На черно-белом табло высвечивались два числа: 2 - 0

Зрители кричали от восторга, двадцать игроков бегали по футбольному полю, а их вратари охраняли ворота своих команд.

Ноэль мчался по линии, его взгляд метался между защитниками команды соперника и его капитаном, который также был полузащитником.

Три игрока другой команды немедленно побежали вперед, чтобы блокировать его, а еще двое побежали на перехват своего капитана. Забив уже два гола, они знали о смертоносности Ноэля на поле, особенно в паре с блестящими передачами его капитана.

Даже будучи блестящим игроком, капитан не смог выдержать натиск с обеих сторон и был вынужден отдать мяч.

– Ноэль! – крикнул он, прежде чем пнуть мяч в сторону Ноэля.

Ноэль, уже предвидя это действие, удвоил свою первоначальную траекторию бега и сумел оторваться от трех защитников, прикрывавших его. Синхронизация между ними была точной: мяч идеально приземлился у его ног, и он продолжил дриблинг к воротам соперника.

– Черт, опять этот парень! Блокируй его! Захвати его, если придется!

Ноэль слышал, как капитан другой команды выкрикивал приказы, но он не обращал на это никакого внимания.

Ветер проносился мимо его ушей, когда он ускорялся, а рев толпы становился все более приглушенным. Ноэль почувствовал, что все глубже концентрируется, и на мгновение ему показалось, что он ощущает положение каждого человека на поле.

Три, нет, четыре игрока бросились вперед, чтобы перехватить его. Глаза Ноэля сузились, а мышцы напряглись от такого вызова, и прежнее выражение напряженности превратилось в ухмылку. Ну давайте поиграем.

Первый, их свирепый центральный защитник с внушительным телосложением, побежал к Ноэлю. Хотя он был крупнее Ноэля, имевшего более стройное телосложение, он не был быстрее. Не был он и более опытным.

Он легко проскочил мимо защитника, не прилагая к этому никаких усилий. Ноэль заметил изумленный взгляд противника, который в недоумении смотрел, как он легко обходит его защиту.

Второй и третий набросились на него вместе, инициируя двухсторонний подход с левой и правой стороны. Немного сложнее, но ничего такого, с чем я не смог бы справиться.

Ноэль поймал мяч, описав окружность, избежал захвата одного игрока и тут же возобновил дриблинг, чтобы избежать столкновения с другим.

– ...и он обманывает №35 и 71, с легкостью проходя мимо них! Последний защитник стоит на его пути, Ноэль Миллер имеет превосходный шанс! – крикнул диктор, комментирующий матч.

Ноэль продолжал вести и перекатывать футбольный мяч между ног, заметив последнего защитника перед собой и выражение решимости на его лице.

'Какой страшный, он выглядит так, будто готов переломать мне ноги, лишь бы остановить меня...'

Как он и ожидал, защитник бросился вперед и пошел в скользящий захват, стремясь вырвать мяч из под ног Ноэля и остановить его, казалось бы, безостановочное продвижение.

К несчастью для защитника, такой подход был слишком очевиден, и его также легко было обмануть.

В тот момент, когда скользящий захват приближался к ногам Ноэля, он позволил мячу откатиться назад и подбил его в воздух пяткой, а затем прыгнул, чтобы избежать скользящего захвата.

Ноэль облизал уголок губ – привычка, которая всегда проявлялась, когда он собирался забить гол – и приземлился за спиной последнего защитника с мячом, снова надежно зажатым между ног.

Поскольку вратарь теперь был его единственной преградой, Ноэль задрал ногу назад и с размаху ударил ею!

Существовала целая наука в определении того, в какой угол ворот нужно целиться, когда забиваешь гол. При этом нужно было учитывать дюжину факторов: куда он раньше бил, когда пытался забить гол, линию взгляда вратаря, куда он смотрит – на правую или левую ногу, какая сторона у вратаря доминирующая и т.д. и т.п.

Для Ноэля эта часть игры, где большинство игроков задыхаются или колеблются, всегда была для него естественной.

Когда его ноги ударялись о футбольный мяч, ощущая столь знакомое сопротивление резиновой поверхности черно-белого шара, Ноэль размышлял о том, что это, вероятно, то, в чем он лучший...

Мяч пролетел мимо вратаря, едва задев кончики его пальцев, и влетел в левый верхний угол ворот.

– ГОООЛ!!! Ноэль "Вундеркинд" Миллер сделал это снова, его третий хет-трик подряд в этом сезоне! 3 - 0, дамы и господа! В последние три минуты игры вся надежда для Вестфилдской школы, похоже, потеряна! – возбужденно кричал диктор, к которому присоединилась ровно половина ревущих болельщиков с трибун.

Ноэль побежал к своей команде, которая торжества окружила его.

– Молодчина!

– Отличный удар, Ноэль!

Подхватив дух команды, Ноэль болел вместе с ними.

– Черт, черт, черт! Нахер этого парня! Что он за монстр!? – Один из защитников противоположной команды завыл от разочарования.

Другой беспомощно смотрел на Ноэля: – Говорят, он начал играть в футбол только год назад... он действительно ненормальный!

----------

Конечно, все это было лишь старым воспоминанием...

Я посмотрел вниз на свои искалеченные ноги, и мой кулак с горечью сжал одеяло, покрывающее мои бедра.

Прошло три года после автомобильной аварии, в результате которой меня парализовало ниже пояса.

После окончания школы мне предложили полную футбольную стипендию для обучения в колледже лиги плюща. На третьем курсе колледжа я занял первое место в рейтинге перспективных игроков Высшей лиги футбола. Это означает, что каждый футбольный клуб в Америке стремился заполучить меня, когда я закончу школу.

//Лига плюща (англ. The Ivy League) — ассоциация восьми частных американских университетов, расположенных в семи штатах на северо-востоке США. По-видимому, очень престижное место

Однако во время учебы в колледже...

Достаточно было одного пьяного водителя, заснувшего за рулем, чтобы перечеркнуть мою бурно развивающуюся карьеру профессионального футболиста.

На некоторое время я попал в заголовки новостей.

"Трагический несчастный случай положил конец футбольной карьере драфта № 1!"

"Пьяный водитель парализует гениального футболиста!"

"Вундеркинд парализован!"

Эти и другие подобные заголовки привлекли внимание нации на неделю или около того, пока все не забыли обо мне, которого когда-то называли "американским соперником Мбаппе" и "американским Месси". Мир оставил меня позади. Скауты, фанаты, контракты – все это растворилось в воздухе в тот момент, когда все узнали, что я больше никогда не буду ходить, не говоря уже о том, чтобы играть в футбол.

В конце концов, без способности играть в футбол я был бесполезен для этих людей.

Хуже всего было то, что моя семья была финансово опустошена из-за моего несчастного случая. Оказалось, что водитель, сбивший меня, был директором крупной компании. Используя свои огромные ресурсы: бесконечные суммы денег и армию адвокатов, им каким-то образом удалось доказать, что я был не прав.

Используя свои связи и деньги, он манипулировал СМИ. Меня выставили как правонарушителя, и моя репутация была опорочена. Каждый аспект моей жизни тщательно изучался и препарировался сетевыми троллями. Общественное мнение ополчилось против меня, и даже моя семья и друзья подвергались нападкам просто по ассоциации. Мои так называемые друзья и товарищи по команде делали вид, что не знают меня, чтобы избежать травли со стороны СМИ.

В итоге пьяный водитель не только не был осужден за какие-либо преступления, но даже не должен был оплачивать мои больничные счета. Это привело к тому, что ограниченные финансы моей семьи истощились, и им пришлось выложить десятки тысяч долларов за мои больничные счета. И даже этого оказалось недостаточно. Моя семья оказалась глубоко в долгах только ради того, чтобы сохранить мое здоровье.

Моя семья была скромного достатка. Мой отец был "синим воротничком", а мама – официанткой в закусочной. Те небольшие деньги, которые они зарабатывали, позволяли им едва сводить концы с концами, воспитывая сына. Моя футбольная карьера должна была изменить все это, позволив моим трудолюбивым родителям выйти на пенсию и больше не работать так тяжело, чтобы прокормить себя.

Я должен был позволить им жить в роскоши и расслаблении. Но в результате неудачного поворота событий я стал еще большим бременем для своей семьи. Я мог получать лишь скудную поддержку от правительства в виде выплат по инвалидности.

Но из-за моих больничных счетов оба моих родителя устроились на вторую и даже третью работу. Однако трагедия порождает еще большую трагедию, так как мой отец перегружал себя работой, чтобы поддержать возросшее финансовое бремя, и скончался от сердечного приступа через два года после моего несчастного случая.

Моя мама осталась одна, и ей пришлось работать еще больше, чтобы содержать меня одной. Казалось, что в большинство дней у нее есть только час на сон, поскольку она работала в три смены в трех разных закусочных, чтобы поддержать нас.

Хотя она никогда открыто не винила меня за те трудности, через которые мне пришлось пройти моей семье после аварии, по пустому взгляду в ее глазах я понимал, что она близка к тому, чтобы расстаться с жизнью.

Нетрудно представить, какая внутренняя борьба шла у нее в голове. С одной стороны, я был ее сыном, и поэтому она любила меня и заботилась обо мне. Вернее было бы сказать, что она чувствовала себя обязанной любить и заботиться обо мне...

А с другой стороны, она была заперта в кошмарной жизни, обремененная бесполезным сыном, который впал в депрессию вскоре после того, как понял, что больше не может играть в футбол.

Она не могла принять решение, бросить меня или нет. Поэтому я принял его за нее.

Я выехал из нашей квартиры, проезжая пандус, который мы установили для меня за немалую сумму. В одиночку я бездумно начал катить себя в сторону одной из оживленных дорог в моем районе.

Я подумал, что это будет поэтично... я умер внутри, когда меня сбила машина три года назад. Так что вполне возможно, что на этот раз я умру по-настоящему, тоже от машины. Мама будет немного грустить вначале, когда меня не станет, но я был уверен, что она быстро с этим справится и начнет жить своей лучшей жизнью.

По крайней мере, таков был мой первоначальный план. Дело в том, что планы... они никогда не идут совсем не так, как ты думал.

Дойдя до оживленного перекрестка, я наклонился вперед и посмотрел на встречный поток машин. Я выбирал, какая машина убьет меня сегодня.

Это должно было быть что-то существенное, со значительным весом, чтобы убедиться, что на этот раз я действительно умру, а не просто получу травму и отправлюсь в больницу только для того, чтобы моя мама получила еще больше долгов.

Так что седан или аналогичный автомобиль совсем не подходил.

Автобус или грузовик, возможно, даже внедорожник. Что-то, что позволит мне умереть мгновенно, не испытывая сильной боли, было бы идеально.

Я ждал на перекрестке идеального автомобиля и возможности покончить с собой, периодически игнорируя предложения помочь перейти дорогу от добрых незнакомцев.

Как раз в тот момент, когда я заметил идеальный автомобиль – белый грузовик, который ехал со скоростью 100 км/ч – мимо меня на дорогу внезапно выкатился мяч.

– Ах, мой мяч!

Я услышал детский крик позади себя и повернулся, чтобы увидеть ребенка, бегущего за мячом. Боже, где его мама? Разве это не очень опасно?

Мое сердце замерло, когда я понял, что грузовик все еще едет на полной скорости.

Этот парень, он собирается... Я должен остановить его.

Инстинктивно я попытался встать, но вспомнил, что мои ноги уже давно отказали. Однако времени ни на что другое не хватало. Казалось, что никто больше не собирается ничего делать, и если я не сделаю что-нибудь, то ребенок закончит так же, как я...

Прежде чем я осознал происходящее, я уже оказался в воздухе: с помощью рук я выбросился из инвалидного кресла и полетел в сторону ребенка.

Чудом мне удалось дотянуться до ребенка и оттолкнуть его с дороги. Мальчик упал на обочину, ободрав колено и испытывая боль, но, по крайней мере, не на пути грузовика.

Последнее, что я помню, это пронзительный звук резиновых шин, сгорающих от трения об асфальт, затем громкий удар, а также тошнотворный треск.

Ну, было небольшое отвлечение, но в целом мне все же удалось убить себя. Я почти уверен, что на этот раз я абсолютно точно мертв, потому что не может быть, чтобы я все еще разговаривал с собой вот так, если бы я был только без сознания или что-то вроде того...

По крайней мере, моя смерть не была бессмысленной... Я помог своей маме освободиться от бремени и даже сумел спасти жизнь ребенка в то же время. Может быть, моя жизнь и была бессмысленной, но, по крайней мере, я сделал что-то правильное перед смертью...

Внезапно темнота исчезла, и свет заполнил мое зрение.

...и где я, черт возьми, нахожусь?

Прошло около месяца с тех пор, как я переродился. Столько времени мне потребовалось, чтобы окончательно принять этот факт.

Хотя мой разум содержал сознание и дух восемнадцатилетнего человека, тело, которым я обладал в данный момент, было телом младенца. Я стал младенцем.

Когда я впервые открыл глаза и увидел, что на меня смотрят два гиганта, я был потрясен до глубины души. Только когда я увидел свои маленькие, корявые руки, до меня дошло, что это не великаны смотрят и воркуют надо мной. Это мое тело стало крошечным.

Сначала я не мог принять такое явление. Потому что это было и остается нелепой мыслью. Реинкарнация была для меня незнакомым понятием. Она была частью буддийской религии, и это был предел моих знаний о ней. Это также был популярный жанр в японской мультипликацией. Как они это называли? Исекай?

Я никогда не смотрел аниме, поэтому оно не было мне знакомо.

Поэтому в течение нескольких недель после моего рождения я пытался принять эту новую реальность. Я часто думал о том, что это, должно быть, что-то вроде моего личного ада. Я умер и был отправлен на пытки, превратившись в младенца за свои грехи.

Я задавался вопросом, что я сделал, когда был еще жив, что было настолько отвратительным, что я должен был подвергнуться такой пытке, но я не мог вспомнить ничего, кроме случайной лжи, которую я говорил своим родителям, и того случая, когда я украл конфеты в магазине на углу. Ах да, самоубийство тоже считается грехом.

Но, несмотря на это, поскольку я уже был в аду, я ничего не мог сделать... Или я так думал.

Мужчина и женщина, которые смотрели на меня, когда я впервые открыл глаза, были моими родителями в этой новой реальности, в которой я родился. Они выглядели молодо, скорее всего, им было около двадцати лет, так что они были не намного старше меня. По крайней мере, когда я был еще жив.

Мужчина был высоким, красивым человеком с каштановыми волосами и родинкой возле левого глаза. А женщина была блондинкой с голубыми глазами, у нее было прекрасное тело, если можно так выразиться.

Они говорили на языке, который я не мог распознать и который звучал смутно по-европейски. Наверное, это было частью моей адской пытки, подумал я, быть рядом с людьми, которые говорили на языке, который я не мог понять. Это был странный способ пытать кого-то, но, наверное, это доставляло мне удовольствие?

Следующие несколько недель были в равной степени мучительными и запутанными.

Кормление грудным молоком, безусловно, сильно сбивало с толку, а отсутствие контроля над мочевым пузырем было чистой агонией.

Не говоря уже о том, что я все еще не мог свободно передвигаться, потому что мои кости все еще развивались. Они даже часто болели – признак моего растущего тела.

Но это также заставило меня предположить, что вероятность того, что мое новое существование является запутанной формой адских пыток, скорее всего, не соответствует действительности. Потому что, если меня действительно пытали в аду, то дьявол, отвечающий за мои пытки, действительно халтурил, так как это совсем не казалось мучительным.

Кроме того, я полностью контролировал свои четыре конечности! Я больше не был калекой, как до смерти моего первоначального тела! Шевелить пальцами ног было моим любимым занятием в тот период, когда я не мог ползать.

Это означало, что я мог только заключить, что я действительно реинкарнировал в ребенка по какой-то необъяснимой причине.

Я также узнал, что помимо моих новых мамы и папы, у них была горничная по имени Лилия, которая занималась домашними делами. Это было немного странно, учитывая, как по-деревенски выглядел наш дом.

Что касается нашего дома, то он явно отдавал средневековьем! Для освещения они использовали масляные лампы, а для отопления – дрова. Не было никаких следов электронных устройств, даже мебель была сделана из дерева. Во всем доме не было буквально ни одной вещи из пластика!

В наше время даже у самых бедных людей в странах третьего мира есть мобильные телефоны, понимаете? Если я действительно реинкарнировал, мог ли я переродиться в амишской коммуне? Хахх... идея о том, что меня пытали в аду, снова начала обретать смысл.

//Амиши – религиозное движение. Амиши отличаются простотой жизни и одежды, нежеланием принимать многие современные технологии и удобств

Пока я медленно привыкал к своему младенческому телу, прошло еще пять месяцев.

В младенчестве время проходило очень быстро, поскольку большую часть дня я проводил во сне. Многие калории, которые я потреблял, в свою очередь быстро сжигались для питания моего растущего организма, поэтому я часто чувствовал себя вялым даже днем, вынужденный многократно дремать в течение светового дня.

Но взамен я начал со временем лучше контролировать свое младенческое тело. Теперь я мог ползать на четвереньках! Для меня это большое достижение, учитывая, что 90% бодрствования я проводил лежа на спине или прилагая максимум усилий, чтобы перевернуться.

И позвольте мне сказать вам, что вид на высоте 20 сантиметров от пола выглядел совсем иначе, чем при свободной ходьбе.

Иногда я даже мог заглянуть под юбку Зенит или Лилии – совершенно случайно, конечно! Не то чтобы подглядывание что-то давало мне, так как мой неразвитый организм абсолютно не реагировал на подобные раздражители.

О, Лилия – это имя рыжеволосой горничной, которая работала у моих родителей, а Зенит – имя моей мамы.

Мама... это слово становилось все более привычным для языка. Трудно было не сформировать эмоциональную привязанность к женщине, которая кормила, заботилась и опекала меня с момента рождения этого тела.

Я искренне прошу прощения у своей настоящей мамы за то, что признаю другую женщину своей матерью!

Что касается моего нового отца, то его зовут Пол. Хотя он еще молодой человек по любым меркам, он старается изо всех сил быть хорошим отцом. Хотя иногда он бывает немного неуклюжим... однажды он даже позволил мне упасть со стула, и после того, как я начал плакать, он скрыл это от Зенит, сказав, что не знает, почему я плачу.

Он выглядел очень виноватым, когда мы остались наедине, поэтому я мог его немного простить. Иначе я бы точно затаил обиду и настучал маме, как только научился бы говорить на их языке!

Прожив в этом новом для меня мире месяцев шесть, я уже мог в какой-то степени понимать их язык, пусть и по кусочкам.

То, что я когда-то считал неясным европейским языком, оказалось не тем, который я узнал. Это не имело для меня смысла, поскольку я должен быть в состоянии понять язык, даже если я не могу на нем говорить, верно?

Я подумал, что, возможно, я родился в сельской местности, где люди говорили на архаичных диалектах европейских языков, поэтому я не мог понять, на каком языке они говорят.

Из фрагментарного понимания их разговоров я понял, что мой новый отец, очевидно, был частью деревенского ополчения или чего-то подобного. Обычно он надевал несколько видов доспехов, включавших в себя кольчугу, поножи и браслеты, а также то, что выглядело как униформа и плащ.

Ух ты... насколько сельским был регион, в котором мы жили, что люди все еще носили металлические доспехи и даже носили мечи на поясе. Если он каждый день всего лишь профессионально играл роль рыцаря, это было бы немного тревожно.

Несмотря на это, я все равно был в восторге от того, что теперь могу ползать. Потому что, даже если я ползал на четвереньках, по сравнению с тремя годами, которые я провел в качестве калеки, это все равно было удивительно – иметь полный контроль над своими четырьмя конечностями.

Помимо того, что я вновь обрел подвижность, возможность свободно исследовать свой новый дом было захватывающе само по себе.

Я ползал при любой возможности, особенно когда оставался без присмотра.

Зенит и Пол были невероятно счастливы, увидев, как я впервые ползаю, тем более что для младенца ползать, казалось, было еще сравнительно рано. Но после того, как первоначальная радость прошла, она быстро сменилась беспокойством и некоторым расстройством, поскольку мне всегда удавалось ускользнуть от их пристального взора.

– Он убежит куда-нибудь, как только я отведу от него взгляд.

– Разве не хорошо, что он активен? Это значит, что у него здоровое тело.

– Но что если Руди поранится!?

– Ха-ха, что-то подобное – совершенно нормально. Кроме того, у тебя есть магия лечения, что может вылечить любые раны, если что-то произойдет.

Было легко понять, кто папа, а кто мама, просто по их разговорам. Но все равно было трудно уловить некоторые понятия, я никогда не слышал, чтобы они говорили регулярно, поэтому иногда мне казалось, что они говорят тарабарщину.

Кстати, это мое имя. Рудеус Грейрат, или коротко Руди. Это было вполне приличное имя, хотя для моих ушей оно все еще звучало непривычно. Иногда, когда Зенит называла меня по новому имени, я немного задерживался, чтобы отреагировать. Если подумать, они могли посчитать, что я тугодум...

Но из-за моего безудержного ползания и исследования, даже попытки забраться на стул однажды, я в конце концов упал, когда потерял контроль над своими детскими конечностями, как-то даже поцарапав локоть в процессе, издав громкий стук в процессе.

Я с любопытством рассматривал рану, будучи достаточно мужественным, чтобы не плакать от такой маленькой травмы, но для моих родителей, конкретно для Зенита, такая царапина была равносильна смертельной ране.

– РУДИ!!!

Она поспешно подбежала ко мне, ее беспокойство и озабоченность были очевидны по испуганному выражению ее лица.

– Все в порядке, Руди, дай маме посмотреть твою руку...

Несмотря на то, что моя травма оказалась не такой опасной для жизни, как она предполагала, у Зенит все еще стояли слезы на глазах от ужасного испуга, который она, должно быть, пережила.

– Разве я не говорила тебе не ползать так много. Видишь, ты все-таки поранился! – она укоряла меня со всей строгостью, на какую только была способна, а это было не так уж и много. Тем не менее, я должен был быть бессердечным человеком, чтобы не почувствовать, как меня радуют ее любовь и ласка.

Зенит подняла меня и осторожно положила на стол, ее нежные руки старались не касаться быстро краснеющей царапины на моей руке. Позади нее я увидел Лилию, которая тревожно заглядывала маме через плечо, хотя и пыталась сдержать внешнее выражение беспокойства. Она очень серьезно относилась к своей работе...

– Молодой господин Рудеус, похоже, не заметил, что упал... какой крепкий ребенок, – прокомментировала Лилия, тоже успокоившись, когда увидела, что я едва ободрал локоть.

Зенит ярко улыбнулась: – Да, Руди – сильный мальчик, не так ли?

Правильно, я большой мальчик. Нет, подождите, почему мысли ушли не в том направлении?

– Но на всякий случай я произнесу заклинание, чтобы боль ушла, – заметила она, приложив свой лоб к моему, а затем нежно поцеловала меня в висок, понюхав мои волосы. Было очень странно, что взрослые находили головы новорожденных детей очень приятно пахнущими. Лилия и Пол любили нюхать мою голову по нескольку раз в день, и даже Лилия иногда делала это, когда думала, что никто не смотрит.

Затем Зенит положила руку мне на лоб, напевая что-то под нос.

– Божественная сила богата и питательна. Она дает силы, чтобы подняться снова...

Заклинание? Может быть, это региональная версия "боль, боль уходи"? Я полагаю, что большинство детей могут чувствовать себя лучше от такого плацебо, но, к сожалению для моей новой мамы, я не был большинством.

– Исцеление.

Однако следующее явление я не мог объяснить только наукой и словами.

Из ладони Зенит исходил зеленый свет, и теплое, сияющее свечение наполнило мое тело. Я посмотрел вниз и увидел, что ободранный локоть быстро затягивается, и прошло всего несколько мгновений, прежде чем стало казаться, что моего падения вообще не было. Даже тупая боль в нижней части тела от падения исчезла, словно ее и не было.

Это... что это, черт возьми, такое? Что за волшебство?..

Из ладони Зенит исходил зеленый свет, и теплое, сияющее свечение наполнило мое тело. Я посмотрел вниз и увидел, что ободранный локоть быстро затягивается, и прошло всего несколько мгновений, прежде чем стало казаться, что моего падения вообще не было. Даже тупая боль в нижней части тела от падения исчезла, словно ее и не было.

'Это... что это, черт возьми, такое? Что за волшебство...?'

– Ну? Уже не больно, да? Ты не знаешь, но мама раньше была авантюристкой, – гордо заявила она, положив руки на бедра в гордой позе.

– Что случилось!? – Пол вбежал через парадную дверь, без верхней одежды и с голым торсом, блестящим от пота. А, я просто любовался телосложением моего отца. Никакого гомосексуализма.

– Я услышал громкий звук и твой крик... – Он продолжил, прежде чем Зенит прервал его.

– Дорогой! Руди упал со стула, когда пытался на него забраться!

Пол взглянул на меня и увидел, что я уже в полном порядке, хотя и растерян до невозможности.

– Успокойся. Он же ребенок. Конечно, иногда он будет падать. Кроме того, если он поранится, у нас есть твои исцеляющие заклинания, чтобы он почувствовал себя лучше.

'Исцеляющие заклинания? Это... Боже, Дороти, у меня такое чувство, что мы больше не в Канзасе. Нет, наличие заклинаний вполне подтверждает это. Это определенно не Европа. Или, по крайней мере, не та Европа, с которой я был знаком'.

Пока Зенит и Пол продолжали разговаривать, а Лилия наблюдала за мной бережливым взглядом, мои мысли бежали со скоростью километра в минуту.

Мог ли я родиться в общине ведьм где-то глубоко в лесу? Скорее, если я вообще еще на Земле, то никак не могу быть в 21 веке, верно? Может быть, я переродился в прошлом, где, как оказалось, магия была реальной и все еще процветала?

Или, возможно, я был перенесен в альтернативное измерение, похожее на Землю, где магия была ее основной технологией, а не ископаемое топливо и электричество? Это объясняет, почему во всем этом доме нет ничего, отдаленно напоминающего электронные устройства...

У-ух... последствия этого ломают мне голову... Ха-ах... к черту, я все равно еще ребенок. Не стоит зацикливаться на этом, так как я не смогу ничего с этим сделать, даже если узнаю правду.

Но с введением этой концепции магии мои мысли и менталитет полностью изменились.

В мире, откуда он родом, не было ни одного человека, у которого не забилось бы сердце, если бы он узнал, что магия существует.

Я понял. Моя судьба ясна! Мне суждено стать Верховным Магом, Доктором Стре... нет, подождите, это же авторское право... Ну, неважно, эта магия... Я обязательно научусь творить заклинания, несмотря ни на что!

– Мама! – Я закричал, протягивая руки к Зенит.

Это был не первый раз, когда я разговаривал со своими родителями, поэтому они не выглядели слишком шокированными тем, что я говорю. Хотя мои голосовые связки не были достаточно развиты, чтобы говорить бегло, их все же хватало, чтобы выдавить из себя несколько слов.

– Да, в чем дело, Руди? – Зенит подошла и взяла меня на руки. Сколько бы раз это ни происходило, все равно было странно, когда меня несли на руках, словно я ничего не весил.

– Ма-магия. Я хочу научиться, – произнес я, глядя на нее широко раскрытыми глазами, полными удивления.

Она дважды моргнула, немного ошеломленная моей просьбой, но усмехнулась в ответ: – Ты слишком мал, чтобы учиться магии, Руди. Ты еще маленький ребенок, – она ворковала, строя мне детские рожицы.

– Магия! Пожалуйста, мама! – Я умолял, собирая всю миловидность, которую мог собрать в своем крошечном теле, и пуская ее в нее. Милый детский луч максимальной мощности!

– О, Боже, чей это ребенок? Он такой милый! Ах да, это очаровательное существо, которое хочет научиться магии – мой сын, хо-хо-хо. Что же мне делать, я тону в его милоте.

Пол взволнованно подошел и потрепал меня по щекам: – Малыш Руди – самый милый на свете! Давай, Руди, поцелуй папу!

Я повернулся к нему и наклонил голову: – Папа волшебник?

– Ах, я не знаю магии.

Я безжалостно отвернулся, направив свое детское сияние обратно на Зенит.

– Хук! Равнодушие малыша Руди все еще мило! Даже несмотря на боль...

Зенит выглядела так, словно не могла больше сдерживаться: – Какая смертоносная сила... Ладно, ладно, я научу тебя тому, что знаю о магии...

– Ура, мама! – радостно воскликнул я, взволнованный перспективой научиться мистическому искусству Камар Тадж… ах, я все время забываю, что это защищено авторским правом.

– ...При одном условии, – Зенит закончила немного серьезным тоном.

– Если ты хочешь научиться магии, то сначала нужно уметь читать и писать! – заключила она, прежде чем тайком взглянуть на Пола, – 'Это займет у него пару лет, верно?'

Я пожал плечами в ответ на такое условие. Я был взрослым человеком, хотя и в теле ребенка. Разве может быть трудно выучить новый язык?

---------

(Два года спустя; возраст Рудеуса – 3 года)

...Как оказалось, выучить новый язык было не так просто, как я думал.

Зенит, а иногда и Лилия, начали обучать его азбуке этой древней Земли/альтернативной реальности. Они называли его просто Человеческим языком. Немного странно, но все еще приемлемо...

Как оказалось, грамматически он был больше похож на японский или другие дальневосточные языки. Поэтому структуры предложений человеческого языка, его синтаксис и морфология поначалу были немного непривычны.

Но, как и в наиболее знакомом мне английском языке, в нем были отдельные слова, которые все еще состояли из маленьких символов (их алфавит), которые соединялись вместе для написания целого слова, а не слово было представлено отдельным символом, как в японском кандзи или китайских иероглифах. Фонетически он также был похож на английский язык.

Это заняло больше времени, чем я ожидал, но я все равно продвигался в постоянном темпе и со временем научился понимать и говорить на их языке все более бегло. Чтение и письмо также шло очень хорошо для человека моего возраста.

Я приписывал свою высокую скорость обучения своему молодому, развивающемуся мозгу. Недаром говорят, что дети учатся очень быстро. Я чувствовал, как мое понимание растет с каждым днем, причем очень отчетливо.

Во многом это произошло благодаря тому, что Пол и Зенит всегда читали мне те немногие книги, которые у них были, как сказки ночью, или во время отдыха. Некоторые из этих книг содержали здравые знания об этом мире, а также части его истории.

Именно через эти документалные тексты я узнал, что на самом деле я больше не живу на Земле.

Земля, в которой я жил, называлась Центральным континентом, где ее жители говорили на человеческом языке. Другие континенты включали континент Миллис, Божественный континент, континент Бегаритт и Демонический континент, у каждого из которых, похоже, тоже были свои языки.

Деревня, в которой я жил, называлась Буэна, это место можно было считать сельской местностью, принадлежащей региону Фиттоа, который, в свою очередь, принадлежал королевству Асура.

У меня немного закружилась голова, когда я впервые узнал обо всех этих местах и новых названиях. Но больше всего я был поражен, когда увидел нарисованную от руки карту, на которой был изображен весь мир. Это было еще одно холодное напоминание о том, что теперь я нахожусь в другом мире...

Хотя обучение магии и произнесение заклинаний все еще было немного недоступно для меня, я все еще мог бегать и использовать свое тело другими способами. Для меня физическая активность была намного интереснее и важнее всего остального, даже магия не могла с ней сравниться.

После того, как в результате трагического несчастного случая меня парализовало ниже пояса и я потерял способность ходить и играть в футбол, мою единственную настоящую страсть, я впал в глубокую депрессию.

Теперь, когда я чудесным образом получил новое тело и, соответственно, новую жизнь, я не собирался воспринимать свою мобильность как должное.

Бегать, прыгать с мебели и лазить по деревьям – теперь это было частью моей повседневной жизни.

Пол был очень рад, что у него такой активный и энергичный сын, и не раз заявлял, что это знак того, что в будущем я вырасту великим фехтовальщиком.

Оказалось, что не только магия была распространена в этом мире, но и бой на мечах, наряду с другим средневековым оружием, был обычным делом этой моей новой реальности.

Услышав это, моя незрелая, детская сторона подняла свою уродливую маленькую голову и потянула меня начать учиться владению мечом у Пола, после того как я увидел, как он тренируется в саду нашего загородного дома.

Хотя мое тело было еще неразвито, и мне не хватало мелкой моторики, необходимой для фехтования, мне было приятно пока просто наблюдать и подражать движениям верхней части тела Пола.

Я даже понял, что боевые искусства в этом мире сильно гиперболизированы, увидев, как Пол смог разрушить валун одним взмахом меча, когда демонстрировал свои навыки своему поклоннику (мне).

Я спрашивал Пола, как ему это удается, но получал лишь полусерьезные ответы типа "Папа просто такой крутой" или "Это трудно объяснить, я просто сделал вот так и вот так!".

Я закатывал глаза на это объяснение, которое, похоже, шокировало Пола, впервые увидевшего такое выражение раздражения на своем драгоценном сыне. Но он все равно сказал, что это выглядит мило.

Прошло три года со дня рождения молодого господина Рудеуса.

Первое впечатление, которое она получила от молодого мастера, было: "Как может существовать что-то настолько восхитительное?".

Молодой господин унаследовал лучшее из генетики Зенит и Пола, что практически гарантировало, что он станет дамским угодником, когда вырастет. Но даже не повзрослев, Рудеус уже обладал идеальной смесью грации, очарования и миловидности.

Большинство родителей посчитали бы своего ребенка самым милым в мире, но даже Лилия, будучи объективной третьей стороной, согласилась бы с замечанием Зенит и Пола.

Однако, несмотря на миловидность молодого господина, Лилия всегда старалась оставаться профессионалом, играя роль суровой воспитательницы. Она не позволяла себе капитулировать перед его миловидностью или поддакивать его большим влажным глазам.

Когда молодой господин подрос, стало очевидно, что он не похож на других младенцев, которых она видела раньше. Но не в плохом смысле. Рудеус казался умным. Возможно, иногда даже слишком умным.

Когда трое взрослых разговаривали, иногда ей казалось, что ребенок действительно обращает внимание, как будто он тоже понимает, что они говорят, или пытается это понять.

В то время как большинство младенцев озабочены тем, как бы поесть или поспать, юный мастер Рудеус уже был достаточно самосознательным, чтобы смотреть на мир с нескрываемым любопытством.

Это было захватывающее зрелище – видеть удивление, интригу и острый интеллект в глазах столь юного человека. И не только в его глазах. Когда Рудеус впервые научился ползать, он как будто не мог насытиться этим.

Почти каждое свободное мгновение он проводил, ползая по дому, трогая все, что попадалось на глаза, с безудержным любопытством и бесконечной энергией, или участвуя в хитроумных уловках, чтобы скрыться от их с Зенит наблюдения.

Это было вполне преодолимо, поскольку Рудеус был прикован к их дому, сколько бы он ни ползал. Он не был достаточно высоким или умным (хотя Лилия сомневалась в этом), чтобы открывать двери в раннем возрасте 6 месяцев, поэтому найти его было несложно, даже если он скрывался из виду.

За исключением того, что однажды Пол оставил дверь открытой, и Рудеус смог выбраться наружу, как сбежавший питомец.

Лилия никогда не забудет выражение удивления и детского восторга, когда молодой господин впервые увидел внешний мир. Назвать его милым было бы все равно, что ничего не сказать. Этот взгляд можно было бы описать как пленительное выражение, которое заставляло других чувствовать, что они должны быть так же взволнованы, как и обладатель этого взгляда.

Ха-ах... молодой мастер иногда был слишком очарователен.

Временами Лилии было трудно сохранять стоический профессионализм, особенно когда Рудеус время от времени ворковал и тянулся к ней. Любой здравомыслящий человек, способный устоять перед таким зрелищем, должен был бы проверить свою голову, поскольку миловидность Рудеуса была явно не от мира сего.

Лилия была служанкой в доме Грейратов, поэтому она была обязана служить и Зенит, и Полу, и их ребенку. Но Лилия не просто служила, а чувствовала, как ее сердце тянет к защите.

Действительно, молодой господин Рудеус должен быть защищен любой ценой. Даже от его собственных родителей, если потребуется.

Не то чтобы Зенит и Пол были плохими родителями. Вовсе нет. Зенит была прекрасной матерью, которая очень любила и опекала своего ребенка. В то время как Пол был... неуклюж и груб местами, что, по общему признанию, было частью его обаяния, но у него были только самые лучшие намерения в отношении Рудеуса.

Однако... их слишком активная половая жизнь была тем, от чего Рудеус должен был быть защищен.

Видя интеллект молодого мастера, даже если он не мог понять, что происходит, когда его родители совершали это на его глазах, это все равно могло оставить подсознательную травму в его развивающемся разуме, когда он вырастет!

Более того, Пола нельзя было назвать мерзавцем. Хотя в этом патриархальном обществе, где доминировали мужчины, подобное поведение было вполне терпимым, Лилия никогда не допустит, чтобы молодого господина развратили, как его отца.

Она не могла этого допустить, поэтому обратилась к Зенит и Полу с вопросом, разрешат ли они Руди спать в ее комнате впредь. Конечно, она не стала говорить, что это делается для того, чтобы защитить Руди от ночных бурных представлений, которыми занимались его родители, поскольку это было бы сложной темой для разговора даже для такой профессиональной горничной, как она.

Вместо этого Лилия объяснила, что это часть ее обязанностей и что она хочет дать Зенит и Полу возможность поспать более спокойно.

Пол охотно согласился на просьбу Лилии, так как, похоже, молодой господин Рудеус не раз плакал именно тогда, когда они собирались заняться любовью.

Лилия одобрительно кивнула. Молодой господин был достаточно мудр, чтобы понять, что то, чем занимались его родители по ночам на его глазах, в конце концов, было вредно для здоровья.

Зенит, с другой стороны, была немного более неохотной, но все же сдалась под уговорами Пола.

Так молодой господин Рудеус стал спать в комнате Лилии. Их отношения стали больше, чем отношения между опекуном и подопечным. Лилия чувствовала, что ее роль по отношению к Рудеусу была чем-то средним между старшей сестрой и второй матерью, если можно так выразиться.

Действительно, когда Рудеус научился ползать, он уже был неплох. Однако когда он начал ходить и бегать... это открыло совершенно новое значение для энергичного мира. Как будто молодой хозяин Рудеус наверстывал время, проведенное с ограниченной подвижностью в младенчестве, и теперь хотел использовать свой развивающийся двигательный контроль настолько, насколько это было возможно.

Лилия уже могла предвидеть, какой хаос устроит Рудеус, когда подрастет и начнет проявлять ту неиссякаемую энергию, которой, как известно, обладают маленькие дети.

Хотя Рудеус был наделен здоровым и энергичным телом, он также не был обделен умом.

Если Пол был тем, кто родился с талантом владения мечом, то Руди был тем, кто родился с развитым интеллектом.

Мальчик, казалось, мог понимать их слова, когда ему было всего несколько месяцев. Он уже мог говорить, хотя и медленно и отрывочными предложениями, еще до того, как ему исполнился год.

Зенит начала учить его читать вскоре после этого, когда он проявил интерес к изучению магии.

Какой еще ребенок, не достигший и 1 года, мог не только выразить себя с достаточной артикуляцией, но и научиться читать и писать, а также колдовать?

Если Рудеус не был маленьким гением, то ни один другой ребенок в мире не был таким же. Лилия знала, что это правда.

Рудеусу потребовалось немного больше времени, чтобы полностью постичь письменный язык, он стал полностью способен к нему только в три года, хотя до этого он мог говорить и понимать совершенно свободно.

Но все же, уметь читать и понимать сложные магические тома в три года? Никто бы не поверил в это, даже если бы они обнародовали эту информацию. Через месяц или два после того, как Рудеус продемонстрировал свои способности к чтению и письму на человеческом языке, Зенит не оставалось ничего другого, как согласиться обучить его магии, как она и обещала, несмотря на некоторую неохоту из-за его возраста.

---------

Первый раз Рудеус произнес заклинание под пристальным взглядом Зенит и Пола.

Хотя Пол сначала не хотел позволять Рудеусу учиться магии, его убедил сам мальчик, который проявил равный или даже больший интерес к фехтованию.

Но поскольку его тело было еще слишком юным, чтобы начать изучать боевые приемы своего отца, его родители решили позволить Рудеусу сначала изучить магию.

И вот Рудеус произнес свое первое заклинание – Водяной шар.

Его первая попытка не удалась: он споткнулся на последней части заклинания и не смог правильно активировать заклинание.

Его вторая попытка наконец-то увенчалась успехом.

Выражение гордости на лицах всех трех присутствующих взрослых, а также выражение искренней радости и счастья на лице Рудеуса также было для них чем-то незабываемым.

После этого Рудеус все больше и больше практиковался в наложении заклинаний. По здравому смыслу, когда дело касалось магии и заклинаний, каждый человек имел фиксированный запас маны, который определялся при рождении. Никто не считал это неправдой.

Однако в очередной раз Рудеус разрушил предвзятые ожидания и давние представления о мире, когда доказал, что это предположение неверно. Ведь как еще можно объяснить, что его запас маны растет день за днем во время магических тренировок?

Создавая водяные шары столько раз, сколько мог, часто до изнеможения, Рудеус смог увеличить максимальное количество раз, которое он мог произнести заклинание.

– Гений! Мой сын - гений магии! – громко воскликнула Зенит с нескрываемой гордостью. – Нам нужно найти учителя магии для Руди!

– Подожди, разве мы не договорились, что его обучение магии будет лишь временным, прежде чем он начнет заниматься фехтованием? Он собирается стать мечником, а не магом!

– Что? Даже после того, как ты увидел талант Руди в магии, ты все еще хочешь, чтобы он стал мечником? Это будет пустой тратой его таланта, если он не будет изучать магию!

– Ну и что? Мы сказали, что если у нас будет сын, то он будет мечником. Обещание есть обещание.

'Ха-ах, какой упрямый мой старик. Моя мама тоже иногда бывает упрямой. Почему я не могу учиться одновременно?'

Рудеус подошел к спорящей паре и дернул обоих за рукава, привлекая их внимание.

– Мама, папа, не ссорьтесь. Я хочу научиться и тому, и другому! Я хочу стать магическим мечником!

Глаза Пола загорелись.

– Магический мечник...? Это... звучит... КРУТО! Стиль меча, который включает в себя магию, да? Мне нравится! Я одобряю!

Зенит тоже напустила на себя задумчивый вид, бормоча про себя: – Слабость мага всегда заключалась в ближнем рукопашном бою. Если Руди освоит еще и фехтование, он сможет защитить себя и от этих угроз... Полагаю, это будет к лучшему.

Так они определились с учебным планом Рудеуса. Они решили, что лучше не нанимать репетитора по магии, поскольку Зенит достаточно хорошо знала основы магии, чтобы обучить Рудеуса магии с начального до среднего уровня. Только когда он достигнет этого уровня, они обратятся к репетитору по магии.

В то время как Рудеус изучал основы магии у Зенит с вечера до начала ночи, он также изучал основы фехтования у Пола с утра до полудня. Многое из этого было теорией, физической подготовкой, а также легкими упражнениями, такими как взмах деревянным мечом вниз сто раз, а затем удар вперед сто раз.

Пол был плохим учителем, понял Рудеус. Сначала он думал, что объяснения его отца были полусерьезными, потому что тот не хотел, чтобы Рудеус случайно поранился. Но оказалось, что это были не полусерьезные объяснения. Это было чисто то, как Пол понимал свои собственные приемы.

Но это было то, что Рудеус тоже мог понять, поскольку именно так он относился к спорту, и в частности к футболу, когда он еще играл на соревнованиях в своей предыдущей жизни. Для тех, кто находился на самом высоком уровне профессиональных игроков в любом физическом виде спорта, каждый шаг переставал быть продуманным.

Это стало больше похоже на рефлексы, очень натренированные рефлексы.

Другими словами, вместо того, чтобы продумывать каждое свое действие, все больше становилось "просто делай вот так". Ведущим спортсменам становилось все труднее и труднее объяснять каждое свое движение на поле/кольце/корте, не опираясь на "это была просто моя интуиция".

Это было то, как Пол смотрел на фехтование, и это не было чем-то незнакомым Рудеусу.

Рудеусу, когда он был Ноэлем, часто говорили, что он прирожденный спортсмен.

Его прозвище, когда он играл в футбол на соревнованиях, было "Вундеркинд" не просто так. Все трюки и приемы, которые он демонстрировал на поле, он имитировал, подражая им либо из видеороликов в Интернете, либо видя их лично издалека. Это был его талант – уметь воссоздать технику или движение по простому наблюденю.

Поэтому, когда Пол продемонстрировал базовую связку Бога Меча, Рудеус с первой попытки смог идеально его повторить.

– Гений! Мой сын – гений боевых искусств!

Пол взволнованно объявил остальным членам семьи

– Только не говори мне, что ты хочешь найти учителя по фехтованию и для Руди... Мы не можем позволить себе нанять двух репетиторов, – обеспокоенно заметила Зенит.

– Учитель? Нет необходимости. Мастерство фехтования не похоже на магию. Руди – гений, поэтому ему не нужно изучать фехтование, как магию. Просто наблюдая за мной, он может достичь продвинутой стадии во всех трех стилях владения мечом!

– А? Но он еще так молод, разве это вообще возможно?

– Конечно, физически он не сможет противостоять даже среднему мечнику уровня новичка. Но в его технике я абсолютно уверен. Помимо физической силы и техники, Рудеусу также понадобится практический опыт. Это я тоже могу предоставить, так что наставник не нужен.

– Наш Руди такой замечательный! – заявила Зенит ко всеобщему одобрению и прижала к себе крошечного трехлетнего малыша.

'Я не могу дышать...'

Рудеус вытолкнул себя из ее пиков-близнецов и глубокой долины. Ласки Зенит, хотя и с благими намерениями, имели тенденцию душить его не один раз.

То, что он был зажат между ее грудей, может, и возбуждало бы его до реинкарнации, но за годы, проведенные в этом мире, он уже признал Зенит как свою маму. Какой извращенец будет возбуждаться от прикосновения к маминой груди в три года?

С другой стороны, объятия Лилии – это была совсем другая история. Он никогда не смотрел на нее с таким интересом, но когда Лилия иногда брала его на руки и несла, прижимая к своей груди, ему становилось стыдно, от того, что его это немного возбуждало.

Лилия отличалась от Зенит. В его жилах текла кровь Зенит, в то время как Лилия каждый день носила французский костюм горничной.

Но даже если он и был возбужден, то только на эмоциональном уровне, физически, его младенческое тело никак не реагировало.

(Год спустя; возраст Рудеуса – 4 года)

Жизнь Рудеуса продолжалась в том же духе, пока ему не исполнилось четыре года, и тогда родители решили взять ему учителя магии. Зенит уже передала сыну все, что знала о магии. Руди смог достичь как начального, так и среднего уровня в трех видах магии – огня, воды и исцеления.

Хотя сама Зенит достигла лишь ранга новичка в магии огня и воды, она все еще знала достаточно о промежуточном уровне, чтобы преподавать его основы. Не говоря уже о том, что у нее были соответствующие книги, по которым Рудеус тоже мог пройти обучение.

Однако больше всего их потрясли два аспекта способностей Руди к произнесению заклинаний.

Во-первых, у Рудеуса был исключительно огромный запас маны, который вырос в тысячу раз с тех пор, как он произнес свое первое заклинание "Водяной шар".

Во-вторых, он мог активировать заклинания без слов .

Когда Рудеус открыл Зенит это достижение, она была вне себя от удивления. Хотя Пол и Лилия тоже были приятно шокированы, их удивление не могло сравниться с удивлением Зенит, которая обладала более глубокими познаниями в магии, чем они.

Мгновенное и бесшумное наложение заклинаний. Это была вершина магии, к которой стремились все маги, но никогда не могли достичь. Однако ее достиг четырехлетний мальчик, который просто хотел найти способ применить магию в своем фехтовании.

Зенит сама пробовала произносить заклинания безмолвия, пользуясь объяснениями Рудеуса о том, как он этого добился, но, несмотря ни на что, ее разум не мог понять, как ему это удалось. В результате она не смогла повторить этот подвиг.

Эти три аспекта: средний уровень в трех видах магии, огромный запас маны и безмолвная активация заклинаний – вот что побудило Грейратов найти учителя магии для Рудеуса.

Что касается мастерства Рудеуса? С точки зрения техники, он уже был на среднем уровне по всем трем стилям фехтования.

Пол до сих пор не мог поверить, как быстро Рудеус научился фехтованию. Он даже почувствовал, как пострадала его гордость от огромного таланта, которым обладал его сын.

Для Пола, которому потребовалось около десяти лет, чтобы достичь продвинутого ранга во всех трех стилях владения мечом, Рудеус смог пройти две трети пути всего за год, что было уму непостижимо.

Рудеус был способен имитировать техники начального ранга трех стилей меча после того, как увидел их всего один раз. И хотя для техники среднего ранга ему понадобилось больше попыток, это все равно поразило Пола.

Однако, несмотря на то, что Рудеус мог изучать техники среднего ранга, Пол решил, что его сыну необходимо укрепить свои основы, прежде чем продвигаться дальше. Просто уметь воспроизводить техники, стоя на месте, было недостаточно. Ему также нужно было уметь использовать их в бою. Боевые способности были истинным мерилом любого мечника.

Но даже так, мальчик справлялся с фехтованием одной левой. Выполнение приемов было для него как вторая натура, что даже заставляло Пола иногда задаваться вопросом, существовал ли такой гений в истории Центрального континента.

'Наверное, это и есть то, что называют чудовищным талантом...', – с грустью подумал Пол. Он быстро справился со своей горечью, заменив ее огромной гордостью и радостью за гениальность своего сына. Следующим Богом Меча Пол назвал Рудеуса, хотя в данный момент это была всего лишь фантазия гордого отца.

Физическая сила Рудеуса также быстро улучшалась благодаря двум факторам. Одним из них были целеустремленные физические тренировки, которым подвергали себя Пол и Рудеус. Рудеус выполнял упражнения, которые казались Полу чуждыми, например, ложился лицом на землю, а затем отжимался от нее в течение длительного времени, или хватался руками за ветку дерева и многократно подтягивался.

Хотя для коренных жителей этого мира она могла показаться странной, ее результаты говорили сами за себя.

Другая причина быстрого улучшения его телесной силы заключалась в аспекте боевых техник, который он называл усилением маны.

Когда он увидел, как Пол разрубает валуны, он спросил, как это возможно. Он ответил, что одними мускулами невозможно достичь той нечеловеческой силы, которая необходима для разрушения валунов деревянным мечом.

Пол немного поразмыслил, но смог лишь приблизительно объяснить, что он делал. Но то немногое, что он смог вспомнить, в некоторой степени просветило Рудеуса, хотя ему пришлось заполнить пробелы собственным пониманием и предположениями.

Рудеус мог догадаться, что мана используется не только магами, но и бойцами подсознательно. Хотя способ, которым они использовали ману, заключался в усилении физических возможностей их тел. Скорее всего, это была форма манипуляции маной, когда вместо того, чтобы излучать ману вовне для произнесения заклинаний, человек циркулировал и наслаивал ману на свое тело, чтобы увеличить физическую силу, скорость и выносливость.

Все фехтовальщики и бойцы, включая Пола, сознательно или бессознательно использовали это магическое усиление. Большинство людей понимали это как внутреннюю силу, которая проявлялась во время боя. Большинство людей, сражавшихся на мечах, особенно на высшем уровне, казалось, были идиотами с мускулами вместо мозга. Прямо как Пол.

После изучения этой техники тренировка маны стала еще более важной в глазах Рудеуса.

Его родители считали, что он смог увеличить свой запас маны только потому, что каждый день расходовал ману, повторяя заклинания.

Это было в основном верно. Но рост его запаса маны также можно объяснить тем, что он тренировался в усилении маны так же часто, как и тратил ману на заклинания.

Этот двухсторонний подход к тренировке тела и магии привел к тому, что его способность к магии резко возросла.

Но если бы Рудеусу пришлось выбирать, что он предпочитает, он бы определенно сказал, что фехтование – его единственная настоящая любовь. Способность творить магию была, конечно, сюрреалистическим опытом. Вызывать огонь и лед из воздуха простым колебанием маны – ни с чем не сравнимое ощущение.

Однако еще больше ему нравилась физическая форма фехтования. Возможность бегать вокруг, отрабатывать соответствующие три стиля владения мечом, махать мечом и на самом деле ощущать ощутимый рост своей силы... это зажгло в нем огонь и страсть к тому, чего он не чувствовал с тех пор, как играл в футбол, до того, как его парализовало ниже пояса.

Поэтому, хотя магия и была, за неимением лучшего слова, волшебной, она все равно была вторичной по сравнению с тактильностью и инстинктивной сущностью фехтования, которое было для него словно вторая натура.

Хотя Рудеус усвоил большую часть того, чему Пол мог научить его в отношении трех стилей меча, ему все еще нужно было время, чтобы его тело выросло и созрело, чтобы полностью использовать все его навыки. Боевая аура могла сделать так много, уже когда его конечности были еще короткими и пухлыми, а другие вещи, такие как сила ядра или мышцы спины, также были важны в боевых техниках.

Кроме того, ему еще нужно было наработать опыт боя с Полом, проводя с ним спарринги.

Пол сказал следующее после первых нескольких спаррингов с Рудеусом:

"Его пространственное восприятие невероятно. Как будто у него глаза на затылке".

Пространственное восприятие – это способность понимать, где находится тело человека по отношению к другим людям/объектам. Его роль в боях заключалась главным образом в измерении расстояния и реагировании на внешние раздражители из своих слепых зон, полагаясь на подсознательные расчеты и интуицию.

Этот навык он оттачивал во время игры в футбол, где очень важно было постоянно следить за координатами не только своих товарищей по команде, но и соперников на поле.

Овладев пространственным восприятием, игрок мог доминировать на поле и совершать чудеса игры. Точно так же фехтовальщик, владеющий пространственным восприятием и полностью понимающий расстояние между собой и противником, может легко доминировать на поле боя.

Это был не тот навык, которому можно научиться с юности, по крайней мере, не до уровня мастера. В этом смысле Рудеус был просто талантлив в этой области, и ему повезло, что в прошлой жизни он прошел обучение, чтобы отточить этот навык.

Конечно, даже с учетом всех этих факторов, повышающих его мастерство владения мечом, он все равно не мог победить Пола в спарринге.

Одна из причин заключалась в том, что навыки Пола нельзя было недооценивать. Не зря он был опытным, бывалым искателем приключений. Его продвинутый уровень в стилях владения мечом Бога Меча, Бога Воды и Бога Севера не просто отражал его мастерство в трех различных стилях владения мечом. Наоборот, именно то, что он сплел эти три стиля вместе, чтобы сформировать единый боевой стиль, сделало Пола таким сильным, каким он и являлся.

Хотя Рудеус знал о классах выше продвинутого в фехтовании, и хотя он никогда раньше не встречал фехтовальщика ранга Святого, он представлял, что Пол может считаться примерно на этом уровне, когда он использует все три стиля вместе.

Стиль Бога Меча был ориентирован на скорость и агрессию и считался самым сильным. Их философия была сродни "Победа одним ударом". Стиль Бога Меча, кстати, был любимым стилем Пола.

Стиль Бога Воды специализируется на защитных техниках, таких как парирование и уклонение. Он силен против стиля Бога Меча, так как в нем основное внимание уделяется защите. Они придерживались философии, что делать первый шаг – это удел дураков.

С другой стороны, стиль Бога Севера сосредоточен на приспособляемости и выживании. Вместо серии приемов, он больше напоминал философию подхода к опасности. Этот стиль меча нравился Полу меньше всего, поскольку он опирался на множество трюков и не боевых приемов меча, которые не подходили такому прямолинейному человеку.

Что касается Рудеуса, то он считает, что стиль Бога Меча наиболее соответствует его характеру на поле. Агрессивный и прямолинейный, но в то же время точный, когда это было необходимо. Но за пределами поля стиль Бога Севера был философией, с которой он был согласен больше всего.

А все потому что профессиональные футболисты – это люди, которые следуют философии, согласно которой победа – это самое главное, независимо от методов! Плюхаться на землю и реветь от боли после того, как к ним едва прикоснулись, было их специализацией. Даже если их критиковали за то, что они были актерами, достойными Оскара, важно было получить небольшое преимущество, когда это было возможно.

Кроме того, стиль Бога Севера был единственным стилем фехтования, который не обязательно диктовал меч в качестве основного оружия. Хотя Рудеусу нравилось владеть мечом, ему были интересны и другие виды оружия. Владение копьем, стрельба из лука или даже рукопашные боевые искусства. Стиль Бога Севера казался школой, которая объединяла все это.

Однако у Рудеуса были и большие амбиции. Он намеревался овладеть всеми тремя стилями владения мечом, а затем отбросить их и создать свою собственную школу меча!

Магический стиль меча!

Или, возможно, что-то с богом в названии, но это займет некоторое время, прежде чем он сможет заслужить титул, аналогичный богам существующих трех стилей.

Стиль Волшебного Меча подразумевал именно то, как он звучал. Включение магии в фехтование. Практикующие этот стиль были известны как магические мечники... или рыцари-маги!

Одна мысль об этом приводила Рудеуса в восторг. Хотя уже существовала группа людей, называвших себя магическими мечниками, они не смогли бы повторить то, как Рудеус соединил магию с боевыми техниками, поскольку у них не было способности произносить безмолвные заклинания.

В этом смысле, они не были настоящими магическими мечниками!

Чтобы основать новую школу фехтования, Рудеус уже начал придумывать возможные техники, в которые были бы включены его беззвучно произносимые заклинания.

Например, создание стартовой площадки из земли под ногами для увеличения высоты прыжка, а затем использование магии ветра в качестве реактивного двигателя, который направляет его тело в сторону врага.

Или обернуть меч огнем, одновременно держа в другой руке кнут из воды.

Благодаря почти бесконечной универсальности заклинаний, дополненной мастерством владения мечом, которое включало в себя все три существующие школы меча, его стиль магического мечника, несомненно, стал бы величайшим и самым признанным в мире!

Но это предстояло выяснить будущему Рудеусу. Ему нынешнему еще предстояло выучить продвинутые магические заклинания и догнать свое уже развивающееся продвинутое мастерство владения мечом.

Вторая причина, по которой Рудеус все еще не мог сравниться с Полом, заключалась в том, что этот человек имел более чем десятилетний опыт боев на мечах. Навыки и опыт, заработанные кровью, потом и слезами, в пылу сражений и неустанно приобретенные на тренировочной площадке.

Он провел сотни сражений с мечем, поэтому сравнение с Руди, который только начал осваивать меч, было похоже на сравнение ребенка, изучающего алфавит, и взрослого, который уже закончил вуз.

Хотя Рудеус, несомненно, был талантлив в движении тела и владении мечом, он просто не мог сравниться с огромным запасом боевого опыта, который Пол имел за каждым своим движением. В своей прошлой жизни Рудеус был профессиональным спортсменом, а не мастером боевых искусств.

Другая причина заключалась в том, что он никогда не доводил технику усиления маны до абсолютных пределов своего тела.

Рудеус знал, что у него очень большой запас маны, по крайней мере, так ему сказала Зенит. Эта емкость маны также была топливом, используемым для усиления маны. В последний раз, когда он влил в себя больше маны, чем обычно, деревянный меч, которым он размахивал, разлетелся на куски.

Когда он подумал о том, что его тело может рассыпаться, как тот деревянный меч, если он будет использовать слишком много маны для усиления тела, он решил, что лучше быть более консервативным в использовании усиления маны.

"Даже если и Зенит, и я можем использовать целительную магию, было бы глупо игнорировать опасность и идти на ненужный риск" – таков был его менталитет в отношении экспериментов с усилением маны.

В результате, каждый бой между Полом и Руди до сих пор заканчивался поражением последнего... Иногда его отец хвастался, но иногда он утешал и успокаивал Рудеуса, подтверждая его талант.

Наконец настал день, когда пришел его учитель магии. Когда он увидел ее, Рудеус не знал, что чувствовать. Потому что домашняя наставница выглядела недостаточно взрослой, даже чтобы закончить школу.

Это была его первая встреча с Рокси Мигурдией, той, кто станет его учителем магии.

– Здравствуйте, я Рокси Мигурдия. Я учитель магии. Кто этот ученик?"

– Йо, – Рудеус небрежно поздоровался, стоя между своими родителями.

'...Почему этот парень так непринужденно поприветствовал меня? Я, по крайней мере, в 10 раз старше его-кхм, то есть, в 4 раза', – первое впечатление Рокси о Рудеусе не было столь впечатлающим.

– Да, вы будете учить моего сына. Он гений! – с гордостью заявила Зенит.

– Ха-ах... Родители всегда такие... наивно оптимистичные люди, которые думают, что у их ребенка есть талант только потому, что он рано расцвел.

Рокси, казалось, смирилась с тем, что зря потратила время на поездку в этот отдаленную сельскую местность.

Бровь Зенит дернулась.

– Госпожа учительница, это не преувеличение. Он уже достиг промежуточного уровня в трех различных видах магии! Единственная причина, по которой мы наняли репетитора по магии, заключалась в том, что я могла обучать Руди только до этого уровня.

Излишне говорить, что учитель не был убежден и лишь с сомнением оглядывался назад.

– Действительно... Промежуточный? Ну, я думаю, это то, что можно легко доказать. Не могли бы вы продемонстрировать немного магии, эм, Руди?

Я кивнул, сперва посмотрел на Зенит вопросительным взглядом.

Она тоже кивнула мне, давая свое согласие на демонстрацию моей безмолвной магии. Похоже, что она чувствовала себя оскорбленной и теперь хотела, чтобы я показал себя и стер подозрительный взгляд, который на нее бросал учитель-подросток.

'Мама, сколько тебе лет на самом деле. Есть ли смысл быть такой злопамятной по отношению к кому-то столь юному? Не то чтобы я мог что-либо сказать, ведь моему нынешнему телу было всего четыре года'.

Следуя указаниям Зенит, я поднял ладонь и направил ее на Рокси, которая подняла на меня бровь.

Видимо, шутка не показалась ей смешной. Я прошел мимо нее и направил ладонь к небу. Я заставил ману, циркулирующую под моей кожей, двигаться и собираться у моей ладони, одновременно мысленно представляя заклинание, которое я хотел произнести.

Это был метод безмолвной магии, который я придумал. Дать мане собраться, визуализировать заклинание, определить размер и количество маны, необходимое для подпитки заклинания, и управлять маной, чтобы воспроизвести заклинание с помощью одних только мыслей.

– Водяная Пушка

В воздухе образовалась жидкая сфера, возможно, в десять раз больше обычного водяного шара, рядом с моей ладонью. В следующее мгновение большая концентрация воды, более плотная, чем казалось, была запущена в воздух с пугающей скоростью и оставила слабую ударную волну, которая встрепыхнула короткую юбку учителя магии.

Краем глаза я видел, как лицо молодого учителя изменилось от скептицизма до неверия. Выражение шока превратило ее милое лицо в довольно неприятное.

Водяное пушечное ядро продолжало свой полет в небо, хотя оно не могло бесконечно поддерживать свою скорость и высоту. В конце концов, шар рассеялся на сотни тысяч водяных капель, которые упали вниз, заставив крестьян и жителей деревень внизу задуматься, не начался ли дождь.

– Этого достаточно? – спросил я у преподавателя магии, стараясь сохранить нейтральное выражение лица. Хотя, если честно, ее лицо было довольно забавным.

– Э-это...! Без заклинания? Нет, где-то здесь присутствует магический круг?

Рокси повернулась к Зенит: – Это что, какой-то фокус? Где магический круг?

Зенит, к ее чести, не выглядела раздраженной или обиженной. Наоборот, она даже выглядела немного гордой. Для нее реакция Рокси означала, что выступление Руди было настолько впечатляющим, что даже наставник по магии заподозрил его в жульничестве и даже подумал, что в этом может быть повинен магический круг.

– Я уже говорила, что он овладел промежуточной магией трех стихий, включая целительную. Хм, если вы все еще подозреваете нас, можете предложить Руди использовать любую магию огня и воды. Так вы не сможете сказать, что за это отвечает что-то вроде магического круга.

Зенит предложила решение, хотя Рудеус мог сказать, что она просто пытается еще больше измучить бедную девушку.

– Так самоуверенно!? Тогда... хорошо. Ты знаешь Великий Огненный Шар?

Это было заклинание Огня среднего уровня, одно из наиболее часто используемых заклинаний магами среднего уровня и выше, потому что первым заклинанием, которое большинство магов изучали в школе Огня, был его аналог для начинающих, Огненный шар.

Ничего не ответив, я снова повернул ладонь к небу и прицелился в особенно пушистое на вид облако.

– Великий Огненный Шар.

На некотором расстоянии от моей ладони образовалась неясная размытая сфера, сформированная из накопленной маны, а ветер яростно хлестал по Рудеусу, использующему магию.

Рокси пришлось использовать одну руку, чтобы удержать шляпу, и еще большее недоверие сменило ее выражение, когда она увидела, что расплывчатая сфера начала превращаться в пламя, образуя огненный шар, как она и просила. Она даже почувствовала жар, исходящий от сгустившейся огненной сферы.

Мгновение спустя, подобно водяной пушке, которую он выпустил ранее, Большой Огненный Шар также был запущен в небо. Однако, в отличие от водяной пушки, огненный шар смог сохранить свою форму, лишь взорвавшись и издав громкий взрыв высоко в небе.

– Видите? Никаких магических кругов. Руди просто гений! – гордо заявила Зенит, наклонившись вперед, чтобы заключить маленького Рудеуса в любящие объятия.

Рудеус равнодушно принял теплые объятия, позволяя груди Зенит тереться о его макушку и затылок. Он уже привык к чрезмерной ласке мамы, и это его больше не волновало.

– Д-да уж. Это, конечно, превосходит мои ожидания... – дрожащим голосом ответила Рокси, делая строгий вид, но внутренне не в силах осознать масштабы того, чему она только что стала свидетелем. Вместо того, чтобы назвать это чем-то редким, точнее было бы назвать этот поступок невозможным.

Больше всего в магии ей нравились правила. Магия имела жесткую систему, которой нужно было следовать, чтобы иметь возможность творить заклинания. Ее было легко понять, не было никаких скрытых переменных, которые сложно было бы разглядеть, или телепатических сообщений, которые она не могла бы услышать.

Однако подумать, что четырехлетний мальчик так беспечно разрушит ее представление о тех самых жестких правилах магии, обо всех строгих структурах наложения заклинаний... это было немыслимо!

– Тогда... могу ли я называть вас учителем? – невинно спросил Рудеус. Он посмотрел на невысокого, но все же выше его ростом, подростка, в реальности являющимся почти сорокалетним учителем магии.

'Действительно ли я могу учить кого-то вроде него...?'

Рокси нерешительно кивнула: – Да, хотя ты можешь звать меня просто Рокси.

Затем она повернулась к Зенит и Полу, которые наблюдали за ними со слабыми улыбками: – Я согласна стать его учителем магии.

Так Рудеус начал изучать продвинутую магию под руководством Рокси Мигурдии.

....

Рокси стояла в саду дома Грейратов и смотрела на мальчика, который невинно сидел на деревянном стуле и выжидающе смотрел на нее.

Маленькая Мигурдия немного смутилась под его взглядом. Ей казалось, что на нее смотрит будущий маг ранга Императора.

Независимо от ее личных чувств, она была здесь, чтобы выполнять работу, и это было то, что она, по крайней мере, должна была сделать правильно.

– Твоя мама сказала мне, что она обучила тебя основам магии, это правда? – начала она, хотя внутренне уже изменила учебный план, который планировала до приезда и наблюдения за выдающимся талантом своего нового ученика.

– Да! Существует три основных вида магии: атакующая, целительная и вызывающая. Каждый из них делится на семь рангов: Новичок, Промежуточный, Продвинутый, Святой, Король, Император и, наконец, Бог! – с энтузиазмом ответил Рудеус.

С тех пор как он застрял на промежуточном уровне изучения магии, он с нетерпением ждал следующего шага. Тем более после того, как он узнал, что его родителям удалось найти наставника по магии. Рокси, возможно, выглядела немного юной, но она должна была хорошо разбираться в магии, чтобы принимать учеников, поэтому Рудеус был рад учиться у этой девушки.

Синеволосая девочка в ответ кивнула: – Действительно. Чтобы использовать магию, нужна магическая сила, или более известная как мана.

Рокси начала объяснять происхождение маны, но поймала себя на том, что блеск интереса в глазах ее юного ученика слегка угас.

'П-правильно, он должен знать такие базовые вещи, если он уже может использовать промежуточную магию... Не хорошо, как его учитель я должна заслужить уважение своего ученика!'

– Уму, похоже, что ты уже знаешь все это, поэтому я не буду тратить время зря. Поскольку ты уже знаком с магией Воды и Огня до промежуточного ранга, то я полагаю, что ты до сих пор не встречался с магией продвинутого уровня, верно?

Интерес в глазах Рудеуса вернулся вдвойне: – Да, я еще не видел продвинутой магии! В маминой книге "Руководство по магии" есть только магия промежуточного ранга.

– Хм, понятно. Тогда начнем сегодняшний урок с демонстрации магии продвинутого уровня? – спросила Рокси, хотя уже знала, что ответит его ученик. Самое лучшее в магии и ее преподавании было то, что учитель мог продемонстрировать свое превосходство в магии и увидеть благоговение в глазах ученика!

Рудеус хлопнул в ладоши с едва сдерживаемым рвением: – Да, пожалуйста, учитель Рокси!

'Учитель Рокси... это действительно хорошо звучит...' – размышляла она про себя, размахивая посохом.

Рокси оглянулась на своего ученика и начала: – Я только недавно закончила Магическую Академию Раноа. Но я достигла святого ранга в магии воды, продвинутого ранга в магии огня, ветра и земли для атакующих заклинаний, а также продвинутого ранга в магии исцеления.

– Сегодня я продемонстрирую тебе заклинание Огня продвинутого ранга. Смотри внимательно.

Стоя лицом к лицу с Рудеусом, Рокси глубоко выдохнула, удивляясь, почему она так нервничает, демонстрируя заклинание продвинутого ранга перед четырехлетним ребенком. Отбросив эту мысль, она начала произносить заклинание.

– Пламя, ты бушуешь и горишь. Сосредоточь свою ярость и порази своего врага. Пусть ничто не устоит на твоем пути и пронзит тьму. Палящий луч!

Из кончика посоха Рокси вырвался яркий свет, и без предупреждения то, что можно было описать только как огненный лазер, выстрелило и устремилось в небо. Он поднялся высоко вверх, прежде чем круговой столб огня рассеялся из-за отсутствия дополнительной маны для поддержания формы.

Ух ты... Небо сегодня очень сильно пострадает.

Рудеус задумался, но тут же начал аплодировать, увидев, как Рокси выжидающе смотрит на него.

Однако он был действительно впечатлен, поскольку впервые видел, как исполняется магия продвинутого ранга. Более того, это был лазерный луч. Это было то, что заставило бы сердце любого молодого парня заколотиться от адреналина.

– Потрясающе! Это было так круто, учитель Рокси!

Она внутренне вздохнула с облегчением: 'По крайней мере, мне удалось поддержать свой имидж таким образом... но почему признание четырехлетнего ребенка приносит такое удовлетворение?'

– Кхм. Это была магия огня продвинутого ранга под названием Палящий Луч. Это одно из немногих заклинаний в школе магии Огня, которое имеет очень дальний радиус действия.

Рокси начала объяснять, но остановилась, когда заметила, что Рудеус что-то напевает.

– Что!?.. Рудеус, подожди!

– Пламя, ты бушуешь и горишь. Сосредоточь свою ярость и порази своего врага. Пусть ничто не устоит на твоем пути и пронзит тьму. Палящий луч!

Рудеус почувствовал, как мана внутри него откликнулась примерно на половине заклинания, не требуя от него никакого вмешательства. Он постарался запомнить движение своей маны.

После года применения различных заклинаний в течении которого он изучал магию, мальчик обнаружил, что большинство заклинаний имеют схожие, но в то же время тонкие различия в процессе активации заклинания.

В основном это касалось движения маны в теле заклинателя, того, как она формировала и создавала элементарную природу заклинания, и, наконец, ключевых инструкций по активации, которые приводили к успешной активации магии.

Рудеус не был достаточно умен или дотошен, чтобы разобрать эти различия, поэтому он мог полагаться только на интуицию, чтобы инстинктивно чувствовать движение маны для каждого заклинания.

В результате у него пока не было никаких результатов от этих наблюдений, но, возможно, что-то выйдет в будущем, когда он сможет постичь также магию земли и ветра.

Когда Рудеус закончил заклинание, он почувствовал, как мана течет по его венам, а затем вытекает из его вытянутых указательного и среднего пальцев, направленных к небу.

В дюйме от кончиков его пальцев образовался маленький шарик света, который вдруг засиял ярче, увеличиваясь в размерах, а затем из светящегося шарика вырвался яркий, но тонкий столб огненно-оранжевого света, очень быстро устремившийся к белым облакам.

Его эффект длился не так долго, как у Рокси, так как Рудеус все еще не знал, сколько маны нужно вложить в магическое заклинание продвинутого ранга. Он вложил только примерно вдвое больше маны, чем в заклинание среднего ранга.

Рудеус наблюдал за последствиями своего заклинания, которое оставило полосу выжженного воздуха, ничем не отличающуюся от заклинания Рокси.

– Что ж, думаю, это можно считать успехом.

– Рудеус! Не произноси заклинание без моего разрешения! Почему ты делаешь это посреди моей лекции?! – Рокси подошла к нему и оскалилась.

Ребенок вздохнул и опустил голову: – Простите, я просто хотел попробовать магию продвинутого ранга, так как никогда не видел ее раньше...

Смотря на извиняющегося мальчика, Рокси дала волю своему гневу. Она забыла, что имеет дело с четырехлетним ребенком, когда увидела, как на тот использует магию продвинутого ранга.

Запрет на применение заклинаний без разрешения преподавателя был одним из правил Магической Академии Раноа, которую она только что окончила. Так как она строго следовала этому правилу, и это также стало причиной, почему заклинание Рудеуса вызвало у нее такую острую реакцию.

Но если быть честной, она была даже немного рада, что у Рудеуса есть такая озорная сторона. Это давало ей уверенность в том, что Рудеус не был биологической аномалией или, возможно, замаскированным древним чудовищем.

Видя, как мило он выглядит, когда извиняется, Рокси приглушила все затянувшиеся следы раздражения, вздохнув: – Все в порядке. Просто запомни это правило с этого момента. Во время наших уроков тебе не разрешается произносить заклинания, если ты не получил моего разрешения. И особенно посреди лекции.

– Но почему? – спросил Рудеус с типичной любознательностью ребенка.

– Потому что заклинания могут быть опасны как для заклинателя, так и для окружающих. Если бы я по какой-то причине вскочила в тот момент, не понимая, что ты произносишь заклинание, я могла бы сильно пострадать. Ну, у меня были бы свои методы, чтобы блокировать его, но смысл ты понял.

Рудеус мудрено кивнул: – Понятно. Но почему это может быть опасно и для заклинателя?

– Потому что в большинстве случаев такому молодому и неопытному магу, как ты, требуется время, чтобы привыкнуть к заклинаниям, расходу маны на заклинание, а также будут приняты меры предосторожности на случай катастрофического провала заклинания, – она объяснила все с удивительной скоростью.

Рудеус потер подбородок: – Оказывается, так много всего нужно сделать, чтобы произнести заклинание в первый раз, да? Мама всегда позволяла мне сразу же произнести заклинание, и все всегда получалось хорошо.

Рокси почувствовала, как вена на ее виске вздулась от раздражения: 'Это потому, что это ты ненормальный!'

– Меры безопасности и управление рисками очень важны. Нет смысла идти на бессмысленный риск только потому, что ученик хочет торопиться. Медленно и уверенно выигрывать гонку – такова философия Магической академии Раноа, из которой я выпустилась.

Рудеус заинтересованно хмыкнул: – Значит, эта поговорка есть даже на Центральном континенте...

– Я понял, учитель Рокси, больше такого не повторится! – независимо от того, насколько комфортно он чувствовал себя, используя магию продвинутого ранга, не следовало проявлять неуважение к своему учителю, которая сама была магом святого ранга.

'Она, вероятно, знает о магии больше, чем то, чему я научился...'

Рокси удовлетворенно кивнула. Поначалу она думала, что Рудеус будет гораздо более тщеславным, как недоразвитый гений. Она беспокоилась, что ребенок откажется слушать ее указания. Но она была рада, что Рудеус оказался хорошим мальчиком и внимательно слушал ее наставления.

– Теперь, отложив это в сторону, как ты чувствуете себя после применения магии продвинутого ранга? Чувствуешь ли ты усталость? Какие-нибудь боли в странных местах или вялость?

Рудеус отрицательно покачал головой: – Нет. Я чувствую себя хорошо. Я совсем не чувствую усталости.

– Ух... правда? – Рокси почувствовала, как скучивается ее желудок. Неужели она действительно столкнулась с каким-то мико? С благословением огромного запаса маны?

– Как ты думаешь, насколько истощился твой запас маны после произнесения этого заклинания?

– Хм... примерная оценка – около 5 процентов?

– У-ух... – Узел в ее животе затянулся. – 'Если он не ошибается, то у меня всего не намного больше запаса маны, чем у него...'

– Учитель Рокси, разрешите еще раз применить Палящий луч?

– Хм...? Я не против, но почему?

– Мне показалось, мое заклинание еще не отточено, поэтому я хочу освоить его до окончания нашего урока.

– Хочет освоить заклинание продвинутого ранга за один день... Я схожу с ума? – Рокси пробормотала про себя, но тут же вернула себе самообладание. – Это прекрасно, но, как я уже говорила, необходимо принять меры предосторожности. Во-первых, такое продвинутое заклинание, как Палящий Луч, очень опасно, я уверена, что тебе не нужно объяснять, насколько смертельными могут быть заклинания для людей, которые не могут от них защититься. Что-то вроде Палящего Луча может прорезать дюжину фермеров, не затратив на это много энергии...

Рокси предупредила с помрачневшим тоном, пытаясь напугать Рудеуса, что видимо удалось, судя по его бледному лицу.

– Тогда что нам нужно сделать для профилактики?

Рокси была довольна тем, что ее новый ученик готов следовать ее правилам. Не многим молодым ученикам, жаждущим научиться магии, хватило бы терпения на это.

– Сначала мы должны убедиться, что в непосредственной близости от места наведения заклинания нет никого, кто мог бы пострадать. В магической академии Раноа обычно есть тренировочные комнаты, специально предназначенные для проверки заклинаний продвинутого уровня, но поскольку у нас нет для этого условий, мы поступим как и раньше, будем целиться в небо.

Рудеус кивнул, соглашаясь с ее объяснением.

– Во-вторых, поскольку риск все еще относительно высок без магических кругов, защищающих от возможности осечки, я подготовлю контрзаклинание, чтобы минимизировать побочный ущерб в случае, если ты потеряешь контроль над заклинанием. Так как ты испытываешь продвинутую магию огня, я буду использовать защитную продвинутую магию воды в качестве меры предосторожности.

– Это для управления рисками, чтобы обезопасить себя от побочного ущерба. Нам также необходимо свести к минимуму вероятность того, что ты допустишь ошибку и потеряешь контроль над заклинанием. Поэтому мы будем практиковаться в произнесении заклинания до тех пор, пока я не буду уверена, что ошибок нет. Но еще до этого я сначала пройдусь по теории магии, лежащей в основе заклинаний продвинутого уровня, а точнее, по теоретической структуре магии огня и массивов Палящего Луча в частности.

У Рудеуса дернулась бровь: ему уже не очень нравились все эти превентивные меры. Он без проблем экспериментировал с заклинаниями начального и среднего уровня, так неужели заклинания продвинутого ранга будут чем-то отличаться? Однако, представив себе дюжину фермеров или, что еще хуже, членов его семьи с выжженной дырой в груди в результате его ошибки, Рудеус вдруг почувствовал, что это уже не такой уж большой компромисс.

– Я понимаю. Давайте начнем, учитель Рокси.

Он удивительно зрел, заметила Рокси, прежде чем начать подробно рассказывать о теории магии, на что Рудеус достал свободную стопку чистой бумаги и начал записывать заметки из лекции Рокси. Не стоит недооценивать способности Рудеуса к учебе, ведь он был вынужден поддерживать хорошие оценки в колледже, в то же время ежедневно тренируясь в футболе!

Время медленно шло день за днем, и во мгновение ока прошел год. Уроки Рокси с Рудеусом прошли лучше, чем они ожидали.

Рудеус смог быстро овладеть магией земли и ветра благодаря учениям Рокси. Достигнув продвинутого ранга по всех четырех стихиях, он быстро овладел магией огня и воды.

В то же время, он также достиг продвинутого ранга в трех стилях меча, Боге Меча, Боге Воды и Боге Севера, став того же уровня, что и Пол в плане техники.

Казалось, что это тело обладало острым умом, способным сохранять информацию намного лучше, чем его предыдущее тело.

Помимо достижения продвинутого ранга магии в атакующих заклинаниях, Рудеус также много учился у Рокси магии слияния. То есть, создание различных явлений путем смешивания определенных заклинаний в определенном порядке.

Пример, который приводила Рокси, заключался в активации Водопада, Теплового Купола и Ледяного Поля в определенном порядке, что привело бы к образованию тумана. Повторное нагревание земли впоследствии рассеивает туман.

Поскольку уровень науки в этом мире был не очень высоким, у них не было приборов, которые могли бы объяснить, почему определенные явления происходят именно так, как они происходят. Поэтому, даже если бы у них было руководство по магии слияния, в котором был бы указан порядок или заклинания, которые нужно произнести, чтобы создать туман, единственным объяснением было бы: "Примерно так это происходит".

В то время как наука могла бы объяснить, что туман образуется в результате конденсации водяного пара, который образует множество крошечных капелек воды, висящих в воздухе, создавая видимость густого тумана.

Этот процесс был отражен в порядке создания тумана с помощью магии слияния: Водопад создавал большое количество воды, Тепловой купол испарял ее, в результате чего образовывался плотный, влажный водяной пар, и, наконец, Ледяное Поле обеспечивало холодную температуру, которая конденсировала водяной пар в туман.

Просто исследователи этого мира делали слишком большой упор на магию, не желая исследовать и изучать природные явления, полагаясь на нее как на ответ на все необъяснимые явления.

Рудеус не считал себя особенно сведущим в точных науках. Потому что, хотя в колледже он действительно изучал естественные науки, его специализацией была наука о спорте! Не стоит смеяться, ведь спортивная наука охватывала широкий спектр областей, связанных со здоровьем и физической работоспособностью.

Его знания анатомии человека и клеточного производства, которые он изучал в школе, позволили ему достичь продвинутого ранга в магии исцеления и детоксикации и в то же время быть способным применять их без заклинаний.

Ему не нужны были медицинские знания, чтобы представить себе, как лечить кого-то с помощью магии исцеления. Рудеус уже обладал знаниями о биологических процессах, происходящих в клетках, которые помогли ему понять, как работает магия исцеления и что лежит в основе фундаментальной структуры магии исцеления.

Возьмем, к примеру, магию исцеления начального ранга Исцеление. По сути, заклинание исцеления ускоряло регенерацию клеток. Незначительные порезы и ушибы быстро восстанавливались под воздействием света магии исцеления.

Даже неспециалистам с Земли было известно, что существует биологический предел того, сколько раз человеческая клетка может множиться, прежде чем больше не будет в состоянии делиться и впоследствии разрушится в результате программной клеточной смерти или апоптоза.

Это привело к ужасным последствиям, которые осознал Рудеус. Частое воздействие магии исцеления, по сути, сокращало продолжительность жизни существ, которые подвергались исцелению. Это был незаметный побочный эффект, который нельзя было четко измерить, если только субъект не получал исцеляющую магию круглосуточно в течении десятилетий.

Конечно, это была лишь теория, которая работала в рамках предвзятых представлений Рудеуса о биологии человека, которые могли быть не актуальны в этом фантастическом мире.

Тем не менее, он не мог полагаться на свои научные знания, чтобы понять все необъяснимые явления в этом мире. Например, Рудеус не мог понять научную основу усиления маны и ее механических процессов. Ему пришлось бы углубиться в теорию маны, прежде чем он смог бы выдвинуть рабочую гипотезу.

Но что-то подобное не обязательно стояло на первом месте в его списке приоритетов. В душе он не был ученым. Он был спортсменом. Хотя большинство элитных спортсменов обладали некоторыми знаниями по диетологии и биомеханике, они изучали их только для того, чтобы улучшить свои результаты в выбранном виде спорта, а не из любознательности. Рудеус был похож на них. Хотя у него были специализированные знания по этим предметам, все же он понимал их на поверхностном уровне.

С ростом тела Магический Стиль Меча также стремительно развивался. Поскольку у него была амбициозная цель создать четвертую школу фехтования, равную или превосходящую три существующих стиля меча, он создавал техники, которые начинались с начального ранга.

Например, техника начального ранга, Огненный Разруб. Вместо того чтобы испускать ману из ладони или посоха, он направил магическую силу через меч и выпустил из кончика клинка заклинание магии огня начального ранга. Это позволило ему выпустить волну огня, когда он взмахнул мечом. По объективным оценкам Рудеуса, это заклинание не обладало высокой смертоносностью, но если использовать его как отвлекающий маневр или заблуждение, то оно работало очень хорошо.

Промежуточная техника Магического Меча: Земляной Рывок. Он выпустил ману через стопы и побежал вперед. С каждым шагом в земле, на которую он наступал, образовывалось подобие стартовой площадки, которая стремительно несла его вперед. Он мог двигаться не только по прямой, но и зигзагообразно, не теряя темпа из-за необходимости менять направление на полпути. Трамплины запускали его в разных направлениях без необходимости снижать импульс.

Продвинутая техника волшебного меча: Воздушный Шаг. Подобно Земляному Рывку, он выпускал ману через стопы и создавал барьер из ветра в воздухе. Это позволяло ему как бы ходить по воздуху, а главное – участвовать в трехмерной битве, в которой он подпрыгивал в воздухе в разных направлениях, а затем наносил удар из слепой зоны противника.

Даже Пол не мог ничего сделать, кроме как сохранять герметичную, защитную стойку Бога Воды против его атак Воздушным Шагом. Даже если бы он попытался контратаковать Рудеуса, мальчик смог бы быстро отступить или изменить направление, используя другое заклинание, которое выбрасывало большой поток ветра из части его тела, что впоследствии могло бросить его в другом направлении в воздухе.

В то время как его семья, включая Лилию, уже немного привыкла, наблюдая, как он сочетает магию и фехтование таким образом, Рокси, напротив, была потрясена тем, как ловко Рудеус объединял магию с фехтованием.

От использования магии воды для быстрого создания ледяного оружия, которое затем металось с помощью техники в стиле Бога Севера, до наложения острой магии ветра на его деревянный меч и превращения его в клинок острее любого металла.

От создания плавающих каменных щитов, вращающихся вокруг его фигуры, которые значительно усиливали его стойку Бога Воды, до экспериментов с изобретением магии огня, которую он назвал Форсаж, увеличивающую его скорость движений.

Рокси чувствовала, как ее предвзятые представления о магии и фехтовании рушатся с каждым новым подвигом, который она наблюдала у Рудеуса.

Неужели я наблюдаю за рождением будущей легендарной личности? – задалась она вопросом, и эта мысль, честно говоря, пугала. Запишут ли ее в историю как учителя того, кто однажды смог достичь уровня Семи Великих Мировых Сил? Хотя это и пугало, она не могла не радоваться.

Все, чему ей оставалось научить ребенка, это магии воды святого уровня, и, честно говоря, единственная причина, по которой это заняло так много времени, заключалась лишь в том, что Рудеус все меньше интересовался переходом на следующую ступень.

Он предпочел бы потратить больше времени на развитие своего стиля Магического Меча, чем тратить время и силы на изучение магической теории магии святого ранга.

Это было связано с тем, что, начиная с заклинаний святого ранга, магию такого уровня было бы трудно использовать в фехтовании, как того желал Рудеус. Это были масштабные, разрушительные заклинания, которые приводили к уничтожению больших территорий. Рудеус больше склонялся к заклинаниям небольших масштабов, которые можно было хорошо интегрировать с тремя существующими стилями владения мечом.

Если он избавится от своих врагов с помощью масштабной магии Святого ранга, он больше не мог бы называть себя ни волшебным мечником, ни рыцарем-магом, ни воином-магом (он еще не определился с именем)!

Но решение Рудеуса перераспределить свое время и страсть на развитие техники владения мечом было хорошо воспринято Полом, который в любом случае хотел видеть своего сына будущим мечником.

Сначала, когда Пол узнал о стремлении Рудеуса создать Магический Стиль Меча, который мог бы соперничать с тремя традиционными школами меча, он посчитал это забавным, но все же искренне поддержал Рудеуса.

Но время шло, и слова Рудеуса вдруг перестали казаться такими уж пустыми, и Пол тоже начал думать иначе. На самом деле он даже начал активно придумывать идеи, как помочь своему сыну развить это новое магическое мастерство фехтования.

В конце концов, кто, как не эксперт, владеющий всеми тремя стилями владения мечом и имеющий более чем десятилетний опыт сражений с заклинателями и против них, может выступить в качестве консультанта по скрещиванию меча и магии?

Пол до сих пор иногда проклинал это решение, когда оказывался на стороне получателя этих техник, которые специально копали под слабые места, на которые он указал Рудеусу. Но, в конце концов, кто из родителей не гордился бы достижениями своего пятилетнего ребенка?

Зенит сначала укоряла Рудеуса за то, что он упустил возможность научиться магии святого ранга у мага святого ранга. Но она не смогла зайти слишком далеко в своих нравоучениях, увидев, как Рудеус был счастлив, работая над стилем Магического Меча.

Кроме того, она уже была более чем довольна тем, что Рудеус смог достичь продвинутого ранга в магии исцеления и детоксикации, и даже смог выполнять их без заклинаний! Он мог исцелить себя, просто пожелав этого и направив свою магию в нужное русло.

Для стороннего наблюдателя это выглядело бы так, будто Рудеус обладает отвратительно мощной способностью к самовосстановлению. Враги, сражающиеся с ним, могли бы взбеситься до смерти, прежде чем им удалось бы окончаельно расправиться с ним.

Не то чтобы Рудеус рисковал навсегда сократить продолжительность жизни из-за чрезмерного лечения магией, сражаясь как безумный безумец. Его теория о целительной магии могла оказаться совершенно неверной, но это не означало, что он должен идти на этот ненужный риск. Продолжительность жизни, сократившись, будет потеряна навсегда. Не стоило искушать судьбу.

Он также постепенно привязался к Рокси, так как они проводили много времени вместе. Помимо его родителей и Лилии, Рокси, вероятно, была человеком, которого он любил больше всего.

Девушка хорошо преподавала, в отличие от его родителей...

Пол учил, говоря "Просто делай вот так". Если бы Рудеус не был таким гением, каким он был, он не смог бы понять ни одной вещи из того, что говорил ему отец.

