из-за того, что Микаэла решила не протыкать сердце, мгновенной смерти он избежал. Но ситуацию это не меняло. Скорее уж всё становилось только хуже, ведь он не справился с противницей.

Со спины приближался однорукий Балтетт. Краем глаза Гласко увидел его взгляд и, приготовившись, закрыл глаза.

А потом меч рассёк ветер. Он слышал как плоть и кости разрываются на части. Гласко подумал, что это его тело разрубили, но боли не было.

Подняв веки, он понял, что был ещё жив, и обернулся. Посередине Балтетта была красная линия. Он упал на колени, а потом завалился на землю. А его тело развалилось на правую и левую половинки.

А позади стоял здоровенный мужчина в броне.

Гласко начал моргать, убеждаясь, что это и правда появившийся из неоткуда мужчина в броне. Это точно был он. Это был мечник, который столько раз пристыдил его и при этом обладал пугающей силой.

— Т-ты.

Лицо побледнело, он взирал на великана перед собой. В глазах была ненависть.

Ламбер протянул руку Гласко. Вспоминая, как он дважды проиграл, лицо мужчины исказилось. Но сейчас было не до побега, он схватился за руку Ламбера. Своей огромной силой он заставил Гласко встать.

— Ух...

Всё перед глазами пошатнулось, он снова посмотрел на разрубленного пополам Балтетта. Бой с ним был непростым, а теперь это лишь безмолвный кусок плоти.

«Этот в броне... Я знал, что он невероятно силён, но чтобы настолько!..»

Он казался ничтожно маленьким перед угнетающей мощью Ламбера.

«Он пришёл что-то сказать? Сообщить, что я бесполезен? Этот нахал... Лучше уж смерть, чем когда тебе помогает твой враг».

Рука Гласко напряглась.

— Вижу, ты слегка смягчился. Я беру назад свои слова.

Ламбер положил руку на напряжённое плечо Гласко.

— Что... — мужчина был озадачен, а Ламбер продолжал:

— Ещё можешь двигаться. Отдавай приказы. Пока мы не разберёмся со всем, ничего не закончится. Враги повсюду.

Рана на животе и правда была неглубокой. Хотя соображал он плохо. Всё было как в тумане. Мужчину хватало лишь на то, чтобы стоять.

— Я больше ничего не могу...

— Неправда. Разве солдаты графа не последовали за тобой? Вы ринулись в бой, даже понимая, что вряд ли победите. Ты же можешь продолжать? Генерал не имеет права пасть. Ведь это может обескуражить его подчинённых.

Сказав это, Ламбер повернулся спиной и ушёл, держа огромный меч. Удивлённый Гласко какое-то время смотрел на его спину. А потом поднял свой меч и закричал:

— Я в порядке! Мы ещё можем сражаться! Парни! Врагов осталось всего двадцать!

Его подчинённые ответили на слова своего командира. И этого хватило, чтобы восстановить их дух.

Перед Ламбером стояла глава гильдии «Серебряная воля» Микаэла.

— Ки-ха, ки-ха-ха... Ки-ха-ха-ха-ха-ха! — пустые глаза смотрели на него.

— Будешь и дальше прятаться там? К сожалению для тебя, мои глаза могут отследить ману.

Ламбер посмотрел на гору трупов за женщиной. Тела зашевелились, и оттуда высунулся перепачканный кровью небольшой и толстый мужчина. Он слизал со щеки неизвестно чью кровь.

— Назад, женщина. Защищай меня.

После его слов, Микаэла отпрыгнула назад к мужчине. Её меч всё ещё был направлен на Ламбера.

Мужчина погладил волосы Микаэлы, лизнул щёку, а потом пожал плечами и улыбнулся. Из-под робы показалось лицо. На правой стороне лица от лба и до рта на его обезображенном лице были гнойники.

— Ке-ха, ке-ха-ха-ха, ке-ха.

Разума в Микаэле не было, она просто безумно смеялась, согнув спину и вытянув меч, она застыла в прекрасной позе.

Мужчина в робе не проявлял беспокойства из-за того, что его раскрыли. Он был уверен в себе.

— Эта женщина хороша. Здорово, что мне доверили это место, — говоря это, он поглаживал золотистые волосы Микаэлы. — Когда я уйду, и мы разрушим Балайру, я сделаю её своим питомцем.

Ламбер оттолкнулся от земли и направился к Микаэле.

— Здоровяк! Не подходи к Микаэеле, когда она в такой позе! — кричал Гласко Ламберу. Однако его было не остановить.

Она уже двигалась. Скорость её техники была нечеловеческой. Технику Микаэлы, которая сулила одну лишь победу в бою, называли «Падающая луна». Она протыкала противника ещё до того, как он успевал обрушить меч.

Уверенность мужчины была основана на способностях Микаэлы. Проверив заранее, он знал о её красоте и силе. И конечно же ему было известно о «Падающей луне».

— Ха, я думал, ты умелый воин, но на деле лишь обычный дурак. Додумался идти против Микаэлы в лобовой атаке! — мужчина смеялся. А Ламбер занёс свой огромный меч. Он вошёл в радиус её удара. Запястье женщины пошло вперёд. Остриё двигалось к Ламберу кратчайшим маршрутом. Уголки рта мужчины были подняты в улыбке.

Но в следующий миг тело Микаэлы разразилось фонтаном крови и отлетело назад. Она лишилась левой руки, начиная с плеча. Она ударилась о землю, правая рука вытянулась. Левая рука с мечом тоже упала на землю.

Тело Микаэлы содрогалось в конвульсиях, и всё же она старалась подняться. Её тело дрожало, а потом точно у куклы кто-то перерезал нити, она упала и больше не двигалась.

Прямой удар Ламбера оказался куда быстрее, чем смертельная техника «Падающая луна».

— Б-б-быть не может! Как... Это ведь невозможно! Люди не могут так быстро двигаться...

— Думаешь, что люди не способны на такое, и всё же прости, я таким был и при жизни.

Пробившийся через защиту, Ламбер стоял перед мужчиной с мечом в руках. Тот вскрикнул и начал отступать. И тут он вспомнил и протянул чёрный кристалл мёртвых Ламберу.

— Вот. Эй, ты же хочешь его? Я стал подчинённым господина Мандзи случайно... Прошу, отпусти...

Взмах меча Ламбера заставил кристалл расколоться. Оказавшаяся на пути оружия голова упала точно гнилой плод. Нежить вокруг задрожала и упала.

Солдаты радостно закричали. Ламбер понял, что зловещая мана вокруг быстро исчезает, и убрал огромный меч в ножны.

Один из восьми мудрецов «Свистящего демона» «Трупный старик» Мандзи нападал на гильдии и обращал авантюристов в нежить, его подчинённые с помощью чёрных кристаллов мёртвых управляли трупами, вызывая хаос повсюду в Балайре.

И Робин Гуд после расставания с Ламбером пришёл туда, где обращённые авантюристы нападали на жителей.

Он разбирался с армией мёртвых верхом на любимом коне Серафе. И тут конь внезапно отступил от появившегося перед ним авантюриста.

Робин Гуд прострелил руку мужчины, напавшему на Серафа.

В итоге враг взмахнул пустыми руками, а мужчина, полагаясь на силу коня, пнул его в плечо.

— Впервые вижу столько нежити, вот только меня это не радует. Не самый приятный противник. Скорее уж мерзкий.

Робин Гуд уставился на стоявшего вдалеке мужчину в робе. В руках у него был кристалл, позволявший манипулировать нежитью.

Трупы ходили вокруг него. Было ясно, что они его защищают.

Ни о чём не заботясь, он целился в слабое место строя, приближаясь к мужчине. Оказавшись ближе, он стрелял в ноги и шеи, оставляя всё меньше способных двигаться противников.

— Прямо как лабиринт. Солидный у тебя строй, старик. Но твоя удача подошла к концу, когда появился я, — сказав это, Робин Гуд усмехнулся. — Хотя может тебе и повезло. Всё же пришёл именно я.

— Б-быть не может... Почему используя столько нежити, я не могу схватить одного человека?! Ещё остались такие люди?! — мужчина в робе поднял кристалл вверх. От него стал исходить чёрный свет. Робин Гуд понимал, что это была мощная мана.

Чем ярче сиял кристалл, тем хуже выглядел мужчина. На лице была боль. Его ману высасывало.

— Мёртвые! Быстрее... Быстрее, убейте его! Ошибка недопустима! Господин Мандзи не потерпит этого!.. — дрожащим голосом кричал он. Казалось, что он больше боялся Мандзи, чем восхищался им.

— Прости. Вы мне не интересны.

Выпущенная стрела направилась прямо в чёрный кристалл мёртвых. Мужчина попытался опустить его, но опоздал. Стрела пронзила его. Кристалл треснул и развалился на много кусочков. Нежить вокруг замедлилась, а потом стала падать и перестала двигаться.

— М-мразь!..

— Очень мило с твоей стороны, что ты поднял мою цель повыше. Дальше ты отправишься в ад, и ты встретишься там со своим боссом.

После того, как мужчина лишился стены из плоти, Робин Гуд выпустил вторую стрелу. Она пронзила грудь мужчины, подбросив его в воздух. Головой он ударился об землю и перевернулся, разбрызгивая кровь.

«Всё же я устал. Впервые вижу некромантию, мерзкая магия».

Изучение некромантии было запрещено законодательно, потому даже бывший лучший авантюрист Балайры толком ничего о ней не знал. Обычно такая информация была не нужна, но когда о враге нет информации, в бою это не очень удобно.

Находившийся на горе трупов Робин Гуд слез с Серафа и подошёл к трупу мужчины. Он подумал, что возможно у того есть какая-то магическая книга по некромантии. Мужчина задрал робу. Однако не нашёл ничего полезного.

«Ну, вряд ли бы получилось найти так легко».

Вздохнув, Робин Гуд, собираясь подняться, и понял, что любимый конь Сераф переполнен жаждой убийства. Он смотрел на мужчину и возбуждённо фыркал.

— Что такое, Сераф? Неужели какая-то иллюзия или помешательство?

Конь понёсся на Робин Гуда. Он собирался подняться, когда понял, что что-то собиралось вонзиться в его плечо.

Мужчина сразу же извернулся, защищая руку. Как лучник он не мог подставить плечо.

В итоге плечо Робин Гуд защитил, но вместо этого его укусили в живот. Зубы глубоко вонзились в плоть.

— Гха... Ч-чёрт!

Укусил его тот самый мужчина в робе. Глаза были пустыми, а из груди торчала стрела Робин Гуда.

Его же магия обратила его в нежить после смерти. Сдерживая тревогу, Робин Гуд оттаскивал от себя голову мужчины.

Но сил у того оказалось на удивление много. Пришлось ударить по голове коленом. В итоге шея сломалась. Голова вывернулась назад, а в зубах был кусок плоти с живота Робин Гуда.

Он был застигнут врасплох. Проявил неосторожность перед противником, владеющим неизвестной магией. Робин Гуд цокнул языком, проклиная собственную беспечность.

Чтобы уйти, мужчина попробовал встать, но мужчина в робе продолжал ползти за ним. Куда настойчивее всей остальной нежити.

Он мог легко застрелить его из лука, но похоже его удача закончилась, когда он приблизился.

Мужчина снова схватил Робин Гуда. И тут опустил голову Сераф и напал. И от удара головой коня оба противника разлетелись в разные стороны.

Робин Гуд перекатился, поднялся и сразу же пустил стрелу в мужчину. Начиная со лба и заканчивая животом, мужчина обрушил ураган стрел.

Глаза мертвеца закрутились, колени подогнулись и он упал.

— Спасибо, Сераф, вечно ты меня спасаешь.

Он нежно погладил коня по подбородку, когда тот подставил ему шею.

— Отдохнём немного...

Опёршись на здание, Робин Гуд сел. Вздохнув, он посмотрел вдаль. Он увидел огонь поднимавшийся над поместьем графа Мондо.

— Хотя видать не получится. Что, двух зайцев одним выстрелом. Похоже пора отправляться.

Робин Гуд поднялся и восстановил дыхание. Забравшись на Серафа, он поехал к горящему поместью графа.

Когда Ламбер уничтожил чёрный кристалл мёртвых, обращённые в нежить члены гильдии «Серебряная воля» снова стали простыми мертвецами.

Ламбер посмотрел на труп мужчины, защищавшего кристалл у его ног. Надо было всё зачистить, но он не знал, на каком расстоянии получалось управлять монстрами. Мужчина покачал головой.

— Стоит с помощью пыток выудить информацию. Нужно найти ещё кого-нибудь.

Когда нежить уснула, стали разноситься радостные голоса солдат. Выжатый смертью Гласко упал.

После удара Микаэлы он уже был на пределе. Однако как командир не мог упасть во время сражения. Подбодрённый Ламбером, он продолжал стоять.

И когда его роль оказалась сыграна, натянутая нить в нём порвалась. Его подчинённые сразу же поспешили к нему.

— Г-господин Гласко?!

— У, ух... Простите, больше я двигаться не смогу. Теперь надо эвакуировать людей.

Ламбер бросил взгляд на Гласко, но ничего не сказал и повернулся спиной.

— А!.. Эй, здоровяк в броне... Кто... Ты такой, эй! Эй! — сдавленный голос преследовал Ламбера. Он попытался встать, но стал падать вперёд, и подчинённые подхватили его.

— Ламбер Делакруа. Командир Гласко, ты не простой скучный человек, — Ламбер остановился и сказал это, не оборачиваясь, а потом пошёл вперёд. И солдаты зачарованно смотрели на огромную спину в доспехах.

В это же время в развалинах Балайры, шла женщина в чёрной робе и вертикальными шрамами на лице. Левая половина лица была нормальной, но на правом не было века и кожа была изуродована.

К тому же и рот, и глаза на правой и левой половине лица были жутко ассиметричными. За ней следовали двое мужчин в робах.

Звали её Адамалия. Её боялись, называя полуликой ведьмой. Обычно она скрывала лицо, но сейчас она не привлекала внимания обычных жителей, так что сняла с лица повязки.

Она была первой подчинённой мудреца Мандзи и как его правая рука исполняла важную роль. Ещё она была умна, потому пользовалась доверием в организации.

Половина мудрецов включая Мандзи были не из тех, кто общались напрямую. И большая часть взаимодействий проходила через Адамалию.

К женщине приблизился огромный жук, размером с ребёнка. Спина напоминала огромные глаза на стеблях, а на голове была целая куча человеческих глаз. Они двигались в разных направлениях. Адамалия приложила руку к глазу на спине.

— Расскажи мне, — проговорила она, и спина жука засияла, и этот свет стал проникать в женщину через руку.

Этот монстр был химерой, созданной в результате исследований «Свистящего демона». Его называли проклятым жуком, это было скоплением проклятий. Он умел скрываться и быстро перемещаться, а с помощью маны мог показывать магам «Свистящего демона» всё, что видел.

Он обладал высокой чувствительностью. Когда его мана заканчивалась, он просто исчезал, так что использовать постоянно его не выходило, но он позволял быстро понять обстановку на большой территории.

— ...

Левый глаз Адамалии закрылся, бровь двинулась, пока она думала. Правая сторона лица не двигалась вовсе.

Двое её подчинённых просто смотрели на неё и ждали информацию. Они думали о том, что сообщит им женщина.

Получаемая информация — это то, что видел сам проклятый жук. Мужчина в броне уничтожал нежить и убивал подчинённых Мандзи с кристаллами.

Всего один мечник уничтожил многочисленную гильдию «Армию демонических муравьёв» и более сильную «Серебряную волю».

Такого не могло быть. Что ни думай, такого не могло произойти.

— Чудовище... — пробормотала Адамалия, узнав о существовании мужчины в броне.

Это было слишком необычно. Серьёзно сказалось на их планах и стоило отомстить этому мужчине.

Хотелось, чтобы с ним разделался лично Мандзи, но старика больше волновал он сам, чем организация. Хоть он и выглядел старцем, но на деле оставался ребёнком. И не молодым парнем, а скорее малышом, который обожает давить жуков, так думала Адамалия.

Жестокий и скверный эгоист. Адамалии казалось, что у него не хватало духовных качеств, чтобы расти как человеку.

И говоря о неудачах, многие становились лишь начинёнными лекарствами мозгами на украшенном столе. Адамалия и сама видела слуг Мандзи, которым так не повезло.

— Похоже у нас есть неучтённый фактор. Давайте-ка заманим его в ловушку и уничтожим, — сказала Адамалия, облизав губы языком.

Следя за кристаллом, Ламбер шёл по кладбищу авантюристов «Месте, где покоятся безымянные герои». Оно находилось под управлением лорда, и авантюристы, относящиеся к гильдиям, в обмен на оставшееся имущество могли быть похоронены здесь.

Многие авантюристы жили вдалеке от дома. И у многих не было родни. Их всех хоронили в «Месте, где покоятся безымянные герои».

Однако они не знали, когда наступит их час, потому деньги водились у немногих. Да и хватало товарищей, которые с радостью накладывали руки на их пожитки. Это место было предназначено не для получения прибыли, а для того, чтобы отдать дань уважения беднягам, которые отдали свои жизни ради безопасности жителей и развития земель.

Ламберу неоткуда было знать об этом, но по статуе храброго воина с мечом у входа, дешёвым и неухоженным могилам он приблизительно понял.

И на всём кладбище была лишь одна странная огромная гробница. Она принадлежала герою, благодаря которому и появилось кладбище.

Герой прошлого Балайры, Хилдиас Армгреин. Говорят, что он потерял свою жизнь, защищая город от вторжения монстров сорок лет назад.

И вокруг лежало два десятка связанных мужчин и женщин с мешками на головах. Большинство были мертвы, но кто-то ещё дышал.

Их кровью и плотью были нарисованы магические письмена. Сделавшие это использовали какую-то магию.

Рядом с могилой было двое мужчин. Один был в чёрной робе, напоминал скелета и сидел перед могилой. В руках у него был странно сиявший чёрный кристалл мёртвых.

— Как и сказала госпожа Адамалия. Он появился.

Его защищал здоровенный мертвец. В его глазах не было видно жизни. Словно жнец, облизывая губы, он смотрел на Ламбера.

— Однако было ошибкой приходить сюда. Мы столько времени всё исследовали, но госпожа Адамалия тоже ничего не выяснила о тебе, хотя ты ведь бродяга? Но имя должен был слышать. Герой Балайры Хилдиас. Хи-хи, ваш герой теперь наш слуга. Слышал, ты исключительно силён... Так кто же исключительнее, ты или герой?

Когда мужчина договорил, здоровяк, герой прошлого Балайры Хилдиас заревел и взмахнул топором.

— Фу... Фу... Фугру-о-о-о-о-о-о!

— Встретиться с героем! Вот она, возможность! Ха-ха-ха-ха! Мертвый герой уничтожит город, отдавший ему последние почести... Какая ирония!

Хилдиас несся на Ламбера со скоростью, невообразимой для гиганта. Оттолкнувшись от земли, он прыгнул. И в прыжке летел на противника. Находясь в воздухе, Хилдиас внезапно и точно взмахнул топором.

Это была техника мгновенного убийства, предполагающая внезапную атаку и удар по нечитаемой траектории. К тому же удар усиливал вес мужчины, это умение использовало все его преимущества. На огромной скорости топор целился в голову Ламбера.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Да, да! — разнёсся смех мужчины.

А в следующий миг плечо Хилдиаса оказалось разрублено. Огромный топор с рукой полетел к земле. А потом тело прямо перед Ламбером развалилось пополам и упало.

— А?..

Ламбер посмотрел на труп Хилдиаса. Псевдоплоть из магии сошла, показались толстые, почти рассыпавшиеся кости. Мужчина не верил своим глазам и, сотрясаясь, смотрел на Ламбера.

— Победа за мной. Спи спокойно, Хилдиас.

Герой Балайры, живший сорок лет назад, был далеко от героя войны за объединение, жившего за два века до этого.

— И ты, копатель могил.

Под взглядом Ламбера мужчина выронил кристалл.

— К-как?..

Мужчина совершенно ничего не понимал. Среди всей нежити, которую можно было оживать, герой Хилдиас был сильнейшим воином. И потому казалось абсурдом, что его мгновенно убили.

Скорее уж стоило считать, что плохо сработала магия воскрешения. Но по движениям Хилдиаса было ясно, что он первоклассный воин. Сам мужчина сражался редко, и невероятные движения мертвеца смогли впечатлить его.

— Как... Почему...

Шатаясь, он поднялся. Он посмотрел на лежавших людей и подумал, что их можно использовать как заложников, его лицо искривилось. Словно обезумев, он поднял кого-то за голову и приставил лезвие к горлу.

— С-стой! Не подходи!

— Да, подходить ещё ближе ни к чему.

Голос прозвучал из-за спины. Когда мужчина попробовал взять заложника, Ламбер уже стоял прямо за ним.

— С-спасите!

Огромный меч разрубил голову мужчины. Смерть была мгновенной. Из раны хлынула кровь, тело упало. Ламбер взмахнул мечом, избавляясь от крови, и вернул его в ножны.

Ламбер посмотрел на труп, разрезанный им вертикально. А потом раздавил чёрный кристалл мёртвых. Кажется люди вокруг стали жертвами, нужными для воскрешения героя, он смотрел на связанных людей с мешками на головах.

— ...

Ему всё это не нравилось. Что-то было во всём этом странное. Так ему казалось.

«Слишком много думаю?..»

Какое-то время Ламбер не двигался. Было не похоже, что это сделал зарубленный им мужчина. Они не могли подстроить ловушку, при том, как внезапно он появился.

Ламберу не была известна настолько удобная магия, которая позволяет добыть нужную информацию из нужного места во время боя. Как генерал эпохи войн он понимал, что с такой техникой можно было стать самой смертью или героем.

Потому он сдержал собственные сомнения.

А одна из жертв начала корчиться точно от боли. Мужчина кричал в агонии. Ламбер присел перед ним и сорвал мешок с головы.

— Что такое? С тобой что-то сделали магией?

На его лице была агония, когда он схватился за Ламбера.

— Что?..

— Госпожа Адамалия! Примите меня! — предполагаемая жертва закричала. — Земля, обратись болотом!

А потом вокруг стали слышны зачитываемые заклинания. Не один. Здесь было пять магов. И вместе с тем тяжёлая броня из органа стала утопать.

Ламбер направил руку в перчатке в лицо мужчины, череп сломался и тот сразу же умер.

— Душите, щупальца из плоти!

Одновременно звучало пять напевов. Они окружили Ламбера с разных сторон. Мешки на головах мёртвых людей были разорваны изнутри.

Это были хлысты из плоти. Они направлялись к Ламберу. Люди управляли щупальцами из плоти, созданными из трупов. Огромные уродливые языки сразу же напали на тонувшего мужчину и блокировали его суставы, обездвижив.

Напавшие на Ламбера маги были среди жертв. Они притворялись связанными и ждали, когда он откроется.

— Вот уж не думала, что ты справишься с топором Хилдиаса... И на этот случай оставила парочку ловушек, выходит, что не зря.

Ламбер повернул шлем в сторону говорившей.

Правая сторона красивого лица была изуродована ожогами. Это была помощница мудреца Мандзи, полуликая Адамалия.

Она была великолепным стратегом и алхимиком. Женщина могла воссоздать мышцы и нервы, разрушить мёртвое тело и создать цельное оружие как алхимик.

Ламбер попробовал вырваться. Однако руки дрожали, а щупальца не собирались рваться.

— Бесполезно. Я создала их не только что, а заблаговременно до твоего прибытия. Изничтожила, восстановила и перестроила мёртвые тела. Сделала так, чтобы они выпустили мышечные хлысты... На это потребовалось много времени, но и результат соответствующий, не находишь? Мы уже знали о твоих исключительных способностях. Потому блокировали суставы и утопили ноги.

— Понятно, — низким голосом сказал Ламбер.

— Любая исключительность не устоит против должной подготовки, — спокойно сообщила Адамалия.

— Госпожа Адамалия, что будем делать с этим мужчиной?

— Помучаем немного, а труп отдадим господину Мандзи. Он сильно отличается от обычных людей. Возможно он будет полезен в экспериментах, — после этих слов женщина взяла длинную и тонкую иглу. — Что ж, я спешу, потому возможно буду грубовата.

Красивый левый и красно-чёрный без века правый глаз смотрели на Ламбера.

— Объясни лишь одно... Как? Как вы смогли отследить мои передвижения?

Чтобы что-то сделать с врагом, важно знать о его передвижениях. Необычный план Адамалии сработал лишь потому, что они знали о силе Ламбера и смогли под неё подстроиться.

На губах женщины появилась кривая улыбка:

— Значит ты не видел странного жука?

— ...

Химеры, гомункулы, големы. Ламбер понял, что у них было оружие, которое нельзя было заметить и ощутить. Довольно мощное.

— Не хочешь узнать подробнее? — спросила Адамалия. А Ламбер кивнул:

— Мне ни к чему слушать дальше. Закончим этот фарс.

С этими словами он дёрнулся, поднимая руки, связанные щупальцами.

— Тебе не хватит сил, пока твои ноги блокированы. Все твои суставы удерживаются, потому ты ничего...

Щупальца оплели ноги и руки Ламбера, но они рвались, заливая всё кровью. Глаза Адамалии были прикованы к мужчине. Разорвав часть щупалец, он освободился, а потом уничтожил и все остальные.

— Такими игрушками меня не сдержать.

— Д-душите, щупальца из плоти! — сразу же зачитала заклинания Адмалия. Мешки на головах трупов порвались, и уродливая плоть нацелилась на Ламбера. Взмах меча раздавил их, воспользовавшись импульсом, он выпрыгнул из болота.

При приземлении он пнул одного из магов. От удара органом, грудина и позвоночник переломились, а сердце лопнуло. Он сразу же превратился в причудливо изогнутый труп.

— Ты сказала, что вы подготовились к моему прибытию? Что ещё у вас осталось?

Ламбер отказался от подозрительности и не стал заботиться о ловушках, и всё для того, чтобы получить информацию о личностях нападавших. Он заставил Адамалию потерять осторожность и разговорил её.

Опасность, в которой он оказался, была лишь одним из способов заполучить информацию на поле боя. Сейчас люди могли быть лучше в алхимии и стратегии, но для убившего несчётное количество врагов во время войны за объединение восьми стран Ламбера всё это было лишь детской забавой.

Адамалия смотрела на освободившегося и начавшего сражаться Ламбера. Она прекрасно понимала. Мужчину, способного в одиночку сокрушить все их силы иначе как монстром не назовёшь. И всё же понимала, что даже сейчас у них не хватает информации. В мужчине перед ней было что-то большее.

— Ничего не вышло! Защитите хотя бы госпожу Адамалию!

— Мы выиграем время! Госпожа Адамалия, сообщите обо всём господину Мандзи!..

Двое подчинённых с посохами встали перед Ламбером. А женщина стала убегать от Ламбера.

Она чётко понимала. Вся операция зависит от того, смогут ли они убить этого мечника.

Пока жив этот мечник в броне, они будут лишаться своих сил. Было важно как можно скорее попросить Мандзи убить его.

Ламбер молча приготовил меч к бою.

— Не подпускайте его, это всё, что мы можем, — сказал мужчина, находившийся позади этих двоих. Они кивнули и посмотрели на Ламбера.

А огромный меч уже поднимался по диагонали. С губ тех, кто смело пожертвовал собой, теперь срывались крики боли. Когда Ламбер опустил меч, верхние половины двух тел подлетели. Тела упали на землю, а из открытых ран хлынула кровь.

Последний подчинённый Адамалии с посохом в дрожащих руках пятился назад.

— А... А...

— Так что? Собираешься атаковать?

Между ними всё ещё сохранялось расстояние, прекрасно подходящее для магов. Идеальным моментом был тот, когда Ламбер разрубил двух мужчин. Но он уже был упущен.

Однако сейчас между ними было все ещё удобное расстояние для мага, а значит и шанс на победу. Пока обычный воин подойдёт, маг успеет дважды использовать свои способности.

Мужчина успокаивал своё сердце. Задержал дыхание, стараясь унять свой дух, он продолжал направлять посох на Ламбера,

— У... У... Ува-а-а-а!

Бросив посох, мужчина побежал в другом направлении от Адамалии.

«Мечник в броне наверняка последует за госпожой Адамалией!..»

И потому он думал, что сможет убежать. Его нельзя было упрекнуть. Если бы он побежал за женщиной, убили бы их обоих. Двое мужчин перед ним доказали, что сопротивление бесполезно. А отдавать жизнь ради одной секунды он не собирался.

— Глупо. Всё, что ты можешь выбрать — как тебе умереть.

Поняв, что мужчина в броне направляется за ним, он закричал.

Рука в перчатке вытянулась и проткнула сердце мужчины через спину. Кости и правая рука оказались сломаны и сместились.

Отшвырнув мёртвого мужчину, Ламбер резко сменил направление, отправившись за последней выжившей. А Адамалия просто сидела на земле.

Было ясно, что её колени свела судорога. Из-за страха она не могла двинуться.

— Хи-хи... Я боюсь... Хи-хи... Прямо как маленькая девочка? — тихим голосом насмехалась Адамалия над собой.

Она была в курсе, что смерть уже рядом. И не переживала из-за того, что упала. Как бы женщина ни старалась сбежать, это было бесполезно.

С мечом в руках Ламбер подошёл к Адамалии. Сидя на коленях, женщина направила на него свой посох.

А в следующий миг перед глазами всё завертелось. По руке пробежала острая боль, посох вылетел. Она поздно заметила, что ножны ударили её по руке.

Потом она услышала хруст. Колено Ламбера давило на сустав её руки. Кость была сломана. Огромный меч уткнулся в кончик носа женщины.

— Кажется главный среди вас этот Мандзи. И ты должна была обо всём ему рассказать?.. Значит ваши жуки не настолько удобны. У них имеются свои ограничения.

— Убей меня. Прости, но я не так слаба, чтобы обо всём тебе рассказать, — сказала Адамалия, коснувшись рукой изуродованной правой половины лица. — Вот что со мной сделала королевская инквизиция, когда схватила. Но я всё выдержала... И в итоге сбежала!

Королевства инквизиция — это организация, занимающаяся искоренением магов и магических организаций, практикующих незаконную магию. Они придерживаются принципа, что со злом стоит бороться злом, и там собраны маги, равных которым нет.

Информация о сотрудниках хранится в секрете, но ходили скверные слухи, что приговорённым к смерти меняли лица, принимая в их ряды, по указанию короля они изучали бессмертие и даже сожгли целую территорию по ошибке.

Если они схватят, пусть даже по ложному обвинению, тебе не уйти живым. И Адамалия даже по меркам «Свистящего демона» была привычна к пыткам. Она терпела бесконечные пытки, продолжая притворяться обычной женщиной, дождалась, когда инквизитор потерял бдительность, и в итоге смогла сбежать.

Ламбер снял шлем.

— Э... А, а...

Показался жуткий череп, скрытый до этого величественным шлемом. За пустыми глазницами сияло зловещее пламя. И этот огонь был направлен прямо на Адамалию.

— Я никогда не был хорош в такой деликатной профессии как пытка. Гриф разбирался в этом куда лучше.

Адамалия ничего не понимала. Она не могла поверить, что перед ней нежить, сохранившая сознание.

Но одно для неё было очевидно. Показав лицо, он не будет выуживать информацию, полагаясь на уговоры, а будет вырывать её через боль и страдания.

Удивлённый Граф Мондо наблюдал за происходящим через окно своего кабинета на третьем этаже.

Поступила информация о странном бунте в центре города, и с тех пор, как он отправил своих солдат во главе с Гласко подавить и расследовать его, прошло не так много времени. А теперь тут и там поднимались столбы дыма, всюду лежали мёртвые, а обезумевшие авантюристы устроили резню.

— Вот как, значит беспорядки учинила армия нежити... То есть это дело рук «Свистящего демона»... Я конечно ожидал, но чтобы они действовали так быстро.

Кулак графа дрожал, он смотрел на свои земли, превращающиеся в ад. А рядом с ним стоял симпатичный мужчина с серебряными волосами, глава гильдии «Танцующий меч» Юнос, и тоже смотрел на город.

Взгляд был направлен на беснующуюся нежить, а лицо было хмурым.

Он давал графу советы, чем увеличивал свой кредит доверия. В отличие от его вассалов, Юнос продолжал расти в суровой среде авантюристов, к тому же обладал острым умом. И потому ему было разрешено посещать кабинет графа Мондо.

Вначале граф лишь усмехнулся, когда всё это случилось. Вот только урон, нанесённый «Свистящим демоном», оказался выше всяких ожиданий. Юнос построил свой чёткий план продвижения в Балайре, но теперь сила города, как и его влияние в Региосе было значительно снижены.

На восстановление уйдёт лет десять и вряд ли он будет таким же, как прежде. И важнее было, получится ли вообще подавить беспорядки. Теперь мужчина не ощущал ценность в этом городе.

— Я разослал гонцов во все гильдии с предложением сражаться вместе против «Свистящего демона»... Однако масштабы разрушения огромны. Я попросил о помощи в соседних землях, но когда они прибудут? Враг действует слишком быстро.

— Вот как? — не заинтересованно ответил Юнос опечаленному графу Мондо. Сейчас город терял для него ценность.

— Юнос, я думал и тебя отправить против магов «Свистящего демона» и нежити... Но что ты сам думаешь?

Граф говорил о возможности лишить себя охраны. Он нанял «Танцующий меч», в страхе перед Робин Гудом, ставшим демоном отмщения. И раз на город напали, для него было очень удобно, если граф Мондо отошлёт свою охрану сражаться со «Свистящим демоном».

Однако ему казалось глупым решением в данной ситуации держать одну из сильнейших гильдий рядом. Всё же ущерб был причинён даже больше, чем он ожидал.

Юнос, чьё мнение спросили, посмотрел на забор вокруг особняка. Сейчас там сражались его авантюристы и солдаты графа, отбиваясь от атак нежити. Бой проходил достаточно стабильно.

Солдаты, как и опытные авантюристы, умело отбивались, жертв с их стороны не было.

Но ничего нельзя было утверждать, если это продлится долго. Их противники не только авантюристы, обращённые в нежить, но и маги «Свистящего демона».

Граф получил донесение о том, что сильнейшая гильдия «Серебряная воля» была уничтожена. Услышав это, Юнос знал, что они бы не проиграли нежити.

Это значило, что «Серебряную волю» уничтожил «Свистящий демон». Сейчас его подчинённые отбивались от нежити, но он сомневался, что так будет, когда придёт настоящий враг. Подумав как следует, Юнос сказал:

— Граф Мондо, оставим Балайру. Моя гильдия сопроводит вас до ближайшего города.

Это было лучшим решением. Всё было плохо и стоило бежать из города, к тому же граф останется в долгу. Так он думал, но реакция графа была не такой, как он ожидал. Старик скривился, смотря на него.

— Юнос, ты предлагаешь бросить мои земли и сбежать?! Это будет означать конец для города. Если лорд сбежит, солдаты и авантюристы тоже разбегутся. Именно это надо «Свистящему демону»!

Побег лорда означает крах его земель. Сражающиеся авантюристы побросают оружие и разбегутся.

— Соглашусь, это снизит мораль, начнётся путаница, придётся отправить ещё посланников. Так что можно сказать лишь самым доверенным лицам, а все остальные пусть думают, что граф Мондо всё ещё в своём поместье. И для обеспечения безопасности...

— Хватит! Юнос, я не думал, что вы такой бесчестный!

После слов графа, Юнос замолчал.

Прочитав мысли оппонента, он пересмотрел свои. Это то, чему научился мужчина, живя в бедных районах с плохой безопасностью.

Чтобы выжить, ему приходилось жертвовать теми, кто был поблизости. Проведя жизнь в таких условиях, он взрастил в себе рационализм. Потому Ламбер и дал ему немедленный отказ.

— Прошу прошения. Похоже я слишком раздражён. Может и правда стоит сбежать. Но пока я не хочу покидать этот город.

— Что вы. Я сказал лишнего. Простите мою грубость, — Юнос поклонился, покинул кабинет и тихо цокнул в коридоре.

«Глупый старик... Сдохни, граф Мондо. Может стоит уйти отсюда, пусть даже одному?» — думая об этом, Юнос спускался по лестнице, когда услышал взрыв наверху. Вроде не из кабинета графа, но это точно была магия.

Слуги принялись кричать. Юнос подумал, что нападение магов «Свистящего демона» произошло раньше, чем он предполагал.

Из поместья графа разносились крики. Удары мечей пересекались с выстрелами магии. Юнос понял, что это оставшиеся солдаты и его подчинённые отбиваются от нападения. Скучающе вздохнув, он поспешил подальше от этих звуков.

«Началось? Одному мне сбежать будет проще...»

У него была отличная возможность подняться над всеми остальными гильдиями. Но если сами земли придут в упадок, смысла в этом не было.

Ему было жалко бросать своих подчинённых и отбрасывать все их достижения. И всё же он мог собрать ещё людей.

Скорее уж опыт создания и управления гильдией позволит в следующий раз сделать всё ещё лучше. Хотелось взять с собой сильнейших из гильдии, но Юнос сомневался, что они пойдут с ним в другие земли, чтобы начать всё сначала.

Он скрывал от своих товарищей свою жестокость и практичность, выдавая себя за совершенно другого человека. Ведь так куда удобнее пользоваться людьми.

Он со спокойным выражением на лице шёл по коридору, когда услышал спешные шаги. Хотелось избежать этого человека, но так ему придётся сделать ненужный крюк. К тому же если он побежит, то лишь увеличит риск для себя, что было бессмысленным.

Цокнув языком, он опустил взгляд на меч. А потом снова продолжил идти. Перед ним появился солдат графа Мондо.

— Глава «Танцующего меча» господин Юнос. Но нападение ведь наверху... Почему вы здесь? — солдат остановился и с подозрением посмотрел на Юноса. А мужчина останавливаться не стал.

— Да, я испугался и решил покинуть особняк. Извинись перед графом за то, что не попрощался.

Безразличный Юнос прошёл мимо шокированного солдата.

— Ч-что вы говорите? Для чего вас вообще позвали!..

— Увы, я не соглашался на безумные геройства. Я не псих, чтобы выступить против антиправительственной организации. Это долг солдат. Мы, авантюристы, берёмся лишь за что платят.

— Испугались?! Вы, «Танцующий клинок Юнос»?! — выкрикнул в спину солдат. Юнос же ничего не ответил. Просто хотел, чтобы не стало «Танцующего меча», «Свистящего демона» и остальных.

Солдаты графа не ладили с его людьми, и они не будут помогать друг другу даже в тяжёлой ситуации. Вражеских магов же это не волнует, они навяжут бой.

— Испугались и решили сбежать? Не такой уж вы и великий значит! Даже не пойму, как вы так долго оставались главой «Танцующего меча»! Не показывайтесь здесь больше! — выкрики солдата не достигали ушей Юноса. Он безразлично шёл по коридору. В отличие от остальных его ничего не заботило.

Пройдя ещё какое-то время, Юнос ощутил что-то странное, остановился и обернулся. Между ним и пришедшим солдатом, стоял человек в чёрной робе.

У него были длинные рукава, так что было не видно рук. Однако два длинных меча было прекрасно видно. Под капюшоном можно было разглядеть то, что у мужчины не было век. Похоже их срезали лезвием, и теперь обрезанная кожа болезненно примыкала к глазам.

Покрасневшие глаза были всегда открыты. А ещё у него не было носа. В центре лица было лишь две дыры.

— Т-ты чёрный демон! Один из «Свистящего демона»?! — в спешке закричал кто-то из солдат.

Чёрным демоном называли таинственного убийцу, появившегося недавно в Балайре. Из-за жуткого внешнего вида его так и прозвали. Отправившиеся на его поиски опытные авантюристы были найдены жестоко убитыми, потому все были предельно осторожны.

Размахивая мечами, чёрный демон направился к солдату. Зажатый мужчина просто не успел. К тому же руки были скрыты под одеждой, так что движения оружия было сложно предсказать. Один меч выбил оружие, а другой вонзился в живот.

— Кха...

Солдат упал на колени. А чёрный демон вытащил меч и впервые заговорил:

— Ещё жив? Не переживай, умирать ты ещё будешь долго и мучительно.

Чтобы покончить с собой, солдат пополз к мечу. Но его руку беспощадно раздавили, откинув меч ещё дальше.

На лице солдата был шок, он был в луже собственной крови. Видя его таким, чёрный демон удовлетворённо улыбнулся и набросился на Юноса.

— Я думал, среди «Свистящего демона» только маги... Понятно, ты проклятый мечник.

— Верно!

Проклятыми мечниками называли тех, кто увеличивал свои способности за счёт магии. Однако влияние этого на организм было слишком серьёзным, такие люди не жили долго.

Магия была сложной и ещё был риск при усилении. Это была запрещённая магия, влиявшая на состояние тела, потому немногие страны принимали проклятых мечников, а исследования не продвигались.

— Моё тело и точность моих движений были дарованы мне господином Мандзи! Я во всём превосхожу обычных людей! — говорил чёрный демон, занеся меч над Юносом. Тот тоже выхватил меч. Описав дугу, он отбил оружие чёрного демона.

Проклятый мечник развёл мечи, но Юнос уверенно отбивался. Он видел, как чёрный демон готовится к атаке, и останавливал его, когда тот ещё был не готов нанести удар.

— Хо, не простой слабак! Занятно! — чёрный демон усмехнулся. Меч Юноса засиял, в воздухе появились магические письмена.

— Ветер, неси меня.

Вокруг Юноса поднялся поток ветра, поднявший его в воздух.

— Магия, ну что за скучные трюки...

Чёрный демон отскочил. А летевший верхом на ветре Юнос выписывал странные пируэты, заходя противнику сбоку. Раздался звук соударения металла.

— Тц...

Морщины на причудливом лице чёрного демона показывали, как ему происходящее не нравится. Удар блокировать полностью не вышло, потому на руке остался глубокий порез. На сложную технику меча накладывалась ненормальная скорость благодаря магии. «Танцующий клинок Юнос» стал основой для «Танцующего меча».

Однако ощущение боли было ослаблено Мандзи, когда чёрный демон стал проклятым мечником. Этот безумный воин мог сражаться до тех пор, пока оставался жив. Держа меч в окровавленной руке, он посмотрел на Юноса. А тот, крутясь в воздухе, снова взмахнул мечом.

— Ветер, режь.

Опуская меч, он приземлился.

Свет из меча создавал магические письмена, и в чёрного демона ударило лезвие ветра.

— Что?!

Мечники редко использовали магию. Всё же слишком сложно было сконцентрироваться на магии в ближнем бою.

Чтобы научиться такому, нужен талант и в том, и в другом. Чёрный демон отступил, разрезая мечом лезвие ветра.

— Одни мелкие трюки...

Снова готовый к бою, чёрный демон собирался поймать Юноса, но тот стоял перед ним, готовый нанести удар. В спешке мужчина взмахнул мечом, желая увеличить между ними расстояние, но было поздно.

Юнос нанёс горизонтальный удар. Живот был вспорот, наружу вывалились кишки. Сменив стойку, мужчина ударил в глаз чёрного демона, пронзив мозг, а потом вытащил оружие. Противник был мёртв.

— Р-раз такой сильный, почему... Бежишь?.. — пробормотал солдат в луже крови.

— Нет выгоды сражаться, — холодно сказал Юнос и ушёл.

Он обратил внимание на балкон на втором этаже. Благодаря магии мужчина мог спокойно спуститься вниз. Решив так и сделать, он устремился к балкону. Посмотрев на город через забор, он был поражён:

— Да уж, не повезло. Столько лет потратил на город, которому пришёл конец.

— Вот уж согласен, что не повезло.

Он посмотрел на источник голоса. Взмахнув мечом, Юнос сразу же отступил. Его оружие поразило летевшую в него стрелу.

— Я решил проверить, как дела в городе, но не думал, что мы встретимся. После того, что было, я думал, что ты не успокоишься, пока не убьёшь меня... Но похоже сейчас не до этого.

Перед ним стоял человек в аристократичной ярко-зелёной одежде и с рыжими волосами. Бог войны Робин Гуд.

— Пока граф Мондо в беде, решил отомстить? Бесполезный гнев, только не вижу смысла тебя останавливать теперь. Если так хочешь...

— Как же было непросто схватить тебя за хвост, «Танцующий клинок Юнос». Ты же понимаешь меня? Почему я напал на твоих подчинённых и пустил в тебя стрелу. И всё же продолжаешь притворяться?

Робин Гуд направил лук на Юноса. Противник уже не был таким безразличным, от возбуждения глаза стали шире. А потом он едва слышно рассмеялся:

— Этот твой гнев. Ты сам направил его на запрещённых монстров. И должен был понимать риск, если кто-то вмешается.

— Положись на нас, парень, мы отомстим, — мужчина в яркой зелёной одежде погладил по голове плакавшего ребёнка, соглашаясь на сложную задачу.

— Ты серьёзно, глава? Если провалимся, нас заклеймят преступниками. Ведь в худшем случае стая огров может напасть на город. И даже если получится, мы привлечём внимание графа Мондо, — сказал крепкий старый мечник, начав подготовку. Он был заместителем главы сильнейшей в Балайре гильдии «Лук голубых небес».

Когда-то он был рыцарем, служившим аристократу. После выхода в отставку, он собирался жить мирно, но привлечённый сильной волей молодого парня, стал авантюристом.

Не только гильдия «Лук голубого неба» была сильной, но и их глава был сильнейшим сумасбродом, у них было много связей с аристократами, как и обязанностей.

— Никаких проблем. В любом случае граф уже не может нас игнорировать. К тому же другие испугались, потому это надо сделать. Как раз работа для героя. Но если не хочешь, можешь просто уйти.

— Да уж, вот что ты за человек? Даже я считаю, что граф Мондо не может здраво рассуждать в этом случае. Покажем слегка подросшим людоедам и пекущемуся за свою безопасность графу нашу силу. Я и в этот раз использую свой меч.

Заместитель дал добро, и все авантюристы поднялись и заголосили.

— Что и ожидалось от господина Робин Гуда! Ты добр с детьми, попавшими в беду и милыми девушками вроде меня! Настоящая героическая история! — глава гильдии используя минимум движений, уклонился от девушки, которая попыталась его обнять.

— Хватит говорить то, что люди могут не так понять, Шарна. Про нас и так в последнее время говорят, что мы просто помешанные на сражениях... — сказал парень, улыбнувшись. Девушка по имени Шарна была одной из его подчинённых. В ближнем бою она отлично орудовала острыми крюками. Она гордилась тем, как могла напасть из слепой зоны, правда её расстраивало то, что глава гильдии всегда умудрялся легко уклониться. Все здесь восхищались своим лидером.

Под предводительством Робин Гуда гильдия отправилась в лес сразиться с королём огров. Благодаря магии они окружили цель, разделили и уничтожили.

— Вот же огромный. Я всего двух королей огров видел, но у этого рога куда больше. Но куда ему до нас было. На этом всё...

Это случилось, когда они уже были близки к выполнению цели. В Робин Гуда, сосредоточенного на армии монстров, выстрели стрелой со спины. Он сразу же спрыгнул с коня, избежав смертельного ранения, но стрела угодила в плечо. Держась за руку, он упал на землю.

Всё вокруг застыло. Выстрелил лучник, недавно присоединившийся к «Луку голубых небес».

— Ты... Что!..

— П-получилось! Я, я остановил бога войны! Давайте! Вперёд, никого не упустите!

После его крика, скрывавшиеся люди окружили авантюристов из «Лука голубых небес».

Через несколько дней всех их приговорили к казни. Причиной стала эгоистичная воля, и нарушение запрета лорда не нападать на огров, что привело к нападению монстров и большим жертвам в Балайре.

Причиной провала была третья сторона, но людской гнев был направлен именно на «Лук голубых небес», и сам город находился в плачевном состоянии, так что их попросту никто не стал слушать, и быстро казнили.

— Да уж, на нас напали исключительно разозлённые на меня и те, кто из-за преступлений не могли даже сами задания выбрать. И кто бы мог подумать, что возглавивший их так старательно скрывал свою личность. Пришлось убить столько не связанных с этим людей, — Робин Гуд направил полный гнева взгляд на Юноса.

— Так ты за мной пришёл? И напав на мою гильдию, ты таким образом объявил мне войну. Больше похоже, что ты умереть собрался, — провоцируя, сказал Юнос. Робин Гуд прищурился, но выражение его осталось неизменным. Противник хмыкнул и достал меч:

— Тоже не против убивать ради цели? Похоже мы одинаковые. Бывший герой Робин Гуд, — Юнос продолжал подстёгивать.

— Отрицать не буду. Не думаю, что меня ждёт лёгкая смерть. И тебе стоит готовиться к этому.

— Лишь слабаки оправдывают проступки. Но в отличие от злодеев, слабых ждёт лишь уготованная для них жалкая смерть. Творящие зло и те, кто, в ком нуждаются, могут набить себе цену, но всё это лишь низкое желание самоутвердиться, — рот Юноса искривился, когда он занёс меч боком. Глядя на лицо Робин Гуда за лезвием оружия, мужчина усмехнулся.

— Я родился в трущобах. Изголодавшего от голода и не способного уже ходить ребёнка, у которого я украл хлеб всего пару дней назад, заживо загрызли собаки. Но я выжил. За пределами трущоб я стал выглядеть подобающе, но сущность человека никогда не меняется!

Юнос сокращал расстояние. Робин Гуд взял три стрелы и по очереди выпустил их в противника.

Скорость была такой, будто стрелы были выпущены одновременно. От двух Юнос уклонился, а третью отбил мечом.

Даже ещё выпущенные стрелы не смогли бы ему навредить. Длинное лезвие нанесло свой удар, и переломанная стрела упала на пол. И вот меч Юноса был на том расстоянии, когда мог достать до Робин Гуда.

— Для меня ты такой же мальчишка из трущоб, у которого я украл хлеб.

Юнос направил меч в кисть Робин Гуда. Тот уклонился и ушёл от удара. Он выпустил лук из руки, вместо него он приготовился к бою, держа скрытый под одеждой кинжал.

Это было странное оружие. Лезвие было сильно изогнутым. И конечно же кинжал был намного короче длинного меча.

Юнос был уверен в своей победе. Добраться в ближнем бою до лучника было легко, мужчина считал, что исход боя решён. К тому же против опытного мечника выступал вынужденный взяться за нож лучник. Меч почти достигал противника, атаки шли только со стороны длинного клинка.

А вот Робин Гуд не защищался кинжалом. Он изворачивался, уходя от ударов. И лишь продолжал уходить.

— А как тебе это?

Выйдя из радиуса удара, Юнос согнул спину.

— Ветер, неси меня.

На конце меча появились магические письмена, Юнос подпрыгнул. Сильный ветер подтолкнул его в спину. Это было непредсказуемое скоростное движение, меч целился в Робин Гуда.

Особенностью «Танцующего клинка Юноса» было то, что за счёт сложных движений и магии его действия было сложно предсказать и уклониться от удара.

Летевший в воздухе Юнос встретился взглядом с Робин Гудом. И мужчина говорил себе, что такого просто не может быть.

Чтобы отточить эту технику потребовались годы. Оседлав быстрый ветер, надо было следить за окружением. Всё не так просто как на словах. А Робин Гуд без проблем отслеживал его движения. Такого мужчина не мог принять.

Однако Робин Гуд, чтобы овладеть луком, развивал своё зрение с детства. Взмах меча Юноса для него был всё равно что замедленный. И магическое ускорение не казалось особенным.

— Тц!

Юнос проскользнул сбоку с помощью магии, он думал ударить, когда они сошлись.

Но в итоге пришлось согнуть вытянутую руку, защищаясь от удара Робин Гуда. Непривычным образом мужчина приземлился, всё же в воздухе ему никогда не приходилось защищаться. В спешке он прыгнул, отходя от противника.

«Чуть не достал меня этим ножом... Он ещё чем-то владеет, помимо лука? Однако никаких проблем не будет на таком расстоянии. Робин Гуд уже выбросил свой лук. Без него он...»

Когда Юнос думал об этом, стрела пронзила его живот. Он неудачно приземлился, отступая и упал.

«Н-не может быть... Он же не собирался стрелять...»

Юнос поднял голову, а Робин Гуд всё ещё стоял с ножом в руках. Мужчина посмотрел на нож и заметил в нём кое-что странное.

На другой стороне лезвия была тетива. Теперь он понял, что кинжал исполнял роль лука.

— Чёрт... Чтобы я...

Когда он попробовал встать, на тыльную сторону ладони наступил Робин Гуд. Юнос коротко вскрикнул.

— Юнос, ты считаешь, что разница между смертью хорошего и плохого человека невелика. Ничего не знаю, про твою философию, но могу сказать, что ты ошибся.

— С-стой, Робин Гуд! Давай поговорим!

— Ведь не бог решит, когда тебе умереть. А я.

Робин Гуд убрал кинжал, а вместо него поднял с пола обычный лук. Стрела давила в спину и сердце Юноса.

— Стой! Я, я пока не могу умереть! У меня ведь такой талант! Я не просто глава гильдии авантюристов в одном городе... Я могу куда больше! В такое время! В таком месте!..

Юнос пытался уползти. Робин Гуд пустил стрелу в сердце через спину. На балконе пролилась свежая кровь.

На третьем этаже в кабинете графа Мондо сражались пять авантюристов «Танцующего меча» против мёртвых солдат. В помещении был беспорядок, стол перевёрнут, документы валялись на полу, сверху лежал труп. Граф стоял в углу комнаты, его защищал помощник главы гильдии, рыжеволосый коротко стриженный Фанд.

— Ру-о-о-о-о!

Влево и вправо он махал топором. Головы трёх мертвецов были разрублены под разными углами, мозг был разрушен, тела упали. Снова готовясь к бою, Фанд посмотрел в лицо одного из упавших мертвецов.

«Это ведь Джеф из гильдии «Доказательство доблести»...»

Он его знал. Вот такая неприятная неожиданность, Фанд хотел бы избежать этой битвы.

— Открылс-с-с-ся!

Высокий мужчина в повязках по всему телу ударил Фанда ногой. Здоровяк подлетел в воздух. Приземлился он удачно, но в месте удара одежда и кожа были разрезаны.

— Прости, но когти у меня д-д-длинные.

До жуткого высокий мужчина смеялся. И он был не просто высокий, руки и ноги у него были неестественно длинными. Фанд не мог понять, человек ли перед ним или изменённый труп. Движения мужчины для мёртвого были слишком уж точными.

— Чудовище... Как только господин Юнос вернётся...

— Я н-н-н-не чудовище! На семьдесят процентов плоть заимствованная, но на тридцать моя! — согнув руки, мужчина вертелся. Из-под капюшона показалась перешитая лысая голова. Глаза были как у трупа. — Чудовище, к-к-как грубо! Я «Штопанный Булкони», и для меня это оскорбление, оск-к-корбление!

Булкони набросился на Фанда. Тот собирался отбиться топором, но руки врага странно изогнулись, так что он ушёл от оружия и подобрался к противнику.

«На его руках по четыре сустава!»

Фанд сразу же выпустил топор и отпрыгнул назад, но получил удар в плечо, потерял равновесие и упал. До того, как он успел подняться, Булкони был уже на нём, замахиваясь.

— Ум-м-м-м-р-р-р-ри!

— Господин Юнос... Неужели здесь я...

И тут Булкони внезапно извернулся и отпрыгнул от Фанда. Он услышал, как в его сторону, разрезая воздух, летит стрела. Поднявшийся Булкони схватил стрелу своими длинными пальцами.

— Хи, хи-хи-хи-хи, остановить мои отточенные движения луком и стрелами...

Когда Булкони проявил интерес к стрелку, живот пронзила острая боль. Это была вторая стрела. Она скрывалась в тени первой и целилась в живот. Скорость и точность были просто невероятными.

— Уб-б-бью... — в шею рычащего мужчины вонзилась третья стрела. Словно кукла, длинное тело упало на пол.

— Ты, ты... Кто...

Взгляд был направлен на вход в кабинет, где стоял Робин Гуд.

— Пришёл за моей жизнью? Решил опередить нежить и добраться до меня первым? — сжимая зубы, граф Мондо смотрел на Робин Гуда. Тот молча посмотрел в ответ.

— Почему, почему ты здесь?! Пришёл именно сейчас! — с удивлением и отвращением кричала авантюристка Талмя. Её кинжал был отбит мечом мёртвого солдата.

— Проклятье!..

И тут стрела пронзила голову набросившегося на женщину мертвеца. И было ясно, кто её спас.

— П-почему!..

Последующие стрелы убивали мёртвых солдат, не давая им даже шанса на сопротивление. Робин Гуд вошёл в кабинет, где после падения трупов воцарилась тишина.

Авантюристам его поступки казались противоречивыми. Всё же во время выполнения задания мужчина убил нескольких из «Танцующего меча».

Тогда они должны быть врагами, а он должен был поддерживать нападавших. Никто не воспринимал его как союзника.

А у самого Робин Гуда теперь не было ни одной причины убивать авантюристов из «Танцующего меча». Он хотел, чтобы Юнос испытал то же, что и он от потери своих товарищей, но врага это совсем не смутило. Он затаил обиду на человека, отнявшего у него всё.

Он желал убить его, отобрав у него всех, кому тот доверял. Однако Юнос не испытывал ничего такого. Для него подчинённые были лишь инструментами, потому и не было смысла забирать их.

Для Робин Гуда было очевидно, что потеря вещи для Юноса не будет значить то же, что и для него. И героем он вновь становиться тоже не собирался.

— Слышали слухи? О сломленном герое, что на стороне проигрывающих? — Робин Гуд усмехнулся. — Нет смысла вас убивать. Если нет живых, мне некому и ничего доказывать. Так что сегодня я побуду на вашей стороне. Не переживай, граф.

— Это всё ты! — один из авантюристов направил меч на Робин Гуда. Но его остановил Фанд:

— Мы не можем ему доверять, как и простить. Но если будем сражаться сейчас ещё и с Робин Гудом, точно все умрём. Я понимаю твои чувства, но сдержись. Воспользуемся его причудой.

— Господин Фанд... Но ведь...

— Мы не можем найти Юноса. И можно ожидать худшего. Я понимаю, о чём вы думаете... Но просто молчите и слушайтесь меня.

Услышав имя Юноса, на сердце Робин Гуда накатила волна. Но он этого не показал, притворяясь невежественным.

— Ё-хо-хо-хо-хо... Так кто такой Юнос? — у двери раздался громкий голос. Там стоял уродливый лысый старик с бледной кожей и вытянутой и покрытой опухолями головой. За ним стояли пять мёртвых воинов.

И среди них был один с прищуренными глазами и длинными волосами. Глаза были красными, из спины торчала стрела, это был глава гильдии «Танцующий меч», Юнос, обратившийся в нежить.

Видя это, авантюристы и граф Мондо застыли. И только Робин Гуд холодно посмотрел на мёртвого Юноса.

— Раз уж Булкони проиграл, у меня есть игрушка для Робин Гуда и остальных. Ё-хо-хо-хо-хо.

Странный старик был одним из восьми мудрецов «Свистящего демона», Мандзи, он посмотрел на тела на полу и довольно рассмеялся.

— Надо бы представиться. Я мудрец «Свистящего демона», «Трупный старик» Мандзи. Лорд, авантюристы, если убьёте меня, всё прекратится. Мёртвые появились в этом городе из-за меня. Правда, сможете ли вы, — звонко проговорил странный старик, назвавшийся Мандзи. На морщинистом лице появилась странная улыбка.

Находившиеся в комнате авантюристы ошарашенно открыли рты и не могли проронить ни слова. Всё же одним из пяти трупов, защищавших старика был их глава Юнос.

В мёртвом мужчине не ощущалось прижизненного достоинства и харизмы. В глазах появились серые пятная, изо рта был высунут синюшный язык, спина изогнута. Во взгляде не было силы, будто это уже не тот Юнос, что был. Его тело полностью лишилось жизни.

— Г-господин Юнос?..

Вид Юноса вогнал всех в отчаяние. Робин Гуд безразлично смотрел на обратившегося в мёртвого воина мужчину, а потом перевёл взгляд на Мандзи.

— Вся нежить в городе твоя? У одного человека не хватит силы, чтобы начать целое сражение.

На слова Робин Гуда Мандзи радостно рассмеялся:

— Чёрные кристаллы мёртвых моих подчинённых — это моя сила... И сила моего гримуара, — с этими словами он поднял чёрный гримуар, являющийся источником его силы. Специально показал врагам своё сильнейшее оружие. Мандзи смотрел свысока и просто играл с авантюристами Балайры.

— Этот гримуар... «Писание Гайлофа» не просто великолепный проводник в некромантии, в нём сорок два высших заклинания некромантии и сила призвать тринадцать духов из мира мёртвых. Это свидетельство жизни худшего в истории любимого мною алхимика Гайлофа!

— Г-Гайлофа?! Того, что убил пять миллионов человек?! — удивлённо проговорил Фанд. А на лице Мандзи появилась довольная улыбка. О худшем из алхимиков в Региосе не знали разве что младенцы.

Он был алхимиком двести лет назад в Аргроузе. Во время войны только королевство Аргроуз придерживалось принципа пацифизма.

Это была слабая и непривычная к сражениям страна. Когда война усиливалась, они заключили союз со своим соседом, королевством Хейн. Они не хотели просто так умирать.

А королевский алхимик Гайлоф, управляя королевской семьей, испортил отношения и заставил их сражаться.

Отсутствие боевой мощи он компенсировал неэтичной некромантией, и так он взобрался на самый верх.

Он продолжал наращивать влияние и влез в управление страной, сделав из королевской семьи своих марионеток, игнорировал человеческое достоинство и эксплуатировал людей, устраивал пытки и казни, как ненормальный он наблюдал за всеми и контролировал, всего один человек превратил мирную страну в военное государство.

И когда сам Гайлоф погиб на войне, началась внутренняя война за власть. В итоге Аргроуз потерял больше всего людей, поговаривали, что косвенно убитых Гайлофом было больше пяти миллионов. И использовал для этого он свой чёрный гримуар.

И если книга в руках Мандзи была настоящей, не было ничего странного в том, что он один управлял всей нежитью в городе.

Робин Гуд выстрелил в Мандзи. Три стрелы идеально прошли мимо пятерых мертвецов и направились к старику.

Но прежде чем стрелы попали в уродливую голову, безголовый воин в броне и с двумя мечами взмахнул оружием в правой руке и сломал все три стрелы. Это был одетый в чёрное дух мира мёртвых, Дуллахан.

Духи — это существа другого мира, общаясь с другими мирами, маги заключают с ними договоры, при определённых условиях их можно призвать и использовать. В данном случае договор в своём гриумуаре заключил Гайлоф, а Мандзи перенял эту книгу.

Взмахнувший мечом Дуллахан исчез в чёрном дыме. И он не вернулся в другой мир. Он просто спрятался, защищая своего призывателя.

— Ё-хо-хо-хо-хо... Всем противников хватит. Даже и не знаю, придётся ли мне что-то делать, — после его слов, пять мертвецов пришли в движение. У идущего впереди Юноса красные глаза разошлись вправо и влево.

— Й-й-йа-я не умру! Всё будет моим, я, я, й-а-а-а-а-а!

Он высоко поднял меч, и всё также кривясь, набросился на Робин Гуда. В зависимости от формы нежити, количества маны и воли мертвец может сохранить сознание. Полностью воля Юноса не осталась при нём, но его прижизненная одержимость приобрела искажённую форму.

— Робин Гуд, умри, умри, умри-и-и-и!

— Ты и без того уже мёртв!

Стрела мужчины угодила в лицо. От этого голову сильно качнуло, кости изогнулись сильнее, чем могли, и прозвучал зловещий хруст.

Однако Юнос не остановился. С изогнутой шеей он подобрался к Робин Гуду и взмахнул мечом. Движение было грубым, но быстрым. Он был ещё быстрее, чем при жизни.

— Умри, умри, умри!

Робин Гуд ушёл от горизонтального удара, а от вертикального уклонился влево. Третью атаку Юноса он отбил спрятанным кинжалом. Бесконечные удары меча продолжали бить по кинжалу.

— Бесполезно. На таком расстоянии я долго не продержусь...

— Ветер, неси меня.

Когда Юнос сказал это, на кончике меча появились магические письмена. Хоть они находились в помещении, внезапно поднялся ветер. Верхом на нём мертвец атаковал потерявшего равновесие Робин Гуда. В движениях не было ни намёка на утончённость, но они были невероятно быстрыми.

Юнос свирепо обрушился на Робин Гуда. И глаза лучника позволили ему разглядеть странные движения противника.

— М!

Кинжал Робин Гуда покинул его руку. Танцующий меч Юноса благодаря магии ветра шёл по заданной траектории, что ограничивало его движения. И это прекрасно было видно в нежити, которая лишь повторяла то, что узнала при жизни.

Один раз Робин Гуд уже остановил эту технику. Потому он прекрасно мог прочитать танцующий клинок и бросил нож первым.

А тело, движимое магией, не могло так внезапно остановиться. Глаза Юноса видели, что кинжал летит так, что мечу его не остановить. Он не мог ничего сделать.

Кинжал шёл прямо по касательной от головы. Белые глаза Юноса от удивления широко открылись. Когда он остановился, Робин Гуд стал стрелять.

Он целился в правое колено, левую руку и правый глаз. Пусть даже перед ним была нежить, обладающая невероятной живучестью, если враг лишится возможности двигать конечностями и зрения, он лишится и возможности сражаться. Время было подобрано идеально. Но тело Юноса извернулось, когда он взмахнул мечом.

— Ветер, отрази!

Живой ветер сбил стрелы с их траектории. Лишь одна стрела вонзилась в живот. Юнос сразу же её вытащил, переломил и бросил на пол. Отступая от врага, Робин гуд цокнул.

«По сравнению со всей нежитью, что была раньше, он слишком силён!..»

Даже если броня могла защитить от стрел, в них было достаточно силы, чтобы заставить кости треснуть. Даже получив стрелу в голову, он этим воспользовался, чтобы противостоять следующим стрелам.

— Получается сделать такое только потому что нежить? При условии стиля меча, магии Юноса и прочности нежити, это явно худшее сочетание.

Правый глаз Робин Гуда пристально следил за Юносом, а левый проверял, что происходит в комнате.

Пять авантюристов «Танцующего меча» были заняты двумя мертвецами Мандзи.

Фанд раздавал указания, координируя группу, сохраняя превосходство над глупой нежитью. Однако против бессмертных они уже устали обращаться с оружием, а из-за того, что в их жилах текла кровь, движения стали притупляться, так что ясно, что им не долго осталось.

Мудрец Мандзи не двигался. С жуткой улыбкой он наблюдал за сражением. По бокам от него стояли два мертвеца.

Если они начнут действовать, бой подойдёт к концу. И это доказывало то, что всё происходящее здесь было лишь игрой для Мандзи.

Робин Гуд тоже это понимал. Он хотел затянуть бой, дождаться, когда Мандзи расслабится и убить его. Но это было практически невозможно. Рядом с ним были два мертвеца и ещё где-то скрывался призванный «Писанием Гайлофа» один из духов мира мёртвых Дуллахан.

Этот противник был куда сложнее простых мертвецов. Он был невидим, и его мечи двигались так быстро, что ни один человек ничего не мог с ним сделать.

К тому же книга была в руках у Мандзи, если старика втянут в бой, он призовёт кого-то равного, а может посильнее Дуллахана.

«Нам не хватает сил... И самое страшное то, что ему похоже как раз хватает силы, чтобы помогать подчинённым, управлять нежитью и призывать духа. Нормальный человек уже бы потерял сознание или рассудок от истощения маны. Чтобы убить его, придётся использовать все свои тузы... Вот только не думаю, что он откроется».

Робин Гуд понял, что лобовая атака не поможет. Однако мужчина не знал, как он может добраться до Мандзи.

— А-ха, а-ха-ха-ха-ха!

Юнос с мечом направился прямо на Робин Гуда. Мужчина выстрелил. А тот внезапно ускорился и уклонился от всех трёх стрел.

— Я стал куда быстрее, чем был при жизни?! Быть не может!

Юнос продолжал разрубать стрелы на лету. Приняв одну в плечо, он всё ещё приближаться, как и подобает нежити.

«Быстрый, хотя он скорее не стал быстрее, а просто сильнее. Нет, скорее уж это просто то, что он изначально не демонстрировал. То есть теперь он созрел...»

— Вот это да, потрясающе, а-ха, а-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха! Теперь я стану сильнейшим авантюристом Балайры! Это буду я!

— Он обрёл сознание?!

Такое было возможно. Сильные маги с большим запасом маны и обладающие сильным духом мечники даже возродившись в качестве нежити благодаря оставшейся мане могли восстановить свою личность.

— С этой силой, с этой силой я смогу всё! А-ха, а-ха-ха-ха! Лишившись жизни, с моим мечом и интеллектом я стану аристократом!.. Но перед этим избавлюсь от тебя, Робин Гуд!

— Совсем сдурел! Ты уже мёртв!

К владению мечом и магии из жизни добавилась прочность тела нежити, благодаря своему разуму он мог управлять своим телом как ему того хотелось. Единственная слабость нежити — примитивность в движениях, исчезла.

Юнос использовал минимум движений, чтобы избежать трёх стрел Робин Гуда. Даже если в него попадут, пока это не будут суставы, телу нежити это особо не навредит.

— Ветер, неси.

Очень вовремя Юнос использовал магию ветра. Он не парил, а стремглав летел, снося стрелы, и приземлился перед Робин Гудом. Он понял, что при перемещении на большое расстояние становился добычей глаз лучника, потому стал быстро перемещаться на короткое расстояние.

— Что б тебя!

— Сдохни!

Он ушёл от удара Юноса. Но враг точно прилип, не давая Робин Гуду оторваться. Наконец меч оставил на щеке порез.

«Тц, не уйти? Хуже не придумаешь».

Наконец Юнос добрался до него. И когда Робин Гуд был готов умереть, окно словно взорвалось.

С улицы к ним залетел огромный мужчина в броне, напоминавшей огромный кусок стали. Он приземлился рядом с Робин Гудом. И всё помещение продавило под сверхтяжёлой бронёй.

Обстановка сразу же изменилась. Ощутив опасность, Юнос сразу же отступил. Другая нежить и авантюристы тоже прекратили сражаться, сосредоточившись на том, кто внезапно вторгся. Даже с лица Мандзи пропала зловещая улыбка, он стал серьёзным.

— Кто посмел помешать моему веселью?

— Веселью? А разве это не охота?

Здоровяк в броне ударил огромным мечом по полу. Вся комната содрогнулась, по полу побежали трещины.

— Только теперь добыча — ты.

Две пустые глазницы под шлемом смотрели прямо на Мандзи.

Мандзи ощущал в Ламбере что-то странное.

Будучи одним из величайших некромантов, он ощутил в нём что-то отдалённо нечеловеческое. Всегда готового к сражению Ламбера окружали плотные миазмы. Этого хватило, чтобы заставить расслабленного охотой Мандзи снова напрячься.

«Это давление от миазмов? Тогда он нежить?.. Но с таким сознанием он должен быть высшим личом. И тогда я должен был слышать о нём... Кем бы он ни был, он не так прост. Странно, что мы его не обнаружили раньше».

Личи — это проклявшие себя маги, желающие обрести вечную жизнь. Это несёт за собой конец жизни, потому может навредить телу, духу и мане, но по сравнению с обычной нежитью они сохраняют свой разум.

Однако ещё не было нежити, полностью сохранившей свой рассудок с помощью сильной воли и маны, потому описать состояние Ламбера было невозможно.

Мандзи уставился на мужчину и махнул рукой:

— От неопределённости стоит избавляться. Хорошо, что у меня и средства для этого есть.

Двое трупов, защищавших старика, бросились на Ламбера.

«Я взял с собой усиленную с помощью «Писания Гайлофа» нежить!.. С одним мертвецом ещё можно справиться, но уж точно не с двумя!»

Мозг просто игнорировал необходимость сдерживать тело, на огромной скорости они неслись вперёд. Способности нежити многократно превосходили живых.

Перед Ламбером они прыгнули и разошлись влево и вправо. Один мертвец зашёл в слепую зону. Движения были идеальными. От восхищения Мандзи и сам улыбнулся. Даже с его долгим опытом обращения с нежитью, старику не так часто доводилось видеть настолько быстрых существ. Он создал их из тел сильнейших авантюристов Балайры.

— Ё-хо-хо, ё-хо-хо-хо-хо! Великолепно! Я впечатлён. Спасибо вам, авантюристы. Спасибо, что тренировались для того, чтобы стать моими мёртвыми куклами!.. Эти мертвецы слишком прекрасны!

Глаза на уродливом лице сияли, старик развёл руки и орал. Продолжая следить за Юносом, Робин Гуд посматривал за Ламбером и Мандзи, и всё же скорость двух этих мертвецов его поразила.

«Я думал, что Юнос силён, потому что стал нежитью, но ошибся! То есть такими становятся натренированные трупы?! Они просто собираются нанести смертельный удар, но учитывая скорость и прочность, людям с ними не справиться!..»

Одним или двумя ударами нежить не убить. Чтобы уничтожить их надо было повредить суставы, сжечь, сломать позвоночник или уничтожить большую часть мозга. Даже если их ударить, они не остановятся, удар, за которым нет желания увернуться или защититься, не остановить.

И теперь с двух сторон атаковали первоклассные воины. Два меча целились в шею Ламбера.

— Великолепно! Ё-хо-хо-хо-хо!

За голосом последовала волна крови, и тела трупов разлетелись в разных направлениях, разрубленные. Выше груди ничего не было, головы лопнули от удара об стены. Безголовые трупы вокруг Ламбера не двигались.

— А? А?

Мандзи был не воином, а некромантом, потому не смог разглядеть движения меча, и ничего не понимал.

Верхние половины тел двух трупов просто исчезли. Больше не искусство меча, а магия.

— Ты нахваливал моё владение мечом? Странный ты.

— Ч-чудовище... Б-быть не может!.. Моя сильнейшая нежить!..

— Эта книга... Она из человеческой кожи? Неужели гримуар Гайлофа? — Ламбер стряхнул кровь с меча и спросил Мандзи.

— Ты сразу же понял, что это «Писание Гайлофа»?.. Так всё-таки ты лич?

— Я лич?

— А разве нет? Кто-то помимо некромантов не сможет узнать с первого взгляда «Писание Гайлофа»!

— Просто я его уже видел. И думал, что ему за долгие годы пришёл конец. Вот уж не знал, что он протянул двести лет.

— Что, что, не понимаю...

— Это я убил Гайлофа. Лишь жалею, что его гримуар не уничтожил.

— Ч-что?!

Всего из-за одного алхимика, повторялись безумные бои и акты жестокости, Аргроуз превратилась в страну жестокости. А остановил всё один генерал органа, Ламбер.

Двести лет назад на верхнем этаже замка Аргроуз. Преследуемый Гайлоф призвал безумных духов, не щадивших ни своих, ни чужих, и был убит Ламбером.

Но худший из некромантов не мог позволить всему закончиться вот так. Перед смертью Гайлоф перенёс гримуар, являвшийся свидетельством его жизни своему ученику, находившемуся далеко.

Его магия и связь с другим миром принесла много зла. Страшнейший военный преступник в истории, погубивший пять миллионов жизней, и Ламбер недооценил его одержимость. И потому через двести лет гримуар, сменив владельца, снова оставил за собой горы трупов.

— Вот как, значит это моя ошибка.

Из-за гнева Ламбера вокруг стали расходиться ещё более плотные миазмы.

— Быть не может! Хочешь сказать, что ты мятежный генерал органа! Б-быть не может... Невозможно! Такого попросту не может быть!..

— Может. Я опороченный и заклеймённый навечно Ламбер Делакруа. И я разрублю этот проклятый гримуар вместе с тобой.

Когда Ламбер произнёс эти холодные слова, он приготовил меч к бою. А широко открытые глаза Мандзи из-под толстых век пристально смотрели на него.

— При том, как я глубоко уважаю и люблю господина Гайлофа, ты смеешь называть себя Ламбером... За это ты достоин лишь умереть! — проревел Мандзи, крепко сжимая «Писание Гайлофа».

Ламбер устремился к старику. А тот в левой руке держал книгу, а правую направил на противника.

— Огонь, сожги!

Используя «Писание Гайлофа» как проводник, он активировал магию. Из руки вышло пламя больше двух хейнов в высоту и сожгло всё от пола и до потолка. Слегка опоздавшая за Ламбером магия, последовала за ним.

— Ё-хо-хо-хо-хо! В этом доспехе ты и сгоришь, он станет твоей могилой!

— Что это за магия?.. — удивлённо проговорил кто-то из «Танцующего меча». Обычным магам было далеко до Мандзи.

Время активации, масштаб, сила и продолжительность, всё было на высоте. Магия, создаваемая из ничего, потребляла очень много маны. Потому в бою многие маги используют землю и ветер.

Использующие огонь в основном ограничиваются огненными сферами. Обычный маг, выпуская столько огня не только лишится всей маны, но и может потерять жизнь.

Мандзи же использовал в качестве проводника гримуар величайшего злодея и алхимика Гайлофа. Книга была эффективна в сложных магических ритуалах и как проводник была почти идеальна.

Мощь гримуара была очевидна, но ещё дело было и в огромном запасе маны самого Мандзи.

— Куда простому авантюристу до такого!

Сражаясь с нежитью, Фанд командовал товарищами, но краем глаза посматривал на Мандзи и Ламбера, и от напряжения вспотел.

— Понятно, почему это запрещённая магия!.. Пока он столько огня выпускает, к нему не подобраться, — в словах Фанда было три ошибки.

Во-первых, сила Мандзи была в некромантии, она не помогла ему остановить Ламбера, потому ему пришлось использовать что-то ещё. Во-вторых, старик никогда не сходил с пути мага, просто он с детства был лишён всего человеческого, а благодаря силе обратился во зло.

И в-третьих, для Ламбера, выступавшего против Мандзи, пламя не было проблемой.

Он уклонился в последний момент, но в движениях не было ни намёка на неуверенность. Самым коротким маршрутом он направился к старику.

— И это использование «Писания Гайлофа»?

От оценки Ламбера на лбу старика появились более глубокие морщины, им овладела злость.

Оценку Фанда о магии Мандзи и магии Гайлофа Ламбер рассчитывал совсем иначе.

Меч уже был на достаточном расстоянии для удара. Глаза противников встретились.

— Позволь уничтожить эту книгу.

— Чушь, ты сдохнешь!

Перед Ламбером появился мечник в чёрных доспехах, двумя мечами и без головы, он занёс меч в правой руке. Это был защищавший Мандзи один из тринадцати духов мира мёртвых, с которым заключил договор Гайлоф, Дуллахан.

Обрушившийся меч остановил удар Ламбера.

— Дуллахан, шестой из тринадцати духов Гайлофа? Давно не виделись.

Их мечи сошлись и стали давить друг на друга. Дуллахан использовал два меча и обрушил свои нечеловеческие техники на Ламбера.

Мужчина останавливал удары быстрее, чем кто-то слышал удар стали. Он отразил почти три десятка атак.

Даже для генерала органа победить тринадцать духов было непросто. Ламбер оттолкнулся от пола и отпрыгнул назад.

— Понятно, ты стал лучше, пока я спал.

— ... — Дуллахан не ответил и лишь приготовил к бою свои мечи.

Мечи в руках были разными. В правой меч был из мифрила, лёгкий, прочный и тонкий клинок. Он был нужен для быстрых атак.

В правой руке был чёрный и дымящийся меч. Это был магический меч из другого мира. Он был сделан из тела Дуллахана, меч был проклят, проникая в плоть, он отнимал жизнь.

Главной причиной такого поведения был именно магический меч. В отличие от физического мифрилового меча, этот мог проходить через оружие и броню, от него не было защиты. С одним бы мужчина ещё легко справился. Но против двух мечей, которые двигались на огромной скорости, тяжело приходилось даже Ламберу.

Мандзи использовал Дуллахана для уничтожения гильдий авантюристов.

Его проклятый меч мог уничтожать даже крупные гильдии.

Так Мандзи хотел сократить расход маны. К тому же в прямом бою даже он вряд ли бы остался невредим против крупной гильдии. И ещё меч Дуллахана не повреждал трупы, что было очень удобно для старика, который собирался их использовать.

Для призыва с седьмого духа требовался ритуал или плата, и это было опасно для призывателя. Потому Мандзи предпочитал использовать шестого духа.

Дуллахан мог убить своими нечеловеческими навыками любого, он был главной силой старика.

Однако дух был слишком силён, и обычно Мандзи использовал его как последнее средство защиты. С тех пор, как старик завладел «Писанием Гайлофа», благодаря Дуллахану его жизнь никогда не подвергалась опасности. Момент, когда Дуллахану приходилось драться всерьёз, был для Мандзи величайшим стрессом.

— Чего ты возишься? Хватит игр! Не нужен он мне живым, не нужен! Убей! Убей! Убей его!

После этих слов Дуллахан поднялся в воздух. Снова началась битва за гранью обычных людей. На дёргавшемся лице Мандзи была улыбка, когда он направил руку на поле боя.

— Огонь, сожги!

Если духу нанести серьёзный ущерб, он не сможет оставаться в этом мире и вернётся в свой. Потому Мандзи решил сжечь сразу двоих.

Обоих мечников поглотило пламя старика.

— Ё-хо-хо-хо-хо! Да, получилось, получилось! Умер! Ё-хо-хо-хо... — смеялся Мандзи. И тут из пламени показался чёрных меч, изрыгающий миазмы.

— Ё-хо?..

А дальше из пламени вылетел Дуллахан и ударился спиной о стену. В руках у него не было оружия. На чёрных доспехах был вертикальный разрез, он становился прозрачным, не способный оставаться в этом мире.

— П-почему?! Как...

Из столба огня появилась фигура Ламбера с мечом в руках.

— Не знаю, быть может ты хотел помочь, но в итоге этот дух первым лишился концентрации.

Из-за пламени Дуллахан на миг лишился концентрации, и его атаки притупились. И этого хватило, чтобы решить, кто победит. Воля Ламбера, закованного в доспехи из органа, не пропускающего магию, оказалась сильнее.

— Б... Быть не может, этого просто не может быть! Дуллахан проиграл в бою на мечах! Это невозможно! Никто не может превзойти совершенного духа мечника!.. — отступая, говорил Мандзи. Упёршись спиной в стену, он остановился. На дрожащих коленях старик упал на пол.

А потом посмотрел вверх. В его глазах отразился Ламбер.

— В то время в этом не было ничего необычного.

Человек в броне с огнём за спиной казался самим дьяволом.

— О-отзовись на мой зов, явись из царства мёртвых, «Полая башня, костяной Вавилон»! — прокричал Мандзи, и «Писание Гайлофа» снова засветилось от маны. Белая треугольная пирамида пробила пол под ногами Ламбера.

Мужчина успел уйти. А из пола появился цилиндр диаметром три хейна и пробил потолок.

Кабинет содрогнулся. Большая трещина прошла по полу, а с потолка посыпались обломки.

Ещё и стена рядом с Мандзи была полностью разрушена. Именно через эту дыру и сбежал старик из особняка графа.

— Снова ушёл... Но ненадолго. Вначале надо разобраться с имеющейся проблемой.

Цилиндр состоял из уложенных костей. Он был построен из равномерно сложенных черепов, наружу смотрели пустые глазницы.

— Вот и появился. Первый дух Гайлофа, костяной Вавилон...

Костяной Вавилон как и Дуллахан являлся духом мира мёртвых.

Вот только в отличие от него башня не могла двигаться. Во время войны Гайлоф использовал её для внезапной атаки и призывал повторно.

Самым слабым из духов как раз считался первый. Но бесполезным он не был. Скорее уж Гайлофу он нравился как его щит и меч. Ламбер с осторожностью держал огромный меч.

— Проклятие Гайлофа непростой противник. Он использовал огонь, и я подумал, что почему-то костяной Вавилон считался им бесполезным... И всё же непросто будет сражаться с ним в закрытом помещении.

Костяной Вавилон мог делиться на части и призываться в разных местах одновременно. Разбиравшийся в психологии войны Гайлоф, использовал его как уловку, быстро создавая через определённый промежутки времени.

С его помощью у алхимика получалось убивать даже героев эпохи войн.

Его умение использовать костяной Вавилон погубило немало подчинённых самого Ламбера. Потому мужчина вложил силу в меч.

Правда то была стратегия мага, входившего в десятку сильнейших во времена войн, и стала возможной лишь благодаря нечеловеческому запасу маны. Даже если Мандзи попробует что-то подобное, то лишится маны и не сможет продолжать.

Перед напряжённым Ламбером костяной Вавилон стал растворяться и исчез, оставив за собой лишь дыру.

— М?

Это выглядело как неспешное отступление. Её не отправили в другой мир, скорее уж призыватель стал лишаться сил.

И это было правдой. Мандзи использовал ключевой элемент атаки Гайлофа для жалкого бегства.

Ламбер выглянул через дыру в стене. С третьего этажа он увидел маленькие здания Балайры.

И на странной лошади он разглядел окровавленного Мандзи. Помимо обычной головы на груди коня было человеческое лицо. На голове лошади было три глаза, всё это выглядело жутко.

Это был третий дух Гайлофа, двухголовый дух коня Трой.

— Не уйдёшь!

Ламбер собирался спрыгнуть с третьего этажа, но услышав крик авантюриста «Танцующего меча», обернулся.

Позади ещё сражались усиленный мертвец, авантюристы и Робин Гуд. Кабинет был разрушен костяным Вавилоном, к тому же благодаря магии Мандзи сильно выгорел. Людям было непросто выстоять против мертвеца, не знающего усталости и не переживавшего из-за ран. Чем дольше это будет продолжаться, тем более выгодным будет положение нежити.

«Это не займёт много времени... Но я не могу упустить «Писание Гайлофа». Вряд ли Мандзи был серьёзен, пока я не появился. Получив отсрочку, он наверняка призовёт высших духов. И я вряд ли справлюсь с тринадцатым духом без своих подчинённых...»

Вспоминая, что было в прошлом, даже такой ветеран как Ламбер содрогнулся. Тринадцатого духа не мог контролировать даже Гайлоф, он устроит настоящий ад. Даже со своими подчинёнными Ламбер был не уверен, что справится в прямом противостоянии. Нельзя было давать Мандзи время. Но если он уйдёт, то оставит умирать всех в особняке.

И тут один авантюрист повернулся к Ламберу:

— Живее, иди за этим уродом! Оставь здесь всё на нас!

Это был мужчина в аристократической зелёной одежде, Робин Гуд. Когда он отвёл взгляд, его атаковал обратившийся в нежить Юнос.

— А-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха! Робин Гуд, ты умрёшь! И встретишься со своими людьми в аду! А-ха-ха-ха-ха!

В щёку, грудь и бедро крутящегося в воздухе мужчины попали стрелы. Сбитый Юнос приземлился на землю. Вытянув руку, он нацелился на Робин Гуда. А мужчина подался назад, избегая удара.

— Что, неудобная мишень? А-ха, а-ха-ха-ха!

Меч направился в лоб Робин Гуда. На симпатичном лице появилась кровавая линия.

— А-ха, а-ха-ха-ха! А-ха...

Стрела вонзилась в лоб смеявшегося Юноса. Она была выпущена с близкого расстояния, переломила шею, заставив голову откинуться назад. Юнос упал.

— Дай мне с ними разобраться, — тяжело дыша, сказал Робин Гуд Ламберу. А тело Юноса со стрелой во лбу поднялось.

— Больно ведь, Робин Гуд!

Ламбер ничего не ответил и выпрыгнул через дыру в стене. Тяжёлая броня из органа на огромной скорости летела с третьего этажа. При приземлении раздался громкий удар, а на земле остались отпечатки ступней. Выдернув ноги из земли, он последовал за Мандзи.

Мандзи ехал по Балайре верхом на коне-духе Трое. Три глаза коня бегали, а изо рта вытекала слюна.

Лицо на груди причудливо смеялось. Обычно на этот смех было плевать, но сейчас он раздражал Мандзи.

«Не смешно! Я отправился к графу, чтобы повеселиться, но мне никто не сказал, что может прийти это чудовище!»

Он сам пришёл к графу не потому, что считал, что подчинённые для этого слишком слабы. Просто ему хотелось найти для своей нежити подходящих противников. К тому же Мандзи нравилось видеть отчаяние на лицах мечников, считавших себя сильными. И ему казалось, что он сможет насладиться этим, отправившись к графу.

Скача верхом на Трое, он смотрел по сторонам. По Балайре должна была распространяться нежить, но сейчас он не видел никого. Они обратились в неподвижные трупы.

С невыразительными лицами люди тянулись к мёртвым знакомым, какая-то женщина выкрикивала имя своего ребёнка. Солдаты графа с подозрением смотрели на Мандзи, верхом на коне-духе, и кричали вдогонку.

И самое печальное для старика было в том, что это значило, что основные трудности для города были уже позади. То есть нежить вокруг была уничтожена.

«Созданная нежить снова стала горой трупов?.. Мои подчинённые должны были защищать чёрные кристаллы мёртвых... Так они облажались? Видать я их переоценил...»

Чёрный кристалл мёртвых был создан из маны Мандзи посредством «Писания Гайлофа». Он позволял манипулировать мёртвыми.

Это была основа масштабной некромантии Мандзи. Десять кристаллов защищали его подчинённые в разных частях города, но сколько бы Трой ни скакал, ходячих мертвецов старик не увидел.

Солдаты графа Мондо под руководством Гласко, избежавшие смерти авантюристы и Робин Гуд смогли уничтожить пять кристаллов. Это было в пределах ожидаемого.

Однако Ламбер уничтожил ещё пять кристаллов, создававших сильнейшую нежить, он убил помощницу Мандзи Адамалию, заманившую мужчину в ловушку, и всё это бесило старика.

«Столько трупов. Эти бездари должны были всё как следует подготовить. Хотя смерть всякой мелочи не навредит крупномасштабному плану. Пусть появился этот самозванец Ламбер, я уже почти выполнил все свои задумки в Балайре».

На уродливом лице Мандзи появилась улыбка. В красных глазах читалось безумие.

В особняк графа он отправился лишь для того, чтобы повеселиться. Его целью было уничтожение Балайры, места, где обосновались сильнейшие авантюристы, чтобы это место уже никогда не восстановилось.

Для этого Мандзи создал необходимое количество трупов. А дальнейшее было лишь игрой. Когда условия были соблюдены, остальное было лишь вопросом времени.

Мандзи посмотрел на небо. Скоро наступит ночь. Свет луны освещал Балайру.

«И время уже пришло. Когда луна вступит в свои права, мир мёртвых будет рядом с нашим! Мёртвых должно быть в избытке. Всему этому фарсу придёт конец... Благодаря гримуару господина Гайлофа Балайра превратится в ад! И всё это сделаю я! Самозванец Ламбер, останови меня, если сможешь!»

Шесть авантюристов на лошадях приближались к Мандзи. У всех в руках были луки.

— С-стоять! Даже в экстренных случаях призывать духов запрещено!

— Ты слишком подозрительный. Давай-ка поговорим.

Мандзи усмехнулся и открыл книгу.

— Отзовись на мой зов, явись из царства мёртвых «Хранитель врат Цербер».

Мана засияла и появилась огромная собака с двумя головами и три хейна в длину. Это был пятый дух Цербер.

Кислотная слюна растворяла землю, четыре сияющих красных глаза смотрели на добычу. Выпущенные стрелы попали в Цербера. Но не пробили толстую шкуру и просто упали на землю.

— Ч-что это за чудовище?! — закричал мужчина, скакавший первым, они выбросили луки и достали мечи. Раз нельзя было прострелить, оставалось зарезать.

Цербер остановил меч зубами, взмахнул головой и сбросил человека с лошади на землю. При падении беззащитный мужчина напоролся головой на твёрдые когти.

Хлынула кровь, кости из сломанной шеи вышли наружу. Было ясно, что смерть наступила мгновенно. А другая голова перекусила голову. Мозги вылетели наружу, монстр схватил их, и на его пасти остались следы мозгов и кровь.

Беспощадные красные глаза смотрели на оставшихся пятерых авантюристов. После такой жестокости они лишились желания сражаться.

Цербер прыгнул и налетел на одного из людей, показавших ему спину. Монстр вырвал кусок мяса, хлынула кровь, и человек свалился с лошади. При нападении живот и ноги коня тоже были разорваны, кишки посыпались на землю через рану, животное билось в судорогах.

— Ё-хо-хо-хо... Я спешу. И мне некогда возиться со слабаками.

Мандзи обернулся назад. На его лице появилась довольная улыбка, но увиденное дальше заставило напрячься. На убегавших авантюристов прямо к Церберу направлялся огромный конь.

— После увиденного не лишиться желания сражаться? Каким дураком надо быть...

Мандзи пригляделся.

Зрение у него было не таким уж и хорошим. К тому же до того странного мужчины было ещё далеко. Видать в этом дело, по этой причине Мандзи не увидел голову огромного чёрного коня.

А мужчина, верхом на лошади вытащил свой огромный меч. Лошадь ускорилась, добавляя мощи оружию.

Огромная лошадь просто прошла мимо Цербера. Мандзи не понимал, что происходит. Он протёр глаза и увидел, как между головами по телу и к хвосту появился разрез.

— Гра!

Разлетевшиеся в разные стороны головы издали короткий крик. Хлестала синевато-чёрная кровь, конечности продолжали биться. Но лишившись сил, существо остановилось, а потом исчезло. Больше не способный поддерживать свою форму в этом мире, Цербер вернулся в мир мёртвых.

«Убил Цербера как какого-то щенка?! Да кто он...»

Бормотание Мандзи больше напоминало стон. Прикусив губу, он посмотрел на того, кто убил Цербера. Гигантом в броне оказался тот самый самозваный Ламбер, преследовавший старика. К тому же он ехал на лошади без головы.

— Ч-что это?! — прокричал Мандзи.

Мужчина верхом на безголовом коне приближался, размахивая мечом. Вокруг были жители города, солдаты и авантюристы, но великан не обращал на них внимания и ехал на огромном безголовом звере. Скорость была такой высокой, что люди вокруг от испуга вскрикивали.

— Не уйдёшь, отдай мне «Писание Гайлофа»!

Ламбер размахивал мечом и несся на безголовой лошади по улицам Балайры.

При виде жуткого рыцаря люди кричали и разбегались. Мужчина преследовал мудреца Мандзи на двуликом коне Трое.

Хоть оба были на странных животных, старик точно уступал Ламберу. Мандзи знал, что если не сбежит, то умрёт.

Кошмар нёс хозяина на огромной скорости, и всё же было непросто нести на себе огромный вес доспехов из органа.

Однако расстояние между ними продолжало сокращаться. Скоро Мандзи догонят.

— Всё же он не человек! Ты, почему мешаешь мне?! Почему следуешь за мной?!

Мандзи был готов разрыдаться из-за того, насколько абсурдным казалось ему существование Ламбера, и бросал на него взгляд. Старик в спешке перелистывал страницы гримуара.

«Шестой дух Дуллахан проиграл. Чего говорить про пятого, Цербера! В прямом бою против него не выстоять! Нельзя позволить ему вмешаться в ритуал! Я обязан выиграть время!»

После случившегося в особняке графа, старик прекрасно понял, насколько был пугающим Ламбер. Сражаться с ним лично он больше не думал.

— Отзовись на мой зов, явись из царства мёртвых, «Чёрная повелительница марионеток Лилит»!

После крика чёрная роба стала развеваться. Из неё высунулась болезненно белая девушка.

С улыбкой на лице она вытянула тонкий палец. Четвёртый дух Гайлофа, чёрная повелительница марионеток Лилит. Сама она не могла сражаться, но могла управлять попадавшимися на пути трупами как своими марионетками.

Хоть она заставляла тела двигаться, воспроизвести мастерство воинов она не могла, но для неё не было разницы, тело ли это опытного бойца или ребёнка.

Если есть трупы, она могла создать своих солдат, но они были самыми обычными. Так что её способности были ограничены.

Однако после сражения в Балайре она могла показать всю свою силу. Глаза прятавшейся в мантии Лилит были направлены на Ламбера. На её губах была улыбка.

— Лилит?..

Она подняла руки. Десять пальцев засияли светло-голубым светом, а трупы на улице поднялись и преградили мужчине путь.

Их сразу же было больше двух десятков. Женщины, дети, авантюристы, старики. Пусть компания была разношёрстной, под управлением Лилит это безумные воины, способные сражаться даже без конечностей.

Целью нежити был не Ламбер. А ноги безголового коня Кошмара.

Даже если с мужчиной справиться не получалось, если они заставят упасть коня, то нанесут урон и животному, и всаднику. Нежить пригнулась, готовая броситься на ноги Кошмара.

— Вперёд! Убейте, убейте! — кричал Мандзи, ожидая чего-то, но всё это было совершенно бессмысленно.

Взмах меча раскидал мёртвых, а безголовый конь силой пробивался вперёд. Расстояние между ними увеличилось, но ненамного.

— Д-да что это?!

Нежить продолжала подниматься, блокируя дорогу, но Ламбер всякий раз успешно уходил.

— Бесполезно. Хватит плодить нежить, — говоря это, Ламбер ощутил что-то странное.

Вокруг было всё больше безголовых трупов. Пока он преследовал Мандзи, их число всё росло.

Это не было случайностью. Безголовые трупы создавались специально. Это было нужно для чего-то. Когда-то сражавшийся с алхимиком Гайлофом Ламбер знал, зачем это.

— Это пир мёртвокукольного дракона!..

В голосе была тревога. Мандзи улыбнулся, и на его бледном и уродливом лице была улыбка:

— Откуда знаешь? Хотя неважно. Теперь ничего не остановить! Моя Лилит не убьёт тебя, но ей достаточно задержать.

Перед Мандзи стояли двое подозрительных людей в робах.

Перед ними были десятиметровые магические письмена, а в центре собрано огромное количество голов.

У живших в другом мире были их любимое время, места, обстоятельства и мана. Для высших духов надо было выполнить все их условия.

Призыв духов с удовлетворением определённых условий назывался ритуалом. И пир мёртвокукольного дракона был одним из них.

— Ты проиграл, воин в броне... Нет, немёртвый рыцарь. Я впечатлён, что нежить так далеко загнала меня. И всё же моей целью изначально был пир мёртвокукольного дракона! Гора мёртвых тел нужна для призыва проклятого дракона! И уже всё завершено! Ё-хо, ё-хо-хо, ё-хо-хо-хо-хо-хо!

Трой остановился. Двое ждавших мужчин посмотрели на Мандзи.

— Вы уже призвали Лилит для ритуала, господин Мандзи!

— Но это позади...

Лица мужчин стало сводить судорогой, когда они увидели приближавшегося Ламбера. Мандзи проигнорировал их и посмотрел в глаза девушке, плававшей в мантии.

— Лилит, призови мёртвокукольного дракона!

На её лице появилась взрослая, не подходящая под её внешность улыбка, она направила на гору человеческих голов в центре магических письмен свою руку.

Сила Лилит заставила головы взлететь. Закрытые веки открылись, явив безжизненные глаза.

Головы плавали внутри магических письмен. Челюсти двигались, они смеялись. Зрелище было ужасающим. Поднявшаяся луна осветила иную форму мира.

Окровавленные головы плясали. Перелистнув страницу «Писаний Гайлофа», Мандзи прокричал:

— Отзовись на мой зов, явись из царства мёртвых, «Мёртвокукольный дракон Раунпуп»!

Свет маны собрался в центре магических письмен, растягиваясь, он обретал форму чего-то огромного. Огромную голову, летавшую на высоте в два хейна, окружили смеющиеся головёшки.

Глаза были пустыми, а цвет кожи нездоровый. Волос не было, глаза были огромными, она напоминала голову куклы младенца.

С виду это была человеческая кожа, но было очевидно, что это не так. Тело состояло из множества узловатых элементов, по бокам была целая куча ног, и вытянутых рук было не меньше.

Странное существо ползало по земле. В нём было больше двадцати хейнов. На ничего не выражавшем лице духа мира мёртвых мёртвокукольного дракона Раунпупа открылась пасть и он издал жуткий крик как новорождённый:

— А... А, а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Одна из летавших голов была схвачена и размозжена. Спешивший к письменам Ламбер увидел Раунпупа и понял, что не успел, потому замедлил Кошмара. Способное свести одним своим видом с ума чудовище причудливо изгибалось.

— Г-господин Мандзи! Прошу! Остановите это...

Двое подчинённых убегали от Раунпупа, крича старику. Но Мандзи даже не взглянул на них.

Глаза безумного старика восхищённо смотрели на монстра. На узловатое тело, на жуткую огромную голову, на странные движения, всё это восхищало его:

— О-о-о... Великолепно, просто великолепно. Раунпуп всё также прекрасен и величественен!

Он оставил без внимания крики и просьбы о помощи подчинённых. Одного монстр прижал и высосал через рот внутренности. А второго поймал своими бесчисленными руками, поднял и разорвал на части.

Монстр высоко поднял своё тело и посмотрел на Ламбера верхом на Кошмаре.

— Всё же мерзкая тварь, — пробормотал Ламбер при виде мёртвокукольного дракона Раунпупа. Жуткая физиономия была направлена на мужчину, а пасть двигалась. Не способные сфокусироваться глаза вращались.

— Ё-хо, ё-хо-хо, ё-хо-хо-хо-хо! Всё кончено! Я победил! Не знаю, почему ты защищаешь эти земли, будучи нежитью, но с появлением Раунпупа этому городу конец! Увы и ах! Ё-хо-хо-хо-хо!