С другой стороны, Зенит обладала лишь поверхностными знаниями о магической системе этого мира, в отличие от глубоких познаний, которые Рокси часто излагала на своих лекциях.

Для Рудеуса Рокси была не просто человеком, который знал лишь модели заклинаний для продвинутой магии. Она учила его теории магии, тому, как маги сражаются и их различным тактикам, даже рассказывала о географии и экологии других континентов.

Если бы не она, Рудеус чувствовал, что он так и остался бы лягушкой в колодце, не знающей, насколько велик мир на самом деле, считающей, что маленький клочок земли, на котором она живет, и есть весь мир.

Для Рудеуса Рокси была не просто человеком, который знал лишь модели заклинаний для продвинутой магии. Она учила его теории магии, тому, как маги сражаются и их различным тактикам, даже рассказывала о географии и экологии других континентов.

Если бы не она, Рудеус чувствовал, что он так и остался бы лягушкой в колодце, не знающей, насколько велик мир на самом деле, считающей, что маленький клочок земли, на котором она живет, и есть весь мир.

Кстати, когда ему исполнилось пять лет, его семья устроила вечеринку по случаю его дня рождения. Видимо, в стране, где он жил, не было принято праздновать дни рождения каждый год. Люди праздновали дни рождения только три раза в жизни: в 5, 10 и 15 лет.

Как только человеку исполнялось 15 лет, он по праву считался взрослым.

Вечеринка была небольшой, но уютной. Зенит и Лилия весь день занимались тем, что готовили пир для семьи. Рокси тоже ушла куда-то по своим делам на весь день. Только Пол был рядом, чтобы сопровождать его в день рождения, что вполне устраивало мальчика, так как они провели весь день в спарринге и работали вместе, чтобы разработать больше техник Магического Меча.

Во время ужина они собрались на праздник, и взрослые раскрыли подарки, которые они приготовили для него.

Пол дал Рудеусу один железный короткий меч, так как длинные мечи все еще были слишком велики для него, даже когда ему исполнилось 10 лет.

– Рудеус, ты, несомненно, талантлив. Ты много раз слышал, как мы говорили тебе об этом, и я уверен, что ты услышишь это от многих других, когда вырастешь. Этот дар также несет в себе мою надежду на то, что ты не будешь ослеплен их похвалой и не станешь ни самодовольным, ни высокомерным. У мужчины всегда должен быть меч, чтобы защищать важных для него людей. Таково назначение этого меча. На самом деле я приготовил для тебя и второй меч, и он предназначен для защиты самого себя, даже если ты...

– Слишком долго. Моя очередь! – Зенит оборвала его, хотя он явно произносил страстную и эмоциональную речь.

Она достала небольшую коричневую кожаную куртку, тщательно сшитую и подбитую мехом, будто на заказ.

– Это я сделала для тебя, потому что Руди любит бегать на улице, даже когда холодно, – Ее речь была короткой, какую Рудеус ожидал услышать скорее от своего прямолинейного отца, чем от матери.

Мальчик взял ее обеими руками, провел пальцами по гладкой кожаной поверхности куртки, прослеживая мех на воротнике. Он чувствовал, с какой любовью и заботой Зенит вложила в каждый стежок куртки.

– Спасибо, мама, я буду вспоминать твое тепло каждый раз, когда буду надевать его.

– Кьяа! Руди, даже когда он серьезен, просто слишком милый! – воскликнула Зенит, топя лицо Рудеуса между своими курганами.

Затем Рокси показала, над чем она работала весь день. Это был еще один короткий меч, почти такой же, как тот, который Пол дал Рудеусу. Должно быть, именно об этом он говорил, пока его не прервала Зенит.

– Обычно учитель магии изготавливает волшебную палочку или посох для своего ученика, чтобы тот мог использовать магию для начинающих. Я забыла об этом, потому что Рудеус уже умел пользоваться магией с самого начала. Я собиралась сделать для тебя обычную палочку, но поскольку ты любишь использовать магию вместе с фехтованием, я вместе с Полом сделала эту.

В рукоять короткого меча был вмонтирован красный кристалл.

– Направляя свою магию через магическое ядро, то есть магический камень в мече, тебе будет гораздо легче использовать техники Магического Меча.

Глаза Рудеуса заметно посветлели после того, как он увидел подарок Рокси. Хотя он и называл свой первоначальный стиль владения мечом стилем Магического Меча, это был первый магический меч, который он действительно держал в руках. Воистину, Рокси – великий учитель.

– Спасибо, учитель Рокси, я буду его беречь.

Она почему-то не очень обрадовалась тому, что ее вызвали учитель в тот вечер.

Последний член семьи, Лилия, также приготовила кое-что для Рудеуса.

– Молодой господин Рудеус, это для вас.

Лилия показала ему грубоватый на вид шар, который, казалось, был туго сплетен из сушеных лоз.

Рудеус наклонил голову, не зная, что сказать по этому поводу.

– Я случайно увидела нарисованную тобой фигурку, пинающую мяч, и сделала это для тебя. Мое желание – чтобы юный господин Рудеус больше наслаждался детством, играл с мячом больше, чем тренировался в магии и владении мечом.

Рудеус держался за лозовый мяч, его грудь напряглась, а в глазах заплясали эмоции. В его видении вместо грубого лозового шара появилось изображение черно-белого футбольного мяча.

Из его больших глаз неосознанно катились слезы, а взрослые смотрели в недоумении.

Взволнованная Лилия подошла с салфеткой, чтобы вытереть его слезы: – Разве мой подарок был слишком скудным? Мне очень жаль, молодой господин Рудеус.

Рудеус покачал головой: – Нет, Лилия, мне это нравится. Просто, я не знаю, всеобщая любовь была просто слишком подавляющей...

Все четверо взрослых почувствовали себя так, словно в их сердца вонзилась стрела, сделанная из миловидности. Эта атака была даже более смертельной, чем удар Бога Меча.

Пол и Зенит тут же облепили ребенка, зажав его между своими: – Наш ребенок, мама и папа никогда не перестанут тебя любить, так что лучше привыкай!

Лилия слабо улыбнулась, глядя на него с нежностью, в то время как Рокси хихикала над этим зрелищем.

Ужин прошел довольно умиротворенно. Рокси и родители обменивались историями о временах, когда они были авантюристами.

Тогда же он узнал, что его учитель – не маг-подросток Рокси. На самом деле она уже была магом средних лет.

Оказалось, что Рокси принадлежала к расе демонов под названием Мигурд, представители которой обычно были невысокого роста с маленьким детским телом и голубыми волосами. Что еще более важно, продолжительность жизни мигурдов составляла около 200 лет. Их тела переставали физически созревать, когда им исполнялось 14-15 лет, а окончательно старели после достижения 150 лет.

Рокси, которая выглядела так, будто ей место в средней школе, на самом деле была на несколько десятилетий старше Рудеуса!

Внешность действительно может быть обманчивой, пока Рудеус постигал это вновь обретенное знание, и, сам того не подозревая, то, как он смотрел на Рокси, также незаметно изменилось.

Зенит только прокомментировала, как она завидует такому телосложению, хотя Пол пытался быть задобрить ее, говоря: – Я все равно буду любить тебя, даже когда ты состаришься и обвиснешь.

То, что он принял за романтический жест, вместо этого оставило боль в голени от того, что Зенит тайком пнул его под обеденным столом.

Но именно истории о приключениях, которыми делились взрослые, заставляли сердце Рудеуса учащенно биться. Спасение попавших в беду девиц, борьба с опасными монстрами и походы в подземелья в поисках сокровищ. Жизнь искателя приключений была настоящей мужской романтикой!

Зенит и Пол рассмеялись, увидев звездный облик Рудеуса, и почувствовали, что на сердце у них стало легче. Честно говоря, Рудеус всегда был очень взрослым для своего возраста. И даже это было преуменьшением. Поэтому в тех редких случаях, когда Рудеус показывал свой возраст, Пол и Зенит чувствовали, что их сын все еще их драгоценный ребенок, которому еще предстоит повзрослеть раньше времени.

Неосознанно те вечера, когда Грейраты делили трапезу с Рокси, постепенно подходили к концу по мере приближения к окончанию обучения Рудеуса.

Согласно объяснениям Рокси, его выпускной состоял в том, что он применил магию воды святого ранга, что позволило ему получить титул мага воды святого ранга.

Рокси настояла на том, чтобы Руди взял перерыв в обучении магическому фехтованию, чтобы наконец-то изучить магию святого ранга и закончить обучение.

Не то чтобы Рокси не нравилось ее пребывание в доме Грейратов. Но дело было в том, что ей больше нечему было учить Рудеуса. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как Рудеус выучил всю магию продвинутого и ниже класса, которую она могла преподавать. С тех пор она занималась с Рудеусом только теорией магии, тактикой магического боя и помогала мальчику развивать его стиль фехтования.

В то время как Пол помогал с физической подготовкой, Рокси часто вносила свой вклад в такие вопросы, как синергетические эффекты между различными элементами или выступала в качестве ответственного за безопасность, когда Рудеус экспериментировал с особенно опасным магическим фехтованием.

Кроме того, Рокси больше не преподавала магию как таковую. Видя, что она больше не справляется с ролью учителя, она решила решительно заявить о своей власти и заставить Рудеуса закончить обучение, чтобы она могла жить дальше без каких-либо затянувшихся сожалений.

В день выпускного Рудеус был вывезен Рокси из деревни в отдаленное от нее место. Очевидно, магия святого ранга, которую он собирался изучать, была особенно разрушительной и могла повредить посевы или даже ранить жителей деревни, если бы они не были осторожны.

В день выпуска Рудеуса Рокси увезла его из деревни в отдаленное место. Очевидно, магия святого ранга, которую он собирался изучать, была особенно разрушительной и могла повредить посевы или даже ранить жителей деревни, если бы они не были осторожны.

Они делили одну лошадь, причем Рудеус сидел перед ней между ее ног, а ее руки, хоть и тонкие, давали ему чувство безопасности.

Это был не первый раз, когда он покидал порог их поместья, и даже не первый раз, когда он покидал окрестности их деревни. Рудеус обладал безграничной энергией и бесконечным желанием исследовать новый мир, поэтому никто из его семьи не мог помешать ему бегать по деревне, не прибегая к силе.

Пол также иногда брал его с собой в лес, чтобы научить охотиться.

Пол был нанят графом Фиттоа в качестве рыцаря для защиты деревни Буэна, поэтому он получал приличное жалованье вместе с регулярной данью от жителей деревни, которую он защищал. Таким образом, Грейраты были достаточно обеспечены, чтобы не охотиться на дичь. Однако Пол все равно продолжал заниматься этим, утверждая, что это полезно для того, чтобы его навыки не атрофировались.

Он до сих пор помнил, как впервые вышел на охоту на следующий день после того, как ему исполнилось пять лет. Это был, конечно, сюрреалистический, но приятный опыт.

Они прошли довольно большое расстояние от деревни и углубились в лес. Там Пол начал объяснять основы охоты.

– Запомни, Руди, охота – это не развлечение. Охота – это тяжело, и ты будешь страдать. Самое главное, охота может быть опасной. Поскольку эти части леса - популярные охотничьи угодья охотников из деревни Буэна, крупная дичь вроде лося и кабана может быть редкостью. Возможно, придется долго ждать или идти, прежде чем ты встретишь добычу.

Рудеус был одет в толстое кожаное пальто, подбитое мехом приглушенных тонов, которое помогло бы ему слиться с окружающей средой, подаренное Зенит. Пальто все еще казалось ему немного великоватым, так как оно было сшито с расчетом на то, что еще развивающийся ребенок вырастет в нем. В результате он выглядел более миниатюрным и милым, чем обычно.

– Поскольку ты охотишься впервые, я думаю, что для тебя важно понять несколько принципов охоты: первое – охоться только на то, что тебе нужно. Чрезмерная охота только повредит естественную среду обитания всех животных, живущих в лесу. И со временем это приведет к сокращению количества дичи, на которую можно будет охотиться в долгосрочной перспективе. Важно поддерживать естественный баланс.

Это было тем, что современному человеку известно как поддержание сбалансированной экосистемы. Чрезмерная охота только ради трофеев или бессмысленного удовольствия наносила ущерб популяции не только целевого вида. Другие охотники также серьезно пострадали бы, если бы популяция их добычи вдруг резко сократилась.

– В основном существует два способа охоты на добычу. Охота на месте, то есть в засаде где-нибудь в ожидании добычи. Это требует терпения, дисциплины и самообладания. Второй способ – это преследование. Это медленно и целенаправленно ступать по лесной подстилке, выслеживая добычу.

Пол продолжил: – Независимо от методов есть много других факторов, которые необходимо учитывать. Прежде всего, это наш запах. Животные, как правило, очень чувствительны к тому, как мы пахнем, и часто убегают, если чувствуют наш запах. Чтобы исправить это, мы можем скрыть наш естественный запах, взяв немного травы или растений, измельчив их до состояния пасты и натерев ею нашу одежду.

Пол продемонстрировал это и предложил Рудеусу немного травы, чтобы тот сделал то же самое. Хотя ребенок знал среднюю магию ветра, которая могла сделать то же самое без особых хлопот, Рудеус был не против научиться чему-то новому.

– Хорошо. Теперь, когда ты успешно замаскировал свой запах, мы можем начать выслеживать оленей. Большинство животных обычно собираются у источника воды, мы можем начать оттуда. Но не забывай о направлении ветра. Мы всегда должны идти против ветра, а не по нему.

Остальная часть охотничьей вылазки была настолько насыщена событиями, насколько может быть насыщена охота. Им попалась пара кроликов, которых они словили в качестве добычи. Пол расправился с ними с помощью лука и стрел, продемонстрировав удивительное мастерство владения оружием, которое не являлось мечом, что, вероятно, было связано с его продвинутым мастерством в стиле Бога Севера.

На последнего кролика охотился Рудеус, который был слишком маленьким, чтобы использовать луки, которые были выше его самого, поэтому вместо них он использовал начальную магию стрел ветра.

Весь остаток дня они пытались найти оленя, но в итоге им это не удалось. Однако, несмотря на это, по мнению Рудеуса это был большой успех.

Когда они принесли кроликов, Зенит с помощью Лилии сняли с них шкуру и приготовили вкусное кроличье рагу.

Тушеное мясо было самым вкусным из всего, что Рудеус когда-либо ел. Мясо было свежим, как только могло быть, и все еще наполненным жизненной энергией и силой дикого кролика, который еще несколько часов назад бегал вокруг.

Но самым вкусным в этой трапезе было удовлетворение от того, что его желудок наполнен чем-то, что он поймал своими руками. Это заставило Рудеуса ценить еду, как никогда раньше. Это было то, чего он, скорее всего, никогда бы не испытал, если бы остался на Земле, учитывая его инвалидность.

Так он вспоминал о том, как он благодарен тому, кто или что привело его сюда, в этот новый мир в новом теле.

Остальные участники обеденного стола были в замешательстве, когда увидели, как  жадно Рудеус поедал рагу, приготовленное Лилией и Зенит.

– О боже, неужели моя стряпня настолько вкусная? – вслух поинтересовалась Зенит.

Пол был единственным, кто понимал чувства своего сына хотя бы отчасти. Чувство поглощения духа и энергии диких животных, чью жизнь ты забрал своими руками... это был будоражащий опыт, через который прошел и он сам.

Таким образом, охота стала хобби Рудеуса. Однако он помнил слова Пола о принципах охоты. Охоться только на то, что тебе нужно. Не ради забавы или трофеев.

В результате, хотя Рудеус, вероятно, мог бы получить гораздо больший результат, если бы широко использовал магию, он все же предпочитал более естественный и органичный способ охоты с использованием собственного тела. Конечно, кроме использования стрелы ветра вместо настоящего лука и стрел.

По дороге из деревни с Рокси на выпускной экзамен Рудеус радостно приветствовал своих односельчан, которые отвечали ему светлыми улыбками. Они давно привыкли к тому, что Рудеус бегает по деревне вместе с другими детьми, поэтому сразу узнали яркого и активного ребенка.

Рудеус также часто сопровождал Рокси, когда она использовала свои магические знания, чтобы помочь фермерам в том или ином деле. В основном он выступал в роли ее помощника, и иногда она позволяла ему вести некоторые дела.

Так что для жителей деревни Рудеус был не просто сыном защитника их территории. Он также был довольно известен как ученик мага, который мог использовать магию до среднего ранга. У Рудеуса не было удобного случая продемонстрировать свои продвинутые заклинания, владение мечом и безмолвную магию, поэтому все это оставалось тайной среди тех, кто жил в доме Грейрата.

– О, это же Рудеус! Эй, Рудеус, куда ты идешь? – воскликнул один из деревенских детей, заметив молодого Грейрата во время игры со своими друзьями.

– Йо Сома! Я иду на свидание со своим учителем! – нахально ответил Рудеус, озорно ухмыляясь.

Хотя Рудеус действительно проводил много времени, тренируясь во владении мечом, изучая магию, развивая свой стиль меча или охотясь в лесу, он также не брезговал наслаждаться своей юностью, как ребенок, которым он является, как напомнила ему Лилия во время его пятого дня рождения.

Этот образ мышления также был в значительной степени результатом одержимости футболом, который занял большую часть его прошлой жизни.

Поскольку Рудеус, или Ноэль, как его называли раньше, был полон решимости участвовать в соревнованиях по футболу на самом высоком уровне вместе с самыми известными игроками, он проводил на поле много часов. В то время как другие студенты и даже некоторые из его товарищей по команде уходили пить и веселиться по ночам, он предпочитал тренироваться в одиночку или поддерживать успеваемость, занимаясь в одиночестве.

Хотя он не был непопулярным в любом понимании этого слова, Рудеус все же сожалел, что не проводил больше времени, не спеша наслаждаясь жизнью. Особенно после того, как он потерял ноги и не имел возможности жить полной жизнью, как раньше.

В результате, хотя Рудеусу было трудновато вести себя как ребенок и играть с другими детьми, он все же старался находить время, чтобы общаться с другими детьми, жившими в деревне. Удивительно, но с детьми было довольно легко подружиться, так что у него было несколько детей, которых он мог с гордостью назвать друзьями.

Он даже научил их играть в элементарный футбол с мячом из лозы, который сделала для него Лилия.

– Не говори того, что другие люди поймут неправильно, – Рокси выругалась, но не предприняла никаких реальных усилий, чтобы исправить свое положение.

– А? Что вы имеете в виду? – Рудеус прикинулся дурачком, при этом недоуменно глядя на Рокси.

Однако она не обманулась. Проведя столько времени в доме Грейратов, синеволосая мигурдия уже знала, насколько Рудеус похож на Пола. Оба мужчины из семьи Грейратов были игривыми сорванцами, часто дразнились и плохо себя вели.

– Наглец.

Рокси потянулась вниз и ущипнула Рудеуса за щеку. Как Пол и Зенит, Рокси тоже была рада, что Рудеус иногда ведет себя как ребенок. Потому что иначе было слишком страшно разговаривать с таким гением как учитель.

Рудеус только ухмылялся и хихикал, несмотря на то, что учитель щипал его за щеку. Их отношения напоминали отношения доброй учительницы и ее озорного, но любимого ученика.

Конная прогулка была немного длиннее, чем он предпочитал, но Рокси и Рудеус смогли развлечь друг друга.

Мальчик даже научил ее игре, в которую играл еще на Земле.

– Я вижу своим маленьким глазом... что-то коричневое! – Рудеус продвинулся.

Рокси оглядела окрестности, пока они все еще были на лошади: – Может быть, это дерево?

– Неа!

– Тогда это лошадь?

– Близко!

– А, я знаю, это седло?

– Правильно! Учитель Рокси, теперь ваша очередь!

Мигурдия улыбнулась и хихикнула: – Ты действительно полон сюрпризов, Руди. Ты научился этому у других детей?

– Что-то вроде этого.

– Фу-фу, Рудеус любит быть загадочным? Очень хорошо. Я вижу своим маленьким глазом... что-то голубое.

Эта игра продолжалась до тех пор, пока они не достигли пологого холма в глуши, на котором росло только одно высокое дерево.

Эта игра продолжалась до тех пор, пока они не достигли пологого холма в глуши, на котором росло только одно высокое дерево.

'Как она нашла такое место. Есть ли какая-то магия для разведки, вроде соколиного глаза или чего-то подобного?', – задавался вопросом Рудеус.

Рокси слезла с лошади и помогла спуститься Рудеусу. Она привязала лошадь к дереву и пошла прочь, держа Рудеуса рядом с собой.

– Сейчас я применю магию воды святого ранга, Кумулонимбус. Это заклинание – магия, вызывающая ливень, который создает молнии наряду с сильным штормом. Ты должен быть знаком с заклинанием, как мы практиковались дома.

Рокси отвела взгляд в сторону: – Сначала я продемонстрирую его, а ты повторишь за мной. Поскольку я только демонстрирую, я буду поддерживать заклинание в течение минуты, прежде чем отменить его. Если ты сможешь сделать так, чтобы дождь продолжался в течение часа, экзамен будет считаться пройденным.

Рудеус кивнул: – Хорошо, учитель.

'Вот и все. Последнее испытание. Когда я пройду его, я узнаю все, чему Рокси могла меня научить. Возможно, она также скоро уедет. Я не очень хочу, чтобы она уезжала... Должен ли я специально провалиться, чтобы она осталась?

'Нет, учитель Рокси отдала все силы, чтобы научить меня. Какой же я буду ученик, если на последнем этапе буду халтурить только из-за своего эгоизма? Я сделаю все правильно, в полную силу!

– О величественный дух воды, взываю к тебе, принц грома, возносящийся к небу! Исполни желание мое, даруй свое яростное благословение и затрепещут ничтожные пред твоей силой! Ударь молотом богов по наковальне, да посей страх! Низвергни на землю потоки воды! Дождь, внемли мне! Смой все на своем пути, сокруши любые преграды!

Когда она закончила заклинание, Рудеус почувствовал, как из посоха Рокси исходит огромное количество маны. Яростный ветер пронесся вокруг, почти образовав торнадо с Рокси в центре урагана. Свободные листья были подняты с травяного поля, на котором они находились, и взметнулись в воздух, следуя движениям сильного ветра.

белыми облака быстро сменились темными тучами, а отчетливый запах, который появляется перед выпадением осадков, наполнил чувства Рудеуса. Внезапно появился ливень, проливной дождь обрушился на холм.

Рудеус смотрел на эту сцену с благоговением и некоторым страхом.

– Кумулонимбус! – провозгласила Рокси, завершая заклинание и активируя последний шаг своей магии воды святого ранга.

Сравнительно слабый дождь внезапно сменился сильным шквалом. Ранее сильный ветер еще больше усилился, превратившись в дикий шторм, который едва не унес Рудеуса, если бы он не понизил центр тяжести и не укрепил свое тело маной.

В темных тучах сверкнула молния, ненадолго осветив зловеще темное небо, а вдалеке раздался раскат грома. Внезапно появилась голубая полоса, и молния ударила недалеко от них, словно сам Тор со всей силой обрушил на них Мьёльнир.

'Это... магия святого ранга...?', – У Рудеуса зазвенели барабанные перепонки, а ослепительная молния, появившаяся лишь на мгновение, оставила размытую полосу на его сетчатке.

Миниатюрная фигурка Рокси, сохраняющая последнюю позу после завершения магии святого ранга, напоминала жрицу на последнем этапе танца дождя после того, как она вызвала грозовой дождь и ужасные бури от своего дикого божества.

Верная своим словам, Рокси держала заклинание всего минуту, а затем взмахнула посохом и развеяла сильный шквал. Молнии и дождь прекратились, словно Бог щелкнул пальцами, открыв яркий дневной свет и белые пушистые облака. Темные тучи исчезли, вновь явив сияние солнца.

В таком масштабе магия святого ранга для непосвященного выглядела бы как деяния Бога.

Рокси оглянулась на Рудеуса, который все еще был слегка ошеломлен демонстрацией такой могущественной магии своего учителя.

Она задрала нос. Ей было приятно кичиться перед Рудеусом. Именно так, с благоговением и уважением, ученик должен смотреть на своего учителя.

– Попробуй теперь сам. Помни заклинания и сохраняй самообладание. Если ты вдруг остановишься на полпути и твоя мана нарушится, ты можешь испытать отклонение маны, когда циркулирующая в тебе магическая сила бросится нейтрализовать твою предыдущую команду.

Рокси осмотрела их окрестности: – К счастью, мы находимся в зоне, где нет других людей. У меня нет никаких контрмер, которые я могла бы подготовить, чтобы свести на нет эффект от заклинания святого ранга... Готов?

Рудеус взял себя в руки и вновь обрел ясность ума: – Готов.

Он выхватил волшебный меч, который использовал как волшебный посох, и держал его вертикально перед собой в псевдо-салюте. Сделав глубокий вдох, он начал заклинание.

– О величественный дух воды, взываю к тебе, принц грома, возносящийся к небу! Исполни желание мое, даруй свое яростное благословение и затрепещут ничтожные пред твоей силой! Ударь молотом богов по наковальне, да посей страх! Низвергни на землю потоки воды! Дождь, внемли мне! Смой все на своем пути, сокруши любые преграды!

Как и прежде, ветер и дождь обрушились еще до того, как заклинание было закончено. Рудеус попытался вспомнить, какие метеорологические процессы лежат в основе штормов, поскольку в прошлом он об этом уже слышал. Но это было так давно, что он уже забыл об этом, поэтому он сдался.

– Кумулонимбус!

Произнеся последнее слово, означающее метафорический спуск бога грома, Рудеус запомнил движение своей маны за произнесенным заклинанием и продолжил вливать свою ману в формирование.

Увидев успешную активацию заклинания воды святого ранга, Рокси пробормотала заклинание вслух и создала земляные стены, которые накрыли их обоих. Это была продвинутая магия земли, Земная Крепость.

Рокси с гордостью смотрит на Рудеуса, хотя он еще не успешно прошел ее тест.

– Крепость исчезнет через час, поэтому удерживай магию до этого времени.

– Хорошо.

– Не забывай серьезно контролировать облака снаружи в течение всего времени, иначе без постоянной подпитки из твоей маны сильный ветер сдует их.

– Я знаю, учитель. Вы достаточно раз говорили мне запомнить теорию Кумулонимбуса, прежде чем мы выедем.

Рокси сузила глаза и потянулась вперед, чтобы ущипнуть Рудеуса за щеку.

– Не наглей. Ты еще не сдал.

Следующий час прошел без происшествий, если не принимать во внимание проливной дождь и молнии, которые время от времени били и опаляли траву вокруг них. Одна даже прямо обрушилась на созданную Рокси земляную крепость, но, кроме следов ожогов, земляные стены устояли.

Как заметил Рудеус, именно инициализация заклинания святого ранга отнимала больше всего маны. После этого поддержание заклинания отнимало совсем немного маны. Если он поднапряжется, то, вероятно, сможет удерживать бурю еще десять часов, прежде чем окончательно рухнет.

– Хорошо, теперь ты можешь развеять его, – Рокси сообщила ему, прежде чем Крепость Земли вокруг них ушла в землю.

Рудеус оживился: последний час ему уже было скучно. Рокси не хотела говорить слишком много, чтобы не отвлекать его. Поэтому ему оставалось только развлекать себя, придумывая новые комбинации, которые он мог бы сделать с помощью магии и фехтования. Это уже было его основным хобби, когда ему нечем было заняться.

У него за плечами было около дюжины заклинаний каждой стихии, от начального до продвинутого уровня. О, и еще одно заклинание воды святого ранга. Он не был математиком, но двенадцать в четвертой степени давали результат более двадцати тысяч.

Это означало, что возможных комбинаций между изученными им заклинаниями было более двадцати тысяч... возможности не были бесконечными, но они были чертовски близки к ней, если добавить эти заклинания к техникам фехтования, которыми он теперь владел до продвинутого уровня.

Рудеус не остановился на том, чтобы перекрыть доступ маны к заклинанию Кумулонимбус, которое все еще бушевало. Вместо этого он развеял его, отодвинув облака своей маной.

Когда небо прояснилось и капли воды стекали с ободка шляпы Рокси, она тепло улыбнулась Рудеусу и объявила: – Поздравляю. Теперь ты можешь с гордостью называть себя магом воды святого ранга.

Теплое чувство распространилось из живота Рудеуса. Чувство удовлетворения. Хотя его стиль Магического Меча был не так впечатляющ, он все равно чувствовал себя чертовски хорошо, получив этот титул Святого Воды, дарованный ему его дорогим наставником по магии.

На следующее утро Рокси уехала так же быстро, как и прибыла. Родители Рудеуса вместе с мальчиком отправились провожать ее на окраину деревни.

– Знаешь, Рокси, тебе не обязательно уходить. У меня есть еще много рецептов, которые могу показать тебе, – умоляла Зенит.

– Это верно. Ты помогла стольким людям, и жителям деревни нравится, что ты рядом. Даже если твоя работа в качестве учителя магии закончилась, ты можешь оставаться с нами столько, сколько захочешь, – добавил Пол.

Казалось, что, прожив вместе год, они сблизились с Рокси.

Синеволосая мигурдия всегда старалась помочь Зенит и Лилии приготовить ужин, и они очень сблизились как женщины. Хотя Рокси технически была старше Зенит, человек, казалось, имел больше житейского опыта по сравнению с мигурдией, которая большую часть своей жизни посвятила изучению магии.

Хотя Зенит часто дразнила Рокси по поводу статуса ее отношений, или, скорее, отсутствия опыта в них, они также нашли удивительные общие темы в своих увлечениях.

Пол часто работал с Рокси, помогая развивать стиль Магического Меча Рудеуса, и у них было общее понимание авантюристов, которые хорошо разбирались в боях – один на мечах, другой на магии. Хотя Пол обычно думал о мечниках выше, чем о магах, он все же испытывал должное уважение к магу святого ранга, поскольку даже маги продвинутого ранга были высоко ценимыми авантюристами ранга S.

– Не говорите так, мама, папа. Вы ставите учителя Рокси в неловкое положение, – вклинился Рудеус. – Конечно, я тоже с вами согласен. Даже если это всего лишь на год, нет, может быть, на два?

Рокси слабо улыбнулась, но покачала головой: – Нахальный Рудеус все еще ведет себя по-взрослому. Я очень благодарна за ваши слова, но я чувствую, что мне нужно уехать и путешествовать по миру. Я осознала свою слабость, поэтому я намерена странствовать и оттачивать свою магию. Иначе мне будет стыдно признаться, что я была учителем такого гения.

'Похоже, она уверена, что в будущем я достигну больших высот... Я не могу подвести ее', – подумал про себя Рудеус.

Пол понимающе кивнул: – Так и есть. Похоже, наш сын заставил тебя потерять уверенность в себе. Все в порядке. Я тоже прошел через этот этап, и, честно говоря, уже давно смирился с тем, что меня превзойдут. Если бы я не боялся его гениальности, я бы сказал ему, что в последнее время, когда мы проводили спарринги, я пару раз чувствовал, что меня доводят до предела.

Эй, я здесь, понимаешь? Разве ты не говоришь это мне сейчас? Или твое желание, чтобы Рокси осталась, сильнее, чем твое нежелание признать слабость?

Его отец продолжал без стыда: – Я больше не боюсь, что меня превзойдут. В моих глазах это просто неизбежность!

'...почему ты гордишься тем, что проиграл своему сыну? Этот отец очень... хах, очень любящий.

Рокси выглядела счастливой: – Если бы дело было только в гордости, я могла бы принять это. Точнее, я бы сказала, что наблюдение за ростом Руди вдохновило меня и вновь пробудило мою страсть к магии. Мне кажется, что у меня открылись глаза, и я вновь осознала бесконечные возможности магии. Мое путешествие к вершине магии не закончилось. Поэтому я не могу оставаться в застое.

Она посмотрела на Рудеуса с оттенками волнения и предвкушения в глазах: – Впервые за долгое время я снова чувствую радость от магии. Спасибо тебе, Руди, за то, что помог мне возродить мои амбиции.

'Понятно. Вместо того, чтобы быть подавленной, учитель Рокси просто почувствовала себя воодушевленной, да? Что ж, это я могу понять. В таком случае я должен провожать ее не с хмурым видом, а с улыбкой.

Рудеус усмехнулся: – Вот как. В таком случае, когда мы увидимся в следующий раз, посмотрим, насколько мы выросли?

Рокси хихикнула, приложив руку к губам: – Не знаю, влияние ли это Пола, но даже слова пятилетнего ребенка семьи Грейратов звучат похабно.

Не обращая внимания на слова протеста отца, стоявшего сзади, Рудеус продолжил: – Нет, это искренне. Мне не терпится увидеть, каких высот вы достигнете, когда мы встретимся в следующий раз.

Рокси приняла его намерения с благодарностью: – Я чувствую то же самое, Руди, – затем она потянулась к шее и сняла ожерелье, которое всегда носила на себе.

– Поздравляю с выпуском. Хотелось бы приготовить что-нибудь получше, но последние несколько дней мы были заняты подготовкой к твоему экзамену. Возьми это вместо него.

Рудеус взял ожерелье у своего учителя и осмотрел его, все еще ощущая тепло ее тела: – Это ведь...?

– Защитный амулет моего народа. Если ты когда-нибудь встретишь враждебного демона, ты можешь показать ему этот амулет вместе с названием нашего племени Мигурд. И сможешь прийти к взаимопониманию... возможно.

– Я буду дорожить им всегда. Ах, подождите, хотя вы дали мне так много, я даже не приготовил прощальный подарок для моего любимого учителя, – Рудеус порылся в карманах, но так ничего и не нашел, снова проигнорировав протесты родителей "а как же мы?".

'Хмм... это начинает выглядеть плохо. А, я знаю!

Рудеус потянулся вниз и оторвал длинную полоску ткани от подола своей рубашки.

Позади него Зенит смотрела со слезами на глазах: – Рубашка, которую я сделала для Рудеуса, была так легко порвана для девушки...

– Учитель, руку, пожалуйста.

Рокси моргнула на Рудеуса, который мило протягивал руку, но все же протянула свою руку. Затем ребенок обернул ткань вокруг ее тонкого, изящного запястья и завязал бант из ленты, после чего посмотрел на ее лицо и ярко улыбнулся.

– Он потрепанный, но в нем содержится наше обещание воссоединиться и встретиться в будущем. Пожалуйста, верните его мне, когда мы увидимся в следующий раз, когда я вырасту.

Синеволосая мигурдия провела пальцем по льняной ленте, незнакомые эмоции переполняли ее сердце. Хотя объективно это была всего лишь потрепанная полоска ткани, оторванная от изрядно поношенной рубашки ребенка, для Рокси это все равно был драгоценный подарок ее первого ученика.

Ласковая улыбка украсила лицо Рокси, и она протянула руку, чтобы погладить Рудеуса по голове.

– Я обещаю никогда не терять его, пока не верну его тебе в будущем. Я очень хочу увидеть как ты вырастешь, Руди".

'Мне показалось, или это был кокетливый тон?', – Рудеус задумался, слегка ошеломленный.

Пол и Зенит, стоявшие за Рудеусом, обменялись взглядами, а затем посмотрели туда-сюда между учителем и учеником.

Зенит наклонилась к мужу и прошептала: – Неужели наш Руди только что сделал предложение руки и сердца Рокси, а она его приняла?

Пол кивнул, закрыв глаза: – Воистину, Руди унаследовал все мое обаяние. Даже соблазнение девушки, которая... кха!

Он сложился вдвое от резкого удара локтем Зенит в ребра.

Попрощавшись Рокси уходит с меланхоличной улыбкой на лице и отправляется в путь.

Рудеус уставился на ее миниатюрную спину, которая с каждым шагом становилась все меньше.

'Я многим обязан Рокси... и этот долг я никогда не забуду '.

Через месяц или два после того, как Рокси покинула деревню Буэна, обстановка в доме Грейратов была напряженной. Пол и Рудеус смотрели друг на друга, держа клинки наготове. Отец и сын приготовились, мышцы напряглись, глаза сузились. На этот раз ни тот, ни другой не собирались сдерживаться.

Пол держал деревянный длинный меч, которым обычно тренировал Рудеуса, а его сын – короткий деревянный меч, который Пол сделал для него, когда ему было всего три года. Хотя они собирались заняться серьезным делом, все же не было необходимости использовать острое оружие в простом спарринге, даже если он был особенно серьезным.

После ухода Рокси, Рудеус мог посвятить все свое время фехтованию. Одного лишь развития стиля Магического Меча было недостаточно, чтобы насытить его прожорливый аппетит к силе. Чтобы разрешить это жгучее желание в своем сердце, он был полон решимости разрушить последний потолок боевого мастерства, который нависал над его головой с тех пор, как он впервые взял в руки меч.

Его отец.

Рудеус ни разу не смог победить Пола в спарринге, даже когда использовал всю имеющуюся в его распоряжении магию.

Хотя между всеми тремя стилями владения мечом были явные различия, их объединяло одно – техника борьбы с магами.

Стиль Бога Меча учил своих практиков прорываться мимо заклинания мага, избегая любых снарядов, и разрубать заклинателя до того, как он получит возможность произнести хоть одно заклинание.

Стиль Бога Воды использовал стабильную защиту, блокируя и отклоняя магию, направленную на пользователя, при этом постоянно приближаясь и сокращая расстояние. В этом мире было принято считать, что маги слабы на близком расстоянии.

Стиль Бога Севера отдавал предпочтение трюкам и финтам, чтобы отвлечь внимание мага, но при этом был адаптируемым в зависимости от специализации теоретической цели. У них были методы сократить расстояние с помощью акробатики или более консервативный стиль, чтобы истощить ману мага.

Пол в совершенстве владел всеми тремя способами противодействия магу, произносящему заклинания.

Поэтому, хотя стиль Магического Меча Рудеуса обладал бесконечной адаптивностью, сравнимой со стилем Бога Севера, буквально скалистой защитой и стабильностью, как стиль Бога Воды, и агрессивной и взрывной огневой мощью, как стиль Бога Меча, Пол все еще мог держать себя в руках, хотя и с некоторым трудом.

Таким образом, Рудеус понял, что если он не сможет превзойти своего отца, его мастерство фехтования никогда не продвинется. Услышав напутственные слова Рокси о застое и амбициях, Рудеус понял, что если он продолжит топтаться на месте, то не будет знать, как противостоять Рокси, когда они вновь встретятся.

Пол сделал первый шаг, его внушительное телосложение устремилось вперед со скоростью, не вяжущейся с его размерами.

В ответ Рудеус изверг ману из стоп, разжижая почву между ними. Это была смешанная магия, объединяющая заклинания воды и земли, под названием "Болото".

Старший Грейрат почувствовал, как его нога погружается под траву и почву, которая теперь имела вязкость болотной грязи. Он тут же наклонился вправо и выкатился из разжиженной земли, используя большую площадь своего тела, чтобы не утонуть.

Так часто сражаясь с Рудеусом и испытывая на себе его магию с такой же частотой, Пол уже знал, как парировать большинство заклинаний Рудеуса, произносимых во время боя. Заклинание, которое он называл "Болото", было одним из любимых начальных приемов его сына, поскольку оно нарушало равновесие противника и давало ему достаточно времени для реакции.

Пока Пол выбирался из трясины, Рудеус не бездействовал, ожидая, пока его отец сократит расстояние. В поединке между магом и мечником расстояние было самым решающим фактором, определяющим победу.

Позади Рудеуса лед кристаллизовался в воздухе и создал дюжину мечей, сформированных из чистого льда. Температура вокруг Рудеуса резко упала, но слой усиления маны на его коже противостоял холоду.

Стоило только подумать, и ледяное оружие без промедления полетело на Пола. Хотя они были магическими структурами, эти клинки все еще имели острые края, способные легко резать плоть. Однако Рудеус направил их на отца не потому, что не заботился о безопасности другого, а потому, что знал: эти ледяные мечи в лучшем случае будут отвлекающим маневром против боевого мастерства Пола.

Восстановив равновесие, Пол продолжил движение к сыну с суровым выражением лица, легко отклоняя и уклоняясь от летящих ледяных мечей. Боевая аура, которую он подсознательно применял на своем теле, укрепляла его физическое мастерство до сверхчеловеческого уровня.

Когда Рудеус увидел стремительно приближающегося отца, он выкачал еще одну порцию маны, которая мгновенно отреагировала, сформировав платформу под правой ногой, которая затем запустила его в воздух по направлению к левой.

Без раздумий, ребенок закрутил свое тело и создал ветряной барьер под ногами, а затем прыгнул через сад дома, формируя с каждым шагом все больше магических платформ, поднимаясь высоко от земли.

'Превосходство в воздухе. То, с чем мечник никогда не сможет сравниться'.

Рудеус злорадствовал про себя, оставляя за собой множество световых шаров по дуге своего движения в воздухе. Эти шары слегка светились, прежде чем выпустить шквал крошечных огненных шаров, направленных на Пола и его окружение.

'Этот парень становится действительно опасным...', – с горечью подумал Пол, готовя ответную стойку.

Стиль Бога Воды: Водяной Занавес!

Пол размахивал мечом размашистыми движениями, вращая плечо с удивительной гибкостью. Тонкое лезвие его меча смогло блокировать и отклонить дождь из атак, несмотря на свою небольшую ширину, во многом благодаря защитной технике защитного стиля меча номер один.

Последствия наступательной магической артиллерии оставили выжженные следы по всему саду, в то время как круг нетронутой травы, находившийся в пределах досягаемости Пола, остался нетронутым. Когда рослый мужчина смотрел на своего противника, Рудеус уже приземлился на другой стороне сада, где Пол начинал в самом начале.

Ветряные платформы, созданные им при использовании Воздушного Шага, продержались лишь столько времени, сколько требовалось, чтобы сделать шаг во время бега, поэтому они не подходили для длительного пребывания в воздухе, если только он не собирался постоянно метаться туда-сюда, быстро создавая новые платформы.

Рудеус приземлился частично, чтобы сэкономить ману, хотя Воздушный Шаг на самом деле не тратил так много маны, которая уже выросла до эпических размеров. Но он все равно приземлился, чтобы подготовиться к следующей атаке. Кроме того, было бы ошибкой полагать, что у Пола действительно нет методов борьбы с врагом, который умеет летать.

Мальчик наклонился вперед и взмахнул деревянным коротким мечом в своей руке по дуге вверх. Вслед за этим из земли в направлении Пола вырвались десятки толстых каменных шипов.

Самым большим преимуществом Пола в этой битве была его скорость и мобильность. Рудеус намеревался отнять у него землю, которая давала ему это преимущество.

Старший Грейрат вышел из защитной стойки стиля Бога Воды и опустился ниже, почти полностью приседая. Он держал свой деревянный длинный меч у пояса и крепко сжимал рукоять.

Стиль Бога Меча: Скос Травы.

Пол взмахнул горизонтально по прямой линии, выпуская затвердевшее, но невидимое лезвие маны в сторону стремительно приближавшихся к нему земляных шипов.

Каменные столбы, похожие на толстые, зазубренные сталагмиты, были разбиты у основания, образуя грубые поперечные сечения там, где Пол прорезал их.

Разбитые куски земляных шипов были сметены еще одним взмахом меча, после чего Пол побежал вперед, используя каменные срезы как платформы для маневрирования. Но на полпути он почувствовал, что каменные платформы уходят обратно в почву, где поверхность колышется, как будто это озеро рябит от брошенного камешка.

Почувствовав, что Пол на мгновение потерял равновесие, Рудеус бросился вперед, используя магию земли, чтобы запустить его со скоростью, превышающей ту, на которую он был способен только с помощью своего тела.

Усиление маны, окутывающее его тело, становилось все плотнее, пока Рудеус беззвучно произносил несколько заклинаний в сочетании друг с другом.

Ветер хлестал вокруг его деревянного меча, удлиняя лезвие и делая его острым как бритва. Четыре небольших металлических щита сформировались из воздуха, вращаясь вокруг Рудеуса, и наполнились маной, чтобы увеличить их твердость и прочность. Большой объем воды материализовался вокруг Рудеуса и разделился на сотню отдельных стержней, которые затем замерзли, создав сотню ледяных ножей и полетели в Пола.

Как и раньше, ледяное оружие было лишь отвлекающим маневром. Чтобы не попасть под удар, Пол был вынужден оставаться в трясине и активировать защиту стиля Бога Воды.

Когда Пол отразил последний из направленных на него ледяных лезвий, подоспел Рудеус и бросился вперед, ведя за собой один из своих каменных щитов.

Пол взмахнул мечом, с практической легкостью переходя от стиля Бога Воды к стилю Бога Меча. Поскольку его ноги все еще вязли в болоте, ему пришлось стоять на месте и вступать в рукопашную схватку, что он в любом случае предпочитал.

Плавающий земляной щит сложился пополам от сильного удара Пола вниз и был быстро отбит. Однако старший Грейрат понял, что летящий в него маленький земляной щит не только защищал его сына, но и отвлекал внимание, чтобы скрыть Рудеуса из виду.

Мальчик уже каким-то образом оказался с левой от него, со слабой стороны Пола, и его меч уже был занесен, готовый разрубить его пополам.

*Кланг! Бззззт!*

Их деревянные мечи столкнулись, раздался металлический звук при соприкосновении, потому что, несмотря на то, что они не были сделаны из металла, их оружие было покрыто усиленной маной. Затем воздух наполнился жужжащим звуком: магия ветра на мече Рудеуса создала эффект жужжащей пилы, перемалывающей меч Пола. Он медленно, но верно отламывался по кусочку, даже когда Пол бессознательно наполнял свой клинок маной.

Понимая, что его меч рано или поздно сломается, если он не остановит этот ураган, Пол замахнулся ногой в сторону значительно меньшего тела сына. Однако его удар был заблокирован вторым каменным щитом, который полетел, чтобы перехватить его ногу!

Такова была стратегия, которую Рудеус разработал, чтобы бросить вызов Полу и другим будущим противникам, которые слишком полагались на свои мечи: Продвинутая Техника Магического Меча: Разрубатель Мечей.

На самом деле эта тактика выглядела простой на первый взгляд, но было несколько условий, которые Рудеус должен был выполнить заранее, чтобы она была успешной.

Сначала ему нужно было ограничить подвижность своего противника. Рудеус использовал болото, чтобы связать ноги Пола, а затем выпустил среднее заклинание воды, Ледяные Ножи, чтобы помешать ему двигаться.

Затем ему нужно было быстро сократить расстояние, чего он без труда добился с помощью Земляного Рывка.

В конце Рудеусу нужно было как-то защищаться даже после столкновения их клинков. Если предположить, что у его противника на оружие было наложено такое же плотное усиление маны, то на то, чтобы проткнуть его пилой элемента ветра, уйдет больше минуты. Промежуточное заклинание Земли Железный Щит выполняло эту задачу.

Кстати, начальное заклинание Каменный Щит начального класса создавало только плавающие куски камней в форме щита. Но Рудеус усовершенствовал заклинание, влив в него достаточно маны, чтобы вместо камня материализовать металлическую руду. Точнее, они были сделаны не из металла, а из кусков камня с вкраплениями металла, который усиливал их прочность.

Эти металлические диски размером с фрисби двигались по его воле, направляемые его маной, позволяя ему защищать себя, даже если он был занят схваткой с врагом.

Заблаговременная подготовка Рудеуса позволила ему сделать этот ход, похожий на шах и мат, словно из ниоткуда.

'Теперь, Пол, как ты поступишь с этим? Если ты попытаешься сдвинуться, мой меч разрубит тебя. Если попробуешь надавить сильнее, это только быстрее уничтожит твой меч. Бездействие только отсрочит неизбежное. Это шах и мат, папа!'

Что? Эта техника труслива? Коварна? Ну и что! Профессиональные футболисты специализируются на нарушении правил, не нарушая их на самом деле, а в бою на мечах вообще нет никаких правил!

Рудеус настороженно ждал контратаки Пола, и его ожидания не подтвердились: руки противника размылись. В следующее мгновение, не успел Рудеус понять, что произошло, как меч внезапно выбили из его руки.

'...а?'

Пол позволил лукавой улыбке проскользнуть сквозь стоическое лицо, которое он принял.

'Хотя я уже смирился с тем, что ты превзойдешь меня в мгновение ока, неужели ты думал, что я подчинюсь тебе так быстро! Я съел больше соли, чем ты риса, хочешь сравнить нашу хитрость?'

Если бы Рудеус мог слышать внутренние мысли Пола, он был бы по-настоящему потрясен. В то время как мальчик думал, что он завел отца в ловушку, он не знал, что Пол уже понял, что Рудеус пытается сделать.

То, что заставило Рудеуса потерять хватку меча, на самом деле было выполнением Полом техники, которая не принадлежала ни к одному из трех стилей меча, которым он обучал. Именно поэтому Рудеус не смог предвидеть эту атаку, когда планировал свой уверенный шах и мат.

Меч Пола двинулся, сразу же ударив в сторону Рудеуса.

Глаза мальчика расширились, и на мгновение он почувствовал серьезную опасность. В ответ он выпустил одно из заклинаний, которое готовил с самого начала боя, но придержал его именно для такого случая.

Принцип его действия был прост. После безмолвной активации заклинания, вместо того, чтобы выпустить собранную ману, которая сходилась для создания задуманного заклинания, Рудеус удерживал ее и хранил где-то внутри своего тела, связанную циркуляцией маны и поддерживаемую постоянным потоком маны для поддержания ее активации.

На самом деле это было очень опасное действие, поскольку хранение готового заклинания таким образом оказывало огромное давление на контуры маны Рудеуса. Его мана двигалась в нем, как вода, которой приходится обтекать большой валун, внезапно появившийся в реке. Хотя мана все еще могла нормально циркулировать, она оказывала значительное давление на его контуры.

Насколько Рудеус знал после осторожных экспериментов, пределом возможностей его контура маны было хранение маны, эквивалентное одному заклинанию начального уровня. При превышении этого предела он либо потеряет контроль над подготовленным заклинанием через несколько секунд, либо случится еще что похуже.

Очевидно, Рудеус не хотел видеть, какие еще побочные эффекты могут быть следствием переоценки своих возможностей.

Однако преимущества такой техники также были очевидны.

Магия без произнесения заклинаний выглядела мгновенно только с точки зрения других. Рудеусу все еще требовалось время, чтобы переместить ману, исходя из того, как он помнил циркуляцию маны при произнесении заклинания с заклинаниями. Ему также требовалось разделить свое внимание во время боя, чтобы сосредоточиться и визуализировать предполагаемые эффекты заклинания, которое он хотел произнести. Следовательно, это было не так быстро и не так просто, как может показаться другим людям.

Возможность выпустить готовое заклинание была истинным смыслом мгновенного наложения заклинаний. И те доли секунды, которые требовались для того, чтобы правильно произнести заклинание, были абсолютно решающими в битве на достаточно высоком уровне...

Мгновенно из груди Рудеуса вырвался поток ветра, отбросивший и Пола, и самого Рудеуса друг от друга. Это выполнило двойную функцию – открыло расстояние между ними и дезориентировало Пола.

Мгновенно из груди Рудеуса вырвался поток ветра, отбросивший и Пола, и самого Рудеуса друг от друга. Это выполнило двойную функцию: открыло расстояние между ними и дезориентировало Пола.

Как только Рудеус приземлился на ноги на достаточном расстоянии от Пола, он посмотрел на меч, который выбили из его рук. У него не было времени, чтобы подобрать его, но меч все равно был лишь украшением.

– Ледяной Меч, – тихо проговорил он, испуская из своей ладони энергию, придав ей длинную прямоугольную форму, после чего накопленная мана затвердела и материализовалась в меч, который, казалось, был выточен изо льда. Кромка была острой, но все еще излучала холодный туман, как сухой лед.

Их предварительная договоренность использовать тупые деревянные мечи, чтобы избежать случайных смертельных травм, казалось, была забыта ребенком в его волнении.

Пол вновь сосредоточился и уставился на Рудеуса, который только что создал новый меч. Затем он двинулся.

Старший Грейрат бросился навстречу сыну, его меч, хоть и немного поношенный от жужжащего заклинания ветра Рудеуса, держался перед ним по диагонали, напоминая подвижную стойку Бога Воды, которая сама по себе была неподвижным набором приемов. В этом было преимущество Пола, его способность объединять лучшие качества всех трех стилей владения мечом в единую форму, которая подходила ему больше всего.

Рудеус взмахнул своим ледяным мечом, который каким-то образом смог мгновенно разморозиться и превратиться в жидкий хлыст из воды, имеющий больший объем, чем можно было предположить по замерзшему лезвию.

Водяной хлыст полетел в сторону Пола со скоростью звука, и из глаз старшего Грейрата было видно, что кончик хлыста отчетливо застыл, словно нож, прикрепленный к самому кончику хлыста.

'Руди безумно опасен!', – предостерег себя Пол, взмахнув клинком, чтобы отклонить лезвие сосульки, соединенное с водяным хлыстом с резким *Кланг!*.

Не останавливаясь, Рудеус снова двинул рукой, заставив водяной хлыст завибрировать в воздухе, прежде чем его кончик снова полетел в сторону Пола. Однако на этот раз, прежде чем Пол успел заблокировать ледяной нож, твердое лезвие на кончике кнута мгновенно разморозилось, безвредно расплескавшись по телу Пола и его мечу.

Глаза старшего Грейрата расширились. Он взглянул на Рудеуса, который с улыбкой протянул ладонь, больше не держа водяной хлыст, потерявший свою структуру и превратившийся в просто воду на Поле.

Пол мгновенно среагировал, положив правую ладонь на левое плечо, и попытался одним большим движением смахнуть с себя всю воду. Однако всплеск маны остановил его на полпути.

– Заморозка, – произнес Рудеус, концентрируясь на воде, покрывавшей Пола. Это было одно из заклинаний магии воды начального уровня, которое многие маги изучали вместе с Водяным Шаром, когда только начинали свое обучение магии. В отличие от Водяного Шара, который имел ярко выраженный наступательный характер, Заморозка была ситуативной. Большинство магов использовали это заклинание чаще для охлаждения напитков в жаркие летние дни, чем для практического боя.

Именно благодаря таким моментам в основном игнорируемая Заморозка все еще считается заклинанием атакующего типа.

Вода на теле Пола быстро затвердела, превратившись в иней, сильно понизив температуру тела Пола и сковав его движения. Конечно, было бы глупо ожидать, что тонкий слой льда полностью заморозит Пола, который был с ног до головы покрыт усиленной маной, так как мужчина разбил тонкий лед на своем теле одним лишь движением мышц.

'Черт, он слишком быстро вырвался!', – Рудеус выругался, когда Пол тут же продолжил наступление.

Рудеус был вынужден снова бежать по воздуху с помощью комбо "Земляной Рывок + Воздушный Шаг". Он не хотел вступать в ближний бой с более физически сильным бойцом. Это была его стратегия, позволяющая побеждать мечников, у которых практически не было возможности противостоять воздуху. Воздушное превосходство было тактикой, которая никогда не терпела неудач на Земле, и не было причин, почему она не сработает в этом новом мире.

Затем мальчик начал активировать заклинания, ведь самым важным аспектом воздушного превосходства была способность к воздушной бомбардировке.

Огненные шары, ледяные ножи, каменные пули и ветряные лезвия летели в Пола, который изо всех сил пытался сохранить герметичную защитную стойку стиля Бога Воды.

Однако Рудеус был недоволен тем, как складывается поединок. Этот бой должен был доказать перспективность его стиля Магического Меча, но он быстро превращался в извечный спор, существовавший в этом мире сотни лет: Магия против Меча, кто победит?

Однако Пол был слишком смертоносен на земле, в чем Рудеус неоднократно убеждался на собственном опыте. У него был более широкий охват, более длинные шаги, бо́льшая сила, более высокая скорость, на десяток лет больше боевого опыта, а также смертоносная комбинация нападения, защиты и адаптации, обусловленная его продвинутым мастерством владения тремя стилями меча.

Единственный способ, которым Рудеус мог продержаться в этой схватке – это сохранять дистанцию и осыпать противника заклинаниями издалека.

Пол быстро привык к магическому шквалу своего сына. Он прекрасно понимал, насколько чудовищна емкость маны Рудеуса, поэтому знал, что мальчику не составит труда поддерживать этот шквал даже в течение часа.

Однако мог ли он говорить то же самое про себя? Ответ был отрицательным. Пол уже чувствовал, как болят его плечи от быстрых движений, которые ему приходилось совершать, чтобы отклонять и блокировать магические заклинания. И это только от половины заклинаний, попавших в цель, поскольку он двигался и блокировал одновременно.

Решив покончить с этим одним быстрым движением, Пол призвал больше силы изнутри, чувствуя, как напряглись его мышцы, и его хватка так сильно сжалась на рукоятке меча, что он почувствовал, как она почти треснула под давлением.

– Прекращай эти выходки! – крикнул старший Грейрат, делая сильный взмах мечом и выпуская волну маны, которая одним быстрым движением отбросила все заклинания, направленные в его сторону.

Когда воздух очистился от препятствий, Пол тут же прыгнул в сторону Рудеуса, достигнув высоты, которая показалась бы невозможной даже самым спортивным олимпийцам на Земле.

Рудеус мог легко уйти в сторону. Просто образовав под ногами прочную платформу из ветра, он мог использовать ее как рычаг для прыжка в другом направлении, а затем контратаковать с безопасного расстояния.

Но он этого не сделал. Вместо этого Рудеус использовал ветряную платформу, чтобы прыгнуть на Пола. Он подумал про себя: 'Если я проиграю, то, по крайней мере, проиграю как Магический Мечник!'

Два скимитара из твердого, но острого камня образовались в его руках, Рудеус взмахнул обоими вертикально вниз и столкнулся с горизонтальным взмахом Пола. Три клинка встретились в воздухе, выпустив ударную волну при столкновении.

На стороне Рудеуса была гравитация, а также невероятно тяжелые мечи, которые он специально разработал быть настолько плотными, насколько мана могла позволить ему в этот момент. Оба обеспечили очень тяжелый нисходящий удар, который обрушился на деревянный меч Пола, как две булавы, удерживаемые гигантами.

С другой стороны, у Пола просто было больше опыта в том, что Рудеус называл усилением маны. Даже если он использовал ее неосознанно, Пол все равно мог инстинктивно направлять свою ману в те области, где тело нуждалось в ней больше всего.

Хотя старший Грейрат не обладал таким впечатляющим количеством маны, как его сын, его техники и способы перемещения маны были более отточенными и предназначались только для одной функции – подавлять противника только своим телом и мечом.

В результате их столкновение было очень ровным, оба держали свои клинки в тупике всего лишь мгновение, которое показалось обоим участникам долгой минутой. Однако, в конце концов, Пол сам не был магом-мечником и не мог бесконечно долго находиться в воздухе, как его сын. Гравитация снова овладела его телом, и он почувствовал, что начинает падать, в то время как каменные лезвия Рудеуса увеличивали свой вес по мере того, как в них вливалась мана.

Затем Пол решительно отбросил меч, а свободными руками схватился за запястье Рудеуса.

Стиль Северного Бога: Воздушный Захват.

Благодаря своему превосходному телосложению, Пол легко смог увлечь Рудеуса за собой, а затем прижать его к земле так, что Рудеус оказался между ним и землей, когда они падали с воздуха.

'Черт, у старика все еще есть туз в рукаве!', – Рудеус выругался, отчаянно пытаясь освободиться от крепкой хватки Пола. Поскольку его запястья были зажаты, он не мог использовать свои скимитары, чтобы нанести ответный удар. Единственное, что оставалось в его репертуаре и могло сработать, это единственное подготовленное заклинание начального уровня, которое он сохранил на своем теле во время воздушной бомбардировки.

Хотя этот процесс и внутренние мысли Рудеуса и Пола потребовали времени для повествования, все это произошло в течение одной-двух секунд.

Не имея иного выбора, Рудеус приготовился к удару. Острое пространственное восприятие помогло ему определить расстояние между телом и землей. Он мысленно отсчитал время, и перед самым соприкосновением спины с твердой почвой выпустил подготовленное заклинание.

Из его спины вырвался поток воздуха и оказался между его телом и землей. На мгновение заклинание "Воздушный Взрыв" смогло остановить его стремительное падение, но затем он снова продолжил падение, хотя и с гораздо меньшей высотой и скоростью, чем раньше.

Он приземлился на землю, и Пол оказался сверху, все еще прижав его к себе. На лице старшего Грейрата было выражение надменной победы.

– Я победил, – заявил Пол, ожидая, пока его сын уступит, продолжая удерживать его.

– Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, – Рудеус парировал и собрал ману в свой левый глаз, веко которого затем закрылось.

Накапливай ману, направляй ее движение, визуализируй ее эффекты, формируй заклинание.

В сантиметре от его закрытого века возникла маленькая сфера света. С каждым мгновением она быстро становилась все ярче и ярче. Излучаемый свет был настолько ярким, что Рудеус мог видеть ярко-красное свечение даже с закрытым глазом, как будто кто-то прижимал фонарик прямо к его веку.

– Папа, если ты не отойдешь, ты можешь действительно умереть, понимаешь? – посоветовал Рудеус за секунду до того, как выпустил свое заклинание.

Пол, чувствуя нарастание маны и доверяя своим инстинктам, которые кричали об опасности, отпрыгнул от сына, который все еще лежал на земле.

В следующее мгновение яркий, огненный луч света на мгновение вспыхнул в воздухе, а затем рассеялся.

Это было безмолвное продвинутое заклинание огня, Палящий Луч, который был выпущен из его глаза. Почему из его глаза, спросите вы. Во-первых, ему нужен был способ направить заклинание, так как его руки были зажаты. Во-вторых, потому что лазерные лучи из глаз были настолько популярны в художественной литературе, что даже такой недалекий, как Рудеус, был знаком с ними и был о них в восторге.

Капля пота стекла со лба Пола и упала на выжженную траву под его ногами.

Если бы Пол был честен, он бы признался, что был более чем немного потрясен этой встречей. Он был действительно близок к смерти или тяжелой травме. Если бы Рудеус не предупредил его, или если бы он раньше не видел, как Рудеус безмолвно активирует заклинания, это движение застало бы его врасплох.

'Неосознанно Руди уже дошел до этого момента?', – с горечью подумал Пол.

Вышеупомянутый ребенок встал с места, где лежала выжженная трава, образовавшаяся в результате шквала заклинаний и его воздушного взрыва за последнюю минуту.

Его левый глаз все еще немного болел, а зрение было нечетким. Вероятно, от напряжения магии, которую он использовал для быстрого создания заклинания, и от яркого света, вызванного его действием.

Когда Рудеус снова занял позицию, формируя в руке еще один ледяной меч, неожиданная ситуация застала их обоих врасплох.

– МОЙ САД!!!!

Отец и сын вздрогнули, почувствовав, как волосы на их затылках встали дыбом, а холодный пот мгновенно пропитал их спины.

Рудеус смотрел в глаза Пола, передавая десятки различных эмоций одним только взглядом, а его отец отвечал ему взаимностью с редко встречающимся ужасом и страхом.

Оба они одновременно повернулись к источнику крика и увидели фигуру, зловеще источающую ауру, которая размывала воздух вокруг нее.

– Эй... – предыдущий громкий и высокий тон был понижен до угрожающего, глубокого голоса. – Вам двоим, наверное, жить надоело, да? Разрушаете мой сад, пока мы с Лилией ходили по магазинам...

Тень вокруг лица фигуры сдвинулась, открывая прекрасную женщину, чей взгляд теперь исказился в нечестивой ярости.

– Погоди, давай поговорим об этом! – Пол выдавил из себя с запинкой, которую Рудеус никогда раньше не слышал от своего отца.

– Мама, подожди, мы можем объяснить! Я могу все исправить! – испуганно воскликнул Рудеус, успокаивающе жестикулируя в сторону своей разгневанной матери.

Зенит сжала кулак и хрустнула шеей. Хотя она осторожно опустила корзину с продуктами из рук, каждое ее движение казалось таким же угрожающим, как и у дракона в полный рост.

Пол говорил отчаянно и покорно: – Руди, беги! Я задержу ее! Спасайся!

Затем он повернулся к сыну, ожидая слезного прощания, но увидел, что Рудеус уже спрыгнул с ограды их дома и убегает.

Пол улыбнулся, прежде чем закрыть глаза на вид Зенит: – Хорошо... по крайней мере, он будет жить.

Вечером отец и сын, покрытые синяками, были вынуждены встать на колени, пока Зенит читала им лекцию об уничтожении ее сада. Хотя Рудеусу удалось восстановить сад с помощью магии исцеления и магии земли, некоторые цветы и растения все еще оставались слишком обгоревшими, чтобы их можно было спасти.

Их поединок не имел развязки. Но и Пол, и Рудеус теперь имели большее впечатление друг о друге и большое уважение.

Рудеус опустился на колени на слегка влажной траве. Он спрятался за кустарником, чтобы листва скрыла его силуэт. Вглядываясь в растительность, он увидел дикого оленя.

Это был олень, с могучими рогами и крепким телом, излучающим жизненную силу.

Мальчик собрал свою ману и без колебаний выпустил ее. Мана быстро вырвалась из его вытянутой руки, пробившейся сквозь кустарник, и материализовалась в стрелу из режущего ветра.

Еще одна мысленная команда, и стрела ветра беззвучно пронзила воздух, а затем и левую часть туловища, пробив сердце.

Олень тут же завизжал от боли и ужаса, подняв передние ноги, в то время как кровь быстро хлынула из его, несомненно, смертельной раны. С его огромной жизненной силой и желанием жить, олень, несомненно, смог бы бороться еще минуту или две, прежде чем скончаться от раны.

Однако, чтобы не дать ему убежать, Рудеус уже безмолвно активировал другое заклинание - Болото.

Задние ноги оленя погрузились в разжиженную землю, удерживая его тело, несмотря на его неустанную и отчаянную борьбу за жизнь.

Крики боли продолжались, передавая страдания оленя и его инстинктивное желание жить. Однако вторая бесшумная стрела Ветра проникла в ту же рану. На этот раз сердце оленя было полностью уничтожено. Геморрагический шок положил конец страданиям животного, олень издал последний предсмертный стон и повалился на бок.

Увидев упавшего оленя, Рудеус отменил заклинание "Болото", удерживавшее оленя на месте. Он подошел к туше и опустился рядом с ней на колени.

Рудеус положил руку на оленя и почувствовал, как из животного вытекает жизнь. То, что еще несколько минут назад было сильным и бодрым оленем, теперь лежало замертво.

С величайшим почтением и благодарностью Рудеус произнес в уме короткую молитву за оленя.

Затем мальчик наполнил свои мышцы маной и поднял тушу оленя, огромную по сравнению с маленьким пятилетним телом Рудеуса, на плечи. Олень весил около 200 кг, но благодаря усилению маны Рудеус справился с этим весом с относительной легкостью.

С тех пор, как он провел последний, серьезный поединок с Полом, старший Грейрат теперь доверял Рудеусу настолько, что позволял ему выходить на охоту в одиночку. С его мастерством владения мечом и магией обычные звери не представляли для ребенка никакой угрозы.

Даже если бы он столкнулся с монстром, Рудеус был уверен, что сможет спастись, используя свою магию. Даже Пол не мог двигаться так быстро, как Рудеус, когда использовал все свои заклинания в сочетании со спринтерским бегом. С помощью магии каждая охота занимала гораздо меньше времени, чем если бы он ехал верхом.

Охота для Рудеуса быстро стала одним из его любимых хобби. Но при этом он не забывал о принципах охоты – охотиться только на то, что нужно.

Рудеус очень уважал природу и ее безграничную жизнь. Хотя ему доставляло удовольствие выслеживать, преследовать и загонять добычу, он никогда не находил радости в самом акте лишения их жизни.

Он почитал животных, живущих в этом лесу. Они были прекрасными, чистыми существами, которые жили свободно, без забот и тягот человечества. Олень, подаривший Рудеусу свою жизнь, чтобы тот мог питаться его плотью и жить дальше, лес, вырастивший оленя, и земля, на которой он пасся... всему этому он был благодарен.

Рудеус чувствовал, что он не лишил жизни этого оленя и всех других животных, на которых он охотился раньше. Он не отобрал их, он их получил, как дар от матери-природы и ее щедрых даров. Поэтому последнее, что он мог сделать, это быть благодарным за их жертву.

Мальчик вынес тело оленя из леса. Хотя его вес был бы сокрушительным для любого другого ребенка его возраста, Рудеус лишь слегка вспотел, и в основном из-за того, что ему постоянно приходилось вливать ману в свое тело. Если бы его внимание ослабло хоть на секунду, 200 килограммов чистых мышц и костей обрушились бы на его все еще слабое тело.

Когда Рудеус подошел к деревне Буэна со своей добычей, другие жители подняли головы и поприветствовали ребенка. Они уже давно привыкли к тому, что пятилетний мальчик тащит или несет из леса свою добычу.

Сначала, когда они увидели Рудеуса, несущего кабана, который был вдвое больше его, они были потрясены до глубины души. Теперь же они просто подумали "О, это просто Рудеус. Он силен, как и ожидалось от сына Пола".

Рудеус был на полпути к своему дому, когда вдруг услышал детские крики.

– Проваливай, демон!

– Получи!

– Ты получишь 10 очков, если попасть в голову!

'...демон в деревне Буэна? Глупость'.

Рудеус посмотрел в ту сторону, откуда доносились голоса, и увидел, что трое грязных детей бросают грязь в маленького ребенка посреди поля.

Он узнал их. Это были дети, с которыми он иногда играл.

Будучи взрослым, хотя и в теле ребенка, он считал издевательства раздражающей вещью. И поскольку он был взрослым, хотя и выглядел как маленький мальчик, Рудеус все равно считал, что на нем лежит какая-то ответственность за то, чтобы остановить их.

Он подошел к троице, нахмурившись.

– Эй. Чего это вы тут устроили? – Рудеус заговорил, его голос был отчетливо им слышен. Он намеревался уговорить их. Хотя он был достаточно силен, чтобы переломать их кости без особого труда, они все еще были детьми, в конце концов.

Трое хулиганов, заметив приближение Рудеуса, перестали бросать куски грязи.

Они вздрогнули при виде массивного оленя, лежащего на плечах Рудеуса. Даже такие маленькие дети, как они, могли осознать размер и вес такого существа, и точно так же они могли понять, насколько силен Рудеус, чтобы нести его и идти так, будто это пустяк.

Только потому, что Рудеус был таким приветливым и добродушным ребенком, который часто играл с этими детьми, они не считали его уродом или монстром, несмотря на его огромную силу.

Поскольку Рудеус иногда играл в элементарный футбол, которому он научил деревенских детей, не жульничая с усилением маны, у других детей сложилось хорошее впечатление о Рудеусе, хотя они прекрасно понимали, что маленький Грейрат умеет контролировать свою силу и является таким же ребенком, как и они.

Иначе он мог бы стать тем, над кем издеваются, а не этот неизвестный ребенок.

– О-о-о, это Рудеус! Только что вернулся с охоты? Хочешь присоединиться к нам? Мы сражаемся с демоном! – объяснил один из них.

– Хм? Демон? Где? – спросил Рудеус, изображая недоумение.

Сома, мальчик, который говорил ранее, указал на маленького ребенка, свернувшегося калачиком вокруг корзины.

– Вот демон! Разве ты не видишь? У него зеленые волосы! Значит, это демон!

Рудеус преувеличенно наклонился к жертве издевательств: – А? И это демон? Вы что, слепые?

Затем он сделал выражение понимания: – А, я понял! Вы, должно быть, играете в "героев и демонов"? Понимаю, понимаю. Но разве это не несправедливо, что на стороне демонов только один человек, в то время как на стороне героев их трое? Хм... почему бы мне тоже не присоединиться к стороне демонов? Три на два будет справедливее, верно?

Затем Рудеус отпустил оленя с плеч и позволил ему с громким стуком и плеском упасть на грязную землю. Он хрустнул шеей и размял плечо, ухмыляясь трем детям с легкой дикостью в глазах.

Сома и его друзья-хулиганы сглотнули при виде этого зрелища, обратив более пристальное внимание на массивного оленя, которого Рудеус только что сбросил. Они посмотрели друг на друга, затем снова на Рудеуса и нервно засмеялись.

– О, э, все в порядке... "герои и демоны" все равно не были такими уж веселыми. Давай... давай поиграем в другой день, Рудеус.

Грейрат изобразил выражение разочарования: – Чего-о-о... Я только что пришел! Ну, неважно, тогда я просто поиграю с ним.

– П-правильно. Увидимся в следующий раз, Рудеус.

Трое детей поспешно убежали, радуясь, что избежали драки с таким сильным человеком, как Рудеус.

Рудеус был хорошо известен в деревне Буэна как "Самый сильный пятилетний ребенок в мире". Хотя это было всего лишь дружеское прозвище, данное несколькими жителями деревни, оно все равно глубоко запало в сердца детей деревни.

Для них Рудеус уже считался "боссом" среди детей деревни. Даже десятилетние дети не осмеливались наступать ему на пятки. Кроме того, Сома и остальные тоже считали Рудеуса своим другом. Поэтому, хотя они и были готовы издеваться над ребенком, когда думали, что никто не видит, но делать это в присутствии Рудеуса было чертой, которую они не хотели переступать.

Рудеус посмотрел на беглецов и вздохнул. Жестокость детей можно было объяснить их неразвитым мозгом. Эмпатия еще не была им понятна. Когда они вырастут и оглянутся на свои поступки, они смогут понять, что поступили неправильно.

Затем он повернулся к дрожащему ребенку, который все еще стоял на коленях на грязной земле и, казалось, не знал, что издевательства уже прекратились.

– Эй, ты в порядке? – спросил Рудеус. Теперь, когда остальные дети ушли, он больше не притворялся, что не знает, что происходит.

Ребенок медленно поднял голову, обнажив зеленые волосы, которые тоже были покрыты грязью.

– Я-я в порядке... – слабо ответил ребенок, поднимаясь с земли.

Когда тот поднял голову, Рудеус увидел, что ребенок, которого он принял за мальчика, вместо этого был маленькой хрупкой девочкой, больше похожей на куклу, чем на человека. У нее была фарфоровая бледная кожа и зеленые волосы, которые были чуть длиннее, чем его собственный каштановый хохолок.

'Мм? Ее уши...', – Рудеус заметил, что у девушки были заостренные уши, похожие на те, что он видел в фэнтези фильмах, по типу "Властелин колец".

'Сома и эти сопляки действительно издевались над девочкой? Даже для детей это слишком... Ладно, в следующий раз, когда я буду играть с ними в футбол, я научу их, что такое двойной хет-трик!', – он всегда скрывал свои навыки владения мячом, когда играл с деревенскими детьми, так как это было бы слишком нелепо – серьезно соревноваться с детьми. Но сейчас он подумал, что им будет полезно познать немного боли.

Волосы и одежда девушки были покрыты грязью, а сама она дрожала, как новорожденный олененок: 'Но немного грязи никому не повредит', – заключил Рудеус.

– Если ты в порядке, тогда я пойду, – Рудеус нагнулся и снова взвалил тушу оленя на плечи. Поскольку олень долго лежал, вся правая сторона его тела была покрыта грязью.

Увидев это, Рудеус нахмурился: 'Такой прекрасный мех был испачкан из-за этих сопляков... Я покажу им отчаяние с тройного хет-трика!'

Он вздохнул и выпустил свою ману, чтобы сформировать большую сферу воды. Вместо того чтобы выпустить ее в виде водяной пули, Рудеус стал осторожно управлять водой, чтобы смыть грязь с меха оленя. Через несколько мгновений мех оленя стал чище, хотя все еще был мокрым.

Затем Рудеус начал использовать магию, сочетающую в себе магию огня и ветра, чтобы создать эффект фена, который быстро высушил мех оленя.

Удовлетворенный, Рудеус повернулся к девочке, чтобы попрощаться, но заметил, что она смотрит на него широко раскрытыми глазами и разинутым от удивления ртом.

Девушка заметила его взгляд: – Как ты это сделал? А олень... как ты его так несешь?

– Магия, – он коротко ответил, поскольку хотел поскорее вернуть оленя домой и снять с него шкуру на ужин. Это был его обычный образ действий – после охоты он снимал шкуру и разделывал добычу, а затем отдавал мясо матери и Лилии. Иногда он помогал им и с готовкой, хотя обычно сразу же возвращался к тренировкам.

Увидев ее грязную одежду и волосы, Рудеус снова вздохнул. Подумав, что девушка хочет, чтобы он сделал для нее то же самое, он материализовал шар воды над ее головой, а затем вылил его на ее грязную фигуру.

– Ойк! – Она вскрикнула от неожиданности из-за внезапного ливня.

– Стой смирно, – приказал он, и она повиновалась без вопросов.

Вода смыла большую часть грязи, а затем Рудеус высушил ее феном, используя комбинированную магию.

Видя, что она теперь чиста, Рудеус собрался уходить.

– Увидимся. О, и не беспокойся о том, что Сома и остальные снова придут тебя задирать. Я наде… кхм, я поговорю с ними, – Рудеус говорил, его глаза сверкали при мысли о том, что он покажет этим соплякам четверной хет-трик.

Когда он отвернулся, не дожидаясь ответа, сзади раздался робкий голос девушки.

– П-подождите!

Рудеус обернулся, приподняв бровь.

– Что?

Девушка слегка подпрыгнула от его резкого ответа.

– Ум-м... не могли бы вы... – она заикалась, словно боялась, что он скажет в ответ.

Рудеус чувствовал нетерпение, но ему было не по себе просто прервать девушку, которая выглядела так, словно пыталась собрать все свое мужество, чтобы произнести остаток фразы.

Девушка глубоко вздохнула, закрыла глаза и выдавила из себя все, что хотела сказать: – Пожалуйста! Научи меня быть такой же сильной!

После того, как девочка выпалила разом свою просьбу Рудеусу, она все еще держала глаза плотно закрытыми, боясь даже увидеть выражение его лица.

'...А?, – Рудеус моргнул. – Научить? Она хочет, чтобы я научил ее магии? Пф-ф, нет уж, это пустая трата времени'.

Но затем он принял задумчивое выражение лица.

'Подожди. Может быть, есть какие-то преимущества в ее обучении. Поскольку я единственный человек, который может использовать безмолвную магию, то, следовательно, я также единственный человек, который может использовать мой стиль Магического Меча. Стиль Магического Меча обязан тать таким же известным, как три стиля меча, или даже превзойти их, так как же он может иметь только одного пользователя?

'Самое главное, мне нужно выяснить, являюсь ли я единственным человеком, который может использовать безмолвную магию, или этому могут научиться и другие. Ни Рокси, ни Зенит не могли использовать ее, так что возможно, что я единственный человек в этом мире, который может творить заклинания без слов... если это так, то это было бы ужасно! Я буду единственным человеком, который сможет продемонстрировать стиль Магического Меча!

'Но может быть и так, что взрослые и их циркуляция маны уже слишком привыкли к произнесению заклинаний вслух. Это может означать, что только дети могут научиться безмолвной магии. Хотя мне все еще нужно подтвердить эту теорию'.

Девушка медленно открыла глаза после длительного молчания, только чтобы увидеть, что Рудеус созерцательно смотрит на нее.

– Ум-м, ты... ты меня не расслышал? – тихо спросила она.

Рудеус кивнул: – Я слышал тебя. Я думаю. А теперь тише.

Девушка опустила глаза вниз, с тревогой держась за ручку корзины.

После еще одного продолжительного периода молчания Рудеус, наконец, принял решение.

– Хорошо. Я научу тебя.

Девушка взволнованно вскинула голову и посмотрела на него со смесью неверия и восторга.

– П-правда!?

– Мой учитель как-то упоминал, что обучение через обучение других чрезвычайно эффективно. Что-то типа подкрепления своих знаний. Так что, да, я буду учить тебя.

'Кроме того, если я хочу, чтобы мой стиль Магического Меча стал известным в будущем, мне нужно будет начать принимать учеников...', – внутренне добавил Рудеус.

Девушка засияла, ее тело напряглось от едва сдерживаемого ликования: – Спасибо! Спасибо, спасибо, спасибо!

Он улыбнулся: – Пока не благодари меня. Если ты будешь жаловаться на мое обучение, то я перестану тебя учить, это тебе ясно?

Она пылко кивнула: – Я не буду жаловаться. Никогда. Обещаю!

Рудеус рассмеялся: – Хорошо, тогда я сдержу твое слово.

'Хм, – размышлял он, – мой первый ученик... надеюсь, ты не разочаруешь меня'.

//Автор: Названия заклинаний теперь будут заключены в скобки, например: [Водяная Пушка].

----

Прошло несколько недель с тех пор, как Рудеус принял свою первую ученицу, которую звали Сильфиетта. Она была ребенком охотника деревни Буэна по имени Лоус.

Рудеус узнал Лоуса, когда однажды посетил дом Сильфиетты.

Поскольку Лоус был заядлым охотником, он был гораздо более опытен и сведущ в охоте, чем Пол. Таким образом, Рудеус был направлен к Лоусу его отцом, чтобы мальчик мог узнать больше об охоте, а также о том, как безопаснее охотиться.

В результате Лоус был более чем счастлив позволить Сильфиетте обучаться магии под руководством Рудеуса. Полуэльф был рад, что его дочь проявила инициативу, чтобы стать сильнее, ведь он не раз был свидетелем того, как над ней издевались местные дети.

Лоусу было тяжело видеть, как издеваются над его ребенком, особенно по такой бессмысленной причине, как цвет волос, но он мало что мог сделать, чтобы вмешаться в дела детей. Более того, он также хотел, чтобы его ребенок закалился и научился постоять за себя.

Кроме того, стоимость найма учителя магии была настолько высока, что единственным домом в деревне Буэна, который мог позволить себе такие расходы, были Грейраты, благодаря жалованию Пола как местного рыцаря. Поэтому возможность для его дочери получить такое образование бесплатно была счастливым случаем, который выпадает раз в жизни и с которым не сталкивался ни один крестьянин в подобных деревнях.

Лоус был так благодарен Рудеусу, что передал ему свиток, содержащий местную карту лесов и мест обитания зверей деревни Буэна. На этой карте были указаны места, где водилось много определенных животных, гнезда различных чудовищ поблизости, а также безопасные места для отдыха, если он вдруг застрянет в лесу на ночь.

Нужно было понимать, что эту карту составил сам Лоус, проведя годы в исследованиях и охоте в окрестных лесах. Такая карта обычно считалась семейной реликвией и передавалась только потомкам Лоуса, так как от нее зависели средства к существованию их семьи. Обычно это была вещь, которую нельзя было купить даже за деньги.

Поэтому его поступок – поделиться картой с Рудеусом можно истолковать как отношение Лоуса к мальчику как к сыну. Конечно, его основная мотивация поделиться картой на самом деле была лишь формой компенсации за услуги Рудеуса.

Не будет преувеличением сказать, что обучение магии было возможностью изменить жизнь, особенно для таких сельских жителей, как они.

Рудеус с благодарностью принял звериный свиток, поскольку наличие такой карты значительно расширило бы сферу его охоты в будущем. Он мог бы даже активно искать в лесу чудовищ, с которыми можно было бы сражаться.

Эти гнезда монстров, отмеченные на карте, считались опасной зоной для людей вроде Лоуса, но для Рудеуса они служили местом, где он мог оттачивать свои навыки против настоящих монстров.

Что касается уроков магии, которые Сильфиетта получала от Рудеуса, то, к удивлению Рудеуса, они прошли невероятно хорошо.

Сильфиетта была довольно умна для своего возраста, как заметил Рудеус, умея читать и писать довольно бегло, в отличие от других детей ее возраста в деревне Буэна. Поэтому он был очень рад, что ему не пришлось с нуля учить ее грамоте человеческого языка.

Рудеус научил ее заклинанию начального уровня, [Водяной Шар]. Это было первое заклинание, которое произносили почти все ученики-маги, когда только начинали изучать магию, поскольку оно было относительно безвредным по сравнению с начальным заклинанием огня [Огненный Шар] или заклинанием ветра [Стрела Ветра]. Оба эти элемента были опасны в обращении, поскольку неверное движение могло привести к летальному исходу.

С другой стороны, если в них не было влито количество маны, требуемое для заклинания среднего уровня, они могли нанести лишь легкую травму, оставлявшую максимум пару синяков.

Поскольку его основной мотивацией для обучения Сильфиетты была проверка его теорий о расширении якобы фиксированной способности к мане в молодом возрасте и возможности обучения безмолвной магии, Рудеус вскоре заставил ее пробовать заклинания многократно до изнеможения и безмолвную магию в течение последних нескольких недель.

Результаты?

Ошеломляющий успех.

Вначале Сильфиетта могла бросить лишь около 5-6 [Водяных Шаров] до наступления усталости. Всего через несколько дней это число удвоилось. Эти результаты были похожи на его собственные, когда он в три года только начал изучать магию.

Через несколько недель она смогла использовать [Водяной Шар] более тридцати раз, почти не вспотев.

Для Рудеуса это послужило почти окончательным доказательством давно устоявшегося представления о том, что существует предел возможностей маны, и этот предел фиксируется со дня рождения человека, что является ложным.

Рудеус также поделился с девушкой своим методом использования магии без слов.

Сильфиетта также смогла повторить этот подвиг после нескольких попыток. Однако он заметил одно особенное наблюдение, которое было весьма интригующим.

Сначала Рудеус объяснил свой метод использования безмолвной магии: после того, как он впервые произнес заклинание с помощью заклинаний, он запоминал, как мана циркулирует в его теле, когда он произносит заклинание. Поэтому, когда он пытался произнести заклинание без слов, ему нужно было лишь повторить движение маны, мысленно представляя конечный результат.

Это был его метод использования безмолвной магии.

Однако у Сильфиетты был совершенно другой подход к этому, как он вскоре обнаружил. Во-первых, она понятия не имела, что он имел в виду, когда сказал "почувствовать и запомнить, как циркулирует мана". По словам девушки, вместо циркуляции она могла лишь приблизительно собирать и испускать ману в нужном направлении.

Хотя она все еще могла использовать безмолвную магию, ее метод для этого отличался от его собственного.

По ее словам, ее метод активации магии заключался в том, что она собирала ману из своего тела и направляла ее в ладони и пальцы, одновременно визуализируя эффект заклинания. Затем, когда мана была собрана, она выжимала ее из рук и материализовывала желаемый эффект заклинания.

Хотя оба их метода в значительной степени полагались на "чувство", казалось, что у Рудеуса была более высокая чувствительность к движению маны, а также к контурам маны в его теле. Эта более высокая чувствительность также, вероятно, способствовала его умению сознательно использовать усиление маны, в отличие от Пола, который мог делать это только бессознательно.

Независимо от их методов, способность Сильфиетты применять безмолвную магию заставила Рудеуса больше верить в будущее его стиля Магического Меча. Это было доказательством того, что он не будет единственным практикующим стиль Магического Меча, что было бы очень обидно.

Видя способность Сильфиетты безмолвно активировать заклинания, Рудеус перевел ее обучение на второй аспект стиля Магического Меча, который был не менее важен. Это был "меч", часть "Магического Меча".

Именно так. В дополнение к обучению Сильфиетты магии, Рудеус также начал обучать ее трем основным стилям владения мечом.

Перед тем, как передать свои собственные техники стиля Магического Меча начального уровня, девушке сначала нужно было овладеть магией и тремя основными стилями владения мечом, на которых основывался его собственный стиль Магического Меча.

Поэтому Сильфиетта размахивала мечом так же часто, как и произносила заклинания, когда тренировалась под руководством Рудеуса. Хотя ее руки все еще были слабы и едва могли взмахнуть маленьким деревянным мечом, который он когда-то сам использовал для тренировок, и у нее не было сил даже правильно держать меч, Сильфиетта оставалась верна своим словам и ни разу не жаловалась.

'Какой послушный ученик', – размышлял Рудеус, наблюдая за тем, как Сильфиетта разрывает кожу на ладонях от взмаха меча.

----

(Пропуск времени – 1 год; возраст Рудеуса – 6 лет)

Рудеус снова был в лесу. Однако на этот раз он не охотился на животных. Сегодня он отправился в лес специально для охоты на монстров. Это был первый раз, когда он делал что-то подобное, и у него было несколько причин для этого.

Во-первых, всего неделю назад он впервые убил монстра.

Он был на обычной охоте, но внезапно встретил в лесу чудовище, которое напало на него.

Это было большое, похожее на волка существо, которое было в два раза больше обычных волков. Рудеус определил его как чудовище под названием Жутковолк, один из самых распространенных видов монстров, обитающих в лесах, окружающих деревню Буэна.

Он выглядел в точности как обычный волк, за исключением его больших размеров, которые точно определяли его как монстра, а не просто аномально большого зверя.

Его отличия от обычного волка не ограничивались размерами. Его шерсть была жестче, чем у обычных животных, а шкура – прочнее. Естественно, монстр был быстрее и сильнее обычных животных.

Этот конкретный волк был серовато-черным, а его глаза источали жуткую ауру, от которой тело Рудеуса почти перестало его слушаться, когда мальчик впервые встретился с ним взглядом. Только после того, как он поделился этим опытом с Полом, он узнал, что это было нечто, называемое "убийственное намерение", которое, по сути, представляло собой нематериальное давление, содержащее глубокое желание источника убить.

Однако после того, как первоначальный шок Рудеуса прошел, он смог расправиться с жутковолком с помощью меча, подаренного ему Рокси. Кстати, после этого случая Рудеус назвал меч, который также служил ему посохом, "Синий клык", в память о своем первом убийстве, а также в честь своих учителей Рокси, Пола и Зенита.

Синий в названии меча символизирует цвет волос Рокси, а Клык – название группы его родителей, когда они были искателями приключений – Клыки Черного Волка.

Жутковолк обычно считался монстром ранга E. Это означает, что для борьбы с одним волком отправляли отряд авантюристов ранга E. Авантюристы ранга Е обычно состояли из мечников начального ранга.

Рудеус, владевший всеми тремя стилями владения мечом, намного превосходил уровень авантюристов ранга Е, и это только с учетом его мастерства владения мечом.

Не стоит забывать, что Пол, обладавший одинаково высоким рангом во всех трех стилях владения мечом, был достаточно способным, чтобы не только входить в отряд авантюристов ранга S, но и быть его лидером.

Если добавить к этому продвинутые заклинания огня, земли и ветра Рудеуса, его статус мага воды святого ранга, а также его опыт в стиле Магического Меча, то он даже превосходил стандарты авантюриста S ранга.

В результате, один волк-одиночка не представлял для Рудеуса никакой опасности.

И все же Рудеусу было нелегко сражаться с жутковолком. Причина была в том, что, как отметил Пол, у Рудеуса было слишком мало опыта в смертельных битвах. Умение хорошо выступать в спаррингах не означает умение делать то же самое в реальной борьбе за свою жизнь.

Когда он еще был искателем приключений, Пол участвовал в десятках схваток, в которых он мог потерять жизнь, если бы допустил хоть одну ошибку. Этот опыт, как точильный камень, обострил его инстинкты еще больше, чем собственный талант Пола, не говоря уже о том, что он стал невосприимчив к убийственному намерению.

У Рудеуса просто не было возможности получить подобный опыт. Его можно было сравнить с тепличным цветком – выращенным в защищенной среде, укрытым от ветров и дождей. Без смертельных битв, которые обострили бы его инстинкты и отточили его мастерство, он никогда не смог бы сравниться с воинами, которые сражались и проливали кровь за свою жизнь.

Таким образом, Рудеус стремился испытать подобный опыт.

Во-вторых, в последнее время он чувствовал себя невероятно подавленным из-за отсутствия прогресса в его мастерстве фехтования.

Прошло уже больше года с тех пор, как он достиг продвинутого ранга в стилях меча Бога Меча, Северного Бога и Бога Воды, но его рост после достижения этой точки впоследствии застопорился.

В основном это было связано с тем, что Пол больше не мог научить его чему-то более продвинутому, так как его собственный опыт остановился на ранге продвинутого. Рудеус никак не мог винить своего отца, поскольку в этом мире мечник продвинутого ранга уже считался экспертом высшего уровня. Для чего-то большего требовалась глубокая одержимость мечом, которой у Пола не было.

В отличие от своего отца, Рудеус очень полюбил меч. Он любил его даже больше, чем магию. Ощущения от изучения новых приемов, а затем их последующего совершенствования и включения в свой стиль владения Магическим Мечом, казались ему невероятно освежающими. Поэтому наблюдать за тем, как его развитие в мастерстве владения мечом застопорилось более чем на год, было крайне неприятно.

Его основы фехтования стали более прочными и устойчивыми после нескольких спаррингов с Полом за последний год, но это был предел любого ощущения прогресса, который он чувствовал.

В результате, охота на чудовищ в лесу не только обострила его инстинкты, но и дала возможность отточить мастерство владения мечом.

С картой зверей, которую подарил ему Лоус, Рудеус решил отправиться в гнездо монстров и лично сразиться с ними.

Гнездо монстров, с которым решил сразиться Рудеус, принадлежало к группе монстров, известных как медные ящерицы. Это были саламандровые чудовища, которые по размеру напоминали волков. "Медный" в их названии означал только цвет металлического блеска их чешуи, а не то, что они действительно были покрыты медью.

Они также были монстрами ранга D, похожими на волков, но поскольку Рудеус направлялся к целому гнезду медных ящериц, их рейтинг опасности был значительно повышен до высокого ранга C.

Тем не менее, Рудеус чувствовал себя хорошо подготовленным к такому испытанию. Эти ящерицы были немного сильнее жутковолков и имели более жесткую чешую, но при этом были значительно медленнее. Если у жутковолка были сбалансированы сила, ловкость и выносливость, то медный ящер больше склонялся к выносливости и силе.

Учитывая скорость и заклинаний Рудеуса, он лишь немного беспокоился за свою безопасность.

– Согласно карте, их гнездо должно быть за этой рощей и рядом с озером... – пробормотал про себя Рудеус, читая карту зверей Лоуса.

На нем было меховое пальто, которое Лилия подарила ему на пятый день рождения, а Синий Клык был пристегнут по диагонали через спину. Меч казался слишком большим для его маленького тела, хотя считался коротким мечом.

Рудеус осторожно ступал по роще, его чувства были максимально сконцентрированы в поисках любых следов, оставленных монстрами. Различные мелкие животные также пищали или скакали по лесной подстилке, поэтому лес был наполнен окружающим шумом дикой природы. В глубине леса растительность была очень густой, поэтому видимость также ухудшалась.

Когда мальчик прошел мимо зарослей пышных папоротников, его взору открылось живописное зрелище.

Небольшой водоем с лазурно-голубой водой, маняще поблескивавшей в лучах солнца, встретил его взгляд, а зеленая трава окружала озеро, словно сцена с картины. Вместо озера правильнее было бы назвать его большим прудом.

Рудеус почувствовал, как у него на мгновение перехватило дыхание от всепоглощающей красоты этого вида. Если бы не другие обитатели водоема, у него возникло бы желание сорвать с себя одежду и прыгнуть в озеро искупаться.

На другой стороне находилось около дюжины крупных ящериц, которые загорали или разгуливали в окрестностях озера. Эти медные ящерицы больше походили на комодских варанов с Земли, с четырьмя короткими лапами и длинным хвостом, который, вероятно, был полон силы.

В соответствии со своим названием, они имели блестящую чешую, напоминающую красновато-коричневый цвет меди. На их чешуе также были бугорки и бороздки, которые показались Рудеусу знакомыми. Она напоминала ему шкуру крокодилов с Земли.

Их размеры тоже впечатляли. Между их змеевидными языками, которые время от времени высовывались изо рта, располагались ряды зубов – самые большие из них были длиной с его собственные руки! Правда, это были руки шестилетнего ребенка, но все равно зрелище было впечатляющим.

Рудеус чувствовал, что им понадобится всего один или два укуса, чтобы с легкостью разорвать его детское тело. Не то чтобы у них когда-либо был шанс сделать это, конечно.

Свернув и убрав звериную карту, маленький Грейрат обнажил Синий Клык.

Внутренне он уже наложил на себя некоторые ограничения.

Во-первых, он вообще не собирался использовать магию в этой битве.

Он пришел с целью испытать себя и отточить мастерство владения мечом в смертельных боях. Было бы бессмысленно бросаться магическими заклинаниями высшего ранга, которые могли бы полностью уничтожить медных ящеров издалека.

На самом деле, он даже не собирался использовать техники стиля Магического Меча. Он будет сражаться, используя только три стиля меча, в которых он достиг продвинутого ранга.

С этой решимостью Рудеус вышел из-за линии деревьев и медленно пошел по поляне. Его правая рука крепко держалась за Синий Клык, а тело было покрыто слоем маны.

Почти сразу же медные ящеры, которые всего несколько мгновений назад занимались своими делами, почувствовали присутствие чужой формы жизни, вторгшейся на их территорию. Бездельничавшие монстры напрягли свои тела, глядя на крошечного человечка с едва скрываемым голодом и убийственным намерением.

Рудеус почувствовал, как по его виску скатилась капля пота. Давление, исходившее от целого гнезда чудовищ, ощущалось совсем иначе, чем то, которое он испытал от волка, ставшего его первой добычей.

Собрав все свое мужество и решимость, он сделал следующий шаг вперед. Сам того не подозревая, он сделал этот шаг, словно преодолел барьер, разделявший ряды воинов и неопытных салаг.

Теперь его шаги были более твердыми и уверенными, чем раньше, а уверенность росла с каждым шагом и каждым выдохом.

С точки зрения монстров, они были весьма озадачены видом крошечного человека, приближающегося к ним, казалось бы, без страха. Однако их первобытные инстинкты и звериный голод преобладали над всякой осторожностью и любопытством.

Медные ящеры пошли вперед, и некоторые начали рассредоточиваться, пытаясь окружить Рудеуса. Их стайный охотничий менталитет проявился здесь в полной мере, хотя Рудеус был настолько мал, что его съедение не заполнило бы брюхо ни одного медного ящера.

Еще через несколько мгновений Рудеус оказался в окружении медных ящеров, которые смотрели на него с безудержной злобой.

Несмотря на окружение, Рудеус не запаниковал. Он даже немного улыбнулся, смотря на ситуацию. Именно за этим он сюда и пришел – испытать себя против монстров, что без колебаний могут разорвать его на части.

Первым за ним двинулся медный ящер. Этот монстр, несмотря на короткие корявые ноги, казавшиеся непропорциональными его длинному телу рептилии, двигался с удивительной ловкостью и скрытностью.

Однако Рудеус уже был готов к такому исходу. Шелест травы под шагами ящера выдал его намерения, что позволило Рудеусу мгновенно среагировать, отклонившись назад и перехватив монстра быстрым движением клинка.

Стиль Бога Воды: Поток. Самая базовая контратакующая техника, принадлежащая школе Бога Воды.

Синий Клык, усиленный маной Рудеуса, прорезал чешую медного ящера, как масло горячим ножом. Короткий меч вошел в череп чудовища на уровне глаз и рассек голову  до задней части.

Верхняя половина черепа медного ящера взлетела в воздух, а его тело, словно все еще не зная, что его мозг был разрезан пополам, продолжило движение вперед, а затем рухнуло в нескольких метрах от Рудеуса.

Окровавленная голова ящерицы упала на траву с хлюпким звуком, а Рудеус задержался на мгновение дольше, чем нужно.

Шокирующе жестокое зрелище могло бы привести в замешательство даже взрослых людей, но для медных ящеров оно послужило лишь сигналом к началу нападения.

Все разом монстры бросились на Рудеуса. Не из желания отомстить за погибшего товарища или из каких-то других, более человеческих чувств. Мотивы были связаны с присущей им дикостью и звериной жаждой поглощения.

Рудеус ухмыльнулся, переходя в другую стойку Бога Воды, готовясь к предстоящей звериной драке. Ну давайте поиграем.

Первая медная ящерица появилась рядом с Рудеусом, ее пасть раскрылась и полетела к его лицу. Маленькое тело Грейрата среагировало, опустившись ниже и вонзив Синий Клык в пасть чудовища, пронзив его голову, а кончик лезвия вышел из верхней части черепа ящера.

Затем он быстро вытащил его, чтобы отпрыгнуть от мощного удара хвостом, направленного в его сторону другим медным ящером. Благодаря мане, проходящей через его мышцы, Рудеус смог подпрыгнуть высоко в воздух.

Находясь в воздухе, Рудеус повернул свое тело и в падении направил меч вниз.

Когда мальчик приземлился, лезвие, притянутое вниз гравитацией и самим Рудеусом, вонзилось в чешуйчатое тело одного из оставшихся медных ящеров. Чудовище тут же забилось, реагируя на внезапную резкую боль, пронзившую его тело.

Рудеус сменил хватку на Синем Клыке и стал тянуть короткий меч к голове чудовища, пока лезвие еще находилось в его теле. Ему удалось прорубить приличный слой жесткого мяса, костей и шкуры, прежде чем он был вынужден вытащить меч и отпрыгнуть в другую сторону, прежде чем мощный хвост приземлился на тело ящера, где он стоял всего мгновение назад.

– Ха! Огонь по своим, – нахально прокомментировал Рудеус, увидев, как хвост врезался в ящерицу, еще больше усугубив и без того смертельную рану, которую Рудеус оставил на ней.

Когда он поднялся в воздух, он насчитал тринадцать медных ящериц, желающих разорвать его на части. Теперь, после одного убийства, их стало двенадцать.

После приземления он оказался во фланге трех медных ящериц, которые смогли предсказать, куда он приземлится. Три монстра немедленно атаковали, заставив Рудеуса на мгновение запаниковать.

Ему удалось уклониться от первого, вращая пальцами ног, при этом одной рукой он нанес мощный удар по носу второго ящера, а другой рукой, державшей меч, перерубил хвост третьего ящера, которым тот замахнулся на него.

Вторая ящерица отлетела назад от силы его удара, что было крайне странным зрелищем, поскольку удар был произведен лишь шестилетним ребенком, в то время как медный ящер был в десять раз больше мальчика.

Третья ящерица кричала от боли и агонии из-за потери хвоста. Для этих существ хвост был самой ценной конечностью.

Рудеус остался невредим от трехсторонней атаки, но внезапно почувствовал сильный удар в спину.

Из-за толстого слоя маны, которым Рудеус покрыл свое тело, он не получил тяжелых травм. Но силы удара все равно хватило, чтобы выбить ветер из легких.

Он был слишком сосредоточен на атаках трех медных ящериц, что позволило четвертой незаметно атаковать его мощным хвостом, даже несмотря на талант Рудеуса к пространственному восприятию.

В этом заключалась опасность осады группой врагов. Даже если по отдельности они не представляли угрозы, в группе они представляли определенную опасность для все еще неопытного Рудеуса.

Крошечное тело Рудеуса было отправлено в полет, но ему удалось приземлиться на ноги при помощи акробатического сальто. Сразу же после этого ему пришлось уворачиваться от очередного удара хвостом другой медной ящерицы. Он сумел воспользоваться импульсом своего сальто и броситься на монстра, который теперь был выведен из равновесия.

Он выхватил свой клинок и двинулся, чтобы вонзить его в чудовище, но его снова прервал другой медный ящер. Он отказался от своего плана атаки, чтобы блокировать яростный удар ящерицы, опустив свое тело и центр тяжести, отбиваясь от огромной силы ящерицы.

Сила удара отбросила Рудеуса на несколько шагов назад, однако ему удалось сохранить оборонительную позицию и удержаться на ногах.

У Рудеуса были короткие руки и ноги с пропорционально с таким же маленьким туловищем. Он мог демонстрировать такой уровень боевой мощи, только полагаясь на усиление маны, увеличивающее его мышцы до такой степени, что он мог превзойти силу монстров ранга D.

– ХИЯ! – Рудеус закричал своим высоким детским голосом и контратаковал Синим Клыком, подняв его высоко в воздух. Он взмахнул вертикально вниз, и лезвие прорезало массу чешуи, мышц и костей.

Медный ящер, который бросился на Рудеуса, был разрублен пополам, а на месте обычно красивых и ярких черт лица Рудеуса появилось выражение яростной дикости.

В этом одном взмахе были заложены все пределы его силы, столько маны, сколько он был готов безопасно направить в свои мышцы. Сила удара была настолько велика, что из кончика клинка даже вырвалась волна маны, ранившая вторую медную ящерицу, которая, к сожалению, оказалась не в очень удачном положении – почти сразу за ящерицей, которую срубил Рудеус.

'После того, как еще один был повержен, осталось убить еще одиннадцать', – подытожил Рудеус, его боевой дух поднимался, а волнение наполняло его кости.

Хотя Рудеус и получил один удар во время яростных и многочисленных атак медных ящеров, он чувствовал, как закаляется от пережитого. Несмотря на то, что с начала боя прошло совсем немного времени, Рудеус чувствовал себя просветленным.

Для иллюстрации этого озарения можно привести такую аналогию: если бы различные техники, которые он постиг, принадлежащие Богу Меча, Богу Севера и Богу Воды, были кусочками головоломки, то только в реальных сражениях он понял, как соединить их вместе, чтобы увидеть полную картину.

Не имело значения, изучил ли он техники меча продвинутого ранга, если он не знал, как использовать их в бою. Рудеус был бы только тем, кто знал, как исполнять причудливые искусства владения мечом, которые были лишь искрой без хвороста.

Именно по этой причине он никогда не мог выиграть у Пола, несмотря на все его преимущества в магии и безмолвной активации заклинаний. Опыт и отточенные инстинкты убийцы, которых ему отчаянно не хватало – это не то, чему он мог научиться в тепличных условиях дружеских поединков.

Эта первая битва была лишь верхушкой айсберга. Рудеус собрал лишь первый уголок этого огромного пазла. Слова Пола, указывавшие на его неопытность, оказались верны. Несомненно, потребуются годы и десятки, а то и сотни сражений не на жизнь, а на смерть, прежде чем Рудеус сможет постепенно заполнить оставшуюся часть головоломки и в конце концов сложить полную картину, раскрывающую путь его мастерства фехтования.

Рудеус крепче сжал Синий Клык, злобно ухмыляясь оставшимся медным ящерам. Он больше не видел в них монстров. В своих глазах Рудеус видел лишь ступеньки, которые помогут ему собрать воедино кусочки пазла.

С ревом Рудеус бросился к медным ящерам, его короткий меч пульсировал маной и был полон желания резни.

Сегодня Рудеус ухватился за убийственное намерение.

...

– О чем ты, черт возьми, думал, отправляясь охотиться на монстров!? Ты с ума сошел!?

– Мелкий хулиган! Ты хочешь довести до смерти от волнения свою мать, так что ли!?

Отец и мать Рудеуса соответственно накричали на него, увидев тушу медного ящера, которую он притащил из леса, а мальчик озорно усмехнулся.

Когда он убил волка, Рудеус по глупости оставил его тело в лесу, слишком потрясенный, чтобы подумать о том, чтобы вернуть его труп. Только вернувшись домой, он вспомнил, что трупы чудовищ продаются за гораздо большую сумму, чем даже самая идеальная тушка животного.

Хотя в деревню Буэна приезжало не так много торговцев, тем более торговцев, которые торговали частями монстров, это было все же лучше, чем оставлять их гнить в дикой природе.

Поскольку медные ящеры были такими тяжелыми, он мог с комфортом нести только одного. Поэтому он выбрал ту, у которой было меньше всего ранений на теле, и, кстати, именно она мгновенно умерла, когда он проткнул мечом ее череп.

Следствием этого, однако, стало то, что его родители отчитали его за то, что он не сказал им о своем намерении в одиночку бросить вызов гнезду монстров.

Несмотря на то, что ему пришлось терпеть ругань родителей до конца вечера, он все равно считал, что поход прошел успешно. Рудеус наконец-то снова смог увидеть ощутимый, качественный рост в своем мастерстве меча, и от этого он был в экстазе.

После уничтожения всех медных ящериц в их гнезде он почувствовал, что его мастерство владения мечом поднялось на уровень выше. В результате Рудеус не пожалел, что отправился бросить вызов самому себе, даже если после этого ему пришлось выслушивать упреки родителей.

В окрестностях деревни Буэна были и другие гнезда монстров, в некоторых из них обитали монстры, которые были даже опаснее медных ящериц. Пока Рудеус был вынужден стоять на коленях на полу в кухне, получая нотации от Пола и Зенит, он уже планировал, какое гнездо он разорит следующим.

(Пропуск времени 1 год; Рудеусу 7 лет)

(От лица Рудеуса)

Последний год прошел для меня крайне медленно. Казалось, что время ползет незаметно, и каждый день был мучительным. За исключением нескольких знаменательных событий, мои дни проходили в крайней скуке.

В этот период Зенит родила младшую сестру. Ее назвали Норн.

Лилия тоже родила ребенка. Ее звали Айша, и она тоже была моей сестрой...

Новость о беременности Зенит вызвала в нашем доме ликование, но когда Лилия объявила о своей собственной беременности, вместо этого возникла крайняя напряженность и неловкость. Потому что даже самый несведущий человек мог понять, что отцом является Пол, и Лилии не нужно было говорить об этом вслух.

То, что последовало за этим, не было эпической и разрушительной дракой между мужем и женой, как можно было бы ожидать. Вместо этого было грустно и душераздирающе видеть, как все трое взрослых членов семьи Грейрат выглядели совершенно раздавленными обстоятельствами.

Зенит почти прогнала Лилию из дома, если бы я не подтолкнул Пола вступиться за нее, и взять на себя всю ответственность за его измену.

Я не знал, что происходит за закрытыми дверями между Полом и Лилией. Хотя Пол был гадким человеком, чья история со скандальными романами говорила о его характере, я не мог отрицать, что замечал, как Лилия иногда смотрела на Пола. Несомненно, в этом была похоть с обеих сторон.

Тем не менее, выгнать Лилию во время беременности в разгар зимы было почти что смертным приговором. Возможно, было бы несправедливо, если бы Пол взял на себя роль злодея и взял на себя всю вину за измену, но это было, по крайней мере, правильным поступком.

К счастью, Зенит смогла рассудить логически и проявить сострадание к Лилии, хотя и только после того, как избила Пола в кровавое месиво, не переставая плакать.

Пол, к его чести, принимал ее кулаки, не сопротивляясь и не защищаясь усилением маны. И пока его били, он все еще умолял Зенит простить Лилию, просил ее остаться, не ради собственных желаний, а в качестве акта милосердия к давней служанке дома Грейратов.

Пол был вынужден спать в холодной гостиной в течение нескольких недель после этого, и Зенит запретила мне лечить его раны. Лилия смогла вернуться в наш дом, продолжая работать в качестве служанки, и, насколько мне известно, больше никогда не спала с Полом. Таким образом, этот инцидент был исчерпан.

Другим человеком, который мог развлекать меня на протяжении всего этого года, была Сильфиетта. Обучение ее магии и мастерству меча помогло мне укрепить свои основы.

Хотя полуэльфийка была довольно талантлива в магии, то же самое нельзя было сказать о ее мастерстве меча.

Она смогла достичь промежуточной стадии Бога Воды, но оставалась на уровне новичка в стилях Бога Меча и Бога Севера. Усиление маны также было еще одним аспектом, который ей было трудно понять.

Поскольку Сильфиетта не обладала такой же чувствительностью к мане, как я, она не могла понять концепцию наложения маны на тело или наполнения маной своих мышц.

Она все еще была способна достичь уровня физических способностей, намного превосходящего то, на что был способен ребенок ее возраста, но она не могла проявлять нечеловеческую силу, как мы с Полом.

Это было потому, что она лишь наполовину постигла Усиление Маны. Если я мог умножить свою силу в 10 раз с помощью усиления маны, то Сильфиетта могла достичь только 1,5 – 2 крат максимум. Это было намного больше, чем то, на что были способны большинство детей ее возраста, но по моим меркам этого было недостаточно.

Ее магия, с другой стороны, заметно выросла. Она смогла достичь промежуточного ранга в магии ветра, воды, исцеления и детоксикации, в то время как ее магия огня и земли все еще оставалась на уровне новичка.

Как и я, она также могла использовать все эти заклинания без слов.

В результате Сильфиетта также довольно хорошо владела стилем Магического Меча. Она еще не достигла той скорости, с которой я мог безмолвно активировать заклинания, не говоря уже об одновременном выполнении техник меча, но это было похвальное усилие.

Я возлагал на девушку большие надежды и высоко оценивал ее потенциал. Возможно, она никогда не сможет достичь моих стандартов, но она все равно будет гордой первой ученицей великого меня.

Однако, не считая этих незначительных отвлечений, мне все равно было очень скучно. Почему?

Потому что мое мастерство фехтования достигло пика того, чего я мог достичь с помощью техник продвинутого ранга.

После моей первой охоты на монстров, где я убил кучу медных ящериц, я начал бросать вызов различным гнездам монстров, которые находились в окрестностях деревни Буэна.

Следуя карте Лоуса, я бросил вызов и впоследствии покорил семь различных гнезд монстров в течение последних десяти месяцев.

Штурмовые псы, жутковолки, двухвостые лисы, гигантские гадюки, гигантские пауки, кабаны-разорители и жуткие медведи.

Самыми простыми из них были штурмовые псы, которые были просто огромными собаками, более свирепыми, чем обычные. Это были монстры ранга E, то есть особо смелые граждане без подготовки могли справиться с ними в одиночку.

Гигантские гадюки и гигантские пауки были немного опасны из-за своего яда, поэтому я должен был следить за тем, чтобы ни один из них меня не укусил.

Кабаны-разорители были монстрами ранга С. Среди всех гнезд монстров, на которые я нападал, их гнездо было самым простым. Однако даже это было бы преувеличением, потому что, помимо их грубой силы и толстой шкуры, единственное, что они умели делать, это нападать по прямой. Уклониться боковым шагом и контратаковать их сбоку было проще простого.

Однако самый сложный монстр, с которым я сражался, не принадлежал к гнезду. Это был жуткий медведь, который, как ни странно, был монстром ранга B, редко встречающимся на Центральном континенте.

Жуткий медведь не был тем монстром, которого я активно искал. Вместо этого я случайно наткнулся на его логово во время обычной охоты. Это был также первый раз в моей новой жизни, когда я почувствовал, что могу умереть.

Для безопасной борьбы с жутким медведем ранга B требовалась целая команда авантюристов ранга B. На тот момент я уже вполне комфортно чувствовал себя на уровне авантюриста S ранга. Однако я попал в тяжелое положение, потому что внезапное появление жуткого медведя застало меня врасплох.

Его скорость, сила и свирепость удивили меня, и его когти пронзили мою грудь, оставив три длинные вертикальные кровавые полосы.

Мне пришлось судорожно накладывать на себя магию исцеления высшего ранга, пока я в панике пытался убежать. Только после того, как мне удалось полностью закрыть раны и одновременно остудить голову, я успокоился и начал контратаковать.

Мое боевое мастерство просто достигло такого уровня, что ничто в окрестностях деревни Буэна не могло бросить мне вызов, так как монстры ранга С были самыми опасными существами в пределах пешей досягаемости от деревни, в которой я жил.

Мое боевое мастерство не выросло от добавления каких-либо новых техник или заклинаний. Только благодаря тому, что мои боевые инстинкты и интуиция обострились в результате постоянных поединков, я смог более эффективно использовать свою силу и приемы.

Только повторяющиеся бои и сражения выжимали из меня потенциал, заставляя думать или реагировать так, чтобы буквально не потерять голову во время схваток. Лишние движения были сведены к минимуму, излишняя сила была устранена, от ненужных изысков избавились.

Лучшим доказательством моей возросшей силы была победа над Полом четыре месяца назад. Хотя мое тело, ставшее выше и сильнее, тоже отчасти виновато в этом, но если выразить это словами, то я научился драться более эффективно, результативно и с большей смертоносностью.

Пол был вынужден признать свое поражение, когда мой деревянный меч был приставлен к его горлу, а его собственный меч был выбит из его рук. Несмотря на то, что я сражался используя стиль Магического Меча, а не чистого фехтования, это все равно была победа, оправдавшая все усилия, которые я приложил, чтобы бросить вызов гнездам монстров.

Хотя было чрезвычайно приятно наконец-то пробить потолок боевого мастерства, которым был Пол, в то же время я чувствовал себя как астронавт, который покинул Землю в надежде встретить инопланетян, но понял, что человечество одиноко во Вселенной.

"Что теперь?" - вот вопрос, который мучил меня после победы над Полом.

Мое мастерство фехтования снова застопорилось. И еще у меня было чувство, что сколько бы я ни участвовал в битвах, дальнейший рост моих боевых способностей будет лишь постепенным и даже с уменьшающейся отдачей, непропорциональной затраченным усилиям.

Итак, именно это бурлящее разочарование и удушающая духота в груди привели к тому, что этой ночью я наконец-то встал против Пола и Зенит.

– Папа, мама. Я бы хотел уехать из деревни и стать авантюристом.

– Ни в коем случае.

Зенит мгновенно отказала без колебаний, глядя на меня суровыми глазами.

Пол, напротив, усмехнулся на мою просьбу: – Я знал, что когда-нибудь этот день настанет.

– Папа знал?

Он рассмеялся: – Конечно. Как я мог не знать? Ты выглядишь так, будто у тебя был запор целый год. Честно говоря, это заняло больше времени, чем я думал.

Я улыбнулся. Казалось, Пол понял мое чувство разочарования, а я даже не заметил. Неужели мои выражения настолько легко читаемы?

– Тогда ты понимаешь, почему мне нужно уйти? – спросил я с надеждой во взгляде.

Пол кивнул с улыбкой, но тут же стер ухмылку, получив неприятный взгляд от Зенит: – Кхм, я понимаю, к чему ты клонишь, но ответ по-прежнему отрицательный.

Я нахмурился: – Почему нет? Вы знаете, что я достаточно силен, чтобы защитить себя...

– Потому что ты еще ребенок! – парировала в ответ Зенит.

– Так себе причина... – Я горько прикусил нижнюю губу.

– Здесь я вынужден согласиться с твоей матерью, – Пол добавил: – Тебе всего 7 лет. Несмотря на то, что ты умный ребенок, ты еще многого не знаешь. И что с того, что ты можешь победить меня в драке? Ты еще слишком неопытен. За пределами Буэна тебя могут обдурить, ограбить, обмануть и предать, и ты даже не будешь подозревать об этом.

Да. Конечно, в этом была причина. Они не понимали, что я не просто ребенок. Проведя 7 лет в роли ребенка, я уже чувствовал себя удушающе. Мой взрослый мозг требовал стимуляции. Ему нужно было что-то, что развеяло бы скуку и монотонность пребывания в этой деревне. Мое сердце жаждало заниматься фехтованием. Это уже стало физической необходимостью.

Но как они могли понять все это? Для них я действительно был всего лишь ребенком. Конечно, достаточно сильный, чтобы победить Пола, авантюриста ранга S, но, с их точки зрения, мне все еще не хватало здравого смысла, общих знаний и здоровой доли цинизма.

Они считали меня идеалистичным ребенком, который не знает, что лучше, тем, чей мир простирался лишь до границ деревни Буэна. Наивный мальчик, который думал о внешнем мире как о радуге и розах.

Но и я не смог объясниться.

– Но как я могу получить опыт, если я никогда не покину деревню? Это противоречивое утверждение!

– Этим вещам ты должен постепенно учиться по мере взросления. Просто ты вырос слишком быстро, Руди...

– И разве тебе не достаточно время от времени сражаться с монстрами?

А? Они знали? Даже если я сделал это тайно?

Они могли видеть выражение удивления на моем лице.

– Что, ты думаешь, мы не знали? Мы закрыли глаза, потому что ты никогда не возвращался раненым, за исключением того случая, когда ты вернулся с порезами на пальто, которое было залито кровью. Мы уже знали, что ты делал, хотя ты утверждал, что "случайно поцарапался об особо острый куст".

Я покраснел. Слыша это из их уст, это действительно звучало как глупое оправдание. Как я мог подумать, что они действительно купятся на это?

– Я... – промямлил я, прежде чем сделать глубокий вдох. – Честно говоря, этого недостаточно. Я уже давно не чувствовал, что совершенствуюсь. Мама, папа, я никогда не скрывал от вас своей мечты. Моя цель – утвердить стиль Магического Меча как высший стиль меча, превосходящий три основных стиля меча. Но я уже чувствую, как мои навыки притупляются, мой рост застопорился. Я чувствую, что мой путь лежит за пределы деревни Буэна. Мое будущее не здесь.

Зенит ничего не сказала, но я видел, что она сдерживает эмоции от моих слов. Мое сердце разрывалось от того, что мои слова вызвали непролитые слезы у той, кого я теперь действительно считал матерью.

Лилия ничего не сказала и на этой семейной встрече. Видимо, она посчитала, что не должна вмешиваться в это личное семейное дело, хотя никто из нас не считал ее чужой.

– А как же мы, твоя семья? Или твои друзья, Сильфиетта и остальные. Ты не будешь возражать против того, чтобы оставить нас и отправиться в путь в одиночку? – спросила Зенит, ее голос немного надломился от сдерживаемых слез.

Я горестно покачала головой: – Конечно, меня это не устраивает. Я знаю, что буду ужасно скучать по всем, но даже тогда я все равно считаю, что это то, что я должен сделать. Норн и Айша все еще будут здесь, когда я уеду, и не факт, что я никогда не вернусь навестить их. И как бы я ни хотел остаться, чтобы больше учить Сильфиетту, я не готов отставить амбиции только ради нее.

Пол молча смотрел на меня. Я не мог понять, о чем он думает за своим каменным фасадом. Он рассказал мне историю о том, как он покинул свой дом, когда ему было 12 лет, поэтому я знал, что он понимает мои чувства. Но между тем, сколько мне сейчас лет, и тем, сколько было ему, когда он уехал, была разница в пять лет. Это значительная разница в возрасте, как бы вы на это ни смотрели.

Пол на мгновение задумался, и только после того, как минута молчания окутала семейную столовую, он заговорил.

– То есть, в конце концов, ты просто чувствуешь, что пребывание здесь только сдерживает твой потенциал?

Я на мгновение замешкался, прежде чем кивнуть. Это не было похоже на слова, которые должны были прозвучать из уст семилетнего ребенка, но это действительно было то, что я чувствовал.

Мое желание совершенствовать свое мастерство владения мечом достигло такой степени, что это стало для меня необходимостью – такой же необходимой, как дыхание и пища. Дошло до того, что я бы впал в то же уныние, как когда я потерял ноги в своей предыдущей жизни, если бы мне сказали, что я больше никогда не смогу махать мечом.

Мой отец кивает: – Понимаю. Думаю, у меня есть решение твоей проблемы. Дай мне немного времени на ответ. Пока ничего не обещаю.

Зенит и Лилия удивленно посмотрели на него, в то время как я сиял от счастья. Я уже ожидал, что они откажутся, и даже подумывал, не сбежать ли мне посреди ночи. Но раз он так сказал, возможно, мне не придется покидать свою семью таким способом.

----

Прошел месяц с тех пор, как я спросил у своей семьи, могу ли я покинуть деревню Буэна и стать авантюристом. Хотя Пол все время просит меня терпеливо ждать его ответа, я все же не резиновый. Я подумал, что он, возможно, пытается обмануть меня, чтобы я остался на неопределенное время, используя этот предлог, но сегодня кто-то пришел к нам домой.

В нашу дверь постучалась темнокожая женщина в откровенном наряде с бугрящимися мышцами и сильно покрытым шрамами телом. У нее были серо-серебристые волосы, и как бы ни было бомбезно ее тело, самым удивительным в ней были звероподобные уши на голове и кошачий хвост, торчащий сзади.

Пол, открывший дверь, приветствует ее с улыбкой: – Привет, мозг из мышц, рад видеть тебя после столь долгого отсутствия.

Женщина холодно кивает, хотя и со слабой улыбкой: – Пол.

– Гислен! Сколько лет, сколько зим! – Зенит тепло поприветствовала ее, прежде чем обнять женщину.

По отношению к Зенит эта женщина ответила гораздо теплее, улыбнувшись с искренней симпатией в своем тоне, и ответила: – Зенит. Как ты поживаешь?

Гислен? Хм, Пол и Зенит уже упоминали это имя. Они вместе были в отряде авантюристов, все были членами "Клыков Черного Волка".

Я неловко стоял позади родителей, втайне разглядывая эту женщину.

Честно говоря, Гислен действительно была в моем вкусе. Мне никогда не нравились девчонки, которые накладывают на себя тонны макияжа и носят дорогие платья. Все мои предыдущие отношения на Земле были с другими спортсменами, поэтому я очень ценил подтянутое, спортивное женское тело.

Мои родители и Гислен обменялись несколькими вежливыми любезностями в течение нескольких минут, прежде чем женщина подошла ко мне.

Зверодевушка была высокой и с большим бюстом. Если смотреть на нее снизу с моего низкого тела, она была похожа на охотницу-амазонку с бронзовой кожей, грудь которой почти закрывала лицо. Да, наступи на меня, мамочка... То есть, приятно познакомиться, мамочка.

– Это Рудеус? – спросила она, ее единственный глаз, не прикрытый повязкой, равнодушно оценивал меня.

– Здравствуйте, я Рудеус. Приятно познакомиться с вами, мисс Гислен, – поприветствовал я.

– Гм, он вежлив. Это хорошо. Может, начнем его тест? – Она повернулась к моим родителям, которые обменялись знающими взглядами.

– Тест? Какой тест? – спросил я, смущенный внезапным поворотом разговора.

Гислен выглядела немного удивленной: – Вы не сказали ему?

Пол рассмеялся: – Мы хотели сделать ему сюрприз. Чтобы у него не было времени на подготовку. Как его родитель, я обязан помочь ему с его просьбой. Но это не значит, что мы облегчим ему задачу.

Затем он обратился ко мне: – Рудеус, помнишь, месяц назад я сказал тебе, что у меня есть решение твоей проблемы?

– Да?

– Что ж. Она и есть решение. Позволь мне представить ее должным образом. Ее зовут Гислен Дедольдия, "Мозг из мышц". Она – Король Меча.

Пол обратился ко мне: – Рудеус, помнишь, месяц назад я сказал тебе, что у меня есть решение твоей проблемы?

– Да?

Затем он жестом указал на Гислен: – Что ж. Она и есть решение. Позволь мне представить ее должным образом. Ее зовут Гислен Дедольдия, "Мозг из мышц". Она – Король Меча.

Мои глаза распахнулись от его слов и уставилась на женщину передо мной. Король Меча? Даже не Святой, а Король Меча!?... Мое влечение к ней усилилось, когда я услышал это.

Я повернулся к Полу: – Ты нашел мне Короля Меча, чтобы он меня обучал? Папа, мое уважение к тебе только что возросло в сто раз.

Он гордо задрал нос: – Хмпф, твой папа просто потрясающий. Но не спеши с выводами, она еще не приняла тебя в свои ученики.

– Еще нет?

– Видишь ли, плата за наем Короля Мечей слишком дорогая, даже если Гислен предоставит нам скидку для друзей и родственников. Но поскольку ты так отчаянно хочешь улучшить свои навыки до такой степени, что готов стать авантюристом, я нашел компромисс.

– Гислен сейчас работает телохранителем молодой благородной леди, чья семья правит всем нашим регионом Фиттоа. Я договорился с ее работодателями – в обмен на то, что ты будешь служить телохранителем и наставником по магии для молодой леди, они готовы платить за твое обучение у Гислен.

Я понимающе кивнул. То есть это будет что-то вроде программы трудового обучения.

Гислен вмешалась: – Действительно. Однако есть одно условие. Поскольку ты будешь работать телохранителем у миледи, я сначала проверю, способен ли ты защитить ее. Если ты провалишь этот тест, то больше нечего обсуждать. Если же ты пройдешь, то последуешь за мной в Роа и начнешь свою работу, а также обучение под моим руководством.

Да, я бы хотел быть под вами... кхем. Я имею в виду: – Я понял. Эта возможность обучаться у Короля Мечей очень ценна. Я не упущу шанс, который папа предоставил мне. Я готов пройти ваше испытание.

Она улыбнулась, хотя в этой улыбке был определенный намек на свирепость.

– Я слышала от Пола, что ты уже сильнее его. Это очень впечатляет. Возможно, Пол достиг только продвинутого ранга в трех стилях меча, но он достаточно искусен, чтобы объединить их и достичь уровня силы Святого ранга. Я возлагаю на тебя большие надежды.

– Знай, что хотя ты и сын Зенит, я не буду к тебе так легко относиться. На карту поставлена безопасность молодой леди, поэтому я буду придерживаться высоких стандартов. Ты готов?

– Да, учитель! – ответил я с энтузиазмом. Перспектива обучения у Короля Мечей меня очень воодушевляла.

– Я еще не твой учитель.

– Ах, моя ошибка. Я был слишком взволнован.

– Фу-фу, ничего страшного. Может, пойдем в сад?

Мы переместились в сад. Пол, Зенит и Лилия стояли в стороне и наблюдали за происходящим со смешанными чувствами. С одной стороны, они хотели, чтобы Рудеус прошел испытание и получил наставления почитаемого Короля Мечей, но с другой стороны, прохождение Рудеуса означало, что он уйдет в Роа.

Я занял стойку напротив Гислен, на достаточном расстоянии.

– Можно ли мне использовать магию? – спросил я.

Она кивает: – Сражайся со мной так, как будто ты защищаешь молодую леди от нападающих. Используй все имеющиеся в своем распоряжении техники, способности и уловки. Если ты не используешь всю свою силу, то провалишь это испытание.

– Да, учитель! – ответил я.

На этот раз она не стала меня поправлять. Она лишь обнажила меч, пристегнутый к поясу, и направила его на меня.

– Тогда начнем.

В следующее мгновение в мою сторону был направлен взрыв убийственного намерения. Это была аура, похожая на извергающийся вулкан. Подавляющее присутствие, которое стремилось задушить меня одним лишь взглядом. Если бы я не имел опыта получения подобного напряжения от монстров, давление было бы просто ошеломляющим.

Таким образом, я мог спокойно держать меч перед собой, и мой взгляд не дрогнул. Я позволил своей мане вырваться наружу, выпустив небольшую ударную волну, направленную на себя, мана наполнила мое тело и укрепила мои мышцы.

– Хорошо. Ты можешь противостоять убийственному намерению. И, похоже, что ты также постиг Боевую Ауру. Ты достиг самого минимального стандарта, чтобы претендовать на должность телохранителя. Но тебе еще предстоит пройти мой тест.

Я крепче сжал меч. Я действительно не хотел упустить предоставленную мне возможность. Нужно было понимать, что в ранге выше продвинутого, было лишь несколько мечников с титулами Святого, Короля и Императора.

На Центральном континенте, континенте Миллис и континенте Бегаритт встретить мечников выше продвинутого ранга было очень трудно. А вероятность учиться у них была еще ниже.

Более того, я был очень рад скрестить клинки с Королем Мечей. Насколько сильны люди такого ранга? Насколько удивительны техники Короля? Как мои техники будут противостоять им? На все эти вопросы мне предстояло получить ответ сегодня.

– Нападаю, – Гислен выпустила предупреждение, прежде чем броситься ко мне.

[Болото] обычно было моим основным заклинанием, когда я начинал битву. Однако в этот раз я хотел сначала проверить ее силу своим телом.

Поэтому я тоже побежал вперед, встретив Гислен в центре столкновением наших клинков.

Она оказалась не такой быстрой и не такой сильной, как я ожидал. Очевидно, она ограничивала свою силу стандартами мечника продвинутого ранга. Иначе, вполне вероятно, что я бы проиграл на первом ударе, если бы она использовала свою силу ранга Короля.

Усиление маны было странным. В отличие от магии, где больше маны = больше силы, вкачивание в мышцы неимоверного количества маны не приравнивалось к тому, что я обладал силой уровня Бога. По моему опыту, усиление маны работает не так.

Самым важным в этой технике усиления было не количество маны, а способность пользователя понять, как применить ее в своих движениях. Несмотря на то, что у меня была относительно высокая чувствительность к мане, я мог инстинктивно чувствовать ее циркуляцию в своем теле, моим пределом оставалась сила продвинутого ранга, которая была немного слабее, чем у Пола.

В конце концов, у меня не было никого, кто бы научил меня использовать Усиление Маны. Пол использовал его бессознательно, поэтому все, что я знал, было лишь самообучением. Однако, видя, как Гислен сознательно ограничивает свою силу и скорость до продвинутого уровня, я понял, что она была человеком, способным сознательно контролировать усиление маны. Это знание только еще больше разжигало меня, усиливая мое желание учиться у нее.

Мы обменивались движениями, едва двигаясь с места в центре сада. Я видел, что она не спешила применять техники Бога Меча королевского ранга. Это была лишь предварительная проверка моих способностей.

Точно так же я был готов показать ей, на что способно мое мастерство меча.

Месяцы, проведенные в борьбе с чудовищами в лесу, направляли мое искусство владения мечом, сводя к минимуму любые потери энергии и лишние движения.

Под руководством Пола я также смог продемонстрировать свои техники продвинутого ранга во всех трех стилях владения мечом, и объединенные в единое целое. Я мог легко сочетать яростное нападение с помощью атак Бога Меча с стойкими защитными техниками стиля Бога Воды, и в то же время мог адаптироваться на лету, используя техники Бога Севера.

Это продолжалось около минуты, прежде чем Гислен, похоже, осталась довольна увиденным. Ее следующая атака стала еще более свирепой, заставив меня начать использовать заклинания в сочетании с искусством меча, чтобы эффективно контратаковать.

Из моего локтя вырвалось оранжевое, огненное свечение, позволяя мне взмахнуть мечом со скоростью, превосходящей ту, на которую я был физически способен, используя только усиление маны. [Форсаж] – недавно разработанное мной заклинание, которое позволяло мне увеличить скорость и силу с помощью магии. Это заклинание также принесло мне победу над Полом.

Это была смешанная магия, которая объединяла магию ветра и огня для создания реактивной тяги, которая запускала вперед ту часть тела, из которой она испускалась. Я черпал вдохновение от истребителей с Земли.

Гислен была застигнута врасплох внезапным увеличением скорости моего меча, но смогла вовремя ответить. На ее уровне, чтобы застать ее врасплох, нужно гораздо, гораздо больше, чем то, на что я сейчас способен.

Зверодевушка  сумела отразить мой удар мечом, а затем контратаковала ударом ноги. Я едва успел заблокировать направленный в лицо удар предплечьем, но отдача все равно отбросила меня назад. Мое крошечное тело было недостаточно тяжелым, чтобы противостоять импульсу, возникающему при получении таких атак.

Я приземлился на ноги, слегка заскользил назад, затем немедленно выпустил ману из стоп, чтобы создать [Земляным Рывком] трамплин, который отправил меня в воздух.

[Форсаж] вырвался из моей спины, и я смог мгновенно полететь вперед, одновременно используя [Воздушный Шаг] для маневрирования в воздухе. Я создал воздушную платформу под ногами и использовал ее, чтобы прыгнуть в сторону Гислен. Вокруг меня материализовались сосульки, которые так же были беспорядочно запущены в сторону Гислен, чтобы она не смогла уклониться от моего клинка.

Не то чтобы она вообще собиралась убегать, конечно.

Синий Клык вертикально приземлился на ее горизонтально поставленный меч, и я ухмыльнулся, увидев, что ее локоть слегка согнулся от силы моего меча, хоть и тут же выпрямился.

Не дожидаясь ее контратаки, я выпустил заготовленное заклинание, которое хранил под ногами и направил на нее – [Огненный Шар].

Оранжево-красный огненный шар мгновенно материализовался из правой стопы и взорвался между нами в упор.

Синий Клык вертикально приземлился на ее горизонтально поставленный меч, и я ухмыльнулся, увидев, что ее локоть слегка согнулся от силы моего меча, хоть и тут же выпрямился.

Не дожидаясь ее контратаки, я выпустил заготовленное заклинание, которое хранил под ногами и направил на нее – [Огненный Шар].

Оранжево-красный огненный шар мгновенно материализовался из правой стопы и взорвался между нами в упор.

От силы взрыва меня отбросило назад, и я услышал панические крики зрителей. Моя обувь и манжеты брюк были слегка обожжены, в то время как я сам практически не получил никаких повреждений, поскольку [Огненный Шар] был направлен в противоположную сторону от моего тела. Ожоги на моей одежде были результатом лишь 10-15 процентов фактической зажигательной силы заклинания.

Я стоял, затаив дыхание, держа меч наготове, ожидая, что из дыма внезапно вырвется какая-нибудь фигура или что-то подобное. Когда дым рассеялся, под ним обнаружилась Гислен, покрытая легким слоем сажи.

На ее лице было выражение изумления.

– Удивительно... Когда я впервые услышала от Пола, что ты способен творить безмолвные заклинания, у меня были сомнения. Ни один маг, с которым я когда-либо сражалась, не был способен на такой подвиг. Однако ты даже смог идеально соединить магию и технику владения мечом, создав нечто совершенно уникальное для себя, – Гислен не сдержала похвалы.

– Спасибо.

Я очень много работал над созданием стиля Магического Меча. Поэтому, услышав похвалу в свой адрес от Короля Мечей, одного из немногих людей, стоящих на вершине боевого мастерства в мире, я почувствовал, что все мои усилия за эти годы не пропали даром.

– Если бы я судила о тебе только по твоему мастерству владения мечом без магии, то ты должен быть сильнее большинства мечников продвинутого ранга на Центральном континенте. Но твоя сила и скорость на целый уровень уступают Полу на его пике. Впрочем, ты еще молод, так что с этим ничего не поделаешь. Ты также слишком неопытен. Ты еще не достиг уровня Пола, чтобы плавно переходить и сочетать техники трех стилей меча".

– Но если добавить сюда магию... – Гислен задумалась на мгновение, – тогда я бы сказала, что ты уже силен, как средний мечник святого ранга.

Мои глаза засияли от этого. Получить признание от Короля Мечей, что я достаточно силен, чтобы сравниться с мечниками святого ранга... это чувство было неописуемым!

Ее глаза заострились: – Однако. Этот ярлык применим к тебе только потому, что твоя безмолвная магия таинственна и неожиданна. Если бы мне не сообщили об этой способности до боя с тобой, я бы не смогла среагировать достаточно быстро, прежде чем ты успел нанести убийственный удар.

– Проще говоря, главная сила твоего стиля Магического Меча – в его непредсказуемости. Никто не ожидает, что мечник, с которым они сражаются, внезапно активирует заклинание. В этом отношении ты больше похож на Святого Севера, который специализируется на подлых атаках. Против того, кто хорошо подготовлен, твой уровень угрозы падает до уровня чуть выше порога мечника святого ранга.

Я не знал, как относиться к ее словам. С одной стороны, было очень приятно услышать, что я смог достичь уровня мечника святого ранга, даже если противник, с которым я сражался, знал о моей безмолвной магии. С другой стороны, из ее анализа следовало, что если мой стиль Магического Меча станет известным, то я уже не буду представлять такой угрозы.

В конце концов, труднее всего обмануть человека, когда он ожидает, что его обманут.

Меня не особенно смущал ярлык, которым Гислен описала меня – Святой Севера, специализирующийся на подлых атаках. Я уже знал, что моя личность больше склонялась к стилю Бога Севера, который подчеркивал победу любыми средствами. Если мыслить шире, то стиль Магического Меча можно было бы технически считать недавно изобретенным ответвлением стиля Бога Севера.

Гислен подняла руку, чтобы стереть копоть с лица: – Тот [Огненный Шар], который ты бросил с ноги, был достаточно неожиданным, чтобы считаться подлой атакой. Но ты должен помнить, что подобное сработает только один раз против противников моего уровня. Например, я уже придумала 4 или 5 способов уничтожить тебя, если ты снова применишь тот же прием.

'Хотя официально она еще не приняла меня в ученики, она уже начала учить меня', – размышлял я.

Затем она продолжила со слабой улыбкой: – По правде говоря, хотя я так сильно критиковала тебя, можно с уверенностью сказать, что ты уже прошел мое испытание.

– Я сдал? УРА! – Я подпрыгнул от ликования, услышав это объявление.

– Так быстро? – спросил Пол, – Вы боролись едва ли несколько секунд. И он не победил.

Гислен покачала головой: – Если он смог выиграть эту дуэль, даже если бы я ограничила свою силу и скорость до уровня Святого Ранга, это означало бы, что он уже достиг порога силы ранга Короля. Это все еще слишком далеко для Рудеуса. Критерием, по которому Рудеус должен был пройти мой тест, был высший ранг продвинутого уровня. Другими словами, примерно на уровне пикового авантюриста S ранга. Он уже превзошел этот минимальный стандарт, так что, конечно, он прошел.

Пол на мгновение уставился в пустоту, а затем громко рассмеялся: – Мой сын –Святой Севера! А-ха-ха, вы слышали, этот мальчуган, которого я учил – мечник святого уровня! Неужели я всегда был таким крутым? Я даже в начале не понял.

Я закатил глаза на его заявление. Хотя он многому меня научил, его уроки состояли в основном из "просто делай вот так" или "используй ха и шух, а затем вуху для этой техники". Если бы я не был таким талантливым, коим являюсь, я бы понятия не имел, о чем он говорит. Именно постоянные спарринги с ним позволяли мне совершенствоваться сильнее всего, за что я был ему очень благодарен. С другой стороны, его методы преподавания...

– Не кажется ли вам, что ему нужно немного больше опыта? Может быть, в его возрасте еще слишком рано быть телохранителем благородной леди? – с некоторой тревогой заметила Зенит.

Гислен не согласилась: – Работа телохранителя не так уж сложна. Если даже такой нелюдимый человек, как я, может выполнять эту работу, то такому умному ребенку, как Рудеусу, это будет рас плюнуть.

– Но, но... – Зенит заикалась, явно не желая принимать эту оценку, поскольку прохождение теста Гислен означало, что я скоро покину дом и отправлюсь в Роа.

Пол положил утешительную руку на плечо жены с надежной, но слегка покорной улыбкой: – Все хорошо, Зенит. Все хорошо.

– Милый...

Пока они изображали влюбленную парочку, Гислен обернулась ко мне.

– Поскольку ты прошел тест, это также означает, что я готова принять тебя в качестве своего ученика, – она продолжила. – И поскольку я собираюсь учить тебя, я бы хотела продолжить спарринг, чтобы лучше понять, на что ты способен. Это поможет мне понять, как лучше тебя учить.

Я возбужденно кивнул головой. Я также хотел продолжить этот бой. Хотя он длился всего несколько минут, я чувствовал, что потолок моего искусства владения мечом снова перестал быть мне виден. Поединок с опытным, действительно опытным воином, владеющим искусством владения меча на уровне короля, был для меня сродни состоянию просветления.

Когда она блокировала мой меч, я научился двигать его более свирепо. Когда она отклоняла его, я учился делать его более непредсказуемым. Теперь, когда мне наконец-то было на ком оттачивать свое мастерство, я не хотел останавливаться на достигнутом.

Гислен, видя мой энтузиазм, рассмеялась и одной рукой поманила меня в атаку.

– Нападай! – призвала она, и я с готовностью подчинился.

----

Бой завершился через десять минут. Я, конечно же, потерпел поражение.

На протяжении большей части поединка Гислен не превышала силу продвинутого ранга, лишь иногда вырываясь вперед с физическими способностями святого, чтобы блокировать или парировать некоторые из моих более смертоносных приемов.

И как она точно рассчитала, зверодевушка быстро привыкла к моему стилю боя с волшебным мечом. Даже когда я находился в воздухе, используя [Воздушный Шаг], Гислен смогла выплеснуть волны маны, которые сбили меня с ног. Очевидно, что ее знания в области усиления маны, или боевой ауры, как она ее называла, были на несколько уровней выше, чем у Пола.

Я даже не чувствовал, что все это время она находилась под давлением. Истинная глубина ее мастерства фехтования все еще оставалась для меня непостижимой. Хотя я был еще неопытен, а Гислен была единственным Королем Меча с которым я до сих пор встречался, у меня было чувство, что даже среди других мечников, имеющих ранг Короля, она будет занимать первое место. Какой пугающий учитель...

После боя Гислен сообщила мне, что теперь я могу называть себя Святым Севера. Это звание все еще было неофициальным, но мое боевое мастерство определенно достигло этого уровня, даже если это было связано в основном с непредсказуемостью моего стиля Магического Меча.

Обычно титулы Святого, Короля и Императора передавались только хозяином получателя. Это был официальный способ получения титула, поскольку он предполагал официальное признание со стороны кого-то того же или более высокого уровня.

У меня не было учителя Святого Севера или более высокого ранга, чтобы официально присвоить мне этот титул, но Гислен сказала, что титулы могут быть присвоены и другими экспертами, даже если они не являются их учителями, хотя и неофициально.

За этот неофициальный титул Святого Севера я мог бы в будущем сообщить, что он был пожалован мне Королем Мечей Черного Волка Гислен Дедольдией, если бы кто-нибудь спросил. Конечно, захотят ли они мне поверить – это отдельный вопрос.

Чтобы превратить неофициальный титул в официальный, требовалось публичное признание своего мастерства. Обычно для этого нужно было вызывать на дуэль известных фехтовальщиков святого ранга и постепенно приобретать известность. Когда достаточно людей узнавали и признавали мое мастерство, мой титул Святого Севера станет официальным.

Хотя в итоге я потерпел поражение, я чувствовал, что приобрел гораздо больше, чем потерял. Мысль о том, что я смогу участвовать в таком спарринге каждый день руководством Гислен, также приводила меня в восторг.

Ах да, мне еще предстояло стать телохранителем для той молодой благородной леди и обучать ее магии. Но это не должно так сильно повлиять на мое обучение. Сильфиетта смогла достичь среднего уровня магии всего за год или два, так что благородная леди, которая должна быть более образованной, может быть еще более быстрой ученицей, верно?

Насколько сложным может быть охрана и обучение магии?

Гислен решила уехать с Рудеусом на следующий день после экзамена. Поскольку путь до Роа занял бы 6-7 часов на конной повозке, а уже вечерело, Поль и Зенит пригласили Гислен переночевать, чтобы не пришлось ехать ночью.

Однако перед отъездом Рудеус пошел попрощаться с людьми, которых он знал в деревне Буэна.

Сома и другие дети, с которыми он был не очень близок, пожелали ему удачи. Подробности его отъезда не разглашались. Он сказал им только, что уезжает учиться фехтованию у мастера, которого он встретил.

Сильфиетте было трудно отпустить его, но постепенно она все же смогла смириться с этим. С тех пор как Рудеус принял ее в ученицы, он не только учил ее магии и фехтованию. Он также иногда помогал ей обрести уверенность в себе и подружиться с другими деревенскими детьми.

Сначала она не хотела соглашаться, но после его заверений, что он не позволит ей подвергаться издевательствам, она согласилась.

В результате Рудеус иногда брал Сильфиетту с собой, когда шел играть с Сомой и другими детьми.

Хотя сначала она им не понравилась, они все же не могли дать Рудеусу в морду и неохотно играли с ней. Через месяц или два и Сильфиетта, и другие дети совсем забыли, как они издевались над ней раньше.

Это правда что дети могут быть жестокими, но ни у кого из них не было реальных обид или длительной ненависти друг к другу. Над Сильфиеттой издевались только потому, что она была не такая, как все, и в общем-то, это самая распространенная причина, по которой издеваются над любым ребенком.

Возможно, сначала они играли с Сильфиеттой только для того, чтобы придать Рудеусу лицо, но когда Сома и остальные узнали ее получше и сами поняли, что она такой же обычный ребенок, как и они, они стали признавать ее одной из них.

Она даже была удивительно хороша в футболе, что обеспечило ей авторитет среди деревенских детей.

У Сильфиетты не было других друзей в деревне, кроме Рудеуса, поэтому она смогла принять его уход немного легче, хотя и со слезами на глазах. В конце концов, она была очень благодарна Рудеусу за то, что он многому ее научил и помог подружиться с другими детьми.

//Автор: Я просто хочу отметить, что в этот момент в каноне Рудеус активно ухаживал за Сильфиеттой, 6-летним ребенком, чтобы "вырастить ее по своему вкусу". Цитируется прямо из романа. Гребаный отвратительный человеческий мусор. Он изолирует ее от других детей, практически уверяя, что он – ее единственный друг, и называет ее "чем-то, что принадлежит только ему" (еще одна цитата из романа).

В тот вечер семья Грейратов устроила прощальную вечеринку для Рудеуса. Настроение было не таким мрачным, как тогда, когда он впервые спросил их, может ли он покинуть деревню Буэна. Вместо этого они праздновали принятие Рудеуса в ученики Королем Мечей и его новую работу в качестве телохранителя и наставника по магии.

Зенит, хотя и не хотела отпускать Рудеуса, также не желала, чтобы их прощальная вечеринка была угрюмой, поэтому она заставила себя улыбнуться и поддержать сына. Она решила, что если не может помешать Рудеусу уехать, то по крайней мере может порадоваться и поддержать его решение.

Она достала несколько сувениров, которые хотела, чтобы он взял с собой в Роа, например полоску льняной ткани, которую Зенит хотела повязать ему на запястье, напоминая ту, что он подарил Рокси. Рудеус подумал, что его мать, возможно, немного завидовала тому, как близко он был с Рокси.

Он не стал обвязывать его вокруг запястья, а обернул вокруг рукоятки Синего Клыка.

– Так я буду чувствовать, что держу мамину руку каждый раз, когда беру в руки меч.

– Кья! Рудеус все еще такой милый, хотя он скоро уедет.

Рудеус с улыбкой позволил матери обнять себя. В конце концов, пройдет много времени, прежде чем он получит еще одно такое объятие.

На другой стороне спектра сентиментальности Пол шептал на ухо Рудеусу советы и рекомендации о том, как соблазнять благородных девушек, всякий раз, когда думал, что Зенит не смотрит.

– Дочери дворян обычно очень надменны, поэтому к ним нельзя подходить, как к обычным девушкам. Впечатляйте их рассказами о приключениях, показывайте свои умения. Они обычно довольно невежественны в таких вещах, поэтому их очень легко поразить.

Рудеус покачал головой, представив себе степень осведомленности своего отца. Он действительно был неразборчивым человеком. Вместо мягких и пышных благородных девиц его больше интересовали фехтовальщицы вроде Гислен.

Словно заметив, как он иногда поглядывает на Гислен, которая тоже сидела за обеденным столом, Пол по-королевски усмехнулся: – Ну, есть и такие благородные девушки, которые тоже любят махать мечами, так что у них довольно хорошее тело. Для них тебе просто нужно победить их мечом, а потом ты сможешь победить их своим "мечом".

Рудеус покраснел от того, что случайно раскрыл свои, как ему казалось, хорошо скрываемые мысли, но он все равно делал мысленные заметки о том, что говорил Пол.

Лилия дала странное обещание о том, что ее дочь Айша будет служить ему в будущем, поэтому он должен позаботиться о себе и вернуться невредимым. Рудеус подумал, что она просто странно пошутила, поэтому не придал значения ее словам.

От Гислен Рудеус также узнал больше о благородной семье, в которой ему предстояло работать.

Ему предстояло отправиться в дом Бореасов из рода Грейратов. Семья Бореас управляла регионом Фиттоа своего королевства Асура. Они проживали в городе Роа, который был центром торговли и коммерции в регионе Фиттоа.

Рудеус уже знал, что технически он является частью семьи Нотос, хотя Пол и лишил его имени Нотос после того, как поссорился с отцом и ушел. Поэтому он предположил, что семья Бореас, несомненно, тоже знает об этом. Хотя он не был уверен, каким будет его статус как сына Пола в семье Бореас, он отбросил эту мысль на задворки своего сознания.

Он также узнал, что благородную девушку, которую он будет обучать, зовут Эрис Бореас Грейрат. Она была старше его на два года и приходилась ему троюродной сестрой.

Гислен описывала ее как энергичного ребенка, который любил бегать и играть больше, чем учиться и читать книги.

'Ее характер похож на мой. Это хорошо. По крайней мере, мы не будем слишком отличаться. А еще ее можно считать моей дальней кузиной'.

Рудеус опасался, что юная благородная леди, которую он будет защищать и учить, окажется слишком характерно несовместимой. Он многое готов был вытерпеть, чтобы учиться у Гислен, но не стал бы жаловаться, если бы это было не слишком трудно.

Прощальная вечеринка вскоре подошла к концу. На следующее утро Рудеус покинул деревню Буэна вместе со своим новым учителем.

----

Путешествие в Роа заняло примерно шесть с половиной часов, как и было предсказано, и по мнению Рудеуса, не могло быть слишком быстрым. Застрять в тесной карете с Гислен, на которой было надето лишь то, что напоминало мини-бикини, а ее грудь дико подпрыгивала из-за неровной дороги...

Рудеус был рад, что у него только детское тело и он биологически не способен возбуждаться. Иначе это было бы очень некомфортное путешествие.

Помимо очевидных отвлечений, Гислен также провела время, делясь с Рудеусом своими знаниями о фехтовании. Особенно глубокими были ее познания о стиле Бога Меча, в котором она достигла ранга Короля.

Когда дуэт прибыл в город, был уже поздний вечер. Рудеус с благоговением смотрел на городские стены, когда карета впервые остановилась у городских ворот. Их архитектура не соответствовала уровню технологий этого мира, магия земли явно сыграла большую роль в гражданском обустройстве этого континента.

Город был похож на гигантскую крепость с высокими валами высотой 7-8 метров, опоясывающими город. Даже городские ворота были чересчур большими, возвышаясь над путниками, ожидающими въезда в город.

Поскольку Гислен была довольно известна среди городской стражи как представительница семьи Бореас, их въезд в город был значительно ускорен.

Рудеус с радостным удивлением прислонился к окнам кареты, любуясь видом средневекового фантастического города. Улицы были оживленными, хотя внутри города, ближе к воротам, располагались конюшни и трактиры.

По мере того как карета углублялась в город, Рудеус начал замечать ряды торговых лавок, возведенных вдоль главной дороги. Гислен подробно рассказала о структуре города, наблюдая за оживленными улицами изнутри кареты.

Поместье Бореас находилось в самом центре города, а главная дорога вела прямо от городских ворот к поместью. Можно было бы предположить, что такое градостроительство ужасно с точки зрения защиты города, если бы существовал прямой путь, ведущий прямо к поместью лорда. Но нужно было помнить, что в этом мире существовала магия земли, позволяющая быстро возводить земляные стены.

В результате концепция осад и обороны замков полностью отличалась от того, как их понимали земляне.

Чем глубже они заходили в город, тем выше становились здания и тем грандиознее они казались. Пешеходы, которые шли по улицам, выглядели так, будто на них была более тонкая одежда, по сравнению с грубым льном и кожей во внешнем городе.

Учитель и ученик заехали в особняк, расположенный в глубине города, и остановились у ворот поместья.

Гислен высунула голову из кареты, чтобы удостоверить личность, и стражники тут же поспешили открыть ворота и ввели нас внутрь.

'Действительно, удобно путешествовать рядом с таким известным и уважаемым человеком, как мой учитель', – заметил Рудеус.

Вдвоем они вышли из кареты, а кучер куда-то уехал, добравшись до места назначения. Затем их встретил чопорный дворецкий, который проводил их в комнату для гостей.

Вдвоем они вышли из кареты, а кучер куда-то уехал, добравшись до места назначения. Затем их встретил чопорный дворецкий, который проводил их в комнату для гостей.

– Пожалуйста, садитесь вон там. Молодой господин скоро прибудет, – Дворецкий жестом указал на один из двух диванов в роскошно украшенной комнате.

– Пойдем, Рудеус, – Гислен велела своему ученику следовать за ней и встала в стороне от комнаты, игнорируя указания дворецкого.

Зверодевушка не хотела, чтобы с Рудеусом обращались как с гостем. Поскольку она уже решила принять Рудеуса в качестве ученика, Гислен также хотела, чтобы Рудеус освоился с определенными протоколами, ожидаемыми от телохранителей.

Рудеус повиновался, чопорно встав рядом с Гислен. Он подумал, что раз уж он твердо решил учиться у Гислен, то должен с самого начала произвести хорошее впечатление на своих потенциальных работодателей.

– Где он!

Громогласный крик раздался из-за комнаты, и тяжелые шаги топали к ним.

Дверь грубо распахнулась, и в комнату вошел крепкий на вид мужчина средних лет.

– Это здесь!?

На вид ему было около 50 лет, с темными волосами, седеющими по бокам, но он был в хорошей форме для своего возраста. По манере держаться и телосложению Рудеус мог сказать, что этот человек не чужд дракам и пролитию крови.

Из того, что Гислен объяснила ему по дороге сюда, этот человек должен быть лордом Фиттоа – Сауросом Бореасом Грейратом, он же его дед.

– Рад познакомиться, меня зовут Рудеус Грейрат, – Рудеус поздоровался, слегка поклонившись. Он взглянул, чтобы посмотреть, что делает Гислен, но заметил, что она просто молча стоит.

Гислен была высоко ценимым Королем Меча. По правде говоря, ей не нужно было отвлекаться на такие мелочи, как вежливость. Если бы она покинула семью Бореас и объявила, что ищет работу, знатные семьи по всему Центральному континенту поспешили бы предложить ей выгодное жалованье.

Мужчина недовольно фыркнул.

– Хмпф, ты даже не знаешь, как правильно поприветствовать!

По какой-то причине его отношение не понравилось и Рудеусу.

– Я всю жизнь прожил в маленькой деревне, поэтому мне никогда не доводилось учиться таким вещам. Прошу прощения, если вы посчитали это оскорбительным, – он ответил, не желая опускать голову, глядя прямо на мужчину.

Дворецкий, стоявший рядом с внушительным мужчиной, уставился на Рудеуса в недоумении, с выражением лица, которое, казалось, говорило "Мальчик, ты спятил?".

Хмурое выражение на лице мужчины стало еще мрачнее.

– Похоже, ты так и не научился хорошим манерам. Чем занимался Пол, обучая своего сына подобному?

'Вот черт, я облажался. А ведь я хотел оставить хорошее впечатление...', – с сожалением подумал Рудеус, но хотя он и хотел все исправить, замечание об отце его тоже раздражало.

– Мой отец научил меня многим вещам. Он хороший отец, – он ответил, сохраняя уважительный, но в то же время слегка оборонительный тон.

Саурос уставился на Рудеуса, нахмурившись, хотя, неизвестно для Рудеуса, он молча одобрял то, как ребенок, стоявший перед ним, защищал своего отца.

Не обращая внимания на отношение Рудеуса, лорд Фиттоа повернулся к Гислен.

– Ну? Раз ты его забрала, полагаю, он прошел твою проверку.

Гислен кивнула: – Да. После дуэли с ним я пришла к выводу, что он достиг силы уровня Святого. Я неофициально присвоила ему титул Святого Севера. Поэтому я решила взять его к себе в ученики. Конечно, при вашем одобрении.

Слушая ее доклад, фигура Сауроса почти незаметно дернулась. Если бы эти слова произнес кто-нибудь другой, он счел бы это бессмыслицей. Но так как это была Гислен, та, о которой он думал очень хорошо, он не считал, что она будет преувеличивать.

Что именно означал мечник святого ранга? Даже среди свиты Сауроса у него был только один Король Меча Гислен. Следующий по силе помощник был лишь на уровне продвинутого мастера стиля Бога Воды. Даже он сам достиг лишь среднего уровня Бога Меча, хотя отчасти из-за того, что в том возрасте у него были более важные дела, такие как обучение правлению.

Если он мог нанять Святого Севера в качестве телохранителя, даже если Сауросу придется мириться с его недостаточной вежливостью, он был бы более чем счастлив. Такие возможности даже такой могущественный дворянин, как Саурос, мог только выжидать, когда они сами упадут ему на колени, как это случилось, когда он впервые встретил Гислен. Святые были гордыми людьми, не многие соглашались работать в качестве прислуги даже у могущественных вельмож. Сразу же впечатление старого дворянина о Рудеусе улучшилось еще больше.

Рудеус неосознанно надул грудь, не желая выглядеть плохо перед своим хозяином.

Тем не менее, мечники Святого ранга не заслуживали преувеличенного почитания со стороны Сауроса. Даже Святые не могли в одиночку справиться с целой армией солдат, а у Сауроса была своя. Только люди ранга Бога, которые были армиями из одного человека, были достойны того, чтобы Саурос склонил голову в знак уважения.

– Хмпф, даже если ты не знаешь, как правильно приветствовать, по крайней мере, ты можешь хорошо драться.

Саурос повернулся, чтобы уйти, но перед уходом, он оставил несколько напутственных слов: – Если ты собираешься работать здесь, тебе лучше научиться надлежащему этикету! В конце концов, ты все еще Грейрат...

Рудеус повернулся к своему учителю, слегка смущенный, но в ответ получил лишь пожатие плечами.

Дворецкий все еще находился в комнате, но по сравнению с его прежним выражением недоверия, сейчас он был более сдержан.

– Гость Рудеус, прошу простить меня. Я не учел, что вы можете не знать благородного этикета. Вот как нужно правильно здороваться, – дворецкий продемонстрировал движения. – Правую руку приложите к груди, левую ногу отведите назад круговым движением и слегка опустите голову.

Рудеус имитировал поклон, чувствуя себя немного глупо из-за преувеличенных телодвижений.

Дворецкий одобрительно кивнул: – Мгм. Вы выглядите так, будто занимались этим всю свою жизнь.

Вскоре в комнату вошел еще один мужчина. Он был более стройным, чем крепкий Саурос, с каштановыми волосами и добрым взглядом.

– Что-то случилось, Томас? Отец выглядел вполне счастливым.

'Отец? А, это, должно быть, Филипп, сын этого старого ворчуна', – определил Рудеус, собрав воедино кусочки пазла. Он был двоюродным братом Пола, а значит, и Рудеусу он приходился троюродным дядей.

– Молодой господин, – старый дворецкий поклонился, – Господин только что встретил гостя Рудеуса. Кажется, он был весьма им доволен.

'О? Не многие люди могут заставить отца так улыбаться', – размышлял Филипп, идя к Рудеусу.

Рудеус продемонстрировал правильное благородное приветствие, которое он только что выучил.

– Я Рудеус Грейрат, приятно познакомиться.

Филипп кивнул в знак одобрения, хотя и не сделал ответного жеста. В дворянстве существовали свои правила. Поскольку он принадлежал к более высокому дворянскому сословию, чем Рудеус, не имеющий ранга, он мог не отвечать на его приветствие. В противном случае пострадал бы престиж семьи Бореас, поскольку Рудеус все еще считался чужаком.

– Приятно познакомиться. Я Филипп Бореас Грейрат, – дворянин представился, сел на диван и жестом указал на другой диван напротив себя. – Пожалуйста, присаживайся.

Рудеус взглянул на Гислен, спрашивая глазами разрешения. Зверодевушка кивнула, не говоря ни слова.

Только после мальчик сел на диван.

– Мне любопытно. Как тебе удалось заставить отца так улыбаться? – Филипп начал с вопроса.

Рудеус почесал щеку: – Я и сам не совсем уверен. Мне показалось, что я оставил плохое впечатление, поскольку он был расстроен тем, что я не знаю, как правильно кланяться.

– Ты не сделал этого? Тогда...

Томас прочистил горло: – Я учил гостя Рудеуса незадолго до вашего прихода, молодой господин.

Филипп кивнул в знак понимания.

Гислен выступила вперед: – Я сказала господину Сауросу, что Рудеус – Святой Севера. Возможно, поэтому он был очень доволен мальчиком.

Младший лорд Бореас не обладал таким же самообладанием и спокойствием, как его отец, поэтому он довольно заметно отреагировал на новость резким вдохом.

–Святой Севера?.. Вот этот ребенок, сидящий здесь предо мной? – Филипп смотрел на Рудеуса совсем другими глазами. Если раньше Рудеус мог назвать его глаза добрыми, то теперь у Филиппа был более острый взгляд, за которым, казалось, скрывались непостижимые мысли.

– Да, – подтвердила Гислен.

– Вы уверены в этом?

– Я сама дала ему неофициальный титул.

Филипп глубоко выдохнул, бормоча про себя: – Семилетний Святой Севера? Что за монстра создал Пол...

Рудеус поднял на это бровь и подумал, что стоит еще больше повысить свою ценность в глазах нанимателей.

– Я также являюсь магом воды Святого ранга.

– Ха!? – На этот раз Филипп отреагировал еще более громко.

Одно дело – фехтовальщик Святого ранга, но быть Святым рангом в магии? В семилетнем возрасте? Это было просто немыслимо. Но у него не было причин сомневаться в словах ребенка. Святому Севера, признанному самой Гислен, незачем лгать о том, что можно легко опровергнуть.

– В письме Пола ничего такого не упоминалось... он только сказал, что "Руди хорошо владеет и мечом, и магией". Хах, такое преуменьшение... – Хотя он был расстроен тем, насколько Пол преуменьшил способности своего собственного сына, Филипп все равно радостно рассмеялся. Он собирался нанять мага ранга Водного Святого и мечника Святого Севера, чтобы тот служил телохранителем его дочери, как он мог не быть в восторге?

Рудеус улыбнулся. Он предчувствовал, что Пол скажет что-то подобное: – Уму, мой отец может быть немного бестактным в таких вещах.

– Ну, это не имеет особого значения, – заметил Филипп. – Теперь давайте обсудим условия твоей работы здесь, в нашей семье Бореас. Сколько именно Пол и Гислен рассказали тебе?

Молодой господин Бореас пропустил часть интервью на этой встрече и сразу предложил должность Рудеусу. Это было проявлением вежливости и внимания к человеку со статусом Рудеуса.

Хотя сам ребенок этого не знал, поскольку не имел практически никакого представления о королевстве Асура и о большом внешнем мире, его двойное звание Святого Севера и Водного Святого мага принесло ему более высокий статус, чем почти всем авантюристам в мире.

Не было преувеличением сказать, что даже королевская семья Асура сделала бы предложение Рудеусу, попросив его присоединиться к их свите. Однако не факт, что королевская семья придаст Рудеусу слишком большое значение. Несмотря на то, что Святые были редкостью, королевская семья все еще обладала огромным влиянием и властью – как политической, так и экономической.

– Мне сказали, что я буду выполнять здесь две роли – телохранителя молодой леди Эрис и в то же время обучать ее магии. Моим вознаграждением будет 1 золотая монета асура каждый месяц, которая будет выплачиваться непосредственно учителю Гислен в качестве платы за обучение мечу у нее, – ответил Рудеус.

Филипп кивнул: – Да, это были условия, которые мы согласовали после обсуждения с Полом и Гислен. Однако эти условия были выдвинуты с расчетом на то, что ты будешь только Продвинутого ранга в магии и фехтовании. Поскольку сама Гислен оценила тебя как Святого, мы также будем соответствовать этому новому статусу, увеличив твою зарплату на 5 серебряных монет Асуры, что в общей сложности составит полторы золотые монеты Асуры. Тебя это устраивает?

Рудеус наклонил голову. Это напомнило ему о собеседованиях на Земле. Если кандидат был более ценным, чем первоначально предложенная зарплата, компания могла предложить ему более выгодную сделку, чтобы заполучить этого сотрудника.

– Ах, как я могу отказаться от такого щедрого предложения? Я благодарен вам, молодой господин Филипп.

Филипп покачал головой со слабой улыбкой: – Ты говоришь совсем как взрослый. Это и странно, и забавно одновременно. И пожалуйста, обращайся ко мне просто Филипп или кузен.

Рудеус почтительно отказал: – Как я могу обращаться к молодому господину Филиппу так небрежно? Может, я и ваш кузен, но раз уж я буду работать телохранителем, я должен соблюдать рамки приличия, не так ли?

Дворянин на мгновение задумался: – Полагаю, ты прав. Должны быть приличия, даже если мы родственники.

– Теперь, прежде чем я позволю тебе встретиться с моей дочерью, я считаю необходимым предупредить тебя... – добавил он.

– Теперь, прежде чем я позволю тебе встретиться с моей дочерью, я считаю необходимым предупредить тебя... – добавил он.

Рудеус поднял бровь: – Предупреждение?

Филипп продолжил: – Эрис может быть... немного вспыльчивой. На данный момент этот ребенок благоволит только двум людям: Эдне, которая обучает ее этикету, и Гислен, которая учит владению мечом. Иногда она настолько непослушна, что даже игнорирует меня, своего отца. До тебя 5 человек уволились через день или два.

Маленький Грейрат оглянулся с некоторым удивлением: 'Вот негодница', – подумал он.

– Но я думаю, что тебе не стоит так сильно волноваться. Эрис уважает Гислен, потому что она сильная. А ты – Святой Севера. Так что если ты сможешь проявить себя перед ней и завоевать ее уважение, все пойдет гораздо спокойнее. Но, конечно, тебе нельзя поднимать на нее руку по своей воле. Мой отец очень заботится о ней, и его нрав может быть непредсказуемым. Он может просто казнить тебя, если Эрис пожалуется ему, хо-хо-хо.

Рудеус покраснел: – К-казнить? Молодой господин Филипп, вы должно быть, шутите.

Гислен, которая все это время молча стояла, вмешалась: – Не волнуйся. Пока ты не заходишь слишком далеко, я буду защищать тебя. В конце концов, ты мой ученик.

Филипп удивленно посмотрел на нее. Он знал о долге благодарности Гислен перед семьей Бореас. Именно поэтому такой почитаемый Король Меча, как она, и согласился служить в качестве телохранителя, а также поэтому она согласилась на жалкие 2 золотые монеты Асуры в качестве жалованья. В противном случае женщина с ее навыками получила бы гораздо более высокую зарплату в любом другом месте.

Это также означало, что если Гислен готова защищать Рудеуса от Сауроса и семьи Бореас, то она должна очень ценить этого недавно принятого ученика.

Рудеус с обожанием смотрел на своего учителя: 'Учитель Гислен, если вы пытаетесь соблазнить меня, то это работает сверхэффективно!'

Филипп усмехнулся: – Это было просто преувеличение. Но раз уж Гислен готова поручиться за Рудеуса, полагаю, Рудеус тоже должен знать, какие границы ему не позволено пересекать.

– Конечно, – ответил Рудеус, хотя все еще чувствовал себя влюбленной школьницей, когда смотрел на непоколебимую, но втайне заботливую фигуру Гислен.

– Хорошо. В таком случае, я позволю тебе познакомиться с моей дочерью. Томас, приведи ее сюда.

Рудеус стоит рядом с Гислен в ожидании девушки. Поскольку он собирался стать телохранителем девушки, ему следовало начать играть эту роль.

Через некоторое время дверь с силой распахивается, напоминая вход Сауроса.

Девушка, что как ему сказали, была старше Рудеуса на два года, была и немного выше его самого. У нее были огненно-рыжие волосы, поражающие своей необычностью.

Как ни странно, Рудеус почувствовал от маленькой девочки ауру дикости, похожую на диких животных, с которыми он сталкивался в прошлом – диких животных, которые были хищниками, а не добычей.

Рудеус продемонстрировал правильное благородное приветствие. Он задвинул левую ногу назад и слегка поклонился, положив правую руку на грудь.

– Рад познакомиться с вами, леди Эрис. Я Рудеус Грейрат, – он говорил мягко и вежливо, желая установить хорошие отношения с человеком, которого собирался защищать.

Однако он не мог знать, что этот вежливый тон, который он взял, произвел эффект, противоположный тому, который он задумывал.

Рыжеволосая девушка недовольно сложила руки и посмотрела на Рудеуса с нескрываемым самодовольством: – Хмпф!!! Этот маленький, хилый паренек должен быть моим телохранителем? Это что, какая-то шутка? Спорим, я сама смогу его побить!

Рудеус нахмурился: 'Неужели эта девушка никогда не слышала фразу "не суди о книге по обложке"?', – задался он вопросом.

– Леди Эрис, уверяю вас, я более чем способен справиться с этой ответственностью. Возможно, я не смогу сравниться с учителем Гислен, но я...

– Что ты сказал!? Ты смеешь спорить со мной!? И кто ты такой, чтобы называть Гислен учителем!? Наглец!

Выкрикнув эти слова, Эрис шагнула вперед и замахнулась ладонью на Рудеуса.

'Эх, она нападает... серьезно?'

Рудеус был мечником Святого ранга, который сражался с монстрами в десять раз более свирепыми, чем эта маленькая девочка перед ним. Он разгадал ее намерения еще до того, как она сделала шаг и подняла руку, он был более чем способен избежать этого, если бы захотел.

Его внутренний спор заключался лишь в том, стоит ли ему принимать этот удар. Если бы он укрепил свое лицо маной, он бы вообще не почувствовал боли. На самом деле, девушка могла бы даже заплакать от боли, как будто только что ударилась о каменный столб. Но уклонение от удара также может показаться невежливым.

Однако Рудеус вспомнил, что Филипп советовал ему доказать свою силу Эрис, чтобы завоевать ее уважение. Получение пощечины от нее явно не улучшит ее впечатления о нем.

Когда ладонь Эрис приблизилась к лицу Рудеуса, он тут же отклонился назад и уклонился от пощечины.

– Леди Эрис, что вы делаете? – спросил Рудеус тоном, выражающим изумленное недовольство.

Благородная девица зарычала в ответ, ее лицо исказилось в детском гневе: – Как ты смеешь уклоняться! Получи!

На этот раз это была уже не пощечина, вместо этого непокорная девочка погрозила кулаком. Рудеус расширил глаза и отодвинулся от разъяренного ребенка.

– Ты!.. Хватит уклоняться! – Эрис стала еще более дикой в своих атаках, прибегая к ударам и царапинам – все, что могло потенциально причинить вред Рудеусу.

'Зараза! Так вот что имела в виду учитель, говоря о ее энергичности? Это полнейшая чушь!', – Рудеус без труда уворачивался от медленных и слабых ударов девятилетней девочки, даже не используя Боевую Ауру. Но это не означало, что его не раздражала ее своенравность. Даже у святого есть предел терпения, не говоря уже о Рудеусе.

Как ни хотелось Рудеусу отшлепать Эрис, он вспомнил предупреждение Филиппа.

'Ну, мне не нужно бить ее, чтобы заставить подчиниться'.

С этой мыслью Рудеус сузил глаза и влил ману в свои ноги. В следующее мгновение он уже появился позади Эрис и схватил ее запястье, которое было в воздухе, используя свою ногу, чтобы подставить ей подножку.

– Ип! – Эрис мило пискнула, когда упала, но Рудеус контролировал ее падение, чтобы она не поранилась от удара об пол. Рудеус почти нежно направил ее вниз, чтобы она легла на пол животом вниз.

Захватив запястье Эрис, Рудеус держал его за ее спиной, одновременно надавливая на плечо Эрис, чтобы удержать ее.

– Леди Эрис, пожалуйста, успокойтесь, – Рудеус твердо посоветовал, но благородная девушка яростно сопротивлялась, крича "Отпусти меня, отпусти! – и пытаясь вырваться из хватки Рудеуса. Беспомощный, он оглянулся на остальных в поисках помощи.

Филипп беспомощно пожал плечами. Когда Эрис становилась такой, только Саурос и Гислен могли остудить ее пыл. Ей было бы все равно, если бы ее отругал собственный отец.

С другой стороны, Гислен просто безразлично смотрела на развернувшееся представление. Эрис тоже была ее ученицей. Она не хотела вмешиваться и проявлять благосклонность к кому-либо из них. Кроме того, если она поможет Рудеусу, то Эрис перестанет его уважать. Если Рудеус хотел служить ее телохранителем, он должен был решить этот вопрос самостоятельно.

Видя, что никто не хочет вмешаться, Рудеус тяжело вздохнул.

Но потом он вспомнил, что Пол сказал ему перед тем, как он покинул деревню Буна.

"Есть также некоторые благородные девушки, которые тоже любят махать мечами, поэтому у них довольно хорошее тело. Для них тебе просто нужно победить их мечом, а затем ты сможешь победить их своим "мечом"", – так сказал Пол.

Хотя Рудеус не пытался победить Эрис своим "мечом", на что намекал Пол своим двусмысленным выражением, слова его отца, возможно, имеют определенное значение для завоевания уважения этой девушки.

Очевидно, однако, что Эрис не была похожа на других благородных девушек, которые просто любят махать мечами, заметил Рудеус. Она была непокорной, жестокой и невероятно вспыльчивой. Судя по тому, как беспомощно Филипп смотрел на ее выходки, Рудеус мог также сказать, что она сильно избалована.

У Рудеуса появилась идея. Поскольку Эрис уважала Гислен, то ему нужно было только показать ей, как он сравнится с Гислен. Он не сможет победить, но Рудеус был уверен, что сможет показать хорошее шоу. Кроме того, демонстрация своего стиля Магического Меча могла бы помочь убедить корчащегося под ним дикого зверька послушно учиться магии.

– Леди Эрис! Выслушайте меня, – просил он, но безрезультатно. Рудеус понял, что пока Эрис держат вот так, она не станет слушать ничего из того, что он собирается сказать. Поэтому у него не было другого выбора, кроме как отпустить ее.

Как только он ослабил хватку, Эрис тут же пнула его ногой, одновременно подпрыгнув, чтобы ударить его.

– Ты покойник! – закричала она.

'У нее действительно неплохие инстинкты', – заметил Рудеус, уклоняясь от удара ногой и кулаком.

– Послушай, – сказал Рудеус, перемещаясь по комнате, – в первую очередь вы были недовольны, потому как посчитали меня слабым. Я могу продемонстрировать вам свою силу.

– Мне все равно! Просто дай мне ударить тебя! – выпалила она в ответ, яростный взгляд на ее лице становился все злее с каждым пропущенным ударом.

– Позвольте мне заключить с вами сделку. Я проведу спарринг с учителем Гислен. И в после, если вы все еще не сочтете меня достаточно сильным, чтобы защитить вас, я позволю вам меня ударить и немедленно покину Роа, – предложил Рудеус в качестве последнего средства.

Как бы он не хотел ставить свое будущее в качестве ученика Гислен на кон прихоти непокорной девчонки, он также понимал, что если он не сможет завоевать ее уважение таким образом, то другой возможности у него не будет.

Услышав его предложение, Эрис перестала двигаться. Она задумалась на мгновение и подняла пять пальцев.

– Пять раз. Давай я сначала дам тебе пощечину пять раз.

Рудеус стиснул зубы, его бровь дернулась в раздражении.

– Отлично. Дава...

Не успел он договорить, как Эрис уже нанесла удар по лицу Рудеуса.

Мальчик повернул лицо влево и покрыл свое тело Боевой Аурой. Как только кулак Эрис ударил в щеку Рудеуса, усиленную маной, она тут же вскрикнула от боли, отдернув руку и сжав костяшки пальцев.

– Больно! Какого черта у тебя такое жесткое лицо! – ныла она.

'Даже если я расскажу ей о Боевой Ауре, она, вероятно, не поймет этого...', – Рудеус подумал, прежде чем ответить: – Потому что я сильный.

– Хмпф, я тебе не верю! Получи!

Эрис снова ударила его по лицу, но снова дернулась от боли. Не желая сдаваться, она зарычала, как дикий зверь, и ударила снова и снова, только чтобы получить еще больше боли за свои усилия.

Рудеус горько усмехнулся. Он даже не чувствовал боли от ее ударов. Больно было только в том случае, если она усиливала свои удары маной.

Внезапно глаза Эрис заострились, и она взмахнула ногой. На этот раз она действительно направила удар ногой на гениталии Рудеуса!

Мальчик расширил глаза в шоке от ее дерзости. Его интимные места были дороже любого золота и сокровищ! И она пытается причинить ему вред?

Его рука мелькнула вперед и поймала ее за ногу: – Леди Эрис, вы сказали про пощечины. Есть места, к которым не следует прикасаться, даже если я пытаюсь быть добрым!

Однако Эрис изначально не целилась в интимные места Рудеуса. То, что он поймал ногу, было лишь ловушкой. Она тут же подпрыгнула и крутанулась в воздухе, чтобы другой ногой нанести круговой удар в челюсть Рудеуса.

Рудеус поглотил атаку и почувствовал, что его голова немного откинулась назад.

'Это... действительно больно? – Его рот слегка расширился от удивления. Он потер подбородок в том месте, где Эрис ударила его ногой. – В ее ударе была мана! Это был лишь маленький кусочек маны, но она определенно использовала Боевую Ауру!

'Эта девушка... она на самом деле очень талантлива', – заключил он. Учитывая ее вспыльчивость, маловероятно, что она скрывала свои знания о Боевой Ауре все время, пока пыталась ударить его, и использовала их только в последнем ударе. Поэтому Рудеус решил, что она использовала ее бессознательно, от ярости, которую она испытывала от боли в собственном кулаке.

Эрис почувствовала триумф, увидев, что Рудеус наконец-то отреагировал на ее атаку.

Рудеус стер выражение удивления со своего лица и заговорил: – Леди Эрис. Это был пятый удар.

Рыжеволосая девушка проворчала: – Я знаю! Сделка есть сделка. Я не буду спорить с тобой из-за этого. Но помни, что ты сказал! Если я не буду удовлетворена после того, как ты сразишься с моей Гислен, то ты должен позволить мне ударить тебя еще раз, и ты немедленно покинешь Роа!

В этом вопросе Рудеус чувствовал себя уверенно: – Именно так я и говорил, леди Эрис.

– Хмпф! Хорошо. Тогда пошли!

Эрис вышла из комнаты, и все последовали за ней. Она полностью обогнала всех взрослых и Рудеуса, чтобы идти в ногу с ней.

Рудеус покачал головой, идя позади девушки.

'Энергичный ребенок, который любит бегать и играть, говорила Гислен. Немного вспыльчива, сказал Филипп. Чушь! Она совершенно как дикое животное, которому дали волю творить хаос без последствий. Должен же быть предел тому, как сильно вы балуете ребенка!

(От лица Эрис)

Когда папа сказал мне, что у меня будет новый телохранитель, я уже был недовольна. Зачем мне новый телохранитель? Гислен итак супер сильная. Ее одной более чем достаточно, чтобы защитить меня. Она появляется всегда, когда я ее зову, и никто не осмелится даже попытаться что-то сделать, когда она рядом.

А потом папа сказал мне, что на самом деле он пришел учиться у Гислен, работая моим телохранителем, чтобы оплатить эти уроки. Не знаю почему, но это разозлило меня еще больше. Кем, черт возьми, он себя возомнил, пытаясь учиться у моей Гислен?

Если Гислен придется учить и его, разве это не значит, что у нее будет меньше времени на меня? Я никогда такого не допущу!