Перед Раунпупом был смеющийся Мандзи верхом на Трое.

Изначально массовые убийства в городе были нужны для призыва Раунпупа, а он уже должен был уничтожить город.

Этот монстр был за пределами возможности группы людей. Если убить призывателя, то монстр исчезнет, но тот оставался на духе коня. К тому же была ещё и Лилит.

Она уже начала собирать мёртвых воинов. Убить Мандзи, когда здесь бессчётная нежить, Раунпуп и Трой, было сложно. То есть пока мужчина не разберётся с Раунпупом, до старика ему не добраться.

— А-а-а-а-а-а-а-а! — ревя, жуткая голова направилась к Ламберу. Там, где только что стоял Кошмар, земля взметнулась в воздух. Ламбер обернулся и увидел улыбающееся лицо младенца, изо рта которого сыпался песок, а челюсти стучали.

— Как же я не хотел снова с тобой встречаться!

Раунпуп преследовал убегавших Ламбера и Кошмара. Куча человеческих рук с тремя суставами потянулась за ними.

Дорогу преградила толпа нежити. Их собрала Лилит. За это время она успела собрать больше четырёх десятков воинов.

Перед Ламбером всплыл образ худощавого мужчины средних лет с печальным взглядом и мешками под глазами. Алхимик, погубивший пять миллионов и самостоятельно управлявший целой страной, Гайлоф. Его не могло здесь быть, но будучи в окружении трёх его духов, Ламбер подумал, что противостоит ему.

Ламбер вспомнил лицо Гайлофа перед смертью, когда он впервые его увидел. Этот военный преступник не щадил ни своих, ни чужих, у него были пустые глаза, лишённые воли. Потому Ламбер сразу не мог понять, что это и был Гайлоф. Но как только мужчина зловеще улыбнулся и погрузил всё в пучины ада, он понял, что перед ним не подделка, а самый настоящий Гайлоф.

Через миг иллюзия растворилась. Вместо неё раздался смех Мандзи вдалеке.

— Мы поменялись ролями, немёртвый рыцарь! Я благословлён господином Гайлофом! Я унаследовал его волю и силу, со мной никто не сравнится! Вместо него я превращу запад Воримии в царство мёртвых!

Мандзи был абсолютно уверен в своей мане и «Писании Гайлофа». Старик был одним из мудрецов «Свистящего демона», но не был предан организации. Благодаря его внешнему виду и образу жизни Мандзи так ни к кому и не привязался.

В нём было лишь восхищение другим некромантом Гайлофом и одержимость мёртвыми. С гримуаром, он не сомневался, что находится выше остальных мудрецов и мог стать главой организации.

— Ты перенял волю Гайлофа? — Ламбер приготовил меч к бою.

Кошмар пробивался через толпу мертвецов. Десяток верхних половин тел взметнулись в воздух после удара мечом, а нижние снёс конь. Преследуя их, Раунпуп давил трупы.

— Ожидаемое предположение. Ты лишь пытаешься следовать за проклятием книги и повторяешь убийства, притворяясь последователем Гайлофа.

— Что?!

Разгневанный Мандзи открыл рот, но закрыл прежде, чем сказать что-то. Слишком сильно миазмы Ламбера давили на него. Ощутив величие немёртвого рыцаря перед ним, гнев старика угас. Он прикрыл рот и просто молчал. А его тело началось дрожать.

— Это не ты используешь духов и магию. Они используют тебя. Ты лишь посредственность, случайно получившая огромную силу.

— Ух... У...

Хоть и хотелось поспорить, старик не произнёс ни слова. Смеявшаяся Лилит будто насмехалась над самим Мандзи.

После недолгой тишины старик снова смог двигаться. Он говорил себе, что это из-за страха и смотрел на уродливого младенца Раунпупа, чтобы успокоить себя.

— Быстрее, быстрее раздави его, Раунпуп!

Монстр снова высоко поднялся. Его глаза, ходившие по кругу, смотрели прямо на Ламбера.

Голова слегка задрожала, челюсти застучали, монстр бросился на мужчину. Быстрая голова попала в Ламбера. Даже в сверхтяжёлой броне из органа он отлетел. Безголовый конь тоже подлетел и упал на бок.

— Ё-хо-хо-хо-хо-хо! Что и ожидалось от Раунпупа! Быстрее, добей его...

— А-а-а-а-а-а-а-а!

Раунпуп широко открыл рот, отвёл назад верхнюю часть тела и заревел. Он заглушил приказание старика, заставив его замолчать.

А потом Мандзи заметил. На левом глазу монстра была огромная рана. Старик широко открыл глаза.

— Раунпуп?! Б-быть не может! Дух высшего ранга?!

Упавший Ламбер поднялся.

— Всё же без подчинённых противостоять Раунпупу непросто. К тому же... Кошмар ещё какое-то время не сможет бегать. Не получится оставаться вблизи и ждать, когда враг откроется.

После удара Раунпупа броня из органа не пострадала.

— Смотри внимательно. Когда я разберусь с ним, настанет твоя очередь.

Мандзи ничего не мог ответить. Уверенность Ламбера не была блефом, он был готов сражаться против Раунпупа в открытую.

Пусть монстра и ранили, это был лишь один удар. Его было не победить. Старик не сомневался в Раунпупе.

И всё же Мандзи считал, что этот дух — оружие в войне, одиночка не мог ему противостоять. А всё отчаяние, вызываемое Раунпупом, пошатнулось после одного взмаха меча.

Высоко поднявший голову Раунпуп смотрел с ненавистью на Ламбера. Удар меча оставил горизонтальный разрез на веке и вертикальный на самом глазу, чёрно-синяя жидкость стекала точно слеза.

Ламбер держал меч, глядя на жуткую голову. Пока он внимательно следил за монстром, его окружила армия нежити Лилит. Когда мертвецы приблизились к Ламберу и взмахнули мечами, мужчина начал двигаться.

— А-а-а... А-а-а-а!

Жуткое тело Раунпупа стало изворачиваться, а голова попробовала раздавить Ламбера. Он отскочил назад, ударив мечом по щеке.

Однако новой раны на физиономии монстра не появилось. Шкура была пугающе твёрдой. Без сильного нажатия меч не мог вспороть это существо. Невероятная манёвренность монстра не позволяла Ламберу найти хоть одну слабость.

Жуткая голова на такой же скорости поднялась в воздух. Прежде чем Ламбер приготовился к следующей атаке, на него снова набросились. Это была кошмарная непрерывная атака.

Мужчина уклонился в последний момент. Вместо него голова разбросала по земле куски тел мертвецов. Под огромным давлением тела разлетелись на десятки частей.

Два удара гиганта. Видя, как непросто приходится Ламберу, Мандзи считал, что после призыва монстра он восстановил своё превосходство. На вспотевшем и дёрганом лице появилась горькая улыбка.

«Дважды атаковал на такой скорости! Я бы не справился с Раунпупом! На лице появилась рана, но всё это мелочи! Под такими ударами он споткнётся и потеряет всё своё преимущество... Получится, всё получится!»

И тут случилось нечто неожиданное для Мандзи. Голова поднялась и в третий раз напала на Ламбера.

— Ё-хо?..

После удара земля поднялась в воздух. Из-за этого старик не знал, попал ли Раунпуп.

Но и тут атака не закончилась. Последовала четвёртая и пятая, не сбавляя скорости, он продолжал поднимать дым, в котором находился Ламбер.

— Ё-хо-хо-хо?..

Вес и скорость. Уже это было опасно. Атака, помноженная на вес и скорость, меняла форму земли. Вибрацию ощутил даже стоявший в стороне Мандзи.

После пяти ударов Раунпупа вокруг было вообще ничего не видно.

«Этот немёртвый рыцарь не мог уклониться!»

Дальше последовали шестой, седьмой и восьмой удары. Потом куски нежити разлетались в стороны. После пугающего восьмого удара Раунпупа Мандзи восхищённо потянулся вперёд.

— Ё-хо-хо-хо-хо-хо-хо?! Великолепно, просто потрясающе Раунпуп! Вот это движения! После такого он!..

Дым рассеялся. И на горе трупов стоял ушедший от всех ударов Ламбер. Улыбка Мандзи застыла. Мышцы лица сводило судорогой, когда он закричал:

— Как... Почему?! Почему так?! Почему ты не впал в отчаяние перед Раунпупом? Почему тебя не сожрали?! Это ведь высший дух!

— Было опасно, но вроде справился. Я наконец достал отличную лошадь, и больно потерять её. Против такого противника стоит сражаться лишь в лобовой атаке, — спокойно сказал Ламбер обезумевшему от гнева Мандзи.

— Т-ты думаешь победить?! Так говоришь, будто... Будто...

Удивлённый словами старик свалился с Троя, а потом сразу же подскочил. От атаки и возбуждения у него сбилось дыхание, сердце билось как ненормально.

«Он ведёт себя так, точно не может проиграть! Будто, будто... У него есть всё для победы!»

Мандзи использовал Раунпупа для уничтожения Балайры. И мешал ему в этом всего один мёртвый мечник.

Невозможно. Раунпуп предназначался для масштабных сражений. Он сам мог уничтожить целый город.

«Невозможно... И всё же! С этим высшим духом заключил договор господин Гайлоф, убивший пять миллионов человек! Так почему ему не по силам справиться всего с одним противником?!»

После восьмой атаки монстр на миг застыл. А Ламбер не мог упустить этого. Занеся меч, он подпрыгнул. Лезвие било прямо в лоб. Меч вонзился в лоб и по лицу пошли трещины.

— А-а, а-а-а-а-а-а!

Раунпуп в гневе ударил головой. Но Ламбера там уже не было.

— Я здесь!

Разрубив лоб, мужчина поднялся на голову. Теперь он вонзил меч прямо в макушку.

Ревя, монстр извивался, стараясь сбросить Ламбера. Мужчина побежал по его телу, спрыгнул вниз, а потом снова запрыгнул на него, не давая монстру достать себя.

Руки, старавшиеся поймать Ламбера, извивались. Но уже в следующий момент их отсекли, и они попросту упали. Неистово атакуя, Ламбер прыгнул, разрушая тело Раунпупа.

— А-а-а, а-а-а-а-а!

Монстр отскочил. Воспользовавшись этим, Ламбер высоко подпрыгнул.

— «Лунное крыло»!

С занесённым мечом в воздухе Ламбер точно сошёл с великолепной картины. Толпы мертвецов воздели руки к небу, пытаясь достать.

Меч опустился и пошёл прямо вниз. На меч давил вес невероятно тяжёлых доспехов из органа. И всё это было направлено на часть узловатого тела прямо посередине Раунпупа.

Ударная волна от меча снесла всех мертвецов. Тело сороконожки было разрублено пополам.

Монстр издал странный выкрик. Лишённая головы нижняя часть тела какое-то время дёргалась, а потом остановилась и упала на землю.

Ламбер надел шлем на череп и направил меч на Раунпупа.

— Ты допустил величайшую ошибку, когда не убил меня. Упустил свой последний шанс.

Хвост и голова оплетали мужчину по кругу.

Для монстра тоже было неожиданностью, что он не убил Ламбера. Высматривая слабость, Раунпуп стал приближаться, двигаясь по кругу.

Ламбер находился в сложной ситуации, ведь надо было противостоять двум частям монстра и армии Лилит.

Однако мужчина не выказывал слабостей. Закрепившись на месте, он уничтожил толпы мертвецов, сохранив позицию. Можно было ждать сколько угодно, но он не сломается. Армии Лилит попросту не хватало для этого сил.

Наконец Раунпуп начал двигаться. Описывавшие круги голова и хвост одновременно бросились на Ламбера спереди и сзади.

И против монстра мужчина оставался неподвижен. После того, как он отразил атаку армии нежити Лилит, он не пошевелил и пальцем. Он позволял Раунпупу напасть на него.

«У него закончились силы? Нет, не в это дело...»

Мандзи озадаченно смотрел издалека.

Ламбер, ничего не делая, позволял нежити приближаться. Если он лишился сил, то его просто снесут, разорвав доспехи. Но если он ждал не этого, то почему допустил атаку? К Ламберу, который стал приманкой для нежити, приближались голова и хвост.

И вот из горы трупов Ламбер выхватил свой меч плашмя и направил к хвосту.

— Этого я и ждал.

Направление хвоста Раунпупа сменилось. Странным движением хвост миновал Ламбера, окружённого нежитью, и направился к голове. Мандзи видел лишь это.

Голова, на лице которой нельзя было прочитать эмоции, совершенно точно была удивлена.

— А-а-а-а?

В голову врезался хвост. Из-за скорости и веса лицо младенца оказалось раздавлено.

Рёв. На лице и теле появились трещины, обе половинки разлетелись в противоположных направлениях. Один глаз выпал в месте удара.

— «Обратное небо и земля»... Смертоносная техника моего наставника Кихоте.

Эта техника возвращала противнику его удар, приводя к самоубийству. Предполагалось использование суставов врага и приложенную силу, однако тело монстра обладало большим количеством суставов, которые и были использованы.

Раунпупа нельзя было остановить, зато получилось слегка сместить направление и заставить части столкнуться.

Чтобы уничтожить прочную физиономию монстра, Ламберу не хватало силы и площади поражения. Чтобы компенсировать это, мужчина использовал вес и силу врага, чтобы части оставались равны, он разрубил монстра ровно пополам.

Чтобы об этом не узнал враг, он до последнего прятал меч в толпе нежити, и «Обратное небо и земля» привела к уничтожению лица.

Мандзи не мог поверить в увиденное. За спокойно стоявшим Ламбером упал великан.

Огромное тело Раунпупа покрылось мелкими трещинами и стало рассыпаться. Похоже сердцевина была сломана или искажена, он лишился одного глаза, из пустых глазниц вытекала синяя жидкость. Синюшный язык просто свисал. Под облупившейся плотью можно было увидеть какое-то чёрно-синее волокно.

— Дух господина Гайлофа... Дух господина Гайлофа... Раунпуп...

Сотрясаясь, монстр высоко поднялся за Ламбером. Оставшийся глаз ходил по кругу. Существо поползло прямо на мужчину.

— А, а-а-а-а-а-а-а!

Ламбер исчез, а в следующий миг оказался на шее Раунпупа.

— Бесполезно. Движения слишком грубые, а поле зрения ограничено. И ты потерял свою броню. Сейчас ты просто огромная гусеница.

По лицу монстра прошла вертикальная линия. Синяя жидкость вырвалась из разреза, Раунпуп лишился сил. Атака прекратилась, руки свесились, трение между землёй и брюхом замедлилось, монстр остановился. Сияя, тело Раунпупа исчезло.

— Господин Гайлоф проиграл?.. А, а-а, а-а-а... Как же так...

Мандзи ошарашенно следил за исчезающим трупом Раунпупа.

А в следующий миг лезвие Ламбера было направлено на «Писание Гайлофа». Танцующая в воздухе в чёрном одеянии Лилит направила на мужчину руку.

Гора раздавленных тел поднялась, преграждая дорогу. Это была стена изуродованных тел. Действия Лилит явно противоречили безвольному Мандзи.

— Для вас, жителей другого мира, гриумуар Гайлофа — это способ принести смерть в наш мир. Однако...

Ламбер приготовил меч к бою. Потом он исчез, а в стене мертвецов появилась огромная дыра. Ламберт оказался прямо перед Мандзи, сидевшем верхом на Трое, и занёс меч. Хрупкое тело Лилит было разрублено от талии и до противоположного плеча.

— У меня на глазах я даже жителям другого мира не позволю осквернять земли Региоса.

На белой коже появилась кровь. Оставшаяся стена из трупов рассыпалась. Задыхавшаяся от боли Лилит растворилась в потоке света.

Следующий взмах разрубил Троя. Снесённый Мандзи ударился подбородком о землю. Упавший боком конь исчез в свете маны.

— Уже успел устать от меня? Ну и ладно.

Ламбер подошёл к ни на что не способному и израненному Мандзи.

— Т-такого не может быть... Господин Гайлоф был побеждён! Не принимаю! Я этого не принимаю!

— Ты всего лишь призвал девятого духа мёртвокукольного дракона Раунпупа. Он даже не десятый. За кого ты вообще принимаешь Гайлофа? Тебе далеко до него. Каким бы великим ты себя не считал с этой книгой, ты лишь врата для жителей другого мира.

— О-откуда ты это знаешь?! Я, я!..

Это было правдой. Мандзи не мог призвать даже десятого духа. Его пределом был мёртвокукольный дракон Раунпуп. Сколько бы трупов он ни собирал, какой бы ритуал ни проводил, духи могущественнее не появлялись.

— С-слава господину Гайлофу!

Мандзи свернулся, защищая «Писание Гайлофа». Ламбер поднял огромный меч.

— Это я убил Гайлофа.

— Л-Ламбер... Ламбер Делакруа!

Красные глаза Мандзи уставились на мужчину. Старик больше не сомневался. Перед ним стоял один из четырёх генералов органа, убивший Гайлофа, величайший предатель Ламбер.

Взмах меча разрубил Мандзи и «Писание Гайлофа». Верхняя и нижняя части тела, ударившись о землю и извергли фонтан крови.

Мерзкий старик, из раны на животе и рта которого вытекала кровь, упал на спину. Для него всё было кончено. Глаза закатились, от страданий он прикусил язык, перед ним встал Ламбер, раздавивший то, что осталось от книги.

— Теперь всё кончено, — сказал Ламбер и нашёл безголового коня, накрытого толпой мёртвых.

— Ты остался цел в этой суровой битве... М?

Меч Ламбера разрубил внезапно прилетевшую стрелу. Посмотрев на возвышенность, откуда была выпущена стрела, он увидел бледного коня и красивого молодого мужчину, перепачканного кровью и гнилью. Это был Робин Гуд.

— Привет. Мне тут как раз больше не о чем сожалеть. Может сразимся до смерти.

— Я думал отпустить тебя, но что ты задумал?

— Просто не хочу остаться в твоих воспоминаниях мелким злодеем, который сбежал.

— Не люблю переспрашивать, но ты точно не отступишь? — спросил державший на мече руку Ламбер у Робин Гуда на любимом коне. Тот лишь усмехнулся:

— Я уже достаточно умыл руки в крови. Поздно прикидываться хорошим.

Из-за инцидента с королём огров товарищей Робин Гуда казнили, а сам он был вынужден сбежать из города, и мужчина не отказывал себе в средствах, когда искал виновного в этом. Его печально известная слава отнюдь не заслуга одного Юноса. Для него товарищи были семьёй, и без них он всё дальше уходил по дороге зла.

Он сам понимал это и был готов к тому, что его убьют как злодея. Добившись цели, у него больше не было причин бежать.

— К тому же... Я был впечатлён твоими навыками, когда увидел их в лесу. Не переживай, мечник в броне, — говорил с лёгкой улыбкой Робин Гуд. Какое-то время Ламбер смотрел ему в глаза. А потом вынул из ножен огромный меч и направил на противника.

— Хорошо, принимаю вызов. Я один из четырёх генералов органа Региоса и последний предатель войны восьми стран Ламбер Делакруа.

Услышав такую самокритику, Робин Гуд смягчился. Он посмотрел на стоявшего на расстоянии безголового коня Кошмара.

— Громко назваться Ламбером. Но сомневаться я не буду. Скорее уж я принимаю это. Правда я не считаю тебя предателем.

Верхом на коне он направил лук на Ламбера.

— Глава сильнейшей в Балайре гильдии «Лук голубого неба» опьянённый полем боя бог войны Робин Гуд, Робин Гуд Ногфорд. Призрак рыцаря прошлого, пусть этот бой будет незабываем, — ответил он Ламберу. И как только мужчина договорил, его любимый конь Сераф начал двигаться.

— Моя специализация — конная стрельба! Довольно неплохо, что ты не сможешь использовать своего коня!

Верхом на коне, Робин Гуд непрерывно стрелял из лука. Сохраняя расстояние, он ехал вокруг Ламбера по кругу.

«Эти движения, неужели племя Рабул?..»

Точно сдерживая Ламбера, на него сыпался дождь стрел, описывая полукруг. Робин Гуд был не обычным лучником, а скорость Серафа была выше даже именитых лошадей, а это умение называлось «Круговая тюрьма стрел».

Во время войны его использовало легендарное племя охотников, конные лучники Рабула. Это безумное племя спокойно путешествовало вдоль границ континента, когда все страны относились с осторожностью друг к другу.

У них часто возникали проблемы с местными военными, и чтобы уйти живыми, они улучшали своё мастерство стрельбы из лука.

Один герой Рабула мог убить сотню солдат на лошадях. В итоге их всех истребили перед окончанием войны.

— Понятно, в тебе течёт кровь Рабула.

Ламбер взмахнул мечом. Он сломал летевшие стрелы.

— Так ты знаешь!

— Встречал на поле боя. Сильный враг. Даже слышал песню о храбреце из Рабула, убившего сотню рыцарей.

— Ха! Вот так честь!

Хоть Робин Гуд не мог подтвердить, являлись ли правдой слова Ламбера или нет, но с улыбкой ответил ему. Поняв, что стрелять бессмысленно, мужчина остановился.

Пока Сераф бегал по кругу вокруг Ламбера, он постепенно приближался. Когда радиус составил около пяти хейнов, Робин Гуд снова начал действовать. Движения рук при стрельбе совершенно меняли угол. Он продолжал уходить в другом направлении, продолжая обстрел.

— «Стрельба тяжёлой тени»... Как тебе? Чувство такое, будто стреляет несколько человек!

— Я как-то в бою уничтожил три сотни.

Ламбер взмахнул мечом, разрубая стрелы, летевшие с трёх разных направлений. Робин Гуда накрыло холодным воздухом. Мужчина оставался на расстоянии в пять хейнов, чувствуя, что дальше Ламбер может его достать.

«Быть не может... В этом мече ведь только два хейна? Взмахнув, он не достанет до меня. Я смогу ответить ему. Если сосредоточусь на нападении на этом расстоянии...»

Но тут любимый конь Сераф подался назад. Вскочив, он ушёл от Ламбера.

— Эй, Сераф, ты чего... Неужели испугался?

И в следующий миг удар Ламбера поднял почву. Взмахнув мечом, мужчина оказался на расстоянии удара.

Движения даже для глаз Робин Гуда казались невозможно проворными. Лезвие задело хвост Серафа.

— Ха, ха-ха-ха-ха-ха! Ты просто за пределами всякой логики!

Сераф скакал, уходя подальше от Ламбера. А потом, громко фыркнув, точно спросил у хозяина.

— Точно... Безвкусно повторять всё раз за разом.

Понимая его, конь мотнул головой. Наплевав на расстояние, Сераф направился к Ламберу.

— Я нападаю, Ламбер!

Меч мужчины остановил три прямые атаки. Прямо перед Ламбером Сераф оттолкнулся от земли и высоко прыгнул.

Сверху в мужчину полетела стрела.

— Смотри, «Небесная круговая тюрьма стрел»!

Вначале спереди, потом сверху и сзади в Ламбера были выпущены стрелы.

— М.

Не отбив ни одной, Ламбер просто уклонился. Сераф развернулся и снова направился к противнику.

— Невероятно, что после такого я не попал...

Робин Гуд был поражён, ведь противник ушёл от его смертельной техники.

— Неплохая техника была.

— Для меня честь получить похвалу от самого Ламбера!

Робин Гуд верхом на Серафе снова прыгнул над Ламбером.

— Глупо и дальше использовать одну и ту же технику...

Ламбер опустил меч и подпрыгнул вверх. Так он мог разрубить Робин Гуда прямо на Серафе, но мужчины уже не было на коне.

Он был ещё выше. Оттолкнувшись от спины Серафа, он поднялся в воздух.

В руках Робин Гуда был украшенный золотом большой лук. Вместо тетивы на нём использовался прочный ус дракона.

На двух пальцах была кровь. Это был лук короля драконов, который Робин Гуд показал при первой встрече. Стрелять из него можно было только специальными стрелами из мифрила, и такая как раз направлялась в грудь Ламбера.

В воздухе даже он не мог уклониться. Не поняв замысла врага, мужчина оказался беззащитен перед Робин Гудом.

— При нашей первой встрече я понял, что просто стреляя, в тебя не попасть. И думал, как же у меня получится это сделать... И теперь я точно попаду!

Он выпустил стрелу из мифрила. Атака лука короля драконов с близкого расстояния была направлена на Ламбера.

Прямо в его грудь. Рефлексы Ламбера были нечеловеческими, он смог отбить стрелу мечом сбоку. Стрела из мифрила переломилась. Она упала на землю, точно пытаясь пробить ворота замка.

Однако Робин Гуд не думал расслабляться, он бросил сокровище страны, лук короля драконов на землю и взял другой.

Он понимал, что снова мужчина не успеет выстрелить из того лука. И уже в следующий миг снова атаковал Ламбера. Первая стрела была отбита, но вторая угодила в плечо Ламбера.

— Ух.

Опоры не было, потому Ламбер потерял равновесие и упал. Когда он врезался в землю, поднялось облако пыли.

Следом приземлился Робин Гуд на колено. Тяжело дыша, он смотрел в облако дыма и горько улыбнулся, увидев здоровенную фигуру.

— Обычно... Даже если бы не пробил броню, то кости бы переломал.

Ламбер сжал меч рукой, в которую попала стрела, и спокойно поднялся.

— В эту эпоху пусть броня и не была пробита, но противник смог попасть в меня.

— Не похоже на похвалу. Что же ты за чудовище?

Похвала Ламбера значила для Робин Гуда лишь то, то перед ним был настоящий монстр. Для него это была оттачиваемая всю жизнь техника, он был готов умереть, но противник даже не считал выстрел смертельным.

Миг они оставались неподвижны. Потом Ламбер сказал:

— Заканчиваем?

Сераф был далеко. Лук короля драконов, являвшийся козырем, мужчина уже выбросил. Больше у Робин Гуда ничего не оставалось.

Помолчав какое-то время, он беззлобно посмотрел:

— Не смеши. Весело же. Надо продолжать развлекаться!

Выбросив лук, Робин Гуд достал длинный кинжал и стал приближаться. Он назывался «Лук лезвия принцессы» и на нём была тетива, позволявшая использовать кинжал в качестве лука.

Когда Ламбер взмахнул мечом, Робин Гуд подпрыгнул. Оттолкнувшись от земли, он нацелился на противника в воздухе. Вместе с горизонтальным ударом последовал выстрел. Стрела и кинжал приближались к Ламберу одновременно.

Взмах меча сломал стрелу и попал по Робин Гуду. Сломанный «Лук лезвия принцессы» танцевал в воздухе. Всё в крови тело Робин Гуда подлетело выше и упало на землю.

Левая рука бессильно упала. На правой не было запястья.

— Куда мне... До взмаха такого меча.

Он приподнял голову, видя рану от живота и до противоположного плеча, усмехнулся и опустил голову на землю.

— Фум... Фум... — печально фыркал Сераф, приблизившись к Робин Гуду. Мужчина хотел коснуться коня левой рукой, но плечо дрожало, он не смог двинуться.

— Спасибо за всё, Сераф... Теперь ты свободен, — Робин Гуд направил взгляд на Ламбера. — Я рад, что смог напоследок встретиться с мечником вроде тебя. Смогу перед остальными похвастаться... Хотя Шарна разозлится. Я ведь всегда нёсся, очертя голову, а в итоге приду последним... — пробормотав это, Робин Гуд закрыл глаза. Больше бог войны Балайры не двигался. Приблизившийся к мужчине Сераф печально заржал.

«Он искал, где умереть».

Ламбер поднял меч и собрался убрать в ножны. И тут встретился взглядом с Серафом. Бледный конь громко заржал, точно прося о чём-то.

— Твой хозяин сказал, что теперь ты свободен.

Сераф не сводил глаз с Ламбера. Мужчина вздохнул и с мечом в руках пошёл на коня.

Резкий удар рассёк грудь Серафа. Тело содрогнулось, истекая кровью, конь упал как и Робин Гуд.

Посмотрев на них, Ламбер убрал меч в ножны. Повернувшись спиной, он ушёл. Рядом с ним шёл безголовый конь Кошмар. Так и не обернувшись, Ламбер покинул это место.

Трагедия с массовым призывом нежити в Балайре была разрешена. Однако ущерб был огромен.

Из-за нехватки людей, многие гильдии развалились, для компенсации люди объединялись, хотя число было значительно сокращено. Помимо авантюристов погибла почти половина жителей. У выживших остались шрамы на сердцах, с болью они покидали это место. День, когда город авантюристов Балайра вновь наполнится силой, казался очень далёким.

Со слов авантюристов «Танцующего меча», охранявших дом графа стало ясно, что зачинщиком всего был мудрец «Свистящего демона» «Трупный старик» Мандзи.

Его труп был обнаружен силами солдат графа в городе. Его отличительной особенностью, о которой говорили авантюристы, была уродливая голова, потому его безошибочно опознали.

Ходили слухи, что величайшая организация магов королевства, инквизиция, занялась расследованием.

Гильдия «Танцующий меч», обладающая самой большой силой в Балайре, внесла свой вклад в защиту дома графа. Однако из-за прошлых обид бог войны Робин Гуд проник в особняк графа и глава гильдии погиб в бою с ним. Тяжелораненый Робин Гуд сбежал из особняка, при попытке покинуть Балайру, он был убит нежитью.

После всего «Танцующему мечу» был предложено объединиться с другой гильдией. Прославившаяся сильнее всего во время нападения на Балайру гильдия отказалась от предложенных почестей.

Глава гильдии Юнос был замечательным человеком, но бывшие товарищи по неизвестной причине избегают говорить о нём. Говорят, что причиной послужило то, что он сошёл с ума, став нежитью, но очевидцы молчат, потому доподлинно ничего неизвестно.

Ходили слухи о том, что помешать гильдии «Танцующий меч» при охоте на единорога пытались «Смертельные циркачи», которых нанял сам Юнос. Он желал получить благодарность, вернувшись с рогом при том, что у задания внезапно возросла сложность. Однако из-за инцидента со «Свистящим демоном» эта тайна до сих пор покрыта мраком. Конкретных доказательств, подтверждающих слухи, нет.

Через неделю после инцидента в одной из таверн восстанавливаемого города женщина играла на лютне.

Поверх тонкой одежды был тяжёлый плащ. На каштановых, почти рыжих волосах был шарф. Она была слепым менестрелем и звали её Албана.

Пела она о немёртвом рыцаре, защитившем город от злых магов, «Героическую балладу Балайры». Он приручил в лесу безголовую лошадь, спас авантюристов от разбойников, остановил великое зло и покинул город.

По городу ходили слухи о немёртвом рыцаре. История казалась абсурдной, но многие жители видели в городе воина в броне верхом на безголовом коне. И то, что безымянный герой убил Мандзи, лишь подпитывало эти слухи.

— Это здесь женщина по имени Албана?!

От входа раздался разгневанный голос здоровяка. Внутри внезапно стало тихо.

— Албана! Похоже ты много знаешь о мечнике, убившем Мандзи! Я хочу, чтобы ты рассказала обо всём мне, Гласко!

Это был угрожающе размахивающий своими здоровенными руками солдат графа Мондо, Гласко.

— Что за грубиян, прервал мою песню, — издевательски сказала Албана, растолкав посетителей и подойдя к мужчине.

— Это приказ графа Мондо! Мы должны найти мечника, спасшего город! Даже если это история странствующего поэта, если в словах есть хоть доля правды, мы должны проверить всё! Кто он?! Куда отправился?!

— Этого я не знаю. Но сама хотела бы узнать.

— Но что-то же ты знаешь! Рассказывай всё!

— Куда так спешить, господин солдат? Звучит так, будто вы лично хотите встретиться с господином мечником.

— К-конечно нет! Я не хочу с ним встречаться! Я же говорил, это приказ графа Мондо! В общем рассказывай!

Гласко стал стучать ногой по полу. Такой напор не смутил Албану, она опустила лютню и приложила палец к губам:

— Так... Все и так уже всё знают, и вряд ли я смогу дать что-то полезное для поиска...

— Уверена?! Подумай как следует!

— А! Безголового коня зовут Кошмар. Я сама его так назвала, так что в этом я точно уверена.

— А, а-а?!

Напряжённое лицо Гласко стало выглядеть глупым. Вокруг слышались смешки. Думая, что над ним издеваются, он смущённо отвернулся.

— Ч-чёрт! Так и говори, что ничего не знаешь! Издеваться вздумала!

— Так ведь это правда.

Когда она услышала, как дверь за мужчиной закрылась, снова взяла лютню. Албана приоткрыла слепые бледные глаза и посмотрела в никуда. Она думала, куда же теперь отправился воскресший генерал. Усмехнувшись, она сказала: «Так!..» и своим голосом собрала на себе взгляды всех посетителей.

— Где меня прервали? Как он верхом на безголовой лошади преследовал некроманта? — притворяясь, что не уверена, она продолжила петь «Героическую балладу Балайры».

Здравствуйте, я автор, и зовут меня Некоко. Спасибо, что приобрели второй том немёртвого рыцаря.

Это моя первая серия в издательстве «Gagaga Bunko», но я издавался в других компаниях, и это у меня уже третья серия. При издании первой серии я думал, что меня куда-то в другой мир перенесло, а при выходе третьей я уже начинаю думать, может я дорос до того, чтобы называться писателем фентезийных ранобе. Что-то я нервничаю.

Раз места хватает, я подумал написать о секретах создания.

Во время написания я столкнулся с одной сложностью. Возможно читатели тоже это заметили. Слабо прописанные характеры тех, с кем встречается Ламбер.

Я всё хочу персонажей, которые могли бы сражаться с ним на равных, но в то же время мне не хочется вводить героев, с которыми ему будет непросто.

Для меня Ламбер идеальный герой. И потому в качестве противника для него я вижу не идеального злодея, а кого-то с твёрдыми убеждениями.

И в этом понимании Мандзи не хватало сил. Потому за него сражаются его духи. За графа Абока сражался бродячий мечник Гектор, и бывший герой и бог войны Робин Гуд не дотягивает до уровня великого героя двухсотлетней давности Ламбера.

В третьем томе я хочу, чтобы был харизматичный злодей. Раз задача понятна, её надо выполнить. Ждём, что с Ламбером будет в третьей книге!

Место в послесловии ещё осталось. Тогда я расскажу о никак не связанном с этой книгой, моём увлечении.

Я выращиваю фруктовые деревья и люблю наблюдать, как они растут. Три года назад я замочил косточку из авокадо и посадил. Да, я про то самое авокадо. Покрытое тёмной кожурой, называемое «лесным маслом» фрукта... Это ведь не овощ, а фрукт? Это ведь дерево. В общем спорил я по поводу арбуза, фрукт это или овощ, и я узнал, что тут ещё и от уровня сахара зависит... Хотя какая разница.

Вначале надо лишь нижнюю часть авокадо в воду помещать. Я конечно изучал, как выращивать, но почему так, не знаю. Довольно ведь странно, если оно в естественной среде только наполовину в воду погружается. В общем каждый день я менял воду. При том, что они в магазине по сто йен, тратить столько времени и сил было бессмысленно. И всё же я могу съесть то, что вырастил сам. Здорово, когда сам вырастил фрукты, о цене я не думал. Не думал о том, что хочу с этого что-то получить.

Через год два из трёх посаженных авокадо засохли, а вот одно выросло, и я ему сказал: «Ах ты, авокадо, как выросло. Хочешь повидать мир?» И вот я с семьёй пересадил его на улицу, а через месяц растение погибло. Видать для него мир оказался слишком широк.

Растение погибло уже давно, а забыть о нём я никак не мог, потому отправился в магазин за молодым деревцем. Молодое деревце в один метр стоит десять тысяч йен. Я думал тысячи три или по скидке за тысячу. Гранат или вишня стоили тысячу йен, а вот авокадо — десять тысяч. Но как же я хотел именно авокадо. Однако глупо покупать авокадо за десять тысяч йен, в общем пришлось отказаться, зато я купил гранат за тысячу. Плодов пока ещё нет, зато он не засох и растёт себе в саду. Вот о чём я хотел рассказать.

Что ж, пришло время перейти к благодарностям, кхе-кхе...

Я хочу поблагодарить издательство «Gagaga Bunko», нарисовавшего прекрасные иллюстрации Банпай Акиру-сама и читателей, держащих эту книгу в руках. Надеюсь, мы встретимся с вами в следующем томе.

Начальные иллюстрации

... С тех пор как Ламбер возродился в виде немёртвого рыцаря, прошло три года.

В дом виконта Лагара, чьи земли располагались на окраине Региоса, прибыл странный гость.

Это была необычная девушка в цветастой одежде, клоунской шапке и с нарисованными на маске слезинками.

Виконт и его подчинённые были напуганы тем, что к ним явится опасный человек из преступной организации «Свистящий демон», и внешность девушки заставила его лицо дёрнуться. Подчинённый, который проводил её, тоже хмурился.

А девушка не обращала на это внимания и легким тоном проговорила:

— Да уж. Он так неохотно меня вёл. Может стоит его уволить, виконтик Лагар?

Виконт нахмурился, лицо его избороздили глубокие морщины.

— Ха-ха-ха, я шучу. Могу я присесть? — девушка-клоун протянула руку в белой перчатке и указала на стул.

— Что это за соплячка?! Гони её! Зачем вообще привёл?! — виконт Лагар стал в гневе стучать по полу тростью.

— О-о-однако... Всё согласно процедуре... И она... Настаивала...

— Веди кого надо! Неизвестно, что нам сделают эти безумцы, если разозлятся... Кому сказал, гони эту соплячку! — виконт поднялся и ударил подчинённого тростью по голове. С его головы стекала кровь, когда мужчина поклонился господину.

— П-простите! Всенепременно!..

Девушка со скучающим видом наблюдала за ними, а потом, точно вспомнив, подняла вверх находившийся в руке красный металлический стержень.

— Ответь мне и явись из мира вещей, танцующая гильотина, Полтерсизар.

Появились магические письмена и перед виконтом Лагаром явились ножницы с тремя глазами на каждом лезвии. Магия призыва... Это была магия призыва духа из другого мира.

— М?.. Х, хи! — удивлённый виконт попятился назад. Другие подчинённые тоже были в шоке. Призыв из другого мира был невероятно сложен, как и общение с духами. Лишь немногие маги способны на это.

— Теперь-то понял? Я одна из восьми мудрецов «Свистящего демона» Лулукк-Лулукк. Назвал меня соплячкой, ещё и безумной. Я пришла важные переговоры вести, а тут такое.

— Прошу меня простить, одна из мудрецов госпожа Лулукк! Молю, простите! — бледный виконт склонил голову.

— А-ха-ха, похоже я перестаралась с гневом. Нормально всё, я не переживаю. У нас важные переговоры, да и я не ребёнок. Меня подобное не злит. Я сама знаю, как выгляжу. Так что сама виновата.

Вздохнувший с облегчением Лагар поднял голову.

— Нет, что вы, всё же я был груб... Прошу меня простить...

— Расслабься, а-ха-ха, ты слишком напряжён. Среди восьми мудрецов я самая адекватная. Потому меня и отправили на переговоры. Кроме босса и меня, все остальные с причудами.

— Ха-ха-ха... В-вот как, госпожа Лулукк.

Виконт приказал подчинённому утереть ему пот.

— Да. Ну, хватит пустых разговоров...

Пока девушка-клоун крутила трость, крутился и Полтерсизар, а потом срубил голову подчинённого, которого ударил виконт.

Хлынула кровь, а голова отлетела в угол.

Выполнив обязанности, дух из мира вещей исчез.

— Нам пора начать переговоры, — в тихой комнате Лулукк села на стул.

— А, а... Зачем?.. — бормотал подчинённый виконта, утиравший его пот.

— А? Так ведь не виконту же голову рубить.

Никто не понял, что сказала Лулукк. Воцарилась тишина, после чего виконт Лагар велел подчинённым прибраться.

— Господин Лагар! Однако же!..

— Плевать. К этому монстру мира аристократов графу Абоку тоже приходил «Свистящий демон». Они серьёзно вознамерились совершить переворот. И граф Абок знал, чью сторону выбирать. Да и пути назад уже нет.

— Д-да...

Когда виконт и его подчинённый закончили перешёптываться, Лулукк громко прокашлялась. Она прекратила извиваться, и направила свои озорные глаза на Лагара.

— Так, думаю, вы уже в курсе, аристократы Региоса во главе в графам Абоком работали с нами «Свистящим демоном». Наша конечная цель — крах монархии. В качестве награды за помощь мы обещаем высокое положение в новом правительстве.

Лулукк давала объяснение, а потом передала подчинённому виконта неожиданно возникшие у неё в руках документы. Там пересказывалось то же самое.

— Помимо финансовой поддержки мне бы хотелось, чтобы ты передал в моё управление подконтрольный тебе небольшой город Тетомбурк.

— Тетомбурк?.. — Лагар нахмурился.

— Что-то не устраивает, виконт?

Мужчина ощутил на себе взгляд монстра.

— Ч-что вы! Просто... Этот город создали для горнодобывающих работ, он нужен, чтобы заставить работать беспризорников... Из-за токсичных газов много руды добыть не получалось... Место невыгодное... Использовать его не было никакого смысла, так что теперь город превратился в руины. Честно говоря, даже неловко, — разминая пальцы, хмуро говорил виконт. Лулукк хмыкнула, задёргала ногами и подскочила.

— Меня всё устраивает. Мы уже всё разузнали. Конечно это не особо соответствует условиям. Ну, я всё же полагаюсь на вашу помощь.

Лулукк снова говорила как озорной ребёнок. Когда переговоры закончились и она ушла, заговорил подчинённый виконта:

— Стоит ли иметь с ними дело? Лучше доложить...

— ... Я не могу отказаться. Помнишь пожар в особняке барона Хилниса полгода назад? Скорее всего это сделал «Свистящий демон» за то, что он попробовал доложить. Лучше их не недооценивать.

— Однако же когда в руководстве такие безумцы, работа организации...

— Они успешно скрываются и перетягивают на свою сторону знать. Люди королевской семьи даже ничего узнать не успевают, как они меняют своих ставленников. Пугающие люди... Но потому и стоит иметь с ними дело. Мне же остаётся лишь поставить на победную лошадь. Им лишь надо, чтобы я не вставал на сторону королевской семьи, когда что-то произойдёт. Никаких действий от нас не ждут. Всё опасное они сделают сами. А королевская семья исчезнет, — говорил виконт Лагар, точно убеждая себя.

Ламбер, разрубивший одного из мудрецов «Свистящего демона» Мандзи и уничтоживший писание Гайлофа в городе Балайра, путешествовал по городам и деревням, собирая информацию о некромантах.

Он не собирался упускать «Свистящего демона», которые хотели уничтожить страну. Мужчина хотел как можно скорее найти их штаб и уничтожить.

Он скакал по полю на безголовом коне по кличке Кошмар.

Его целью были услышанные странные слухи о городе Куран в землях виконта Лагара.

Это был самый большой город в землях виконта, и там был его особняк. Однако Лагар не был богат, и город был не так уж хорош.

В городе Куран было полно бродяг и сирот, и большую его часть составляли нищие. Сейчас это был город беззакония, сдерживаемый лишь силой личной армии виконта.

В лесу возле города было обнаружено несколько тел, которые будто растаяли и затвердели. На трупах были магические символы, и Ламбер подумал, что там может скрываться занимающиеся незаконной магией «Свистящий демон».

«Было бы проще, если их база здесь... М?»

Взору размышлявшего Ламбера предстала повозка и следующие за ней наездники. Это были полуголые мужчины с дубинами и копьями в качестве оружия. Всего их было пятеро.

— Ха-ха-ха-ха! На повозке от нас не сбежишь!

— Не хочешь сдохнуть, беги быстрее! Гья-ха-ха-ха-ха!

Мужчины кричали в сторону повозки. Они его специально не догоняли, а просто играли.

«Разбойники?.. Как я слышал, в землях виконта Лагара не очень безопасно...»

Ламбер достал огромный меч из ножен.

— Быстрее, Кошмар. Немного побуяним.

Кошмар поднял голову, которой не было. Из ниоткуда прозвучало жуткое ржание.

— Что?.. Эй, там кто-то приближается.

— Решил помешать нашей охоте, забавно... Эй, что это за монстр?

Здоровяк в доспехах на безголовой лошади отбивал всякое желание сражаться.

— Чудовище!

— Плевать на повозку! Эта тварь опасна!

Ламбер начал преследовать убегающих разбойников.

При жизни Кошмар был выдающимся конём. Даже с весом Ламбера обычной лошади было от него не уйти. Добравшись до крайнего разбойника, мужчина ударил его мечом плашмя.

— Угх!

Один удар переломал кучу костей, странно изгибаясь, человек упал с лошади. Когда упал на землю, он уже не дышал.

— Д-Дарсе... Огхо?!

Один обернулся, чтобы проверить, что сзади, и огромный меч отрубил ему голову. Следующим взмахом Ламбер пронзил спину третьего, разорвав сердце.

— Даже у рогатых зайцев хватает мозгов, чтобы разделиться и убежать.

После слов Ламбера парочка переглянулась, молча кивнула и разделилась. Мужчина направился к одному и разрубил его вертикально. А второй тем временем сбежал.

— У-ура! К-как-то смог сбежать... — тяжело дыша, сказал выживший разбойник. А потом услышал шум ударов по земле, и на его лице появилось отчаяние.

— Хи... Хи-и-и-и-и! С-спаси...

Отрубленная верхняя половина тела подлетела. Все пять разбойников были мертвы.

«Может стоит спросить у хозяина повозки о виконте Лагаре?.. Хотя с Кошмаром разговор не пойдёт».

Ламбер слез с Кошмара и пошёл по земле. А конь убежал и скрылся во тьме.

Видать лошадь была возбуждена, потому ещё какое-то время убегала, но вот успокоилась и остановилась. Ламбер приблизился к повозке:

— Эй, я бы хотел кое-что спросить...

Он увидел мужчину средних лет.

— Опасно было... Спасибо, что остановил их... Они бы меня точно убили. Приехал сюда вести бизнес, да только похоже время неподходящее выбрал... — сказал он, утирая пот рукой. — Я Ганзас. Спрашивай, я много где бывал и знаний у меня в избытке, — после этих слов мужчина нахмурился и осмотрелся по сторонам.

— Эй... Ты же вроде на лошади был? Куда она делась?

— Лучше ответь на мои вопросы. Я хочу узнать о виконте Лараге, управляющем этими землями.

— А-ага...

Ганзас испытывал недоверие к Ламберу, но прямые вопросы и размер мужчины надавили на него, потому он не стал ничего переспрашивать, и лишь кивнул.

Торговец Ганзас направлялся в город Куран, туда же направлялся и Ламбер, отправившийся вместе с ним. Верхом на Кошмаре он не мог подъехать к населённым городам, потому так было проще. И Ганзас, которого чуть не поймали разбойники, уже успел проклясть себя за то, что не нанял охрану, так что теперь был рад, что Ламбер его сопровождал.

Ганзас сказал, что в такой глубинке только в Куране людям есть чем заняться. Хотя для торговца и это место не было таким уж интересным. Правитель был суровый, земли не расширялись, народ нищал, а доходы в казну лишь сокращались.

— Вот с такой глупой политикой и появляются безработные и бесполезные земли... Один город стал развиваться под горную добычу, но прибыли они не приносили, и место тут же прикрыли, такая вот история шахтёрского городка Тетомбурк. Там люди вообще даром работали, а прибыли всё равно не было, — усмехнулся Ганзас. По его оценке, тут был самый низший класс среди королевской аристократии. Власть имущие — злые и жадные, но виконт Лагар худший среди них, он был остолопом.

— Много лордов есть, и вокруг них много странных слухов ходит. Но вот такую откровенную чушь вытворяет только виконт Лагар.

— Всё настолько плохо?.. Ты-то решил сюда приехать.

Ламбер просто не мог представить, насколько плох был этот лорд.

Во времена объединения аристократы не могли позволить тебе оставить бестолкового наследника. Королевская семья не заботилась об интересах отдельных семей, и если у них отбирали территорию другие аристократы или внешние враги, это значило, что жить им оставалось недолго.

Настал мир, королевская семья стала оказывать большее влияние, из-за врагов можно было не переживать, и вот так появился виконт Лагар.

— Хе-хе, везде есть те, у кого имеются деньги. И много областей, куда поставки плохо идут. Ну... Безопасность тут хуже, чем я представлял, даже чуть жизни не лишился. Стоило охрану нанять, — плечи Газаса вздрогнули. — А ты силён. Пять человек перебил... Неужто королевский дознаватель?

Когда мудрец Мандзи из «Свистящего демона» напал на Балайру, королевская семья стала бдительнее подходить к ним. Граф Абок спонсировал «Свистящего демона», и среди торговцев начали ходить слухи, вдруг королевская семья тайком проверяет подозрительные действия других лордов.

Ганзас видел подавляющую силу Ламбера, и считал, что такой первоклассный мечник может быть лишь армейским дознавателем.

— ... Нет.

— Ха-ха-ха... Да я же не серьёзно. Не переживай, я никому не скажу, что встретил тебя. Ты же мне жизнь спас!

— Это не так.

— Пусть так! Именно так и буду считать. Для торговца доверие — это жизнь. Уж в том, что я язык за зубами держать умею, можно не сомневаться.

— ... М.

Ламбер этого не понимал, но Ганзас разглядел в нём способности, превосходящие простого авантюриста, потому он считал, что мужчина как-то связан с королевской семьёй.

Хотя в безжалостную эпоху во времена объединения континента он был одним из четырёх генералов Органа, потому пусть и случайно, но отчасти торговец был прав.

— ... Личная армия виконта Лагара ходит по городу так, будто они главные, не платят за еду и грабят прямо в открытую. Я изначально не хотел ехать, но похоже жители Курана в ещё более худшем положении. Поговаривают, что среди солдат есть вообще ненормальные, занимающиеся похищениями и убийствами. Я конечно во всё это не верю... Но дыма без огня не бывает. Так что не мог бы ты, пусть это и временно... Если уж и правда из королевской армии, как-то пресечь спесь виконта Ларага? — до этого Ганзас говорил весело, а тут понизил голос.

— ... — Ламбер ничего не ответил на его просьбу. Однако передвинул осмотр бедных городов повыше в своих замыслах.

«Аристократ должен защищать своих людей, а похищать и убивать... Не позволительно. Если это правда, виконта Лагара придётся убить».

Для начала он решил расследовать разгул подчинённых виконта в городе. Но здесь были и неутешительные моменты.

«Я прибыл сюда в поисках базы «Свистящего демона»... А это может быть никак не связано».

Злодеяния здесь могли быть связаны не с ними, а некомпетентностью и жестокостью виконта Лагара. В любом случае пришёл он сюда из-за слухов о странных трупах.

Хотя убийство прогнивших власть имущих тоже входило в планы Ламбера. Однако «Свистящий демон» — не та проблема, которую он мог отложить. Если затянет, враг наберётся сил.

Слишком сильно досталось городу Балайра. Сам мудрец Мандзи не был страшен, однако у него была магическая книга худшего из алхимиков Гайлофа, а это уже было серьёзно.

Если бы он проиграл духу Раунпупу, то город был бы уничтожен. А если бы враг вызвал ещё более высших духов, Ламбер бы сам не справился. Такой была сила книги Гайлофа.

— Эй, уже видно. Это центральный город Куран, — сказал Ганзас, отвлекая Ламбера от его мыслей.

На повозке торговца Ганзаса Ламбер прибыл в центральный город виконта Лагара Куран и направился в бедные районы, про которые ему рассказали.

Если солдаты лорда и правда притесняют людей, то как бывший генерал он не мог это просто так оставить. При необходимости мужчина придёт к нему в этот же день и в зависимости от ответа может убить.

Ламбер шёл по узкой аллее, где дома были оббиты досками. Худой старик сидел, опираясь на грязную стену.

— Старик, хочу узнать у тебя про виконта Лагара и его солдат, — спросил Ламбер, а глаза старика со страхом посмотрели на него, голос дрожал:

— Я-я-я ничего не знаю! Потому прошу, оставьте меня!

Старик поднялся и неуверенной походкой сбежал от Ламбера. Похоже он боялся ответить за свою болтливость перед виконтом.

«Похоже страх укоренился. Вытягивать силой что-то без надобности».

Ламбер сдался и стал искать новые зацепки. Но реакция других людей на вопросы не отличалась. Думая, в чём дело, мужчина коснулся шлема, и тут дверь соседнего дома слегка приоткрылась. Через щель на Ламбера смотрела девочка.

С виду не больше десяти лет. Рыжие растрёпанные волосы, сама в заштопанной одежде. Ламбер посмотрел на неё, и при его виде на лице ребёнка появилась улыбка.

— Господин рыцарь! Господин рыцарь! Ты пришёл убить плохих людей?

Ламбер подошёл к ней. Открыв дверь, девочка встала перед ним.

С тех пор, как он оказался в городе, этот ребёнок отреагировал лучше всех. У Ламбера появилась надежда, что он сможет что-то узнать. Подумав об этом, он кивнул:

— Да, верно. Я один из четырёх генералов Органа королевства Региос, Ламбер Делакруа.

— Генералов Органа?.. Не понимаю, но это круто! Звучит здорово.

— Ага, — кивнул Ламбер.

— Господин Ламбер здесь для того, чтобы убить Пьеро?

— Пьеро?.. Кто это?

— Папа так сказал. Из-за того, что Пьеро пришёл к лорду, здесь совсем плохо стало... Потому господин рыцарь...

До того, как девочка закончила, Ламбер завёл руку за спину. Прямо к его спине приближалась деревянная дубина. Рукой Ламбер переломил её, задел щёку нападавшего, пронзил стену, заставив её треснуть.

Напавший коротко вскрикнул и упал. Ламбер поднял руку с вытянутыми пальцами. При том, что он сделал со стеной, было очевидно, что голову человека он легко размозжит, достаточно лишь опустить руку.

— П-папа?.. — девочка обратилась к нападавшему. Ламбер посмотрел на того, кто на него напал.

Рыжий, мохнатый и небритый мужчина. Мешки под глазами, из-за грязной, землистой кожи он казался старее, но на деле ему было около тридцати.

В отчаянии он упал на месте. Сверля взглядом землю он тихо и гневно проговорил:

— Алти... Сколько раз я тебе говорил не открывать дверь...

Похоже девочку звали Алти, а это был её отец.

— Подумай как следует. В зависимости от ответа я могу отпустить тебя, — выпуская миазмы, сказал Ламбер. Давление сильного воина на обычного человека было невыносимым. А с миазмами мужчины ему никто не мог соврать. Согнувшись, бедолага поклонился.

— Н-не важно, что будет со мной! Но прошу, отпусти хотя бы мою дочь! Жена умерла, она — единственный смысл моей жизни!

— ...

Взирая на мужчину, Ламбер медленно опустил руку.

— На первое место ты ставишь не свою жизнь, а жизнь дочери. У тебя прекрасный дух. Береги её.

Мужчина не понимал, что происходит, неуверенно он поднял голову и посмотрел на здоровяка.

«И всё же он сильно запуган».

Что старик, что отец Алти реагируют слишком уж сильно. Похоже на сердце этого нищего города была глубокая рана.

И тут он услышал трение металла. Ламбер сразу понял, что это звук доспехов. Он обернулся, там было трое воинов в одинаковой броне, а возглавлял их волшебник в капюшоне и белой маске с символами на ней.

— Что, тут ребёнок?

— Сколько бы ни охотились, а они остаются.

— Прямо как лягушки. Быстро новые появляются.

Воины весело переговаривались. На их броне был одинаковый герб.

«Личная армия виконта Лагара? Но возглавляет их маг? Что наряд, что внешность, ничего хорошего из себя не представляет. Не тянет он на солдата аристократа».

— Так нельзя. Для реконструкции бедных районов, дети должны жить в специально отведённых местах, под нашим началом там можно получить начальное образование, после чего вы будете отправлены в окрестности на работы. Вы должны с радостью сотрудничать ради наших земель, — маг развёл руки и крутил головой.

«Понятно, это и есть похищение людей солдатами. Можно и не идти, но на тех, кто не соглашается, лорд накладывает просто рабские налоги».

Ламбер переключил своё внимание на огромный меч на спине. В зависимости от действий противников, он был готов в любой момент пустить его в ход.

— Отпустите нас! Прошу! Без дочери у меня не останется смысла жить! — в этот раз отец Алти умолял мага. Сама девочка не особо понимала, что происходит, но дрожала, ощущая враждебность солдат, и прижималась к отцу.

— Виконт Лагар ничего плохого делать не намерен. Это нужно, чтобы спасти вас. Сейчас в восьмом районе лорда люди не могут вырастить детей достойно. Восемьдесят процентов детей гибнут, так и не достигнув пятнадцати лет. Заплатив же специальный налог, вы докажете, что можете защитить ребёнка, и мы вас оставим... Но вы же не можете? Позволишь эгоизму убить ребёнка или же доверить его виконту Лагару, и мы гарантируем ему жизнь... — проговаривал маг.

— Я вам не верю! Что вы собрались сделать с Алти?!

— Да, да, понимаю. Я ведь не демон. Я не собираюсь забирать её силой. Если не уверены, позвольте убедить. Виконт Лагар велел нам убеждать каждого, — маг нарочито закивал. — Кошелёк.

— Да, господин Форбейн! — маг обратился к одному из солдат позади. Он протянул Форбейну кошелёк.

«Внутри него деньги?..»

В кошельке засверкали серебряные монеты. Похоже деньги предлагали не только ему. На них выменивали детей.

— Что вы задумали? Вы же собирались всё объяснить... — отец Алти был озадачен. Оно и понятно. Его обещали убедить, а тут достали кошелёк, потому он ничего не понимал.

Форбейн кивнул и выставил руку, заставив мужчину замолчать. Он покопался в робе, достал три золотые монеты и вложил в кошелёк.

— Что... А? — смутился отец Алти.

— Этого ведь достаточно? Сколько времени вы не спали, работая на износ и на сколько вас хватит?

Под капюшоном Форбейн гоготал. Солдаты за ним тоже смеялись.

— Ну же, вы же хотите их? Деньги! Вот они!

Он размахивал кошельком, показывая его. А потом перевернул, заставляя золотые и серебряные монеты танцевать в воздухе.

— Поднимайте, ну же, поднимайте! Ха-ха-ха-ха! Вы бедны и конечно же хотите их? Ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха-ха! Ах, какое ж блаженство видеть это!

Отец Алти застыл. И вот наконец понял, что происходит, и принялся сгребать монеты. Видя это, маг и солдаты смеялись.

— Мы забираем вашу дочь. Буду молиться за то, что виконт Лагар примет ваш дар в виде здорового ребёнка, — вежливо говорил Форбейн, сгибая спину и опуская голову. И тут собиравший монеты отец девочки предложил их ему:

— Если я не смогу использовать деньги ради дочери, они мне не нужны... Прошу... Оставьте нас. Я прошу лишь об этом. Я не думаю, что Алти будет счастлива с вами.

— А? Ты совсем дурак? — тон мага изменился, он изогнул шею, рассматривая мужчину, пялясь на него через белую маску. — Я на такое иду, а ты вот как отвечаешь?! Здорово же променять бремя на деньги. Ну и ладно, хотелось сделать всё чисто, ну и пусть. Мужчину убить, девчонку мы забираем, — скомандовал Форбейн, и находившиеся позади трое солдат начали действовать.

— Сразу надо было так поступить. Только бы деньги зря перевели.

— Ничего не скажем госпоже Лулукк, а деньги заберём себе.

Отец Алти был в панике. А девочка держала за руку отца и с мольбой смотрела на Ламбера.

— Я хотел знать, что происходит, потому всё это время молчал. Но теперь достаточно, — мужчина достал огромный меч. — Что бы вы ни говорили, вы лишь грязные работорговцы. И должны быть убиты.

Один из солдат усмехнулся, услышав эти слова и направил на него меч.

— Не повезло тебе, мужик в анахронизме. Не хватало нам, чтобы слухи ещё больше расходились. Придётся тебе умереть.

И в следующий миг по солдату прошёлся вертикальный удар. Заливаясь кровью, он отлетел назад. Спиной он ударился об стену, а из раны стали вываливаться внутренности.

— Поправлю. Это доказательство воина-хранителя королевства Региос, традиционная броня из Органа, «Регионикс Оргаджера». А не какой-то анахронизм.

Хоть он и хотел доказать это, но уже не мог. Пустые глаза солдата смотрели вверх, а изо рта текла кровь.

Двое оставшихся солдат были поражены. Они понимали, что если этот здоровяк в броне взмахнёт мечом, то разрубит их. Вот только технику его не разглядели. Его оружие было необычайно тяжёлым огромным мечом.

— Нападайте втроём, — Ламбер обратился к Форбейну. Под белой маской лица его было не разглядеть, но плечи дрожали. Было ясно, что его поразили умения Ламбера.

— ... Ах, великолепно. Так легко размахиваешь этим гигантским мечом. Уверен, под этим доспехом знаменитый мечник. Я понимаю это. Ты не только отличный воин, но и сердце у тебя большое, — скрывавший лицо маг стал нахваливать мужчину. — И что в таком случае сделаешь?!

Форбейн направил палочку в отца и прижимавшуюся к нему дрожавшую Алти.

— Ха-ха-ха-ха! Ты наивен! Ох, не двигайся. И брось меч, немедленно! — Форбейн отдавал приказы Ламбену. Тот бросил меч на землю. Под белой маской зазвучал смех. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Вот всё и поменялось!

Отпустивший меч Ламбер сократил дистанцию и безжалостно пнул противника. Тот согнулся пополам и отлетел.

— Г-господин Форбейн!

— Господин Форбейн повержен! Что это за монстр?!

Двое солдат пытались убежать. Но в скорости с Ламбером они тягаться не могли. Оказавшись прямо позади, он ударил в шею перчаткой из Органа. Лишившись сознания, они оба упали. Передавив продолговатый мозг, он перекрыл поступление крови и вырубил их.

— Отлично, живы, — проверив, кивнул он. Ламбер не умел сдерживаться и уже много раз вот так ломал шеи.

— Было опасно. Вы в порядке? — спросил он у Алти и её отца. Мужчина поражённо сидел на коленях, пытался понять, снится ли ему это, или же всё на самом деле. Алти от случившегося потеряла дар речи. Для маленькой девочки такое было перебором.

— С-спасибо, господин рыцарь... — неуверенно, она поблагодарила Ламбера.

Отец тоже пришёл в себя и принялся кланяться:

— Правда, большое спасибо! Не представляю, что было бы, если бы они забрали Алти!.. Однако... Если виконт узнает, он наверняка отомстит вам или другим нищим поблизости... — бессильно бормотал он. А потом заметил взгляд Ламбера, поднял голову и замахал руками. — Н-нет! Вы не так поняли! Я не говорю, что вы доставили нам проблемы! Если бы не вы, я бы лишился самого дорогого! — думая, что его слова могут быть не так поняты, он начал оправдываться. Ламбер молча стоял, его лица было не видать, да и по жестам ничего не понять, а исходившее давление заставляло испытывать лишь страх.

— Нет, всё в порядке. Я не злюсь. К тому же... М?

Внезапно Ламбер замолчал и склонил шлем. Ощутил на себе взгляд. Форбейн поднял дрожащую руку и направил удерживаемую кончиками пальцев палочку на Ламбера.

Треснувшая маска была запачкана тёкшей изо рта кровью. После удара Ламбера он тяжело дышал.

— Хм, я раздавил твои органы... Но ты ещё можешь двигаться?

— Ты унизил меня! Земля, порази! — плюясь кровью, он использовал магию. Земля возле него поднялась, превратилась в снаряд и полетела над головой Ламбера.

Он не промахнулся. Вокруг разнёсся жуткий звук. А потом стена позади покрылась трещинами. Земляной снаряд попал в старый дом.

— Хм...

Крышу было нечем поддерживать, и дом обрушился на Ламбера, Алти и её отца. Здание было старым и готово было рассыпаться в любой миг, подобная атака могла пройти лишь в районе, где живут нищие. Мужчина закрыл девочку собой, точно щитом.

— П-папа...

Обломки поглотили Ламбера и семью. Когда шум прекратился, умирающий Форбейн, чьё тело дрожало, поднялся.

— Ха, ха-ха... Вот тебе. Конечно погибли и солдаты виконта, но они бесполезны, так что потеря невелика. И всё же мои органы серьёзно пострадали. Попрошу госпожу Лулукк, отправлюсь в Тетомбурк и там их заменят на новые искусственные...

Когда-то Форбейн уже был на грани смерти из-за болезни, часть его органов была заменена искусственными в результате эксперимента восьми мудрецов. Так он и пережил удар Ламбера.

— И всё же кто этот человек?.. Присланный королевством следователь, хотя для него он слишком необычен... Повезло, что я похоронил его под обломками... — Форбейн посмотрел перед собой. В обломках поднимался столб дыма. И, сметая их, мужчина в доспехах поднялся.

— А-а?!

Приняв удар, он спокойно стоял. Собой же он заслонил отца с девочкой.

Его силы было достаточно, чтобы устоять. К тому же броня была достаточно крепкой, чтобы выдержать удар. Он не выбрался сразу, чтобы не навредить тем двоим.

— Т-такого ведь просто не может быть! — чуть не плача кричал Форбейн, повернулся спиной к Ламберу и собрался бежать. Мужчина в прыжке последовал за ним и нанёс удар по затылку. Тело пошло вниз и ударилось лбом об землю.

— Похоже ты не маг виконта Лагара. Из-за тебя пленных раздавило. И я вырву все нужные мне сведения из тебя.

— Г-господин рыцарь, этот человек уже...

— Хм...

Когда заговорил отец Алти, Ламбер поднял за плечо Форбейна. Голова раскачивалась. Он переломил ему шею.

Ламбер никогда не умел сдерживаться. Похоже при ударе в прыжке на том сказался и огромный вес. Учитывая это, Ламбер пытался сдержаться, но в итоге это оказалось бесполезно.

— ... — молча он аккуратно положил труп на землю.

— Г-господин рыцарь... — снова заговорил отец Алти. Видя подавленное состояние Ламбера, он думал сказать что-то, но не находил слов.

Для него само существование Ламбера было за пределом понимания. И слова утешения не давались легко.

На окраине трущоб города Куран лежали окровавленные тела солдат виконта Лагара. Трупов уже было больше десяти.

— Хм, ещё один.

Ламбер посмотрел в конец узкого переулка.

— Быть не может, не может... Это невозможно... На нашей стороне численное преимущество, так почему мы не можем победить?.. — на него смотрел командир отряда, в дрожащих руках он держал мальчика-заложника.

Расставшись с Алти и её отцом, Ламбер продолжил собирать информацию, наткнулся на мальчика, которого пытались забрать солдаты, и спас его.

— Н-не подходи, не подходи! Если подойдёшь, сопляку не жить!

Дрожавшая рука солдата прижимала меч к шее мальчика. Рука дёргалась, лезвие касалась кожи. Текла кровь.

— Недопустимо.

Ламбер оттолкнулся от земли и сошёлся с мужчиной. Пройдя по точной дуге, лезвие огромного меча не задело мальчика, коснувшись лишь руки и шеи мужчины. Удивлённая голова и меч упали на землю.

Труп начал падать, увлекая за собой мальчика. И Ламбер подхватил его.

— ... Снова никого не схватил. То ли не в лучшей форме, то ли просто не везёт, — мужчина посмотрел на разрубленный труп солдата. Он собирался расспросить подчинённых об их господине или «Свистящем демоне». Но последний обезумел и грозился убить заложника, потому пришлось с ним расправиться. Слегка подавленный, Ламбер обратился к спасённому мальчишке:

— Не пострадал?

— А, а, а... — тот поражённо смотрел на мужчину, хлопая губами, после чего от страха потерял сознание. Из-за похищения он и так морально уже был истощён. А тут перед ним оказался мечник в доспехах и в крови, это добило окончательно.

— Вроде же сдержал миазмы... Или просто я такой страшный?.. — слегка печально проговорил Ламбер, убирая меч в ножны. — Не умею я с детьми общаться...

Он и при жизни плохо находил общий язык с детьми. Либо его боялись и сбегали от него, либо его смущала странная привязанность, и Ламбер сам сбегал, было лишь две крайности.

Не хотелось тащить мальчика на себе, но и бросить он его не мог. Подняв ребёнка, он пошёл по бедному району.

«Передать бы его кому-нибудь, пока не очнулся...» — размышлял Ламбер, и тут услышал, как кто-то оттолкнулся от земли и приближался к нему. Он тут же обернулся и выхватил огромный меч. В выставленное плашмя оружие ударила рапира.

— ... Я напал из слепой зоны, а ты отбился одной рукой. Понятно, ты не мелкая сошка.

Нападавший оттолкнулся от земли, отскочив от Ламбера.

На нём была тонкая броня из мифрила, это был стройный мужчина в красном плаще. Верхнюю часть лица скрывал мифриловый шлем. Из-под него выглядывали серебристые волосы. В левой руке была рапира, а в правой — кинжал.

— Кто ты? — спросил Ламбер. Мужчина хмыкнул и снова приготовил рапиру к атаке.

— Прости, но злодеям имени не называю.

— Злодеям?

— Надурить меня вздумал? Я насквозь вас вижу, обманываете и похищаете бедных детей.

— Ты о чём?..

Ламбер вспомнил о своей внешности. Весь в крови и несёт ребёнка без сознания. Ведь и правда несложно перепутать с похитителями детей виконта Лагара.

— Подожди, успокойся. Всё не так.

— Негодяй!

Мужчина наклонился и устремился к Ламберу.

— Стой! Нет! — пытался оправдаться тот.

Всё становилось хуже, но надо было, чтобы ему поверили. Судя по словам и поступкам, мужчина не служил виконту. Скорее всего у него схожая с Ламбером цель. Сражаться было бессмысленно, и по возможности, хотелось этого избежать.

Мужчина, до того, как вошёл в радиус поражения огромного меча, вытянул левую руку с рапирой и, извернувшись, прыгнул вперёд. Он целился в сустав между шлемом и бронёй. А Ламбер опустил оружие и вышел вперёд, заставляя рапиру пройти мимо.

— Что?..

Ощутив опасность, мужчина тут же отвёл рапиру вбок. А Ламбер налетел на нападавшего. И подавшийся вперёд мужчина всем телом влетел в стену из Органа. Ощутив удар, он отлетел назад.

— Гхо!

— Говорил же, что всё не так, — поражённо проговорил Ламбер.

Ссутулившись, мужчина восстанавливал дыхание. Рот, не скрытый шлемом, открывался и закрывался.

— Т-так легко справился со мной...

Если бы Ламбер ударил чуть сильнее, то с лёгкостью бы переломал противнику все кости. Конечно же он сдержался.

— Т-ты... Не солдат виконта... Обычный солдат лорда... Не способен на такое...

— Об этом я тебе с самого начала и говорил.

— Ясно, ты из «Свистящего демона»? Всё же слухи о том, что это они за всем стоят, оказались правдой? А значит я не могу себе позволить так легко проиграть. Чего бы ни стоило, я вас остановлю!

Всё же он ничего не понял.

— ... Настырный.

— Хвалебные слова. Нечто подобное из уст злодея лишь сильнее бьёт по моей чести!

Мужчина бросил кинжал в Ламбера. А затем побежал вслед за оружием, приближаясь к Ламберу.

— Это ничего, что ты оружие выбросил?

— Кинжал в правой руке был вместо щита, чтобы отбивать удары врага... Раз я отказался от защиты, он больше ни к чему! Сейчас ты узнаешь о моей непоколебимой решимости! — с криком он атаковал. Ламбер переложил ребёнка на одно плечо, а мечом в правой руке отбил рапиру.

— Ух, почему, почему не достал?..

Ламбер остановил его удар. От всех его атак уклонились. Он собирался убить врага, но так и не нашёл, куда ударить.

— Медленно, и силы не хватает. А ещё движения слишком прямолинейные. Силу за день не получить, однако у тебя не тот настрой, чтобы развивать техники. Проблема в отношении, — после монолога мужчины Ламбер принялся критиковать его технику меча. Останавливая его, мужчине показалось, будто он снова обучает подчинённых, потому и заговорил.

Однако это не значило, что ему нужна оценка Ламбера.

— Ах ты! Издеваешься надо мной, рассказывая основы обращения с мечом?!

Мужчина ушёл из радиуса удара и снова приготовил рапиру, целясь в Ламбера, он стал обходить его по кругу.

«Однако для издевательства... Он слишком благосклонен. Спокойно, покойный отец всегда говорил, что мой главный недостаток — горячий нрав. Застать врага врасплох, и добить секретной техникой моей семьи, особым пронзающим ударом «кратным непрерывным уколом»!..»

Смертельный удар рапирой, «кратный непрерывный укол». Когда колющий удар будет остановлен, надо контролировать направление движения, выхватить оружие и вложить силу для следующего удара. И рапира не будет по прямой уходить назад и бить, а описывать окружность. Можно сказать, что это возвратная техника в ответ на защиту противника.

— Говоришь, что я медленный, ну так попробуй принять мою секретную технику.

Мужчина ударил рапирой. Ламбер с лёгкостью её отбил, а противник быстро выхватил описывающую круги рапиру, а потом ещё более ускоренное оружие обрушил на врага.

— Это же простой непрерывный удар, — без особого удивления Ламбер легким движением меча отбился. Однако пусть смертельный удар был парирован, мужчина улыбался.

— Ты и правда силён. Но больше никаких ошибок. Раз ты такой сильный, то познаешь скорость моего клинка.

Мужчина резко вернул рапиру назад. Вся опасность «двойного непрерывного укола» в том, что после блокировки, в удар лишь прибавляется сила. Дальше остаётся не защищаться, а лишь уклоняться.

— «Трёхкратный непрерывный удар»! Всё ещё слишком медленно?!

Рука мужчины изнемогала. Но тут решалась его жизнь. Пусть пострадав, если он победит сильного врага, ему будет не о чем сожалеть.

— Хм.

Ламбер снова наклонил меч, чтобы отбиться. От удара рапиры рука даже не вздрогнула.

А мужчину обуяло нехорошее предчувствие. Однако во время этого сражения у него не было ни времени, ни возможности обдумать это. Дальше был его главный и последний шанс.

— «Четырёхкратный непрерывный удар»!

Пока Ламбер отбивается и не нападает, скорость «кратного непрерывного удара» будет бесконечно возрастать. И на «семикратном непрерывном ударе» мужчина уже и сам не знал, куда попадёт рапира.

Однако он просто сосредоточил весь свой разум на продолжении атаки. Рука онемела, и он больше не ощущал боль.

«Получится, в следующий раз обязательно получится!» — был убеждён он. Сейчас его техника владения была близка к божественной.

— Ноги слабые, ты всё ещё слишком медленный. Движения однообразные и становятся грубее. Я уже говорил, что тебе надо закалять дух для сражений.

Огромный меч разбил всякую уверенность мужчины. Направленное в живот оружие не имело целью убийство, но его хватило, чтобы разорвать цепочку ударов и сломить дух.

Мужчина отлетел, а рапира вонзилась в землю.

— Видишь, движения слишком слабые, и вот что с тобой стало после простого тычка.

— Не может быть... Мой меч не достал...

Ламбер посмотрел на ребёнка на плече, убедился, что тот спит и вздохнул с облегчением.

— Безумный мечник «Свистящего демона»... Но мои подчинённые и собратья не дозволят вам оставаться на вашем бесчестном пути... — прикусив губу, он смотрел на Ламбера.

— Я же сказал, что не заодно с ними... М?

Держа огромный меч в руке, мужчина обернулся. Прямо в его спину летела красно-фиолетовая сфера. Ламбер отскочил. Ударив в землю, сфера молнии взорвалась фиолетовой вспышкой.

— Хм, ушёл. А мне-то хотелось убить победителя.

Перед ним появился крупный старик в белых перчатках и выходном костюме. В руке была сияющая золотая палочка.

Позади него было четыре мечника в робах и масках. Ни них были простые белые маски с прорезями для глаз и рта, в них читались радость, гнев, печаль и веселье.

— В последние дни мне довелось услышать о странном человеке в городе, тебя я и стал искать, и похоже нашёл. Я Джилдом из «Свистящего демона». Мечник в доспехах, готовься умереть.

После слов Джилдома четверо мечников выхватили мечи, и каждый из них встал в свою уникальную стойку.

Ламбер прибыл в этот город лишь сегодня. Скорее всего речь о мечнике в мифриле, мужчина посмотрел в его сторону, а потом снова повернулся к Джилдому.

— Слышал, что вы скрытная организация с длинными руками, а тут так просто представились.

— Не переживай. Те, кому мы представляемся, обязательно умирают.

Старик направил золотую палочку на Ламбера:

— Жар, пребудь в моей руке!

В другой руке старика появилась небольшая огненная сфера. Огненный шар породил две сферы молний.

Магия Джилдома благодаря нагреванию позволяла генерировать ионизированный газ и контролировать его. Опытный старик владел невероятно сложной высокоуровневой магией.

— Э-этот горящий шар, Джилдом?! Неужели ты и правда Джилдом Джирейнас?! — закричал проигравший Ламберу рапирист.

— Ты его знаешь? — повернув шлем, спросил Ламбер. После его слов рот мужчины скривился. Боль в руке уже отступила, и раз «Свистящий демон» нападал, выходило, что Ламбер и правда не был его врагом, как и говорил. Больше причин сражаться у них не было.

— ... Джилдом ведь величайший алхимик страны, пропавший без вести. Один из трёх обладателей магии термической ионизации, которая считается потерянной. Это скорее почему ты его не знаешь?

Джилдом Джирейнос. Раньше он был известным алхимиком, но обычными методами в магии до истины не докопаться, и он был зачарован тем, как один из мудрецов «Свистящего демона», «Плетущий истину», не отказывает себе в методах, и присоединился к ним.

— Всего трое? Теслагоз уже не у дел.

Теслагоз был алхимиком королевства Макюрас, которые до конца сражались в войне против Региоса. Он создал теорию термической ионизации и смог воссоздать её в реальных сражениях, при этом разработав метод обучения. Каждый десятый маг Макюраса обладал этой загадочной магией и вырвались они вперёд благодаря магии термической ионизации. Благодаря Теслагозу и поддерживающему его министру, число поддерживающих войну среди людей Макюраса лишь росло.

— Мечник в броне, тебе не повезло с противником. В арьергарде непревзойдённый маг термической ионизации, а в авангарде четыре бойца. Бери ребёнка и убегай. Минута... Нет, ты сможешь выиграть себе три минуты.

Мужчина поднялся и в левую руку взял рапиру.

— Нет... — ещё до того, как Ламбер что-то сказал, тот направил на него палец и жестом велел молчать. — Я не иду на уступки. Хочу лишь попросить. Скажи моим людям в городе отступить, объединиться с другими подразделениями и захватить виконта Лагара. Я командир второго отряда «Глаз феникса» Кройц, и они наверняка выслушают тебя, — Кройц бесстрашно улыбнулся, обращаясь к Ламберу. После краха Балайры под натиском «Свистящего демона», королевская семья стала осторожнее, и второй дознавательный отряд «Глаз феникса» проверял аристократов, вокруг которых ходили странные слухи.

— Вот как, подержи-ка, — Ламбер проигнорировал слова Кройца и передал ему мальчика. Мужчина ничего не понял, но тот действовал быстро, потому пришлось взять.

— Нет, я не о том, я сам их задержу!..

Крепко сжав меч, Ламбер направился к Джилдому. Четверо мечников встали перед ним. Они старались окружить так, чтобы не оказаться в радиусе удара и атаковать его своими длинными мечами. А находившийся позади Джилдом взмахнул палочкой.

— Обратись в прах!

Он запустил две сферы молнии. Ламбера должны были задержать воины, а добить с помощью магии.

Мечниками управляли с помощью наркотиков, магии промывания мозгов и биологической магии, их сделали берсерками. Наблюдая за всеми ними было практически невозможно что-то сделать со сферой плазмы.

Даже бывавший во многих сражениях Кройц считал, что эти четверо серьёзные враги. Казалось, что каждый был сам по себе, но в их действиях имелся смысл. Могло показаться, что они никак не взаимодействуют, но на поле боя, действуя вместе, они могли убить Ламбера.

— Не кипятись! Уходи! — крикнул Кройц. И в следующий миг все четверо отлетели назад с разрубленными телами и отрубленными головами.

Ламбер на огромной скорости размахивал мечом. Это был удар огромной силы. Шторм, разрубивший всё вокруг него. Кройц стал потирать глаза, когда увидел торнадо вокруг Ламбера.

Мужчина в одно мгновение убил весь авангард и уклонился от двух сфер. И Кройц, и Джилдом смотрели на него с широко открытыми глазами.

— Невозможно!.. Если обычная магия не работает, остаётся использовать лишь козырь, демонического пса Тиндароса, — лишившись авангарда маг болезненно скривился. — Магия всё ещё изучается... Но ситуация экстренная. Жар, пребудь в моей руке!

Белый светящийся горячий шар появился в руке Джилдома. Отступив от него, мужчина ударил по шару золотой палочкой. После чего его сразу же покрыли фиолетовые молнии. Переплетаясь, они принимали вид зверя. Белый светящийся шар теперь был точно сердце в груди. Зверь из молний заревел, глядя в небо.

— Этот зверь из молний... Он живой? Скопление молний имитирует жизнь? Что за безумная магия?.. — поражённо говорил Кройц, и сам Ламбер был удивлён.

«Быть не может... Её использовали ещё во время войны и до сих пор не завершили? Похоже Кройц был прав, и все достижения Теслагоза забыты».

Тогда Ламбер тоже сражался с королевством Макюрас и ему доводилось противостоять термической ионизации и плазменным зверям.

— Вперёд, моя гончая, Тиндарос! Гони его до самого ада, чтобы он никогда не узнал покоя!

Джилдом взмахнул палочкой. А пёс из молний по земле устремился к Ламберу. От его лап на земле оставались чёрные следы и поднимался дым.

Уклонившись от гончей из молний, Ламбер приблизился к магу. Но Тиндарос быстро развернулся и последовал за ним.

— Бесполезно. Гончая будет преследовать тебя до самой смерти. От плазменного преследователя не уйти! И... Вот тебе ещё!

Джилдом создал второго Тиндароса. Новый пёс осмотрелся вокруг и с открытой пастью устремился к Ламберу.

— Вот и конец!

Враг призвал третью гончую. Она устремилась прямо к мужчине и присоединилась к двум остальным. Все три пса окружили Ламбера. И вот один из них набросился.

Ламбер приготовил огромный меч. Уклоняясь от броска, мужчина ударил мечом в открытый живот. На миг Тиндарос стал размытым. Но в следующий миг принял обычную форму.

— Бесполезно. Ионизированное тело Тиндароса не разрубить. Тебе не повезло с противником. Каким бы искусным мечником ты ни был, против магии термитной ионизации ты ничего не сможешь. Противостоять этому может лишь маг. Ты же обратишься в пепел...

— Ха-а-а-а-а-а-а!

Ламбер поднял меч сразу после удара. И вздыбил расколотую землю. После удара и настоящего шторма земля была слегка расколота.

Тиндарос был разрублен вертикально пополам. Тепловой шар был рассечён, магия не могла сохранять форму и тепло рассеялось. А вместе с тем электрический зверь не мог больше поддерживать своё существование и исчез.

Так и сохранив серьёзное выражение на лице Джилдом широко открыл глаза. Он не понял, что случилось.

— Да уж, сколько бы времени ни прошло, чтобы разобраться с ними, требуется время.

Второй пёс атаковал Ламбера. Мужчина сжал меч, пригнулся и оттолкнулся от земли.

Ламбер и Тиндарос столкнулись. Существо ударилось об доспех из Органа и разлетелось.

От взрыва на земле образовалась воронка. Однако в центре спокойно продолжал стоять Ламбер.

— Хм, так будет проще.

— А... А? А?

На лице старого мудреца появилось непонимание происходящего. На существо, состоящее из энергии почти не влияло физическое воздействие, но он просто взорвался.

Конечно бить пламя бессмысленно, но на него можно повлиять давлением. Однако остановить высшую магию — это было уже за гранью понимания Джилдома.

— Почему броня не пострадала от взрыва?! Почему ты всё ещё стоишь прямо в эпицентре?!

— Всё просто. Броня тяжелее взрыва.

После этих слов Ламбер устремился к Джилдому. Третьему псу не было никакого смысла преследовать его. Мужчина был намного быстрее него. И если бы достал, то просто был бы уничтожен после прямого удара.

— Я Джилдом!.. Я, я, с его позволения раскрою всю правду мира!

— То, что делают такие как ты, не отличается то того, что делали в прошлом... Такие как Гайлоф и Домилионе.

— Мечник, говоришь так, будто знаешь их!..

Джилдом поднял палочку. На ней появилась огромная горячая сфера. Фиолетовые молнии приняли форму полусферы, прикрывая мага.

Сверхплотный ионизированный газ превратился в сияющую фиолетовую стену. Разрушительный барьер.

Однако для Джилдома это был серьёзный просчёт. Больше ему ничего не оставалось.

Маг использовал всю оставшуюся ману на щит. Теперь, когда магия развеется, меч человека в доспехе разрубит его.

«Д-думай, думай, Джилдом. Можно же как-то сбежать? Если меня разрубят, то всё кончено. Может попросить о прощении?»

Если ничего не сделает, то лишь выиграет немного времени, потратив ману. Нужен был новый план.

«Они точно хотят выудить из меня информацию. Я же ничего говорить не собираюсь, выиграю время, а потом отыщу возможность. В моей магии термической ионизации ещё остался козырь. Не знаю, уцелею ли... Но остаётся лишь это».

Раздумывая, Джилдом поднял голову. На его сверхплотном разрушительном барьере появились трещины.

— М?

— Ха-а-а-а-а-а!

Вслед на яростным криком купол рушился, появился размахивающий мечом Ламбер. Джилдом с открытым ртом заорал.

Разрубив разрушительный купол, огромный меч рассёк и мага. Тело старика разлетелось вправо и влево, золотая палочка вылетела из руки и вонзилась в землю. Без мага последний пёс лишился своей основы и развалился.

Ламбер вытащил меч из земли и посмотрел на труп Джилдома.

— ... Я просто собирался разбить барьер. Но похоже сегодня я не в лучшей форме, — пробормотал он, снова разрубив источник ценной информации.

— ... Поверить не могу, меня спасли. Но я и подумать не мог, что достаточно будет лишь слегка потеребить гнездо и появится пропавший без вести величайший алхимик. Ничего подобного я не ожидал. Это «Свистящий демон»? — всё ещё держа бесчувственного ребёнка, Кройц вздохнул. Он смотрел на окровавленную верхнюю часть тела мага. — Джилдом Джирейнас... Почему такой опытный алхимик связался с антиправительственной организацией?.. Его ведь все признавали и в жизни он не испытывал неудобств.

— Кройц, верно? Я понял, что ты из королевских солдат, — обратился к нему Ламбер.

— ... Кто ты такой? Какова твоя цель? Не может быть, чтобы я не знал мечника твоего уровня. И эта броня... Она с лёгкостью пробила магию Джилдома, неужели...

— Кто я — не важно. И ты наконец понял, что наши цели не так уж и отличаются. Лучше поделись информацией. Кройц, ты же что-то узнал.

— ... Стоит ведь молчать. Хотя чего теперь, когда я уже раскрыл себя, — мужчина посмотрел на мальчика. — Виконт Лагар — мерзкий тип. Мы просто искали, возможно он как-то связан со «Свистящим демоном»... Но выяснили, что по приказу лорда массово похищают детей.

Ламбер и сам это видел. Побывав в бедном районе, это было не сложно узнать.

— Самое странное... Они похищают столько детей, но не похоже, что уводят их в другие земли. Они ничего не готовят для того, чтобы перевезти на большое расстояние десятки и сотни детей. Должны были остаться какие-то следы, но я ничего не обнаружил. Если заниматься работорговлей здесь, покупателей слишком мало. И я не слышал о том, чтобы приезжали богачи с других земель. Вообще не понятно, куда они уводят похищенных детей.

— ... Вот как, подозрительно.

У лорда нет никаких причин похищать детей. И начиная с Джилдома здесь уже были люди «Свистящего демона». Именно им нужны дети, а виконт Лагар действует по указке организации.

«Преступная организация, собирающая детей... Ничего хорошего в голову не лезет».

В голову Ламбера пришла мудрец и алхимик королевства Региос, Домилионе. Она уничтожала целые деревни, чтобы получить материал для производства големов.

— В любом случае... Я соберу своих подчинённых, вернусь в столицу и запрошу поддержку других отрядов. И ты... Лучше не делай глупостей. Не удивлюсь, если тут что-то ещё есть...

— Если ждать, враг просто сбежит. Я не понимаю, почему ты вообще так затянул. Если их оставить, они так и будут вредить людям. Враг не глуп. В этих землях должен быть один из главарей, восьми мудрецов «Свистящего демона». Если и бить, то сейчас.

— В-восьми мудрецов? В одиночку с ними не справиться! Они настоящая катастрофа! Ты должен знать, что случилось в городе Балайра. Город на грани полного уничтожения, и всё по вине одного из мудрецов «Трупного старика» Мандзи и его слуг. Одному отряду с ними не справиться!

Ламбер победил Мандзи в одиночку, но Кройц не мог об этом знать. По Балайре ходила история о немёртвом рыцаре на безголовом коне, но неместные в неё просто не верили. В основном говорили о том, как солдаты лорда и авантюристы объединили силы и ценой огромных жертв остановили Мандзи.

— Я думал, ты куда храбрее, но ошибся.

После слов Ламбера Кройц прикусил губу:

— Храбрость и безрассудство вещи разные. Неизвестно, что будет, если спровоцировать восемь мудрецов. Сейчас важнее забрать власть у Лагара и помочь пострадавшим. Или я не прав?

Ламбер не ответил, повернулся спиной и стал уходить. Больше его этот человек не интересовал.

— П-подожди, что ты собрался делать дальше?

— Собирать информацию. Хочу выяснить, куда делись похищенные дети, и о восьми мудрецах.

— Но... Солдаты почти ничего не знают. Даже если получится поймать кого-то из «Свистящего демона»... Они не из говорливых. Что до пропавших детей, мои люди выясняют. Может что-то уже узнали. Если что-то станет известно, расскажу...

— Долго ждать я не намерен. И я нашёл кое-кого. Он знает о планах «Свистящего демона» здесь... Он труслив, и больше ценит свою жизнь, чем секреты.

— Кто-то настолько удобный...

— Виконт Лагар. Я пойду к нему и заставлю рассказать.

Кройц замолчал. Не мог понять, пошутил ли Ламбер или же был серьёзен. Мужчина какое-то время рассматривал его и понял, «он серьёзно».

— Нет, нет-нет-нет! Не выйдет, это слишком безрассудно! Это же база врага! Вдруг там люди «Свистящего демона»... Нет, там может быть даже мудрец! Я же уже говорил! Мудрец почти в одиночку может уничтожить город! — крикнул он вслед, и Ламбер снова пошёл.

— Я, Кройц из отряда «Глаз феникса», не могу просто уйти и оставить это на обычного человека! З-значит я тоже иду!

Мужчина одной рукой держал ребёнка, второй достал рапиру и поднял. Но в следующий миг рапира выпала из руки и упала на землю.

Рука дрожала. Сражаясь с Ламбером он слишком перегрузил её.

Даже просто «кратный непрерывный укол» давал серьёзную нагрузку на руку. А после «троекратного непрерывного укола» руку свела боль. Считая, что если остановится, противник разрубит его, мужчина перешёл и на четырёхкратный, и пятикратный и добрался до «семикратного непрерывного укола».

— Е-если встречусь с белым магом из моего отряда, то смогу вылечить руку. Потому подожди немного!..

— Для начала лучше верни ребёнка семье.

— А?

Ламбер быстро покинул бесчувственного ребёнка и озадаченного Кройца.

— П-подожди, так что мне с ребёнком!..

Мужчина последовал за Ламбером за угол. Но громила в броне точно растворился.

Здоровяк в броне, Ламбер, шёл по особняку виконта Лагара.

За собой он оставлял кровавые следы.

Конечно же кровь была не его. А солдат виконта, пытавшихся остановить нарушителя.

Ламбер оставил заботу о ребёнке на командира второго отряда дознавателей «Глаз феникса» Кройца, а сам направился в особняк виконта Лагара.

Направив мечи, дорогу мужчине преградили три новых солдата. И оружие в руках у всех дрожало.

Они знали, что Ламбер продолжал продвигаться, убивая солдат одного за другим. Все понимали, что им не остановить этого безумного мечника.

Вначале и они смеялись над безрассудством напавшего. Виконт Лагар был трусом, переживал, что после того, как начал сотрудничать со «Свистящим демоном», его могут втянуть в войну, потому увеличил своё войско и усилил охрану особняка. Защита была идеальной. Так предполагалось.

— Да что это за монстр такой?!

— Отвлеките его вдвоём! А я убью!

— Х-хорошо, командир Содом!

Солдат позади прокричал, и двое оставшихся перепугано кивнули.

— Где Лагар? Выдайте его. Он изменник. Но если останетесь верны ему, я вас убью, — холодно сказал Ламбер.

— Не смеши! Обратной дороги у нас нет! — прокричал человек по имени Содом, стоявший позади. Двое других стали обходить Ламбера и напали.

«Как бы ты силён ни был... Если напасть с трёх сторон, ты обязательно откроешься. Глаз у меня намётан. Я не упущу брешь!..»

Находясь чуть позади, Содом увидел слабость и пошёл вперёд. Широко открыв глаза, он приближался к Ламберу.

«И правда силён. Но я покажу тебе как сражаются слабые! Может одного ты и убьёшь, но и я тебя тоже!»

Содом прищурился, следя за огромным мечом, когда оружие пропало.

«М, где оно?..»

И в следующий миг меч пронзил грудь. Кости сломаны, а плоть разрублена.

«К-как?..»

Прежде чем потерять сознание, Содом увидел разрубленных подчинённых, из которых вытекала кровь.

В одном из залов Ламбера встретила толпа солдат. Их было около сорока. Среди них был мужчина средних лет, не уступавший в росте Ламберу, с огромным топором, он усмехнулся:

— Надо же. Мне сообщили о нарушителях, а тут лишь один человек.

Здоровяк с топором был заместителем командира личных войск виконта «Олдорн боевой топор». Он отлично умел обращаться с огромным топором. Вот только его стиль был невероятно техничным и никак не соответствовал внешности. Он использовал всю свою силу, зажимал противника, а уловив момент, бил врага оттуда, откуда тот не ожидал, именно так Олдорн побеждал своих противников.

— Воин в броне, ты помогаешь простым людям? И всё же совершил ошибку, когда пришёл в особняк виконта Лагара один.

Пока он говорил, солдаты, усмехаясь, окружали Ламбера.

— Сражаешься ты неплохо, но с головой у тебя непорядок.

— Правда решил, что сможет пойти в лобовой атаке против личной армии?

— Ты позаботился о наших товарищах. И получишь за это в сто раз больше. Не думай, что дождёшься лёгкой смерти.

Ламбер посмотрел на окружавших его солдат. Потом посмотрел себе за спину. Там были преследовавшие его солдаты.

— ... Они не загнали меня в помещение, а просто преследовали. Я-то думал, что была какая-то цель... А вы просто решили зажать меня как можно большим числом людей и отрезать путь к отступлению?

— Ну да. Уж прости, воин в броне. Нельзя жить одной лишь силой, — сказал Олдорн Ламберу. — Сделайте всё возможное. Вы уже полны решимости. Но не играйте с ним. Иначе умрёте, — приказал мужчина подчинённым.

— Д-да, заместитель командира Олдорн...

— Не дайте ему ни шанса. Хотелось бы пытать и выяснить кто он и на кого работает, но он слишком силён. Просто убьём, — спокойно приказывал заместитель командира. В нём было отличное сочетание силы и здравомыслия, к тому же он не был тщеславным.

После слов Олдорна подчинённые разом налетели на Ламбера. Видя, что нарушителю конец, мужчина хмыкнул и повернулся спиной.

— Как убьёте, выясните, кто это. Поняли? Найдём всех его родственников...

Прозвучал рёв. Пол треснул и всё перевернулось. А некоторые солдаты оказались в воздухе. Олдорну потребовалось около пяти секунд, чтобы понять, что это был ущерб, нанесённый огромным мечом Ламбера.

Поражённые солдаты не двигались. Но готовые устранить угрозу и умереть, второй отряд пошёл в бой.

Ламбер не прекращал размахивать мечом. Он рубил пол и солдат вместе с доспехами. Каждый удар был взмахом жнеца, уносившего всё новые жизни. Разрубленные солдаты отлетали назад, а кровь и плоть танцевали в воздухе.

Те, кто ещё были живы, осознали разницу между ними. Некоторые уже не хотели сражаться. Ламбер прошёл мимо застывших солдат и пошёл дальше по особняку.

Ламбер поднялся по лестнице особняка виконта Лагара. Охрана становилась всё серьёзнее, и это значило, что дальше сам виконт.

Даже если есть скрытый проход, отследить его будет несложно. В городе Ламбер узнал, что Лагар страдает от ожирения и не может быстро передвигаться. А ещё он почти никогда не покидал свой особняк, в последнее время из-за ожирения его здоровье ухудшилось, и мужчина совсем не выходил наружу.

«Судя по строению особняка... Я уже близко».

Удар ноги, закованной в Орган, выбил дверь. Там была девочка в маске и худощавый мужчина в аристократической одежде.

Одежда мужчины была роскошной, но на лице усталость и раздражение, щёки были впалыми, а под глазами круги, Ламберу он показался истощённым.

Вокруг него были солдаты виконта. Девочка в маске облокотилась на стул, закинув на него ноги и смотрела на худощавого мужчину.

Солдаты посмотрели на Ламбера и поражённо заголосили:

— Н-нарушитель!..

— Не может быть, я всё думал, что внизу случилось, но чтобы он смог добраться сюда! Да такого ведь не может быть!..

В отличие от солдат, девочка в маске посмотрела на Ламбера и стала махать ногами.

— Ни на что не годитесь, солдаты виконта Лагара! Отправить всех бесполезных в Тетомбурк?

— Пропростите, госпожа Лулукк!.. М-м-мы больше ничем не можем помочь! Я-я-я не знал, что творится... На моих землях! Я ведь!.. Всё не должно было разойтись!.. Потому, потому уйдите! Прошу!

Худощавый мужчина взялся за голову и задрожал.

— А? Не смей сбегать лишь из-за дознавателей. Так ведь куда лучше. Или ты совсем дурак? Недооцениваешь нас? Неужели не понимаешь, что больше уйти не можешь?

— П-п-прошу... Прошу! Уходи! Уйди же!

Ламбер наблюдал за ними и понял, что происходит. Тот худой мужчина — виконт Лагар. Он слышал, что тот страдает ожирением и уже давно не выходил на улицу. Похоже общение со «Свистящим демоном» истощило его морально, и он совсем исхудал.

— ... Ну, сейчас куда важнее убить нарушителя. Ладно, это особый случай, так что я сделаю всё сама. А ты пока подумай. Что будет, если ты предашь нас, — сказал девочка, подпрыгнула и оказалась перед Ламбером. Присев, она опёрлась одной рукой на пол и уставилась на мужчину.

— Приветствую тебя, нарушитель, в этой скучной обители. Впрочем, особняк не мой! А-ха!

— Ты из «Свистящего демона»?..

— А-ха-ха-ха, верно, но не только. Я одна из мудрецов «Свистящего демона», «Улыбающийся шут» Лулукк-Лулукк. Не повезло тебе, что пробрался, когда я здесь!

Девочка в маске вытянула руку, развернулась и ударила ногой Ламбера. Мужчина защитился огромным мечом. В один миг прозвучали три удара по металлу. Но Ламбер даже не шелохнулся.

— Тц!

Лулукк ударила по мечу ярко-красной металлической палочкой, оттолкнулась от земли и отступила.

— Такая малышка пинается? Твоё тело довольно сильно изменили.

— ... — Лулукк молча смотрела на Ламбера. Девочка была подопытной в тайных экспериментах королевских алхимиков. Потому хоть она и была маленькой, но очень сильной. После продолжительных экспериментов физические функции были нарушены, а тело перестало расти. Она уже не была ребёнком, но всё ещё оставалась молодой.

Алхимиков уже уничтожила инквизиция, и они собирались так же поступить с жертвами экспериментов, но Лулукк удалось сбежать, и благодаря своим достижениям она стала одной из мудрецов «Свистящего демона».

— А-ха, а ты лучше, чем я думала, но ты ошибаешься, если считаешь, что сможешь победить нас.

Говоря, она приготовила алую палочку и описала круг.

— Ответь мне и явись из мира вещей, танцующая гильотина, Полтерсизар.

Появились магические письмена. А потом в воздухе появились огромные ножницы с тремя глазами на каждом лезвии.

— Магия призыва, как раздражает.

— А-ха, старик, раз ты такой крепкий и сильный, придётся и мне стать серьёзной. Но и я не менее крепкая!

— Не нравится мне сражаться с детьми...

Вертясь, Полтерсизар описывал круги вокруг Ламбера. Свободно передвигающийся дух и сверхчеловек Лулукк, он мог справиться сразу с двумя. Однако девочка велела ножницам держаться на расстоянии. Когда он отбил три её атаки, Лулукк заподозрила неладное.

— Когда бы напасть... Раз, два, три, четыре!

Наклонившись, девочка тоже обошла Ламбера. А Полтерсизар подбирался к мужчине. Он оказался в слепой зоне.

«Попался!..» — подумала Лулукк, и тут огромный меч прижал Полтерсизара к полу и раздавил. Куски от него разлетелись, а сам дух растворился в свете.