Поэтому, когда я впервые встретила Рудеуса и обнаружила, что он на самом деле моложе и ниже меня ростом, он мне с самого начала не понравился. Поручить защищать меня ребенку, который еще младше меня, было так унизительно! По сути, они говорили, что я настолько слаба, что даже какой-то мелкий мальчишка сильнее меня!

Я хотела проучить этого грубияна. Поэтому дала ему пощечину. Или, по крайней мере, попыталась. Этот ублюдок посмел увернуться!

Быть грубияном – это одно, но не желать понести наказание и осмелиться убежать – совсем другое.

Но как бы я ни пыталась, он продолжал убегать, все время называя меня "Леди Эрис", а я ненавижу, когда меня так называют! Должно быть, он знал, что я ненавижу это, и продолжал называть меня так специально!

Затем этот ублюдок схватил меня рукой за спину и толкнул вниз. Как он посмел! Даже дедушка или Гислен не делали со мной ничего подобного раньше. Но он был слишком силен, я не смогла вырваться из его хватки.

Я отплачу ему сполна за это, пообещала я себе. Несмотря ни на что, я заставлю его заплатить!

Но потом Рудеус отпустил меня и заключил сделку. Чтобы показать, что он силен, он проведет спарринг с Гислен. И если я буду недовольна его выступлением, то смогу ударить его и прогнать из нашего дома.

В моей голове это звучало прекрасно. Потому что я уже знала: как бы хорошо он ни справился, я скажу, что не удовлетворена. Я не позволю ему остаться здесь и учиться у Гислен, несмотря ни на что.

Но сначала я потребовал позволить мне ударить его пять раз, прежде чем что-то еще. Мне нужно было выпустить наружу разочарование внутри меня после того, как он так долго уклонялся и удерживал меня.

Он сказал "хорошо", но это разозлило меня еще больше. Он был так невозмутим, как будто то, что я его ударила, было бы совсем неважно. Он еще пожалеет об этом. И тогда я ударила его по лицу. Но ощущения были такими, будто я била каменную стену! Моей руке было больнее, чем его лицу! На самом деле, казалось, что он даже ничего не почувствовал.

Мальчик по имени Рудеус улыбнулся, увидев мою боль. Он наслаждался этим, я уверена. Какой отвратительный человек! Как бы сильно я его ни била, он ничего не чувствовал, и лишь моя рука болела еще сильнее.

Потом я вспомнила, о чем подслушала разговор служанок. Слабое место мальчиков – это их штуковина между ног. Иногда, когда на них нападали мужчины, служанки пинали их и убегали. Рудеус тоже был мальчиком. Значит, у него должна быть такая же слабость.

Но он был слишком скользким. Если бы я попыталась ударить его между ног, он бы просто заблокировал удар или снова убежал. Поэтому я использовала финт, как учила меня раньше Гислен. Замахнуться ногой на то, что у него между ног, и дать ему понять, что я целюсь именно туда. Но на самом деле это был бы просто трюк.

Когда он поймал мой первый удар, я подпрыгнула и направила другую ногу, чтобы ударить его по лицу. На этот раз я вложила в этот удар весь свой гнев и разочарование. Я хотела причинить ему боль и преподать урок за то, что он недооценил меня.

Впервые он отреагировал на мой удар! Не похоже, что ему было очень больно, но, судя по тупому выражению его лица, он, должно быть, что-то почувствовал! Это было немного, но мне все же удалось заставить его почувствовать боль от моего удара.

Жаль, что это был последний удар из пяти, о которых мы договорились. Обычно я бы не беспокоилась о нарушении обещания с таким человеком, как он. Он не настолько важный, чтобы просить меня держать обещание. Но поскольку папа и Гислен тоже были там, я должна была выполнить наш уговор.

Но все было в порядке. После того, как он сразится с Гислен, как бы хорошо у него ни получалось, я все равно скажу ему, чтобы он катился отсюда. И после этого я могу ударить его еще сильнее. Поделом ему за то, что он пытался прийти ко мне домой и украсть у меня Гислен.

-----

Эрис вела группу, в которую входили Филипп, Рудеус и Гислен, к тренировочной площадке поместья. Дворецкий Томас был отозван для выполнения какого-то задания.

Когда они прибыли, Рудеус попросил Филиппа приказать всем, кроме них четверых, покинуть тренировочную площадку. Он не хотел, чтобы кто попало видел его уникальные способности.

После того, как Гислен сказала Рудеусу, что самая сильная сторона его стиля Магического Меча в том, что никто не знал и не ожидал, что он может произносить заклинания, сражаясь мечом, он стал более осторожным в том, чтобы держать эту свои способности в тайне.

С этого момента люди, которым было позволено узнать о его стиле Магического Меча, должны были знать только по необходимости. Весь смысл секретной техники заключался в том, чтобы хранить ее в тайне. По крайней мере, до тех пор, пока он не станет настолько сильным, что ему не понадобится фактор неожиданности его стиля Магического Меча.

Кроме того, Рудеус считал, что он будет более эффективен в качестве телохранителя Эрис, если потенциальные нападающие недооценят его и примут за друга по играм для маленькой дворянки, а не за владеющего магией мечника-телохранителя.

'Посмотрите, как я внимателен к этому неблагодарному отродью!', – подумал про себя Рудеус.

Филипп по понятным причинам немного колебался, стоит ли выполнять эту просьбу. Когда Рудеус попросил всех удалиться, он включил в список охранников, которые находились в поместье или патрулировали территорию. Это был бы идеальный сценарий для любых убийц или если бы у Рудеуса были какие-либо гнусные намерения.

Но молодой мастер семьи Бореас все равно отстранил всех ненужных зрителей. Это была та степень доверия, которую он испытывал к способностям Гислен. Если только это не был другой убийца Королевского ранга, Гислен была более чем способна справиться с ним даже без других охранников.

– Хмпф, ты просто не хочешь, чтобы люди смотрели, как тебя избивают, не так ли? – Эрис немедленно набросилась на Рудеуса, чтобы посмеяться над ним.

Мальчику пришлось остановить себя, чтобы не закатить глаза, и он решил не отвечать на провокацию. Он скоро докажет, что она не права.

По ухмылке на лице Эрис Рудеус понял, что, скорее всего, она будет настаивать на том, что не удовлетворена его выступлением, независимо от того, насколько хорошо он справился с Гислен в прямой дуэли. Но это было лишь потому, что ей еще предстояло увидеть его стиль владения Магическим Мечом.

Маленькая дворянка была непокорной, необузданной и избалованной. Но, в конце концов, она все еще была ребенком, который уважал силу. Даже Рудеус, обладавший мозгами взрослого человека, считал стиль Магического Меча воплощением убойной крутости. Поэтому он был уверен, что и она будет в восторге от его приемов.

Рудеус и Гислен прошли в центр тренировочной площадки, а Филипп и Эрис остались наблюдать на периферии. Сама тренировочная площадка была не очень большой, так как это была скорее частная территория, предназначенная для использования членами семьи Бореас. Поэтому она была более уединенной в глубине поместья.

У обычных гвардейцев Бореасов были свои казармы вдали от территории поместья, со своими помещениями и тренировочным полем для учений.

Учитель и ученик стояли на достаточном расстоянии друг от друга, напоминая то, как они сражались друг с другом в доме Грейратов в деревне Буэна.

– Как бы я ни хотела, чтобы ты стал моим учеником, я не смогу сдерживаться, Рудеус. В лучшем случае я смогу ограничить свою Боевую Ауру до уровня Святого Ранга. Иначе Эрис рассердится на меня, – сказала Гислен, обнажая свой клинок.

Рудеус усмехнулся и ответил, доставая свой Синий Клык: – Я бы не хотел, чтобы было иначе, учитель.

Зверодевушка улыбнулась. Рудеус ей нравился. У него была необыкновенная страсть к мечу, которая напомнила ей себя в молодости, когда ее подобрал Гул Фарион, нынешний Бог Меча, и наставил ее на путь меча.

В свои годы она была еще более дикой и необузданной, чем Эрис. Лишь закалив свой дух и укротив дикую природу благодаря учению мастерству меча, она смогла повзрослеть и вырасти за пределы простого звероподобного человека.

У Рудеуса была такая же жажда совершенствовать свою силу и мастерство владения мечом. Хотя он также использовал магию в своих приемах, Гислен чувствовала, что это его путь меча. Несмотря на то, что они провели вместе совсем немного времени, она чувствовала страсть Рудеуса к искусству фехтования.

Если в молодости она во многом полагалась на инстинкты и импульсы, то для того, кто мог пробиться в ранг Святого и выше, требовалось гораздо больше, чем просто инстинкты. Им требовался не только талант, но и, прежде всего, глубокая одержимость фехтованием. Маги называли их простодушными, но никто, кроме других мечников ранга Святого и выше, не мог этого понять. Рудеус понимал это.

И Рудеус тоже обладал огромным боевым талантом. Просто слушая описание того, как Пол учил его, Гислен недоумевала, как мальчик смог достичь таких высот в фехтовании. Пол всегда называл ее идиоткой или мозгом из мышц, но сам он был ужасным учителем.

Гул Фарион обострил ее инстинкты, укротил ее дикую природу и направил ее в постижении техники. Гислен была уверена, что если она сможет применить полученные знания и научить Рудеуса, то мальчик, у которого раньше не было отличного учителя, направляющего его фехтование, достигнет не меньших успехов, чем она сама.

– Сделай это как вчера. Если ты хочешь остаться здесь, то ты должен показать все, на что способен. Сначала покажи Эрис свое мастерство фехтования, а потом – свой Магический Меч. Полностью убеди ее в своем мастерстве, – посоветовала Гислен.

– Хорошо, учитель, – Рудеус глубоко вздохнул, его глаза изучали позицию Гислен и искали слабые места. У нее их, конечно, не было, но это была привычка, которую он перенял, сражаясь с Полом и лесными чудовищами.

– Тогда я нападаю! – объявил он и бросился вперед, направляя Синий Клык в бой.

Пока двое обменивались ударами и приемами, Эрис наблюдала за ними, сложив руки. Она держала строгий вид, ее взгляд был равнодушным и безучастным. Но внутренне она была потрясена.

'Быстро! Он намного быстрее, чем был в комнате! – заметила она, неосознанно наклоняясь вперед, чтобы лучше видеть. – Он достаточно быстр, чтобы сравниться с Гислен, а она никогда так не двигалась, когда я тренировалась с ней...'

Эрис не могла сказать, был ли он в четыре или пять раз быстрее ее. Ее глаза едва успевали за их движениями. Их фигуры периодически расплывались, а затем вновь появлялись, когда их клинки сталкивались. Если бы она лично не присутствовала при этом зрелище, когда крошечный мальчик сражается на равных с Гислен, она бы не поверила, даже если бы Саурос рассказал ей об этом.

С каждым ударом Эрис чувствовала, как ветер хлещет по маленькой закрытой тренировочной площадке. Она смогла понять, что для того, чтобы произошло такое явление, сила, которую они использовали при взмахе мечом, была намного больше той, на которую была способна она сама.

От нападения до защиты, казалось, что у Рудеуса вообще нет недостатков. Эрис изучала только стиль Бога Меча, поскольку это было все, что знала Гислен. Таким образом, она не была знакома со стилем Бога Воды и Бога Севера, поэтому приемы Рудеуса казались ей очень загадочными и непостижимыми.

Эрис могла узнать некоторые из техник Бога Меча, которые он использовал, но когда Рудеус переходил к стилю Бога Воды, блокируя или отражая атаки Гислен, или когда он применял техники Бога Севера на лету, чтобы адаптироваться к ее яростному нападению, она была полностью потеряна.

– Хах! Ну и что! То, что он может использовать причудливые трюки, еще ничего не значит. Если бы Гислен была серьезна, она бы уже разрезала его пополам! На две части! – сказала Эрис Филиппу, хотя было видно, что она больше пытается убедить себя, чем своего отца. – Только на основании этого жалкого умения он не может быть моим телохранителем, хмпф!

Филипп, напротив, спокойно наблюдал за их поединком. Он не был талантлив ни в мастерстве меча, ни в ведении боя. В молодости он учился бюрократии, а после того, как занял пост мэра Роа, у него стало еще меньше времени на тренировки. Таким образом, он был менее искусен в фехтовании, чем его собственная дочь.

Однако, несмотря ни на что, он видел, как сражаются мечники. В их семье Бореас были мечники и стражники продвинутого ранга. А как мэр, он часто имел дело с высококвалифицированными авантюристами, поскольку именно он обычно давал задания S ранга этим приключенцам. Так что он не был совсем уж невежественным в оценке силы человека.

'А-ранг, а может быть, даже S-ранг... – рассуждал Филипп, наблюдая, как Рудеус демонстрирует свое мастерство. – Это, безусловно, впечатляет для его возраста, но определенно еще не уровень Святого. Почему Гислен присвоила ему титул Святого Севера? Может, она ошиблась?

Но тут глаза Филиппа внезапно расширились: – Это?!..

'А-ранг, а может быть, даже S-ранг... – рассуждал Филипп, наблюдая, как Рудеус демонстрирует свое мастерство. – Это, безусловно, впечатляет для его возраста, но определенно еще не уровень Святого. Почему Гислен присвоила ему титул Святого Севера? Может, она ошиблась?

Но тут глаза Филиппа внезапно расширились: – Это?!..

С его точки зрения, Рудеус внезапно выпустил волну огня из своего меча, но Гислен смогла рассеять пламя взмахом своего клинка.

'Может быть это магический предмет? Пол, должно быть, дал один из них своему сыну для защиты'.

'Хох, Пол, должно быть, очень преуспел как искатель приключений, раз дарит магические предметы своему сыну...'

Однако его мысли изменились, когда Рудеус продемонстрировал одно заклинание за другим, все с различными эффектами.

Святой Севера создал кинжалы изо льда и запустил их в своего противника, использовал взрыв огня, вырвавшийся из его спины, чтобы выстрелить в сторону Гислен, а затем покрыл свой меч слоем ветра, который светился зеленым светом.

'С-столько волшебных предметов? Сколько сокровищ накопал Пол во время своих приключений, чтобы передать столько Рудеусу?

Хотя Филипп был удивлен, его потрясение не могло сравниться с потрясением Эрис, когда она увидела, как Рудеус разбрасывает различные заклинания, словно это было пустяком. Ее глаза раскрылись настолько широко, насколько она была способна, а нижняя челюсть чуть ли не отваливалась от изумления.

Она не знала о понятии магических предметов, поэтому для нее не было объяснения тому, на что она смотрела. Даже если Эрис не хотела признавать, она была полностью очарована этим зрелищем.

Рудеус использовал [Земляной Рывок] в сочетании с последовательными заклинаниями [Каменного Столба], чтобы создать поле боя с дюжиной столбов из камня, торчащих из земли, а затем продолжил прыгать промеж колонн с умопомрачительной скоростью. Каждый раз, когда его ноги приземлялись на каменную опору, он в очередной раз использовал [Земляной Рывок], чтобы еще больше увеличить свою и без того безумную на вид скорость.

Если бы это был кто-то другой, более слабый, чем Гислен, он не смог бы уследить за остаточными изображениями Рудеуса и в итоге бы крутился как волчок, пытаясь угнаться за головокружительно быстрым Рудеусом.

Однако Король Меча смогла предугадать траекторию движения Рудеуса сделать рывок на упреждение, чтобы перехватить его еще до того, как он начал свою атаку.

Филипп наконец-то понял, как мальчик добился этого, несмотря на то, как невероятно это звучало в его голове, увидев красный кристалл, который он распознал как магическое ядро, встроенное в рукоять меча.

'Если исключить все невозможное, то все оставшееся, каким бы невероятным оно ни было, должно быть правдой... Рудеус, этот семилетний коротышка в самом деле свободно использует магию в сочетании с мастерством фехтования!'

Филипп потерял дар речи. Он уже слышал о безмолвной магии. Ходили слухи о профессоре Магической Академии Раноа, который мог творить магию без произнесения заклинаний. И это только на Центральном континенте. Не было ничего удивительного в том, что и на других континентах есть люди, способные делать то же самое.

Но увидеть это своими глазами, да еще от семилетнего ребенка, Филипп, мягко говоря, не был готов.

Теперь он понимал, почему Гислен присвоила Рудеусу титул Святого Севера. Его собственное мастерство меча еще не достигло ранга Святого, но что если добавить к этому безмолвную магию, которую он мог применять на лету в ближнем бою? Рудеус легко мог быть оценен как Святой даже человеком без особых знаний о фехтовании, таким как Филипп.

'Даже если Эрис говорит обратное, мы определенно должны нанять его! Такой талантливый мальчик, как Рудеус, кто знает, чего он сможет добиться, когда повзрослеет', – Филипп, в конце концов, был мэром Роа и будущим преемником лорда Фиттоа. Он должен был помнить о таких вещах, когда принимал решения, которые могли повлиять на весь род Бореас.

Несмотря на то, что статус Рудеуса как ребенка бывшего нотосского дворянина был политически хрупок, статус их семьи резко возрастет, если однажды ему удастся достичь ранга Императора. Даже король королевства Асуры не захочет просто так отмахнуться от мечника Императорского ранга. Поэтому Филипп очень хотел наладить хорошие отношения с Рудеусом, особенно учитывая кровное родство Рудеуса с семьей Бореас.

Для большинства людей это может показаться холодным и расчетливым, но в рядах дворян это был здравый смысл. Политика, схемы и заговоры были обыденным образом жизни дворянства, особенно тех, кто занимал более высшие посты, как Грейраты. Даже если они не стремились подняться в аристократической иерархии, их все равно было необходимо строить схемы, чтобы защитить свой статус-кво.

Обмен атаками между Рудеусом и Гислен продолжался еще несколько минут, причем Рудеус демонстрировал все более мощные и все более изощренные приемы владения Магическим Мечом. Поскольку ему не было известно о желании Филиппа проигнорировать решение дочери и во что бы то ни стало нанять его, мальчик мог рассчитывать только на то, чтобы вызвать благоговение и произвести впечатление на надменную леди. Поэтому он решил демонстрировать изощренные магические трюки и комбинации, которые выглядели наиболее эффектно.

Любой согласится, что видеть, как волна шипов вырывается из земли, а клинки ветра и огня проносятся по полю боя, когда ребенок, окруженный плавающими каменными щитами и ледяными мечами, изо всех сил размахивает своим клинком, было просто невероятно.

Занавес наконец закрылся, после того как Гислен решила, что пора заканчивать поединок.

Стиль Бога Меча: Звуковой Клинок.

Это была техника, которой нужно было овладеть, чтобы достичь ранга Короля Меча. Хотя Гислен выполняла эту технику с усилием Святого Меча, она все равно была невероятно быстрой. Если бы она использовала всю свою силу и скорость, то меч превзошел бы скорость звука.

БУМ! Раздался взрыв от огромной скорости движения Гислен и взмаха ее меча, когда она преодолела звуковой барьер. Ударная волна вырвалась наружу, выбросив большой порыв ветра, который пронесся мимо зрителей, Эрис и Филиппа.

Рудеус застыл на месте. Если бы он сделал еще один шаг, меч Гислен, внезапно появившийся и остановившийся в дюйме от его шеи, обагрил бы его кровью. Ни один из придуманных им трюков не смог бы остановить этот меч Гислен, доказывающий всем, что она могла закончить этот бой, когда сама того захочет.

Когда Гислен убрала меч, Рудеус тяжело выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает его тело одновременно с нарастающей болью и усталостью от боя на пределах своих возможностей.

Рудеус почтительно опустил голову: – Спасибо за наставления, учитель.

– Мгм. Ты хорошо справился. Похоже, что ты уже скорректировал свои техники на основе того, что я говорила тебе в прошлый раз. Ты быстро учишься, – похвалила Гислен.

– Это было только потому, что вы хороший учитель.

Король Меча улыбнулась, погладив Рудеуса по голове. Гислен действительно очень любила Рудеуса. Его почтительность - это одно, но он был еще и талантливее любого из тех, кого она встречала раньше.

– Пойдем, пора выслушать оценку Эрис.

Рудеус кивнул. Это был момент истины. Он уже сделал все возможное, чтобы продемонстрировать все, на что способен. Если даже этого было недостаточно, чтобы удовлетворить маленькую леди, он ничего не мог сделать, кроме как покачать головой на ее недальновидность.

Когда Рудеус и Гислен подошли к остальным, Филипп одобрительно посмотрел на Святого Севера. Затем он оглянулся на свою дочь, решив перечить ей, если она вздумает говорить глупости.

'Даже отец одобрил бы это, как бы он ни был привязан к Эрис'.

Рудеус остановился перед маленькой леди и еще раз исполнил благородное приветствие: – Леди Эрис, надеюсь, вы довольны моим выступлением.

Эрис была спокойна, хотя ее тело слегка дрожало. Ей понадобилось еще несколько мгновений, чтобы осмыслить то, что она только что увидела, прежде чем она снова посмотрела на Рудеуса.

– Ты. Как ты это сделал?

Он уже предвидел этот вопрос.

– Это магия, леди Эрис. Я могу...

– Это не имеет значения, – перебила Эрис.

Филипп нахмурился: – 'Как и ожидалось, она упрямится'.

Она шагнула вперед и встала лицом к лицу с Рудеусом: – То, что ты только что сделал. Научи меня!

– А?

– Хмпф, леди просит тебя научить ее. Выпускать огонь из меча, прыгать по воздуху, делать ледяные лезвия, все это! Научи! – потребовала Эрис, сложив руки и задрав голову во властной позе.

Рудеус был немного ошеломлен. Это не было частью их сделки. Хотя он хотел распространить имя своего стиля Магического Меча далеко и широко, его первоначальное впечатление от этой надменной девушки было слишком плохим. Неужели он действительно хотел учить кого-то, кто не просил, а требовал выведать его секреты?

– Леди Эрис, это... - выдавил он, не в силах сказать ни да, ни нет.

– Чего ты ждешь! Быстро поблагодари меня за этот шанс! – высокомерно выкрикнула Эрис.

'Тьфу, это малявка действительно никого не уважает. Если ты просишь научить тебя чему-то, как ты можешь быть такой высокомерной? Учить ее моим техникам? Ни за что!

К счастью для него, Филипп вмешался, чтобы разрядить обстановку.

– Эрис, не будь эгоцентричной. Рудеус здесь только для того, чтобы быть твоим телохранителем и обучать тебя магии. Он не обязан делиться с тобой своими личными техниками.

– Разве это не магия? Какая разница? – возразила Эрис. Она не понимала, что такого особенного в безмолвной магии. Она также не знала, что в мире есть лишь несколько человек, которые могут подобным образом использовать заклинания.

– Разве те не заметила, что Рудеус не произносил никаких заклинаний, когда использовал магию? Обычно, когда маги произносят заклинания, им нужно произнести длинный ряд магических слов, чтобы активировать заклятие. Но Рудеусу не нужно было этого делать.

– О. Тогда просто научи меня этому.

Филипп покачал головой: – Но почему он должен это делать? Он был нанят, чтобы научить тебя магии, а не безмолвной магии. Между этими двумя вещами есть большая разница.

– Тогда просто платите ему больше! Я не понимаю, почему это так сложно, – с отчаянием заключила Эрис.

– Мы, конечно, можем это сделать, но все еще зависит от Рудеуса, готов ли он это сделать или нет.

Она обернулась к Рудеусу и указала на него: – Эй, ты! Научи меня!

Он нахмурился. Если он продолжит вести себя подобострастно с этой маленькой девчонкой, она станет еще более высокомерной, чем прежде. Не говоря уже о том, что она требовала от него работы всей его жизни! Конечно, это было всего каких-то коротких семь лет, но он вложил всю душу в создание Магического Меча. А она, даже не поблагодарив, хочет просто заполучить его?

– Меня зовут Рудеус, а не "ты". И нет, спасибо, – твердо ответил Рудеус.

Эрис расширила глаза от удивления и гнева: – Что!? Что значит "нет"? Ты ведь хочешь остаться здесь и учиться у нашей Гислен? Тогда ты должен научить меня! Или я скажу дедушке, чтобы он прогнал тебя!

Рудеус вздохнул. Он был готов вытерпеть многое, чтобы учиться у Гислен, включая уважение к этой непочтительной девушке. Но была определенная черта, которую он должен был провести, прежде чем начать попирать свои принципы и честь. Она уже перешла эту черту.

Но самое главное, Эрис напомнила ему об одном ужасном воспоминании. Тот водитель, который сбил его и лишил его ног, точно так же полагался на свою состоятельность и поддержку, чтобы остаться безнаказанным. Даже если сейчас она была еще ребенком, Рудеус подумал, что эта девочка вырастет и станет такой же, как он. Если он научит ее своим приемам, то не сможет даже представить, каким тираном она станет в будущем.

Он повернулся к Гислен с неохотным, но покорным видом и глубоко поклонился.

– Похоже, мне не суждено учиться у вас. Хотя вы учили меня всего один день, я буду помнить ваши уроки всю жизнь. На этом я прощаюсь с вами, учитель.

Гислен нахмурилась, не ожидая такого исхода: – Рудеус...

Услышав его слова, Эрис вскрикнула: – Да ты, ты!..

Филипп поспешно подошел к Рудеусу: – Рудеус, подожди, не будь таким нетерпеливым. Мы можем потихоньку все обсудить. Эрис перегнула палку, проявив такое нахальство. Независимо от того, что она говорит, наша семья Бореас готова нанять тебя в качестве телохранителя. Конечно, лучше всего, если ты согласишься взять Эрис под свое крыло, но если нет, мы можем найти другие варианты. В конце концов, Эрис не единственная, кому может понадобиться телохранитель.

– Ну папа!

Рудеус посмотрел на кипящую от ярости и возмущения девушку, и покачал головой.

– Пока меня не заставляют раскрывать мои техники, я не против работать на семью Бореас.

– Отлично! Тогда пойдем со мной, мы найдем другие варианты твоего трудоустройства. А что касается обучения Эрис магии, ты все еще согласен? – Филипп лучезарно улыбнулся.

Рудеус кивнул: – Я могу научить ее обычной магии. Конечно, только если она сама захочет.

Видя, что ситуация выходит из-под ее контроля, Эрис топнула ногой: – Я все расскажу дедушке! Он заставит тебя учить меня!

Затем она развернулась и покинула тренировочную площадку, оставив троицу вздыхать на ее хамское поведение.

После восстановления тренировочной площадки после разрушений, возникших в результате спарринга, Рудеуса привели в кабинет Филиппа, где они обсудили, как можно организовать его работу телохранителя. Прошло всего несколько минут, прежде чем они оба услышали крик из коридора.

– ФИЛИПП!

Мужчина виновато улыбнулся Рудеусу: – Мой отец пришел. Пожалуйста, потерпи немного.

Дверь с силой распахнулась, и Саурос Бореас Грейрат энергично вошел внутрь, а Эрис последовала за ним, подражая его действиям. Ясно, у кого она научилась своим манерам и плохому поведению, заметил Рудеус. Одно дело, когда лорд Фиттоа вел себя несдержанно в обществе людей, стоящих ниже его в социальной иерархии. Но у Эрис, которая родилась девочкой и поэтому не имела законных прав на титулы своих предков, такого права не было.

– ФИЛИПП! – Саурос громовым голосом топал к сыну, его голос, казалось, мог пробить все стены этого поместья. Наблюдая, как трясутся стены, Рудеус задался вопросом, можно ли усилить голос с помощью маны.

– Отец, почему ты...

– Заткнись! – крикнул он, прежде чем ударить сына по лицу. Филипп пролетел через всю комнату, но затем быстро пришел в себя и опустился на колено.

– Почему ты отказываешь Эрис в телохранителе!? Ты управляешь этой семьей или я!?

Рудеус с ужасом наблюдал за этой сценой: 'В каком дурдоме я нахожусь? Как ты можешь бить отца своей внучки у нее на глазах? Или все дворяне такие? Как нелепо! Неудивительно, что она ведет себя как зверь!

– Отец, Эрис требует, чтобы Рудеус обучил ее своим секретным приемам. Поскольку он отказался, Эрис тогда пригрозила прогнать его. Рудеус очень талантлив, и я считаю, что нанять Рудеуса будет нелишним. Поэтому я все же договорился, чтобы он служил телохранителем, только не для Эрис, – объяснил Филипп.

Саурос надулся: – Хмпф! Я это уже знаю! Безмолвная магия? Но с каких пор семья Бореас так легко опускает голову? Ты, мальчишка! Скажи мне. Сколько золотых монет ты хочешь? 5? 7? Мы будем давать тебе 10 золотых монет Асуры в месяц, чтобы ты обучал нашу Эрис своим техникам. Что скажешь?

Рудеус нахмурился: 'Этот человек привык добиваться своего либо силой, либо деньгами. Как отвратительно...'

– Лорд Саурос, я не могу принять это предложение.

– Хо? Разве 10 золотых монет в месяц недостаточно? Ты довольно прожорлив! – возразил лорд Фиттоа.

Ребенок покачал головой: – Дело не в этом. В первую очередь, я пришел сюда не за деньгами. Я согласился на эту должность только для того, чтобы учиться у учителя Гислен. Так что я недоволен не зарплатой.

– Тогда в чем проблема!? Неужели твои секреты настолько ценны!?

Рудеус пристально смотрел в глаза Сауроса, не выказывая ни малейшего признака страха или подобострастия.

– Когда я еще был в деревне Буэна, я уже обучил кое-кого своей технике Магического Меча. На самом деле, одна из моих амбиций заключается в том, чтобы мой стиль Магического Меча приобрел известность, равную или большую, чем три существующих стиля меча. Так что дело не в том, что я не хочу делиться тем, что знаю, а в том, что я не хочу учить Эрис!

Вышеупомянутая девушка указала обвиняющим пальцем на Рудеуса: – Видишь, как я тебе и говорила, дедушка! Он слишком высокомерный!

– Что ты сказал!? Что такого плохого в нашей Эрис!? Посмотри на нее! Посмотри, какая она милая! – защищался Саурос, жестикулируя на свою внучку.

– Лорд Саурос, позвольте спросить вас вот о чем. Если бы кто-то пришел к вам и потребовал купить Эрис, предложив вам большое количество золота. Вы бы сделали это? – Рудеус перевел вопрос обратно на него.

– Я бы собрал своих людей и зарубил этого наглеца! – лорд Фиттоа ответил без колебаний.

– Именно! Мой стиль Магического Меча – это то, в развитие чего я вложил всю душу. Это как мой ребенок, которого я кропотливо растил. Эрис хочет научиться ему, но она даже не проявила вежливости! Вместо этого она требует у меня, будто я ей обязан. Я боюсь, что в будущем, когда она научится моим техникам, она станет еще более властной и будет силой забирать то, что ей не принадлежит, только потому, что она богата и могущественна. Как я могу принять это? Это противоречит моей морали! – заявил Рудеус, решительно глядя в ответ.

Саурос не стал кричать на Рудеуса, как он ожидал. Вместо этого он на мгновение задумался над словами Рудеуса.

Он не всегда был лордом Фиттоа. Когда он был молод и имел лишь небольшое влияние, он также сталкивался с людьми, которые властно отбирали вещи у других, словно обычные бандиты. Но поскольку эти люди были лордами и леди из высшего эшелона аристократии, они могли легко избежать последствий.

Теперь, когда он стал лордом Фиттоа, он стал одним из тех людей, которые занимают столь высокое положение в знати, что ему мало что сходит с рук. Но, несмотря на то, что он был таким властным-громогласным, Саурос всегда напоминал себе, что нужно также быть и справедливым. Именно поэтому Фиттоа и Роа процветают по сей день.

Неужели он действительно хотел, чтобы Эрис выросла и стала одним из тех отбросов, которые полагаются только на происхождение своей семьи? Конечно же, нет! Поэтому слова Рудеуса показались ему очень логичными.

Саурос кивнул головой: – Хм, я понимаю, к чему ты клонишь. Эрис! Иди сюда!

Девушка моргнула, увидев, что Рудеусу каким-то образом удалось убедить и ее деда.

– Д-да, дедушка?

– Если ты чего-то хочешь, то проси об этом уважительно!

Она побледнела: – Что? Но ты же сказал, что заставишь его учить меня! Ты обещал!

Саурос оскалился: – Эрис!

Рыжеволосая леди Бореас нехотя надулась, но все же подчинилась. Ее дедушка был тем, кому даже она не могла отказать.

Эрис подошла к Рудеусу и недовольно посмотрела в сторону: – П-пожалуйста, научи меня своей магии!

– Разве можно так просить о чем-то? – рявкнул Саурос, сверкнув глазами.

– У-у-у-у... – Эрис надулась, а затем подняла руки к волосам и заплела их в косички.

– Рудеус, п-пожалуйста, научи Эрис своей магии, ня! – мило попросила она, подмигивая при этом.

Рудеус ошеломленно уставился на это зрелище, а бровь Эрис дернулась от его молчания.

'Едрен-батон. Эта семья реально странная...'

-----

На следующий день.

– Тебе не нужно учить меня языку и математике. Просто научи меня магии, – заявила Эрис.

Рудеус вздохнул, казалось, уже в десятый раз за этот день. Он принял предложение семьи Бореас обучать Эрис. У него было чувство, что в будущем он может пожалеть об этом решении, но ради того, чтобы научиться фехтованию у Гислен, он решил согласиться.

Хотя Эрис была очарована его стилем Магического Меча, ее совершенно не волновали два других предмета, которые он был нанят преподавать.

– Как я уже сказал, я не могу научить вас магии, если вы не знаете языка или математики! – повторил он.

– Ну почему не можешь!?

Рудеус достал учебник "Магия для чайников". Это была еще более базовая версия "Руководства по магии", которое он изучал, когда впервые учился магии в деревне Буэна.

– Если вы даже не можете читать магические книги, как вы собираетесь учиться магии? – спросил он.

Эрис скрестила руки, что, похоже, было ее стандартным положением для множества эмоциональных реакций, будь то гнев, разочарование, беспокойство или надменность.

– Тогда просто прочитай мне ее.

То, что она сказала, также имело смысл. Чтобы научиться магии, не обязательно уметь читать. По правде говоря, Рудеус мог просто прочитать ей учебник вслух, и это дало бы примерно тот же результат. Но поскольку леди тоже нужно было учить язык, он решил ее обмануть. Это была белая ложь, которая была взаимовыгодной.

Рудеус вздохнул и объяснил: – Магия так не работает. Хорошо, позвольте мне привести пример. Если бы вы хотели научиться фехтованию у Гислен, какой способ лучше всего для этого подходит?

Эрис задумалась на мгновение, прежде чем ответить: – Тренировка! Взять меч и махать!

– Верно. Но в магии все наоборот. Учиться магии, когда кто-то другой читает за тебя, все равно что учить фехтованию, просто рассказывая о нем. Это было бы не так эффективно.

Это был чистый софизм. Умный, но ложный аргумент с намерением обвести вокруг пальца. Кто-то другой мог бы подумать, что рассуждения не имеют смысла, и усомнится в логике высказывания, но Эрис была еще слишком наивна.

– У-у-у... – Она надулась. – Ладно. Но только достаточно, чтобы прочитать книгу! А мне не нужна математика, чтобы читать, верно?

Рудеус покачал головой.

– Математика еще более важна для изучения безмолвной магии. Как только вы начнете читать учебник, то поймете. На самом деле магия требует гораздо больше знаний, чем просто чтение слов и выделение маны. Это касается и безмолвной магии. Вы должны понимать фундаментальные принципы магии, теоретическую структуру заклинания, которое вы хотите произнести, а также его волшебные массивы. Все это требует математики для проведения необходимых расчетов.

В очередной раз Рудеус издевался сквозь зубы, используя сложный жаргон. Они с Сильфиеттой научились пользоваться безмолвной магией, чувствуя ману и визуализируя ее воздействие. Такие вещи, как магическая теория и структура заклинаний, были нужны только при изучении нового заклинания, а не для его безмолвного применения.

Эрис расширила глаза: – Чего, это звучит сложно...

Рудеус беспомощно пожал плечами: – Если вы хотите изучить Магический Меч, вам нужно изучить безмолвную магию. Если вы хотите научиться безмолвной магии, вам нужно изучать математику и магию. Если вы хотите научиться магии, вам нужно выучить язык. Вот как это работает.

Благородная девушка надулась, ей ни капли не понравилось его объяснение. Однако она была одержима стилем Магического Меча Рудеуса. Накануне вечером она не могла уснуть, потому что в голове у нее крутился образ Рудеуса, размахивающего мечом и выпускающего огненные волны. Ей так хотелось научиться делать то же самое, но она была разочарована, узнав, что для этого существуют такие строгие требования.

Однако ее решимость не ослабевала. Эрис была твердо намерена научиться высвобождать огонь из своего меча, что бы ей ни пришлось делать!

И вот начались их уроки языка и математики, к которым присоединилась и Гислен. Король Меча была такой же невеждой, как и ее ученица. Поэтому она выразила желание научиться читать и считать.

Рудеус был более чем счастлив научить ее, учитывая его восхищение зверодевушкой.

Прошел месяц с тех пор, как Рудеус взял на себя роль телохранителя Эрис и начал следовать за ней повсюду. Но так как он играл роль скрытого охранника, оправдание, которое они дали другим членам семьи Бореас, заключалось в том, что Эрис потребовала, чтобы Рудеус сопровождал ее повсюду. Имело ли это оправдание смысл? Не совсем. Но посмели ли слуги усомниться в этом? Нет.

Теперь, когда Рудеус служил телохранителем, пусть и скрытым, ему приходилось обращать внимание на некоторые вещи. Например, его одеяние. Он больше не носил грубую льняную одежду и кожаное пальто с меховой подкладкой, которое Зенит сшила ему на пятый день рождения. Вместо этого он носил аккуратную рубашку и брюки, подобающие слугам Бореасов, а также плащ с гербом рода Бореас.

Он следовал за Эрис повсюду, с утра, полудня и до вечера. Либо всегда рядом с ней, тихо и внимательно наблюдая, либо не более чем в одной комнате. Например, его комната была рядом с комнатой Эрис. И маленькая леди часто бесцеремонно вламывалась к нему посреди ночи.

Она вела себя вызывающе, когда он только начал работать ее телохранителем, считая, что ее насильно унизили, заставив вежливо и уважительно попросить его о наставничестве. Поэтому Эрис яростно сопротивлялась только ради своего личного маленького бунта. Однако, к несчастью для нее, насилие практически не действовало на более опытного Рудеуса.

В результате Рудеус стал проводить много времени рядом с Эрис, и ее необузданное, непослушное поведение было выставлено на всеобщее обозрение.

В некотором смысле Эрис была невероятной сексистской. Она не издевалась над своими слугами-женщинами, но иногда била слуг-мужчин или охранников, когда те были ей неприятны. Рудеус совсем не был рад видеть такое. Именно жестокость, а не сексизм.

Поскольку Рудеус уже решил научить Эрис магии, а заодно и своим уникальным безмолвным заклинаниям, он был твердо намерен исправить ее поведение. Рудеус понимал, что она вела себя так, потому что Саурос слишком баловал ее, и потому что не было никого, кто осмелился бы отругать ее и наказать. Поскольку он был более или менее незаменим для семьи Бореас, Рудеус взял на себя обязанность кнута без пряников.

В конце концов, в семье Бореасов должен быть хотя бы один ответственный взрослый.

Поначалу Эрис решительно сопротивлялась его попыткам читать ей нотации. Насилие казалось встроенным в нее по умолчанию. Однако Рудеус был более чем способен отбиться от ее диких, но все же слабых нападок. Видя, что сила не действует на Рудеуса, а Саурос также выразил свое одобрение его нравоучительным лекциям, Эрис не оставалось ничего другого, как убегать.

Но как она могла быть быстрее Рудеуса, который имел полный контроль над Боевой Аурой и большим арсеналом ускоряющих заклинаний?

Когда Рудеус неизбежно настигал убегающую Эрис, он ловил ее магией земли и читал ей нотации, а ей оставалось только покорно слушать.

Он пропагандировал основные жизненные уроки, которые должны были преподать ее родители, пренебрегавшие привитием основных социальных навыков и здравого смысла. Такие вещи, как хорошие манеры, уважение, если хочешь, чтобы тебя уважали в ответ, ответственность за свои поступки и благодарность родителям и тем, кто сделал для нее добро.

Поэтому, помимо обучения девочки языку, математике и магии, Рудеус также взял на себя роль профессора морали и этики.

Для Эрис, хотя она и уважала силу Рудеуса и восхищалась его Магическим Мечом, он также был ее самой большой слабостью, поскольку она не могла сравниться с Рудеусом физически и не могла заставить свою семью вмешаться. Гислен было по барабану, поэтому только Рудеус мог заставить ее подчиниться.

Несмотря на то, что Рудеус видел, как его нотации входят в одно ухо Эрис и выходят из другого, он верил, что, поскольку Эрис еще молода, то рано или поздно поймет ошибку своего пути. В конце концов, прошел всего лишь месяц. А если бы лекции продолжались два года или три? Это бы точно возымело эффект.

С другой стороны, их уроки языка и математики проходили гораздо труднее, чем его попытки научить девочку сопереживанию. Эрис очень медленно воспринимала его уроки. Это не означало, что она была глупой или пустоголовой. Просто девочка практически не проявляла интереса к изучению языка и математики.

До Рудеуса единственным словом, которое она умела читать и писать, было ее собственное имя. Ей потребовалась целая неделя, чтобы освоить алфавит человеческого языка. Для девятилетнего ребенка это было просто неприемлемо. Даже Сильфиетта, у которой не было и толики ресурсов Эрис, умела читать и писать уже в пять лет. Рудеус не думал, что Эрис была настолько глупа. Скорее, он считал, что это потому, что у нее плохое отношение к учебе и нехватка дисциплины.

Уроки математики Эрис обычно проходили так:

– Сколько будет 2 + 3?

– 8!

– ...Почему вы так уверенно ошибаетесь?

– Если я говорю, что 2 + 3 равно 8, значит, это 8!

С другой стороны, Гислен была ее полной противоположностью. Она добросовестно посещала уроки языка и математики Рудеуса, но в ее голове действительно были только мускулы, как и описывал ее Пол. Когда дело доходило до физических упражнений, таких как фехтование, Гислен была гением. Но что касается письма и математики, она училась очень медленно.

Но прогресс все же был достигнут, и Рудеус решил вознаградить Эрис, научив их обеих толике магии.

– Пусть великая защита огня будет на том месте, которое ты ищешь. Я призываю могучий жар факела здесь и сейчас. Огненный шар!

Перед вытянутой ладонью Эрис материализовался огненный шар размером с ладонь. Ее лицо мгновенно просветлело, и она сияла от результата. Это была ее десятая попытка, и заклинание наконец-то сработало.

Увидев счастливое выражение ее лица, Рудеус тоже почувствовал себя довольно тепло. Наверное, такое удовлетворение испытывают прилежные учителя, которым удалось обучить провинившегося ученика, который наконец-то взял себя в руки и хорошо сдал экзамен.

– Теперь мне просто нужно уметь метать огненный шар с мечом, как Рудеус! – взволнованно воскликнула она.

– Сначала научитесь считать 2 + 3

В то время как Эрис и Гислен потратили много времени на изучение языка и математики, Рудеус увидел, что его мастерство фехтования улучшилось в разы под руководством Гислен. После долгих лет ужасного обучения у Пола, получение правильного руководства, которое не сводилось к "делай вот так вот", показалось Рудеусу чем-то вроде очков, которые ему наконец-то дали после того, как он всю жизнь смотрел на размытый мир.

Гислен смогла выразить словами то, что он инстинктивно делал с тех пор, как впервые взял в руки меч, и усовершенствовать это еще больше. Она не только усовершенствовала его технику Бога Меча, которая имела несколько недостатков, поскольку большая ее часть была выучена самостоятельно, наблюдая за Полом, Гислен смогла научить Рудеуса сражаться.

Что это значило – научиться сражаться? Это не относилось к тому, как правильно махать мечом или как двигать ногами. Речь шла о различных факторах, необходимых для борьбы с противником равного или более высокого уровня мастерства. Такие вещи, как чтение движений противника, измерение расстояния и позиционирование, использование финтов и приемов для проверки реакции противника и т.д.

Только объединив все эти навыки, можно было эффективно и продуктивно использовать их технику.

Рудеус был знаком с этими навыками с самого начала, поскольку они применялись и в футболе, которым он профессионально занимался. Но все же существовала фундаментальная разница между тем, чтобы выполнять их в игре в футбол, и тем, чтобы делать это против врага с мечом, который без колебаний разрубит тебя им.

Рудеус также начал изучать техники Бога Меча Святого ранга у Гислен. На этом уровне было всего несколько техник, в отличие от предыдущих уровней. Например, существовало десять различных Продвинутых техник Бога Меча, пятнадцать Средних техник и еще больше техник для начинающих. Но техник Бога Меча Святого ранга было всего четыре.

Из объяснений Гислен, эти четыре техники были тем, к чему в основном можно было свести стиль Бога Меча. По сути, он включал в себя все техники Продвинутого уровня и ниже. Затем эти четыре техники можно было объединить в три техники ранга Короля, затем в две техники ранга Императора и, наконец, в одну технику ранга Бога, которая и составляла суть всего стиля Бога Меча.

Только объединив все четыре эти техники Святого Ранга в одну, человек мог достичь Божественного ранга в стиле Бога Меча. Это звучало просто, но на деле было невыполнимо.

Четыре техники Святого Меча представляли четыре аспекта стиля Бога Меча: Скорость, Сила, Непредсказуемость и Контроль. Однако эти аспекты также противоречили друг другу.

Например, Сила означала использование грубой силы для пробивания защиты противника. Техника Сен-ран называлась "Меч, рассекающий землю". Пользователь должен был вложить всю свою силу в один взмах, который теоретически мог рассечь землю.

Контроль напротив, представлял собой тонкость и точность. Это была не самая быстрая и не самая сильная техника, но самая точная. Самой явной техникой Контроля был "Бесшовный меч" – техника, воплощающая совершенство владения фехтовальщиком ограниченными возможностями своей силы, не имеющая недостатков в исполнении.

Но как объединить дикую силу и тонкий контроль? Эти два понятия в корне противоречат друг другу.

Гислен сказала Рудеусу, чтобы он не беспокоился об этом. Когда он достигнет определенного уровня в освоении стиля Бога Меча, он начнет понимать всю глубину его техник. Попытка подражать Богу Меча в слиянии всех четырех аспектов стиля Бога Меча приведет лишь к тому, что он запутается и испортит свои нынешние основы.

Она также объяснила, что техника ранга Короля, которую она продемонстрировала во время их спарринга, "Звуковой меч", представляет собой слияние скорости и силы.

Однако сейчас ему нужно было сосредоточиться на освоении четырех техник Бога Меча Святого ранга, прежде чем начать думать о том, как объединить их вместе.

Пока Рудеус учился у Гислен, он также помогал ей обучать Эрис владению мечом, поскольку был известен слугам как нанятый в качестве партнера Эрис по тренировкам. А также потому, что Гислен хотела, чтобы Эрис научилась сражаться в стиле Бога Воды и Бога Севера.

Гислен не была знакома с техниками стиля Бога Воды и Бога Севера, поэтому только Рудеус мог быть эффективным партнером по тренировкам для Эрис.

Как и Гислен, Рудеус умел контролировать свою Боевую Ауру и мог снизить ее до минимума. Но он не использовал ее при обучении Эрис.

Это было потому, что уровень его мастерства владения мечом был намного выше, чем у Эрис, и у него также было гораздо больше опыта сражений на мечах. Не просто спарринги, а настоящие смертельные битвы, которые отточили его инстинкты настолько, что никакие спарринги не смогли бы помочь.

Изначально Гислен хотела, чтобы Рудеус также обучил Эрис стилю Бога Воды и Бога Севера. Но оба быстро пришли к выводу, что она не обладает талантом для этих двух стилей меча. Стиль Бога Воды требовал от человека терпения и тактики, а Бог Севера – адаптивности и хитрости. Эрис же была прямолинейна и воинственна, поэтому Бог Меча подходил ей как нельзя лучше.

Однако Эрис все еще была очень талантлива в фехтовании. Хотя она и не достигла того заоблачного уровня, на каком был Рудеус, она училась очень быстро и с легкостью схватывала приемы. Девушка уже была более чем на пол пути к достижению ранга новичка в стиле Бога Севера и Бога Воды.

'Если бы только она проявляла такой же энтузиазм во время других моих уроков...', – размышлял Рудеус.

– Я БОЛЬШЕ ЭТОГО НЕ ВЫНЕСУ!!! – Эрис внезапно закричала посреди урока математики, привлекая взгляд Рудеуса и Гислен.

Он посмотрел на нее и вздохнул. Она взорвалась, как он и предполагал. Ради изучения безмолвной магии Эрис потратила больше времени, чем когда-либо в своей жизни, на изучение языка и математики. Филипп был очень рад этому и горячо хвалил Рудеуса. Однако в последнее время она стала гораздо более суетливой и беспокойной на уроках.

Именно потому, что она упорно трудилась, чтобы научиться читать слова в магической книге, а также базовой арифметике, чтобы освоить безмолвную магию, она сейчас чувствовала себя вымотанной.

Если бы она могла выплеснуть свое разочарование, избив Рудеуса, все было бы не так плохо. Но поскольку Рудеус всегда легко одолевал ее во время драк, ее разочарование бурлило слишком долго, и наконец выплеснулось наружу.

Рудеус посмотрел на нее на мгновение, а затем кивнул: – Хорошо. Давайте сделаем перерыв.

– Твои перерывы – это ложь! Всего 10 минут, и я должна снова начать заниматься! – крикнула она.

Он покачал головой: – Нет, давайте отдохнем по-настоящему. Завтра мы проведем день за пределами поместья. Никакой учебы, никаких тренировок. Что скажешь?

Ее широко раскрытые глаза засветились: – Правда? Ты серьезно? Рудеус не может мне лгать! Даже если я не смогу победить тебя, я все равно подложу жуков в твою еду!

– Не стоит так быстро прибегать к биологической войне. И да, я не лгу. Завтра я попрошу у вашего отца разрешения вывезти вас из поместья. Разрешит он это или нет, это уже другая проблема.

– Он разрешит! Он точно разрешит! У-у-у, я не могу больше учиться с такими мыслями. Пойдем спросим его прямо сейчас!

Эрис схватила Рудеуса за руку и потащила его прочь, не давая возможности для сопротивления. Видя, как она счастлива, Рудеус не стал возражать. Она очень много работала, и ее расписание было заполнено до отказа. Всего у нее было шесть предметов: язык, математика, магия, история, владение мечом и этикет.

А поскольку ее образование в области языка и математики только начало продвигаться с приходом Рудеуса, ей нужно было многое наверстать. В результате у девушки почти не оставалось времени на досуг.

Поэтому Рудеус решил, что ей тоже нужен заслуженный отдых.

Убедить Филиппа было несложно. В первую очередь он был слаб к своей дочери. А под защитой Гислен и Рудеуса она была бы самой "неприступной" девятилетней девочкой в королевстве Асура.

– Хорошо, я договорюсь с Томасом об отпуске для Эрис. А вы, дети, идите пока развлекайтесь, – Филипп легко дал свое разрешение и даже дал дочери деньги на карманные расходы.

...

На следующее утро Рудеус и Эрис собрались у ворот поместья, ожидая Гислен. Эрис ждала с нетерпением, ее ноги возбужденно постукивали, как у щенка, ожидающего лакомства.

– У-у-у, почему Гислен так долго? Каждая потерянная здесь минута – это минута, которую мы можем провести на улице!

– Хм, а сколько минут в часе? – Рудеус воспользовался этой возможностью, чтобы расспросить ее.

Она задумалась на мгновение, прежде чем ответить нерешительно: – ...60?

– О! Это правильно! Хорошая работа, леди Эрис, – Рудеус хлопнул в ладоши.

Она гордо ухмыльнулась и наклонила голову: – Хмпф, я тоже умная! И я говорила Рудеусу, чтобы он перестал называть меня леди Эрис, не так ли?

– Я ваш телохранитель, леди Эрис, и обязан соблюдать формальности, – ответил Рудеус.

– Хм, тогда сегодня ты не мой телохранитель! Сегодня ты просто Рудеус, а я просто Эрис!

Он поднял бровь и усмехнулся над ее логикой: – Ладно-ладно, я понял... Эрис.

Она ярко улыбнулась, что было странно для Рудеуса, потому что его первое впечатление о ней было как о злой, грубой и неуважительной соплячке. Теперь же его мнение на ее счет значительно смягчилось. Под ее непокорной и буйной внешностью скрывался ребенок, который просто хотел веселиться и быть таким как все. Ее благородный статус был более обременяющим, чем можно было предположить, наблюдая со стороны.

– Хе-хе, Рудеус! – хихикнула она.

Из дома внезапно вышел дворецкий Томас и подошел к ним.

– Леди Эрис, Гислен отозвали по срочным делам. Она не сможет присоединиться к вам в прогулке. Молодой господин Филипп дал свое согласие на то, чтобы вы могли пойти с Рудеусом. Он знает, с каким нетерпением вы ждали этого выходного дня, поэтому не хочет заставлять вас ждать.

Рудеус наклонил голову: – Правда? Хм, я буду с ней начеку.

Дворецкий улыбнулся: – Все в порядке. Молодой господин Филипп уверен в способности Рудеуса защитить леди Эрис. В конце концов, ты тоже телохранитель, и в Роа нет никого, кто мог бы тебе угрожать.

Мальчик прищурил бровь: – Ясно... но я думаю, что лучше перебдеть чем недобдеть.

– Все в порядке, Рудеус! Давай, пойдем уже! – взмолилась Эрис, потянув Рудеуса за руку в сторону ворот. Она не хотела больше терять времени, до смерти желая покинуть особняк. Даже ей редко удавалось выйти за пределы поместья Бореас без стражников, следующих за ней со всех сторон. Целый день в сопровождении одного лишь Рудеуса показался ей идеальным.

Рудеус задумался на мгновение: 'Ну, даже если возникнут какие-то проблемы, я должен быть в состоянии с ними справиться. То, что сказал Томас, имеет смысл. Роа – столица Фиттоа, какая может быть реальная опасность, таящаяся вокруг?'

– Ладно, хорошо. Но ты должна пообещать, что будешь оставаться рядом со мной все время. Никаких побегов без предупреждения. Даже если ты пойдешь в туалет, я пойду с тобой.

– Что, хочешь сходить со мной в туалет? Рудеус, ты извращенец! – поддразнила Эрис.

– Это не... уф, забудь. Пойдем, – Рудеус сдался и позволил Эрис потянуть себя за собой.

Томас помахал им на прощание с улыбкой, от которой незаметно для них веяло злым умыслом: – Счастливого пути, леди Эрис.

-----

(От лица Рудеуса)

– Посмотри туда! Цыплята! – воскликнула Эрис, потянув меня за руку.

Я беспомощно позволил тащить себя за собой, благодарный за то, что она хотя бы послушалась моих указаний всегда оставаться рядом.

Я не мог не вспомнить еще раз о том, под какой гиперопекой была эта девочка, чтобы даже увлечься такой обыденной вещью, как цыплята. Конечно, она наслаждалась вкусной едой и спала в теплой постели, не беспокоясь о средствах к существованию на следующий день, в окружении любящей семьи, которая слишком сильно заботилась о ней. Но в обмен на этот комфорт и роскошь Эрис никогда не узнает, каково это – жить обычной жизнью, обычным ребенком без ожиданий знати, которые ложатся на ее плечи.

За то короткое время, что я прожил в поместье Бореас, я узнал, что Эрис была единственным ребенком. У нее не было ни братьев и сестер, с которыми она могла бы играть, ни возможности общаться с детьми своего возраста. Говоря прямо, у надменной благородной девушки не было друзей. Стоило ей покинуть поместье, как Эрис окружали слуги и стражники. С детства ее единственными друзьями по играм были слуги и горничные, нанятые ее семьей.

У нее не было того, что большинство людей посчитали бы нормальным детством. Она так и не научилась общаться с людьми своего возраста и не приобрела необходимых социальных навыков, необходимых для нормального функционирования в обществе. Ведь зачем маленькой благородной девочке, которой давали все что ей ни захочется и оберегали как зеницу ока, учиться социальным навыкам? Потому неудивительно, почему она оказалась такой, какой являлась.

Хотя многие могли бы позавидовать ее роскошному образу жизни, когда слуги и горничные заботились о каждой ее прихоти, я на самом деле испытывал к девушке некоторую жалость. Всего через несколько недель наблюдения за ней и ее жизнью я начал понимать, почему она так грубо себя ведет. Я никогда не был детским психологом, но даже я мог сказать, что в такой обстановке даже самый воспитанный ребенок может перенять некоторые странности в поведении.

Это было действительно то, что люди называют "проблемами первого мира". Конечно, ее участь не могла сравниться с голодающими сиротами или рабами, проданными в рабство. Но почему нужно было сравнивать страдания и лишения? То, что одна сторона объективно страдала больше, не отменяет негативного опыта другой.

И через несколько лет, когда я уеду, чтобы продолжить жизнь, полную романтики приключений, она все еще будет сидеть в птичьей клетке, запертая в оковах родословной и ожиданий. Конечно, в позолоченной, но все же клетке. Какая досада.

– Ты меня слушаешь!? – Эрис замахнулась на меня кулаком, от которого я на автомате уклонился.

– Вижу. Цыплята. Это место скучное. Пойдем посмотрим что-нибудь другое, – предложил я. Мы были на обычных рынках города, где торговцы продавали свой хабар, коробейники –свои безделушки, а бакалейщики – продовольствие всякое. Бакалеи? Что это вообще за слово? В любом случае, для меня здесь не было ничего интересного. Меня затащила сюда только своенравность Эрис.

– Тогда куда ты хочешь пойти? – спросила маленькая леди. Если бы это было всего месяц назад, она, вероятно, закатила бы истерику из-за подобного неподчинения.

Я усмехнулся: – Я слышал, что на рынке есть секция под названием "Переулок авантюристов". Там продаются вещи для искателей приключений – оружие, доспехи, зелья. Ну, знаешь, то, что нужно авантюристам.

Ее глаза расширились от услышанного: – Ты сделаешь меня авантюристкой. Давай, пошли!

Мы покинули обычные рынки и отправились на гораздо более специализированную торговую улицу, так называемый Переулок авантюристов. Здесь пешеходы были явно другой породы. Бойцы в доспехах и с оружием, маги в мантиях и с посохами – все это было обычным явлением среди тех, кто делал здесь покупки.

В конце оживленной улицы стояло большое здание, которое возвышалось на четыре этажа над остальными одноэтажными домами вокруг. Даже издалека я мог видеть большую вывеску с надписью "Гильдия авантюристов".

Я видел, как блестели глаза Эрис при виде этого зрелища. Она потянула меня в ближайший оружейный магазин, хотя, честно говоря, я не так горел энтузиазмом, как она.

Если это вообще было возможно, ее глаза засияли еще больше, когда она увидела все выставленные мечи, сабли, булавы и копья в оружейной лавке.

Хозяин магазина увидел, что мы вошли в его лавку, и махнул нам рукой, чтобы мы зашли. Он был мускулистым мужчиной, с мощными руками, покрытыми шрамами. Он не выглядел посторонним в бою. Хозяин магазина улыбнулся, увидев наше нескрываемое волнение. Казалось, он привык к тому, что дети с восторгом рассматривают его товары.

Эрис сразу же взяла самый большой и впечатляющий на вид меч. Это была огромная вещь, около 2 метров в длину, и выглядела она так, словно выплавлена из одного массивного куска железа.

Девочка положила свои маленькие ручки на массивное лезвие гигантского меча, такого широкого и толстого, что Эрис едва смогла обхватить его руками, когда попыталась обнять клинок. Она хмыкнула и попыталась поднять его с постамента, на котором стоял гигантский клинок, и смогла лишь слегка сдвинуть его, прежде чем лавочник подбежал, чтобы поддержать его, и не повалить на девушку.

– Эй, девочка, осторожнее. Это тяжелый меч. 300 килограмм чистого холодного железа. Он тебя раздавит, если ты его уронишь, – сказал он.

Эрис воскликнула: – 300 килограмм!? Это... Рудеус, какой же он тяжелый?

Я усмехнулся: – Примерно такой же, как лошадь.

Она прокричала пуще прежнего: – Что! Кто вообще может размахивать мечом, тяжелым, как лошадь?

Владелец магазина рассмеялся: – Ее зовут Королева Тиранов, и она была сделана только в качестве новинки. Я бы сказал, что только очень-очень сильные мечники ранга Короля достаточно сильны, чтобы владеть ею должным образом. Но даже тогда они не стали бы использовать в качестве оружия что-то столь громоздкое, как это. Хотя были люди, которые пытались. Всегда найдется какой-нибудь тупица, который придет сюда, думая, что он самый сильный человек в мире. Пытается замахнуться ею один раз и – хруст! Вывих плеча от одного взмаха.

Эрис с изумлением смотрела на меч, который был опаснее ее даже без владельца.

– Однажды я стану достаточно сильной, приду сюда и взмахну этим мечом...

Владелец магазина оказался добродушным человеком, который посмеялся над обещанием, которое она дала себе: – Она будет ждать вас здесь, леди.

Я покачал головой на ее замечание. Она была практиком стиля Бога Меча, который ставил скорость превыше всего. Зачем ей вообще нужен тяжелый меч?

Я проигнорировал огромный, громоздкий меч и просмотрел мечи более удобного для меня размера. Я не очень хорошо знал металлургию этого мира, и многие мечи имели ярлыки с непонятными мне словами, такими как "холодное железо" или "драконья сталь". Если бы я не знал, что драконы действительно существуют в этом мире, я мог бы подумать, что это средневековая форма ложной рекламы.

Затем я заметил элегантный длинный меч с голубым кристаллом, встроенным в рукоять, как у моего собственного Синего Клыка. Серебристое лезвие украшала золотая отделка, а на крестовине были выбиты стилистические узоры.

– Дядя, это магический меч? – спросил я у продавца, который повернулся в мою сторону.

– Да. У тебя глаз наметан. Это единственный волшебный меч, который есть в моей лавке, – его взгляд упал на мою талию, где лежал мой собственный волшебный меч. – Вижу, у тебя есть такой же. Но, честно говоря, он немного грубоват по сравнению с тем, что у меня здесь.

Он подошел и снял волшебный меч с витрины, а затем наклонился и показал его мне.

– Видишь здесь? – Он указал на крестовину, – в ней есть магические массивы, которые усиливают магию заклинателя. Правильно говоря, он удваивает эффективность магии воды.

Теперь, когда я присмотрелся к рукояти и ее кристаллу, я смог определить магические массивы, о которых он говорил. Я не был знаком с магическими кругами и чарами, которые были целой дисциплиной, которую Рокси тоже едва знала, но я мог сказать, что он говорил правду.

Я заметил элегантный длинный меч с голубым кристаллом, встроенным в рукоять, как у моего собственного Синего Клыка. Серебристое лезвие украшала золотая отделка, а на крестовине были выбиты стилистические узоры.

– Дядя, это магический меч? – спросил я у продавца, который повернулся в мою сторону.

– Да. У тебя глаз наметан. Это единственный волшебный меч, который есть в моей лавке, – его взгляд упал на мою талию, где лежал мой собственный волшебный меч. – Вижу, у тебя есть такой же. Но, честно говоря, он немного грубоват по сравнению с тем, что у меня здесь.

Он подошел и снял волшебный меч с витрины, а затем наклонился и показал его мне.

– Видишь здесь? – Он указал на крестовину, – в ней есть магические массивы, которые усиливают магию заклинателя. Правильно говоря, он удваивает эффективность магии воды.

Теперь, когда я присмотрелся к рукояти и ее кристаллу, я смог определить магические массивы, о которых он говорил. Я не был знаком с магическими кругами и чарами, которые были целой дисциплиной, которую Рокси тоже едва знала, но я мог сказать, что он говорил правду.

Лавочник продолжал: – Магические мечи редки, поскольку фехтовальщики, использующие магию, тоже редки. И они предпочитают иметь два отдельных инструмента для боя и магии, потому что в любом случае они не будут одновременно махать мечом и колдовать. Кроме того, волшебные мечи, которые можно использовать и для того, и для другого, стоят дороже, чем два отдельных предмета.

– Сколько он стоит? – спросил я, жадно разглядывая меч. Он был значительно более высокого качества, чем мой меч. И хотя Синий Клык имел для меня большую сентиментальную ценность, в конце концов, мне нужно было его обновить, особенно теперь, когда у меня появился собственный доход.

Лавочник поднял два пальца: – 2 золотые монеты Асуры.

– Дорого! – Я указал на другие мечи: – Другие здесь не стоят и половины этой суммы!

Если бы это стоило денег, я бы даже не обратил внимания на ценник. Но, к сожалению, это не так. Функционально он работал достаточно хорошо для своей цели, позволяя фехтовальщику одновременно использовать магию и фехтование. Но с технической точки зрения, магический кристалл не обладал достаточными характеристиками. Даже магический кристалл Синего Клыка был на уровень выше.

У меня закралось подозрение, что чародей, зачаровавший крестовину, был не тем же человеком, что и кузнец, выточивший магический кристалл. Ни один стоящий маг не смог бы испортить этот меч таким некачественным магическим кристаллом.

Хотя меч был действительно более высокого качества, я не был экспертом в таких вопросах. Поэтому, пока я не смогу использовать его в бою, я не смогу сказать, насколько он лучше, чем Синий Клык. Кроме того, для высокопоставленных воинов качество оружия имело лишь второстепенное значение, ведь именно их боевая аура обеспечивала большую часть их убойной мощи.

– В конце концов, это единственный волшебный меч в моем магазине. Он стоит дороже, потому что очень редкий, – объяснил хозяин магазина.

Я беспомощно покачал головой. Неужели этот мужик не понимает основных принципов спроса и предложения? Если что-то редкое, это не значит, что оно должно стоить дороже, если спрос на него еще меньше. Судя по его телосложению и ауре, хозяин магазина, должно быть, бывший авантюрист, который ушел на пенсию, чтобы управлять оружейным магазином. Скорее всего, он не обладал большими знаниями в торговле, как большинство торговцев.

– Слушайте, этот магический кристалл – пустышка. Нет, правда, это мусор. Я готов заплатить за меч максимум 1 золотую монету, и то только за усиливающие магию чары на нем, – Я спорил, выдавливая из себя то немногое умение торговаться, которое во мне было.

Владелец магазина надулся, хотя это было скорее забавно, чем злобно.

– Вы не видели знак? – Он указал на деревянную табличку у входа в свой магазин, – Никаких переговоров. Так я всегда вел дела и так всегда буду вести. Проклятые авантюристы всегда пытаются торговаться за каждый медяк, потому что они всегда на грани банкротства, пытаясь финансировать свое снаряжение. Я не собираюсь возвращаться к такому образу жизни, никогда.

Я слегка нахмурился и на мгновение задумался, прежде чем мне пришла в голову идея.

– Как насчет этого? Я заплачу за него полторы золотых монеты, но вы можете оставить себе магический кристалл. Я принесу один из своих, а вы поможете мне извлечь и вставить новый в волшебный меч. Как ват такое?

Лавочник странно посмотрел на меня: – Парень, зачем тебе такой меч? И есть ли у тебя вообще при себе золотые монеты?

Я видел его сомнения и не винил его за это. В конце концов, я выглядел как глупый ребенок, а мужчина был достаточно добр, чтобы развлекать нас так долго. Более нетерпеливые люди могли бы прогнать нас, как только мы переступили порог их заведения.

Я взял свой мешочек для монет и достал из него две золотые монеты, одновременно сверкнув гербом Бореас на своем плаще: – Я работаю на семью Бореас. У меня есть монеты. Вопрос в том, будет ли у нас сделка?

Владелец магазина выглядел удивленным: – Такой ребенок, как ты, работает на семью Бореас? Ну, будь я проклят. Ладно. Мэр Филипп всегда был добр к нам, авантюристам. Я сохраню ему лицо и соглашусь. Полторы золотые монеты за меч и кузнечные услуги, верно? Не проблема.

Я усмехнулся удачно заключенной сделке: – Договорились! У меня сейчас нет с собой магического кристалла, так что придержите меч для меня. Я скоро вернусь!

Владелец магазина почесал голову, все еще немного не веря: – Ладно, парень. Не торопись.

Мне пришлось вытащить Эрис из магазина. Ей было слишком весело рассматривать различное оружие, а мне нужно было купить магический кристалл для волшебного меча. У меня оставалось 3 золотые монеты из моей зарплаты. Всего одной золотой монеты было достаточно, чтобы купить кристалл гораздо более высокого качества, чем тот, что был у меня сейчас в Синем Клыке.

Она засуетилась, но я пообещал, что мы вернемся, как только я получу нужный мне магический кристалл.

Мы нашли магазин, где продавались предметы, связанные с магией, и нашли приличный магический кристалл ровно за 1 золотую монету. У них было несколько штук в наличии, разных цветов. Цвет означал, для какой стихии он подходит. Тот, что достался мне, был темно-красного цвета, внутри кристаллизованной формы мерцал янтарь.

Мне сказали, что он был получен от монстра ранга А, младенца Огненного Вирма, поэтому его размер был небольшим. В противном случае магический кристалл из взрослого монстра ранга А стоил бы в десять раз дороже. Магические кристаллы лишь изредка образовывались в телах волшебных существ, живших в местах с высокой концентрацией маны. И даже тогда, чтобы найти такой кристалл, требовалась удача.

Чтобы показать, насколько они редки, я охотился на десятки монстров в окрестностях деревни Буэна и не нашел ни одного магического кристалла.

Купив необходимые компоненты, я вернулся к продавцу и отдал ему магический кристалл для дооснащения волшебного меча. Он принял его с удивленным вздохом от моей готовности раскошелиться, а затем сообщил, что на выполнение моего заказа потребуется некоторое время, так как у него есть другие заказы, которые он должен выполнить в первую очередь.

Я сказал ему, чтобы он отправил готовый продукт в поместье Бореас, и только тогда он получит полную оплату. Я не боялся, что он сбежит с моим магическим кристаллом, но это была просто формальность для таких сделок – платить только после получения готового продукта.

Он согласился, и мы продолжили наш поход по магазинам.

Следующей остановкой был магазин, где продавались доспехи. Поскольку я работал в качестве скрытого телохранителя, мне не нужна была такая показушная броня, которая могла бы выдать мою роль. Но не мешало бы взглянуть на имеющиеся товары, чтобы знать, когда они мне понадобятся в будущем. А Эрис с удовольствием рассматривала любые вещи, связанные с приключениями.

Доспехи обычно продавались по более высокой цене, чем оружие. Это объяснялось тем, что для ее изготовления требовалось больше материалов, а также тем, что никто не скупился на покупку предметов, которые потенциально могли спасти их жизни.

Чаще всего продавались обычные доспехи, в которые не были никак зачарованы. Само собой, не было ни одного доспеха нашего размера. Даже доспехи, предназначенные для гномов, были на размер больше, чем наши нынешние габариты.

Однако были редкие экземпляры с магическими чарами, которые продавались по заоблачно высоким ценам.

Лучшая работа, выставленная в магазине, представляла собой нагрудник синего цвета, на подкладках которого были выгравированы изящные узоры, обладающие леденящей душу мистической аурой. Судя по всему, на броне было постоянно активировано пассивное заклинание [Морозная броня]. Она не только могла свести на нет определенное количество урона, направленного на владельца, но и источала холодную ауру, которая замедляла движения врагов.

Владелец магазина представил доспехи как произведенные и зачарованные единственной и неповторимой мастерской магических инструментов Нерис, магической гильдией S ранга, которая была единственной на всем континенте. Подобные гильдии создавали и продавали что-либо только один раз в год, что также означало, что спрос на них абсолютно точно превышал предложение.

Он продавался по непомерно высокой цене – 860 золотых монет Асуры. Такова была цена большинства приключенческого снаряжения высшего уровня, которое могли позволить себе лишь несколько человек в Королевстве Асуры. Кроме того, за эти предметы могли побороться крупные дворянские семьи, обладающие наибольшей покупательной способностью, помимо королевской семьи.

Быстрый подсчет показал, что я не смогу позволить себе эти доспехи, даже если буду работать на семью Бореас в течение 10 лет. Если, конечно, я не дойду до ранга Короля и не смогу требовать более высокую зарплату.

Однако мое внимание привлекло нечто другое, выставленное в витрине. Это был предмет в форме тарелки, слегка вогнутый. Одна его сторона была отражающей, как тусклое зеркало, с магическим кругом, испещренным руническими знаками.

Заинтересовавшись, почему в магазине доспехов продается то, что выглядит как причудливая магическая пластина, я спросил об этом у продавца. В отличие от дружелюбного продавца оружия, служащий магазина доспехов был гораздо более нетерпелив с детьми и отвечал только короткими, отрывистыми фразами.

Мне все же удалось узнать, что пластина вовсе не была пластиной. Это была броня. Продавец объяснил, что это магический предмет под названием "Зеркало сердца". Он предназначался для размещения на левой стороне груди человека, под одеждой или другими доспехами. Его назначение - защищать сердце владельца, одно из наиболее часто поражаемых слабых мест человеческого тела.

Обычно его использовали для остановки стрел, но этот магический предмет также мог поглощать и отражать силу атаки. Правда, сделать это можно было только один раз, после чего требовалась перезарядка. Его можно было использовать второй раз, но после этого магический предмет отключался на неделю. И если попробовать использовать его в третий раз в течение периода восстановления, Зеркало Сердца полностью разрушится.

Владелец магазина представил этот предмет как сокровище, спасающее жизнь, и только недавно приобретенное у чародеев магической академии Раноа. За него просили 125 золотых монет. Эта цена почти что вдвое превышала мою годовую зарплату.

По какой-то причине у меня было странное чувство, что этот предмет будет очень-очень важен для меня. Однако, к сожалению, у меня не было достаточной суммы, чтобы приобрести этот предмет.

Эрис усмехнулась моему безвольному виду и предложила купить его для меня. С одним условием – отныне я должен стать ее лакеем. Я, конечно, сразу же отказался. Понимала ли она вообще, что из себя представляли 125 золотых монет? Годовые сбережения средней крестьянской семьи составляли всего ползолотой монеты, что равнялось 5 серебряным. Это означало, что та же крестьянская семья могла позволить себе эту нагрудную пластину только после накопления сбережений в течение 250 лет!

Даже для такой крупной знатной семьи, как Бореас, 125 золотых монет не были настолько мизерной суммой, чтобы они могли выложить ее только ради потакания прихотям своих отпрысков.

Очевидно, ее умственная арифметика была не слишком хороша, потому что то, что стоило всего 125 золотых монет, даже близко не подходило к той цене, за которую я готов был бы продать свою жизнь. Мне нужно было только добросовестно копить деньги в течение нескольких лет, прежде чем я смог позволить себе Зеркало Сердца.

Не говоря уже о 125 золотых монетах, даже если бы это было 1250 или 12500 золотых монет, это все равно не приблизилось бы к той ценности, которую я придавал своей жизни.

Но только потому, что это была Эрис. Если бы это предложение сделала учитель Гислен... я бы, возможно, серьезно задумался. Я бы не возражал, даже если бы мог стать лакеем учителя бесплатно.

С неохотой, но мне пришлось отказаться от волшебного предмета, к которому меня так необъяснимо влекло.

С неохотой, но мне пришлось отказаться от волшебного предмета, к которому меня так необъяснимо влекло.

– Куда мы пойдем дальше, Рудеус? Хочешь посмотреть на квартал красных фонарей? – спросила Эрис, когда мы вышли из магазина доспехов.

– ...Зачем мне туда идти? И откуда ты вообще узнала о таком месте! Ты вообще знаешь, что это такое? – Я выпалил в ответ, озадаченный тем, почему она вообще заговорила о чем-то подобном.

Она пожала плечами: – Я подслушала, как некоторые охранники говорили, что именно туда они обычно ходят в свои выходные, и что там всегда очень весело. Хочешь пойти?

– Уф, даже если бы я пошел туда, то не с тобой, – беспомощно ответил я.

Эрис выглядела оскорбленной моим ответом: – Что! Почему не со мной!?

Я оглядел ее детское тело с ног до головы, а затем закатил глаза: – Спроси меня еще раз через 10 лет.

Она надула щеки, став похожей на сердитого хомячка: – Хмпф! Тогда я просто пойду туда без тебя!

Я рассмеялся: – Если ты туда пойдешь, то страшные дяди могут тебя просто съесть.

– У-у-у!.. Не смотри на меня свысока, Рудеус, я сильная! – возразила она, демонстрируя свой бицепс и напрягая мышцы. Они были более подтянутыми, чем у большинства детей ее возраста, благодаря частым тренировкам с мечом под руководством Гислен, но все равно не могли сравниться с руками Короля Меча.

Ха, Эрис из тех людей, которые, если вы скажете ей не делать что-то, она захочет сделать это еще больше. Если я буду постоянно уговаривать ее не ходить в это непристойное место, она может однажды тайком выбраться из поместья и пойти туда одна. Уже зная ее некоторое время, я понимал, что именно так она и поступит.

– Хорошо, хорошо. Если ты когда-нибудь победишь меня в спарринге, я пойду туда с тобой... только не говори никому, что я это сказал, а то они могут неправильно понять.

Ее глаза сверкнули: – Победить Рудеуса в спарринге? Хе-хе, это было бы проще простого! Дай мне несколько месяцев, и я догоню тебя в мгновение ока!

Ах, это то, что называют бредом? Бедная девочка, в таком юном возрасте у нее уже развиваются психические отклонения.

Вдруг я почувствовал, что кто-то столкнулся со мной. В этом не было ничего странного, учитывая, что мы шли по оживленной улице. Но все же инстинктивно я переместил руку к поясу, чтобы проверить наличие мешочка с монетами. Однако я не почувствовал ничего, кроме пары обрезанных ниток, которые свободно свисали с моего пояса.

Бл*дь! Я, с*ка, так и знал! Перед тем как мы покинули поместье, мне сказали, что демонстрации герба Бореас более чем достаточно, чтобы отпугнуть любых карманников, но это была явно недостоверная информация.

Я тут же обернулся, чтобы поймать того, кто столкнулся со мной, но, не обратив внимания на внешность карманника, я понятия не имел, кого ищу.

Раздраженный, я повернулся к Эрис, чтобы предупредить ее о более надежном хранении кошелька: – Эй, я только что потерял свой денежный мешочек, тебе лучше...

Я замер. Громогласной маленькой дворянки нигде не было видно. Я начал паниковать, поворачивая голову вправо и влево, чтобы увидеть ее рыжие волосы. Однако ее нигде не было видно.

– Эрис! – позвал я, надеясь услышать ее детский голос в ответ на мой зов, но безуспешно.

Куда она подевалась? Я сказал ей не отходить от меня! И сразу после того, как меня тоже обокрали. Как только я на секунду отвел глаза... Подожди. Если только... это не было подстроено?

Одна только мысль об этом леденила мне кровь. В панике я направил ману в стопы и использовал [Земляной Рывок], чтобы подбросить себя высоко в воздух. Люди, находившиеся в непосредственной близости от меня, крикнули от неожиданности, но я был слишком взбешен, чтобы обращать внимание на такие пустяки.

С высоты около 10 метров в воздухе я сканировал толпу под собой, пытаясь разглядеть хотя бы проблеск красного среди немых оттенков коричневого и черного.

Я держался на плаву с помощью [Воздушного Шага], судорожно ища глазами, пока наконец не увидел вдалеке короткий проблеск знакомого рыжего цвета волос Эрис. Я не мог быть уверен, учитывая, как далеко они находились, но было похоже, что ее нес какой-то человек.

В моем сердце вспыхнул гнев: – Ублюдок! – выругался я, скрежеща зубами от ярости.

– ЭРИС! – крикнул я, используя на спине заклинание [Форсаж], вливая в него поток маны, в результате чего позади меня вырвался шлейф концентрированного пламени, больший, чем обычно.

Бум! Я полетел в сторону девушки, которую должен был защищать.

С моей точки обзора в воздухе я мог видеть, что похититель стремительно проносится по переулкам с Эрис, не шевелящейся на его плече.

Я влил больше маны в свои ноги и использовал [Воздушный Шаг], чтобы скорректировать траекторию, прежде чем стремительно спуститься, запустив себя вниз с помощью воздушной платформы.

Я рухнул на землю в укромном переулке, окруженном довольно высокими двухэтажными зданиями, подняв при падении облако пыли. Боевая Аура окутала мое тело и ноги, поэтому я ничего не почувствовал от падения с такой высоты.

Фигура остановилась, увидев мое появление, и я взглянул на него с убийственной яростью. Я чувствовал, как гнев, бушевавший во мне, искажает мое выражение лица, придавая ему жуткий вид.

Я вынул Синий Клык из ножен, пристегнутых к моему поясу, и направил его на него.

– Ублюдок! Отпусти ее! – крикнул я с намерением запугать, хотя, наверное, это звучало забавно с моим все еще подростковым, высоким голосом.

Теперь, когда я присмотрелся, я увидел, что человек, несший Эрис, был мужчиной средних лет. У него было длинное, похожее на лисье лицо с резкими чертами, узкими глазами, тонким носом и серебристо-голубыми волосами. На левой стороне его лица была татуировка в виде паутины. Он носил кожаные доспехи, которые были видны под его тяжелым плащом (Вспомните Гин Ичимару из Блича).

//П.П:

Но самое главное, я почувствовал исходящую от него ауру опасности. Такого давления я не ощущал даже от охранников продвинутого ранга, а значит, вполне вероятно, что этот человек был выше этого ранга.

Мужчина улыбнулся, его губы разошлись в улыбке, передающей извращенную злобу. Его лицо озарилось нескрываемым весельем.

– Ши-ши-ши, я не могу поверить, что ты действительно купился на такой простой трюк. Разве отвлечение внимания не является одним из основных принципов стиля Бога Севера? Ты же вроде бы Святой Севера, верно? Разве ты не должен знать что-то настолько простое? Ах да, ты же просто самозванец! Подделка! Ши-ши-ши-ши.

– Отвлечение внимания? – повторил я, когда пришло осознание. Черт, карманник, должно быть, был частью их плана! Он отвлек меня, и в этот момент Эрис похитили, потому что я не обратил внимания!

Но больше всего меня потрясло то, что похититель опознал во мне Святого Севера, о чем здесь, в Роа, должна была знать лишь горстка людей. И все же он осмелился похитить Эрис. Это могло означать только несколько вещей.

Либо он был достаточно уверен в себе, чтобы сбежать от Святого Севера, либо он был достаточно уверен в себе, чтобы победить его. Ни один из вариантов не казался идеальным.

– Как будто мне есть до этого дело. Опусти ее сейчас же. Я не буду просить трижды, – Я ответил враждебно, сохраняя образ холодного безразличия. Мои глаза холодно сверкали, пока я молниеносно высвобождал ману из своего тела. Сейчас было не время показывать слабость.

Мужчину, похоже, еще больше позабавило мое заявление, и он разразился жутким смехом.

– Ши-ши-ши-ши-ши!!! Похоже, информация того человека была верна. Ты действительно можешь использовать Боевую Ауру... Но ты еще слишком молод. Ты действительно думаешь, что поймал нас? Ты не подумал, что нашел меня слишком быстро? Неужели ты не понимаешь, что тебя привели сюда специально? Ты нашел меня только потому, что я позволил тебе найти меня!

Мы? Множественное местоимение насторожило меня. Внезапно слабый свист в воздухе заставил тревожные звоночки в моем сознании яростно заколотить. Я инстинктивно откатился в сторону, и в следующее мгновение четыре стрелы пролетели мимо меня и вонзились в землю там, где я стоял мгновение назад. Стрелы были достаточно быстрыми и успели зарыться в землю на половину своего древка.

Мои глаза расширились при виде этого зрелища. В эти стрелы определенно была влита мана. Подняв глаза, я увидел четырех лучников с натянутыми луками, стоявших на крыше двух зданий, между которыми находился переулок.

В то же время я увидел, что на другом конце переулка двое мужчин, которые только что вошли, перекрыв узкую дорожку.

Один из них был невысоким человеком, который держал в руках серп с цепью. Он был одет в плащ с капюшоном, который лишь частично скрывал его покрытое шрамами лицо. Другой мужчина был высоким и мускулистым варваром со зверским выражением лица и массивным молотом.

Я понимал, что меня просто глупо заманили в ловушку. И все же это была ловушка, в которую мне ничего не оставалось, как добровольно войти, ведь с ними была Эрис. Нападавших было семеро, и, скорее всего, все они могли использовать Боевую Ауру. Серьезно, не слишком ли это? Я всего лишь чертов ребенок!

– Никуда ты не сбежишь, парень, – шипел коротышка.

С другой стороны похититель бросил Эрис, как мешок с картошкой: – Какая потеря. Такой молодой Святой Севера сегодня умрет, – произнес он с жестокой ухмылкой, – какая потеря, – повторил он.

Я сузил глаза, внезапно почувствовав, что уровень угрозы, которую я ощущал от этого человека, резко возрос. Моя чувствительность к мане подсказывала мне, что мужчина начал покрывать свое тело Боевой Аурой, и ее было не мало.

Я угрожающе оскалил зубы. Мое внимание не было приковано ни к похитителю, ни к двум другим вооруженным людям с другой стороны, и уж точно не к четырем лучникам, нацелившим на меня свои стрелы. Вместо этого я смотрел на лежащую на земле Эрис без сознания. Моей целью не было убить этих врагов. Мне просто нужно благополучно сбежать с Эрис.

– ГИСЛЕН! – крикнул я, зная, что острое чувство слуха моего учителя позволит ей услышать его крик о помощи, пока она находится в Роа. Столкнувшись с такой угрозой, я надеялся только на ее вмешательство.

Похититель хихикнул в ответ, его смех прозвучал для моих ушей как гвозди на меловой доске: – Ши-ши-ши. Ты зовешь звероженщину? Если бы она была здесь, я бы не осмелился похитить девчонку. Черный волк мог бы убить меня без труда. К твоему несчастью, она не придет, как бы громко ты ни кричал. О ней... уже позаботились.

Моя ярость обострилась: – Ты!.. Что вы сделали с Гислен!?

Я был полностью окружен. Трое мужчин на земле и еще четверо на крышах. До сих пор я был уверен в своих силах, имея надежную поддержку в лице Гислен, которая, как я думал, сможет справиться с любой проблемой, с которой я не справлюсь. Но если то, что сказал этот человек, было правдой... Кук!

Похититель рассмеялся: – Тебе следует больше беспокоиться за себя, глупый мальчишка. Если бы мы были здесь только для того, чтобы похитить девушку, мы бы уже давно ушли. Однако... – он угрожающе ухмыльнулся, его узкие глаза слегка расширились, открыв небесно-голубые зрачки, в которых сверкало убийственное намерение.

– Сегодня ты не уйдешь отсюда живым, Святой Севера Нотос.

'Нотос? Он назвал меня Нотос? С какого перепугу он называет меня Нотосом?' – такие мысли проносились в моей голове, заполняя ее вопросами без ответов.

Мужчина продолжил, приняв позу с вытянутыми руками: – Запомни имя человека, который убьет тебя... Я – Святой Севера Каббала. Приятно было познакомиться... а теперь прощай!

– Сегодня ты не уйдешь отсюда живым, Святой Севера Нотос.

'Нотос? Он назвал меня Нотос? С какого перепугу он называет меня Нотосом?' – такие мысли проносились в моей голове, заполняя ее вопросами без ответов.

Мужчина продолжил, приняв позу с вытянутыми руками: – Запомни имя человека, который убьет тебя... Я – Святой Севера Каббала. Приятно было познакомиться... а теперь прощай. Ши-ши-ши!

Назвавшийся Каббала исчез из моего поля зрения, и в то же время я почувствовал, что в меня летят стрелы. Я уклонился от стрел, которые впились в стену рядом со мной, и обнаружил Каббалу, бегущего ко мне по стене под 90 градусов, словно бросая вызов гравитации.

Еще больше меня удивило то, что Каббала вытянул руку, и из браслета на его запястье вылетела тонкая, почти невидимая проволока. Проволока с крошечным наконечником в виде стрелы вылетела очень быстро и впилась в стену позади меня.

Затем Северный Король потянулся за тросом в мою сторону, еще больше увеличив скорость. Из предплечья его другой руки одновременно выдвинулось длинное лезвие.

Я приготовил Синий Клык, мана во мне бурлила, как волны во время шторма. Я уставился на Каббалу, который летел ко мне в очень знакомой позе: 'Что за, разве это не Человек Паук?'

Я выбросил эту мысль из головы, когда столкнулись наши клинки. Впервые с момента встречи с Гислен я был отброшен назад в состязании сил. Сила его меча была выше, и мой Синий Клык был практически отброшен в сторону под действием его импульса.

'Это... сила настоящего Святого ранга!' – с горечью подумал я, пытаясь восстановить равновесие. Прежде чем я успел контратаковать, я был вынужден уклониться, так как сзади в мою спину полетел серп. Серп промахнулся, но был оттянут назад прикрепленной к нему цепью.

– Ва-а-а-агх!!!

Сзади меня с боевым кличем выбежал высокий, мускулистый варвар, подняв боевой молот вертикально над собой.

Я еще раз перекатился с дороги, и головка молота обрушилась на то место, где я находился мгновение назад. Мощенная кирпичом земля, разлетелась на сотни мелких осколков от силы удара варвара.

Я сделал выпад вперед, чтобы ударить Синим Клыком по молотоборцу, но снова был вынужден взмахнуть мечом, чтобы отклонить стрелу. Затем мне пришлось наклониться вперед, чтобы Святой Севера Каббала не отрубил мне голову, но его удар все равно пришелся мне по спине.

Треск! Несмотря на то, что я поспешно переместил ножны, чтобы блокировать удар, меня все равно отбросило в сторону от силы удара, в котором содержались сила и мана настоящего мечника Святого ранга.

Я успел скоординировать себя в воздухе, глядя на сломанные ножны, которые теперь лежали на земле между мной и Каббалой. Без этих ножен, поглотивших удар Каббалы, я мог бы сломать ребро.

Это... это нехорошо. Я почувствовал, как холодный пот струится по моей спине. Я действительно могу умереть здесь.

На моих ладонях и стопах уже собралась масса маны, готовая в любой момент превратиться в заклинания.

"Неожиданность – Это твой козырь. Используй свою магию мудро во время битвы" – так сказала мне Гислен. Я все еще надеялся, что эти по убийцы, судя по тому, на что намекал Каббала своими словами, не знали о моем стиле Магического Меча.

– Ши-ши-ши. Я впечатлен. Правда. Я думал, что ты уже мертв. Но, по правде говоря, мне трудно поверить, что Черный Волк присвоила тебе титул Святого Севера. Она что, слепая? Ты явно еще не достиг уровня Святого. Поэтому я задаюсь вопросом... она действительно слепа? Или ты все еще прячешь что-то в рукаве? – Каббала говорил спокойно и неторопливо.

Мой взгляд стал еще холоднее, прежде чем я подпрыгнул вверх, чтобы избежать серпа, пронесшегося подо мной. Пока я еще находился в воздухе, Каббала бросился на меня, лезвие, выходящее из его предплечья, было нацелено мне в грудь. Он был не так быстр, как я привык сражаться с Гислен, но, в отличие от нее, каждое его действие было наполнено намерением лишить меня жизни.

Я блокировал удар Синим Клыком, но снова сила пронзающего лезвия противника заставила мои руки дрожать. Я отлетел в сторону, приземлившись на ноги, но одна из них тут же была обмотана цепью стоящего позади меня коротышки.

Варвар бросился на меня, замахнувшись своим молотом мне в голову. Цепь натянулась, и я потерял опору, но все же сумел поймать себя ладонью на земле и, вращая бедрами, как волчок, врезался ногами в руку молотоборца.

Цепь продолжали тянуть, а вместе с ней и меня. Я шлепнулся спиной на землю, и меня потащили к коротышке, который тянул цепь, а другой рукой угрожающе размахивал серпом.

– Твою мать! – я выругался, прежде чем перекатиться с пути серпа, брошенного в меня. Серп вонзился в землю, а мне удалось подтянуться и ухватиться за цепь, обмотанную вокруг моей ноги.

Надоедливая мелочь!

Я накачал руки маной и потянул. Однако положение, в котором я находился, ограничивало количество силы, которую я мог вложить в это действие, в то время как коротышка твердо стоял на ногах. Даже если я был физически сильнее этого человека, эта разница сводила на нет все мои преимущества. Коротышка не сдвинулся с места и даже медленно одолевал меня.

Тонкая нить пролетела мимо меня и глубоко вонзилась в землю передо мной. Волосы на моем затылке встали дыбом, и я тут же опустился на землю, когда Каббала, удерживаемый проволокой, пролетел мимо меня. Несколько прядей моих волос были срезаны его клинком, нацеленным на мою шею.

Я поднялся на ноги, поспешно убирая меч, чтобы защититься от Каббалы, который уже начал атаковать. Меня снова дернули за ногу, и я чуть не споткнулся, если бы незаметно не использовал магию Земли, чтобы проскользнуть по ней.

Я понимал, что до тех пор, пока ублюдок с цепным серпом будет продолжать вмешиваться, этот бой будет слишком трудно выиграть.

Если бы это была ситуация один на один с Святым Севера Каббалой, я мог бы просто сохранять плотную оборонительную позицию Бога Воды и в конечном итоге смог бы уничтожить его с помощью безмолвной магии, имеющейся в моем распоряжении. Однако из-за постоянного вмешательства лучников и двух других нападавших все мои усилия были сведены на нет. Я бы назвал командную работу этих убийц поистине восхитительной, если бы только не был на стороне противника.

Мне не нужно было побеждать Святого Севера Каббалу. Однако прежде чем я смогу сбежать с Эрис, нужно было уничтожить убийцу с цепным серпом и четырех лучников. Похоже, у них не было никакого желания похищать Эрис. Наоборот, им больше хотелось убить меня. Даже идиот мог понять, что это были убийцы, посланные лишить меня жизни.

Но почему? Почему у кого-то есть средства, чтобы нанять этих убийц, против меня? За 7 лет своей жизни я не мог припомнить, чтобы я кого-то обидел до такой степени, что тот пошел бы на такое.

Стоп. Нет смысла думать об этом сейчас. Сосредоточься на том, чтобы вытащить Эрис из этой смертельной ловушки! Думай, Рудеус, думай!

Как только я начну использовать стиль Магического Меча, я не смогу предсказать, как они отреагируют. Они могут сбежать, если убить меня покажется слишком сложным, но в то же время они, вероятно, могут использовать Эрис, чтобы заставить меня сдаться.

Если это произойдет, действительно ли я готов использовать свою жизнь, чтобы обменять ее на Эрис?..

Этот вопрос сильно тяготил мою совесть. Я не знал Эрис особенно хорошо. С момента нашего знакомства прошел всего месяц. Какую эмоциональную привязанность я мог испытывать к этой высокомерной и неуважительной девушке? И все же, если они здесь, чтобы убить меня, а Эрис в результате пострадает или погибнет, смогу ли я жить в ладу с собой?

Холодная, рациональная часть меня сказала "да" – я ничем ей не обязан. Моя жизнь была важнее всего остального. Но человеческая, эмоциональная часть меня не соглашалась. И я пришел к тому же выводу. Нет, я не смогу жить спокойно, если позволю невинному ребенку пострадать из-за собственного эгоизма, каким бы нелогичным было такое решение.

В этот момент, приняв решение, я придумал план. Даже если мне придется обменять свою жизнь на жизнь Эрис, это будет того стоить!

Мана хлынула из моей стопы, и заклинание [Земляной Рывок] бросило меня в сторону убийцы-коротышки с цепным серпом. [Земляной Рывок] было моим самым незаметным заклинанием, и если бы никто не знал о стиле Магического Меча, он не смог бы догадаться, что я использовал магию Земли, чтобы произвести такой эффект. А в сочетании с Боевой Аурой, которая усиливала мои физические способности до сверхчеловеческого уровня, я был быстрее даже Кабаллы Святого ранга.

Несмотря на необычность моего движения, цепной серповидный убийца все же успел среагировать на мое продвижение. Металлические звенья, составлявшие цепь, взвизгнули, вонзаясь в мое тело, которое я защищал своей Боевой Аурой. Удар, хотя и был резким и быстрым, не смог пробить защитный слой маны на моем торсе.

В меня полетела стрела, и я, стиснув зубы, приготовился к приближающейся боли. Я позволил стреле вонзиться в мою плоть, не обращая внимания на снаряд, чтобы продолжить свое продвижение к самому низкорослому убийце.

В глазах убийцы под плащом я увидел нотки паники, когда он яростно замахивался на меня серпом.

С холодным взглядом и стиснутыми зубами, я использовал Синий Клык, чтобы блокировать серп, прежде чем подойти на расстояние удара к пользователю цепного серпа.

Без колебаний. Ты вынудил меня к этому!

Я взмахнул клинком, демонстрируя технику Бога Меча, которая запечатлелась в моей мышечной памяти. Холодный край Синего Клыка вонзился в убийцу, рассекая плащ, доспехи, кожу, плоть и кости. В тот миг я подумал, что рассечение человека ничем не отличается от того же разрубания дикого зверя. В конце концов, все мы просто ходячие мешки с мясом.

Кровь брызнула из убийцы, заливая мою одежду и стену позади плотным слоем багровой жидкости.

Сегодня я впервые убил человека… и почувствовал, как что-то во мне изменилось навсегда.

Я взмахнул клинком, демонстрируя технику Бога Меча, которая запечатлелась в моей мышечной памяти. Холодный край Синего Клыка вонзился в убийцу, рассекая плащ, доспехи, кожу, плоть и кости. В тот миг я подумал, что рассечение человека ничем не отличается от того же разрубания дикого зверя. В конце концов, все мы просто ходячие мешки с мясом.

Кровь брызнула из убийцы, заливая мою одежду и стену позади плотным слоем багровой жидкости.

Сегодня я впервые убил человека. И что-то во мне изменилось навсегда.

– Бронн!!! – злобно зарычал громадный варвар, спутник человека, которого я убил. Его взгляд стал убийственным, а хватка на молоте все крепче. По всей поверхности кожи выступили бешеные вены. – Ты убил Бронна! Ублюдок! Размажу всмятку!!!

Я хмыкнул, потянувшись назад, и сломал деревянное древко стрелы, впившейся в мою спину. Я не мог пока вытащить наконечник стрелы, иначе могла бы хлынуть кровь. Боль была сильной, но все же терпимой. В меня никогда раньше не стреляли из лука, и я не хотел бы испытать это снова.

Святой Севера Каббала был гораздо более расчетливым в сражении. Я видел, как его глаза анализируют, пересматривают его первоначальную оценку уровня моей угрозы. Моя скорость, когда я бросился вперед, чтобы убить Бронна, обладателя цепного серпа, явно превышала те возможности, которые я демонстрировал до сих пор.

Он улыбнулся, что было совсем не похоже на прежнее извращенное веселье, которое он испытывал до этого.

– Ши-ши-ши, значит, ты скрывал свою истинную силу. Умно. Обмануть врагов ложным чувством своей беспомощности. Уважаю, – Каббала выпрямил спину, и мана, текущая по его венам, стала сильнее. Его взгляд, устремленный на меня, стал другим. Он стал холоднее и больше не таил в себе веселья.

– Я все еще переживал из-за того, что мне пришлось убить какого-то ребенка... но ты для меня больше не ребенок. Теперь ты убийца. Как воин, я признаю тебя, Святой Севера Нотос.

Святой Севера Каббала  начал движение. В два раза быстрее, чем раньше. Я едва успел поднять меч вверх, как его клинок столкнулся с моим. И снова я был отброшен назад от подавляющей силы его истинной мощи Святого ранга. Однако на этот раз его атаки уже не были такими одномерными.

Раньше он выполнял простые удары и выпады, к которым добавлялся браслет человека паука, который иногда вносил путаницу. Теперь же Каббала выполнял сложные приемы, сочетая финты и удары, которые скрывали его убийственное намерение.

Святой Севера Каббала больше не шутил и не комментировал. Он был сосредоточен, как человек, решивший убить другого. Все хитрые и обманчивые приемы Бога Севера были пущены в дело. Если бы я сам не был настолько искусен в этом стиле, то, возможно, не смог бы разглядеть его хитроумное владение мечом.

Хотя мне удавалось сохранять стойкую оборону Бога Воды, его клинок иногда проскальзывал сквозь щели и оставлял тонкие порезы и раны на моих руках и одну особенно глубокую на щеке, под левым глазом. Это были только те удары, которые я был вынужден пропускать, чтобы защититься от более опасных ударов, которые могли бы нанести мне смертельную травму.

Это было ясно видно. Меня медленно и неуклонно одолевали. Забудьте о контратаках, я не мог отступить ни на секунду, чтоб не лишиться головы.

Мне казалось, что я впервые ощутил реальную силу мечника Святого ранга, который всерьез пытался меня убить. Все мои предыдущие поединки с Гислен были против Короля Мечей, который показывал лишь 10, может быть, 20 процентов того, на что она действительно была способна. И я гордо называл себя Святым Севера, когда не мог справиться с настоящим Святым с помощью одного лишь мастерства владения мечом? Смех да и только.

Однако в то же время я чувствовал, что, скрещивая клинки с Каббалой, я многому научился. Возможно, это было связано с тем, что я знал, что один неверный шаг может привести к потере жизни, но участие в настоящем сражении на грани жизни и смерти сильно закалило мое боевое мастерство.

Я чувствовал, как колотится мое сердце и как адреналин бурлит в моих венах. Мои чувства обострились до такой степени, что мне казалось, будто я могу видеть движения врага передо мной еще до того, как он сделает шаг. Все лишние мысли были заглушены, и каждая йота моего внимания была направлена исключительно на то, чтобы остаться в живых.

Все, что я когда-либо узнавал о фехтовании, все те моменты, когда я взмахивал своим оружием – все это, казалось, было ради этого самого момента. Все до сих пор вело меня к этому бою, и этот бой должен был стать кульминацией всего моего обучения фехтованию.

Глубоко внутри я знал, что, хотя меня все еще оттесняют назад, разрыв между мной и Каббалой также постепенно сокращается. Если бы ставки не были так высоки, я, возможно, просто пожелал бы, чтобы эта битва продолжалась столько, сколько мне нужно.

– Ва-а-агх! – Массивный боевой молот внезапно врезался в стену рядом с моей головой и разбил ее на десятки острых осколков, которые, как шрапнель, взрывались повсюду. Мне пришлось закрыть глаза и отступать, терпя колющие атаки, что посыпались на меня.

Большой варвар взмахнул своим оружием и нанес новый удар. Он был медлителен. Боевая Аура переориентировала его ману на силу, а не на скорость.

Я оправился от неожиданной атаки и повернул свое тело, чтобы разрубить ногу грубияна. Мой меч пронзил его икры, выпустив брызги крови, но не был достаточно глубоким, чтобы разрубить кость. Его толстые мышцы не позволили мне сделать это. Я уже собирался продолжить и добить раненого молотоборца, но меня тут же прервали.

В следующее мгновение клинок Святого Севера Каббалы столкнулся с Синим Клыком, осыпав искрами поле боя. В тот же миг оба Святых Севера сцепились взглядами. Обычно узкие, раскосые глаза Каббалы были раскрыты, а его небесно-голубые зрачки наполнены убийственным намерением.

Затем я отклонился от нескольких стрел, выпущенных в меня, но был вынужден принять еще одну, которая попала в мое предплечье.

Черт возьми, как же больно!

Я использовал магию Земли, чтобы переместиться в сторону из зоны досягаемости Каббалы, пока вырывал стрелу, застрявшую в моем предплечье. Кровь брызнула наружу, и сильная, ослепляющая боль на мгновение затуманила мое зрение, прежде чем я заглушил ее теплым сиянием целительной магии. Открытая кровоточащая рана затянулась на моих глазах.

В следующий момент Каббала запустил в меня свои нити.

Я собрал все свои силы и сцепил клинки с убийцей: – Отвали Питер Паркер!

Он замахнулся назад с большей силой: – Кто такой Питер Паркер? Я же сказал тебе, меня зовут Каббала!

Внезапно Каббала поднял руку, чтобы расстегнуть свой плащ, и бросил его мне. Большая ширина плаща затемнила мое зрение, мешая видеть Святого Севера. Я удлинил режущую кромку Синего Клыка с помощью Боевой Ауры, пробив плащ и все, что могло скрываться за ним.

Плащ был разрезан пополам, но Каббалы уже нигде не было.

Инстинктивно я отклонился назад и успел поймать убийцу-Святого Севера, который появился позади, попытавшись разрубить меня напополам.

Кланг!

Особенно сильный удар отбросил меня в сторону, прежде чем нить пролетела мимо моей головы и вонзилась в стену рядом. Мои глаза расширились, когда Каббала рванул ко мне, его скорость усилилась благодаря проволоке, тянущей его и его убийственный клинок прямо на меня. Мои руки все еще онемели от силы его удара, и у меня не было времени защищаться. Я умру, если ничего не сделаю.

Сейчас!

Я активировал заклинание, которое приготовил и хранил во рту. В тот момент, когда Каббала собирался замахнуться своим клинком, я раскрыл губы и выпустил поток жидкого огня, направленный в лицо мужчины, заставая его врасплох.

Оранжевый, огненный отблеск пламени осветил тусклый переулок, и по нему внезапно прокатилась волна невыносимого жара.

– КЫАХ! – Святой Севера Каббала вскрикнул, то ли от боли, то ли от удивления, я не мог сказать, но я не собирался ждать и упускать эту возможность из своих рук.

– У*БОК! – закричал он, дико размахивая своим клинком в попытке отбиться от меня, пока его лицо горело. Я наступал, пользуясь моментом его замешательства. Теперь, когда я раскрыл все свои карты, пришло время действовать.

Свуш!

Из моей спины вырвался шлейф огня, а на Синий Клык была наложена мана зеленого цвета. Я рванул вперед и атаковал Каббалу, который все еще барахтался, держась за лицо и крича от боли.

Надо отдать должное этому человеку, потому что он все еще был в состоянии реагировать, несмотря на очевидную агонию. Его клинок перехватил Синий Клык, а затем он сделал акробатическое сальто, одновременно нанеся удар ногой.

Пригнувшись, я уклонился от удара. Мой низкий рост был преимуществом в такие моменты, хотя обычно он был недостатком. Короткие конечности означали меньшую досягаемость, а меньшая досягаемость означала, что меч противника достигнет моего тела раньше, чем мой достигнет его.

Одновременно были активированы заклинания [Ледяной Клинок] и [Лезвие Ветра], которые материализовали заклинания, в точности соответствующие своим названиям.

Каббала, который все еще был ослеплен моим первоначальным заклинанием Огня, бешено уклонялся, полагаясь на свой клинок у предплечья, блокируя и отклоняя все, что мог. Я мог сказать, что этот человек полагался сейчас на чистый инстинкт, чтобы остаться в строю.

Мана собралась в моем левом глазу, и мгновение спустя сфокусированный луч обжигающей магии Огня выстрелил и прожег торс Святого Севера. Продвинутая магия Огня [Палящий Луч] лишь едва задела левый бок убийцы, который смог почувствовать сильный жар на расстоянии и успел слегка отклониться в сторону. Но этого оказалось достаточно, чтобы мужчина издал крик боли и тут же отступил, перевязывая рану.

Вместо того чтобы погнаться за Каббалой или добить раненого грубияна, я развернулся и побежал к Эрис, которая все еще лежала без сознания на другой стороне переулка. Каким-то образом во время боя наши позиции поменялись местами, и я оказался на ближайшей к Эрис стороне.

Мана хлынула из меня. Тройной [Земляной Рывок] отбросил меня от дуэта, плюс [Каменный Столб] под Эрис. Каменная колонна выросла из-под земли, увлекая за собой Эрис. Я подпрыгнул в воздух с помощью [Земляного Рывка] и [Воздушного Шага] и подхватил ее на руки.

Держа на руках бессознательную Эрис, я чувствовал огромное сожаление. Она оказалась втянута в это только потому, что убийцы нацелились на меня. Если бы только я был сильнее... черт!

Я оглянулся и увидел четырех лучников, натягивающих свои луки. Я взмахнул рукой, и за моей спиной возник ледяной щит, поймавший четыре стрелы, выпущенные в меня.

Из моей спины снова вырвалось пламя [Форсажа], и я тут же рванул прочь от места происшествия. Единственной моей заботой было вернуть Эрис в безопасное место, в дом Бореас. Вторая моя задача – выпотрошить того, кто был ответственен за эту засаду.

И я знал, кто именно к этому причастен. Томас!

Северный Святой Каббала обхватил свое обожженное лицо и уставился на огненную полосу в небе, улетающую вдаль. Его рука дрожала, он все еще был в шоке от происходящего.

– Что это было, мать вашу!? Магия огня, льда, ветра, земли... это была безмолвная магия!? Святой Севера Нотос, он действительно хорошо скрывал свою силу... черт, как же больно!

Он не только провалил задание по убийству, но и позволил своей цели, семилетнему ребенку, сбежать! Если бы об этом стало известно, он стал бы посмешищем для всего преступного мира и гильдии убийц.

Вначале он не прилагал особых усилий, чтобы убить свою цель. Хотя он и был наемным убийцей, убийство детей было ему неприятней даже чем обычным убийцам и преступникам, с которыми он был связан.

Честно говоря, он был действительно впечатлен, когда скрестил клинки с этим ребенком. Он еще не достиг уровня фехтовальщика Святого ранга, но уже был в шаге от того, чтобы стать Святым. Мальчик достиг продвинутого ранга во всех трех стилях фехтования, и даже смог эффективно сочетать их, чтобы создать безупречный стиль боя.

Каббала действительно считал, что жалко убивать начинающего вундеркинда. Тем не менее, такая у него была работа.

Все изменилось, когда мальчик вдруг стал двигаться быстрее, чем раньше, и ни с того ни с сего убил его подчиненного Бронна. Ха! Какой умный мальчик, подумал про себя Каббала. Даже столкнувшись с, казалось бы, непреодолимыми трудностями, маленький Святой все же сумел сдержаться и скрыть свою истинную силу, внезапно взорвавшись, тем самым застав нападавших врасплох.

Таковы были руководящие принципы стиля Бога Севера – хитрость и уловки, победа любыми средствами. В этом смысле ребенок в полной мере воплощал сущность Святого Севера, даже если его техника еще не достигла этого ранга.

Он воин, а не ребенок. Каббала признал силу своей цели и, соответственно, настроил свои силы на то, чтобы идти до конца и убить его. Более не сдерживаясь, Каббала со всей силы набросился на Рудеуса и, конечно, одолел ребенка.

Но что в то же время потрясло Каббалу, так это то, что с каждым ударом меча, мастерство мальчика улучшалось. Разрыв между ними начал сокращаться, а Рудеус стал уклоняться, блокировать и отражать все больше и больше ударов Каббалы. Вундеркинд. Чудовищный вундеркинд. Честно говоря, это была пугающая мысль.

Как только человек достигал определенного уровня мастерства, улучшения во владении мечом становились лишь постепенными, в лучшем случае – редкими. Видя, как растет ребенок, как с каждым взмахом меча совершенствуется его техника... Каббала поверил в это, только потому, что видел все своими глазами.

Год, может быть, два. Так Каббала оценил, сколько времени понадобится Рудеусу, чтобы не только прочно войти в царство Святого ранга, но и стать одним из лучших мечников Святого ранга в округе. Если бы Каббала не получил контракт на убийство Рудеуса, он мог бы просто предложить взять его в ученики и привести парня к своему господину, Императору Севера.

Но потом, когда Каббала уже думал, что ничто не сможет удивить его еще больше, мальчик дыхнул ему в лицо огнем. И не просто обычный огонь. Это было настоящее магическое пламя, наполненное маной.

"Значит, он прятал магический предмет", – была вторая мысль Каббалы, после "АХ, черт возьми, жжет, горячо, больно, черт возьми!". Затем Рудеус начал применять многочисленные заклинания, все они активировались мгновенно и бесшумно, разрушая все предвзятые представления Каббалы о магии.

И теперь, когда мальчик сбежал, Каббала очень сожалел о том, что не пошел напролом и не убил его в самом начале боя. Но в то же время в нем был и крошечный намек на облегчение. Облегчение от того, что чудовищный вундеркинд не умер раньше времени, а также волнение от того, чего этот малчишка может достичь в будущем.

– Босс! Пойдемте за ним! Этот ублюдок убил Бронна!

Каббала проигнорировал слова другого своего подчиненного и достал стеклянную колбу, наполненную ярко-красной жидкостью. Он откупорил крышку и вылил раствор себе на лицо и туловище, шипя от боли, когда жидкость соприкоснулась с обожженной кожей.

Как только колба опустела, Каббала отшвырнул ее в сторону, разбив о землю. Он посмотрел на своего подчиненного, лицо которого быстро восстанавливалось под действием среднего целебного зелья. Он протянул подчиненному еще одну склянку, на этот раз с элементарным целебным зельем.

– Чейз? Ты что, идиот? Это был наш единственный шанс убить цель. Теперь, когда он сбежал, он точно вернется в поместье лорда, где, скорее всего, есть хренова тонна магических массивов и барьерной магии.

– Но нам нужно!..

Каббала заставил его замолчать, сверкнув глазами: – Что нам нужно, так это убираться из этого города. Стражники, которых мы подкупили раньше, не смогут долго сдерживать остальных. Если мы попадемся им на глаза, покинуть Роа станет намного сложнее.

Варвар нахмурился, выливая содержимое зелья на рану на икре: – А как же задание, босс?

Святой Севера отмахнулся от него: – Обстоятельства миссии были изменены. Предоставленная информация была неточной. Цель изменена на 'Требуется ранг Короля'. Обещанного золота недостаточно, чтобы мы могли пойти на убийство этого сопляка.

– Требуется ранг Короля? Этот сопляк ведь не так силен, как Король, верно?

– Придурок. Победить врага – это одно, а убить его – совсем другое. Это отродье может использовать безмолвную магию. Даже если он не сможет победить, он сможет легко убежать. Нам нужен убийца ранга Короля, чтобы гарантировать его убийство. И не говоря уже о том, что после этой неудачной попытки Черный Волк будет начеку. Она сильна даже среди Королей. Эта миссия не стоит такой суеты.

Каббала присвистнул и жестом указал на четырех лучников на крышах домов, которые ждали его приказа. Они кивнули в ответ на невысказанный приказ и бросились прочь.

– Давай, валим отсюда. Этот бардак больше не наша проблема... и прихватите с собой Бронна. Мы не позволим им осквернить его тело.

– ...Понял, босс.

.....

Рудеус приземлился во дворе поместья Бореас, едва не споткнувшиь, как только коснулся земли. Его раны не были серьезными, но он все еще потерял много крови, и ему еще предстояло вытащить наконечник стрелы, все еще застрявший в его спине.

– А? Рудеус? Что... леди Эрис! – стражники заметили, как он приземлился во дворе, и бросились вперед, заметив маленькую дворянку, которую он держал на руках.

– Она в порядке. Просто без сознания. Где учитель Гислен? – спросил Рудеус. Он накрепко прижался к Эрис. Он все еще не знал, кому можно доверять.

– Гислен? Я не уверен, но с тобой что произошло!? Ты весь в крови!

Рудеус посмотрел вниз, заметив, что его ранее нетронутая одежда теперь покрыта кровью, хотя не вся она была его.

– Я в порядке. Идите и найдите Томаса. Не дайте ему сбежать!

Охранники выглядели растерянными: – Сбежать? Зачем ему...

Испытывая боль и теряя терпение, мальчик оскалился и засиял своей Боевой Аурой: – Нет времени объяснять. Просто идите!

Стражники Бореасов посмотрели друг на друга, засомневались, но подчинились его указаниям. У них сложилось довольно хорошее впечатление о Рудеусе, и им быстро стало ясно, что ситуация была выше их сил.

Все еще неся Эрис, окровавленный Рудеус вбежал в поместье, шокируя слуг и служанок, находившихся внутри.

Он уложил Эрис на землю и крикнул: – Молодой господин Филипп! Лорд Саурос! Кто-нибудь, позовите их!

Слуги внутри засуетились, некоторые принесли полотенца, чтобы позаботиться о Рудеусе и Эрис, в то время как другие последовали его указаниям и отправились искать своих нанимателей.

Вскоре после этого Филипп и Саурос торопливо спустились с лестницы, и наконец заметили Рудеуса и Эрис.

– ЭРИС! – Обычно мягко говорящий Филипп в панике закричал и побежал к паре. Точно так же Саурос, который обычно был чрезвычайно шумным, сейчас молчал и напряженно приближался.

Филипп опустился на колени и осмотрел Эрис, испытывая беспокойство, но успокоился, когда не увидел на дочери явных признаков ранений.

Пока Филипп осматривал Эрис, Саурос обратился к Рудеусу с тяжелым взглядом, но смягчился, увидев его покрытым кровью и порезами.

– Рудеус! Что случилось!? Кто сделал это с тобой!?

Рудеус передал Эрис ее отцу, который осторожно обнял ее. Затем он начал свое объяснение, одновременно активируя безмолвную магию исцеления, чтобы залечить многочисленные порезы на своем теле.

– Мы с Эрис шли по переулку Авантюристов. Кто-то внезапно натолкнулся на меня, и я понял, что потерял свой мешочек с монетами. Когда я обернулся, Эрис пропала. Я подумал, что кто-то, должно быть, специально подкрался ко мне и отвлекся, чтобы забрать Эрис.

Услышав это, Саурос, который уже был в ярости, начал заметно кипеть от гнева.

Рудеус продолжил: – Мне удалось заметить Эрис, которую нес незнакомец, и я стал преследовать его. Я последовал за ним в переулок, пытаясь отрезать путь отступления. Тогда-то я и понял, что... Эрис вовсе не была их целью. Они использовали Эрис только как приманку, чтобы заманить меня в ловушку.

Филипп поднял голову: – Ловушка!? Рудеус, что ты говоришь?

Мальчик мрачно нахмурился: – Это были убийцы, нанятые убить меня.

– Что!? – лорд Бореас выкрикнул свое недоверие.

Рудеус кивнул: – Главный убийца представился Святым Севера Каббалой. Затем он обратился ко мне как к Святому Севера Нотосу и прямо сказал, что они пришли убить меня.

Отец и сын обдумывали только что полученную информацию, пока Рудеус продолжал.

– Я попал в засаду, устроенную семью убийцами. Одним из них был Святой Севера Каббала. Только благодаря удаче мне удалось спастись. Они явно недооценили меня из-за моего возраста и не знали о моем стиле Магического Меча. Мне удалось застать их врасплох, и я смог сбежать вместе с Эрис. К счастью, они не бросились в погоню.

Дойдя до конца своего рассказа, Рудеус обратился к Сауросу: – Я хочу знать... как они узнали, что я Святой Севера, и почему кто-то хочет меня убить. Вы знаете все о моей истории. Я никогда не оскорблял никого до такой степени, чтобы они хотели убить меня, послав ассасинов. И тот факт, что они обращались ко мне как к Святому Севера Нотосу...

Он оставил конец своего заявления невысказанным. По правде говоря, Рудеус также рассматривал возможность того, что за этим покушением стоит семья Бореас. Но он списал это на самую крайнюю вероятность. Они не стали бы так подвергать опасности Эрис, которую так любили и опекали, а если бы они действительно хотели убить его, им не пришлось бы нанимать для этого Святого Севера Каббалу. Гислен была более чем способна отрубить ему голову, даже без меча.

– Нотос... – тихо пробормотал Саурос. Его тихие, почти угрожающие слова сильно контрастировали с его обычной манерой говорить.

– Точно! Я звал учителя Гислен во время боя, но Святой Севера Каббала сказал мне, что она не придет нам на помощь, потому что о ней "позаботились". Что случилось с учителем, где она?

Филипп удивленно посмотрел на Рудеуса: – Разве ты не знаешь? Гислен плохо себя чувствует. Она провела утро в постели. Я послал Томаса сказать тебе, чтобы ты никуда не выходил.

Услышав это имя, Рудеус вспыхнул от гнева. Кусочки головоломки в его голове наконец-то сложились воедино, разгадав загадку, что до сих пор не давала ему покоя.

– Это Томас сказал нам, что Гислен занята и что вы дали нам разрешение выйти без ее охраны... скорее всего, учитель Гислен не больна, а отравлена!

После откровений Рудеуса все трое Грейратов поняли, как произошла засада и ловушка.

– ТОМАС!!! – прогремел Саурос. Его гнев отразился на сыне, чья хватка крепче сжала бессознательную Эрис, и на Рудеусе, чья мана незаметно утекала.

Бам!

Связанный дворецкий семьи Бореас был брошен на землю во внутреннем дворе, в окружении членов семьи Бореас – Сауроса, Филиппа, Хильды, а также Рудеуса и различных охранников их поместья.

Прошел час с тех пор, как Рудеус прибыл в поместье Бореас. Он зашел навестить учителя Гислен, но обнаружил, что она слаба и страдает от боли. Он немедленно применил магию детоксикации и исцеления, но даже эти чудесные способности не были настоящим чудом. Даже продвинутая магия исцеления не могла вылечить повреждение органов.

Внутренние повреждения, полученные ею от яда, остались, и ей пришлось некоторое время лежать в постели, прежде чем она смогла полностью восстановиться.

Охранники принялись обыскивать территорию в поисках Томаса, пока Рудеус приводил себя в порядок.

– Лорд Саурос, мы поймали его при попытке бегства через задние ворота. С ним была сумка, полная одежды, а также мешочек с 50 золотыми монетами Асуры.

Дворецкий Томас был связан и извивался на полу так, что мог смотреть вверх.

– Милорд, пожалуйста! Я невиновен! Это заговор! Меня подставили!

Взгляд Сауроса был холодным. Он медленно подошел к дворецкому, опустился на колени и грубо схватил в кулак волосы старого Томаса. Было видно, что лорд Фиттоа собрал всю свою силу воли, чтобы не дать себе перегрызть горло Томасу.

– Кому ты нас продал? Говори.

– Никто! Я верен вам, милорд! Я бы никогда, никогда не предал вас! – воскликнул Томас, слезы залили его глаза.

Саурос хмыкнул: – Хмпф! Даже если ты не скажешь нам, я догадаюсь, с кем ты связался. Не волнуйся, сегодня ты не умрешь. В конце концов, ты – наша единственная улика против этих трусливых Нотосов!

Лорд Фиттоа махнул рукой, приказывая стражникам увести Томаса, а остальным – покинуть окрестности. Семье Бореас предстояла беседа.

Рудеус спокойно смотрел на вероломного дворецкого, которого утаскивали, хотя в его глазах плескалась тихая ярость.

Было довольно легко догадаться, кто нанял убийц, чтобы убить Рудеуса. После того как Эрис вернули в ее комнату, Грейраты сели за стол, чтобы обсудить свои выводы. Во-первых, предательство Томаса не вызывало сомнений. Во всем мире было всего несколько человек, знавших о том, что Рудеус был телохранителем Эрис, и еще меньше тех, кто знал, что Гислен присвоила Рудеусу титул Святого Севера.

В семье Бореас эти люди включали Сауроса, Филиппа, Хильду, Эрис, Рудеуса и Томаса. В деревне Буэна об этом знали только Пол, Зенит и Лилия. Среди этих людей те, кто носил фамилию Грейрат, очевидно, не имели мотивов разглашать эту информацию. Лилия воспитывала Рудеуса с самого детства, поэтому она была еще менее подозрительна. Это означало, что единственным человеком, у которого мог быть хоть какой-то мотив, был Томас.

Его вина еще больше укрепилась после того, как он обманул Рудеуса и Филиппа. Рудеусу он солгал, сказав, что Гислен отозвали, и поэтому она не смогла сопровождать Эрис и Рудеуса в их однодневной поездке. Он также утверждал, что Филипп разрешил им вдвоем покинуть поместье Бореас.

Филиппу Томас сообщил, что Рудеус и Эрис уже покинули владения Бореасов, прежде чем он успел сообщить им о решении остаться внурти территории а затем солгал, что послал людей забрать пару с городских рынков.

Его обман привел к тому, что у убийц появилось короткая возможность для нанесения удара. Также вполне вероятно, что именно он отравил Гислен, подсыпав в ее пищу яд без запаха и вкуса. Яд, способный проскользнуть мимо чувств женщины-зверя, обладающей инстинктами и жизненной силой Короля Меча, встречался крайне редко.

Яд был недостаточно сильным, чтобы убить ее или нанести необратимые повреждения, потому что он не хотел привлекать внимание семьи до того, как убийство удастся. Яда было достаточно, чтобы оставить ее слабой и больной, не позволяя ей присоединиться к Эрис и Рудеусу или спасти их, когда убийство произошло.

Что касается организатора всего этого? Его тоже было несложно вычислить. Рудеусу было всего семь лет, и до того, как он стал телохранителем Эрис, он никогда не покидал деревню Буэна. Единственная причина, по которой кто-то мог захотеть убить Рудеуса – это желание добраться до семьи Бореас или его родителей. Первая причина была неубедительной, потому что зачем им понадобилось выбирать телохранителя Эрис, а не саму маленькую леди, если они хотели навредить семье Бореас?

А что касается людей, которые могли захотеть избавиться от Рудеуса из-за того, кем были его родители, то был только один подозреваемый, у которого были ресурсы и мотив нанять убийцу Святого ранга для выполнения грязной работы – Филимон Нотос Грейрат! Брат Пола и дядя Рудеуса!

Проведя небольшое расследование, они выяснили, что Святой Севера Каббала был печально известен в криминальной среде Центрального континента. Он был одним из самых высокопоставленных членов печально известной Гильдии ассасинов.

Девиз Гильдии ассасинов гласил: "Пока цена достойна, мы можем убить даже короля". Они были хорошо известны своей эффективностью и непомерно высокой ценой за свои услуги.

Большинство тех, кто пользовался их услугами, были самого скверного сорта. Хотя их услуги стоили дорого, они были очень эффективны. Стоимость услуг убийцы Святого ранга была до смешного высока. Даже семья Роа из ветви Бореас не могла позволить себе такого, не выложив большую часть своей казны. Поэтому нетрудно было сделать вывод, что только организации уровня семьи Нотос могли выложить такую сумму.

Рудеус никогда не знал своего дядю и лишь изредка слышал о нем вскользь от своего отца. А если Пол и говорил о нем, то лишь пренебрежительным и презрительным тоном. Только после покушения он узнал больше о семье Нотос.

Пол Нотос Грейрат, родившийся в семье Нотос, был старшим сыном, который должен был стать наследником лорда Нотоса. Однако когда Полу было 12 лет, он оставил свой знатный род и впоследствии был лишен наследства семьи. Это не стало проблемой, потому что брат Пола, Филимон, родившийся вторым, был более чем счастлив унаследовать власть вместо него.

Однако, поскольку Рудеус родился и теперь работал с семьей Бореас, это вдруг стало огромной проблемой. Это произошло потому, что нынешний глава семьи Нотос, Филимон, был трусливым и коварным лисом. Даже если у Рудеуса не было никаких планов на наследство Нотосов, Филимон, который от природы был хитрым и изворотливым, посчитал бы логичным для сына Пола желать того, что Рудеус мог воспринимать как свое право по рождению.

Филимон мог подумать: "Сын Пола сотрудничает с семьей Бореас, чтобы отобрать сих помощью владения Нотосов". Скорее всего, именно по этой причине Филимон послал убийц, чтобы устранить потенциальную проблему до того, как Рудеус успеет вырасти.

Томас, узнав, что Рудеус был сыном Пола и, очевидно, обладал силой уровня Святого, вероятно, знал, что эта информация была чрезвычайно ценной для главы семьи Нотос. Томас связался с Филимоном и получил плату, организовав убийство Рудеуса – к такому выводу пришли Филипп и Саурос после сбора улик и подсказок.

Конечно, существовала вероятность, пусть и ничтожная, что весь этот инцидент был огромным заговором, и семью Нотос подставили. Но Бореасы не могли беспокоиться о возможных догадках или гипотезах. По их мнению, косвенных улик было вполне достаточно.

– Филипп! Собери людей! На рассвете мы отправляемся на истребление рода Нотос! – приказал Саурос командирским тоном, не оставляющим места возражениям.

Его сын, хотя и разделял подобное негодование, был более хладнокровен, чем лорд Фиттоа.

– Отец, мы не можем напасть на семью Нотос без причины.

Саурос посмотрел на своего сына: – Без причины!? Они наняли убийц, чтобы похитить Эрис! И те же самые убийцы пытались убить Рудеуса, который находится под нашей опекой! Скажи мне, разве это не достаточная провокация!?

Филипп чувствовал себя беспомощным. Он был согласен со всем, что говорил его отец. Однако, хотя их ветвь семьи Бореас была могущественной, в конечном итоге они все равно оставались ветвью семьи. Даже регион Фиттоа, хотя технически и принадлежало Сауросу, официально находилось под властью главы семьи Бореас. Сауроса лишь поставили управлять регионом как главу семьи. Это было проявлением сыновнего уважения нынешнего главы Бореаса к своему отцу.

С другой стороны, Филимон был законным наследником семьи Нотос с аристократическим титулом и видным положением при королевском дворе. Их политический капитал, ресурсы и вооруженные люди превосходили то, на что была способна их бессильная семейная ветвь.

Другими словами, семья Нотос не была той силой, с которой они могли бы противостоять без полной поддержки главы семьи Бореас.

– Дело не в том, что у нас нет причин. Дело в том, что у нас нет доказательств, подтверждающих эти причины! Все, что у нас есть – это слова нашего вероломного дворецкого. Чтобы законно действовать против трусливых Нотосов, нам сначала нужно обратиться к королю, представить доказательства и дождаться решения Его Величества. Забудьте о доказательствах, даже обращение к королю потребует от моего брата полной поддержки и всего его влияния в столице. Тут мы ничего не можем сделать...

Саурос рассердился: – Филипп... ты хочешь сказать, что мы ничего не можем сделать, кроме как тихо сесть и проглотить эту... эту провокацию, это унижение, как ни в чем не бывало!?

– Да. Как бы мне ни было неприятно это признавать, но у нас просто нет политической силы, чтобы что-то предпринять против семьи Нотос... Более того, Эрис не пострадала, и Рудеусу тоже удалось сохранить свою жизнь. Продолжение этого дела было бы только вопросом гордости!

– ФИЛИПП! – Саурос замахнулся кулаком и ударил Филиппа, который твердо стоял на ногах и принял удар челюстью, но остался стоять. – Ублюдок! Собака откусила тебе яйца!? Ты соображаешь? Неужели у тебя не хватает мужества сражаться за свою семью!?

Филипп молча вытер небольшое пятно крови с губ. Он посмотрел на отца вызывающе, но все же с почтением сына к своему патриарху.

– Я тот, кто мыслит здраво. Если мы проигнорируем все приличия и объявим войну, понимает ли отец, что произойдет? Вам это должно быть яснее, чем мне!

Саурос замолчал.

Филипп продолжил: – Как только мы соберем солдат и сформируем карательные силы без решения Его Величества, наши окружающие политические враги немедленно набросятся на нас и обвинят в попытке начать восстание. Главная семья Бореас отречется от нас, и мы станем изолированными и отверженными среди знати Асуры.

– Семья Нотос послала убийцу святого ранга, чтобы убить Рудеуса просто за то, что он связан с нами. Представь, что они сделают, если мы официально объявим, что он находится под нашей защитой. Даже мой брат, твой сын, не отнесется к такому неповиновению легкомысленно. Не забывай, что мои сыновья, твои внуки, все еще находятся в заложниках в королевской столице.

– Они не устранили Томаса, как от свидетеля, просто потому, что им это не нужно. Они знают, что у нас не будет никакого политического выхода, и это неприятная реальность нашего положения. Иначе, неужели вы думаете, что этот подлец Филимон совершил бы такую большую ошибку? Он хотел, чтобы мы узнали, что они были организаторами, и этим послал нам предупреждение. В противном случае, не было бы смысла в покушении, если бы мы не знали, почему оно произошло.

– Если мы проигнорируем это предупреждение и попытаемся начать войну без королевского разрешения, у Нотосов будет достаточно оснований, чтобы казнить все три поколения нашей семьи. Эрис, вероятно, будет захвачена и вынуждена служить политической марионеткой. Скажи мне, ты все еще думаешь, что мы должны напасть на них, не думая о последствиях? Ты все еще считаешь, что не проглотить свой гнев и унижение и молчать – это благородно?

– Все было бы иначе, если бы в те времена я выиграл конкурс на должность главы семьи Бореас. Но я проиграл, и поэтому меня прогнали из королевской столицы и сослали в этот сельский регион Фиттоа. Тогда ты поддержал мою кандидатуру на пост главы. К сожалению, никто из нас не предполагал, что Джеймс сможет заручиться поддержкой премьер-министра. В результате я проиграл конкурс, а тебя тоже сослали в Фиттоа...

– С тех пор как мы приехали сюда, мы твердо решили не высовываться и не поднимать шума, потому что знали: стоит нам сделать неверный шаг, и все, что у нас осталось от мира и процветания, будет без раздумий отнято теми, кто обладает реальной властью. А теперь вы пытаетесь бросить все, что у нас осталось, и подвергнуть опасности моих сыновей. Ради чего? Ради какой-то гордости!

– Дорогой... не говори больше... – Хильда, которая до сих пор молчала, задыхалась, сдерживая слезы.

– ... – Саурос ничего не сказал в ответ, но всем было ясно, что он едва сдерживает свой гнев. Не потому, что его упрекнул Филипп. Но потому, что в глубине души он знал: то, что сказал его сын – правда. Его огромная фигура дрожала, но не от гнева, а от горечи. Он возмущался своей беспомощностью, потому что не мог придумать, что противопоставить его аргументам.

Это был грязный мир политики. Победители забирали весь банк, а проигравшие были избиты и должны были научиться подчиняться или лечь в гроб. Получение должности мэра Роа и лорда Фиттоа уже можно считать милостью со стороны главной семьи Бореас... и точно так же милость, которая была оказана, могла быть с такой же легкостью отнята.

– Дорогой... не говори больше... – Хильда, которая до сих пор молчала, задыхалась, сдерживая слезы.

– ... – Саурос ничего не сказал в ответ, но всем было ясно, что он едва сдерживает свой гнев. Не потому, что его упрекнул Филипп. Но потому, что в глубине души он знал: то, что сказал его сын – правда. Его огромная фигура дрожала, но не от гнева, а от горечи. Он возмущался своей беспомощностью, потому что не мог придумать, что противопоставить его аргументам.

Это был грязный мир политики. Победители забирали весь банк, а проигравшие были избиты и должны были научиться подчиняться или лечь в гроб. Получение должности мэра Роа и лорда Фиттоа уже можно считать милостью со стороны главной семьи Бореас. И точно так же милость, которая была оказана, могла быть с такой же легкостью отнята.

Рудеус наблюдал за этим разговором, его сердце сжималось от праведного негодования. Хотя и нехотя, он знал, что должен сделать.

– Лорд Саурос, молодой господин Филипп. Похоже, что неосознанно я причинил много неприятностей вашей семье. И я также могу предвидеть, что я приведу к еще большему несчастью, если останусь здесь. Ясно, что я должен уйти, чтобы больше не доставлять проблем семье Бореас.

Рудеус был настроен решительно. Сталь в его голосе не соответствовала голосу и внешности такого юного ребенка, как он.

– Рудеус, не будь дураком. Это не твоя вина. Если ты останешься здесь, мы сможем защитить тебя. Они не пойдут так далеко, чтобы отбросить всякое притворство цивилизованности и объявить войну без достаточных оснований. Но как только ты покинешь нашу территорию, тебя обязательно выследят и убьют. Как я буду смотреть в глаза Полу и твоей матери, если это случится?

Саурос положил твердую руку на плечо Рудеуса: – Не волнуйся. Даже если нам придется проглотить это унижение, мы не позволим им причинить тебе вред. Это наша конечная цель. Если мы не можем обеспечить безопасность даже ребенку под нашей опекой, то недостойны носить имя Бореас!

– Молодой господин Филипп, лорд Саурос, я ценю ваши чувства. Но вы неправильно понимаете мои намерения. Я ухожу не только потому, что не хочу впутывать вашу семью. А еще и потому, что я намерен отомстить семье Нотос!

– Что!? Что ты говоришь, Рудеус! Не будь глупцом! Что ты можешь сделать сам? Ты всего лишь ребенок! – потрясенно воскликнул Филипп.

Рудеус покачал головой: – Они пытались убить меня только потому, что мой отец носил имя Нотос. Они никогда не оставят меня в покое, пока я представляю угрозу для их власти. И точно так же, пока они остаются у власти, меня никогда не оставят в покое. И помните, я не единственный ребенок! У меня есть две сестры, а если предположить, то, возможно, и младший брат на подходе. Если у Филимона нет никаких проблем с тем, чтобы напасть на меня, кто скажет, что он не пошлет убийц и на мою семью?

– Вот почему я могу только заключить, что с ними нужно разобраться. Это не крестовый поход, основанный на личной гордости и мести. Моя семья тоже может быть в опасности. И если мне придется уничтожить всех Нотосов до единого, то так тому и быть! Или они умрут, или я! Этот мир не настолько велик, чтобы вместить нас обоих!

Слова Рудеуса, которые некоторые могли бы расценить как предательство, потрясли сердца и умы всех присутствующих. В такое сильное убийственное намерение и решимость, исходящие от столь юного человека, просто не верилось.

– Рудеус... ты понимаешь, что ты говоришь? Ты говоришь, что собираешься взять на себя всю семью Нотос, которая стоит в высшем эшелоне аристократии. Сила и влияние, которыми они обладают, намного выше того, на что способна наша семья. Понимаешь ли ты, как невероятно безрассудно звучат твои слова?

– Я полностью осознаю серьезность своего положения. Дело не в том, что я не желаю умерить свою гордыню и остаться в стороне от их пути. Это они отказываются дать мне дорогу в жизнь! Они боятся, что я попытаюсь отнять у отца его законное место главы семьи Нотос. Тогда именно это я и сделаю. Чтобы противостоять их политическому капиталу, мне понадобятся доверенные люди и собственное влияние. Этого я не смогу добиться, если останусь здесь. И чем дольше я остаюсь, тем опаснее будет для вашей семьи Бореас. Вот почему я должен уехать. Я не могу обрекать на горе людей, которые проявили ко мне столько доброты.

– Рудеус... кх! – Саурос скрежетал зубами, расстроенный собственным бессилием.

Филипп пристально посмотрел на него. Его обычные добрые глаза сменились стальным взглядом, словно он пытался заглянуть в душу Рудеуса.

– Рудеус, – Ты все продумал? Твой враг – состоявшиеся, высокопоставленные дворяне. Будь то вооруженные силы, политический капитал или финансовые ресурсы, то, что они накопили к настоящему моменту, не так уж и мало. У них постоянная армия, в четыре-пять раз превосходящая нашу, достаточное влияние при королевском дворе, чтобы влиять на министров, и горы золотых монет в их распоряжении. То, что ты хочешь сделать – это путь, с которого ты вряд ли выйдешь сухим...

Рудеус горестно усмехнулся: – Если я сейчас сдамся, то никогда не добьюсь успеха. Пока я жив, у меня есть шанс победить.

В этот момент позади Рудеуса послышался рев.

– Рудеус! Куда это ты собрался?

Больная и слабая на вид Гислен ввалилась во двор, зажимая живот от боли. Ее щеки впали, а мышцы, которые раньше были полны жизни, слегка сморщились.

– Учитель Гислен, что вы здесь делаете? Хотя я применил к вам магию детоксикации и исцеления, вашему телу все еще нужно время, чтобы отдохнуть и оправиться от повреждений, нанесенных ядом, – обеспокоенно воскликнул Рудеус.

Она прорычала в ответ: – Ты все еще можешь называть меня учителем, после того как попытался уйти, не закончив обучение? Ты думаешь, что это обучение можно прервать, когда тебе вздумается? Ты еще даже не выучил всего, чему я должна научить, а уже что-то возомнил о себе, да?

Рудеус покраснел: – Конечно, нет, учитель Гислен. Я сожалею, что не могу закончить свое обучение под вашим руководством, но я должен уйти. Иначе семья Бореас...

– Хмпф! Знаю! Я слышала, что ты сказал. Ты забыл, кто я? Я – Король Меча, Черный Волк! Эти ублюдки Нотосы отравили меня и пытались убить моего ученика. Неужели ты думаешь, что я буду просто стоять в стороне, как будто мой гнев ничего не стоит?

Рудеус покачал головой, нахмурившись: – Учитель Гислен, я не могу позволить вам ввязаться в это из-за меня. Это моя ответственность, моя личная вендетта.

Гислен тяжелыми шагами подошла к Рудеусу: – Хмпф. Ты такой же, как Пол. В тебе слишком много гордости, чтобы понять, что для тебя хорошо. Ты хочешь отомстить? Ты недостаточно силен, чтобы отомстить! Ты хочешь противостоять семье Нотос? Ты даже не в состоянии конкурировать с их ресурсами! Ты хочешь покинуть семью Бореас? Ты слишком слаб, чтобы долго оставаться в живых! Ты даже не достиг уровня настоящего мечника Святого ранга, какую ответственность ты несешь? Это всего лишь твоя гордость и тщеславие, глупый ученик.

Рудеус был ошеломлен словами Гислен. Он понял, что она была права. Король Меча была, прямо говоря, простодушна. Но, возможно, именно из-за своей узкой сосредоточенности на мече она была единственной, кто способен видеть вещи так ясно.

Вместо того чтобы поступить умно и остаться, чтобы учиться у Гислен, не торопясь наращивать силы и оттачивать мастерство фехтования, он настоял на отъезде, чтобы сохранить свою гордость. Вместо того, чтобы учиться политике и аристократии у Филиппа и Сауроса, он упрямо решил отказаться от их защиты и опыта в политике.

Даже если бы он действительно хотел бросить вызов семье Нотос, то остаться, чтобы учиться у Гислен и достичь, надеюсь, ранга Короля Меча, было бы только полезно для его крестового похода, а не мешало ему. Для него было еще важнее узнать о тонкостях политики от тех, кто имел в ней опыт.

В своей предыдущей жизни он проводил все свое время, занимаясь спортом. Поэтому у него не было никакого опыта в политике, полной обмана, лицемерия, подстрекательства и предательств. Думать, что даже без таких знаний он сможет одержать победу над семьей Нотос, было чистой самонадеянностью и полным невежеством. В конце концов, Рудеус был еще слишком молод, чтобы пытаться соперничать с такими хитрыми старыми лисами, как Филимон.

– Я... я понимаю, учитель. Кажется, я никогда не знал, насколько был самодоволен и упрям, пока кто-то не указал мне на это. Я прошу прощения за свое высокомерие. Пожалуйста, учитель, научите меня, – Рудеус смиренно попросил, отбросив свою упрямую гордость.

Гислен кивнула: – Конечно. Как только я выздоровею, я удвою интенсивность твоих тренировок. Я не буду сдерживаться в передаче тебе знаний. Ты будешь потеть кровью. И ты будешь умолять, чтобы это прекратилось. Я не отстану, пока не буду удовлетворена. Если ты не можешь принять это, тогда я не буду мешать тебе уйти.

Рудеус улыбнулся, глубоко поклонившись Гислен: – Получив ваше внимание, как я могу обмануть ваши ожидания? Я никогда не отступлюсь, учитель. Это я вам обещаю.

Гислен удовлетворенно кивнула: – Слова ничего не значат. Это просто сложно запутанный поток воздуха. Я не доверяю обещаниям. Докажи это своими действиями, Рудеус.

Затем Рудеус повернулся к Филиппу и Сауросу, которые наблюдали за ними со сложными чувствами. В конце концов, Гислен была их фавориткой. Но почему-то казалось, что она больше привязалась к Рудеусу, чем к их семье.

– Молодой господин Филипп, лорд Саурос. Я прошу прощения за свои необдуманные слова. Я останусь и с благодарностью приму вашу опеку. Однако теперь вы знаете о моих целях. Чтобы бросить вызов семье Нотос, мне понадобится не только сила. Мне нужны ваши знания в области политики, ваше влияние и ваш политический капитал. Я не потребую ничего взамен. Я могу обещать вам, что как только семья Нотос будет уничтожена, и я унаследую знамя главы семьи Нотос, я сделаю все возможное, чтобы помочь вам вернуть ваш прежний статус в семье Бореас.

Филипп посмотрел на своего отца, который слабо улыбнулся. Впервые за долгое время они увидели то, о чем никогда не думали, что увидят снова – надежду.

– Мы научим тебя всему, что знаем сами. Но мы не так амбициозны. Мне не нужен статус главы семьи Бореас. Все, чего я хочу, все, чего хотим мы – это вернуть наших сыновей в нашу семью. Если ты сможешь это сделать, тогда все это будет стоить того.

Рудеус поклонился и надавил большим пальцем на сердце: – Я навсегда запечатлею эту благодарность и обещание в своем сердце. Благодарю вас, лорд Саурос, молодой господин Филипп.

Услышав обещание Рудеуса вернуть ее сыновей, Хильда больше не могла стоять в стороне и ничего не говорить. Она подошла к нему.

– Бедное дитя, ты так много взвалил на свои плечи. Я ценю твои чувства, но эти обещания, которые ты дал, не должны даваться легкомысленно, и не стоит бросать свою жизнь на их исполнение. Не забывай, что ты все еще ребенок.

– Леди Хильда. Я понимаю ваше беспокойство. Не беспокойтесь. Это обещание не было дано бездумно. Я не собираюсь искать способ вернуть ваших детей в обмен на помощь вашей семьи – я намерен сделать это, потому что меня тронуло сострадание вашей семьи. Я не настолько мелочен, чтобы просить услугу за услугу.

Услышав искренние слова Рудеуса, Хильда смахнула слезу с глаза и заключила его в объятия. Ее тело, еще более соблазнительное, чем у Зенит и Лилии, обхватило маленькую фигуру Рудеуса.

– Спасибо тебе, Рудеус. От всего сердца, как мать, благодарю тебя.

Саурос громко рассмеялся: – ХА-ХА-ХА, трусливый Филимон беспокоился, что ты попытаешься урвать наследство Нотосов, и поэтому послал людей, чтобы устранить тебя. Откуда ему было знать, что именно эта безжалостность подтолкнула нас к совместной работе по уничтожению их семьи! Его трусость приведет его к краху!

Рудеус отстранился от объятий Хильды и кивнул Сауросу: – Действительно. Но у меня есть одна просьба, лорд Саурос. Об этом инциденте, пожалуйста, не сообщайте моей семье.

Саурос нахмурился: – Просите меня не сообщать твоим родителям, что их семилетний сын попал в засаду и чуть не был убит? Это слишком безответственно!

Рудеус покачал головой: – Что толку говорить им? Они только будут волноваться и заставят меня вернуться в деревню. Норн и Айша, мои сестры, еще совсем малышки. Им нужно все внимание моих родителей. Что-то вроде этого просто отвлечет их, и им не будет пользы от чрезмерного беспокойства.

Лорд Фиттоа посмотрел на Рудеуса, недоверчиво наблюдая за взрослением мальчика. Трудно было поверить, что он действительно разговаривает с семилетним ребенком, а не со взрослым мужчиной.

– Понимаю. Тогда сделаем так, как ты просишь.

– Благодарю, лорд Саурос.

Позже той ночью Эрис проснулась ото сна, растерянная и дезориентированная. Ее родители, сидевшие у ее кровати, объяснили, что с ней произошло и через что пришлось пройти Рудеусу, чтобы спасти ее. Поначалу они хотели умолчать о некоторых деталях ради ее же блага, например, о том, что убийц послали Нотосы и что их целью был Рудеус.

Они знали свою дочь лучше всех, и не были уверены, что Эрис сможет держать такую информацию при себе. Кроме того, они не хотели обременять своего ребенка такой тяжелой новостью.

Однако Рудеус убедил их в обратном. Он сказал им, что Эрис должна знать, что ее телохранитель стал мишенью для другой знатной семьи, чтобы у нее был выбор, хочет ли она, чтобы Рудеус продолжал свою службу. Она будет чувствовать себя преданной и обманутой, если узнает правду слишком поздно.

Филипп и Хильда нерешительно согласились, не найдя недостатков в аргументах Рудеуса. Они понимали, что Эрис до сих пор была слишком хорошо оберегаема. Скоро ей должно было исполниться 10 лет. И это также означало, что им придется начать приобщать ее к семейному бизнесу. Они не хотели, чтобы она была обманута, не зная, кто их враги, когда она подрастет.

И вот Эрис услышала всю историю. Наемные убийцы пришли за Рудеусом и впутали ее, используя в качестве приманки. Этих убийц, скорее всего, послала семья Нотос, к которой принадлежал отец Рудеуса. И теперь нынешний глава семьи Нотос хочет устранить Рудеуса, пока тот не вырос и не стал угрожать их власти.

– Подождите, глава Нотоса, он ведь дядя Рудеуса? Как его собственный дядя может хотеть убить Рудеуса?? – изумленно спросила она.

– Среди знати такие вещи, как кровное родство, ценятся лишь, по величине выгоды. Его не волнует, что Рудеус – его племянник. Его волнует только то, какую опасность может представлять для его власти оставление Рудеуса в живых.

– Что!? Этот подонок! Мы должны пойти и проучить его! – сердито ответила Эрис, крепко сжав свои маленькие кулачки.

– Проучим. Но не сейчас. Рудеус еще мал. Когда он подрастет, он пойдет и преподаст им урок, – успокоил ее Филипп.

– Хм-м, хорошо! Мы ведь поможем Рудеусу, верно?

Филипп и Хильда смотрели друг на друга, не зная, как ей сказать.

– Ну, дело вот в чем – Рудеус хотел, чтобы мы спросили тебя, хочешь ли ты, чтобы он продолжал быть твоим телохранителем и наставником, – ее мать передала слова Рудеуса.

– Да! – маленькая девочка ответила без колебаний.

– Подожди, дай нам закончить. Теперь, когда он стал мишенью семьи Нотос, ты можешь быть втянута в его проблемы. Ты можешь пострадать, или даже хуже. Ты все еще хочешь, чтобы он остался?

Эрис на мгновение задумалась, но потом посмотрела на них ясными глазами.

– Рудеус – учитель Эрис! Его проблемы – это и мои проблемы! Рудеус сильный, но он все еще такой маленький, понимаете? Даже я выше его. Мне все равно, будет ли это Нотос или другая семья, я помогу защитить Рудеуса, как он защитил меня!

Увидев ее решительный ответ, Филипп и Хильда весело захихикали. Они не могли представить, что Эрис сделает такое заявление, если бы это было всего несколько месяцев назад. Всем, кто жил в семье Бореас, было ясно видно, как сильно Рудеус повлиял на Эрис и ее поведение.

Хильде пришла в голову шальная мысль, и она решила обратиться с этим вопросом к Эрис.

– Эрис, теперь, когда ты знаешь, что наша семья Бореас собирается помочь Рудеусу вернуть пост главы семьи Нотос, ты также должна знать, что в будущем он поможет твоим братьям вернуться домой.

– О? Братья, которых я никогда раньше не встречала, вернутся? У-у-у... Я не знаю, как к этому относиться.

– Да, в будущем Рудеус может стать главой семьи Нотос. Нам было бы неплохо укрепить с ним союз, желательно до того, как ему исполнится 15 лет.

Эрис кивнула, не совсем понимая, почему мать говорит ей это и к чему она клонит.

С другой стороны, Филипп уловил смысл слов своей жены.

– Хильда, ты имеешь в виду...

Хильда кивнула: – Да, дорогой. Эрис, что ты думаешь о том, чтобы выйти за него замуж?

Девушка кивнула, прежде чем сделать двойной дубль: – А? Замуж!? За кого?

– Знаешь, выходи замуж за Рудеуса, – ее мать прояснила.

– Ч-ч-ч-что ты говоришь? Почему я должна выйти замуж за Р-Рудеуса? – заикаясь, произнесла Эрис с розовым румянцем на лице.

– Хм? Тебе не нравится Рудеус?

– Что, как мне может нравиться этот мальчишка. Он всегда задирает меня и ругает! Только потому, что он немного сильнее меня... хмпф!

Хильда задумалась на мгновение, а затем приложила палец к своим губам: – О, тогда ты ненавидишь Рудеуса?

– У-у-у... я не ненавижу его... Рудеус учит меня выбрасывать огонь из меча, поэтому великая я буду терпеть его случайные дерзости. Но это не значит, что он мне нравится! Не... не в этом смысле! – ответила Эрис, некоторые слова она взяла из того, что иногда слышала от своего деда.

Филипп усмехнулся: – Рудеусу будет грустно услышать это после того, как он так героически спас тебя.

– Это!.. Это то, что он должен делать в любом случае. В конце концов, он мой телохранитель, я и не ожидаю от Рудеуса меньшего.

Хильда успокаивающе махнула рукой: – Ну ладно уж. Мы еще поговорим об этом в будущем. Иди спать, тебе нужен отдых после такого насыщенного дня.

– Нет, подождите, где Рудеус? Я хочу сначала поговорить с ним.

– Хм? Ты хочешь попросить его спать с тобой в одной постели? Как смело. А я думала, он тебе не нравится, – поддразнила Хильда.

– Мама! Это не так. Я просто хотела поблагодарить его, вот и все...

– Фу-фу, ну, это тоже приемлемо. Я думаю, он на тренировочном поле. Можешь пойти поискать его, если хочешь, но не задерживайся слишком долго. Уже поздно.

Эрис вскочила с кровати и убежала: – Хорошо, спокойной ночи!

Филипп покачал головой: – Посмотри на эту девушку, ей больше нравится встречаться с парнем, чем проводить время с родителями. Она точно забудет о нас, когда найдет себе мужа.

– Фу-фу, я тоже была такой в ее возрасте. И тот мальчик тоже был старше меня...

– Ха, я никогда не слышал об этом раньше.

– Хм? О чем ты говоришь, ты неправильно расслышал.

– Разве? Хм, я думала, ты сказала... ну, неважно.

.....

– Рудеус! – крикнула Эрис, подходя к тренировочной площадке. – Ты здесь?

Она остановилась, глядя на тренировочную площадку, которая сейчас освещалась лишь лунным светом.

Посреди освещенного луной поля она обнаружила Рудеуса с закрытыми глазами в стойке Бога Воды. Его одежда была влажной от пота, что свидетельствовало о том, сколько усилий он приложил, так вспотев в такую холодную ночь, как эта.

'А? Что он делает? И неужели он просто проигнорировал меня!', – спросила себя Эрис, прежде чем разозлиться.

Внезапно Рудеус двинулся. Он взмахнул мечом, следуя шагам Продвинутой техники стиля Бога Воды. Со стороны Эрис, его движения и то, как он размахивал мечом, создавали впечатление, будто он сражается с невидимым врагом.

Рудеус вышел из защитной стойки бога воды и одним шагом бросился вперед. Его короткий меч Синий Клык взметнулся вниз с огромной скоростью – Продвинутая техника Бога Меча: Длинный Меч Тишины.

Место, где он стоял, разлетелось на мелкие куски грязи и обломки, в результате того, что Рудеус влил в мышцы ног огромное количество маны.

Его меч прорезал воздух, вызвав небольшую ударную волну, которая распространилась и ударила по дереву, в результате чего на его стволе появилась протяжная диагональная трещина.

Рудеус встал в последней стойке Длинного Меча Тишины. Он глубоко выдохнул, его глаза все еще были закрыты.

'Этого недостаточно. Каббала двигался гораздо быстрее, чем я сейчас. У меня почти вышло. Я чувствую, что нахожусь всего в одном дюйме от того, чтобы ухватить Боевую Ауру Святого ранга. Чего-то не хватает, я просто не знаю чего'

Он чувствовал, как его мана циркулирует под кожей, усиливая его физические способности почти до уровня Святого, но все еще не могла преодолеть этот последний барьер.

'Это то, что мастер Гислен называет узким местом? Боевая Аура всегда была скорее инстинктом, чем теорией. Это то, что требует ощущений, а не размышлений. Если я не смогу инстинктивно понять, какой должна быть Боевая Аура Святого, то, сколько бы маны у меня ни было, она будет бесполезна...'

Внезапно он почувствовал присутствие кого-то позади себя. Все еще находясь в состоянии повышенной готовности из-за засады, устроенной ранее днем, Рудеус бросился вперед и инстинктивно взмахнул своим клинком. Как только он увидел багрово-красные волосы Эрис, он с силой остановил циркуляцию маны, и его движение прекратилось. Его короткий меч остановился в паре дюймов от шеи Эрис.

– Леди Эрис! Прошу прощения, я не заметил вас, – Рудеус извинился, тут же убрав меч.

– У-ум. Все в порядке, – Эрис выдавила из себя, холодный пот стекал по ее лбу. Честно говоря, в тот момент Эрис подумала, что может умереть от сильного убийственного намерения, которое изливалось из Рудеуса во время взмаха мечом. Его глаза, обычно теплые и искренние, казались ей ледяными кинжалами, вонзающимися в нее.

Рудеус мысленно прокручивал в голове битву со Святым Севера Каббалой. Он спарринговался с воображаемым противником, представляя то, на что был способен Святой Севера Каббала. Таким образом, Рудеусу нужно было полностью погрузиться в воспоминания о битве с Кабалой, которые включали и его эмоциональные переживания в тот момент.

Его окружили, устроили засаду семеро врагов. Он был близок к смерти, временами думая, что в том переулке он может умереть. Столкнувшись с убийственным намерением семи разных врагов, он должен был сосредоточить свой разум на том, чтобы оттолкнуть их с тем же намерением, чтобы не попасть под гнетущее давление.

Это убийственное намерение было тем, что Рудеус неосознанно излучал на Эрис, когда она приблизилась к нему во время напряженного состояния, когда он вспоминал и погружался в мысленные рамки жизни и смерти. Если бы он вовремя не остановил себя, то, возможно, действительно отрубил бы ей голову, не осознавая этого.

Увидев, что Эрис немо смотрит на него, Рудеус подошел к ней и положил руку ей на лоб.

Она немедленно отреагировала и отступила назад, воспоминание о разговоре о браке с родителями все еще свежо в ее памяти: – Ч-что ты делаешь!?

– Я просто проверял ваше состояние с помощью магии Исцеления. Это диагностическое заклинание. Нападавшие ударили вас по голове, и вы потеряли сознание из-за этого. Возможно, есть какие-то остаточные повреждения, которые я не заметил раньше. Теперь, когда вы на ногах, лучше перестраховаться, – он объяснил, после чего снова положил ладонь на ее все более теплеющий лоб.

– П-понятно... тогда поторопись, – тихо прошептала Эрис, ее тон сильно отличался от того, с какой громкостью она обычно говорила.

После того, как оба замолчали, между ними возникло теплое зеленое свечение от магии исцеления. Юноша и девушка стояли посреди залитого лунным светом поля, и один из них касался лба другого. Даже Эрис, у которой не было большого опыта в таких вещах, как романтика, почувствовала, как странно забилось ее сердце при виде этой сцены.

Эрис чуть не взорвалась от напряжения, когда Рудеус внезапно убрал руку. Она сдержалась, чтобы не вздохнуть с облегчением, когда Рудеус убрал руку.

– Все готово. Похоже, вы уже полностью восстановились. Хорошо, что у вас такой толстый череп.

– Хмпф, конечно, у меня... хм? Ты смеешься надо мной!? – Эрис начала замахиваться кулаком на Рудеуса, пока ее маленькая рука не остановилась на месте. Она опустила руку и посмотрела в сторону Рудеуса, который готовился уклониться от ее удара.

– Кхм, на этот раз я прощу твою дерзость, – Эрис смущенно взглянула на Рудеуса. – Я слышала, что ты получил ранение, пытаясь спасти меня... тебе все еще больно?

Он слегка расширил глаза, немного удивленный тем, что в злобной Эрис появилась такая нежная сторона: – Нет, уже не больно.

Она подняла руку и проследила порез под его левым глазом: – Это... у тебя шрам.

Рудеус усмехнулся: – Да, это так. Я мог бы полностью исцелить его магией Исцеления, но я хотел оставить шрам на себе.

Эрис фыркнула: – Что, думаешь, со шрамом ты выглядишь круто?

Он торжественно покачал головой: – Нет. Я оставил этот шрам как напоминание. Напоминание, что я все еще слаб. Он говорит мне о том, что я должен стать сильнее, иначе я не смогу защитить людей, которых я люблю и о которых забочусь. И это то, за что я никогда себя не прощу.

– О, – тупо ответила Эрис. – Ну, Рудеус еще ребенок. Так что тебе не стоит так сильно волноваться.

Сердце Рудеуса потяжелело. Он повернулся к Эрис, выражение его лица было каменным, но в его чертах появились трещины.

– Сегодня я убил человека.

Эрис расширила глаза. Понятие убийства и Рудеус были столь же далеки, как Солнце и Луна. Она не была незнакома со смертью. В этом мире случайная смерть была обычным делом. Будь то монстры, бандиты или какие-то другие непредсказуемые и случайные явления. Но она никогда не ассоциировала Рудеуса и убийство человека вместе. Это были две совершенно чуждые и несовместимые концепции.

Он продолжил: – Если бы... если бы я был достаточно силен, я бы не был вынужден убивать его. Я бы смог победить их, не прибегая к лишению жизни. Меня бы не поставили в ситуацию, когда я должен был либо убить, либо быть убитым. Если бы только я был достаточно силен...

Эрис была ошеломлена, увидев Рудеуса в таком состоянии. Он всегда сохранял спокойный вид или иногда вел себя с серьезностью и зрело, совсем не соответствуя своему возрасту. Она никогда ранее не видела Рудеуса меланхоличным, или, как она это называла, "печальным".

– Я... – она прикусила нижнюю губу, не зная, что сказать. Она сделала глубокий вдох и приняла позу. – Не волнуйся, Рудеус! Скоро я стану такой же сильной, как ты, нет, я стану еще сильнее! Тогда мы вместе будем защищать друг друга и нашу семью! Так что не нужно делать все самому! У тебя есть и я!

Рудеус уставился на девушку, которая так явно старалась изо всех сил утешить его своей преувеличенной бравадой. Но он не мог держать зла на девушку, которая приложила все свои усилия, чтобы подбодрить его.

Он рассмеялся, чувствуя, как напряжение и давление, скопившиеся на его плечах, исчезают. Было очень приятно осознавать, что он может разделить это бремя с кем-то, если вдруг почувствует, что больше не в силах его выносить.

Бровь Эрис дернулась от его смеха: – Ты! Как ты можешь смеяться, когда я говорю так искренне!

Рудеус разжал руки, чтобы успокоить маленькую дворянку, хотя его губы все еще подергивались от сдерживаемого смеха. – Нет, нет, Эрис. Я смеялся не над тобой. Я смеялся над собой. За то, что забыл, что мне не придется делать это в одиночку. У меня есть ты, кто готова помочь мне. Спасибо, Эрис.

Она надулась, не удовлетворившись его объяснением, но в то же время вспомнив, зачем она сюда пришла.

– Да, я тоже хочу поблагодарить тебя. За то, что, знаешь... спас меня. Хотя это твоя работа – делать это в первую очередь! – Она была кроткой, когда благодарила Рудеуса, но в конце стала более надменной.

Рудеус улыбнулся, затем положил правую руку на грудь и опустил голову, одновременно откинув назад левую ногу, исполняя надлежащую благородную вежливость, которой он научился в первый день своего появления в доме Бореасов.

– Мой долг – защищать вас, леди Эрис. Всегда.

Эрис покраснела от его слов, втайне радуясь, что Рудеус смотрит вниз и поэтому не видит ее румяных щек: – Хмпф! Тогда на этом все. Спокойной ночи! – сказала она и отвернулась, чтобы скрыть румянец на лице.

Рудеус покачал головой и посмеялся над ее выходкой: – Спокойной ночи, леди Эрис.

– Я же просила тебя не называть меня так! И не нужно провожать меня обратно. Просто продолжай тренироваться здесь, а обратно я пойду одна. Сама!

'Если ты хочешь, чтобы я проводил тебя обратно, так и скажи', – Рудеус размышлял о ее потребности скрывать свой теплый внутренний мир за грубой внешностью.

– Хорошо-хорошо, я пойду с тобой.

– Хмпф, я только сказала, что не нужно! Но если ты так хочешь, то я тоже не могу тебя остановить.

Прошла неделя после покушения на Рудеуса. Повышенная тревога в поместье Бореас постепенно вернулась в норму, и напряжение в воздухе также постепенно рассеялось. А поскольку личность Рудеуса как скрытого телохранителя теперь была раскрыта, он больше не притворялся партнером Эрис по тренировкам, а открыто защищал ее.

Верная своим словам, Гислен удвоила интенсивность тренировок Рудеуса. Он также обратился к ней с возмутительной просьбой провести спарринг со смертельным исходом. Это означало, что она не должна сдерживаться и оставлять раны и порезы на его теле, при условии, что ни одна конечность не будет отрублена, и шея останется на месте.

Она не отказалась от этой просьбы, так как Рудеус заверил ее, что его магии исцеления достаточно, чтобы залечить не смертельные раны, если только не произойдет несчастный случай. А для такого Короля Меча, как Гислен, несчастные случаи не происходят во время поединков на мечах.

Хотя Рудеусу не нравилось то, что Святой Севера Каббала заставил его сражаться за свою жизнь, он не мог отрицать, что многое почерпнул из этой битвы. Будучи поставленным на грань жизни и смерти, когда каждое движение могло убить его, его мастерство фехтования только резко улучшилось от такого давления. Поэтому он попытался повторить это с Гислен, хотя и в контролируемой обстановке.

После этой просьбы его тренировки с Королем Меча стали гораздо более кровавыми.

Слуги и стражники старались избегать тренировочной площадки, поскольку она стала меньше походить на место для тренировок, а больше на поле для казней. Некоторые участки травы теперь навсегда окрасились в коричневый цвет от окислившейся и засохшей крови, скопившейся на них.

А для слуг Бореасов, которые в основном состояли из зверолюдей, от тренировочной площадки теперь исходил сильный и отчетливый металлический запах крови, от которого щипало в носу.

В конце каждого "спарринга" Рудеус выглядел как объект пыток особо садистского мучителя: кровавые порезы пересекали его тело и руки, ладони и пальцы были изодраны мозолями, а синяки раскрашивали кожу, как Джексон Поллок свои картины. Он мог почти мгновенно залечивать эти раны, используя безмолвную магию исцеления. Залечив раны, он тут же возвращался к тренировкам и вскоре снова нуждался в исцелении.

//Одна из картин Джексона Поллока, "Осенний ритм (номер 30)":

Помимо обучения фехтованию у Гислен, Рудеус начал посещать уроки политики у Филиппа и Сауроса. На этих уроках мужчины рассказывали ему о различных знатных домах и землях, которыми они управляли. Они также рассказывали о выдающихся деятелях этих домов, их личностях и последних слухах, которые они о них слышали. Самое главное, Филипп и Саурос указывали, кто может быть его врагом, а кто потенциально может стать союзником.

Род Грейратов был разделен на четыре знатных дома – Бореас, Нотос, Эурус и Зефирус.

Фамилия Грейрат имела особый статус в Королевстве Асура, являясь единственным знатным родом, который имел право управлять целыми регионами, за исключением Королевского региона, которым управляла королевская семья. В королевстве Асура было всего пять регионов, и четырьмя из них управлял род Грейрат.

Другими словами, одни только Грейраты контролировали более восьмой части всего королевства Асуры. Как могла возникнуть такая нелепая политическая динамика? О чем думал первый король Асуры, когда давал такую власть роду Грейрат? Не могли ли Грейраты теоретически объединиться и свергнуть королевскую семью Асуры с таким влиянием?

Именно эти вопросы Рудеус задал Филиппу и Сауросу, когда впервые узнал об этом. В ответ два Бореаса дали ему краткий урок истории – истории, которая не была общеизвестна за пределами аристократических кругов.

Королевство Асура было основано первым королем Асура. Это было хорошо известно гражданам этого королевства. Однако именно благородный род Грейрат сыграл самую большую роль в нынешнем богатстве, процветании и статусе королевства как самой богатой нации в мире.

Королевство Асура в первом поколении составляло лишь пятую часть от своего нынешнего размера. Первые поколения семьи Грейрат были доблестными военачальниками, которые сражались и завоевали большую территорию, которой теперь владело Королевство Асура.

За эту заслугу короли и королевы королевства Асура на протяжении многих поколений награждали основателя рода Грейрат завоеванными землями. Более того, эти земли стали наследственными и вечно передавались их потомкам до тех пор, пока они оставались верными подданными королевства.

Незаметно для себя, семья Грейратов стала править большей частью земель в Королевстве Асуры. Из поколения в поколение Грейраты, обладая высоким либидо, быстро размножались. Дошло до того, что нередко крестьяне принимали Грейратов за королевскую семью вместо законных Асуров.

С тех пор прошло много лет. И первоначальный дворянский род Грейратов в итоге распался на четыре разных дворянских рода. И это произошло не случайно.

– С этого момента это только предположения. Нет никаких доказательств наших утверждений, – прежде чем продолжить, Саурос высказал отказ от ответственности.

Разделение рода Грейрат произошло не случайно. Напротив, оно было тщательно спланировано, сманипулировано и задумано королевской семьей Асура! Хотя доказательств этому утверждению не существовало, именно эта теория имела наибольший смысл для тех, кто знал эту тайную историю.

В конце концов, семья Грейрат была слишком могущественной. Будь то ресурсы, вооруженные силы или технологические достижения, Грейраты превосходили королевскую семью почти во всех аспектах. Доходило до того, что казалось, что не Асуры являются истинными правителями королевства, а Грейраты. Иностранные дипломаты, прежде чем посетить короля Асуры, сначала выражали почтение патриарху Грейрату, крестьяне в сельских деревнях принимали Грейратов за королевскую семью, а мелкие дворяне шутили о смене названия королевства Асуры на королевство Грейрат.

Как королевская семья Асура могла терпеть такое, даже если бы Грейраты никогда не проявляли и малейшего признака неверности? Их авторитет, их репутация, их королевский престиж – все это было на втором месте после Грейратов!

Таким образом, был разработан план. Тихий шепот здесь, гнусный заговор там, и потребовалось всего несколько десятилетий, чтобы древняя аристократия Грейратов, существовавшая веками, распалась на четыре фракции, которые начали тотальную войну друг против друга, не понимая, что за богомолом, преследующим цикаду, скрывается тайно смеющаяся и́волга.

Была причина, по которой семья Эурус ненавидела семью Нотос с обидой, длившейся на протяжении многих поколений. А также почему четыре ветви семьи Грейрат никогда не стремились воссоединиться и объединить свои силы. Точных деталей Филипп и Саурос не знали. Но в одном они были уверены – королевская семья Асура никогда не позволит им объединиться и вновь угрожать их власти.

После этого разлома и последующей гражданской войны королевская семья Асура выступила в роли "посредника", официально разделив некогда великую и могущественную семью Грейрат на четыре разных дворянских рода, которые были как масло и вода, несмотря на одну и ту же фамилию.

Услышав эту историю, Рудеус был ошеломлен, узнав о тайной истории и теории заговора, охватывающей тысячелетия. Честно говоря, это было просто невероятно. Конечно, это были лишь домыслы среди внутреннего круга знатных семей Грейратов. Прошло слишком много лет, чтобы остались какие-либо доказательства того, что этот заговор все еще существует.

Если бы королевская семья не боялась внутренних раздоров и восстаний знати, они могли бы просто осуществить свои коварные планы и положить конец роду Грейрат. Хотя имя Грейрат по-прежнему процветало, ассоциируясь с высшими эшелонами знати, они больше не имели того единоличного господства над политикой Асуры, которое когда-то было у них.

Саурос подождал, пока Рудеус успокоится, и продолжил описание четырех знатных семей Грейрат.

В настоящее время самой могущественной из этих четырех была главная семья Бореас, хотя разница между ними и другими домами была не такой уж и преувеличенной.

Семья Бореас пользовалась поддержкой премьер-министра Королевства Асура, который, в свою очередь, входил во фракцию первого принца. В результате их влияние и ресурсы в их распоряжении были на порядок выше, чем у большинства, если не у всех благородных семей.

На втором месте была семья Нотос, которая имела близкие отношения со второй принцессой Королевства Асура – Ариэль Анемой Асура. Сын Филимона, Люк Нотос Грейрат, еще в раннем возрасте был назначен рыцарем-телохранителем второй принцессы.

Таким образом, отметил Филипп, если Рудеус захочет расправиться с семьей Нотос, вторая принцесса может стать серьезным препятствием на его пути. Хотя существовали ограничения на вмешательство королевской власти во внутренние дела благородных домов, они все равно могли создать много проблем для Рудеуса.

Семья Нотос также была известна и богата благодаря производству алкоголя. А в этом мире, где жизнь была тяжелой, полной опасностей и смерти, алкоголизм не был редкостью среди жителей. В результате производство алкоголя, которое может показаться не таким уж и важным делом, приносило благородной семье большое богатство.

Ветвь Эурус была семьей купцов и, в свою очередь, была самой богатой среди четырех благородных домов Грейрат. Они правили регионом Виширу, который, по мнению большинства, считается самым процветающим и богатым регионом за пределами королевской столицы, поскольку через него проходят купцы, приезжающие с юга.

Но чего им не хватало, так это политического влияния, которое было урезано очень рано бывшими королями Королевства Асура. На бумаге они были наименее политически влиятельной семьей среди всех высокопоставленных дворян Асуры. Хотя у них и были деньги, это был не тот ресурс, которым можно было разбрасываться бездумно, не навлекая неприятностей на своих политических врагов.

Они старались не вмешиваться в конфликты и борьбу за власть, довольствуясь своим огромным богатством и относительным покоем. Семья Эурус, добавил Филипп, может стать потенциальным союзником, но только если Рудеус сможет предложить им политический капитал, в котором они нуждаются больше всего.

Что касается семьи Зефирус, то они были лучшими союзниками, о которых Рудеус мог просить! Глава семьи Зефирус глубоко ненавидел Филимона из-за некоторых конфликтов, которые они имели давным-давно. Дом Зефирус активно пытался саботировать или навредить семье Нотос любым возможным способом, и семья Нотос охотно отвечала им тем же. Их взаимная ненависть была хорошо известной, открытой тайной среди аристократии Асуры.

Поэтому Саурос посоветовал Рудеусу обратиться к ним за союзом, как только он почувствует, что готов объявить войну семье Нотос. Хотя семья Зефирус была самой слабой в финансовом отношении из четырех благородных домов Грейрат, она все еще прочно стояла среди высокопоставленных благородных домов Королевства Асура. Они отвечали за производство вооружения для северной половины Королевства Асура, а также имели больше среднего, количества вооруженных людей.

Рудеус чувствовал шок, услышав все это. Фракции, союзы и политические махинации. У него не было опыта в этих вопросах. К счастью, он мог положиться на мудрость и опыт Сауроса, который десятилетиями преуспевал на политической арене, и Филиппа, который лично участвовал в конкурсе на должность главы семьи Нотос. В противном случае он чувствовал бы себя совершенно потерянным.

Филипп также начал обучать его этикету королевского двора Королевства Асура. Он отличался от благородного приветствия, которому Рудеус научился раньше. Вместо этого он включал в себя такие вещи, как манеры поведения за столом, чувство моды и даже самые мельчайшие и специфические детали поведения, которые тщательно изучались при общении с аристократами.

Рудеус также начал изучать язык других рас. Язык Бога Зверей, общий язык континента Миллис, язык Бога Демонов, общий язык Демонического континента и язык Бога сражения, общий язык континента Бегаритт.

– Динамика власти и фракционные союзы на Центральном континенте довольно жесткие. Поэтому никогда не знаешь, может ли тебе когда-нибудь понадобиться союз с организацией с другого континента. Континент Бегаритт и континент Миллис находятся ближе всего к нашему Центральному континенту, поэтому полезно выучить их язык. Племена демонов также обычно являются сильными воинами. Кроме того, изучение языка Бога Зверей становится более веселым, когда ты занимаешься зверодевушкой.

– Хм-м, понятно.... подождите, кем заниматься?

Незаметно прошел год с тех пор, как Рудеус прибыл в дом Бореас. За это время произошло много событий, включая неудачное покушение на убийство. С тех пор семья Нотос не предприняла никаких ответных или дальнейших действий. Казалось, они просто оставили семью Бореас в покое с предупреждением, которое было передано через похищение Эрис.

Саурос и Филипп также не хотели навлекать на себя беду, провоцируя семью Нотос до того, как Рудеус будет готов действовать самостоятельно. Поэтому они умолчали о покушении, приказав слугам и стражникам забыть об этом случае.

Со стороны это могло показаться трусостью, но для семьи Бореас это было просто тактическое отступление. Унижение и бесчестие – это тяжелые пилюли, которые трудно проглотить, но прием горького лекарства всегда приносит больше пользы в долгосрочной перспективе.

За это время Эрис успела достичь потолка Среднего ранга в стиле Бога Меча, а также ранга Новичка в стилях Бога Воды и Бога Севера. Последние два ранга были получены благодаря тому, что Рудеус научил ее тому, что знал сам, так как Гислен никогда не изучала стиль Бога Воды и Бога Севера, да и не была заинтересована в этом.

Однако самым большим достижением, которым она гордилась, было ее первое и единственное безмолвное магическое заклинание. Это стало приятным сюрпризом для Рудеуса и членов ее семьи, поскольку они знали, что с того момента, как Рудеус обучал ее, она облала самым минимальным талантом в магии, чтобы достичь ранга новичка. Однако даже ее наставник по магии Рудеус недооценил ее решимость, как она выразилась, "извергнуть огонь из меча".

Магия огня Начального ранга, [Огненный Шар] был единственным заклинанием, которое она научилась произносить без слов. Что-то в огненном заклинании совпадало с пылким нравом самой Эрис, что привело к совместимости, выходящей за рамки магического таланта.

По словам девушки, ей удалось добиться успеха в создании огненного шара без особых усилий после того, как она запечатлела в своем сознании образ Рудеуса, делающего пламенный взмах. Используя воспоминания о том, как Рудеус безмолвно выпускает пламя из своего меча, в сочетании с циркуляцией маны согласно теории заклинания огненного шара, она добилась успеха.

Пламя, вырывавшееся из ее меча, было скудным, не достигая даже того, что теоретически могло достичь магическое заклинание Начального ранга, силу которого Рудеус мог увеличивать во много раз. Кроме того, она владела только магией огня, будучи безнадежно обделенной в любом другом виде магии.

Гислен, с другой стороны, сумела достичь ранга новичка как в магии огня, так и в магии воды. Хотя она начинала медленнее Эрис, ее опыт в манипулировании маны Боевой Ауры, а также более прямой нрав позволили ей овладеть двумя стихиями вместо одной, как Эрис. Безмолвная магия все еще была невозможна для зверодевушки, но она все равно была вне себя от восторга, что даже такой тугодум, как она, смог читать, считать арифметику, а теперь еще и произносить заклинания.

Рудеус был очень рад, что Гислен сумела овладеть магией воды. Выслушав ее рассказ о том, как она чуть не умерла от обезвоживания и голода, он захотел, чтобы его учитель мог создавать воду на случай, если такое когда-нибудь повторится. Гислен тоже выразила благодарность за эту буквально спасительную способность.

На протяжении этого года Рудеус тоже не сидел без дела. Его самостоятельное изучение трех иностранных языков шло медленно. Похоже, его ум не был приспособлен для изучения языков. Но некоторый прогресс все же был. Язык Бога сражений был удивительно похож на английский, например, алфавитная система и грамматика, поэтому он освоил его на раз-два. Другие языки были намного сложнее.

Помимо изучения всего необходимого этикета королевского двора и политических знаний, Рудеус также прорвался на уровень Святого ранга, и Гислен официально присвоила ему титул Святого Меча. Сначала он овладел тремя из четырех техник Святого Меча – скоростью, непредсказуемостью и контролем. Однако эффективность этих техник была сильно ограничена без скорости и силы Святого ранга.

Таким образом, даже если Рудеус уже мог правильно использовать эти техники Святого ранга, он все еще не мог называть себя Святым Меча, не обладая необходимой силой и скоростью, чтобы выполнять эти техники в полную силу.

Всего месяц или два назад Рудеус смог постичь Боевую Ауру Святого уровня. Это просто внезапно промелькнуло в его сознании посреди кровавой схватки с Гислен. Мана, которая бурлила в его венах и укрепляла мышцы, вдруг почувствовала, что ее можно направить в другое русло, что еще больше увеличит его физические возможности.

Сразу после этого Рудеус начал циркулировать ману в соответствии с этим новым методом, и, к удивлению, ему удалось взорваться с настоящей силой Святого ранга.

Гислен была застигнута врасплох его внезапным и значительным увеличением скорости и силы, что позволило Рудеусу воспользоваться этим, нанеся довольно глубокую рану на ее торс.

Это был первый раз, когда он видел кровь у Короля Меча. И это же был последний.

С тех пор, как он достиг уровня Святого Меча, Гислен, соответственно, подняла свои физические способности на порог ранга Короля, а Рудеус снова стал ее кровавой грушей для битья.

Эрис стала еще более целеустремленной после того, как увидела, как Рудеус достиг уровня Святого Меча. Хотя Эрис можно было бы считать вундеркиндом за достижение Среднего уровня Бога Меча в юном возрасте 9 лет, она, к сожалению, меркла в тени колоссального таланта Рудеуса. Святой Меча и Святой Севера в возрасте 8 лет. Это неслыханное достижение для кого бы то ни было.

Если бы семья Бореас обнародовала это достижение, к Рудеусу могли бы даже приехать посланники из знатных или даже королевских семей Асуры. Однако они держали его силу в секрете, и только внутренний круг, состоящий из членов семьи Бореас и самой Гислен, знал об этом.

Отчасти потому, что семья Бореас не хотела, чтобы Рудеуса вычислили и утащили другие семьи. Забудьте о его статусе Святого Меча, один только его стиль Магического Меча был чрезвычайно ценным преимуществом, уникальным только для него (и, по-видимому, еще одной девушки в деревне Буэна).

Его будущий потенциал был еще более велик, и никакие оценки того, чего он может достичь в будущем, не считались чрезмерно преувеличенными.