«Не может быть, он ведь атаковал из слепой зоны!»

Лулукк отпрыгнула назад. Но тут Ламбер взмахнул своим огромным мечом. Девочка продолжала отступать, достигла стены и стала уклоняться.

— А-ха, ну напугал. Но я ещё цела...

И тут по маске Лулукк пошла трещина. Пальцами она нащупала её.

«Если бы подошёл ещё ближе, то разрубил бы меня... Чтобы я, мудрец, специализирующаяся на ближнем бою, Лулукк-Лулукк...»

— Мне это не нравится, но раз уж ты одна из мудрецов, придётся разобраться с тобой здесь.

— ... А-ха, давно никто не изгонял Полтерсизара, вот я и удивилась. Может мне стать ещё серьёзнее?

Лулукк стала ловко размахивать красной палочкой. Вокруг неё появились четыре магических узора.

— Ответьте мне и явитесь из мира вещей! Вредоносный контур, Малисдол! Грустное ограничение Рокклок! Высокомерные весы Демонджаж! Алый глаз Дредбол!

Из мира вещей на призывы откликнулись четыре духа и явились в мир людей. Проливающая чёрные слёзы девочка-кукла с растрёпанными волосами, жуткие часы с расположенными в равных промежутках друг от друга глазами, золотые весы, в центре которых была голова демона, и красный глаз с полосками летали в воздухе.

— Кукла, часы, весы и шар... Давно я их не использовала, кья-ха! Обычно всех убивал Полтерсизар. И ты пожалеешь о том, что заставил меня стать серьёзной.

Держа палочку, Лулукк смотрела на Ламбера. Призванные существа из другого мира летали вокруг и окружали мужчину.

— Четыре духа? Доводилось мне бороться против духов из мира вещей... Но они похожи, и магию с особенностями сложно уловить, да и сражаться непросто. Неприятных ты духов используешь, — Ламбер следил за всеми четырьмя. Рокклок и Демонджаж крутились вокруг, приближаясь и отдаляясь. Самая маленькая Малисдол носилась по комнате и хохотала. И за движениями Дредбола было не уследить.

Сам воздух пропитался присутствием духов из другого мира. Разносился неприятный смех куклы. Золотое украшение Демонджажа точно вслед за Малисдол открыло рот и начало смеяться.

«Я измерю твою ценность. Правитель этого места, будь со мной», — говорил смеющийся Демонджаж.

— Хи, не подходи!.. А!

Летающий Дредбол моргнул. Острые точно клыки ресницы сошлись на голове одного из солдат. И когда глаз снова открылся, на нём ничего не было. И только безголовый солдат опустился на колени, а потом упал на пол.

— Н-Небит?! П-почему?! Ах ты, чудовище!

— Госпожа Лулукк, остановите этих монстров!

— Хи! Н-нет! Я-я не хочу умирать!

Помещение внезапно заполонили монстры, и виконт Лагар вместе с солдатами начал кричать. Лулукк перескочила через Дредбол и поставила на него одну ногу. Так они и повисли в воздухе.

— Что же, я, одна из восьми мудрецов «Улыбающийся шут» Лулукк-Лулукк устрою для вас представление, прошу, смотрите! Но прошу учесть, что сохранность жизней не гарантирована даже зрителям! — разведя руки, сообщила Лулукк. И тут Малисдол, Рокклок и Демонджаж быстро приблизились к Ламберу.

— Кья-ха-ха-ха-ха! Я покажу вам, какие они жуткие! Ну и как же ты собираешься выжить на моей сцене?

Ламбер вытянул руки и описал мечом огромный круг. Всего один взмах, а голова куклы разлетелась, а Рокклок оказался разрублен пополам.

Продолжая движение, лезвие разбило прекрасные украшения демона на Демонджаже. Оружие прижало его к полу и раздавило. Три духа обратились маной и растворились.

— А, а?! А?!

Поражённая Лулукк оттолкнулась от Дредбола и отскочила назад, быстро отдаляясь от Ламбера. А дух двигался прямо под ней. Нога Лулукк снова оказалась на Дредболе, но девушка снова прыгнула назад и в этот раз упала. Быстро она ушла к задней стене и снова запрыгнула на духа.

— Иди ты, так я атаковать не могу... — выразила она недовольство. Дыхание сбилось, спина согнулась, а плечи опускались и поднимались.

«Если бы... Отступила хоть немного позже, он мог ударить ещё раз...»

Лулукк расслабилась лишь на миг. Испытала облегчение от того, что смогла сбежать, но открылась от того, что задумалась об этом. И Ламбер сразу же стал приближаться к ней.

— А... Кья, кья-а-а-а-а-а-а! — закричала она, падая назад. Девочка оттолкнулась от Дредбола. Дух поднялся между противниками и остановил огромный меч Ламбера. Приземлившись, Лулукк посмотрела на оружие врага.

— С-спаси...

— Ха-а-а-а!

Огромный меч разрубил Дредбола и приземлился прямо возле Лулукк.

— Хи!

Девочка пригнулась и попробовала уклониться. А лезвие задело её голову и вонзилось в пол. По нему пошли трещины.

Свалившись на пол Лулукк снова подпрыгнула. Ожидая этого, Ламбер нанёс колющий удар. Он пронзил тело Лулукк, потекла свежая кровь.

— Гха... Ч-что б тебя, кто ты такой!..

Ослабшая девочка коснулась лезвия пронзившего её оружия. Из-за веса стена за спиной Лулукк обрушилась. Ламбер вынул из неё меч, и Лулукк с криком упала.

Вместе со звуком падения обломков, можно было услышать, как упал человек. Опустив меч, Ламбер посмотрел на виконта Лагара.

— М-м-мертва? Л-Лулукк?.. — на истощённом лице виконта появилась надежда, он обратился к Ламберу. Мужчина посмотрел на разрушенную стену, а потом повернулся к Лагару.

Он знал о «Свистящем демоне», верил в слова графа Абока, что они возьмут под контроль страну, потому и связался с ними, но в итоге оказался сыт их злодеяниями. Лулукк распространила влияние «Свистящего демона» на виконта и взяла под контроль территории.

Не на такое сотрудничество рассчитывал Лагар, его запугивали и заставляли исполнять всё новые требования. Он предал страну и укрывал врагов, потому не мог положиться на королевскую семью. Сейчас он просто был в панике, не способный ни на что.

И вот одна из мудрецов «Свистящего демона» Лулукк мертва, и было не ясно, хорошо это для виконта или же плохо.

Когда не стало «Свистящего демона» виконт Лагар вернул себе власть, и теперь его главной целью было сокрытие своих злодеяний от королевской семьи.

Он надеялся, что его связь так и останется неявной, но было несколько сложностей. За то, что в его доме убили одного из лидеров «Свистящего демона», ему могут отомстить, потому надо было, чтобы Ламбер об этом молчал.

Виконт Лагар тут же стал кланяться мужчине в пол, солдаты ничего не понимали, и пытались помочь ему подняться.

— Господин воин... На самом деле, на самом деле «Свистящий демон» угрожал моим землям и взял их под свой контроль!.. Если бы вы нас не спасли, неизвестно, что бы могло случиться!.. — весь в слезах и соплях Лагар обращался к Ламберу.

Солдаты вокруг были в шоке. Это сам виконт пригласил «Свистящего демона» и сам был виноват, что ситуация вышла из-под контроля. Он оставил лишь то, что удобно ему, отказавшись от остального и стал выставлять себя жертвой, но полное отсутствие отвращения к такому у мужчины достигло уровня искусства.

Даже солдаты подумали, то тут нет ничего постыдного, виконт говорит правду, а они похоже что-то не так поняли. Лагар не был талантливым лордом, но отлично умел перекладывать ответственность и умело заботился о себе.

— Прошу вас, господин мечник!.. Я ещё никогда не видел такого мастерства! «Свистящий демон» всё ещё в этих землях! Прошу, убейте их!

Из глубины шлема Ламбер смотрел на умоляющего виконта Лагара.

— Я сделаю это. Они будут уничтожены. Но твою жизнь я не гарантирую.

— Ч-что?! Почему?! Я, я ведь склонился!

— Если есть, что сказать, говори. Мне нужна информация, только коротко.

— Ч-ч-что!..

Лагар был в шоке. Пусть он сомневался, но не думал, что ему так прямо вынесут смертный приговор.

— Н-ну и ладно! Убейте! Кто-нибудь убейте его! Быстрее! — закричал виконт. А Ламбер медленно направил на него меч. Тот сразу же упал и попробовал уползти от Ламбера.

— Хи! Я не виноват! Не виноват! Я ведь больше ничего не мог! Я не сделал ничего плохого!

Один из солдат осторожно приблизился к виконту:

— Виконт Ламбер... Магический знак на лбу...

— Хиэ?

Дрожащими руками Лагар коснулся лба.

— ... Хуже не придумаешь. Это тайная техника племени Хюд королевства Белфис. Сработало, когда ты предал «Свистящего демона».

... Ещё во время войны в королевстве Белфис шла своя война за власть, предательство и убийство родных стали частью национальной особенности. Род Хюд в той стране использовал проклятия с помощью насекомых, основываясь на тонкостях человеческой души, они могли убить человека, за что королевская семья очень ценила их.

Техника была несовершенна и давала осечки. В принципе создать что-то настолько полезное было невозможно. Этот дефект не устраивал некоторых, начали ходить слухи о предательстве и людей казнили семьями.

Белфис был могущественной магической страной, но проиграл довольно быстро, и эта проклятая техника сыграла здесь немалую роль. После краха страны, генерал, переживавший из-за техники проклятия, казнил племя Хюд, многие их книги были сожжены, а они полностью пропали с карты мира.

Но несмотря на недостатки, техника Хюд была удобна. Потому и опасна. Генерал считал, что если королевская семья использует её на своих слугах, то их ждёт судьба Белфиса.

— Это проклятие не должно существовать. Лагар, вспомни. Кто-то же с тобой сделал это? Может клоун или ещё кто? Мне нужна любая информация. Когда договорим, я помогу тебе умереть.

Ламбер подошёл к нему и вытянул руку с огромным мечом. Виконт Лагар широко открыл глаза:

— Н-нет! Я не могу умереть! Сделай что-нибудь, убери это! Убери! Это! Нет, нет! Стой, не надо, кто-нибудь, остановите!

Он неистово чесал лоб. Полилась кровь, он срывал плоть. Но магический знал начал светиться.

— Нет, не-е-ет!

— Есть способ остановить это.

— П-правда?

Ламбер кивнул:

— Отрубить тебе голову.

— Не-е-е-е-е-ет! — плача, закричал виконт и стал биться на полу. Шокированные солдаты тоже не знали, что делать.

— У-а-а-а! Нет! У-а-а-а-а! Что я наделал?! Что же я наделал?!

— Говори быстрее! — крикнул Ламбер, но Лагар не отреагировал. И тут он остановился и упал на спину. После чего его тело забилось в судорогах, а изо рта стала вытекать пена.

— О, о-о, о-о-о-о-о-о-о-о-о.

Глаза виконта бегали, лоб треснул и появилось многоногое насекомое.

— В-виконт Лагар?!

Гигантское насекомое слезло с тела Лагара и направилось к поражённому солдату.

— Хи! Не подходи, не приближайся-а-а-а-а!

Ламбер возник перед солдатами и ударил насекомое. Лапы разрубленного насекомого задёргались, а потом остановились.

— ... Его заразили ещё и в качестве эксперимента, — сказал Ламбер, глядя на труп виконта Лагара.

Через дыру во лбу можно было увидеть поеденный мозг. Из пробитого лба вытекала зеленоватая жидкость, смешанная с кровью. Нечто подобное выходило из носа, рта и глаз.

Ламбер повернулся к нему спиной и снова посмотрел на обрушенную им стену. Обломки чуть сместились и крови стало больше. Лулукк выбралась из-под обломков и убежала.

«... Не получилось убить? Вместо того чтобы проверить её, я отдал приоритет информации виконта Лагара... Но в итоге упустил обоих. Враг сбежал, источник информации мёртв, это всё твоя ошибка, Ламбер. Тебе ведь известно, на что способен маг, который не выбирает средств. Неужели я оказался настолько самоуверен?»

Упрекая себя, он убрал меч в ножны. Теперь маги так легко умирали, что он допустил небрежность, этого Ламбер отрицать не мог.

В то время поверженные маги неожиданно оказывались живы, и многие солдаты гибли бесцельно.

«Я точно пронзил сердце. Так тело не могло бы двигаться... Может унесли товарищи или дух? В любом случае в следующий раз надо обязательно раздавить голову».

— Говорите всё, что знаете. Больше ни к чему иметь дела со «Свистящим демоном», — Ламбер обратился к солдатам виконта Лагара. Глядя на труп лорда, они стали бросать своё оружие и поднимать руки. Мечи с лязгом падали на пол.

Перед ними был тот, кто победил мудреца Лулукк, которую они боялись. Пытаться сражаться они даже не думали. Солдаты переглянулись, а потом заговорил уже немолодой мужчина.

— Я слышал, что здесь рыщут королевские солдаты... Но чтобы прийти в открытую.

Ламбер сразу вспомнил командира второго отряда дознавателей «Глаз феникса» Кройца, на которого он оставил ребёнка. Что с ним стало потом, мужчина не знал. В бою с Ламбером он повредил руку и здесь скорее всего не смог бы ничем помочь.

— Ну, что-то вроде. Наш командир не знает милосердия. Потому говорите честно.

— Над ним ещё и командир есть?..

— Не может быть, королевские солдаты настолько сильны?

Солдаты поражённо обсуждали слова Ламбера. Лечившийся сейчас Кройц серьёзно сказался на солдатах.

— «Свистящий демон»... Использовали эти земли в алхимических экспериментах. Взамен на территории, они не будут устраивать здесь террористических актов, а ещё дали бы виконту более высокое положение, когда свергнут правительство. Однако... Они задумали большее и со времён глафа Абока стали нетерпеливее, — говорил немолодой солдат.

— Понятно.

Предоставление территорий под эксперименты — это не то, что можно скрыть от рыскающий дознавателей королевства. Как только это стало известно, и страна поняла, какую угрозу это несёт, виконта Лагара ждала бы смерть.

— Где они проводят эксперименты?

Когда узнают о смерти виконта Лагара, «Свистящий демон» попробует сбежать. А значит перед этим надо убить хоть на одного члена организации больше. Если там масштабные эксперименты, то и магов должно быть много. Отличный шанс убить всех.

— Тетомбурк... Шахтёрский городок Тетомбурк. Туда сгоняли нищих и заставляли работать в шахтах... Только руды там немного, а ядовитый газ очень вреден, шахта не приносила много прибыли, потому её оставили. Но Лулукк с подчинёнными положила на неё глаз. Но лучше туда не лезть...

— Хо.

— Виконт Лагар, если честно, был эгоистичным человеком. Его не волновало, что будет с другими. Вот и когда в Тетомбурке умирали люди, он сказал: «Если это приносит прибыль, пусть продолжают, а бесполезные пусть убираются в районы для нищих». А потом оказалось, что ловить людей и отправлять работать оказалось невыгодно, и продолжать больше не было никакого смысла...

Виконт Лагар и до встречи со «Свистящим демоном» не был хорошим лордом. И вытворял всё, что хотел, потому что был вне досягаемости дознавателей, мог пренебрегать налоговыми законами, заниматься похищением нищих и работорговлей.

— И всё же... Один раз виконт съездил в подконтрольный Лулукк Тетомбурк... И какое-то время вообще не мог есть. Ты же видел его измождённое лицо. Когда-то он страдал от ожирения и у него была лоснящаяся кожа... Но тот день всё изменил.

Солдат посмотрел на труп виконта с пробитым лбом.

— Он хотел разорвать связь со «Свистящим демоном» из-за того, что увидел в Тетомбурке. Его тогда сопровождали пять солдат, но все они не в себе, а один покончил с собой. Мы не хотели знать, что там происходит, потому и не спрашивали. Но точно ничего хорошего. Тетомбурк — проклятое место.

— Тетомбурк... Трудовой лагерь, ставший экспериментальной лабораторией «Свистящего демона»?

Конечно их предложение не идти не могло остановить Ламбера. Места, где маги воплощали свою злость и алчность он видел ещё во время войны.

В шахтёрском городке Тетомбурк должно быть достаточно алхимиков вроде Джилдома. И если всё пройдёт удачно, у мужчины получится сократить силу «Свистящего демона». И если он не даст вывезти из города результаты исследований, то нанесёт врагу серьёзный ущерб.

«Теперь надо отправляться туда. И неплохо бы найти сбежавшую Лулукк».

Была вероятность, что в шахтёрском городке есть кто-то унаследовавший техники племени Хюд. И Ламбер не мог его упустить.

«Однако... Похоже всё довольно масштабно. Один я вряд ли убью всех».

Хотя он не думал, что найдётся ещё кто-то способный идти прямо в бой. Можно было взять солдат виконта, но у них не было никакой мотивации. Конечно они не могли пойти против воли господина, но молчали о террористической деятельности и поддерживали её. Их ждало наказание.

А ещё их господина убили «Свистящий демон», хотя тут он был сам виноват. Их лояльность была под большим сомнением. И все бледнели и дрожали от одного упоминания Тетомбурка.

«Кройц говорил, что придут его люди...»

Ламбер снова вспомнил блюстителя справедливости Кройца. Он должен был проверить виконта Лагара. И если связь со «Свистящим демоном» будет установлена, Кройц должен был их осудить. Если предоставить им информацию, они с радостью отправятся.

По крайней мере, так думал Ламбер и собирался взять их с собой, даже если им не хотелось.

Шахтёрский городок Тетомбурк, примыкающий к шахтам в землях виконта Лагара. Поселение в горах представляло из себя каменные здания по форме напоминающие гробы. Скорее уж не поселение, а тюрьма.

Виконт приказал возвести это место, чтобы держать здесь людей, которые будут всю жизнь работать в шахте, сооружения строили под землёй, подальше от людских глаз, и потому место приглянулось «Свистящему демону».

Основной комплекс Тетомбурка располагался под землёй, а на поверхности были простые низенькие здания. С расстояния их было даже не разглядеть.

Вокруг был простой забор, но выглядел он старым, даже если Тетомбурк кто-то заметит с расстояния, он не особо привлечёт внимание.

Мимо каменных гробов города проходил рыжий парень. На нём была тонкая роба, а на шее висели карманные часы. Парень катил инвалидную коляску, а на ней сидела с виду сообразительная девочка.

— Брат, пейзаж здесь скучный, но куда лучше, чем под землёй. Там слишком уныло.

— Точно. Элизе, — уставшим голосом ответил парень. Элизе — так звали девочку. Она была одной из тех, кого привезли в город как подопытную «Свистящий демон». Из-за экспериментов она утратила возможность ходить и теперь передвигалась в инвалидном кресле.

Лулукк была связующим звеном между «Свистящим демоном» и виконтом Лагаром, а за Тетомбурк отвечал другой мудрец, алхимик «Плетущий истину». Здесь заправляла его алхимическая организация «Ангел смерти», они изучали магию на собранных с земель виконта детях.

Рыжего парня звали Алуанте, и когда-то он был простым алхимиком, но он для своего возраста был хорош в магии, потому заинтересовал «Свистящий демон», и так прибыл в эти земли.

Даже среди родственников считавшийся странным дядя назвал его избранным богом и увёл, и когда парень понял, что попал в организацию «Свистящий демон», сбежать уже не мог. Ему было невыносимо проводить эксперименты на людях, потому он занимался магическими символами и в основном экспериментировал на маленьких магических зверях фроггах. И даже не ходил туда, где экспериментировали на людях.

Однако и самому Алуанте то давали наркотики, то вырезали на спине незнакомые символы, и он понял, что сам является не более чем подопытным «Ангела смерти». И такое обращение к низшим членам организации не было редкостью.

Другие создавали из трупов големов и нежить, и Алуанте как мог избегал их, лишь бы не разговаривать. Да и они не особо горели желанием общаться с ним. Однако заместитель начальника Тонирейл похоже возлагал на него какие-то надежды и выказывал симпатию. Однажды даже убил другого исследователя, который доставал его.

И всё же Алуанте так и оставался объектом ненависти.

Издалека он видел «Плетущего истину», он напоминал чудовище, закутанное в робу, ни с кем не общался и по факту именно Тонирейл возглавлял их.

«Плетущий истину» мог с лёгкостью воплотить магические знаки в голове, потому ему не надо было даже двигать рукой. Тонирейл говорил, что он очень нервный и не проводит эксперименты при посторонних.

То есть никто не знал, чем занимался «Плетущий истину». Другим он ничего о своих достижениях не рассказывал. Всей уборкой после экспериментов занимался Тонирейл, и лишь он и сам «Плетущий истину» знали, о чём тот думал и чем занимался.

Потому Алуанте думал, что под тканью прячется голем, а Тонирейл и есть «Плетущий истину», но вслух никогда об этом не говорил.

Алуанте так и жил, слушаясь ненавидевших его алхимиков «Ангела смерти». Однако в этой его жизни было вполне неплохо то, что Тонирейл был добр к нему.

Если он уйдёт от мужчины, его точно убьют, но так он мог брать подопытных детей, выводить их на поверхность и свободно гулять, благодаря разрешению Тонирейла. Может это всё было ради глупого самоудовлетворения, но дети с радостью ждали возможности погулять с ним. И для его души это было единственным исцелением в городе жутких экспериментов, где можно было лишь сойти с ума.

— Брат, когда я умру? Ты ведь знаешь? — обратилась Элизе к нему. Он не знал, что ответить. Эксперименты здесь либо приводили к быстрой смерти, либо позволяли медленно наблюдать за процессом. В случае Элизе был второй вариант, из-за странной магии и лекарств её ноги не двигались.

— ... Озадачила я тебя.

— Всё хорошо. Я... Не позволю тебе умереть... — бессильно сказал Алуанте. Он не мог сдержать это обещание. Не мог поставить под угрозу эксперименты Тонирейла. Почему-то он симпатизировал парню, но мешать экспериментам точно не позволит.

Даже если он попробует сбежать с Элизе, их поймают до того, как они покинуть окрестности городка. Элизе тоже это понимала. И без ног она не могла сбежать.

— Если уж меня и убьют, я бы хотела, чтобы это был брат, — сказала она, посмотрела на парня, а потом фальшиво улыбнулась. — Прости, забудь, брат.

— ...

Воцарилось тяжёлое молчание, девочка смотрела на него, зрачки слегка расширились.

— Брат, лицо, щека.

Элизе обернулась к нему и стала тыкать в щёку. Парень дотронулся до щеки, но не ощутил, чтобы что-то прилипло.

— Давай уберу.

Сидя, она вытянула руку. Озадаченный Алуанте наклонился, а Элизе обхватила его за шею и коснулась губами щеки.

— Элизе?..

— ... Пусть это лишь мой каприз, но я не хочу, чтобы ты меня забывал, брат.

Видя её лучезарную улыбку, Алуанте не смог улыбнуться в ответ.

Тетомбурк был построен в подземных пещерах, а на поверхности был настоящий город-призрак. Однако сейчас там собралось почти пятьдесят магов.

— Всё так спешно, надо же, что-то напугало госпожу Лулукк, хи-хи-хи. Предложила забирать все исследования и бежать, но я ничего не понимаю. Слишком всё невнятно.

В центре стоял худощавый мужчина в чёрном костюме. Это был заместитель главы команды алхимиков «Ангел смерти» по имени Тонирейл. Их глава мудрец «Плетущий истину» общался только с ним, потому по сути всем управлял он.

— Не королевских же солдат бояться. Что думаете? Мои милые-милые куколки, — сказал он и посмотрел на стоявшего слева от него красивого мальчика в форме дворецкого. По правую руку от него стоял ещё один такой же мальчик. Глаза их были мертвы, а на лицах не было никаких выражений.

Мальчики были рабами, Тонирейлу нравилось собирать их. Из собранных детей он отобрал понравившегося мальчика, воспитал и сделал своим слугой. Конечно же те, кто сопротивлялся, плохо себя вёл и ничего не мог нормально сделать, сразу же отправлялся назад в лабораторию. Мерзко улыбнувшись, Тонирейл погладил мальчика по щеке и лизнул. И тут к нему подошёл один из магов в робе.

— Господин Тонирейл, донесение. В окрестностях Тетомбурка обнаружен десяток мечников.

Губы Тонирейла скривились в форме полумесяца:

— Десять человек! Обычные солдаты. Ха-ха-ха-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха! Что за смех! А-ха-ха-ха! Зачем они пришли? Хотят покончить с собой? Тогда надо бы им помочь! — он хлопнул руками и улыбнулся. Другие маги «Свистящего демона» тоже рассмеялись.

— Слушайте. Если будем сидеть на месте, то придут более сильные солдаты и «Инквизиция». И даже наш глава «Ангела смерти» господин «Плетущий истину» скажет, что нам пока рано сражаться. Надо уходить отсюда. Пусть королевская семья думает, что они заставили нас сбежать, — разведя руки в стороны, начал речь Тонирейл. — А солдаты, направляющиеся сюда, умрут в муках! Нет, этого мало! Этого точно не хватит! Сделаем из этого места ад, которого будет бояться всё королевство! — худощавый мужчина тянулся руками в небо, будто пытался что-то схватить. — Мы не позволили предателю посрамить гордого имени «Свистящего демона»! Ядовитый жук разобрался с виконтом Лагаром! Вот оно! Заключивший с нами союз трусливо предал нас! И если мы устроим здесь бойню, это будет не бессмысленное насилие, а наш ответ! До того, как «Инквизиция» начнёт действовать, мы покончим с этими землями и покажем это всей стране! Расскажем во всех красках! Даже наше отступление не сулит им ничего хорошего!

Тонирейл понимал, что наложенное проклятие действует на нестабильных людей, и понимал, что что-то могло случиться. Магия была не просто страховкой на случай предательства, они проверяли его на случай эффективности в заключаемых договорах.

Однако для бойни у Тонирейла была веская причина. Надо было показать всем аристократом, которые сотрудничали со «Свистящим демоном», что если они станут мешать, их убьют, а потом в их землях прольётся кровь. Если они заподозрят, что можно предать, то вновь переметнутся на сторону королевской семьи.

Но если вслед за виконтом Лагаром они разберутся с его землями, это послужит чётким знаком, что предавать их не стоит. Конечно они ударят по своей репутации, сбежав от церкви, но на большее они пойти не могли.

— Страна и её жители должны узнать! Мы, «Свистящий демон», превосходим их! Господин «Трупный старик» Мандзи нанёс огромные разрушения городу авантюристов Балайре! Но этого мало! Господин Мандзи должен был вернуться, оставив после себя одну нежить и никого живого! Он облажался! Мы же поднимем вторую волну и теперь уже объявим войну королевской семье как положено!

Безумные маги ликовали. Тихо стояли здесь лишь мальчики-рабы Тонирейла.

И вот к мужчине прибежал третий мальчик, он остановился и безразлично посмотрел в лицо магу.

— Хозяин, господин Алуанте может воспользоваться этой возможностью, чтобы сбежать. Он пропал с образцом.

— Мой милый Робик? Хи-хи, можно не беспокоиться. Я же говорил, что в судьбе Алуанте вы не участвуете?

— ... Но я подумал, что это чрезвычайная ситуация.

— Хм, не удивительно, что ты так подумал. Взял с собой мышку и исчез. Думает, что может сбежать. Однако, Алуанте, это невозможно. Даже если он будет вовлечён в сражение, то не умрёт. Он слишком тихий, потому и не замечает, но у него настоящий талант в магии. Не сейчас, но в будущем он может превзойти меня. Потому его и привели сюда.

Уголки губ Тонирейла приподнялись в мерзкой улыбке.

— ... Господин Алуанте не должен сбежать. Я не понимаю, чего хозяин желает, но если вы прикажете, так и будет. Можете быть уверены.

— И всё же необычно. Я ещё не сказал, а ты уже готов следовать за Алуанте.

— Я думаю о том, что замыслам хозяина ничего не должно помешать. Деталей я не знаю, но выходит, что господин Алуанте очень важен.

Мерзко улыбаясь, Тонирейл согнулся и посмотрел в лицо маленького дворецкого.

— Нет, Робик. Ты обязан служить мне и даже не думать о бегстве, и ты верил, что Алуанте в том же положении, однако он сбежал, и тебе обидно. Так ведь?

Продолжая смотреть на мальчика, он лизнул его щёку.

— Я всё понимаю, Робик. Ты ревнуешь и желаешь остальным лишь худшего. Не переживай, Робик, от меня ещё никто не сбегал.

Пока его лизали, выражение на лице не менялось, он просто продолжал стоять. Мальчик ничем не выдал своё удивление. А может это чувство из него просто вырвали.

Тонирейл поднялся и засмеялся:

— Что ж, товарищи! Нас никто не остановит! Дадим всем здесь познать бурю! Сделаем с направляющимися сюда солдатами такое, что никто в них уже не признает людей!

— Господин Тонирейл! Можно, можно вам кое-что сказать?! — в спешке подошёл один из магов.

— Что такое?

— На самом деле господин Хабане, его отряд берсерков!..

— Господин Хабане начал действовать?.. Значит солдаты уже покойники. Я хотел поймать их и медленно терзать, но видать не выйдет. Господин Хабане слишком уж горяч, — расстроено сказал Тонирейл. Хабане был одним из магов «Свистящего демона», в «Ангеле смерти» он занимался тем, что лишал разума, снимал ограничения со способностей и создавал берсерков.

Его отряд берсерков состоял из живучих и сильных воинов. Из-за нехватки интеллекта они не могли практиковать техники, но силы им хватало, чтобы одолеть опытного мечника.

— Берсерки даже не думают о заложниках. И сомнительно, что об этом думает господин Хабане. Ни один враг не выживет. Все планы сбил... — Тонирейл взялся за голову и тяжело вздохнул.

— Нет, все уничтожены! Отряд берсерков господина Хабане уничтожен солдатами!

— Ч-что?! Не может быть! Врагов ведь всего около десяти человек?!

— Д-да... Однако они атаковали с ужасающей силой... Все берсерки в миг!.. Они уже проникли в Тетомбурк!

Вместе с отрядом «Глаз феникса» Ламбер проник в Тетомбурк. Перед ними было два десятка магов «Свистящего демона».

Большая часть солдат уже потеряли своих лошадей. Некоторые раненые животные сбежали, а некоторых сожгли и убили. Бой вёлся насмерть.

То, что из «Глаза феникса» пока никто не умер, настоящее чудо. Неожиданная и бесстрашная атака солдат для магов «Свистящего демона» была слишком странной. Включая Кройца в «Глазе феникса» было одиннадцать человек. С Ламбером двенадцать. Одних магов здесь было вдвое больше.

— Д-да что с ними?.. Почему он так легко наступает?.. — бормотали маги, наблюдая за продвижением Ламбера. Даже для безумных магов мужчина выглядел ненормально.

— Вперёд, слуги королевской семьи! Докажем свою верность мечами и убьём врагов страны! — крик Ламбера разошёлся по Тетомбурку. Он завладел умами людей Кройца и действовал как командир. В ответ ему солдаты кричали и поднимали оружие вверх, среди них же был и Кройц.

— Они ненормальные... Не подпускать, убейте их до того, как они подойдут! Для начала этого в огромной броне, их источник духа! — закричал один из магов. Все взмахнули палочками и атаковали Ламбера огненными сферами и глыбами льда. Мужчина взмахнул мечом, потушил огонь и разбил лёд. Все удары магии были отбиты огромным оружием.

— Э-эй, его не остановить!

— Не опускайте руки, продолжайте атаковать! Если подойдёт, нам конец!

Они обрушили на Ламбера целый дождь из магии. Но попасть не смог никто. Хотя даже если бы и попали, не поцарапали бы доспех из Органа...

— Я пробью формирование врага. Атакуйте их разделённые силы, — сказал Ламбер, ускоряясь. Видя как к ним стремительно приближается настоящий демон, маги впали в панику. И Ламбер не мог этим не воспользоваться.

— Ха-а-а-а-а!

С криком Ламбер взмахнул мечом, пробился через строй и вошёл в самый центр врагов. Попавшие под удар маги отлетели. Однако криков не было. Троим переломало кости, и они погибли. Их трупы под силой гравитации упали на землю.

— Хи, хи-и!

Напуганные маги разрушили строй и стали разбегаться.

— Давайте за мной! Убьём их! — скомандовал Ламбер, и солдаты «Глаза феникса» набросились на убегавших магов. Обладавшие численным превосходством маги могли бы проявить себя лучше в лобовой атаке, но под напором миазмов нежити Ламбера, шедшего напролом, они потеряли всякое желание сражаться.

Сомневавшемуся, стоит ли бежать от Ламбера магу на голову прыгнул человек. Мужчина в мифриловом шлеме, командир отряда Кройц.

— Я не хочу убивать врагов, лишившихся воли к сражению, но и не могу их отпустить.

Оттолкнувшись от головы, он ударил другого мага. Не дав взмахнуть палочкой, мужчина проткнул противнику лоб рапирой, а когда выхватил её, ударил в грудь пытавшегося напасть на него сзади врага.

Кройц передал бразды правления Ламберу, но при этом оттачивал своё искусство в этом месте правившей смерти.

Ламбер пробился через вражеский строй и лишил их настроя. Дальше «Глазу феникса» оставалось лишь добить их, и так они освободят город и потренируются.

Маги разбежались, и для солдат настал момент передышки. Выжить в суровой битве — настоящая радость.

— Никто не ранен?! Неизвестно, когда ещё придут враги, но я вылечу всех, кого потребуется! — обратилась мечница Фуле к солдатам. Тяжелораненых при поддержке товарищей направили к ней. Ламбер наблюдал за ними, но поняв, что к нему подходил Кройц, повернулся к мужчине.

— Что?

— Я был готов умереть здесь собачьей смертью... Но вышло всё на удивление хорошо. Я правда не думал, что получится так успешно напасть на «Свистящий демон». И всё же по большей части это твоя заслуга... — мужчина восхищённо признавал его достижения.

— Я хотел убить всех, но четверо ушли. В следующий раз убъём всех. Сообщи солдатам.

— А-ага... Вот как...

Компенсировавший численный недостаток и одержавший чистую победу Ламбер был не удовлетворён результатом.

— ... Мечник в доспехах. Кто же ты такой? Не верится, что я никогда не слышал о таком известном воине. Ты можешь вести за собой людей и демонстрируешь силу выше, чем у обычных людей. Ты куда выше обычного командира вроде меня.

— Меня зовут Ламбер. Один из четырёх генералов Органа королевства Региос, Ламбер Делакруа.

На миг воцарилось молчание, а потом Кройц усмехнулся:

— Понятно, с героем войны за объединение мне и правда не сравниться. Прости, что полюбопытствовал.

Мужчина воспринял слова Ламбера за шутку. И сам мужчина понимал, что воспримется это именно так, вот и дал подобный ответ.

— Кстати, мечник, господин Ламбер... — когда Кройц заговорил, он ощутил от Ламбера сильную жажду убийства. Отстранившись, он не договорил.

— А, нет, прости. Тебе что-то не понравилось?..

Повернувшись к Кройцу, он его ударил. Мужчина не успел уклониться, получив удар в живот, он отлетел на два хейна (около двух метров).

— Гха! З-за что... — держась за живот, Кройц поднял голову. И тут огненный столб прошёл в воздухе и ударил рядом с Ламбером. Мощное пламя растерзало землю. У Кройца перехватило дыхание. Если бы его не отбросили, он бы умер.

— М-мечник в доспехах!

— Всего один? Да уж, против всего одного отряда солдат пришлось прийти мне. Хотя тут одна мелюзга.

Кройц повернулся в направлении, откуда появилось пламя, и вытащил рапиру. В воздухе была чёрная дыра, напоминающая искажение в пространстве.

Оттуда появилась точно накрытая зеркалом голова жуткого дракона. По зеркалу расходилась рябь. В чёрной дыре стояла беззаботная женщина с серебристыми волосами.

— Мечник в доспехах... Из-за меня!..

Кройц смотрел на выкошенную и дымящуюся землю, где стоял Ламбер.

— Никаких проблем. Лучше следи за окружением.

Дым рассеялся. И там всё в том же положении величественно стоял Ламбер.

Странный зеркальный дракон ушёл в искажение. Когда его не стало видно, чёрная дыра пропала.

— ... Ого, устоял перед пламенем Дорафеа зеркального мира. Интересно, — женщина с серебристыми волосами широко открыла глаза и, облизывая губы, посмотрела на Ламбера.

— Магическая руда... Самый тяжёлый в мире металл, Орган. Пламя Дорафеа корёжит даже мифрил, так что содержание не может быть низким. В такой броне ты как ходячее магическое оружие.

— О-Орган?!

Слова женщины удивили Кройца.

Редкий металл появлялся только в местах концентрации маны. В больших количествах его не находили. Небольшой кусок мог обеспечить человека на всю жизнь, и страны ещё до войны за объединение боролись за этот ресурс.

Сейчас ресурс Органа уже был исчерпан. Как говорят, сейчас он лишь покоится в райских землях магических зверей, куда никто не рискует соваться.

— Броня из такого количества Органа, просто невозможно... Мечник, откуда она у тебя?..

— Это доказательство моей верности.

Ламбер направил меч на женщину.

— Прости, мечник, но я довольно сильна. Хотя ты забавный, и хотелось бы тебя отпустить...

Мужчина никак не отреагировал на её слова. А женщина лишь вздохнула.

— Меня зовут Алюс. Меня бояться и называют «Жительница другого мира» и «Королева зеркального дракона». Хотя защита у меня не на высоте. Небольшой, но я могу уничтожить город. Впечатляет?

— Пусть ты и сошла с верного пути, но и я должен представиться. Ламбер Делакруа. Когда был командиром, одним отрядом взял город. Правда бой был не из простых.

Говоря, Ламбер двигался. Он приближался к Алюс.

— У тебя и чувство юмора есть, надо же. Но если ты и правда великий герой, то должен выдержать это.

Она подняла руку. Появились четыре магических знака, пространство исказилось. Из искажения появился зеркальный дракон, Дорафеа зеркального мира.

— Когда духи зеркального мира попадают в наш, если дать достаточно маны, их количество можно увеличить. Может показаться, что он существует здесь, но строго говоря, это не так. Это лишь отражение. Однако его дыхание и клыки для нас никакая не иллюзия.

Четыре головы с открытыми пастями тянулись к Ламберу. В них виднелся красный свет.

— Прощай, великий герой. Даже в такой броне ты этого не переживёшь.

Из пастей вырвалось пламя и устремилось к мужчине. Пламя Дорафеа достаточно мощное, чтобы проделать дыру в земле. Какой бы крепкой ни была броня Ламбера, если земля под ним пропадёт, он упадёт в яму. И когда окажется на дне, против него можно будет попробовать другую магию. Именно на это нацелилась Алюс.

Ламбер подпрыгнул, сменил в воздухе хват меча, сместив центр тяжести, и оказался прямо между вспышками огня. Для такого доспеха это было невероятное проворство. Позади Ламбера прозвучал взрыв. Но его это нисколько не смутило, он продолжал идти вперёд.

Ни одно движение не было лишним, Алюс тоже на миг была шокирована.

— Б-быть не может... н-неужели ты и правда восставший герой?..

Он так легко ушёл от атаки, от которой нельзя было уклониться. Женщина не верила в происходящее. Даже думала, что где-то допустила ошибку.

— И всё же я ещё не сдалась! Ладно, покажу тебе всю силу, — Алюс подняла обе руки. И вместе с тем пространство исказилось.

Но в этот раз масштаб был другим. До этого было отверстие диаметром в один хейн (около метра), а сейчас целых пять. И вот через дыру появился огромный Дорафеа.

— В нашем мире дракон зеркального мира совсем не такой. Их может быть много... А ещё я могу увеличить его рост!

Сосуды в глазах Алюс раздулись, из носа текла кровь. На лице выступили вены. Это был побочный эффект от быстрого истощения маны.

— Дело не только в размере. Атака Дорафеа может быть быстрее молнии. Если можешь, попробуй уклониться!

Рябь прошлась по всему телу огромного духа. А потом из пасти вырвался яркий свет. Мощный луч был выпущен в Ламбера.

— Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Мужчина взмахнул огромным мечом. Пламя Дорафеа и меч Ламбера сошлись, и случилась вспышка. От взрыва земля разлетелась, а мужчина так и остался стоять невредимый. Пламя было разрублено пополам, потеряло направление и силу.

— Б-быть не может... Разрубил луч? — поражённо сказала Алюс. Это ведь невозможно. Но это невозможное случилось прямо перед ней.

— ... Интересный человек. На этот раз я уйду. Ещё увидимся, самозваный Ламбер. Не упусти приглашение красивой женщины.

Позади Алюс пространство искривилось, появилась пасть Дорафеа и поглотила её. Последний взмах её руки... Привёл к серьёзному пространственному перемещению. Находясь в пасти Дорафеа, она переместилась в мир дракона, находящийся по совершенно другим координатам.

Проходя между мирами, надо защищать своё тело барьером, истощение маны станет лишь интенсивнее, но даже при всех недостатках это было сильное умение. С осторожностью и умением перемещаться Алюс нанести ей смертельный удар было невозможно.

— Ха-а-а-а-а!

С криком Ламбер оттолкнулся от земли и взмахнул огромным мечом. И разрубил морду Дорафеа, проглотившего Алюс. По поверхности прошла рябь, морда разделилась пополам.

Голова духа развалилась, прозвучал рёв, существо потеряла форму и растворилось в дыре. А из разрубленной головы Дорафеа выпал труп Алюс. На её лице застыло удивление.

— Прости, но ты слишком импульсивная.

... Я один из мудрецов «Свистящего демона», «Плетущий истину».

Меня нигде нет. Я уже не здесь.

Я лишь повторяю исследования и плету истину. Не стареющий, не умирающий, не исчезающий.

Никто не может узнать, кто я. Все записи здешних исследований во мне. Я могу в любое время покинуть этот город. Как и все другие места, я покину его.

Когда-то учитель сказал, что я ни на что не годен и изгнал. Но это было ошибкой. Я превзошёл учителя в магии. Как алхимик я не мог остановиться в своих желаниях и тратил всё время на поиск истины.

Это мечта многих магов, которая так и не осуществилась. У моего учителя не получилось. И среди всех его учеников лишь я добился этого.

Да, я превзошёл учителя.

И вот предательство виконта Лагара было раскрыто, и мы не сможем остаться здесь надолго. Но я всё ещё хочу сделать здесь кое-что. Тонирейл называет меня безумным учёным, но в этом прозвище есть что-то мимолётно приятное.

К тому же надо разобраться с теми, кто вторгся без разрешения в эти земли.

По Тетомбурку с инвалидным креслом бежал рыжеволосый парень, Алуанте. В кресле была девочка Элизе, на которой ставили эксперименты.

— ... Не надо, брат. Со мной ты не сбежишь. Брось меня, — дрожащим голосом сказала она, указывая на дорогу. Воспользовавшись суматохой, Алуанте выпустил детей и сбежал из подземной лаборатории.

Но на побег с неспособной ходить Элизе требовалось время. Другие дети не стали их ждать и сбежали.

— ... Брат, уводи других детей. Эй? Брат. Ты ведь отличный маг, ничем не хуже тех плохих людей? — её голос дрожал. Если остаться здесь и «Ангел смерти» найдёт их, то не известно, что их будет ждать. Конечно ей было страшно. Если обнаружат, то скорее всего убьют... Нет, если так, то ей повезёт.

Но если могут поймать ещё и Алуанте, то пусть им достанется лишь она.

Почему-то заместитель главы «Ангела смерти» Тонирейл был добр к парню. Элизе было известно, что этот человек не боится даже военных.

И при том, какой интерес он испытывал к Алуанте, ничего удивительного, что Тонирейл попробует его вернуть.

— Почему... Брат? Ты должен был пойти с плохими людьми и сбежать... Ах...

Сказав это, она увидела боль на лице парня и поняла. В таком случае Элизе не сбежать. Никто не заберёт девочку, не способную ходить. И если бы «Ангел смерти» решил бы просто бросить детей здесь, Алуанте так бы не старался.

Парень и сам надеялся, что они просто бросят детей и сбегут. И если так, он просто мог уйти от них по пути.

Но когда Тонирейл узнал о том, что виконт Лагар мёртв, он обратился к присутствующим там магам:

«У всех есть образцы, на получение результатов из которых нужно время... Но ничего не поделаешь. Разделайте и проверьте всё так. Мне не нравится, что нас недооценивают, и для страны это должно послужить угрозой, убейте даже не использованные образцы».

Тонирейл не собирался никого оставлять в живых. Тогда-то Алуанте и решился. Каким бы ни был низким шанс на спасение, он должен попробовать.

— Всё хорошо! Королевские войска вошли в Тетомбурк! Они действуют куда быстрее, чем мы думали! Если объясним всё, они нас защитят! Видишь, как просто!

— ... Вот как.

— Да!

На самом деле здесь было лишь несколько солдат, занимавшихся проверкой. Алуанте знал об этом. Но говорил с надеждой, чтобы успокоить Элизе.

— Но, но... — девочка повернулась к нему и выражение на её лице застыло. Так она какое-то время и не двигалась, а потом протёрла глаза.

— Элизе?..

— Брат, что это?..

Алуанте обернулся, там двигались три фигуры.

Если коротко, то это были странные люди. Без рук, всё тело замотано в бинты. Глаза тоже были забинтованы, а сверху на них был точно ребёнком нарисован огромный глаз. К головам прикреплены несколько приборов.

Один из троих был странно скрючен, точно принял форму стула. Верхом на нём сидел скрестивший руки мужчина с мешком на голове. На нём были точно ребёнком нарисованные глаза. Как и Алуанте он был в робе «Ангела смерти».

— Поиграем, Алуанте, Элизе. Господин Тонирейл ищет вас. Он хочет, чтобы вы немедленно вернулись домой.

— Ф-Франдал!..

Это был преступник, за которого давали огромную награду.

Звали его Франдал Ранкупер. Более известный как «Франдал человеческая мебель».

Как-то в безопасной столице всего за год пропало больше ста человек. И вот их исковерканные тела нашли под особняком известного белого мага Франдала. Там были даже известные авантюристы.

Хуже всего, все они были живы. Их настолько изменили, что было не ясно, как в них ещё поддерживалась жизнь, и через несколько часов они начали умирать.

В итоге «Инквизиция» упокоила всех. Обычно их упрекали за радикальные решения, но в этот раз никто и ничего не сказал.

Взамен на спасение «Свистящим демоном» Франдал присоединился к «Ангелу смерти».

— Всех сбежавших детей велено убить, так что без обид! Прости, Элизе! Я и сам не хочу никого убивать! Даже когда у меня были проблемы в столице, я никого не убил. Эй! Убивают лишь глупцы. Взяли и уничтожили моё произведение искусства, над которым я столько трудился.

— Э-это ужасно! Ты омерзителен, Франдал!

Боль пронзила руку обернувшегося назад Алуанте. Элизе укусила его.

— Ух!

Ей надо было, чтобы он ослабил хватку, а потом она качнулась и опрокинула кресло. Девочка упала на землю.

— Э-Элизе, почему?!

— Брат, уходи... Ладно? Другие дети очень волнуются. Так их всех убьют... Но ты можешь их спасти.

Он бы не стал её слушать, а так она заставит парня сбежать. Он прикусил губу, взял палочку с пояса и направил на Франдала.

— Брат! — прокричала Элизе. Алуанте криво улыбнулся и посмотрел на неё.

— Всё хорошо... Всё будет в порядке, у меня есть талант. Меня даже сюда привели. Потому всё хорошо...

— Эй, эй, а это забавно. Ты здесь лишь как мальчишка из аристократической семьи, попавший по рекомендации, а возомнил-то! И господину Тонирейлу ты приглянулся лишь из-за мордашки. М? Или ты что-то не так понял? Вот для того, чтобы увидеться со мной, аристократы приезжали издалека и привозили своих дочерей, вот что значит настоящий талант.

Франдал смеялся, его плечи начали дрожать.

— Я исцелял их дорогих дочерей, а потом похищал и делал частью своего искусства.

— Алуанте, тебя мне убивать и правда запретили. Ты же в курсе? Злить господина Тонирейла опасно. Но ты же знаешь, что я владею белой магией? Мне никто не говорил, что я должен вернуть тебя в человеческой форме!

Франдал взмахнул рукой и указал на парня пальцем. И одно из безруких существ устремилось к нему. Оно жутко тянулось вперёд.

— Вперёд, «Стол», раздави его. «Шкаф», наблюдай.

... Человеческая мебель Франдала. Мужчина был «Столом», пухлая женщина «Шкафом», а неустановленного пола был «Стул». Живое оружие, двигающееся по приказу.

— ... Я готов к бою.

Алуанте из под робы достал мутную зелёную колбу. В ней плавали зелёные семена.

— Фальшивая жизнь, прорасти!

Парень бросил колбу и взмахнул палочкой. Колба разбилась, и жидкость разлилась по земле. Зелёные частицы всасывали жидкость и расти, земля раскололась, и появилась куча зверьков, размером с кулак человека.

— Гуро.

— Гуо.

— Гурок.

Искусственные фрогги. Разновидность гомункулов.

— Думаешь, что сможешь что-то сделать с моими произведениями искусства этими игрушками?

«Стол» Фандала подходил к Алуанте.

— Лёд, стань щитом! — прокричал парень. Прямо перед ним появился серебряный щит. «Стол» задрал ногу, собираясь ударить по щиту.

— Думаешь, такой щит остановит мою человеческую мебель?

— Я и не собирался защищать себя!

— А?

Искусственная фрогга тут же прыгнула на «Стол». Став в воздухе красно-чёрной, она взорвалась. Брызги оказались на «Столе».

— О, о-о, о-о-о-о-о-о-о!

От растворяющихся ног «Стола» стал подниматься дым.

Эти существа назывались василисковые фрогги. Они предпочитают наполненную маной воду и живут возле озёр, искажённых маной. Вода делает их ядовитыми, и благодаря смешиванию с лекарствами и навозом магических зверей они вырабатывают смертельный яд.

Искусственные фрогги как и василисковые могли производить яд и разработаны, чтобы ударить врага и самоуничтожиться. Однако на производство требуется тридцать два вида лекарственных трав и восемь дорогих руд, и яд их опаснее чем тот, какой они выделяют в естественной среде.

Попадая на человека, он проест плоть до костей, разрушит тело и остановит его деятельность. Однако эффект начинает слабеть с момента производства. Потому, чтобы использовать в бою, надо создавать фроггов прямо на месте.

Без глубоких знаний, контроля магии и скорости это не то, что можно сделать как надо.

— Отлично, яд сработал. Не хватало, чтобы он не подействовал.

— Ха! Мой «Стол» не так слаб, чтобы проиграть без одной ноги!..

Человеческая мебель упала на землю. Через бинты на рту стали вытекать слюни.

Франдал замолчал. Другие лягушки стали набрасываться на упавший беззащитный стол.

— О-о-о-о-о-о-о!

«... Это реакция на ядовитый газ? Тогда и Алуанте в целости не останется... Или может у него есть сопротивление? Нет, он не такой как мы, и не стал бы экспериментировать на себе...»

Франдал прищурился. Обычно он вёл себя заносчиво, но голова у него всегда работала. Иначе и не бы стал белым магом в столице.

Белые маги лечили болезни и травмы, на сложные вопросы они находили гибкие ответы, подходили к делу творчески и аналитически, и обладали знаниями из других областей.

На ледяном щите Алуанте были красно-чёрные элементы. Нет, не только на нём, но и под ногами.

«... Понятно, ядовитый газ замёрз и упал на землю, он защитил всё вокруг? Для этого и нужен был ледяной щит».

Для яда нужна высокая температура, а из-за создания льда весь отравленный воздух затвердел и упал на землю. Благодаря ледяному щиту он и смог защититься.

Алуанте взмахнул палочкой и ледяной щит рассыпался.

— Лёд, стань мечом!

В воздухе появился меч изо льда. Убрав палочку за пояс парень взял и взмахнул мечом. Лезвие целилось в шею «Стола».

«Такое твёрдое тело! Но разрезать можно... Я смогу разрубить!»

— Яд, как скучно.

Губы Франдала приподнялись в ухмылке. Ледяной меч Алуанте срубил голову лишь на треть и отлетел назад.

— Брат! — вскрикнула Элизе. А сводимый судорогой «Стол» поднялся.

— Что?! Этот яд даже огра должен был вырубить!.. К тому же я чуть не срубил голову... Почему он ещё двигается...

— Прости, но основа здесь — белая магия. Если мебели разрезать живот и вставить внутрь магический камень, то постоянно будет действовать магия регенерации. Из-за постоянного клеточного деления срок жизни порядком сокращается, но ничего страшного. Зря ты думал, что газ её остановил. Разрушенные им ткани быстро восстановились.

Франдал в мешке рассмеялся.

— Всё же уровни у нас совершенно разные. Ты конечно одарённый, но точно не гений. Как бы ты ни старался — нога «Стола» — твой предел. Убивать тебя нельзя... Так какой мебелью ты хотел бы стать? Я добрый, так что позволю тебе выбрать.

«Стол» взмахнул ногой и ударил Алуанте.

— Кха! О, оэ, о-э-э...

Парень скрючился, защищая живот. Нога «Стола» продолжала безжалостно бить его в живот.

— Га-а-а-а-а-а-а! — вскрикнул и перевернулся Алуанте.

— А-ха-ха-ха! И всё? Ну же, поднимайся! А то она умрёт, Алуанте! Элизе умрёт!

Жуткий «Стол» беспощадно бил парня. После восьми ударов Франдал положил руку на подбородок.

— Так, что бы сделать... М?

Держась за дрожащие ноги, Алуанте встал.

— ... Элизе обязательно сбежит... Я дал обещание.

— Такое надо говорить более подходящему противнику. Да? Как бы ни старался, ты мою, Франдала, мебель не убьёшь. Ты же уже понял это? Стоит извиниться за то, что даёшь невыполнимое обещание. Дал надежду Элизе, бедненькая, жаль я не видел.

И тут подул сильный ветер. Алуанте закрыл глаза и опустил голову... И в этот момент человеческий «Стол» выплюнул кровь.

Неизвестно откуда появившийся мечник в доспехах огромным мечом пронзил «Столу» живот, подбросив в воздух. Разорванный пополам монстр упал на землю. Верхняя часть тела дёргалась, голова повернулась к мечнику. А следующий удар раскроил её.

— ... А? — поражённо выплюнул Франдал.

Вполне логично. Человеческая мебель имела сильное тело и пугающую скорость, и её победили всего одним ударом. Алуанте тоже ничего не понимал и лишь с открытым ртом смотрел на происходящее.

— Слышал, это сложно, но видать показалось.

— Н-не знаю, кто ты, но спасибо... И всё же... — Алуанте, который после удара «Стола» всё ещё лежал на земле, обратился к своему спасителю в доспехах... Ламберу.

Прочность человеческой мебели Франдала Алуанте испытал на себе. Действие сильного яда и наполовину срубленная шея сразу же восстановились. И то, что Ламбер без труда убил такого врага, доказывало, что он не простой мечник.

— Ты... Не так прост. Разрубил мой «Стол».

Со «Стула» Франдал смотрел на разрубившего его мебель мужчину в доспехах. А тот... Ламбер направил меч на мага и уставился на него.

— Ну подожди, не кипятись. Уничтоженный тобой «Стол» — шедевр, сотворённый моими десятью пальцами. И за разрушение моего искусства полагается смерть... Как я обычно говорю, но могу и простить.

Франдал протянул Ламберу руку, прикрыл глаза и замотал головой. Будто говорил, что драться не намерен. Но уже в следующий миг он обнажил дёсны и рассмеялся.

— Ты великолепен! Я чувствую это! Полный достоинства, гордый, серьёзный! У тебя прекрасное тело! Ты рождён, чтобы стать мебелью! Ты обязан пополнить мою коллекцию! Нет! Ты хочешь стать мебелью! Так и должно быть! Иначе это настоящее богохульство!

Франдал широко открыл глаза и развёл руки. В его глазах читалось безумие.

— Ну что? Ты ведь тоже хочешь пополнить мою коллекцию, да?! Да?! — кричал он, плюясь слюной. Видя его безумие, Алуанте совершенно бледный застыл.

Он переделывал людей, и называл их «мебелью», и вся ненормальность Франдала отпечаталась на его лице. Он искренне верил, что создавать этих монстров — искусство.

От такого давления Алуанте задрожал, а Ламбер оставался спокоен.

— Похоже с тобой не поговорить, хотя я и не рассчитывал на серьёзный разговор с вами.

Ламбер начал действовать. А зловещее безумие Франдала пугало. Но даже понимая всю его зловещую натуру здоровяк оставался спокоен.

Франдал коснулся лба.

— Давишь? На меня? То есть его давление сильнее моего либидо к высокому искусству? Быть не может... Такого не может быть!

В глазах мага снова загорелся огонёк безумия.

— Вперёд, «Шкаф»! Схвати его!

Безрукая женщина с перебинтованным лицом бросилась на Ламбера.

Тот лишь держал меч. И вот «Шкаф» оказался разрублен. Настала очередь Франдала.

«По сравнению с другими пока ещё рано... Мясо слегка густовато, но проблем быть не должно».

Чтобы разрубить крупный «Шкаф», Ламбер вложил в руки больше силы.

— Движения, идеальные для мечника!.. На шаг... Нет, на два выше предела человека, который я знаю. Однако одной силой и скоростью не победить!

— Ого-о-о-о-о-о-о!

В двух шагах от радиуса попадания Ламбера на теле «Шкафа» открылась куча отверстий и высыпали наконечники стрел. Металлическая буря настигла мужчину.

— Ха-ха-ха! Я в «Шкаф» много всего положил! Удивлён? Не хотелось бы причинять вреда твоему телу, но похоже целым тебя схватить не выйдет!

Ламбер слегка подался назад и резко взмахнул огромным мечом. Обычный человек не мог уследить за такой скоростью.

Лезвие раскидывало металлические куски. По земле разлетался искорёженный металл.

— Ч-что, что происходит?.. — удивлённо пробормотал Франдал, не понимая, что случилось.

Закончив обстрел, «Шкаф» просто продолжал стоять. А Ламбер вновь занёс огромный меч. Собирался разрубить существо так же, как и «Стол».

И тут из крупного тела «Шкафа» вышли два лезвия. Одно из верхней части, а ещё одно — из нижней. Разрывая плоть, они налетели на Ламбера как гильотина.

«Активировались «Обезглавливающие ножницы»? Да уж, хороший материал был, но как мебель больше не используешь...» — глядя на торчащие из «Шкафа» лезвия, вздохнул Франдал. Последний козырь «Шкафа» — «Обезглавливающие ножницы», когда на монстра нападают, они разрывают плоть, активируясь самостоятельно.

Их сила — скорость за пределом реакции человека, верная смерть. Как бы ни был силён человек, он не уследит за лезвием и мгновенно расстанется с жизнью.

Это был смертельный удар. Коса смерти, от которой было не уйти.

Двое встретились, и разлилась чёрная кровь.

— О-го-го-го-го-го-го.

Верхняя часть «Шкафа», издавая странные звуки, взметнулась в воздух. Обломки ножниц упали на землю, за чем наблюдал Франдал.

— ... А?.. А, э?

Ламбер не только ушёл от смертельного удара, но и убил в ответ, да так, будто это ничего не стоило, и теперь направлялся к Франдалу.

— Н-не может быть... «Обезглавливающие ножницы» «Шкафа»!..

Маг не мог поверить, что Ламбер уничтожил его последний козырь. Сидя на «Стуле» он побледнел. Из трёх предметов мебели «Шкаф» был самым эффективным в бою. И раз он был потерян, магу точно не победить.

— ... А, ч-что?

Перед думавшим о побеге Франдалом происходило нечто странное. Нижняя часть «Шкафа», извергая кровь, следовала за Ламбером.

Франдал удивился этому. Он не планировал, что одна нижняя половина станет преследовать врага, потому это было вне его ожиданий. Но как создатель «Шкафа» и белый маг, он тут же понял, в чём дело.

«Повезло... Меня защищают! Бог не хочет, чтобы моё искусство было потеряно!»

Естественно у нижней части «Шкафа» не было мозга. Но даже без него благодаря спинному мозгу тело рефлекторно двигалось.

Без головы могли двигаться насекомые с простой структурой тела или магические звери с огромным запасом жизненных сил. Однако избыток сил, вызванный экспериментами Франдала, дал схожий эффект.

Конечно ненадолго. Если существо сложное, то потеря органов станет препятствием для функционирования. «Шкаф» был жив потому, что Франдал забрал ненужные человеческие функции, чтобы получилась человеческая мебель.

Однако поддерживать жизнь долго невозможно. И всё же этого должно хватить, чтобы напасть на Ламбера.

«Всё получится!.. Так было всегда. Огромная удача, что я смог дожить до этого момента. Что бы ни случилось, худшего можно избежать. Когда казалось, что это конец, удача всегда оберегала меня».

На напряжённом лице Франдала появилась бесстрашная улыбка. На его стороне была абсолютная удача.

«Ведь я гений! Незаменимый! Сам бог защищает меня! Он разговаривает со мной! Велит создавать больше произведений искусства!»

В следующий миг Ламбер оглянулся и, не снижая скорости, взмахнул мечом у себя за спиной. Разрубленные вертикально ноги «Шкафа» упали, не способные бежать.

И тут мужчина понял. Этого противника не победить.

Удача может решить исход боя. Но не против его нынешнего соперника. Франдал понял, что это существо абсолютно во всём.

На самом деле Ламбер благодаря своим способностям привел королевство Региос к победе в войне за объединение, и было слишком наивно, что от такого можно было защититься простой удачей.

— Алуанте! Я отпускаю тебя! Но не пойми неправильно... Тебе не сбежать от Тонирейла. Ничего не скажу, он ли «Плетущий истину», но Тонирейл настоящий монстр. И мудрец госпожа Лулукк вернулась в Тетомбурк. Ты ни за что не сбежишь!..

Изуродованный «Стул», на котором сидел говоривший Франдал, развернулся. Он начал убегать от Ламбера.

Среди мебели он был настоящим шедевром. Причудливых трюков, как у «Шкафа», у него не было, однако двигался он быстро. К тому же сила удара длинными ногами ничем не уступала удару огра.

— Сражайся, надейся на что-то! А потом познай отчаяние!

Возможно атака «Стула» сработает даже на здоровяке в броне, но пробовать этого не хотелось.

«Мразь... Заставил меня бежать!»

Франдал скрежетал зубами.

«Но в следующий раз этот мечник от меня не уйдёт... Я приготовлю мебель, учитывая его силу, радиус удара и телосложение, и тогда схвачу. У меня точно получится. Ведь я гений. Для этого понадобится много людей. Тетомбурк был прекрасным местом. Было бы неплохо найти ему замену...»

Франдал услышал звуки шагов. Что-то заподозрив, он обернулся и увидел, как Ламбер, не уступая по скорости «Стулу», преследовал его. Он двигался даже быстрее, постепенно сокращая дистанцию.

Маг ничего не понимал. Как в такой толстой броне и с огромным мечом он бежал быстрее его шедевра.

— Ч-чудовище! Не подходи! Не приближайся! Ты!..

Франдал сунул руку в рот «Стула». Когда во рту оказалась рука, существо застонало.

Франдал вытащил свою палочку.

«Сейчас важно выиграть время. Надо целиться под ноги и лишить его подвижности!.. Сейчас он думает лишь о погоне, и его защита ослабла... А?

Правая рука Франдала вместе с палочкой упала на землю. Всё заливала кровь.

Доставая из «Стула» палочку, маг на миг отвлёкся от Ламбера. И за это время его нагнали. Поражённо глядя на обрубок руки, Франдал понял, что враг с огромным мечом уже рядом.

— М-м-моя рука... Моя рука! Я, я должен сделать ещё много творений! А для этого рука, мне нужна рука!.. В-верни, верни её! Кто ты, чтобы мою руку!..

И тут Ламбер ударил во второй раз. Франдала разрубило вместе со «Стулом». Тело мага, разрубленное вертикально, развалилось, из него вывалились внутренности. А вместе с ним и «Стул», заливаясь кровью, упал на землю.

Высокий и худой заместитель руководителя «Ангела смерти» Тонирейл шёл по проходу подземного исследовательского центра Тетомбурка. Его сопровождали два красивых мальчика в костюмах.

Сейчас на лице Тонирейла не было привычной самоуверенной улыбки. Брови были приподняты, виски пульсировали. Он до крови прикусил губу.

— ... Господин Тонирейл, раз вы спустились под землю, значит планы изменились? — спросил мальчик в костюме дворецкого. Робик. Они собирались покинуть Тетомбурк, устроить резню в землях виконта Лагара и уйти до того, как прибудут королевские войска. Тонирейл лично сообщил об этом, собравшимся в городе магам.

Ощутив, что плечи дрожат, мужчина остановился, схватил Робика за голову и приблизился.

— Заткнись Робик. Ты же всё должен понимать?

— ... Да, простите, господин Тонирейл, — не выказав страха, спокойно ответил мальчик. Тонирейл опустил взгляд и увидел, что рука Робика дрожит, и суровое выражение сменилось на улыбку. Он лизнул щеку мальчика.

— Да, вот как, Робик. Никаких выражений. Я ненавижу шумных сопляков, ты же в курсе?

Уголки губ приподнялись, он отвёл голову назад. И задумался о том, что дальше.

«Так... Я собирался уйти, устроив резню в землях Лагара, но нет. Я не могу себе этого позволить. Я был поражён, когда услышал о том, что отряд берсерков Хабане уничтожен... Но мы не можем связаться ни с одним из наших лучших магов. В Тетомбурке происходит что-то странное. Скорее всего это отряд дознавателей... Но похоже не только. Кстати, мы толком не общались, но мудрец «Улыбающийся шут» Лулукк говорила, что столкнулась с чудовищем. Надо ещё раз с ней поговорить».

Тонирейл ощущал в Тетомбурке какое-то странное присутствие.

«... У меня нехорошее предчувствие. И тут ещё показались вредные привычки мудреца «Плетущего истину», не хватало того, что он возвращаться не хочет».

У «Плетущего истину», который по сути был здесь главным, как казалось Тонирейлу, было личностное расстройство. Эгоистичность, вольнодумство, вечная неуместность, скверное настроение и отсутствие логики в поступках. Он скорее был не человеком, а ходячей катастрофой.

Тонирейл пожал плечами и покачал головой. Было очень утомительно думать о том, что ему придётся как-то убеждать зациклившегося «Плетущего истину». Бывший заместитель как-то облажался и испортил настроение мудрецу, с того дня его в Тетомбурке не видели.

«На поверхности хватит и низших магов. А вот под землёй высшие маги, если враг придёт, то будет уничтожен. И мы можем спокойно избавляться от подопытных. Не знаю, кто явится, но он получит серьёзный отпор. Конечно такая предосторожность ни к чему... Но Тетомбурк должен быть уничтожен. Все должны умереть, познав страх и отчаянье».

В шахтёрском городке Тетомбурк пять солдат Кройца защищали сбежавших из лаборатории детей. Вместе с бывшим алхимиком «Ангела смерти» Алуанте и защищаемой им не способной самостоятельно ходить девочкой Элизе, они охраняли двенадцать человек.

— ... На этом всё. С магами мы не встретились, лишь со сбежавшими подопытными монстрами... Но скоро нам пора уже отступать, — бормотал опустившийся на колени самый старший из солдат Катц.

До этого они защищали детей лишь от монстров, но недавно пришлось столкнуться со сбежавшим магом. К счастью с помощью Алуанте никто из них не погиб. Однако все были уставшими и раненными, так что больше не могли сражаться.

Маг оказался не так хорош, потому, он сразу же сбежал, так что обошлось без жертв. Но уже в следующий раз их могли перебить всех.

— ... В «Ангеле смерти» одни ненормальные отбросы. Если узнают, что здесь сбежавшие дети, с радостью нападут. Думаю, стоит разделиться на три группы. Если покинем Тетомбурк, им будет непросто до нас добраться... — предлагал Алуанте Катцу.

— Стоило бы делить всех по двое... Только нас пятеро, людей не хватает. Предлагаешь тебя в расчёт взять? Я лично тебе не особо доверяю... Но чего уж теперь. Да и не до того уже, — вздохнул Катц. — Ладно, так и сделаем. И ты конечно хороший алхимик, но как боевой маг уважения не вызываешь. Да и маны у тебя немного осталось, верно? Пойдёшь со мной.

— Да, простите... — Алуанте поклонился.

— Ладно, вот и порешали...

— Господин Катц! С-сюда кто-то идёт!

Услышав голос подчинённого, Катц поднял голову. Кто-то огромный приближался к ним издалека. Это был лысый мужчина с искорёженной головой, мутными глазами, высунутым и разодранным языком. Он был таким толстым, что было не ясно, где шея переходит в челюсть. В руке у него был огромный топор.

— Что это, ещё один подопытный?

— Э-это один из «Ангела смерти! Его зовут Джиджок, он, не сомневаясь, использовал на своём теле запрещённую магию! И я даже не представляю, зачем он направляется сюда!

Пять солдат встали в полукруг, защищая детей. Алуанте встал позади и вынул зелёную жидкость. Гомункулов, семена искусственных фрогга.

— Алуанте! Так ты нас предал! А ведь господин Тонирейл столько всего тебе позволял, глупец! Думал, продашь нас солдатам и сможешь уйти? — ревел Джиджок.

— Фальшивая жизнь, прорасти!

Взмахнув палочкой, Алуанте бросил под ноги склянку. Зелёные частицы впитали жидкость и стали расти. Плёнка порвалась, и появились существа размером с кулак.

— Гуу.

— Гуо.

— О-у.

Пять фроггов приближались к Джиджоку.

— Жалкие игрушки, ха-ха-ха! Ты мне никогда не нравился! Проводил такие глупые исследования, а господин Тонирейл всё тебе позволял, ты прямо бельмо на глазу! Но теперь я тебя убью! Ведь ты предатель!

Джиджок оттолкнулся от земли и высоко подпрыгнул. Он перемахнул через солдат и оказался между ними и Алуанте.

— Позволил себя зажать?..

— Н-нам же лучше, окружаем!

Солдаты начали его окружать.

— Глупцы, попались в мою ловушку! Ответь на мой зов, явись из мира плоти! Безжалостная колонна плоти, Шубрас!

Джиджок вонзил топор в руку. Точно щупальца из человеческой плоти обвили его руку, сделав её вдвое толще. Оно извивалось точно хлыст и взмахнуло топором.

— А...

Одному из солдат грудь рассекли топором, и он отлетел назад. Рана была глубокой, и солдата уже было не спасти.

— Алк! — бледный Катц крикнул имя убитого солдата.

— Ха-ха-ха, вот и всё! Вы все покойники! — Джиджок взмахнул рукой.

Солдаты окружали врага, выстроившись полукругом. И все оказались в радиусе поражения топора.

Благодаря чему Джиджок с помощью колонны плоти Шубраса достал одного и нацелился на остальных солдат, которые были обозлены и растеряны. Такой была ужасающая тактика Джиджока.

Следующей целью оказался Катц. Мужчина взмахнул мечом, собираясь атаковать врага.

— А-ах ты!

— Медленно! Ха-ха-ха!

Топор Джиджока попал по левой руке Катца. Руку срубило до плеча, обнажив кость. Но топор Джиджока не останавливался.

Он собирался ударить третьего... Но тут топор выпал из руки.

— А?..

Мясная колонна Шубрас свисла, она тёрлась о землю, с неё стекала кровь. Лежавший на земле топор всё ещё держала кисть мужчины.

— М-м-моя левая рука!.. Быть не может! Я ведь куда быстрее! Ты... Приняв мой удар! Отрезал моё запястье! — разгневанный Джиждок смотрел на лежавшего в крови Катца.

— Своей жизнью господин Катц дал нам шанс!

— Он и Алк!

— Добьём его!

Трое солдат напали на однорукого и безоружного Джиджока. А искусственные фрогги Алуанте направились к его ногам.

— Ух, ух...

Обычные фрогги были маленькими не опасными и медленными монстрами, но искусственные в ловкости не уступали мечникам и прыгали в десять раз дальше, чем были сами.

К тому же Джиджок знал, что помимо гомункулов парень изучает яды. Раз они ядовиты, игнорировать их атаку нельзя. Однако он лишился одной руки и было сложно устоять против трёх мечников.

— Не наглейте, ничтожества!

Он взмахнул огромной правой рукой. На ней появились выступы и во все стороны в произвольном порядке разлетелись острые каменные пули.

— У!..

Солдаты отступали, защищаясь мечами от кусков земли. А фроггов ими давило и убивало. Мужчина воспользовался этим моментом, и мясная колонная Шубрас мелькнула точно хлыст.

— У-о-о-о-о-о-о-ора!

Старавшийся попасть в грудь солдат получил удар и упал на землю. Он не умер, но лишился сознания.

Тяжело дыша, Джиджок злобно уставился на двух солдат и Алуанте.

Из-за того, что из правой руки вышли земляные пули, она была в крови. Это была оборонительная техника, предполагающая, что и использующий её пострадает. Пусть мужчина и был невероятно крепким, но особых козырей у него не было.

Из-за Катца он лишился основной руки и оружия. У Алуанте не было ловкости мечников и выдающихся атакующих способностей мага, но двое оставшихся солдат были отличными бойцами.

А главная сила Джиджока заключалась в ударе топором, магия которого была запечатана в его плоти. Лишаться сил и получать травмы для него было бесперспективно. Мужчине было сложно признать, что его ранили простые солдаты, но он не мог не понимать, что ослаб.

Однако у Джиджока всё ещё остались силы, как и магические знаки на теле. Он лишился основной руки, но заменяющая хлыст мясная колонная Шубрас ещё была при нём. Конечно он думал продолжать сражаться. Но на мощный удар рассчитывать не приходилось.

— Осталось трое... Тц! Зазнались?! В этот раз я отступлю! — говоря, Джиджок прыгнул выше своего роста и приземлился перед Алуанте.

— А?..

— Однако, Алуанте! Перед этим я убью тебя, предатель!

Мужчина сжал огромный кулак и ударил парня.

— Б-брат! — закричала девочка на инвалидном кресте.

— С-стой!

— Ах ты!

Двое солдат нацелили на Джиджока свои мечи и побежали. Однако они не успевали.

Огромный кулак прошёл через Алуанте.

... По крайней мере так показалась солдатам. Но уже в следующий миг рука попала по земле.

— ... А?

— Не может быть. Тонирейл ведь столько раз говорил: «Нападать на Алуанте запрещено», — холодно сказал парень и скучающе вздохнул.

— Как ты, ты не мог уйти от моего удара!.. У тебя нет ни боевого опыта, ни подготовки!

Джиджок во второй и в третий раз взмахнул кулаком. Алуанте, странно покачиваясь, избегал удары врага. Казалось, что всё это выходит случайно, но нельзя было понять, как у него это получилось три раза подряд.

— А?..

Не понимавшие, что происходит, солдаты забыли о помощи парню и лишь наблюдали.

Они слышали, что Алуанте — простой парень, которого забрали в Тетомбурк из-за таланта в магии. Потому и было приказано его защищать.

Солдаты были опытными мечниками и сразу понимали ненормальность опытных движений парня. Движения были неуместными и жуткими, потому и Джиджок не мог попасть в цель. Алуанте точно не видел, как действует противник, а заранее знал.

Будто это был заранее отработанный танец. За этим точно должен был стоять боевой опыт. Простыми тренировками этого не достичь. Он должен был множество раз столкнуться со смертью, чтобы быть способным на подобное.

Уклонившись от очередного удара, Алуанте достал пробирку. Направив в сторону Джиджока, он разбил её, жидкость заплясала в воздухе. Семена фроггов угодили в лицо противника.

— Бе, бе! Что это?! Насмехаешься надо мной?!

— Фальшивая жизнь, прорасти!

— А... О-гхо, го-а-а!

Лоб Джиджока стал раздуваться. А изо рта стали выбираться искусственные фрогги. Глаза мужчины закатились, он упал. Правой рукой он пытался избавиться от существ у него во рту.

Тело мужчины дрожало, изо рта лезли монстры, а из носа выходила пена. Видевшие это дети кричали, кого-то тошнило.

Солдаты тоже не могли отвести взгляда и просто застыли. Странно двигаясь, Алуанте потянулся и холодно посмотрел на лежавшего на земле Джиджока.

Ламбер вытащил огромный меч из земли и убрал в ножны. На всякий случай он использовал способности нежити, чтобы убедиться, что мана Шарероба пропала. С высшими магами сложно из-за того, что даже если их убить, они не умирают.

— В это раз точно исчез.

— ... Где Я? А Элизе... И солдаты?

Пока Ламбер осматривался, очнулся Алуанте.

— Очнулся? Твоим телом завладел «Плетущий истину». Он использовал редкую магию, которую я раньше не видел... Но думаю, ты и сам должен был это заметить.

— Э-это...

Поражённый парень широко открыл глаза. Однако Алуанте предполагал это, как одну из возможностей. Почему его, обычного мага, привели в Тетомбурк, и пусть он ничего не добился, но Тонирейл считал его особенным?

— У... Уфу, о-э...

Парень прикрывал рот, пока его тошнило. Нелегко принять, когда внутри тебя был кто-то другой.

— Но теперь всё кончено. Двигаться можешь?

Парень слабо кивнул.

— Стоит встретиться с Кройцем. И я бы хотел тебя сопроводить... Но враг оказался более опасным магом, чем я думал. Я не могу оставить его магию. Надо уничтожить всё как можно скорее.

— Элизе и остальные там?

— Да.

— ... Тогда я не могу уйти. Я немного вспоминаю. Я столько ей наговорил...

Он начал вспоминать о том, что было, когда им овладел Шарероб. И осознавал, что тот говорил, пока был внутри.

— Он был ничтожеством. И мог наговорить чего угодно... Однако она верит в тебя. Не сомневайся и иди к ней.

Алуанте, услышав эти слова, поражённо открыл рот, но ничего не сказал и поклонился.

— ... Спасибо большое.

Ламбер посмотрел вслед убегавшему парню, но отвернулся до того, как тот исчез. С его точки зрения Алуанте был неплохим магом. И сейчас важнее не его безопасность, а уничтожение исследований Шарероба. Нельзя позволить остаться магии «Эктоплазма».

— Неизвестно правда, осталось ли что-то...

Стоило думать, что что-то есть. Обыскать стоит не только подземную лабораторию, но и здания трудового лагеря. Уже могли начать действовать нацеленные на его наследие.

В первую очередь Ламбер спустился в подземную лабораторию и уничтожил резервуары с химерами и гомункулами. Он не был магом, потому разницы в ценности между ними не видел. Просто уничтожал всё подряд. Все документы и материалы он собирался сжечь позже.

— ...

Пока занимался этим, мужчина ощутил чьё-то присутствие. Когда был здесь в прошлый раз и обошёл всё, он убедился, что строение опустело, и теперь, когда стало тихо, кто-то проник внутрь. Конечно кто-то мог прятаться в скрытой комнате, но скорее уж этот кто-то пришёл извне.

— Кто вы...

Когда Ламбер обратился, из-за двери появился странный мечник.

Нижней части тела не было, а верхняя летала в воздухе. У него была белая, точно керамическая кожа, а за спиной крылья, там, где должно быть находиться лицо, был большой круглый вырез. Это была особенность духов мира света.

Жуткая, худая и длинная рука держала меч с лезвием больше двух хейнов. Странный мечник быстро приблизился и ударил Ламбера по спине.

В следующий миг мужчина выхватил меч и рассёк вертикально врага. Тело обитателя мира света развалилось в стороны, выпустило вспышку света и исчезло.

— Прислать духа — это вроде как приветствие.

Ламберу никто не ответил. Однако внутри комнаты можно было услышать громкие звуки. Похоже потолок обрушился, заполнив всё камнями.

Кто-то понял, что дух не справился, и отреагировал очень уж хорошо. Будь это не Ламбер, он бы оказался заперт в пустой комнате.

Мужчина подбежал к выходу, Прыгнул и, протаранив завал, выбрался в коридор.

Там стояли двое магов. На них были чёрные капюшоны и перчатки без пальцев, так что их было даже не рассмотреть. Даже пол было не определить. Однако на робе в районе глаз были нарисованы узоры. Это был символ религии королевства Региос, знак церкви Хайнс.

— Церковники? Не переживайте, я не имею отношения к этому месту.

Ламбер опустил меч, показывая, что не собирается сражаться. Но палочки магов были направлены на него.

— Пламя, сожги.

Мужчина скользнул под пламенем и вырубил обоих ударом перчатки. Последнего, который пытался ударить со спины, он снёс ударом кулака. Все их палочки Ламбер переломал и бросил на пол.

Он никого не убил. Мужчина не знал, враги ли это, потому просто вырубил.

«Всякое может быть. Вдруг церковники не настоящие?»

Ламбер снял с лежащего мага капюшон и проверил лицо. На лбу был вытатуирован символ церкви Хайнс, закрытые глаза были зашиты нитями.

Зашитые глаза были ещё во времена Ламбера. Они жили магией, не полагаясь на слабости, оттачивали мастерство и освобождались от желаний.

«Для подделки... Это наверное перебор».

Ламбер понимал, что даже в своё время, будучи героем, выглядел подозрительно. Но они его даже слушать не стали. Что-то в их действиях было странное.

Здравствуйте, я автор, и зовут меня Некоко. Спасибо, что приобрели третий том немёртвого рыцаря.

Раз уж есть место для послесловия, а подумал, почему бы не отчитаться, что у меня случилось за последнее время, только жизнь у меня не особо увлекательная, и в голову вообще ничего не приходит, что бы такого можно было написать, да...

Я серьёзно задумался об этом, но ничего не придумал... Увы. Да и есть ли люди, которым интересно, что там у автора происходит?..

А, ну не скажу, что вообще ничего нет. Конечно это немного не меня касается, но незадолго до выхода третьего тома моя старшая сестра дочку родила.

Родила бы чуть позже и выход с датой рождения неудачно совпасть могли. Да уж, тяжко. Вот такие дела.

И всё же я рад появлению племянницы. Я со школы не особо изменился, но вот пройдёт время, нас будут тётями и дядями звать, и прямо ощущается, вся хрупкость и необычность жизни.

Да, время-то летит. Столько всего обдумать и попробовать хочется.

Ещё ведь говорят, что жизнь — как проточная вода. И правда ведь вода быстро бежит, а хотелось бы, чтобы помедленнее текла. Так наверное все пожилые люди думают.

Может, если поискать, получится попасть в совершенно разные потоки. В звёздный поток или поток со скоростью света. Хотя чего уж.

Что ж, послесловие я почти дописал и пора переходить к завершению. Спасибо, что купили третий том немёртвого рыцаря. Буду рад увидеться в следующем томе.

Франдал был разрублен вместе со своей мебелью и теперь валялся на земле в луже из собственной крови и внутренностей.

Алуанте помог подняться Элизе и усадил её в кресло.

Ламбер подошёл к трупу мага и раздавил мечом разрубленную голову.

— Э-это, спасибо, что спасли нас... Хи! — Алуанте осторожно приблизился к Ламберу, но резкие движения мужчины заставили его вздрогнуть. Элизе тоже широко открыла глаза и собиралась кричать.

— Лучше подстраховаться. Маги так просто не умирают. Одного такого я уже разрубил пополам, после чего его погребло под завалами, а при следующей встрече он совершенно целый улыбался мне.

— А? А, а-ха-ха-ха-ха... Прямо сказочный монстр какой-то...

На миг парень подумал, что Ламбер шутит, потому расмеялся. Разрубленное тело даже с должной подготовкой сложно удержать в мире живых. К тому же если накрыло обломками, тут ещё и помощь задержится. В данном случае никак не помочь. Пробывший долгое время в рядах «Ангела смерти» Алуанте знал, что в лучшем случае можно будет воскресить в виде глупой нежити.

— И конечно же я на том же месте расколол череп, — спокойно ответил Ламбер. Алуанте прекратил смеяться.

— Ты не ребёнок. Тебя не приводили сюда ради экспериментов. И роба на тебе как на остальных...

— Н-нет, я-я-я!.. — побледневший парень стал размахивать руками. Так его могла постичь судьба Франдала.

Видя его панику, Элизе захихикала. До этого её жизнь постоянно находилась под угрозой, но со смертью Франдала точно порвалась натянутая нить внутри неё. Она смеялась почти целую минуту. Под взглядами Алуанте и Ламбера Элизе покраснела.

— П-простите... Э-это, брат очень хороший человек. Из-за того, что он умный, эти плохие люди привели его сюда, и это... — совсем красная девочка опустила голову, защищая Алуанте.

— Вот ты где, господин Ламбер!

— Слава богу, вы здесь, господин Ламбер!

Это говорили члены отряда дознавателей «Глаз феникса». Ламбер вместе с ними напал на «Свистящего демона», но благодаря восприимчивости нежити он ощутил здесь людей, понял, что происходит нечто странное и пошёл проверить один.

— Мечник в броне, не уходи один! Или хочешь, чтобы боевой дух снизился?! — сказал оказавшийся под влиянием Ламбера командир отряда Кройц, его слова по отношению к взявшему на себя командование Ламберу были отчасти шуточными, но и наполовину серьёзными.

— ... Это ваша обязанность, господин Кройц, — поражённо сказала стоявшая с ним рядом Фуле.

— ... Так, мечник в броне. Кто эти двое?

Через мифриловый шлем Кройц посмотрел на Алуанте и Элизе, задавая вопрос Ламберу. Его холодный тон заставил парочку напрячься.

Подозрительность Кройца не была излишней. На Алуанте была роба «Ангела смерти» и он тоже принимал участие в запрещённых исследованиях. Хотя парень был обычным человеком и исследования у него были обычными, однако доставались они антиправительственным силам. Он мог считаться врагом государства.

— М-мы, ну... — Алуанте не мог подобрать слова. В зависимости от ответа его могли тут же убить.

— На них напал какой-то мерзкий маг. Он пытался спасти ребёнка. Тоже похищенный, — ответил Ламбер, глядя на девочку в инвалидном кресле. Элизе закивала, подтверждая слова мужчины.

Однако Кройцу этого было мало:

— ... Это роба «Свистящего демона». И даже если нет, довольно странно, что простой человек может свободно бродить по Тетомбурку. Если веришь ему, можешь взять под свою защиту. Но нет никакой гарантии, что он не заманит нас в ловушку.

— Хочешь сказать, что он ударит, когда я этого не буду ожидать?

— Я хочу сказать, что у нас тут подозрительные люди на территории врага, а ты слишком беспечен, мечник в броне, — во взгляде Кройца было лёгкое разочарование.

Мужчина знал, как могут быть опасны маги. И сегодня он в полную силу понял опасность магов «Свистящего демона». Имея с ними дело, было слишком наивно защищать какого-то подозрительного мага.

Кройц считал Ламбера опытным мечником, но такое его суждение разочаровывало. Для мужчины он казался каким-то идеалистом. Подчинённые Кройца были в восторге от Ламбера, но тут были согласны с командиром.

Если Алуанте бросить, он может умереть. Но если он лишь прикидывающийся хорошим безумный маг, взять его с собой они не могли.

— ... Ничего, что вы мне не доверяете. Главное защитите Элизе и других сбежавших детей. А я... Попробую покинуть Тетомбурк сам.

— Брат! Нет! Они нацелились на тебя... Ты не сможешь сбежать... — сидевшая в инвалидной коляске девочка тянулась рукой к Алуанте.

— Защитим их обоих. Моя цель — мудрецы, прячущиеся в Тетомбурке. А половина из вас пусть защищает детей.

— Дети — одно дело. Но не этого добрячка. Он слишком подозрительный.

— Как же так... — Элизе лишилась дара речи. Она тоже знала, что заместитель начальника «Ангела смерти» Тонирейл заинтересован Алуанте.

Однако если тот маг узнает, что парень пытается сбежать, то нет никаких гарантий, что его жизнь будет сохранена. Тонирейл притворялся джентльменом, но на деле был эгоистичным, вспыльчивым, злым и убивал подчинённых за малейший промах.

— Мы будем действовать так, как лучше для нас. Мечник в броне, мы сейчас не в том положении, чтобы доверять всем. А ты радуйся, что тебя сразу не убили.

— ... Да, спасибо. Позаботьтесь об Элизе, — Алуанте поклонился. Подчинённые Кройца внимательно наблюдали за их разговором.

Однако командир не передумал. Слегка озадаченно склонив голову, он согласился со словами Алуанте и уставился на Ламбера:

— Я разочарован, мечник в броне. Твои слова — недостижимый идеал. Ты не видишь, что происходит на самом деле.

— Чушь. Ты пытаешься оправдать солдат, обязанных защищать людей, и бегущих под страхом смерти? — спокойно, но чётко говорил Ламбер.

— Что?..

— Люди платят налоги. А мы, солдаты, должны рисковать собой, защищая их. Если ты не понимаешь этого, то ступил на неверный путь.

— Говорю, это всё лишь глупый идеал!

— Наша задача — защищать страну и реализовать этот идеал.

— Да тебе с таким идеями только в «Свистящий демон» вступить осталось! Позволь спросить! Если этот добрячок заманит тебя в ловушку, что делать будешь?! — крикнул Кройц Ламберу.

— Очевидно же, убью. У предателя нет права оставаться под защитой страны. Следовать за справедливостью и защищать страну. Чтобы достичь этого, мы должны быть выше наших врагов, — не сомневаясь, ответил Ламбер. Глаза Кройца под шлемом широко открылись.

Ламбер не был мечтательным идеалистом. Он принял участие в войне за объединение и в итоге был убит Грифом.

Атмосфера вмиг изменилась. На лицах подчинённых Кройца больше не было сомнений. Как и на лице самого Кройца.

— ... Я тебе не соперник, — сказал мужчина и стал раздавать указание половине людей.

— Защищайте этих двоих и остальных детей, приказываю отступать.

— Да! Но как же вы?.. Врагов куда больше. Если вас где-то зажмут...

— Я последую за господином Ламбером и достану голову кого-нибудь из восьми мудрецов. Никаких возражений?

Все ответили ему согласием.

В одной из комнат подземной лаборатории друг напротив друга сидели «Улыбающийся шут» Лулукк-Лулукк и заместитель руководителя «Ангела смерти» Тонирейл. По обе стороны от мужчины всё также были его мальчики-рабы, но Лулукк вела себя так, будто их здесь нет.

— ... Честно говоря, когда впервые услышал, я не поверил, но похоже всё оказалось правдой.

— Наконец начал слушать меня, Тонирейл, — из-под маски говорившей девушки виднелся только рот. С её слов в доме виконта Лагара появился пугающе сильный мечник. Впервые услышав, мужчина подумал, что она преувеличивает, но они уже начали находить трупы лучших магов.

— Это секретное оружие королевства? Мы должны покинуть эти земли, но по крайней мере его убить обязаны.

— В чистом искусстве меча он не уступает сильнейшему из мудрецов «Рыцарю кровавого тумана». Он точно не человек, — непринуждённо говорила Лулукк. Тонирейл нахмурился. Это значило, что он ничего не понимает.

— А это не слишком непочтительно? Всё же «Рыцарь кровавого тумана» был слугой нашего главы «Бессмертного короля» ещё до формирования «Свистящего демона». А вы легкомысленно говорите, что он ему не уступает...

— Я не собиралась говорить это легкомысленно. В любом случае я не хочу столкнуться с ним ещё раз. Если бы этот мечник не отвлёкся на виконта Лагара, обработанного «Горшком с жуками», меня бы точно убили, — покачала головой Лулукк.

— А вы стали одной из мудрецов благодаря прочности и ловкости.

Тонирейл говорил, что её специализация в магии была узкой и боевая мощь небольшой. Девушка недовольно скривила губы и уставилась на него.

— Неужели на ссору со мной нарываешься?

— И это говорит та, кто проиграла и сбежала? Вы уступаете другим мудрецам. Впервые услышав о том мечнике, я подумал, что может это место мне бы больше подошло, — Тонирейл улыбнулся, как полагается джентльмену.

— Следи за языком, сопляк, — низким голосом сказала Лулукк. Он не подходил к телу девушки и милому наряду клоуна.

— Робик, Нейн, — Тонирейл обратился к мальчикам. Они поднялись и встали перед мужчиной.

— Ответь мне и явить из мира вещей, танцующая гильотина, Полтерсизар!

Появились магические письмена, а за ними и огромные ножницы. Шесть глаз на лезвиях смотрели на мужчину и летели прямо на него.

Робик схватил Нейна за воротник, толкнул вперёд и прикрылся как щитом. Полтерсизар вонзился парню в живот.

— А, агха...

Нейн выплюнул кровь, его глаза округлились. Робик прыгнул, с мёртвой зоны подобрался к Лулукк и ударил её в грудь.

Девушка запоздала с реакцией, но подалась назад и с помощью палочки запустила метательный нож. Лулукк сняла маску и уставилась на Тонирейла глазами без век. Испытав на себе её жажду убийства, мужчина лишь пожал плечами.

— ... Просто шутка. Не будьте столь серьёзны, сейчас не подходящее время драться друг с другом. Мы возьмём на себя того мечника в броне. Наверняка он скоро спустится под Тетомбурк. Как бы он ни был силён, если придёт сюда, мы с ним как-нибудь справимся. А вы бы пока могли разобраться с мелочью.

Тонирейл взмахнул рукой, предлагая Лулукк покинуть комнату. Девушка встала, бросила на него взгляд и ушла.

— Если «Бессмертный король» узнает, что я победил того, кого ты не смогла, твоё положение изменится, хи-хи-хи.

Убедившись, что Лулукк ушла, Тонирейл холодно посмотрел на Робика.

— Что ж, Робик, и почему ты предоставил честь защитить меня Нейну? Разве он не был твоим другом?

— ... Так я могу ещё пригодиться вам, господин Тонирейл.

Услышав эти слова, мужчина рассмеялся:

— Ха-ха-ха-ха! В-вот как! Да уж, Робик, ты всегда говоришь то, что я рассчитываю от тебя услышать. Отличная кукла! Ха-ха-ха-ха-ха! Отлично я тебя натренировал?

— А что с лечением Нейна? Возможно получится успеть... — Робик бросил взгляд на Нейна. Из пронзённого живота вытекала кровь, было ясно, что долго он не протянет.

— Спасите... Спаси... — точно молясь, повторял мальчик.

— Это ни к чему. В Тетомбурке это возможно, но сейчас чрезвычайная ситуация, да и вообще, если будут осложнения проще сразу избавиться. Что, ты сожалеешь? Нейн, ну, он был не так уж и хорош.

После слов Тонирейла лицо Робика накрыла тень. Глядя на Нейна, мальчик несколько секунд оставался неподвижным.

— Какие-то проблемы?

— Нет...

— Вот как. Тогда давай готовиться. Раз уж это чудище Лулукк так сказала, пусть она переборщила, сравнив его с «Рыцарем кровавого тумана», всё же он точно не так прост. Хи-хи-хи, но если я справлюсь с ним, то смогу войти в число мудрецов. Вот и настало время!

Тонирейл поднялся и подошёл к Нейну.

— С-спасите... Прошу, спасите...

Уверенно улыбаясь, он наступил на живот мальчика.

— А, агха! Больно! Прекратите, нет!..

Насвистывая что-то классическое, он продолжал прижимать ногу к животу. Настроение у мужчины не было плохим, да и в немилость Нейн не попал из-за того, что его использовали как щит. А поражённый Робик смотрел на всё это.

Лицо Нейна побледнело, изо рта выходила пена, а тело сводило судорогой. И когда мелодия закончилась, мальчик перестал двигаться. Тонирейл смог сделать это, потому что заместитель руководителя «Ангела смерти» изучал живых и играл с телами мёртвых.

— Г-господин Тонирейл?..

— «Посвящение портрету госпожи Тио». Страна ужасная, но именно здесь появился такой замечательный музыкант, как Рейлетт. Ты так не думаешь, мой милый Робин?

— Нет, я не о том, почему вы Нейна?..

Тонирейл посмотрел под ногу, точно впервые заметив Нейна, он заморгал. После чего коснулся подбородка, притворился, что задумался и кивнул.

— Ты же не задумываешься ни о чём таком, когда выбрасываешь мусор.

— ... — Робик потерял дар речи. Тонирейл потянулся, будто ничего и не случилось, и пошёл по кровавому полу.

— Так, раз поцапался с Лулукк, мне нужен результат. Если не справлюсь и сбегу, то скорее всего сам окажусь в опасности. Пора сделать это.

Ламбер и отряд «Глаз феникса» во главе с Кройцем проникли в подземную лабораторию. Это был огромный центр в землях виконта Лагара в шахтёрском городе Тетомбурк.

Безжизненный город был прикрытием для подземных строений.

С тех пор, как Лулукк договорилась с виконтом, и они вошли сюда, порождённый неудачей Лагара город-призрак стал пристанищем «Свистящего демона».

Здесь была целая куча проходов. Пол и стены были из камня. Помещение было не слишком широким, лишь трое могли идти рядом. А дальше их ждали перекрёстки и снова перекрёстки.

— Кто бы мог подумать, что под поселением гигантский лабиринт... — пробормотал Кройц.

— Тот рыжий парень был прав, — ответил Ламбер. Рыжий парень — это маг Алуанте, сбегавший из города с девочкой на инвалидном кресле.

«В этих землях, в Тетомбурке... Действует внутренняя организация «Свистящего демона», «Ангел смерти», они собирают детей и используют их в исследовании магии. В заброшенной церкви под длинным столом находится отмеченный крестом вход», — так сказал Алуанте, когда расставался с Ламбером и остальными. Мужчина подумал, что здесь могли остаться маги «Ангела смерти», потому спустился в подземелье под церковью. Но по этому поводу парень ещё кое-что сказал:

«... Но если пойдёте, точно пожалеете. Там настоящий ад. Я тоже никогда не спускался на третий подземный этаж. Другие говорили мне, что у меня для этого духа не хватит... Но я знаю тех, кто спускался туда и совсем сошёл с ума».

Слышавшие это члены «Глаза феникса» бледнели и дрожали, и только Ламбер спокойно поблагодарил за информацию. Из-за рассказа парня все совсем приуныли, но видя спокойствие здоровяка, снова собрались.

Видя его, Кройц подумал, через что же он успел пройти. Такой человек не мог остаться безызвестным. Конечно он мог тренироваться в уединённом месте, но оружие на его спине было слишком огромным.

Они продолжали идти. И казалась, что возможно такая структура была нужна, чтобы зажать нарушителей. Если опытные маги окружат их с двух сторон, то их ничего хорошего не ждёт.

— ... Хотелось бы больше людей. Даже двадцати членов «Глаза феникса» будет мало. Мы ведь просто должны были провести проверку. И никак не думали, что попадём на территорию врага.

Вместе с Кройцем их здесь было всего шестеро. Другая половина занималась помощью детям, сбежавшим из подземелья. Хотя с Ламбером их было семеро.

И такими силами они бросали вызов исследовательскому центру антиправительственной организации. Больше это напоминало безумие. На стороне врага могло быть около сотни высших магов.

— Тебя что-то не устраивает? — спросил Ламбер, и Кройц улыбнулся:

— Нет, сам не верю, но чувство такое, будто мы не проиграем. Возможно потому что есть на кого положиться.

Шедший впереди Ламбер свернул за угол и увидел пять стариков на полу. Они были очень низкими, кожа у них была чёрная, а сами они не двигались. Они скорее напоминали гоблинов, чем людей.

Кройц и его подчинённые остановились и достали мечи.

— Маги? Будьте осторожны.

Если это не дети, то высока вероятность, что это маги «Ангела смерти».

— Простые трупы.

Будучи нежитью, Ламбер ощущал поток маны. В пятерых на полу мана не двигалась. Это доказывало то, что они мертвы.

— ... И посмотрите. Это дети, которых сюда привели.

— Что?! Н-не может быть... — глаза Кройца и остальных округлились. Когда подошли ближе, они поняли это. Лица были морщинистым, зубы выпали, а из пожелтевшего рта вытекала зеленоватая жидкость. Пятна на лице были следствием ухудшения иммунитета. В глазах и на лицах отпечатались боль и страх. Они больше напоминали мёртвых из ада, которых изображают на картинах.

— Скелеты детские. Скорее всего их состарили магией.

— Н-никогда не слышала о такой магии, — сказала подчинённая Кройца, мечница Фуле. Если есть такая жуткая магия, которая заставляет стареть, то слухи о ней обязаны были расходиться.

— ... Нет, я слышал о ней. Её исследовали во время войны за объединение, — рассматривая трупы, сказал Кройц. Ламбер молча смотрел на тела. Просто стоял перед ними.

Кройц и остальные тоже остановились. Командир посмотрел на Ламбера, и подумал, что это зрелище и его шокировало.

После недолгой паузы Ламбер снова пошёл. Он выхватил огромный меч и из коридора прилетели комья чёрного света.

Свет разрушался, точно притягиваясь к огромному мечу. Нет, обладавший божественным уровнем владения мечом Ламбер видел все траектории, потому казалось, будто целью является именно оружие.

— Я слышала, что солдаты небольшим числом устроили шумиху, но неужели вы и правда сильны?

Из места, откуда появился свет, явилась женщина, сделала несколько кульбитов и приземлилась на пол.

Красно-чёрная роба «Ангела тьмы» развевалась в воздухе. Чёрные с белым длинные волосы коснулись земли. Правая сторона выглядела молодо. Волосы и кожа были глянцевыми, глаз большой. Её красота была безупречна, если не учитывать безразличие на лице.