Но главная причина заключалась в том, что они не хотели тревожить семью Нотос и их трусливого главу. Кто знал, что может сделать Филимон, если он почувствует угрозу и решит пресечь потенциальное бедствие в зародыше, прежде чем Рудеус успеет расцвести?

Рудеус был не просто близким другом семьи, он был тем, кто имел реальный шанс вернуть их сыновей из столицы в будущем. Они полностью намеревались защищать его, хотя и не объявляли об этом публично.

Рудеус разделял подобные настроения. У семьи Нотос были связи с такими неблаговидными организациями, как гильдия ассасинов, и ресурсы, позволяющие нанять убийцу уровня Короля. И Рудеус не питал иллюзий относительно своей способности справиться с кем-то такого уровня.

Несмотря на то, что он только недавно получил титул Святого Меча, его реальная сила превзошла эту оценку с добавлением стиля Магического Меча. Однако он прекрасно понимал, что против воина королевского уровня ему еще очень далеко.

Его неоднократные спарринги с Гислен доказали это. Высокомерие порождало самодовольство, а самодовольство вело к застою, который, в свою очередь, был слабостью. А слабость для человека в положении Рудеуса означала смерть.

...

Сегодня Рудеус взял выходной, чтобы отправиться в город вместе с Эрис и Гислен. Сегодня они убедились, что Король Меча готова защитить двух детей, прежде чем им разрешили уйти.

Этот конкретный выходной имел другую цель. Сегодня Рудеусу нужно было посетить несколько мест.

Первой его остановкой стала Гильдия авантюристов, расположенная в переулке Авантюристов. Причина, по которой ему нужно было туда идти, была простой, но захватывающей – записаться в гильдию авантюристов!

Это решение было принято после его последнего поединка с Гислен...

Рудеус исцелил себя после того, как в очередной превратился в лужу крови. В последнее время он чувствовал, что делает большие успехи.

Его поединки с Гислен, хотя и превращали его в кровавое месиво, становились все менее пассивными. Временами ему удавалось вступить в бой, прежде чем он получал мощные удары от Короля Меча.

Недавно он даже смог заблокировать технику Гислен королевского ранга: Звуковой Меч!

Но вскоре Гислен объяснила ему причину.

– Нам больше нет смысла проводить спарринги.

– Что? Но почему, учитель? Я всегда многому учусь, сражаясь с вами.

Она покачала головой: – Ты многому учишься, сражаясь со мной. Твои приемы, работа ног и ритм – все это становится привычным при столкновении со зверочеловеком Королем Меча. Это чрезвычайно узкое направление.

Рудеус наклонил голову в замешательстве.

Видя, что он не понимает, Гислен продолжила свои объяснения.

– Ты слишком привык сражаться с пользователем Бога Меча. Ты начинаешь заранее предугадывать, какой прием Бога Меча я собираюсь использовать, и парировать его еще до того, как я его применю. Это очень эффективная стратегия... если ты сражаешься с Королем Меча. Если же ты сражаешься, например, с Королем Севера, то твой разум и мышечная память, которые слишком привыкли сражаться против техник Бога Меча, не смогут адаптироваться к техникам Бога Севера. Ты будешь уничтожен еще до того, как успеешь приспособиться.

– О, – Рудеус выразил понимание.

Это было похоже на бойца ММА, который тренировался только против боксеров. Даже если они очень хорошо владеют боксом, то, если их поставить против борца, они будут сбиты с ног и задушены, прежде чем смогут что-либо сделать.

Гислен кивнула: – Вот почему тебе нужно выходить и сражаться с другими людьми. Есть причина, по которой многие фехтовальщики, научившись всему, чему могут, у своего мастера, отправляются сражаться с другими воинами. Это нужно для того, чтобы накопить опыт, который в целом улучшит их мастерство фехтования.

– Тогда вы тоже отправились бросать вызов другим, учитель?

– Мгм. После ухода из-под опеки моего учителя я присоединилась к группе авантюристов, вместе с твоими родителями. Я бросала вызов всем, кого считала сильным, и тоже многому научилась.

– Вы, наверное, много выиграли тогда, учитель.

– Не каждый раз. Я тоже много раз проигрывала Полу, – призналась Гислен.

Рудеус расширил глаза: – ХА!? Вы проигрывали моему отцу? Несмотря на то, что вы Король Меча?

Гислен твердо кивнула: – Да. Он познакомил меня с другим видом соревнований, где мы сражались на кровати. Я никогда не выигрывала у него в этих боях.

– ...А, ясно, – Рудеус почувствовал, что его впечатление о Гислен изменилось после того, как он услышал это. Какой бы привлекательной ни была Гислен, он не мог смотреть на ту, кого его отец взял в прошлом, с теми же мыслями, что и раньше. Он чувствовал, что мысленный образ того, как Пол побеждает Гислен в "боях" на кровати, оставит у него шрам на всю жизнь.

– Поэтому тебе тоже нужно накапливать опыт. Ты не сможешь сделать это, сражаясь только со мной. Ты должен бросить вызов другим воинам, испытать себя против сильных монстров и таким образом постичь суть своего меча.

– Суть моего меча? – спросил он, не знакомый с этим термином.

– Суть твоего меча – это фундаментальное направление твоего фехтования. Для меня она ясна. Я стремлюсь только к скорости и свирепости клинка. Это то, что заложено во мне, основано на моем темпераменте, строении тела и врожденных способностях. Вот почему стиль Бога Меча – единственный стиль, который совместим со мной.

Она с тоской погладила свой меч, как будто вспоминая приятное, но далекое воспоминание.

– Так и ты должен постичь суть своего меча. Твой стиль Магического Меча – это только инструмент, но его суть ты должен постичь сам. И ты можешь сделать это, только сражаясь во многих битвах, обмениваясь приемами с другими экспертами, и собрав все, чему ты научился, сформировать единое "сердце меча".

– Мой учитель однажды сказал мне, что только когда человек понимает Сердце своего меча, он может достичь Сердца Короля. Другими словами, только постигнув суть своего меча, можно достичь ранга Короля.

– Если бы ты учился на Святой Земле Мечей, истоке стиля Бога Меча, у тебя не было бы проблем с поиском других мечников для состязания. Когда настанет время, я однажды приведу тебя туда. Сначала я представлю тебя своему учителю, Богу Меча нынешнего поколения. Затем я попрошу его взять тебя в ученики.

Глаза Рудеуса сверкнули. Он не стал бы упрямо заявлять, что до конца жизни у него будет только один учитель. Возможность учиться у единственного и неповторимого Бога Меча выпадает раз в жизни. Он не был настолько глуп, чтобы отказаться от нее.

– К сожалению, мы не на Святой Земле Мечей. Мы в Роа. Поэтому тебе придется искать испытания самостоятельно. Я бы посоветовала тебе зарегистрироваться в гильдии авантюристов. Именно там я нашла много сильных противников для дуэли.

– Хорошо! Я приведу с собой и Эрис. Она разозлится, если я зарегистрируюсь без нее.

Так Рудеус решил официально зарегистрироваться в качестве авантюриста в гильдии авантюристов. Даже если у него не было времени на задания, поскольку он работал телохранителем в семье Бореас, он все равно мог чему-то научиться у многих авантюристов, посещавших гильдию.

Вторым пунктом назначения на этот день было посещение единственной и неповторимой Гильдии Магов в цитадели Роа. Хотя после прибытия в поместье Бореас его мастерство владения мечом сделало резкий скачок вверх, в магии наступил некоторый застой. Его стиль Магического Меча, в конечном счете, все еще сильно зависел от его магических знаний. Совершенствование в этой области только поможет, а не навредит его развитию стиля Магического Меча.

Трио прибыло в Гильдию авантюристов после того, как они прошли через Переулок авантюристов, который был заполнен магазинами. Казалось, что улица была специально спроектирована таким образом, чтобы любой искатель приключений, желающий посетить Гильдию авантюристов, должен был сначала пройти мимо всех этих магазинов. Это было похоже на социальную инженерию средневековой эпохи.

Не раз они отвлекались от своей цели, оглядывая различные товары, выставленные в этих магазинах.

Именно Гислен обычно приходилось возвращать их на путь истинный, поскольку она мало интересовалась другим оружием. Ее собственный меч, Хирамун – Плоское Ядро, был подарен ей ее учителем и нынешним Богом Меча, Галом Фарионом. Это было одно из самых качественных оружий в мире, и оно идеально подходило к ее стилю. Именно поэтому она не слишком высокого мнения о других мечах.

А что касается доспехов, то она пренебрегала ими еще больше. Ее наряд был нацелен на скорость и маневренность. Громоздкие доспехи только мешали ей двигаться и быть гибкой.

У Эрис, как обычно, были звезды в глазах, когда она рассматривала различные приспособления для авантюристов. Однако она смотрела скорее из интереса и увлеченности, чем для того, чтобы заменить то, что у нее было сейчас.

К ее поясу был пристегнут короткий меч Рудеуса Синий Клык, который он одолжил ей после того, как ей удалось освоить безмолвное заклинание [Огненный Шар].

Это был не подарок, поскольку короткий меч имел для Рудеуса глубокую духовную ценность. Он купил новый волшебный меч, чтобы заменить все более менее подходящий ему Синий Клык, но это не означало, что он просто выбросит его или отдаст кому-то другому. Рокси могла бы расплакаться, если бы узнала.

Он также обернул рукоять своего нового волшебного меча льняной лентой, которую Зенит подарила ему на прощание.

И хотя ей его всего лишь одолжили, Эрис очень дорожила Синим Клыком. Для девушки, выросшей в окружении роскоши, потрепанный и грубый на вид Синий Клык казался неуместным в паре с обычно модной одеждой, которую она носила.

Она брала его с собой, куда бы ни пошла, и Рудеус подозревал, что она могла даже спать с ним в обнимку. Он был рад, что девушка дорожит мечом, к которому он сам был очень привязан, но, по правде говоря, считал это немного странным.

Сам Рудеус следил за магическими предметами. Причина этого совпадала с тем, почему он собирался сегодня посетить магическую гильдию.

Он хотел научиться зачаровывать предметы.

Он видел у Святого Севера Каббалы, насколько эффективно магический предмет может увеличить силу человека. Хотя он мог воспроизвести многие магические эффекты с помощью собственных безмолвных заклинаний, он не стремился зачаровывать магические предметы для личного пользования. За этим стояла финансовая мотивация.

Магические предметы стоили дорого – так он заметил, прогуливаясь по Переулку Авантюристов. А Рудеусу требовалось много денег, чтобы финансировать свою расплату семье Нотос. Хотя с момента покушения прошел год, Рудеус не забыл об этой обиде. Таким образом, дабы противостоять их огромным ресурсам, ему потребуются собственные глубокие карманы.

Несмотря на многочисленные отвлекающие факторы, троица вскоре прибыла в Гильдию авантюристов Роа. Это было довольно большое здание, с большой вывеской, которая объявляла всем авантюристам, вошедшим через городские ворота, собираться в этом месте.

Множество грубоватых на вид искателей приключений слонялись вокруг этого места. Некоторые из них собирались в свои группы, болтая или погружаясь в глубокую дискуссию, в то время как другие наперебой искали членов команды, к примеру такие:

– Начинающий маг воды и ветра, авантюрист ранга C ищет команду! Моя плата – 30% от вознаграждения за задание!

– Ищу разведчика с опытом работы в Восточном лесу! Должна быть своя карта леса!

– Ищем авантюристов ранга B для совместной работы над миссией по уничтожению Многоножа B ранга!

Гислен выступила вперед и вошла через парадные двери здания. Ее появление привлекло взгляды многих авантюристов. Некоторые из них посылали похабные взгляды, с нескрываемым вожделением разглядывая ее изгибы. Другие узнали в ней Короля Меча, Черного Волка Гислен, и выказали ей должное уважение.

Гислен игнорировала эти взгляды, уже привыкнув как к похотливым мужским взглядам, так и к взглядам страха и уважения. Она подошла прямо к администратору, а Рудеус и Эрис последовали за ней. Завороженная пара за ее спиной изумленно оглядывалась по сторонам.

На восточной стороне большого вестибюля была стена, на которой висели десятки листовок. Это были запросы на задания, которые были вывешены на доске объявлений, чтобы авантюристы и их команды могли рассматривать и выбирать их. В данный момент несколько человек просматривали эти запросы.

В западной части вестибюля находилась большая зона со стульями и столами. Было ясно, что эта зона предназначена для общения и отдыха авантюристов. Там же сидело несколько групп мужчин и женщин, которые общались или обменивались информацией.

– С возвращением, Король Меча Гислен. Чем Гильдия авантюристов может помочь вам сегодня? Возможно, вы снова хотите взяться за выполнение заданий?

Секретарша, молодая женщина в строгой униформе, поклонилась и поприветствовала, используя официальный титул Гислен.

Гислен покачала головой.

– Нет, я здесь сегодня не для этого. Я здесь, чтобы воспользоваться своей рекомендательной привилегией.

– Ах, вы здесь, чтобы порекомендовать кого-то для регистрации в гильдии авантюристов?

– Да.

Рудеус уже был проинформирован Гислен об этой привилегии рекомендаций еще до их прибытия, поэтому он не был удивлен. Эта привилегия предоставлялась только авантюристам S ранга, которые были важными членами гильдии. Среди отряда Клыка Черного Волка только двое имели такую привилегию – Гислен и человек, которого она называла Гис.

– Хорошо. Позвольте мне быстро напомнить вам условия рекомендательной привилегии. Вы можете рекомендовать не более 3 авантюристов в год. Люди, которые вступают в гильдию по вашей рекомендации, могут с самого начала вступить в гильдию более высокого ранга, но только на 1 ранг ниже вашего. Леди Гислен в настоящее время является авантюристкой S ранга. Хотя ранг авантюриста может понизиться после периода бездействия, вам было дано особое разрешение на сохранение своего ранга. Это означает, что человек, которого вы рекомендуете, может начать максимум с ранга А.

Гислен кивнула: – Ясно.

– Очень хорошо, леди Гислен. Могу я узнать, когда прибудет рекомендованный человек?

– Он уже здесь.

– Хм? – Секретарша в замешательстве наклонила голову.

Гислен отошла в сторону и жестом указала на Рудеуса.

– Именно он сегодня по моей рекомендации вступает в гильдию авантюристов.

– ...Понятно, – секретарша говорила вежливо, но Рудеус мог видеть сомнение и скептицизм в ее глазах, которые видели в нем только ребенка.

Она продолжила: – Я хочу напомнить Королю Меча Гислен и ее гостю, что Гильдия авантюристов не несет ответственности за любые потери, болезни, травмы, постоянную инвалидность или смерть в случае несчастных случаев во время миссий. И хотя формально возрастных ограничений для регистрации в Гильдии авантюристов не существует, мы оставляем за собой право отказать в членстве любому претенденту при наличии достаточных оснований. Более того, авантюристы, имеющие рекомендательную привилегию, могут нести юридическую и финансовую ответственность за любой ущерб или расходы, понесенные человеком, которого они порекомендовали.

– Не волнуйтесь. Рудеус силен. Он – Святой Севера.

Титул Святого Севера Рудеуса был публичным титулом, который семья Бореас согласилась раскрыть общественности. Поскольку семья Нотос уже знала об этом факте, как и о стиле Магического Меча Рудеуса, им больше не нужно было скрывать эту информацию, даже если они не собирались ее обнародовать.

Секретарша улыбнулась – практичное выражение, которое казалось одновременно искренним и искусственным.

– Очень хорошо. Могу я узнать, с какого ранга Король Меча Гислен рекомендует начать господину Рудеусу?

– Если бы это было возможно, то S-ранг. Но так как это невозможно, то пусть он начнет с А-ранга.

Глаза секретарши расширились: – Извините, я, кажется, ослышалась. Вы сказали А-ранг?

– Да.

– Ах, я, должно быть, ошибаюсь. Господин Рудеус – хоббит? Мы редко встречаем полулюдей на Центральном континенте. Прошу простить мое недоразумение.

Рудеус прочистил горло: – Нет, я стопроцентный человек.

– ...Прошу простить мою грубость, но могу я спросить, сколько лет мистеру Рудеусу?

– Мне 8.

– ...Король Меча Гислен, это очень необычно...

Эрис уже устала выслушивать непрекращающийся скептицизм администратора: – Эй! В чем дело? Поторопитесь, мне уже скучно!

– Это, должно быть, юная леди Эрис Бореас. Я прошу прощения за задержку. Кхм, леди Гислен, поскольку вы были ознакомлены с условиями вашей рекомендации, мы приступим к регистрации мистера Рудеуса. Пожалуйста, дайте нам несколько минут.

– Мгм... – Гислен хмыкнула в знак согласия. – Эрис тоже здесь, чтобы зарегистрироваться. Но она начнет с ранга D.

– Что!? D-ранг!? – Эрис громко запротестовала. – Если Рудеус А-ранг, то я, по крайней мере, В-ранг! Или C!

– Сначала научись осознанно использовать Боевую Ауру – Гислен парировала в ответ, на что Эрис ничего не смогла ответить.

В отличие от Рудеуса, обладающего высокой чувствительностью к мане, Боевая Аура не давалась девушке с таким же успехом. Время от времени в ее движениях и атаках появлялись намеки на вливание маны, но она не могла сознательно направлять ее. Если бы однажды она смогла сознательно призвать ману для усиления своих физических способностей, то ее можно было бы считать мечником Продвинутого ранга. Если бы она когда-нибудь полностью овладела этим, то стала бы Святой!

Хотя Эрис была объективно не так талантлива в манипуляции маной, как Рудеус, она все еще была на уровне вундеркинда. Не так уж много девяти-десятилетних детей могли бы претендовать на подобное. Эрис казалась менее гениальной только потому, что ее талант мерк в колоссальной тени гения Рудеуса.

Администратор приступила к регистрации Рудеуса и Эрис. К счастью, процесс был довольно простым. Не потребовалось никаких тестов. Силы и репутации Гислен было достаточно, чтобы не допустить каких-либо серьезных возражений. Так Рудеус и Эрис стали авантюристами.

Они покинули Гильдию авантюристов и направились к Гильдии магов, которая располагалась не в Переулке авантюристов, а на улице, специализирующейся на продаже элитных товаров.

Рудеус с остальными покинули Гильдию авантюристов и направились к Гильдии магов, которая располагалась не в Переулке авантюристов, а на улице, специализирующейся на продаже элитных товаров.

Сама Гильдия магов была не такой большой, как Гильдия авантюристов, но выглядела гораздо более роскошно и высококлассно. В одной большой витрине стояло несколько одушевленных манекенов, на которых были надеты различные аксессуары и одежда явно магического характера. Позолоченная вывеска со светящимися словами гласила: "Волшебные вещицы & Зачарованные диковинки – Магический торговый дом Вальса".

Это было буквально самое волшебное место, с которым Рудеус сталкивался с момента своего рождения. Но в то же время это была магия, созданная для того, чтобы быть яркой и показной, но не практичной.

Он узнал о ней от семьи Бореас. Это была единственная магическая гильдия в Роа, имевшая ранг C, что было не очень хорошо, но и не плохо.

Магические гильдии варьировались от ранга E до S. На Центральном континенте была только одна магическая гильдия ранга S – это Ателье магических инструментов Нерис в королевстве Нерис. Магические гильдии ранга А существовали только в столицах Магического Триумвирата – Раноа, Башеранте и Нерисе.

Магические гильдии ранга B можно было найти в столицах небольших государств, таких как Королевство Широн.

Гильдия магов ранга C в Роа была вполне неплохо обустроена, учитывая недостаток покупательной способности жителей и меньший спрос со стороны авантюристов, поскольку Роа считалась относительно безопасной.

Рудеус открыл дверь.

Как только они вошли, под потолком вспыхнули маленькие блестящие фейерверки, хотя вместо взрывов они издавали переливающуюся музыкальную мелодию.

Застигнутый врасплох внезапным фейерверком, Рудеус напрягся, готовый к внезапной атаке или чему-то подобному, но расслабился, увидев, что ничто не представляет непосредственной угрозы.

– О, добро пожаловать, дорогие гости~ Пожалуйста, не стесняйтесь просматривать наш ассортимент волшебных вещиц и зачарованных диковинок, как и было объявлено. Или, если вам вдруг понадобится помощь, я появлюсь по щелчку пальцев!

Послышался веселый мужской голос с причудливым акцентом, хотя говорящего нигде не могли найти.

Озорная Эрис, увидев пропажу владельца, решила проверить его слова и щелкнула пальцем.

В центре магазина с шипением появился шлейф дыма и блесток. Внутри дыма стоял человек, одетый в разноцветные одежды с движущимися вихревыми узорами. У самого мужчины были разноцветные волосы, сочетающие розовый, зеленый, желтый, оранжевый и синий цвета. У него также были усы, закрученные на концах, и бриллиантовый пирсинг в брови. Все в нем говорило о показной роскоши.

– Чем я могу помочь вам, уважаемый клиент? – спросил он с изысканным и учтивым поклоном.

'Магия телепортации? Нет, скорее всего это была просто иллюзорная магия', – заметил Рудеус.

Магия иллюзий была подвидом магии ветра и, как известно, сложна для изучения даже высокопоставленными магами. Она включала в себя изменение плотности помощи, чтобы преломлять свет определенным образом и таким образом проецировать эффект, подобный голограмме.

Увидев иллюзорную магию, Рудеус сразу же составил другое впечатление об этом человеке. Маги, специализирующиеся на иллюзорной магии, были редкостью, и он почти наверняка глубоко погрузился в крайности магии Ветра.

– Ого, он действительно появился, когда я щелкнула пальцами, – прокомментировала Эрис с легким изумлением в тоне.

– Здравствуйте! Это Гильдия магов? – спросил Рудеус, придав своему голосу энтузиазм и миловидность, ожидаемые от восьмилетнего мальчика.

Мужчина улыбнулся: – Действительно, дорогой мальчик. Это моя магическая гильдия, Магический торговый дом Вальса, и я, конечно же, ее единственный владелец и хозяин, Кристоф Вальс. Чем могу быть вам полезен?

– Здравствуйте, господин Вальс. Меня зовут Рудеус Грейрат. Я здесь, чтобы обучиться зачарованию! – представился Рудеус.

Мужчина, назвавшийся Кристофом Вальсом, усмехнулся с терпением человека, который не прочь развлечь детей: – Вот как? Что ж, боюсь, обучение чарам – это долгий тернистый путь. Прежде чем переходить к зачарованию, вы должны сначала научиться обычной магии. Я рекомендую посещать магическую академию Раноа, если вы хотите научиться чарам.

Рудеус усмехнулся: – В таком случае, я более чем квалифицирован. Я – Маг Воды Святого ранга!

Кристоф Вальс улыбнулся. Это была доброжелательная, мягкая улыбка с ноткой снисходительности: – Правда? В вашем возрасте вы уже маг Святого ранга, это потрясающе! Но для того, чтобы научиться магии, нужно очень много времени. Я еще даже не маг ранга Святого, а вы уже им стали? Это так удивительно, интересно, кто ваш учитель?

Рудеус отмахнулся от льстивого замечания. Он не хотел обидеть человека, который, как он надеялся, будет учить его чарам.

– Маг Воды Королевского ранга, Рокси Мигурдия, – ответил он.

– Ух ты, Король Воды, это... Подождите, вы только что сказали Рокси Мигурдия? – Кристоф Вальс, который сердечно улыбался, расширил глаза.

– Да! Рокси Мигурдия. Она научила меня магии.

– Невысокого роста, голубые волосы, на вид ей 14 лет?

Рудеус кивнул: – Верно! Вы знаете моего учителя?

Мужчина горько улыбнулся: – Да, она была моей младшей ученицей в магической академии Раноа. Я был на два года старше ее. Но, хоть я и говорю так, она была гением, который смял уверенность своих старших. Ты говоришь, что сейчас она Король Воды? Похоже, Рокси все так же гениальна, как и всегда.

– Да, моя учительница замечательная. Она научила меня всему, что я знаю о магии. Я многим ей обязан.

– У-у-у, кто такая эта Рокси, я никогда не слышала о ней раньше, – пробормотала Эрис, нахмурившись.

Кристоф Вальс на мгновение погрузился в ностальгию, а затем снова обратился к Рудеусу: – Вы говорите, что Рокси научила вас магии Святого ранга? Я не хочу сомневаться в вас, но действительно трудно поверить, что вы уже маг Святого ранга. Какое заклинание ты выучил?

– Заклинание Воды Святого ранга, Кумулонимбус.

– Ах да, я слышал, что именно это заклинание использовала Рокси, чтобы получить титул мага Святой Воды. Если это такое заклинание, то я вряд ли могу попросить вас продемонстрировать его, не так ли? Неважно. Я доверюсь вашим словам. Ученик Рокси не посмеет лгать о чем-то подобном.

– Спасибо за доверие. Так могу ли я теперь изучать чары?

Кристоф Вальс проявил нерешительность: – Это... чары – это не совсем секрет, есть курсы, которые можно пройти в Магической Академии Раноа, чтобы научиться основам чародейства. Однако у каждой магической гильдии, специализирующейся на зачаровании, есть свои уникальные методы. Поэтому чары обычно являются секретом гильдии и преподаются только ее членам. Если вы хотите научиться основам зачарования, это несложно. Однако техники зачарования моей гильдии...

Рудеус кивнул в знак понимания: – Справедливо. Мне пока достаточно базовых навыков зачарования.

Кристоф Вальс улыбнулся: – В таком случае, у меня есть несколько книг и томов, которые я могу одолжить вам на эту тему.

Глаза Рудеуса расширились: – Ах, как я могу просить что-то без оплаты? Я работаю на семью Бореас, так что у меня есть немного денег.

В последний год он был консервативен в своих расходах. Кроме нового волшебного меча, он больше ни на что не тратился. Комната и питание предоставлялись семьей Бореас, так что после вычета платы за ученичество и денежных переводов семье у него накопилась кругленькая сумма.

Мужчина рассмеялся: – Как я могу просить деньги у ученика Рокси, да еще и у ребенка. В конце концов, это всего лишь одолжение. Для такого маленького гения, как вы, я уверен, что вы вернете книги очень быстро. Но если бы вы просили о персональном обучении, то это была бы совсем другая история.

Хотя Кристоф Вальс рассуждал здраво, на самом деле в его сердце был другой мотив. Одолжить эти книги, не требуя оплаты, было также долгосрочной инвестицией.

Рокси, учитель Рудеуса, теперь была магом королевского ранга, имевшим чрезвычайно высокий статус. Маги королевского ранга могли получить должность королевского придворного мага в любом из небольших королевств, в которые они отправлялись. Поэтому было неплохо заручиться ее благосклонностью косвенно, через ее ученика.

Сам Рудеус тоже был ребенком с огромным потенциалом, и Кристоф не удивится, если однажды он достигнет ранга Короля или даже Императора. Инвестиции заключались в том, чтобы покупать по низкой цене и продавать по высокой. Сейчас Рудеус был очень перспективной, но недооцененной акцией, которая в будущем может взлететь до небес.

Рудеус чувствовал себя немного подавленным, ему было неприятно принимать доброту от незнакомца, который, похоже, не хотел принимать плату. После неудачного покушения на его жизнь он стал гораздо более осторожным и осмотрительным. Хотя Гислен была рядом с ним, в его сердце все еще оставался намек на опасения.

Тем не менее, он также понимал, что, учитывая его статус человека, ставшего мишенью для такого крупного и знатного дома, как семья Нотос, он был не в том положении, чтобы отказываться от подачек. Особенно если это было что-то, что могло значительно улучшить его нынешнее положение.

Решив быть немного бесстыдным, Рудеус нерешительно спросил: – Могу ли я также научиться магии иллюзий? Судя по тому, что я видел, вы, похоже, мастер иллюзорного искусства.

Кристоф Вальс был поражен. Существовала большая разница между предоставлением книг по основам чародейства и преподаванием его искусства магии иллюзий. Иллюзорная магия была тем, чему он посвятил большую часть своей жизни.

Не будет преувеличением сказать, что он был главным экспертом по магии иллюзий во всем Роа. О передаче своих секретов тому, кто даже не был членом его гильдии, не могло быть и речи, но ему нужно было что-то взамен.

– Нет ничего невозможного в том, чтобы научить вас иллюзионной магии и даже моим личным приемам очарования, – Кристоф начал, – при одном условии.

Рудеус кивнул. Он знал, что на эту просьбу не согласятся так просто.

– Вы должны вступить в мою гильдию и подписать контракт.

– Контракт?.. Каковы условия? – Рудеус задумался, прежде чем спросить, стараясь, чтобы подозрение в его сердце не просочилось в его голос.

– Ничего особенного. Вы просто должны пообещать не передавать то, чему научитесь, другим без моего разрешения, а также не покидать гильдию в течение 5 лет. Кроме того, пока вы в ней состоите, то должны будете отдавать гильдии 10 процентов дохода от своих зачарований в качестве лицензионного сбора.

Эти условия были очень простыми. Магическая гильдия ранга С, как эта, обычно требовала контракт на 10 лет и 15-процентную лицензионную плату. По мере того, как магические гильдии повышались в ранге, их контакты также становились более жесткими. Магическая гильдия ранга А могла даже потребовать пожизненный контракт, и все равно многие маги были бы готовы вступить в нее.

Рудеус внимательно рассмотрел предложение.

– Помимо того, что я смогу обучаться, какие еще преимущества дает вступление в вашу магическую гильдию?

– Ресурсы, например. Для зачарования требуется много алхимических реагентов, магических катализаторов, материалов монстров. Хотя мы не предлагаем эти ресурсы бесплатно, вы сможете приобрести их по цене значительно ниже рыночной, используя наши каналы снабжения.

– Вы также можете получить доступ к нашей мастерской. Хорошая мастерская необходима для того, чтобы максимально увеличить процент успеха зачарований. Мастерские магических гильдий высокого ранга обычно покрыты от пола до потолка усиливающими образованиями, барьерной магией или спасательными решетками на случай катастрофического провала. Хотя наша не может сравниться с магическими гильдиями ранга А, она все же довольно впечатляющая для магической гильдии ранга С.

– Члены магической гильдии также склонны делиться своими открытиями и исследованиями. И любой выпускник, посещавший магическую академию Раноа, скажет вам, что обмен открытиями, обсуждение теории, рецензирование магических трактатов – все это необходимо для оттачивания мастерства.

– В целом, хотя вам придется выложить 10 процентов от вашего заработка в качестве членского взноса, ценность того, что вы получите от этого, стоит гораздо больше.

Рудеус кивнул в знак понимания. Если так рассуждать, то вступление в магическую гильдию не принесет ему вреда. Во-первых, у магических гильдий были высокие пороги для вступления. Кандидатами обычно становились выпускники магических академий, которые могли получить работу где угодно, поэтому их условия должны были быть в некоторой степени конкурентоспособными.

Что касается приобретения ресурсов, семья Бореас, проживающая в Роа, также могла предоставить каналы для покупки материалов. Возможно, даже по более выгодной цене, чем та, что мог предоставить Магический торговый дом Вальса.

Но чего не хватало семье Бореас, так это каналов сбыта для продажи созданных ими магических предметов. Устоявшаяся магическая гильдия имела доверенные связи продавцов для продажи своей продукции, а также базу данных людей с достатком и интересом для приобретения магических предметов.

Что касается мастерской зачарований, то он еще не знал даже основ чар, поэтому не представлял, насколько сильно мастерская по изготовлению магических предметов повлияет на успех. Это может быть огромная разница, а может быть и незначительное влияние. Так что доступ к мастерской гильдии был не таким уж заманчивым.

Самым важным для Рудеуса был обмен знаниями и открытиями. В данный момент его магические знания в значительной степени склонялись к практическим. Его теоретическая база была эквивалентна знанию того, как разжечь костер с помощью палочек, но не пониманию того, что это происходит из-за трения или что кислород питает огонь. Он не знал, насколько важна будет более широкая основа для развития стиля Магического Меча, но она могла бы помочь ему придумать идеи.

Хотя подписание 5-летнего контракта с этим неизвестным человеком казалось необдуманным решением, нужно было помнить, что Рудеус больше не был деревенским простаком. У него была поддержка и опора семьи Бореас. Если бы Кристоф Вальс попытался обмануть его, он бы навлёк на себя гнев всей семьи Бореас.

– Я принимаю контракт, – Рудеус ответил на предложение, некоторое время обдумывая условия.

Кристоф с восторженным видом ответил: – Отлично! Дайте мне день на составление контракта. Пока что вы можете на время взять книги по основам чародейства и иллюзорной магии. Как только вы подпишете контракт, мы сможем начать ваше посвящение, и вы получите полный доступ к нашим библиотекам и сможете обмениваться знаниями с членами нашей гильдии.

– По-моему, звучит неплохо, мастер гильдии. Сколько членов в нашей гильдии?

Кристоф Вальс был в восторге от того, что Рудеус использовал термины "мастер гильдии" и "наша" при описании гильдии.

– Два, – ответил он.

– О? Значит, есть еще только один член нашей гильдии? Где он?

– Прямо здесь.

– Хм? Что вы имеете в виду, мастер гильдии?

– Ну, сейчас есть только два члена Магического торгового дома Вальса – ты и я.

– ...Ха?

Треск… Представление Рудеуса о том, как он сможет участвовать в строгих, интеллектуальных дебатах со своими старшими, собравшись вокруг магических гримуаров, разбилось вдребезги.

Десятый день рождения Эрис наконец-то наступил. В честь дня рождения любимой внучки Саурос устроил грандиозную вечеринку и пригласил в свой особняк всех аристократов Роа, а также важных жителей города.

Рудеуса сильно позабавило то, что Эрис пришлось учиться танцевать в формальной, благородной бальной обстановке, несмотря на то, что она, похоже, меняла ноги местами, когда нужно было двигаться в ритм музыке.

Ее день рождения был не только празднованием ее десятого дня рождения, но и балом дебютанток, который должен был представить первое официальное появление Эрис в аристократическом обществе. Также был элемент демонстрации ее подходящим кандидатам и их семьям. В связи с этим существовали определенные традиции, которые необходимо было соблюдать, обычаи и формальные ритуалы.

Несмотря на успехи в фехтовании и даже в магии, танцы для Эрис стали непреодолимой вершиной. Видя, как она теряет равновесие и падает на спину, отчаянно пытаясь сделать вид, что ее это не беспокоит, Рудеус пару раз терял свой невозмутимый облик телохранителя.

Поэтому после уроков танцев она стала еще более раздражительной, и Рудеусу часто приходилось терпеть все ее истерики, поскольку он всегда был подле нее.

Не желая и дальше быть объектом недовольства маленькой леди, а также, откровенно говоря, из жалости к бедному ребенку, Рудеус вмешался, чтобы помочь ей с уроками танцев. Он придумал элементарный стиль боевого искусства "Танец Меча", который включал в себя танцевальные шаги, которые ей пришлось разучить, и научил ему Эрис.

Перевод танцевальных шагов, которые девушка совершенно ненавидела, в технику работы ног, относящуюся к искусству меча, которым она увлекалась, был невероятно эффективен для обучения танцевальным шагам.

Стиль танца с мечом не был полноценным, в нем было больше изысков и кружащихся вихрей, чем практического смысла для боя. Он был элегантным, но не по тем причинам. Несмотря на это, Эрис по неизвестным Рудеусу причинам влюбилась в технику меча, и даже Гислен оценила ее как "очень интересную".

Эрис успела выучить свои танцевальные движения к празднику благодаря технике Танца Меча Рудеуса. Она выразила свою благодарность, отказавшись от насилия на один день и предложив ему свой десерт во время ужина в тот вечер. Для некогда непокорного отпрыска Бореасов, который даже не знал, что такое благодарность и признательность, подобное поведение было большим улучшением.

Сама вечеринка была экстравагантной. На украшение и угощение не пожалели средств. Слуги суматошно бегали по дому, готовя поместье, не оставляя места для ошибок. Всего за неделю или две поместье Бореасов полностью преобразилось. Гордые улыбки Филиппа, Хильды и Сауроса освещали поместье в дни, предшествовавшие празднику.

Гости прибывали в порядке их значимости. Первыми прибывали мелкие дворяне, в то время как более влиятельные и богатые особы имели привилегию заставлять меньших ждать их. Это было еще одним негласным правилом среди знати.

Из-за его особого статуса Рудеусу было приказано отойти на второй план в выполнении обязанностей телохранителя. Вместо этого он бродил вокруг и наблюдал за общением дворян и влиятельных людей, время от времени любезничая с подошедшими детьми его возраста.

Он наблюдал за общением взрослых, тщательно подмечая их манеры, привычки и особый дворянский язык. Это была часть его подготовки к тому моменту, когда он в конце концов выйдет на арену политики и аристократии.

Рудеус хотел выяснить, удастся ли ему собрать какие-нибудь слухи или новости, касающиеся семьи Нотос, но, к сожалению, не смог узнать ничего нового. В конце концов, сеть связи в этом мире была слишком примитивной, и транспортные системы были так же неразвиты. Передача информации занимала месяцы и даже годы верхом на лошадях. Птицы-посыльные были дороги в обучении, и их не использовали для таких вещей, как сплетни.

Когда пришло время ее дебюта, Эрис была официально представлена собравшимся дворянам и высокородным гостям. Она выглядела совсем не так, как обычно бурная и грубая, а одетая в изысканное белое платье и даже наложившая на лицо немного макияжа.

Саурос громко объявил присутствующим молодым людям, чтобы они предложили ей руку для танца, если хотят его благосклонности, в то время как Филипп и Хильда с гордостью наблюдали за происходящим.

Обычно вспыльчивая и несдержанная девушка нехарактерно нервничала. И ее нервы только усилились, когда из толпы вышел благородный юноша того же возраста и пригласил ее на танец.

К счастью, девушке удалось сохранить самообладание. Эрис сжала комок нервов в своем сердце и приглушила порхание бабочек в животе. Помня о танце с мечами, которому она научилась у Рудеуса, Эрис без проблем справилась со своим первым формальным танцем в дебюте благородного рода.

Толпа зааплодировала, и Эрис вздохнула с облегчением, бросив благодарный взгляд на Рудеуса, который пробормотал ей слова "Я знал, что у тебя получится".

После завершения первого танца остальные танцы продолжались полным ходом. Рудеусу также пришлось отбиваться от ухаживаний некоторых более смелых благородных девушек, которые приглашали его на танец. Юноша был одет в изысканную одежду, подобающую знати, и от природы был хорош собой.

Шрам на его лице, который должен был отталкивать нежных благородных девушек, вместо этого пришелся им по вкусу. Кажущаяся грубоватость придавала Рудеусу некий суровый шарм, который не был знаком привилегированным и защищенным благородным девушкам, а потому и казался им таким притягательным.

Эрис, вынужденная изображать приличие и элегантность, вскипела при виде этого зрелища. Рудеус чувствовал на себе острый, пронзительный взгляд дебютантки, на лице которой застыла принужденная улыбка.

После окончания вечеринки Рудеус собрал Гислен и Эрис в комнате маленькой девочки.

Поскольку это был ее десятый день рождения, он приготовил подарок для нее, а также для своего учителя.

Рудеус достал короткий меч, который выглядел точно так же, как и Синий Клык, с единственным отличием - ярко-красным цветом кристалла, встроенного в рукоять.

– Вот, Эрис. Это для тебя. С днем рождения!

Девушка приняла меч почти с благоговением: – Это, Рудеус сделал это для меня?

– Угу. Учителя магии обычно дарят своим ученикам волшебные палочки. Поскольку ты научилась безмолвной магии, я подумал, что волшебный меч будет полезнее. Я начертил массивы усиления магии и сам зачаровал меч. Я только недавно начал изучать чары, поэтому он не очень впечатляет. Я улучшу его, когда сам стану лучше.

Эрис на мгновение замолчала, держа меч. Эмоции пробегали по ее маленькому, но развивающемуся телу. Она почувствовала странное ощущение в груди, такого она еще никогда не испытывала.

Рудеус обеспокоенно посмотрел на притихшую девушку: – Если тебе не понравилось, я могу...

– Нет! Мне все понравилось, Рудеус! Я буду беречь его, обещаю! – Эрис тут же прервала его, крепко обняв обеими руками клинок в ножнах, словно боясь, что Рудеус заберет его обратно. Она почти с любовью поглаживала рукоять короткого меча, а ее глаза сияли от восторга. – Это самый лучший подарок на свете, спасибо тебе, Рудеус!

Рудеус тепло улыбнулся, радуясь тому, что его подарок был так хорошо принят. Затем он достал деревянный кинжал и протянул его Гислен. Изогнутое лезвие кинжала тоже было сделано из дерева, и казалось, что весь деревянный кинжал был сделан из одного бревна. В основание рукояти был вмонтирован магический кристалл.

– Вот, учитель, это для вас.

Гислен удивленно посмотрела на него: – А? И для меня что-нибудь? Но сегодня не мой день рождения.

Рудеус рассмеялся: – Хотя вы и мой учитель, я также научил вас магии. Как я уже говорил, учителя магии обычно дарят своим ученикам палочки. Я подумал, что обычная палочка не очень подходит к твоему стилю, а любой меч, который я могу тебе дать, не будет так хорош, как Хирамун, поэтому я сделал для вас вот это. Он выглядит как кинжал, но на самом деле это просто палочка в форме кинжала. Она вырезана из ветви Мудрого Древня, поэтому хорошо проводит магию.

Эрис посмотрела на кинжал с некоторой завистью: – Похоже, Рудеус приложил больше усилий для подарка Гислен, чем для моего...

Рудеус посмеялся над ее обвинением, несмотря на правду в ее словах. Небольшое полено, которое он приобрел через каналы поставок торгового дома Вальса, стоило большую золотую монету Асуры, даже с учетом сниженной цены. Кроме того, он старательно вырезал его от всего сердца, а затем покрыл высококачественными алхимическими реагентами. После того как он начертил на нем магические круги, кинжал стал прочнее камня.

Подарок Эрис обошелся ему в пару серебряников, в то время как на подарок Гислен он потратил чуть больше двух золотых. В конце концов, он чувствовал, что обязан учениям Гислен гораздо больше, чем семейной привязанности к Эрис.

Гислен бережно приняла в руки деревянный кинжал. Она слабо улыбнулась, вспомнив время, проведенное в Великом лесу, когда она была еще дикой зверушкой, которой управляли инстинкты, а не разум. Никто и подумать не мог, что однажды она "закончит" обучение магии и даже овладеет магией Огня и Воды. Даже если это была магия только начального уровня, это все равно было далеко от ее дикого и необузданного прошлого.

И именно этот мальчик перед ней помог ей в этом. Рудеус, который был одновременно искусным фехтовальщиком и впечатляющим магом, смог четко объяснить различия циркуляции маны в Боевой Ауре и заклинаниях. Благодаря этому Гислен смогла постичь эту разницу и научиться магии.

Хотя она многому научила его, Гислен не считала, что это стоит больше, чем все, чему Рудеус научил ее, от чтения, счета и до магии. Сначала она взяла Рудеуса в ученики только потому, что он был сыном Пола. Но потом его блестящий талант раскрылся, и Гислен впервые в жизни почувствовала радость от того, что может кого-то учить, передавать свои навыки и наследие.

Если это Рудеус, то ее наследие будет храниться с гордостью, так она думала.

Кто бы мог подумать, что восьмилетний ребенок в столь юном возрасте смог пробиться в ранг Святого. Теперь она не думала, что ранг Императора или, возможно, даже ранг Бога когда-нибудь станет для мальчика недосягаемым.

Гислен сдерживала ухмылку при мысли о том, что ее ученик сможет победить Гула Фариона и убить его, как это было принято в стиле Бога Меча, чтобы самому заполучить титул Бога Меча. Ему еще предстоял долгий тернистый путь, но Гислен искренне считала, что у Рудеуса, если он продолжит совершенствоваться, есть шанс сделать это в один прекрасный день.

– Спасибо, Рудеус. Извини, что у меня нет подарка и для тебя. Я что-нибудь придумаю, – сказала она, держа деревянный кинжал.

Он отмахнулся от ее предложения: – Такой примитивный подарок даже близко не сравнится с весом вашего учения, учитель. Как ваш ученик, я все равно не могу выразить свою благодарность.

Гислен рассмеялась: – Твой язык все так же сладок, как и всегда. Должно быть, ты научился этому у Пола. Он плохо на тебя влияет.

– Мой отец научил меня многим вещам, но ему не нужно было учить меня восхищению и уважению к своему учителю. Это вполне естественно.

Эрис мельком посмотрела между ними, и в ее сердце расцвела детская зависть при виде того, как близки учитель и ученик.

– Д-да! Я тоже придумаю подарок для тебя, Рудеус! – перебила она, заявив с азартом.

– А, хорошо. Я с нетерпением жду твоего подарка, – Рудеус ответил несерьезно.

'Он даже не попытался поскромничать... Почему он так по-разному относится к нам с Гислен!?', – Эрис надулась и удрученно села.

Рудеус увидел ее опущенный взгляд и слегка смутился. Сменив тему, он спросил: – Ты уже придумала имя для своего нового меча, Эрис?

– Хм? Имя?

– Да. Всем хорошим мечам нужны имена.

Девушка на мгновение задумалась: – Меч Рудеуса называется Синий Клык, верно? Тогда я назову свой Красным Клыком!

Он усмехнулся: – Да, я знал, что ты его так назовешь.

Суть зачарования можно свести к следующему: произнесение различных заклинаний и поддержание их с помощью магических кругов для придания обычному предмету магических свойств. В основном этот процесс состоял из трех этапов:

Во-первых, исследовать заклинание, которое необходимо для создания желаемого магического эффекта в зачарованных предметах. Не все заклинания будут хорошо работать вместе, а некоторые заклинания будут эффективно взаимодействовать друг с другом. Выбор наиболее подходящих заклинаний никогда не был однозначным, особенно на ранней стадии процесса. Неправильный выбор заклинаний мог преждевременно погубить хорошо продуманную оболочку.

Во-вторых, необходимо будет составить магические круги. Не существует единого магического круга, который использовался бы для всех заклинаний. Тип используемого круга зависел от типа заклинания, ранга заклинания, количества вливаемой маны, эффекта заклинания и т.д. Именно в этом процессе обычно и происходили взрывы, из-за допущенной ошибки, которая приводила к нестабильной реакции.

В-третьих, выбор и обработка материалов. Магические кристаллы были самым очевидным материалом, необходимым для любого вида зачарования. Для мелких предметов они измельчались в пыль и использовались при изготовлении предмета. Для более крупных - вставлялся весь кристалл. Другие материалы выбираются в зависимости от заклинаний, которые зачарователь собирается применить к предмету. Некоторые материалы обладают определенным сродством, и их свойства влияют на конечный продукт. Затем магический кристалл и другие материалы нужно было подвергнуть магической обработке. Разные материалы требуют разной обработки, но с магическими кристаллами все обычно просто.

Зачарователь обычно помещает кристалл в центр магического круга, произносит заклинания, которые он хочет вложить в магическую формацию, активирует формацию, привязывает эти эффекты к уже обработанному кристаллу. Пока формация привязывает эффекты заклинаний к магическому кристаллу, зачарователь должен быстро нанести определенные рунические массивы, чтобы удержать их на месте.

– Хотя 90% процесса зачарования вполне стандартно, последние штрихи обычно уникальны для каждой магической гильдии, – Кристоф Вальс объяснил Рудеусу, который делал пометки в своей записной книжке. – Наш метод особенный, потому что он может увеличить эффективность потока маны на 20%, а эффективность заклинаний – на 35%. Конечно, у самых крупных гильдий, вероятно, есть методы, повышающие эффективность вдвое.

– Понятно, гильдмастер.

Прошел год с тех пор, как Рудеус начал изучать магию зачарования и иллюзий у мастера гильдии. Несколько недель назад ему исполнилось 9 лет. За этот год почти все его время было посвящено плотному графику – изучению политики у Филиппа и Сауроса, самостоятельному изучению языка, тренировкам по фехтованию, обучению магии иллюзий, обязанностям телохранителя, постоянному совершенствованию стиля Магического Меча, зачарованию магических предметов. Если бы не появившаяся в ежедневном рационе изобретенная Рудеусом Целительная магия, действующая как уколы адреналина, он бы уже давно упал в изнеможении.

Конечно, длительное использование этой адреналиновой целительной магии повышало риск необратимого повреждения его внутренних органов. Поэтому он использовал их лишь изредка, чтобы поддерживать себя в сознании, примерно раз в неделю.

В прошлой жизни Рудеус получил степень по спортивной науке, поэтому он хорошо разбирался в основах биологии. До сих пор он не обнаружил никаких серьезных различий в анатомии человека между этими двумя мирами. Поэтому он мог точно определить местонахождение надпочечников в своем теле и стимулировать их с помощью Целительной магии. У него было еще несколько идей, как изменить биологию своего тела, например, скелетную или мышечную массу, метаболизм. Но Рудеус посчитал их слишком опасными, чтобы экспериментировать без целителя, стоящего рядом с ним, чтобы устранить возможные повреждения. Особенно опасной была идея стимулировать нейронную сеть и нервную систему в его мозгу, чтобы улучшить время реакции. Если электрические импульсы – это поезда, посылающие сообщения от мозга к остальному телу, то он хотел построить лучшие железнодорожные пути, чтобы поезда двигались быстрее.

Но это была лишь теория. Даже если на бумаге это выглядело бы хорошо, Рудеус не владел своей маной в совершенстве. Не было никакой гарантии, что он случайно не пропустит что-то важное и не станет навеки мертвым овощем. Эту идею он пока отложил на полку, как и все остальные, которые считал слишком опасными.

Но благодаря спартанскому образу жизни его образование в целом быстро продвигалось вперед. Магия Иллюзий показалась ему особенно интересной, и ее можно было легко внедрить в стиль Магического Меча.

Это было распространенное заблуждение, и его гильдмастер начал объяснять, что магия Иллюзий – это не просто подвид магии Ветра. На самом деле это была смешанная магия, включающая в себя магию Ветра, Воды и Огня! Магия Огня использовалась для нагревания воздуха, создавая разницу в плотности воздуха, что позволяло свету преломляться. Магия Воды создавала в воздухе крошечные кристаллы, которые использовались для направления преломленного света, а магия Ветра – для перемещения иллюзий, чтобы они выглядели реалистично.

Получив уроки, Рудеус смог не только применять магию Иллюзий, но и использовать ее безмолвно. Он включил ее в свой стиль Магического Меча и придумал свою первую технику Святого Магического Меча – [Призрачный Клинок].

[Призрачный Клинок] был общим термином для разнообразных иллюзорных заклинаний, которые Рудеус теперь имел в своем распоряжении. Например, он мог создавать клонов, которые, будучи иллюзиями, на вид были неотличимы от его настоящего тела.

Невидимость была еще одной магией Иллюзий, которую он изучил, и которая может быть достигнута путем простого преломления света от попадания на его тело. Сочетание этих двух техник позволяло ему скрывать свое настоящее тело, создавая иллюзорные клоны, чтобы запутать врага.

Против таких, как Гислен, этот прием был практически бесполезен, поскольку ее острый нюх мог видеть сквозь любые иллюзии. Но против человека, не обладающего обостренными чувствами зверолюдей, этого было более чем достаточно.

Его успехи в зачаровании также быстро прогрессировали. Ему потребовалось полгода, чтобы освоить основные чары, которым можно было научиться в магической академии Раноа, и еще полгода, чтобы освоить уникальные методы зачарования Кристофа Вальса. Это была скорость, значительно превышающая скорость обычного мага, но не такая чудовищная, как его талант в фехтовании.

Зачарование было довольно простым делом, особенно если следовать пошаговому процессу, описанному в установленных "рецептах". Пока Рудеус не делал ошибок, зачарование было лишь вопросом терпения.

К настоящему времени ему удалось изготовить несколько магических предметов, используя ресурсы, приобретенные в Магическом торговом доме Вальса. Эти магические предметы не были слишком впечатляющими, но все же это были настоящие магические предметы, обладающие магическими эффектами. Простое кольцо, повышающее силу своего владельца, стоило около 50 золотых монет Асуры. Стоимость производства? 10 золотых монет.

Можно с уверенностью сказать, что производство магических предметов было лучшим способом заработать деньги, которым Рудеус мог сейчас заниматься.

Гильдия магов помогала Рудеусу продавать его продукцию в обмен на плату. Но даже если он отдал 5 золотых монет Кристофу, он все равно получил прибыль в 35 золотых монет от изготовления простого магического предмета, который не требовал даже дня работы.

Кристоф прокомментировал абсурдность этого. Обычный маг, специализирующийся на зачаровании, тратил ману на создание одного относительно простого магического предмета. Для более сложных магических предметов им требовалось больше времени. На сложные магические предметы, такие как нагрудная пластина, которую Рудеус однажды видел в оружейной мастерской, уходили месяцы.

Половина времени уходила на составление магических кругов и гравировку рунических массивов. Другая половина уходила на вливание маны в магический кристалл-катализатор. Обычным магам требовался день или два, чтобы восстановиться после истощения маны.

Рудеус был ненормальным. Даже вливая необходимое количество маны для создания магического предмета, он почти не чувствовал затрат. Ему казалось, что если бы он мог ускорить эффективность производства магических предметов, то мог бы стать фабрикой одного человека, выпускающей по дюжине магических предметов в день.

Не все созданные им предметы продавались. Он создал несколько изделий по заказу семьи Бореас, и несколько подарил им.

Магические предметы, сфокусированные на выживаемости, были приоритетом при зачаровании предметов. Филипп и Хильда держали по кольцу исцеления, содержащему одно заклинание Продвинутого исцеления, и по кольцу защиты. Они заказали у Рудеуса эти кольца, когда узнали о его таланте в зачаровании. Он продал их им по сниженной рыночной цене.

Кроме того, он подарил им по одному наступательному магическому предмету. Филипп надел браслет, который мог выпускать смертоносную магию Ветра Высшего ранга, [Вихревая Коса]. Хильда получила ожерелье, которое могло извергать потоки магии Воды Среднего ранга, [Ледяной Обстрел].

Саурос получил пару роскошных кожаных перчаток, которые усилили его и без того внушительную силу, а также стандартное кольцо исцеления. Вместо кольца защиты, создающего барьерную магию Высшего ранга, Саурос попросил защитное заклинание, ориентированное также и на нападение. Поэтому Рудеус создал предмет с эффектами магии Воды Высшего ранга [Морозная Броня].

Заказанные предметы были бы чрезвычайно дорогими даже для знатной семьи. Магические предметы высшего ранга были безумно дорогими в производстве, поэтому и цена продажи была бы экстравагантной. Если бы Рудеус продавал их по рыночной цене, то средняя цена каждого составила бы 150 золотых монет Асуры.

Конечно, усилия, затраченные на их изготовление, были столь же изнурительными. На изготовление каждого волшебного предмета уходило примерно три дня. К счастью, рецепты их создания можно было приобрести в магическом торговом доме. Рудеусу нужно было только следовать инструкциям. С руководством Кристофа Вальса и эффектом повышения успеха, полученным в мастерской, он не испытывал особых трудностей, кроме долгого процесса.

Его решение изучать чары не было ошибкой, заключил Рудеус.

Помимо Филиппа, Хильды и Сауроса, Рудеус также делал магические предметы для Эрис и Гислен.

Как и ее родители, Эрис получила кольцо исцеления и кольцо защиты. Будучи ее телохранителем, безопасность Эрис была для Рудеуса наивысшим приоритетом. Он не жалел средств и создавал кольца самого высокого качества, на которое был способен.

По какой-то причине Эрис выглядела крайне смущенной, когда принимала кольца от Рудеуса.

'Может ли она быть... хм. В конце концов, Эрис – взрослая девушка. Она, должно быть, смущается, когда получает что-то вроде кольца от парня.

Кроме того, он наколдовал для нее пару сапог, которые были зачарованы на его [Земляной Рывок]. Это было то, что она настоятельно требовала после того, как он начал зачаровывать магические предметы. В результате, теперь она могла использовать Среднюю технику Магического Меча, [Земляной Рывок] в дополнение к своему мечу с [Огненным Шаром].

Гислен отвергла любые магические предметы от него. Она заявила, что ей не нравятся ни наступательные, ни защитные магические предметы, поскольку они заставляют ее слишком полагаться на их способности. Она предпочитала полагаться на свой собственный меч. Она приняла от Рудеуса одно кольцо исцеления только после его долгих упрашиваний.

Несмотря на то, что ему пришлось использовать собственные сбережения, чтобы покрыть расходы на производство всех этих магических предметов, он все равно получил прибыль от продажи остальных созданных им предметов. Благодаря продаже магических предметов его сбережения превысили 1000 золотых монет Асуры.

И это был только его основной заработок, он зачаровывал магические предметы на стороне, а после тратя почти все свое время на обучение фехтованию, защиту Эрис, изучение политики и магии иллюзий. Можно только представить, сколько золотых монет он мог бы накопить, если бы провел год или два, сосредоточившись исключительно на производстве магических предметов.

---------------------------------------------

[ВАЖНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ]

Мы приближаемся к арке о Катастрофе маны. Как автор, я нахожусь перед дилеммой, которая заключается в том, что я не знаю, куда должны телепортироваться Рудеус и Эрис. Следовательно, я открою этот вопрос для читателей. Чтобы проголосовать, прокомментируйте вариант 1 или 2. Пожалуйста, не голосуйте более одного раза. Результаты будут подсчитаны через несколько дней, что определит направление этой истории.

1) Следуя канону, телепортация на Демонический континент, где они встречают Руиджерда. Не будет строго следовать канону, но неизбежно будут некоторые сходства.

Плюсы: Легко писать. Знакомо для читателей.

Минусы: Слишком знакомо. Может быть скучно читать.

2) В баню канон, телепортация в другое место.

Плюсы: Больше раскрытия лора мира. Автор получает возможность поразмять свои творческие извилины.

Минусы: Сложнее писать без референса для автора.

//П.П: Голосование было завершено и автор решил, но так и не сказал, куда пойдет сюжет

Скок-скок. Конь, на котором ехал Рудеус, выехал из городских ворот Роа. Мальчик, которому теперь исполнилось девять с половиной лет, вышел из города один.

Прожив вдали от семьи уже несколько лет, он скучал по ней и сожалел, что не вернулся навестить ее, хотя деревня Буэна находилась всего в одном дне пути.

Поэтому он попросил у своих работодателей, семьи Бореас, отпуск в деревню навестить свою семью.

'Прошло два с половиной года с тех пор, как я покинул деревню Буэна... Аише и Норн сейчас должно быть около трех лет. Время пролетело слишком быстро', – размышлял Рудеус, сидя на лошади, которую ему одолжила семья Бореас.

Когда он впервые заявил о своем желании вернуться домой, Эрис потребовала, чтобы она поехала с ним. Хотя Рудеус не был против взять Эрис с собой, ее родители отклонили просьбу. Для нее было слишком опасно покидать территорию Бореасов в Роа, где ей было безопаснее всего. Даже если бы Гислен пошла с ними, у их врагов было бы гораздо больше соблазна нанести удар где-нибудь за пределами Роа.

Эрис была возмущена, взбешена, или грубо говоря, зла как чорт. Она закатила истерику, даже прибежала к Сауросу и плакала, чтобы ей разрешили отправиться в деревню Буэна вместе с Рудеусом.

Казалось, что, проводя почти каждый день с Рудеусом рядом в течение последних двух с половиной лет, Эрис больше не могла представить хотя бы день без него. Это была тревожная привязанность, отметил Рудеус, хотя ее родители, похоже, не думали так же.

Потребовалось несколько обещаний Рудеуса вернуться через неделю и привезти подарки для нее, чтобы Эрис согласилась отпустить его без боя.

– Передай от меня привет Зенит, – Гислен просто попросила его. 'Вот как должна вести себя зрелая леди', – ехидно заметил Рудеус в сторону Эрис.

И вот Рудеус галопом направился в сторону деревни Буэна из Роа, время от времени накладывая на лошадь заклинания исцеления, чтобы она могла бежать с максимальной скоростью без необходимости отдыха.

//П.П: Где-то в манхвах прочел, что нельзя восстанавливать лошадь во время поездок, иначе она будет думать, что это для нее нормальная нагрузка, и умрет в следующем забеге от истощения без дальнейшего регулярного восстановления. Ставь , чтобы жалко.

Обратный путь на лошади занял всего несколько часов при максимальной скорости. Только в середине дня Рудеус вернулся на свою родину – деревню Буэна.

.....

Жители бросали на него странные взгляды, пока он проезжал через деревню. Рудеус понял, что это, скорее всего, потому, что им было трудно узнать его спустя два с лишним года. Он сильно вырос с тех пор, как покинул деревню, и его одежда также сильно отличалась от грубой льняной рубашки и штанов, которые он носил раньше.

Таким образом, жители деревни должны были подумать, что это странно, что маленький неизвестный им ребенок едет на лошади через их деревню.

Не обращая внимания на озадаченные взгляды, Рудеус направился к дому своей семьи.

Когда он подошел к деревянной ограде своего дома Грейрат, на него нахлынули воспоминания о времени, проведенном здесь: как он махал мечом с Полом в саду, как учился магии у Зенит и Рокси, как Лилия укоряла его за случайные шалости.

– Не похоже, что тут что-то особо изменилась, – Он выдохнул, слезая с лошади и подходя к входной двери.

Его маленькая рука сжалась в кулак, и он постучал в дверь.

Прошло несколько мгновений, прежде чем он услышал топот маленьких ножек по земле.

Дверь распахнулась, и на пороге появилась маленькая девочка с рыжими волосами и зелеными глазами. Рудеус слегка опешил от увиденного, но потом узнал в ней Аишу.

Он тепло улыбнулся: – Здравствуй, ты, должно быть, Аиша.

Девушка на мгновение с любопытством посмотрела на него: – Здравствуйте. Кого вы ищете?

Рудеус сдержал небольшой смешок. Кто бы мог подумать, что к нему будут относиться как к чужаку только после того, как он уехал на два с половиной года.

– Твои родители дома? – спросил он.

Прежде чем она успела ответить, он услышал знакомый голос из дома: – Аиша, кто там у двери?

Позади Аиши появилась женщина со светлыми волосами и светло-голубыми глазами. Женщина, которую Рудеус никогда бы не забыл.

Он ярко улыбнулся: – Привет, мама. Я дома.

Зенит сначала удивленно вскрикнула при виде своего сына, а затем с восторгом воскликнула: – РУДИ! ТЫ ВЕРНУЛСЯ!

Рудеус, стоявший перед ней, выглядел гораздо взрослее, чем в последний раз, когда она его видела. Он стал выше, что вполне ожидаемо, но выглядел скорее как подросток, чем девятилетний ребенок. Мускулы, которые почти не скрывал модный наряд, свидетельствовали о его росте за последние два с половиной года.

Однако, как бы сильно он ни изменился, Зенит по-прежнему могла узнать своего сына с первого взгляда.

Она бросилась к Рудеусу и заключила его в знакомые объятия, которые, хотя и грозили перекрыть ему доступ кислорода, все заставляли сильно скучать по ним. Он крепко обнял ее в ответ, его тело было больше и выше, чем помнила его мать.

– Я скучал по тебе, мама, – Он прошептал над ее плечом, когда она крепко обнимала его.

Они разорвали объятия, и она оглянулась со слезами на глазах: – Я тоже скучала по тебе, Руди. С возвращением.

– С возвращением, молодой господин Рудеус.

Рудеус поднял голову и увидел Лилию, которая выглядела все так же, как и тогда, когда он покинул дом, одетая в знакомый наряд горничной.

Лилия по-прежнему сохраняла свое ничего не выражающее профессиональное выражение лица, но ее губы все же приподнялись, выдавая волнение внутри.

– Рад вернуться, Лилия, – Рудеус поприветствовал ее.

Лилия подошла к нему, и ее улыбка расширилась: – Вы так выросли, молодой господин Рудеус. Я почти не узнала вас.

– Даже если бы он был в два раза выше, я бы все равно узнала своего малыша Руди, – прокомментировала Зенит, осыпая поцелуями его лицо. Возможно, раньше Рудеус и смутился бы из-за этого, но теперь он с радостью принимал ее ласки.

К этому моменту Аиша уже догадалась, что это за молодой человек, которого так тепло приветствовали ее мать и Зенит.

– Ты мой брат, Рудеус. Я не узнала тебя. Я прошу прощения, – Аиша извинилась с изящным реверансом, который ей привила мать. Ее поведение было скованным, и посторонние люди с первого взгляда не приняли бы их за брата и сестру, даже несмотря на некоторое внешнее сходство.

– Ах, не нужно извиняться. Когда я видел тебя в последний раз, ты была совсем маленькой. Как ты могла узнать меня? – Рудеус попытался успокоить ее, находя поведение девочки странным. Подобное поведение не подходило такой малышке.

Лилия, чему ты учила свою дочь?..

– Заходи, Руди, заходи! О, Пол будет так рад тебя видеть! – Зенит провела Рудеуса в дом, в котором он провел первые годы своей жизни.

– Где папа? – спросил Рудеус, сидя на стуле в гостиной. Его рука с нежностью прикоснулась к деревянному столу.

– Папа патрулирует лес. Монстры в последнее время ведут себя беспокойно, так что последние несколько недель он был очень занят, – ответила Зенит, внимательно посмотрев на сына.

– Но ты действительно так вырос, Руди. И этот шрам на твоем лице! Что случилось!? Это Гислен издевалась над тобой в Роа? Или это сделала та непослушная юная леди Бореас? – спросила Зенит, проводя по шраму на его щеке с нежностью и заботой, на которую способна только мать по отношению к своему ребенку.

Рудеус почувствовал, что его радуют нескрываемая забота и любовь, которые изливались из Зенит. Пусть он и перевоплотился, но как он мог сказать, что эта женщина не его мать, получив от нее столько любви и заботы?

– Конечно, нет, мама. Это было из-за несчастного случая на тренировке. Ничего страшного, – Он ответил, взяв ее руку в свою. – И естественно, мама по-прежнему выглядит так же прекрасно, как и всегда. Ты выглядишь так, будто не постарела ни на день! Неужели в деревне Буэна время остановило свой ход с тех пор, как я уехал?

Зенит усмехнулась: – Ты научился таким лестным словам у этих дворян? Не подражай им слишком сильно, дворяне Асуры поголовно извращенцы. Не смей расти развратником, как твой отец!

Рудеус рассмеялся над ее комментарием: – Я не такой бесстыжий, мама.

Аиша подошла с маленькой чашкой чая в руках и протянула ее Рудеусу: – Вот, брат. Пожалуйста, наслаждайся, – Позади нее Лилия смотрела одобрительным взглядом.

Он неловко взял его: – Эм-м, спасибо, Аиша. Но тебе не обязательно делать все это. Иди, присядь со мной. Мама, где Норн?

– Она принимает ванну. Что важнее, ты вернулся навсегда? – спросила Зенит.

Рудеус покачал головой: – Нет, я просто попросил отгул, чтобы вернуться. Я могу остаться только на несколько дней.

– Мама!~ – Из комнаты донесся молодой детский голос.

– О, только помяни, и она тут как тут.

С одной из комнат дома выбежала молодая девушка, лишь обернутая в полотенце, что прикрывало только нижнюю половину ее тела.

– Мама, я хочу есть! – воскликнула Норн и замерла, увидев, что неизвестный человек в их доме забавно смотрит на ее полуобнаженную фигуру.

– Кьях! – крикнула она, вбегая обратно в комнату, на потеху Рудеусу.

Зенит вздохнула: – Норн, что я тебе говорила о беге голышом? – Она встала и пошла искать свою дочь, – Подожди здесь немного, Руди. У нее есть привычка делать это, поскольку в нашем доме в основном только женщины.

Он рассмеялся: – Ничего страшного.

Рудеус продолжал болтать с Аишей, которая показалась ему удивительно умной для трехлетнего ребенка. Лилия время от времени вступала в разговор, сохраняя свое строгое, дисциплинированное лицо. Аиша выглядела невероятно почтительной к своей матери. Можно было только представить, насколько строгой была Лилия как родитель.

Через некоторое время к их группе присоединились Норн и Зенит. Ребенок, к счастью, был уже полностью одет, но ее лицо было свекольно-красным, когда она представилась.

– Привет, я Норн. Добро пожаловать домой, брат.

Рудеус тепло улыбнулся: – Здравствуй, Норн. Я уверен, что ты не помнишь, но прошло уже больше двух лет с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Тогда ты была совсем крохой. Ты так выросла с тех пор.

Норн робко посмотрела на брата. С разницей почти в семь лет между ними, Рудеус казался скорее незнакомцем, чем ее братом. Было странно, что вся ее семья вдруг приветствует в своем доме незнакомого человека.

Она выросла, слушая истории о своем брате - гении, о котором и мама, и папа говорили с большой любовью. Даже если у маленького ребенка не было словарного запаса, чтобы выразить это, она могла понять, что Рудеус был их зеницей ока, их самым любимым ребенком.

'У-у-у... мама смотрит на него так, будто любит его больше всех...' – с горечью подумала Норн в своем сознании, которое все еще было на самой ранней стадии развития.

– Приятно познакомиться... – пробормотала она, глядя себе под ноги, не желая смотреть на странного мальчика, который внезапно ворвался в их дом и жизнь.

Рудеус беспомощно рассмеялся. Он не ожидал, что сестры примут его с распростертыми объятиями после того, как он отсутствовал большую часть их жизни. Но у него будет больше времени, чтобы поиграть с ними, когда он покинет семью Бореас.

Зенит взяла его за руку: – Теперь расскажи мне все, что ты пережил в Роа. Возможно, ты уже отправлял письма сюда, но я все еще хочу услышать от тебя лично.

Рудеус застенчиво улыбнулся и начал рассказывать о своем опыте общения с семьей Бореас: знакомство со своенравной девушкой Эрис, его ежедневные обязанности телохранителя, обучение у глубоко уважаемой им Гислен, отношение остальных Бореасов к нему как к члену семьи, прорыв через барьер Продвинутого ранга и получение титула Святого Меча, обучение зачарованию и созданию магических предметов.

Разумеется, он не упомянул некоторые моменты, такие как покушение со стороны Северного Святого, объявление им вендетты семье Нотос и обучение политике у Филиппа и Сауроса, чтобы однажды заполучить себе лордство Нотос.

Теперь, когда он говорил об этом подробно, он понял, что его пребывание в семье Бореас удивительным образом пошло ему на пользу. Хотя он покинул Буэну, чтобы заняться фехтованием, в итоге он получил гораздо больше того, на что рассчитывал, и даже обрел в Роа что-то вроде второй семьи.

Зенит, Лилия и их дочери терпеливо и с удивлением слушали его рассказ. Зенит чувствовала, что его письма не передают всего того, что он пережил в Роа на службе у Бореасов.

Соответственно, после того, как Рудеус закончил рассказывать свою историю, Зенит и Лилия также поведали ему о том, что происходило в деревне Буэна, которая, честно говоря, не была столь насыщенной событиями, как опыт самого Рудеуса. Но Рудеус находил определенную прелесть в мирном и неспешном образе жизни своей семьи. Возможно, однажды, когда он достигнет своей цели – покорит фехтование и ублюдков Нотосов – он сможет уйти на покой так же, как и Пол. Жена рядом с ним и дети, которых он сможет назвать своими.

День вскоре сменился темнотой, и наступил вечер. Единственный член семьи Грейрат вернулся домой, облаченный в доспехи и рыцарскую форму.

– Я дома!

– Добро пожаловать домой!

– Спасибо, Руди!.. подожди, Руди!? – У Пола отвисла челюсть, когда он увидел своего единственного сына дома.

Рудеус ярко улыбнулся от реакции своего отца.

-----------------------------------------------

[СПЕЦИАЛЬНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ]

Пользуясь случаем, хочу поблагодарить всех за отзывы и голоса в прошлой главе. Результаты неофициального опроса будут подсчитаны через несколько дней, но пока что они довольно равны, причем вариант 2 (телепортироваться в другое место) набрал чуть больше голосов. Я начал писать черновой вариант, в котором описываю, как будет развиваться сюжет, если гг будет телепортирован в другое место.

Скорее всего, после выхода еще нескольких глав я возьму перерыв на неделю, чтобы пописать и запастись главами.

День вскоре сменился темнотой, и наступил вечер. Единственный член семьи Грейрат вернулся домой, облаченный в доспехи и рыцарскую форму.

– Я дома!

– Добро пожаловать домой!

– Спасибо, Руди!.. подожди, Руди!? – У Пола отвисла челюсть, когда он увидел своего единственного сына дома.

Рудеус ярко улыбнулся реакции своего отца.

После того как первоначальный шок прошел, Пол обнял Рудеуса, и тот ответил ему взаимностью. Это был трогательный момент между отцом и сыном, когда ни один из них не заботился об уязвимости, которую мужчины обычно боятся показать.

– Тебя так быстро уволили? Что ты сделал, попался на соблазнении молодой леди? – поддразнил Пол, когда они сели ужинать.

– Нет, я просто взял отпуск. А Эрис всего 11 лет, бать, вытащи мозг из канавы, – парировал Рудеус.

Пол поднял бровь с дразнящей ухмылкой: – То есть ты хочешь сказать, что если бы она была старше, ты бы захотел ее соблазнить?

Зенит сузила глаза и пнула голень Пола из-под стола: – Прекращай попытки развратить нашего сына!

Рудеус посмеивался над их выходками, но внутренне размышлял над вопросом, который задал Пол. Мог ли он действительно видеть Эрис в таком свете? Конечно, она была стройной и красивой, и теперь, когда ее характер смягчился по сравнению с тем временем, когда он впервые встретил ее, с ней было гораздо приятнее находиться рядом. Но он никак не мог выбросить из головы ее детский образ.

Физически он тоже был ребенком, конечно, но существовал этот ментальный барьер, диссонанс между тем, как он чувствовал себя мысленно, и тем, как он выглядел физически. Он не знал, сможет ли он преодолеть его, потому что в противном случае он бы встречался с женщинами более подходящего возраста, как Гислен. И, следовательно, он всегда будет встречаться с женщинами старше себя?

Рудеус выкинул эту мысль из головы. Было слишком странно думать обо всем этом во время ужина с семьей.

– Хороший шрам, Руди. Цыпочкам он нравится, я уверен, – отметил Пол.

Рудеус бездумно почесал шрам на щеке. Он и семья Бореас уже привыкли к этому. Уже давно никто не спрашивал его об этом.

– Да, благородные девушки считали его привлекательным, – усмехаясь, ответил он.

– Вот он мой мальчик! Сын, достойный своего отца! – Пол от души рассмеялся, прежде чем отпрянуть от ложки, брошенной Зенит через стол.

– Я же сказала тебе прекратить развращать его!

Рудеус рассмеялся при виде этого зрелища. Флиртующие препирательства Зенит и Пола были тем, чего ему не хватало, хотя он и устал от них еще тогда, когда рос здесь. Некоторые вещи никогда не меняются.

Пока они ужинали, Рудеус изо всех сил старался побольше поговорить с Аишей и Норн. Вот только они были еще слишком молоды, поэтому вряд ли могли внести свой вклад в содержательную беседу. Но даже просто сидеть и есть вместе с ними согревало сердце.

Он также сделал несколько подарков для своей семьи – магические предметы, созданные им в Роа, похожие на те, что он сделал для семьи Бореас. Кольцо исцеления, кольцо защиты и наступательный магический предмет. Каждый из них был подарен каждому члену семьи Грейрат.

Зенит и Пол были потрясены подарками. Они лучше других знали, насколько редки и дороги волшебные предметы. А узнать, что Рудеус сделал их сам, было еще большим сюрпризом.

Аиша и Норн воспринимали кольца просто как "красивые блестяшки", но когда они подрастут, для них они станут сокровищами, спасающими жизнь. Продав одно из них, они смогут безбедно прожить десяток лет. Но если это действительно произойдет, Рудеус чувствовал, что расплачется, если узнает.

Но поскольку они были еще молоды, Пол и Зенит хранили волшебные предметы для Норн, а Лилия – для Аиши. Эти предметы могли считаться семейными реликвиями даже в богатых семьях. Но Рудеус рассматривал их как нечто временное, пока он не создаст более совершенные артефакты.

На протяжении всего вечера Рудеус чувствовал неподдельное семейное тепло от окружающих. Это было то, ценность чего он не осознавал, пока он не ощутил его вновь. Поддразнивания и грязные шутки Пола, укоры Зенит за плохое влияние, холодный, профессиональный образ Лилии – все это создавало атмосферу нежного, семейного очага.

Снова и снова он ругал себя за то, что не вернулся раньше. Он был так сильно поглощен обучением фехтованию у Гислен и обязанностями по охране Эрис, что пренебрег своей семьей.

В конце концов, у него была только одна семья. Спустя годы он не хотел жалеть о том, что не проводил с ними больше времени, когда у него была такая возможность.

.....

На следующее утро Рудеус впервые за много лет провел спарринг с Полом.

– Техника Святого Меча: Раскалывающий Землю Меч.

Рудеус взмахнул мечом вертикально вниз, мана хлынула по его венам и влилась в клинок. Из его тела вырвались потоки энергии, и он вложил всю свою силу в этот единственный взмах.

БУМ!

На траектории его удара в земле образовался разрыв, и Пол, стоявший против абсолютной разрушительной силы маны Рудеуса, повернул свое тело в сторону защиты, используя технику Бога Воды продвинутого ранга, чтобы отразить атаку своего сына.

Однако против настоящего мечника Святого ранга, такого как Рудеус, Пол, который только-только достиг порога Святого ранга в технике, объединив свой опыт в трех различных стилях владения мечом, просто не имел достаточно силы, чтобы защититься от Рудеуса.

Раскалывающий Землю Меч Рудеуса пробил защиту Пола, и прямо перед тем, как пробить его броню и прорезать торс, поток маны был остановлен. Рудеус сосредоточенно сузил глаза, оттягивая ману, содержащуюся в его ударе, оставив Пола лишь немного помятым от атаки.

Бушующий ветер утих. Пол дрожащими руками вытер холодный пот со лба.

– Я знаю, что просил тебя не сдерживаться, но... черт возьми! – выругался он, глядя на разрушения, которые его сын произвел всего одним взмахом меча.

Рудеус слабо улыбнулся и скромно ответил: – Это все благодаря учителю Гислен.

Пол горько усмехнулся: – Мой сын. Девятилетний Святой Меча, Святой Севера и Святой Воды... Неужели мое семя настолько могущественно? Неужели Аиша и Норн тоже станут гениями мирового масштаба?

– Это часть причины, почему я здесь. Я хочу попытаться научить их безмолвной магии. Они еще молоды, и это лучшее время для ее изучения, – ответил он.

Пол поднял бровь: – Пяти дней достаточно?

Его сын пожал плечами: – Я принес несколько своих тетрадей с записями о том, как использовать безмолвные заклинания. В них содержится то, что я узнал, когда учил Сильфиетту и Эрис. Даже после того, как я вернусь в Роа, они все равно смогут присылать письма, чтобы спросить меня, если у них возникнут вопросы.

– Ты же знаешь, что они еще не умеют читать? Ну, Аиша умеет. Норн все еще борется с алфавитом, – добавил Пол.

Рудеус улыбнулся: – Она еще молода. Не возлагай на нее слишком больших надежд, иначе она может просто будет чувствовать себя безнадежной.

Пол удивился: – Почему ты говоришь так, будто ты взрослый, хотя тоже еще ребенок... и Сильфи, хм? Ты уже ходил к ней? Эта девушка приходит в гости почти каждую неделю, ты знаешь? Лилия говорит, что пропала часть твоей старой одежды... я думаю, она сильно по тебе скучает.

– Это... странно. Но да, наверное, я пойду к ней после того, как мы закончим здесь.

Глаза Пола расширились: – Что значит, мы еще не закончили? Что еще ты хочешь мне показать!?

Рудеус ухмыльнулся и циркулировал ману под кожей: – Моя первая техника Святого Магического Меча – [Призрачный Клинок].

Он направил ману внутрь себя и произнес одновременно три заклинания, предшествующие активации Объединенной Магии Иллюзий.

С точки зрения Пола, воздух внезапно помутнел, а затем Рудеус перед ним исчез из виду, прежде чем целая куча Рудеусов появилась прямо из воздуха.

– Чего!? – Он не успел осознать свое удивление, как двадцать или около того клонов Рудеуса начали бежать на него.

Пол схватился за рукоять своего меча: – Ты действительно научился некоторым безумным вещам в Роа, Руди! – он начал размахивать мечом, рассекая иллюзии, которые нападали на него.

Конечно, клоны, созданные Рудеусом, были лишь оптической иллюзией. Даже если Пол прорубил их насквозь, он рассекал лишь воздух. Его меч безрезультатно пронзал клонов, лишь баламуча ману, удерживающую их вместе, практически не облегчая его положения.

Пол замер, почувствовав, как острие упирается ему в спину, а затем усмехнулся и поднял руки в знак сдачи.

– Ладно, ты победил.

Рудеус материализовался позади Пола, держа свой новый меч напротив отца. Через некоторое время после того, как он разработал технику [Призрачного Клинка], он начал работать над тем, как улучшить свою магию Иллюзий во время боя. Во-первых, он использовал магию Ветра, чтобы устранить звук, будучи невидимым. Это очень помогло снизить вероятность обнаружения, когда он пытался действовать скрытно.

После этого первого успеха Рудеус задумался о том, чтобы подражать острому слуху Гислен с помощью магии. Если он сможет сделать что-то вроде эхолокации с помощью магии, то если ему когда-нибудь придется найти невидимого врага, он не будет испытывать особых проблем.

Он также начал экспериментировать с изменением магии Иллюзий. Его целью было избавиться от необходимости использовать объединенную магию каждый раз, как он хотел применить Иллюзорную магию, так как при постоянном использовании она очень сильно расходовала ману.

Если бы это было возможно, Рудеус мог бы даже объединить магию Иллюзий с вышеупомянутой магией Звука. Таким образом, вместо манипуляций со светом для создания оптических иллюзий, на которые он был способен в настоящее время, можно было использовать звук для вызова у противника галлюцинаций. Что-то подобное расширило бы его технику [Призрачного Клинка] и вывело бы ее на новый уровень.

Однако для достижения эти заоблачных целей потребуются годы исследований и экспериментов, так что это был все еще продолжительный и медленный процесс.

Пол повернулся к Рудеусу, самоуничижительно покачав головой: – Похоже, теперь у меня нет ни единого шанса против тебя... не знаю, гордиться мне или стыдиться.

Рудеус опустил меч в ножны и поклонился отцу: – Все, чего я достиг, это благодаря тебе, папа. Моя любовь к мечу возникла благодаря тому, что я наблюдал за твоими тренировками. Мое стремление достичь вершины владения мечом я почерпнул из тренировок с отцом. Я бы не смог достичь того, что имею сегодня, если бы не твои наставления, когда я был молод. Тебе нечего стыдиться.

Пол был тронут. Его рука дрогнула, прежде чем он протянул руку, чтобы погладить сына по голове.

– Дите малое, когда ты успел так быстро вырасти? И почему я позволил тебе так надолго покинуть наш дом?

Рудеус улыбнулся: – Все птицы рано или поздно покидают гнездо. Но эта птичка никогда не забудет о своей благодарности родителям.

Пол рассмеялся над аналогией: – Тогда этот папа-птица будет сидеть в своем гнезде и хвастаться перед другими своим сыном. Кстати, когда ты привезешь свою пташечку, чтобы познакомить ее со своими родителями?"

– Мне всего 9 лет, папа!

– Когда мне было 9 лет, я уже потерял девственность! – Пол выпалил в ответ, горделиво сложив руки.

Рудеус сделал недоверчивое выражение лица: – Чего... это безумие! Как ты можешь гордиться этим, сумасшедший!

– Хех, не ревнуй моей мужественности.

– Агх, не дождешься.

Следующие несколько дней Рудеус провел в деревне Буэна, в основном проводя время со своей семьей. Во время ужина Рудеус с упоением поглощал еду. Хотя еда, подаваемая в доме Бореас, обычно была дорогой и роскошной, в ней всегда не хватало семейного тепла. С другой стороны, блюда Зенит и Лилии готовились с любовью и нежностью, даже если используемые ингредиенты были не такими изысканными. Разница была на лицо.

Он также посетил Сильфиетту на второй день после возвращения в деревню Буэна. Эльфийка, как и ожидалось, была в восторге от встречи с ним. Она даже немного разрыдалась, спрашивая себя, не приснилось ли ей, когда Рудеус появился в ее доме.

Он узнал, что Сильфиетта не прекратила обучение магии даже после отъезда Рудеуса в Роа. Она достигла Продвинутого ранга в магии Воды и Ветра, а также и в магии Исцеления, которой она научилась у Зенит.

В плане общения она поддерживала дружеские отношения с Сомой и другими деревенскими детьми, часто играя с ними в футбол. Теперь, когда Рудеус покинул деревню Буэна, Сильфиетта стала футболистом номер один в деревне Буэна, что принесло ей большую популярность на улице.

С другой стороны, ее мастерство владения мечом застопорилось. Она так и не смогла продвинуться дальше Промежуточного ранга Бога Воды, то же самое касалось ее мастерства Бога Меча и Бога Севера. Она изначально не имела таланта к фехтованию, а после того, как Рудеус покинул деревню Буэна, ей больше некого было учить. Пол вообще был плохим учителем, поэтому она не получила от него никакой помощи.

Но Сильфиетта осталась верна стилю Магического Меча Рудеуса, несмотря на то, что не обладала особым талантом владения мечом. Она включила безмолвную магию в свое скудное мастерство фехтования и сумела разработать технику Магического Меча Продвинутого ранга, которая полностью отличалась от техники Рудеуса.

Поскольку у нее было больше сродства к магии Воды, Сильфиетта использовала много магии Воды в своих техниках Магического Меча. Техника, которой она гордилась больше всего, и которую она показала Рудеусу, заключалась в том, что при каждом взмахе меча вылетали лезвия воды и льда, скорость и смертоносность которых усиливалась магией Ветра.

Даже будучи магом-мечником, Сильфиетта по характеру больше склонялась к стилю боя на средней и дальней дистанции.

Но поскольку многое из того, что она разработала, было самообучением, Сильфиетте просто не хватало боевого опыта, чтобы эффективно использовать то, что она могла делать в бою. Ее клинки из воды и льда рубили деревья и траву, а не плоть и кровь. Неважно, насколько она была сильна теоретически, это ничего не значило, если это нельзя было применить практически.

Однако Рудеус был доволен этим. Не каждый ребенок обязан идти по его пути огня и крови. В первую очередь Сильфиетта попросила научить ее магии и фехтованию, чтобы стать достаточно сильной, чтобы постоять за себя. Теперь ее просьба была уже бессмысленна, поскольку она подружилась со своими обидчиками. Живя в такой мирной деревне, как деревня Буэна, она не считала нужным обладать силой выше Продвинутого ранга.

Хотя в будущем он хотел распространить свои техники Магического Меча и создать одну из величайших, если не величайшую, боевую школу в мире, он не хотел заставлять каждого ученика следовать за ним и вырезать кровавое место в истории своей магией и мечом.

Они провели день в общении, Рудеус рассказывал ей истории о Роа, а она вспоминала дни, проведенные в деревне Буэна. Сильфиетта рассказала ему историю о том, как Сома влюбился в нее в раннем детстве, даже выпалив то, что можно было расценить как признание.

Это Рудеуса не удивило. В деревне Буэна было так много девочек, и Сильфиетта могла считаться самой красивой из них. Если добавить к этому ее умение общаться с мальчишками и обыгрывать всех в футбол, другие дети обязательно начнут смотреть на нее с розовым оттенком на щеках.

После Рудеус узнал, что Сильфиетта дружелюбно отказала Соме. Когда он спросил, почему, Сильфиетта постеснялась сказать правду.

В конце своего визита Рудеус подарил Сильфиетте волшебный предмет. Его нельзя было сравнить с волшебными предметами, которые он подарил своей семье и семье Бореас, поскольку он не испытывал такой сильной привязанности к полуэльфийке, а Сильфиетта уже умела пользоваться безмолвной магией.

В итоге он просто дал ей кольцо с заклинанием [Воздушный шаг]. Сильфиетта, как и Эрис, взяла кольцо дрожащими руками, ее щеки чуть ли не пылали ярко-красным цветом. С мутными глазами она надела его на безымянный палец и пробормотала "люблю".

'...неужели она подумала, что это предложение? Может, подарить ей кольцо было не самой лучшей идеей?', – подумал Рудеус, попрощавшись с ней.

Помимо встреч с Сильфиеттой, Рудеус также проводил много времени со своими сестрами. Он тратил те несколько дней, которые ему удавалось провести в деревне Буэна, обучая их магии. Мотив, по которому он это делал, был не очень сложным. Сила была необходима в этом мире, где бродили монстры и разбойники.

Рудеус считал, что достаточно просто научиться защищать себя. А если у них обнаруживался огромный талант к магии или мечу, то это было еще лучше.

Кроме того, после разговоров с другими магами, чтения теории магии и того, что он узнал, обучая Эрис и Сильфиетте магии, казалось, что существует условие для изучения безмолвной магии – обучение с самого раннего возраста.

Возможно, это было потому, что никто, кроме перерожденного Рудеуса, будучи еще в пеленках, не имел достаточно интеллекта для практики магии, и мир ошибался, когда речь шла об общепринятом мнении, что магию можно творить только с помощью заклинаний.

Сильфиетта и Эрис, и он сам. Это были его аргументы, и доказательств обратного не было. Даже Эрис, хотя она начала изучать магию позже остальных, все же смогла научиться использовать простое безмолвное заклинание. Только старые маги, которые уже слишком привыкли к определенному способу наложения заклинаний, не могли научиться безмолвной магии.

Таким образом, сейчас для Аиши и Норн наступило самое подходящее время для изучения магии, так как сейчас они могли научиться и безмолвной магии.

Преподавание магии также было для Рудеуса лишь предлогом, чтобы проводить время с сестрами. В конце концов, большую часть их жизни его не было дома, а он не хотел быть нерадивым братом, который не заботится о своих сестрах. На Земле он был единственным ребенком, хотя всегда хотел иметь брата или сестру. Теперь, когда у него их было сразу две, он хотел стать самым лучшим старшим братом, каким только мог быть.

Аиша была очень умной. Она напомнила Рудеусу Сильфиетту, когда он только начал учить полуэльфийку. Его сводная сестра уже умела читать, писать и считать почти на том же уровне, что и Эрис, хотя, скорее всего, только начала учиться. Учить ее магии было одним удовольствием, ведь она понимала все с первого раза.

В ее словарном запасе все еще были некоторые пробелы, такие как "циркуляция маны" и "активация заклинаний", чего и следовало ожидать от трехлетнего ребенка, но она была достаточно умна, чтобы быстро освоить весь магический сленг.

С другой стороны, Норн была, просто говоря, средней. По сравнению с Рудеусом, который сам по себе был гением, бросающим вызов небесам, и с Аишей того же возраста, которая постигла магию Начального уровня всего за один день, она была гораздо более нормальной в скорости обучения.

Она не была глупой ни по какому определению этого слова. Норн было три года. Ее медленный прогресс в изучении магии был вполне естественен. Кроме того, она не так свободно владела человеческим языком, как ее брат и сестра, поэтому понять объяснения Рудеуса было непросто.

Норн была слишком обычной по сравнению со своим удивительным братом и гениальной сводной сестрой.

Норн была расстроена. Даже если Рудеус не хотел этого делать, в том, как он смотрел на нее и на Аишу, была маленькое различие, которою могли уловить чувствительные к таким вещам дети. Даже после нескольких дней попыток она так и не смогла постичь магию Начального уровня, прежде чем Рудеусу пришлось уйти.

Эрис понадобилась неделя, чтобы выучить первое Начальное заклинание Огня, но тогда ей уже было 9 лет, и она, по крайней мере, достаточно хорошо понимала разговорный человеческий язык. Норн, которая все еще испытывала трудности с алфавитом, просто не могла понимать магию с такой же легкостью, как Аиша.

Это было досадно, но такова болезненная реальность посредственности в семье гениев. Норн расстроилась, закатила истерику и убежала, плача. Рудеус попытался утешить девочку, но она заявила, что ненавидит его.

– Ненавижу тебя! Зачем ты вернулся? Нам было хорошо, когда тебя здесь не было! – крикнула она ему, прежде чем убежать.

Это разбило сердце Рудеуса, хоть он и прекрасно понимал, что Норн была еще совсем малышкой, что была ближе к младенцу, чем ребенку. Дети в детстве говорили то, что не имели в виду, потому что их разум был недостаточно развит, чтобы понять последствия своих слов. Он старался не воспринимать это слишком серьезно, но это не значило, что ему было приятно слышать от сестры "Я тебя ненавижу!".

Разбитый горем, Рудеус ушел, поручив Зенит научить Норн пользоваться безмолвной магией. Даже если его мать не знала, как использовать безмолвные заклинания, с оставленными им записями она должна быть в состоянии научить ее этому.

Именно на такой, немного тоскливой ноте Рудеус покинул деревню Буэна, поскольку его отпуск заканчивался, и ему нужно было возвращаться, чтобы продолжить выполнять свои обязанности по телохранителя в Роа. Несмотря на то, как закончился его визит, ему все равно очень понравилось возвращаться в родной дом и проводить время со своей семьей. Рудеус надеялся, что когда он в следующий раз увидит Норн, она его простит.

Прошло полгода, и Рудеусу исполнилось 10 лет. За это время его мастерство владения мечом, достигнувшее уровня Святого Меча, вновь застопорилось. Это не было результатом лени или того, что он слишком много времени тратил на вещи, не связанные с фехтованием. Скорее, он столкнулся с очередным узким местом в своем понимании Боевой Ауры.

Чтобы достичь Боевой Ауры ранга Короля, потребуется еще один момент просветления, как это было, когда он прорвался на уровень Святого ранга. Это было не то, чего можно было достичь только упорным трудом, иначе было бы великое множество людей, которые стали бы сильными после упорного труда в течение нескольких десятилетий. Нет, для того, чтобы подняться выше Продвинутого ранга, нужны были удача, усилия, воля и тонна талантов.

Он прекратил спарринги с Гислен, как она и советовала. Это больше не приносило пользы его мастерству фехтования. Наоборот, это стало мешать его росту. Как сказала его учитель, если он будет все время сражаться с ней, то станет экспертом в сражениях с Королями Меча.

Вместо того чтобы тренироваться с Гислен, Рудеус время от времени бросал вызов авантюристам, которых встречал в Гильдии авантюристов.

Конечно, сначала он был встречен насмешками. Ведь кто серьезно отнесется к вызову ребенка? Некоторые ветераны, заметив манеру поведения Рудеуса, приняли ребенка за эксперта. Но они не пытались исправить заблуждения своих товарищей по приключениям. Только после его второй победы подряд насмешки прекратились.

Используя лишь Боевую Ауру Продвинутого ранга, он бросал вызов одному авантюристу за другим. Некоторые из них были практиками трех основных стилей меча, в то время как другие были воинами, специализирующимися на различных видах оружия, таких как копья, топоры и молоты.

Благодаря этим поединкам Рудеус накапливал опыт.

Его текущий рекорд в сухой победе был 12 – 0. Рудеус начал распространять свое имя в Роа как Монстр Бореасов. Его идентифицировали как человека, работающего на семью Бореас, потому что на его плаще был изображен герб их семьи.

Начали распространяться слухи, и люди предположили, что Рудеус был внебрачным ребенком Бореасов, которого скрывали и подвергали адским тренировкам, чтобы произвести на свет такого чудовищного мальчика. Семья Бореас, в свою очередь, не прилагала особых усилий, чтобы пресечь эти слухи. Рудеуса воспитывали для того, чтобы он стал сдерживающим фактором на том же уровне, что и Гислен.

Однако общий уровень авантюристов в Роа был слишком низок. На Центральном континенте редко можно было встретить искателей приключений ранга S, поскольку уровень опасности монстров здесь не был так высок, если только не отправиться в горы Красного Дракона, чтобы поохотиться на драконов.

Если бы Рудеус мог выкроить для этого время, он бы это сделал. Любой человек хотя бы раз в жизни мечтал сразить дракона, и Рудеус не был исключением. Он хотел испытать свой меч против огнедышащих ящеров и посмотреть, как он справится с этими легендарными существами. Но горный массив Красного Дракона находился довольно далеко от Роа, и чтобы добраться туда из Фиттоа, потребовались бы недели пути.

Сильные авантюристы не тратили свое время на Центральном континенте. Вместо этого их обычно можно было найти на континенте Бегаритт, где было множество лабиринтов и подземелий, которые они могли покорить. Подземелья и лабиринты были излюбленным местом для искателей приключений, потому что по какой-то причине в них можно было найти сокровища.

Лабиринт ранга А содержит достаточно сокровищ для команды авантюристов, чтобы на заработанном можно было не работать в течение 10 лет.

Однако вместе с удачей приходила и опасность. Если бы покорить лабиринт было так просто, это сделал бы любой. Поэтому только сильные авантюристы могли попытать счастья в этих лабиринтах и подземельях, рискуя жизнью ради большого куша.

Что касается авантюристов на Центральном континенте? В основном они брали случайную работу и лишь изредка выполняли задания по истреблению монстров. Это происходило потому, что постоянные армии различных королевств регулярно отправляли карательные экспедиции, чтобы уничтожить популяцию монстров или разгромить лагеря бандитов.

Центральный континент был известен как земля, не приносящая прибыли авантюристам. Таким образом, самый высокий ранг авантюриста в Роа был всего лишь А, не считая Гислен.

Бои с этими людьми хоть и расширили кругозор Рудеуса, но все же принесли лишь ограниченную пользу. Ему нужно было стремиться к вершинам мастерства фехтования, если он хотел совершенствоваться. Он начал ощущать ту же удушающую духоту в сердце, что и перед отъездом из деревни Буэна. Рудеус был беспокойным и суетливым, недовольным отсутствием прогресса.

Именно поэтому он принял решение. Через несколько недель после своего десятого дня рождения он собирался уйти со своей должности в семье Бореас. Это решение было не из легких. Прожив в Роа три года, Рудеус сформировал сильную эмоциональную связь с семьей Бореас.

Он планировал отправиться в путешествие в Святую Землю Мечей, надеясь, по рекомендации Гислен, стать учеником Гула Фариона, нынешнего Бога Меча, занимающего 6-е место среди Семи Великих Мировых Сил. Для Рудеуса не было никого более подходящего для обучения.

У него было много целей, и для выполнения каждой из них требовалась сила. А чтобы обрести эту силу, ему нужно было покинуть Роа. Как бы он ни был благодарен семье Бореас, стремление к личной силе превзошло все его чувства благодарности и долга.

Именно поэтому ему было все труднее и труднее затронуть эту тему, особенно после того, как он узнал, что они планируют устроить для него сюрприз на день рождения.

Они не очень-то деликатно это делали, но скрыть свои приготовления было не так-то просто, поскольку он жил в том же особняке, что и все остальные.

Вскоре наступил день его десятого дня рождения, и все слуги засуетились и занялись приготовлениями к его тайному празднику. Видя, как они усердно работают, Рудеус придумал предлог, чтобы уйти, чтобы они не беспокоились о том, что он "раскроет" секрет.

Он уехал из Роа, чтобы заняться хобби, к которому не притрагивался много лет – охотой.

Леса вокруг Роа были редкими из-за вырубки, древесина вырубалась для строительства или из-за пожаров. Диких животных тоже не хватало: их отпугивала цивилизация, и им не хватало естественной, нетронутой среды обитания, где они могли бы процветать. Это были основные причины, по которым он не ходил на охоту с тех пор, как начал жить в Роа.

Буэна была гораздо более провинциальной деревней, нежели большой город, но Роа не хватало одной вещи – безмятежной и естественной красоты лесов и дикой природы, что была вокруг его родного дома.

Однако скудная растительность и фауна не означали, что дичи совсем нет, поэтому Рудеус все же решил поохотиться. По крайней мере, это было развлечение, дабы скоротать время.

И вот Рудеус пробирался по лесу, изредка замечая кролика или двух, но решил не лишать их жизни. Диких животных и так было мало, и он не хотел быть фактором, способствующим сокращению популяции диких кроликов в регионе Фиттоа.

То, что начиналось как охота, стало больше похоже на поход, когда Рудеус бродил по лесам и наслаждался тишиной и покоем природы... за единственным исключением в виде красной сферы, которая парила над Роа вдалеке.

Рудеус, сузив глаза, смотрел на зловещую красную сферу. По словам Сауроса, впервые она появилась пять лет назад из воздуха без видимых на то причин. Из королевства Асура были посланы маги королевского двора, чтобы исследовать странное явление, но они сообщили, что это, похоже, безобидное явление маны, не требующее вмешательства. Поэтому они оставили все как есть.

В течение следующих нескольких лет шар стал становиться все больше и больше. А люди, живущие в регионе Фиттоа, вскоре привыкли к этому зрелищу и перестали беспокоиться о нем.

Рудеус испытывал странное чувство тревоги, глядя на сферу. Он находился в новом мире, и здесь определенно будут явления, которые он не сможет объяснить с помощью науки или магии. Но даже тогда он не понимал, почему люди не были более обеспокоены зловещей красной сферой. Что, если она однажды взорвется?

Он догадывался, что, поскольку магия настолько распространена, люди привыкли видеть то, чего они не понимают в полной мере, и просто списывали это на очередную магическую штуку, о которой не стоит беспокоиться.

– Мм?

Внезапно он почувствовал что-то странное. Небо быстро темнело, но это не было похоже на естественное погодное явление. Это было похоже на то, как темные облака собираются, когда маг произносит заклинание [Кумулонимбус].

– И в самом деле, в воздухе мана ведет себя как при использовании заклинания [Кумулонимбус], – пробормотал про себя Рудеус, с легким беспокойством глядя на темные облака над собой: – Что за идиот наложил [Кумулонимбус] так близко к Роа? Они собираются затопить город!

Через несколько мгновений его подозрения усилились: – Подождите, почему в небе так много маны? Там достаточно маны для десяти, нет, ста [Кумулонимбусов]!

У Рудеуса не было эталонного способа измерения маны, но у него была к ней высокая чувствительность, которая позволяла ему чувствовать огромное, просто заоблачное количество маны, скапливающееся в небе над Роа.

Мысли начали метаться в его голове. Может быть, кто-то произносит заклинание уровня Бога? Здесь, в Роа? Какое разрушение может произвести заклинание Божественного ранга?

'Это плохо. Бореас! Я должен вернуться!', – заключил Рудеус, прежде чем начать стремительный бег в направлении Роа. Мана циркулировала под его кожей и придавала силу каждому его шагу, позволяя десятилетнему ребенку бежать со скоростью, которую можно было считать только сверхчеловеческой.

Однако прежде чем он успел продвинуться дальше, Рудеус спонтанно изменил направление и прыгнул в сторону. Копье света упало на то место, где он был всего миг назад. В то же мгновение мальчик выхватил меч и взмахнул им, чтобы отбить внезапно появившееся из ниоткуда лезвие.

Это произошло внезапно и без предупреждения. Если бы не отточенные инстинкты, голова Рудеуса отлетела бы еще до того, как он понял, что происходит.

Рудеус отпрыгнул назад, давая себе немного пространства, чтобы оценить внезапно возникшую угрозу.

Там была фигура, держащая обоюдоострый короткий меч. Он был одет в полностью белую, напоминающую деловую форму, а лицо закрывала такая же белая маска. Но самое главное, Рудеус чувствовал от этого человека высокий уровень угрозы.

'Он... силен!'

Рудеус крепче сжал меч и стиснул зубы: – Ты, кто ты, черт возьми, такой!

Светловолосый мужчина говорил спокойно и без спешки: – Я - Аруманфи Сияющий. По приказу лорда Перугиуса я пришел устранить источник этих беспорядков.

– Перугиус...!? – Рудеус узнал это имя. Как человек, стремящийся достичь вершины силы, он изучил личности Семи Великих Мировых Сил, которые были известны как сильнейшие личности в мире. Перугиус не принадлежал к Семи Великим Мировым Силам этого поколения, но когда-то, много лет назад, он состоял в их рядах!

О нем мало что было известно, кроме того, что он был одним из героев, сражавшихся против Бога Демонов.

– Я определил, что ты – наиболее вероятная причина этих беспорядков. Если я убью тебя, все закончится, – Аруманфи заговорил, а затем исчез из поля зрения Рудеуса.

Мальчик расширил глаза и выпустил ману, которую накопил под ногами. От удара [Земляного Рывка] он отлетел в другую сторону, а Аруманфи появился вновь и ударил мечом по тому месту, где он стоял.

– Подождите! Я не являюсь причиной этого инцидента! – Рудеус быстро заговорил: – Я – Святой Севера Рудеус. Я работаю на семью Бореас, управителей этого региона!

Хотя он пытался объясниться, Рудеус начал готовить заклинания и хранить их на своем теле. Он не хотел сражаться с этим человеком. У него было чувство, что он с легкость может разве что умереть. Но его первоочередной задачей было сбежать, так что даже если он не сможет победить этого Аруманфи, он все равно сможет сбежать.

– Это не имеет значения. У меня нет времени на выяснение правды, поэтому ты – самый вероятный подозреваемый. Умри.

Рудеус нахмурился. К черту. Если этот парень хотел драки, то так тому и быть.

Аруманфи снова исчез, его движения были слишком быстрыми, чтобы Рудеус мог уследить за ними. Было похоже, что он телепортировался, а не двигался нормально.

[Призрачный Клинок], Рудеус выпустил заклинание, которое он готовил, и стал невидимым, а по всему полю появились иллюзорные клоны.

Но как только клоны появились, они были тут же разрублены Аруманфи, который быстро расправился с ними, словно полосой света.

– Невидимость? Хмпф, не думай, что сможешь спрятаться от меня, – Аруманфи заговорил, прежде чем из его маски вырвалась яркая вспышка света.

Рудеус, который крался поблизости, почувствовал, что его глаза горят от яркого свечения. – 'Чертова вспышка? В этом мире? Что это за эпоха!?'

– Нашел.

С ослепшими глазами Рудеус был вынужден уклониться, когда Аруманфи взмахнул коротким мечом, рассекая его Боевую Ауру. На руке Рудеуса появилась длинная рана, которая быстро регенерировала, пока он использовал безмолвную магию Исцеления, чтобы вылечить себя.

Каким-то образом его невидимость была замечена Аруманфи при яркой вспышке света.

Рудеус прищелкнул языком, в отместку обнажив меч.

Техника Святого Меча: Длинный Шелковый Меч. Рудеус вскинул свой клинок, который, несмотря на то, что был сделан из прочного, жесткого металла, выглядел почти как кусок ткани, болтающийся в воздухе.

Это была техника, которая олицетворяла непредсказуемость среди техник Бога Меча Святого Ранга.

Аруманфи был быстр, возможно, даже быстрее Гислен. Он был настолько быстр, что у Рудеуса не хватило уверенности использовать простую, прямую атаку. Если скорость и сила не помогут, тогда он воспользуется маскировкой!

Меч Рудеуса словно закрутился вокруг короткого меча Аруманфи, блокируя его атаки, в результате вращения руки и суставов, создавая эффект вязкого лезвия.

Он также выпустил заклинание [Земляного Рывка], заготовленное в его стопах, и благодаря импульсу от заклинания в сочетании с Боевой Аурой Святого ранга, текущей по его венам, Рудеус ударил вперед со скоростью, приближающейся к порогу ранга Короля.

Острие его меча вонзилось в грудь Аруманфи, но не прошло и сантиметра, прежде чем слуга Перугиуса снова исчез.

Веки Рудеуса полезли на лоб: – Как!?..

Аруманфи снова появился на некотором расстоянии, поднеся руку в перчатке к небольшому красному пятну, появившемуся на его груди. Кончиком пальца он взял кровь, запятнавшую его чистый белый мундир, и весело посмотрел на нее.

– Впечатляет. Ты ранил гордого слугу лорда Перугиуса. Радуйся, ведь твоя смерть, в конце концов, будет иметь какой-то смысл.

Рудеус помрачнел. Вероятно, это был его лучший шанс переломить ход битвы. Раз уж атака провалилась, ему оставалось только бежать. Но, учитывая скорость Аруманфи, Рудеус не был уверен, что ему удастся убежать. Тогда ему оставалось только попытаться использовать переговоры.

– Аруманфи Сияющий, клянусь, я не имею никакого отношения к этому явлению. Каждая секунда, потраченная на борьбу со мной – это еще одна потерянная секунда, поисков истинного виновника.

Мужчина отвел взгляд, глаза за прорезями маски смотрели холодно, но расчетливо. Рудеус почувствовал небольшую надежду на то, что его слова возымели эффект.

Аруманфи покачал головой: – Ты можешь использовать безмолвную магию. Я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько людей могут это сделать в этом мире. Это явление связано с магией. Следовательно, ты самый подозрительный.

– 'Чего б*я? Что плохого в безмолвной магии? Разве это преступление – использовать заклинания без слов?', – Рудеус гневно выругался мысленно.

– Я могу понять ваши подозрения, но...

Как только Рудеус начал говорить, небо стало белым, и столб белого света выстрелил в землю из массивной красной сферы вдали.

Аруманфи повернулся и, увидев свет, произнес: – Похоже, я потерпел неудачу. Да простит меня господин Перугиус.

И с этим слуга Перугиуса исчез в полосе золотого света, оставив Рудеуса с застывшим взглядом смотреть на шар света, который стремительно расширялся с невероятной скоростью, словно приливная волна, поглощающая все на своем пути.

Всего через секунду Рудеус был поглощен расширяющимся шаром белого света.

-------------------------------------------------

[СПЕЦИАЛЬНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ]

Опрос окончен, голоса подсчитаны. Я не буду говорить, какой вариант победил, вы сможете узнать это в следующей главе, если не захотите сами пойти и подсчитать голоса. Я скажу, что голосование было очень жарким – один вариант набрал 66 голосов, а другой – 62.

Как уже упоминалось в предыдущей главе, после этого я возьму перерыв на неделю, чтобы накопить главы. Увидимся через неделю!

//П.П: Он так и не скажет, какой вариант победил, но я думаю что 2. Есть еще одна глава и после нее автор отдыхает уже как 4 день.

Гислен улыбнулась, глядя на деревянный кинжал-жезл, подаренный ей Рудеусом. Она часто доставала его и держала в руках, когда погружалась в раздумья. Каждый паз и зазубрина на кинжале были вырезаны вручную ее драгоценным учеником. Что-то в этом всякий раз заставляло ее чувствовать уют, когда она держала кинжал.

Кинжал был подарен ей на десятый день рождения Эрис в качестве выпускного подарка. В навершие рукояти  был вставлен единственный магический кристалл, позволяющий кинжалу работать как волшебная палочка.

С тех пор она изо всех сил пыталась придумать подарок для своего ученика, дабы отблагодарить его. В том, что она могла дать Рудеусу, он не испытывал недостатка. У нее была лишь кругленькая сумма золота, но у мальчика было в несколько раз больше от накопленных на продаже созданных им волшебных предметов.

Гислен уже научила его всему, что знала сама. Рудеусу оставалось лишь постичь Боевую Ауру ранга Короля и объединить техники Бога Меча Святого ранга, чтобы прорваться в царство Короля Меча. Больше она ничего не могла ему предложить.

Она написала письмо Полу и Зенит (теперь она могла свободно читать и писать благодаря наставлениям Рудеуса) и попросила их высказать свое мнение о том, какой подарок будет наиболее подходящим.

Пол, должно быть, перехватил письмо прежде, чем Зенит успела его прочитать, потому что ответ, который она получила, был примерно такого содержания: "Просто используй свое тело, чтобы отплатить ему, мускулистая горилла".

Этот извращенец. Какой отец мог предложить что-то подобное своему сыну? Само собой разумеется, она отправила письмо обратно, на этот раз адресовав его конкретно Зенит. И в этот раз надеется, что Пол не перехватит его снова.

Но вопрос так и остался открытым. Что подарить Рудеусу? Она расспросила всех в поместье и получила несколько советов от слуг-зверолюдей. По общему мнению, в зверином племени, когда женщина хочет выразить свою признательность мужчине, она традиционно дарит ему прядь своих волос, превращенную в браслет или повязку, чтобы его запах всегда был с ним.

Гислен не знала об этих традициях, поскольку, когда она еще жила в деревне Дольдия, она была больше зверем, чем женщиной. Но она смутно помнила, что женщины всегда выходили замуж за мужчин, которым дарили эти локоны волос. Какое странное совпадение.

Поэтому она отрезала прядь волос и попросила служанку-зверодевушку помочь ей заплести их в браслет. В результате получился браслет серебристо-серого цвета ручной работы.

Гислен все еще думала, что этот подарок выглядит слишком потрепанным и не обладает практичностью того, что подарил ей Рудеус, хоть другие зверодевушки заверили ее, что Рудеус сможет увидеть искренность и продуманность подарка.

Поэтому она придумала что-то другое.

В последнее время Рудеус выглядел крайне подавленным. Как будто он боролся с дилеммой и в результате выглядел беспокойным, когда они тренировались вместе.

Гислен знала, с чем он столкнулся. Отсутствие прогресса в его мастерстве фехтования. Это было очень неприятно и досадно – видеть, что прогресс стоит на месте. Особенно это касалось Рудеуса, искренне любившего фехтование, как ничто другое.

Но больше она ничего не могла для него сделать. Как она объясняла, потребуется время, прежде чем он постигнет Боевую Ауру Королевского ранга. Но это были лишь отговорки, поняла она. Существовал один способ, благодаря которому его прогресс мог резко ускориться. И это если она привезет Рудеуса в Святую Землю Мечей, чтобы он встретился с Гулом Фарионом.

Гул Фарион был самым искусным экспертом, которого знала Гислен, и он разбирался в мече так, как никто другой в мире. Если бы это был он, он смог бы обучить Рудеуса так, как не могла она.

Она уже говорила ему об этом, утверждая, что, когда у них будет время, она приведет его на встречу со своим учителем. Но когда это случится? Гислен была в долгу перед семьей Бореас, который нелегко было вернуть. Она не знала, найдет ли она когда-нибудь время, чтобы привезти Рудеуса в Святую Землю Мечей.

Таким образом, Гислен решилась. После празднования дня рождения Рудеуса она обратится к Сауросу и попросит отпуск. Ей нужен был всего месяц или два, чтобы привезти Рудеуса в Святую землю мечей и попросить своего учителя взять его в ученики.

Это будет ее подарок ему. Она лишь надеялась, не сочтет ли Рудеус ее компанию месяц подряд слишком неприятным подарком.

Когда наступил день его рождения, Гислен поручили занять Рудеуса, пока служанки расставляли украшения и еду. Но, как оказалось, в этом не было необходимости. Рудеус ушел на охоту рано утром, и слуги больше не нуждались в ее роли приманки.

И вот теперь она оказалась посреди столовой особняка Бореас, окруженная слугами, которые деловито расставляли то одно, то другое, и в общем их не тревожа.

Эрис все утро ходила взволнованной. Для Рудеуса семья Бореас приготовила особенно роскошный подарок. Это был набор зачарованных кожаных магических доспехов. Судя по всему, они сильно раскошелились на этот подарок, потратив на него около тысячи золотых монет. Это были значительные расходы даже для такой богатой семьи, как Бореас.

Однако она вполне соответствовала скидке для друзей и семьи, которую Рудеус дал им, когда делал для них волшебные кольца.

Броня была зачарована на постоянный поток маны, который регулировал температуру владельца, так что он не чувствовал жары или холода в экстремальных климатических условиях. Кроме того, броня обладала еще одной особенностью, которая усиливала Боевую Ауру пользователя, повышая его физические возможности примерно на 5 - 10 процентов.

Эрис так понравились доспехи, что она хотела надеть их до того, как семья официально передаст их Рудеусу. Хильда одобрила это, сказав оставить на доспехах свой знак, чтобы другие девушки знали, что от них лучше держаться подальше.

Праздник был почти полностью готов, как вдруг Гислен почувствовала, что воздух изменился. От острого звериного чутья у нее встали дыбом волосы, когда вокруг нее внезапно опустилась странная тяжесть.

– Происходит что-то странное, – пробормотала она, прежде чем броситься к окну и резко распахнуть его. Гислен увидела, что небо потемнело, но грозовые тучи не вызвали бы у нее такого зловещего ощущения.

– Гислен? Что-то не так? – спросил Филипп, но Гислен проигнорировала вопрос, сосредоточившись на небе над Роа.

Она поднесла руку к повязке, которая обычно закрывала ее демонический глаз, позволявший ей видеть ману напрямую, и подняла ее.

– ...Какая невероятная мана, – сказала она, увидев плотную массу маны, которая скапливалась над Роа. Это было похоже на настоящее море магической энергии, которое образовывало водовороты из маны. Гислен никогда раньше не видела, чтобы в одном месте собиралось столько магической энергии.

Она не понимала, что происходит, но чутье подсказывало ей, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Гислен обернулась к семье Бореас и собравшимся слугам, которые с беспокойством смотрели на нее.

– В небе что-то происходит. Собралась колоссальная масса маны, – объяснила она.

Саурос нахмурился: – Что нам делать? Может, эвакуироваться?

Гислен кивнула: – Я не уверена, что происходит, но будет лучше, если мы уедем до того, как все выясним. Надеюсь, время еще есть.

Глаза Эрис метались, не до конца понимая, что происходит.

Филипп положил руку ей на плечо и посмотрел на Гислен: – Сначала выведи Эрис из города. Мы соберем наши вещи и последуем за ней.

Она молча кивнула.

Эрис в замешательстве посмотрела на отца: – Что происходит? Почему мы должны уходить? Сначала мы должны дождаться возвращения Рудеуса!

'Проклятье, Рудеус тоже там!', – поняла Гислен. Она не знала масштабов этого явления, но чувствовала, что будет более спокойна, если с ней будет другой ее ученик.

– Нет, все должно быть в порядке. Рудеус молод, но силен. Он сможет позаботиться о себе. Мне нужно расставить приоритеты для членов семьи Бореас, – сказала себе Гислен.

– Мы потом найдем Рудеуса, – звеороженщина сказала Эрис и подняла ее одной рукой. – У меня есть рука еще для одного.

Саурос и Филипп посмотрели друг на друга и одновременно повернулись к Хильде.

– Хильда, иди с Гислен и Эрис. Мать должна быть со своей дочерью, несмотря ни на что.

Благородная леди кивнула в знак согласия. Она знала, что сейчас не лучшее время для споров с мужем.

Гислен подошла к Хильде и обвила рукой ее талию: – Прошу прощения за бестактность.

Хильда почувствовала, как твердое предплечье Гислен уперлось ей в живот, когда ее подняли, словно она почти ничего не весила: – Все в порядке. Не переживай из-за этого.

Гислен кивнула в сторону Сауроса и Филиппа, а затем повернулась, чтобы уйти, больше ничего не сказав.

Как только она вышла из парадной двери особняка Бореасов, красная сфера, которая постоянно нависала над жизнями жителей Роа, взорвалась, превратившись в яркий белый свет, который устремился вниз к городу.

Гислен расширила глаза при виде этого зрелища, а затем позволила мощному всплеску Боевой Ауры Королевского ранга наполнить ее ноги. Она ворвалась обратно в особняк, летя на Филиппа и Сауроса.

Внезапно белый свет окутал весь особняк и его обитателей.

[Конец первого тома].

--------------------

Короткая побочная история, чтобы занять вас, ребятки, до начала ежедневного выпуска на следующей неделе.

Удалось ли Гислен дотянуться до Филиппа и Сауроса? Куда они будут перенесены? А может быть, вам больше интересно, куда попадет Рудеус? Узнайте это, добавив эту историю в список читаемого, чтобы получать уведомления при появлении новой главы!

И с этой главой мы достигли 100 тысяч слов! Спасибо всем, кто отправился со мной в это путешествие.

Я никогда не думал, что мы зайдем так далеко, когда только начинал писать эту историю. Поначалу это был просто побочный проект, поскольку основное внимание я уделял другой своей истории, Accidental Gamer Hero. Но как только я начал писать эту историю, мой разум был постоянно одержим этой работой. Я больше не мог тратить время на написание AGH, потому что все мои мысли были только о том, как написать эту историю.

Я прочитал вебку по Реинкарнации Безработного много лет назад, может быть, где-то в 2015 или 2016 году? Я почувствовал вдохновение написать фанфик по Безработному только после того, как посмотрел аниме и понял, что ненавижу главного героя. Поэтому в первых главах мне пришлось много ссылаться на ранобэ и аниме, так как мои знания канона были довольно скудными.

Поэтому я никогда не спорил с людьми, которые говорили, что я много копирую канон. Они приводили некоторые обоснованные доводы.

Однако я могу пообещать вам следующее: во втором томе этого романа вы определенно увидите гораздо больше оригинальных вещей, поскольку моя уверенность в том, что я смогу исследовать устройство мира, растет.

Увидимся на следующей неделе! Не забудьте добавить эту историю в читаемые! Я не хочу вернуться через неделю и понять, что все забыли о моей истории :(

Меня поглотил яркий свет. Это было последнее, что я запомнил, прежде чем осознал, что парю в воздухе. Мир вокруг меня представлял собой постоянно меняющиеся пятна форм и цветов. Я летел по воздуху, как звуковая волна или частица света, мое тело беспорядочно подпрыгивало в разные стороны.

Я попытался пошевелить телом, пытаясь восстановить контроль над собой, но безуспешно. Как будто мое тело и моя мана были скованы тем, что происходило вокруг меня.

Едрить колотить, что происходит? Где я? Даже мои мысли были в беспорядке. Я изо всех сил пытался держаться в сознании.

Через несколько мгновений мелькания цветов и форм замедлилось. Я начал осознавать, что нахожусь высоко в воздухе, а подо мной находится незнакомая мне доселе земля. Среди оттенков коричневого и бежевого цвета выделялось одно большое строение, которое с высоты птичьего полета выглядело как черное пятно на бежевом полотне.

Внезапно мерцающий мир вокруг меня исчез, а чрезвычайно высокая скорость, с которой я двигался, просто исчезла, что выглядело насмешкой над первым законом инерции Ньютона.

Я начал восстанавливать контроль над своим телом и маной, мне больше не нужно было бороться с потерей сознания. Я понял, что по какой-то непонятной причине вдруг оказался высоко в воздухе, примерно на той высоте, где летают самолеты.

Однако, поскольку я начал восстанавливать физическую подвижность, я также теперь мог ощущать поток ветра, дующий на меня из-за сопротивления воздуха. Сопротивление воздуха было, потому что как только я вышел из мерцающего туннеля, я сразу же поддался песне сирены гравитации.

Короче говоря, я падал.

– Мляяяяааааааааааааааааааа! – Я не мог не закричать от этой внезапной и смертельной ситуации.

200 км/ч – такова была скорость человеческого тела в свободном падении. Я наугад вспомнил эту информацию, которую где-то прочитал, когда еще был на Земле. Если бы я упал на землю с такой скоростью, даже Зенит не смогла бы узнать груду плоти и костей, в которую я бы превратился.

Ветер был громким и сильным. Моя одежда дико развевалась, а кожа даже немного болела от ветра, который бил по мне, как тысяча шариков для пинг-понга, которые постоянно попадали в каждый сантиметр моего тела одновременно. Я чувствовал, что мое лицо оттягивается назад из-за сопротивления воздуха, как будто я был персонажем мультфильма, щеки которого развевались, как флаг на ветру.

Адреналин бежал по моим венам, даже без помощи моей магии Исцеления, которая стимулировала надпочечники. Хотя я начал паниковать, мои чувства обострились перед лицом ситуации "сдохни или умри".

Я огляделся вокруг и был ошеломлен увиденным. У меня перехватило дыхание от восхитительной красоты окружающего мира. Казалось, бескрайнее голубое небо, а кучевые белые облака украшали просторы атмосферы.

А подо мной простирался пейзаж из сухой, потрескавшейся земли и истертых ветром скальных образований, усеянных горами и холмами, тянущих меня в свои объятия. На самом деле, вместо того чтобы протягивать руки в ответ, я нырнул лицом вперед к безжалостной твердой поверхности. Точнее, я появился прямо над единственным большим строением на этой бесплодной пустоши.

Я не был физиком или математиком, но прикинул добрую минуту безостановочного свободного падения, подпитываемого адреналином, перед становлением красной лужей на земле.

Я с силой подавил панику внутри себя и позволил холодной и рациональной части моего мозга взять верх. Во-первых, защитить свое тело. Независимо от того, с какой скоростью я врежусь в землю, мое 10-летнее тело не выдержит удара. Поэтому я извлек ману из себя и начал выстраивать ее вокруг своего тела.

Драгоценные секунды, которые на это уходили, приводили меня в отчаяние. Перед лицом надвигающейся гибели каждая секунда казалась мне дороже всего, чем я когда-либо дорожил.

Во-вторых, уменьшить мой импульс. Приземление с такой высоты и на такой скорости, даже с Боевой Аурой, укрепляющей мои кости и мышцы, было бы смертельной, или, по крайней мере, калечащей авантюрой. Казалось, я находился в незнакомой стране, окруженный бесконечными просторами пустоши и сухой потрескавшейся земли. Если даже мизинец на ноге будет сломан, мне придется очень несладко.

Я направил ману в свои ладони и безмолвно использовал заклинание Ветра. Из моих ладоней вырвались струи воздуха, действуя как противодействующая реактивная сила, чтобы уменьшить кинетическую энергию и замедлить скорость моего падения.

Мое тело естественным образом начало смещаться и вращаться вокруг центра тяжести при этом полуконтролируемом спуске, позволяя мне начать падать вертикально. Хотя я начал падать еще быстрее, благодаря вертикальному положению тела, это было лишь мгновение, когда я начал выпускать огонь из стоп с помощью [Форсажа].

– Я ЖЕЛЕЗНЫЙ ЧЕЛОВЕК! – крикнул я, чтобы развлечь никого, кроме себя, когда струи воздуха и огня вырвались из моих ладоней и стоп, напоминая некоего гения миллиардера плейбоя филантропа. Я влил в себя столько маны, сколько смог собрать, чтобы замедлить свое падение, в результате чего из моих ног вырвалось мощное извержение концентрированной струи огня.

Я чувствовал, что импульс и скорость, с которой я падал, сильно замедлились, судя по ускорению силы тяжести, что действовало на мое тело. Я также мог определить, что падаю медленнее, глядя на конструкцию, к которой я приближался.

Теперь я мог определить строение как замок среднего размера или большую крепость. Он был почти полностью черным и выглядел более зловеще, чем когда я был высоко в небе.

Вокруг черного замка находился обычный на вид город-крепость, разделенный на пять районов толстыми валами. С воздуха было трудно определить, но казалось, что замок построен на холме, а валы окружают его, как лестница.

Хотя замок выглядел зловеще и внушительно, я почувствовал облегчение от того, что по крайней мере приземлился в цивилизации. Я направил себя так, чтобы упасть в центре двора замка. Здесь было самое большое открытое пространство, насколько я мог судить по воздуху, и поэтому здесь была наименьшая вероятность дать осечку.

Импульс был сильно снижен, но я все еще падал со значительной скоростью.

Три, два, раз и бум! Я приземлился во дворе на ноги, мои ноги немного согнулись в приседании, чтобы поглотить удар. Я не хотел, чтобы мои колени подвели меня на старости лет из-за грубого обращения с ними в молодости.

От удара при приземлении поднялось небольшое облако пыли. Я посмотрел вниз на свое тело и с радостью увидел, что оно не пострадало. Мои волосы и одежда были в беспорядке из-за сильного ветра, будоражившего мое тело, но я не получил ничего, что можно было бы считать травмой. В целом, учитывая, что это был первый раз, когда я прыгал без парашюта, это был огромный успех.

Тачдаун! И толпа сходит с ума! ...стоп, это не тот футбол. Неважно, я был просто вне себя от радости, пережив то, что большинство людей сочло бы неминуемой кровавой смертью.

Радостно пританцовывая от своего чудесного выживания, я не заметил, как оказался в окружении.

– Нарушитель! Как ты смеешь врываться в Форт Некросс! Даже Герои обязаны входить через парадные ворота!

Вокруг меня стоял отряд фигур в черных доспехах. Они выглядели как рыцарский орден. Большинство из них вытащили мечи, а некоторые держали копья или другое оружие. Всего было 11 таких рыцарских фигур, окруживших меня.

Однако самым интересным было то, что эти люди говорили не на человеческом языке. Вместо этого они говорили на малознакомом мне языке Бога Демонов.

Я поднял руки в знак капитуляции, хотя по-прежнему сохранял осторожность и бдительность. На незнакомой земле, в незнакомом замке и в окружении незнакомых мне рыцарей осторожность не обязательно была плохой вещью, хотя в их глазах я по праву был незваным гостем. А поскольку я находился среди группы людей, чьим языком был язык Бога Демонов, можно было с уверенностью предположить, что они принадлежат к расе демонов.

– Меня зовут Рудеус Грейрат. Я с Центрального континента. Каким-то образом я... внезапно оказался над этим... местом, и у меня не было другого выбора, кроме как упасть сюда, – я медленно и спокойно объяснил свою ситуацию, неуклюже говоря на языке Бога Демонов.

Рыцари смотрели друг на друга скептически, как я мог предположить, поскольку шлемы, которые они носили, имели защитные лицевые покровы, скрывавшие их выражения, судя по тому, что они не опустили оружие при моем объяснении.

Один из них вышел вперед: – Независимо от того, как ты прибыл, мы возьмем тебя под стражу за нарушение границ. Сдай свое оружие и мирно пройди с нами.

– ...

Я промолчал в ответ на их просьбу. Сдавать оружие группе вооруженных рыцарей в незнакомом замке и чужих землях было бы верхом глупости. Мои глаза начали метаться вокруг, ища возможные точки выхода и бреши в их строю.

Рыцарь, говоривший ранее, сузил глаза и угрожающе направил на меня свой меч.

– Повинуйся, или будешь зарублен там, где стоишь.

С этой угрозой 11 рыцарей начали выпускать свою ауру и убийственное намерение. Мана в воздухе всколыхнулась, и Боевая Аура окутала двор.

Черт. Они сильны. Любой из них легко сравнится по силе с тем Святым Севера Каббалой, от которого мне пришлось бежать несколько лет назад. Я инстинктивно чувствовал это по давлению их маны, покрывающей их тела. Никто из них не выглядел слабым. Их позы и манера движений говорили о том, что они настоящие ветераны.

Если бы их было только двое или даже трое, я бы мог легко сбежать. Но одиннадцать? Да еще и окруженный со всех сторон и, кажется, без единой бреши в их строю? Я был бы в полной заднице, если бы попытался сопротивляться.

Это была бы сцена односторонней бойни, когда около дюжины мечей и копий зарезали бы мое тело в кровавую мясную куклу.

В моем сердце было неповиновение. Я не хотел подчиняться. Было бы глупо и опасно отдать свое оружие этим чужеземным рыцарям. Но главный вопрос, на который я должен был ответить, заключался в следующем: что глупее – сдать оружие или упрямо сопротивляться и умереть здесь и сейчас?

Ответ был очевиден. Пока я был жив, оставался шанс, что я смогу сбежать.

Я потянулся назад, к своему мечу в ножнах, который был пристегнут к поясу.

Рыцари напряглись, их осанка слегка опустилась, так как они приготовились вскочить и вонзить свои мечи в мое тело, если увидят какие-либо подозрительные движения.

Щелчок. Я расстегнул застежку ремня, удерживающего ножны на поясе, и позволил им упасть на землю.

– Хорошо. Я сдаюсь, – сказал я, еще раз подняв обе руки вверх в знак подчинения.

Рыцари слегка расслабились, но не потеряли бдительность. Если бы они успокоились, увидев, что я выронил меч, я мог бы просто выскочить оттуда с несколькими безмолвно активированными заклинаниями.

Однако, к сожалению, эти рыцари были достаточно хорошо обучены, чтобы оставаться осторожными даже после моей капитуляции. Черт побери. Где я, черт возьми, нахожусь? Что за место может иметь 11 стражников, которые были хотя бы на уровне Святого ранга?

Рыцари приближались ко мне, все еще держа наготове свои клинки. Только когда они сократили расстояние до зоны рубки пополам, они расслабились. Рыцари опустили свои тела и грубо схватили меня за руки.

– Пройдемте с нами. Мы приведем вас к нашей повелительнице. Она решит вашу судьбу.

Я нахмурился, но мне было любопытно, что это за повелитель, о котором они говорили.

– Извините, скажите пожалуйста, где я? Кто ваша повелительница?

Рыцарь, державший мою правую руку, странно посмотрел на меня.

– Вы действительно не знаете, что это за место?

Я изо всех сил старалась пожать плечами, так как меня крепко держали за руки и плечи двое мужчин.

– Как я уже сказал, я был в Королевстве Асуры на Центральном континенте, как внезапно появился здесь. Я понятия не имею, где я нахожусь.

Рыцарь пристально посмотрел на меня, пытаясь разглядеть ложь, которую я мог произнести. Увидев, что я говорю только правду, рыцарь кивнул.

– Вы находитесь в регионе Гаслоу на Демоническом континенте. Это Форт Некросс. Им правит наша госпожа и повелительница – Бессмертная Повелительница Демонов, Атофератофе Райбаку.

--------------------------

//П.А: И мы возвращаемся! С 20 главами в очереди на ежедневный релиз! Может пора мне открыть свой Pаtreon?

– Как я уже сказал, я был в Королевстве Асуры на Центральном континенте, как внезапно появился здесь. Я понятия не имею, где я нахожусь.

Рыцарь пристально посмотрел на меня, пытаясь разглядеть ложь, которую я мог произнести. Увидев, что я говорю только правду, рыцарь кивнул.

– Вы находитесь в регионе Гаслоу на Демоническом континенте. Это Форт Некросс. Им правит наша госпожа и повелительница – Бессмертная Повелительница Демонов, Атофератофе Райбаку.

Дерьмо.

Атофератофе Райбаку. Это имя не было мне знакомо. Но любой, кто носил титул "Повелитель Демонов", должен был быть плохой новостью. Хотя эта эпоха была мирной, Повелители Демонов были личностями, которые по своей природе таили злобу на человечество. У них была богатая история, они воевали против маленьких и слабых человеческих племен, которые теперь превратились в королевства.

Два рыцаря держали меня за руки и плечи. Они выделили полный отряд из 7 рыцарей, чтобы сопроводить меня в мрачный, абсолютно черный замок. Пока я шел, мои шестеренки в голове раскручивались до небывалых скоростей. Десятки планов побега были придуманы и отброшены из-за их неосуществимости. Как бы я ни пытался придумать выход из этой ситуации, я не мог найти способ сбежать.

У меня не было другого выбора, кроме как подчиниться. Я мог только надеяться, что эта Повелительница Демонов проявит милосердие к человеческому ребенку, который был не по своей воле перенесен в ее владения.

В сопровождении рыцарей меня провели через высокую и внушительную главную дверь замка.

Интерьер замка нельзя было назвать пышным или роскошным. Обстановка была почти спартанской, за исключением изображений дьяволов, вырезанных на некоторых стенах и колоннах.

Меня провели по длинной лестнице и ввели в большую просторную комнату. Она была окружена свечами, горящими фиолетовым пламенем, а перед каждой свечой стоял солдат в черных доспехах. Если судить по силе рыцарей, охранявших ворота замка, то в этом замке, похоже, находилось еще больше рыцарей минимум Святого ранга.

В центре комнаты стоял зловеще украшенный трон. Настоящее клишированное седалище Повелителя Демонов, с шипами, черепами и прочей ерундой, зловеще украшавшей трон.

Вероятно, это был зал для аудиенция, предположил я.

На троне непринужденно сидела женщина. Она была одета в черные доспехи, такие же, как и у остальных рыцарей. Однако странным был ее внешний вид.

У этой женщины была голубая кожа, белые волосы, завязанные в свободный хвост, малиново-красные глаза с черной склерой, а на лбу торчал один рог. На спине у нее распахнулась пара крыльев, похожих на крылья летучей мыши, и лениво откинувшееся на спинку трона тело. К трону был прислонен массивный меч, который, казалось, был выше меня самого.

Она сидела на своем троне и выглядела почти скучающей, но при виде меня ее пунцовые глаза загорелись.

– Хм? Кто это? Почему вы принесли мне ребенка? Я перестала есть человеческих детей 400 лет назад, понимаете?

Я молчал, хотя чувствовал, как трепет наполняет мое сердце. Эта женщина в точности соответствовала описанию демона в представлении землянина. Если бы кто-нибудь спросил меня, как выглядит демон, то образ, возникший в моей голове, выглядел бы почти так же, как эта особа, сидящая на троне.

– Госпожа, мы поймали этого человеческого ребенка, вторгшегося в ваш замок. Он утверждает, что родом из королевства Асура на Центральном континенте, и "внезапно появился над фортом Некросс".

Атофератофе Райбаку слегка наклонилась вперед с забавным видом: – Хах, Центральный континент? Это довольно интересно.

Она подняла руку и жестом подозвала меня к себе: – Иди сюда, дитя человеческое. Расскажи мне свою историю.

Охранники отпустили мои руки. Теперь они были полностью расслаблены, как будто их нисколько не беспокоило, что я представляю какую-то опасность для их повелителя. Они были полностью уверены, что я не смогу ничего сделать Повелительнице Демонов.

Я осторожно подошел к ней, думая, как мне поступить в этой ситуации. Я опустился на одно колено и почтительно опустил голову.

– Меня зовут Рудеус Грейрат. Для меня большая честь познакомиться с вами, Повелительница Демонов Атофератофе Райбаку, – поприветствовал я.

Она слабо улыбнулась, но отмахнулась от моей любезности: – Бла-бла-бла. Приступай уже к рассказу.

Я поднял на нее глаза и увидел пару глаз, которые все еще сохраняли интерес, но быстро становились скучными. Понятно, значит, она из этих типов? Я не хотел знать, что она будет делать, если ей станет совсем скучно.

– Хорошо. Как сообщил ваш рыцарь, я из королевства Асура на Центральном континенте. Я телохранитель молодой леди из тамошней знатной семьи. Над нашим городом Роа около пяти лет назад появилась красная сфера. Эта сфера медленно начала расширяться...

Когда я начал объяснять ситуацию, я заметил, что Атофератофе зевает. Нехорошо. Моя жизнь зависит от того, развлечет ли ее эта история.

– И всего несколько минут назад в облаках над Роа начало собираться огромное количество маны. По моим расчетам, в ней было достаточно маны для заклинания уровня Бога.

Я сделал паузу для драматического эффекта и дал аудитории обработать информацию.

Глаза Атофератофе слегка расширились от интереса: – Мм, продолжай.

– Да. В тот момент я был в лесу за городом, и мне показалось, что он выглядит опасным, поэтому я начал бежать обратно к Роа. Но на меня внезапно кто-то напал! – я начал использовать некоторые жесты руками при рассказе о том, что произошло, и мой тон сменился с повествования на рассказ.

– Произошла вспышка золотого света, и появился человек в маске. Он представился как Аруманфи Сияющий, слуга...

Атофератофе вдруг встала, ее глаза расширились от волнения или удивления, я не мог определить.

– Аруманфи!? Слуга этого ублюдка Перугиуса!? – она прервала меня, ее лицо исказилось от досады.

Я был ошеломлен ее реакцией, но тем не менее кивнул: – Да. Он представился слугой Перугиуса, который приказал ему убить источник магического явления. Аруманфи обвинил меня в том, что я виновник, и попытался убить.

Атофератофе села обратно, но выражение ее лица теперь отражало нетерпение услышать продолжение истории.

Я продолжал: – Я сказал ему, что он ошибается, что не я ответственен за то, что мана собирается в облаках, но он не слушал. Из-за этого мы подрались.

Повелительница Демонов рассмеялась: – Хорошо, хорошо! Знакомых этого Перугиуса нужно побить пару раз, чтобы преподать урок! Ты победил? Ты победил этого сопляка в маске, Аруманфи?

Я покачал головой: – Мои извинения, Повелительница  Демонов. Аруманфи был слишком быстр для меня. Хотя мой меч успел достать до его груди, он телепортировался прежде, чем я смог нанести ему реальный урон. И не успел наш бой завершиться, как мана, скопившаяся в небе, взорвалась. Меня поглотила большая сфера белого света, и в следующее мгновение я уже парил в воздухе над вашим дворцом.

Хотя мой язык Бога Демонов говорил неуклюже, но по мере того, как я продолжал говорить, он становился все более гладким. Мне удалось закончить свой рассказ без каких-либо заметных ошибок в речи.

Атофератофе откинулась назад, ее возбуждение немного поутихло: – О? Ты не смог убить его? Очень жаль. Я бы с удовольствием посмотрела на лицо этого ублюдка Перугиуса, когда он узнал, что один из его фамильяров погиб.

Ее взгляд обратился ко мне, изучая и оценивая: – Ты сражался с этим отродьем в маске и сумел ранить его? Это достойно восхищения, учитывая, что ты всего лишь человек. И выглядишь ты лет на 13-14?

– Я мог только поцарапать его, Повелительница Демонов. А мне только сегодня исполнилось 10 лет, – добавил я.

– Хох? Тогда с днем рождения, человеческое дитя. А теперь... что с тобой делать? Возможно, ты заслуживаешь подарка? – размышляла она вслух.

Вот оно, я полагаю. Время сделать или сломать.

– Повелительница Демонов. Свет, который поглотил меня и привел сюда, перед тем, как меня перенесли, я увидел, что он поглотил весь город Роа. Я беспокоюсь за своих друзей и семью. Я умоляю вас проявить великодушие и простить этого человека за случайное вторжение в ваши владения. Я должен уйти и вернуться на Центральный континент.

Я умолял Повелительницу Демонов. Единственное, что меня сейчас волновало, это выбраться из этого места и вернуться на Центральный континент. Мне было все равно, придется ли мне умолять.

Атофератофе недовольно нахмурила брови: – Что ты говоришь? Я не понимаю. Люди всегда такие, всегда говорят то, что я не могу понять. Говори проще.

Вот те раз! Похоже, что моя красноречиво спланированная речь не удалась. На протяжении всего этого общения меня что-то беспокоило в этой Повелительнице Демонов. Ее личность, манера поведения и то, как она говорила, напомнили мне кого-то знакомого. Кого-то очень знакомого.

Я понял, что она похожа на Эрис. Взрослая Эрис? Возможно, именно такой была бы Эрис, родись она на Демоническом континенте... человек, у которого в голове больше мышц, чем мозгов.

– Повелительница Демонов Атофератофе Райбаку, пожалуйста, позвольте мне уйти, – лаконично попросил я.

– Хорошо! Просто и понятно. Но ответ – нет. Ха-ха-ха! – Она сразу же ответила, прежде чем искренне рассмеяться.

Мое сердце упало. Я также почувствовал небольшой гнев, видя, что она так беззаботно смеется. Возможно, для Повелительницы Демонов, которая не была вовлечена в это, это было бы смешно, но для меня на кону стояла жизнь и безопасность моей семьи.

Мои кулаки сжались, и я стиснула зубы. Я смотрел на нее и чувствовал, как фасад уважения и вежливости сползает с моего лица.

– Повелительница Демонов Атофератофе... моя семья может быть в опасности. Несмотря ни на что, я должен вернуться на Центральный континент! Со всем уважением прошу вас. Позвольте мне уйти.

Она ухмыльнулась, изящно положив подбородок на пальцы, прислонившись к подлокотнику трона, на котором сидела.

– Хорошо сказано. Мне нравятся твои глаза. Это говорит мне о том, что ты готов бороться и рисковать своей жизнью, чтобы получить то, что хочешь. Ответь сначала, дитя человеческое... Готов ли ты умереть?

Непокорство цвело в моем сердце. Я сузил глаза и посмотрел на нее с нескрываемой злобой. На моих чертах застыла холодная ярость, а из моей детской фигуры просочилось убийственное намерение. Слова были не нужны. Она поняла мою решимость по одному лишь выражению лица.

Атофератофе засмеялась и захлопала в ладоши, как бы искренне радуясь тому, что увидела.

– Превосходно, превосходно! В наши дни редко встретишь человека с таким мужеством. Это возвращает меня в те дни, когда Герои врывались в мой дворец и рисковали своими жизнями, чтобы бросить мне вызов. Тогда же я впервые встретила своего возлюбленного Кара. Ты хочешь уйти? Я не стану тебя останавливать. Но сначала ты должен побороться за свою жизнь. Результаты определят, останешься ты или уйдешь.

Это был шанс. И это было то, за что я ухватился бы обеими руками без колебаний.

– Я согласен, Повелительница Демонов. Спасибо вам за эту возможность. Я готов отдать свою жизнь и бросить вызов любому, кого пожелаете. С кем мне предстоит сразиться? – Несмотря на благодарность, убийственное намерение и решимость умереть, исходящие из моих глаз, не ослабли. Наоборот, они разгорелись, как огонь, взорвавшийся от бензина.

Атофе ухмыльнулась, хотя это не было похоже на высокомерие. Честно говоря, я не нашел ее отталкивающей или неприятной. Она выглядела искренне удивленной и заинтригованной.

– Как бы я ни хотела проверить тебя своими собственными руками, я не смогу многого увидеть, если бой будет таким неравным. Сражаться с ребенком – ниже моего достоинства, – Атофератофе повернулась к своему помощнику, который все это время стоял рядом с ее троном: – Мур. Иди и проверь этого храбреца.

Человек, к которому она обратилась, Мур, был единственным рыцарем, чье лицо я видел с момента прибытия на Демонический континент, так как он не носил шлем, хотя на нем были такие же черные доспехи, как и на всех остальных. Он выглядел как красивый старик, который все еще был физически крепок, хотя ан вид ему уже должно быть за сорок. У него были белые волосы и красные глаза, а также белая борода, закрывавшая половину лица.

Мур шагнул вперед и опустился на одно колено перед Атофератофе: – Слушаюсь.

Затем он встал на ноги и направился ко мне, обнажив меч. Я тоже встал с колен и приготовился.

– Повелительница Демонов, мой меч...

Атофератофе кивнула, махнув рукой.

– Здесь. Лови, – ответил один из рыцарей, сопровождавших меня во дворец, и бросил меч в мою сторону.

Я поймал клинок в ножнах и вынул его из ножен, а затем отбросил пустые ножны в сторону.

Мур остановился на некотором расстоянии от него, его обнаженный клинок держался обеими руками вертикально вниз, острие упиралось в пол.

– Молодой герой, – Он обратился ко мне, – Рудеус, не так ли? Я восхищен твоей решимостью. Хотя я также хочу, чтобы ты смог уйти и воссоединиться со своей семьей, мы, Имперские рыцари Бессмертной Повелительницы Демонов, не можем ослушаться приказа.

Я кивнул. Этот человек просто выполнял свою работу. Я мог понять его. Но как человек, стоящий на моем пути, я без колебаний прикончил бы его, чтобы вернуться к своей семье на Центральном континенте.

Мужчина продолжал, хотя слегка наклонился и прошептал: – Послушай. Не пытайся победить. Доверься мне.

Я был ошеломлен его словами. Что он сказал? Я должен проиграть? Как я мог допустить такое? Победа над ним позволила бы мне покинуть этот замок и вернуться на Центральный континент. Я никак не мог не отдать все силы для победы.

Я нахмурился от досады. Что это было, психологическая атака? Он пытался играть со мной в интеллектуальные игры? Дешевый трюк. Мое уважение к нему упало на несколько уровней после того, как я услышал его слова.

Мур выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но Повелительница Демонов окликнула его со спины: – Эй, хватит болтать! Деритесь уже!

Красивый старый рыцарь вздохнул с неохотой. Он выпрямил спину и поднял меч: – Мур, Имперская гвардия Бессмертной Повелительницы Демонов.

Это было обычное представление, которое предшествовало дуэли. Я сделал ответный жест.

– Рудеус Грейрат, телохранитель семьи Бореас.

Мы стояли лицом друг к другу в напряженном молчании, анализируя собеседника глазами. Мана высвобождалась из нашего тела, окутывая кожу слоем Боевой Ауры, укрепляя ею мышцы.

Вес и качество его маны сказали мне все, что нужно было знать о его силе. Мур был покрыт Боевой Аурой Королевского ранга. Дерьмово. Но у меня не было сил, чтобы заботиться о таких пустяках, как разница в силе. Я должен был победить. Я обязан победить. Несмотря ни на что!

Как я понял, его позиция принадлежала к школе Бога Севера.

Три основных стиля меча имели отношения "камень-ножницы-бумага". Стиль Бога Воды, использовавший непробиваемую защиту и своевременные контратаки, одержал победу над стилем Бога Меча, который полагался на прямую скорость и силу. Однако характеристики стиля Бога Воды делали его слабым против стиля Бога Севера, который использовал трудночитаемые хитрости и уловки в своих техниках.

Несмотря на это, хотя стиль Бога Севера был силен против стиля Бога Воды, он был подавлен стилем Бога Меча с прямой скоростью, который делал упор на уничтожение своих врагов одним ударом. Хитрость и обман были бессмысленны против противника, который не видел техники своих врагов.

И вот, я сменил свою позицию на стиль Бога Меча. Следуя философии первого Бога Меча, я нанес первый удар.

Как только я двинулся, зрители, включая Атофератофе, зааплодировали, словно наблюдали за матчем гладиаторов.

Техника Святого Меча: Пронзающий Клинок! Эта техника олицетворяла скорость среди Святых техник Бога Меча. В фехтовании колющий удар считался самым быстрым движением клинка. Он не требовал от пользователя взмаха меча. Это было прямое, пронзительное движение, которое должно было достичь цели за кратчайшее время и кратчайшим путем.

Ничего сложного не требовалось. Пронзающий Клинок не обязательно был техникой меча. Она требовала от пользователя понимания того, как двигать своим телом так, чтобы мгновенно взорваться с огромной скоростью. Она зависела от многих аспектов, таких как постановка ног, вращение бедрами и циркуляция маны определенным образом. Эту технику Святого ранга я постиг быстрее всех четырех. Не хочу хвастаться, но я довольно-таки талантлив в инстинктивном движении своего тела.

Как и ожидалось, Мур отреагировал мгновенно. Его меч прорезал воздух и двинулся, чтобы блокировать мой удар. Однако его кажущееся парирование было лишь притворством. Используя свою превосходную скорость, он легко уклонился от пронзительного удара, и его крупная фигура оказалась рядом со мной прежде, чем я успел это осознать.

В тот момент я увидел смерть.

Подавив шок в сердце, я влил ману в левый бок и одновременно направил ману в кольцо, которое носил на пальце. В следующий момент на мое тело обрушился сильный удар, и меня отбросило в сторону. Мои ноги заскользили по земле, и я устоял на ногах.

Кровь хлынула из моего торса. Там была глубокая рана, и я предположил, что в ней с нужного ракурса можно даже увидеть белизну моих ребер.

Если бы я не активировал кольцо защиты, которое мгновенно создало магическую броню вокруг моего тела, я мог бы быть разрезан пополам от этой атаки. Удар Мура, наполненный Боевой Аурой Королевского ранга, прорвал магическую защиту, и даже имел достаточно силы, чтобы пробить мою Боевую Ауру и оставить тяжелую рану.

Это была сила настоящего Короля Севера. Стиль Бога Севера, который многие считали просто практическим фехтованием, в котором главное – выживание и хитрость, был таким же подавляющим, как и любой другой стиль меча, когда человек прорывался с ним на уровень Короля.

Я намеренно надел на палец еще одно кольцо. Это было кольцо исцеления. Я сдерживал себя от демонстрации приемов Магического Меча. Против противника, который был так же силен или сильнее меня, неожиданность была самым большим преимуществом моего стиля Магического Меча.

Я использовал безмолвную магию, чтобы контролировать свой спуск во время свободного падения, но, похоже, никто из охранников не понял, что именно я использовал для этого. Таким образом, никто не подумал, что я способен творить заклинания без слов.

Кольцо Исцеления активировалось, и рана на моем боку затянулась. Пока зеленое свечение магии Исцеления покрывало мое тело, я использовал этот свет, чтобы замаскировать ману, которую собирал в своем теле. Я безмолвно активировал одно заклинания за другим, и хранил их в разных местах. Я намеревался выпустить их все сразу в одной внезапной атаке. Я чувствовал, что внезапная атака будет самым большим шансом на победу в этом бою.

– Магия, да? Я тоже так могу, – проговорил Мур и протянул ко мне руку.

– О дух ветра. Рви, режь и разрывай. [Поле Серпов]! – Вращающиеся лезвия ветра, светящиеся бледно-зеленым светом, материализовались вокруг Мура и полетели ко мне.

Его заклинание было коротким. Я знал, какое заклинание он произнес. Это было заклинание Ветра Продвинутого ранга, которое должно состоять из двух длинных строк заклинаний. Он смог сократить песнопения и произнести заклинание без полного заклинания. Он первый человек на моей памяти, кто смог это сделать. Это было впечатляюще, но хмф, использовать магию против меня?

Я напитал свой меч Боевой Аурой и разрубил Клинок Ветра, который угрожал разнести меня на куски. Если знать магическую теорию, лежащую в основе заклинания, прорубить его, как это делал я, было проще простого, если только ты мог видеть слабые места заклинания.

Однако Мур не полагался на магию, чтобы одолеть меня. В конце концов, он был Королем Севера, и его меч был его основным оружием. [Поле Серпов] использовалось только как отвлекающий маневр. Это я тоже понимал.

Мур бросился вперед. Правой рукой он держал меч, а левой достал откуда-то из доспехов три метательных ножа. Он влил ману в ножи и бросил их в меня. Это были не легко разрушимые ветряные лезвия, а ножи, наполненные Боевой Аурой мечника Королевского ранга.

Они летели быстрее любого из ветряных лезвий, достигая меня в мгновение ока. Я успел отклонить только два и был вынужден словить последний плечом. Нож глубоко вонзился, мгновенно достигнув кости. Интенсивная, ослепляющая боль пронеслась по моему телу. Мне пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не потерять сознание.

Мур появился рядом со мной, его меч уже был готов разрубить меня.

– Ты поблагодаришь меня позже, молодой герой.

Да? Ну и пошел ты. Я ухмыльнулся и мгновенно выпустил заклинания, которые приготовил и хранил на своем теле.

[Болото] размягчило землю и нарушило равновесие Мура.

[Земляной Рывок] придал мне необходимый импульс, чтобы запустить меня вперед.

[Ветряное Лезвие] покрывало слой острой как бритва маны, которая еще больше усиливала смертоносность моего клинка.

Три одновременно наложенных [Форсажа], переполненные маной, вырвались наружу – два на моей спине и один на локте. Струи сфокусированного огня ускорили мое тело и скорость до уровня, которого я не мог достичь с помощью только своего физического тела.

И последней вишенкой на торте из волшебного меча стал яркий взрыв, который вспыхнул прямо перед лицом Мура. Это было заклинание, которое я поспешно модифицировал и придумал на месте, основываясь на [Огненном Шаре] Начального уровня. Я резко увеличил яркость взрыва, отбросив при этом взрывную силу, взяв в пример Аруманфи. Я назвал его [Вспышка].

Интенсивный свет на мгновение ослепил Мура, а мое тело взорвалось от скорости. Боевая Аура заполнила каждый сантиметр моего тела, и мои мышцы были выведены за пределы своих возможностей, демонстрируя силу и скорость, превышающие мои физические возможности.

Мой меч взмыл в воздух и пронзил противника насквозь. Брызнула кровь, так как тело Мура было разрезано пополам по диагонали.

Я успел заметить выражение боли и удивления на лице Мура, когда его верхняя часть тела отделилась от нижней.

Его туловище упало, выбрасывая потоки крови, которая брызнула на пол.

Я почти упал на одно колено, чувствуя, как напрягаются мышцы моих икр и бедер. Я использовал свой меч как трость, чтобы удержаться на ногах. Гордость и триумфальная победа не позволили мне еще раз согнуть колено.

В этом заключалась сила моего стиля Магического Меча. Его особенность заключалась в подлых атаках с использованием элемента неожиданности. Когда я раскрою все свои хитрости, моя сила возрастет до предельного уровня, на который способно чистое фехтование.

Глядя на сидящую Атофератофе, я выдохнул с облегчением, так как напряжение и усталость быстро сменились адреналином, который бурлил в моих венах.

Я победил. Я уничтожил человека, который стоял на моем пути, и благодаря этому я одержал верх. Даже если он был просто солдатом, выполняющим свою работу, любой человек, который препятствует мне на пути воссоединения с моей семьей, будет уничтожен без колебаний!

//П.П:

Я победил. Я уничтожил человека, который стоял на моем пути, и благодаря этому я одержал верх. Даже если он был просто солдатом, выполняющим свою работу, любой человек, который препятствует мне на пути воссоединения с моей семьей, будет уничтожен без колебаний!

– Это была... безмолвная магия? Удивительно.

Мои глаза расширились. Я медленно обернулся и увидел, что верхняя половина расчлененного тела Мура все еще жива и находится в сознании. Это он говорил, хотя его тело было разрезано пополам, и он лежал на полу с кровью, вытекающей из открытой культи.

Нет, это была не кровь. Это был черный дым. Нижняя половина его тела начала двигаться к верхней, словно притягиваемая магнитом.

Через несколько секунд две половинки соединились, и все повреждения исчезли, не оставив и следа от того, что для любого нормального человека наверняка стало бы смертельной раной.

Точно, я читал об этом раньше. Бессмертная раса демонов. Раса, которая не только обладала бессмертием, позволявшим ее представителям жить вечно, но и позволяла регенерировать любые повреждения – даже такие смертельные, как обезглавливание или, как в данном случае, рассечение напополам. Убить бессмертного демона было очень сложно.

Хотя я почувствовал некоторое облегчение от того, что старый рыцарь не погиб от моего клинка, в то же время я немного нервничал. Что это значит? Если этот поединок должен был стать смертельной схваткой, не означает ли это, что я никогда не смогу победить? Моя мана была не бесконечной, а Мур изначально был сильнее меня. Мне удалось вырвать эту ложную победу только после того, как я потратил единственный шанс на подлую атаку в стиле Магического Меча.

Теперь мои мышцы были разорваны, и фактор неожиданности моей безмолвной магии также исчез. Мои шансы на победу упали почти до нуля.

Я потянулся к своему плечу и вытащил метательный нож, встроенный в меня. Затем я направил ману в свои разорванные мышцы и кровоточащую рану, восстанавливая их с помощью магии Исцеления, и медленно направился к Муру, который все еще лежал на полу.

Убийственное намерение хлынуло из меня, и я решился совершить немыслимое. Для того чтобы вернуться на Центральный континент, даже если бы мне пришлось порезать его на микроскопические кусочки мяса, я бы сделал это без пощады!

– Хорошо, можешь остановиться на этом, – мои движения прекратились, когда я услышал слова Атофератофе.

Я обернулся к ней и увидел забавный взгляд. Она дико ухмылялась, выглядя очень веселой после боя. Увидев ухмылку на ее лице, мое переполнявшее меня убийственное намерение улетучилось.

– Я увидела твою решимость. Твой боевой дух... он мне нравится! Ты впечатлил меня своим мастерством и силой, несмотря на твой юный возраст. Не многие могут претендовать на победу над Муром, даже если он не самый сильный из моих подчиненных.

Атофератофе встала со своего трона и начала идти ко мне. Ее походка была спокойной и неторопливой. Теперь, когда она встала во весь рост, я смог лучше рассмотреть всю ее внешность.

Повелительница Демонов была полностью облачена в черные доспехи. Но сквозь небольшие щели в доспехах виднелось мускулистое и подтянутое тело, похожее на тело Гислен. Хотя ее грудь была покрыта доспехами, было видно, что она имеет привлекательные размеры.

Нижняя половина ее тела также была закрыта броней, но внутренняя часть бедер была открыта, предположительно для большей подвижности, обнажая голубую кожу бедер, а также черное нижнее белье, прикрывающее ее интимные места. Ее квадрицепсы сокращались и растягивались при каждом шаге, демонстрируя свою силу и жизненную энергию.

Черт, эта Повелительница Демонов действительно в моем вкусе, возможно, даже больше, чем учитель Гислен. Если бы я не был так озабочен тем, чтобы покинуть форт Некросс и вернуться на Центральный континент, чтобы найти свою семью, я мог бы попросить ее положить мою голову между этих бедер и выжать меня досуха.

Она сложила руки и улыбнулась: – Я вознагражу тебя за впечатляющую работу. Скажи мне, хочешь ли ты получить эту награду?

Я кивнул, 'Да, можно положить голову между вашими...', то есть: – Да, Повелительница Демонов. Позвольте мне уйти.

Атофератофе наклонила голову: – Зачем тебе уходить, если ты принял мою награду?

А? Что она говорит? Я был в замешательстве, но молчал.

– Я, Бессмертная Повелительница Демонов, Атофератофе Райбаку, награждаю тебя силой! – Она гордо заявила. – Я награждаю тебя честью присоединиться к моей личной гвардии и тренироваться с ней!

Я расширил глаза от удивления. Что она только что сказала? Как это может быть наградой?

– Повелительница Демонов Атофератофе! Вы согласились, что если я пройду ваше испытание, то мне будет позволено уйти! – громко запротестовал я.

Она прищурила глаза: – Хм? Разве я не сказала, что результаты поединка определят, останешься ты или уйдешь?

– Именно! Я выиграл, так что вы должны сдержать свое обещание!

Она посмотрела на меня с некоторым замешательством, на мгновение осознав что-то: – А, я поняла, что произошло. Ты неправильно меня понял. Если бы ты проиграл, я бы позволила тебе уйти. Видишь ли, мне не нужны слабаки. Но раз ты победил, значит, ты заслужил право получать мои учения. Радуйся, дитя человеческое.

Я пошатнулся назад, мой разум не мог принять ее извращенную логику.

Позади меня Мур, который встал на ноги, вздохнул и пробормотал про себя: – Бедное дитя, вот почему я сказал, что тебе не стоило так стараться победить.

Мур... Я неправильно тебя понял! с сожалением воскликнул я в сердцах и отчаянно пожалел, что не последовал его совету с самого начала.

– Повелительница Демонов, я... я прошу прощения. Но я не могу принять эту награду, – я сказал, немного нерешительно, но со сталью в голосе.

Атофе нахмурила брови, и из ее синей фигуры вырвалось огромное убийственное намерение.

Что за... что за давление!? Я чувствовал себя котенком, лежащим перед колоссальным львом. Ее Боевая Аура похожа на извержение полыхающего Солнца, сжатое в человеческом теле. Я... я не могу сдвинуться ни на дюйм!

'Ранг Бога... Эта Повелительница Демонов имеет ранг Бога!' – понял я, отчаянно пытаясь сдержать свой завтрак. Это было самое гнетущее давление, которое я когда-либо чувствовал в своей жизни. Даже дикие монстры не могли сравниться с тиранической аурой, исходящей от Атофе, которая превосходила мою собственную.

– А!?.. Ты держишь меня за идиотку? Сначала ты сказал, что хочешь получить награду, а теперь сказал, что не хочешь! Ты реально считаешь, что я такая тупая, хах!?

Она двинулась ко мне, и с каждым ее шагом давление на меня становилось все сильнее. Не я успел среагировать, как Повелительница Демонов уже стояла предо мной.

Атофератофе положила руку мне на плечо, и вдруг возникло ощущение, что на мою маленькое тело обрушилась вся тяжесть мира. Меня поставили на колени без всякой возможности сопротивляться. Мои кости скрипели от давления, и мне пришлось впиться ногтями в кожу ладони, чтобы не дрожать.

– Я спрошу тебя снова. Принимаешь ли ты эту награду или нет?

Кровь потекла из уголка моей губы, когда я открыл рот, чтобы заговорить. Мне пришлось прикусить внутреннюю часть щеки, чтобы заставить организм восстановить двигательные функции.

– Как долго... как долго мне придется служить вам?

Она улыбнулась, убийственное намерение слегка ослабло, приняв мой вопрос за знак покорности.

– На всю твою жизнь, конечно. Но не волнуйся, Великая Атофератофе милосердна к тебе. Ты можешь получить двухлетний перерыв после каждых 10 лет службы.

Разве это не рабство? Принудительное рабство, завернутое в обертку награды! Как я могу принять это?

– Это, Ну... – я колебался, не зная, не приведет ли прямой отказ к тому, что моя голова тут же слетит с плеч.

– Хм? Почему ты колеблешься? Знаешь ли ты, сколько людей приходят сюда, чтобы учиться у меня? Все здешние стражники добровольно последовали за мной в поисках силы, – сказала она, жестом указывая на своих рыцарей.

Я оглянулся и увидел, что все рыцари качают головами, не соглашаясь с ее словами за ее спиной, и смотрят на меня с жалостью. Как будто они говорили своими глазами: "Бедняжка, ты тоже станешь одним из нас. Как жаль". Было очевидно, что их поставили в то же положение, что и меня сейчас, заставив быть ее подчиненным до конца жизни.

– Слушай внимательно, – продолжала она, – я – Бессмертная Повелительница Демонов, Атофератофе Райбаку. Жена первого Бога Севера, Карумана Райбаку! Перед смертью Кар научил меня всему, что знал о мече. И второе поколение Бога Севера, Алекс, мой сын, также был обучен мной! Ты понимаешь? Стать моим подчиненным – значит встать на прямую дорогу к становлению следующим Богом Севера!

Твою мать. По правде говоря, это заманчивое предложение. Изначально я планировал отправиться в Святую Землю Мечей, чтобы стать учеником Бога Меча, прежде чем меня перенесли на Демонический континент. А стиль Бога Севера всегда подходил мне больше всего, среди трех основных стилей меча.

Учиться у такой легендарной личности, как Атофератофе – это то, о чем каждый мог лишь мечтать. Но проблема заключалась в том, что мне придется стать ее подчиненным на всю оставшуюся жизнь. И даже если я смогу сделать двухлетний перерыв, то только после 10 лет службы. 10 лет! Кто знал, что случится с моей семьей за это время.

Поэтому, как бы меня ни искушали, я не мог принять эту так называемую награду.

– Я... я глубоко польщен вашей наградой. Однако, к сожалению, я...

Я начал говорить, но дыхание застряло у меня в горле, когда Повелительница Демонов крепче сжала мое плечо.

– Проще речь. Без глупых слов.

– ...я все еще не могу принять вашу награду, – я закончил, морщась от боли в ее железной хватке.

Она отпустила мое плечо и втянула обратно Боевую Ауру и убийственное намерение, которое было тяжелым, как вес всего мира.

Я выдохнул, не понимая, что только сейчас получил возможность дышать. Я чувствовал холодный пот по всему телу. Я чувствовала себя крошечной мышкой перед колоссальной львицей, которая могла раздавить меня одним взмахом лапы.

Атофе смотрела на меня с минуту, размышляя, а затем ярко улыбнулась. Честно говоря, она показалась мне красивой, даже несмотря на то, что угрожала мне принудительным рабством.

– Ты действительно смел. Если бы это был кто-то другой, я бы уже оторвала ему голову. Мне это нравится. Я решила! Ты получишь эту награду и присоединишься к моей личной охране. Ты еще немного мягок, но после 10 лет тренировок ты обязательно вырастешь и станешь мужчиной, которым я буду довольна.

Я удивленно посмотрел в ответ. Неужели ее уши росли только для показухи? У нее плохой слух или мой язык Бога Демонов был так плох? Я никогда раньше не встречал человека с таким отборным слухом, как у этой особы.

Я отбросил мысли о том, что имела в виду Атофератофе, когда сказала, что будет обучать меня, чтобы я стал мужчиной, которым она будет довольна.

– Повелительница Демонов, как я уже сказал, я...

Она усмехнулась и наклонилась ближе. Резкие черты ее синего лица и ярко-красные зрачки, окруженные черными склерами, были в нескольких дюймах от моего лица. Если бы я наклонился чуть ближе, наши губы соприкоснулись бы.

– Ты, кажется, не понимаешь. У тебя просто нет выбора. Если я говорю, что ты теперь один из моих личных охранников, значит, так оно и есть!

Ее рука расплылась, и в следующее мгновение мое зрение потемнело.

Я проснулся в каком-то белом мире. Окружающая обстановка казалась мне туманной и такой нереалистичной, что заставляло меня чувствовать себя как во сне.

Я попытался сделать шаг, но мои ноги внезапно перестали работать, и я рухнул на то, что можно было принять за землю, хотя ни на вид, ни на ощупь не было похоже, что я на твердой поверхности.

Падать было не больно, поэтому я еще больше уверился в том, что это сон.

Я посмотрел вниз на свое тело, пытаясь понять, что не так с моими ногами, и понял, что это не то тело, к которому я привык за последние 10 лет. Это не было тело ребенка, скорее, это было тело взрослого, зрелого мужчины. И это было то тело, что так давно мне было знакомо.

Мое старое тело – то, которое принадлежало мне еще на Земле. Я мог различить многочисленные шрамы, покрывавшие мои ноги – постоянное напоминание о несчастном случае, который лишил меня способности ходить.

Этого не может быть... я вернулся на Землю? Неужели я снова утратил способность ходить? Я уселся и схватился за колено. Пальцы впились в кожу, но я почти ничего не чувствовал. Это было ощущение, вернее, отсутствие ощущения, которое как и тело, было мне хорошо знакомо.

Волна уныния обрушилась на меня, подобно гигантскому убийственному намерению Атофе. Но на этот раз это была гигантская депрессия.

Было ли все это просто сном? Возможно, сбивший меня грузовик не убил меня, как я думал, и я все это время находился в коме. Последние 10 лет, все это было просто галлюцинацией, вызванной комой?

Этого не может быть: Тепло объятий Зенит, ощущение маны, циркулирующей в моем теле; пот и кровь из моих мозолей, когда я тысячи и тысячи раз взмахнул мечом; семейные тепло, которое я чувствовал от Грейратов и Бореас; любовь, которую я получал от своей семьи; обожание, которое я чувствовал от Эрис; Гислен, направляющая мое мастерство фехтования – как все это может быть ложью?

Я не приму этого! Все это было реальностью! Ничто из этого не могло быть иллюзией. Боль от ударов моих врагов, удовлетворение от наполнения моего живота вкусной пищей, приготовленной с любовью; и хорошее, и плохое – все это было реально!

Я отказываюсь принимать это искалеченное тело! Вы слышите меня, ублюдки!? Я ОТКАЗЫВАЮСЬ!

Я использовал руку и оттолкнулся от пола, пробуждая в себе энергию и заставляя ноги двигаться.

Стоять! Эти гребаные ноги... Я сказал вам стоять!

Медленно, дюйм за дюймом, я начал подниматься. Мои ноги дико дрожали, пытаясь выдержать мой вес, но у меня получилось. Я стоял! После целой минуты напряжения всех моих сил и воли мне удалось полностью встать на ноги.

Я усмехнулся. Улыбка изменилась, и я начала хихикать, а затем перешла в полноценный смех.

Я сделал это! Я встал! Это доказывает, что последние 10 лет были не просто сном! Я никогда не смог бы стоять на Земле. Мои ноги работают, мое тело не сломано. Только мой разум считает, что оно сломано. Пока я хочу этого, мое тело будет двигаться!

Хлоп-хлоп-хлоп.

Я услышал внезапный звук аплодисментов. Неожиданно передо мной появился человек. Он был абсолютно белого цвета, лишь слабые очертания бликов и полутеней выделяли его на фоне белой пустоты этого туманного мира снов.

У него не было никаких отличительных черт, даже тело не имело никаких половых признаков. Его лицо было похоже на амальгаму всех человеческих лиц, соединенных в одну неидентифицируемую форму, которая постоянно размывалась и менялась. Оно напоминало мне пиксельную мозаику, используемую для цензуры графических изображений в новостях.

– Вау, я действительно впечатлен. Я впервые вижу, как кто-то трансформирует свою астральную форму с помощью лишь силы воли. Ты удивителен, Рудеус.

Его голос звучал нейтрально, без возможности определить, мужской он или женский. Он не был андрогином. Скорее, было физически или биологически невозможно создать такой голос, как у этого существа.

Он также говорил на человеческом языке, что еще больше укрепило мою веру в то, что все, что я пережил, было реальностью.

Хотя меня смутил термин, который он использовал. Астральная форма? О чем он говорит?

– О, твоя астральная форма – это присущее тебе понимание того, как ты выглядишь. Она представляет не то, как вы выглядишь физически, а то, как, по твоему мнению, ты выглядишь ментально.

Понятно... значит, я все еще Рудеус Грейрат. Мое тело может ходить и бегать как обычно. Это тело сейчас – лишь мысленный образ того, как я должен выглядеть, а не то, как я выгляжу на самом деле?

– Именно! В реальном мире ты все еще идеальный физический экземпляр.

О, хорошо. Спасибо, наверное? Но кто ты? И где я?

– Как грубо с моей стороны! Я был так впечатлен тем, как ты сумел преобразовать свою астральную форму, что забыл представиться. Я – бог. Точнее, Человеческий Бог. Но ты можешь называть меня просто Хитогами. А это место, ну, ты можешь и дальше называть его местом твоих снов.

Сон?.. Снится ли мне сон прямо сейчас?

– Да! Что еще, по-твоему, должно происходить?

Я подумал, что, возможно, Атофе убила меня, и я попал в какое-то подобие лимбо...

– Ха-ха! У тебя богатое воображение! Нет, она не убивала тебя. Но я видел твой бой против ее подчиненного. Действительно впечатляет!

Фух, по крайней мере, я все еще жив. Подожди, ты видел мой бой? Верно, ты сказал, что ты бог? Тогда... это ты реинкарнировал меня в этом мире?

– Фу-фу, посмотри, как ты благодарен. Если бы я был более нечестным богом, я бы солгал, сказав "да", и позволил бы тебе поклоняться мне. Но поскольку я праведный бог, я буду честен и скажу тебе правду. Нет, реинкарнация не входит в число моих способностей. Это специализация некоего злобного Бога Дракона.

Понятно, спасибо, что сказал правду. Тогда как я перевоплотился? Ты знаешь другого бога, который был ответственен за это?

– Нет, я понятия не имею.

Ладно, не бери в голову. Нет смысла зацикливаться на этом. Я просто должен быть благодарен за свою новую жизнь и двигаться дальше.

– Ты удивительно взрослый для того, кто выглядит так молодо. В любом случае, Рудеус, я уже некоторое время наблюдаю за тобой. Ты вел довольно интересную жизнь, не так ли?

Ты наблюдал за мной? Тогда почему ты лишь сейчас впервые заговорил со мной?

– А, ну, я не люблю вмешиваться слишком часто. И хотя за тобой было интересно наблюдать, я не хотел совать нос в дела людей. В конце концов, я бог.

Тогда почему сейчас? Ведь это не ты телепортировал меня на Демонический Континент?!

– Расслабься, друг. Я также понятия не имею, кто вызвал эту Катастрофу Маны. Я пришел к тебе только потому, что почувствовал, что ты в очень плачевном состоянии. Я пытался вызвать у тебя сон, пока ты летел в воздухе, чтобы предупредить тебя, но кто бы мог подумать, что с твоей силой воли ты воспротивишься моим попыткам погрузить тебя в сон.

Зачем ты пытался заставить меня заснуть, пока я падал с такой большой высоты? Ты хотел, чтобы я стал красной лужей на Демоническом континенте?

– Не надо делать таких поспешных выводов. Время движется по-разному в твоем сне и в физическом мире. Мы можем говорить здесь десять минут, а в реальном мире прошла бы пара секунд.

Ясно, понятно. Тогда, если ты наблюдал за мной, ты должен знать, что случилось с Роа? Семья Бореас в безопасности?

– К сожалению, я не так всемогущ, как хотелось бы. Я могу смотреть только на нескольких людей, и некоторых особенных личностей, таких как вы. У меня нет ответа на твои вопросы.

Тц, и ты ещё называешь себя богом?

– Эй! Я стараюсь изо всех сил! Кстати, Роа был не единственным местом, которое настигло Катастрофа маны.

Подожди, ты имеешь в виду?..

– Верно. Весь регион Фиттоа был поражен. Включая деревню Буэна.

Пол, Зенит, Лилия, Аиша, Норн и Сильфиетта? Они все тоже были телепортированы?! Где они!? Скажи мне, Человеческий Бог!

– Мне жаль, но, как я уже сказал, мои силы ограничены. Но я могу сказать тебе местонахождение другого человека, который также уникален, как и ты, и за которым я внимательно наблюдал еще до катастрофы.

Кто это?

– Сильфиетта. Единственный безмолвный маг в Роа!

Где она? Она в безопасности?

– Фу-фу, ее перевезли в столицу Королевства Асура. Сейчас она общается со второй принцессой королевской семьи Асура, так что она находится в гораздо лучшем положении, чем ты!

Фух, уже хорошо. По крайней мере, я знаю, что хотя бы она в безопасности... Прости, я был слишком резок, Хитогами.

– Ха-ха, я уважаю человека, который способен извиниться. Не волнуйся, Рудеус, я не буду держать на тебя зла. Я понимаю, что ты тоже расстроен.

Я ценю это. Если ты когда-нибудь узнаешь местонахождение моей семьи, затащи меня в сон и расскажи мне, пожалуйста.

– Мм, это будет трудно, но будь уверен, я сделаю все возможное!

Спасибо, Хитогами. Тогда ты сказал, что пытался предупредить меня?

– Ага! Если бы ты заснул перед приземлением в замке Атофе, я бы предупредил тебя, чтобы ты летел в другом направлении! Избежал Атофе любой ценой!

Избегать Атофе, почему? Я имею в виду, кроме очевидного – принуждения меня к пожизненному рабству.

– Неужели тебе нужна еще одна причина, кроме очевидной? Теперь, когда ты встретил Атофе, она заинтересовалась твоей силой и талантом. Сбежать теперь будет невероятно сложно, а если ты ничего не сделаешь, то будешь вынужден служить ей 10 лет, прежде чем сможешь уйти.

Тц. Говорить это сейчас немного бесполезно, не находишь? Я уже был пойман ею. Я бы предпочел, чтобы ты сказал мне что-то, что поможет мне сбежать.

– Хе-хе, именно поэтому я здесь! Я – Человеческий Бог, поэтому, очевидно, я буду стараться заботиться о людях. Сбежать, пока что, будет невозможно.

...я думал, ты собираешься сказать что-то полезное.

– Молодые люди в наше время такие нетерпеливые. Сначала выслушай меня. Когда вы проснешься, ты узнаешь, почему побег стал невозможен. Конечно, это временно. В замке Атофе ты должен найти тайную комнату. Это комната, о которой не знает даже сама Повелительница. В этой комнате ты найдешь ключ к побегу.

О-о-о! Что в комнате? И как это поможет мне сбежать!?

– Хе-хе, я бы не хотел портить сюрприз. Просто слушай внимательно и запоминай: через 332 дня, справа от ступенек, ведущих к трону Атофе, ты найдешь вход в эту комнату. В ней ты найдешь ключ к своему спасению.

Почему 332 дня, звучит довольно специфично...

– Ха-ха, просто доверься мне!

И с этим размытое мозаикой лицо Хитогами, как и весь белый мир, резко исчезли.

За несколько секунд до того, как мое сознание померкло, я подумал: 'Этот парень... он жуть какой подозрительный… будто торгаш, пытающийся оставить меня без гроша. Я ему совсем не доверяю!

Рудеус с большой неохотой сонно открыл глаза. Его зрение было немного размытым, когда он открыл глаза и начал привыкать к свету. Он сел, но напрягся, осознав, что не узнает окружающую обстановку.

Вместо богато украшенной комнаты в особняке Бореас, он оказался в незнакомом помещении с кирпичными стенами черного цвета без окон. Хотя комната была больше, чем его собственная в особняке Бореас, она была в более спартанских условиях, с минимальной мебелью. Здесь были только тумбочка, шкаф и кровать, на которой он сейчас сидел.

'О, точно... Я был перенесен на Демонический континент. Я должен быть в форте Некросс, которым правит повелительница Демонов. Черт. Что же мне теперь делать?'

Но тут он почувствовал странную тяжесть на своем теле. Рудеус посмотрел вниз и увидел, что теперь на нем уже знакомая ему черная броня. Такие же носили все рыцари, охранявшие форт Некросс. Конечно, она была каким-то образом подогнана к его детскому телу.

Он прикоснулся к доспехам, ощутив холодный твердый металл, а также мягкий волну маны, текущей через доспехи. Он не видел никаких магических надписей, выгравированных на внешней стороне доспехов, возможно, они были на внутренней стороне или на спине, поэтому он не мог сказать, с какой целью в них течет мана.

– Что за черт? Они меня раздели?

Рудеус проверил и почувствовал облегчение от того, что на нем все еще были брюки и нижнее белье. Он немного беспокоился, что его невинность нарушили, пока он был без сознания. Конечно, он не стал бы так переживать, если бы это была Атофе... Нет, это она отказалась отпустить меня. С*ка!

Однако мана в доспехах все еще вызывала беспокойство, поэтому он начал искать крепление или застежку, чтобы открыть доспехи. Однако он не смог ничего найти.

'Забудь об этом. Первым делом – побег!'

Оглядевшись, он не обнаружил в комнате никого, кроме него самого, и никакого оборудования для слежки тоже не было.

'Ха! Этот Хитогами сказал, что сбежать невозможно? Вот болван. За мной никто не следит! Я могу просто сбежать прямо сейчас!'

Рудеус даже нашел свой меч, аккуратно прислоненный к торцевому столику. Казалось, они просто умоляли его сбежать!

Он вернул свой меч, закрепив ножны на поясе, и подошел к двери комнаты.

Осторожно попробовав ручку двери, он услышал слабый щелчок, и дверь с легкостью открылась.

'Она даже не заперта? Погодите-ка, а не слишком ли это просто?'

Он решил сначала проверить остальную часть своей комнаты, прежде чем пытаться сбежать через дверь. Он начал чувствовать себя немного подозрительно из-за того, как небрежно они отнеслись к его заключению.

Рудеус подошел к стене на противоположной стороне двери и положил на нее руку.

Если применить магию земли, можно создать здесь дыру.

Чтобы проверить свою теорию, Рудеус начал призывать свою ману и направил ее в стену. Неожиданно мана соскользнула со стены, как вода с гидрофобной поверхности. Заклинание никак не повлияло на стены из черного кирпича.

'Черт возьми, что это, кирпичи, защищенные от магии? Забудь об этом, я просто вырежу дыру своим мечом'.