Но левая сторона лица была как у старухи. Глаз глубоко посажен, кожа в морщинах. Губы с правой стороны были пухлыми и ядовито-красными, а с левой сухими и бескровными.

Она точно держала два символа, сияющее золотистое яблоко в правой руке и чёрный череп в левой.

— Так ты знаешь о магии старения. Люди этой страны глупы и не хотят знать историю, относятся с пренебрежением к магии, которая является столпом этого мира, контролируют её, сжигают книги и дискриминируют мудрых, точно какие-то обезьяны, но вы немного лучше.

Женщина отпустила золотистое яблоко и череп. Они так и остались в воздухе. Молодой и старый глаза смотрели на Кройца, женщина хлопала в ладоши. Выражение на лице совсем не изменилось.

— Простите, меня зовут Рениас Рейноар. Фамилию Рейноар теперь ношу лишь я одна. Мы боимся потерять мудрость наших предков и оберегаем потерянную магию уже более двухсот лет. Это доказательство, что мы приблизились к богу, и сможем использовать её, когда это будет необходимо. Но нас не поняли, и глупые маги из церкви сожгли всё, — разведя руки, говорила Рениас. Кройц и его люди не могли даже пошевелиться перед с виду открытым противником.

И причина была в том, что стоявший впереди Ламбер оставался неподвижен. А ещё их останавливали странное поведение женщины и жуткие трупы детей позади.

Возможно тот чёрный свет и был магией старения. Все думали, что если в них попадут, то и они станут такими же.

— Магия и правда опасная, потому её даже в прошлом запретили. Да, верно. Человек в шлеме из мифрила сказал всё правильно, эту магию разрабатывали в Региосе в конце войны. Хотя во время войны так и не использовали. И неизвестно, случилось ли это из соображений человечности, или же они просто не успели, — сказала Рениас и взяла в руки яблоко и череп.

— Надо же, даже среди варваров-мечников есть те, кто знакомы с магией. Моя магия — наследие войны за объединение. Так может мне отпустить лишь человека в мифриловом шлеме? А взамен, может пообщаешься со мной немного. Я уже давно была лишена возможности нормально поговорить, а без собеседника трудно.

— Иди ты! — выхватив рапиру, Кройц отступил.

— ... Прости, но я слишком сильна. После начальника и его заместителя я занимаю третье место. Я стою здесь одна, потому что охраняю это место. Даже неловко как-то, но похоже другие маги обожглись, повстречавшись с вами. Даже заместитель руководителя осторожничает.

Рениас указала пальцем в их сторону. Ощутив в этом что-то зловещее, они отступили. Один лишь Ламбер не сдвинулся с места. Наблюдавшая за происходящим Рениас моргнула и хмыкнула.

— В таком узком помещении не важно, сколько врагов, для меня всё просто. Даже если попробуете, вам от моей магии не сбежать, — так же, как рассказывала о магии, она безразлично вынесла им смертный приговор.

Кройц и его люди затаили дыхание. Даже если Ламбер взмахнёт мечом, защищая их, вряд ли что-то сможет сделать с магией, и где-то половина из них умрёт.

— ... Магию старения изучали в королевстве Белфис. Она появилась не в Региосе, — тяжёлым голосом произнёс сохранявший до этого молчание Ламбер. Правая бровь женщины дёрнулась.

— Хм? Есть много теорий. Однако они неверны. Эту магию разработали в отдалённой лаборатории Региоса. Я практически уверена в этом. То, как эта магия попала ко мне... — Рениас прикрыла глаза и стала вертеть в руке яблоко.

— Нет. Магию старения разработал алхимик Понигс из королевства Белфис. Лабораторию и книги сожгли, а связанных с ним людей арестовали... Может это сделал тот, кого не нашли, или же кто-то из находившихся в тюрьме магов рассказал о ней, но она пришла из другой страны, — печально говорил Ламбер. Война закончилась, настал мир, но быстро развивавшаяся во время войны магия, которая позволяла с лёгкостью убивать людей и сейчас из тени пыталась разрушить страну. И были «Свистящий демон», которые с энтузиазмом старались её откапать.

— ... Ого, забавно. Я о таком не слышала. Однако эта магия засекречена и информации о ней мало. И возможно все доказательства этому были сожжены. Похоже с запретом потерялось и место происхождения. Не знаю, на чём основывается твоя теория, но она имеет место быть. Хм, а стоило с вами поговорить. Всё же надо тебя оставить, — глаза Рениас широко открылись, а на лице появилась жуткая и довольная улыбка.

— Тогда для начал убью остальных.

— Нет, умрёшь здесь лишь ты, — ответил Ламбер, и на правой стороне лица женщины появилась улыбка.

Этот разговор стал сигналом к началу боя.

Державший меч Ламбер начал действовать.

На лице женщины была жуткая улыбка, пока она говорила:

— Увы, но твои желания смысла не имеют. Мне интересен ты. Я спрошу обо всём, что ты знаешь. Мы будем говорить и день, и сто, и тысячу. Сразу предупрежу, я хороша в пытках. Так что лучше сразу быть честным.

Рениас прыгнула назад и растворилась.

— И-исчезла!

— Она и появилась внезапно! А теперь Рениас исчезла! Собирается напасть неожиданно! — Кройц предупредил солдат. Все замолчали и взялись за оружие.

Рениас использовала магию старения. Они уже видели мёртвых детей и понимали, насколько она страшна. И тут Кройц понял.

— Точно, те трупы...

Мужчина чувствовал, что тут что-то не так. Почему-то Рениас дождалась их, продемонстрировала магию и показала странные трупы.

— Это надо чтобы напугать нас и смутить!..

Магия была мощной, но если не попадёт, она бесполезна. Если они пойдут на неё все вместе, кто-нибудь сможет попасть по ней мечом. И чтобы этого не случилось, она заставила бояться её магию и показала трупы детей.

— Эта ненормальная...

— Ты прав наполовину, мифриловый шлем. Но наполовину ошибся. Я вас не запугивала. Нет никакого смысла подходить так издалека.

Из коридора тут и там звучал голос. Рениас преломляла голос магией, не давая понять, где она. Чувствуя на себе взгляд смерти, солдаты «Глаза феникса» испугались ещё сильнее.

— Просто ваша реакция такая забавная. Потому я и привела сюда объекты. Я правда хотела их продемонстрировать... Но не сдержалась... И убила всех. Это была серьёзная ошибка. А вот о том, что я ненормальная — это правда.

Смех женщины разлетелся эхом и настала тишина.

— Нет, её нигде нет.

Никто не двигался, и тут из ниоткуда появилась Рениас, а вместе с ней и магические знаки. Чёрный свет дождём летел по узкому коридору

— Вначале я сдержалась. Скучно ведь убить всех и разом. Просто интересно, как долго вы сможете бегать по этому коридору.

Стоявший впереди Ламбер взмахнул мечом и чёрный свет погас.

— Потрясающе! Правда, потрясающе! Но как долго...

— Раз проход узкий, я никого не упущу, — спокойно произнёс мужчина. Услышав слова, женщина рассмеялась:

— Ха-ха-ха-ха! Не могу терпеть. Ты конечно силён. Ах, как интересно. Как же скривится твоё лицо от страха? В семье Рейноар никогда не угасает дух исследователей. Что до моих действий...

Рениас широко открыла глаза.

— Когда ты успел так близко подобраться?..

Отбиваясь от магии, Ламбер приближался. Ни один удар не прошёл, всё отбил огромный меч.

— Вот как, я думала ты простой солдат, а ты оказывается какой-то монстр. Вот уж не думала, что смогу стать серьёзной здесь.

Рениас подбросила в воздух яблоко.

— Этот магический инструмент достали мои предки, когда мой род был уничтожен, исследование завершили в «Свистящем демоне»... Это величайший магический инструмент, моё всё.

Яблоко остановилось перед лицом женщины и засияло.

— «Райское яблоко» — активатор магии «Черепа смерти». «Череп смерти» быстро поглощает ману, ускоряя старение. Но не только. Часть этой маны можно хранить.

Под воздействием света лицо Рениас молодело. Тёмная кожа становилась светлее, к ней возвращалась жизнь. Старушечьи седые волосы снова стали чёрными.

— И если выпустить её, она временно увеличит объём маны заклинателя. С помощью магии старения я убила три тысячи семьсот шестнадцать человек!

Солдаты «Глаза феникса» позади Ламбера зашумели.

— Т-три тысячи?

— Так много... И такой маг скрывался в стране?.. — прозвучал отчаянный голос Кройца. А ведь они только вошли в подземную лабораторию Тетомбурка. Они были полны решимости, но встречи были слишком безжалостными.

— Для меня магия старения — это как приём пищи. Можно сказать, я лишь обнажила оружие. Основная часть этого, боевое искусство с использованием усиленной маны. Хотелось бы всё использовать на магию, но её слишком много, я не справлюсь!

Мана — это жизненная сила, которой обладают все живые существа. Как источник энергии она влияет на силу магии, и в боевых искусствах без поддержки магии много силы вложить не получится.

Рениас подбросила «Череп смерти». Тот остановился и повис прямо над ней. Убедившись в этом, женщина опустила руку на пол и уставилась на Ламбера.

Сейчас она напоминала зверя на охоте. Женщина собиралась максимально эффективно использовать ману.

— Давно я не использовала ману «Райского яблока». Что ж, начнём убивать! Хочу узнать, сколько секунд ты протянешь! — прокричала Рениас, оттолкнулась от земли и прыгнула в сторону Ламбера. Оказавшись перед его мечом, она снова оттолкнулась от земли. И в следующий момент оказалась позади мужчины.

— Что, даже не отреагировал? Раздавлю-ка я твою броню своей рукой.

Рука женщины потянулась к спине Ламбера.

— Такой простой финт.

Огромный меч ударил в бок.

— А?..

Тело Рениас отлетело, из неё хлестала кровь и вываливались внутренности, когда она ударилась об стену спиной.

— А, гха, гхо!

Рениас упала на пол и измученно застонала, изо рта текла кровь.

— Что, что случилось?..

С перепачканным кровью лицом она ползла по земле.

— О-о-о-о-о-о-о-о... — прозвучал жуткий голос. Взгляд женщины был направлен на «Череп смерти», который разбил огромный меч Ламбера. Осталась лишь нижняя челюсть, которая дрожала и ревела. Ламбер наступил на неё и звук прекратился.

— С-стой! Он, он всё для моей семьи! А, а-а, а-а-а-а-а-а-а-а!

— Не такой уж и великий магический инструмент, раз поглотил всего три тысячи жизней. Вы продолжали исследования несколько поколений и усиливались, примешивая ману, но идеального солдата, который превзойдёт опытного мечника так не создать. Так думал Белфис, потративший на исследование много лет и человеческих ресурсов. Здесь лишь ты пытаешься надругаться над прошлым.

Он замахнулся мечом по упавшему на пол «Райскому яблоку».

— Б-быть такого не может! Да как ты мог сказать такое?! Э-это гордость рода Рейноар, стёртого из истории, доказательство нашего существования! Это, это!..

Огромный меч Ламбера безжалостно раздавил золотое яблоко.

— Я не могу позволить разойтись злой магии со времён войны.

— П-проклинаю! Не прощу тебя за это! Обрушу на тебя все проклятия этого мира! Запомни, лёгкой смерти тебе не видать!

— Я уже ступил на эту тропу.

Огромный меч раздавил голову Рениас. Потом мужчина взмахнул им и сбросил кровь.

— Ну, идём дальше.

Поражённые солдаты «Глаза феникса» переглянулись и кивнули.

— Господин Кройц... Кажется мы тут лишь мешаемся...

Под шахтёрским городком Тетомбурк Ламбер прошёл через то место в лаборатории «Ангела Смерти», которое охраняла Рениас, и принялся дальше искать. В одном из помещений они наткнулись на двух магов.

На лицах были звериные маски, а на руках чёрные перчатки, защищающие кожу.

— О, а что с Рениас?! Она ведь должна была защищать вход?!

Когда сказал низкий, высокий и сгорбленный мужчина рассмеялся.

— Её не мог победить простой отряд солдат. Может она их пропустила, или ей стало скучно и она ушла. Хм, потому я и говорил, что нельзя доверять выжившей из рода Рейноар. Она даже среди нас слишком уж особенная.

Их плечи дрожали, они сгибали руки, и их движения казались жуткими.

— Кто они такие?..

Солдаты дознавательного отряда направили на них мечи, но те точно этого не понимали.

— Неужели это... Братья Халмейн? — пробормотал Кройц.

— ... Б-братья Халмейн? Они же просто выдумка, — удивлённо сказал один из подчинённых, Флур. Высокий и сгорбленный повернулся к нему и приложил руку к уху.

— О, знаете. Значит надо ответить, я Реджеф. А это мой глупый братец Милаизе.

— Мы художники, обожающие человеческий потенциал. Брат Реджеф режет, я пришиваю.

— Бог дал мозг только одному, но вместе мы можем достичь чего угодно! Мы, братья Халмейн, — это один художник.

Братья взялись за руки. А поражённые солдаты не могли пошевелиться при виде этой странной сцены.

Лишь в глазах Кройца за шлемом появился гнев. Ламбер с мечом в руках повернулся к нему.

— Знаешь их?

— ... Пятнадцать лет назад в одном бедном городе была открыта больница. Использовали для этого давно заброшенное здание. Двое белых магов назвали себя церковниками и стали работать во имя спасения города, пострадавшего от эпидемии. Нормальных белых магов в городе не было... Жители были просто счастливы. Никто ничего не заподозрил. Кровати больницы оказались заполнены, — спокойно рассказывал Кройц. — Однако через неделю эти двое исчезли... А в церкви остались жуткие люди с тремя руками или двумя головами. Всё это были пациенты. На них были карточки. «Провал, почему-то органы не работают как надо. Облом». «Повезло! Ещё три года в таком виде проживёт!»

Кройц смотрел на братьев Халмейн.

— О, сколько воспоминаний. Так давно это было!

— Как же было весело. Тогда столько криков и слёз было. А никто не заметил.

Флур вопросительно посмотрел на Кройца:

— Э-это, ведь говорили, что братьев Халмейн не существует...

— ... Всех их жертв сожгла инквизиция. История не разошлась по стране.

Реджеф поднял кулак:

— Да, точно! Надоедливые ублюдки! Кто же сжигает обычных людей?! Мы за их жизни боролись, а они убили, как каких-то насекомых! Им главное кровь пустить!

— Я тоже не одобряю действий «Инквизиции». Моя сестрёнка просила... И мне пришлось придушить ту, чьё тело было пришито к телу другой женщины. Чтобы охотиться на таких как вы, я и вступил в армию!

Кройц выхватил рапиру.

— Мечник в броне, я их...

Видя действия командира, другие солдаты тоже начали действовать.

— Хм... Мы, братья Халмейн, конечно любим исследования, но в таких грубых делах не очень хороши. Возможно даже меч солдата сможет добраться до нас, — Реджеф почесал челюсть. — Но мы не говорили, что одни здесь. Можете постараться. С нашим стоглазым гоблином.

Когда он договорил, из ямы выбралось чудовище. Сфера диаметром три хейна, тут и там торчали детские головы и руки. Внизу была куча ног, как у насекомого.

Две огромные руки по бокам были прикреплены к куче человеческих тел. И подчинённые и сам поклявшийся отомстить Кройц просто застыли перед невероятным созданием. Из глаз детей вытекали слёзы, а сами они корчились от боли.

— Голем живой плоти... Нет. На нём и мёртвые использовались. Хотя это ещё сквернее.

Услышав слова Ламбера, Милаизе рассмеялся:

— Верно. Мой брат, правая рука бога, режет, а я, левая рука бога, пришиваю, так что оно ещё живо! Пришло время для испытания в бою! Ну же, стоглазый гоблин, используй всю свою силу и уничтожь врагов! — мужчина направил руку на «Глаз феникса». На целой куче ног сфера, состоящая из голов, рук и тел людей стала приближаться.

— Стойте.

— Мне страшно.

— Больно, так больно.

— Страшно.

— Не убивайте.

Головы детей кричали. Стоявший впереди Кройц заметил, что не двигается. Люди позади него тоже остановились из-за криков.

— Ха-ха-ха, какие чуткие. Если спокойно убьёте детей, то какая между нами разница? А теперь, преисполненные чувством справедливости, умрите, — спокойно проговорил Реджеф. После его слов Кройц крепче сжал рапиру и оттолкнулся от земли.

— Слишком поздно, чтобы останавливаться!

Его рапира пронзила монстра. Разрезав тело, он вырвал рапиру и оттолкнулся от существа.

— Простите. Я за вас отомщу!..

Кройц приготовился атаковать во второй раз. А лица стоглазого гоблина скривились, он измученно закричал. Крики и стоны превратили это место в ад. При виде такого печального зрелища рапира выпала из рук.

— Забыл сказать, что боль у них общая. Глупый братишка перестарался, когда сшивал. Зато какой интересный музыкальный инструмент получился. Куда ни бей, боль будет такая, будто глаз на живую вырывают, — сказал старший брат, а младший со смехом продолжил:

— И всё же бить невинных детей... Ну и жестокие же солдаты.

— Я...

— Да, открылся.

Огромная рука ударила по Кройцу. Вся комната задрожала.

— Ну как, шустрый ведь, и сила что надо? Такой удар даже огру кости переломает. Человеку против него...

Лица монстра снова скривились и закричали. Вставший перед Кройцем Ламбер принял удар спиной.

— ... Почему, почему после удара доспех не сломался? Почему он ещё стоит? Что это? Быть не может, Орган?

— Чего ты испугался, брат? Пусть неожиданно, но это не проблема! Высвободим вторую ступень... Нет, третью ступень силы! Хё-хё-хё, думали, тут мелочёвка, а оказалось интересно! Присоединяйтесь к нашему эксперименту! — Милаизе коснулся спины монстра. — Ну же, покажи! Покажи свою истинную силу, стоглазый гоблин!

Ламбер запрыгнул на монстра и ударил под ноги. Он рубил мясо, плоть и кровь разлетались, срубленные головы детей падали на землю. Второй удар, третий.

— Ты-ы-ы-ы-ы-ы! Чего так мечом размахался?! Это наше творение! И не стыдно тебе руку на детей поднимать?! Так должны солдаты себя вести?! Убийца! — упрекая, кричал Милаизе, тыча в Ламбера пальцем. Огромная рука монстра поднялась и ударила мужчину.

Но до того, как достигла Ламбера, была отсечена и упала на землю. Мужчина прыгнул и ударил мечом в воздухе. Тело завалилось на пол, глаза уставились вверх, а головы свисли, точно отрубленные.

— ... Не колеблясь, убивает.

— Понятно. Ты не боишься запачкаться. Понимаю! Эксперимент окончен. Ладно, мы похороним тебя нашим братским магическим комбо!

Братья окружили Ламбера.

— Отзовись на мой зов.

— Явись из мира плоти.

«Низший мешок плоти Борум».

Зачитав заклинение, они встали в странную позу. Перед Реджефом появился красный ком плоти. Странные морщины на нём оказались жуткими глазами и ртом.

— Вот наш молот гнева глупцу, не понимающему людскую боль...

Старший брат посмотрел на Ламбера, после чего содрогнулся и не договорил.

— Брат, что такое?! Выводи Борума!..

— О, о-о, о... — Реджеф отступил. Будучи нежитью, Ламбер выпустил миазмы, которые вызывали помешательство. Старший брат ощущал гнев, исходивший из доспехов, и инстинктивно понимал, что он ему не соперник. Он упал на колени и опёрся на пол руками, из-под маски капал пот.

Мешок плоти Борум упал на пол и полз, издавая жуткие звуки.

— К-кто ты?..

Битва закончилась, сейчас он был грешником, взмолившимся перед палачом. И меч Ламбера безжалостно вонзился подставленную Реджефом голову.

— Пятьдесят четыре — столько детей вы использовали для изготовления оружия. Головы двух жалких магов не стоят будущего ни одного ребёнка, но я их всё же заберу.

— Б-брат!

Меч разрубил грудь беззащитно приближавшегося Милаизе. Хлынула кровь, а разрубленное тело упало на пол.

Мужчина пнул пытавшегося сбежать духа и ударил его мечом плашмя. Кусок плоти издал жуткое и короткое «оуэ», после чего исчез, оставив лишь лужу крови.

— ... Простите, что не получилось закончить всё одним ударом. Позже вас похоронят как полагается, — проходя мимо стоглазого гоблина, сказал Ламбер и поклонился. А потом посмотрел на всё ещё поражённых бойцов «Глаза феникса» и сказал:

— Поспешим. Все маги здесь должны быть убиты.

В глубине подземного исследовательского центра заместитель руководителя «Ангела смерти» сел на стул и изящно скрестил ноги.

— ... Ну, мой милый Робик, есть что доложить?

Перед ним на коленях стоял мальчик, являвшийся игрушкой мужчины.

— Похоже врагов небольшая группа.

— Знаю. Я их пригласил. И вернул лучших магов «Ангела смерти». Чтобы быть уверенным, что все они умрут...

В их организации даже по меркам «Свистящего демона» были собраны люди, которые могли гордиться своими знаниями.

Их маги были лучшими. Тонирейл был уверен в этом. Каким бы ни был враг. Мужчина был готов к осаде, он не боялся их и не собирался позволить сбежать.

— ... Похоже маги «Ангела смерти» проигрывают нарушителям один за другим. Странно, но пропала связь с магами, расположенными у входа.

— ... М? Ха-ха-ха, Робик, это же вообще не смешно.

«Управляющая жизнью и смертью» госпожа Рениас, «Длани божьи» братья Халмейн и «Смеющаяся гильотина» Баренман... Все они находились в передней части и скорее всего уже убиты...

Тонирейл уставился на Робика. Ощутив его взгляд, мальчик поднял голову. По спокойному лицу стекал холодный пот.

— Что-то не так?

— ... Не выставляй на смех «Ангела смерти», раб. Я уже много раз говорил, что у тебя дерьмовые шутки. Или мне сдавить горло, из которого вырываются эти мерзкие звуки? Может ты из-за моей доброты совсем страх потерял? — сморщился Тонирейл, голос был грубым.

— Но это правда... — ответ Робика остался неизменным. Лицо побледнело, губы дрожали. На лице не было ни намёка на издёвку.

Прижав указательный палец ко лбу, Тонирейл задумался.

Ему нравилось собирать красивых мальчиков, пытать их, промывать мозги и делать своими рабами. Сложно было подумать о том, что они могли соврать или предать. В них оставались лишь боль и страх. Как бы они ни ненавидели Тонирейла, но им не хватало храбрости перерезать ему горло во сне. Мужчина понимал это как никто другой.

«Что это значит? Неужели в Тетомбурк явился не один дознавательный отряд? Что-то здесь не так. Возможно на каком-то уровне информация была искажена. Враг двигается слишком быстро. Неужели у нас шпион?»

Раздражённый Тонирейл стучал ногой по полу.

— ... Значит нас раскрыли? И где в такое время «Плетущий истину»?!

Мужчина думал, что он получал ложную информацию. Сложно было поверить, что один разведывательный отряд мог напасть на них. Но если их надурили, а совсем другой отряд шёл уничтожить «Ангела смерти», то всё сходится.

— Ладно... Уж не знаю, церковники там или солдаты, но Тонирейл должен принять его.

Мужчина поднялся и направился к выходу.

— Робик, собирай моих рабов и выстрой в коридоре. Подготовь всем самоубийственные мечи.

— ... Самоубийственные мечи. Понимаю.

— Мне твоё понимание не нужно, ты всё слышал? Или эти штуки у тебя на голове для украшения? — Тонирейл остановился, ногтями схватил ухо Робика и потянул.

— Нет, простите. Начну подготовку.

— Это основной приоритет. Скажи, те, кто опоздают, послужат живыми примерами.

— Да, — Робик поклонился и быстро покинул комнату. Не смотря на него, мужчина хмыкнул.

— Даже не представляю, сколькие из них выживут.

Меньше чем через пять минут рабы Тонирейла в форме дворецких стояли в коридоре. Мужчина пересчитал их всех.

— ... Семеро? Четверых не хватает, Робик.

— ... Парам после вашей вчерашней тренировки так и не поднялся, его смерть была подтверждена. Рейли покончил с собой в туалете.

— Что ж такое. Тяжело с вами, Робик.

Лица слушавших их разговор мальчиков, принятых недавно, скривились от страха. Те, кто были с ним давно, не переменились в лице. Смерть здесь — обычное дело. Если реагируешь слишком бурно, а у Тонирейла плохое настроение, это может привести к пыткам и смерти.

— Шелф сейчас далеко, потому не успеет. Нейн погиб во время ваших игр с госпожой Лулукк.

— М? Так Нейн не выжил?

— ... Вы лично остановили его дыхание.

— А, правда? Я и забыл.

Тонирейл пожал плечами и наигранно развёл руки.

— Ну что же. Начнём охоту на нарушителей. Похоже придётся оставить это на подчинённых. Разрешаю вам идти передо мной.

Ламбер двигался с мечом в руках по коридору, но внезапно остановился. Следовавшие за ним Кройц и его люди встали чуть позади.

— Что такое, мечник в броне? — спросил Кройц, а Ламбер стукнул по полу.

— Странные шаги. Возможно ловушка. Давайте чуть назад.

— Тогда может не стоит идти по этой дороге?

— Нет, утверждение слишком ненадёжно. Не хочу давать врагам передышку. Пока мы будем обходить, они сбегут через другой ход.

— ... Тогда давай я буду первым. Если пострадаешь ты, нам всем конец, — Кройц собирался выйти вперёд, но Ламбер его остановил.

— Не переживай, слабые ловушки мне не навредят.

— Может конечно и так...

Кройц не договорил, а Ламбер уже пошёл дальше. И тут мужчина заметил, как к ним кто-то приближается. Один бежал впереди остальных.

Подумав, что это враг, Ламбер ускорился.

И тут появилась маленькая фигура с мечом. Невысокий ребёнок. На лице была угроза, это казалось ненормальным.

— ... Мы не маги. Не переживайте, мы солдаты королевства, — сказал Кройц, смотря со смешанными чувствами на возвышавшегося перед ним Ламбера. Видя взволнованных людей, мужчина опустил меч и снизил скорость, чтобы их успокоить.

— П-простите... Я-я не могу ослушаться того дядю... Так что бегите.

— Что?..

Ламбер посмотрел на мальчика. Похищенный для экспериментов мальчик был чистым и носил хорошую одежду. К тому же пусть он двигался не как опытный мечник, однако точно был натренирован.

На мече были выгравированы магические знаки. Ламбер не был магом, и не мог прочитать, что там написано. Но способности нежити ему подсказали, что меч быстро вытягивал ману из мальчика.

— Эй, брось меч! — крикнул Ламбер, опустив меч и вытянув руку в перчатке. Лезвие меча ребёнка засверкало, и в следующий миг прозвучал взрыв. От удара стены и потолок вокруг Ламбера треснули и начали обрушаться. Отбив мечом падающий потолок, мужчина побежал вперёд.

— ...

Второй рукой Ламбер схватил мальчика и опустил на пол. Всё тело обгорело, а руку, державшую меч оторвало по плечо. Мальчик уже был мёртв. Его получилось укрыть от обломков, но не от взрыва.

— Прости, я не успел... — склонив голову, Ламбер извинился.

— Мечник в броне! Т-ты в порядке?! Потолок!..

За завалом звучал голос Кройца.

— ... Ищите другую дорогу. Я тут сам разберусь.

— Значит цел. Н-но без тебя? Н-нет, да, я понял!

Шаги Кройца и остальных отдалялись. А по коридору приближались семеро. Все в хорошей одежде, шестеро были того же возраста и со взрывающимися мечами.

— ... Если бы он добрался, тебя бы погребло заживо, но ты заметил. Стены в этом исследовательском центре довольно хрупкие, — высокий мужчина аплодировал Ламберу, прикрываясь детьми. — Извиняюсь за опоздание, я заместитель руководителя алхимиков «Ангела смерти», работающих в этом исследовательском центре, меня зовут Тонирейл, — он наигранно поклонился. И то же сделали шестеро детей. Их лица ничего не выражали, они точно были куклами.

— Великолепно. Чтобы не пропустить врага, тут довольно длинные проходы, которые можно обрушить... А ты легко ушёл из-под обломков и вытащил ребёнка. Твоя броня и меч не так просты. Я слышал, что с моими подчинёнными расправляются, и было любопытно, что же тут происходит... Вот как, один оказался не так прост, — Тонирейл покачал головой и уставился на Ламбера.

— ... Хотелось сделать всё повеселее, но похоже придётся быть более серьёзным.

— Хорошая оценка, но ненужная.

— Да, сил вам не занимать. Но не знаю, в курсе ли, вы слишком... Наивны. Не знаю, откуда вы, но с такой силой и наивностью... Вы странный.

— ... Хо, вот как.

— И это никуда не годится. Если желаете сплясать с нами, «Свистящим демоном», вам стоит быть демоном. Люди церкви более подготовленные. От имени моих почивших подчинённых, позвольте показать вам манеры ада, — Тонирейл протянул Ламберу руку.

— Окружайте его. Вонзите мечи в суставы. Какой бы крепкой броня ни была, она развалится.

По приказу Тонирейла шестеро детей стали окружать Ламбера.

— ... Стойте, пусть вам угрожают, но если используете эти мечи, то умрёте.

Его слова заставили детей колебаться. Влияние Тонирейла на всех было разным, в зависимости от того, как давно они стали рабами и какой интерес мужчина к ним проявлял.

Тонирейл промывал им мозги так, чтобы они не останавливались, когда слышат слова посторонних, и всё же в них появились сомнения. Они должны были напасть все разом, но не вышло. Один из детей ударил в спину.

— Молодец, Робик. Если выживешь, получишь награду, — высунув язык, улыбнулся мужчина. Мальчик был любимчиком Тонирейла. Наблюдая за Ламбером, мужчина взмахнул кистями рук.

— Демонические когти, овладейте моими руками.

Разрывая белые перчатки, появились красно-фиолетовые когти.

— Гордись. Обычно я использую лишь кукол.

Демонические когти — оружие, появляющееся на коже, представляющее из себя кристаллизованную ману. Мана мужчины блокировала и изменяла привычный поток магической силы. Получивший удар таким оружием не мог колдовать и какое-то время двигаться. Обычный человек умрёт после такого через три минуты.

«Его слишком волнуют чужие смерти. Видать, мало боевого опыта. Конечно он отличный мечник... Но как только он убьёт рабов, начнёт колебаться и откроется. Тогда я и ударю».

Тонирейл усилил рабов наркотиками и запрещённой магией, их способности вышли за пределы человеческих. И бросившийся первым Робик в этом плане был отличным объектом.

— ... Понятно, вы быстрее даже Кройца.

Убирая огромный меч, Ламбер задел руку Робика и выбил меч. От удара мальчик отлетел и упал на зад. Он моргнул глазами на холодном лице, а потом крепко закрыл их.

— ... Моя смерть будет лёгкой?

Лезвие меча засияло.

«При падении он накроет ребёнка взрывом...»

Ламбер подскочил и закрыл собой Робика. Взрыв так и остался за спиной мужчины.

— П-почему?..

— Ты не пострадаешь. Вы все находитесь под защитой.

Видя это, Тонирейл заговорил:

— ... Какой же ты наивный. Похоже ты не пересечёшь черту. Такому как ты здесь не место!

Мужчина хотел взмахнуть рукой, но ощутил озноб. Перевернувшись, он оттолкнулся от потолка и ушёл от Ламбера. Это были ненормальные действия, не позволяющие врагу броситься в погоню. Приземлившись, он тыльной стороной ладони утёр холодный пот.

«Я думал... Что это отличная возможность. Но стоило бы мне оказаться в радиусе удара, и он бы разрубил меня. Что это за ненормальная жажда убийства?..»

И тут правую руку пронзила острая боль. Мужчина опустил взгляд, увидел лужу крови и обрубок руки.

— Что, почему?!

Когда Тонирейл отступал, кисть оказались в радиусе удара. Ламбер не упустил этот момент.

— ... Ты сказал, что я наивен, и мне здесь не место, — здоровяк повернулся к магу. — Я дал его величеству обещание, что стану мечником, который даже в аду сможет следовать за своими идеалами. Конечно отчасти это лишь слова, чтобы объединение не воспринималось так холодно, но так я действую и этим горжусь.

Встретившись с Ламбером взглядом, Тонирейл содрогнулся и стал отступать. Глаза забегали по помещению, он нашёл свою руку.

— Хотя нет никакого смысла поучать такое ограниченное ничтожество вроде тебя.

— В-в-вы! Нападайте на него! Взорвите его!.. Нет, точно! Убейте себя! — приказал Тонирейл пяти мальчикам с мечами.

— Что, не слушаетесь меня?! Тогда так, последнего пущу на суп и скормлю свиньям!

В глазах Тонирейла была ненависть. Дети вздрогнули и, всё ещё сомневаясь, сжали мечи. Они делали всё, что велел им мужчина. После промывания мозгов для них это было всё равно что закон.

— Да, вот так, верно...

— Не переживайте. Я убью этого человека. Этим жестоким играм сегодня придёт конец.

Ламбер направил меч на Тонирейла. Скрючившийся на полу Робик поражённо смотрел на его спину.

Из всех рабов лишь его защитил Ламбер, и теперь на лице мальчика появилось подходящее его возрасту выражение.

Упал первый меч.

— Вот как, хочешь превратиться в живой фарш...

Потом второй и третий. И вот никто из детей не держал оружия.

Того, как Ламбер защитил Робика, хватило, чтобы освободить всех от пыток Тонирейла. Оба мужчины были воинственны, но величие и убедительность отличались. Тонирейл заставлял силой и угрозами, но умения Ламбера он отрицать не мог.

— Насмехаетесь надо мной, сопляки!.. Ладно, я заставлю вас жалеть об этом до самой смерти. Вся магия «Ангела смерти» сойдётся в ваших телах! Наши способности превосходят магию королевства! Мы можем поддерживать жизнь, используя лишь мозг и органы!

— Те, кто причиняют другим боль, только и способны громко гавкать.

— Тому, кто только мечом и махает, не понять. Если передать эти исследования стране, можно сразу же заполучить пост придворного алхимика.

— Эти недоделанные копии того, что было во время войны объединения восьми стран. Большая часть — это то, что восстановили после войны.

— Что?.. — от гнева лицо Тонирейла покраснело.

— Вы лишь раскапываете то, что было скрыто в прошлом. И меня не забавляет то, что всякие отбросы хают страну. Всех вас стоит покарать.

— ... Чушь, ты смеёшься надо мной. Ты не понимаешь суть наших исследований и отрицаешь своим невежеством. Все в стране такие же глупцы как ты, потому я и присоединился к «Свистящему демону»!

Тонирейл вложил силу в пальцы левой руки. Благодаря мане демонические когти стали ещё длиннее. Мужчина нагнулся, оттолкнулся от земли и, описывая круги, стал приближаться к Ламберу.

«Эту броню не пробил «самоубийственный меч», и он был быстрее Робика... Он точно опасен. Но слишком наивен! Мои демонические когти пробьются зазоры на твоей броне! Нужна лишь возможность!.. Мои когти — быстродействующий яд, который заставляет ману в теле сходить с ума... Даже монстр такого не выдержит!»

Тонирейл вначале собирался притвориться, что нападает на Робика, а потом ударить, когда Ламбер откроется.

Но тут он просчитался. Ламбер уже лишился плоти и не был человеком, и на него отравление маны не действовало.

Даже при жизни Ламбер был опытным мечником, и его контроль над маной был идеальным, потому даже тогда удар врага не сработает.

— Начну с тебя, бесполезный! — сказав это, Тонирейл провернул трюк, целясь в Робика, а потом сразу же отступил. И в следующий миг от левого плеча мужчины разлетелись кровавые брызги.

— Гха! Как?!

Тонирейл не учёл их колоссальную разницу в силе. У него была сила обрушить правосудие на любого подлеца, и потому он считался сильнейшим мечником.

— С-стой! Я величайший из магов! Если убьёшь меня, королевство очень много потеряет в магии!..

Меч Ламбера отрубил его правую руку, а потом левую ногу. Всякий удар заставлял его кричать.

— Я-я умру? Я...

Меч коснулся его шеи.

— Ты заместитель руководителя «Ангела смерти»? Где ваш главарь?

— Хи, хи-хи... Ха-ха-ха-ха-ха, «Плетущий истину» ни за что не проиграет такому как ты... Даже мне было приказано никогда не называть его по имени. И всё потому что он известная всем личность. Нет, скорее уж монстр... Хи-хи-хи, раз он здесь, я могу и уйти.

— Плевать, я его всё равно не знаю. Говори, где он.

— Его воля даже для меня неизмерима... Я лишь живу, следуя его указаниям! Его не волнует то, что я здесь говорю. Но не переживай. «Плетущий истину» наверняка выбрал тебя в качестве партнёра в игре, — Тонирейл зловеще улыбнулся. И из его груди вышел такой же кристалл маны, какими были демонические когти. Тело вздрогнуло, а изо рта полилась кровь. Даже мёртвый, он продолжал улыбаться.

— ... Умер? Надо как-то объединиться с Кройцем и его людьми.

Ламбер поднялся и посмотрел на мальчиков-рабов.

— За мной, мы выберемся на поверхность. После того, как убьём здесь всех магов.

После того, как они расстались с Ламбером, шесть бойцов отряда «Глаз феникса» исследовали коридоры подземелья.

— Не теряйте бдительности... Бейте первыми. К счастью тот мечник в броне большую часть уже перебил... Но тут ещё наверняка остались маги. Если появится кто-то вроде Рениас с магией старения или братьев «Длань божья»... Если хотим победить, то лучше ударить первыми.

Инцидент с братьями Халмейн держался церковью в тайне, но королевство и церковь охотилась за ними как за практикующими запрещённую магию. Преступников приравнивали к монстрам, но они были на уровне в пятиступенчатой системе на третьей строке и приравнивались к ограм.

Один огр был равен по силе более чем пяти опытным бойцам. И это не то создание, которое можно было сравнить с обычными людьми. А у них были выдающиеся боевые способности, интеллект и они скорее были ближе к монстрам.

О Рениос информации не было, ни королевство, ни Кройц не знали о ней. Но мужчине казалось, что она была выше по рангу братьев и могла быть на уровне троллей. Оказавшийся не у дел Кройц прекрасно понимал, что маги здесь не подходящие для него враги.

Потому он был осторожен и в первую очередь собирался объединиться с мечником в броне, а если они встретят врага, то нападут первыми и попробуют одолеть его числом. Такое решение пронял Кройц.

— ... Я вступил в армию для того, чтобы не спускать с рук зло, которое творят такие как братья Халмейн. Но маги «Свистящего демона» намного сильнее нас, — с печалью сказал мужчина. Как и сами маги, его уверенность в себе подорвал и мечник, побеждающий их в одиночку.

— ... Хотел бы и я когда-нибудь приблизиться к его уровню.

— Глупо делать его своей целью... — даже не задумываясь, ответил Флур.

— Нет, ну... Должен же я к этому стремиться. И я, и наша страна слишком наивны. В армии нет ни одного солдата, кто мог бы победить в честном бою высшего мага «Свистящего демона»...

Воздух вокруг них потяжелел. Поняв, что боевой дух снизился, Кройц прокашлялся.

— ... Но ни к чему горевать. Таких как Рениас у них не десятки. Иначе бы страна уже пала. Так как здесь лаборатория, они собрали лишь выдающихся магов. Конечно они невероятно сильны. И нам стоит оценить их по новой. Но чем больше выдающихся магов они потеряют сегодня, тем сильнее достанется «Свистящему демону», — Кройц улыбнулся своим подчинённым.

— ... Точно, господин Кройц.

— В лаборатории нужны маги! Убийство одного может привести к спасению сотни, нет, тысячи! Пусть даже ценой наших жизней, но хоть кого-то мы должны победить!..

Видя поднявших вверх мечи подчинённых, Кройц улыбался, но уже в следующий миг напрягся.

— Осторожно, Ноель! Уходи!

Солдат по имени Ноель оттолкнулся и отскочил подальше. Приземлившись, он развернулся. Там где он был, появились ножницы с человеческий рост. Три глаза на каждом лезвии осматривались вокруг.

— Ещё бы мгновение, и я бы умер... Что это за штука?..

— Дух мира вещей! Наверху!

Кройц увидел стоявшую на потолке девушку в маске плачущего клоуна, одну из мудрецов, «Улыбающегося шута» Лулукк-Лулукк. С короткой металлической палочкой в руке она смотрела на Кройца.

— А-ха, что, того дядьки в доспехах нет. Я тут пряталась, а значит всё зря? Ну и ладно. Я спешу, так что пропущу вас. Считайте, вам повезло.

Пока она болтала, Кройц оттолкнулся от пола, потом от стены и попробовал поразить Лулукк в лоб рапирой. Девушка крутанула шеей и спрыгнула с потолка на пол.

— ... Ты чего? Я же сказала, что спешу, так что не трону вас.

— Это мы решаем, отпускать тебя или нет. «Глаз феникса» не отпустит преступницу вроде тебя.

Мужчина направил на Лулукк рапиру. Его подчинённые стали окружать девушку, стараясь зайти из слепой зоны.

— Из-за потери крови тело едва слушается!

Она прыгнула вдвое быстрее и ушла от всех их выпадов. Девушка отбивала палочкой мечи, даже не смотря на них, взмахнула ногами и снесла одного из солдат.

— Чёрт! Слишком лёгкая и быстра!

— Но это наш шанс!..

Танцуя в воздухе, она приземлилась одной ногой на меч и палочкой ударила двоих по вискам. Два солдата упали без чувств.

— Ух...

Кройц краем глаза проверил упавших товарищей.

Он ждал кого-то сильного. Но не ожидал, что половину людей выведут из строя в ближнем бою менее чем за минуту. К тому же сам Кройц не мог уследить за движениями Лулукк.

— Так, остались трое...

Девушка убрала палочку и взяла воткнутые в землю ножницы, Полтерсизар.

— А-ха-ха-ха-ха, сами на драку нарываетесь! Думала оставить всякую мелочь, но что-то вы меня бесите! Если разрыдаетесь и будете кланяться, я ещё может подумаю, отпускать ли вас. Да?

— Пошла ты!

Кройц на полшага отступил, а потом с разбега нацелился на живот Лулукк.

— Как скучно.

Хохоча, она отвела оружие назад. Кройц подумал, что так она готовится к бою. Однако в следующий миг лезвие его рапиры оказалось перерублено, и упало на пол.

— Что?..

Он даже не понял, когда это случилось. Скорее всего до того, как она приготовила Полтерсизар к бою. Невероятная скорость. Нельзя было ни уследить, ни понять.

И тут они услышали тяжёлый металлический лязг. Взволнованная Лулукк отскочила от Кройца, опустила оружие пониже и стала осматриваться по сторонам.

— Спасибо, что задержали. Чуть одну не упустил.

Прямо позади настороженной девушки оказался Ламбер с его огромным мечом.

Мужчина взмахнул оружием.

— Ух!

Девушка прыгнула вперёд, вытянув руки, благодаря Полтерсизару она сменила центр тяжести, извернулась и повернулась к Ламберу.

— Я уже видела твои умения!..

Под ударом огромного меча миниатюрная Лулукк отскочила назад. Для Кройца и остальных её акробатические трюки выглядели так, будто она сменила направление и дважды прыгнула. А на деле она коснулась рукой меча и с его помощью отскочила.

«Ушла!.. Конечно она быстрее всех тех, кого я видел... И всё же ушла!»

На губах Лулукк была слабая улыбка. Она бросила ножницы, которые держала одной рукой, Ламберу в спину и ещё ускорилась. Перекатившись клубком по полу, она остановилась на коленях.

Среди восьми мудрецов «Свистящего демона» у неё был самый низкий ранг. Это не значило, что она не занималась исследованиями или не вносила свою лепту в дело организации. Просто она уступала другим в магии. Даже подготовившись, она не могла как Мандзи противостоять целому городу.

Однако своё положение она заняла благодаря чудовищному бессмертию и чутью в бою.

«...Полтерсизар пока не в руках, потанцует в воздухе и нападёт на этого мечника в броне... Если буду сохранять дистанцию, смогу вызвать другого духа и сбежать отсюда!»

От первого удара она смогла увернуться. И это была не просто случайность. Это был результат огромного боевого опыта и ненормальной лёгкости тела. Однако Лулукк не верила, что если будет продолжать уклоняться, то сможет нанести смертельный удар этому мечнику.

Она собиралась подняться, когда Ламбер оказался прямо перед ней.

— А?..

Тяжёлый удар коленом из Органа пришёлся на живот. Доспех погружался в тело.

— Агха!

Рёбра и позвоночник оказались сломаны, внутренние органы разорваны. Хрупкое тело Лулукк ударилось об стену. Всё в коридоре задрожало, говоря о весе удара Ламбера.

Находившиеся позади ножницы благодаря огромному мечу оказались переломлены пополам. Для Ламбера куда важнее была способная убежать девушка, нежели они.

— Е-ещё... Ещё не всё, мы не закончили!..

Дрожащая рука Лулукк поднялась. Но оказавшись на уровне плеча, она упала, точно кукле перерезали ниточки, она бессильно опустилась на землю. Даже с её бессмертием повреждения были слишком серьёзными.

— Я-я бессмертный «Улыбающийся шут»... Не умру здесь... Я отомщу церкви и заставлю страну бояться!.. — Кровь изо рта пачкала её клоунский костюм.

— Бессмертие — вещь серьёзная. Многие алхимики желали его заполучить, но ни у кого не получилось. И наиболее приблизившиеся к нему монстры, которых я знал, умирали под ударами меча.

— Не говори, будто что-то знаешь, чудовище! — закричала Лулукк. Ламбер взмахнул мечом и разрубил тело девушки, прислонившейся к стене спиной. Хлынула кровь, а верхняя половина тела Лулукк упала рядом с мечом.

— Теперь мертва... — поражённо сказал один из солдат. Ему было сложно поверить, что она пережила тот удар коленом.

— А, а, а!..

Однако Лулукк всё ещё была жива. Потеряв много крови на дрожащих руках, она тянулась к Ламберу.

Но сил у неё не осталось, тело задрожало, а потом перестало двигаться. С лица Лулукк свалилась плачущая маска, явив её лицо. Веки были срезаны, а на глазах были красные и чёрные пятна. Всё лицо было покрыто швами, язык, высунутый изо рта, был ненормальной формы, его будто кто-то специально разрезал тупым лезвием.

— Следы пыток?.. — скривившись, пробормотал стоявший рядом с Ламбером Кройц.

— Хоть она и монстр... Это жестоко. Её так «Инквизиция»?

— ... Это старые раны. Скорее всего благодаря магии исцеления, использовавшейся во время пыток, и алхимии, продлевающей жизнь, она перестала стареть и стала почти бессмертной. Возможно ещё десять лет назад она не была монстром.

— То есть... — Кройц замолчал.

Другие солдаты тоже поняли суть слов Ламбера и застыли. Если он был прав, в детстве её схватила церковь, а потом её забрали прямо перед тем, как собирались убить.

— В прошлом Региоса это не было чем-то странным, но подобным занимаются даже в мирное время. Но какой бы ни была причина, я не отпущу злодея, нацеленного на слабого. Твою обиду не развеять. Остаётся лишь тихо лежать, одержимым своей ненавистью... Так было и со мной.

Ламбер поднял маску с пола и аккуратно положил на лицо Лулукк. А потом обратился к неподвижным солдатам Кройца.

— Некогда стоять. Где-то здесь есть ещё маги. Найдём их, уничтожим исследования, объединимся с солдатами снаружи, поделимся информацией и доложим обо всём королевской семье. Тут важна каждая минута.

— Д-да... — Кройц и другие солдаты последовали за Ламбером. Мужчина бросил свой взгляд через шлем на Лулукк и снова посмотрел вперёд.

— ... Сейчас не время, но возможно стоит как следует изучить церковь, — тихо пробормотал он.

— А, ого, а-а-а!

На теле Джиджока появились жёлтые пятна. Он начал кататься и царапать тело единственной правой рукой. Из-за яда фроггов он не мог перестать чесаться.

— Не переживай, яд искусственных фроггов не приведёт к смерти.

— Огхо, фрогги! Поху, похому, ого, о-э-э!

Рот Джиджока был заполнен монстрами, так что он не мог нормально говорить. Из-за невозможности дышать и чесотки он даже не мог нормально расслышать слова Алуанте.

— И всё же ты был таким слабым? Потому меня и взяли в «Ангела смерти»? Хотя какая разница.

Парень наклонился и взялся за голову Джиджока.

— Устроим небольшой эксперимент. Стань редзуком.

После слов Алуанте засияли магические символы. Редзук — это маленькое красное насекомое, напоминающее ленточку, которое называют «землеедом».

— Го, го, го-а-а-а!

На теле Джиджока появились опухоли. И все они копошились, точно имея волю, это были редзуки.

— А-а-а-а, а-а-а-а-а-а!

Пока тело превращалось в червей, оно продолжало терять человеческие очертания. И вот щека Джиджока превратилась в редзука. Фрогги в его теле стали довольно их поедать. И вот остались лишь кости, одежда, волосы, лужа крови и преобразованные органы.

Огромное количество фроггов скакали по трупу Джиджока. Происходящее было точно не от мира сего.

— А-Алуанте... К-кто ты такой?!

Один из солдат направил на него меч. Алуанте неторопливо поднялся, взял редзука, поднял на уровень головы, открыл рот и откусил. Брызнула жёлтая жидкость. Из перекушенного места показались внутренности, а всё тело билось.

— Гадость. Помесь земли и человечьего мяса.

Парень бросил умирающее существо на землю.

— У-уфу, о-э!

Не вынеся этого, солдат выронил меч, опустился на колени и проблевался.

— Б... Брат? — обратилась к нему бледная Элизе. Парень повернул к ней голову и на пустом лице появилась одна лишь улыбка, напугавшая девочку.

— Н-нет... Ты не брат... Кто ты?

— Я руководитель «Ангела смерти» и величайший в мире алхимик. Тот, кого с благоговением называют «Плетущий истину».

— Но ведь ещё недавно тут был брат... Когда ты его подменил? Где? Где настоящий брат?!

— Точно, точно! Ха-ха-ха-ха! Вот такое лицо я и хотел у тебя увидеть! Тебе давали излишки лекарств, лишили возможности ходить, были добры, и всё ради этого выражения!

Услышав эти слова, лицо девочки застыло, из глаз потекли слёзы.

— Н-неправда... Это всё неправда...

— У тебя уникальная мана, отличная от других подопытных крыс! Я должен был узнать об этом! Я должен был провести много экспериментов и получить хоть на один результат больше! Пока ты жива, из тебя надо было собрать как можно больше данных! Это важная информация для всей истории магии! Я-то знаю! Потому надо было тебя оставить! Откуда ты пришла, на особенности маны влияет то, что ты ешь, на сколько вырастают твои волосы за день, как на это влияет длина пальцев?! Неизвестно, какая информация в итоге окажется важной. Пока я собирал всё это... Хи-хи-хи, проявилась дурная привычка. Хотелось узнать, как ты будешь выглядеть, если дать тебе надежду, а потом сбросить в пучины отчаянья! Как же я хотел это увидеть!.. — глаза Алуанте расширились, пока он рассказывал. Голос был наполнен безумием и злобой.

— Однако что-то я перевозбудился. Неизвестно, когда в Тетомбурк придут солдаты. Хотя защищать имеющиеся данные ни к чему. У меня с рождения была прекрасная память. Я помню данные всех исследований, проводившихся здесь.

Алуанте коснулся головы указательным пальцем и улыбнулся жуткой искусственной улыбкой.

— Однако, Элизе! Мы пока не закончили. Идём со мной в подземную лабораторию. Я бы хотел провести на тебе опасные и смертельные эксперименты, но их осталось ещё тысяча пятьсот двадцать восемь видов. Интересно, сколько продержится твоё тело? Ах, такое было прекрасное выражение на лице... Но как же засияет твоё лицо от боли прямо перед смертью!

— Н-нет... Брат! Брат Алуанте! Верни брата Алуанте!

— А-ха-ха! Это с самого начала был я! Ты же сама мне сказала. Что если тебя убьют, пусть это буду я! Так давай я исполню твоё желание! Я всё запомнил. Или же ты соврала, Элизе?

Алуанте подошёл к Элизе и начал толкать инвалидное кресло. А тем временем ни дети, ни двое оставшихся солдат не могли пошевелиться.

— Нет, нет! Нет! Спасите! Кто-нибудь, спасите! Спаси, брат Алуанте! Спасите!

— Такая сообразительная, а понять, что происходит, не можешь? Или твоё сердце теперь разбито?

— А-ах ты, ненормальный! — пытаясь подбодрить себя собственным криком, перепачканный в рвоте один из солдат попытался ударить мечом Алуанте.

— Мешаешься. Твой мерзкий голос не должен отражаться в моих барабанных перепонках, прочь, — парень широко открыл глаза и уставился на солдата. Ощутив на себе жажду убийства, солдат вспомнил, как человек превратился в редзука, и к горлу подступил желудочный сок.

— У, уфу, о-э...

Он даже встать не мог. Обычный человек не устоит перед кем-то настолько пугающим и ужасающим. Перед ним был не человек, а монстр. Разница была не в уровнях. Перед ним было существо из иного мира со своим особым мышлением.

Алуанте удалился вместе с Элизе в кресле-каталке, и никто его не остановил.

Победивший заместителя руководителя алхимиков «Ангела смерти» Ламбер вместе с шестью мальчиками-рабами и солдатами Кройца вернулся в старый проход. Они собирались убедиться, что здесь нет ещё скрывавшихся магов.

— Мечник в броне, мы там осматривались, ничего там нет.

Кройц после того, как разделился с Ламбером продолжил искать, и сейчас, когда они вновь встретились, он покачал головой.

— Вот как...

Услышав об этом, мужчина спросил у одного из мальчиков-рабов, Робика:

— Кроме Тонирейла здесь ведь должны быть ещё люди, отвечающие за это место.

Мальчик кивнул:

— Да... Был ещё странный человек в робе, который постоянно пропадал. По фигуре, это скорее не человек, а зверь... Как нам говорили... Это один из мудрецов и глава «Ангела смерти» «Плетущий истину»... Но включая меня, с ним никто не разговаривал, и никто не видел, чем он занимается. А ещё говорили, будто его и не было никогда...

Ламбер скрестил руки и задумался. Сейчас с ним был Робик и остальные. Они были сильны, как обычные солдаты, но сейчас находились под охраной. Если он продолжит поиски, то защиту детей должен оставить на Кройца и его людей, а сам продолжить один.

Но по словам Тонирейла выходило так, будто этот «Плетущий истину» наблюдает за ним.

«Его воля даже для меня неизмерима... Я лишь живу, следуя его указаниям! Его не волнует то, что я здесь говорю. Но не переживай. «Плетущий истину» наверняка выбрал тебя в качестве партнёра в игре».

Будто он говорил, что тот скрывается где-то поблизости.

Даже если Тонирейл пытался ввести его в заблуждение, но сомнительно, что в тот момент он мог сказать нечто подобное. И вряд ли глава мог сбежать раньше своих подчинённых.

«Если его здесь нет, то возможно у него была какая-то причина покинуть это сооружение...»

На какое-то время Ламбер совсем притих, но потом покачал головой и развёл скрещенные руки.

— Бессмысленно думать. Тут только маг может понять.

Необычный маг явно думал не так, как простые люди. Во время войны Ламбер успел усвоить это.

Среди солдат тогда ходило, что когда убиваешь мага, не смей оставлять голову. Королевские алхимики во главе с Домилионе проводили опыты на себе, такое мышление отличалось от человеческого и делало их более похожими на монстров.

... Конечно Гайлоф причинял другим вред, не стесняясь, но при этом не вырезал магические знаки на своём теле, будучи исключением из правил, потому нельзя говорить вообще за всех.

— Глядя на этих магов так и хочется сказать нечто подобное, но можно снискать обиду честных магов, — усмехнувшись, сказал Кройц.

— Хм... Верно, — Ламбер думал возразить, но проглотил слова и смолчал. Конечно это не было каким-то чётким понятием, но во время войны магами называли тех, кто слишком зависим от магии и переступил грань, которую люди пересекать не должны. А потом уже и просто тех, кто владеет магией. В то время, чтобы быть полезным на войне магом, без готовности к этому было никак.

И тут прибежал солдат, обыскивавший другое место:

— Господин Кройц! Это... Я нашёл что-то странное. За каменной стеной скрытая дверь, а там какая-то вещь... Нет, существо!..

— Идём туда, веди, — Кройц ещё слова вставить не успел, как ответил Ламбер и пошёл за солдатом. Командир отряда на миг поражённо застыл, но потом поспешил вслед за здоровяком.

— Что за существо? — на ходу спросил Ламбер.

— Э-это, ну...

— Говори нормально. Если затрудняешься, опиши, что видел. Оно опасно? Если что, вместе с Кройцем забирайте детей и уходите.

— Не опасно... Оно набросилось и пришлось его зарезать... — неуверенно подбирал слова солдат, точно вспомнив, он прикрыл рот, сдерживая тошноту.

— Убил? Молодец.

— Вроде... Да.

— Голову уничтожил?

— А?..

Солдат открыл дверь и вошёл внутрь. Там в окружении лекарств и бумаг лежал странных труп на чём-то вроде тележки.

Две верхних части человеческого тела были сшиты на уровне талии. Две головы были без ушей и носов, глаза выдавлены, зубов не осталось, языки тоже отсутствовали.

После удара солдата осталась рана. Прямо по центру растекалась кровь. Окровавленная роба валялась на полу. Похоже убив, солдат осторожно снял её. Оно уже не могло встать и даже в робе не походило на человека.

Без сомнения, это был «Плетущий истину», который работал с Тонирейлом. Однако было очевидно, что это никакой не маг. Маги никогда не остаются беззащитными перед лицом врага.

— Фальшивка?.. Нет, и всё же...

Было не ясно, для чего прятаться в собственной организации. Возможно «Плетущий истину» выдавал себя за другого мага или вообще не приходил в эту лабораторию. И если первое, то по содержанию исследований его бы заподозрили окружающие.

Ламбер на всякий случай уничтожил две головы, повернулся к солдатам и рабам и посмотрел на них.

— Хочу вас расспросить. О «Плетущем истину», — он обращался к Робику и другим детям.

— Что? Честно говоря, мы немного знаем об этом месте...

— Он часто был один... Может вы знаете мага, который был связан с Тонирейлом? Не важно, чем он занимался, кто-то, кем не интересовались другие.

— ... Рядом с ним было много человек, но особо приближённых не было, — Робик озадаченно склонил голову. — Этот человек всегда был жестоким, эгоистичным и вечно говорил гадости. И я даже не представляю, к кому он относился хорошо. Иногда он говорил заискивающе с нами или господином Алуанте... Это молодой симпатиной маг, потому думаю в этом дело...

Пока он говорил, остальные пятеро мальчиков закивали.

— Алуанте?..

— Да, он не такой, как остальные. Его привели сюда силой... Конечно он не очень хорошо относился к местным исследованиям. Вроде он занимался чем-то своим в отдельной комнате, не с людьми, а с фроггами.

«Неужели», — подумал Ламбер. Однако со слов Робика, это мог быть лишь он. Конечно он попадал под условия совершенно случайно, но слишком уж удобно быть единственным любимчиком Тонирейла.

Если вспомнить всех людей «Ангела смерти» и то, что парня без спросу привели сюда издалека, всё казалось очень странным. Чем больше Ламбер слушал Робика, тем подозрительнее становился Алуанте.

— Он проводил эксперименты на себе, чтобы о них никто не узнал. И всё же это...

Ламбера обманули. Он был генералом с множеством подчинённых, отчего считал, что понимает людей. Потому и доверил Алуанте солдатам Кройца. Если что-то подозрительно, и ты не избавляешься от этого на месте, то либо надо подстраховаться, либо попадёшь в ловушку.

Как генерал, Ламбер отдавал приоритет справедливости и победе, а маги предпочитали закулисные игры и обходные пути.

— Что такое, мечник в броне? — спросил Кройц у неподвижно размышлявшего Ламбера.

— ... Я облажался, принял неправильное решение. Люди на поверхности в опасности... — сказал он и направился в сторону выхода.

— А! Э-эй, ты куда?! — Кройц потянулся к Ламберу.

— Найдите выживших и уходите в другой город!

Ламбер сбежал. Кройц на миг остановился, посмотрел на других солдат и снова побежал за мужчиной.

— Господин Кройц?!

— Я последую за этим мечником! А вы отступайте, бегите в безопасное место!

Расставшись с отрядом, Ламбер пробежал по коридорам, выбрался наружу и отправился туда, где были люди Кройца и Алуанте.

Используя навыки нежити, он ощущал ману. Знай он цель врага, то смог бы его найти, однако он не представлял, как тот мыслит. Почему-то Алуанте прятался от товарищей, покинул первым лабораторию и попал под защиту подчинённых Кройца.

Хотя возможно причину мог бы понять лишь другой маг. Это была одной из причин, почему Ламбер ещё при жизни ненавидел их.

После недолгого поиска Алуанте был обнаружен. Он шёл между зданиями, напоминающими огромные гробы. Толкая инвалидное кресло, он радостно улыбался и говорил с Элизе.

Но теперь он выглядел не так, как раньше. А храбрая девочка совсем поникла и говорила точно в бреду. На молодом и преисполненном справедливости лице парня была клоунская ухмылка и проглядывалось что-то хитро обезьянье.

Их нашли слишком рано, Алуанте рассчитывал, что он заберёт девочку в лабораторию и получит нужные данные.

Увидев издалека Ламбера, лицо парня с клоунского сменилось на доброжелательное.

— А, господин мечник... Простите, но мне очень надо спуститься вниз...

— ... Где остальные солдаты и пленные? — на ходу спросил Ламбер. Точно озадаченный Алуанте нахмурился и коснулся рукой подбородка.

— Почему они не с нами? Простите, но мне сложно объяснить это так, чтобы вы не истолковали мои слова превратно... Какая разница, мы больше не встретимся.

Ламбер не думал замедляться. А парень озадаченно склонил голову и встал на месте.

— Кто ты? Когда успел поменяться? Ты уже не человек.

— А?.. — он невежественно склонил голову. Ламбер выхватил меч и оказался перед Алуанте. Тот озадаченно открыл рот. Цепочка, на которой висели часы, порвалась, они упали на землю, а на шее появилась открытая рана.

— А!..

Находившаяся в забытье Элизе широко открыла глаза и печально заговорила. Алуанте нагнулся и зажал шею.

— У-у... Что...

— С-стой! Это... Не так! Брат не такой! Поэтому!.. — Элизе развела руки, защищая парня. А взгляд Ламбера прошёл мимо неё и направился на Алуанте. Если парень сделает хоть что-то странное, он готов был сразу отреагировать.

— Ты... Что задумал?

Тут появились звуки шагов.

— ... Мечник в броне, что случилось? Что происходит? — это был следовавший за Ламбером Кройц.

— Быстро уходи! Я же сказал не соваться!

Мужчина выпустил миазмы и направил на Кройца. Тот задрожал и не мог отвести глаза с Ламбера. Но потом посмотрел на Алуанте.

— О-он... Похоже что-то не так понял... Хотя это наверное я виноват... — сказал парень и нетренированной походкой пошёл к Кройцу. Ламбер не думал, что Алуанте снова покажет себя с неуклюжей стороны, потому был застигнут врасплох.

И ничего не понимавший Кройц позволил ему приблизиться. И тут зазвучал голос, похожий на крик насекомого.

— М, что это за звук?

— Так кричат фрогги. Похоже ведь? — в руке говорившего парня оказалась колба. И целился он в Кройца.

Однако он не кинул колбу. Алуанте уронил её и отпрыгнул назад. А по месту, где он стоял, ударил мечом Ламбер.

— Довольно наивно. Сильнейший из генералов Органа упустил очередную возможность убить меня, — всё также улыбаясь, Алуанте смотрел на Ламбера. Не сводя с него глаз, он подался вперёд и встал на манер кошки.

— Потому Гриф и напал на тебя. Верно, Ламбер?

Кройц наконец понял, что с Алуанте что-то не так.

Но он не мог так просто сбежать лишь из-за того, что ему велели. Он направил рапиру на парня.

Алуанте жутко улыбался, наклонившись, он безустанно двигал бёдрами и плечами со странным темпом.

«Выглядит жутко... Но оружия у него нет. Если подберусь, смогу ударить до того, как он использует магию!»

Кройц собирался подойти, чтобы вонзить оружие в плечо врага. И тут в землю врезался огромный меч Ламбера. Кройц удивился и отскочил назад.

— Т-ты что?..

— Это не тот противник, против которого ты можешь сражаться! Он привык умирать! — крикнул Ламбер. Алуанте уже столько раз давал возможность себя убить. Потому мужчина ослабил бдительность.

Но на деле всё было иначе. Даже после того, как Ламбер чуть не убил его, он играл святую наивность.

— П-привык умирать?.. Это же чушь, такого быть не может. Я слышал про личей, но это же лишь сказки! Настоящих личей не существует! А если бы такой и был, он разрушил бы весь мировой порядок! — Кройц медленно посмотрел на Алуанте.

— Я... Благодаря профессии и прошлому знаком с магией такого рода. У магии, не дающей стареть, есть недостатки. Плоть начинает гнить, а сердце опускается до уровня монстра. Сохранить человеческую форму, дух и знание просто невозможно... Это очевидно.

Кройцу казалось, что Алуанте был вполне здоров, и с виду с разумом тоже всё было хорошо.

— «Невозможно» лёгким движением языка переходит в «возможно». Это лишь слова, которые помогают прикрыть невежественность. Позволяя ввести себя в заблуждение, истины не достичь. Ничего невозможного не существует, такое ведь невозможно, — Алуанте весело размахивал пальцем и цокал языком.

— Вы, солдаты, бросаетесь в бой на любого врага. Однако этого противника ты даже задеть не сможешь. Уходи, — объяснил Ламбер. Но Кройц не опустил рапиру.

— Но как командир «Глаза феникса» я не могу показать врагу спину!..

— Я взял вас с собой лишь для того, чтобы страна обо всём узнала.

— А?..

— То, что ты видел. Ты должен рассказать обо всём королевской семье. Это не просьба, а приказ. Враг один со мной не справится. Кройц, это ваше время. Но оставь это на меня.

Ламбер повернулся к нему спиной и направил огромный меч на Алуанте. И мужчина понял, что его защищают. Броня Ламбера всегда была такой огромной и прекрасной? На миг Кройц засмотрелся на его спину.

— Живее!

— Д-да! — отозвавшийся мужчина побежал к инвалидной коляске Элизе.

— Сопляк пусть уходит... Но девчушка моя!

Алуанте опустил руку на землю и точно зверь обошёл Ламбера и устремился к Кройцу. Ламбер двинулся вбок и взмахнул мечом. А парень перескочил через оружие и оттолкнулся от плеча мужчины.

— Мешаешься, неудачник.

— Это броня — доказательство верности. Не смей ступать на неё.

Огромный меч гнался за находившимся в воздухе Алуанте. Но тот в последний миг ушёл. А со стороны казалось, будто он его достал.

— О, быстро...

Потом был второй взмах и третий, мужчина атаковал место, где был Алуанте.

— С-стой, не убивай брата... — голос смотревшей на парня девочки дрожал. Алуанте идеально реагировал на удары, но не превосходил их. Любая промашка могла оказаться последней.

Четвёртый взмах, пятый, Алуанте отступал. Было ясно, что удары направлены не для того, чтобы поразить врага, а для того, чтобы не пропустить. В первую очередь Ламбер собирался позволить Кройцу и девочке сбежать.

— Хм, вот надоедливый. Вы, мечники, не понимаете нас, магов, но и мы вас не понимаем. Хотя мы жаждем знаний и ещё можем понять, — отскочив назад, Алуанте выставил вперёд палец. — Земля, коли!

Земля изменилась и три десятка игл на огромной скорости устремились к Ламберу. Убегавший Кройц краем глаза посмотрел на него и поразился. Если можешь вызвать магию такого масштаба мгновенно, мечники просто не нужны. Тебя пронзит до того, как ты подойдёшь.

— М-мечник в броне!..

Ламбер не отступал. Двигаясь вперёд, он уклонялся, не позволяя попасть в суставы, и взмахнул мечом, направляясь к Алуанте. Каменные иглы ломались, ударяясь об броню.

— Ха-а!

Под невероятными движениями Ламбера они обращались в песок.

Огромный меч двигался то вправо, то влево. И разрезал робу отступавшего Алуанте. Парень взялся за неё и восхищённо улыбнулся.

— Великолепно. Из-за того, что сутулился, совсем про одежду забыл.

Но и на его щеке оказалась кровь. Стерев её пальцами, глаза парня нервно дёрнулись.

Ламбер размахивал огромным мечом. Первое попадание разрезало робу, а второе зацепило щёку.

— И о чём ты забыл, получив эту рану?

Алуанте гневно уставился на Ламбера.

— Не зазнавайся из-за этого, Ламбер, жалкий пёс...

Кройц всё ещё краем глаза наблюдал за боем. Было не ясно, на чьей стороне инициатива. Движения обоих было почти не разглядеть.

— Кто же он такой?.. Неужели и правда Ламбер?.. — пробормотал Кройц и снова посмотрел вперёд, двигая кресло-каталку.

Алуанте обошёл Ламбера и последовал за Кройцем и Элизе. Однако здоровяк преградил ему путь огромным мечом.

Парень отпрыгнул назад. Ламбер продолжил теснить. Опустив руки на землю, Алуанте ловко уклонялся от меча, отходя назад. Но чем дальше он отступал, тем сильнее отрывались Кройц и Элизе.

— Мешаешься, исторический пораженец!

Всё в той же позе Алуанте вытащил колбу.

Внутри была жидкость с семенами фроггов. Он собирался бросить его в Ламбера, но огромный меч был возле головы, потому пришлось швырнуть куда попадя и отпрыгнуть в сторону.

Скрученный колесом парень подскочил и зло уставился на Лабера.

— Знаешь сколько чувств я вложил в это дитя?! Я с ней ещё не закончил!.. — договорив, он прищурился и посмотрел в сторону Кройца. — Хи-хи... Ну и ладно. Дам тебе умереть во второй раз и пойду за ними. И только, — высунув язык, Алуанте улыбнулся.

— Ты... Говоришь так, будто знаешь меня, кто ты такой? Я не узнаю твоих движений... — спросил Ламбер.

Во время войны почти не было магов, которые физически усиливали себя, обладали огромным боевым опытом и уникальной интуицией, тем более со стилем боя Алуанте.

Однако это наверняка была уловка или обман. Правда Ламбер не помнил таких движений.

Хотя он мог двести лет развивать свой стиль и от прототипа ничего не осталось.

— Я не такой как ты, Ламбер. Я не оказался в плену прошлого. Хотя тебе с твоим гнилым телом и доспехом, доказывающим верность господину, возможно этого не понять, — Алуанте снова цокнул языком и покачал указательным пальцем, провоцируя Ламбера. — Однако... Я удивлён, твоё мастерство ухудшилось. Я был не уверен, но теперь точно знаю. Лучше не надейся, что твой меч доберётся до меня.

Парень говорил так, будто уже победил. Ламбер держал меч и неподвижно смотрел на Алуанте.

— Хватит слов. Выходи.

Под ненавистным взглядом Ламбера парень поморщился.

— Интересно посмотреть, как долго будут длиться эти бесплодные потуги.

Алуанте нагнулся и рванул к Ламберу. Мужчина взмахнул мечом, а враг в прыжке пригнулся ещё ниже. Коснувшись руки Ламбера, он ещё ускорился.

Меч ударил прямо позади Алуанте. Парень повернулся к Ламберу и стал отступать вперёд спиной.

— Земля, круши! — он стукнул ногой по земле. И твердь под ногами Ламбера сломалась. Когда положение мужчины пошатнулось, Алуанте указал рукой на землю.

— Фальшивая жизнь, прорасти!

Он указывал на ранее разбросанные семена фроггов. С десяток семян разбухли, стали вдвое больше кулака и превратились в искусственных фроггов.

— У-э.

— У-о.

Существа стали бросаться на Ламбера. Живот одной растворился, и из него вытекала голубовато-белая жидкость. Видя это, Ламбер удивился.

— Это король магической кислоты!..

Магия определяет природу искусственных фроггов. В результате можно создать существ, наиболее подходящих под ситуацию. В этом и преимущество искусственных фроггов.

У этого существа была мощная кислота, отличающаяся от простого желудочного сока. И это была сильнейшая кислота, которую можно было создать алхимией, король магической кислоты.

Кислота, полученная из маны могла разъесть даже мифрил.

Чтобы заполучить её, нужны сложные процедуры и много маны. Получить нечто подобное на маленьком гомункуле даже Ламберу говорило о том, что перед ним невероятный маг.

Так как кислота для желудка фроггов была слишком сильной, они не могли прожить дольше десятка секунд. Потому они действовали как смертники, распространяя кислоту.

— Уэ-гу.

Тела прыгавших существ искажались, разбрасывая куски плоти, они взрывались.

— Растворите его!

Бело-голубая жидкость — король магической кислоты — пролилась на Ламбера.

Его броня была не из мифрила, а более прочного Органа, она не пропускала ману и могла даже ослабить эффект такой мощной кислоты.

Однако от проникновения в сочленения это не защищало. Стараясь уклониться, Ламбер угодил ногой в трещину в земле.

Это была слабость тяжёлой брони из Органа. Пока он вытаскивал ногу, не мог уклониться от взрывающихся фроггов.

— С королём магической кислоты надо обращаться осторожно. Земля, стань стеной!

Перед Алуанте появилась стена из земли. Теперь шанс попасть под воздействие кислоты для него сократился. Уйти от такого оружия непросто, эта кислота мощная и эффективная, всего одна ошибка, и от тебя самого ничего не останется.

— Ха-а-а-а-а-а!

Ламбер взмахнул огромным мечом и снёс потоком воздуха летевших на него фроггов. Существа и их кислота попали в стену и начали её разъедать.

— Опасно было. Но что это за движение... Совсем не то, что раньше... Ух!

Алуанте упал на колени. Его левый ботинок разъела кислота, там была бело-голубая жидкость.

— Чушь! Меня не должно было достать!..

Он стал возводить стену до того, как Ламбер взмахнул мечом. От кусков фроггов он должен был защититься.

«Н-нет, это стена не равномерно плотная... Попав в более тонкие места, кислота растворила их. Чёрт, вот же не повезло...» — думал Алуанте и тут заметил. Кислота будто специально попала в самые тонкие места на стене.

«Быть не может, он специально целился туда?! Отбил взмахом всех фроггов и направил в тонкую часть стены?!»

Ламбер пробил стену весом своего тела и нанёс два удара по диагонали. Алуанте двинулся влево и вправо, уклоняясь. А потом парень отпрыгнул, описав большую дугу.

— ... Ушёл? — пробормотал Ламбер.

Сменив в воздухе центр тяжести, парень быстро приземлился. Ламбер пошёл следом, а Алуанте продолжал отступать, при этом у него получилось увеличить отрыв.

Приземлившись, он нагнулся. Одним глазом парень посмотрел на свою повреждённую ногу и цокнул языком.

— ... Тц, изучение игрушки коту под хвост. Ладно, на этом хватит игр. Сложно сдерживаться против генерала Органа. Хватит глупостей. Пора быть серьёзным.

Алуанте вытянул руки.

— Сфера тепла, пребудь в моей руке!

Появились магические знаки. Вокруг Алуанте были пять светящихся сфер тепла.

Белые сферы отлетели от Алуанте и стали бить молниями вокруг. Светящиеся сферы управляли теплом, создавая ионизированный газ.

Расходились фиолетовые молнии. Сферы стали сердечником пяти плазменных зверей. Подняв головы кверху, они заревели.

— ... Я уже видел эту магию на пути сюда. Понятно, значит она твоя.

Ламбер вспомнил, что уже встречался с магией термической ионизации, когда вошёл в земли виконта Лагара. Пока мужчина осматривался, за ним пришёл старый маг Джилдом Джирейнас. Было похоже, что он восхищён кем-то. Возможно он был одним из немногих, кто знал истинную личность Алуанте.

— ... Раз ты маг термической ионизации, то скорее всего Теслагоз? Лично мы тогда не встречались... Но о тебе говорили, как об исключительном маге. Но вот уж не думал, что ты настолько жалкий человек. Всё же слухи врали.

На лбу появились морщины, глаза широко открылись, Алуанте угрожающе посмотрел на Ламбера. Сейчас он уже не выглядел добрым парнем, каким был раньше. Ламбер и сам не ожидал, что тот продемонстрирует свои эмоции.

— Да как ты смеешь сравнивать меня с этим глупцом! Мои гончие, сожрите его! — заревел Алуанте. Пять зверей из молний направились к Ламберу. Сам парень создал в руке ещё одну тепловую сферу и поспешил к противнику.

Мужчина взмахнул огромным мечом, уничтожая монстров. Одно, потом второе ядро разлетелось. Но третий зверь тут же восстановил свою форму и с открытой пастью бросился на Ламбера.

Мана, вложенная в зверей из плазмы, была совсем иной. Когда используешь всю силу, если бой затянется, ты можешь оказаться в невыгодном положении, однако Ламбер не привык иметь дело с таким.

У плазменных зверей было огромное сопротивление физическому урону. К тому же к моменту удара по третьему существу, сила удара уже уменьшилась. И вот результат.

— Ха-а!

Теперь Ламбер пошёл в лобовую атаку. Броня из Органа с сопротивлением к магии отшвырнула зверя из плазмы. Он упал на землю и покатился по ней.

— Бесполезные движения. Видишь, ты открылся.

В руке прыгнувшего Алуанте была тепловая сфера. Но куда больше чем ядро плазменных гомункулов и при этом она странно сияла.

Ламбер посмотрел в глаза парня, пытаясь угадать цель. Боевые инстинкты позволяли прочесть и понять намерения врага, как бы хорошо они ни были замаскированы. Он далеко ни раз и ни два сражался с магами, привыкшими убивать с первого удара.

Хотя глаза Алуанте были слишком бесчеловечными. Ламберу казалось, что его движения игнорировали человеческие инстинкты, будто парень не воспринимал себя как человека.

Ламбер отскочил в сторону, уходя от удара врага, и снеся зверя из плазмы.

Из сферы в руке Алуанте исходило фиолетовое сияние. Он ударил по месту, где стоял мужчина, и там осталась большая дыра. Попавший под удар зверь из плазмы исчез.

Ламберу было не остановить пучок света. Чтобы победить, надо было ограничить действия врага, а значит просчитать все его действия.

Два плазменных зверя стояли по бокам Алуанте.

— Хи-хи... Что и ожидалось от генерала Органа. Я двести лет оттачивал магию, и у меня нет соперников. Позволь сказать, я даже среди мудрецов являюсь сильнейшим, — сказал парень и хищно, по-звериному улыбнулся.

— ... Сложнее, чем я предполагал. Хотя бы лишь немного проворнее, — сказал Ламбер, а лицо противника скривилось от злобы:

— Хм, простое бахвальство...

— Кстати, ты и правда не Теслагоз, — мужчина прервал слова мага. — Как я понял, твой ученик Джилдом всё ещё изучает гомункулов молний. И если бы Теслагоз был всё ещё жив, было бы обидно, если бы он и через двести лет не закончил свои исследования.

Плазменные гончие Теслагоза хоть и использовались во время войны, но не обладали интеллектом, чтобы выполнять сложные команды. К тому же потребляли так много маны, что доступные варианты использования были ограничены. К тому же были непреднамеренные действия, и случалось такое, что даже великолепного мага убивала его же гончая.

Теслагоз собирался решить эту проблему, но был убит ещё до Ламбера.

Если бы он был жив, Джилдом не использовал бы незавершённого плазменного гомункула.

— Даже через двести лет ты можешь лишь играть с фроггами и используешь незавершённую магию термической ионизации в качестве козыря, ты жалкий клоун. Уж в таком случае... Действительно, с чего бы мне знать твоё имя.

— Ха-ха-ха-ха! Ничтожество! Всё, на что ты способен, глупая провокация! Будучи сильнейшим мечником, ты даже не можешь убить одного-единственного мага! Ламбер, тебе и правда как проигравшему очень идёт отшучиваться!

Кожа Алуанте лопалась, начала сочиться кровь. Тело не поспевало за огромным количеством маны.

— Сфера тепла, пребудь в моей руке!

В дополнение к двум магическим псам вокруг Алуанте появилось ещё пять. После чего парень воздел к небу левую руку. В ней была огромная сфера, излучающая странное сияние.

— Моя гордость мага, моё стремление к знаниям, ты ничего не знаешь и смеешь говорить такое, глупцы вроде тебя бесят меня сильнее всех. Пусть это слова смертника, но подобная провокация обойдётся тебе дорого.

Алуанте велел семи псам окружить Ламбера. Нападая со всех сторон и лишая возможности действовать, он хотел вновь атаковать его той мощной магией термической ионизации.

Конечно слова Ламбера вывели парня из себя, но он всё ещё холодно преследовал свою цель.

Бывший генерал не был предпочитаемым видом врага. Можно было конечно и убежать. Однако ему всё ещё хотелось провести здесь эксперименты над Элизе, к тому же Алуанте был уверен, что сможет сбежать.

Двигаясь хаотично, он был спокоен за свою жизнь. Потому парень и появлялся столько раз перед Ламбером совершенно беззащитный.

И потому пришёл к выводу. Если ударит изо всех сил, то сможет победить такого противника. Конечно он не считал, что полностью зажал Ламбера, но понимал, что тому уже непросто. Ему казалось, что если добавить её немного маны, то Ламберу с магическими псами не справиться.

Ламбер выступал против «Свистящего демона», а потому его надо было победить. Так что он рискнул и вызвал семь псов. Числом он зажмёт Ламбера и добьёт его магией термической ионизации. Именно так Алуанте видел их сражение.

Ламбер поднял меч повыше. Видя это, противник отступил на полшага.

— Ха-а-а-а-а!

Согнувшись, мужчина ударил мечом по кругу. Головы плазменных псов взорвались, но тела остались на месте.

— Всё же будет непросто...

Этих существ нельзя было уничтожить мечом. Так как физический урон они не ощущали, потому и урона они не получили. Даже если оружие разрушит форму, пока ядро в порядке, она восстановится. Благодаря силе Ламбера и способности Органа не пропускать ману первые ядра получилось уничтожить. А одним взмахом уничтожить сразу несколько ядер не вышло.

Но на миг их получилось остановить. Ламбер нанёс горизонтальный удар и уничтожил ядро пса, находившегося между ним и Алуанте. Разрубленное пополам существо упало и исчезло в свете.

Удивлённый такой скоростью противник отскочил назад. Движения стали быстрее, чем когда он уничтожал псов ранее.

Ступив на землю Алуанте подумал:

«... Уходить так далеко было ни к чему. Даже если бы он приблизился, гончие начали бы действовать и помешали бы ему. Это его давление? Нет, быть не может. Конечно Ламбер силён, но не так, чтобы переживать...»

Перед отступавшим Алуанте снова был поднятый повыше меч Ламбера. Глаза парня широко открылись. Странно, такого не может быть. Ламбер очевидно был быстрее.

— Б-быть не может...

Алуанте нагнулся к земле и скользящим движением ушёл от противника. Ему пришлось дёрнуть головой, чтобы уйти от меча.

Следовавшие за Ламбером магические псы прыгнули следом за ним. Мужчина описал круг, не подпуская Алуанте, и повернулся к существам.

— Чёрт... Зазнаёшься... Но что ты используешь? У тебя есть какие-то иллюзии с мечом? Магические уловки? Против меня они ничто...

Сразу два пса были уничтожены. Магические создания не могли поспеть за движениями Ламбера.

— Ух!..

Если Алуанте ничего не сделает, его псы менее чем через минуту будут уничтожены.

Ламбер нанёс удар мечом. Парень пригнулся и ушёл от врага. Уйдя, Алуанте провёл пальцем по щеке. Из раны текла кровь. Эта была ещё глубже.

«Он начинает поспевать за моими ненормальными движениями?.. Нет, лишь этим всего не объяснить... Его меч становится быстрее? Или же это я замедляюсь?»

На лице Алуанте впервые появилась тревога.

До этого момента преимущество было на его стороне. Огромный меч не доставал его, скорое уж магия парня теснила мужчину.

Его уникальные движения, основанные на чувствах и опыте, были предназначены, чтобы сражаться с мечниками, и со времён войны и до этого момента он не знал поражения. А теперь без всякой видимой причины Ламбер теснил его.

«... Слишком много неопределённых факторов. Без достаточного количества псов незаконченная магия не сработает. Однако я не готов использовать свой козырь здесь. Если моё бессмертие раскроют, королевство может принять меры».

Алуанте поднял руку вверх. В ней была тепловая сфера, испускающая свет. Однако Ламбер ушёл вбок, и его не достало.

Как бы быстра ни была магия, Алуанте понимал. Пока Ламбер может подгадать момент, он так и будет уклоняться. Набросившийся магический пёс получил свой удар, а потом и ещё один оказался перед мечом и был рассечён. Только недавно их было семь, и теперь снова остались лишь два.

«... Уйти? Это будет ещё опаснее».

Со спокойным лицом парень наблюдал, как остался лишь один магический пёс.

«Сопляк не сбежал далеко, я всегда смогу его поймать. Глупость какая-то, нет больше смысла торчать тут с ним».

Последняя собака так ничего и не смогла, попав под удар Ламбера. А Алуанте даже не думал вмешиваться.

«Я слишком уж горячо отнёсся к этому сражению. Его слова — это лишь бессмыслица, которую несёт всякий глупец. Я «Плетущий истину», я отбросил человечность и держу в руках вечность. Я стою перед ним и в то же время не существую...»

Ламбер направил меч на Алуанте.

— Закончил призывать магических зверей? За двести лет ты так ничего и не достиг. Пора бы сдаться и позволить времени взять своё.

Услышав это, парень выдал лишь «Ха» и рассмеялся.

— Ламбер, не в твоих силах танцевать на подготовленной мною сцене. Твои шутки лишь заставляют зрителей скучать. Я великий бессмертный маг, а ты лишь рыцарь из груды костей, между нами небо и земля, тебе далеко до моей роли. Ты не можешь справиться со мной в истинном смысле слова.

— Не понимаю, о чём ты.

— А, вот как. Будто ты, существо с дрянным телом и гнилой маной, мог что-то понять? На этом мы закончим сражение, — наигранно говорил Алуанте. В отличие от жестов, лицо оставалось бесстрастным.

— Сфера тепла, пребудь в моей руке! — произнёс он заклинание, появилось тринадцать магических символов и столько же сфер. Совсем не то количество, какое было ранее. Ламбер оттолкнулся от земли и направился к врагу.

Тело Алуанте содрогнулось. Парень застыл, а потом встал в привычную позу.

— Хм, перебрал с использованием маны. Вот тебе сувенир от меня... Как следует насладись.

Тринадцать сфер покрылись молниями, превращаясь в зверей. И все они напали на Ламбера.

— Ух!..

Меч мужчины вонзился в самое первое существо. Однако он поспешил с желанием сократить число, потому дал другим монстрам шанс. Пёс налетел на Ламбера, понял, что прокусить не выйдет и просто врезался. Мужчина продолжал стоять, его лишь оттеснили назад.

«Одними магическими псами нанести урон сложно, но чтобы выиграть время, этого хватит», — смотря на Ламбера, Алуанте хмыкнул.

— Ха-а-а!

Мужчина взмахнул мечом по кругу, но существ это остановило лишь на миг, добить их не вышло. Фиолетовые молнии восстановили их. Ламбер собирался добить одну собаку, но на него прыгнула другая, и пришлось отступить.

— Радуйся победе, жалкий предатель. Если тебя не одолеют другие мудрецы, может мы и встретимся. Но вновь видеться с таким безвкусным и раздражающим мужчиной мне не хочется...

— Ничтожество, оправдывающее побег. Это недостойно поля боя! Моя оценка Теслагоза сегодня упала, — сражаясь с собаками, Ламбер ответил Алуанте. И это казалось странным.

— ... Снова за старое. Пытаешься разговорить меня, чтобы узнать имя? Дешёвые трюки и провокации, — Алуанте замолчал.

Внутри он кипел, но дальше разговаривать было бессмысленно. С самого начала Ламбер делал это, чтобы выяснить, кто такой Алуанте.

— Ты не знал? Теслагоз говорил, что для него бестолковые ученики тоже не имели значения. Скорее всего ты выжил, потому что всем было на тебя плевать. Все знают, что жизнь хрупка, и многие маги жаждут бессмертия. Но ты первый, у кого было столько времени, и кто ничего не добился, — теснимый псами Ламбер снова провоцировал врага. И эти слова что-то переломили в Алуанте.

«... Магические псы действуют довольно эффективно. У меня точно получится его убить. Я не собирался это использовать, но он попрал мою гордость, и я не могу смолчать и уйти».

Всё такой же спокойный он наблюдал за сражением Ламбера.

«Раз он так хочет увидеть результаты моих исследований... Почему бы не показать их ему? Пусть удивится и испытает сожаление. Зря он меня провоцировал».

Алуанте повернулся к Ламберу спиной. И тут множество магических знаков накрыло всё его тело.

— Ламбер, скажу тебе кое-что напоследок.

Ламбер не ответил. А парень считал, что тот слишком занят магическими псами и ему некогда.

— Тебе лучше сдохнуть!

Всё тело Алуанте покрыли молнии. И одна молния размером с человека налетела на Ламбера.

В этом свете можно было увидеть обезьянье лицо старика. Рука из молний потянулась к Ламберу. Свет встретился с мужчиной, и Ламбера отнесло назад.

Задетого магического пса подбросило в воздух, после чего он исчез. Земля была вспахана, а пространство точно искривилось.

Сгусток света приземлился на расстоянии от Ламбера. Это то, что сотворил Алуанте, «Плетущий истину», цель всей магии термической ионизации, «Эктоплазма».

Он ионизировал ману, являющуюся энергией жизни, и перевёл в другое состояние, покинув оболочку, он летал в форме маны. К тому же если заранее подготовиться, можно стать маной, забрать чужое тело и управлять им.

Вырвавшийся из тела «Плетущий истину» благодаря магии двигался невероятно быстро. Он был наделённой волей молнией.

С маху магию было не распознать, и противник ничего не мог сделать в ответ, ничего не понимая, оставалось лишь умереть под ударом стремительной молнии. К тому же Ламбер сражался с магическими псами, потому никак не мог ответить... Как предполагалось.

— Наконец вышел.

Вонзив меч в землю, Ламбер поднялся.

— Как ты попал по мне?.. — испускающий фиолетовые молнии «Плетущий истину» поражённо застыл. Правый бок был разрезан огромным мечом.

— Ты не был добропорядочным жителем Региоса. В отличие от того юнца.

Взгляд Ламбера был направлен на Алуанте. Он лежал на земле. И похоже подниматься не собирался.

— Вот у нас и появился зритель. «Плетущий истину»... Нет, худший ученик Теслагоза, Шарероб.

... Двести лет назад во время войны в лаборатории королевских магов Макюраса.

«Господин Теслагоз! Посмотрите! Теоретически это вполне возможно! Если ионизировать и стабилизировать ману в теле... Можно отказаться от тела, не получать ран и стать неуязвимым магом!» — горячо объяснял учителю небольшой мужчина по имени Шарероб: «Вы конечно отрицаете, но всё можно компенсировать! Когда я, Шарероб, берусь за дело, всё получается! Если вы покинете тело и будете летать по полю боя, рыцари королевства Региос будут не страшнее червей!»

Шарероб говорил полный энтузиазма, а Теслагоз не проявил интереса.

«... Ты так и не понял, Шарероб? Я не говорил, что это невозможно. Я сказал, что это возможно реализовать. Однако я упомянул, что такая магия не пригодится стране».

«Что вы говорите?! Чтобы победить королевство Региос, мы не можем ограничивать себя в средствах! Так говорят обо всех новаторствах в магии! Вы должны понимать это как никто другой!»

«Война уже подходит к концу. Королевская семья пока этого не признала... Но королевство Макюрас не сможет победить. И твоя магия не будет завершена. Не привноси в будущий мир больше печали. Твоя магия лишь навредит ему».

Чем дальше продолжался разговор, тем больше лицо Шарероба хмурилось. В итоге он покраснел и разозлился.

«Ваши слова — это предательство! Господин Теслагоз! Я не ожидал услышать от вас этого! Я всё слышал!»

«Ты будешь летать по замку, пока тело будет лежать где-то на поле боя всё израненное, но это никуда не годится. Мне с самого начала не нравился ход твоих мыслей... Ты слишком предвзят. Хотя если магию завершить, даже ты сможешь сражаться...»

«Это не имеет значения! Вы просто подменяете слова, пытаясь уйти! Да, я понимаю! Вы боитесь! Боитесь, что ученик вас обойдёт! Хотите, чтобы все и всегда вас называли гением!»

Внезапно Шарероб перешёл на крик. Другие маги наблюдали за ситуацией с расстояния.

Мужчина сказал это в сердцах, но уже много раз было такое, что он лежал на поле боя израненный и не мог подняться. Даже среди магов со странным ходом мыслей в некоторых вещах Шарероб обходил даже их. Но сегодня он вёл себя ещё страннее.

«... Меня беспокоит то, как ты всё понимаешь».

«Тогда скажу, что думаю! Вы считаете это ошибкой, не признаёте меня, перевираете и отрицаете, почему?! Я лишь хочу привести эту страну к победе! Неужели мой учитель, господин Теслагоз перешёл на сторону Региоса?! Остаётся думать лишь так! Это самый очевидный ответ!»

Шарероб достал палочку и направил на Теслагоза. Он даже сам не знал, использует ли её.

«Шарероб, опусти...»

До того, как Теслагоз успел его остановить, один из наблюдавших магов пустил в спину Шарероба огненную сферу. Человек, раненый на поле боя, не мог избежать этого. Пламя начало расходиться по телу, мужчина закричал и стал бегать.

... Заключённый в тюрьму Шарероб пропал, а Теслагоз был убит через неделю после этого дня. Более имя мужчины не мелькало в истории королевства Макюрас.

Один из мудрецов, «Плетущий истину» Шарероб посмотрел на свой бок. После удара меча Ламбера плазменное тело частично растворилось. Но он продолжал восстанавливаться.

— Т-ты... Не может быть!.. — маг так и не договорил. Он всё понимал, но признавать не хотел. Ламбер провоцировал его и сражался не всерьёз.

Любой маг гордится своими исследованиями, это понимал и Ламбер. У противника был козырь, потому он лишь указывал на то, что Шарероб лишь пародия на Теслагоза.

Маг не так легко поддавался на провокацию. За двести лет он стал чудовищем, смотрел на старого себя свысока и считал новым существом. Но его враждебность к учителю не могла быть просто проигнорирована.

— Признаю, я поддался на твою глупую провокацию. Но если я избавлюсь от тебя, никаких проблем не возникнет!.. Моё тело из плазмы не падёт. Ты пожалеешь, что спровоцировал меня... Тебе не сбежать!..

Шарероб снова бросился на Ламбера. А звери из молний окружили мужчину и атаковали его.

Ламбер сразу же ушёл из окружения. Два магических пса оказались подброшены в воздух, их тела растворились.

«Его боевые инстинкты превосходят мои... Опасно ли нападать сейчас, когда он вырвался?..»

Шарероб свернул с пути и попытался избежать прямого столкновения.

И у него получилось. Однако сразу после этого огромный меч ударил мага по спине.

— Гха!

Сбитый на ходу, он упал, но тут же поднялся, скользя по земле, Шарероб посмотрел на Ламбера.

— Не может быть!.. Ты не мог поспеть за мной!

— Похоже ты не можешь контролировать собственное тело.

— Ты просчитал мои движения, предсказал, как я буду уклоняться и напал?.. — сказал маг. Ламбер ничего не ответил.

Гордостью Шарероба были инстинкты, не уступающие опытным мечникам. Потому он мог даже сражаться с мечниками в ближнем бою.

Но инстинкты Ламбера значительно превосходили его собственные. Пусть он уже лишился титула, но Ламбер не просто так стал сильнейшим мечником Региоса и генералом Органа.

— Н-невозможно! Будто такое может продолжаться!

Шарероб снова бросился на Ламбера. Не входя в радиус удара, он обошёл его по кругу и напал со спины. Движение было как вспышка молнии.

Он должен был достать Ламбера... Как сам предполагал. Вытянутая плазменная рука была перерезана.

— Почему?.. — пробормотал маг.

— Тело из плазмы несокрушимо?.. Это преувеличение. Лишишься ли ты всех сил и исчезнешь или же я упаду без сил, за кем из нас будет победа?

Под давлением Ламбера Шарероб застыл. Однако когда он увидел, как противник уничтожил двух плазменных зверей, пришёл в себя и отступил.

— Н-недооцениваешь меня... Ты допустишь ошибку и откроешься!.. Это и будет твоим концом! Твой меч не навредит моему телу из плазмы! Зато я разорву твою гнилую плоть под этими доспехами! — кричал маг, готовясь к бою. На плазменном лице была тревога. Он не ожидал, что дойдёт до такого. Сражаться с Ламбером было слишком сложно, ему стоило сбежать.

Даже если за ним бы последовали, он мог прикрыться Алуанте, а сам уйти. У него были и средства, и возможности для этого. Однако он использовал свой козырь, Ламбер воспользовался его гордостью и отрезал пути к бегству.

— Выставляешь меня дураком...

Шарероб нагнулся. И шесть оставшихся магических зверей окружили Ламбера.

— Похоже ты так ничего и не понял, — взглянув на формацию, созданную противником, мужчина холодно ответил.

— Чушь!

Все магические псы бросились на Ламбера. И вместе с тем Шарероб приблизился на расстояние удара.

«Ну, и откуда ты ударишь?! Я успею отреагировать и убью тебя!..»

Магические звери оказались в радиусе попадания огромного меча. Ламбер всё ещё не двигался. Клыки и когти были готовы разорвать его. И всё же мужчина оставался неподвижен. Существа вцепились в его руки и ноги.

Удерживая меч, он наконец им взмахнул. Мужчина оказался в центре торнадо. Эклектический свет собак растворился.

— У-ух!..

Ламбер собрал всех псов и уничтожил ядра разом.

Если Шарероб окажется достаточно близко, то тоже не сможет уйти. Ему оставалось лишь атаковать. Миг, и прямо в центре тела Шарероба появился разрез.

— У-а-а-а-а-а-а!

Разрубленное вертикально тело упало на колени на расстоянии от Ламбера. Какое-то время контуры ионизированной души сохранялись, а потом стали терять форму. Сгустки ионизированной маны упали на землю и растворились.

— М-моя душа растворяется и исчезает... О-однако... Я, я ведь живущий вечно «Плетущий истину»!.. Я не могу исчезнуть здесь!..

Части соединялись, то, что он потерял, восстанавливалось за счёт других частей.

— Я-я ещё...

— Куда ты смотришь?

Шарероб поднял голову, позади стоял Ламбер с поднятым мечом. Он продолжил наносить невероятно мощные удары. Без жалости и компромиссов он продолжал рубить. Каждый такой удар мог разрубить обычного человека с его доспехами. Очертания Шарероба стали искажаться.

— А-а, а-а-а-а-а-а-а-а!

Он взмахнул руками перед собой. Огромный электрический столб упал на землю. Потом в Ламбера попал второй и третий удар. Оторвавшись от врага, маг прекратил атаковать.

— Не может быть, просто не может... Я оставил плоть, и простым атакам меня не взять, я бессмертное существо! Я превзошёл учителя, я величайший маг в истории! Я, я, здесь... Это генерал Органа, Ламбер!..

— Больше тебе не до игр, бей в полную силу.

Лишь сейчас Шарероб окончательно осознал, что его зажали. Даже когда понял, что в теле Алуанте ему не победить, даже когда клюнул на уловку и использовал свою магию, даже когда лишился руки, маг думал, что как-то сможет справиться. Он считал, что его «Эктоплазма» идеальна.

Шарероб планировал убить Ламбера, а потом снова скрыться. Он был уверен, что сможет сражаться. И вот осознал, что стоит на краю обрыва.

Меч был ни на что не способен перед «Эктоплазмой». Только если это не меч Ламбера из Органа.

— Моё величие! Я продемонстрирую тебе магию, превзошедшую учителя! Ты исчезнешь из этого мира, Ламбер! — Шарероб размахивал руками.

Десятки тепловых сфер извергали молнии и порождали плазменных зверей. Свет от тела Шарероба побледнел, а сам он стал прозрачным.

— Ва-ха-ха-ха-ха-ха! Я использовал лишь половину своей силы! Вот теперь буду серьёзен!

Стая магических псов бросалась на Ламбера. Мужчина разрубил существ справа, а от тех, что были слева, просто уклонился. Тех, кто был перед ним, он снёс тупой стороной меча, кто уцелел, отлетели в своих товарищей.

— Великолепная техника меча! Было смешно слышать, что на войне ты считался сильнейшим, но похоже такая оценка не была преувеличением. Однако насколько тебя хватит? Использовав всю силу, я уничтожу тебя! Раз ты не можешь меня добить, этот факт уже определил победителя! Больше ты ко мне не подберёшься!

Ламбер рубил магических псов, и тут в место, где он стоял, ударил электрический столб. Мужчина отскочил назад, и его окружили ещё четыре столба.

— Попался!

Там, где стоял Ламбер, ударила молния. Она угодила прямо в него. Однако Шарероб не расслаблялся.

— Ещё один удар!

До того, как пришёлся второй удар, Ламбер вырвался из электрической тюрьмы и одним взмахом разрубил трёх магических псов. Лезвие рассекло землю, подняв пыль.

Шарероб готовился. Враг мог скрыться за завесой и подобраться. Как маг и подозревал, тот появился из-за облака пыли, отбрасывая магического пса перчаткой.

Он выбрал путь, где врагов было поменьше, и приближался. Но это Шарероб направлял его этим маршрутом в свою ловушку. Если сузить доступные направления, можно успеть отреагировать.

Один миг мог отделять их от победы. Один удар молнии пока не позволил одолеть Ламбера.

— Этот удар — доказательство того, что я превзошёл Теслагоза!

Ламбер растворился в спышке молнии.

— Это ещё не всё! Я не собираюсь останавливаться!

Пронзив брюхо пса, находившегося рядом с магом, появился огромный меч. А сам Ламбер до сих пор был внутри молнии. И всё же.

— А?..

Не способного сбежать Шарероба проткнули. В его груди появилась огромная дыра. Ионизированная мана уже и так была рассеяна, а теперь он использовал масштабную магию и был на грани исчезновения. Свет угасал, а рана в груди становилась лишь больше.

— Быть не может... Ты метнул меч в той пыли... Показался мне, чтобы отвлечь внимание!

Магические псы были скорее прикрытием. Они скрывали огромный меч и приглушали его звуки. Нацелившийся на Ламбера Шарероб не замечал брошенного оружия до того, как оно оказалось прямо перед ним.

— Н-не хочу исчезать, не хочу исчезать! Я, я, живущий вечно мудрец «Плетущий истину»!.. Я величайший маг в истории!

Его тело разрушалось. Его рука рассыпалась, становилась тоньше и утрачивала свою форму. Это происходило со всем его телом.

Вставший позади Шарероба Ламбер вытащил из земли меч и разрубил разрушавшееся тело из ионизированной маны. На теле остался след, белая мана застыла, покрылась трещинами и стала рассыпаться.

Меч вонзился в спину пытавшегося уползти мага и прибил к земле. Тело развалилось на части и стало растворяться.

— Отпусти, отпусти!.. Точно! Если я умру, жизни десятков тысяч моих подопытных окажутся потраченными зря! Ты их убьёшь! Ты, да, ты убьёшь! Ты, ты! Демон-кровопийца!

— Придумал себе такое громкое прозвище, а логику сплести мозгов не хватает?

Не прекращавшее движений лезвие срубило голову. Она покатилась по земле. Но губы продолжили двигаться, а слова вырывались изо рта.

— Я не должен здесь умереть! Я должен стать ещё более ценимым и великим магом! Да, тем, кто превзойдёт моего учителя Теслагоза! Меня должны признать и почитать... Так почему...

Меч пронзил его лоб. Шарероб исчез окончательно.

Расставшись с Ламбером, Алуанте смог догнать Кройца и остальных. Вместе со своими людьми он защищал детей и направлялся в город виконта Лагара Куран. Они покидали шахтёрский городок Тетомбурк.

Кройц первым заметил Алуанте и направил на него рапиру.

— Т-ты!..

Это было логично. Кройц видел, как Ламбер сражался с руководителем алхимиков «Ангела смерти» Шареробом, который вселился в тело парня.

Мужчина, когда встретился с подчинёнными, узнал, что он безжалостно убил вражеского мага Джиджока и разговаривал очень жутко. Другие солдаты с запозданием увидели парня, вспомнили, как умер маг, на лицах каждого появился страх, когда они доставали оружие.

— ...

Алуанте встал перед Кройцем.

— Я-я... ну...

Видя лица солдат, он даже слова оправдания потерял. Все выглядели напуганными и озлобленными.

— Забирайте детей и быстро уходите! Разбегайтесь! Простите, но всем не уйти! Пять минут! Я сделаю всё возможное и выиграю вам пять минут! Больше не смогу!

— Г-господин Кройц...

Увидев только лицо Алуанте, все начали паниковать.

Действий Шарероба хватило, чтобы довести их до такого состояния. Пока парень не мог подобрать слова в противовес готовым бежать солдатом, кто-то вышел вперёд.

Крутя колёса инвалидного кресла, Элизе ехала вперёд. Она обошла готового к бою Кройца и приблизилась к Алуанте.

— ... Брат, это ты? Не тот страшный человек, а ты, брат Алуанте?

— Элизе...

Кройц поспешил за девочкой, чтобы её остановить. Но она начала рыдать, и мужчина остановился.

— Я знала. Всё же это так... Слава богу, я верила... Мне было страшно, но я верила, что тот человек — это не брат...

Кройц с интересом наблюдал за ними. Стоит ли ему поверить словам Элизе или же скорее уводить её? Сейчас Алуанте напоминал простого слабого парня, неужели это тот жуткий человек, с которым сражался мечник в броне?

Вообще доверять Алуанте не стоило. Мужчина не видел, как он сражался с Ламбером. Парень может забрать Элизе, а Кройца превратить в насекомое. Если он станет серьёзным, мужчина не знал, сколько сможет ему сопротивляться, но просто так сдаваться не будет. Хотя отношение Алуанте и Элизе явно выходили за грань его предположений.

Что они дальше сделают и что будет — вот что ему было интересно.

Потому он и не успел отреагировать.

Внезапно в воздухе появился красный крест размером с человека. Это был покрытый пламенем кусок стали. И он спускался прямо на не способную сражаться и беззащитную девочку. Лицо стоявшего и смотревшего вверх Алуанте скривилось. Он оттолкнулся от земли и прыгнул вперёд.

— Элизе!

Крест падал. Явно быстрее, чем его тянула гравитация, он собирался раздавить тело девочки. Если попадёт, то раздавит и сожжёт, не оставив от неё ничего.

— А?..

Ощущая жар и слыша, как что-то разрезает воздух, Элизе посмотрела вверх. Она не понимала, что на неё что-то падает. Увидев Алуанте, она думала, что на этом неудачи закончились.

Она знала, что пострадала от побочных эффектов эксперимента. Потому, пусть она и была ребёнком, понимала, что ей осталось недолго. Она не думала, что кошмар когда-нибудь закончится.

Алуанте прыгнул, вытянув руки. И толкнул коляску. Коляска отъехала, а девушка упала.

Оказавшаяся на земле Элизе задрала голову. На Алуанте падал горящий крест. Парень был рад, и всё же грустно улыбался.

— Брат... — девочка вытянула руку. Но достать не могла.

Алуанте уже был готов. Пусть он и был в плену, но точно не в качестве жертвы. Как алхимик «Ангела смерти» он помогал в исследованиях.

Парень оказался полезен для Шарероба, он использовал его в качестве удобного вместилища для «Эктоплазмы». И Алуанте, будучи магом, знал, что это не самая хорошая магия.

Её нельзя было придавать огласке. Играя свою роль, он не мог легко заслужить доверие. Пусть под угрозами, он всё же помогал «Ангелу смерти».

Алуанте считал, что в итоге его станут судить. Потому он был благодарен судьбе, что мог защитить девочку и умереть здесь. И всё же ему хотелось сопровождать её на жизненном пути.

Парень приподнял голову. Он увидел на крыше здания человека с глазом — символом церкви, и в робе.

Позади него был паривший гигант с шестью крыльями, тремя головами и дырой на всё лицо, у которого не было нижней половины тела. Одна верхняя часть тела была в высоту пять хейнов. Знакомый с магией призыва Алуанте понял, что это существо из другого мира.

И тут огромный меч попал прямо в самый центр креста. Тот сместился и глубоко вошёл в землю. А рядом в неё же вонзился меч.

— А?..

Прямо перед ним огромный меч вытащили из земли.

— Скорее бегите. Они собрались уничтожить все результаты исследований, прежде чем они покинут это место. Даже как покинете это место, не останавливайтесь. Я не представляю, как далеко они будут следовать за вами.

— Ч-что?! Как же так...

— Только ты можешь её защитить. Не смей выбирать лёгкую смерть.

— ... М.

Парень поднялся и покатил кресло Элизе.

— М-мечник в броне, что происходит?.. — спросил поражённый Кройц.

— Долго я против них не продержусь. Больше никаких разговоров.

— С-с этим даже ты не справишься?!

— Не с этим. С ними.

После этих слов вокруг зазвучали взрывы, из окон вырывалось пламя. Тут и там появлялись люди в чёрных одеяниях, прятавшие лица.

Среди них был человек в маске и одежде с большим количеством узоров, скорее всего он был командиром.

Всего их было тринадцать.

— «И-инквизиция»! Они пришли уничтожить всё в Тетомбурке?!

Сильнейшие маги в стране и худшая из организаций. Пусть здесь были военные, уступать они не собирались.

— Живо бегите! Мне тоже со всеми ними не справиться! — прокричал Ламбер. Теперь Кройцу было не до Алуанте.

— Прости, мечник в броне! Когда-нибудь я верну долг!

Повернувшись к убегающим спиной, Ламбер приготовился к бою.

— ... Конечно простыми средствами не выстоять против магов, нарушающих запреты и плюющих на законы мира. Я и сам это прекрасно знаю. Но их методы я признавать не собираюсь. Мой ответ, даже если меня будет ждать смерть, останется прежним.

Маги «Инквизиции» не двигались. После того, как он снёс своим мечом горящий кусок металла, они были начеку.

— Убивать их надо лишь для того, чтобы защищать простых жителей. Нет оправдания тем, кто забыл свои убеждения. Нападайте разом, на всех меня не хватит, но я составлю вам компанию.

Как по сигналу, маги стали приближаться к Ламберу. Огромный трёхглавый дух занёс руку. Над головой мужчины загорелся ещё один крест.

После инцидента в шахтёрском городке Тетомбурк в землях виконта Лагара прошло несколько недель.

Алуанте вместе с детьми покинул эти земли и жил в приюте в глуши.

— Господин Алоис, мне бы хотелось, чтобы вы съездили в деревню за покупками.

— Да, хорошо... Мне надо отойти.

Алуанте позвала директор приюта, Хайди, и парень улыбнулся детям, помахал рукой и направился к ней.

— ... Что такое, госпожа Хайди? Не часто увидишь вас такой...

— Нет... Просто подумала, что раньше вы были симпатичным. Бедный... — вздохнув, она покачала головой. — Ах... Простите, это было грубо.

Прикрыв рот, она поклонилась. Парень неуверенно улыбнулся и коснулся бинтов на лице. В отличие от детей ему с именем и лицом пришлось сложнее. В качестве предосторожности он обжёг лицо, завязал его бинтами и использовал имя Алоис.

Магические знания и основы медицины высоко ценились, потому он мог жить и работать в приюте. Изначально из-за шрамов другие дети его боялись, но в последнее время их реакция полностью переменилась.

Самым взрослым детям, которые сбежали из Тетомбурка, было четырнадцать лет, а те, кто прошли через подготовку Тонирейла были невероятно подготовлены для своего возраста. Они выбрали лидеров из старших, разбились на группы и благодаря помощи командира рыцарей Кройца смогли затеряться где-то в стране.

Алуанте думал, что лучше всего было вернуть их родителям, но многих их родные с радостью продали за сумму, предложенную правителем. И это стало для них серьёзной травмой. И так как «Инквизиция» преследовала жертв вроде Элизе, было опасно оставаться в землях виконта Лагара.

Алуанте и остальным удалось сбежать, но его и других детей всё ещё могли искать. С другой стороны, если они сбежали из земель, выискивать их дальше вряд ли станут.

Ещё «Инквизиция» преследовала «Свистящего демона». Парню казалось, что в данном случае было глупо пытаться отыскать ещё и каких-то жертв, которых они упустили. Да и не могли они рассчитывать на большее, чем у них уже было.

Пока в приюте проходила подготовка к поездке в деревню, Алуанте думал:

«Получилось ли у того человека в броне сбежать?..»

Пока они перебирались с места на место, Алуанте узнал о кое-каких слухах, «Инквизиция» сожгла шахтёрский город Тетомбурк магией, а потом уничтожила несколько строений в центральном городе самого виконта Лагара.

Говорят, там видели горящий крест, и Алуанте сразу вспомнил, что случилось прежде чем они покинули Тетомбурк. Это значило, что «Инквизиция» пережила встречу с мечником в броне.

Люди возмущались, ведь действия «Инквизиции» могли быть расценены как злодеяния, но возглавлявший их кардинал Ваназ не принял никаких мер в отношении этого. Похоже, что это вообще не считалось никакой проблемой.

«Так, приготовления завершены...»

Алуанте собрал свой багаж в предоставленной ему пустой комнате и накинул плащ. Когда он открыл дверь, его окликнули.

— Брат, уезжаешь? Счастливого пути.

Это была девочка, вместе с которой он прибыл в приют, Элизе. Она остановила инвалидное кресло и улыбнулась.

— Да, я поехал, — за бинтами можно было увидеть улыбку Алуанте.

Начальные иллюстрации

На территории королевства Региос до сих пор есть неисследованные земли. Если магическое поле сильно искривлено, там постоянно появляются сильные монстры и не могут жить люди. И такие места становятся убежищами для тех, кто не может явить себя в открытую. Но это только при условии, что они могут защитить себя от сильных монстров.

Огромный лес, который занимает приблизительно восьмую часть королевства, «Огромный лес людоедов» как раз их таких. Из-за сильного искривления в центре, он считается одним из опаснейших мест в стране. Лишь немногие авантюристы заходят туда неглубоко, но никто не отваживается уйти дальше и встретить троллей, в честь которых и был назван лес.

Был маг, который обосновал свою базу в глубине «Огромного леса людоедов». Его звали Реал. Жил он более ста пятидесяти лет назад и был за пределами человеческого существа. В качестве своего убежища он использовать отстроенную гробницу короля, чья страна погибла тысячу лет назад.

Там на алтаре есть прозрачный рудный цилиндр. Внутри него синяя жидкость, в которой плавает голова старика. Это и есть Реал. Каждую комнату его мрачной гробницы охраняют мёртвые солдаты.

Безумие настигло Реала исключительно из-за страха смерти. Суть этого мира — вечный сон, для которого все равны. Его страшило никогда больше не проснуться и страдать от боли и одиночества вечно. Целью его стала вечная, неразрушимая жизнь.

По ступеням к алтарю, где покоится Реал, поднялась женщина. Точно кукла она опустилась на колени и направила свои пустые глаза на голову.

— Докладываю, господин Реал.

Его подчинёнными была нежить и люди, которым промыли мозги с помощью магии. Нежить ловила людей, приходивших в лес, а те заманивали других людей, увеличивая численность его армии. Под его контролем находилось более двухсот человек. Если учитывать всё время, то жертв было больше тысячи.

Освободиться от магии промывки мозгов несложно. При постоянном использовании магии, её эффект ослабевает и она перестаёт действовать. Но Реала не волновала нагрузка на мозг, из-за страха утечки информации, когда магия переставала действовать, память стиралась, потому даже если человек освобождался от промывки мозгов, ему было сложно вернуться к старой жизни.

— Помимо падения подземного лабиринта Айнзас нет никаких следов ведьмы Домилионе.

«Я не думал, что с этой ведьмой будет так просто, но похоже, что всё так... Хм, она была достаточно самоуверенной и поселилась недалеко от города».

В ответ на слова женщины прозвучали мысли Реала.

— Мудрецы «Свистящего демона» «Улыбающийся шут» и «Плетущий истину» скорее всего погибли в Тетомбурке. Мы осмотрели следы, но не нашли ничего полезного. Церковь уже всё зачистила.

«... Включая «Трупного старика» мы потеряли уже троих мудрецов. И один из них «Плетущий истину» один из четырёх, кто уже долгое время занимал своё положение», — голос Реала был поражённым.

— И ещё... Недавно вошедшие в состав мудрецов «Принцесса и Рыцарь», на них пока до сих пор не так много информации. Похоже они лично не встречались ни с одним из мудрецов. Возможно само их существование — обман. Тогда выживших лишь четверо. В последнее время мы были слишком активны... Стоит какое-то время воздержаться от заметных шагов.

«Даже если захотят, уйти они не смогут... В итоге в этот раз ничего нового. Можешь уходить».

— Нет, есть ещё кое-что...

Женщина подошла ближе к колонне.

«Что? Эй, отойди... Тут установлены магически знаки, которые не должны никого подпускать ко мне. Не подходи... Стой, остановись!»

Выражение на лице женщины изменилось. Глаза прищурились, края губ приподнялись.

«Нежить, убейте её!»

Стоявшие в стороне и разлагавшиеся воины набросились на женщину. Её задушат, покусают и разорвут. Так должно было быть.

Глаза женщины становились мутными, тело начинала заливать красная кровь. Вокруг неё на полу стали появляться магические знаки. Нежить сразу же упала и, неподвижная, зарычала в агонии.

«Ч-что... Мх, охо...»

Синяя жидкость в цилиндре поменяла цвет с голубого до тёмно-синего. Реал не мог вытерпеть боль от того, как его тело разъедает, его глаза закатились.

«О-о, огхо... П-почему... Почему... Что происходит?»

Перед страдавшим Реалом предстали люди в чёрных робах. Лица всех были закрыты, и только лицо невысокой девушки не было скрыто. Однако её глаза были завязаны, на повязке были нарисованы глаза и символы религии Хайнс.

Подол и рукава робы девочки были длинными, подол ей буквально приходилось тянуть за собой, а руки были полностью скрыты. Вместо двух милых золотистых хвостиков больше внимания привлекала её странная внешность.

— Барьер, который мешает мане. Йохан сказал, что может появиться Гиена, и я отправилась проверить, как дела в Тетомбурке, а добыча появилась даже больше ожидаемого. Извиняюсь за позднее представление, я епископ церкви Хайнс, член инквизиции, одна из четырёх святых столпов Филиппа.

Филиппа использовала магию, жертвующую человеком и нарушающую движение маны внутри барьера. На магию требуется много маны, но если на теле жертвы заблаговременно нанесены символы, мана будет высосана из него и произойдёт активация, даже если жертва — обычный человек, эффект может быть достаточно хорошим.

Справиться с барьером, препятствующим активации магии непросто, надо жертвовать людьми, процедура усложняется, и процесс становится куда сложнее. Магия, которая забирает силы у других, запрещена, и во всём Региосе только Филиппа могла справиться с таким высокоуровневым барьером.

Реал поддерживал свою жизнь за счёт магии, и любые нарушения маны могли быть для него смертельными. Он никого не подпускал, чтобы ему не смогли навредить вред магией, но это были лишь слуги с промытыми мозгами. Переписывание сложной магии было специализацией Филиппы.

«Ух... У, гхо, гха!.. Фанатицка! Чтобы убить меня, ты сделала из человека бомбу! Вы говорите про чужие грехи, но сами такие же убийцы! Нет, нас хотя бы можно понять!»

— Это спасение. Она стала мученицей. После смерти она получит положение ангела в Раю, — не переживая, ответила Филиппа. Реал лишился дара речи, а она продолжала:

— Ты бессмысленно и жестоко убил много людей. Но я хочу помочь и тебе.

После этих слов Филиппа посмотрела на молчаливых подчинённых.

— Так, пожалуй, двое. Сопроводите его в пути к смерти до конца. Пусть ещё три дня страдать в муках.

«А?..»

Реал не понимал смысл слов Филиппы.

— Избавьте его ото всех грехов, за какие его ждал ад. Пусть он грешник, но это не значит, что мы его ненавидим.

Реал был шокирован. Он прожил сто пятьдесят лет, но не знал, что в церкви есть такой монстр. Женщина была за пределами его понимания.

— А остальные за мной. Нам ещё предстоит спасти тех, кто стал его жертвами.

Эти слова поразили старого мага. Избавить людей от его промывания мозгов не сложно. Они лишатся воспоминаний, и нагрузка на мозг была значительной, но это не смертельно. Но было ясно, что от помощи этой женщины ничего хорошего можно не ждать.

В этот день был положен конец странным случаям исчезновений в лесах авантюристов и их знакомых, которые длились уже больше сотни лет. Но правда не была предана огласке, а гробница по неизвестной причине обрушилась и превратилась в гору камней. Сотни жертв так никто и не нашёл.

Ламбер покинул земли виконта Лагара и перебрался на земли другого аристократа, где он собирал нужную информацию.

Мужчина узнал, что королевство решило задержать родственников виконта с целью проверки их на причастность, но похоже их всех успели убить перед этим. Один из его родственников смог уйти, но похоже его зарезали где-то в другом месте. Этот человек был убит при побеге.

— ... Крах виконта был неизбежен... Но королевская армия опять подмочила свою репутацию.

В старой лавке Ламбер общался с хозяином. Мужчину средних лет звали Леон, он был как обычным лавочником, так и торговцем информацией.

— Это сделал «Свистящий демон»?

— Нет... Скорее всего работа экстремистов из церкви, — понизив голос, сказал Леон.

— Инквизиция? — переспросил Лампер, и мужчина нахмурился:

— О таком лучше громко не говорить. Но да. Они все бешенные псы кардинала Зебедаи. Самые страшные типы в мире. Я боюсь их больше, чем «Свистящего демона».

— Хм... Вот как. Но они ведь последняя линия обороны, защищающая страну от «Свистящего демона»?

— Вот уж со щитом их точно не сравнить. Но ты уж не спрашивай у меня про то, хорошие они или плохие. Тут даже говорить не о чем. Тут либо у самого кардинала Зебедаи спрашивать, либо у стенки, может хоть она ответит.

— Может и стоит.

— Надо же. Слова про стенку понял? — удивился Леон.

— И что надо, чтобы встретиться с этим Зебедаей?

— Глупости не спрашивай. Не собираюсь я тут с тобой на пару шутить. Ты вроде только про виконта Лагара и «Свистящий демон» спрашивал.

— Ну... Просто меня заинтересовала церковь. Полагаю про Зебедаю информация стоит дорого? Жадничать я не собираюсь.

Ламбер достал мешочек и положил на стол.

— ... Похоже, человек в броне, ты и правда помог небольшой гильдии и заработал немного деньжат. Но зачем тебе знать о кардинале Зебедае? Ты же не собираешься доставлять проблем?

— Сказал же, что хочу встретиться.

— Что? — Леон нахмурился и переспросил.

— Я собираюсь оценить действия инквизиции. И для этого мне надо увидеться с Зебедаей.

Леона подобное шокировало, но он понял, что Ламбер не шутит и в своём уме, потому прокашлялся и собрался:

— ... Сейчас кардинал Зебедая в святом городе Хайнстия. По сути он верхушка города. Но я бы не советовал туда ходить. Если правда хочешь с ним встретиться, лучше дождись, когда он покинет святой город Хайнстию.

— Почему?

— Ты ничего не знаешь? Это место — штаб инквизиции. И ты тут заявляешь, что не пойми для чего хочешь увидеть кардинала Зебедаю. Не понимаю, о чём ты вообще думаешь.

Леон стукнул по столу и раздражённо посмотрел на Ламбера.

Религия Хайнс — основная в Региосе, в ней почитают посланника бога, что явился пятьсот лет назад. Он взял своих учеников и проповедовал на западной части континента Воримия мир и равенство.

В религии три святых места: деревня, где родился святой, гора, где получил свою силу и там, где был предан учеником и убит. Деревня, где он родился, теперь крупный город и сосредоточие религии, на горе монастырь, где обучаются священники.

И... Место смерти стало центром религии, но ещё это место изоляции людей с радикальными взглядами. Место, где расположилась инквизиция, Хайнстия. Там командует епископ и три его помощника, их называют четырьмя святыми столпами. А над ними стоит и поддерживает их работу кардинал Зебедия.

— Вот я прямо уверен. Если ты отправишься в святой город Хайнстия, то ещё до того, как доберёшься до кардинала, тебя уже схватит инквизиция. Шутки там никто не понимает. Будешь называть кардинала так же, как тут при мне, не удивлюсь, если тебя куда-нибудь утащат.

— Понятно, довольно удобно.

— Т-ты псих?

— Инквизиция мне тоже интересна. К тому же я подумал. Возможно «Свистящий демон» может напасть на них. Я всё решал, что приоритетнее, и вот ответ появился сам.

Преступная организация магов «Свистящий демон» напала на город авантюристов Балайру, было очевидно, что они нацелились на земли королевства с огромным боевым потенциалом. Враги пытались подкупить дворян, хотели снизить боеспособность, объявить войну и осуществить переворот.

В Тетомбурке они потеряли двух мудрецов, к тому же лишились передового отряда алхимиков под началом «Свистящего демона», «Ангел смерти». К тому же связь между ними и инквизицией всегда была достаточно глубокой. Они либо залягут на дно, либо нацелятся на сильнейших магов страны, которые являются частью инквизиции, и попробуют ослабить страну.

Основания были неубедительными, и о «Свистящем демоне» информации не так много, так что дальнейшие их шаги понять было непросто. Нельзя предсказать, на кого они нацелятся, но если у них есть дела, они ими займутся.

— Если всё будет так, как ты говоришь... Ничего хорошего лучше не ждать. Сойдутся самые зловещие маги и преступная организация, наводящая хаос в стране. В таком случае даже крысы не выживут...

— Потому я и должен идти. Всё же стоит проверить.

— Ты и правда силён. Даже здесь поговаривают о тебе. Но как по мне, это просто безрассудство.

— ...

— Убьют... Если тебя кто-то услышит в святом городе, целым ты оттуда точно не выберешься. Ты совсем дурак? Там ты точно повидаешь настоящий ад...

— Это и есть святой город Хайнстия?.. Двести лет назад его не было, — пробормотал Ламбер перед большими каменными воротами. Тогда это были земли Региоса, но место не рассматривалось для постройки города. Ламбер подумал, что из-за войны восьми государств на границе просто не могли построить такой город.

Первым делом мужчина решил осмотреться. Святой город Хайнстия был городом белых каменных башен. Многие люди носили чёрные одеяния с глазом, символизирующим религию Хайнс. Остальные же избегали цветастых нарядов и носили скромную одежду.

Атмосфера была спокойная... Скорее даже мрачная. Если остановиться и осмотреться, обязательно увидишь хотя бы три статуи святых или ангелов. Репутация у города была не из лучших, но Ламбер не мог сказать, что он ему не нравится.

— Простите. Неужели вы господин мечник?

Он обернулся, это с ним заговорила молодая женщина. На ней был желто-зелёный шарф, волосы почти рыжие. Под толстым плащом была легкая одежда. Большая лютня в её миниатюрных руках казалась огромной. Её яркая внешность была слегка неуместна здесь.

Лишённые пигментации глаза были прищурены. Движения глаз были неуклюжими, скорее она просто так выражала эмоции.

Это была слепой бард Албана, которую мужчина повстречал в лесу недалеко от Балайры.

— Не думал встретить тебя здесь.

— И правда господин мечник! А я всё думала, вдруг обозналась. Вдруг просто кто-то в похожей броне.

— ... Думаю, других таких нет.

И вот Ламбер стал бродить по святому городу с Албаной. Сам он не знал про современные особенности религии Хайнса или про святой город Хайнстия, потому расспрашивал женщину и пополнял свои знания.

— ... Так вот, по сравнению с тем, что было раньше, место стало более открытым. Многие боятся этих земель, но тут есть и люди вроде меня, кого восхищают таинственные статуи и город. Некоторые что-то ощущают в этом месте и становятся верующими. Инквизиция — паршивая овца в лоне церкви, но сейчас такой уж неприязни к ней нет. И в последнее время всё больше верующих перебираются сюда по какой-то причине.

— Понятно.

— ... Хотя если зайти куда доступ запрещён, можно уже не вернуться. Говорят, что в старом соборе хранятся запрещённые магические книги и проводятся эксперименты на людях. И это скорее не слухи, а правда, про которую стараются не говорить.

— ...

— За всем этим стоит верхушка церкви, так что даже страна пожаловаться не может. Этими землями управляют четыре великих святых столпа, епископ и его подчинённые, а высшей властью считается кардинал Зебедая. Хотя он не всегда находится здесь.

— Прости, что столько расспрашивают.

— Что вы, что вы! Для меня честь отвечать на ваши вопросы... К тому же я смогла на вас заработать. Ах, всё же вы популярны. Улицы полны сплетен по поводу того, что движет господином мечником. И если я буду продолжать петь, люди и дальше будут собираться... — прикрывая рот, Албана захихикала. Её жесты и голос обычно были довольно наигранными. Хотя Ламбер понимал, что это было необходимо ей, ведь в её глазах было почти не разглядеть эмоций.

— И всё же неожиданно. Я не думал, что могу увидеть здесь кого-то знакомого.

— Может у нас даже цель одна! — отшутилась Албана и высунула язык. — Я пришла сюда в надежде на вдохновение. А вы для чего забрели сюда, господин мечник?

Ламбер осмотрелся вокруг.

Ему не хотелось снискать чью-то неприязнь, если его услышат.

Будь он один, тогда не страшно, однако теперь он мог втянуть Албану.

— Что ж... Я тут, чтобы всё разведать.

— М?

— Пришёл разузнать всё об инквизиции. Такова моя цель на этот раз.

Албана от удивления открыла рот. Когда она действительно была удивлена, её глаза не двигались.

— Вот так дела. Хотя это вполне в вашем духе. Вокруг инквизиции ведь и правда ходят мрачные слухи... Те, кто устраивали в стране беспорядки, попрятались, но это именно из-за страха перед инквизицией, которая явно перегибает палку. Они без всякой причины проявляют жестокость.

— Да, знаю. Потому и хочу проверить. Я бы хотел встретиться с кардиналом Зедебаей. Чтобы узнать о намерении организации, надо спросить лично у её главы.

— Ха-ха-ха, понятно. Кто-то принял бы это за грубую шутку, но вы не из таких, — прикрыв рот руками, Албана смеялась. — И всё же это будет непросто. Для этого надо пробраться в собор, остановить его повозку или попасть на место проведения празднества... Но в любом случае вы вызовите гнев инквизиции.

— Ясно, можно и повозку остановить. Куда проще, чем лезть на многолюдное празднество или в собор. Тут я согласен.

— ... Вы и правда собрались это сделать? Ну, если вы сделаете это, я, Албана, всеми силами поддержу вас и как бард сохраню для будущих поколений ваши подвиги.

Подобравшись к центру города, они увидели собор. На стенах располагались статуи ангелов, а на остроконечной крыше была расправившая крылья птица. Само здание имело специфичный дизайн и относилось к произведениям искусства.

— ... Впечатляет. Прямо замок.

— Мне уже доводилось слышать подобное. Увы, но я не могу ничего увидеть. Из-за высоких стен это могут увидеть лишь служители, но входная дверь тоже большая, торжественная и прекрасная, — ответила Албана Ламберу. Пока мужчина не знал, куда идти, потому направился к собору.

— Господин мечник, вы же не собрались заходить напролом?! В таком случае я притворюсь, что ничего не знаю и просто покину это место...

— ... О чём ты? Ничего подобного я не сделаю. Сегодня я лишь собираю информацию.

— В-вот как... Ну и хорошо. Простите, я просто подумала, вдруг вы решите так поступить, вот и спросила.

— В открытую я вторгнусь, если других вариантов не будет.

— А... Ну да, варианты-то есть, — на лице Албаны появилась лёгкая усмешка.

— ... И ты ведь здесь по какой-то личной причине?

— Что вы, вся моя цель — просто побродить, так что не переживайте. Хотя главная цель — найти вдохновение, потому я побуду рядом с господином мечником. Обычно я просто зарабатываю на моё путешествие... Но в этом городе за неудачную рифму и петлю на шею накинуть могут... Даже я не ищу вдохновения в следующих по пятам инквизиторах.

Тело Албаны задрожало. Пока они приближались к центральному собору, людей вокруг становилось всё больше.

Ламбер подумал, что в собор постоянно заходит много людей, но это оказалось не так. Он услышал разговор трёх верующих, проходивших поблизости.

— Не только их, но даже родственников, это не перебор?

— Чего ты о них беспокоишьься?

— Они демоны, которые пытаются ввести церковь в заблуждение и разрушить страну. Кровь демонов должна быть уничтожена.

Услышав это, Ламбер ускорился. Люди собирались на площади перед собором.

Там была установлена большая платформа, а вокруг неё собрались маги в робах инквизиторов. На платформе стоял странный мужчина.

У него не было рук, а выше шеи были бинты. Голова была просто круглой, не было ни волос, ни ушей, ни носа.

Вокруг него стояли существа с крыльями из воска на спине и дырами на месте лиц, четыре духа мира света. В руках у них были длинные мечи.

Достаточно было взглянуть на него, чтобы всё понять. После расспросов, Ламбер уже слышал о нём. Безрукого человека звали Матфей. Хранитель святого города Хайнстия, один из четырёх великих святых столпов. Говорили, что он мог одновременно призвать более сотни духов света.

Что он делал, было очевидно. Под платформой были тела, убитые духами. Буквально измельчены, даже не ясно, сколько там было человек. Но точно больше десятка.

Сбоку перед духами была женщина с мешком на голове и в кандалах. Что ещё было странно, при виде этих бесчинств никто не отводил взглядов и не возражал.

— Что это?..

Подоспевшая Албана переводила дыхание и встала позади Ламбера.

— ... Я слышала слухи. Скорее всего это семья барона Диберто. Среди критиков инквизиции встречаются и аристократы. И инквизиция уже какое-то время обеспокоена их влиянием... Они уничтожили семью барона, обладавшего низким положением, которого никто не стал защищать, чтобы запугать высшую знать.

— Они даже на такое идут?..

Ламбер слышал, что аристократов, критиковавших церковь, наказывали, но не более того. Однако теперь он сопоставил то, что говорила Албана, и что видел сам.

«Удобно, аристократы, которых легко наказать, не станут критиковать церковь...»

Ламбер до того, как пришёл сюда, и сам слышал о том, что люди боятся инквизицию. При том, что тебя могут убить, сложно поверить, что найдётся низший аристократ, который станет говорить что-то против церкви.

Скорее всего их заманили в ловушку. Чтобы сдержать высшую знать, они обвиняли и тащили сюда тех, кто им попадался. Говорили, что не пощадят даже людей благородной крови.

— ... Идёмте, господин мечник. Не люблю я запах крови и мяса. Осмотрим собор в другой раз.

— А теперь казним последнего демона! Давайте, ангелы! Пальцы, уши, рубите грешницу, главное начинайте не с сердца! Пусть познает боль, которая длится вечно! — закричал Матфей. И духи мира света занесли мечи.

— Албана, спасибо за экскурсию, — сказал Ламбер и пошёл вперёд.

— А... П-погодите, господин мечник! Не стоит этого делать здесь!

Мужчина не стал её слушать и пронёсся сквозь толпу.

Охранявшие место инквизиторы заметили его и приготовились остановить.

— Огонь...

— Поздно.

Действовали инквизиторы эффективно, но с Ламбером справиться не могли. До того, как они использовали магию, мужчина снёс их.

Он прыгнул и оказался между девушкой с мешком на голове и духами мира света. Не выдерживая его веса, платформа заскрипела.

— Новый демон! Ангелы, пусть страдает! — закричал Матфей, и духи с мечами набросились на Ламбера.

— Глупец! Демона, вставшего передо мной, ждёт лишь смерть! Разрубите его на куски!

В следующий миг четверо духов были разрублены на три части, упали на постамент и исчезли.

— Кто... Ты... — голос Матфея дрожал.

Люди перед собором загалдели. Стали подниматься крики, один за другим присутствующие разбегались. Но людей было слишком много, они мешали друг другу, толкались и падали.

Матфей отпрыгнул назад и спустился с платформы.

— Эй, вы, назад. Я сам с ним разберусь. Иначе лишь зря пострадаете.

Мужчина отдал приказ своим подчинённым. Они поклонились и отступили.

— Кто ты? Из «Свистящего демона»? Нет, даже если и так, тебе незачем устраивать такое перед собором...

— ... Заявляешь, что происходящее здесь недостаточная причина. Если ты серьёзен, то ты точно не в своём уме.

— Нет, это совершенно не причина. Скорее уж это ты псих, раз нарываешься на ссору из-за какой-то слабой девчонки. Кто ты такой?

— Всё же ты безумец, — Ламбер уставился на Матфея и приготовил свой огромный меч.

— Что-то ты можешь, но лучше не зазнавайся. Я совсем на другом уровне, нежели другие маги. Можешь на многое не рассчитывать лишь из-за того, что зарубил этих ангелов, — прокричал Матфей. Повязки сместились со рта, и теперь можно было увидеть, что губ у него нет.

— Ответьте на мой глас и явитесь из мира света! Армия ангелов-рыцарей Фен Меркс!

Снова появились духи мира света с мечами. Два десятка существ окружили платформу, на которой находился Ламбер.

— Можешь умереть, защищая эту девчонку. Конечно ты силён... Но выбрал неудачного противника. Мы, четыре великих святых столпа, уже перешагнули грань мира людей. Какими бы ни были твои навыки, сколько ты продержишься против всех этих ангелов?

Духи подняли мечи и устремили их к Ламберу.

— Ты не уйдёшь... Начинаем бой. Покажи, на что способен ещё раз. И в этот миг тебя зарежет другой ангел. Можешь взять девчонку и попробовать сбежать. Если сможешь...

Когда Матфей договорил, духы перед ним оказались разрублены пополам и исчезли. В одной руке Ламбер держал свой меч, в другой девушку и шёл прямо на мага.

Духи, оказавшиеся позади, лишь разрубали воздух. Точно не поспевали.

— У!.. Почему сюда...

Матфей согнул ноги и отскочил назад. Однако нога Ламбера врезалась в живот прыгнувшего мужчины. С дополнительным ускорением он подлетел ещё выше. Он катился, ударяясь животом, головой и боками.

Когда остановился, всё его тело свело судорогой, одни лишь ноги ловко помогли подняться. Лишь из-за того, что он прыгнул, удар не был смертельным.

— У-убейте его! Демон... Нет, чудовище!

— ...

Держа девушку, Ламбер ушёл с того места, где стоял.

Если бы хотел, он мог убить Матфея. Но пока Ламбер слишком многого не знал об инквизиции. Публичная казнь была делом грязным, но об её целях и законности он мог лишь догадываться.

Мужчина стал действовать лишь потому, что жизнь девушки была в опасности. Возможно от неё он мог получить информацию, но это было вторично.

Пока Ламбер не решил, что ему делать с инквизицией. Не уничтожал он их именно потому, что они были организацией, способной напрямую противостоять «Свистящему демону». Если уничтожит, урон понесёт страна. У «Свистящего демона» были маги, которые сами по себе оружие, но то, что они действовали в основном тайком, заслуга инквизиции.

— Ты в порядке? Понимаю, что довольно грубо, но придётся потерпеть, — сказал Ламбер, но ответа не последовало. Однако девушка двигалась, а значит была жива.

Ламбер расшвыривал противников, оказавшихся поблизости, а магию отбивал мечом и доспехами. Однако маги были стремительными, и на то, чтобы сбежать вместе с девушкой, Ламберу требовались определённые усилия.

Кто-то обрушал здания для того, чтобы остановить мужчину.

— ... Похоже я слегка их недооценил.

Свернув за угол, Ламбер наткнулся на Албану. Она мотала головой, указывая на окно. Ламбер доверился ей, запрыгнул внутрь, скрывая всяческие звуки, и быстро задёрнул штору.

Семеро мужчин и женщин разного возраста поражённо смотрели на него.

Мужчина ожидал, что она позвала его в пустой дом или же тут жили её знакомые, но похоже они были друг другу чужими. На некоторых были робы с символикой церкви, они точно относились к церкви, но выглядели как-то странно.

— К-кто это?

— Чёрт, что происходит?..

С посохами в руках они готовились к битве.

— ...

Он сосредоточился на звуках. Не было слышно ни шагов, ни открывающихся дверей. Похоже указав, куда ему бежать, Албана ушла ещё куда-то. Подумав немного, Ламбер взялся за рукоять меча, покоившегося на спине.

— Не хочу вас запугивать, но придётся. Не двигайтесь и позвольте нам побыть здесь...

— ... Э-эй, неужели эта девушка из семьи барона Диберто?..

Мужчина, стоявший впереди, увидел девушку, которую держал Ламбер. Другие тоже не верили в происходящее. Переглянувшись, они опустили свои посохи на пол.

— ... Хорошо, мы вас спрячем. Но откуда вы узнали об этом месте... И почему эта девушка... Как вы добрались сюда?

— Просто место оказалось неприметным. Я забрал её с места казни. И тоже хотел бы с ней поговорить.

— ... Ничего не понимаю. На месте казни ведь должны быть инквизиторы. И один из четырёх великих святых столпов Матфей. Если они следовали за вами, вы не могли добраться сюда. И ты хочешь спросить... Вряд ли она чем-то тут поможет.

Ламбер заметил странность в его словах. Они относились к церкви, но не ощущалось уважения к хранителю этих земель Матфею. Они могли принять Ламбера за мятежника, и всё же действовали слишком уж естественно.

— Почему вы думаете, что она не ответит?

— Опусти и сними мешок. Не переживай, мы не воспользуемся моментом и не нападём.

Ламбер осторожно опустил дочь барона Диберто и снял с головы мешок. У неё на лбу был вытатуирован глаз, глаза вырваны, а веки срезаны. Похоже это сделали недавно, кровь всё ещё текла.

— ... Её горло разъедает яд. Это обычные методы инквизиции. Чтобы не заговорили, людей лишают глаз, голосовых связок и ушей. Такими людей на место казни и отправляют. Всё так же жестоко.

Ламбер ещё раз посмотрел в лицо девушки. Его переполнял гнев. Он молча стукнул тыльной стороной руки по стене. Всё здание задрожало.

— ... Простите.

Мужчину поразила сила удара, но он слегка смягчился.

— ... Вот как, ты и правда пришёл сюда, ничего не зная, ещё и девушку спас. Ты хороший человек. Но тебе несказанно повезло, что ты смог сбежать от духов Матфея. Ты силён, но с ним грубой силой не справиться.

Ненадолго воцарилась тишина. И вот мужчина снова заговорил:

— Как ты узнал об этом месте?

— Мне указала на него знакомая, Албана. А вы почему собрались здесь?

— ...

Мужчина переглянулся со своими товарищами, а потом снова посмотрел на Ламбера.

— Ладно, можешь оставить девушку нам. Мы выведем её отсюда и позаботимся. Хотя не знаю, поймёт ли она. Ты же с твоей внешностью не сможешь сбежать с ней отсюда.

— ... М?

Ламбера озадачили эти слова. Всё было слишком уж удобно. Обычно никто не решался так сразу взять на себя опеку о какой-то незнакомой слепой девушке. К тому же увести её от инквизиции — значит принять участие в сражении, где ставкой будут их жизни. Неизвестно, как долго получится бежать, и если поймают, их будет ждать нечто пострашнее смерти.

Инквизиция церкви Хайнс вызывала лишь дурное впечатление. И в таком случае ни к чему было жить в месте, где располагается штаб инквизиции.

— Э-эй, и кто так поступает...

— Она привела его сюда. Так обстоят дела.

Мужчина переживал, но похоже оставался решителен.

— ... Ты знакомый Албаны?

— Да. Знаю её. Но раз она вам ничего не сказала, то и я вас ни о чём просить не имею права.

— ...

Ламбер сомневался, стоит ли расспросить их. Но решил не лезть с вопросами. Албана о чём-то умолчала, но привела сюда явно из благих намерений. И лезть было неправильно.

— Ясно. У меня тоже есть то, что я должен сделать. Буду признателен, если вы присмотрите за девушкой. Простите, что внезапно ворвался и угрожал. Я пойду. Спасибо за помощь.

Видя, как Ламбер уходит, мужчина что-то обдумал, после чего заговорил:

— ... Я дам тебе один совет. Не знаю, что ты хочешь, но лучше как можно скорее покинь это место. Здесь случится нечто ужасное.

Ламбер ждал продолжения. Однако мужчина больше ничего не сказал. Ламбер кивнул ему и ушёл.

Три человека встретились в подвале старой заброшенной церкви святого города Хайнстия. Один был крупным в чёрных доспехах. Второй была невысокая женщина в лёгкой одежде. Третьим был высокий джентльмен.

— Скрытая подготовка прошла успешно. Наш господин «Бессмертный король» уже готов отправить «Магического серебряного великана» на столицу. Вести переговоры с аристократами более бессмысленно. Это стало ясно, после случая с графом Абоком, а после инцидента с виконтом Лагаром выглядит лишь тревожнее, — сообщал крупный человек в доспехах двум своим товарищам. Скорее всего из-за брони голос казался низким, напоминающим рёв демона.

Они были лидерами «Свистящего демона», мудрецами. Человека в доспехах называли «Рыцарь кровавого тумана», он был товарищем «Бессмертного короля» ещё до образования «Свистящего демона» и жил уже больше сотни лет.

— Люди этой страны — сплошные глупцы, но безумцы из инквизиции опасны. Они определённо перегибают палку, но в этом одна из слабостей страны... Мы должны устранить их до того, как используем «Магического серебряного великана». Устранение кардинала Зебедаи и четырёх великих святых столпов в Хайнстии является нашей последней задачей перед решающим сражением.

Прежде чем свершить революцию, они уничтожат величайшую силу королевства, инквизицию. Средний маг перед ними вообще ничего не может, лишь умереть. К тому же инквизиторы действуют скорее как живые инструменты, а вот маги «Свистящего демона» почти не скоординированы. Сколько бы ни было второсортных бойцов, смысла в них никакого.

Они потеряли много магов из внутренней организации «Ангел смерти» в Тетомбурке, что в землях виконта Лагара, и теперь собрались четыре мудреца, чтобы нанести прямой удар.

— ... Конечно можно положиться на моих жучков, но они куда ценнее каких-то слабых магов, — поражённо проговорил высокий джентльмен. Он сидел на старом, готовом сломаться стуле и гладил спину сиявшего красновато-фиолетовым светом жуткого насекомого длиной около половины хейна (пятьдесят сантиметров).

— Но да ладно. Уверен, я смогу больше, чем все они вместе взятые. Всё же я как и ты бессмертный. Однако... Разве «Принцесса и рыцарь» не должны явиться? Я их ни разу не видел. К ним относятся как к старым товарищам, но вот их отношение мне не нравится.

— Не надо, «Горшок жуков». Они странные. И головы у них, ну, соображают не важно. Они придут... Но что будут делать, не представляю. Однако их боевая мощь впечатляет.

— ... Мне не нравится, что меня ставят с ними в один ряд. Я уже сыт сопляками вроде «Трупного старика» и «Смеющегося шута». Их уже убили. Может уже хватит всякий раз добавлять каких-то бесполезных типов? — выглядевший молодо «Горшок жуков» посмотрел на женщину и улыбнулся. — Ну, по сравнению с ними от тебя есть толк. Лишь против тебя я выступать не хочу, как обладатели секретных знаний, давай всё же ладить?

— ... Благодарю за доверие, — безразлично сказала женщина.

— В любом случае мы действуем по воле «Бессмертного короля». В этот раз... По его же воле, я здесь в качестве подстраховки. Что не очень вдохновляет. Основные силы — «Горшок жуков» и «Роза полумирья», я буду в качестве поддержки. Вы можете использовать магию, позволяющую убивать массово. В этот раз это тоже важно. Сделаем всё, как полагается.

— ... Да, положитесь на нас, — на губах «Розы полумирья» появилась улыбка.

— Из-за «Трупного старика» и «Плетущего истину» нас начали недооценивать. Так что я покажу этим любителям мирной жизни, как страшен настоящий колдун. Вам тоже лучше сделать всё как надо. Всех столпов и Зебедаю я буду так убивать, что они пожалеют, что родились, и будут проклинать своих матерей и бога, в которого верят.

Мужчина поднял огромное насекомое, оборвал крылья и стал терзать спину.

Шкура была разорвана, текли жидкости, существо дёргало лапами.

— В этот раз я могу быть серьёзным. Наконец ударю в полную силу впервые за много десятилетий.

Мужчина бросил насекомое на пол. Какое-то время оно слабо двигало лапами, пытаясь встать, но из разорванного живота начали выбираться личинки, насекомое оказалось съедено. Мужчина собрал всё, что осталось, высунул длинный язык и засунул в рот.

Присев, он стал гладить мелких насекомых указательным пальцем.

— Хорошие и милые малыши. Ладно, я использую подземелье, чтобы подготовиться. А вы пока убивайте время в другом месте.

— ... Кстати, виконту Лагару вроде как помешала странная нежить. Будьте осторожны.

— Осторожничать тут надо лишь тебе. Я его видел с помощью проклинающих насекомых, но такие не гибкие типы идеально подходят для меня. Куда проще драться с ним, чем с тобой. Уж прости, но я и «Рыцарь кровавого тумана» бессмертные.

Услышав предупреждение «Розы межмирья» мужчина лишь бесстрашно улыбнулся.

— ... Других вариантов нет, и всё же это слегка неудобно. Были бы другие варианты, — бормотал Ламбер, бегая по святому городу Хайнстия. А сзади его преследовал десяток магов инквизиции.

Доверив дочь барона Диберто знакомым слепой поэтессы Албаны, мужчина бегал по другой части города, чтобы они могли уйти.

Они почти одновременно покинули здание. И в случае успеха могли покинуть город.

Упрямство слегка удивляло. Мужчина собирался сбросить их и скрыться, а потом возобновить сбор информации, но всякий раз, как у него получалось, инквизиторы снова оказывались у него на пути. Похоже о том, что он пнул безрукого великого святого столпа Матфея уже знал весь город.

— Огонь, сожги!

Хоть они находились в городе, Ламбера постоянно пытались сжечь магией. Похоже магов в городе хватало, и другие маги использовали воду, чтобы погасить огонь, однако таким образом можно было нанести вред жителям.

— Ладно, раз решил заняться сбором информации, буду действовать немного серьёзнее...

Ламбер повернулся к противникам и выхватил огромный меч.

— Похоже выбора у меня более не осталось. Простите, но теперь я буду действовать куда грубее.

В этот момент на крыше здания вдалеке появился гигант. Тело белое, точно керамическое, три лица в ряд и на всех большие дыры. Нижней части тела не было, а верхняя парила в воздухе.

Это уже виданный Ламбером ранее в Тетомбурке огромный дух мира света. Перед духом стоял призыватель, человек в маске.

— Господин Йохан прибыл.

— И архангел снизошёл.

Инквизиторы стали тихо переговариваться. Их лица скрывала одежда, что даже глаз было не видать, но голоса были безразличными. При виде духа обычные верующие и простые жители бледнели и разбегались.

— Неужели он собрался в центре города использовать магию?..

Когда Ламбер сказал это, высоко в небе появился гигантский пылающий крест. Мечник побежал к человеку по имени Йохан. А раскалённый крест упал позади него.

— Я думал, что ты ещё в том заброшенном городе понял, что магия не работает, но похоже что нет.

Ламбер встречался с Йоханем в Тетомбурке, когда сражался против него, позволяя сбежать детям, на которых проводили эксперименты, и Алуанте.

Тогда Йохан сбежал, как как его подчинённые не могли больше сражаться.

— Мне как раз нужен пленный. Хорошо, я сражусь с тобой.

Ламбер не сбегал, а нёсся прямо на Йохана.

— Идёт сюда. Атакуем Фаларидом[✱]Отсылка к быку Фаларида. Способ казни., — приказал один инквизитор другим.

Все они выстроились в две дуги, готовые встретить врага.

— Земля, изменись!

Трое магов позади одновременно произнесли слова и подняли посохи. Дорога изогнулась и попробовала поглотить Ламбера. Это была большая клетка, которая должна была замедлить мужчину. Тюрьма из земли приняла форму сферы.

И вот трое магов спереди подбежали и направили посохи на землю.

— Огонь, заполни!

Земляная тюрьма запылала алым изнутри. Инквизиторы каждый день тренировались, чтобы противостать сильным противникам.

— Жуткий монстр. Он всё ещё может быть жив, будьте начеку...

Ламбер оказался позади сказавшего это мужчины. До того, как он обернулся, в висок врезалась рука. Человек отлетел, ударился об землю и больше не двигался. Дальше Ламбер отбросил ещё двоих по бокам и направился к Йохану.

Никто из инквизиторов не понимал, что вообще произошло. Они были подготовлены физически и умственно, но даже те, до кого не добрался Ламбер, были шокированы и просто застыли на месте.

Когда от земли поднялась пыль, мужчина на огромной скорости укрылся в слепой зоне. Все верили, что подобная магия должна была остановить его, но они ошиблись, когда посчитали, что человек в таких доспехах не может быть проворным.

У Ламбера были великолепные навыки владения мечом, но с его идеалами и гордостью в войне восьми государств было не выжить. И во всех сражениях он учился и развивался. Он использовал преграды и то, что порождала сама магия, чтобы скрыться, это умение стало основной его тактики.

Мужчина подскочил по лестнице в здании, на крыше которого расположился Йохан, пробив потолок, Ламбер оказался перед ним.

Мужчина зло посмотрел на противника. Три пустых лица духа были направлены на Ламбера.

— Не думай, что сбежишь, оказавшись так близко.

Ламбер поднял меч и направил остриё на Йохана.

— Я спрошу с тебя за твои поступки.

— ... Архангел «Трёхликий Данталия» специализируется на ближнем бое. Тогда я ушёл из-за других приоритетов.

Йохан поднял руку. В руках огромного духа мира света появился пылающий крест.

— Ты явился в святой город, который мы защищаем, и теперь нет ничего важнее твоей смерти. Готовься.

Данталия ударил Ламбера крестом. А тот уклонился от удара. А место, где он стоял, растрескалось и разлетелось кучей обломков.

— Он и правда больше подходит для больших расстояний. Движения быстрые, но тело слишком большое, радиус попадания расширяется, и если подойти слишком быстро, он не успеет. Защитить заклинателя он не сможет.

Это относилось только к мечникам вроде Ламбера. Со скоростью реакции Данталии к нему редко кто-то мог подойти, а даже если и подходил, нет таких людей, за которыми дух не поспешил бы.

Человек верно поступал, используя его в качестве щита. Ошибкой здесь было пойти против Ламбера.

— ...

Йохан взмахнул рукавом. Появилось скрытое длинное лезвие. Вместе с ним мужчина пошёл в бой. Даже если он на миг задержит противника, атака Дандалии достанет врага.

Однако Ламбер не замедлился. Не колеблясь, он встретил Йохана доспехами. Лезвие ударилось, потом врезалось в запястье, оно согнулось и сломалось. Мужчина грудью врезался в Ламбера и отлетел назад.

Йохан спиной ударился о крышу. Маска потрескалась и стала осыпаться. Изо рта текла кровь.

— ... Ты настоящий монстр. Но ты проиграл, потому что хотел взять меня в плен.

Мужчина не потерял сознание. Именно на это нацелился Ламбер. Однако магические знаки на теле Йохана ограничивали болевые ощущения, а также он использовал наркотические вещества для поддержания возбуждения, чтобы быть способным сражаться даже при смерти.

И пока маг жив, призванные им духи останутся в этом мире. А значит нацеленный на Ламбера крест Дандалии ещё не остановился.

— Победа за мной...

Ламбер остановил крест лезвием меча. Его оттеснило назад, а на земле остались следы его ног.

Казалось, что крест раздавит Ламбера, но уже в следующий миг пронзил грудь Дандалии, из гиганта стал выходить чёрный дым.

— ?..

Дандалия не сразу понял, что происходит, его руки отпустили крест и просто свисали. Из дыр на лицах сорвалась беззвучная агония, а тело стало исчезать.

— ... А? — случайно выпалил Йохан. Несмотря на духовные тренировки и умение сохранять спокойствие, всё здесь было за пределами даже его здравого смысла. Ламбер продолжал стоять с мечом в руках.

Он использовал технику «Обратное небо и земля». Когда он скрещивал мечи с врагом, то манипулировал его рукой так, что тот, сохраняя силу, направлял оружие против себя. Техника использовала точку опоры и направление, но для Йохана это выглядело как какая-то скоростная магия.

— Ну вот. А теперь...

Тут вокруг начали разноситься крики. Ламбер не договорил и посмотрел за пределы здания.

Цвет земли был не таким, как обычно. Пурпурно-красные огромные насекомые тут и там носились по святому городу.

— ... Это рост магических насекомых племени Хюд?

Ламбер подошёл к краю крыши и посмотрел, что происходит в городе.

Во время войны племя Хюд поддерживало королевство Белфис, они изучали магию управления насекомыми. Белфис был могущественным королевством, но вырывавшиеся из-под контроля опасные эксперименты ослабляли власть, и в итоге они проиграли из-за того, что другие страны воспользовались этим.

И самой главной причиной была внутренняя война за власть, в которую было вовлечено племя Хюд. Их проклятия могли переписывать воспоминания, управлять людьми и выявлять ложь, и пусть они оставались несовершенными, в человеческих руках оказалось сосредоточено слишком много силы.

Можно было легко обвинить в преступлении соперника и раздавить враждующую фракцию без формального обвинения. Аристократы злоупотребили секретной техникой, и, подозревая друг друга, просто уничтожили верхушку страны. Предполагалось, что масла в огонь подлили шпионы из других стран, но Ламбер считал, что там дело было исключительно во внутреннем конфликте.

Предполагалось, что генерал страны-победителя казнил всё племя Хюд, но именно их проклятие убило виконта Лагара. Ламбер был уверен, что этот человек входит в состав «Свистящего демона». И технику роста магических насекомых сейчас использовали не случайно.

— ... Они тоже нацелились на инквизицию, — горько пробормотал Ламбер.

Суть техники «рост магических насекомых» в росте.

Даже неподготовленные взрослые с оружием могли их убить. Но страшнее всего была скорость роста и плодовитость.

При достаточном количестве пищи монстры вырастают за считанные минуты, и длина их от половины до одного хейна. Они едят всё подряд, откладывают внутри жертв яйца, личинки поедают добычу изнутри и быстро растут.

Те откладывают новые яйца и продолжают увеличиваться в числе.

Однако скорость роста и плодовитость с каждым следующим поколением снижается. Когда-нибудь, они будут расти медленно и их уничтожат.

Однако проблема была в числе насекомых первого поколения, над которыми работал колдун.

— Если их используют как оружие с целью захвата святого города, то изначально должны были как следует приготовиться с «ростом магических насекомых»...

Сейчас надо было поспешить и сократить их число. Победа над одним приведёт к смерти сотни, которые могли бы родиться. И наоборот, если сбежит хоть один, появится ещё сотня таких же.

— ... Радуйся, теперь вы откладываетесь на потом.

— С-сбежать решила, нежить... — прижимая потрескавшуюся маску, Йохан встал.

— Это ваш город, защищайте его. Надо уничтожить хотя бы на одного жука больше. Все жители здесь — добыча насекомых. Это заклятие «Свистящего демона». Тут важно, сколько их было изначально, но на лучшее надеяться не стоит.

— ...

Йохан молчал. Для него Ламбер всё также оставался чем-то зловещим, но мужчина умел расставлять приоритеты. И сейчас Ламбер направился к лестнице, ведущей вниз.

— Мерзкая нежить, не смей разговаривать с нами, живыми!.. Пламя, обратись в тигра!

Йохан создал пламя, напоминающее тигра, и обрушил на Ламбера.

А тот обернулся, выхватил меч и рассёк огонь.

— ... Не забывай, когда всё закончится, я буду решать, что делать с вами. Пока я не принял решения. Посмотрю, как вы поступите в этой суматохе.

Тело Ламбера испускало мощные миазмы. Йохан отшатнулся и упал на зад.

— ... Быть не может, я стабилизировал свой разум магией и боюсь, — тихо пробормотал он.

А Ламбер стал бегать по городу, разрубая насекомых. Чтобы наверняка остановить, он целился в головы. Ему некогда было бить одну и ту же тварь дважды. Надо было убивать их как можно эффективнее. Но на трупе оказался другой жук, он прогрыз живот и отложил яйца. И даже с разрубленными головами жути могли выжить, и яйца в их телах развивались. Просто пугающая живучесть. Всюду можно было увидеть истерзанных жителей города.

— ... Им числа нет, — пробормотал Ламбер, когда вдалеке прозвучало ржание лошади. А потом зазвучали новые крики.

Любимый конь Ламбера... К нему прибыл безголовый конь Кошмар. Он ждал за пределами города, но поняв, что что-то случилось, поспешил сюда.

Верхом на Кошмаре Ламбер орудовал мечом и убивал жуков вокруг. Но убитых поедали другие жуки. Число трупов увеличивалось, и идти через них становилось сложнее.

Мужчина отправился на крики. Он использовал способность нежити находить ману, убедился, что источников несколько и направил туда Кошмара.

— Хи-и! А, а, да что же это!..

Лысоватый мужчина в робе верующего прижимал к себе двух детей, защищая их. Пожиравшие трупов насекомые обратили на них внимание и, передвигая лапами, приближались.

— Б-боже, спаси нас!

Ламбер бросил большой меч, и голова жука отлетела. Безголовое создание продолжало двигать лапами. Мужчина с детьми подняли головы.

— Б-боже...

— Увы, я далеко не бог. А местные скорее уж назовут меня демоном.

Верхом на Кошмаре Ламбер вытащил из земли меч. Мужчина поражённо смотрел на него и безголового коня.

— А, а?..

— Прости, но мне некогда вас сопровождать. Я раскидал тут этих жуков, так что бери детей и убегай. Сражайся и не смей бояться. Бей по головам палкой и лиши их возможности передвигаться. И поспеши уйти отсюда, их будет всё больше. Но пока сбежать можно.

Ламбер продолжал убивать жуков. А мужчина взял деревянную палку и стал убегать вместе с детьми. Ламбер не представлял, получится ли у них сбежать.

«... Чтобы сократить число жертв, иногда приходится бросать тех, кто перед тобой. Пусть и самоуверенно решать подобное».

Видя жестокость инквизиции, он задавался вопросами. Мужчина считал, что верность собственным принципам была одной из причин, почему он умер.

Во время войны Ламбер служил своему правителю, но старался не пачкать руки. Будучи величайшей силой Региоса, мужчина завладел сердцами жителей многих стран.

Тогда он не сомневался, и вот чем всё обернулось. Слишком чистая вода не даст жизни. Среди руководства страны были те, кто ненавидели Ламбера, и грязная работа досталась его другу Грифу, другому генералу Органа.

Но теперь всё проще. Если он признает инквизицию злом и уничтожит её, то последняя защита перед «Свистящим демоном» падёт.

Вдалеке он видел, как маги сжигали трупы монстров. Похоже они поняли, что представляют эти создания, давили яйца и не оставляли еды.

— ... Хотелось бы и мне использовать магию, — вздохнул Ламбер и направился дальше.

Мужчина убивал жуков, использовал способности нежити и искал странные движения маны.

Нежить обладает способностью ощущать ману. Когда-то он был живым, но став нежитью, сохранил разум, и теперь мог ощутить природу объекта.

То есть он мог физически ощутить кого-то необычного. Ману можно было ощутить и с помощью магии, но во время войны лишь немногие могли делать это с высокой точностью.

Умение Ламбера не было слишком масштабным, но он мог понять, где находится тот, что управляет жуками. Движения насекомых на первый взгляд казалось хаотичными, но видя потоки маны, можно было сказать, что двигались они с одного направления.

Скорее всего там тот, кто создаёт новых жуков. Он шёл в том направлении, ощутил ману хозяина насекомых и направился к нему.

Ламбер остановился и стал осматриваться вокруг. Было два странных источника маны.

С одного направления мана была слабее, но кажется её владелец нацелился на центр города. Похоже он передвигался под землёй. Ламбер предположил, что там имеется такой-то туннель.

«И всё же странно. Не похоже, что этот кто-то маг «Свистящего демона»... Но тогда почему он движется к центру города, а не спасается? Он хочет что-то достать или считает, что под землёй безопаснее... Слишком мало информации и слишком много догадок. Если будет время, стоит проверить...»

Теперь он посмотрел в другую сторону. Десятки духов мира света, называемых ангелами, мечами убивали жуков.

Духи, не владевшие огнем, как и Ламбер просто рубили насекомых, но лучше так, чем совсем ничего. Скорее всего это Матфей, с которым мужчина пересёкся на месте казни, призвал духов-мечников.

Ламбер был благодарен за это, но была проблема. Из-за массового призыва он станет целью врага. Движения насекомых просчитать сложно, и их куда больше, чем духов Матфея. При том, что он сосредоточился на истреблении насекомых, понять, где он находится, легко. Наверняка убийца «Свистящего демона» направился к Матфею.

«... Конечно мне не нравится этот Матфей. Он груб, жесток и ведёт себя по-ребячески. Но если Матфей умрёт, святому городу будет нанесён большей урон».

Его способность призывать духов позволяет куда эффективнее работать против жуков, чем Ламберу.

Сейчас перед мужчиной было три варианта.

Убить повелителя жуков, проверить подземные туннели и защитить великого святого столпа Матфея. Всё было важно, но было ясно, что если он отдаст приоритет чему-то одному, остальное придётся оставить.

Его изначальной целью было оценить инквизицию, к тому же так он временно может работать с ними. Проблема в подземном туннеле заключалась в том, что там что-то, о чём он даже не догадывался.

— ...

Ламбер снова схватился за огромный меч и продолжил бег. Направился он туда, откуда появлялись насекомые. Он решил убить повелителя насекомых.

Остальное тоже было важно. И даже если он убьёт хозяина, это не значит, что насекомые перестанут появляться. И тем не менее мужчина знал, насколько опасен представитель племени Хюд. Если кто-то унаследовал их техники, то одним «ростом магических насекомых» всё не ограничится. Они были одной из главных причин, почему пало одно из сильнейших государств. Боявшийся того, что они из себя представляют, вражеский генерал приказал казнить всех причастных и сжечь все книги.

Их сила была настолько необычной, что по случайности вонзила свои когти в родную страну. Слишком жестокая и неподконтрольная магия ударила по их же родине. Им было по силам с лёгкостью уничтожить страну. И если их оставить, легко представить, как всё станет ещё хуже.

Ламбер нашёл старый собор, откуда появлялись насекомые. Они выбирались из дыры в стене.

Его способность нежити подсказывала, что внутри несколько источников человеческой маны.

— ... Похоже там целая группа.

Стена церкви взорвалась, образовав большую дыру. Там были выжженные тела насекомых.

Похоже внутри шёл бой. Убивая тех, кто мешал, Ламбер с помощью меча пробился к церкви и разрубил большую дверь.

В большом помещении были люди в робах инквизиции, а напротив них стоял молодой худощавый мужчина.

Вокруг инквизиторов были четыре каменные статуи, они образовывали четыре стены света. Этот барьер не пропускал ману снаружи, и ползавшие насекомые как только пересекали барьер, белели и переставали двигаться.

Среди инквизиторов была невысокая светловолосая девушка. Капюшона на ней не было, но на глазах имелась повязка, на ней был глаз и символика церкви Хайнс.

— Враг неудачный, так ещё и подкрепление пришло необычное. Прямо не везёт, — пробормотал парень. Он уже был серьёзно ранен, один глаз раздавлен, из головы текла кровь. Нога похоже была сломана.

— Похоже в этот раз к нам заявилась нежить, — не глядя на Ламбера, сказала девушка. — Раз вас двое, нам же проще. Конечно я спешу, но подарю покой всем.

Ламбер изучил церковь Хайнс, и узнал девушку-блондинку. Скрытые тканью глаза и собранные в два хвоста светлые волосы, это была одна из четырёх святых столпов Филиппа. Она специализировалась на барьерах и как сказала Албана, считалась более жестокой, чем Матфей.

Похоже она нашла повелителя насекомых раньше Ламбера и уже вступила с ним в бой. А жуки извивались вокруг молодого человека, против которого сражалась инквизиция.

Ламбер осмотрелся вокруг. Филиппа засела за барьером из четырёх статуй, сокращала число насекомых и с помощью магии атаковала парня.

Похоже барьер пропускал только ману Филиппы. Тела насекомых, которые пытались в него проникнуть, белели, трескались и жуки умирали.

Парень похоже тоже не мог войти, по крайней мере он не пробовал атаковать. И трое инквизиторов рядом с девушкой не собирались использовать магию. Похоже только Филиппа могла пройти за пределы барьера.

Парень не сбежал из заброшенной церкви, потому что в подвале рождались жуки первого поколения. Будучи нежитью, Ламбер ощущал неприятные завихрения маны внизу. И парень не хотел уходить отсюда и пускать Филиппу вниз.

Взгляд девушки переключился с парня на Ламбера.

— Свет, стань копьём!

Её посох породил копьё света, устремившееся в мужчину. Он сразу же уклонился. Копьё вонзилось в землю и исчезло, и тут же появились магические надписи и засияли.

— Хм...

Ламбер ощутил что-то близкое к опьянению от света и отступил. Когда свет погас, он посмотрел на отметину, оставленную копьём.

— На нежити это отлично работает... Но похоже у нас тут кто-то сильный. Однако всё в порядке. Я, Филиппа, упокою вас всех.

Внутри барьера Филиппы летали три копья света. Во время войны Ламбер повидал много видов магии, потому исходя из слов девушки понял, какой эффект был у этой.

При попадании копьё света теряет свою форму, а потом активирует магию, которая нарушает поток маны вокруг. Для нежити, чья суть существования — это мана, нечто подобное само по себе смертельно.

— ... Сейчас важнее призыватель Хюд. Разве ваша главная задача не уничтожить тех, кто вторгся в святой город?

— Хо, ты знаешь про племя Хюд, какая честь.

Приложив руку к окровавленной голове, бледный парень улыбнулся и присвистнул. Он был серьёзно ранен и не мог попасть в барьер Филиппы, но почему-то оставался уверенным в себе.

— Я несу спасение всем. И в первую очередь надо спасать не жалкие тела или жизни, а души. Так говорит господин Хайнс. Спасение души должно быть даровано вне зависимости от происхождения, верования и норм добра и зла! — говоря это, Филиппа воздела руки вверх. — Душе того, кого убили монстры, будет даровано спасение! Это не мой долг! Я же должна спасти ваши проклятые души! Если вы не пожалеете обо всём и не умрёте, то будете вечно страдать в аду!

Под повязкой текли слёзы. За время войны Ламбер много всего повидал, но речь Филиппы удивила его.

— ... Хочешь сказать, что даже если людей святого города будут убивать, ты в первую очередь попытаешься убить меня и этого мужчину?

Филиппа озадаченно склонила голову. Но больше ничего не сказала и опустила посох. Три копья на огромной скорости полетели в Ламбера. Мужчина стал уклоняться, покидая пространство, где должен был исказиться поток маны.

— Ха, если ты ожидал, что с тобой тут будут разговаривать, то разочарую. Помощь мне не нужна, но может не будешь мешаться? Тобой я займусь позже, — сказал парень Ламберу. А мужчина снова посмотрел в сторону девушки. Она торжественно направила на него посох. В воздухе появились новые копья света.

Ламбер посмотрел перед собой и направил остриё меча на парня. Лицо юноши исказилось.

— ... Уж не знаю, откуда взялись твои костяшки, но ты мне явно не нравишься. Понимаю, что хочешь подраться, но неужели не понимаешь, что мы можем проиграть? Эх, потом не жалей.

Остерегаясь копий, Ламбер подходил к парню. Как только слышал приближение копья, он тут же ускорялся.

Он не пытался разрубить насекомых мечом, а просто сносил их на ходу. Во все стороны разлетались жидкости из их тел. На миг парень застыл, поражённый скоростью Ламбера, но тут же приготовился принять удар.

— Защитите меня!

Ползавшие вокруг жуки встали стеной перед ним.

— Ха-а-а-а!

Но Ламбер продолжал наступать, будто этой стены и не было, он уже буквально врезался в насекомых, когда взмахнул мечом. Парень тут же отступил. Несколько его волосков упали на трупы насекомых.

— О-опасно было, если бы не защита...

— Это твой допустимый предел.

— А?

Левая рука парня оторвалась от плеча и упала на пол. Он не смог избежать удара.

— А-ах ты...

Парень злобно уставился на Ламбера. И получил удар ноги, облачённой в Орган прямо в лицо. Он даже не успел удивиться, когда отлетел, задевая насекомых, парень врезался в колонну и наконец остановился.

— Я ни о чём не пожалею. И закончу бой с тобой до того, как мне помешают.

Парень с разбитым лицом поднялся.

— Интересно, доспех не так прост. Но уж прости, я тоже довольно упёртый... Не буду просто стоять и ждать, а сделаю всё возможное.

Парень вытянул правую руку и выставил указательный палец.

— Я хотел ещё подкопить жуков, но похоже теперь уже не выйдет!

Он сломал свой указательный палец, а потом оторвал. Из кровоточащей раны поползли мелкие жуки, они поедали плоть пальца. Оставшаяся кость оказалась странной формы, прямой и с небольшим отверстием.

— Начинаю...

Парень приложил дыру в кости к губам и подул. Вокруг стал разноситься странный высокий звук. В окнах, щелях, проходе и из дальних помещений стали появляться жуки. Похоже этот костяной свисток собрал всех, кто был рядом с церковью.

— Вот и пришло время действовать!

Парень стал приближаться к Ламберу. Мужчина уклонился от копья Филиппы и, следя за парнем, уничтожал головы приближавшихся насекомых.

Меч уже был в радиусе удара. Парень открыл рот. И из него появилась зелёная многоножка, толщиной с человеческую руку, бросившаяся прямо на Ламбера.

Мужчина сместил направление меча и разрезал лезвием существо. А потом стал размахивать оружием, убивая жуков вокруг.

Парень направил в сторону Ламбера правую руку. Он не мог достать, но чёрная, гниющая рука отделилась и устремилась к противнику. В воздухе она набухала, становилась темнее и покрывалась бесчисленными дырами. Из этих дыр появились пять чёрных пчёл размером с кулак. Ламбер уловил момент, когда они оказались на одной линии и снёс всех махом.

Парень согнул ноги и слева стал заходить к нему.

— Великолепно, но ты открылся...

Но выражение на его лице тут же изменилось, левая нога ушла вперёд, а тело стало уходить влево. Парень собирался прыгнуть вперёд, но увидел, что Ламбер уже готов встретить его, и посчитал, что подобные действия слишком рискованны.

Большой меч пронзил правый бок парня. Лезвие разорвало плоть. Хлынула кровь и органы стали вываливаться. А вместе с кровью стали выбираться разнообразные насекомые. Ламбер продолжил наступать, желая разрубить врага. А парень в последний момент отпрыгнул назад. Мужчина собирался последовать за ним, но копьё Филиппы попало между ними, и ему пришлось отступить. Копьё исчезло, магические надписи засияли, и находившиеся поблизости жуки перестали двигаться.

— Ах, как обидно. Я думала, что подарю вам обоим спасение... — вежливо проговорила Филиппа.

— Только работы добавляешь... — пробормотал Ламбер. Ещё бы один шаг, и он разрубил парня пополам.

Парень ушёл от Ламбера и направился к прикрываемой барьером Филиппе.

— Тц, ладно, даже если брошу гнездо, хотя бы с кем-то одним разберусь, чтобы лицо сохранить...

Из раны на животе продолжала течь кровь, но находившиеся внутри насекомые закрыли рану. Он бежал так, будто и не пострадал вовсе.

Ламбер тут же бросился следом. Парень говорил как будто в отчаянии, но ему казалось, будто за этим что-то скрывается.

Раз он продолжал сражение, значит мог как-то справиться с барьером. Он защищал гнездо, но не мог вечно стоять против непреодолимой стены. Возможно ему нужно было время на подготовку.

Здесь была куча призванных свистком жуков. Для Ламбера это не имело значения, но враг собирался не победить Ламбера, а прорваться сквозь барьер.

Если это было надо для того, чтобы уничтожить защиту Филиппы, это объясняло слова о том, что он хотел ещё подкопить жуков внизу.

Ламбер не мог понять, почему «Свистящий демон» выбрал именно жуков для нападения на святой город.

Конечно они могли создать панику, но против инквизиции они были бессильны. Однако мужчина подумал, что парень слишком уж спокоен. То, что он специально сообщил, что меняет цель с Ламбера на Филиппу, было блефом, позволявшим скрыть что-то.

Ламбер преследовал его, но из-за того, что ему мешала куча жуков, не мог сократить расстояние. Будь они в равных условиях, мужчина бы с лёгкостью догнал. Но перед парнем жуки расступались, освобождая ему дорогу.

— Если не хочешь сейчас умереть, убери барьер и убегай! Не надейся, что добычу Хюда ждёт лёгкая смерть! — повысив голос, Ламбер обратился к Филиппе. Но она притворилась, будто его не услышала.

— Наконец ко мне пришёл.

Она подняла посох. И копьё пронзило парня.

— Тц!

Появился свет, дестабилизирующий ману, но мужчина шёл вперёд. Его скорость значительно замедлилась.

— Я покажу всё, на что способна. Свет, стань стеной, окутай его!

У ног парня появилась стена света, большое количество жуков и тело парня подбросило. Свет вокруг него исказился.

Он оказался заперт в кубе света, это была величайшая техника барьера Филиппы, которая сжимала внутри свою добычу.

Насекомые и парень пытались пробиться изнутри. И это даже казалось забавным. Звуки вообще не выходили наружу.

— Пока ещё никто не смог выбраться оттуда. Барьер сожмётся до размера ребёнка. Я же буду наблюдать до тех пор, пока ты не покинешь этот мир. Это и будет спасение, дарованное тебе.

Филиппа облизала губы. Коробка из света сжималась, давя всё новых насекомых. Их жидкости заляпали стены, парня было уже не видать.

— Ах, так ничего не разглядеть. Вот так беда...

И тут вокруг барьера появились магические письмена радиусом десять хейнов. На местах надписей были трупы жуков. А там, где их не оказалось, их притаскивали другие насекомые.

— Пир голодных насекомых! — из-под земли прозвучал голос парня. Трупы жуков покрыл чёрный свет, и они загорелись.

— Он изначально собирался провести этот ритуал? — пробормотал Ламбер и посмотрел, куда ранее попала дестабилизирующее ману копьё Филиппы. В земле была дыра.

Когда копьё света попало в землю, парень сбежал вниз, а вместо себя оставил манекен.

— Ч-что?.. — озадаченная Филиппа замотала головой по сторонам.

У обитающих в других мирах духов есть любимое время, места, условия и магическое поле. Высшие духи как правило эгоистичны и не склонны выполнять условия. Ритуал — это акт призыва духа с созданием максимально приближенных условий.

— Услышь мой голос, явись из мира насекомых, голодный разрушитель Абадон!

Пол под ногами Филиппы растрескался, и из-под земли появилась сороконожка с лицом-черепом, дух мира насекомых, Абадон. Основание барьера было разрушено, статуи сломались, а сам барьер пропал.

— Уж прости, но я могу перестраивать своё тело и линять. Удобно, правда?

На голове-черепе стоял мальчик, сохранивший внешность парня. Рука была на месте, а бок затянулся.

В результате «Пира голодных насекомых» был призвал дух мира насекомых голодный разрушитель Абадон. Верхом на человеческом черепе мальчик жестоко улыбался и смотрел на группу инквизиторов Филиппы.

Теперь Ламбер понял, зачем для разрушения святого города использовали насекомых. Чтобы призвать высшего духа из мира насекомых, нужно много трупов жуков. Если город будет завален телами, куда ни иди, всюду можешь призвать сильного духа.

Целью насекомых было не уничтожение города, а призыв высших духов и убийство четырёх великих святых столпов.

— Огонь, сожги!

Защищая девушку, подчинённые Филиппы вышли вперёд, на голове Абадона они использовали магию.

— Бесполезно, Абадон — высший дух мира насекомых! Ритуал неформальный, потому он может сразу же исчезнуть, но не от вашей жалкой магии! Пока он здесь, вы должны дрожать и кланяться.

— О, о-о...

Изо рта Абадона выходили леденящие звуки. Троих магов накрыло чёрным пламенем. Пустые глазницы черепа Абадона смотрели на Филиппу, стоявшую позади горевших людей.

— А... А? А...

Бледная девушка отступила и упала.

Не мудрено. Абадон — высший дух, его статус выше, чем у Раунпупа, которого призывал Мандзи.

Лицо-череп аннулировало всю магию мира людей, ещё и заставляло появиться чёрное пламя в любом месте по лежанию. Но страшнее всего была разрушительная сила огромного тела духа.

Как бы Филиппа ни была закалена духовно, перед Абадоном она не могла сдержать своего страха. Это существо продемонстрировало свою ярость, разрушило барьер, на который полагалась девушка, и убило её подчинённых. Скорее уж было бы странно, если бы обычный человек не испугался.

Фигура Абадона постепенно растворялась. Парень сказал правду, для призыва Абадона нужна более сложная процедура и куда больше маны. Так как церемония призыва была неправильной, долго оставаться в мире людей он не мог.

Филиппа тяжело дышала, но когда абсолютный разрушитель пропал, она смогла вздохнуть с облегчением, и пусть её людей только что убили, девушка испытала облегчение. Но её сердце уже было сломлено.

— Х-хха, хха, хха... Боже, я...

— Чего расслабилась? Худшая доля досталась тебе, Филиппа. Вас надо убить особенно жестоко.

Прежде чем страх оставил её тело, парень схватил её со спины и через одежду укусил в плечо.

— Больно... А, а-а, а-а-а-а-а!

Под её кожей будто что-то извивалось, она покрылась красными линиями. Отёков становилось всё больше, они покрывали её тело всё быстрее.

— Чешется, чешется, чешется, чешется, чешется!

Она упала и стала биться в конвульсиях. Кожа на её теле разрывалась и наружу выползали насекомые.

— Почему?.. Почему так случилось... — прозвучали слова Филиппы. Из носа потекла серая жидкость, а потом полезли насекомые, похожие на червей. Из-за жидкостей насекомых её мозг расплавился.

— Да не почему, физическая смерть ведь не важна? Не думай, что ты тут одна особенная. Меня это не интересует, но ты-то в рай отправишься? А теперь ты сгниёшь. Весь день насекомые будут есть твои внутренности и мозг, убивая. Ну что, страшно?

— Я-я, не сделала, ничего плохого, других из эксперимента убили, я выжила с таким телом, господин Зебедая сказал, может получится понять магические знаки... Даже если потратить время, приемника не будет...

— Эй, эй, ты тут своими убеждениями поделиться решила? Вся такая уверенная была, а как настало твоё время, в ход пошли жалкие оправдания.

— Я ни в чём не ошиблась... Так сказал господин Зебедая...

Мальчик сел на покрытое насекомыми тело Филиппы, взял жука, который ел разжиженный мозг и закинул в рот.

— Ха-а-а-а-а!

Ламбер нацелился на голову противника и взмахнул мечом позади него. Мальчик приподнялся и отскочил. Лезвие попало по умирающей Филиппе. Поедавшие её насекомые разлетелись.

— Как милосердно, ты сразу нацелился на эту соплячку?

Мальчик отпрыгнул подальше от Ламбера и рассмеялся.

— Ты настоящий бывший генерал Органа? А знал, что тут кто-то необычный, но не думал, что ты настолько опасен. В первую очередь святой город, так что мне некогда возиться с тобой... Но похоже ты не собираешься меня отпускать.

Видя, что Ламбер снова приготовился к бою, он бесстрашно улыбнулся.

— Что ж, пусть я и запоздал, но всё же стоит представиться. Я один из мудрецов «Свистящего демона» «Горшок жуков». Имя назвать не могу, но как ты уже догадался я наследник племени Хюд... Пусть Лулукк и «Плетущий истину» тоже были мудрецами... Но не ровняй меня с этой мелюзгой. Я, «Роза полумирья» и «Рыцарь кровавого тумана» не такие слабаки как они.

— Как рыцарям нам полагается представиться. Я мудрец «Свистящего демона», «Рыцарь кровавого тумана». Другого имени у меня нет.

Мужчина в чёрных доспехах направил на Ламбера меч. От оружия и доспехов исходило чёрное сияние. Ламберу было известно, что этот кованный металл — чёрная магическая сталь Дарлайт.

Во время войны было королевство Лораул. Маленькая страна с высоким боевым духом среди солдат, к тому же у них были опытные маги, что позволяло компенсировать небольшой размер страны.

Однако им не повезло, на них напали другие страны, а все земли были поделены. Магические знания тогда воспринимались по разному, и большая часть магии Лораула была утрачена и очень многое до сих пор не вышло восстановить.

Их страна владела знанием производства Дарлайта, он обладал высокой прочностью, поглощая ману владельца, менялся по его воле, и главным преимуществом было то, что он мог восстанавливаться после полученных повреждений. Однако необходимость питаться маной владельца оставила немалое число воинов калеками, все считали подобные вещи проклятыми и почти не использовали во время войны.

— Можешь не называть своё имя, признак генерала Органа. Большего ты пока не достоин.

— Ты знаешь, кто я, но не стесняешься в выборе слов, — сказал Ламбер и посмотрел на верхнюю часть тела лежавшего позади «Рыцаря кровавого тумана» «Горшка жуков». Он не двигался и больше напоминал труп. Но раз товарищ пришёл к нему на выручку, был шанс вернуть его к жизни.

— Я убью вас обоих здесь. «Трупный старик», «Улыбающийся шут», «Плетущий истину»... И теперь вы двое. Так мудрецов останется лишь трое. Если конечно верить в название.

— У тебя ничего не выйдет, призрак генерала Органа. Более ты нам не помешаешь. Ты уйдёшь, не дождавшись краха этой страны. Я служил своему господину дольше всех, я его меч. И не думай, что в этот раз будет так же просто, как было ранее.

«Рыцарь кровавого тумана» попробовал разрубить Ламбера. Мужчина принял удар мечом, в следующий миг он опустил правую руку, взял меч одной рукой, выставил левое плечо и ударил противника в грудь.

Враг слегка подпрыгнул и оторвался от земли. Лезвие попало по прочным доспехам и закрытого в чёрную броню великана снесло назад.

Чёрная броня была повреждена, но человеку внутри не досталось. Повреждённая часть тут же задымилась, а искорёженный металл восстановился.

— Похоже и правда настоящие. Эти доспехи, Шаруроб из Макюраса, племя Хюд из Белфиса, вся ваша организация — это сборище обиженных из разрушенных королевств?

Они снова оказались на расстоянии удара. Мечи Ламбера и «Рыцаря кровавого тумана» сошлись.

— Думай что хочешь. Но их магия времён войны оказалась полезна для цели моего господина.

— То есть кроме тебя и ещё одного, остальные мудрецы — лишь простое оружие.

Ламбер парировал вертикальный замах. «Рыцарь кровавого тумана» описал дугу и нанёс горизонтальный удар.

— Ни к чему болтать с призраком. Скоро всё закончится.

Ламбер принял удар перчаткой и отбил, не подстраиваясь под его темп. Рыцарь удержал меч одной рукой, завёл назад, восстановил хват и снова обрушился на Ламбера.

Мужчина отступил, но его ногу задели. Огромный и тяжёлый меч лишь слабым касанием мог разбить обычную броню. Против массивной брони из Органа атака не прошла, но внутри удар был ощутим.

— Давно я ни с кем не сражался серьёзно. Но... В твоём мече прослеживается искусство королевства Лораул.

— Призрак генерала Органа, ты и правда великолепный мечник. Но теперь я понял. Мне вполне по силам справиться с тобой...

И тут на перчатке правой руки «Рыцаря кровавого тумана» появился разрез. Рука упала на землю.

— Обставил меня в бою на мечах!.. Ударил, использовав минимум движений, когда мы расходились?!

— Ты был слишком взволнован тем, что задел меня.

— ... Сила сильнейшего рыцаря страны-победителя пугает. В чистых навыках владениях мечом я тебе уступаю. Однако цель достигнута. И теперь я отступаю. Хи-хи... Расскажу тебе кое-что. Если продолжишь сражаться с нами, можешь узнать кое-что интересное.

— Что?..

Из упавшей перчатки стал выходить красный туман. Похоже его испускала отрубленная рука. Он заполнил всё вокруг, преградив обзор.

«Его не найти...»

Ламбер приготовился защищаться. Против нежити кровавый туман великолепно сыграл роль пелены. В крови тоже была мана «Рыцаря кровавого тумана», она блокировала восприятие нежити.

Противник был на уровень ниже Ламбера, и всё же отличным мечником. Если нападёт внезапно, исход боя будет сложно предсказать. Готовый защищаться Ламбер осмотрелся по сторонам.

Кровавый туман рассеялся, и рыцаря здесь уже не было.

«... Сбежал?»

Мужчина осмотрелся в поисках следов, но ничего не нашёл. Даже перчатки из Дарлайта не осталось.

«Отвлёк разговором, лишил зрения и блокировал чувства. Шаблонный трюк. И я не так уж хорош, раз позволил ему уйти».

Думая так, он посмотрел на труп «Горшка жуков». Рядом с обеими половинками собрались жуки и пожирали их.

Всех их Ламбер пронзил мечом, никого не оставив в живых. Остались лишь останки «Горшка жуков». Вряд ли он сможет возродиться из них.

Мужчина в броне говорил про бегство «Горшка жуков», но больше возиться с трупом было некогда. Ламбер расплющил голову мечом и покинул это место.

На высокой крыше в центре святого города собрались верующие маги. В центре стоял безрукий человек с замотанным лицом, один из четырёх великий святых столпов Матфей.

— «Свистящий демон» осквернил божий город своими грязными насекомыми!..

Он всё ещё не восстановился после удара Ламбера и его поддерживали подчинённые. Внизу между прекрасных зданий всё было завалено трупами жуков и людей.

Матфей вызвал почти пятьдесят духов мира света, и сейчас они сражались неподалёку от собора в центре города. Большая численность ангелов-рыцарей подходила для того, чтобы уничтожить насекомых. Даже если бы объединились другие столпы и инквизиторы, войско Матфея всё равно убило куда больше монстров.

— Сколько же насекомых они наслали? Грязные ничтожества!

— ... Кардинал Зебедая в безопасности? — спросил подчинённый Матфея.

— Ни к чему переживать за нашего господина. С ним глава четырёх великих святых столпов Симон. Они уже покидают святой город Хайнстия, — безразлично ответил мужчина. Это была скорее не уверенность, а нечто очевидное для него.

— ... Но нам неизвестно, где окопался «Свистящий демон». Согласно донесению восемь мудрецов такие же монстры как Мандзи, который разрушил Балайру, но похоже сюда пришло несколько из них... Кардинал Зебедая должен находиться внутри собора. Всё же придётся пройти немалый путь, чтобы выбраться.

— Хм... Его не найдут. К тому же господин Симон без сомнения сильнейший маг в королевстве. Кем бы они ни были, с ним не справятся.

— Вот как...

В голосе подчинённого была тревога. Насколько было известно подчинённым, Симон был невысоким стариком, невероятно худым, кожа да кости.

Он присутствовал на важных мероприятиях, но почти не покидал собор, и верующие поговаривали о его плохом здоровье.

— «Свистящий демон» пошёл на это из-за брезгливости королевской семьи! Они думают лишь о своей чистоте, всякие мятежники их совсем не уважают. Но инквизиция не такая слабая. Мы дадим ответ глупцам, решившим поиграть в войнушку! Они познают настоящий ад!

— Д-да.

— Хи-хи, с нами, четырьмя великими святыми столпами, кардиналу ни к чему убегать. Все работают не покладая рук. «Свистящий демон» наполнили город своими игрушками... Но убить они могут лишь обычных верующих. Всё утихнет, и тогда мы схватим тех, кто скрывается в городе.

Повязка на лице Матфея зашевелилась. Мышцы на щеках двигались, пока он смеялся.

— Помимо господина Симона есть Йохан с его огнём, Филиппа с барьерами и конечно же я, восьми мудрецам мы не проиграем. Пусть красуются. Слышал, некоторые из них называют себя бессмертными. Вот и пронзим их тела кольями, заставляя мучиться в течение долгих десятилетий. Весело ведь? Они наверняка боятся смерти... Хи-хи, но не знают, что есть нечто пострашнее неё.

Когда Матфей договорил, сидевший подчинённый с тростью поднялся.

— Г-господин Матфей! Сюда приближается нечто ужасное!

— Явились. Прямо как мотыльки на огонь.

Позади него разнёсся рокот. Стена рухнула и появился здоровяк в броне из прошлого, Органа. Подчинённые Матфея сразу же приготовились.

— Это ты! Монстр в доспехах, объявившийся на месте казни! Отлично. Тогда я был просто застигнут врасплох.

Даже через бинты было ясно, что лицо Матфея было искажено от гнева. Вслед за здоровяком из дыры показалась сутулая женщина. На ней была тусклая корона и старое, явно перенятое платье. Кожа бледная как у мертвеца.

— А, ха... Хороший город...

Женщина посмотрела на ад, в котором насекомые пожирали трупы людей, и сказала так, будто её это восхитило.

— Мой рыцарь, ты тоже так думаешь? Да? Да?

Здоровяк в доспехах кивнул:

— Да... Ваше величество!

Матфея происходящее смутило. Человек на месте казни явно отличался. Но то, что должен был сделать маг, оставалось прежним.

— Вперёд!

По его приказу маги вокруг атаковали огненными сферами. Стену заволокло огнем, и она частично разрушилась.

А потом поднялась буря, точно дракон пролетел, пламя рассеялось. В огне появился мужчина в доспехах, чей меч застыл в движении. Под ногами часть крыши снесло ветром.

— Б-быть не может...

— Это правда был обычный взмах мечом?

Женщина позади здоровяка захихикала.

— Давай, мой рыцарь.

Здоровяк снова встал в стойку. Перед его силой даже Матфей застыл.

— Г-глупцы! Я специально встал на видном месте и вызвал отряд ангелов, чтобы заманить вас и убить! Чтобы убить вас, я ограничивал их число! — прокричал мужчина. — Ответьте на мой глас и явитесь из мира света! Армия ангелов-рыцарей Фен Меркс!

Когда он заговорил, вокруг стали появляться вспышки света. Духи из мира света заполнили крышу. На спинах у них были крылья из воска, вместо лиц зияли дыры, все они нацелились на мечника в броне.

— Что ж, сразимся! Попробуй справиться с моей армией своим мечом! У меня припасён ещё козырь! — когда Матфей крикнул это, мечник подпрыгнул.

— А?..

Под весом доспехов из Органа всё вокруг задрожало. А в следующий миг Матфей понял, что его разрубили пополам. Таким стремительным оказался меч.

Его техника «лунное крыло» было за пределами понимания противника. Эта техника появилась во времена войны за объединение и из-за требуемой нечеловеческой силы считалась невоспроизводимой. Но мечник в невероятно тяжёлой броне с лёгкостью сделал это.

Он отпрыгнул назад, оказавшись рядом с женщиной. Из разрубленного тела Матфея хлынула кровь и он упал в огромную дыру на крыше, оставленную «лунным крылом». Маги бросились к дыре.

— Г-господин Матфей! Как же так!..

— Р-раз вы мертвы... Войско рыцарей-ангелов, защищающее город от насекомых... Ах!..

Собравшиеся здесь ангелы исчезли.

— Скучно... Пошли назад, мой рыцарь. Минимум работы мы выполнили. Да?

Мечник в доспехах поклонился женщине.

Ламбер продвигался по святому городу, убивая жуков. Город переполняли трупы людей и насекомых, живых было не видать. Из-за бесконечных тел практически некуда было ступить.

Заклинатель «Горшок жуков» был убит, но его насекомые не остановились. И похоже неплохо себя чувствовали без хозяина.

«Так выходит, что «Горшок жуков» жив».

Человек в чёрных доспехах... «Рыцарь кровавого тумана» вступил в бой, чтобы спасти товарища. Он сообщил Ламберу, что свою цель он выполнил, а потом скрылся.

Мужчина раздавил голову «Горшка жуков». Однако живучесть магов всегда превосходила все ожидания. Прошло столько времени, и вот первой перед Ламбером явилась Домилионе.

Вокруг жуки поедали тела, инквизиторы, маги и призванные духи света, которые должны были с ними сражаться, исчезли. Ламбер не думал, что маги и простые люди с оружием могли проиграть насекомым.

«Мудрецы... Похоже не стоило мне упускать человека в чёрных доспехах. Наверняка он подавил основные силы инквизиции».

Мужчина в чёрных доспехах... «Рыцарь кровавого тумана» был достаточно силён, чтобы скрестить меч с Ламбером. Он лишился одной руки, но с его навыками и самовосстанавливающимися доспехами из Дарлайта вряд ли найдётся кто-то, кто смог бы его остановить.

— В первую очередь этот мечник в чёрном доспехе... И надо подтвердить смерть «Горшка жуков». Ещё меня беспокоят подземные туннели, но на них у меня уже не хватит сил.

Ламбер не мог разорваться. Было бы проще, если бы святые столпы сократили число мудрецов, но смерть ни одного из них пока не удалось окончательно подтвердить. А высший дух, вызванный «Горшком жуков» убил Филиппу. К тому же резкое сокращение числа ангелов могло быть вызвано смертью Матфея.

И тут огонь, напоминающий зверя, предстал перед Ламбером. Он рассёк его мечом и посмотрел туда, откуда его выпустили.

— ... Снова ты.

Он взирал на одного из святых столпов Йохана. За разбитой маской можно было увидеть рот.

— Видя всё то, что происходит в святом городе, ты всё ещё отдаёшь приоритет мне?

— ...

Йохан молча направил посох на Ламбера.

— Я уже говорил. Когда всё закончится. Я снова буду думать, как с вами поступить. Ты пренебрегаешь жителями города и думаешь лишь о том, как избавиться от меня?

— ... Я немного всё подумал. Всё же ты слишком зловещий. У меня нет никаких причин оставлять рыцаря-призрака, который собрался убить кардинала Зебедаю, когда всё закончится.

— Я не говорил, что убью его.

Губы Йохана скривились.

— Нет, ты убьёшь кардинала. Человек с праведным гневом вроде твоего не сможет отвести взгляда от его проступков. Но его идеи необходимы Региосу. Как нам бороться со «Свистящим демоном» без инквизиции?

— Чтобы выкурить врагов, вы сжигаете простых людей.

— ...

Йохан замолчал и крепче сжал посох.

— ... Да, верно.

После его ответа Ламбер опустил меч. Его действия заставили мужчину напрячься.

— ... Защищать правосудие, совершая преступления; ты спрашиваешь, правильно ли это, а я сомневаюсь с ответом, уж не смешно ли?

— Я не смеюсь. Если кто-то убивает хороших людей и говорит, что это справедливость, он безумен, — Ламбер покачал головой и убрал меч в ножны. — Это тот ответ, который меня волновал, я продолжаю нести на своих плечах бремя тех, кого убил я, и сам уже давно стал трупом, у меня нет права судить вас.

Это были уже не те времена, когда жил Ламбер. Он не сможет стоять на сцене и влиять на политику. Но ещё нынешние силы королевства не могли противостоять «Свистящему демону». Он не мог быть таким же, как те, кто печалятся за будущее страны, и был не в состоянии освободить от тяжёлых мыслей.

— Даю слово. Если Зебедая такой человек, каким ты его описываешь, я его не убью. Отступи, Йохан. Половины столпов уже не осталось.

— ...

Йохан думал снова напасть на Ламбера, который открылся. Но тут заметил, что уже стоит на коленях. Всё это время он убивал в себе чувства и стал одним из лидеров инквизиции. Снаружи группа жутких демонов, изнутри безумные фанатики. Получить одобрение от такого, как Ламбер было для него спасением.

«Однако... Всё же я должен уничтожить нежить. Будучи одним из святых столпов, у меня должен быть лишь один ответ».

Стоя на коленях, Йохан посмотрел на Ламбера. Здоровяк в броне казался ещё больше и внушительнее.

— ... Хочу спросить кое-что. Под землёй несколько десятков признаков жизни. Что там? — задал вопрос Ламбер. У него было нехорошее предчувствие по этому поводу, но при том, что мудрецы неистовствовали на поверхности, им нечего было делать внизу. Но если Йохан что-то знал о туннелях, приоритеты могли поменяться.

— Под землёй несколько десятков признаков жизни?.. — мужчина побледнел.

— Там что-то есть?

— ... Это касается только инквизиции. Я всё ещё нацелен на твою голову, но не сейчас. Покуда ты жаждешь встретиться с кардиналом Зебедаей, мы снова встретимся. И тогда я убью тебя вместе с последним из святых столпов, господином Симоном.

Йохан отступил. Видя это, Ламбер отвернулся от него и пошёл в другом направлении.

После слов мага, мужчина мог догадываться о том, что было внизу. Возможно там был проход, по которому высшее руководство церкви могло покинуть город.

Ламбер был почти уверен насчёт этого, но реакция Йохана всё подтвердила. И сейчас по этому туннелю Зебедая пытался покинуть город... Но следы чьего-то присутствия доказывали, что это ловушка подчинённых «Свистящего демона» и самих мудрецов, намерившихся убить кардинала.

Вместо заботы о Зебедае, мужчина решил разобраться с «Рыцарем кровавого тумана» и «Горшком жуков», который всё ещё мог оставаться жив.

Сейчас шла война со временем, и Ламберу некогда было противостоять Йохану, который не желал, чтобы мужчина встретился с кардиналом. К тому же уже двое святых столпов были мертвы, а Йохан отправился в туннели, чтобы защитить Зебедаю. В таком случае «Рыцарь кровавого тумана» и «Горшок жуков» могут беспрепятственно убивать жителей города.

Ламбер бежал по городу, убивая жуков, и тут услышал шум вдалеке. Снеся насекомых, он остановился, поднял голову и посмотрел.

Здание обрушилось, и теперь его поглощал водоворот из песка. А потом в самом центре появился огромный жук около десяти хейнов.

Его тело было светло-коричневым, и на нём было бесчисленное множество бородавок в виде человеческих лиц. У него была куча щупалец, на которых были насажены инквизиторы. Монстр засветился и исчез.