Он поднял меч и откинулся назад. Мана начала наполнять его мышцы, наслаиваясь на его тело боевой аурой Святого, а затем его клинок устремился вперед к кирпичным стенам.

Дзынь!

Кончик его клинка ударился о стену и отклонился, в результате чего отдача прошла по мечу и по его рукам.

'Какого хрена, насколько прочные эти кирпичи?'

Это был замок, принадлежащий Повелительнице Демонов, и он должен был ожидать, что стены замка, по крайней мере, смогут противостоять атакам Святого. Единственным свидетельством его атаки была белая линия, которая едва царапала поверхность кирпича, по которому он ударил.

'При таких темпах, забыв о 332 днях, я, возможно, не смогу выдолбить достаточно большую дыру и за 10 лет! – заключил Рудеус, немного удрученный. – Тогда входная дверь'

Прежде чем выйти через дверь, Рудеус активировал несколько заклинаний. Одно из них было заклинанием иллюзии, которое делало его невидимым, а другое – магией ветра, которая устраняла звук и запах, исходящие от него. Со всеми этими трюками в рукаве он действительно больше походил на Святого Севера, чем на Святого Меча.

Он осторожно открыл дверь, которая открылась в пустой коридор. Учитывая размеры замка, этот коридор составлял лишь малую часть его общей площади.

Не имея ни карты, ни каких-либо указателей, которые могли бы подсказать ему, где он сейчас находится, Рудеус наугад выбрал направление и начал пробираться по замку. Проходя по коридору, он понял, что комната, в которой он проснулся, была лишь одной из многих в этом коридоре.

Внутри замка было так же пусто, как и где он проснулся. Несколько картин висели тут и там, но других украшений не было.

Время от времени ему попадались патрулирующие стражники, но он прятался и убирал свою ауру, чтобы свести к минимуму вероятность обнаружения. К счастью, ему это удалось, и он смог избежать этих патрулей.

Он начал ориентироваться, поняв, что его комната находится на втором этаже этого дворца.

Вскоре, когда вокруг не было никого, кто мог бы его остановить, Рудеус нашел дорогу во двор, где он впервые приземлился. Рыцари все еще охраняли двор и герсу замка, поэтому он не стал пытаться бежать через главные ворота.

Сам замок окружали высокие толстые крепостные стены и несколько сторожевых башен. На этих башнях не было людей, хотя он мог представить себе толпы солдат и лучников на них, если бы это было время войны.

Поскольку у Рудеуса не было проблем с перемещением по воздуху, он переместился в более уединенную часть стены и приготовил свои заклинания.

Он накачал ману в ноги и одним прыжком поднялся на высоту, равную высоте стен. Затем он материализовал платформы из воздуха, используя [Воздушный шаг], и начал бежать вверх, словно поднимаясь по лестнице.

'Что ж, думаю, это прощание, Повелительница Демонов Атофератофе. Это была короткая, но неприятная встреча. Я буду скучать по вашим бедрам...', – размышлял Рудеус, спрыгивая со стен замка и направляясь к свободе.

Или, по крайней мере, пытался.

Как только он переступил порог, разделяющий крепостную стену и свободу, его доспехи засверкали, а затем он почувствовал ослепительную боль, пронзившую его тело. В его тело ворвались разряды электричества, и он почти потерял сознание от боли.

Его концентрация на [Воздушном Шаге] была потеряна, и он рухнул в дымящуюся кучу на крепостные стены. Иллюзорная магия, которая делала его тело невидимым, также исчезла из-за отсутствия концентрации.

Свет и шум от активации его доспехов привлекли внимание рыцарей, охранявших ворота, и пока Рудеус еще не оправился от молнии, пронесшейся по его венам, он оказался окружен стражниками в черных доспехах.

– О, ты проснулся, новичок. Я вижу, ты уже испытал наказание за попытку побега

Рудеус медленно поднялся, его волосы и кожа все еще дымились от воздействия электричества. Он увидел, что рыцари не выхватили оружие после того, как поймали его с поличным при попытке к бегству. Напротив, они выглядели странно сочувствующими его беде.

– Н-наказание? – Рудеус заикался, его тело все еще немного онемело.

Один из рыцарей снял шлем, открыв под ним человеческое лицо. Он выглядел старше, примерно средних лет, но у него все еще было красивое лицо с длинными светлыми волосами.

– Успокой дыхание и позволь мане циркулировать по телу. Ты начнешь чувствовать себя намного лучше.

Рудеус кивнул и последовал совету. И, как он и сказал, его мышцы перестали сокращаться, и он медленно восстановил чувствительность своих конечностей.

Пока он циркулировал ману, рыцарь продолжал говорить.

– Ты из королевства Асуры, новичок? Я тоже с Центрального континента – Королевства Короля Драконов. Меня зовут Грейсон. Приятно познакомиться, и добро пожаловать в ряды Имперских рыцарей Атофе.

Рудеус глубоко выдохнул, чувствуя, как последствия побега покидают его тело: – Да, приятно познакомиться.

– Я с континента Миллис.

– Я жил в городе Рикарис.

Один за другим остальные охранники начали представляться и рассказывать, где они живут. В их тоне чувствовалась привязанность и симпатия, но также и легкая тоска по местам, которые они когда-то называли своим домом.

Человек по имени Грейсон продолжил: – Поскольку ты здесь новенький, мы, как твои старшие, объясним тебе самое важное правило – не пытайся сбежать.

– Это невозможно! Мне нужно вернуться к своей семье! Я не могу оставаться здесь 10 лет! – перебил Рудеус.

Грейсон горестно вздохнул, и несколько других тоже, а остальные горько усмехнулись.

– Ты думаешь, у нас тоже нет семей? Мы все такие же, как ты. Некоторые из нас пришли за силой, другие искали удачу или славу, но неизбежно, как только мы прибыли, мы все были избиты Повелительницей Демонов Атофе и вынуждены были присоединиться к ее личной охране. Я не видел свою семью более 6 лет.

– Тогда почему бы вам просто не убежать? – недоверчиво спросил Рудеус.

– Ты действительно думаешь, что мы остаемся здесь, потому что хотим этого? Видишь, какая на нас броня? И та, что на тебе? – Грейсон указал на черную броню на Рудеусе.

– Это проклятый артефакт. Они могут выглядеть как доспехи, но на самом деле это кандалы.

Рудеус расширил глаза: – Кандалы?..

Грейсон кивнул: – Верно. Как только кто-то надевает эти доспехи, он навеки связан служением Повелителю Демонов Атофе. Ты вынужден подчиняться каждому ее приказу, и неповиновение повлечет за собой наказание, которое ты только что испытал на себе.

Услышав это, Рудеус тут же начал тянуть за броню, пытаясь снять ее со своего тела.

Грейсон покачал головой: – Это бесполезно. Как только человек надевает доспехи, есть только два способа снять их: первый – смерть, второй – если Атофе добровольно освободит тебя от проклятия.

– Что? Как она может быть такой неблагоразумной? Это же рабство! – запротестовал Рудеус.

Он пожал плечами: – Ну, Атофе дала понять, что у нее есть простой способ освободить кого-то от проклятия доспехов.

Рудеус наклонился к нему с надеждой в глазах: – Что это? Что за способ? Я сделаю все!

Грейсон горько улыбнулся: – Тебе просто нужно победить Атофе в битве и получить ее признание.

– А, нет, невозможно... – пробормотал мальчик, вспомнив, какое огромное давление выпустила Атофе, просто положив руку ему на плечо.

– Убегать тоже бесполезно. Этот замок не очень хорош для отражения вторжений, поскольку Атофе любит принимать вызовы от Героев. Но он очень хорош в удержании людей внутри. Как только кто-то из нас попытается выйти за границу, он получит наказание и будет втянут обратно.

– Тогда, это значит...

– Да. Отсюда не сбежать, новичок.

Рудеус в отчаянии упал на колени: – Этого не может быть!

– Ну, не все так плохо, – Грейсон наклонился, чтобы утешить Рудеуса: – Атофе не лгала, когда сказала, что наградит тебя силой. В конце концов, именно она обучила Карумана II, Бога Севера второго поколения. Все мы резко возросли в силе, когда обучались у нее. И хотя она упрямая повелительница, которая иногда может быть жестокой, обычно она довольно спокойна. Кроме того, мы получаем двухлетний отпуск после каждые 10 лет.

– Нет! Я отказываюсь принимать это! – вызывающе заявил Рудеус.

Охранники посмотрели друг на друга и обменялись веселыми улыбками: – Ну, все мы так думали, когда только попали сюда. Поверь, лишь первые несколько недель будут самыми худшими. Через несколько месяцев, возможно, у тебя еще будет какая-то надежда. Но через год? Ты уже спокойно примешь свою судьбу.

Хотя их слова были с добрыми намерениями, они лишь привели мальчика в еще большее отчаяние.

'Это бесполезно. Эти люди уже полностью сдались. Похоже, у меня нет выбора, кроме как полагаться на этого сомнительного торгаша... 332 дня... Хитогами, если ты солгал мне, мне плевать, что ты бог. Я найду тебя и выбью всю из тебя всю дурь!'

//П.П:

Грейсон и другие дружелюбные рыцари продолжали объяснять ему, как он должен вести себя теперь, когда стал одним из них. Очевидно, они не в первый раз давали такие объяснения, хотя и упомянули, что прошло уже несколько лет с тех пор, как кто-то вступил в их ряды.

Очевидно, среди воинов существовала легенда, которая распространялась на Демоническом континенте, континенте Миллис и континенте Бегаритт.

Она звучала примерно так: "Жаждущий власти, отправляйся в путь, устремив свой взор на Демонический континент. Путешествуя по демонической земле, доберись до форта Некросс. Дойдя до Некросса, добейся аудиенции у Бессмертной Повелительницы Демонов Атофератофе. Покажи свою силу Повелительнице и жажду большей силы. Тогда обретешь ты подавляющую силу, подобную которой ты еще не видывал.

Многие считали это правдой, и поэтому несколько воинов, жаждущих силы, славы и почета, последовали легенде и отправились в форт Некросс. Говорили, что о тех, кто отправился в это путешествие, больше никогда не слышали.

Конечно, теперь, только после того Рудеус по неосторожности пропустил часть с путешествием и попал прямо на встречу с Повелительницей Демонов Атофератофе, ему сказали правду.

Большинство тех воинов, которые стремились к силе, погибли по пути в форт Некросс. Регион Гаслоу, которым управляла Атофе, был, пожалуй, самым опасным регионом на Демоническом континенте. Там бродили стаи чрезвычайно сильных монстров. Возможно, причина, по которой Атофе решила обосноваться на этих землях, заключалась именно в том, что здесь было полно чудовищ, так считал Рудеус.

Что касается тех немногих, кто был достаточно силен, чтобы добраться сюда, большинство из них были вынуждены присоединиться к личной охране Атофе.

Атофе приветствовала претендентов. Похоже, это был один из единственных способов развеять ее скуку. Для бессмертного демона, живущего тысячелетиями, скука была огромной проблемой. Если она признавала претендента достаточно сильным, чтобы развлечь ее, то его заставляли облачиться в черные доспехи и служить ей всю оставшуюся жизнь. Слабых обычно убивали, если только Атофе не была в этот день особенно милосердной.

Конечно, было несколько человек, которые добровольно присоединились к ее личной гвардии, надеясь учиться у Повелительницы Демонов и достичь вершины боевой силы. Титул одного из Семи Великих Мировых Сил был тем, что большинство идущих на пути к силе, считали своей конечной целью.

Однако даже такие долгоживущие расы, как демоны, после нескольких десятилетий службы начинали жалеть о своем решении служить Атофе до конца своей особенно долгой жизни.

Конечно, их личная сила резко возрастет после обучения у Атофе в течение нескольких десятилетий. Но какой смысл становиться сильнее, если они застряли здесь?

Рыцари в форте Некросс были очень сильны. Святой ранг был минимальным требованием для вступления в личную охрану Атофе. Любой из них считался бы экспертом в любом королевстве мира, к нему относились бы с уважением и почтением. Здесь же они были простыми подчиненными. Точнее, рабами.

Однако они все еще не могли покорить непреодолимую гору, которой была Бессмертная Повелительница Демонов, Атофератофе Райбаку.

Неважно, как долго они тренировались и как усердно работали, все равно между их силой и силой Атофе, имеющей ранг Бога, оставалась непреодолимая бездна. Достичь ранга Бога теоретически было вполне реально, тем более что они учились у самого Бога Севера, но преодолеть этот порог было все равно, что попытаться одним прыжком достичь луны.

Любой, кто смог достичь ранга Бога, являлся ошибкой природы. Просто так звезды сошлись в момент их рождения. Они были наделены талантом, превосходящим 99,999% населения планеты, им посчастливилось получить наставления от мудрых учителей в нужное время, и они обладали непоколебимым стремлением к достижению вершины силы.

Если кому-то не хватало хотя бы одного из этих чрезвычайно строгих критериев, у него практически не было надежды когда-либо достичь ранга Бога. Рыцари форта Некросс, хотя и обладали двумя последними требованиями, не соответствовали первому критерию.

Не имело значения, сколько крови, пота и слез они вложат в свое мастерство фехтования. Они все равно никогда не смогут прорваться в царство Божественного ранга, и никогда не смогут победить Повелительницу Демонов Атофе.

Таким образом, все они смирились с тем, что останутся лакеями до конца своих дней.

– А никто не пробовал использовать яд? Или что-то другое, что может помешать Атофе использовать всю свою силу? – спросил Рудеус, уже рассматривая другие варианты, кроме чисто боевых способностей, чтобы одолеть Повелительницу Демонов. Он тоже не до конца доверял Хитогами, поэтому был не прочь проверить другие варианты.

Рыцари ответили: – Такой простое трюк, неужели ты думаешь, что никто еще не пытался его провернуть? Атофе принадлежит к клану Бессмертных демонов. Она обладает бессмертием, которое позволяет ей регенерировать после любого ранения, даже после потери головы или разрубания на две части. Даже самый сильный яд заставит ее желудок болеть лишь немного, прежде чем она восстановится после полученного вреда.

– Кроме того, проклятые доспехи Атофе может снять только добровольно. И она признает кого-то, только если он победит ее в поединке без всяких уловок. Попытка проделать трюки за ее спиной приведет лишь к тому, что тебя изобьют до потери крови.

– А что насчет проклятия на доспехах? Кто-нибудь пытался как-то снять проклятие? – спросил Рудеус.

Рыцари посмотрели друг на друга с поднятыми бровями, а затем пожали плечами.

– Все, кто когда-либо приходил сюда – воины, что умеют только сражаться. Что-то вроде снятия проклятия с доспехов – это не то, в чем мы можем быть сведущи.

'Ясно, сила есть – ума не надо. Все вы – перекачанные остолопы, которые в погоне за силой по глупости поверили в сомнительную легенду, и в итоге оказались здесь против своей воли', – Рудеус внутренне вздохнул.

– Среди императорских гвардейцев только Мур хорошо владеет магией. И хотя он научил нас нескольким магическим трюкам, которые полезны, когда мы сталкиваемся с проблемой, которую нельзя решить кулаками, я думаю, что даже лучшие из нас могут использовать только магию Среднего ранга.

Рудеус приподнял бровь: – Значит, Мур не пытался снять проклятие с доспехов?

– Я тоже задавался этим вопросом, когда только приехал сюда. Он действительно пытался, но я слышал, что он сдался 200 лет назад. Если Мур, лучший маг из нас, отказался от попытки снять проклятие, то у остальных в принципе нет никакой надежды. Кроме того, хотя Мур и не самый сильный среди нас, он, вероятно, больше всех предан Атофе.

Рудеус покачал головой. После нескольких сотен лет верной службы, Муру, вероятно, медленно промыли мозги. То, что могло начаться как принудительное рабство, уже превратилось в настоящую преданность.

Увидев деморализованного Рудеуса, добродушные рыцари попытались подбодрить его. В конце концов, не каждый день в их рядах появляется новичок. И особенно они жалели Рудеуса, который был так молод, но уже был вынужден всю жизнь находиться в рабстве, так и не повидав мир.

– Вообще по правде говоря, хотя мы и твои старшие, мы считаем, что ты – наша самая большая надежда помочь нам покинуть форт Некросс.

– А? Почему я?

– Подумай сам. Тебе всего 10 лет, но ты уже Святой Севера. И ты даже можешь использовать безмолвную магию. Стыдно признаться, но у нас практически нет шансов достичь ранга Бога и победить Атофе. Но у тебя, с другой стороны, самый высокий потенциал и лучший талант, который мы когда-либо видели. Если это будешь ты, то достичь ранга Бога и победить Атофе не составит труда!

Они продолжили: – Это может занять несколько десятилетий, но мы уверены, что в конце концов ты станешь достаточно сильным, чтобы победить Атофе. В это время ты сможешь помочь нам убедить Атофе снять с нас доспехи и позволить нам вернуться к нашим семьям.

'Несколько десятилетий? У меня нет столько времени! К тому времени я уже буду старым дядькой!', – горестно подумал Рудеус.

– Поэтому мы все обсудили. Возможно, сейчас мы лишь немногим сильнее тебя, но мы готовы научить тебя всему, что знаем, и помочь тебе как можно быстрее достичь нашей общей мечты. Неважно, что это будет: приемы, грязные трюки, боевые привычки Атофе. Все, что мы знаем, будет в твоем распоряжении. Единственное, о чем мы просим тебя – это помнить о нашей помощи, когда ты наконец победишь Атофе и освободишь нас от вечного рабства.

Когда Грейсон закончил говорить, у рыцарей на глазах выступили слезы. Рудеус наконец-то понял, почему эти старшие относились к нему так доброжелательно. Он думал, что они просто сочувствуют жалкому младшему, который оказался в одной лодке с ними. Возможно, отчасти это было правдой, но в основном это было потому, что они видели в нем свою самую большую надежду на освобождение от оков.

Для этого они были готовы отдать все, что у них было, поставить все свои надежды и мечты на карту ради небольшого шанса, что Рудеус сможет превзойти Атофе. Потому что даже маленькая надежда была намного лучше, чем ее полное отсутствие.

– Я могу стать немощным стариком, когда меня наконец освободят от рабства, но даже если это будет всего лишь несколько коротких лет, чувство свободы, настоящей свободы, позволит мне умереть счастливым, – печально произнес Грейсон, хотя его слабая улыбка излучала надежду – надежду, которую он давно отбросил, когда начал служить Атофе.

Рудеус почтительно и скромно опустил голову: – Я понял. Не могу ничего обещать, но я с благодарностью приму все, чему старшие готовы меня научить. И однажды, если мне удастся одержать победу над Атофе, я обещаю разорвать оковы, которые привязывают вас к этому месту. Клянусь своей честью.

Он принял их намерения и предложения помощи с распростертыми объятиями. Хотя он не собирался оставаться здесь так долго, он был рад любой форме помощи, которая могла бы позволить ему быстрее стать сильнее. Ему было неприятно, что он, по сути, обманывает их, ведь он планировал последовать совету Хитогами и сбежать через год.

Но он дал себе обещание, что даже если ему удастся успешно уйти, как только он станет достаточно сильным, он вернется и победит Атофе, чтобы отплатить за доброту своих старших.

Рудеус принял их намерения и предложения помощи с распростертыми объятиями. Хотя он не собирался оставаться здесь так долго, он был рад любой форме помощи, которая могла бы позволить ему быстрее стать сильнее. Ему было неприятно, что он, по сути, обманывает их, ведь он планировал последовать совету Хитогами и сбежать через год.

Но он дал себе обещание, что даже если ему удастся успешно уйти, как только он станет достаточно сильным, он вернется и победит Атофе, чтобы отплатить за доброту своих старших.

– Этого обещания нам достаточно, новичок. Ты – наша единственная надежда, поэтому быстро набирайся сил. Чем быстрее ты победишь Атофе, тем скорее мы почувствуем вкус настоящей свободы. Будь то партнеры по спаррингу или наставники, мы в твоем распоряжении. Нам не стыдно признать, что мы не ровня Атофе, но никто из ее императорской гвардии не слаб. Ты можешь подумать, что мы хвастаемся, говоря это, но после стольких тренировок в форте Некросс любой из нас может убить дракона одним ударом.

Другой рыцарь присоединился: – Давайте начинать потихоньку. Мы можем составить график обучения для новичка и подменять друг друга. Такие вещи, как караульная служба и истребление монстров, ты можешь оставить нам. Все, что тебе нужно делать, это сосредоточиться на том, чтобы стать сильнее. Все твое время должно быть посвящено достижению вершины стиля Бога Севера.

Рудеус выглядел немного обеспокоенным, хотя и чувствовал себя очень благодарным за эти слова: – Разве Атофе не рассердится, если я буду так бездельничать? И если она узнает, что вы помогаете мне, чтобы я мог победить ее и освободить всех вас, разве она не попытается остановить меня, пресекая это в зародыше?

– Нет, Атофе не стала бы делать ничего подобного. Я уже говорил тебе, что, хотя она может упрямиться в некоторых вещах, больше всего она заботится только о силе. Она приветствует соперников, даже из своей личной охраны. Если бы она узнала, что мы пытаемся помочь тебе стать достаточно сильным, чтобы победить ее как можно быстрее, она бы не только не остановила нас. Она была бы всеми конечностями за, – Грейсон опроверг предположение Рудеуса.

– Мы даже несколько раз пытались напасть на нее группой. Более 30 человек из Имперской Гвардии объединили свои силы, чтобы одолеть ее. Нам удалось пару раз разрубить ее, но Повелительница Демонов все равно смогла победить нас благодаря своему бессмертию, – другой рыцарь добавил, качая головой и содрогаясь от воспоминаний.

– Ты не можешь себе представить, каково это – смотреть, как твой противник непринужденно прикрепляет голову, в то время как его тело все еще прыгает вокруг и размахивает мечом. В конце концов, все эти бои свелись к битве на истощение – и никто не может выиграть у Атофе, когда дело доходит до выживаемости и упрямого упорства.

– Прими это как свой первый урок, новичок: Регенерация Атофе не требует маны. Это просто свойство ее клана бессмертных демонов. Способ убийства одного из клана бессмертных демонов не раскрывается – даже порубить их на фарш недостаточно. Если дать им достаточно времени, представители клана бессмертных демонов просто возродятся где-нибудь через несколько десятилетий...

Рудеус был поражен до глубины души. Наблюдать за тем, как Мур соединяет две половинки своего тела уже сильно его шокировало. Что толку от меча, если даже смертельные раны можно исцелить за мгновение? И если сжигание ее в пепел приведет к тому, что Бессмертный Король Демонов возродится только через несколько десятилетий, то как кто-то может надеяться действительно победить ее?

Грейсон продолжил.

– Атофе не ненавидит проигрывать. Просто она очень разборчива в том, кого признает сильнее себя. До сих пор есть только два человека, которых она признает и уважает – первый Бог Севера, Каруман I, и Бог Демонов Лаплас. Поэтому ты можешь представить, как трудно завоевать ее признание. Однако если кто-то сможет победить ее своей силой, то не только добьется ее уважения, но и она охотно станет его подчиненным.

– Именно по этой причине она в первую очередь последовала за богом демонов Лапласом. Только потому что он победил ее, она добровольно присоединилась к его армии, чтобы вести войну против человечества 400 лет назад. И она оставила его службу после того, как была побеждена Богом Севера Каруманом I, который сказал ей помочь человечеству бороться против Лапласа.

Рудеус понимающе кивнул. Охранники, служившие Атофе в течение многих лет, явно были хорошо осведомлены о ее истории и характере. Он начал получать более четкое представление о том, что из себя представляла Атофе.

Определенно, Атофе была такой же, как Эрис, которая уважала кого-то только за его подавляющую силу. Разница была в том, что Эрис не была настолько бессердечной, чтобы убивать людей, которых она сочла слабаками. А Атофе была настолько сильна, что случайный удар мог проломить череп обычному человеку.

Сила была единственным, что ее волновало. Атофе размышляла согласно закону джунглей: если ты силен, то имеешь право говорить с ней как с равной. Если ты был сильнее, то, естественно, она была готова подчиниться. А если ты был слаб, то естественно было подчиниться ей.

Но если кто-то был слишком слаб, чтобы даже стать ее подчиненным, то их жизнь и дальнейшее существование ничего для нее не значили. Убить их или позволить им уйти – все это не имело значения, поскольку Атофе просто не было дела до жизни таких козявок.

Поэтому ей было все равно, следовать ли за Лапласом, развязывая войну и убивая людей, или прислушаться к первому Богу Севера и помочь человечеству дать отпор Лапласу. Последствия решений не имели для нее значения. Единственное, что ее волновало, это то, что человек был достаточно силен, чтобы отдавать ей приказы.

Простодушие – вот четкое определение ее менталитета. Говоря проще, она была прямолинейной и незамысловатой. Кулаки вместо слов – вот единственный вид переговоров, который интересовал Атофе.

Затем Грейсон наклонился ближе и сказал тихим тоном: – И ты тоже это заметил, верно? Атофе поразительно красива. Думаю, можно с уверенностью сказать, что она – та женщина, которую в какой-то момент мечтали покорить все мужчины ее Имперской гвардии.

Рудеус бросил на него странный взгляд, а затем заметил, что остальные рыцари кивнули головой в знак согласия.

Грейсон продолжил: – Но никто никогда не пытался сделать шаг. Отчасти потому, что мы слишком уважаем ее, чтобы думать о ней так, но в основном потому, что она однажды сказала, что выйдет замуж только за того, кого сама признает. После смерти Карумана I не было никого, кто мог бы победить ее и завоевать ее уважение. Некоторые из нас предположили, что ее вербовка претендентов – это тоже в некотором роде ее способ найти себе мужа.

– Хотя многие из нас пытались покорить Повелительницу Демонов, никому это не удалось. Если ты такой же горячий на голову человек, как и мы, используй это в качестве мотивации! Тот, кто сможет преуспеть там, где мы потерпели неудачу, заслужит вечное восхищение Имперской гвардии, – добавил другой рыцарь.

У Рудеуса немного отвисла челюсть. Неужели все взрослые мужчины в этом мире были извращенцами? Возможно, он слишком строго судил своего отца, когда тот был молод. Вместо того чтобы называть их извращенцами с чувствительностью современной Земли, культура и их менталитет, вероятно, нормализовали подобные вещи, верно?

Восхищение красивой женщиной и желание лечь с ней в постель – это было частью первобытной природы мужчин. В глубине нашего примитивного древнего мозга такие мысли были совершенно нормальными, животными инстинктами. Только подавление этих так называемых извращенных мыслей в глубине нашего разума стало тем, что считается уместным в современном мире.

Конечно, действие этих побуждений и нападение на женщину было совершенно отдельной проблемой, которую он считал непростительной. Но до тех пор, пока эти мысли были безобидными, было совершенно нормально, что они время от времени приходят нам в голову.

Победить Повелительницу Демонов и покорить ее... Рудеус солгал бы, если бы сказал, что это его ничуть не взволновало.

Конечно, сейчас его приоритетом было убежать как можно дальше от этого места. И он сделал бы это как можно скорее, несмотря на искушение. Но сейчас у него было две причины вернуться, когда он станет достаточно сильным. Первая – освободить старших рыцарей, как он и обещал, а вторая – заполучить невесту.

Грейсон увидел румянец на его лице и рассмеялся: – Но для тебя это еще слишком далеко. Пока сосредоточься на том, чтобы стать сильнее. О своем маленьком друге ты сможешь подумать после того, как победишь Атофе.

Лицо Рудеуса покраснело еще больше после такого обращения.

//П.П: Вирмы – низшая разновидность драконов (просто виверны без крыльев?), дальше в тексте

'Как грубо! Мой маленький друг все еще дремлющий вирм... хотя в последнее время вирм начал просыпаться и иногда превращаться в дракона. Это потому что я – Грейрат? Почему мое тело созревает так рано? Я не могу вспомнить, когда у меня впервые появилось состояние стояния на Земле, но 9 лет – это определенно слишком рано, верно?

Мысли о том, как его вирм впервые превратился в дракона на глазах у Гислен, до сих пор вызывали у него желание провалиться под землю. Худшее в жизни в особняке, полном зверолюдей, было то, что они буквально чуяли твое возбуждение.

Гислен почувствовала напряжение в его штанах, когда Рудеус смотрел, как она переходила между боевыми стойками, в то время как ее дыни то и дело покачивались и колыхались при каждом движении. Ее реакция была минимальной, поскольку она, вероятно, привыкла замечать такие реакции у мужчин, но тогда она улыбнулась и сказала "Рудеус быстро растет", заметив это у Рудеуса.

Это было так стыдно, что ему захотелось совершить сеппуку прямо там, жаль катаны не было.

Кроме того, в его организме была гиперактивная гормональная система. С возрастом у него все чаще и чаще вставал, даже если это было вызвано безобидными раздражителями, например, когда он замечал, что одна из зверо-служанок Бореасов наклоняется, чтобы что-то поднять. Если все было так плохо, когда он был еще ребенком, то он не мог себе представить, что будет, когда он достигнет подросткового возраста.

Если бы он был уверен, что изменение работы гормоновырабатывающих желез не испортит всю химию его тела, Рудеус давно бы уже попробовал скорректировать ее с помощью магии Исцеления. В результате он смирился, но ужасно боялся жить в теле, которое будет переполнено тестостероном и связанными с ним физическими реакциями на подростковом этапе его жизни.

----------

//П.А: Вторая половина этой главы получилась немного похожей на нудную лекцию, но я хотел затронуть вопрос о том, что Рудеус сейчас в подростковом возрасте и, следовательно, рано испытывает связанные с этим физические изменения. Я знаю, что смешно говорить: "Бонк! Иди в тюрьму для извращенцев!", но я думаю, что это будет неизбежной частью путешествия Рудеуса через ужасные исследования полового созревания. Эта история не превратится в разврат, так что не принимайте близко к сердцу эту главу и не разочаровывайтесь, узнав об этом позже, если вам нравятся такие вещи.

Пока дружелюбные старшие продолжали рассказывать Рудеусу о его новом доме, один из рыцарей в черных доспехах выбежал из парадной двери дворца.

– Эй, новенький здесь? Госпожа хочет поговорить с ним!

Рудеус повернулся к рыцарю, который звал его, и вздохнул. В нем все еще оставалась жилка непокорности. Он не хотел отбросить свою гордость и подчиниться приказу Повелительницы Демонов.

Однако, почувствовав, что он не решается подчиниться даже косвенному приказу, подобному тому, который он получил, его броня слегка засветилась, обещая причинить ослепительную боль за неповиновение.

Остальные рыцари заметили свечение и с жалостью покачали головами. Когда-то они тоже были такими. С непокорностью и упрямой гордостью в сердце, полные решимости сопротивляться на каждом шагу. Потребовалось множество наказаний, прежде чем они усвоили урок и стали повиноваться без малейшего намека на непокорность.

– Госпожа зовет тебя. Тебе лучше пойти ей навстречу как можно быстрее. Ты еще молод, так что постарайся как можно меньше подвергаться наказаниям, – Грейсон дал ему дружеский совет. – Кто знает, как молния испортит твое растущее тело.

Рудеус горько закусил нижнюю губу, но у него не было другого выбора, кроме как подчиниться. Хотя он продолжал заносчиво вести себя, какая-то его часть с нетерпением ждала, когда его начнет обучать такая легендарная личность, как Атофе.

Остальные рыцари вернулись на свои посты. Их обязанности охранников заключались главным образом в том, чтобы не допустить к Атофе претендентов, которые не имели права даже встречаться с ней. Они объяснили Рудеусу, что прежде чем любой претендент сможет встретиться с Атофе, он должен пройти через ее элитную охрану. Только если они доказали свою силу, им разрешалось войти в замок.

Рыцари также всегда давали новым претендентам предостережения, такие как "Лучше уходи, ты поблагодаришь нас позже" или "У тебя еще вся жизнь впереди, ты пожалеешь об этом". Им не разрешалось открыто говорить о том, какова реальная награда от Атофе, поэтому они могли только давать косвенные загадочные предупреждения.

Но мускулистые мастера боевых искусств, которые проделали этот путь, были идиотами, поэтому в их головах была только одна мысль. Они всегда игнорировали предупреждения, считая их дешевыми трюками, призванными деморализовать их. Только после того, как их заставили присоединиться к стражникам Атофе, они понимали и оценили предупреждения по достоинству.

Рудеус последовал за рыцарем, который вышел за ним.

По пути рыцарь был похож на других дружелюбных старожил, разговаривая с ним доброжелательно и сочувственно. Он также посоветовал Рудеусу учиться у Атофе всему, чему только можно. "Несмотря на ее привычку собирать в подчинение сильных воинов, на континенте демонов нет никого лучше в качестве учителя, чем Бессмертная Повелительница Демонов", – говорил он Рудеусу.

Рыцарь не повел Рудеуса в зал для аудиенций, где он впервые встретил Атофе. Вместо этого его привели на массивную тренировочную арену, расположенную в задней части замка. Это было большое поле, окруженное по периметру заборами, покрытыми толстой звериной шкурой, на котором в порядке были расставлены манекены, тренажеры и различное оружие.

В центре тренировочного поля Атофе сражалась с рыцарем в черных доспехах. Рудеус узнал в закованном в броню рыцаре Мура, с которым он ранее сражался в поединке, ошибочно полагая, что в случае победы он получит свободу.

– Как досадно, Мур! Проиграть человеческому ребенку! Похоже, я была слишком снисходительна к твоим тренировкам, ХА-ХА-ХА! – Атофе смеялась во время сражения с Муром.

Мур с рвением отбивался, несмотря на то, что был явно подавлен неразборчивыми техниками Атофе. Его сила Короля Севера, хотя и казалась Рудеусу грозной, когда они сражались раньше, не могла сравниться с силой Бога Севера Атофе.

Как заметил Рудеус, Повелительница Демонов тоже сдерживала себя. На ней не было интенсивной Боевой Ауры ранга Бога. Вместо этого она использовала силу ранга Короля, чтобы испытывать Мура. Но даже тогда ее техники и боевой опыт настолько превосходили Мура, что она с легкостью одолела его.

Рудеус заметил, как Атофе улыбаясь посмотрела на него.

– Похоже, время вышло, – сказала она, прежде чем ее рука размылась в воздухе. Обе руки Мура внезапно упали на землю, и кровь брызнула из его окровавленных культей.

Мур выглядел так, будто даже не заметил, что ему отрубили руки. Он лишь почтительно поклонился Атофе, а после наклонился, чтобы поднять отрубленные конечности.

– Спасибо за наставления.

Руки магнитом вернулись на место, снова прикрепившись к торсу Мура. Рудеус заметил, что броня, которая была порублена, также самовосстановилась. Значит, просто разбить броню на части было недостаточно, чтобы снять проклятие. Конечно, если бы это было так просто, все эти рыцари не оставались бы покорными до сих пор.

– Удачи, – рыцарь, который привел его сюда, пожелал ему удачи, прежде чем уйти к своим другим обязанностям.

Рудеус вошел через отверстие в ограде, покрытой звериными шкурами, и подошел к Атофе.

Сегодня Повелительница Демонов не надела все свои регалии. Вместо полного доспеха, который она надела при первой встрече, сегодня на Атофе были только доспехи, защищающие руки и голени. Ее длинные белые волосы были по-прежнему завязаны в хвост, ниспадая над крыльями, похожими на крылья летучей мыши.

На ней были латы, закрывавшие плечи, наручи и перчатки, закрывавшие предплечья и кисти рук, и поножи, закрывавшие нижнюю половину ног. На туловище она носила черный цельный купальник, плотно облегающий фигуру. Ее подтянутые мышцы ног были выставлены на всеобщее обозрение, как и ее сладострастное тело, которое едва удерживалось купальником.

'Возможно, это ее повседневный наряд', – размышлял Рудеус, сканируя глазами человека, которого он теперь был вынужден называть своим мастером – не в смысле наставничества, а в смысле владения.

Атофе повернулась к нему лицом с улыбкой: – Похоже, ты наконец-то проснулся. Ты пытался убежать?

– Да, – честно ответил Рудеус.

Ее ухмылка расширилась: – Ты все такой же смелый, как и всегда. Теперь я обещала, что вознагражу тебя силой. И я намерена это сделать.

– Для меня будет честью учиться у Бессмертной Повелительницы Демонов.

Рудеус слегка опустил голову. Хотя он и был принужден к рабству, сейчас он не мог ничего сделать, чтобы исправить свое положение. Поэтому он был не против ухватиться за возможность поучиться у одной из сильнейших, хоть это решение было и не в его власти.

– Фу-фу, прекрасно. Тогда слушай внимательно. Я смотрела твой матч с Муром. Ответь мне вот на что: ты изучал стиль Бога Меча, верно?

Он кивнул: – Да. Я достиг ранга Святого Меча в стиле Бога Меча.

– Судя по твоим движениям, ты также хорошо владеешь техниками Бога Севера и Бога Воды. Скажи мне, какой из них ты предпочитаешь больше всего?

Рудеус задумался на мгновение: – Я лучше всех владею техникой Бога Меча. Так что если придется выбирать, я предпочту это.

Атофе покачала головой: – Неправильно! Ты совсем не подходишь под стиль Бога Меча!

'...Зачем ты вообще спрашивала меня, если все равно собиралась опровергнуть мои слова?', – язвительно подумал про себя Рудеус, не решаясь высказаться столь грубо.

Она продолжила: – Мечники Бога Меча – люди простые и прямолинейные. В первую очередь они полагаются на скорость и силу своего меча.

'Вроде как ты, да?', – Он удивлялся, почему такая, как Атофе, не выбрала стиль Бога Меча, который так явно подходил ее характеру.

– Однако! Ты – тот, кто полон хитрых выходок, используешь свою магию, чтобы заставать своих врагов врасплох. Разве я не права?

Рудеус согласился: – Госпожа права. С тех пор как я научился использовать безмолвную магию, я развиваю стиль Магического Меча, который объединяет магию с мастерством фехтования. И мне часто говорили, что самая большая сила моей оригинальной техники – это способность обманывать врагов.

Атофе кивнул с улыбкой: – Вот почему для такого, как ты, стиль Бога Севера является наиболее подходящим! И к счастью для тебя, я являюсь главным экспертом по стилю Бога Севера!

Это правда – согласился Рудеус. Его личность всегда больше склонялась к философии Бога Севера – приспособляемости и победе любыми средствами. Его предпочтение стиля Бога Меча было лишь результатом влияния Гислен. Это был единственный стиль владения мечом, в котором он смог достичь уровня Святого, потому что его больше некому было обучать другим стилям меча.

Что касается третьего стиля меча, Бога Воды, то к нему он относился с наименьшей симпатией. Защита и терпение не соответствовали его характеру, когда дело касалось боя. В конце концов, он был нападающим, когда еще играл в футбол. Нападать, обходить противников и бежать по полю, чтобы забить гол – вот его стиль действий.

Достижение Продвинутого ранга было, пожалуй, самым большим, чего он когда-либо мог бы достичь в стиле Бога Воды. Чтобы преодолеть порог Святого Воды, требовался не только талант, но и соответствующий темперамент.

Атофе продолжила: – Но в наши дни стиль Бога Севера исказился до неузнаваемости по сравнению с тем, что изначально создал Кар.

Кар, о котором она говорила, конечно же, был Богом Севера первого поколения, Каруманом I. Ее муж и родоначальник стиля Бога Севера уже скончался, оставив ее вдовой.

– Слишком много людей изучали стиль Бога Севера, и слишком много школ было создано, обучающих своей собственной интерпретации стиля Бога Севера. Такие вещи, как использование внешних устройств, таких как бомбы и яд, хотя и допустимы в рамках этого стиля, но не являются каноничными техниками Бога Севера.

Атофе сделала шаг вперед и подняла свой массивный меч, воткнутый в землю рядом с ней.

– То, чему я буду тебя учить, это не нынешние основные техники Бога Севера, популяризируемые простыми любителями. Ты будешь изучать оригинальный стиль Бога Севера, которому меня научил Кар, и то, чему я также научила своего сына, Бога Севера второго поколения. Готов ли ты этому научиться?

Оригинальный стиль Бога Севера, который был создан Каруманом I, унаследован Каруманом II и впоследствии передан Каруману III. Все они смогли достичь вершины стиля Бога Севера. Конечно же Рудеус хотел научиться этому! Обучение у Атофе было равносильно изучению стиля Бога Меча у Гула Фариона.

– Я готов! – громко ответил Рудеус, его тело напряглось от возбуждения.

Атофе рассмеялась: – Хорошо! Сегодня я покажу тебе оригинальные техники Бога Севера. Подними свой меч.

Рудеус наклонил голову в замешательстве, но ослушался ее приказа, вытащив свой магический меч, который был пристегнут к поясу.

– Я заметила, что у тебя есть способность использовать магию Исцеления. Это очень хорошо. Поскольку ты всего лишь человек, я не могу обращаться с тобой слишком грубо, иначе ты можешь умереть. Люди, в конце концов, слабы и хрупки. Но ты можешь исцелить себя, так что мне не нужно слишком беспокоиться, пока я не отрублю тебе конечности.

Услышав ее слова, он немного встревожился. Что она собиралась делать?

Атофе дико ухмыльнулся: – Лучший способ учиться – испытать все на себе. Я покажу тебе оригинальную технику Северного Бога, вырезав ее на твоем теле! ХА-ХА-ХА!

Она двинулась вперед. Это была не та скорость, за которой Рудеус не мог уследить глазами. Она сдерживала себя, чтобы не использовать Боевую Ауру Святого ранга, точно так же, как когда она сражалась с Муром, используя силу ранга Короля: – 'Добросовестный учитель', – эта шальная мысль пришла Рудеусу в голову.

Несмотря на то, что Атофе использовала лишь скорость Святого, ее техника движений казалась эфемерной и призрачной, будто призрак. Рудеус, привыкший инстинктивно читать движения противника, чтобы предсказать, что он собирается делать, чувствовал себя в растерянности, пытаясь разглядеть движения Атофе.

Казалось, каждый ее шаг был притворством, которое заставляло Рудеуса замирать в бездействии.

'Она собиралась бежать зигзагом влево или вправо? Или, может быть, она просто бежит прямо на меня? Нет, вес ее тела смещается влево, но как она движется вправо? Ох, она явно шагнула вперед, но расстояние между нами лишь увеличилось?

Он не знал, как реагировать, поскольку даже не мог определить, с какого направления Атофе надвигается на него. Замахнется ли она слева или справа? Может быть, она собирается выпустить меч вперед?

Рудеус поспешно поднял меч, чтобы защититься, но не успел он опомниться, как его зрение уже заполнилось красным цветом. На его доспехах появилась длинная диагональная рана, из которой хлынула кровь.

Атофе взмахнула своим массивным мечом снизу, рубя вверх по диагонали, в то время как Рудеус наклонил свой меч вправо, ошибочно решив, что атака идет с этого направления. Он совершенно неправильно рассчитал время и угол атаки.

Рудеус сделал несколько шагов назад, все еще удивляясь движениям Атофе.

'Удивительно... это настоящий эксперт!'

– Теперь понимаешь? – просто спросила она.

Рудеус узнал теорию, лежащую в основе Парящего Лепестка. Это было невероятно. Приемы наслаивались на приемы, чтобы вызвать хаос и нарушить понимание противником того, что реально, а что иллюзия. Каждое движение, даже малейшее подергивание мускула, было сделано намеренно, чтобы обмануть противника.

Однако если бы ему пришлось выполнять эту технику... он бы выглядел гораздо более неуклюжим, чем изящная Атофе. Тем не менее, он понял достаточно, чтобы попытаться повторить технику, даже если она не соответствовала уровню мастерства Атофе.

Он кивнул в ответ: – Да. Думаю, понимаю.

– Думаешь? Ты либо понимаешь, либо нет, – Она укорила его за нерешительность.

Затем Атофе заметила, что кровь все еще сочится из его доспехов: – О, тебе лучше сначала вылечиться. Я не хочу, чтобы ты внезапно упал замертво, пока я тебя тренирую, ха-ха-ха!

Рудеус был слишком погружен разбором движений Парящего Лепестка, чтобы заметить, что его грудь сейчас обильно кровоточит. Он сосредоточил ману на своем торсе и безмолвно использовал заклинание Исцеления.

Как только его плоть и кожа сплелись, полностью залечив рану, он повернулся к Атофе: – Теперь я в порядке. Давайте продолжим.

Она одобрительно кивнула: – Ты полон энтузиазма. Это хорошо. Я люблю учеников, которые стремятся учиться. А теперь покажи мне, что ты понял.

– Да, госпожа! – Это слово вылетело из его уст без всяких усилий. Он уже был слишком ошеломлен способностями Атофе, чтобы вспомнить, как он вообще оказался ее учеником. Его мысли были сосредоточены исключительно на постижении Парящего Лепестка и его хитросплетений. Побег стал второстепенной или даже третьестепенной задачей.

Подобно умирающему от жажды человеку, которому наконец-то дали глоток воды, или наркоману, наконец-то получившему дозу после слишком долгой ломки, глаза Рудеуса были наполнены безумием. Это было мастерство фехтования на высшем уровне в исполнении одного из сильнейших людей в мире!

Он начал сочувствовать своим старшим, которые отказались бежать. Любой мастер боевых искусств, увидевший приемы Атофе, несомненно, влюбился бы в ее мастерство владения мечом, если бы не владеющая им женщина.

Рудеус крепко держал свой меч, вспоминая все, что мог, о Парящем Лепестке, продемонстрированном Атофе. Затем его тело задвигалось, изо всех сил стараясь повторить оригинальную технику Бога Севера, созданную Каруманом I.

Секрет Парящего Лепестка заключался в его названии. Подобно лепестку, падающему и разносимому ветром в разных направлениях – непредсказуемому и постоянно меняющемуся. Иногда он казался нереальным, а иногда призрачным. В исполнении на высшем уровне Парящий Лепесток заставлял противника сомневаться в здравии своего рассудка.

Он продвигался к Атофе, используя финты и обманки с каждым шагом. Он обращал внимание на свое дыхание, малейшие подергивания мышц, направление взгляда, прежде чем пытаться имитировать технику движений, которую он ранее наблюдал.

Как раз в момент, когда он собирался дотянуться до Атофе и взмахнуть мечом, спокойно улыбающаяся Повелительница Демонов вытянула ногу и нанесла прямой удар, который врезался ему в грудь. Он отлетел назад, кашляя кровью от силы удара. Он приземлился на ноги, но все еще дрожал от последствий удара.

Его броня промялась от удара, оставив на металлическом нагруднике вмятину в форме ее обуви. Однако вмятина медленно регенерировала, и вскоре от повреждений не осталось и следа.

– Неплохо. Ты все еще неуклюж и незнаком с техникой. Но все прошло успешно. У тебя довольно хорошая память, ты смог повторить около 30% после того, как я показала это всего один раз. Ты прямо как я. Кар всегда говорил, что я умная. Он говорил, что у меня тоже хорошая память.

Рудеус не мог сказать, была ли это обычная лесть, которой муж одаривает свою жену, но Атофе определенно не была глупа. По крайней мере, когда дело касалось боя. Она точно увидела, что он изучил все три стиля владения мечом, хотя он показал только технику Бога Меча.

'Просто изучение двух других стилей меча повлияло на то, как я двигался и как держал свой меч: адаптивность Бога Севера, защита Бога Воды и агрессия Бога Меча – эти характеристики бессознательно влились в мой стиль боя'.

Благодаря своему богатому опыту бессмертной долгожительницы, Атофе могла улавливать такие крошечные подсказки.

– Спасибо за похвалу, Повелительница Демонов, – сказал Рудеус.

Атофе одобрительно улыбнулась: – Фу-фу, мои подчиненные обычно называют меня госпожой или повелительницей. Но ты достаточно талантлив, чтобы я признала тебя своим учеником. С этого момента ты можешь называть меня учителем!

– Да, учитель! – воскликнул Рудеус. Он ничего не мог с собой поделать. Его уважение к женщине, что заставила его стать ее рабом, росло с каждым днем, после того как он увидел, как она владеет мечом.

Атофе улыбнулась, размахивая своим оружием: – Вот вторая техника – Теневой Меч. Смотри внимательно.

Она подбежала к Рудеусу, странно размахивая мечом.

Массивный меч проносился по воздуху, его огромные размеры заставляли ветер выть при каждом взмахе Атофе.

Рудеус, как и было велено, внимательно наблюдал, не в силах понять цель движений своего учителя. И вдруг он понял, что больше не видит меча.

Он все еще мог видеть Атофе, двигающуюся к нему без проблем, однако, как будто что-то мешало ему увидеть ее оружие и рукоять меча. Будто кто-то вырезал их из его видения, несмотря на то, что в этом не было никакого смысла.

– Я... я не вижу его. Где ее меч? Я не понимаю!

Через несколько мгновений рядом с ним появилась Атофе, и он снова почувствовал резкую боль. На этот раз его бедро было рассечено, а массивный меч Атофе появился вновь в ее руке, как будто он никогда и не исчезал.

Как он мог защищаться, когда даже не видел меча, от которого пытался защититься?

И это не было похоже на его магию Иллюзии [Невидимость], которая излучала колебания маны, если у противника была высокая чувствительность к мане.

Он не чувствовал никаких признаков использования маны для сокрытия меча, кроме Боевой Ауры, которую Атофе использовала для увеличения своей силы. Вместо того, чтобы использовать слой маны для создания иллюзии, меч как будто выпал из реальности.

Его разум не мог постичь суть этой техники!

– Понял? – снова спросила Атофе.

На этот раз Рудеус с горечью повертел головой. Он искренне не понимал, как Атофе сделала это.

Она пожала плечами: – Ничего страшного. Я покажу тебе еще раз.

Рудеус удивленно поднял голову, но Атофе уже подходил к нему.

Он снова попытался разгадать уловку. Но ему это не удалось. В наказание Атофе оставила еще один порез на его груди.

– Еще раз.

Его левое ухо было почти отрезано. Но было отделено только немного плоти возле мочки. У него едва хватило времени, чтобы отвести голову в сторону.

– Еще раз.

Атофе вонзила свой меч ему в грудь. Но прежде чем лезвие прошло сквозь его туловище, Рудеус успел остановить его продвижение руками.

– Еще.

На этот раз Атофе была беспощадна. Ее меч взметнулся снизу вверх, целясь ему в пах. Однако Рудеус успел заблокировать его и спасти свое родовое сокровище от ранений.

Атофе улыбнулась.

– Теперь понимаешь?

Несмотря на то, что черные доспехи изо всех сил защищали Рудеуса, он все равно был весь в крови. Целительная магия работала бесперебойно, залечивая его раны и пополняя запасы драгоценной крови, которую он лил ведрами.

Несмотря на это, Рудеус ухмылялся. Ему наконец-то удалось постичь тайны, скрытые за Теневым Мечом. С трудом, но достаточно, чтобы заблокировать атаку, прежде чем он бы потерял свое сокровище. Возможно, именно этого и добивалась Атофе. Ей нужно было дать сильную мотивацию, чтобы заставить его разобраться в ее технике. Или, возможно, она была просто садисткой в этом смысле.

– Я понимаю, учитель, – ответил Рудеус.

Теневой Меч не полагался ни на какие уловки вроде магии иллюзий. На самом деле все было довольно просто, когда он понял, что делает Атофе, чтобы ее меч исчезал. Это было трудно объяснить словами, но это было что-то вроде рассечения ветра и скрытия его от света.

Не было смысла пытаться понять это с помощью логики. Вместо этого нужно было использовать абстрактную концепцию инстинктов и чутья. Возможно, именно поэтому многие сильнейшие фехтовальщики были идиотами. Когда они достигали определенного этапа боевого пути, было проще отбросить логику и здравый смысл, а вместо этого обратиться к инстинктам.

Рудеус с опаской взмахнул мечом, повторяя причудливые движения Атофе. И на долю секунды его меч исчез из реальности.

Он чувствовал, что Теневой Меч – не очень подходящее название для этой техники. Логичнее было бы назвать его Преломляющий Свет Меч. На самом деле, тень и темнота – это как раз отсутствие света. Так что в этом смысле, возможно, название "Теневой Меч" как нельзя лучше подходило к этой технике.

– Неплохо, – похвалила Атофе.

– Это третья техника...

– Это четвертая техника...

– Это пятая техника...

Так Рудеус провел остаток дня. Атофе демонстрировала истинный стиль Бога Севера, вырезая его приемы на теле Рудеуса. Затем он попытался повторить ее, но каждый раз добивался лишь небольшого успеха.

В перерывах Атофе давала советы и высказывала свои соображения. Иногда это была длинная критика, а иногда всего несколько коротких слов. Но каждый раз, получая ее наставления, Рудеус чувствовал, что постигает нечто большее, чем просто технику владения мечом.

Он понял, что начинает постигать суть своего меча. Он начал видеть основное направление своего фехтования. Это была лишь зарождающаяся форма понимания, но неосознанно "Сердце меча", о котором говорила Гислен, начало обретать форму.

Рудеус погрузился в игру на мечах. Он начал понимать форму своего меча, как никогда раньше. Его вес, остроту, баланс. Он понял, что получает от этого удовольствие. Несмотря на принудительное рабство, он чувствовал себя счастливее, чем когда-либо с момента своего рождения.

Проницательность Атофе в вопросах меча и ее богатый опыт – все это способствовало его растущему пониманию его зарождающегося Сердца меча.

Хотя Гислен сама по себе была мастером фехтования, зверолюдка не могла сравниться с Атофе в плане обучения и владения клинком. Не только словами, но и каждым движением Атофе, когда они сражались, она направляла и корректировала его движения.

Их тренировка наконец закончилась, когда их прервал еще один из имперских гвардейцев Атофе.

– Госпожа, прошло три дня с тех пор, как вы начали тренировать новичка. Расписание тренировок... – нерешительно произнес рыцарь.

Хотя имперские гвардейцы были подчиненными Атофе, они одновременно были и ее учениками. И поскольку их было так много, Атофе установила чередующийся график обучения. То есть, каждый день гвардейцы должны были по очереди учиться у Повелительницы Демонов.

Неосознанно Рудеус и Атофе тренировались 56 часов подряд, но ни один из них не осознавал, что прошло столько времени. Атофе была бессмертным демоном, которому не нужно было ни есть, ни спать, в то время как Рудеус поддерживал себя с помощью магии Исцеления. Тем не менее, несмотря на огромную усталость и голод, мальчик ничего не замечал.

В его сердце обучение владению мечом было важнее всего остального. Даже его жизнь не была так важна.

Рудеус стал, а может и всегда был фанатиком меча.

Прошел месяц с тех пор, как Рудеус прибыл в форт Некросс.

Его распорядок дня состоял из пробуждения, еды, тренировки, еды, тренировки, сна и так по кругу. Ему не составило труда привыкнуть к новой обстановке. Для Рудеуса, который погрузился в фанатизм и зависимость от фехтования, это был рай.

Единственное, к чему он никак не мог привыкнуть, так это к еде. В течение многих лет он питался как благородный человек. Мясо, свежие продукты и мягкий, теплый хлеб были доступны каждый прием пищи. В Роа блюда были дорогими и изысканными. В деревне Буэна стряпня его матери была теплой и полной любви.

На Демоническом континенте все было наоборот. Здесь было трудно выращивать сельскохозяйственные культуры или разводить скот, поэтому большую часть их пищи составляло мясо монстров, на которых охотились имперские гвардейцы. Их мясо было жестким, твердым и имело неприятный привкус, который задерживался во рту. Овощи и фрукты были редким товаром, иногда даже использовались в качестве валюты между рыцарями, которые, по сути, были рабами, не получавшими жалованья.

Как бывший профессиональный спортсмен и человек, изучавший диетологию в колледже, Рудеус знал, что здоровое питание необходимо для такого растущего мальчика, как он. Однако, хотя мясо чудовищ было отвратительным и оскорбляло его изнеженный, оно было очень питательным по сравнению с мясом домашнего скота.

Особенно сильные монстры содержали много маны в своем теле даже после смерти. Регулярное употребление их мяса в пищу давало больше питательных веществ, чем сбалансированная диета из фруктов и овощей. Не то чтобы употребление мяса, наполненного маной, могло сделать человека сильнее обычного. Это был эквивалент высококлассной пищи, насыщенной необходимыми витаминами и минералами.

А поскольку имперские гвардейцы форта Некросс регулярно отправлялись на охоту, чтобы поймать и убить монстров ранга S ради их мяса, Рудеус каждый вечер ужинал хвостом василиска и стейками дрейка. На вкус они были как дерьмо, но Рудеус заставлял себя наедаться питательным мясом монстров. Ему требовалось много энергии, чтобы поддерживать свой активный образ жизни.

Хотя Рудеус и хотел этого, он не мог тренироваться с Атофе каждый день. Ему приходилось ждать своей очереди, ведь другие стражники тоже хотели получить наставления Повелительницы Демонов. Были и такие, кто уступил Рудеусу свою очередь, чтобы он мог учиться у Атофе и стать достаточно сильным, чтобы как можно скорее победить ее и тем самым освободить их от вечного рабства.

Но большинство стражников не хотели отказываться от этой возможности. Несмотря на то, что они глубоко желали свободы и хотели, чтобы Рудеус победил Атофе и освободил их, страсть к пути меча была глубже, чем потребность в свободе.

В первую очередь, имперские гвардейцы были мускулистыми боевыми мастерами, что стремились к силе. Толпа качков, тренирующихся, поднимающих тяжести и устраивающих спарринги между собой, была обычной сценой в форте Некросс.

Как один из имперских гвардейцев, он также получал миссии. Караул, истребление монстров, патрулирование города-крепости или другие виды работ. Это не было издевательством над новичками, это было обычным делом для имперских гвардейцев, которые должны были выполнять эти обязанности.

Однако, как человек, на которого возлагались надежды и ожидания старших в роду, его смена была принята ими, признавшими его потенциал и талант. Они хотели, чтобы он рос как можно быстрее, чтобы они могли достичь свободы как можно скорее.

Рудеус также узнал больше о регионе Гаслоу, в котором он оказался. Форт Некросс располагался у самой северо-западной оконечности Демонического континента. Он находился почти так далеко от региона Фиттоа, как это только возможно с географической точки зрения.

Когда Рудеус спросил Грейсона, уроженца Центрального континента, сколько времени займет возвращение в Королевство Асуры из форта Некросс, ответ невольно растрогал душу.

Даже если бы Рудеус путешествовал на полной скорости, не делая остановок и не заботясь о том, попадает ли он на территорию опасных монстров, ему все равно потребовался бы по меньшей мере целый год, чтобы прибыть в Королевство Короля Драконов. И это без учета каких-либо непредвиденных обстоятельств или случайностей, которые могли бы задержать его, например, плохая погода.

Если не принимать во внимание полчища опасных монстров, стоящих на его пути, попытка ориентироваться в бесконечной пустоши Демонического континента была основной причиной смерти даже для людей, родившихся в этой пустынной земле. Для Рудеуса, который всю свою жизнь провел на Центральном континенте, это было просто глупо.

Рудеус считал себя счастливчиком. По крайней мере, он теперь знал, что ему нужна карта и способ ориентироваться на Демоническом континенте. Если бы он избежал форта Некросс и побежал в случайном направлении в день своего прибытия сюда, он мог бы заблудиться и умереть от голода, обезвоживания или быть съеденным стаями монстров после того, как у него закончится мана.

В голове мелькнула шальная мысль: Хитогами хотел предупредить его, чтобы он избегал форта Некросс, когда его впервые занесло на Демонический континент. Знало ли это существо, называвшее себя богом? Знал ли он, что Рудеус, избежав форта Некросс, скорее всего, погиб бы среди пустошей Демонического континента?

Рудеус не знал ответа на этот вопрос. Но это только еще больше укрепило его настороженное отношение к этому предполагаемому божеству.

Помимо выполнения своих обязанностей, императорские гвардейцы также служили ценными партнерами по тренировкам в те дни, когда он не тренировался с Атофе.

Когда он еще жил в Роа, Рудеус с трудом находил людей своего уровня, чтобы бросить им вызов. Здесь у него не было такой проблемы. Все имперские гвардейцы были минимум Святого ранга.

Не все из них хорошо владели стилем Бога Севера, но, тем не менее, все они были искусными воинами. Будучи достаточно сильными, чтобы добраться до форта Некросс и попасть в плен к Атофе, они были людьми, которые могли вызвать восхищение и уважение в любом месте.

Именно в этой разношерстой группе воинов Рудеус нашел аналог боевой мекки. Здесь были воины уровня Святого Меча, Святого Воды и Короля Севера, а также воины, специализирующиеся на других видах оружия, кроме меча. Некоторые из них были только Продвинутого ранга, когда только прибыли сюда, но смогли достичь ранга Святого после тренировок под руководством Атофе в течение некоторого времени.

//П.П: Боевая Мекка – название школы боевых искусств

Среди них были те, кто служил Атофе десятилетиями, а также несколько человек, которые носили черные доспехи веками. Довольно многие из имперских гвардейцев принадлежали к расе бессмертных демонов, и поэтому обладали несравненным долголетием.

Среди имперских гвардейцев самыми сильными были бессмертные демоны, некоторые из которых имели многовековой опыт сражений. Таким образом, они были ветеранами даже среди других ветеранов.

Каждый день Рудеус проводил спарринги с разными людьми, и все они были по меньшей мере так же сильны, как и он – по крайней мере, с точки зрения Боевой Ауры.

Он выиграл несколько, но в остальном проигрывал. Это было тогда, когда он использовал только фехтование. Если бы он использовал свой стиль Магического Меча, то, по его мнению, он бы занял место примерно в середине имперской гвардии.

Сначала он сомневался, стоит ли ему использовать свой стиль Магического Меча в спарринге против старших. Это было потому, что стиль Магического Меча лучше использовать как можно реже, чтобы сохранить его секреты и внезапность. Хотя сейчас он был одним из них, Рудеус не знал, придется ли ему когда-нибудь серьезно сражаться со своими товарищами по имперской гвардии, когда однажды ему понадобится бежать. И тогда незнание стиля Магического Меча помогло бы ему оказать решающую помощь.

Однако, подумав немного, он решил не скрывать свой стиль Магического Меча. Его нынешняя ситуация была лучшим временем, чтобы закалить и развить свой стиль. Против стольких воинов, которые были столь же универсальны, как и он, он мог определить слабые стороны своего первоначального творения и области, в которых его можно улучшить.

Кроме имперских гвардейцев, у Атофе не было ни одного простого солдата. Это было потому, что она не хотела иметь подчиненных, которые были годны только в качестве обычных пехотинцев. Она ожидала силы не только от себя, но и от своих подчиненных.

Это также означало, что у Атофе были ТОЛЬКО сильные воины.

Возможно, как понял Рудеус, форт Некросс по количеству проживающих экспертов был эквивалентен или превосходил Святую Землю Мечей и Дворец Воды, который был штаб-квартирой стиля Бога Воды.

Не было лучшего места, чтобы заточить его кромку против стольких различных высококлассных точильных камней, собранных вместе.

Когда он добрался до середины списка, используя свой стиль Волшебного Меча, Рудеус понял, кто был на вершине, не считая, конечно, самой Атофе. Бессмертный демон по имени Штраус, который, как ни странно, был Императором Севера! Он был единственным подчиненным Атофе Императорского ранга. Кроме того, среди них было около пяти Королей, а остальные были Святыми.

При виде всех этих экспертов, скрытых от мира, у Рудеуса сначала разбегались глаза. Они не прятались добровольно. Это Атофе насильно удерживала их здесь.

Нужно было понимать, что даже в популярных школах Бога Меча и Бога Воды существовало лишь несколько экспертов выше Продвинутого ранга. Однако в стиле Бога Севера были десятки Святых и даже больше Королей, чем в двух других школах вместе взятых.

Как возник такой нелепый дисбаланс? Все дело в том, что среди сильнейших практиков Бога Севера многие принадлежали к расам долгоживущих демонов или были бессмертными демонами с неисчерпаемой продолжительностью жизни.

В отличие от человеческих экспертов, которые, какими бы сильными они ни были, не могли сопротивляться неукротимому течению реки времени. Они дряхли, слабели и умирали от старости. Проведя всю жизнь на пути к вершинам мастерства владения мечом, они обычно погибали в бою или от старости, так и не успев принять учеников.

Пиковые эксперты, которые еще не достигли вершины мастерства владения мечом, обычно не принимали учеников. Они начинали остепеняться и задумываться о том, чтобы оставить после себя наследие, только когда достигали узкого места и обнаруживали, что их сила иссякает.

В отличие от них, практикующие демоны Бога Севера, благословленные долголетием, не только могли жить дольше, что означало увеличение среднего числа экспертов высокого ранга, но и имели больше времени для принятия учеников и распространения своих техник.

Даже если большая часть экспертов Бога Севера застряла здесь, в Форте Некросс, их все равно было значительно больше, чем представителей двух других стилей меча, бегающих по миру с долгими жизнями, принимая все больше и больше учеников.

Рудеус размышлял о том, что если сильнейшие воины Центрального континента собраны в Святой Земле Мечей и Дворце Воды, расположенных в Королевстве Асуры, то сильнейшие воины Демонического континента собраны в Форте Некросс.

Конечно, после встречи с Атофе он все еще напоминал себе, что он всего лишь лягушка в колодце. Кто знает, какие еще ошибки природы вели тихую, уединенную жизнь вдали от внимания. Если кто-то вроде Атофе не был широко известен на Центральном континенте, то, возможно, есть и другие монстры, которые точно так же держатся в тени.

Если бы Рудеус не знал, что Атофе просто имеет привычку собирать сильных подчиненных для собственного развлечения, он мог бы поинтересоваться, какие темные мысли были у Бессмертной Повелительницы Демонов, собирающей такую страшную силу, как эта.

Десятки святых, пять Королей и один могущественный Император Севера. Не говоря уже об ужасающем Боге Севера, возглавлявшем их. Это была сила, с которой нельзя было не считаться, она легко подавляла армии других Повелителей Демонов и могла сравниться с небольшими государствами на Центральном Континенте.

Конечно, силы Атофе не могли сравниться с такой нацией, как Королевство Асуры.

В Царстве Асуры существовала, по крайней мере, одна Божественная фигура, о которой знал Рудеус – Бог Воды. Среди его учеников были Императоры Воды, Короли Воды и Святые Воды. Хотя у них были неясные отношения с королевской семьей Асура, штаб-квартира стиля Бога Воды находилась в столице Королевства Асура не просто так.

Кроме того, Королевство Асуры также обладало силой денег. Они были самым богатым королевством в мире. Если бы они действительно достали свою переполненную казну и разослали объявление о наборе, не говоря уже об Императорах, даже Боги могли бы поддаться искушению!

Хотя у Рудеуса были довольно хорошие отношения с имперскими гвардейцами, не все из них относились к Рудеусу так же дружелюбно, как его старшие. Они считали его зазнавшимся человеком, преисполненным высокомерия. Некоторые из них были демонами более чем сотней прожитых лет. Конечно, они не признали так просто 10-летнего человека более талантливым, чем они сами.

Но такие вещи, как издевательства, не существовали среди имперской гвардии. Это было негласное правило. Потому что, независимо от того, насколько силен был каждый из них, разве они были сильнее Атофе? В конце концов, они все равно были рабами!

По наблюдениям Рудеуса, товарищество между имперскими гвардейцами было довольно высоким. Они относились друг к другу как добрые братья, находящиеся в одной лодке. Никому из них не приходило в голову устраивать заговоры друг против друга, чтобы монополизировать расположение Атофе.

Отчасти потому, что все они были простодушными боевыми идиотами, которые только и умели драться. Поскольку все они были сильными воинами сами по себе, каждый из них испытывал должное уважение к своему собрату по оружию.

Но главным образом потому, что Атофе ненавидела такие вещи, как политика и схемы, поэтому она уже давно прямо убивала всех, кто пытался сделать что-то подобное в прошлом.

– Нет необходимости делать эти сложные вещи. Все, что тебе нужно – это сила! – заявила она, разрубив пополам особенно покладистого подчиненного-человека. Это случилось примерно 150 лет назад, и это стало уроком для остальных обитателей форта Некросс.

Даже Император Севера Штраус, который был самым сильным среди подчиненных Атофе, никогда не пытался поддерживать какую-либо иерархию среди ее войск. На самом деле, Рудеусу говорили, что этот гвардеец был одним из самых скромных и приземленных парней здесь.

Штраус был самым сильным имперским гвардейцем. Но быть самым сильным означало также, что Атофе уделяла ему больше всего внимания. Смирение было неизбежно после того, как Повелительница Демонов постоянно избивала его на протяжении десятилетий.

– Всегда есть кто-то сильнее. Какой смысл зазнаваться? Меня все равно побьют, – это было любимое изречение Императора Севера.

Больше всего времени Рудеус проводил с Грейсоном и Муром. Один был человеком с Центрального континента, как и он, поэтому между ними было комфортное чувство единства, которое позволило им быстро стать друзьями. А последний был единственным человеком, который мог использовать Продвинутую магию и включил ее в свой боевой стиль.

Мур, кстати, также считался правой рукой Атофе. Он был администратором замка и одновременно служил мажордомом Атофе. Бессмертный демон был единственным человеком среди кучки мускулистых мужчин, умеющих только драться, который был достаточно образован, чтобы заниматься повседневными административными делами.

– Безмолвная магия? Не то чтобы я никогда не пробовал ее раньше. Но я никак не мог ее постичь, даже спустя столетия. Ты, должно быть, гений, раз в своем возрасте можешь безмолвно использовать заклинания, – Мур похвалил Рудеуса, когда они говорили о магии.

Рудеус не знал, говорить ему или нет, что есть еще два человека, которых он научил безмолвной магии. Одна из них даже была мускулистой девицей, которая научилась простым арифметическим действиям только в 9 лет. Другая научилась использовать безмолвные заклинания, когда была еще младше Рудеуса.

Мысли о них заставили Рудеуса замолчать. Хотя он с головой погрузился в фехтование и чувствовал, что становится сильнее с каждым днем, он не мог не беспокоиться о своей семье и о тех добрых членах семьи Бореас, которые проявили к нему столько сострадания.

Свет, который привел его на Демонический континент, был огромен. Сначала он поразил Роа, а затем раздулся и поглотил Рудеуса. По словам Хитогами, весь регион Фиттоа был охвачен Катастрофой маны.

Пол и Зенит, два человека, которых он признал своими родителями после того, как был осыпан их любовью и лаской. Две его сестры, которым еще не было и четырех лет. Лилия, которую он считал второй матерью и которая помогала растить его с младенчества. Его первая ученица, Сильфиетта. Жители его родной деревни, которые всегда тепло встречали его. Его друзья детства, Сома и другие дети, которых он учил играть в футбол.

Филипп и Хильда, которые иногда вели себя по отношению к Рудеусу как приемные родители, зная, что он иногда скучает по своим собственным родителям, которые находятся в деревне Буэна. Саурос, который был громогласен как в своих манерах, так и в своей привязанности к семье. Пылкая Эрис, которую он учил почти три года, и наблюдал, как она выросла в приличную девушку (вроде как).

Гислен, его первая влюбленность с момента прибытия в этот мир, и учитель, которому он был глубоко обязан. Слуги из дома Бореас, которые всегда заботились о нем даже больше, чем от них требовалось. Охранники, которые вели себя как дружелюбные старшие братья, которых никогда не пугала его сила.

Большую часть ночи он с трудом засыпал, думая об этих людях, которые были выжжены глубоко в его сердце. Где они были? Были ли они в безопасности? Эти вопросы мучили его разум, но он не получал на них ответов.

Рудеус знал, что Сильфиетта в безопасности, согласно тому, что сказал ему Хитогами, хотя он не очень-то верил в слова этого существа. Но что насчет остальных? Он был телепортирован один, поэтому не знал, является ли это нормой.

Гислен была самой сильной из всех, кого он знал в регионе Фиттоа, так что так или иначе с ней все будет в порядке. У нее также был опыт авантюриста, так что, если ее не занесло в действительно смертельно опасное место, например, глубоко в сердце гор Красного Дракона, с его учителем все будет в порядке.

Точно так же Пол и Зенит были бывшими авантюристами, которые когда-то были частью группы S-ранга. Его отец достиг порога Святого ранга, владея всеми тремя стилями владения мечом, а мать была компетентным в своем деле магом. Они могли бы позаботиться о себе в 80% случаев, в каком бы мире они ни оказались.

Эрис была молода, но и сама по себе была довольно сильна. Фехтовальщица Продвинутого ранга была на уровне королевского гвардейца в большинстве королевств. Единственное, чего ей не хватало – это здравого смысла, чтобы обезопасить себя от обмана, и достаточного боевого опыта, чтобы использовать свою силу. Пока Эрис не теряла рассудок, она могла сама о себе позаботиться.

В молодости Саурос был опытным воином. С магическими предметами, которые он получил от Рудеуса, а также с авторитетом своего благородного рода, он не должен был столкнуться с какими-либо проблемами, если его телепортирует вблизи человеческой цивилизации.

Филипп и Хильда также держали в руках магические предметы, которые сделал для них Рудеус. Это не были долговечные артефакты, которые можно было использовать хоть бесконечно, но это было все же лучше, чем ничего. Он благодарил небеса за то, что у семьи Бореас хватило дальновидности заказать эти предметы у Рудеуса.

Больше всего он беспокоился о Лилии, Норн и Аише. Рудеус слышал от Лилии, что она училась фехтованию в молодости, но прошло уже более десяти лет с тех пор, как она в последний раз держала в руках меч. К тому же, объективно говоря, Лилия была убийственно красива. Иногда хорошая внешность может привести только к беде.

А его сестры, очевидно, были в наибольшей опасности, если их перенесло в одиночку. Они были всего лишь детьми, которые едва могли разобраться в окружающем их мире. Айша была способным ребенком, но ум мог завести ее не туда в мире, полном чудовищ и еще более опасных людей.

Возможность того, что кто-то из них может быть в опасности, только наполняла Рудеуса еще большей болью и жгучим желанием покинуть форт Некросс.

Через неделю после прибытия на Демонический континент Рудеус дал себе пощечину, настолько сильную, что кровь хлынула изо рта. Почему? Потому что он поймал себя на том, что улыбается после особенно полезной тренировки с Атофе.

Как он мог испытывать хоть малейшую радость от того, что его тренирует один из сильнейших воинов в мире, когда его семья, скорее всего, находится в опасности? Как он смеет улыбаться!?

Рудеус не мог покинуть форт Некросс, сколько бы он ни умолял Атофе во время их тренировок, а с этой проклятой броней, надетой на его тело, побег был невозможен. Это он мог понять. Но то, что у него не было выбора, не означало, что он имел право улыбаться, смеяться или радоваться!

Когда он только прибыл на Демонический континент, он был слишком ошеломлен внезапными изменениями в окружающей среде и ситуации, что у него почти не было времени подумать о своей семье. Ослепленный красотой Атофе и ежедневными спаррингами со старшими, а также мастерством Атофе, которое пробудило его сердце меча, Рудеус с головой погрузился в фехтование.

Но через некоторое время он начал просыпаться от дневных грез. Он не мог оставаться здесь. Если что-нибудь случится с его родителями или, не дай бог, с его маленькими сестренками, пока он развлекался, размахивая мечом в относительной безопасности здесь, на Демоническом континенте, то Рудеус никогда не сможет себе этого простить.

– Не улыбайся. Не смейся. Помни, что важнее всего. Не твой меч, не твоя сила. Твоя семья нуждается в твоей помощи, – Рудеус повторял эту мантру почти ежедневно, крепко сжимая рукоятку меча во время тренировок.

Полоска льняной ткани, которую Зенит подарила ему на прощание, все еще была обернута вокруг рукояти его клинка, и, крепко держа ее, Рудеус чувствовал себя комфортно, как будто Зенит была рядом с ним. Но это было и еще одно необходимое напоминание о том, что она вместе с остальными ждет его возвращения.

Он твердо решил никогда не улыбаться и не смеяться, пока застрял здесь. Ему хватало ума ухватиться за эту возможность стать сильнее, пока он ждал возможности сбежать. Но он не мог позволить себе чувствовать себя счастливым. Возможность для него означала катастрофу для десятков  тысяч фиттоанцев, которые оказались в опасности после телепортации.

Эти муки от незнания того, в безопасности ли его близкие или нет, только загоняла Рудеуса. Даже если ему удастся сбежать из Некросса в указанный Хитогами день, ему все равно понадобится достаточно сил, чтобы как можно быстрее вернуться в Королевство Асуры.

Рудеус осознавал свою силу лучше, чем кто-либо другой. Он находился на верхнем пороге Святого ранга, возможно, даже приближаясь к рангу Короля. Но после того, как он увидел, как многие имперские гвардейцы, которые были экспертами в своем деле, были вынуждены подчиниться, он понял, что его собственная сила ничто по сравнению с настоящими монстрами, которые существовали в этом мире.

Одна-единственная Атофе без особых усилий ставила его на колени. А ведь она даже не была одной из Семи Мировых Сил. Возможно, из-за того, что она так долго уединялась в форте Некросс, мир забыл о ее внушающем благоговение могуществе. Рудеус не знал, насколько сильна Атофе по сравнению с Богом Меча и Богом Севера нынешнего поколения, которые входили в семерку лучших.

Даже его, казалось бы, добрые и дружелюбные старшие были достаточно сильны, чтобы подавить его, когда становились серьезными. Не стоит упоминать о Королях и Императоре Севера Штраусе. Даже у некоторых имперских гвардейцев Святого ранга было более чем достаточно хитростей в рукаве, чтобы победить Рудеуса.

Нужно было понимать, что эти люди были старше Рудеуса как минимум на несколько десятков лет и имели соответствующий опыт. А поскольку они застряли в Форте Некросс и им нечем было заняться, их любимым хобби было спускаться на арену и избивать друг друга до полусмерти. Муру, единственному, кто мог использовать магию Исцеления, приходилось их латать.

После десятилетий или столетий спаррингов и обучения у Атофе, никто из этих имперских гвардейцев не уступал Святому Севера Каббале, которого Рудеус теперь считал, скорее всего, одним из самых слабых воинов Святого ранга в мире.

Или, возможно, дело было не в том, что Каббала был слаб. Просто стандарты имперской гвардии были слишком высоки... настолько, что Святые были обычными пехотинцами, а воин ранга Императора все еще должен был покорно служить Атофе, как будто он был просто слугой.

Однажды ночью Рудеус отправился исследовать замок, потому что не мог уснуть. Хотя он прибыл в форт Некросс больше месяца назад, у него не было времени исследовать замок, в котором он жил, поскольку все его усилия были направлены на то, чтобы стать как можно сильнее перед отъездом.

Он подумал про себя: – 'Если то, что сказал Хитогами, правда, что в этом замке есть тайная комната, о которой не знает даже Атофе, не логично ли, что существуют и другие тайные комнаты? И что если в этих комнатах тоже есть что-то, что поможет мне сбежать?'

Замок был огромным. Он подходил для королевской семьи небольшой страны. В этом гигантском сооружении было, пожалуй, более сотни комнат. Рудеус задумался, сколько времени потребуется, чтобы исследовать их все.

Как одному из имперских гвардейцев Атофе, ему не было нужды красться. Для тех, кто патрулировал и охранял территорию, не существовало таких понятий, как комендантский час и ограничения. Только одно место во всем замке было запретным, и это была личные покои Атофе, расположенная в центральной башне крепости.

Единственными существами, которым разрешалось входить в ее спальню, были теневые слуги, следившие за чистотой в замке. По всей видимости, это были духи, вызванные создателем замка – Некроссом Лакроссом, Повелителем Демонов Пяти Элементов. Он принадлежал к расе бессмертных демонов и был известен как невероятно продвинутый маг. Кстати, он также был отцом Атофе.

Эти теневые слуги выполняли такие хозяйственные работы, как поддержание чистоты в замке, стирка, приготовление пищи и подача еды. Честно говоря, если бы не они, Форт Некросс уже пришел бы в упадок и грязное запустение, поскольку все стражники, работавшие здесь, были просто дураками с кулаками.

Время от времени Рудеус сталкивался с одним из них то тут, то там. Они выглядели как человекоподобные существа ростом в 5 футов, созданные из тьмы и тени. Они не говорили, но могли понимать приказы.

Кроме императорских гвардейцев и самой Атофе, они были единственными жителями форта Некросс.

Рудеус не собирался вторгаться в покои Атофе, какой бы заманчивой ни была эта идея. Возможно, ему было интересно узнать, как выглядит спальня повелительницы демонов, а также заинтриговать возможностью найти способ снять проклятые доспехи, но в то же время Рудеус дорожил своей жизнью.

В замке почти не было ничего ценного, что, вероятно, отражало характер его владельца. Атофе не носила ни драгоценностей, ни украшений, ни платьев, ни макияжа. Ее всегда можно было найти облаченной в доспехи, а также в практичное подобие купальника, обтягивающего ее изгибы.

Сначала Рудеус направился к лестнице, ведущей в зрительные залы, где, по словам Хитогами, должна была появиться тайная комната через 332 дня с того момента, как он впервые прибыл в форт Некросс.

Когда он дошел до лестницы, он пошел по правой стороне, вместо того чтобы подняться наверх.

Лестница была сделана не из того же черного кирпича, из которого был построен замок. Это не означало, что они не отталкивали магию, поскольку она все равно безвредно разлеталась от них, как от масла вода. Вместо этого лестница выглядела так, словно была вырезана из одного огромного мраморного монолита, излучающего ману.

Это определенно было необычно.

По обе стороны от лестницы на стенах была резьба, изображающая различные сцены.

С левой стороны рельефы изображали войну между драконами и демонами. На ней были изображены человекоподобные фигуры, держащие копья и посохи, и летающие змеи, дышащие огнем, а на правой стороне – свирепые демоны, вдвое превосходящие людей по размерам. Какую войну иллюстрировали эти мраморные барельефы, Рудеус не знал.

На протяжении всей истории между человечеством и расами демонов велось множество войн. истинные причины этих войн уже давно утеряны для истории. То, что сейчас преподавалось в учебниках истории, было лишь односторонним рассказом людей о том, что якобы произошло. Но Рудеус не мог припомнить, чтобы когда-нибудь была война между демонами и людьми, объединившимися с драконами.

По другую сторону лестницы, а также там, где, по словам Хитогами, была скрыта тайная комната, стояла фигура в тканях и с короной на голове. Лицо у фигуры было человеческое, но изо лба торчали большие рога, что явно указывало на принадлежность к демонической расе. В руках фигура держала длинный магический посох, на навершии которого находился череп.

Вокруг демонического мага были изображены многочисленные демоны, преклонявшихся ему.

Рудеус подозревал, что эта настенная резьба представляет создателя форта Некросс, отца Атофератофе Райбаку, а также известного как легендарный Повелитель Демонов Пяти Элементов, Некросс Лакросс.

Повелитель Демонов Пяти Элементов был известен как легендарный маг, стоявший на вершине магического искусства. Согласно рассказам, которыми старшие поделились с Рудеусом, Некросс когда-то считался одним из самых выдающихся магов в истории.

Некросс Лакросс был фигурой, которая не была должным образом задокументирована в современной истории: он был активен еще до того, как человеческая цивилизация начала писать летописи. Он лишь смутно упоминался в некоторых исторических книгах, которые Рудеус иногда перелистывал, когда еще жил в поместье Бореас.

Однако он узнал больше о Некроссе Лакроссе после того, как провел некоторое время в том самом замке, который построил Повелитель Демонов, из рассказов и слухов, которыми делились старшие имперские гвардейцы.

Некросс – человек, существовавший еще до времен Лапласа. Тысячи лет назад он был известен как самый искусный маг в мире. Он также был одним из первых магов, которые за тысячелетнюю историю достигли уровня магии, известного как ранг Бога. Если бы рейтинг Семи Великих Мировых Сил существовал в период его активности, Повелитель Демонов Пяти Элементов, скорее всего, числился бы в его рядах единственным заклинателем.

До сих пор только один человек смог занять место среди Семи Мировых Сил в качестве заклинателя, и это был печально известный Бог Демонов Лаплас.

Король Демонов Пяти Элементов Некросс Лакросс и Бог Демонов Лаплас. Оба демоны, и оба были единственными двумя заклинателями, которые были достаточно сильны, чтобы числиться в семерке сильнейших своего поколения.

Это было связано с тем, что даже маги, достигшие ранга Бога, не были очень сильны в одиночной схватке.

Заклинания Божественного ранга были достаточно длинными, чтобы заполнить тяжелый фолиант. Даже если маг был способен произносить заклинания ранга Бога с почти невыполнимыми требованиями к объему маны, ему требовалось несколько дней, чтобы завершить заклинание. Любой воин, даже только начинающий, мог просто выйти вперед и ударить мага Божественного ранга, пока тот творил свои нелепо длинные заклинания.

Кроме того, сильнейшие заклинания ранга Бога почти никогда не встречались за всю долгую историю этого мира, и считалось, что они навсегда исчезли из этого мира. Единственное общеизвестное заклинание Божественного ранга было найдено в Священной стране Миллис, и это было Божественная магия Детоксикации.

Маги были хороши в дальнем бою, таков был здравый смысл этого мира. А высокопоставленные маги были великолепны во время войны благодаря своим заклинаниям огромной площади действия, способным обрушить на вражескую армию ливень разрухи. Но что на уровне индивидуальной силы? Даже маги Императоры могли быть легко зарублены воином Продвинутого ранга, если бы он подошел достаточно близко.

И все же Некросс Лакросс был одним из двух, кто был способен преодолеть этот якобы здравый смысл мира.

Его конкретные возможности более не были общеизвестны. Даже подчиненные его дочери, Атофератофе Райбаку, не могли дать точного описания мощи этого человека. Единственное свидетельство, которое они смогли собрать, это случайные комментарии Атофе о том, что ее отец достиг крайних пределов пяти различных видов Элементальной магии, а также был способен к магии Божественного уровня.

Но такое утверждение не имело смысла. Всем было известно, что в наступательной магии существует только четыре элемента – Огонь, Вода, Ветер и Земля. Откуда же взялся пятый элемент? Это была загадка, но в этом должна была быть какая-то правда, ведь титул этого человека был Повелитель Демонов Пяти Элементов.

Рудеус смотрел на барельеф с изображением Некросса Лакросса, проводя рукой по витиеватому произведению искусства. Он пытался найти скрытый механизм или что-то в этом роде, который мог бы открыть потайную комнату.

Но через несколько минут он все же сдался. Там ничего не было. Никаких скрытых защелок, переключателей или щелей. Это была просто мраморная скульптура, выточенная из одного большого куска мрамора. Плотная мана, которая вибрировала, когда его рука касалась мрамора, была подозрительной, но Рудеус ничего не понял из этих ощущений.

Здесь определенно был какой-то тайник, так мог предположить Рудеус. В противном случае, какой смысл вливать столько маны в лестницу? Возможно, это какая-то барьерная магия, защищающая тронный зал Атофе, но любой, кто смог бы победить Некросса Лакросса или Атофе, легко смог бы преодолеть любой барьер.

Вздохнув, Рудеус оставил лестницу в покое и отправился исследовать остальную часть дворца с пустыми руками.

Он бродил по коридорам, изредка заходя в комнаты, которые не были обозначены как чьи-то покои. Большинство из них были пустыми спальнями, поскольку во дворце с комфортом могли разместиться сотня человек. Но Атофе вела довольно уединенный образ жизни, и единственными людьми, проживающими в замке, кроме нее самой, были ее тридцать с лишним имперских гвардейцев.

Кроме этих пустых спален, здесь также были пустые помещения для прислуги, кухни, кладовые и чердаки, которые были заняты теневыми слугами, делающих свои теневые дела даже по ночам.

Эти теневые слуги, казалось, не замечали Рудеуса, даже когда он вторгался в их пространство, и не реагировали на его вопросы.

Рудеус также наткнулся на оружейную палату форта. Это было большое помещение, похожее на склад, где на стеллажах хранились оружие и доспехи. Все оружие, хранящееся здесь, было отличного качества, и по его мнению, за любое из них можно было выручить минимум одну золотую монету Асуры. Здесь не было никаких магических предметов, включая пресловутые черные доспехи, которые имперские гвардейцы носили в качестве форменных кандалов, предположительно спрятанные в более надежном месте.

Проходя по залам дворца, он пытался найти потайные комнаты и проходы, которые, по его мнению, должны были присутствовать в таком древнем и печально известном дворце, как форт Некросс. К сожалению, его усилия не дали никакого результата.

Почувствовав себя усталым и немного удрученным, Рудеус оставил поиски и решил вернуться ко сну, хоть и спать в доспехах было не совсем уж удобно.

-------------------------------------

[ВАЖНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ]

Эта глава вышла с большой задержкой. Это произошло потому, что 7 глав, которые планировалось выпустить, были отброшены мной. На то есть несколько причин:

1) Я не был доволен качеством глав. Они были затянутыми и утомительными для чтения, даже для меня, их писателя. Они неоправданно затянули арку Демонического континента, что, как я понимаю, не то, что хотели бы видеть читатели.

2) Я начал писать эту историю в то же время, когда начал перечитывать оригинальное ранобэ. Были некоторые вопросы, которые я не учел, когда только начал писать, некоторые сюжетные моменты, о которых я забыл и поэтому не обратил внимания.

Главная проблема заключалась в том, почему в первую очередь Рудеус и Нанахоши были перенесены в другой мир. Я не буду вдаваться в подробности, но не стоит говорить, что реинкарнация моего гг не соответствует канону. Главы, которые я написал до этого и которые планировалось выпустить, должны были представить Нанахоши и Орстеда (потому что кто-то должен был телепортироваться рядом с ними).

Однако, очевидно, не было бы смысла в том, чтобы Нанахоши была в этом мире, когда и оригинального Рудеуса нет. Поэтому у меня не было другого выбора, кроме как отказаться от того, что я планировал раньше, и придумать другую причину, почему существует новый Рудеус, а не оригинальный.

Даже тогда я не был доволен новой причиной реинкарнации Рудеуса, которую я придумал. Для этого легко придумать новую причину. Например, один из вариантов, который я придумал, заключался в том, что Орстед провалил каноническую петлю, и таким образом новая душа попала в мир. Или что-то необычное в этом роде. Но проблема в том, будут ли читатели рады такому переписыванию оригинальной истории.

3) По двум вышеперечисленным причинам я оказался в затруднительном положении. Легко просто беззаботно продолжать писать, как я делал до сих пор, и игнорировать сюжетные дыры, которые новый Рудеус вносит в хронологию. Но я знаю, что мне это не понравится, и это только подавит мою мотивацию продолжать писать.

Таким образом, с тяжелым сердцем я вынужден отложить эту историю. По крайней мере, пока я не придумаю, как продолжить писать эту историю без очевидных дыр, которые разрушают погружение читателей. Я не могу обещать, что следующее обновление будет в ближайшее время, так как я сам не уверен, когда продолжу писать.

Если читателям интересно узнать, что должно было произойти дальше, я не против опубликовать краткое изложение того, что я планировал для арки "Демонический континент", если будет достаточно интереса.

Страница книги Реинкарнация Безработного: Магический Мечник в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

2 - 49

2 - 50

2 - 51

2 - 52

2 - 53

2 - 54

2 - 55

2 - 56

2 - 57

2 - 58

2 - 59

2 - 60

2 - 61

О книге