«Я просто ходил вокруг, но похоже нашёл след. Всё же он ещё жив».

Мудрец «Горшок жуков» уже проводил ритуал «Пир голодных насекомых» и призвал голодного разрушителя Абадона. Это существо отличалось от него, но это точно был один из высших духов мира насекомых, которого призвали с помощью трупов. После «Горшка жуков» остался труп, но благодаря выигранному «Рыцарем кровавого тумана» времени он смог выжить.

Как и для «Плетущего истину» Шаруроба, для него тело человека могло быть просто вместилищем.

«... Но раз есть следы, выследить его будет несложно».

Если ты не знаешь, что из себя представляет противник, убить его непросто. Чтобы не дать сбежать Шаруробу, который был скоплением ионизированной маны, Ламберу пришлось постараться.

Но в этот раз появился человек в доспехах, назвавшийся «Рыцарем кровавого тумана», он выиграл время, и этого оказалось достаточно, чтобы «Горшок жуков» смог покинуть своё тело.

«В этот раз я должен его убить. Если «Горшок жуков» продолжит... Из этого города никто не сбежит».

Ламбер выхватил меч и направился туда, откуда появился дух. И в месте назначения жуков было больше, чем где-либо ещё. Всюду валялись тела насекомых и людей.

— ...

Мужчина молча осмотрелся. Способность нежити позволяла почувствовать сильную ману «Горшка жуков». Но среди жуков были создания с красными усиками, они испускали странную ману и не позволяли точно определить местонахождение.

Это нужно было не для бегства, а для внезапного удара. «Горшок жуков» подумал, что после разрушения здания Ламбер мог обнаружить его, и решил нанести ответный удар, а не бежать.

— Кто-нибудь, есть здесь кто-нибудь?..

Внезапно Ламбер услышал голос и повернулся в ту сторону. Среди тел жуков лежала женщина. Насекомые выели её глаза, оставив лишь кровоточащие дыры. Скорее всего через раны насекомые отложили в неё яйца. Раны серьёзные и её было не спасти.

— ... Прошу, я хочу, чтобы вы сделали кое-что.

— Прости, но мне некогда. Но выслушать я могу.

— Дочь, моя дочь, она тут рядом. Прошу... Заберите её отсюда.

Посмотрев на груду трупов жуков, Ламбер сделал ещё шаг. Вряд ли здесь кому-то нужна помощь.

— ... Да, она без сознания, но цела. Я заберу её.

Когда он сказал это, женщина подскочила, и из её рта выбралась многоножка ядовитого цвета. Мечом он разрубил её, придавил и пронзил.

Женщина отпрыгнула в сторону, но уклониться не смогла. Лезвие вонзилась в её левое плечо. Хлынула кровь, кость была обнажена, а рука просто свисала. Но на лице женщины была безумная улыбка.

— Ха, какой ты добрый. И так легко веришь в уловки.

Лицо женщины изменилось.

— Так и думал, ты «Горшок жуков».

— Так и думал? Не смеши меня. Если бы понял, то разрубил бы меня. Ты бы целился не в руку, а в другое место, — сказала с улыбкой женщина, нет, «Горшок жуков», он взялся за раненную левую руку, оторвал и бросил на землю.

— Если я не уверен до конца, я не могу навредить человеку.

— Ха, ты наивен для того, кто жил в то время. Лишь поэтому ты упустил возможность убить меня и только ранил.

— Это не так. Ты всё равно умрёшь здесь.

Ламбер направил меч на противника. То ли из-за слов, то ли из-за меча, улыбка пропала с лица «Горшка жуков».

— Я знаю слабость тех, кто защищает. Вы возлагали на себя бремя и несли свои идеалы. Сражаться как и вы я не намерен, — после короткой паузы «Горшок жуков» продолжил. — Везёт тебе, генерал Органа. Ты владеешь тем, чего нет у меня.

Уголки губ женщины приподнялись в улыбке. Но теперь это была не шутовская улыбка, а вполне спокойная. Это было восхищение сильными убеждениями, которые не изменились даже после смерти.

— ... Но ты меня слишком уж недооцениваешь. Обидно, что «Рыцарю кровавого тумана» пришлось мне помочь... Но больше я не буду небрежен в бою с тобой. Не знаю, заметил ли ты, но я специально перебил инквизиторов и приготовил место, чтобы выманить тебя.

На лице женщины проступили кровеносные сосуды, уродуя её.

— Я приготовил гору мёртвых жуков, чтобы поприветствовать тебя. И могу призвать сколько угодно высших духов. У меня ещё остались карты в рукаве. Я покажу тебе суть заклятий племени Хюд.

В ответ на техники меча «Горшок жуков» использовал обломки зданий и перемещался по неустойчивой поверхности. Он был настолько лёгок, что мог даже уклониться от меня Ламбера. Лезвие едва касалось лица, ног и живота, но противник продолжал ускользать.

Ламбер попытался проткнуть его, но «Горшок жуков» зацепился за потолок разрушенного здания и уклонился. Он собирался двигаться так, чтобы мечник не догадался. «Горшок жуков» выжидал момента, когда Ламбер расслабится и тогда собирался нанести удар. Так он предполагал.

Но в следующий момент меч уже ударил в потолок, за который держался маг. Смирившись, что атака не пройдёт, «Горшок жуков» ушёл подальше от Ламбера.

— Ты вообще не показываешь слабостей, даже не знаю, с какой стороны напасть, — высоким женским голосом сказал «Горшок жуков». Хоть у него и был другой пол, противника это совсем не смущало. Это доказывало, что он привык к смене тел.

Ламбер сократил расстояние и оказался очень близко. Вообще так он лишал своё большое оружие преимущества.

Мужчина отвёл своё оружие назад и нацелился остриём меча на «Горшок жуков». Тот увернулся и вытянул правую руку.

— Ты точно меня недооцениваешь.

Его рука распухла, и из неё появился десяток огромных пчёл. Жала были не ядовитыми, а проклятыми, если просто заденет, обычного человека это сведёт с ума.

Хоть у «Горшка жуков» было преимущество на таком расстоянии, он не собирался вступать в бой голыми руками. Но думал, что сможет поразить открывшегося Ламбера, когда тот будет вынужден противостоять быстрым пчёлам, оказавшимся вблизи.

Мечник только что опустил свой меч. И менее через миг оружие снова устремилось к врагу. И за всем этим наблюдал «Горшок жуков». Однако Ламбер использовал замах, чтобы сделать большой шаг правой ногой.

— Для этого сократил дистанцию?..

Он специально выманивал противника, чтобы ударить телом. Поняв это, «Горшок жуков» тут же отступил, но он был слишком близко, потому не смог уйти. В бок врезалась ускорившаяся броня из Органа.

Кости сломались, тело согнулось и отлетело. Он доломал пол здания, который и так едва держался, пробил стену и вылетел на дорогу. Было очевидно, что в его теле была переломана куча костей. Шея тоже неестественно выгнулась.

Ламбер с лёгкостью выследил пчёл, когда они выстроились в два ряда, и с двух ударов убил. По противнику был нанесён обычный пинок, но справиться с ним было невозможно.

Ламбер ударил огромным мечом по превратившемуся в кусок плоти «Горшку жуков». В районе груди тело оказалось разрублено пополам. Из него хлынула красная кровь, перемешанная с жижей кремового цвета. И тут воздух вышел из тела, и оно отлетело. Оно оказалось слишком уж полым.

— Снова пустая оболочка!

Вокруг появились магические надписи.

— Пир голодных насекомых!

Из-под земли прозвучал спокойный голос молодой девушки. Трупы жуков накрыл чёрный свет, и они исчезли. Ламбер вспомнил атаку духа, явившегося из-под земли, который послужил причиной смерти Филиппы, и тут же высоко подпрыгнул.

— Услышь мой голос, явись из мира насекомых, голодный разрушитель Абадон!

Земля треснула, и из мира насекомых явился дух многоножки с головой-черепом, Абадон. Перед Ламбером он оказался во второй раз.

На черепе сидела молодая девушка, «Горшок жуков». В этот раз враг снова омолодился. Прямо как тогда. Это было удобно, если надо было излечиться от ран и восстановить части тела, но при этом тело молодело.

Сейчас «Горшок жуков» выглядел как подросток, если заставить его ещё раз сбросить шкуру, останется последний раз. Возможно, что это уже предел. В следующий раз он станет совсем маленьким, не сможет использовать свои силы и жуков, которые находятся внутри. Сложно было представить, что «Горшок жуков» может предстать в такой беззащитной форме.

Находясь в воздухе, Ламбер посмотрел под ноги. Прямо под ним был череп Абадона. Он вытянул голову и оскалил клыки. Использовав центр тяжести, Ламбер извернулся и избежал клыков.

А по открытой голове попал рубящий удар меча. Но крепкий череп Абадона даже не шелохнулся.

— Бессмысленно... Обычной силой ты ничего не сделаешь!

В следующий момент, когда меч и Абадон сошлись, Ламбер подлетел в воздух. Мужчина целился в голову, но повредить её не смог. Он зацепился за череп и подался вперёд. Его целью был «Горшок жуков» на Абадоне.

Ламбер приземлился на затылок и ударил противника.

Вместо того, чтобы пытаться нанести смертельный удар в воздухе, где двигаться не так просто, мужчина предпочёл уклониться от Абадона и подобраться ближе к «Горшку жуков».

— Глупо дважды использовать духа схожим образом.

В следующий миг враг резко подался назад. Но уйти не смог. Лезвие глубоко вонзилось в голову.

Тело девушки раскрылось за спиной, и появилась малышка ещё на десять лет младше, сбросив шкуру, враг стал убегать.

— Пир плотоядного паука!

Вокруг появился огромный магический круг. Трупы жуков задрожали и поднялись в воздух. Это был иной ритуал, нежели при вызове Абадона.

— Ха-ха-ха! Ну вот! Всё готово! Думал, мне уже конец? Шаг первый: позволить справиться с тем, что уже показывал; шаг второй: ждать, когда враг угодит в ловушку. Всё прошло по моему плану!

«Горшок жуков» в форме девочки смеялся.

В результате ритуала жуки быстро высохли и напоминали мумий.

— ... Ты сразу нацелился на это, когда вступил в ближний бой?

Он мог не вступать в ближний бой, ведь трупов для призыва высшего духа хватало. «Горшок жуков» не сделал этого, потому что хотел разобраться с Ламбером с помощью последовательных призывов.

Для призыва требовалось много жуков. Мало было просто разбросать их повсюду. Надо было направить Ламбера в нужное место.

Всё прошло, как задумал враг, Ламбер забрался на голову монстра, и тут случился следующий призыв.

— Услышь мой голос, явись из мира насекомых, невидимая злоба Атрак Нача! — прозвучал голос девочки. Между противниками появился гигантский паук. А находившиеся в воздухе жути так и застряли там, будто в чём-то запутались. Ламбер тут же попытался уйти, но нога в чём-то запуталась и не поднималась.

— Паутина...

— Верно! Это невидимая паутина Атрак Нача! Пока хозяин поблизости, она крепче любой другой в этом мире!

Ламбер тут же вонзил меч в Абадона. Тот поднял голову и врезался в Атрак Нача. Если бы мужчина попробовал остановить этот удар мечом, то даже в броне из Органа вряд ли уцелел.

Будучи в воздухе, он всё ещё чувствовал, что с ногами что-то не так. Согнувшись, мужчина ударил под ноги. Натянутая паутина оказалась разрезана.

Освободиться удалось. Но если упадёт, снова увязнет в паутине. Абадон смог выбраться их паутины, но у него и Лабмера была слишком большая разница в размерах. К тому же Абадон стоял на земле, а Ламбер вынужден был обходится паутиной. Так он не мог вложить достаточно силы.

Приземлившись, мужчина крутанулся, разрезал паутину и стал продвигаться. И продолжал делать это, пока шёл вперёд.

Позади него снова головой ударил Абадон. Гнездо Атрак Нача ходило ходуном.

Ламберу было тяжело продвигаться, а неподвижный до этого времени паук стал приближаться. Восемь глаз сияли красным. «Горшок жуков» расположился за монстром.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Давай, вперёд! Попробуй добраться до меня, избегая Абадона и Артак Нача!

Лапа паука была вытянула в направлении Ламбера. Мужчина взмахнул мечом и отбился. Слегка порезал конечность, но не ранил.

«... Шкура слишком крепкая. Бессмысленно атаковать высшего духа в лоб».

Монстр оставил попытки насадить мужчину на лапу, и теперь приблизился к нему своей извивающейся пастью.

Ламбер бросил в неё мечом. Пронзённый монстр высоко задрал голову и завопил от боли.

— О, о-о, о...

Жидкости вытекали изо рта.

— Быстро ты решения принимаешь. Даже против высшего духа отлично справляешься. Но сколько ты протянешь без своего огромного меча...

Ламбер потянул руку. Из пасти вывалился меч и полетел к нему. Прежде чем бросить, он обвязал рукоять паутиной Артак Нача.

Мужчина взмахнул оружием и перерезал паутину, запрыгнул на спину бушевавшего из-за боли паука. А потом бросил меч прямо в «Горшок жуков». Враг выставил руки, чтобы защититься, и лезвие задело его. В последний момент получилось уклониться, но плечо хрупкой девочки просто разорвало, вокруг разлетелась кровь. Пролетев рядом с «Горшком жуков», меч вонзился в стену высокого здания.

— Опасно было, думал, что помру...

Точно следуя за мечом, Ламбер летел к противнику. Потянув за паутину, он подтащил к себе застрявшее в стене оружие.

Уклоняясь от огромного куска металла, «Горшок жуков» отпрыгнул. Но вытянутая рука в перчатке пронзила сердце и заставила лёгкое тело подлететь.

Верхняя часть тела на уровне плеч отделилась от нижней. Тело врезалось в стену, а голова попала в паутину.

Атрак Нача пропал, следом за ним не стало и паутины, а голова упала на землю. Вытаскивая меч из стены, Ламбер разрушал её, подходя к голове.

— ... Столько раз загонял меня. За двести лет моей жизни такого ещё не было, — губы девочки шевелились. Огонь в глазах потух, он уже был мёртв. Череп раскололся и появились большие крылья. Вытянулось худое тело и стало раздуваться, точно наполняясь воздухом. Впереди были две руки, напоминающие косы.

Странный монстр спустился на землю. Выглядел он как сияющий фиолетовый муравей. Оставшийся рот девочки двигался. Просматривавшиеся за разорванным лицом глаза насекомого смотрели на Ламбера.

— Перед уничтожением племени Хюд, появился я, злоба заблуждений, раздражённая настойчивость, бессмысленная одержимость. Моё существование — кульминация магии племени Хюд. Удивлён? Ну, нападай. Я могу и сбежать... Но не могу долго управлять своим телом. Решим всё сейчас.

Когда Ламбер опустился на землю, «Горшок жуков» всё ещё продолжал на него смотреть. Неизвестно, было ли сказанное правдой, но похоже сбегать он и правда не собирался.

— Живот беременной женщины был разорван, и туда поместили множество насекомых, созданных племенем Хюд. Я поднимаю конечности, зависаю в воздухе и больше не касаюсь земли.

Лапы жука оттолкнулись от земли, он расправил крылья. Оставаясь на низкой высоте, он летал вокруг Ламбера.

— Насекомые ели плоть ребёнка. Но не тронули мозг и органы. Их они оставили, собрались вместе, прекратили всякую деятельность в утробе и заняли место съеденной плоти. Мать растила монстра как одну цельную жизнь.

Ламбер направлял меч на «Горшок жуков».

— Когда монстр родился, мать умерла. Так и появился я, «Горшок жуков». Племя Хюд узнали, что их собираются уничтожить, и испугались, что их техники пропадут. Потому все достижения были запечатаны в одном теле, и был создан паразит, который мог управлять человеческим телом.

Он продолжал кружить вокруг мечника. Рот девочки всё ещё двигался.

— Моя цель — использовать колдовство племени Хюд и держать страну в страхе. Это означало, что племя существовало.

В этой цели не было никакого смысла. Само племя знало об этом. Но они служили стране, жертвовали своими товарищами, были заклеймены и исчезли вместе со страной, всего этого они просто не могли признать.

— Ну что? Жутко?

— Такие были времена, — ответил ему Ламбер. — ... И вот всё закончилось.

На лице девочки появилась улыбка.

— Всё закончилось для тебя, генерал Органа!

Оказавшись в слепой зоне, противник взмахнул косами, целясь в шею. Ламбер тут же уклонился и отбил атаку мечом.

Отброшенный, «Горшок жуков» подлетел и теперь взмахнул серпами над мужчиной. Ламбер отступил назад и нацелился на живот. Жук тоже отлетел назад.

— Моё тело не выносит воздуха. Находясь в прямом контакте, моему телу быстро становится плохо. Но пока я в человеческом теле, совсем не старею. Я могу жить вечно и распространять моё проклятие! Для этого я убью тебя и покину это место!

Из широко открытого рта головы девочки прозвучал крик. Оставаясь в воздухе «Горшок жуков» подался вперёд. А потом на ещё более высокой скорости пролетел рядом с Ламбером.

Прозвучал удар металла. Не от меча, а от доспехов. Шлем Ламбера слетел на землю.

Мужчина посмотрел вниз. Конечности жука коснулись земли, оставляя на ней два следа. Из-за сильного трения поднимался чёрный дым.

— Ну что? Я быстрейший в племени Хюд. Генерал Органа, смог ли ты увидеть?..

Лицо девочки взорвалось, часть возле левого глаза была раздавлена. Мозг выливался, обнажив голову жука изнутри. Досталось не одному лишь Ламберу. Мужчина тоже попал, когда они проходили мимо.

— Похоже ты не наговорился, но пора бы позволить этой женщине отдохнуть.

Глазницы черепа Ламбера смотрели на «Горшок жука».

— Отличные навыки. Ты ведь увидел?

Половина лица девочки двигала челюстью, выдавая слова. «Горшок жуков» медленно развернулся. Следующий раз будет последним.

— Я взвалил их злобу на себя. Так просто я не могу проиграть.

— Ты взвалил на себя то, что ничего не стоит.

— Говоришь так, будто что-то знаешь. Дешёвые слова.

Лицо девочки исказилось.

— Я не предлагаю это отбросить. Лишь говорю, что покончу с этим.

«Горшок жуков» снова направился к Ламберу и взмахнул серпами. А Ламбер взмахнул мечом. Лезвие противника упало на землю, тело оказалось разрезано. Часть подлетела, а другая упала на землю.

— Хи, хи-хи, всё кончено. Они этого не примут.

Ламбер подошёл ко всё ещё говорившей голове.

— Иногда я вижу странные сны. Я обычный ребёнок, родился у обычной женщины, и все точно ненормальные радуются этому. А я ничего не понимаю, а просто плачу, такой вот сон. Прожил двести лет и вижу такие сны. Странно же? Смешно?

Кожа девочки сошла, обнажив его голову. Появилось лицо жуткого насекомого.

— Тебе тоже пока поспать.

Лезвие меча размозжило голову «Горшка жуков». Ламбер осмотрелся вокруг. Жуки вокруг перестали двигаться и опустились. Умер заклинатель, и они тоже погибли.

Ламбер убрал меч за спину. Он надел шлем и оставил тело «Горшка жуков». Скорее всего оставшиеся столпы инквизиции и мудрецы «Свистящего демона» сейчас где-то рядом с убегающим кардиналом Зебедаей.

Йохан бежал по опустевшему городу, направляясь в центр.

«... Хочу спросить кое-что. Под землёй несколько десятков признаков жизни. Что там?»

В груди снова вспыхнули слова рыцаря-призрака. Йохан не ответил на вопрос. Всё же там была цель рыцаря, глава инквизиции, кардинал Зебедая.

Рыцарь-призрак похоже всё понял по его реакции, и всё же Йохан не мог в отрытую сказать этого.

Подземные туннели были нужны, чтобы в случае нападения самые важные люди смогли покинуть святой город Хайнстию. Строительством руководило высшее руководство церкви, а работу осуществляли грешники, место держалось в строжайшем секрете. Когда всё было готово, грешников похоронили заживо.

Когда напал «Свистящий демон» глава четырёх великих святых столпов Симон и несколько подчинённых должен был вывести кардинала.

Но в таком случае под землёй бы не ощущалось присутствие нескольких десятков человек. Ведь их не набиралось даже десяти.

В тайный подземный туннель не могло войти несколько десятков человек. Очевидно, что-то пошло не так. Те, кого не звали, вошли туда со злым умыслом. Лишь так оставалось думать Йохану.

Вряд ли рыцарь-призрак стал бы так обманывать, лишь бы получить информацию. Слишком много поводов сомневаться.

Целью рыцаря-призрака был кардинал Зебедая, мечник был врагом Йохана. Мужчина не мог проигнорировать то, что странная нежить пыталась выйти на кардинала.

Однако Йохан не считал, что та нежить соврала. Его слова несли абсолютную уверенность.

Когда мужчина был маленьким, некромант сжёг его родную деревню. Его ненависть разглядел кардинал и подобрал его, убив эмоции, он прошёл через суровые тренировки, продолжал убивать тех, кто не следует воли церкви, и в итоге был признан одним из святых столпов.

Над магами инквизиции насмехаются, говоря, что они бессердечные големы, которые спокойно убивают других. Йохан считал, что так и есть. Этому он собирался посвятить себя.

Но рыцарь-призрак всего после нескольких фраз увидел внутренний конфликт, который Йохан никогда не демонстрировал, и выказал понимание. Мужчина не думал, что те слова были сказаны лишь для того, чтобы заполучить информацию.

«Однако... Почему в туннеле их так много? Может «Свистящий демон» бросил сюда самых слабых? Или это подконтрольные жуки?»

Ранее в землях виконта Лагара в Тетомбурке была полностью разбита побочная организация алхимиков «Ангел смерти». Йохан думал, что мудрецы напали на святой город, чтобы больше не терять людей.

Однако туннели под святым городом растянулись точно паутина. Даже если враг заблокирует один проход, можно уйти по другому.

К тому же защищающий кардинала Симон с помощью магии мог ощутить, что происходит вокруг. Если хочешь зажать их там, это надо делать числом, перекрывая все проходы.

«Пока я ничего не понимаю... Но неужели есть предатель в верхушке церкви, который рассказал про туннели? И как «Свистящий демон» собрался убить кардинала Зебедаю в этих туннелях... Слишком много неопределённостей. Им точно кто-то передал информацию. Хотя они могли выудить память из убитого...»

Наконец Йохан добрался до цели, высокой белой башни. «Башня упокоения» воздвигнутая в честь всех мучеников религии Хайнс. В подвале находился один из входов в туннели.

— Думал, если пойду сюда, смогу достать кого-то из четырёх столбов. И оказался прав, — прозвучал низкий голос. Из окна второго этажа башни спрыгнул рыцарь в чёрных доспехах и преградил путь Йохану.

Рыцарь в чёрных доспехах в размерах не уступал рыцарю-призраку. Однако у него не хватало левой руки.

— Ты один из столпов, Йохан. Трупы Филиппы и Матфея были обнаружены. А «Роза полумирья» сейчас следует за Зебедаей и Симоном по туннелям. А я заберу твою голову. И тогда инквизиции настанет конец.

— ...

Йохан молча приготовился, а потом перевёл взгляд на обрубок левой руки.

— Ох, за меня переживаешь? Но это ни к чему. Конечно сложно сказать, что я сейчас в идеальном состоянии. Но нет ничего постыдного в том, чтобы убить однорукого мечника. Всё же я уже опустился до демона, — сказал чёрный мечник, неторопливо вытащил из-за спины чёрный меч и показал, что может свободно владеть им.

— Конечно это невозможно. Но разве ты бы стал использовать обе руки, чтобы выкрутить руки младенца? Я один из мудрецов «Рыцарь кровавого тумана». Я украшу твою последнюю битву. Вперёд.

Чёрный рыцарь напал на Йохана.

— Ответь на мой глас и явитесь из мира света! Ангел огненной темницы Ами Фатнас!

Перед Йоханом появились два духа света. Дыры вместо их лиц были направлены на чёрного рыцаря.

Жители иного мира подняли руки вверх. На их телах были доспехи адского пламени. Защищая Йохана, они бросились на врага.

— Нелепица.

Чёрный мечник взмахнул одной рукой. Два духа двигались вокруг, зажимая.

Первым делом мечник пронзил грудь одного, а когда выхватил оружие, разрубил от живота и до плеча. Разрубленное тело духа упало на землю.

Но так он открылся перед духом, что был сзади. Он вытянул пылающую руку и коснулся спины. От горячего пламени броня исказилась.

Но тут чёрный рыцарь взмахнул мечом, и рука второго духа упала. Второй удар отрубил голову, третий попал туда, где должно было находиться лицо, а четвёртый вонзился на уровне сердца. Разделённый на пять частей дух исчез в магическом свете.

— Эх, просто нелепица, — пробормотал рыцарь. Йохан посмотрел на деформированную спину.

«... И правда ужасающий мечник. Он сильнее меня, Филиппы или Матфея. Но на «Рыцаре кровавого тумана» должен был сработать адский огонь ангела».

В таком случае можно было уничтожить доспех с владельцем. Чёрный рыцарь оставался спокоен. Но раз доспех так искажается, значит металл был раскалён. К плоти должен был прилипнуть расплавленный металл, и враг должен был получить сильный ожог.

— Ответь на мой глас и явитесь из мира света! Ангел огненной темницы Ами Фатнас!

Йохан снова использовал призыв. Теперь появились четыре духа без лиц и лишь с верхней неорганической частью тела. Как и на предыдущих, на них были доспехи из огня, они по кругу обошли чёрного рыцаря и приближались к нему.

— Снова использовал эти игрушки?

Чёрным мечник взмахнул одной рукой, державшей меч. К нему со всех сторон приближались сущности, облачённые в пламя, а он прорвался, размахивая мечом. Разлетелись головы и руки духов.

Но дух с наполовину срубленным лицом не пал, а подошёл из слепой зоны и обхватил мечника со спины. От доспехов стал подниматься дым, ощущался запах горелой плоти.

— Говорил же, нелепица.

Мечник высоко поднял ногу. Он сломал шею духу, а потом ударил по спине. Дух отпустил руки, упал и растворился в свете маны.

Он с лёгкостью разобрался даже с четырьмя противниками. Но спине врага сильно досталось. И всё благодаря адскому пламени огненного духа Ами Фатнас.

Йохан не мог управлять таким большим числом духов как Матфей. Но его призванные существа были куда лучше чем Фен Мерксы.

Ами Фатнас могли создавать пламя, и огонь, который был на их телах, усиливался маной, потому температура была куда выше. Если такой коснётся человека, тот мгновенно обратится в пепел.

«В этот раз расплавился металл на талии. Противник уже не может двигаться как раньше. Ещё немного и получится его убить. Нужно поскорее разобраться с ним и отправляться к кардиналу Зебедае...»

Пока Йохан думал так, кое-что случилось. Деформированный металл начал извиваться точно был жидким и принял изначальную форму. Йохан не верил своим глазам. Но случилось именно это.

— ... Быть не может, неужели это проклятый металл Далрайт?

Мужчине тоже доводилось слышать о нём. Во время войны одна страна использовала Далрайт, называемый проклятым металлом. Он бесконечно поглощает ману владельца, но благодаря этому броня могла похвастаться высокой прочностью и возможностью восстанавливаться. Когда-то броню называли несокрушимой, но не способные выдержать того, сколько маны у них забирают, многие воины высохли прямо внутри доспехов и погибли.

— Верно. Даже спросил. Похоже ты не смог скрыть удивления. И всё же грубо называть броню проклятой. Просто не так много людей могут с ней сладить.

Жар проник, и металл точно был деформирован. Доспех должен был превратиться в горячий гроб благодаря адскому пламени. Но мечник похоже вообще не переживал из-за этого.

— Что же там... Под доспехом? Почему ты так спокойно стоишь после адского пламени?

На вопрос Йохана чёрный рыцарь усмехнулся:

— Думаешь, я отвечу на этот вопрос? Если хочешь знать, одолей меня. Выпускай трёхголового ангела. Я вас уже изучил. Так у нас получится поиграть.

Чёрный рыцарь поднял меч. Йохан следил за его единственной рукой.

Он не был пустым. А ещё с помощью Далрайта мог создать недостающую часть брони. Вряд ли у него нестандартный метод восстановления.

— Не хочешь — не заставляю. Когда убью тебя, снова нападу на Ламбера. «Роза межмирья» безжалостна и щепетильна. Пока она внизу, Зебедае не выжить.

С мечом в руках он подходил к Йохану.

— Пламя, обратись в тигра!

Маг направил на противника руку. Пламя обратилось в пятерых тигров. Огненные звери устремились к чёрному рыцарю.

— И для чего нужна эта магия?

Продолжая медленно идти, мечник взмахнул оружием. Каждый взмах рассекал огненных зверей и заставлял исчезать. Йохан использовал их как щит, а сам направился в «Башню упокоения». Наблюдавший за ним мечник поражённо покачал головой:

— Какой трус. Я разочарован. Один из столпов просто решил сбежать. Ты правда думаешь, что у тебя получится?

Чёрный мечник последовал за ним в «Башню упокоения».

На стенах башни были высечены изображения из мифологии религии Хайнс. А между ними были образы мучеников. Башня была цилиндрической, а винтовая лестница вела до самой крыши.

Йохан бежал по лестнице. Позади следовал «Рыцарь кровавого тумана».

— Для вас ведь это священное место? В тебе совсем нет гордости как в священнике? Спускайся и не разочаруй меня.

Строение башни было простым, тут не имелось скрытых проходов. Если его продолжат преследовать, то убегать будет некуда. Потому «Рыцарь кровавого тумана» никуда не спешил и проверял, нет ли ловушек.

— Вызывай своих ангелов. Сам ты мне не противник.

Временами рыцарь обращался к Йохану. Однако мужчина не остановился. Они добрались до середины башни.

— Время пришло. Можешь выбрать, как ты отправишься к своему богу.

На очередные слова «Рыцаря кровавого тумана» Йохан ответил огненной сферой. Лестница перед противником рухнула. Он остановился, а Йохан выпустил ещё одну сферу позади врага. Теперь с двух сторон от рыцаря лестница была сломана.

Маг направил руку на остановившегося «Рыцаря кровавого тумана». Тот указал на шлем и посмотрел на Йохана.

— ... Сюда целишься?

Третий выстрел был направлен на чёрный шлем.

— Такая детская задумка просто смехотворна. Великий святой столп. Оказавшись загнанным, ты собственной магией сжигаешь образы своих предшественников.

Рыцарь наступил на лестницу, и она обрушилась. Мужчина перепрыгнул через горящие ступени и приземлился. Не попав в цель, огненная сфера разрушила ступени, на которых стоял мечник.

— Ну а теперь что? Мне уже надоело играть в догонялки.

Убедившись, что противник ушёл от атаки, Йохан продолжил подъем. Мечник взмахнул оружием и оставил глубокий след на стене. Через отверстие можно было выглянуть наружу.

— Сдавайся и ты станешь образом на этой башне. Покуда на мне броня из Дарлайта, ты не причинишь мне вреда этим огнём... А даже если и достанешь, то в истинном смысле всё равно не навредишь.

Йохан бросил взгляд на врага, но не остановился и не ответил. «Рыцарь кровавого тумана» снова взял меч наизготовку.

— Мы скоро будем на крыше, а ты так ничего толком и не придумал! Нелепый бой. Спешить некуда, но я хочу закончить всё поскорее!

Тут мечник ускорился. Расстояние сокращалось. Йохан продолжал бежать и непрерывно атаковал огненными сферами. А враг бежал, наплевав на горящую лестницу. Те сферы, что летели в рыцаря, были отклонены мечом и попадали в стены.

Это конец. Они почти добрались до верха. Йохан ускорил атаки, сократив интервал. Десять, двадцать раз, всё заволокло алым. Охваченная пламенем лестница продолжала рушиться.

Тяжело дыша, мужчина остановился на самом верху. Сохранять силы и непрерывно атаковать было непросто даже для него. Он вырывал свою жизнь и выжимал ману.

Лестница в огне уже разрушилась. Так «Рыцарь кровавого тумана» не мог подняться.

— ... Если Филиппа и Матфей мертвы, я должен выжить. Я должен поддерживать кардинала Зебедаю и восстановить святой город Хайнстию и инквизицию. Пусть я совершил смертный грех и сжёг «Башню упокоения», это было необходимо, чтобы защитить страну. Ради мёртвых нельзя жертвовать живыми, — поднявшись, сказал Йохан. Повреждённая маска упала, явив его лицо. Пытаясь отдышаться, он опёрся спиной на стену.

— Но... Да, ничего не вышло.

Лицо не изменилось, но в голосе ощущалось смирение.

Пока он говорил, вверх поднимался «Рыцарь кровавого тумана». Пронзая мечом стену, он карабкался.

— Увы. Осталась ли у тебя воля сражаться? Я не беспощаден и дам тебе возможность помолиться напоследок.

— ... Тогда дай мне немного времени, — сказал Йохан и поднял руки вверх. И тут появился огромный сияющий магический круг.

— Ещё не сдался и собираешься сопротивляться?..

— Ответь на мой глас и явитесь из мира света! Архангел выжженной земли Данталия!

В центре башни появился огромный дух. Лишь верхняя половина тела, шесть крыльев и три головы с дырами вместо лиц. Ростом он был около пяти хейнов.

— Хо, вызвал наконец. Но мог бы и поспешить... Похоже ты уже почти остался без маны.

Йохан был необычайно бледен. Мана, которая была ценой для использования магии, являлась самой жизненной силой. Если используешь слишком много без отдыха, то не сможешь пошевелить даже пальцем и умрёшь.

— В этой узкой «Башне упокоения» может ты и достанешь до меня. Ты специально забрался так высоко, чтобы нельзя было спрыгнуть. Понятно, довольно забавно, — голос чёрного рыцаря был весёлым.

Архангел Данталия воздел руки к потолку. В неорганических руках появился гигантский раскалённый металлический крест. Три дыры в лицах были направлены на «Рыцаря кровавого тумана».

— ... Нет, не попадёт. Архангел Данталия слишком медлителен.

Йохан сознался, что его последний козырь бесполезен.

— Не узнаешь, пока не попробуешь. Ну что? За тобой вера этой страны и будущее. Всё это лишь ради этого. Сопротивляйся изо всех сил.

— Это лишь слова, но инквизиция ненавистна. Даже если мы исчезнем, это никак не повлияет на религию Хайнс или её престиж. Даже нет причин надеяться на облегчение после смерти.

— ... Всё, что вы делаете, напрасно.

— Я точно отправлюсь в ад. Но там мы точно встретимся! У меня есть миссия, но если ничего не выйдет, я по крайней мере заберу тебя с собой! Более насилия я в святом городе не допущу!

Руки архангела Данталии странно вытягивались, будто у них добавлялись новые суставы.

— Неужели ты!..

Спустившись к центру башни, архангел взмахнул пытающим крестом. Всё покрылось трещинами, тут и там бушевало адское пламя.

— Что же с тобой будет, если ты упадёшь с такой высоты даже в такой броне?!

«Рыцарь кровавого тумана» выпрыгнул через дыру в стене. А потом вонзил меч в стену. Он собирался спуститься, замедлив падение.

— Вижу, что ты готов. Ты не смог убить меня. Но я признаю тебя. И запомню твоё имя.

Йохан ухватился за доспехи со спины.

— Ты ещё можешь двигаться!..

— Пламя!

Вырвавшееся из руки Йохана пламя разрушило стену, за которую держался рыцарь. Они оба оказались в воздухе. Вся башня пылала и двое падали на кучу обломков.

Ламбер убил одного из мудрецов «Горшка жуков» и теперь бежал по святому городу в поисках спуска в туннели, где находился кардинал Зебедая. Если в соборе собирались высокопоставленные персоны, значит там и должен быть вход, потому туда мужчина и направлялся.

Но когда увидел обрушившуюся каменную гору, сменил направление. Ламбер сменил направление и остановился перед кучей обломков.

— Серьёзный бой, — пробормотал он.

Кучей камней стала «Башня упокоения». Чтобы одолеть «Рыцаря кровавого тумана», её сжёг один из святых столпов Йохан.

Ламбер не мог знать об этом, но было понятно, что тут столкнулся кто-то из верующих и восьми мудрецов. При том, как была обожжена башня, и исходя из того, что половина столпов уже мертва, Ламбер предположил, что Йохан решил забрать с собой кого-то из мудрецов.

Мужчина представил образ молодого парня, скрывавшегося за маской безразличия. Хоть он и был оружием королевства, одним из святых столбов, всё ещё оставался человеком. И не смог пережить эту трагедию.

— ... А я хотел поговорить с ним ещё раз, — обронил Ламбер, направляясь к развалинам. Найти путь в туннели было важно, но мужчина не мог отказаться от убийства мудрецов. Если здесь кто-то из них раненный, его нельзя было упускать. Он должен был устранить всех.

Если там кто-то близкий к бессмертным вроде «Плетущего истину» и «Горшка жуков», они могли выжить, даже после такого. Здравый смысл не распространяется на магов, отбросивших мораль. Они стараются выжить так, как никто не ожидает. Опасно было считать, что они умрут после такого.

Ламбер разбрасывал камни большим мечом. Его восприятие нежити улавливало зловещую ману. Этот кто-то слаб для восьми мудрецов, но кто-то там был.

И вот под грудой обломков он нашёл. Повреждённую чёрную броню.

Ламбер понял, что это «Рыцарь кровавого тумана», с которым он уже сражался. Он помог сбежать «Горшку жуков» и хоть лишился руки, смог уйти сам. Доспехи принадлежали именно ему. Зловещая мана ощущалась именно от доспехов.

Чёрные доспехи были из Дарлайта, необычного металла, который восстанавливался благодаря мане владельца. То, что броня не восстановилась, означало, что «Рыцарь кровавого тумана» погиб при обрушении башни.

«Однако... Почему?»

На доспехах не было ни крови, ни кусков плоти. И внутри они похоже были полыми. Будто изначально они были пустыми.

«Но этого не может быть».

Ламбер уже успел отрубить врагу руку. Внутри доспехов точно кто-то был.

Кто-то мог забрать доспех. Но было не ясно, что будет, если его снять. Пустая броня была странной, но это были обычные доспехи.

Всякое бывает. При жизни Ламбер слышал про доспехи, внутри которых никого не было.

Одна страна, исчезнувшая во время войны, Лораул. Их генерал Бартия в последнем сражении один сражался против нескольких сотен солдат, и в конце ему снесли голову из слепой зоны. Однако внутри доспеха никого не оказалось.

Страна была уничтожена, она исчезла посреди войны. И генерала Бартию Ламбер считал чем-то вроде байки. Однако на «Рыцаре кровавого тумана» были доспехи из Дарлайта и он владел техниками той страны.

Если рыцарь выжил, с этими доспехами мог быть связан секрет его слабости. Однако Ламберу некогда было разбираться с доспехами.

И если тут ничего нет, то он зря потратит время. По крайней мере, способности Ламбера подсказывали ему, что здесь нет мудрецов. Владелец брони был мёртв или же находился где-то далеко.

Подумав немного, Ламбер решил уйти. Если продолжит оставаться здесь, мудрецы могут убить кардинала Зебедаю. Изначально мужчина пришёл в этот город, чтобы оценить главу инквизиции.

Пока не явился сюда, Ламбер был об инквизиции не лучшего мнения. Но теперь он понимал, что эти люди — сдерживающий фактор для «Свистящего демона». Пока они явно уступали, но вывод руководства был важен.

Если кардинала убьют, инквизиция может уже не оправиться. Больше затягивать было нельзя.

Собор в центре города был уже опустошён. Жрецы либо были мертвы, либо стали пищей. А съевшие их жуки тоже все передохли и просто лежали на земле.

Ламбер стал осматривать собор, наполненный запахом смерти. Здесь должен был находиться скрытый проход, по которому сбежал кардинал Зебедая.

Под святым городом Хайнстией был вырыт огромный тайный туннель. Он расходился точно паутина, тут были девять входов.

Все выходы были тщательно скрыты, случайно их было не обнаружить. Даже если проход обнаружат, место напоминало лабиринт с множеством путей для бегства, и выследить того, кто хорошо разбирался в этом месте, было попросту невозможно.

По туннелю шла группа в десять человек.

— Вот ведь, ги-хи-хи... Попытались убить меня в святом городе. Вот только охрана была готова к побегу, — говорил шедший впереди старик. У него был большой подбородок и орлиный нос. Это был глава инквизиции кардинал Зебедая. — Была бы возможность, хотелось бы отрезать конечности и выдавить глаза, а потом навечно отправить на скотный двор. Но к сожалению не понятно, чем они занимаются, и поймать их не получится. Убивайте друг друга и похороните хотя бы на одного еретика из «Свистящего демона» больше, дети мои, — низким голосом кардинал засмеялся.

— Не слишком горячитесь, кардинал. Перед вами подчинённые. И пусть мы не можем командовать в нашем положении, мы должна сосредоточиться на минимальном ущербе. Если мы, четыре великих святых столпа, падём, существование инквизиции окажется под угрозой, — сказал худой и низкий старик, следовавший чуть позади и сбоку от Зебедаи. Это был Симон, главный среди столпов и епископ святого города Хайнстия. Он сопровождал кардинала, чтобы помочь ему в целости покинуть город.

Следом за Зебедаей и Симоном шли восемь подчинённых епископа.

— Разве я могу не горячиться? Я живу, чтобы убить их. Трусливо прятавшиеся прогнившие крысы объявились в моём саду. Разве тут можно чему-то радоваться?

— Я понимаю ваши чувства, кардинал.

— Ги-хи-хи... Сожалею я лишь о том, что вынужден уйти, и не увижу их смертей. Но тут ничего не поделаешь. Я должен выжить, чтобы убить их хотя бы на одного больше. Это так весело, что я не могу сдержать смех. Я уже успел позабыть это чувство. Сколько же десятилетий успело пролететь? — голос кардинала был полон энтузиазма. На невинном лице была улыбка демона. — Ах, ах, я жил ради этого дня. Нет, ради того, что будет. После этого дня королевство поймёт свою несостоятельность! Чтобы противостоять врагу, нужна вера на грани одержимости и моя инквизиция! Наконец королевство поймёт! Я был прав!

— Кардинал, — Симон окликнул его. Но тот не слушал и продолжал говорить:

— Инквизиция будет повсюду в этой стране. Мы ограничим всю магию за пределами церкви и подарим боль тем, кто будет возражать. Опасные ростки должны получить небесную кару. Тогда больше не будет таких магов как они. Никто не сможет противостоять мне! Это испытание, дабы очистить королевство Региос и возродить его!

— Остановитесь, кардинал.

— Хо?

Зебедая замолчал и остановился. Симон поклонился, вышел вперёд, свёл руки и прикрыл глаза. И где-то через десять секунд повернулся к кардиналу.

— Кардинал, нас преследуют. Скорее всего пришли от ворот земной птицы. Про эти туннели знают лишь немногие в инквизиции. Неужели их кто-то направил?..

Вначале Зебедая оставался безразличных, а потом рассмеялся.

— Никаких проблем. Ведь ты с нами, Симон. От твоих глаз и божественной длани не ускользнёт никто. Я жалел, что тебе не доведётся сражаться. Истерзай их тела, разбей головы и убей. Пусть пожалеют. Не о том, что явились сюда, а что вообще родились.

— Однако численность необычна. Противник положился на монстров-насекомых и задействовал небольшое число элиты, как мы предполагали.

— Отлично, чем больше злодеев убито, тем лучше. Так сколько их?

— Я ощутил двадцать. Расстояние большое, так что я мог ощутить не всех, возможно их вдвое больше. К тому же они перекрывают пути так, будто знакомы с этим лабиринтом. Это не жуки и не нежить, а живые люди.

— Хо-хо, и правда много. Четыре десятка грешников, сбившихся с пути, ги-хи-хи-хи... Как интересно.

Симон с упрёком прищурил взгляд:

— Кардинал, наша цель — покинуть святой город в целости.

— Знаю. Но мы же должны раздавить преследующих нас крыс? Полагаюсь на вас.

Группу кардинала Зебедаи вёл Симон, думавший в первую очередь о том, как уйти от преследователей. Но вот он снова прикрыл глаза, ощутил, что вокруг, и покачал головой.

— Что такое, Симон?

— Они действуют сплочённо. Значит знают, как обустроен лабиринт, — сообщил старик кардиналу. Эти слова заставили напрячься подчинённых епископа.

— Хо... Хм.

Кардинал холодно улыбнулся и замолчал.

Туннели были последним средством защиты важных персон и оставались совершенно секретными. Очень немногие в инквизиции знали о них. Скорее всего кто-то их предал.

— Однако я не могу себе представить, что среди нас есть предатель. «Свистящий демон» за долгие годы за счёт множества жертв мог использовать стёртую из истории магию. Они могли промыть мозги или извлечь информацию из трупа...

Услышав это, Зебедая низким голосом рассмеялся:

— Понятно, о, понятно... Это хорошие новости.

— Хорошие?

— Если поймаем их, сможет добыть полезные техники. С умениями демонов можно с лёгкостью взять под контроль королевство Региос.

— ...

Симон не смог ответить на слова кардинала, а его подчинённых это шокировало. Всё же страна молчит о том, что инквизиция использует запрещённые методы.

Однако слова Зебедаи были экстремистскими. Он рассматривал инквизицию как личное орудие.

Кардинал посмотрел на подчинённых:

— ... В этой стране многие позабыли про веру. Магия с лёгкостью превращает грешника в демона. И тогда трагедия может повториться. Наши руки слишком коротки, чтобы связать каждого. Только божий суд может гарантировать мир в стране.

Зебедая выставил свой орлиный нос и сжал кулак, говоря это.

— Сейчас слишком много свободы. Если все последуют за мной, уничтожат запрещённых магов, то больше не повторится ни одной трагедии, но они лишь глупцы, не понимающие меня. Я должен стать вторым святым Хайнсом и вести эту страну.

— Воистину так, кардинал, — Симон поклонился. Его подчинённые тоже поклонились Зебедае. Гнев на лице кардинала сменился на мягкую улыбку.

— Горячность — моя дурная черта. Итак, Симон, ты остановился, потому что действия преследователей изменились?

— Да, так и есть. Так нас скоро окружат. Один я бы мог прорваться, но мне надо думать о вас, потому надо выбирать проход, где меньше врагов и пробиваться. Я бы хотел испытать врага, — сказал Симон, указывая на дорогу. — Вот эта дорога. Их там пятеро, но проблем быть не должно. Я разберусь с ними, а остальные пока защитят кардинала.

Вслед за Симоном двигалась свита кардинала. Через какое-то время старик сообщил.

— Кардинал, они почти здесь.

Когда он сказал об этом, появились пять человек в робах и с разнообразным оружием.

— Это Зебедая!

— Убить!

Симон закрыл глаза и подпрыгнул. Его миниатюрное тело исчезло.

— Куда...

Шеи двоих человек впереди оказались сломаны, а сами они отлетели к стене. Симон пнул их вправо и влево. Третьему он пронзил глаза, а четвёртому рукой пробил грудь и раздавил сердце.

Пятый начал размахивать мечом. Симон ударил по боковой части оружия пальцем. Меч описал круг и угодил владельцу в живот.

— О, великолепно, Симон! Ты разобрался в одно мгновение со всеми свиньями! — смеялся кардинал Зебедая. Симон поднял за горло того, кому он выбил глаза.

— ... Они могли быть возбуждены и обладали странной силой, но на деле любители. Как-то слабо для солдат «Свистящего демона».

Симон знал технику «мысленный взгляд», которая позволяла на расстоянии определить ману. Он не полагался на зрение, так что слепых зон у него не было, и мог понять состояние цели, даже если она была без сознания. «Мысленным взглядом» владели несколько членов церкви Хайнс, но уровень Симона был за гранью человеческих сил.

Помимо этого епископ владел боевыми искусствами под названием «божественная длань». Этот стиль опирался не на грубую силу, с помощью маны он позволял использовать скоростные атаки. Скорость в сочетании с небольшим телом и «мысленным взглядом», позволявшим видеть, что происходит вокруг, давали возможность побеждать врагов до того, как они успевали сообразить, что происходит.

Всё просто, но отразить подобное сложно. С того времени, как Симон начал использовать эту технику, его ещё ни разу не ранили.

Симон прошёл через «Тринадцатый путь духовного пробуждения», и в результате его признали главой святых столпов. Надо было тринадцать лет просидеть на камне с зашитыми глазами. Обычный человек умер бы от голода через семь дней или просто сошёл с ума от сложной тренировки. Никаких перерывов, более трёхсот верующий пытались пройти через это и погибли. Симон был третьим человеком в истории, кто справился с этим.

— Ну-ка, покажи своё лицо.

Старик снял с мужчины капюшон. Это был самый обычный человек.

— У-убей меня... Мне нечего сказать... — выдавил из себя мужчина.

— З-Зайл!.. — сказал дрожащим голосом один из подчинённых Симона.

— Ты его знаешь?

— Он один из верующих. Не так давно он исчез из Хайнстии...

— ... Почему один из верующих среди «Свистящего демона»? — в голосе кардинала ощущался гнев. Последний нападавший Зайл усмехнулся.

— Что смешного, еретик?!

На его угрожающий тон человек никак не отреагировал.

— Кардинал... Похоже на них наложена какая-то магия. Для обычного человека он невероятно силён, и в потоке маны что-то необычное. Раз информация о туннелях стала известна врагу, мы предполагали, что у них есть что-то вроде промывания мозгов, — удерживая Зайла, сообщил Симон.

— Понятно... Простая, но действенная техника промывки мозгов. Да уж... Хотелось бы поймать и взять под контроль такое. Только так можно спасти бесполезных глупцов этой страны, — Зебедая довольно улыбнулся.

— Ты ничего не видишь... Потому умрёшь.

Свои раздавленные глаза Зайл направил на кардинала и хриплым голосом решительно проговорил.

— Как поступим, кардинал? Если ему промыли мозги, пытать нет никакого смысла.

— Ну да, пустая трата времени, — сказал Зебедая и низким голосом рассмеялся. — Тогда за дело. Фруктовое наказание. Раз пытать смысла нет, и ему промыли мозги, мне он не нужен. Бедный, глупый Зайл.

— ... Понимаю.

Симон подал сигнал подчинённому, велел держать Зайла. А от другого принял мифриловый кинжал.

— Эй, сними робу, — отдал приказ старик, и подчинённый снял с мужчины робу. Симон сделал горизонтальный надрез.

— Вы что задумали...

Лезвие кинжала опустилось, срезая плоть. Изо рта Зайла вырвался крик. Симон взял срезанную кожу и убрал в сторону. Старик приблизился к уху Зайла.

— Когда закончу с животом и грудью, перейду к лицу. Щёки, веки, губы, уши, нос. А потом скальп. Заниматься всем телом времени нет, потому к сожалению закончу на этом. Обычно на это уходит много времени, но в этот раз я закончу быстро. Возможно это можно считать везением. Ну что, Зайл? Есть что сказать?

— Если скажу, если скажу, вы сразу меня убьёте?.. — слабым голосом заговорил он.

— Нет, не убью. Возможно даже исцелю. Может даже ещё не поздно для твоих глаз. Я сделаю всё, что пожелаешь.

— Я, я...

Зайл всё ещё был нерешителен. Но вот он прикусил губу и незрячими глазами посмотрел на Симона.

— Тогда прыгните в огонь и умрите! Вот моё желание! Вы, демоны!

— ... Я увидел нерешительность. Тогда продолжаем, — холодно сказал Симон и стал ножом срезать кожу ниже шеи. Зайл вопил точно зверь, и это было частью пыток.

Привычными движениями Симон срезал кожу. Он снял кожу с верхней части тела и головы, но на это ушло лишь несколько минут. Можно было увидеть раздавленные глаза и зубы. Когда пытка подошла к концу, Зайл так ничего и не сказал.

— Всё такая же великолепная работа, Симон. Никто лучше тебя не исполняет фруктовое наказание. Это сродни искусству, — Зебедая похлопал в ладоши.

— Простите, что не принёс пользы, кардинал. Я думал, что получится хоть что-то узнать... Может магия промывания мозгов не может полностью контролировать дух.

— Ничего. К тому же мне понравилось.

— Я остановил кровотечение. Он проживёт ещё полдня, но как нам с ним поступить?

— Бросим.

— Тогда уходим... Хотел бы я сказать, но нас снова нагнали.

Спереди и сзади приближались ещё по пять человек в робах.

— С теми, кто спереди, я разберусь сам, оставляю на вас тех, кто позади. Один пусть останется с кардиналом... И ещё... Пленные не нужны.

С пятью противниками Симону было справиться легко. С «божественной дланью» он мог разобраться с вооружёнными людьми голыми руками. Он поражал противников в головы и сердца, мгновенно убивая.

Зебедае показалось, что он только прыгнул в сердце вражеской группы и уже возвращался. Всего миг, и осталось пять окровавленных трупов. Подчинённые Симона проделали всё не так гладко, но убили нападавших.

— Их много, к тому же их точно усилили какой-то магией. Однако... Они слишком невзрачны для бойцов «Свистящего демона». Сколько бы их ни было, мне они не соперники.

— Ты силён, Симон. Сильнейший человек в церкви.

Пока они переговаривались, подчинённые проверяли нападавших.

— ... Это люди из церкви и жители города.

— Мне всё было интересно, как и когда они проникли в охраняемый город... Но они здесь жили.

Симон наблюдал за тем, как с тревогой переговариваются подчинённые.

— Что такое, Симон?

— ... Просто мы следуем путём, в который верим. И наш путь полон испытаний. Если путь верен, дорога окажется открыта, а иначе закрыта. Вот так.

— Симон?.. Ты о чём?

— Ни о чём, простые размышления старика, кардинал. Поспешим.

Симон опёрся руками на пол прохода, вытянул ноги и взмахнул ими. Двое нападавших получили удары в головы, отлетели к стене и перестали двигаться.

— И снова великолепно, Симон. А они, зная, что умрут, всё же бросаются. Это всё странная магия... И всё же она великолепна, раз находясь в сознании они идут на смерть.

На слова кардинала Зебедаи Симон ничего не ответил.

— Симон?..

Плечи старика поднимались и опускались.

— Я стар... И уже начал уставать.

— Немудрено, господин Симон. Всё же на нас постоянно нападают...

К нему подошли подчинённые.

Нападения становились всё чаще. Вначале они предположили, что было около сорока человек, но они убили уже около сотни. По туннелям двигались десятки групп.

Симон не ожидал, что их будет так много. И было не понятно, как они проникли в туннели так, что церковь ничего не узнала. И вообще есть ли магия, позволяющая управлять сотней людей?

Из восьми человек Симона трое погибли во время нападений и осталось лишь пятеро.

— Они двигаются отдельно, но как-то странно, что они могут знать о том, что происходит в других группах. Они же не просто пытаются заполнить весь туннель. В любом случае нам надо искать путь наружу.

Первые двадцать человек были частью ловушки, которая направила их в центр туннелей. Симон предполагал, что здесь скрывается около двухсот человек.

— Никаких проблем. Даже если остальные умрут, ты справишься даже с тысячей таких любителей. Верно?

— ... Это так, — Симон кивнул в ответ Зебедае. — Вы человек необходимый церкви... Нет, всей стране. И даже ценой своей жизни я выведу вас.

— Не хватало, чтобы умер ещё и ты, когда святой город Хайнстия в таком состоянии, а другие святые столпы могут быть мертвы.

— Понимаю. Но меня так же можно заменить.

— Не говори глупостей. Сколько человек в этой стране, которые могут считаться равными тебе?

Симон прикрыл глаза и восстановил дыхание. Такой мастер боевых искусств, даже будучи истощённым морально и физически, мог с помощью медитации позволить мозгу взять контроль над телом и поддерживать почти идеальное состояние. Но конечно так он игнорировал стенания тела, и ценой могла стать его жизнь.

— Простите, что заставил ждать. Идёмте дальше.

Симон пошёл дальше, и все тоже возобновили движение. Но через какое-то время старик снова остановился.

— Что случилось, Симон?

— ... О, вот как, приближается. Я понимал, что уже скоро... Но не слишком ли они спешат? — бормотал старик. Он точно игнорировал слова кардинала.

— Эй, Симон! Что происходит?!

И тут Симон наконец посмотрел на Зебедаю.

— ... Похоже они ждали. Когда я устану. Для этого и нужны были атаки. Похоже они поняли, что просто нападая, не победят меня. Их стратегия в том, чтобы истощить, а потом напасть основными силами, — сказал Симон и пошёл назад. Удивлённые подчинённые следовали за ним, но он покачал головой.

— Вы забирайте кардинала Зебедаю и выбирайтесь. С этим врагом расслабляться нельзя. Я не смогу сражаться и защищать.

— Г-господин Симон, как же так!..

Зебедая помрачнел.

— Что?.. Это и правда так необходимо? Почти половины твоих людей и так уже нет.

— Я бы хотел защищать вас лично, но, простите, моих сил не хватит. Я постараюсь нагнать вас поскорее.

— Что?.. Нас так сильно загнали? Я пока не могу умереть! — в голове кардинала было волнение.

— ... Знаю. Чтобы заставить страну действовать, нужны сила и воля. Ни у кого в стране нет всего этого разом. Лишь у вас, кардинал. Вы не должны умереть здесь.

Какое-то время Зебедая и Симон смотрели друг на друга. Но поняв, что старик был прав, кардинал заскрежетал зубами и отвернулся.

— Выведите в целости кардинала Зебедаю. Я не собираюсь проигрывать, но случиться может всякое. Уходите как можно быстрее.

— ... Да.

Зебедая вместе с подчинёнными Симона растворились в туннеле. Старик проводил их краем глаза, а потом стал возвращаться.

— Может уже покажешься?

Когда Симон сказал это, во тьме зазвучали звуки лютни. А потом появилась женщина. Одежда была неподобающая для этого места. Мягкая кожаная обувь, яркая и плотная одежда и лютня в руках.

— ... Одна из руководителей «Свистящего демона», известная среди своих как «Роза межмирья», — сказал Симон, и на губах женщины появилась улыбка.

— Так ты знаешь. Значит совсем не глупец.

Её губы двигались, но глаза были жутко неподвижными. «Роза межмирья» была точно куклой.

— Ты хороша в промывании мозгов? Сделала из верующих своих солдат. Раз явилась без охраны, то точно недооцениваешь меня.

— Хватит. Нашей целью было не истощить тебя, а заставить действовать в одиночку. А потом остаётся лишь не дать Зебедае уйти.

«Роза межмирья» без эмоционально ответила Симону. Старик хмыкнул:

— То есть... Ты собралась сражаться со мной один на один? Похоже ты уверена в своей гнусной магии. Это ведь магия племени Эутербе?

После этих слов губы «Розы межмирья» недовольно скривились.

— Ну точно. Я не говорил об этом кардиналу... Но предполагал.

Племя Эутербе было частью королевства Аунз во время войны за объединение. Добавляя ману в вибрации, они усиливали и ослабляли эмоции людей, другие даже не понимали, как их намерения искажались.

Изначально они были кочевниками, они любили играть на лютнях и путешествовать. Но после начала войны обладающие властью обратили внимание на их силу и попытались использовать, чтобы объединить волю воинов и людей. Когда Аунз проиграли войну, их всех казнили как группу магов, которые захватили страну с помощью промывания мозгов.

— Я не знаю, насколько ты унаследовала их техники, но представления о племени Эутербе у меня есть. Однажды инквизиция поймала выживших.

Изменение воли звуком, через вибрацию эта техника действует на ману в теле, даже если закрыть уши, это не поможет. Но если тебе об этом известно, ты можешь контролировать эмоции.

Симон знал о техниках племени немного, но ему было известно, что для искажения разума требовалось время. Сам старик уже давно тренировался и его дух был закалён перед магией, влияющей на дух.

— Эта хитрая магия меня не остановит.

— ... Конечно же я не собиралась использовать её в бою. Управление чувствами с помощью звуков — не единственная сильная сторона племени Эутербе, — сказала «Роза межмирья», указав на свою лютню. Зазвучала спокойная мелодия, напоминающая сладкий сон.

Невольно Симон забыл, в каком положении находится, и его руки опустились. Настолько была приятной музыка. Но он тут же пришёл в себя, выставил перед собой ладонь и согнул ноги.

— Я отринул музыку, но понимаю её красоту. Прискорбно. Лучше бы ты жила спокойной жизнью музыканта.

— Ответь на мой голос, явись из иного мира, тюрьма лоз Арлауне.

Когда она сказала это, на полу появился большой магический круг. Стены и пол туннеля накрыли виноградные лозы. Они росли у ног «Розы межмирья», принимая форму женщины с зелёной кожей.

Законы духов отличались в зависимости от мира, и отношение с людьми у них были разные. Духи этого мира не любили людей. Они не всегда отвечали высшим магам, которые с ними договорились. Но им нравился звук лютни племени Эутербе, и они были в пределах досягаемости её звуков.

— ... Понятно, впечатляет. Раз ты связана с духами иного мира, значит ты и правда из племени Эутербе. Я думал, мы всех уничтожили, но значит кто-то ещё остался.

Насколько понял Симон, лозы заняли всё на расстоянии около двадцати хейнов. Они были повсюду и пытались опутать тело старика. Он подпрыгнул, ударил лозы, отталкивался от потолка, пола и стен, не давая себя поймать.

«Большие, но не слишком проворные. Достаточно положиться на звук, чтобы победить их. И всё же... Меня специально разделили с подчинёнными, ей известны мои слабости».

Симон делал обманные манёвры, просчитывал движение врага и уходил от лоз. Так он добрался до «Розы межмирья».

Но находившаяся рядом Арлауне отбила оба его кулака и отправила в полёт. Пока он был в воздухе, лозы нацелились на него.

Симон увернулся от первой атаки, оттолкнулся ногой, сменил направление, приземлился на землю и ушёл от остальных атак.

— Твоя техника призыва хороша, но меня тебе не поймать. К тому же... Призыватель всегда должен находиться рядом с духом и продолжать играть на лютне. У этого призыва слишком много слабостей. Возможно ты думала, что всё получится, раз противник один, но покуда я могу остановить лозы, тебе не победить. Сдавайся.

— Нет... Всё кончено. Приготовления завершены, — сказала женщина, и мелодия тут же изменилась. Музыка была такой же нежной, но обрела резкость. Этот диссонанс вызывал тревогу. Отбиваясь от лоз, Симон быстро перемещался и искал способ подобраться к женщине.

Скорости растений было недостаточно, чтобы добраться до старика. Симон понимал, что Арлауне посвятила себя защите заклинательницы. Он знал, как поступит враг и был уверен, что попадёт в голову «Розы межмирья».

— Ответь на мой голос, пригласи нас. Властитель иного мира Оберон.

После этих слов мир вокруг Симона изменился. Тёмных лабиринт исчез, он был последи поля.

Тут же он принялся вертеться и приземлился на цветы.

— Что это?..

Небо было персиковым, вдалеке виднелись цветастые горы. Всё вокруг было украшено цветами всевозможных цветов. Цветы с огромными ртами и лозы, покрытые глазами. Это был иной мир.

На странном цветочном поле стоял один Симон.

— Что это?.. Что случилось? — кричал он, бегая вокруг, потом остановился и принялся осматриваться.

На расстоянии от него была «Роза межмирья». С закрытыми глазами она играла на лютне. Мелодия звучала в голове. Она точно вторила красочному небу.

— Н-на мне использовали иллюзию? Невозможно! Это невозможно!..

«Роза межмирья» открыла глаза и с жалостью посмотрела на Симона. Это было сочувствие умирающему. Старик понял, что она уже считала их бой оконченным.

— Я привела тебя к величайшему духу. Племя Эутербе было удостоено чести играть на лютне перед повелителем иного мира. И я взяла тебя с собой.

— В-величайший дух?!

Величайший дух — это правитель иного мира.

Всего было известно тринадцать миров духов, и в каждом был свой правитель. Призыв величайших духов на континенте производился лишь трижды. Первый случился более тысячи лет назад и считался скорее мифом, было известно лишь то, что призвали короля мира зверей. Последующие случились во время войны за объединение и оба сыграли немалую роль.

— Н-не может быть! Даже худший из алхимиков Гайлоф принёс в жертву тридцать тысяч человек, чтобы призвать такое существо на короткое время! А вы делаете этой одной лишь музыкой?!

— Это не призыв, а приглашение. Хотя мне не важно, поймёшь ли ты.

— Это просто невозможно! Обман! Да, и никак иначе!

Цветочное поле перед кричащим Симоном стало подниматься. «Роза межмирья» растворилась за огромной тенью. На горе цветов стали прорисовываться глаза, рот и контуры тела.

Увиденное заставило Симона понять. Это величайший дух, правитель иного мира Оберон.

— Такое попросту невозможно!

С криком Симон набросился на Оберона. Но его остановили и ударили об поле. Он совсем не понимал, что происходит. Однако старик ощущал приятный аромат цветов.

— Это, это!..

Поражённо Симон смотрел на Оберона. Тот был высотой в сто хейнов. Он был за пределом всего человеческого.

Оберон отвернулся от Симона. И от этого всё вокруг задрожало. Похоже старик был ему совсем не интересен.

— А...

Так и есть. Оберон лишь пригласил их, чтобы послушать игру «Розы межмирья». Для него Симон был лишь случайным гостем.

Люди и духи мыслят совершенно по-разному. Мир для них устроен совсем иначе. Потому духи делают лишь то, что оговорено договором.

Скорее всего Оберон ничего не сделает с Симоном. Старик уже подумал, что он спасён.

Но если бы он и правда мог вернуться в целости, «Роза межмирья» не стала бы забирать его с собой.

Сидевший на цветах Симон ощущал сильный дискомфорт. Он сам не понимал, когда это началось. Но старик почти не ощущал собственное тело.

Он ощущал носом запах цветов. Даже не задумываясь об этом, Симон попытался встать, чтобы уйти от этого запаха. Но не двинулся. Не смог.

На его теле проросли маленькие бутоны.

— ... А.

Удивлённый голос тоже не вырвался. Его горло тоже было покрыто бутонами. Они всё прорастали и становились больше. И при этом они поглощали ману Симона.

— ... А.

Такого попросту не бывает. Так отчаянно думал Симон. Но его тело не двигалось, а сам он почти перестал соображать.

На его теле распускались разноцветие цветы. Органы чувств ослабевали. В угасающем сознании он понял, что цветок открыл рот и начал смеяться. Это был безумный кошмар.

«Нет, исчезаю, я исчезаю...»

Мысли помутились.

«Исчезаю, исчезаю».

Его поглощали цветы.

«У меня есть миссия. У меня есть миссия. Есть миссия. У меня, меня...»

... И вот его сознание растворилось в пене.

В туннеле стояла одна лишь «Роза межмирья» с лютней. Не было ни повелителя иного мира, ни вызванной вначале Арлауне.

А перед ней располагался красно-чёрный труп Симона.

Он больше напоминал не тело, а жижу. Старик изначально был худым, но теперь стал ещё меньше. Человеческая форма едва поддерживалась, но на расстоянии в нём было не разглядеть человека.

— ... Если бы можно было обойтись без этого, я бы к этому не прибегала, но уж ладно.

Аккуратно положив лютню, женщина взялась за голову, опёрлась на стену и присела. Расход маны был огромным, потому эту технику женщина не могла использовать часто.

Держась за горло, она поднялась на ненадёжных ногах.

— Если тот мужчина сбежит, всё будет бессмысленно. Надеюсь, у них всё хорошо пройдёт...

Она неспешно пошла дальше.

Когда Симон проиграл «Розе межмирья» Ламбер вошёл в туннель через тайный проход в соборе. Выискивая признаки людей, он продолжал бежать.

Тяжёлая броня из Органа с эхом стучала по каменному полу. В узком проходе звуки разлетались безжалостно.

И вот Ламберу преградили путь пять фигур. На всех были чёрные капюшоны, скрывающие лица.

— Кто ты? Один из мудрецов, действующий отдельно от «Розы межмирья»? Нам доводилось слышать о мужчине в доспехах... — стал осторожно спрашивать стоявший впереди мужчина. Ламбер ударил мечом по полу. Тот пробил камень и вошёл в него. Все пятеро вздрогнули и сглотнули слюну.

— Я не на стороне «Свистящего демона». Я пришёл уничтожить их.

— Пёс церкви! Шумишь и не думаешь скрываться, как неосторожно! Убьём его!

По приказу мужчины остальные начали двигаться.

— Я и не думал быть неосторожным, — сообщил Ламбер и взмахнул огромным мечом. Большое оружие размером с хозяина и длинные руки давали огромный радиус поражения. Одним взмахом он задел обе стены в проходе.

— Любой, кто услышит звук и подойдёт, будет убит. А тех, кто сбежит, я нагоню и убью.

Все пятеро поражённо застыли на месте.

— Я уже встречался с людьми вроде вас. Вы не похожи на воинов. Если хотите, можете убираться. Но... Если встанете передо мной как воины, пощады не ждите.

Все вложили имевшиеся силы в руки и сжали оружие.

— Вот как...

Ламбер слегка опустил голову и приготовил меч. Все пятеро одновременно напали на Ламбера. Взмах меча был таким же как и раньше. Брызнула свежая кровь.

Ламбер бежал по туннелю, а его доспехи обагрила кровь. И вот он ощутил, что впереди большое скопление маны.

Три десятка целей. Там явно что-то происходило. Оказавшись на месте, Ламбер увидел сражение. Но исход уже был практически определён.

Двое инквизиторов защищали старика. А вокруг было более двадцати людей в чёрных плащах и с оружием.

Два жреца были в крови и уже едва держались. В проходе лежало около двадцати трупов. Жрецы хорошо сражались, но тут роль сыграла численность.

— Симон, Симон! Скорее возвращайся! О! Чем же ты занимаешься! Я, я не могу умереть в таком месте! Симон, скорее вернись! Твои подчинённые бесполезны! Ах, потому я и спрашивал, стоит ли мне идти с ними! — стенал в проходе старик. Он был полностью поглощён тем, в какой ситуации оказался, и пока не заметил присутствия Ламбера.

Мечник никогда не видел лица этого человека. Но орлиный нос, большой подбородок и яркая одежда убедили Ламбера.

— Вот как, это и есть кардинал Зебедая, — отчётливо сказал Ламбер. Он взмахнул рукой, разбросав людей в чёрном.

Сколько бы перед ним ни было людей, рука даже не замедлилась. Словно младенцев он снёс их к стене. Не останавливаясь, он спокойно подходил к кардиналу.

Поняв, что появились не простые люди в чёрном, священники насторожились. Но когда всех врагов с лёгкостью снесли, они могли лишь застыв направлять на новоприбывшего оружие.

Паниковавший кардинал тоже понял, что появился не враг.

— К-кто ты?! Т-ты пришёл спасти меня? — кричал Ламберу Зебедая.

— ... Есть нечто поважнее. Ради этого я и пришёл в святой город Хайнстия.

— Ч-что? Разве есть что-то важнее моей жизни?! Быстрее, быстрее спаси меня! Не знаю, кто ты... Но ты ведь сильный? Ну же, убей всех мятежников! — отчаянно просил кардинал. Но Ламбер даже не стал подходить к нему. Увидев это, на лице Зебедаи появилось раздражение.

— Ч-что?! Деньги? Ты хочешь денег? Я дам тебе столько, сколько пожелаешь! Д-да, как только всё успокоится, мы восстановим инквизицию! С тобой у нас всё получится! Я сделаю тебя моим подчинённым! Деньги, слава, я дам тебе всё, что пожелаешь!

— Слава для меня ничто, — с насмешкой сказал Ламбер и осмотрел кардинала. Этот взгляд мог раздавить Зебедаю.

— Я пришёл, чтобы судить тебя, Зебедая.

— Ч-что? Судить меня?

— Верно. Я пришёл убедиться, что ты и инквизиция нужны королевству Региос.

— Нужен ли я? Конечно, нужен! Без меня! Без инквизиции! Эти миролюбивые дураки ничего не смогут противопоставить магам, находящимся вне закона! — на слова Ламбера Зебедая покраснел и закричал. Люди в чёрном тоже поняли, что теперь всё зависит от решения мечника, и молча стояли с оружием в руках. — Когда я был ребёнком, в этой стране было много магов вне закона! И я избавился от них! Что в вопросе поиска и уничтожения «Свистящего демона», что в наказании помогавшим им аристократам моя инквизиция была куда эффективнее королевских солдат! — продолжал кричать кардинал. Ламбер оставался спокоен. Красное лицо начало бледнеть. — Д-для начала помоги мне, а потом уже суди! Так что? У тебя же сейчас нет времени на подобные разглагольствования?! Если что-то не устраивает, я тебя потом выслушаю! Отличное предложение?!

— Конечно я и сам собирался судить тебя позже. Но по иронии, когда я тебя нашёл, ответ сам пришёл ко мне, — сказал Ламбер и покачал головой. — Я ломал себе голову. Пусть инквизиция нарушает законы страны, эта организация может дать отпор «Свистящему демону» и другим организациям подобного рода.

Ламбер знал, что не всё получится сделать чисто. Потому он и думал помочь инквизиции, про которую ходили лишь нехорошие слухи.

— Но... Теперь я всё понял. Вы настраиваете людей против вас и плодите новых врагов. И у вас нет сил это контролировать, — печально сообщил мужчина.

— Ч... Ч-что? — голос Зебедаи дрожал, когда он смотрел на Ламбера. В нём бушевали гнев и страх.

— Даже если вы уничтожите «Свистящий демон». Тогда вы станете новым пожаром.

Ламбер уважал справедливость во время войны. Он убивал злодеев, будь они даже согражданами. Таким был он сам, и это был приказ Аврелии.

Во время войны надо было управлять людьми разрушенной страны. Если тебя возненавидят, они не подчинятся, даже если это будет стоить им жизни. Даже вторжение должно быть подготовленным и аккуратным.

— П-пошёл ты! С чего ты взял, что ты можешь говорить мне такое?!

— Всё ведь очевидно. Ты ведь и сам понял? Это не маги «Свистящего демона».

Залитыми кровью глазами Зебедая посмотрел на людей в чёрных плащах. Да, кардинал и сам заметил. И Симон говорил об этом. Они были усилены, но неопытны как воины, и не могли быть силой «Свистящего демона». Среди них были верующие религии Хайнс.

— Н-нет! Ими управляют! Среди «Свистящего демона» есть кто-то способный промыть мозги!

— Промыть мозги? Есть ли такая удобная магия, которая сохраняет волю, но меняет намерения? — Ламбер усмехнулся, услышав его слова. — Тут уже больше сотни трупов. Если бы была магия, способная согнуть волю всех этих людей, обладающий ею уже давно правил всем континентом.

— Н-но ведь!..

— Мне знакомо нечто подобное. Племя Эутербе может управлять маной с помощью музыки. Эти звуки заставляют колебаться чувства. Слушающий лютню радуется и печалится. Так можно создать чрезмерное волнение. Из простого солдата можно сделать готового к смерти воителя.

— Н-ну вот! Наверняка именно это враг и использовал!

— Музыка так и остаётся музыкой. Если знаешь об этом, тебя не одурачат собственные эмоции.

После поражения Аунза всех из рода Эутербе убили за то, что они промыли мозги королевской семье. Но Ламбер знал, что это не так. Король решил сбросить с себя ответственность и переложил её на племя Эутербе. Их техники никогда не были настолько полезными.

— Возможно «Свистящий демон» помог им осознать гнев и обиду. Но изначально это их чувства.

Ламбер посмотрел на людей в плащах. Они ничего не ответили. Но их печальные лица были отличным подтверждением.

Они по своей воле приняли музыку Эутербе, чтобы получить силу и решимость противостоять церкви.

— Зебедая, от тебя отказались люди, которых ты должен был защищать.

— Ими можно пожертвовать, как и остальными! На это не способен никто кроме меня! Я ещё столько всего должен сделать! Я необходим этой стране! Я убью их наиболее эффективно! Пусть появится тысяча врагов, я убью десять тысяч! Что ты понимаешь?! Или ты вознамерился стать богом?!

— Нет... Ты не нужен этой стране.

— Что...

— ... Тобой не движет справедливость. Одна лишь злоба. Тебя не волнует, что будет с этой страной. Не надо быть богом, чтобы это понять.

Кардинал Зебедая побледнел и лишь хлопал губами.

Пусть им двигала злоба, но она была направлена на находившихся вне закона магов, потому он считал себя справедливостью. На словах он никогда не говорил этого, но где-то глубоко в душе понимал. Но когда Ламбер в открытую сообщил об этом, Зебедае нечего было возразить.

— Я-я... Я...

Зебедая упал и ударился коленями. С ненавистью на лице он стал бить кулаками по полу.

— Я, я не могу умереть здесь! Все маги-преступники должны быть убиты! Чтобы не появилось новых, они должны страдать и умереть! Кого волнуют жертвы и ложные обвинения! Вред от них намного больше! Надо лишь закрыть глаза, заткнуть уши и потерпеть! Иначе их никогда не уничижить! Кто на это способен? Я и больше никто! Не прав?! Я?!

Кардинал уже понимал, что его слова бессмысленны. Даже если он не будет никем жертвовать, люди не поддержат его и инквизицию. Это может лишь привести к краху страны.

А его желание искоренить магов-преступников никогда не сбудется. И всё потому что инквизиция сама исследует запрещённую магию, чтобы противостоять своим врагам. Система, которая делает исключения, не может сохранить мир.

— ... Когда я стал изучать Хайнстию, я услышал слухи. Когда ты был молод, один маг, решивший отомстить церкви, убил твою жену и дочь.

Ламбер убрал меч за спину. Больше он не собирался его использовать.

— Не вовлекай страну в свою месть. Когда в дело вступают личные чувства, люди не будут за тобой следовать. Тогда ты свернул на неверный путь.

Ламбер отвернулся. Отойдя, он оглянулся. Среди людей в чёрном он увидел кардинала Зебедаю на окровавленном полу. Защищавшие его священники тоже лежали там. Это был момент краха инквизиции. Суд даже без участия Ламбера вынес свой приговор.

Люди в чёрном не выглядели радостными. Они слышали разговор, и считавшийся злом кардинал оказался такой же жертвой цепочки несчастий.

Они присоединились к «Свистящему демону» и стали преступниками, пошедшими против церкви. Но Ламбер не собирался убивать их. Он снова пошёл по коридору и в этот раз не оглядывался.

Увидевший смерть кардинала Зебедаи Ламбер шёл по туннелю совсем один. Он вспомнил свои же слова.

«Даю слово. Если Зебедая такой человек, каким ты его описываешь, я его не убью. Отступи, Йохан».

Так мужчина сказал одному из слуг кардинала, святому столпу, охранявшему город Хайнстия, Йохану. Ламбер не убил Зебедаю, но бросил его на смерть. В голове всплыл образ упавшей башни, где и погиб маг.

— ... Прости, Йохан. Вот как всё вышло.

Ламбер считал, что Йохан не такой как кардинал. Сомневаясь, он видел собственную справедливость, и не был демоном мести, каким стал Зебедая.

Так как глава инквизиции действовал из собственных мотивов, страна и церковь постоянно бы что-то делили, и в итоге случилась бы трагедия.

Йохан наверняка понимал, к какому выводу пришёл Ламбер. Но до последнего не хотел, чтобы мечник встретился с кардиналом. Понимая всё, Йохан оставался с Зебедаей, возможно он думал, что только так он сможет противостоять «Свистящему демону», а может считал, что раз стал святым столпом, пути назад нет, мужчина умер, и теперь этого было не узнать.

Ламбер использовал способности нежили и обыскал туннели. Он обнаружил признаки людей в чёрном и решил их обойти.

Больше сражаться с ними мужчина не собирался. Они сражались за свои жизни с кардиналом, одержимым местью. Зебедая был мёртв, а значит и причин сражаться с этими людьми больше не было. Но если встретятся, люди в чёрном наверняка нападут на Ламбера. И мужчина избегал ненужных столкновений.

Кардинал Зебедая был мёртв. Ламбер достиг своей изначальной цели. Ещё он собирался защитить святой город от «Свистящего демона», но «Горшок жуков» как следует побуянил, и можно сказать, что тут всё закончилось провалом.

Но битва Ламбера пока не закончилась. Где-то в туннелях находится один из «Свистящего демона», который руководил этими людьми.

Скорее всего это кто-то из мудрецов. Нельзя было позволить ему сбежать.

Когда он спустился, он ощутил кого-то, кто мог подпасть под описания мудреца. С ним Ламбер уже встречался. И хотел, чтобы его суждение оказалось ошибочным.

Он ощутил подозрительную ману. Противник тоже заметил Ламбера, но не сбежал, а наоборот стал идти прямо к нему.

Дальше в коридоре играла лютня. Мужчина остановился и замотал головой.

— ... Я хотел бы ошибиться. В такие моменты интуиция меня никогда не подводила. Нет, мне должно быть стыдно, что я раньше не понял этого.

Следом за музыкой появилась женщина. Мягкая кожаная обувь, нарядная одежда и шарф были ему знакомы.

— ... Когда я увидел людей в чёрных плащах, подумал, что они с тобой.

Бледные глаза женщины слегка сузились, когда она повернулась в сторону Ламбера. Но мужчина знал, что она ничего не видит. Движение её глаз — добрая воля слепой женщины. Лицо было холодным и почему-то прекрасным.

— Вот так неожиданность, господин мечник. Повстречались в таком месте, — неуместно шутливо она обратилась к Ламбену.

— Неожиданность? Я сказал бы, что мы часто видимся, потому что цель у нас одна, — спокойно сказал мужчина, достал меч и ударил по полу туннеля. Ударом накрыло всё вокруг и пол сломался. Обломки отлетали от брони из Органа. — Это была не смешная шутка. Бард... И одна из мудрецов Албана.

«Розой межмирья» была слепая поэтесса, которая встречалась Ламберу во время его путешествия. После его слов губы Албаны скривились и появилась усмешка.

— ... Ты заранее сокрыла чёрных плащей в святом городе. Убежище, где я спрятался от Матфея, как раз одно из таких? — спросил её Ламбер. Он столкнулся с Албаной в городе как раз недалеко от места, где Матфей собирался казнить девушку из благородной семьи. Именно женщина направила его в дом, где люди проводили странное собрание. Эти люди были частью силы, что должна была убить кардинала Зебедаю.

— Может притворитесь, что ничего не видели, господин мечник?

Играя на лютне, Албана прикрыла глаза. Ламбер молчал и оставался на месте.

— Я ещё должна помочь сбежать этим людям от церкви и солдат. Как у вовлечённой стороны у меня есть ответственность.

Ламбер не отвечал. Женщина прекратила играть, отрыла глаза и направила на него. После этого Ламбер наконец заговорил:

— ... Месть?

Огромный меч всё также был направлен на женщину.

— ... Да, верно. Мои предки, племя Эутербе путешествовали по всему континенту. Во время войны мы стали служить королевской семье разрушенной страны, но когда война была проиграна, нас предали и казнили.

Эмоции совершенно пропали с лица Албаны.

— Те немногие, кто сбежали, забыли о жизни во дворце, ушли далеко, любили музыку, играли с духами и жили мирно. Наши техники остались в крови потомков и на старых табличках, само название Эутербе устарело.

Она никогда особо не выражала эмоции, особенно глазами. Потому несложно было представить, какой жар скрывался в холодных словах.

— Когда я была маленькой... К нам пришла инквизиция. Не только моих родных, но и тех, кто просто жил неподалёку, убили... И похитили только потомков племени... Им нужна была сила Эутербе, позволявшая управлять чувствами.

Тут Албана прервалась. Вместо обычного легкомысленного тона, она говорила спокойно и твёрдо.

— ... Больше у меня нет причин находиться в рядах «Свистящего демона». Далее я не собираюсь жить приметной жизнью. Понимаю, что звучит нагло... Но может будешь считать, что «Роза межмирья» мертва? — спросила она у Ламбера, склонив голову.

— Ты знала, что Мандзи устроит резню в Балайре. Нет... Ты знала, потому и пришла туда. Верно? Знала, что если промолчишь, почти десять тысяч человек пострадают и умрут, — яростно сказал Ламбер, он всё крепче держал меч. — Прости, Албана. Я не могу найти причину, чтобы отпустить тебя. С тех пор как воскрес, лишь тебя я считал хорошей знакомой.

Под напором Ламбера Албана вздрогнула и отступила на полшага. Она была куда чувствительнее обычных людей, и прекрасно ощущала жажду убийства мужчины. Было ясно, что далее говорить не о чем.

Женщина взяла лютню и поместила пальцы на струны.

— ... Дочь барона Диберто в безопасности? — тихо спросил готовый к бою Ламбер. Албана слегка удивилась и какое-то время молчала. А потом улыбнулась одними губами и ответила:

— ... Да, она покинула город до того, как начались беспорядки. Те, кто увели её, в туннелях не появлялись.

— Вот как, — коротко ответил Ламбер и взмахнул мечом горизонтально и вертикально. В туннеле прозвучал рёв, поднялся ветер.

— Я нападаю, мудрец Албана! — крикнул Ламбер, а женщина ответила:

— Мне не справиться, но я сделаю всё возможное. Мятежный герой и жалкий рыцарь-призрак Ламбер Делакруа!

Их крики были сигналом к началу боя.

— Ответь на мой голос, явись из иного мира, тюрьма лоз Арлауне.

Первой использовала магию призыва Албана. Играя на лютне, она пела чистым голосом. Вслед за словами появились магические знаки, и лозы из другого мира заполнили туннель.

Они проросли рядом с ней, разбухли, изменили форму и превратились в женщину с зелёной кожей. Дух лоз Арлауне.

Тюрьма лоз Арлауне могла покрыть всё лозами и на огромной скорости управлять ими. Они были частью её тела и отличались от лоз, что росли в мире людей.

Они были прочными точно металл, тяжёлыми и при этом стремительными. Лозы здесь скорее напоминали металлические кнуты. Даже если взять тысячу солдат, при определённых условиях дух превратит их в куски мяса.

Духом иного мира можно было управлять только в том радиусе, где слышна музыка лютни. Но в узком коридоре подобной слабостью было не воспользоваться. Пока у Албаны оставалась мана, тюрьма из лоз никуда не денется.

Ламбера тут же окружили. Все лозы сдерживали его. Не способный уйти, мужчина просто стоял. Дух обхватила Албану со спины и смеялась высоким нечеловеческим голосом, наблюдая за тем, как лозы удерживают мечника.

— Великолепно. Использование духов иного мира не было замечено даже во время войны за объединение. Значит не было ложью то, что лютня Эутербе очаровала даже жителей иного мира.

Ламбер взмахнул мечом и разрубил направлявшиеся к нему лозы. Все они оказались уничтожены. То, что их получилось с лёгкостью разрубить и отбросить к стене, не говорило о том, что лозы слабы. Дух Арлауне перестала смеяться и зло уставилась на мужчину. Не так много людей были на равных с духами высокого положения. А духи иного мира обладали высоким интеллектом и гордостью. Арлауне не могла принять то, что происходило у неё на глазах.

— ... Бой со святым Симоном был непростым, но это совсем иной уровень.

Мелодия изменилась. Из спокойной она стала гневной. Даже сражаясь, Ламбер удивился, как один инструмент может создавать такие разные мелодии.

— Ответь на мой голос, явись из иного мира, сад дурной пищи, безумный едок.

Прозвучало новое заклинание и вокруг появилось шесть больших цветов. Цвета отличались, но у всех были ядовито-яркие лепестки. А в центре цветов был вертикальный большой рот и шесть двигающихся глаз. Пол треснул, они вытащили корни и явили свои большие клыки.

Используя корни вместо ног, духи безумные едоки направились к Ламберу. Первый из них миновал разрубленные лозы и прыгнул на мужчину, широко открыв пасть.

Ламбер тут же сменил направление движения меча и вонзил его в пасть. Лезвие прошло насквозь. Из пронзённой пасти и шести глаз стала вытекать непонятная слизь. Безумный едок попытался обхватить корнями меч.

— Ещё не возвращаешься в свой мир?

Ламбер ушёл в бок и опутанным мечом ударил второе существо. Растение-монстр подлетело и ударилось об стену. Но тут же поднялось и снова стало приближаться. Духи-цветы были медленнее, но куда крепче.

Мужчина бил мечом по потолку, полу и стенам, сбрасывая безумного едока, прицепившегося к оружию. Тело монстра сломалось, и он упал на пол. Больше прежним он не станет. Хотя повреждённые глаза задвигались, а пасть со сломанными клыками открывалась и закрывалась.

Ламбер раздавил безумного едока и направился к Албане. На него прыгнули второй и третий монстры. По обе стороны он уничтожал лозы Арлауне. Он оттолкнулся от пола, потом от потолка и приземлился на пол. С таким проворством в броне из Органа его нельзя было считать жителем мира людей. Направляясь вперёд, он разрубил двух безумных едоков за спиной и подался вперёд. Следуя за импульсом, он прыгнул.

Другие безумные едоки тоже не могли преградить ему путь. Даже Арлауне не представляла, как он будет двигаться, и не поспевала. Путь к Албане был открыт.

Какими бы монстрами ни были духи иного мира, Албане с её физическими способностями далеко до Ламбера. Если она не сможет играть на лютне, то и контролировать духов не сможет. Ей приходилось оставаться беззащитной на поле боя.

— Это конец, Албана, — сообщил Ламбер и побежал с мечом вперёд. Лозы просто отлетали от доспеха из Органа. Однако мужчина замедлился из-за них, и двое безумных едоков преградили ему путь.

— Пробьюсь.

Ламбер налетел на них, выставив огромный меч. Существа поняли, как движется оружие, и встали друг за другом, образуя двойную стену.

Но даже так меч пронзил их. Продолжая напирать своей огромной силой, Ламбер через них шёл на Албану. Если лишить её лютни, то она лишится и духов.

Женщина отступила от лезвия меча. Но было поздно. Лезвие целилось прямо в её лютню.

Обнимавшая Албану со спины Арлауне вышла вперёд и закрыла её точно щит. Меч пронзил её грудь.

Албана ушла из зоны поражения. Однако Ламбер взмахнул мечом. Даже через духов он достал женщину.

Остриё порезало плащ женщины. Держа лютню, она опустилась на колени. По бедру стекала кровь.

Ламбер взмахнул огромным мечом, стряхивая и разрубая духов на нём.

— Не думал, что облажаюсь. Духи так сильно тебя любят. Но итог останется прежним.

Ламбер занёс меч над Албаной.

— Ответь на мой голос, пригласи нас. Властитель иного мира Оберон, — зачитала заклинание Албана.

Мир вокруг изменился. Узкого коридора больше не было. Вокруг было лишь пёстрое цветочное поле.

— Успела... В последний миг, но я закончила подготовку.

Албана стояла на большом расстоянии от Ламбера. Их глаза встретились, в них мужчина разглядел печаль. Это было настоящее чувства, отличное от обычно наигранных.

— Это сражение... Твоё сражение подошло к концу. Просто поспи, — сказала Албана и снова зазвучала музыка лютни. Ламбер осмотрелся вокруг. Это было волшебное поле с кучей цветов.

Небо было персиковым, а горы синими и алыми. Цветы со ртами смеялись. Они не приветствовали, а скорее насмехались над ним.

Всё это казалось странным. Ламбер не сразу понял, что происходит. Но он тут же приготовил большой меч к бою.

Даже опытный мечник, попав в такую ситуацию, ничего не поймёт, и будет стоять, ничего не делая. Но благодаря доспехам и мечу Ламбер преодолел море трудностей. Продолжать сжимать меч было частью него самого.

На расстоянии продолжала стоять Албана и играть.

— ... Отличная работа, Ламбер Делакруа. Перед вами величайший дух, повелитель иного мира, — встретившись с ним взглядом, спокойно ответила женщина. Сейчас Албана казалась не такой, как обычно. Похоже в этом мире она могла видеть.

Цветочное поле перед Ламбером вздыбилось. И гигантская фигура скрыла Албану. Огромное существо можно было описать лишь как гору цветов.

В неровностях стали прорисовываться черты лица и контуры тела. Чем-то создание напоминало дракона. Цветы на его теле были прекрасны и божественны.

Величайший дух, правитель иного мира Оберон предстал перед Ламбером.

— Великолепно...

Держа меч, мужчина смотрел на голову Оберона. Дух какое-то время смотрел на него, и тут черты лица у него изменились. Прикреплённые глаза и вмятина рта сместились, за лепестками оказались человеческие глаза. Глаза существа ростом в сто хейнов пронзали Ламбера.

Затем голова великана стала приближаться к Ламберу. Дух открыл рот, точно желая проглотить мечника.

Разница в весе была просто колоссальной. Всё равно что пойти боем на гору.

— Думаешь... На мне сработает галлюцинация? — сказал Ламбер и ударил поднятым над головой мечом. Оберон, что был намного больше, оказался рассечённым напополам. Нет, лезвие рассекло само пространство.

Всего миг. Розовое небо, горы и Оберон оказались разорваны и лишались своих очертаний. Иному миру пришёл конец, и они вернулись в туннель.

Албана сидела на полу и играла на лютне. Под ней была лужа крови, вытекавшая из раны, которую мужчина оставил до того, как ему показали эту иллюзию.

Иллюзия была особым навыком племени Эутербе «Сон посреди дня».

Невероятная чувствительность позволяла смешать свою ману с вибрациями звука и передать другому, потому они представляли, что из себя представляет мана оппонента. С этим знанием можно было подобрать мелодию, чтобы управлять маной врага. Они могли взять под контроль все чувства и показать ужасающие галлюцинации.

Эта галлюцинация ничем не отличается от реального опыта. Всё же мана — это основа жизненной энергии. Она и есть то, что называется душой. «Сон посреди дня» Эутербе — это мелодия, связывающая душу.

Цель Албаны — заставить испытать боль и смерть посредством маны и таким образом разрушить её. Это должно было сработать как на нежити, так и на человеке.

Просчиталась она в том, что выиграла недостаточно времени на создание техники и недооценила духовную прочность Ламбера. Даже если не получается взять контроль над маной, если получается одолеть дух с помощью галлюцинации, противника затянет в «Сон посреди дня».

Даже тренировавшийся всю жизнь старик Симон не смог устоять перед образом Оберона. Но Лабмер оставался так же спокоен. В этом и была разница.

— ... Что и ожидалось, господин мечник.

Албана тяжело дышала, и всё же неуклюже улыбнулась. Ламбер опустил меч и подошёл к ней.

— Прости, Албана.

— Не извиняйтесь. Вы не сделали ничего неправильного. Вы ведь и сами это понимаете.

Она прикрыла глаза.

— Хочу попросить напоследок. Эта лютня... Сожгите её без остатка. Я последняя из племени Эутербе. Если лютня останется, ничего хорошего она всё равно не принесёт.

— ... Да, сделаю.

Меч отрубил голову Албане. Она покатилась, заливая всё свежей кровью. Руки продолжали сжимать лютню.

Ламбер забрал музыкальный инструмент и покинул туннель.

Таким образом нападение «Свистящего демона» на Хайнстию подошло к концу. Хоть враг и потерял нескольких руководителей, у него получилось уничтожить самую сильную организацию Региоса, инквизицию.

Инквизиция лишилась многих магов, четырёх святых столпов и покровительствовавшего им кардинала Зебедаю. Восстановить её было невозможно. Это был полный крах.

Ламбер с лютней, оставшейся от подруги, шёл по разрушенному городу. Здания сгорели и обрушились, ничего не осталось. Дороги были засыпаны трупами людей и насекомых. Тусклое вечернее марево освещало разрушенный город.

Мужчина бросил лютню в огонь и разрубил. Струны и дерево проглотил огонь.

Это была последняя просьба Албаны. Управлявший эмоциями и очаровавший даже духов звук лютни племени Эутербе бел утерян навсегда.

— ... Прости, Албана. Я не мог оправдать причинённые разрушения.

Увидев, как остатки лютни поглотило пламя, Ламбер развернулся.

В этом бою погибли два мудреца «Горшок жуков» и «Роза межмирья». Мужчина видел доспехи «Рыцаря кровавого тумана», однако внутри никого не оказалось, так что скорее всего он сбежал. Ламбер знал, что ко смерти мага не стоит относиться оптимистично.

На данный момент Ламбер победил пятерых мудрецов: «Трупного старика» Мандзи, «Улыбающегося шута» Лулукк, «Плетущего истину» Шаруроба, безымянного монстра «Горшка жуков» и «Розу межмирья» Албану. Если мудрецов и правда восемь, то, включая «Рыцаря кровавого тумана», осталось трое.

«... «Свистящий демон» может начать полномасштабную войну», — размышлял шедший в одиночестве Ламбер. Ему было известно, что эта организация переманивает аристократов и готовится к свержению власти. Случай с графом Абоком явил их миру, а разрушение Балайры заставило содрогнуться всё королевство. Теперь, когда они одолели своего сильнейшего врага инквизицию, они могут вступить в бой в открытую.

— ... Конец уже близок, — пробормотал Ламбер.

Со времён войны за объединение прошло двести лет. Ламбер был заклеймён грешником, и историю было уже не исправить. И сам он не собирался с этим ничего делать. Возродившись в виде нежити, он хотел лишь осмотреть королевство Региос, объединившее континент, и уничтожить «Свистящий демон», который это не устраивало. Он хотел увидеть мирный Регион и доказать, что его смерть была необходима.

... Но на самом деле Ламбер жалел ещё кое о чём. То, как жила и умерла Аврелия, когда его не стало.

У него было много возможностей узнать. Всё же это жизнь короля, объединившего страну. Если ты образованный, нет, если чему-то учился, то вполне можешь знать.

Аврелия была его благодетелем, его спасителем и его госпожой, он любил её, хоть и понимал, что его чувства безответны... А ещё она была той, кто предала его. Если он узнает, как она жила, не пожалеет ли об этом? Так считал Ламбер.

В значительной степени мужчина выполнил свою цель и посмотрел, как живёт мирный Региос. Если он навестит ещё и столицу, желание Ламбера можно будет считать исполненным. И решающий бой со «Свистящим демоном» должен пройти в столице.

— ... В таком случае, раз я нежить, связанная сожалениями, то исчезну.

Ламбер считал, что этот день уже близок. Он не боялся достичь своей цели и исчезнуть. Мужчина уже умер двести лет назад в конце войны.

— Потерялся. Мой рыцарь, ты и правда не знаешь дорогу.

— Да... Всё так, ваше величество...

Прозвучал знакомый голос. Голос, который он не должен был услышать. Ламбер застыл.

Возможно послышалось. Будучи нежитью, связанной с прошлым, Ламбер бы не удивился такому. И всё же он оглянулся, мужчина не мог не проверить.

Вдалеке... Были женщина в потрёпанной одежде и мечник в доспехах. На женщине была рваная одежда, поблекшая корона и светлые волосы. А на мечнике... Броня генерала Органа.

— Кто вы?! — крикнул Ламбер. Светловолосая женщина посмотрела на него, закусила палец и озадаченно склонила голову.

— Странно. Два моих рыцаря.

Мужчина в доспехах из Органа не смотрел на Ламбера.

— Ты не можешь быть моим другом Грифом! Кто ты?! Почему на тебе доспехи генерала Органа?! Кто ты?! Под этими доспехами человек? Или нежить?! — снова спросил Ламбер. Но светловолосая женщина без особого интереса пожала плечами, улыбнулась и скрылась в тени зданий. Мужчина в доспехах последовал за ней.

Поражённый Ламбер тут же бросился в погоню. Когда он добрался до угла здания, там уже никого не было. Он посмотрел на землю, осмотрелся вокруг, взглянул в небо. В этом хаосе нельзя было обнаружить их следы. В гневе Ламбер ударил мечом по земле.

Вспомнив голос, он покачал головой.

— Нет... Это не может быть Гриф... — бормотал мужчина. Да, это не может быть друг Ламбера, Гриф.

Были условия, чтобы обратиться в нежить. Сожаления не должны позволить мане раствориться. Сильные сожаления и мана могут долгое время оставаться внутри тела. Ритуал, осуществимый на таком теле может позволить создать нежить.

Обычно мёртвых поддерживают из сожаления, но чаще всего долго это не длится. Мана Ламбера тоже отличалась силой, он так и не увидел воплощения мечты, его госпожа предала и убила его, и потому мана хранилась в его костях целых два века.

— Ты... Герой, приведший королевство Региос к победе, разве ты не прожил великолепную жизнь?! Ты же должен был умереть спокойной смертью?! — стенал Ламбер на окраине разрушенного города. Никто его здесь не слышал.

Это автор Некоко. Спасибо, что приобрели четвёртый том немёртвого рыцаря!

Если подумать, с выхода первого тома уже прошло почти два года. А идея опубликовать появилась в конце две тысячи шестнадцатого, так что уже даже три года прошло.

Когда я начал писать три года назад первый том, был ещё студентом. Между лекциями времени хватало, я пользовался университетским компьютером и писал.

А, ну да... Это три года назад было. Воспоминания о студенческой жизни уже становятся более туманными.

И всё же если подумать, как же быстро бежит время. А ведь например в начальной школе казалось, что оно вечность тянется. Стоит проживать каждый день как можно лучше...

Не помню где, но слышал, что ощущение года надо делить на число прожитых лет, чтобы понять, как оно сокращается. Между ребёнком в один год и столетним стариком выходит разница в ощущении года в сто раз. Хм... То есть если ты родился и тебе ноль лет, то это значение в бесконечность уходит?.. А, что-то я не о том.

Я слышал, что когда тебе за двадцать, то продолжительность жизни по ощущениям в два раза сокращается. Даже как-то немного страшно.

С возрастом время бежит быстрее, а неопытности становится всё меньше, возможно дело в том, что жизнь превращается в рутину. Потому я хочу бросать новые вызовы и увеличить плотность времени.

Ради новых ощущений может стоит посмотреть северное сияние, забраться на заснеженную гору или прыгнуть на тарзанке. Вот и я в новом году посмотрю северное сияние, заберусь на гору и попробую прыгнуть на тарзанке!.. Хм, хотя что-то не хочется... Ну, начну с путешествия заграницу.

Начальные иллюстрации

Здоровяк в чёрной броне из дарлайта шёл по тёмному коридору. Он был одним из восьми мудрецов «Свистящего демона», «Рыцарь кровавого тумана».

Во время осады святого города Хайнстии Ламбер лишил его одной руки, а самоубийственные действия Йохана похоронили его под «Башней упокоения». Так предполагалось. Но и раздавленное тело, и отрубленная рука, всё полностью восстановилось.

Со сражения в Хайнстии пошло несколько дней. И сейчас «Рыцарь кровавого тумана» находился в землях графа Парсилиса, недалеко от столицы, в мрачном городе Дредда.

Мрачный город Дредда был основан сотню лет назад разбойниками, живущими в горах неподалёку. С попустительства аристократов со временем место стало прибежищем для беспрецедентного числа разбойников и незаконных магов, место назвали мрачным городом, и он был самым небезопасным во всём Региосе.

Даже стража не заходила сюда. Но тут было ничего не поделать. Как-то королевский отряд отправился на поиски незаконного мага, и в итоге все солдаты пропали без вести. Правитель ничего не мог с этим сделать.

В мрачном городе не действовали законы королевства. Убийства и грабежи были здесь обычным делом.

Чтобы огородить себя, жители старались не замечать этого, а иногда сами нарушали правила, чтобы выжить. Если углубиться, работорговля, наркотики и запрещённая магия, то есть всё то, что было запрещено по закону, было здесь не таким уж и необычным зрелищем.

В мрачном городе Дредде было несколько фракций. И даже самые сильные из них боялись обладающую огромным влиянием «Безголовую ведьму Дому».

Пройдя по длинному коридору, «Рыцарь кровавого тумана» вышел в просторное помещение. Дорогие стулья здесь стояли по кругу. А в центре, если посмотреть вниз, была большая металлическая арена.

Это было место проведения боёв. Изначально цвет этого места был иным, но оно пропиталось кровью и стало тёмно-красного цвета. На высокой стене, отделяющей арену от зрительских мест, располагались кости и мумии.

Сейчас здесь никого не было. Однако на самом высоком месте сидела странного вида молодая девушка, а по обе стороны от неё стояли безголовые слуги.

На ней было чёрное платье с длинными рукавами, а лицо закрывала ткань с узорами. «Рыцарь кровавого тумана» посмотрел на слуг. Это были женщины в аккуратных платьях алого цвета. Но они были неживыми. Это были куклы без собственной воли.

— ... У вас всё такой же прекрасный вкус. Королева мрачного города... «Безголовая ведьма Дома».

— В святом городе разверзся настоящий ад. И помимо девочки из рода Эутербе был потерян ещё и «Горшок жуков»... Ход был явно не из лучших.

Скрытая тканью Дома пожала плечами и элегантно улыбнулась.

— Всё ли будет в порядке? Разве он и малыш Мандзи с «Писанием Гайлофа» не были ключевыми фигурами в падении столицы?

— Никаких проблем. Они мертвы... Но также пала и наша оппозиция. Сейчас здесь остались лишь миролюбивые оптимисты. Осталось провести последние приготовления и устроить решающую битву в столице. Долго... Прошло столько времени, но вот желание моего правителя осуществится.

— Ах, вот как. Простите, но Дому не интересует то, что вы делаете. Я признательна за ваш вклад в исследования, но войну за власть ведите сами. Я уже много раз говорила, что не собираюсь присоединяться к восьми мудрецам.

— ... Да, я понимаю. Я не собираюсь лезть, покуда вы массово производите големов из плоти. Я не собирался ничего говорить, и всё же...

Шлем наклонился, и он осмотрелся вокруг.

— Похоже с моего последнего визита вы немало веселились. Это ведь ваша лаборатория. Но вы приглашаете сюда посторонних и устраиваете представления. В этом городе скрывается много магов «Свистящего демона». Вы же знаете это?

— Это тоже часть исследования. Результат великого исследования Домы должно увидеть как можно больше людей. Дома будет делать то, что ей хочется. Никакой принадлежности к вам, никаких приказов. Таков был уговор.

— Но вас много раз просили не привлекать внимания. Пока здесь наша база... Вы не можете расцениваться как простая помощница, вы же понимаете, — предупредил он и посмотрел на свой большой меч. Он предупредил, что если она будет действовать сама, то по этому месту будет нанесён удар.

Взяв кружку у безголовой служанки, Дома отпила чай. И после небольшого перерыва вернулась к «Рыцарю кровавого тумана».

— Хи-хи-хи... Можете попробовать разрубить Дому... Но потом пожалеете об этом. Големы из плоти Домы играют ключевую роль во взятии столицы. Если не хотите порушить всё, не делайте лишних движений.

— ...

— Можете не переживать из-за Домы. В гости приглашены лишь друзья. И даже если кто-то вмешается, он вряд ли что-то сможет сделать с Домой... Но я благодарна вам за вашу заботу.

За разрисованной тканью появилась загадочная улыбка.

Покинув святой город Хайнстию, Ламбер верхом на безголовом коне Кошмаре направлялся через земли Региоса в столицу.

Собрав всю информацию, ему уже была известна география страны. Если по пути встречались города, он узнавал детали о местности и искал следы «Свистящего демона».

До этого враг нападал на города, способные выступить силой королевства Региос. Город авантюристов Балайра и святой город Хайнстия, штаб инквизиции. Ещё, насколько знал Ламбер, хоть и не смог там побывать, странная группа магов уничтожала войска аристократов и известные гильдии авантюристов, аристократов и купцов убивали вместе с их личной охраной.

Сейчас в Региосе почти не осталось сил противостоять «Свистящему демону». При том, что они собирались свергнуть власть, скоро они перейдут к решающему этапу в своём плане. Для этого Ламбер и направился в столицу.

Будучи нежитью, ему не требовался отдых. Он ехал на Кошмаре всю ночь напролёт, в городах посещал рынки и таверны и быстро собирал информацию.

... Хотя его внешность, незнание мира и простой нрав временами приводили к конфликтам.

Бывая в небольших тавернах, он общался с клиентами, узнавал информацию о необычных слухах, касающихся каких-нибудь земель или аристократов, или про странных магов, и прочую приметную информацию. Кому-то это не нравилось, но видя его размеры и огромный меч, почти никто не решался высказываться против мужчины.

— ... Вот как, значит ничего особенного, благодарю за помощь.

Как раз когда Ламбер закончил разговаривать с посетителем.

— Эй, ты из стражи местного лорда или из королевской армии? — обратился к нему мужчина средних лет со слегка красным лицом и чёрными волосами.

Голос был резким, а взгляд враждебным. Ростом он не уступал Ламберу и за спиной у него был большой топор. Выглядел он неопрятно, потому скорее всего был авантюристом.

— Хм... Если выбирать из этих двух вариантов, то скорее уж из королевской армии, — немного подумав, ответил Ламбер.

— Чушь не неси. Я никогда не видел солдат в такой дурацкой тяжёлой броне, — мужчина приблизился на шаг к нему.

— Э-эй, Пейдж, прекрати. Он явно не так прост.

Знакомый собеседника Ламбера положил руку мужчине на плечо. Похоже того звали Пейдж.

— Придурок, ты же знаешь, как я не люблю таких высокомерных типов. Что с ним? Сам не пьёт и только задаёт вопросы. И я не собираюсь говорить ему: «Да, сейчас отвечу на все твои вопросы», — Пейдж сбросил руку друга.

— Т-ты же просто пьян. Верно? Хватит пытаться его оскорбить, пойдём.

— Отвали, — огрызнулся Пейдж и уставился на Ламбера.

— Простите за такое поведение. Но я ограничен в средствах.

— Мог бы хоть по одной выпить. А?

— ... Прости, но сейчас я не могу пить.

— Не будь чопорным, я угощаю.

Нагло улыбаясь, Пейдж направил стакан с выпивкой на Ламбера.

Он хотел залить шлем мужчины. И лицо товарища Пейджа побледнело.

И конечно до того, как жидкость выплеснулась, Ламбер начал действовать. Он ударил своей рукавицей по тыльной стороне ладони Пейджа, и слегка ткнул в грудь, демонстрируя «свои чувства».

Пейдж с криком отлетел, врезался плечом в стену и при падении снёс несколько пустых стульев. Стакан при падении разбился, и стулья, на которые упал Пейдж, тоже сломались. От удара упало несколько бутылок, украшавших стену.

Упавший на пол мужчина хватался за грудь, на которую пришёлся удар.

— Прости, похоже я вложил слишком много силы. Хозяин... Мне жаль, но сейчас у меня нет при себе денег, — извинился Ламбер, смотря на поломанные стулья. — Ещё раз, я сожалею, и хотел бы знать, может я могу чем-то помочь, чтобы заплатить...

— Н-н-не переживайте... С-стулья старые, и так на ладан дышали, — хозяин мотал головой, не желая, чтобы нежеланный гость задерживался ещё.

— Вновь прошу прощения. Но я спешу, потому признателен за это. Когда-нибудь я отплачу за это.

— Это ни к чему...

Закончив говорить с хозяином, Ламбер подошёл к Пейджу.

— Как-то раз меня пытались отравить выпивкой. Я отреагировал слишком резко. Я собирался лишь слегка ткнуть тебя...

Пейдж быстро поднялся и отступил к стене. Покрасневшее от выпивки лицо сделалось бледным.

— Я-я на любой вопрос согласен ответить! — сказан он, низко поклонившись.

— Вот как, спасибо...

В разговоре мужчина не узнал ничего нового о действиях аристократов или «Свистящего демона». Но видя, что Ламбер расстроен, Пейдж стал напрягать свой мозг сильнее и кое-что выдал:

— Т-точно! Вроде цена на мифрил выросла! Ты знал?! Мой знакомый торговец говорит, что сейчас выгодно скупать его... И ты, господин мечник, если купишь, можешь оказаться в выигрыше...

— Рост цен на мифрил?..

Слыша, что голос Ламбера стал резче, Пейдж содрогнулся.

— Эй, почему так случилось?

— Я-я тут не виноват! Правда!

Ламбер желал знать детали, а мужчина принялся мотать головой, отрицая всё.

— Это я понимаю.

— Э-это... Деталей я не знаю, но многие торговцы скупают его и приносят в земли графа Парсилиса. Может... Там кто-то алхимию изучает, — склонив голову, говорил Пейдж.

— Так много мифрила, что это подстегнуло рост цен?..

Мифрил использовали для создания оружия или в алхимии. И когда речь шла о массовой потребности, ничего хорошего нельзя было представить.

— Земли графа Парсилиса... Они ведь рядом со столицей. И там собирают мифрил.

Ламбер сжал кулак.

Рядом со столицей некто собирает мифрил. В этом мужчина почувствовал что-то зловещее.

— Пейдж, спасибо за информацию.

— П-п-пожалуйста... Рад, если она оказалась полезной...

Ламбер как ни в чём не бывало покинул заведение.

Получив информацию, Ламбер слегка скорректировал свои планы и направился в графу Парсилису.

Мифрил, на который поднимались цены, не нужен был никому кроме кузнецов и алхимиков. По пути в земли графа Ламбер и дальше собирал информацию, и хоть узнавал, что за люди скупали металл, но прямую причину роста цены так и не выяснил.

Однако Ламбер не считал случайностью то, что рядом со столицей скупали мифрил. Скорее всего это «Свистящий демон» взялся за массовое производство оружия и големов.

Земли графа располагались вокруг большой горы. Так как на горе жили монстры, перемещаться между городами в его землях было непросто.

Поговаривали, что разница в безопасности между севером, где жил правитель, и югом была колоссальной. На юге располагался мрачный город Дредда — самое небезопасное место в королевстве, и граф Парсилис уже не пытался взять это место под контроль.

Ламбер ничего не смог выяснить о том, кто собирал мифрил. И если пройти через Дредду, получится достать какую-то информацию.

Южный город был очень подозрительным, но первым делом Ламбер отправился на север. Он заехал туда исключительно из-за составленного им маршрута. Делать крюк и не заезжать туда просто не было причин.

— Понятно, довольно тихий город.

Ламбер шёл по городской улице. Место было не такое оживлённое, как Айнзас и Балайра, но дети и старики тут встречались. Похоже на севере и правда было безопасно.

Желая собрать информацию, он решил зайти в таверну, но в дневное время питейные заведения были закрыты. Мужчина отправился в местную гильдию авантюристов, но похоже должным образом она не работала.

Так как на горе много монстров, Ламбер подумал, что авантюристы должны активно работать, свирепые монстры нанесли авантюристам немалый урон, но если их не трогали, с гор они не спускались, потому граф запретил заходить в горы.

На рыночной улице, где должны были собираться люди, вывески были спущены, а ещё стояли остовы киосков, которыми давно никто не пользовался. За одним таким как раз играл ребёнок.

Ламбер призадумался.

«Я слышал, что граф Парсилис довольно безалаберный... Но может здесь все такие».

Его первоначальной целью был город на юге. Но похоже даже в северном городе он сможет достать немного информации.

Но хоть он и спрашивал про шумиху, связанную с мифрилом, большая часть жителей об этом даже не слышала.

Надеясь, что хоть в тавернах что-то получится узнать, Ламбер просто гулял по улицам возле рынка. Конечно это могло быть пустой тратой времени, но мужчина подумал пойти к особняку графа.

— Что с этой девчонкой?

— Будешь наглеть, порешу.

В одном из переулков двое явно не самых хороших типов обступили миниатюрную девушку. На ней было привлекающее внимание чёрное пальто и мужские брюки, но одежда была хорошего качества, говоря о её знатном происхождении.

Девушка тыкнула в них пальцем.

— Я знаю, что вы приспешники «Безголовой ведьмы»! Признайтесь во всём мне, Шарль! И тогда ваш приговор будет смягчён! Либо в обмен на информацию могу сделать вас своими подчинёнными!

Нет. Похоже эта миниатюрная девушка, назвавшаяся Шарль, обступила их. Чтобы понять это, Ламберу понадобилось время, но похоже так всё и было.

— Совсем дура, «Безголовая ведьма» — это лишь байка. Нет никого такого, кто бы мог подчинить себе этот мрачный город, — усмехнулся один из мужчин.

Ламберу тоже доводилось слышать о «Безголовой ведьме». Это был монстр в человеческой форме, из тени управлявший мрачным городом. Тех, кто противостоял ей, пытали, а потом убивали, а обезглавленные тела подвешивали на стенах мрачного города на обозрение. Ходили слухи, что все солдаты, которых граф отправлял в город, в итоге без голов оказывались на тех стенах.

— Н-не пытайтесь меня обмануть! Хватит ваших игр! У него ведь не хватает пальца! Я слышала от папы, что у вас обычай отрубать пальцы допустившим ошибку мелким сошкам! Вы прихвостни ведьмы!

После этого мужчина помрачнел.

— Допустившим ошибку мелким сошкам? Эй, малышка, можешь не надеяться, что просто вся в слезах отсюда уйдёшь. Мы продадим тебя в магазин в мрачном городе.

— Судя по одежде, она дочь какого-нибудь торговца. Проблем не оберёмся. Лучше просто убить.

Один из мужчин достал нож и направил на Шарль. А девушка самоуверенно улыбнулась и ударила правой ногой воздух.

— Хи-хи, приспешники ведьмы раскрыли себя! Возмутительный поступок — направить оружие на юную девушку. Но хоть я и выгляжу так, я довольно сильна. У меня хороший учитель. Ладно, я обойдусь без меча.

— Недооцениваешь нас! — мужчина взмахнул ножом.

Ламбер встал между ними, левой рукой он выбил нож, а локтем правой руки остановил Шарль. Лезвие ножа сломалось и упало на землю.

— Т-ты ещё кто!..

— Я согласен, эта девочка ведёт себя грубо... Но на этом предлагаю остановиться. Обойдёмся без оружия.

Второй мужчина поднял кирпич и попробовал ударить Ламбера по голове.

— Не мешайся, верзила.

Бил он без намёка на жалость.

— Хм...

Спереди и позади были Шарль и мужчина с ножом. И если Ламбер уйдёт, они могли начать драться. Потому Ламбер ударил запястьем по руке с кирпичом.

— Гья-а-а-а-а! — закричав, мужчина выронил кирпич. Тот врезался в стену и упал на землю. Перчатка Ламбера с лёгкостью переломала кости запястья мужчины.

— Рука, рука, моя рука-а-а-а-а! Тебя тоже, тоже убью!

Вопреки сказанному, он, прижимая к себе руку, упал на землю.

— К чёрту тебя! Я-я сваливаю! — мужчина бросил сломанный нож и побежал. Второй, прижимая руку, последовал за ним.

— Простите, никогда не мог контролировать свою силу, — глядя им вслед, извинился Ламбер.

— А ты хорош! — оставшаяся воинственная девушка смотрела на него сияющими глазами. — Ты меня выручил! Конечно они бы вряд ли так легко могли бы справиться со мной, и всё же я должна тебя поблагодарить, спасибо! И ещё... Ты довольно силён! — сказала Шарль Ламберу.

— Я не помогал тебе... И тебе стоит воздержаться от такого издевательского отношения к людям.

— Наверное ты не хуже моего учителя! Хи-хи-хи! Эй, эй, ты правда можешь размахивать этим огромным мечом? Круто! — никуда не торопясь, девушка следовала за Ламбером и с восхищением рассматривала его меч.

— ... Эй, ты бы слушала, что тебе говорят.

— Ва, броня такая красивая. Она покрашенная... Вроде нет, круто! Значит в ней Орган! Ва, она наверняка очень дорогая! — игнорируя Ламбера, Шарль не сводила глаз с его брони.

— А ты разбираешься...

— Круто! Так в ней и правда Орган? Мой папа потрясающий человек, у нас огромная коллекция, собранная нашими предками, потому я и разбираюсь в оружии!

И всё же Шарль не догадывалась, что доспехи Ламбера — это почти чистый Орган. В чистом виде его было почти не встретить, к тому же весил он очень много, потому она и не думала, что из него можно сделать броню, не удивительно, что девушка приняла броню за сплав разных металлов.

— Никогда не видела такой сияющей! Круто! Очень круто! Эй, эй, а потрогать можно?.. Или нельзя?

— ... Это не то, что стоит лапать, но немного можно.

Ламбер гордился своей бронёй из Органа, доказывающей его принадлежность к четырём генералам. В прошлом враги дрожали от страха при виде брони из Органа, а когда он шёл по городам, жители в почтении склонялись.

Но сейчас никто не знал про броню из Ограна, и было грустно от того, что её считали устаревшей, так что похвала мужчине даже нравилась.

— Эй, эй, станешь моим рыцарем? Мне нужны сильные подчинённые вроде тебя!

— Прости, но у меня есть господин, которому я поклялся служить всю свою жизнь, нет, даже после смерти. Поиграй в рыцарей с кем-то ещё.

— М, я не играю в рыцарей... Так ты кто... Королевский солдат? Я Шарль, гениальная мечница, защищающая эти земли. А ты кто? — скрестив руки, представилась она.

— Я Ламбер. Путешествую по стране.

— ... Значит ты сейчас свободен? — обиженно проговорила она. За то, что отказал, считая всё это игрой.

— И мог бы псевдоним лучше выбрать. Я не против, что ты своё имя говорить не хочешь... Но ты же издеваешься, потому что считаешь меня малявкой. Я знаю, что это имя одного из генералов, участвовавшего в войне за объединение. Ламбер — нехорошее имя, детей так больше не называют. Мог бы тогда хоть Грифом назваться.

— ... Вот как, значит, Ламбер — нехорошее имя, понятно.

Плечи Ламбера поникли. Он знал об отношении к нему, но лишнее подтверждение оказалось шоком.

— П-прости, так оно настоящее?.. Прости, — поняв, что обидела его, Шарль прикрыла рукой рот и стала извиняться.

— Лучше скажи... Ты пыталась узнать про мрачный город. Можешь рассказать мне о нём.

— ... Что, Ламбер, ты охотишься на «Безголовую ведьму»?

— Скорее изучаю подозрительный оборот мифрила в этих землях. И похоже это как-то связано с мрачным городом. Я собирался собрать информацию в тавернах, на рынке и в гильдии авантюристов, — сказал Ламбер, а потом добавил. — Но похоже это пустая трата сил...

— М-м... Тут и правда довольно спокойно... Понимаю, почему ты расстроен.

— То, что я слышал об этих землях... И то, что увидел, похоже граф Парсилис не особо компетентен как правитель. Кажется это семейное, раз его предки допустили появление мрачного города.

— Вот как. А я так не думаю, — у Шарль слова Ламбера вызвали раздражение.

— Я говорю, что всё это — его халатность, как правителя. Подробностей я не знаю, но он не подходит для управления землями королевства.

— ...

Не очень довольная Шарль замолчала.

Видя её такой, Ламбер задумался, уж не дочь ли графа она. Но быстро отбросил эту мысль. Графу Парсилису было около сорока пяти, но говорили, что он всё ещё холост. Наследников у него не было.

Поговаривали, что если он так и умрёт, титул перейдёт к дальнему родственнику. Включая всё это, Ламбер счёт графа безалаберным правителем.

Но даже если она не его дочь, вполне могла быть из тех, кто его поддерживает. Конечно ей не хотелось слышать критику чужака.

Однако Ламбер когда-то сражался за объединение стран, потому ему не нравился правитель без всякой мотивации, и перед Шарль он извиняться не собирался.

— Точно! Мы можем всё обсудить, так что приходи ко мне в гости, Ламбер. Я попрошу папу поблагодарить тебя за спасение его милой дочери. Он куда больше знает про мрачный город и торговлю. Эй, эй, ты же хочешь встретиться с моим папой? — хлопнув в ладоши, хитро улыбнулась девушка.

— Этим ты бы меня выручила, но что за человек твой отец?

— Отлично! Тогда решено! Если не поспешишь, я тебя тут оставлю!

Её серебряные волосы развевались, пока она бежала по дороге, тут она обернулась и показала белозубую улыбку.

— Стой, я спросил, что он за человек...

— Что за человек? Очень добрый!

— Я не о том...

Она снова побежала вперёд. И хоть Ламберу не нравилась её спешка, он последовал за девушкой.

Минут через двадцать он увидел в спешке бегавших солдат правителя.

— Сколько раз она уже сбегала в этом месяце?!

— Опять в мрачный город собралась?! Надо скорее найти и вернуть!..

Все солдаты кого-то старательно искали.

— ... Что-то случилось? — с подозрением Ламбер посмотрел на солдат. А Шарль рядом с ним недовольно покачала головой и пробурчала: «Эх... Опять они за мной...»

— Что это значит?..

Прежде чем девушка ответила, солдаты заприметили Шарль с Ламбером. Увидев мужчину, они побледнели, но потом подбежали и окружили. Выхватив оружие, они направили его на Ламбера.

— Кто ты такой? — спросил солдат, вставший впереди остальных.

— Может я и выгляжу пугающе, но я не какой-то подозрительный тип. Простой путешествующий мечник.

Ламбер взял меч и положил его на землю.

— Ты пытался похитить госпожу Шарль, так что тебе не жить!

Желая получить объяснения, Ламбер посмотрел на Шарль. Выглядя виноватой, она показала ему язык и подошла. Обхватила руку Ламбера и посмотрела на солдат:

— Слушайте. Он спас мне жизнь! Спас, когда ко мне пристали бандиты на рынке!

— Ч-что?! — услышав это, главный среди солдат растерялся.

— Пристали бандиты... Хм.

Услышав её слова, Ламбер вспомнил, что там было. Мужчины и правда выглядели как бандиты, только это Шарль пристала к ним, но упоминать об этом он не стал и просто промолчал.

— Или мне папе рассказать, что господин Хайн угрожал оружием моему спасителю.

— Ух... П-простите, мы всё неправильно поняли...

Солдат искоса посмотрел на Шарль, а потом поклонился перед Ламбером. Девушка гордо выставила грудь и улыбнулась Ламберу.

— Похоже солдаты отчаянно искали тебя, ты что-то сделала?

— Папа запретил выходить из дома, меня это бесит, потому я и сбежала, — недовольно надулась Шарль.

Ламбер посмотрел на солдат. Люди, осторожно смотревшие на Ламбера, выглядели уставшими.

— Похоже вам нелегко с ней.

— Н-нет, ну, немного... Ха-ха-ха...

Солдаты дружелюбно засмеялись.

— Эй, что это значит? — девушка недовольно скривилась.

Ламбер шёл по городу с Шарль, окружённой солдатами.

— Да всё в порядке! Я же говорила, что вернусь! Я обещала привести Ламбера к папе!

— Раз понимаете, что он ваш спаситель, так относитесь к нему с должным уважением!

Девушка явно была не в духе от того, что её окружили солдаты.

— Простите, госпожа Шарль... Слегка эгоистична, — немолодой солдат по имени Хайн поравнялся с Ламбером.

— Если честно, я не знаю, кто она такая. Похоже сама она это скрывает, но я же могу узнать?

Услышав его слова, Хайн от удивления открыл рот. Похоже для него было шоком то, что мужчина не знает.

— Госпожа Шарль... Дочь правителя этих земель, графа Парсилиса.

— М... В-вот как, — Ламбер запнулся. Ещё недавно он нелестно отзывался о графе прямо ей в лицо. Естественно, что ей это не понравилось. Похоже папа, про которого девушка говорила — это всё же граф Парсилис.

— А! Хайн, ты рассказал! А я хотела увидеть, как Ламбер удивится, когда мы до дома доберёмся! — Шарль толкнула в плечо солдата и пожаловалась. Однако её тут же упрекнул другой солдат.

— Но я слышал, что у графа Парсилиса нет детей... — Ламбер спросил у мужчины так, чтобы Шарль не слышала.

— ... Госпожа Шарль приёмная дочь. Восемь лет назад... Граф отправился в приют, который подозревали в жестоком обращении с детьми... Он и так финансировал это место, но решил удочерить глубоко травмированную госпожу Шарль, — добро проговорил Хайн.

Ламбер бросил взгляд на Шарль. Она спорила с солдатами, а когда встретилась с ним взглядом, улыбнулась и помахала рукой.

Мужчина снова посмотрел перед собой. Шарль нахмурилась и надула щёки.

— Хорошая история... Но разве приёмная девочка может стать наследником? И почему у графа Парсилиса нет своих детей? Я слышал, ему уже за сорок...

Спрашивая, Ламбер уставился на Хайна. При том, что подчинённые и Шарль хорошо к нему относились, похоже он и правда был добрым человеком. Однако Ламбер был разочарован им, ведь мужчина не исполнял свой долг аристократа и не понимал собственного положения.

— Я не знаю, о чём думает граф... Но как я слышал, жениться он не намерен... — с волнением сказал солдат.

— Вот как. Похоже спрашивать у тебя об этом бессмысленно. И я всё равно смогу с ним встретиться, — сказал Ламбер и кивнул.

— Т-только прошу, не спрашивайте особо пристрастно... Он слабый человек...

Личная охрана графа Парсилиса привела Ламбера в особняк.

Это было здание с красновато-коричневыми стенами и остроконечной зелёной крышей. На самом верху дома красовался флюгер. Он не был таким броским, как дома других аристократов, но показывал состоятельность хозяина.

— ... Такой, каким его описывали, — посмотрев на дом, прокомментировал Ламбер. Он слышал от людей, что граф не любит излишнюю помпезность.

Граф ничего не смог сделать с беззаконным городом, появившимся на его землях, у него не было собственного ребёнка, зато была приёмная дочь, которая не могла унаследовать его титул, было ясно, что как аристократ он не очень хорош и к своим обязанностям подходит без особого энтузиазма. Ламбер уже заключил, что у этого человека ничего общего со знатью.

— Госпожа Шарль! Прошу вас, не уходите в город без разрешения! Граф Парсилис тоже очень переживает за вас!

— Всё потому что я не могу положиться на папу! Я сама поймаю королеву мрачного города «Безголовую ведьму» и принесу мир в эти земли!

Даже пройдя через ворота и войдя в сад, Шарль продолжала спорить с солдатами.

— Прошу, прекратите даже думать о том, чтобы пойти туда! Граф в обморок падает о мысли, что вы ушли в мрачный город!

Услышав это, Ламбер даже слишком живо это представил. Он вспомнил слова, которые они говорили, пока искали Шарль.

«Опять в мрачный город собралась?! Надо скорее найти и вернуть!..»

Похоже она уже сбегала от отчима и пыталась отправиться в мрачный город Дредду.

Поражённый мужчина покачал головой. Если бы молодая девушка отправилась в место, где закон не действует, ничем хорошим это бы не кончилось.

Однако против тех хулиганов девушка вела себя уверенно. Как она и говорила, возможно Шарль и правда умеет сражаться.

— ... Настоящая пацанка, — проговорил Ламбер, глядя, как она спорит с солдатами. Услышавший это один солдат лишь усмехнулся. А она похоже приняла это за комплимент, повернулась к Ламберу и с улыбкой помахала.

Когда дошли до двери, к ним вышел старик в доспехах. Седые волосы, борода и морщины указывали на преклонный возраст, однако взгляд оставался бесстрашным. Держался он прямо и был высок.

— Госпожа Шарль нашлась. Всё же нынешний граф куда добрее своего предшественника, — с горечью сказал старик и недовольно посмотрел на Шарль.

— Д-да, господин Тройния!..

Солдаты поклонились ему. Смотря на них, Шарль улыбнулась и подошла к Ламберу.

— Этот человек учит меня обращаться с мечом! Он очень сильный! И я считаю, ты уж прости, в обращении с мечом он лучше тебя, Ламбер!

Ламбер посмотрел на Тройнию. Скорее всего этот старый солдат служил предыдущему графу. Он пользовался большим доверием, чем командир личной гвардии и был скорее советником.

Ламбер не то что не сражался перед Шарль, он даже меч не доставал, но всё же эту тему развивать не стал.

— Вот как, возможно ты права, — кивнул он, а девушка уверенно улыбнулась.

— Эй, эй! Ты тоже становись его учеником! Хи-хи! Станешь моим младшим товарищем.

— Думаю воздержаться от этого предложения.

— А, почему?! — девушка начала постукивать по его броне. И тут подошёл сам Тройния.

— Так... И кто же этот великан?

Он резко посмотрел на Ламбера. Старик явно был начеку с ним. Остановился за пределом радиуса удара меча и ближе не подходил.

— Господин Тройния! Этот человек спас госпожу Шарль от бандитов...

— Я не об этом спрашиваю. А о том, почему вы привели подозрительного человека в дом графа?

— Э-это...

Солдаты замолчали. Тройния проигнорировал их и снова посмотрел на Ламбера.

— В обычных обстоятельствах граф Парсилис лично бы поблагодарил... Но люди мрачного города нацелились на его жизнь. Потому я не могу неосторожно пустить тебя на встречу с графом.

Тройния был настроен враждебно с самого начала. Расстроенная повисшим напряжением Шарль смотрела то на одного, то на другого мужчину.

— Э-это, учитель... Не говорите так...

— Глупцам надо говорить обо всём прямо, иначе они не поймут. Госпожа Шарль, похоже мне и с вами надо изъясняться более понятно.

— А?..

— Если будете играть с огнём, рано или поздно обожжётесь. Конечно же... Вы не наследница, потому для меня это не столь важно. Я понимаю, что вы думаете о графе, но если будете вести себя эгоистично и доставлять проблемы страже, от вас придётся просто отказаться, — сурово сказал старик.

— П-простите, учитель...

Шарль вся сжалась и поклонилась Тройнии. Девушка его похоже не волновала, он посмотрел на Ламбера.

Мечник предполагал, что между ними хорошие отношения, ведь Шарль с гордостью говорила об учителе, но похоже Тройнию сама она не волновала вовсе. Обращаться с мечом он её учил лишь потому, что об этом попросил сам граф.

— Но, это... Ламбер хочет кое-что узнать у папы, потому я хочу, чтобы они встретились.

— Недопустимо. Жизни предыдущего лорда и двух братьев нынешнего забрали яд и убийцы. А вы сами готовы пригласить к нему смерть. Вы понимаете это? — Тройния посмотрел в лицо Шарль и с угрозой проговорил. Под таким давлением девушка какое-то время молчала, но вот тихо проговорила: «Ламбер не такой...»

— Раз он не ваш родной отец, то и его смерть вас не волнует? — с отвращением выплюнул старик. Шарль снова замолчала. Атмосфера была мрачной как на кладбище. Раз Тройния мог говорить такое ребёнку графа, пусть и приёмному, он явно не просто советник.

— Простите за неудобство, но мог бы господин мечник, назвавшийся подозрительным именем, уйти?

Тройния наконец подошёл на расстояние удара Ламбера. От него исходила жажда убийства. Казалось, если Ламбер сделает хоть что-то подозрительное, Тройния выхватит меч и приготовится к бою.

— Всё в порядке, Шарль. Изначально в этом не было необходимости.

— Н-но ты ведь специально пришёл сюда...

Ламбер покачал головой.

Он изначально не надеялся получить полезную информацию от графа. Конечно по возможности хотелось с ним поговорить, но его не смущал тот факт, что возможно сделать это не получится. Было несколько зацепок, но он мог просто отправиться в мрачный город и неистовствовать там, пока не получит искомое.

И тут со стороны дома зазвучали торопливые шаги.

— О, Шарль! Ты вернулась!

Дверь резко открылась и ударилась об стену. Это был симпатичный мужчина средних лет с каштановыми волосами и в аристократической одежде. Его широко открытые глаза были красными.

Он бежал к Шарль, но споткнулся об каменную ступеньку и упал. Солдаты тут же окружили его и помогли подняться.

— Я так переживал, Шарль... Прошу, не делай больше глупостей!..

Невысокий толстячок... Граф Парсилис плакал, обращаясь к Шарль. Когда солдаты помогли ему подняться, он посмотрел на Ламбера.

— Так... А кто этот человек в доспехах?

— ... Это он привёл госпожу Шарль. Неизвестный... Граф, возвращайтесь вместе с госпожой Шарль в особняк, — обратился к графу Тройния.

— О, так он защищал Шарль! Так моя дочь доставила вам хлопот! Я должен поблагодарить вас...

Пройдя мимо Тройнии, он подошёл к Ламберу и поклонился. Лицо старика скривилось.

— Граф, вы слишком неосторожны. Нет гарантии, что он не бандит из Дредды.

— Ха-ха, Тройния, не будут преступники из этого города посылать убийцу к такому некомпетентному старику. У злодеев и так забот хватает, — обращаясь к старику, рассмеялся граф. Тройния оставался суровым. Ламбер слышал про характер графа, но похоже он оказался ещё более легкомысленным человеком.

— Да и стал бы кто-то скрытный одеваться так подозрительно.

Граф снова рассмеялся, а потом посмотрел на Ламбера, поклонился и виновато погладил бороду.

— Ох... Это было грубо по отношению к спасителю моей дочери. Просто мне подумалось, что надо бы немного смягчить напряжение...

— ... Я не переживаю из-за этого.

Услышав слова Ламбера, Парсилис смущённо улыбнулся.

— Нельзя же так, папа... У Ламбера голос теперь угрюмый. Извинись как следует, — нашептала графу Шарль, а граф вздрогнул и решил низко поклониться. Тут его кое-как остановили солдаты.

— Это не достойно графа, вы не должны этого делать! Позвольте мы поклонимся вместо вас!

— Н-но...

— ... Всё в порядке, не переживайте.

Видя графа, Ламбер подумал, что вряд ли он сможет получить полезную информацию.

— Что ж, в ногах правды нет, прошу внутрь, — кланяясь, говорил граф, а недовольный Тройния низко зарычал:

— Нельзя так, граф. Это недопустимо. Будьте сдержаннее.

— Я понимаю твои чувства, но в этом нет такой необходимости, — сказал граф и неумело подмигнул. Тройния с прищуром посмотрел на хозяина.

— Ну же, господин в доспехах. Прошу, проходите.

— ... Нет, это ни к чему. Хоть вы и приглашаете, мне неловко. Если хотите поблагодарить, просто расскажите мне кое-что об этих землях.

— В-вот как... Если мне это по силам, я отвечу на ваши вопросы... — почесав голову, ответил граф.

Ламбер наблюдал за Тройнией. На лице всё ещё было недовольство, но против просьбы Ламбера он не возражал. Хотя возможно и переживал из-за того, что может сообщить господин, если разговор затянется.

Старик явно переходил на крайности, но учитывая то, какой легкомысленной была семья графа, можно было понять его резкость. В таком случае его нельзя было упрекать в дурном отношении.

Зная про характер господина, старик не хотел, чтобы они общались. Ламберу же такой характер был на руку, хотя для аристократа он совершенно не подходил.

— Граф Парсилис, вы знаете, что некто на ваших землях собирает мифрил?

Услышав это, граф заморгал и приложил руку к усам.

— ... Мне известно об этом. Неужели... Это связано с какими-то незаконными делами? — ответ дался ему с болью. Ламбер думал, что возможно мужчине было ничего неизвестно, но всё же он знал о происходящем.

— Я бы хотел, чтобы вы мне рассказали об этом. Кто недалеко от столицы собирает мифрил, который можно превратить в мощное оружие?

Скупая мифрил, они не только усиливали себя, но и поднимали цену на металл во всём Региосе, отчего стоимость производства оружия и доспехов росла. Наверняка здесь замешан «Свистящий демон».

— ... Вообще-то это началось не так уж и недавно. Когда мой предшественник... Отец правил этими землями, уже начались странные перемещения мифрила. Тогда это было не так явно, но уже стабильно...

— ... Что?

— Отец расследовал это дело... И оказалось, что торговцы не с самой лучшей репутацией скупают мифрил и продают его тем, кто живёт в мрачном городе. Похоже его используют алхимики, живущие в том городе... Однако детально выяснить не получилось. Неясно, зачем алхимики собирают его... И куда отправляют такое количество металла тоже не ясно...

Похоже на сбор мифрила ушло куда больше времени, чем он предполагал.

И с этим надо было разобраться как можно скорее.

— ... Почему прекратили расследование?

— Солдаты, проводившие расследование, были убиты в мрачном городе... А вскоре после этого убили и моего отца, — с печалью сообщил граф.

Услышав это, Ламбер понял. Как сказал Тройния, двух братьев графа тоже убили, а третьего, бесполезного сына просто оставили без внимания.

— ... Вы докладывали об этом королевской семье?

— Д-да... Но сделать с этим что-то невозможно...

— Ч-что?..

— В последнее время покупка мифрила активизировалась, и все торговцы из соседних областей знают об этом... Мы пробовали что-то сделать, но всё безрезультатно... Если честно, даже немного стыдно из-за этого.

— Граф, мне не кажется, что об этом стоит говорить с посторонним, — обратился к Парсилису Тройния.

Старик служил ещё его отцу и знал об этом деле куда больше, но его поддержки вряд ли удастся добиться.

Мужчина задавал ещё вопросы, но про скупку мифрила так больше ничего полезного от графа не узнал.

— Понятно, спасибо за информацию, — поблагодарив, Ламбер закончил разговор. Он хотел ещё кое-что узнать от графа по поводу скупки. Но если он продолжит, вмешается Тройния и закончит этот разговор.

— Что вы, я рад, если был полезен. В итоге... Я рассказал лишь о позоре моей семьи.

— ... Если вы так считаете, приложите усилия, чтобы сделать с этим что-то.

— Ха, ха-ха-ха, — граф Парсилис неловко рассмеялся.

— Почему тебя заинтересовала история с мифрилом? Это так важно, что надо было увидеться с графом? — не скрывая враждебности, спросил Тройния. Взгляд резкий, от него всё ещё исходила жажда убийства.

— Мне нечего скрывать. Я преследую «Свистящий демон». И я подумал, что возможно именно они скупают мифрил, — спокойно ответил Ламбер, а потом обратился к графу. — Ещё я бы хотел узнать про мрачный город Дредду. Как я слышал, им правит некая «Безголовая ведьма»...

— Ха-ха, скажете тоже. Я тоже слышал об этом, но всё это нелепица. Люди имеют привычку приукрашивать слухи. Мрачный город не такой. Уже давно известно, что внутри орудует много фракций. Там просто неорганизованная свалка преступников.

— Вы правда так считаете? Как я слышал... Вашего отца и братьев убили, и сделали это головорезы из города. В таком случае там не просто собралась толпа преступников, кто-то ими управляет, и кто-то умудряется эффективно поддерживать это место на плаву.

— Д-даже не знаю. Все кто там живут, будут противостоять попыткам разрушить город... Очень сомнительно, что у них есть какая-то внутренняя организация. Конечно тогда никого из преступников не поймали, но это скорее удачное стечение обстоятельств... — граф пожал плечами и говорил так, будто пытался оправдаться. Похоже он боялся думать о Дредде как о единой организации. Может это было неосознанно, но его мышление было искажено вытеснением подобной возможности.

— ... Ламбер. Я знаю, где может быть ведьма.

Под взглядом Тройнии граф притих, и тут вмешался другой человек.

— Когда я раньше ходила туда, то случайно услышала. На арену ведьмы собирают мечников. Правда потом меня раскрыли, я еле сбежала...

— Арена ведьмы?.. Понятно, запомню это.

Шарль расспрашивала у бандитов на рынке про «Безголовую ведьму». Она верила, что ведьма существует. От солдат Ламбер слышал, что девушка отправлялась туда одна, но было не ясно, откуда взялась её решимость.

— Ладно. Граф, у вас же есть дела? Вы наверняка заняты. Так что на этом закончим, — заканчивая разговор, сказал Тройния.

— Н-не сказал бы... Я мог бы ещё немного поговорить...

Раздражённым взглядом старик посмотрел на своего господина. Тот не выдержал и отступил на полшага.

— Всё понял? Мы сами позаботимся о наших землях. Для этого у нас есть аристократ. И с чужаком вроде тебя нам говорить больше не о чем.

Тройния коснулся ножен своего меча, подойдя к Ламберу. Это была явная угроза.

— У-учитель... В-вам не стоит быть настолько враждебным... — слабым голосом Шарль обратилась к старику.

— ... Верно, оно того не стоит. И я не собираюсь устраивать ссору. Спасибо за предоставленную информацию.

Посмотрев на графа и остальных, Ламбер поклонился и повернулся к ним спиной.

В результате встречи он получил достаточно. Он получил ответы на вопросы, касающиеся этих земель, и у него уже начала складываться картина в отношении мрачного города. И пусть отношения с Тройнией не заладились, удачно, что он наладил контакт с графом.

— Уже уходишь? Эй, ты же останешься на какое-то время в городе? — с грустью спросила Шарль.

Ламбер остановился и кивнул девушке, а потом повернулся к графу Парсилису. Вспомнил ещё один вопрос.

— ... Граф Парсилис, почему вы так и не женились? Я понимаю, что у вас есть родственники... Но это безответственно. Ваши действия могут послужить источником для междоусобиц.

Граф вздрогнул, а потом с неловкой улыбкой принялся трепать волосы.

— Я потерял всю семью... Понимаю, что это эгоистично и безответственно. Но я не хотел бы, чтобы мой ребёнок правил этими землями...

Его голос дрожал и был печальным.

Хорошо это или плохо, граф не подходил на роль аристократа. Потому он и взял девочку, которая не могла перенять его титул.

В гордом одиночестве Ламбер покинул особняк графа. И в нём появился новый вопрос.

Фамилия Парсилиса была Пауман, но Ламбер никогда её не слышал. Двести лет назад такого рода не было. Возможно во время войны некий Пауман внёс огромный вклад в победу.

Ладно бы это был виконт или барон, но факт о неизвестном графе, который был двести лет назад, всё же зацепил его. Хотя прошло много лет, и у высшей знати с тех пор было не меньше потомков.

«Возможно я накручиваю себя, но может стоило спросить о происхождении семьи...» — задумался Ламбер, и тут его окликнули.

— Эй, Ламбер!

К нему бежала Шарль. Времени прошло всего ничего. Она сбежала из особняка и последовала за ним.

— М-м...

Он прижал руку к шлему.

— Эй, эй! Ламбер, возьми меня с собой в мрачный город. Я там уже бывала и знаю это место! Если собрался туда, тебе стоит взять меня с собой! — она гордо выставила грудь. А он ещё какое-то время прижимал руку к шлему и вот опустил её.

— Чего ты так привязалась к мрачному городу? Один раз тебе повезло, и ты выбралась, но в следующий раз может так не повезти. Нет, ты точно не выберешься невредимой. Это не то место, где дочери аристократа стоит играть с огнём.

— Ясно, для чего! Чтобы уничтожить мрачный город и вернуть мир в эти земли! Быстрее всего достичь этого — снести голову ведьме! Я ведь дочь лорда! И должна это сделать!

— Солдаты графа ведь всё ещё что-то расследуют. Тебе же сказали, что ты ничего не можешь.

— ... Папа смирился с тем, что он ничего не может сделать с мрачным городом. Говорит, что если сами полезем, потом только хуже сделаем. Я с таким трудом всё узнала, а он только злится и совсем мне не верит...

— Я считаю разумным вести себя как и обычно.

Шарль скривилась и замолчала.

— Так чего ты прицепилась к мрачному городу? Есть какая-то причина?

Вначале Ламбер думал, что это связано с энтузиазмом, вызванным обучением фехтованию. Но одно лишь это не могло объяснить её одержимость.

Шарль отвела взгляд, но вот через какое-то время заговорила.

— ... У меня там подруга. Когда покинула приют, денег у неё не было... Она подумала, что может там как-то жизнь наладит. Какое-то время мы переписывались... Но не так давно ответы перестали приходить. Я пошла её искать, но не нашла... Зато я узнала, что «Безголовая ведьма» похищает людей.

— Из приюта... Вот как, понятно.

От солдат Ламбер узнал, что Шарль воспитанница приюта, а не родная дочь графа Парсилиса. Скорее всего они дружили с самого детства.

Шарль просила графа, но при том, как он к этому относится, серьёзное расследование никто проводить не будет. Потеряв терпение, девушка стала действовать сама. В таком случае можно было понять, почему она вела себя так безрассудно.

— Эй! Я же честно обо всём рассказала, возьми меня с собой!

— Ты будешь лишь мешаться. Я не возьму тебя.

Тут даже думать было не о чем. Удобно, когда кто-то может проводить, но недостатков было куда больше. Сам Ламбер считал, что маленьких девочек не стоит брать на поле боя.

— Н-ну ты чего... — поникнув, сказала Шарль.

— Но можешь сказать имя своей знакомой. Я её поищу. Однако... На многое не рассчитывай. Если она уже несколько дней как пропала в таком месте, вряд ли будет в порядке.

— Кармела... Серые волосы, низкая, длинные ресницы.

— Понял, запомню. А ты возвращайся в особняк. Я перебью всех, кто дёргает за ниточки в Дредде. И доберусь до тех, кто стоит за ними.

Даже после этого Шарль с тревогой смотрела на Ламбера.

— Даже если ты пойдёшь за мной, это ничего не изменит. Твой учитель возможно и хорош, но не стоит его переоценивать.

— У-учитель правда очень сильный! Сильнее тебя! Правда!

— Возможно. Но ты не Тройния, — решительно сообщил Ламбер, и Шарль совсем скисла.

— ... Я и сама это знаю. Но... Я должна это сделать... — смотря на землю, выдавливала она слова.

Всё же Шарль была настроена решительно. Она должна была убедить отца отправить войска, а не действовать сама. Но даже при том, что она сейчас полагалась на Ламбера, хотела идти туда вместе с ним.

— Что? Ты опять что-то скрываешь?

Девушка молчала. И тут позади неё появился старик.

— Опять против воли графа ушла... Похоже вас в подвале запереть надо.

Похоже он последовал за ней, когда девушка пропала.

— И ты ещё здесь, человек в доспехах. Перед графом я был аккуратен в выборе слов, но может перестанешь рыскать. Мы и королевская семья сами разберёмся с Дреддой. Странствующий мечник, изображающий из себя рыцаря — не более чем оскорбление для лорда. Если и дальше будешь его тревожить, мне придётся повести себя более грубо, — Тройния постучал пальцем по ножнам. Его агрессивный настрой расстроил Шарль.

— Ты и сам понимаешь, что граф слишком мягкотелый, — спровоцировал его Ламбер, и старик, широко открыв глаза, выхватил меч.

— Учитель?.. Господин Тройния, прекратите! — закричала Шарль, но тот и не думал останавливаться. Оттолкнувшись от земли, Тройния обошёл Ламбера и взмахнул мечом.

А Ламбер лишь горизонтально взмахнул перчаткой. Безжалостный удар Органа отбросил худощавого старика.

Подняв пыль, Тройния упал на землю. Присев, он не веря смотрел на Ламбера. Хоть он и был готов действовать, если Ламбер последует за ним, ему не сбежать. Было очевидно, за кем победа.

— Н-не может быть... Учитель так просто...

Шарль смотрела на Тройнию и Ламбера. Старик тоже совершенно поражённый застыл.

— Понимаю желание слегка припугнуть меня, но... Прости, я буду поступать так, как считаю нужным, — опустив руку, Ламбер повернулся к ним спиной.

На следующий день Ламбер снова обошёл город в поисках информации. Он узнавал про мрачный город Дредду, чтобы подкрепить полученную информацию, а ещё дознавался по поводу репутации семьи Пауман.

Обычно, получив минимум информации, Ламбер направлялся к конечному пункту назначения, но в этот раз задержался. Многое можно было выяснить, просто спросив графа Парсилиса, но старый солдат Тройния не желал сотрудничать, потому ненужных контактов мужчина решил избежать.

Если будет лезть и дальше, враждебность будет более очевидной.

И была ещё одна причина, почему он не хотел идти домой к графу. Ламбер расследовал убийство главы семьи и его приемников, и там было всё слишком уж гладко. Когда отца отравили, они так и не выяснили, в чём был яд, а когда убили братьев, убийц даже никто не видел.

Ламберу казалось, что кто-то в доме графа направлял убийц. Но если бы он пошёл в особняк и стал прямо расспрашивать об этом, то точно упустил бы возможность разоблачить преступника.

Преступник скорее всего может контролировать семью Пауман. И первым человеком, наделённым таким доверием был служивший много лет Тройния.

Его колкое поведение было вполне обосновано, учитывая положение рода, но всё же оставались подозрительные моменты.

Про Тройнию получилось узнать сразу же, стоило поговорить с местными. Он был из семьи Траго, мечники их рода уже много поколений служили семье Пауман.

Тройния служил ещё отцу Парсилиса, но отношения семей было куда глубже. Казалось, что старик имеет власть над бесхарактерным господином, но это было слишком уж очевидно.

«... Из поколения в поколение?»

Если это правда, то семья Траго уже несколько поколений управляет родом Пауман, а ими управляло руководство мрачного города. По возможности хотелось выяснить о происхождении рода Пауман, но найти того, кто бы в этом разбирался, не вышло.

Казалось, что простое убийство «Безголовой ведьмы» не поможет с раскрытием дела графа Парсилиса.

Со слов графа сбор мифрила в Дредде начался задолго до того, как он стал главой семьи. Если это правда, то такое количество спрятать нелегко.

Если всё это доставили из Дредды в другое место, полностью скрыть следы было бы невозможно, но ни о чём подобном слышно не было.

Наверняка был какой-то трюк. Было много подозрительных моментов, и все они наверняка связаны.

Тень, нависшая над землями графа Парсилиса, не ограничивалась одним Дреддой. Чтобы принести мир в эти земли и раскрыть местонахождение мифрила, спрятанного «Свистящим демоном», Ламбер считал, что надо развеять всю тьму этого места.

— И всё же... Догадок становится только больше. Может стоит ещё раз поговорить с графом Парсилисом?.. — пробормотал Ламбер на ходу, и увидел вдалеке бледных солдат графа. Зрелище было до боли знакомо.

— Теперь пусть не рассчитывает, что это будет воспринято как простая шутка! И зачем было сбегать!

— Это всё граф виноват! Это он решил госпоже Шарль столько свободы дать!

Слыша голоса солдат, Ламбер подумал, что у него сейчас начнёт болеть голова. Шарль снова сбежала из особняка. Ни поучения Тройнии, ни слова Ламбера так и не возымели эффекта.

Заметив Ламбера, солдаты поспешили к нему.

— Н-надо же, господин Ламбер! Спасибо, что тогда помогли госпоже Шарль и вернули её в особняк! — сказав это, они стали выглядеть виноватыми. — ... Это, простите, вы случайно её не видели?

— К сожалению, нет.

— В-вот как, ха-ха-ха... Она вроде к вам привязалась, вот мы и подумали... — один солдат устало рассмеялся. Ламбер приложил руку к шлему.

— Одна лошадь пропала. Похоже она покинула город... — перепугано сказал другой солдат.

— ... Неужели Шарль направилась в мрачный город?

После вопроса Ламбера все притихли.

А мужчина и так уже догадывался. Девушка отправилась в мрачный город. Раз пропала она и лошадь, оставалось думать лишь об этом.

— И это после всех предупреждений!..

Ламбер повернулся к солдатам спиной и побежал.

— А! Господин Ламбер, вы куда?..

Не останавливаясь, он обернулся:

— ... Я бы в любом случае рано или поздно отправился в мрачный город. Хотелось ещё кое-что подтвердить, но уже ничего не поделаешь. Похоже придётся оказать графу Парсилису ещё одну услугу, — сказал он и снова посмотрел перед собой.

Мрачный город Дредда

Верхом на любимом коне Кошмаре Ламбер мчался в мрачный город Дредду.

В землях графа на горе обитали опасные монстры, так что для того, чтобы путешествовать между городами, надо было ехать в объезд. Место было настолько опасным, что Парсилис запретил авантюристам ходить туда. Но Ламбер проигнорировал указ и ехал в город напрямик.

Опора неровная, тропу тут и там перекрывали деревья. На обычной лошади было бы быстрее доехать, сделав крюк, но Кошмара ничего не могло остановить. Отбивая землю подковами, конь ловко избегал деревья. А те деревья, что мешали, разрубал мечом Ламбер.

Говорили, что приёмная дочь графа Шарль взяла лошадь и сбежала из особняка. Судя по всему, она отправилась с мрачный город Дредду.

Девушка была уверена в своих способностях, но там находились члены организации «Свистящий демон». Вряд ли девочка-аристократка что-то сможет сделать с ними. И не сложно было представить, что они же приложили руку к убийству отца и братьев нынешнего графа.

Некомпетентные аристократы для них лишь на руку и их не интересует приёмная дочь, которая не сможет унаследовать титул. Но лишний раз привлекать внимание к себе не стоило.

«Я выбрал самый короткий путь, а Шарль отправилась прошлым вечером... Но вопрос в том, смогу ли с ней встретиться».

Когда Ламбер думал об этом, разнёсся странный крик над головой: «Шяг, шяг, шяг».

Подняв голову, он увидел на ветках человекоподобного монстра, покрытого чёрной шерстью. Во рту были длинные клыки, а глаза светились ненавистью.

Зверя называли ужасный конг, и он был сильнее огра. Прыгая по деревьям, он преследовал Ламбера.

Перемещаясь по деревьям, он двигался быстрее Кошмара, бежавшего по неровной земле. Монстр сам по себе был сильным, но среди деревьев в горах, где не было ровной поверхности, он считался одним из сильнейших. Ужасный конг стал одной из причин, почему на гору нельзя было ходить.

Даже если соберутся авантюристы высшего ранга, против ловкого и хитрого врага на этой местности они сражаться не смогут.

Ужасный конг следовал за Ламбером так быстро, что от него было не уйти.

Он собирался напасть, когда добыча истощится морально.

Обычный авантюрист стал бы гнать лошадь быстрее из страха получить удар в спину, и потерял бы контроль над животным.

Но Ламбер оставался спокоен.

Кошмар тоже доверял своему напарнику и ехал уверенно.

А вот ужасный конг позади начал суетиться.

Какое-то время конь шёл вровень с монстром, но вот потерял равновесие из-за неровной земли.

Он не остановился, но открылся перед врагом.

И прыгавший по веткам монстр атаковал из слепой зоны Ламбера.

Но по его телу пробежала яркая вспышка.

Он даже не вскрикнул.

Разрубленный пополам ужасный конг вдвое быстрее отлетел назад.

— Доставил хлопот, — без особых эмоций пробормотал Ламбер и поспешил дальше.

Чем дальше они продвигались, тем больше было ужасных конгов, и Ламбер перебил уже больше десятка этих существ.

— Шяг, шяг...

— Шяг...

Снова зазвучали голоса, а вместе с ними и шум от прыжков по веткам.

— Теперь двое?..

На этот раз Ламбер увидел двухголового и трёхрукого ужасного конга.

Он был вдвое больше обычных.

Он также преследовал, прыгая по деревьям, но оставлял на них глубокие борозды когтями на ногах.

— ... Понятно, я-то не понимал, почему нельзя заходить на территорию ужасных конгов, а вот и причина.

Один ужасный конг мог убить нескольких первоклассных авантюристов, потому такое решение не было излишним, но Ламбер согласился лишь когда увидел это создание.

Ужасный конг летел на Ламбера. Использовав меч в качестве щита, мужчина отбился. Монстр ухватился за ветку и восстановил равновесие.

— Шяг... Шяг?

Видя удаляющегося Кошмара, ужасный конг хлопал четырьмя глазами. Ламбера на коне не было.

— Что такое? Я здесь.

Ламбер высоко прыгнул вслед за монстром. В неживых глазах монстра отразился ужас.

Он попытался сбежать, но не успел. Вертикальный и горизонтальный взмахи меча разрубили ужасного конга и дерево за ним.

Разрубленное на четыре части тело дёргалось. Его жизненная сила была ужасающей, но теперь от неё не было никакого толку. С шумом Ламбер приземлился и раздавил часть тела. Взмахнув мечом, он сбросил с него кровь зверя.

— Да, непростая дорога. Тут довольно сильное магическое поле. Двести лет назад такого не было.

Убрав меч, Ламбер направился к вернувшемуся Кошмару.

Перебравшись через запретные земли графа Парсилиса, Ламбер достиг своей цели, мрачного города Дредды, и расстался с любимым конём Кошмаром.

Он собирался выяснить, для чего здесь скупали в больших количествах мифрил, и выяснить, не скрывается ли за всем этим «Свистящий демон». А ещё хотелось поскорее обезопасить дочь графа.

Шарль пришла сюда на свой страх и риск. Поход в место без каких либо законов — чистое самоубийство.

Но Шарль для Ламбера больше не была чужим человеком. Бросать её он не хотел. Пусть она была эгоистичной и нетерпеливой, но явно не плохой.

И ещё Ламбер хотел больше разузнать о семье графа Парсилиса. Иметь дело со старым Тройнией было сложно, но если мужчина спасёт любимую дочь графа, помешать тот не сможет.

Ламбер знал, что у девушки собственные мотивы. Она пыталась помочь своей подруге детства Кармеле, но этого Ламбер понять не мог.

Она переписывалась с девушкой, но лично её не видела уже давно. С тех пор, как она пропала, прошло много времени, и вряд ли она всё ещё жива. Пусть они и были подругами, это не повод так рисковать своей жизнью.

К тому же у Шарль были граф и его солдаты. Стоило просто поклониться и попросить помощи. Даже если они откажутся, попросить снова. Как бы Шарль не была уверена в своих навыках мечника, повода безрассудно бежать сюда не было.

Возможно её связывало с Дреддой что-то, о чём не знали ни Ламбер, ни граф. Так считал мужчина.

— ... Я слышал, что это трущобы, но чтобы настолько.

Ламбер осмотрел город.

Всюду были заброшенные дома. Кое-где были строения, выкрашенные вызывающе яркой краской. Как слышал Ламбер, так себя разделяли местные фракции.

На земле обыденно валялся труп ребёнка. Самое страшное, что глаза ему выковыряли, а живот вскрыли, чтобы извлечь внутренности. Возможно это была работа какого-то не самого хорошего мага.

К деревянной доске у стены был привязан мужчина с ножевыми ранениями по всему телу. Он уже был мёртв. Чья-то смерть здесь не была каким-то важным делом.

Мрачный город Дредда... Самое беззаконное место в королевстве Региос, поговаривали, что половина наркотиков в стране производилась здесь. Убийства и похищения тут обычное дело, и сотни людей могли исчезнуть в конфликте незаконных магических организаций. Это определённо был самый худший из всех городов.

«Противное местечко. Ладно... Надо найти Шарль. Ещё надо найти того, кто скупает мифрил, но она на первом месте».

Определившись с приоритетами, он вошёл в город.

Дредда и правда был злодейским городком. Тут были люди, которых Ламберу было сложно пощадить. Но сейчас надо было собрать информацию и взять под своё крыло Шарль. А потом стоило заняться «Свистящим демоном», так что ему было не до мелких вредителей.

Ламбер был прямолинейным и защищал справедливость, но в то же время он был одним из генералов Органа. И понимал, что иногда даже к злодеям приходится идти на поклон.

— Я бы хотел спросить... — обратился он к худосочному мужчине. А тот зло посмотрел на него и быстро удалился.

— ... Хм.

После он пытался поговорить с другими, но никто ему отвечать не стал.

Людям в Дредде было плевать на других. Это был их способ защитить себя.

Даже злодеев пугали другие злодеи. Жители города боялись ненужного общения.

Было бы заведение, где можно было бы спросить, но все дома были одинаковыми, и мужчина не знал, куда сунуться.

Ламбер нашёл уличного торговца, но хозяин сидел, прислонившись к стене, и не двигался. Из его головы текла кровь. Похоже его ограбили. С момента смерти времени прошло немного, и уже начали собираться мухи.

«Надо постараться не привлекать внимание. Избегать того, что вызовет угрозу...»

Если устроит шумиху, тут могут понять, что он ищет «Свистящего демона»,

Ламбер продолжал поиски, но тут услышал крик. Если помочь, возможно получится установить контакт. Ламбер направился в сторону крика.

На узкой улочке было трое мужчин. И двое удерживали третьего на земле.

— Зря ты это, Эрик!

— Как ты собираешься отплатить за понесённые потери, а?

Парочка била слабого парня по имени Эрик по лицу. Правая половина лица превратилась в опухший синяк.

— В-всё не так! Это не я! Вам соврали!..

— А доказать можешь? Ну так давай. Прямо сейчас.

— Конечно я не могу!

Похоже парень облажался на работе, и теперь товарищи отыгрывались на нём. Было похоже, что так его и убьют. Если помочь, от парня можно было многое узнать про Дредду.

Ламбер подошёл к мужчинам.

— Не знаю, что тут случилось, но может прекратите?

Парочка сразу же насторожилась.

— Тебя это не касается, так что вали, верзила! — угрожающе крикнул один, направляясь к Ламберу.

Заодно и меч вытащил.

— Не знаю, чего ты добиваешься... Знаешь, кто мы такие? Мы члены «Земляного паука», заправляющие этим городом. Если не исчезнешь, я тебя завалю.

— Не очень понял, но похоже ваш босс управляет этим гордом.

На лбу мужчина выступила вена.

— А? Издеваться вздумал, совсем дебил?

Если «Земляной паук» управляет этим городом, то они могли быть связаны со «Свистящим демоном». Похоже мужчина наткнулся на солидную зацепку.

— ... Вон тот, который лежит, Эрик тоже из «Земляного паука»? — перчаткой Ламбер указал на Эрика.

— А что если так? Я вообще не понимаю, о чём ты тут спрашиваешь!

Сделав шаг вперёд, мужчина ткнул мечом в шлем Ламбера.

— Тогда я удачно заглянул.

Ламбер схватил перчаткой лезвие меча. Отобрал оружие и выбросил за спину.

Ощутив угрозу, мужчина попятился и попытался сбежать. Но Ламбер поднял его и швырнул в товарища.

Оба они врезались в стену. Не умерли, но сознание потеряли.

— Как-то так... Ты в порядке, Эрик?

Вначале тот хлопал глазами, но вот покраснел от смущения и стал пожимать руку Ламберу.

— Ты мне жизнь спас. Я собирался подсунуть другой организации некачественную наркоту, но меня спалили. И точно бы завалили...

— ... Вот как.

Ламбер нацелился на сбор информации... Но уже начал жалеть, что спас этого Эрика.

— Господин в броне, а ты силён... Для тебя «Ядовитый клинок Дюдне» не страшнее ребёнка... — мужчина нахваливал Ламбера. — Так что... Ты о чём-то меня попросить хотел, господин? Если мне это по силам, всё сделаю.

Эрик не думал, что Ламбер помог ему беззаветно.

— ... А ты не думал, что я помог просто из чувства справедливости?

— Хе-хе-хе... Господин, ты что такое говоришь? Не очень понимаю, но возможно где-то такая шутка даже популярна. Ты же хочешь, чтобы я что-то сделал?

Вообще так и есть, потому Ламберу было даже проще, и всё же это вызывало противоречивые чувства. Но в этом городе это обычное дело.

— ... Ваша организация «Земляной паук» как-то связана со «Свистящим демоном»?

— «С-свистящим демоном»? Той шайкой опасных запрещённых магов? Слушай... По этому поводу...

Услышав название, Эрик сразу же побледнел и замотал головой. По лицу было видно: «Я не хочу иметь дело с этими ребятами».

Не похоже, что Эрик врал. На актёра он совсем не тянул. В этом городе мужчина был лишь мелким злодеем.

Настоящая мелкая сошка. Такой не мог знать, находится ли «Земляной паук» под контролем «Свистящего демона».

— Это правда, что «Земляной паук» заправляет этим городом?

— М... Не очень понимаю суть вопроса... Но ты ж не местный? Это типа чтобы господина Дюдне позлить...

— И как это понимать?

— А, да в городе нет никакого прям чтобы правителя. Я думал, что неместные в курсах... Мы одна из главных фракций, но главари всегда ведут себя так, будто они лучше других, это если объективно. А вообще за такое и убить могут.

Ламбер и сам слышал об этом. И всё же считал, что всем заправляет некто, связанный со «Свистящим демоном». Если это «Земляной паук», всё будет проще, но Эрик знать о таком просто не мог.

«Надо проверить. Глава крупной организации наверняка должен знать».

Какое-то время Ламбер думал, но вот задал Эрику новый вопрос:

— Я кое-кого ищу. Девочку с серебряными волосами, которая явно не подходит для этого места. На поясе у неё должен быть меч.

— А?.. Нет, вообще про такую не слышал. Ты прости... Но если бы тут такая была, я бы точно не забыл...

— Вот как, тогда у меня больше нет вопросов к тебе.

Услышав это, Эрик вздрогнул.

— А, т-то есть что, я больше не нужен? Ты убьёшь меня? Господин в броне...

— Нет... Но для этого города это обычное дело?

— Ну, просто давление от тебя слишком уж сильное, хе-хе-хе... — рассмеялся Эрик и почесал голову.

— Я был бы не бы против, если бы кто-то провожал меня.

— И куда? Если надо, только попроси!.. Всё что знаю, покажу...

— Где глава «Земляного паука»? Я хочу поговорить с ним.

После этих слов Эрик побледнел и задрожал.

— Лучше не стоит, господин... Это не тот человек, с которым встретиться можно лишь потому, что тебе хочется. Госпожа Арахна... Она страшная и жестокая...

— Хо.

— Мелочь вроде меня её не интересует... Но если бросишь на неё хоть взгляд, смертью не отделаешься. Засунут в магический кокон и будешь там десятилетиями как мумия торчать. Говорят, там аж пятерым так повезло.

— Десятилетиями?..

— Страшно ведь? Не знаю, что ты у неё спросить хочешь, но оно того не стоит.

Во время войны такие пытки не практиковали. Мумификация тогда считалась довольно мягкой.

— Вот как, да, страшно. А теперь веди, Эрик.

С лица парня всякие эмоции сошли.

— Не могу, господин! В штабе с госпожой Арахной ещё куда злых магов и мечников! Они даже королевских солдат убивали, опасные типы! В этом городе есть парни вроде меня, которые могут жить лишь здесь, и те, кому всё это беззаконие нравится. И мои боссы явно из последних!

— Хо.

— Если хочешь увидеться с госпожой Арахной, придётся через них пройти! Ты конечно силён, но вряд ли против толпы выстоишь! — Эрик отчаянно пытался доказать Ламберу, что его действия безрассудны.

И мужчина понимающе кивнул.

— Ясно, я верю тебе и буду иметь это ввиду. А теперь может отведёшь? Мне ещё знакомую искать, так что я тороплюсь.

Эрик бессильно опустился на землю.

— Н-не могу! Если отведу, госпожа Арахна меня убьёт! Если я ей попадусь, не представляю, что будет!..

Ламбер взял меч и замахнулся. А потом резко ударил. Эрик поражённо смотрел на огромную борозду.

— Предпочитаешь... Умереть здесь?

— К-к-конечно нет...

Мужчина поник.

— Прости, но в выборе средств я ограничен. А теперь веди.

В центре Дредды располагалось четырёхэтажное здание, штаб преступной группировки «Земляной паук». Это место называли «Гнездо пауков», и кроме членов банды никто не рисковал подойти к нему. Если кто-то по глупости подходил, его принимали за врага и убивали. Таковы правила беззаконного города.

В мрачном городе не было законов, потому важно было знать правила, чтобы выжить. До здания они не добрались, но уже оказались в паучьем гнезде.

— ... Да послушай! Дальше уже точно опасно! Господин в броне!

Ламбер схватил Эрика за шкирку и шёл в «Гнездо пауков». Сделал он так, потому что мужчина уже попытался сбежать.

— Непонятливый. Я хочу поговорить с вашим боссом. Сражаться я не намерен.

— Это опасно! Я ведь уже сказал, где «Гнезде пауков»! Видишь то высокое здание, это оно! Отпусти меня!

— Нет. Ты не хотел показывать дорогу, потому вполне мог соврать.

— Нет... Ну прошу. Я не хочу пока отправляться в ад, господин в доспехах...

Переговариваясь с Эриком, Ламбер шёл к «Гнезду пауков», когда перед ним возник человек. Великан не меньше Ламбера с огромной дубиной.

— Г-господин Бойд... Хе, хе-хе... Здрасьте... — Эрик улыбнулся великану. Похоже того звали Бойд.

— Эй, шестёрка, кто это? — бросив взгляд на Ламбера, спросил он у Эрика.

— С-сам бы хотел знать...

Ламбер выпустил Эрика и шагнул вперёд.

— Ты из «Земляного паука»? Я хочу поговорить с вашим боссом. Драться я не намерен.

— Пусть он шестёрка, но ты нашего человека отделал, а теперь говоришь, что драться не собираешься. А не оборзел ли ты? — сжимая дубину, Бойд закричал на Ламбера.

— Хм...

Ламбер посмотрел на Эрика. Лицо у него было опухшим.

Когда мужчина его встретил, того избивали товарищи за воровство наркотиков. Но Бойд конечно же подумал, что это Ламбер его избил.

— Г-господин в броне, бежим. Если начнёшь драться, другие тоже явятся... — тихо предложил Эрик.

Даже если Бойд спасёт его от Ламбера, потом правда раскроется и мужчине конец. Эрик хотел держаться от базы «Земляного паука» подальше.

— К тому же... Господин Бойд не самый удачный противник. Он... Один из лучших бойцов, проворный и оружием ловко владеет, — сообщил мужчина Ламберу.

Броня, закрывающая всё тело, была слаба перед ударами. И несмотря на вес, она не так прочна как кажется. К тому же мужчине казалось, что Ламбер пожертвовал мобильностью ради защиты, потому не поспеет за проворным Бойдом.

Эрик уже видел способности Ламбера, но не считал, что он переживёт эту крайне неприятную битву. Будь противник обычным — другое дело, но Бойд прошёл через много сражений и продолжал поддерживать «Земляного паука».

— Не умею я людей живыми брать, не моё это... Но надо выяснить, откуда ты такой взялся... Вот непруха.

Оттолкнувшись от земли, Бойд зашёл Ламберу за спину. Движение простое, но ужасно быстрое. Хоть Эрик и говорил, что мужчина проворный, но он буквально в мгновение ока пропал из поля видимости.

— А, где!.. — встревоженный Эрик искал Бойда.

— Конец тебе, человек в броне, — прозвучал голос. Ламбер выхватил меч и одной рукой взмахнул в сторону врага.

— Э, а!.. Б-быть не может!..

Здоровяка с лёгкостью отбросило, и он пробил стену заброшенного дома, влетев внутрь. Шум был колоссальным. А Ламбер спокойно вернул меч в ножны.

— Не умеешь брать живыми? Как и я, — пробормотал мужчина.

Шокированный Эрик смотрел то на Ламбера, то на дыру в стене. Тут речи про неудачного противника даже не шло, Ламбер вообще не видел в Бойде противника. Тут наконец Эрик и понял, что за невероятный человек его поймал.

— Вспыльчивый тип. Надеюсь, Арахна окажется поспокойнее.

— Прошу! Отпусти! Отпусти меня, пожалуйста!

Эрик ползком пытался сбежать. А Ламбер схватил его за одежду и потащил дальше. В штаб «Земляного паука», в «Гнездо пауков».

— Сказал же, что отпущу, когда встречусь с Арахной.

— Ты господина Бойда отделал, теперь весь «Земляной паук» будет настороже! Надо уходить!

— Это и правда нехорошо. Надо успеть до того, как они поднимут тревогу.

— Нет! Хватит меня за собой тащить!

Одна из сил мрачного города Дредда, группировка «Земляной паук». В их штаб «Гнездо пауков», четырёхэтажное здание прибыли Ламбер и Эрик.

— Кто-нибудь, остановите! Остановите этого человека в броне! Числом навалитесь! Давайте! Кто-нибудь, подберитесь уже к нему! — кричал один из руководителей банды, направляясь к Ламберу. А Ламбер раскидывал врагов, махая огромным мечом. Того, кто умудрился как-то подойти, он пнул ногой.

Как только он вошёл внутрь, началось сражение. Причин доверять неожиданно появившемуся Ламберу у них не было.

А Эрик тем временем дрожал позади Ламбера.

— Что за группировка?! Кто этого монстра к нам прислал?! — в отчаянии кричал один из противников.

— Я здесь не при делах, вообще не при делах!.. — услышав крик, Эрик вздрогнул и принялся оправдываться.

Ламбер схватил мужчину перед ним за горло и отбросил подальше. При этом успел забрать у бедняги меч и швырнуть в отдававшего приказы командира. Лезвие вонзилось прямо в шею.

— Господина Мабла грохнули!

— Да кому с ним сражаться надо! Я сваливаю!

Без командования бойцы «Земляного паука» разбежались. Один при бегстве обернулся и увидел позади Ламбера дрожащего Эрика.

— Эрик... Так это твоя работа! Значит ты шпион? Приволок сюда этого! Ты за это заплатишь! Будем отрезать от тебя по кусочку, начиная с кончиков пальцев, пока ты не сдохнешь!

— Я не при делах! Я правда!.. Вот зачем ты меня с собой потащил!..

Совершенно бледный Эрик мотал головой, но убежавший мужчина не слышал его ответа. Ламбер взмахнул мечом, избавляясь от крови, и убрал его в ножны.

— Похоже всё верно, это и правда база «Земляного паука». Эрик, можешь уходить.

— Даже если уйду, меня подчинённые господина Мабла грохнут!.. — Эрик едва не плакал, указывая на сбежавших товарищей.

— Вот как. Если думаешь так, можешь идти за мной. Я тебя убить не дам. Просто иди следом. Я всё равно не знаю, как Арахна выглядит.

Ламбер стал подниматься по лестнице. Эрик размышлял, глядя то на улицу, то на спину Ламбера, и в итоге пошёл следом за мужчиной.

— Ты правда меня защитишь? Я доверяю тебе, господин...

На втором этаже никто тоже не смог справиться с Ламбером. Армия злодеем за считанные минуты превратилась в стаю кроликов. Кто-то спрыгивал с лестниц, а кто-то выпрыгивал из окон, лишь бы сбежать.

Ламбер не обращал на них внимания, по окровавленному коридору он шёл дальше. На третьем этаже ничего не поменялось.

И вот они поднялись на самый верхний этаж.

— Будь осторожен, господин. Госпожа Арахна и правда очень сильная. Сам я её в бою не видел... Но она считается сильнейшей в городе. Если ты здесь проиграешь, из меня тоже мумию сделают... — дрожа всем телом, говорил Эрик.

— Не переживай, в жизни я лишь раз нарушал данное слово... Когда обещал своему господину вернуться.

— Не знаю, о чём ты, но буду молиться, чтобы такого больше не случилось.

В отличие от других этажей, четвёртый представлял из себя роскошно обставленную комнату. Тут были выставлены чучела редких монстров. В центре стоял красивый стол из чёрного камня и украшенное драгоценными камнями кресло.

— Я хотел знать, кто тут Арахна... Но похоже это и так очевидно.

На царственном кресле сидела одноглазая женщина. Одного глаза не было, лишь пустая глазница.

У неё было шесть рук разных оттенков со следами швов. Само лицо было нормальным, но в центре тоже были швы. Внешне около тридцати, но на молодую она всё же не походила.

— Ты достаточно поиграла с собственным телом, алхимик.

Перед ней было двое мечников. Свирепо они посмотрели на Ламбера. А Эрик продолжал прятаться за мужчиной.

— Арахна, я пришёл поговорить с тобой...

Двое мечников направили на Ламбера мечи.

— Но похоже не выйдет.

Ламбер достал меч и взмахнул им. Пол и потолок взорвались, разлетелись куски дерева. Атака была настолько разрушительной, что сложно было поверить, что на подобное способен человек, и лица мечников исказились.

— Отойдите, Донато, Фабио. Я сама разберусь.

Одноглазая и шестирукая женщина... Глава «Земляного паука» Арахна отдала приказ мужчинам.

— Нет, мы сами!..

— Разве вы ещё не поняли, что лишь зря умрёте? Он совсем на ином уровне, потому отступите. Без вас на восстановление «Земляного паука» уйдёт куда больше времени.

Послушавшись, мужчины затаили дыхание и отступили.

— Госпожа Арахна будет драться лично...

— ... Каким бы сильным ни был этот мечник... Если госпожа Арахна решила сражаться, смысла вмешиваться нам нет.

Арахна встала и прыгнула, после чего оказалась прямо перед столом. Оглянувшись на подчинённых, она посмотрела на Ламбера. Все шесть её рук приготовились к бою.

— Вот и я, давай начинать. После того, что ты устроил, ты же не думал, что мы просто чай вместе попьём. Я и есть глава «Земляного паука» Арахна. Так меня зовут, от другого имени я отказалась. Так у тебя дело ко мне?

— Раз ты представилась, я должен ответить тем же. Я Ламбер Делакруа.

— Ого, жуткое имя.

Оказавшись перед Ламбером, женщина нарушила собственную невозмутимость, она прищурилась, а потом улыбнулась. Она тоже была опытным воином, прошедшим через много сражений, прежде чем занять нынешнее положение. И своей кожей почувствовала силу Ламбера.

— Я-то думала, что за монстр разогнал всех моих подчинённых... Но ты и правда монстр. Демон из ада. Ты ведь никогда не проигрывал.

— Увы. Иначе меня бы здесь не было.

— Вот как...

Арахна подняла ногу, оттолкнулась от стола и прыгнула к Ламберу.

— Значит мне не повезло.

Подлетев к Ламберу, Арахна занесла одну руку. После чего траектория её движения внезапно сменилась. Описав дугу, она приземлилась на потолок на расстоянии от противника.

Из кончиков пальцев дополнительных рук она выпускала нить, созданную маной. Так она сдерживала врага, ей нравилось рассчитывать время и бить по врагу, когда он открывался.

— ... Что ты задумала? — направляя меч на Арахну, спросил Ламбер. Двое подчинённых женщины, Ламбер и Эрик озадаченно следили за её действиями. Она слишком рано сменила траекторию движения. И если не подойдёт ближе, никакие уловки не сработают. Она сама не поняла, как перенаправила руку.

Вся вспотев, она с прищуром посмотрела на врага.

— Скажешь тоже. Если бы я подошла, твой меч положил бы всему конец.

Непросто было выжить в Дредде и занять позицию главаря. Убийства и предательство тут обычное дело. И у главы «Земляного паука» Арахны была отличная интуиция.

Потому она сразу поняла, что если подойдёт ближе, то не избежит меча. Её скоростную атаку с использованием паутины нельзя было избежать. Потому Арахна собиралась похоронить сильного врага первым же ударом. Но когда приблизилась, поняла, что так просто его не одолеть.

Она двигалась вокруг Ламбера, но ближе определённого расстояния подойти не могла. Движения становились быстрее и сложнее.

Но и взгляд становился только суровее. Сколько бы нитей из маны она ни использовала, Ламбер так и не открылся.

— Если ты не собираешься подходить, я сам подойду.

Наконец начал действовать мужчина. Взмахом меча он разнёс стены. И движения Арахны, связанной со стенами, были нарушены.

Она тут же скорректировала движения, но Ламбер не упустил эту возможность. Когда женщина оказалась на стене, её уже поджидал противник.

— Ты был неосторожен... Обратись в сталь!

По приказу Арахны нити маны, обернувшиеся вокруг Ламбера, стали прочными точно металлическими. Перемещаясь по комнате, она ограничивала мужчину нитями маны, которые было сложно заметить.

— Потрясающе, госпожа Арахна!.. Вы с самого начала нацелились на это! — похвалил её один из подчинённых.

— Я не был неосторожен.

— Что?..

— Просто уклоняться было ни к чему.

Ламбер взмахнул мечом, и металлические тросы оборвались. Расслабившаяся от мысли, что победила, Арахна лишь поражённо наблюдала за ним.

— Не может быть, они ведь даже огра сдержать могут!..

Отброшенная мечом женщина ударилась об стену. Три её руки были отрублены и теперь плясали в воздухе. Оставшиеся руки она попыталась направить на Ламбера, но похоже сил у неё совсем не осталось, и руки опустились.

— Н-не может быть! Госпожа Арахна проиграла... «Земляному пауку» конец!

Подчинённый сбежал через окно.

— Будешь и дальше трепыхаться?

Единственный глаз она направила на Ламбера.

— Я хочу спросить. Кто-то стоит над тобой?

Ахарна не ответила. Ламбер приставил к её голове меч.

— Переформулирую вопрос. Ты связана со «Свистящим демоном»?

Губы женщины искривились в улыбке.

— Я-то думала, кто пришёл... А ты нацелился на этого человека.

— Значит над тобой кто-то есть. Кто это? Где он? Меня не интересует твоя голова или «Земляной паук». Если дорожишь своей жизнью, ничего не скрывай.

— Прости... Но тут разбирайся сам. Пойми... Даже если такой мечник как ты попадёт к этой персоне на глаза, тебе уже не сбежать.

Арахна собралась продолжить драться. И тут её голова упала на пол. А следом упало и тело.

— Предпочла смерть. В любом случае пытать я не умею... — Ламбер покачал головой. Со слов Арахны был ещё кто-то. И вряд ли другие руководители «Земляного паука» знают, кто это.

— ... Надо поискать здесь документы. Эрик, прости, но мне ещё немного понадобится твоя помощь.

— С-стой, мечник в броне! — прозвучал крик. Ламбер обернулся, оказалось, один из подчинённых не сбежал, он схватил Эрика и приставил меч к его горлу.

— Бой закончен, так чего ты добиваешься? Ваша глава мертва.

— Замолчи... Хе-хе, он ведь привёл тебя сюда. Значит чего-то стоит. Думаешь, после всего тебя просто отпустят! Точно... Отруби себе руку! Обменяй на его жизнь!

— П-прекратите! Я не такой ценный! — плакал Эрик и молил сохранить ему жизнь. Но мужчина лишился самообладания и совсем не слушал его.

— Ничего не поделаешь, ведь я обещал защитить тебя.

Одной рукой Ламбер занёс меч. На лице мужчины появилась радость.

— Г-господин в броне!..

И тут Ламбер метнул свой меч. Лезвие пронзило тело врага.

— Офо?!

Эрик от удара повалился на пол. Он поднял голову. Большой меч пронзил грудь мужчины и пригвоздил его к стене. Эрик отвернулся от трупа.

— Поможешь мне с расследованием?

— А, да... После всего я с тобой до конца...

Ламбер вместе с Эриком принялся обыскивать комнату Арахны. Постоянно нервно посматривая на голову женщины, Эрик внимательно осмотрел стол.

Мужчина был мелкой сошкой, на уровне насекомого, на множество ступеней ниже Арахны, и ему довелось слышать много жутких историй об этой женщине. И ему казалось чем-то странным, что он сейчас обыскивает её кабинет, а она лежит рядом обезглавленная. Эрик всё переживал, что её труп поднимется и примется душить его, хоть мужчина и знал, что это невозможно, но со страхом ничего сделать не мог.

Дрожащими руками Эрик вернул документы на место. Ему казалось, что демон с картины наблюдает за ним. Пытаясь восстановить дыхание, сбившееся от напряжения, он повернулся к Ламберу.

— Г-господин в броне... Тебе же нужны документы о «Свистящем демоне»? Конечно я не уверен, что это как-то связано, но вдруг...

Когда Эрик посмотрел на него, мужчина разрубил чучело вместе со стеной позади большим мечом. А потом раздавил разрубленное пополам чучело ногой.

— Простое чучело? Похоже здесь нет никаких магических тайников.

Он разломал книжный шкаф и стал перебирать документы.

— ... Это, может стоит аккуратнее искать?

— А ты ещё раз вернуться сюда собираешься?

Эрик посмотрел на обезглавленный труп, после чего вздохнул и разбросал аккуратно сложенные бумаги по полу.

— О-отлично!..

Тяжело дыша, он стал проверять бумаги.

— ... В этом городе должен быть «Свистящий демон» или кто-то вроде них. Если кто-то в землях графа Парсилиса скупает мифрил, то кто-то должен напустить дым, чтобы не позволить его отследить. К тому же... Хоть граф и небрежен, странно, что мрачный город так разросся.

Смерть отца и братьев мужчины тоже была странной. Здесь должен быть кто-то, кто постоянно саботировал действия королевской семьи и аристократов, а также управлял городом.

— Собирай всё, что может относиться к делу. Ты же тоже из «Земляного паука»? Может встречался с чем-то? Полагаюсь на тебя...

Когда Ламбер сказал, что полагается на него, Эрик поморщился.

— Ч-что ты... Я же мелкая сошка. Куда мне до госпожи Арахны, я даже её прямых подчинённых не видел!.. Позволь уйти, разреши я уже уйду, господин...

— ... Я тебя здесь силой и не держу.

Едва не плача, Эрик изучал документы, но тут внезапно остановился.

— М? А, вот... Наверное это...

— Нашёл что-то интересное?

— Да нет, тут скорее личный интерес... Не думаю, что тут есть что-то особенное.

— Говори.

Ламбер бросил на пол документы, которые держал в руках, и направился к Эрику.

— П-правда, в этом точно никаких зацепок нет! — махал руками мужчина.

— Это уже мне судить.

— Ну... Начальство моё искало людей, которые могут драться. Таких, у кого проблемы с деньгами или поссорившихся с крупными бандами.

— Те, кто готов на всё ради денег и защиты.

Голова в шлеме склонилась. В этом городе люди действовали без оглядки на собственную жизнь. Тут даже искать особо не надо.

Выходило, что работу им предлагали очень рискованную. Люди здесь часто погибали вследствие конфликтов между бандами, но наверняка среди таких уровень смертности был выше, чем среди тех, кто состоял в группировке. И раз искали не одного, значит вакантных мест хватало.

— Не знаю, для чего это делалось... Но они их находили. Отправляли на арену и давали им вознаграждение.

— Арену?..

— Я об этом только слышал, но сам там не бывал. Похоже это место чисто для своих, развлечение для преуспевших в этом городе. Место явно не для меня, — пожав плечами, Эрик усмехнулся.

Ламбер подошёл к нему и потянул бумаги. Эрик понял, что если будет и дальше держать, то только руку повредит, потому отпустил.

— ... Похоже там можно заработать много денег? Город трудно назвать процветающим, а там проводится представление для избранных.

— Неплохо ведь? Правда от бойцов требуется определённый уровень мастерства. Вряд ли там нищета собралась. Пусть таких людей немного, но такие как госпожа Арахна успели сколотить неплохое состояние. И вот они где-то тайком собираются!

Услышав про арену, Ламбер вспомнил слова Шарль.

«Когда я раньше ходила туда, то случайно услышала. На арену ведьмы собирают мечников. Правда потом меня раскрыли, я еле сбежала...»

Полученная в разных местах информация пересеклась в одной точке. Сами по себе слова Шарль не вызывали доверия, но вместе с тревожной информацией, добытой у «Земляного паука», их нельзя было игнорировать.

Ламбер приложил руку в перчатке к подбородку. Попасть в качестве гостя будет непросто. А если вторгнется, то поднимет шумиху. Его цель или некто связанный с ней могла сбежать.

— ... Однако в качестве бойца проникнуть будет не так уж сложно.

Там собирали людей, не обращая внимания не цену. Само существование было не скрыть. Даже Эрик знал.

— Г-господин, ты собираешься туда? Я бы не советовал. Насколько я слышал, что выжившие проигравшие, что победители, все пропали бесследно.

Услышав слова мужчины, Ламбер взял меч и ударил по полу. От лезвия стали расходиться трещины и всё здание затрясло. Эрик от такой тряски свалился на зад.

— Х-хи! Прекрати! Будешь буянить, всё здание рухнет! О чём ты вообще думаешь?!

— Хотел сказать, что не о чем беспокоиться...

— ... Ну ты заставил меня понять, что мне сейчас не за чужие жизни беспокоиться надо.

Ламбер, уничтоживший в поисках информации организацию «Земляной паук» в городе Дредда, воспользовавшись зацепкой, стал копать на некую арену.

Информация о ней в секрете не держалась. Это было большое здание, занимавшее солидный кусок мрачного города, и строили его без цели скрывать.

Как он слышал от Эрика, входить туда в качестве зрителей могли только состоятельные люди. Однако среди бойцов процент смерти был высоким, и проникнуть таким образом было совершенно несложно.

— Понятно... Значит мне надо встретиться с человеком по имени Маготт, который заправляет ареной?

Ламбер выловил торговца информацией и расспросил его о городе.

— Да, верно. Но я бы тебе этого не советовал делать. Большую часть проигравших убивают противники. В день проходит несколько смертельных поединков. Например последний бой смертельный. Тут всё меняется от настроения Маготта, — сказав нарочито печально, человек вульгарно улыбнулся. — В общем выживают только опытные бойцы. И даже если ты неплохо сражаешься, лучше присоединиться к группировке, которой крышка, чем туда соваться.

— Я в своих способностях уверен, — сообщил Ламбер, а мужчина поражённо прижал руку к голове и сказал: «Ага, вот в это и верь».

— ... Одно дело, если тебе деньги нужны. Если будешь побеждать, то быстро заработаешь столько, сколько многие за всю жизнь не зарабатывают. Ещё есть те, кто поцапались с не самыми хорошими ребятами и сбежали на арену. Бойцов никто левый не достанет. Ну и есть те, кого банды сами сбагривают на арену.

— Так никто посторонний до них не может добраться?

— Да, Маготт человек опасный. Раньше был первоклассным магом, служившим великому аристократу, но из-за любви к убийству долго на виду оставаться не смог. Сама арена появилась благодаря совместным усилиям нескольких крупных организаций. Здесь негласное правило, откуда бы ни явился воин, трогать его никому нельзя. Это азартные игры, и подобное подорвёт доверие к арене.

— Появилась благодаря совместным усилиям нескольких крупных организаций? Вот как, вот где слепое пятно.

Ламбер искал того, кто заправляет мрачным городом Дреддой. Но было похоже, что тут правят несколько крупных группировок и чёткого лидера не существовало.

Но вот оно. Место, где сходится всё руководство. На арене вполне могли собраться боссы всех главенствующих банд. И возможно там их собирает тот, кто на самом деле управляет всем городом, «Безголовая ведьма».

— Хочу узнать ещё кое-что. Не видел девушку с серебристыми волосами и в мужской одежде? Симпатичная, она должна привлекать внимание.

Ламбер взял пригоршню монет и положил на стол. Информатор довольно кивнул:

— ... Красавица с серебряными волосами? Ты про Шарль?

— Хо, надо же. Значит, знаешь.

— ... Странная знаменитость, но если честно, у меня она тоже была. И правда странная женщина. Вроде хрупкая, но в искусстве владения мечом не уступает местным уродам. При этом сражается слишком правильно, опыта не хватает.

Шарль научил сражаться Тройния, служивший семье графа многие поколения. Однако мужчина не догадывался, что она настолько хороша, что про неё даже информатору известно.

— Эта женщина... Слишком хорошо знает этот город. Что касается силы банд, то даже лучше меня разбирается. Вроде легкомысленная, но как-то с ней не по себе.

— Хо?..

Шарль много раз сбегала из дома графа, чтобы изучить мрачный город, но было странно, что про город она знала больше местных осведомителей.

Возможно она что-то слышала от отчима, графа Парсилиса, однако эту идею мужчина быстро отбросил. Всё же граф забросил расследование, так и не доведя дело до конца. Вряд ли он мог рассказать Шарль что-то полезное.

Значит Шарль смогла как-то выйти на связь с местными тяжеловесами? В голове всплыло сообразительное лицо девушки. Против местных головорезов, которых никто сражаться не учил, с навыками, полученными от Тройнии, она должна была справиться. Однако в её способностях что-то расследовать мужчина сомневался.

— Я её ищу. Не знаешь, куда она отправилась?

— Увы, этого не знаю. Видел её уже довольно давно.

— Вот как...

Однако мужчина предполагал, куда могла направиться Шарль. Девушка говорила о том, что возможно ведьма находится на арене. А значит скорее всего туда и пойдёт.

— Ещё что-то?..

— Нет, всё. Теперь я пойду прямо на арену.

— ... В качестве бойца? Я уже говорил, если срочно не нужны деньги или если не вызвал чей-то гнев, туда лучше не соваться.

— Вызвал гнев? Вполне мог, — пробормотал Ламбер.

— ... Эй, эй, что ты сделал? Меня только в это вмешивать не надо.

— Уничтожил «Земляного паука», как раз пара головорезов могла заточить на меня зуб. Вполне удачно.

— ... Эй, не шути так. «Земляной паук» — крупная организация, неизвестно, где на её членов наткнуться можно. Лучше им такого не слышать. Им не нравится, когда их оскорбляют.

Информатор задрожал. Судя по всему эта информация до него пока не дошла.

«Есть ли вообще смысл с ним общаться»? — Ламбера охватило недоверие к мужчине за нерасторопность. Конечно времени прошло немного, но дело явно было важным. Разве он не должен был получить информацию от кого-то?

... Хотя нападение на «Земляного паука» казалось слишком нереалистичным, потому информация расходилась медленно.

— Что ж, я пойду. Спасибо за информацию.

Ламбер положил на стол окровавленный мешок. Из него посыпались золотые монеты.

Информатор переменился в лице и подскочил со стула. Судя по размеру, там было в десять раз больше.

— Ч-что это?

— Это награда. Тут больше, чем требуется, но таскать всё эир с собой я не хочу.

— Э-эй... Это свежая кровь? Где ты их взял?

Деньги были спрятаны в «Гнезде пауков». Эрик быстро нашёл их, и Ламбер взял немного, чтобы купить информацию.

— Переживаешь, откуда они? Живя здесь, ты явно переживаешь из-за мелочей, — сказал Ламбер и удалился. Теперь он шёл на арену.

Ламбер отправился на арену в качестве бойца.

Либо потому что город такой, либо организаторы рассматривали бойцов как расходный материал, ему ничего толком не объяснили и даже проверять не стали. Он просто сказал, что хочет стать бойцом, и его поместили в комнату за железной решёткой, напоминающую тюрьму.

На улицу не выпускали, а еду приносили дважды в день. Мало кому подобное нравилось, и они пытались сбежать.

Вроде после боя можно было выйти, но учитывая ходившие слухи, это было сомнительно. После того, как вошёл, его могли выпускать только для сражений, и он так и будет сражаться, пока не умрёт. Это место скорее напоминало тюрьму.

Хотя тот, кто снискал ненависть крупной организации, не мог спокойно разгуливать по городу.

В мрачном городе не было настоящей тюрьмы. А тот, кто нарвётся на неприятности, попадёт на арену и станет развлечением для тех, кто добился успеха здесь.

Через полдня пришёл худощавый мужчина в чёрном. При нём было четверо солдат с мечами, похоже для охраны.

Слабо улыбаясь, он с головы до пят рассмотрел Ламбера. У него были характерные коварные глаза.

— Ты тот странный тип, что сам пришёл? Позволь поприветствовать тебя, Ламбер. Добро пожаловать в мой рай. Нечестивец, называемый неправедным королём меча.

— Ты местный управляющий Маготт?

— Верно. Я занимаюсь проверкой бойцов. Если не пройдёшь проверку, тебя могут убить здесь. Хи-хи, неплохая броня, Ламбер.

Маготт хлопнул в ладоши. И один из воинов вышел вперёд.

— Устроим небольшую игру. Если он шваль, можешь его убить. Людей не хватает, но публика у нас очень привередливая. Скучное шоу их не устроит. Они привыкли видеть смерть.

Ламбер резко выхватил свой меч. Оружие противника сломалось, а верхняя часть тела врага взметнулась в воздух. Вокруг брызнула кровь.

Оставшиеся трое бойцов так и застыли на местах, не поняв, что случилось. Маготт тоже стоял с открытым ртом, но вот возбуждённо погладил бороду.

— ... Убить в случае, если противник окажется швалью, я не тебе предлагал, Ламбер.

— Вот как.

Ламбер убрал меч за спину.

— Ты что сделал?

Побледневшие мечники выхватили мечи.

— Стоять, — Маготт поднял руку и остановил их. — Вы всё равно ничего не сможете, так что остановитесь... Он даже мне может доставить проблемы.

— Даже вам?

Воины были удивлены.

— К тому же... Мы должны быть приветливыми. Я люблю сильных. А зрители жаждут хорошего представления. Прошло уже много времени с тех пор как «Чёрный демон-мечник» Барторт стал королём этого места. Иметь звезду здорово, но зрителям хочется безумств. И он может всё устроить. Я многого ожидаю от тебя, Ламбер. Станем хорошими друзьями.

Улыбаясь, Маготт бросил взгляд на мёртвого подчинённого.

— Хочу узнать. Сюда не приходила девушка с серебряными волосами? В этом городе она смотрится неуместно. Зовут Шарль.

Шарль было известно об арене. Девушка верила, что место связано с правителем города «Безголовой ведьмой». Вполне возможно, что она пришла сюда и начала собственное расследование. И могла заявиться как и Ламбер в качестве бойца.

После слов мужчины Маготт коснулся рукой подбородка.

— Хм... Я-то думал, зачем такой искусный человек пришёл сюда, а ты ищешь девушку?

Маготт знал Шарль. Она точно была здесь.

Однако неправильно было раскрывать своё положение. Ему нужна была информация, потому он и спросил, но ему же было невыгодно о чём-то сообщать Маготту.

— Хи-хи-хи... Можешь не переживать. Раз она твоя знакомая, я ничего с ней не сделаю. Если будешь слушаться меня, то сможешь увидеться с ней.

— В каком смысле?

Маготт пожал плечами:

— Жду грядущего боя. Ты уж постарайся. С нетерпением жду, когда смогу увидеть тебя, — обронил мужчина и собрался уходить. — Ну, возвращаемся. Следующее представление будет увлекательным. Система турнира позволит великолепно использовать его.

За Маготтом последовали его подчинённые. Они посмотрели на убитого Ламбером товарища, потом на самого Ламбера и, точно сбегая, покинули помещение.

Ламбер смотрел вслед уходившему Маготту. Он мог убить его и заняться исследованием арены.

Однако он пока так и не добыл информацию на «Безголовую ведьму». И не знал, действительно ли здесь находится Шарль. Информации было слишком мало. Что о ведьме, что об арене, что о Шарль. Ламбер решил пока ничего не предпринимать.

Ламбера провели по коридорам арены подчинённые Маготта, и вот он оказался в помещении с другими бойцами. Арена представляла из себя круг, вокруг неё располагались зрительские места.

Люди не самой приятной наружности выстроились к зрительским местам. Почти все зрители были при оружии, и сопровождали их тоже вооружённые люди. Охрана на случай возникновения проблем. Предполагалось, что войти сюда могут только богатые, но в мрачном городе классовая система была не такой уж и высокой. На зрительских местах были и те подчинённые Маготта.

Всего в качестве бойцов собрали шестнадцать человек, включая Ламбера. Мужчина осмотрел их всех, Шарль среди них не было.

Если девушку схватили, то вполне могли привести сюда, но похоже можно было не переживать, что его попытаются заставить убить её. Если что, Ламбер просто сбежит отсюда с Шарль, раскидывая охрану.

— Спасибо, что пришли на моё сегодняшнее представление! Сегодня сражения пройдут в популярном формате турнира! Правила такие же как и всегда: бой продолжается до тех пор, пока один из противников не сможет сражаться!.. Но по моему усмотрению, я могу велеть продолжать, пока кто-то из бойцов не умрёт, — сопровождаемый подчинёнными Маготт говорил, многозначительно смотря на бойцов. А услышавшие это зрители зловеще заулыбались.

Ламбер понял, как работает эта арена.

Скорее всего управляющая мрачным городом «Безголовая ведьма» здесь. Если Ламбер выберется с арены и начнёт буйствовать, возможно она как-то отреагирует.

Но если он ошибся, покончить здесь со всем не выйдет, и скорее всего враг будет настороже.

И «Безголовая ведьма» не покажется. И тогда будет считаться, что в мрачном городе и правда нет лидера. Прямая провокация может иметь нежелательные последствия.

К тому же Ламбер всё ещё не забыл слова Маготта. Он сказал, что если Ламбер будет слушаться, то сможет увидеться с Шарль.

Мужчина не думал, что это блеф. Если Маготт так сильно опасался Ламбера, что стал блефовать, то скорее бы просто не взял бы его в качестве бойца.

«Пока лучше повиноваться...»

Турнир с шестнадцатью участниками. Он станет победителем, если выиграет четыре раза.

Победа его не волновала, но судя по правилам, намеренно проигрывать не стоило, так что для осуществления своих планов Ламбер решил слушаться Маготта.

— А теперь первый бой! Вернувшийся из ада «Мятежный король меча» Ламбер и бывший номер два в «Демоне-людоеде» «Божественное копьё» Дионет!

Услышав слова Маготта, Ламбер вышел вперёд. Его противником оказался высокий и стройный человек с фиолетовыми волосами. «Демон-людоед» — группировка вроде той, что уничтожил Ламбер, её глава заподозрил Дионета в измене и бросил на арену.

Противник вышел перед Ламбером и приготовил копьё.

— Бери оружие, верзила. В этот момент я с тобой и покончу, — обратился Дионет. Но Ламбер никак не отреагировал.

— Что такое? Ноги от местного безумия двигаться перестали? Значительная в тебе только броня?

Ламбер по-прежнему молчал.

Со зрительских мест стали разноситься недовольные выкрики. Тут принимали ставки, и поставившие на Ламбера злились.

— Если продолжу побеждать, смогу выбраться отсюда. Прости, но проиграть я не могу.

Дионет начал действовать. Его не зря называли «Божественным копьём», действовал он стремительно. Он пошёл вперёд и прямо перед Ламбером прыгнул. Целился он в шею противника.

— Вот и всё! Этот человек не случайно стал одним из главарей «Демона-людоеда»...

И тут Ламбер резко наступил на противника. Не давая ударить по цели, мужчина врезал доспехами из Ограна. Противник продолжал держать оружие, и от удара его рука сломалась.

— Ух...

Ламбер врезался своими тяжёлыми доспехами прямо в Дионета и отправил его в полёт. Тот полетел и врезался в перила, за которыми располагались зрители.

— Я сдерживался, чтобы не убить. Так пойдёт?

Хоть Ламбер и спрашивал, Маготт ничего не понимал и смотрел на отлетевшего Дионета.

Зрители тоже молчали, ничего не понимая. Но вот тишина подошла к концу, и зал взорвался аплодисментами.

Другие бойцы поражённо смотрели на Ламбера, и только один из них усмехнулся.

Его кожа была чёрной и шероховатой, а лицо жутким как у демона. Глаза скорее как у зверя, нежели человека.

Рост выше двух хейнов (около двух метров). За спиной у него было огромный и прочный чёрный меч.

— «Чёрный демон-мечник»... Барторт. Внешне соответствует своему прозвищу.

Ламбер вспомнил, о чём говорил Маготт, и произнёс имя. Барторт считался королём арены. Совсем на ином уровне, нежели другие бойцы.

Во втором сражении Ламбер победил с такой же лёгкостью. И вот настал третий бой.

Вот только противник выходить не хотел.

— Вы простите! Но я с этим монстром драться не хочу! — следующий противник маг в робе ругался с тремя подчинёнными Маготта. Его называли «Безумный маг» Роз. В первом и втором бою он умело сжёг своих врагов, но выходить против Ламбера у него не было никакого желания.

Оно и не мудрено. В предыдущих боях Ламбер буквально снёс врагов.

Роз после первого боя думал, как можно справиться с такой скоростью, но увидев, как Ламбер и во втором бою так же стремительно отправил противника в полёт в направлении зрителей, понял, что это не тот противник, против которого стоит выходить.

— Смирись, Роз, раз пришёл сюда, сражаться придётся, — обратился к нему Маготт.

— Не буду я! Я не заключённый, который сам башку в петлю суёт! Я сдаюсь! Считайте, что я проиграл!

— Слушай, Роз, на арене не сдаются. Бой продолжается, пока либо кто-то не умрёт, либо я его не остановлю из жалости. Я думал ограничиться вторым, но похоже придётся прибегнуть к первому варианту.

— Пошёл ты, Маготт! Что ещё за восставший из ада Ламбер?! Кто этот монстр?! Откуда ты его вытащил?!

Ламбер посмотрела на Роза.

Мужчина бил слабо, так что два его предыдущих противника не должны были умереть. Но Ламбер сомневался, что Роза это успокоит, потому просто молча стоял.

— Долго нам ждать, цыпа?!

— Сдохни уже! Или мы до финала ничего толкового не увидим?!

Зрители негодовали.

— Мрази... Не вам всем выходить!.. Когда выберусь отсюда, всех вас порешу! — крикнул Роз зрителям.

— Хватит! Отрубите ему руки и выбросите с арены.

Подчинённый Маготта схватил Роза за руку.

И тут с руки мага пламя перекинулось на охранника. Тот закричал и начал кататься по полу.

Маготт сразу сделался серьёзным.

— Роз... Ты что наделал? Сам понимаешь? Ты только что сделал своими врагами охрану, меня и всех здесь. Нарушение правил арены самое серьёзное преступление в этом городе.

— И хрен с вами! Будто у меня против этого монстра шанс есть?! И вам не обидно, что с вами так обращаются?! Давайте за мной! Перебьём их всех! — закричал Роз. А двое подчинённых Маготта приготовили мечи.

— Пламя, обратись бронёй!

Тело Роза накрыло пламя. Огонь расходился, превращая его в демона. А в огне виднелся обгоравший мужчина.

— Ха-ха-ха, да, вот так! Всё равно умирать, так лучше вот так! Демон, я отдаю тебе своё тело! Но защити меня, пока я не выжгу здесь всё!

Среди зрителей начали разноситься крики. Охрана стала прибывать на арену. Но подойти к горящему Розу они не могли.

И тут позади мужчины появилась фигура. Когда он обернулся, его перерубили пополам на уровне пояса. Охваченная пламенем верхняя часть упала на пол.

Огромным мечом взмахнул король арены Барторт. Он тряхнул рукой, чтобы потушить пламя, перекинувшееся на одежду.

— Не мешайся, маг. Я наконец нашёл достойного соперника на этой сраной арене.

Убрав меч за спину, он посмотрел своими звериными глазами на Ламбера и улыбнулся ему точно демон.

Пламя Роза было очень горячим. Подчинённый Маготта, который схватил его, сгорел и умер.

Но хоть Барторт и сунул руку в огонь, на ней даже ожогов не осталось. Лицо и шероховатая кожа были прямо как у огра, но похоже ещё он был крепким как нелюдь.

— Ты с рождения такой? — спросил Ламбер, а тот усмехнулся:

— Меня с детства презирали. Но я никогда не сетовал на собственное тело. Руками я могу перегнуть мифрил, а мои клыки могут отгрызть кусок от огра.

Двое мужчин уставились друг на друга. Уголки губ Барторта приподнялись. Его звериные клики оказались обнажены.

— Я не такой как остальные беглецы. Я пришёл на арену в поисках битвы насмерть. Ты ведь тоже? В поисках чего-то ты пришёл сюда. Верно?

— ...

— Можешь не отвечать. Я Барторт, нелюдь. Чёрный демон и непревзойдённый мечник. Воин, в финале сдерживаться ни к чему. Устроим смертельный поединок.

Барторт ушёл. И так как противника не стало, Ламбер тоже покинул арену.

— Похоже против него придётся быть серьёзным, — пробормотал мужчина.

После автоматической победы, Ламбер посмотрел, как Барторт сокрушил своего врага, и снова поднялся на арену.

Финальный четвёртый бой. Зрительские места окутала тишина. Это будет не обычный жестокий бой, я священная битва, это понимали даже люди без гордости.

Когда Маготт закончил речь, Ламбер впервые на этой арене взял в руки меч.

— Это напряжение... Это волнение... Это та битва, которую я искал.

Барторт бросился на Ламбера.

— ... Хм.

Перед столкновением Ламбер опустил меч. В этот же момент и Барторт опустил меч, собираясь ударить снизу.

Так меч Барторта мог как блокировать оружие противника, так и разрубить его.

Так предполагалось.

Держа меч всё ещё опущенным, Ламбер врезался в противника. Все услышали, как металл ударился о металл, и Барторта подбросило в воздух.

— Огхо.

От удара об землю появилась трещина, и вся арена содрогнулась.

Шокированные зрители не понимали, что произошло. Маготт тоже забыл сообщить о результате. И даже через десяток секунд арена так и не наполнилась шумными голосами.

— Ни к чему было вкладывать столько силы? — на тихой арене прозвучал монолог Ламбера.

— Дорогие гости... Спасибо, что пришли сегодня на представление госпожи Домы, — сбоку зазвучал голос Маготта. Здесь он бросал взгляды туда и сюда и шёл более напугано.

И особенно пристальное внимание он уделял «Безголовой ведьме» Доме. Боялся, что может испортить ей настроение.

Ламбер отвёл от него взгляд и посмотрел на зрителей. Все они выглядели бледными. Не находя себе места, они всё посматривали на безголовую нежить вокруг. Но при этом боялись разочаровать Дому и в основном смотрели на арену.

Было похоже, что они здесь не для того, чтобы насладиться представлением, а чтобы не привлечь к себе внимание Домы. Весело было лишь ей одной. Похоже безвкусные кровавые игрища здесь не прельщали жителей города.

— Наслаждайтесь художественной нежитью, созданной госпожой Домой. В этот раз здесь искусный мечник, и я уверен, что вы получите ещё большее удовольствие, лицезря силу нежити госпожи. Начнём же первый акт безумного представления, — Маготт поднял руки. И огромная дверь под местами для зрителей открылась.

Толпа с разнообразным оружием хлынула на арену. Лица были бледными, а глаза несфокусированными. Чтобы скрыть запах разложения, использовались сладко пахнущие цветы. Пусть за внешним видом и присматривали, Ламбер сразу понял, что это нежить.

Всего около десятка. Воины на арене сразу же принялись кричать и убегать от нежити. Вот только другой выход был закрыт, и бежать было некуда.

— Ч-что же делать?.. — в глазах Шарль начали собираться слёзы.

— Шарль, держись позади меня. Я хочу попробовать минимизировать ущерб... Но главный приоритет голова Домы и твоя безопасность.

Сказав это, он приготовил меч и набросился на нежить.

Молчаливые мертвецы набросились на Ламбера. А он горизонтально взмахнул мечом. И трупы оказались разрублены пополам, всё залила их гнилая кровь. В одно мгновение четверо вновь заснули вечным сном.

Продвигаясь вперёд, мужчина нанёс ещё один вертикальный удар. Разрубленная нежить упала на пол.

Последний бросился из мёртвой зоны, но его разорвало ударом локтя. Голова отлетела, а спина переломилась от удара об пол.

— Л-Ламбер... Ты настолько силён... — Шарль следовала за мужчиной, но тут остановилась и поражённо пробормотала.

— Думал, будет опаснее, но похоже это всё, — Ламбер стряхнул с меча гнилую кровь. И лишь от этого движения по арене прогулялся ветер.

Глаза публики были прикованы к Ламберу. И разбегавшиеся воины забыли, что плакали и поражённо смотрели на мужчину.

— Столько громких слов, а тут всего лишь кучка обычной нежити? Неужели это всё?

После слов Ламбера Дома задрожала.

Некроманты были невероятно горделивыми. И если ударить по самооценке, они всегда открывались.

Некроманты не могут стать наполовину бессмертной нежитью и очень боятся потерять свою жизнь. И чтобы твёрдо стоять на земле, им нужно серьёзное преимущество.

Пусть это и не было характерно для Ламбера, но чтобы выжить в войне он научился провоцировать магов.

— Говорили, что развлечёте, а сами поддались на такую провокацию, — сказал девушке стоявший рядом «Рыцарь кровавого тумана».

— Хи-хи-хи-хи, хи-хи-хи-хи... Я слышала слухи, но ты и правда великолепен, Ламбер. Дома взволнована. Маготт, объявляй о втором акте! Понаблюдали, хватит.

Дома провела пальцем по лицу под тканью и содрогнулась.

— Д-да! Нежить, участвующая во втором акте, прошу!

Когда он сказал это, большая дверь открылась. И оттуда хлынула причудливой формы нежить.

Численность была совсем иной. Их было около сорока. Трёхголовая и шестирукая нежить.

Если предыдущий акт был кладбищем, то этот назывался ад.

— Та нежить была просто для забавы. А этих Дома создала для сражений. Удачно. «Рыцарь кровавого тумана»... Мне известно, что вы слегка презираете Дому, потому посмотрите представление и измените ваше мнение. Я покажу вам силу моих малышей, — хихикая, она обратилась к «Рыцарю кровавого тумана». Получив бокал с алой жидкостью от безголовой служанки, она закатала ткань и отпила.

— Против такого числа даже Ламберу не защитить прочую добычу.

После этих слов «Рыцарь кровавого тумана» молча посмотрел на арену.

— Если не хотите умереть, соберитесь в одном месте! — Ламбер закричал остальным бойцам. Напуганные крики сразу же прекратились.

Толпа странной нежити устремилась к Ламберу. А он вышел вперёд и продолжил размахивать мечом.

Четыре десятка мертвецов, подходя к нему, превращались в мясные ошмётки. Руки и головы с гнилой кровью разлетались по полу.

Это было не сражение. А настоящая бойня.

Даже Дома застыла и не сводила взгляда с Ламбера.

— Может хватит игр? Это не тот противник, которого может одолеть толпа солдат. Сейчас он превосходит нас, но и мы способны на большее.

После слов рыцаря Дома сжала бокал. Это был признак гнева.

— ... Не спешите. Вы не так понимаете, нежить Домы совсем не такая.

В мгновения ока толпа нежити превратилась в гору мяса. В окружении неподвижных тел Ламбер опустил меч.

Влиятельные люди города не веря своим глазам смотрели на случившуюся резню.

Кто-то начал аплодировать. По цепочке один за другим люди начинали хлопать.

— На этом ад, про который вы говорили, закончился? — Ламбер посмотрел на Маготта. Тот вздрогнул и повернулся к Доме.

Никто не ожидал, что бойцы победят нежить.

Дома повернулась к безголовой служанке, вытянула палец и помахала рукой. Так она управляла нежитью. Нежить поклонилась и направилась в другое место.

— Г-госпожа Дома...

Увидев, что общение девушки с нежитью подошло к концу, Маготт обратился к ней.

— Объявляй последний акт. Или ты не понял? Жители города пришли увидеть нежить Домы. Не можем же мы закончить всё так постыдно.

— Ч-что?.. Последний акт?.. До этого ведь было лишь два акта...

— Глупец. Думаешь, что здесь только обычная нежить? Не разочаровывай Дому.

Услышав её слова, Маготт побледнел и задрожал.

— Н-нельзя, если использовать это... Неизвестно, что будет!.. Весь мрачный город может быть разрушен! И восемь мудрецов могут воспринять это как разрыв отношений со «Свистящим демоном»!

— Всё болтаешь и болтаешь... Ты начинаешь меня бесить.

Дома начала водить пальцем. И два безголовых мертвеца возле Маготта принялись действовать. Один удерживал голову, а другой тело мужчины.

— Госпожа Дома?! Ч-что вы...

Шея была свёрнута. Теперь лицо смотрело за спину, тело Маготта лишилось сил.

Поддерживая мужчину, нежить направилась к Доме. И она положила руку на труп. Тело задрожало и издало странный крик.

— Што ж, начнём посследний акт!.. Нашшалждайтесь. Сохранность жисни не гарантируем!..

Тело Маготта дрожало, пока свёрнутая голова говорила. А потом он просто рухнул.

— Хи-хи, всё же из подчинённых мне верна лишь нежить, — вернув свою уверенность, Дома улыбнулась. А стоявший рядом с ней «Рыцарь кровавого тумана» посмотрел на девушку.

— ... Что значили эти слова? Вы собрались использовать нежить, предназначенную для уничтожения столицы?

Склонив голову, Дома посмотрела на собеседника.

— Такие как я горды и высокомерны. Я благодарна за поддержку, но я всегда говорила, что делаю лишь то, что сама хочу.

— Ах ты!..

— Если разрубишь Дому, ничего хорошего не случится. Успокойтесь. Я немного попользуюсь ими и верну назад. Для этих малышей все одинаковые, но вы всё равно не умрёте. А другие меня не волнуют.

Через ткань Дома посмотрела на важных персон этого города. Ламбер наблюдал за действиями девушки с арены.

Безвкусному представлению девушки не было конца. Мужчина думал уловить момент и начать действовать, но споривший с Домой «Рыцарь кровавого тумана» постоянно наблюдал за мужчиной.

И безголовая нежить на трибунах похоже сильнее и быстрее той, что была задействована во втором акте. Возможность всё никак не подворачивалась.

И тут арену сотрясли громкие шаги. Даже Ламбер ощутил опасность. Уровень угрозы явно был куда выше, чем во втором акте.

— Закончим спектакль... Я ударю в полную силу, Ламбер, — сообщила Дома, и тут огромная дверь оказалась выбита, а стены разрушены.

Появилась туша из плоти высотой в три хейна. Уродливый великан с обнажёнными мышцами и швами был знаком Ламберу. Это был голем из плоти, создание которых запретили во время войны. Ламбер вспомнил, как противостоял такому после воскрешения в лаборатории Домилионе.

Тёмная слизь капала из большого рта, там же были три ряда зубов. Большие глаза пульсировали и вертелись. Вперёд вытянулась огромная рука с десятью пальцами.

Арена наполнилась отчаянными криками. Остававшийся начеку Ламбер приготовил меч. Он прекрасно знал обо всех преимуществах голема из плоти. К тому же он был не один. Растолкав обломки стены, вышли ещё второй и третий.

Даже Домилионе не удалось наладить массовое производство. Для исследования и создания требовалось большое количество трупов. А при том, что женщина пряталась в подземном лабиринте и собирала лишь авантюристов, достать нужное количество материалов было непросто.

Но в городе, где исчезновение человека не вызывает подозрений, ещё и при поддержке «Свистящего демона» Доме было нетрудно собрать столько тел, сколько ей хотелось.

Успев столкнуться со многими незаконными магами, Ламбер разбирался в некромантии. Даже если собрать всю нежить здесь и всех трупов, которых он видел, тут не наберётся даже на половину голема из плоти.

— Скольких людей ты убила?! — зло глядя на големов, прокричал Ламбер.

— Для меня честь услышать похвалу о числе моих жертв от героя войны! — Дома громко рассмеялась. Она совершенно серьёзно восприняла это за комплимент.

Три голема из плоти окружили Ламбера. На полу они оставляли следы своих шагов, а пальцы их рук царапали стены.

— О-о-о-о!

Взмахнувшая рука целилась в Ламбера. Мужчина собирался в последний момент уйти вбок.

Однако там уже готовился бить второй голем из плоти. Ламбер парировал, выставив плашмя меч, и кулак обрушился на пол. Пробив его, он ушёл в землю.

Сила и скорость была совсем не такая, как у нежити ранее. С трёх сторон на мужчину обрушивались гигантские руки големов.

Ламбер продолжал уклоняться, находясь на волосок от попадания. Но с каждым ударом точка опоры становилась всё более ненадёжной. Ламбера все сильнее загоняли в угол.

— Что ж, дети Домы! Раздавите его! Ну как вам, «Рыцарь кровавого тумана»? Ламбер, недостижимый для вас, уступает моей нежити! — звучал голос Домы. Другие воины и зрители, видевшие этих уродливых гигантов, до сих пор не понимали, видят ли они кошмар или это происходит на самом деле.

— Л-Ламбер... — обратилась к нему Шарль, в дрожащих руках она держала меч. Но из-за страха и напряжения руки не слушались, перед глазами была дымка и крепко держать меч не получалось.

Но тут не было ничего удивительного. Даже сохранить желание сражаться перед гротескными великанами — великое дело.

— Отойди, Шарль.

Ламбер продолжал уклоняться от части ударов, а часть парировал мечом. Но вот отбиться не вышло, удар прошёл мимо меча, и его отбросило к стене.

— Ух!

Он вонзил меч в землю, чтобы погасить инерцию. Но ещё до того, как мужчина остановился, три великана уже бросились на него.

Двое подскочили, зажимая его. Когда Ламбер вынул из земли меч, к нему приближался огромный кулак.

— Этого я и ждал.

Ламбер направил меч на противника слева, и, ударив мечом плашмя, остановил кулак.

Согнув ноги, он повернулся, меняя траекторию кулака. Описав дугу, он схожим образом остановил удар и сменил траекторию кулака второго врага.

Большой меч четко прочертил два разворота. Два великана, так и не сбавив скорость, направляли свою силу туда, куда требовалось Ламберу. В итоге они попали друг другу по мордам.

Шеи у големов были толстыми, но под огромным весом они сломались. Два голема из плоти упали на пол.

Это была техника «Обратного неба и земли» Ламбера. Он специально выжидал, когда два противника бросятся на него одновременно.

Всё прошло так, как планировал Ламбер. В нынешнем положении он должен быть скрыт в тени третьего голема от Домы.

Ламбер взял меч в одну руку. И поднял огромный топор, который использовала нежить из второго акта.

Руку третьего голема он остановил мечом. Используя локти и колени, он перенаправил атаку противника по кругу.

Уклоняясь, он взмахнул большим топором. Мужчина снова использовал свою технику. Использовав силу противника, он перешёл в наступление.

Целью был не сам голем, а наблюдавшая за ним Дома. Он воспользовался тем, что девушка и «Рыцарь кровавого тумана» не видят его. Задействовав ускорение голема, Ламбер метнул топор.

Ускоренный големом из плоти, он с лёгкостью пробил решётку, отделявшую арену от зрительских мест. И устремился к сидевшей на вершине Доме.

— А?.. — вскрикнула она, увидев это.

Из-за того, что атака была внезапной, даже «Рыцарь кровавого тумана» замешкался. Он не ожидал, что сражавшийся с големами Ламбер нападёт на сидевшую так далеко Дому.

Он вытянул руку в чёрной перчатке. Но остановить не смог, и топор срубил ему пальцы. И хоть траектория была смещена, топор всё ещё направлялся к Доме.

Особое место девушки было разрушено им. Саму Дому подбросило, и она врезалась в стену. Пробив металл, топор пригвоздил её.

Живот Домы оказался разорван. Из-под одежды хлынула кровь и посыпались внутренности. Обычный человек мгновенного умер бы после такого. Настолько серьёзной была кровопотеря.

На зрительских местах началась паника. Вставая и крича, все пытались понять, что с Домой. Бойцы на арене стояли как вкопанные, ничего не понимая и смотря на ужасное состояние девушки.

Ламбер со спины ударил по шее голема и приземлился на землю.

— По сравнению с големом из плоти Домилионе ничего особенного. Медлительный и хрупкий. И что важнее, движения однообразные.

Покачавшись, труп великана упал на землю. Ламбер ударил по слабому место брони из плоти и сломал шею.

— У-убил?.. Он и правда убил королеву мрачного города Дому?..

Шокированная Шарль смотрела на труп Домы. Однако Ламбер покачал головой.

— Нет, я облажался. Всё равно что не попал.

К лежавшей на полу Доме подошли две безголовые служанки и помогли подняться.

— ... Ну всё, — разнёсся голос Домы. Ткань всё ещё скрывала лицо, но она точно была в гневе. — Больше никаких игр, спектакль окончен.

Прямо как в случае с Домилионе и «Плетущим истину» Шаруробом, физический ущерб, нанесённый магу, перешедшему черту, не вёл к смерти. Чтобы убить, надо было узнать противника и принять необходимые меры.

Как минимум надо было раздавить голову, где был мозг и концентрировалась мана. И пытаться обойти «Рыцаря кровавого тумана», защищавшего её, было уже поздно.

— Я заставлю тебя пожалеть. За то, что направил лезвие на меня, Дому, на арене, откуда не сбежать, — поддерживаемая нежитью Дома обратилась к Ламберу. А мужчина встал на поверженного голема и направил на неё меч:

— Это же я хотел сказать тебе. Сожалей о том, что выбрала своим домом эту нору.

Дома подняла руки. И вся безголовая нежить в платьях, охранявшая зрительские места, остановилась и повернулась в сторону Ламбера. А в следующий момент они начали действовать и через решётки протиснулись на арену.

Вслед за толпой нежити и «Рыцарь кровавого тумана» отправился туда же. Тяжёлый доспех из дарлайта сотряс землю.

— Пожалуйста, не мешайте! — истерично крикнула Дома рыцарю.

— Когда стало ясно, что он придёт, я советовал не устраивать представление... Или вы снова хотите опозориться, Дома? Помогайте, и мы сможем расправиться с Ламбером. Это мы просили вас создать нежить. И я не хочу тратить её здесь.

— Всего лишь слегка неприятный противник. Я просто не привыкла давить мух. Голем из плоти специализировался на силе и весе, а эти девушки — на скорости и технике.

Два безголовых трупа подходили к Ламберу. Подхватив оружие с пола, они окружили мужчину и одновременно бросились на него.

Левым локтем Ламбер отбил удар лезвия, а потом ударил мечом. Лезвие прошло сквозь двух трупов. Тела оказались разрублены пополам, и половинки взметнулись в воздух.

— Что?.. — прозвучал удивлённый голос Домы.

— Дома, я ожидаю от вас массовой силы, а не индивидуальной. Он не такой как остальные. Назначенный день не за горами. И перед этим... Я должен разобраться со всем здесь. Если удастся убить его здесь и сейчас, я готов закрыть глаза на ваш эгоизм.

Дома раздражённо постукивала указательным пальцем по своему лбу, но вот наконец сдалась.

— ... Я не забуду этих слов. Вы тоже спускайтесь на арену. Вы же уверены в своих способностях? Если справитесь, я обещают вам более высокое положение в этом городе.

Дома обращалась к влиятельным людям города. А они тут же притихли, услышав это. Какое-то время они молчали, точно застыв, но вот заговорил один из них.

— М-мы не можем, госпожа Дома. Мы не справимся с этим монстром, так просто раскидавшем нежить!..

Безголовая нежить поблизости пригнула к нему. Он успел лишь вскрикнуть, прежде чем упал на пол со сломанной шеей.

— Если не хотите стать мусором, делайте своё дело. Если попытаетесь сбежать, то знайте, то же ждёт и всех ваших подчинённых.

После слов Домы они побледнели и стали спрыгивать на арену.

— Нет смысла увеличивать численность слабаков...

— Разве вы не говорили, что не желаете, чтобы число нежити сократилось? Не переживайте, я тоже помогу. Похоже и эта нежить, и милая дочь графа желают получить голову Домы.

Дома щёлкнула пальцами. Стена позади неё рухнула, и появился безголовый голем из плоти. Девушка забралась к нему на шею.

Вместе с ней он спустился на арену, проломив огромной рукой решётку.

Тем временем Ламбер, прикрывая Шарль, сражался с толпой безголовой нежити. Число трупов вокруг росло, но скольких бы он ни убил, выходили всё новые противники.

Когда мужчина собирался добить очередного противника, на него набросился «Рыцарь кровавого тумана». Прервав атаку, он блокировал меч врага и надавил всем своим весом. Ламбер ещё раз ударил по опрокинувшемуся назад противнику, а тот отступил, отбиваясь.

— Я знал, что мы снова встретимся, призрак бывшего генерала.

— Такой же призрак как и ты, «Рыцарь кровавого тумана». Не вернёшь вторую руку? Или уверен, что одолеешь меня одной?

Пальцы правой руки были отрублены топором, который Ламбер метнул в Дому. Сейчас противник держал меч одной левой рукой.

Однако он мог восстановить своё тело. Ламберу было это известно. Мужчина лишил его одной руки в святом городе, а потом тот упал с разрушившейся башни, что должно было привести к смерти.

То, что он не сделал этого, было следствием некоторых ограничений по восстановлению.

— Одной руки вполне хватит.

Человек в чёрных доспехах отступал. Следуя за ним, Ламбер взмахнул мечом. Уклоняясь, противник защищался.

Пока Ламбер продолжал атаковать, на него бросилась безголовая нежить. Сдерживая рыцаря мечом, он ударил другого врага перчаткой.

— Даже самому сильному из четырёх генералов Органа... Будет трудно нанести решающий удар, пока приходится защищаться от толпы солдат.

Позади чёрного рыцаря были безголовая нежить, влиятельные люди города и Дома верхом на големе из плоти.

— Рыцарь королевства Лораул пользуется чужой помощью.

— Нелепица, можешь не пытаться вывести меня из себя, бывший генерал Органа, — слова Ламбера вызвали в нём усмешку.

Королевство Лораул было одной из тех стран, что разрушили во время войны. Броня из чёрной магической стали и техника меча были явно родом оттуда. Ламбер был уверен, что истинная личность «Рыцаря кровавого тумана» связана с Лораулом.

— Я понимаю, что есть вещи поважнее моей гордости. Суть рыцарства — достичь поставленной цели. Шут, безвинно убиенный за свою чистоту, когда твоя мечта так и не осуществилась. Ты так ничему и не научился, — ответил чёрный рыцарь, так и не коснувшись своего происхождения.

— Чушь. Лишённый гордости не сможет следовать за живыми. А тем, кто потешается над мёртвыми, никогда этого не понять. Моя мечта осуществилась двести лет назад. И потому я убью вас за то, что вы порочите её.

«Рыцарь кровавого тумана» снова напал на Ламбера. Но остановился, так и не войдя в радиус удара.

Похоже желания атаковать у него не было. Он отвлекал Ламбера, обороняясь, и выискивал возможность, пока другие отвлекали его. После сражения в Хайнстии стало ясно, что в чистом мастерстве Ламбер его значительно превосходит.

Но даже во время войны навыки чёрного рыцаря считались высокими. Среди солдат, не полагавшихся на магию или духов, «Рыцарь кровавого тумана» был самым серьёзным противником Ламбера после воскрешения. Пусть он лишился одной руки, даже Ламберу сложно было пробиться через его защиту.

Стараясь попасть по слабому месту врага, Ламбер избавлялся от нападавших на него влиятельных людей и безголовых мертвецов.

Надо было напасть, когда он сократит их число. Решив так, Ламбер ломанулся вперёд, и чёрный рыцарь тоже стал наступать.

Бесполезные потуги. Чёрный рыцарь понял, что Ламбер вынужден броситься в атаку. Он изначально находился в невыгодном положении, вариантов было слишком мало. Надо было всеми силами нападать на противника, которого защищали. И чёрный рыцарь не был столь милостив, чтобы не понять это.

— Глупо, бывший генерал.

Большой меч рыцаря опустился на плечо Ламбера. Броню из Органа разрубить было непросто, но такой удар сломает руку даже через броню.

Прозвучал удар. Однако меч лишь поцарапал доспех. Ламбер резко извернулся и парировал удар. Немного не туда, и мужчина лишился бы руки. Желавший лишить врага руки рыцарь сам открылся.

— Я просчитал твои движения, но с помощью техники ты смог отбиться? Неужели между нами такая большая разница!

Вернув меч, рыцарь отступил от Ламбера. Однако большой меч уже следовал за ним. Он вонзился в стык между грудью и рукой.

— Ух! Но это ещё не всё!

Из плеча вытекало большое количество крови. И всё же чёрный рыцарь снова попытался напасть на Ламбера.

Враг обладал силой восстановления, а у Ламбера такой силы не было. Если тело сломать, всё будет кончено. Чёрный рыцарь был готов к тому, что умрут они оба. Махнув мечом в бок, Ламбер вытащил его. И здоровяк в доспехах упал на пол.

Рыцарь лишился пальцев правой руки, когда пытался остановить топор Ламбера. А теперь серьёзно пострадало и левое плечо.

— Даже если ты бессмертен, сейчас ты всё равно что мертв.

— Нет, не недооценивай меня, бывший генерал Органа.

Рыцарь тут же поднялся и показал, что может держать меч в правой руке. Броня плавилась, соединяясь с плотью, и восстанавливала недостающие части.

Доспехи из дарлайта, поглощая ману владельца, восстанавливались. И техника слияния металла и плоти была частью этого. Если подобное сделает обычный человек, это приведёт к концу его жизни как мечника.

Ламбер попытался напасть до того, как чёрная броня восстановится, но ему помешала огромная рука, и пришлось отступить.

Это была Дома верхом на безголовом големе из плоти. Этот был особенным и двигался быстрее трёх своих сородичей, убитых Ламбером.

— Сращивать себя с металлом — это всё равно что смотреть на своё тело как на вещь, — не обращая внимания на голема, Ламбер уставился на рыцаря.

— Ты знаешь, что я крепче обычных людей. Потому даже такое безумие вполне работает, — парировал противник.

Пусть левая рука соединялась с металлом, было видно, что связь не идеальная. Когда-нибудь он восстановится полностью, но на поле боя он не мог сделать этого, либо требовалась определённая подготовка, либо время. И даже если он сейчас сосредоточится на обороне, с навыками Ламбера ему не совладать.

— Пока ещё не идеально. Так что оставлю всё на помощников, — сказав это, он увеличил расстояние. И к Ламберу направился безголовый голем, стоявший между мужчинами.

— Сломаю, раздавлю и сделаю частью новой нежити!

Ламбер уходил вправо и влево. А не поспевавший голем проломил пол.

Когда монстр замедлился после удара, Ламбер дважды порезал толстую шкуру.

Смертельный навык мужчины против большого числа врагов требовал слишком много телодвижений. Нанося удары, он выжидал, когда Дома откроется.

Но голем был не так хорош, как чёрных рыцарь. «Рыцарь кровавого тумана» и сам это понимал. Когда его левое плечо было повреждено, половина битвы уже миновала.

Если ничего не предпринять, в подобной ситуации, если будет время, Ламбер точно справится. И всё же ни сам чёрный рыцарь, ни Дома не переживали из-за полученных мужчиной увечий.

«Они что-то задумали?»

Ламбер посмотрел на парочку.

Рыцарь говорил Доме о чём-то вроде мер против мужчины. Конечно она форсировала события, но явно было что-то ещё.

Голем из плоти, на котором сидела ведьма, ударил Ламбера огромным кулаком. Тот отступил на полшага и ударил по руке. Хлынула гнилая кровь. Но монстр и не думал падать.

— ... Вот неугомонная нежить. Сколько ты ещё протянешь перед шедевром Домы?

Плечи Домы дрожали. Она была раздражена.

— Тут я с тобой согласен, — ответил Ламбер.

Голем Домы был слишком уж крепким. Ещё приходилось сражаться с безголовой нежитью и влиятельными людьми города. Слишком много противников, чтобы сделать что-то серьёзное, и голем был слишком уж крепкий.

Самое страшное в нём — его размер. Даже в броне из Органа Ламбер не мог принять удар такой тяжести.

А толстая шкура была лучшей бронёй. Даже меч Ламбера, который наверняка был самым тяжёлым из тех, что были доступны людям, не мог легко разрезать её.

Но у големов были и слабости. Это голова. Если ударить по контролирующей движения голове, можно обездвижить врага, даже не трогая его бронированное тело.

Однако у монстра Домы головы не было. Этот голем из плоти отличался от тех, что знал Ламбер.

Скорее строение его тела было совершенно иным. Ламбер не представлял, куда надо бить, чтобы убить противника.

Домилионе, убитая Ламбером, как некромант была на голову выше Домы. Но даже она не смогла бы создать голема без головы.

Ламбер бросил взгляд на нежить вокруг.

Некроманты как люди были полностью сломлены. Естественно. Годами изменяя и переделывая трупы ты и становишься некромантом. Нет тех, кого бы это окончательно не сломало. Человек, не считающий, что он болен, уже сломлен.

И потому некроманты считают, что другие не понимают их. В случае с Домой это было очевидно. В безголовой нежити она видела свою безумную красоту.

Эта одержимость и позволила создать безголового голема из плоти. Как и у художников у некромантов главное оружие это их одержимость. В деле создания безголовой нежити Дома превзошла некромантов, живших во время войны за объединение.

— Ах ты!..

Один из преступников подобрался к Ламберу. И получил удар ногой в живот. Меч, который он держал, сломался и подлетел в воздух, а сам человек упал на пол.

Ламбер посмотрел на других главарей банд.

— Вы все боитесь, что Дома победит? Не переживайте, я убью эту сломленную смертью. Так что отойдите и просто наблюдайте.

Дрожавший мужчина выронил из рук оружие.

— Ты собрался предать «Безголовую ведьму»?! — крикнул другой мужчина за его спиной.

Ламбер ударил мечом по ещё одной нежити. Лезвие прошло вертикально, выйдя между ног, и вонзилось в пол. Всё вокруг задрожало. Обнажив свои кости и внутренности и извергая кровь, нежить рухнула на землю.

— Если не отступите, я убью вас. Вы всего лишь толпа злодеев, угнездившихся в мрачном городе.

Перед силой Ламбера все тут же напряглись и один за другим стали отступать. Дома посмотрела на них.

— ... В итоге люди оказались бесполезны. Стоит пригрозить, и они предают. Всё же нежить в качестве подчинённых лучше. Вы... Когда всё закончится, я лишу вас голов и превращу в нежить, — проговорила девушка с плеч голема.

— Ты самоуверенная, раз думаешь о том, что будет дальше.

Люди отступили, и враг стал более открыт, Ламбер продолжал уклоняться от голема.

— Как бы ты ни нападал, эту нежить тебе не убить...

И тут левая нога голема сломалась, и он упал.

— Ух...

Срезая стену из плоти, мужчина сломал колено. Теперь голем был сильно ограничен в подвижности.

Подпрыгнув, Ламбер нацелился на сидевшую на монстре Дому.

Но тут вмешался «Рыцарь кровавого тумана». Меч он держал всё ещё неуверенно, но защитить собой вполне мог.

Чёрная броня была повреждена, хлынула кровь. Получивший ранение мужчина врезался в землю. Дарлайт соединился с плотью и закрыл рану.

— Кья-а!

Дома свалилась с плеч монстра на пол.

Ламбер собирался её убить, когда встал рыцарь, опираясь на меч как на трость.

— ... Не думал, что дойдёт до такого.

— Упрямец.

Ламбер направил меч на рыцаря. Все раны на теле мужчины были закрыты металлом. Так легко его было не убить. Даже если победить, при следующей встрече он уже будет совершенно цел.

Ламбер взмахнул мечом, а «Рыцарь кровавого тумана» отступил и тоже замахнулся.

В его оружии не ощущалось желание победить. Его тело было с лёгкостью разрублено. Если не обездвижить полностью, смертельных ран он не боялся.

Тем временем Дома бросила голема и волочила своё окровавленное тело к проходу, сбегая.

— Ух...

Целью была Дома, а значит возиться с «Рыцарем кровавого тумана» было бессмысленно.

— Исчезни!

Горизонтальная вспышка меча. Скользнув назад, рыцарь попытался защититься мечом, но у него не вышло, и его грудь оказалась глубоко рассечена.

— Хи, хи-хи... Похоже это всё. Даже если бы я посвятил себя защите, много времени не выиграл.

Рану тут же скрыл металл. Но кровь шла изо рта под шлемом. «Рыцарь кровавого тумана» был уже на пределе своих возможностей.

Развернувшись, он побежал в сторону коридора, в котором растворилась Дома.

— Думаешь, я позволю тебе сбежать?..

При том, что он был бессмертным, смысла сбегать у него не было. Даже при том, что металл дополнял тело, оно было уже мертво, и сложно было подумать, что с ним он мог сбежать.

В первую очередь целью Ламбера была Дома, а не рыцарь. И было не понятно, почему он последовал за девушкой.

Немного сомневаясь, он с лёгкостью прошёл мимо двух мертвецов и повернулся к Шарль.

— Я отправляюсь за ними. Давай без глупостей, но по возможности следуй за мной. Позади меня безопаснее всего.

Ламбер погнался за жутким «Рыцарем кровавого тумана» и Домой. Скорее всего он направлялся в ловушку врага. И всё же рядом с ним было безопаснее, чем на арене.

— ... П-поняла, — бледная Шарль кивнула ему.

— Храбрая, — пробормотал Ламбер. В этом она была совершенно не похожа на своего приёмного отца графа Парсилиса.

— Хаа!

Взмахнув мечом, Ламбер рассёк грудь безголового голема из плоти. Наконец тот лишился всех сил и перестал двигаться.

Дома и рыцарь пропали, остались лишь влиятельные люди мрачного города. Число нежити сокращалось, и в итоге на полу остались лишь неподвижные трупы.

Лишённого поддержки голема без головы можно было победить простой серией мощных ударов.

— А теперь вперёд.

Сглотнув слюну, Шарль кивнула. Раз нежити на арене не осталось, она вместе с Ламбером собиралась преследовать Дому.

Ламбер побежал по коридору. Шарль следовала за ним.

— Ламбер, слушай... Ты знаешь того чёрного рыцаря, который защищал «Безголовую ведьму»? — с тревогой спросила девушка. Не останавливаясь, мужчина посмотрел на неё.

— Сталкивался, когда изучал «Свистящего демона». Он... «Рыцарь кровавого тумана» один из мудрецов, глава «Свистящего демона».

Услышав про название организации, Шарль поникла.

— Шарль... Ты знала, что Дредда связан со «Свистящим демоном»?

Девушка прикрыла глаза, а потом кивнула.

Судя по всему, Шарль знала, что «Рыцарь кровавого тумана», находившийся рядом с Домой, из «Свистящего демона». Скорее всего она удивилась такому знакомству Ламбера.

И всё же это странно. Глава «Земляного паука» общалась с «Безголовой ведьмой Домой», но скрывала это от подчинённых.

О девушке можно было узнать лишь от высокопоставленных людей города. А связь Домы со «Свистящим демоном» было ещё большим секретом. Даже приёмный отец Шарль не мог в полной мере понимать положение дел в Дредде. И пусть Шарль была немного искуснее в обращении с мечом, выяснить это она не могла.

Ламбер вспомнил разговор с торговцем информации.

«Эта женщина... Слишком хорошо знает этот город. Что касается силы банд, то даже лучше меня разбирается. Вроде легкомысленная, но как-то с ней не по себе».

Так он говорил о Шарль. Неизвестно почему, но кто-то передавал девушке информацию о городе.

Ламбер также рассматривал вариант, что Шарль изначально была на стороне кого-то из местных.

Но девушка не была такой уж хорошей актрисой. Она и так уже много рассказала Ламберу о городе, и торговец информацией считал её подозрительной. И сейчас она выдала то, что знает, что мрачный город связан со «Свистящим демоном». Вряд ли она шпионила, скрывая то, кем является на самом деле.

— Ты что-то скрываешь от меня?

— Э-это не... — она запнулась.

— ... Прости, я потом должен буду у тебя кое-что спросить. Так что готовься.

Она закрыла рот, а потом молча кивнула. Очевидно, что она что-то скрывала.

— Догнал наконец, Ламбер.

Коридор перегородил человек в чёрной броне. «Рыцарь кровавого тумана» тяжело дышал. Шлем был перепачкан кровью, которая текла изо рта.

Когда начал убегать, он уже был серьёзно ранен и уйти далеко не мог. Ламбер понимал, что даже с Шарль мог нагнать его. Но Дома ушла дальше, рядом её не было.

— Ты серьёзно думаешь, что сможешь сражаться со мной в таком состоянии? Я закончу всё быстро.

— Попробуй, Ламбер. И можешь за меня не переживать. Я изначально учился сражаться так, как если бы был серьёзно ранен или покалечен. Так мне даже проще.

Ламбер напал на рыцаря. Тот всё также уверенно защищался. Меч Ламбера постепенно разрушал броню из дарлайта.

— ... Что ты задумал?

Если он всё же решил сражаться, то не было смысла сбегать с арены.

— Конечно же убить тебя в прямом противостоянии!

Как и Ламбер, который пытался ударить, когда враг откроется, до этого отступавший рыцарь вышел вперёд.

Однако Ламбер отсёк ему правую руку. Вместе с мечом она упала на пол.

— ... Думаешь, всё уже решено?

Дарлайт стал деформироваться. Металлическое копьё заменило отсечённую руку.

Этот металл мог принимать любую форму, стоило лишь наполнить его маной.

Пусть расход маны был огромным, можно было быстро достать замену своему оружию.

«Рыцарь кровавого тумана» атаковал Ламбера рукой, превратившейся в копьё. Ламбер уклонился и нанёс глубокую рану, разрубив тело вместе с доспехом.

Рыцарь наконец опустился на колени. Этот удар раздавил его внутренние органы. Даже чёрная сталь не могла оказать экстренную помощь.

— Но это ещё не всё!

После этих слов дарлайт стал плавиться и металлическим щупальцем схватился за Ламбера.

И тут зазвучал тревожный звук с потолка. Весь он покрылся трещинами.

Мужчина поднял голову и увидел, как бессчётные руки нежити увеличивают дыру. Это была ловушка, нежить прорывалась через потолок и убивала нарушителей.

Суть стратегии заключалась в том, что бессмертный рыцарь должен был задержать Ламбера, а потом его должны были похоронить под грудой камней.

Перчаткой Ламбер отбил щупальце, а потом отсёк мечом. Далее отрубил голову умирающему противнику.

Ламбер уставился на упавший шлем. Он не шевелился, но мужчине было ясно, что враг ещё не умер.

— Л-Ламбер! Плохо дело!.. — переполошилась Шарль, смотря на потолок.

— Нет... Теперь можно вздохнуть с облегчением.

— О-облегчением?..

— Когда «Рыцарь кровавого тумана» без надобности побежал в проход, я понял, что тут что-то есть... А тут всего ничего. Им некогда было подготовить ничего толкового.

— Н-ничего толкового... Нас ведь так здесь похоронят заживо!..

Ламбер подхватил Шарль и бросился вперёд.

— Ламбер! Это уже безрассудство!..

Используя меч в качестве щита, он быстро бежал вперёд. Падающие камни отскакивали от меча и доспехов. И пока он бежал, Шарль окончательно лишилась дара речи.

— Назад было бы быстрее... Но так Дома сбежит. Надо идти вперёд.

— Н-не выйдет, нас просто раздавит! — едва не плакала девушка, когда Ламбер поднял её выше. — Что...

— Сгруппируйся.

Мужчина бросил Шарль вперёд. Не ожидая такого, она даже закричать не успела. Миновав обвал, хрупкая девушка врезалась в пол.

— У-а!

Шатаясь, она поднялась.

— Т-ты чего, Ламбер?.. Понимаю, что другого способа не было, но это слишком жестоко. Я графиня вообще-то.

Она обернулась, и в этот момент как раз коридор обрушился. Проход завалило камнями.

— Не может быть... Л-Ламбер? — голос Шарль дрожал, она обращалась в сторону заваленного прохода.

Ответа не последовало. Где-то вдалеке отозвалось её эхо. Это заставило Шарль осознать.

— Как же так...

Она только поднялась и снова упала, как вдруг обломки разлетелись, и появился Ламбер. Сидевшая на полу девушка уставилась на него круглыми глазами.

— Т-ты выбрался...

— Доспехи, дарованные мне моим господином, лучшие на континенте Воримия. Это для них — ничто.

— Дело не в доспехах, это с тобой что-то не так...

— Было слегка опасно. Будь проход длиннее, я мог бы и застрять. Ставка оказалась рискованнее, чем я предполагал, но мне повезло.

— Тут правда дело только в удаче?.. — Шарль вопросительно склонила голову. — К-кто же ты такой? Ты что... Секретное оружие, отправленное королевской семьёй, чтобы разобраться, что происходит в мрачном городе?

— Мои отношения с королевской семьёй были разорваны какое-то время назад. Однако моя клятва верности всё ещё сильна.

— Н-ну точно.

Ламбер осмотрелся. Вокруг были клетки и стеклянные колбы. Внутри была нежить и причудливо сшитые трупы.

Разносились стоны нежити. Похоже после арены чувства Шарль притупились, с прищуром она осмотрелась вокруг, но больше никак на нежить не отреагировала.

— Домы не видать. Ей серьёзно досталось, но она вполне могла натравить на нас нежить. Скоро должны догнать. Раз добрались до этого места, уже не упустим. У меня к ней много вопросов.

Ламбер и Шарль смотрели на объекты экспериментов Домы.

— ... Не похоже, что тут использовали мифрил, — тихо пробормотал Ламбер.

Первоначально его заинтересовали земли графа Парсилиса, потому что они недалеко от столицы и тут занимались слишком активной закупкой мифрила, используемого в алхимии.

В основном его использовали для изготовления доспехов и оружия. При том, что металл скупали тайком через мрачный город, в дурных целях сомневаться не приходилось. Ламбер думал, что это делала Дома.

Подземная арена как раз подходила для того, чтобы прятать оружие. Но тут оказалась лишь нежить и ни следа мифрила.

— Может я где-то ошибся? И помимо Домы в этом городе скрывался ещё кто-то.

Но с кем бы Ламбер не сталкивался тут, выходил он всегда на Дому. Если кто-то тайком наладил массовое производство оружия, то его организация и влияние должны быть больше, чем у Домы.

Сложно поверить, что в городе могла скрываться ещё одна крупная организация, которая совершенно никак себя не выдала.

— ... Информации всё ещё слишком мало. Нельзя позволить Доме сбежать или умереть.

Когда они собирались покинуть комнату, Шарль вздрогнула и остановилась.

— Что случилось, Шарль? Если потянула ногу, я могу тебя понести...

— Мне... Показалось, что меня позвали...

Она направилась к клетке, в которой сидела нежить. Девушка приблизилась к ней.

Существо было с ярко-красной кожей и тремя головами. Две из них не двигались. Скорее всего по какой-то причине операция была прервана, или случилось отторжение на некромантию.

Нежить создали в исследовательских целях, а не для сражений. На обнажённом теле были вырезаны магические знаки, подчёркивающие безумие Домы. Ниже бёдер ног не было, а руки и тело были худыми, одни кожа да кости. Единственная подвижная голова смотрела на Шарль и повторяла одни и те же слова:

— Рль... Ша... Рр... Рль...

Голос был нечеловечески жуткий, но было похоже, что он произносил имя Шарль.

— Кармела?.. — вырвалось у девушки.

Она преследовала «Безголовую ведьму», потому что искала свою подругу из приюта, которая пропала в этом городе. И одна из голов нежити как раз и была её подругой.

Шарль посмотрела в глаза нежити и приблизилась точно заворожённая. Когда девушка коснулась решётки, рука нежити-Кармелы прошла между прутьями.

Рука, которая была длиннее человеческой, с лёгкостью дотянулась до шеи девушки.

— Ты тошше сдесь.

Ламбер разрубил нежить вместе с клеткой. Жидкости из тела брызнули, тело содрогнулось, и голова упала на землю.

— ... А, а...

Шарль опустилась на колени, по потерявшему эмоции лицу текли слёзы.

— ... Это уже не твоя подруга. Прости, но нам некогда. Я отомщу за неё, идём.

Они миновали комнату с клетками, где были жертвы экспериментов Домы. Дальше проход разделялся, но кровь Домы на полу не позволяла упустить её.

Несколько раз их атаковали безголовые женщины, охранявшие подземную лабораторию, но Ламбера они замедлить не могли.

Быстро разрубая их мечом, он шёл дальше.

И вот они загнали Дому в тупик. По обе стороны её всё ещё поддерживали безголовые женщины.

— «Рыцарь кровавого тумана»... В итоге облажался.

Через ткань, скрывавшую лицо, она зло посмотрела на Ламбера.

— Вот и всё. Королева мрачного города... «Безголовая ведьма» Дома. Хотя даже если я начну допрашивать тебя, ты вряд ли заговоришь.

Ламбер приготовился к бою.

— Хи-хи-хи... Если я умру, всё будет бессмысленно. Пусть ты и остановил всех, теперь я, Дома, буду действовать в полную силу.

— Хо, в полную силу? Как-то громко сказано.

— Ах ты... Смеешь недооценивать? Я тебе покажу... Как глупо нападать на некроманта на его территории!

После её слов всё вокруг задрожало.

Стены вокруг начали рушиться. Со всех сторон хлынула нежить. В том числе и големы из плоти.

— Ч-что... Так много... — Шарль осмотрелась вокруг и напугано приблизилась к Ламберу.

— А-ха-ха-ха-ха-ха! Дома не бесцельно убегала! Я вела вас сюда. Эй, Ламбер, это не исследовательская лаборатория, здесь создавалась армия нежити, способная объявить войну стране! А-ха-ха-ха-ха! Сможешь ли ты сражаться против них один? Начнём же последнее представление!

— Понятно, и правда опасно.

Направляя меч на Дому, Ламбер осмотрелся.

Если под городом таится армия, способная развязать войну против королевства, то это лишь малая её часть. Даже с неутомимой нежитью можно было справиться, но численность врагов была просто колоссальной.

— Вот как. Я заставлю тебя пожалеть, что ты всё это время преследовал меня...

— Конечно же... Я говорю не про тебя или качество нежити, а лишь про количество. В любой лаборатории некромантов опасно. Подобное же относится и к лабораториям второсортных некромантов.

— Ч-что?..

— Но в этот раз проще. К счастью мы под землёй. Если убить тебя, выйти отсюда и заблокировать выход, нежить уже не выберется.

— Признаю твою смелость, раз ты осмеливаешься заявить подобное! Если сможешь убить Дому... Давай, попробуй! — голос девушки разнёсся по залу. И нежить устремилась к Ламберу.

— Можешь двигаться?

— Я-я же ноги себе не свернула! — голос дрожал, но девушка была решительна.

— Не отходи от меня.

Ламбер направился к Доме. Он разрубал и расшвыривал ногами подходившую к нему нежить. К нему подходили справа и слева, и он рубил врагов одного за другим.

— ... Прошу, Ламбер. Отомсти за Кармелу. Если... Если её не станет, в этих землях наступит мир...

— Знаю. Для этого я и здесь.

Разрубая нежить, Ламбер подбирался к Доме.

Такое число монстров его совсем не пугало. Было ясно, что до ведьмы он доберётся раньше, чем нежить сможет сделать с ним хоть что-то.

— Достал... Достал, достал, достал! Умри уже наконец! — крик Домы скорее напоминал мольбу. — Всё не может так закончиться... Дома гений... Дома особенная! Дома полностью победила старость! Я должна превзойти всех некромантов и познать истину мира! Я ещё... В самом начале своего пути! Если Региос падёт, я смогу продолжать свои исследования при поддержке нового государства! Имя и слава Домы будут вечны!..

— Гений... Истина, первое совершенное бессмертие? Я устал слышать эти слова. Все некроманты привыкли преувеличивать. Разве что Гайлоф так не говорил. Дома, ты не особенная. Обычный надоедливый монстр.

И вот Ламбер оказался перед Домой. Вокруг него были горы уничтоженной нежити.

Поддерживающие Дому мертвецы отпустили её и бросились на Ламбера. Мужчина пнул их и направил остриё меча на ведьму.

— Ламбе-е-е-е-ер! — закричала Дома.

Взмах меча. Голова оказалась отсечена и упала на пол. Брызнула кровь.

— В-всё?.. «Безголовая ведьма» убита?

Ламбер не ответил на вопрос Шарль. Опустив взгляд, он посмотрел на отрубленную голову.

Он заставил голову упасть на том же месте, потому что предполагал, что Дома всё ещё может быть жива. Некроманты редко умирали так послушно.

Живучесть Домы была совсем не такой, как у обычных людей. Будь она человеком, то умерла бы ещё от раны в животе, от которой её не смог защитить «Рыцарь кровавого тумана». Она точно изменила собственное тело. Голова перевернулась, и ткань, скрывающая лицо, сдвинулась.

— Э-это...

Лицо Домы было жутким. Можно сказать, что нарисованное. Глаз не было, как и носа. Очевидно, что нарисованный рот тоже никогда не откроется.

Лишённое головы тело Домы схватило Ламбера. Он взмахнул мечом и ударил её. Платье порвалось, полилась кровь.

Но Ламбер намеревался разрубить её. Тело оказалось невероятно крепким.

— Понятно... Вот почему ты «Безголовая ведьма»? Называть тебя странным человеком неправильно. Ты просто монстр.

— Хи... — увидев истинную Дому, Шарль вскрикнула.

За порванной тканью... На груди была целая куча глаз. На животе извивался огромный рот. В нём была целая куча зубов.

Ламбер направил на Дому свой меч. Лезвие разрывало плоть. Глаза на груди были раздавлены и выливались. Но глубже лезвие не заходило.

Дома стала отходить назад. А собравшаяся тут нежить приближалась. Защищая Шарль, Ламбер разрубил монстров.

— Л-Ламбер... Что это? — девушка указывала на Дому. Часть глаз обратилась к Шарль.

— Мозг скорее всего встроен куда-то в плоть, к нему прикреплены внешние органы чувств. Голова само собой... Но и её конечности наверняка тоже переделаны. Она крепкая, но и только. Ранить её можно. Движения вялые, скоро я её убью, — сказал Ламбер, уставившись на Дому. — Нелепо слышать слова о том, что ты преодолела старость, с таким-то телом.

— Замолчи... Замолчи, замолчи, замолчи! А-а-а-а! Бесполезные отбросы! Живее, убейте этого мужчину! — странный рот на животе Домы извивался, выплёвывая слова. Бесчисленные глаза крутились в своих глазницах.

Ламбер продолжал сокращать численность нежити, подбираясь к Доме.

— Они не хотели становиться служащей тебе нежитью. Если кто здесь и облажался... То это ты.

— Заткнись! Дома, Дома гений! Ни одна обезьяна в этой стране меня не признала! А в новой стране меня оценят по достоинству! Я не тот человек, что должен умереть здесь!

— Ты уже не человек, в твоих чертах больше ничего человеческого. Как и в моих.

Уничтоженной нежити вокруг становилось всё больше. Преимущество Домы таяло на глазах.

— К-как так!.. Почему? Дома, Дома ведь гений! Избранная!

Лезвие меча нацелилось на неё. Нежить помешала Ламберу, но всё же он отрубил правую руку Домы. Она отлетела и упала на пол.

Ведьма попыталась подняться, но потеряла равновесие и снова упала. Она лишилась не только руки, тело было глубоко разрезано, и теперь она не могла использовать ноги.

— А, а, а-а-а-а-а! Рука, рука Домы!

— Она всё равно когда-то принадлежала кому-то другому.

Глаза смотрели на лезвие меча.

Тело не двигалось, нежить тоже ничего не могла. Больше Доме не сбежать.

— Конечно сама Дома не уцелеет... Но по крайней мере я прихвачу тебя с собой. Ты пожалеешь о том, что назвал меня посредственностью... Последовать за Домой было величайшей твоей ошибкой!

Кое-как поднявшись, она подняла левую руку вверх.

— Ответь на мой зов, явись из царства мёртвых, трёхликий пленник Маджорва[✱]Про этого единственного ничего не понял, дальше идут что-то вроде Ripper и Zeal.!

Между Домой и Ламбером появился трёхглавый полуголый здоровяк. Все его лица были скрыты железными масками. Гниющая кожа местами почернела.

— Демонический расчленитель, Потрошитель!

Справа от Маджорвы появился худощавый мужчина с четырьмя руками и серой кожей. Он был одет в парадную одежду, а рот у него был необычайно большой. В руках были ножницы, нож, меч и топор.

— Жнец-аристократ, Рвение!

Слева появился хорошо сложенный светловолосый мужчина. Лицо скрыто чёрной дымкой, так что его было не рассмотреть. Он сидел на стуле, сделанном из черепов.

— Понимаешь, что может быть, если в таком состоянии духов вызывать?

Ламбер считал, что призыва духов — плохая затея.

Среди духов царства мёртвых Маджорва, Потрошитель и Рвение имели определённое положение. Однако чтобы победить Ламбера сил им определённо не хватит. Скорее всего Дома и сама понимала, что число ничего не решит.

— Я тебе покажу! Докажу, что Дома — гений! Тебе! И этому миру! Дома не умрёт! А даже если Домы не станет, она так и останется символом страха! Я покажу вам высшую магию!

По её телу пробежали магические знаки. Духи странно задрожали и в муках рухнули. Их тела таяли, впитываясь в тело Домы.

Духи приняли причудливую округлую форму, из которой вытянулись две руки. В центре сферы появилось нечто, напоминающее рот и глаза. По всему телу открылись глаза.

— Ч-что?.. Что это за жуткий монстр?.. — вскрикнула Шарль, глядя на новую жуткую форму Домы.

— ... Результат злоупотребления призывом духов. Вот что у неё получилось. И правда, я её слегка недооценил.

Призыв духа — это магия призыва существа иного мира, живущего совсем по другим правилам. Мана даёт им временное физическое воплощение.

Если призывающий ошибётся, он может лишиться всей маны и умереть от истощения. Если житель иного мира отзовётся на неудачный призыв, то в худшем случае может целую вечность блуждать между мирами.

Между призывателем и призываемым есть чёткие ограничения. Дома сумела ловко оставить лазейку и осуществить призыв. И в некоторых случаях злоупотребление договором может оказаться куда эффективнее. Однако это куда сложнее, чем просто исполнить договор и получить помощь. Это вызывает гнев духа, потому чаще всего плата — жизнь призывающего.

Самая зловещая магия, какая только может быть. Крайняя мера смертника-мага, который распрощался с жизнью. Даже во время войны призывом злоупотребляли редко, и изучавших его людей было немного. Злоупотребление включает в себя сокрытие истинного призыва, сокращение его цены, препятствование возвращение в иной мир и многое другое. Дома же взяла контроль над духами и слила их с собой, приняв удобную для неё форму, она впитала в себя их силу как собственную.

Когда временное тело духа разрушается или мана больше не поступает, он возвращается в свой мир, но можно этому помешать.

— Мрачный город, королевство, «Свистящий демон», мне на всё это плевать. В этом мире не должно быть ничего важнее Домы! Я убью вас и поднимусь в город... Прежде чем это нестабильное тело разрушится, я убью всех на этих землях! Имя Домы никогда не забудут! Имя Домы останется в истории! — возвестила она. Две мощные руки ударили по полу. Весь зал затрясло.

— Умри!

Дома взмахнула огромной рукой.

Ламбер отбился ножнами меча и отскочил назад. Он подхватил Шарль и ушёл от рук противницы. Нежить вокруг была немедленно сметена.

С точки зрения Ламбера скорость Домы не была впечатляющей. Но её переполняла сила духов, к тому же радиус поражения был внушительным.

Даже если попробует напасть, тело Домы изначально было прочным, к тому же в качестве брони на ней были нестабильные духи, не способные вернуться в свой мир. В прямой схватке победить Дому было практически невозможно.

Ламбер поставил Шарль на пол и направил меч на Дому.

Мужчина думал, что противница тут же нападёт, но Дома не приближалась. Своими огромными руками она хватала нежить и закидывала в большой рот.

— Вкусно, вкусно, вкусно-о-о-о-о-о! Как же вкусно-о-о-о-о!

Всякий раз, как она пожирала нежить, её тело раздувалось. На поверхности проглядывались очертания лиц и тел. Обладающее бронёй из духов тело укрепилось плотью нежити.

— Уфу...

От жуткого и страшного зрелища Шарль начало мутить, она присела, прикрыв рот.

— Э-это уже точно никакой не человек...

— С пленённым духом не договориться. Это тело будет разрушено. И судя по состоянию... Интеллект уже угас. Недостатков у неё с излишком.

Как и говорил Ламбер, Дома игнорировала его и ела нежить вокруг. Сросшаяся с женщиной броня из духов не дотягивала до её ментального уровня, и интеллект начал таять.

— Однако... Несмотря на недостаток интеллекта, это всё ещё почти высший дух.

Позади Домы появился огромный хвост, который как будто состоял из трупов нежити. Словно хлыст он ударил Ламбера.

Подхватив левой рукой Шарль, он отбился мечом, уходя в сторону. Прими мужчина подобный удар, так просто не отделался бы. Оставалось лишь парировать.

— Каковы вы на вкус?!

Туша Домы приближалась к ним.

— Л-Ламбер, уходи один... Защищая меня, ты от этого чудовища не сбежишь, — прозвучал слабый голос Шарль. Её ноги дрожали. От страха она больше не могла даже ходить.

— Если сбегу, Дома разрушит эти земли. Неизвестно, сколько продержится это тело... Но как минимум мрачный город не уцелеет.

— Н-но что ты тогда собираешься делать?..

— Разобраться с этим здесь. Остаётся лишь это.

— Это не тот противник, с которым можно справиться! — закричала Шарль, и в это же время Дома подпрыгнула.

Держа девушку, мужчина ушёл в сторону. А тем, где он стоял, в землю врезался огромный кулак.

Глаза на спине приземлившейся Домы следили за Ламбером. Она быстро развернулась и последовала за ним.

Он отступил к стене. Ламбер иногда уклонялся, а иногда парировал удары кулаков ведьмы.

— Почему? Почему не могу угнаться? Дома ведь гений! Гений!

Кулаки проломили стену.

— Чёртов «Свистящий демон»... У них полно неприятных монстров. Некроманты — худшие из людей, но это уже явный перегиб.

Роль Домы — создать в землях графа Парсилиса армию нежити для «Свистящего демона». Это он понял из общения с «Рыцарем кровавого тумана». Но загнанная Дома решила учинить хаос в землях графа.

В отличие от города авантюристов Балайры и святого города Хайнстии вряд ли в землях графа Парсилиса были силы, которые можно было серьёзно оценить. Для «Свистящего демона» подобные действия лишь раскрывали их силу и планы, что заставило бы королевство стать более осторожным. Дома точно действовала по своему усмотрению, не обращая внимания ни на чьи интересы.

Конечно Дома серьёзный враг, но теперь она была и проблемой для «Свистящего демона», который вроде как являлся её союзником. Ламбер не хотел новых жертв, но можно было оставить Дому и позволить ей разрушить земли графа, чем предупредить королевскую семью.

— Точно, точно, мне рук не хватает! Я поняла это, ах, а-а, Дома такая умная!

Из огромного тела выросли ещё две руки. Все четыре конечности с неистовством ударили по Ламберу.

Держа Шарль, он продолжал отступать.

Он постоянно уходил вдоль стен. Они ограничивали варианты для побега, но и достававшей далеко Доме атаковать было сложнее.

Зал затрясло, и сверху посыпались камни. Они попадали на Дому, на миг она остановилась, но и только. Слишком уж была крепкой.

— С-стены не выдерживают. Так этот монстр всё разрушит...

— Вот именно.

Ламбер убрал меч за спину. Взамен поднял топор нежити.

Дома снова атаковала. Тремя скачками Ламбер забрался на стену, а потом прыгнул над Домой. Перелетев через неё, он приземлился на противоположной стороне. Целясь по хвосту, он ударил топором.

Пробив хвост, огромный топор вонзился в пол. Но Дома на это даже не отреагировала. Сейчас даже если ей отрезать хвост, особого вреда ей это не причинит.

Тут зал снова затрясло. Всё ещё находившаяся в руке Ламбера Шарль тут же начала осматриваться. Поддерживающие зал колонны были серьёзно повреждены Домой.

Нет, это Ламбер двигался возле стен, заставляя ломать их. И теперь подземный зал ждал крах. Ламбер через проделанную Домой дыру по коридору побежал в другое помещение.

— Сто-о-о-о-ой!

Дома собиралась за ним, он её огромное тело не двигалось. Обернувшись, она потянулась рукой к рукояти топора, которым пригвоздили её хвост.

— Как ты смел!..

Но до того, как она успела его вытащить, потолок обрушился на неё.

Дома упала. А сверху её засыпали словно дождь копий камни.

Огромное тело обладало соизмеримой силой. Но чем она была крупнее, тем больше камней могло упасть на неё. Уклониться было очень непросто.

— Для Домы здесь ничего не закончится!.. Дома, Дома! Дома, Дома гений! Дома, Дома-а-а-а-а!

Зажатая, она тянулась рукой к Ламберу. Но вот её полностью засыпало камнями.

Держа Шарль, Ламбер двинулся дальше. Разрушительная волна продолжала расходиться.

После решающего боя с Домой, Ламбер вместе с Шарль прошёл по коридору и вернулся на арену. Вместе с бойцами и вынужденными зрителями они покинули разрушающуюся подземную арену.

Возможно из-за того, что арена разрушалась, сидевшая в клетках нежить хлынула в коридоры, но Ламбер с помощью меча пробивался через неё. Добравшись до выхода, он один остановил нежить, пытавшуюся выбраться на поверхность.

И ещё до того, как нежить иссякла, подземная арена окончательно ушла под землю. К этому моменту все влиятельные люди мрачного города уже сбежали от Ламбера подальше. А к выбравшимся бойцам присоединилась куча зевак, заинтересованных тем, что же происходит.

— Казалось, что нам конец... Раз десять думала, что сейчас умру...

Оставив позади разрушившуюся подземную арену, Ламбер и Шарль прошли через толпу и отдыхали в углу широкой улицы. Совершенно вымотанная Шарль уселась на выброшенный кем-то деревянный ящик и тяжело вздохнула.

— Кто же ты такой?..

На её вопрос он промолчал. Из-за такого его недружелюбного отношения девушка надулась, но потом, точно ощутив облегчение, улыбнулась.

— ... Возможно теперь здесь станет спокойнее. Хи-хи. Папа наверняка очень переживает, так что надо бы возвращаться. Теперь меня долго из дома не выпустят, — уставши проговорила она. — Эй, Ламбер, пошли со мной! Ты говорил, что путешествуешь... Но ненадолго ведь можно? Папа точно будет благодарен тебе за то, что ты спас меня! Даст всё, что попросишь! И потренируй меня немного! Я всё равно выйти не смогу, потому времени у меня хватит с лихвой. Правда учителю это точно не понравится, — улыбалась Шарль.

Старик был настроен враждебно по отношению к Ламберу и однажды чуть не скрестил с ним мечи. И явно он не обрадуется, когда узнает, что Шарль попросила Ламбера обучать её сражаться.

— ... Я не могу. Возвращайся одна.

— А... Н-но я хотя бы поблагодарить тебя хочу... И папа наверняка хотел бы с тобой увидеться...

— У меня ещё есть срочные дела, — холодно ответил Ламбер.

— В-вот как... Эй, неужели вообще никак не получится? — Шарль посмотрела на Ламбера. Однако он промолчал.

— ... Значит здесь мы прощаемся. Правда... Спасибо за всё, Ламбер. В любое время, хоть через десятки лет можешь приходить в папин дом... Хотя возможно к тому времени это будет уже мой дом, — она хитро улыбнулась. А Ламбер никак не отреагировал. Шарль с беспокойством посмотрела на него, но вот улыбнулась.

— Ладно, ещё увидимся, Ламбер. Я... Буду надеяться, что мы ещё увидимся!

Встав с ящика, она отряхнула штаны.

— ... Шарль, — наконец мужчина заговорил. — Ты знаешь... Что случилось с твоим дедом и дядями?

— А... Хм... Дедушка... Его не стало ещё до того, как меня удочерили. И... Тебя скорее всего это разозлит... Но папа не любит исполнять свои обязанности лорда и говорить о семье... — она улыбнулась, будто извиняясь, и приложила руку ко лбу. — Но... Когда папа умрёт, тогда всё перейдёт к родне по бабушкиной линии. Наверное... У дедушки не было других братьев.

— У деда тоже? — проговорил Ламбер.

— Эй, Ламбер, так что такое?

— ... Ничего, иди.

— А-ага. Хорошо. И ещё раз... Спасибо, Ламбер.

Шарль поклонилась и ушла.

Довольно ненормально, когда в аристократической семье всего один мужчина. Граф Парсилис был один, но так было не всегда, он остался один после того, как остальные были убиты.

Ламбер думал, что всех их убила Дома, чтобы управлять этими землями, а к нему приставила человека, которым будет командовать графом. Но когда подобное происходит несколько поколений, это уже странно.

Конечно с таким телом Дома была наполовину бессмертной. Она могла быть здесь и при предыдущем лорде, и сделать ровно то же самое.

Но Ламбер предположил другую возможность. И это был самый правильный ответ.

Во всём этом было несколько моментов. Из подземной арены Домы, где она проводила свои эксперименты, огромное количество мифрила, собираемого в землях графа Парсилиса, никуда не уходило.

Действия Шарль тоже были странными. Она была достаточно хороша, чтобы расправиться с головорезами, но такие мечники не были редкостью. Странным было то, что она знала про мрачный город и «Безголовую ведьму». И информатор говорил, что в Шарль есть что-то зловещее.

Она говорила, что хочет спасти подругу, но судя по виду, Шарль была готова к гибели подруги. Какой бы беспечной она ни была, сомнительно, что девушка отправилась бы в мрачный город ради мертвеца.

И Ламбер думал после побега с арены расспросить Шарль. Кроме того воспользоваться тем, что он спас девушку, чтобы приблизиться к графу и продолжить своё расследование.

Но необходимость отпала. Увидев Шарль, Дому и лабораторию ведьмы, Ламбер уже нашёл все нужные ответы.

— ... Прости, Шарль, — проговорил Ламбер, стоя с краю большой улицы.

Ламбер покинул мрачный город Дредду и поскакал на своём безголовом коне Кошмаре. Его цель — дома графа Парсилиса.

В центре земель графа располагались горы, где жили опасные монстры. Обычно люди делали большой круг, но Ламбер мог двигаться по кратчайшему маршруту. А значит можно было добраться до графа быстрее Шарль.

Ламбер собирал информацию в землях графа, но вся она касалась только Домы. Было очевидно, что весь скупаемый мифрил шёл в лабораторию Домы.

Невозможно было подготовиться к войне в землях аристократа, сохранив абсолютную секретность.

Но лаборатория Домы оказалась лишь местом проведения экспериментов. Именно этот неприятный факт всплыл в результате расследования.

Не Дома была центральной фигурой. Она просто была хорошо спрятана от глаз королевства. Есть ещё кто-то, кто контролировал земли графа Парсилиса. И он должен быть у него дома.

Когда Ламбер добрался, было уже темно. Расставшись с конём, он один пошёл по тёмному городу.

— Надеюсь я лишь накручиваю себя... И было бы здорово, если весь мифрил оказался похоронен вместе с лабораторией Домы, — проговорив, Ламбер остановился.

Из тени дома показался десяток солдат. Он их уже видел. Люди графа. Все они были готовы выхватить оружие в любой момент. Некоторые уже держали руки возле рукоятей оружия.

— Чего вам?

— ... Можешь снять шлем? Нам сообщили, что ты можешь служить «Свистящему демону».

— Не могу.

После его ответа, солдаты выхватили мечи.

— Кто первый заговорил об этом? Наверняка ведь кто-то был. Вот он... И служит «Свистящему демону».

Никаких сомнений в том, что тот, кто сообщил об этом, сам служил «Свистящему демону». Не так много людей знали, что Ламбер не может снять шлем. Только восемь мудрецов и те немногие, кто общался с ним.

Некто понял, что разобраться с Ламбером не получится, потому решил прогнать его собственным влиянием. Скорее всего для того, чтобы расследование о пропаже мифрила так и не продвинулось дальше.

— Граф Парсилис? Тройния? Или ещё кто-то из приближённых графа?

— Ламбер-самозванец! Значит ты человек «Свистящего демона»!

Солдаты напали.

Похоже больше он от них ничего не добьётся. Солдаты ничего не знали про связь графа Парсилиса и «Свистящего демона».

Ламбер перчаткой остановил мечи. А потом взмахнул рукой, и сразу троих солдат снесло, оттолкнув остальных, он пошёл дальше. Убийство невинных противоречило его убеждениям. Он не мог их убить.

Раскидав их, он пробежал через город и ворвался в особняк графа Парсилиса. Разбросав охрану, он вошёл в дом.

— Что случилось, господин Ламбер? Почему вы пришли так поздно?

Подойдя к лестнице, мужчина услышал голос сверху. Немолодой и пухлый мужчина держался за поручень.

Граф Парсилис. Добрые и круглые глаза холодно взирали на Ламбера. Рядом с ним были его солдаты.

Ламбер думал, что мирфил скрыт в недоступном от лорда мрачном городе Дредде. Каким бы невежественным граф ни был, его слепоте должен быть предел. Если дело не касалось мрачного города, движение припасов и людей не могло уйти от глаз лорда.

Но вышло именно так. В землях лорда кто-то полностью скрыл своё присутствие и готовился к войне. И это был сам граф Парсилис.

Во время расследования Ламбер понял, что мрачный город Дредду специально кто-то основал. И умело продолжал его поддерживать.

Пока мужчина не попал на подземную арену, он думал, что это «Безголовая ведьма» Дома. Но встретившись с ней Ламбер понял, что это невозможно. Дома была высокомерной и эгоистичной, её волновали лишь собственные исследования и слава. Вряд ли такой человек потратит время и силы на возведение мрачного города Дредды. И маловероятно, что она строила хитрые планы и придумала, как подчинить семью графа Парсилиса.

А ещё не было похоже, что «Свистящий демон» сильно полагался на Дому. Оказавшись на грани смерти, женщина решила просто всё разрушить. Если ей доверили важную силу, должен быть приставлен сторожевой пёс.

И если за всем стоял граф Парсилис, это всё объясняло.

Он был связан со «Свистящим демоном», и раскрыть его можно было только после очень серьёзного просчёта. Даже королевство не разглядело никаких подозрительных действий.

Он выдавал себя за некомпетентного, к тому же построил город Дредду, создав ситуацию, когда нельзя контролировать все земли.

Вся информация, которая вела к Доме, теперь была связана с графом Парсилисом.

— Ты связан со «Свистящим демоном», Парсилис. Я считал тебя трусом, но ты оказался самозванцем.

Выражение на лице графа после этих слов не изменилось. Он смотрел также безразлично. Солдат это тоже не смутило, они оставались такими же спокойными. Похоже они знали, кем является граф Парсилис.

— ... Двести лет назад в королевстве Лораул был проклятый род Делбеук, искусный в разработке планов, — начал говорить Ламбер, глядя на Парсилиса. А на лице услышавшего это мужчины появилась улыбка. — В семье Делбеук было пятеро сыновей, и их личности разрушили, внедряя с помощью магии в мозг воспоминания и стремления главы... Как я слышал. А ещё у них была кровавая традиция, по которой новым главой становился тот, кто убивал предыдущего и прочих наследников. Таким образом они пытались воссоздать первого главу рода, который считался истинным гением.

Ламбер направил меч на графа Парсилиса.

— Парсилис, ты потомок рода Делбеук. Вот уж не думал, что ты сумеешь так укорениться в Региосе двести лет спустя. Не зря вас боялись как кукловодов.

Граф убил отца и братьев. Судя по словам Шарль, то же относилось и к его предшественникам.

Вначале мужчина подумал, что это сделала Дома, чтобы контролировать семью графа, но это не так.

В конце войны аристократы нередко бросали свою родину, сбегали в другую страну и жили там уже в качестве совершенно новой аристократической семьи. Всем были нужны свежие силы, средства и информация о врагах. Чтобы не допустить бунты, они приветствовали людей разрушенных стран, и кто-то соглашался на выгодных условиях участвовать в пропаганде.

Семья Делбеук пыталась договориться со всеми, они постоянно перемещались из страны в страну, и в итоге остановились в землях победителя — королевстве Региос. И тайно продолжали свою проклятую традицию в течение двухсот лет.

— Похоже герой войны и правда стал нежитью. Тебе известно название моей исчезнувшей семьи. И всё же я впечатлён твоей внимательностью. Происхождение моей семьи менялось из поколения в поколение, так что даже я не знаю всего наверняка.

— Почему даже двести лет спустя вы занимаетесь этими глупостями? Война уже закончилась!

— Ты же уже должен был понять? Ещё ничего не закончилось. Мы просто ждали, пока королевство Региос забудет о войне и станет упиваться миром, — граф не отводил глаз, а уголки его губ приподнялись. — Ты насмехаешься, называя это глупостью, но для меня это смысл жизни. Мы делаем это, чтобы наш господин стал королём. И если не получится, значит всё, что было сделано моим родом, — напрасно. Ты же простолюдин, разве не понимаешь?

— Шарль... Она верит, что Дома угрожала тебе. Потому, рискуя собой, отправилась в мрачный город одна!

— Хм, — граф заморгал.

Шарль слишком много знала про мрачный город. Это считали странным даже местные торговцы информацией. Скорее всего у неё была информация от истинного правителя Дредды, графа Парсилиса.

Девушка говорила, что хочет спасти подругу, но вряд ли она сунулась бы в опасное место ради подруги, которую давно не видела и которая скорее всего уже была мертва. Хоть Шарль и жалела её, но уже всё понимала. Девушка успела смириться.

Не пользуясь помощью солдат, она много раз собирала информацию, пренебрегая опасностью, ради самого графа. Если Домы не станет, Дредде придёт конец, и Парсилис станет законным правителем, вот во что она верила.

— Да, я знаю. Именно я подтолкнул её к этому, — спокойно сказал граф, будто это ничего не значило. — Смерть приёмной дочери была бы отличной причиной, почему я пренебрегаю своими делами. Какую бы ошибку я ни совершил, королевская семья не усомнится в моих намерениях. Для этого ей всего лишь надо было умереть ужасной смертью в мрачном городе.

— Сделать подобное...

— Подобное?.. Послушай, Ламбер Делакруа, жизнь одного бедного ребёнка ничего не стоит, если она решит исход сражения. Не знаешь ли ты одного милосердного генерала? Когда он стал мешать, королева избавилась от него, — граф тяжело вздохнул, видя, как поражён Ламбер. — Я с самого начала взял Шарль, чтобы её убили. Но появления человека, поправлюсь, монстра вроде тебя нарушило все мои планы. Если бы мудрецы предупредили раньше, я бы мог что-то сделать.

— ... Хватит. Мне незачем вести беседы с тобой.

Ламбер вытащил меч и ступил на лестницу.

— Но позже я детально тебя расспрошу обо всём.

— Эй, вперёд. Останови этого демона.

Точно в ответ, из-за спины графа показалась фигура. Она ловко перепрыгнула через поручень и приземлилась на самый центр лестницы.

Пожилой мечник в лёгких доспехах, Тройния. Суровым взглядом, не соответствующим возрасту, он уставился на Ламбера.

— С тех пор, как ты убил королевских следователей, прошло уже двадцать лет. Наконец снова можешь быть серьёзным, Тройния. Твои навыки ведь не притупились? Махай мечом столько душе угодно.

— Как пожелаете, господин, — холодно ответил Тройния.

Больше не было того старого мечника, который словно бы помыкал своим хозяином. Такими были Парсилис и Тройния на самом деле.

— Покажи своё искусство меча генералу-призраку, Тройния!

Тройния атаковал Ламбера своим мечом.

Мужчина отбился и подбросил противника в воздух. Он собирался продолжить наступление на врага, который ничего не мог сделать в воздухе.

Казалось, от атаки не уйти, но Тройния оттолкнулся от потолка и приземлился на пол, уходя от лезвия. И тут же зашёл за спину Ламбера.

Обернувшись, мужчина отступил, уходя от атаки Тройнии из слепой зоны.

И при этом попытался отрубить выставленную руку с мечом. Однако старик ушёл вбок, в последний миг уклонившись от меча, оттолкнулся от пола и увеличил дистанцию.

— Когда мы сошлись в тот раз, ты специально притворился, будто уступаешь. Я впечатлён, впервые кто-то смог сохранить руку в бою со мной.

Отпрыгивая вбок, Тройния поднимался по лестнице, блокируя Ламбера.

— Отличные навыки. Ты смог сохранить их в это мирное время и не заржаветь.

Тройния не отвечал ему. Зато заговорил наблюдавший сверху граф.

— Семья Тройнии служит моему роду с тех времён, когда мы были в королевстве Лораул. В течение двухсот лет они оттачивали свои навыки ради этого дня. Скорее всего мы родились лишь для того, чтобы отправить проклятого героя обратно в ад.

Ламбер продолжал нападать. А Тройния ловко прыгал по ступенькам, уклоняясь и двигаясь вокруг Ламбера.

Когда мужчина открылся, Тройния быстро подошёл и ударил. Ламбер отступил и увернулся, отбиваясь от меча противника и пытаясь заставить его открыться. Старик ушёл по дуге и прыгнул на дальние ступеньки.

Казалось, что преимущество у Тройнии. Но на лице сдерживавшего Тройнии выступил пот, а от страха и волнения он побледнел. Битва длилась всего несколько секунд, но Тройния был уже весь изранен. Будучи отличным мечником, старик понимал, какая между ними разница. Ему стало очевидно, что его клинок не достанет до Ламбера, у него просто не было умений, позволявших сделать это.

Тройния умел читать действия врага. Чем больше сражений, тем лучше человек мог определить, как же поступит его противник.

Но теперь это умение останавливало его. Он видел: куда бы он ни ударил, Ламбер убьёт его.

Вначале Тройния наносил удары из позиции, откуда Ламбер не мог его достать. Однако было не похоже, что он доставал. К тому же чем дольше они сражались, тем резче становились движения Ламбера. Это означало, Что Ламбер уже начал отлично улавливать движения Тройнии.

Даже лучшее оружие старика, умение просчитывать движения врага, уступало тому, что было у Ламбера.

Тройния с самого начала знал, что в искусстве фехтования, скорости и силе Ламбер превосходит его. А раз он ещё и действия просчитывает лучше, старику не победить, сколько бы он не пытался.

— Великолепно. С такими навыками ты мог бы стать даже генералом во время войны за объединение. Только твой противник я.

Выставив меч, Ламбер сменил стойку. Со лба Тройнии капали большие капли пота. Он понял, что Ламбер перешёл в наступление.

— ... Простите, господин, — тихо проговорил Тройния и бросился на Ламбера. Он сделал это, потому что понимал, что уловки уже бессмысленны.

Выкрутив всё тело, он прыгнул, нанеся самый быстрый удар. Он не думал о том, что будет после, нацелившись лишь на убийство того, кто превосходил его. Стремительное остриё меча направлялось к груди Ламбера.

А тот взмахнул мечом ещё быстрее, встречая Тройнию. Меч в руке сломался, и тело старика было разрублено пополам.

Заливая лестницу кровью, ноги Тройнии скатились по ступенькам. А верхняя часть тела, попав по доспехам Ламбера рукоятью сломанного меча, упало вниз.

Граф Парсилис закрыл глаза и начал аплодировать.

— Великолепное сражение, Тройния.

Открыв глаза, он протянул руку солдату, стоявшему рядом.

— Дай мне меч. А потом уходите по другой лестнице.

— Но мы не можем бросить вас, граф Парсилис...

— У вас ещё есть работа. И у него не так много времени, чтобы охотиться за простыми солдатами.

— Простите нас, граф Парсилис...

Солдат передал ему меч. Когда он взял его, его подчинённые сбежали. Вытащив оружие из ножен, мужчина посмотрел на лезвие, а потом глубоко вздохнул.

— Что ты!..

Ещё до того, как Ламбер понял, граф вонзил меч себе в грудь.

Отхаркнув кровь, граф Парсилис испачкал свою дорогую одежду, а потом с мечом в груди прислонился к стене. Опустив взгляд на окровавленную одежду, он довольно прикрыл глаза. А потом взглянул на Ламбера.

— ... Ты с самого начала понимал, что Тройнии меня не победить, — обратился Ламбер к графу, прислонившемуся к стене.

Тот не ответил, но было видно, что он ещё жив. Мужчина всё ещё находился в сознании.

— Ты знал, что из мрачного города Дредды я приду сюда. Иначе не было бы смысла наговаривать на меня. В таком случае почему ты не сбежал?

Взглянув на меч в груди, граф снова посмотрел на Ламбера. Спокойно и бесстрашно он улыбнулся.

— Если бы сбежал, не смог бы исполнить свою роль. Я победил, бывший генерал Органа. Ты же понимаешь, что происходит?

— ...

Ламбер не ответил, но понял, что пытался сказать Парсилис. Он не должен был сбежать. Граф остался в особняке, зная, что придёт Ламбер, и исполнил свою последнюю роль.

— Ты ворвался в мой особняк... Убил старого помощника и хозяина. Хи-хи... Хи-хи, а ведь меня любят жители. Хоть и говорят, что я некомпетентный.

— ... Ты отдал свою жизнь, чтобы ограничить меня в действиях?

— Теперь на моих землях все знают, что ты союзник «Свистящего демона». Ты мог бы что-то сделать, набрать людей и поймать меня. Но после того, как я и Тройния умрём, ты будешь считаться злодеем.

На губах графа появилась зловещая улыбка.

— Увы, бывший генерал Ламбер. Больше у тебя нет места в этих землях. Могу я просить тебя удалиться?

— Вот что ты сделал, кукловод! — не сдержался Ламбер.

Теперь расследование мужчины стало бессмысленным. Никто ему не поверит. Если пойдёт в город, он поднимет лишь испуганные крики.

Конечно это было не невозможно. Но на повторный сбор информации уйдёт слишком много времени. От него будут в страхе разбегаться, а люди графа станут преследовать его.

К тому же в сговоре были замешаны и солдаты, и насколько связь укоренилась среди обычных людей, сказать точно было нельзя. Причинять вред простым людям он не хотел, но если продолжит расследование, избежать этого не получится.

Придя в земли графа, Ламбер уничтожил лабораторию, где производили нежить. А ещё был убит граф Парсилис, чей род уже двести лет прятался в Региосе.

Однако главной цели, выяснить, куда отправляют мифрил, он так и не достиг.

Для сокрытия распространения мифрила использовали мрачный город Дредду. И раз в этом был замешан граф Парсилис, отследить металл стало куда сложнее, чем достать делавшую всё, что ей захочется в Дредде, Дому.

К тому же теперь его даже слушать никто не станет. Даже если попробовать продолжить расследование, на получение результатов уйдёт очень много времени.

И раз граф изначально готовился к смерти, полезной информации в особняке остаться не должно. Всё наверняка уже уничтожено.

Ламбер направил лезвие меча на графа Парсилиса.

Во время войны семья Делбеук полагалась не на оружие, а хитрость. Даже после окончания войны, они все двести лет продолжали сражаться. Это было видно по способностям Тройнии.

Смысла допрашивать графа не было. Он был готов к смерти. Решился покончить с собой.

— Род Делбеук — это аристократы королевства Лораул. Может и «Свистящий демон» — остатки этого королевства?

Были и другие основания считать так. «Рыцарь кровавого тумана» носил доспехи из дарлайта, которые могли выковать лишь в Лорауле.

Эта страна одна из первых выпала из войны. Их нельзя было назвать слабыми, но страна была меньше остальных.

Лораул находился зажатым между двумя странами. Одни боялись их превосходящей магии. Вторые нацелились на богатые ресурсы.

Создав временный союз, они одновременно напали на Лораул. Делбеуки уже были изгнаны в другую страну к этому времени.

Ламбер тогда считал, что они просто бросили свою родину, не видя здесь перспектив. Но прошло двести лет, и потомки этого рода оскалили зубы против Региоса.

Семья Делбеук не бросала свою страну, Лораул знал, что падёт, и, нацелившись на возрождение, отправили Делбеуков в другую страну.

— Хи-хи, увидеть бы это лично. А теперь обрушь свой меч. Хоть я и сделал это, но всё же являюсь трусом.

— ... Ответь на последний вопрос, — держа меч, спокойно говорил Ламбер.

— Ты явно недооцениваешь меня, раз считаешь, что я теперь заговорю.

— ... Почему ты не оставил сына, Парсилис? Вашей давней мечтой было захватить Региос и далее процветать в новой стране. Потому в течение двухсот лет вы предавали всех вокруг и выживали.

Граф Парсилис не интересовался политикой, и поговаривали, из-за шока из-за того, что его отца и братьев убили, он не думал жениться. Пусть и безответственно, это было вполне убедительно.

Сам граф выглядел робким и хорошим человеком. Можно было подумать, что он боится, что и его детей могут убить.

Но всё оказалось иначе. Всё было ложью. Граф Парсилис был жестоким и расчётливым человеком.

Беспокоивший графа мрачный город Дредда был его собственным порождением. И его травма вследствие смерти отца и братьев была подстроена им же. Но ничего из этого не объясняло, зачем он решил положить конец своему роду на себе.

— ...

Граф молчал. Ламбер понял, что говорить тот не собирался, отвёл меч и уже собрался занести его. Но тут Парсилис тихо заговорил:

— ... Роль нашего рода — служить нашему господину. Если его желание исполнено, нашему кровавому клану более нет места в этом мире.

— Это не повод так всё закончить. Вы ещё могли пригодиться.

— ... В таком случае мои сыновья поубивали бы друг друга и меня. Я знал, что война закончится на моём поколении. И когда это случится, рано или поздно, мой род станет бессмысленным. И я... Не хотел, чтобы мои дети как и я ощутили себя ненужными.

Меч в руке Ламбера слегка опустился.

Его и самого посчитали ненужным в конце войны, потому повелитель и лучший друг предали его.

— Возможно ты мне не поверишь... Шарль не знала ни о чём, кроме того, что я как-то связан с Домой. Потому, если это возможно, не трогай её, — сказал граф и закашлял кровью. Голос становился всё слабее. Было ясно, что осталось ему недолго.

— ... Ты удочерил девочку, которая не могла стать преемницей, чтобы семья рода Делбеук не коснулась её?

Парсилис больше ничего не ответил. Ламбер понял, что больше он говорить не собирается. Он взмахнул мечом и отрубил голову графа Парсилиса.

Взглянув на упавшую на пол голову графа Парсилиса, Ламбер убрал меч за спину. Больше здесь было нечего делать.

Его всё ещё беспокоил мифрил, но больше он не мог задерживаться в этих землях. «Свистящий демон» лишился армии нежити Домы, которая должна была стать частью их сил.

Число мудрецов тоже сокращалось. Если всё верно, они потеряли «Трупного старика» Мандзи, «Улыбающегося шута» Лулукк, «Плетущего истину» Шаруроба, «Горшка жуков» и «Розу полумирья» Албану, и осталось их лишь трое.

Вряд ли теперь они решат начать всё с нуля. Враги нападут до того, как королевство успеет насторожиться. И теперь было неизвестно, успеет ли он закончить поиски мифрила.

К тому же со временем дурная репутация Ламбера разойдётся по всей стране. Так же как двести лет назад. Действовать в столице будет сложнее.

— ... Отличная работа, кукловод. Это битва за тобой.

Погибнув, граф Парсилис изгнал Ламбера со своих земель и защитил мифрил. При том, что первоначально мужчина хотел найти, куда направляется мифрил, он проиграл в бою с графом.

— Однако я непременно сокрушу твоего господина.

Сказав это, Ламбер вспомнил, каким печальным был граф. Он мог жить лишь как потомок кукловодов.

Узнав, кем является Парсилил, Ламбер подумал, что его доброжелательный нрав лишь маска. Но это было не так. Иначе он бы не стал последним потомком кукловодов.

— ... Таких как ты больше не будет. Я положу конец войне за объединение раз и навсегда.

Снизу прозвучало что-то вроде взрыва.

По лестнице начало подниматься пламя. Похоже слуги графа подожгли особняк по его приказу.

Такое пламя не могло навредить Ламберу. Он мог спокойно вырваться. Скорее всего граф приказал сжечь дом, чтобы уничтожить все следы и не дать никому узнать, что он является кукловодом.

К тому же можно было обвинить Ламбера в том, что это он сжёг особняк. Скорее всего это посеет среди людей ещё больший страх нежели простое убийство.

По горящей лестнице Ламбер спустился на первый этаж.

И тут небольшая тень набросилась на него из слепой зоны. Защитившись перчаткой, Ламбер отбросил её. Противник врезался в горящую стену и упал, но тут же поднялся и направил меч на Ламбера.

Перепачканным маленьким мечником оказалась Шарль. Заплаканными глазами она смотрела на Ламбера.

Судя по словам графа, девушка считала, что ему угрожала Дома. Ради отца она искала управлявшую мрачным городом Дому. И когда девушка уже решила, что всё получилось, обнаружила, что отец граф Парсилис и учитель Тройния мертвы, а особняк горит.

— Почему... Почему ты убил папу?! Почему?! — кричала она.

— Граф Парсилис...

Граф Парсилис был потомком легендарных заговорщиков, кукловодом. Обнажив клыки на Региос, он использовал мрачный город Дредду в качестве укрытия, работал с некромантом Домой, которая убивала простых людей, и собирался принести свою приёмную дочь Шарль в жертву.

... Сказать всего этого он не мог.

— Граф Парсилис сыграл свою роль. Как и «Безголовая ведьма» Дома.

Поражённая Шарль уставилась на Ламбера.

Она лишилась сил и чуть не выронила меч. Но тут же собралась и снова напала на Лембера.

Отбившись перчаткой, в этот раз он замахнулся и толкнул девушку сильнее. Шарль подлетела и упала на сгоревшие обломки.

— Госпожа Шарль! Так нельзя! Уходим отсюда скорее!..

Прибежавший солдат поднял девушку.

Ламбер посмотрел ему в глаза.

Это он передал графу меч. Среди солдат были обычные люди и те, кто знал, что граф работает на «Свистящего демона». Этот был из вторых.

Ламбер взял рукоять меча, но тут же убрал руку. Повернулся спиной и ушёл.

— Стой, Ламбер! Ламбер! Почему... Почему?!

Крики Шарль звучали всё дальше. Он раскидал преследовавших его солдат и ушёл.

На окраине прозвучало ржание коня. Огромный безголовый конь ждал своего хозяина. Кошмар. Поражённые его видом солдаты не рискнули подходить ближе.

Ламбер тем временем сел на коня, разогнал всех и покинул земли графа Парсилиса.

В этих землях он уже не мог очистить своё имя. Вся правда о графе была потеряна в огне. Больше никто не узнает, что он был человеком «Свистящего демона». Не было причин перекладывать это бремя на Шарль.

— ... Я уже привык к клейму, — одиноко проговорил он, сидя на спине Кошмара.

Следующая цель — столица. Скорее всего там пройдёт решающая битва со «Свистящим демоном».

И... Там он снова встретится с Грифом, которого видел в святом городе Хайнстии. Ламбер был убеждён в этом.

Страница книги Немёртвый бывший генерал в интернете

Table of Contents

0 Начальные иллюстрации

1 - 0.1

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 10.2

1 - 10.3

1 - 10.4

1 - 10.5

1 - 10.6

1 - 10.7

1 - 20.2

1 - 20.3

1 - 20.5

1 - 20.6

1 - 20.7

1 - 20.8

1 - 20.9

1 - 21

1 - 21.1

1 - 21.2

1 - 21.3

1 - 21.4

1 - 21.5

1 - 21.6

1 - 21.7

1 - 30.2

1 - 30.3

1 - 30.4

1 - 30.5

1 - 30.6

1 - 30.7

1 - 30.8

1 - 30.9

1 - 31

1 - 31.1

1 - 31.2

0 Начальные иллюстрации

2 - 1

2 - 1.2

2 - 1.3

2 - 1.4

2 - 1.5

2 - 1.6

2 - 1.7

2 - 1.8

2 - 2

2 - 2.2

2 - 2.3

2 - 2.4

2 - 2.5

2 - 2.7

2 - 3

2 - 3.2

2 - 3.3

2 - 3.4

2 - 3.5

2 - 3.6

2 - 3.7

2 - 4

2 - 4.2

2 - 4.3

2 - 4.4

2 - 4.5

2 - 5

2 - 5.2

2 - 5.3

2 - 5.4

2 - 5.5

2 - 5.6

2 - 5.7

2 - 5.8

2 - 5.9

2 - 6

2 - 6.2

2 - 6.3

2 - 6.4

2 - 6.6

2 - 7

2 - 7.2

2 - 7.3

2 - 8

0 Начальные иллюстрации

3 - 1

3 - 1.2

3 - 1.3

3 - 1.4

3 - 1.5

3 - 2

3 - 2.2

3 - 2.3

3 - 2.4

3 - 2.5

3 - 3

3 - 3.3

3 - 3.4

3 - 3.5

3 - 3.6

3 - 3.7

3 - 3.8

3 - 3.9

3 - 4

3 - 5

3 - 6

3 - 7

3 - 40.2

3 - 40.3

3 - 40.4

3 - 40.5

3 - 40.6

3 - 40.7

3 - 40.8

3 - 40.9

3 - 41

3 - 50.2

3 - 50.3

3 - 50.4

3 - 50.5

3 - 50.6

3 - 50.7

3 - 50.8

3 - 50.9

3 - 51

3 - 60.2

3 - 60.3

0 Начальные иллюстрации

4 - 1.1

4 - 1.2

4 - 1.3

4 - 1.4

4 - 2.1

4 - 2.2

4 - 2.3

4 - 2.4

4 - 2.6

4 - 2.7

4 - 3.1

4 - 3.2

4 - 3.3

4 - 3.4

4 - 4.1

4 - 4.2

4 - 4.3

4 - 5.1

4 - 5.2

4 - 5.3

4 - 5.4

4 - 5.5

4 - 5.6

4 - 5.7

4 - 6

0 Начальные иллюстрации

5 - 1.1

5 - 1.2

5 - 1.3

5 - 1.4

5 - 1.5

2.1 Мрачный город Дредда

5 - 2.2

5 - 2.3

5 - 2.4

5 - 2.5

5 - 3.1

5 - 3.2

5 - 3.3

5 - 3.5

5 - 4.1

5 - 4.2

5 - 4.3

5 - 4.4

5 - 4.5

5 - 5.1

5 - 5.2

5 - 5.3

О книге