Пролог

— Наоцугу, следи за правым флангом!

— Хорошо, положись на меня! — выкрикнул Наоцугу в ответ на предупреждение Сироэ, поднял серебряный щит и срубил Триффида.

— Господин!

Одним ударом Акацки быстро срубила зеленый скрученный плющ, заходящий слева, после чего сразу же наклонилась вперед и заняла позицию для защиты Сироэ.

Это место называлось Цветник Малого Камня.

Небольшая область, но, поскольку здесь располагались древние объекты для проведения зрелищных мероприятий, она отличалась от руин неподалеку. Ландшафт сильно различался, потому битва протекала с трудом.

— Не слишком ли их тут много?

— Их число растет каждый раз, когда Наоцугу выдает очередную пошлую шутку.

— Так это моя вина?

Не дожидаясь возражений Наоцугу, Сироэ создал бело-голубоватую магическую стрелу и выстрелил ею в Шипастую Пролазу. Ментальная Стрела — базовая магическая атака Чародея, стрела из ментальной энергии, поражающая одного врага.

Пока Сироэ смотрел на крысоподобное существо где-то метровой высоты, которое издало вопль и отпрыгнуло, перед его глазами появилась иконка.

Бледная иконка в виде песочных часов показывала время отката и медленно восстанавливалась. Пока она не восстановит свой цвет, это заклинание нельзя использовать. Однако имелось еще 30 других заклинаний, которые Сироэ мог произнести.

— Вперед! Акацки, атакуй их левый фланг!

— Понятно!

— Положись на меня!

Пусть он не мог использовать ни одно из заклинаний, сейчас с Сироэ находилось два его товарища.

— Ха-а, сделаем это! Удар Щитом!

Воина в серебряной броне, который первым двинулся по покрытому мхом пути, отведя щит вбок и круша врагов, звали Наоцугу. Он был высок, с короткими волосами и веселым взглядом, и являлся давним другом Сироэ.

Его класс назывался Защитник. Из трех боевых классов этот мог в одиночку брать на себя вражеские атаки и выступать в роли танка. Он обладал лучшими защитными способностями, прозванными в Elder Tales Нерушимым Щитом.

— …Слишком медленно!

Молодая девушка, производившая впечатление ласточки, быстро ринулась в брешь, созданную атакой Наоцугу. Странное существо, похожее на лопнувший мяч для регби со стеклоподобными клыками, попыталось атаковать, но девушка зарубила его коротким мечом.

Маленькую девушку с короткими черными волосами, развевающимися на ветру, звали Акацки.

Она без стеснения называла Сироэ «Господин» и так же была его другом.

Ее класс назывался Ассасин. Ловкий класс, который обладал навыками мгновенного убийства. У него самая сильная физическая атака из всех 12 классов Elder Tales.

Сироэ, зачарованно наблюдая за действиями этих двух, продолжал быстро двигаться вперед.

Его класс назывался Чародей.

Среди всех трех классов магов это был 100% саппорт-класс, специализирующийся на поддержке и боевой магии. Как у всех магов, защита Чародея очень слабая. Такой класс даже не мог надеть кожаную броню, что носила Акацки, не говоря уже о тяжелой пластинчатой броне Наоцугу.

Под огромной, плетевидной мантией не было ничего, кроме обычной туники и брюк.

Сироэ, являющийся бойцом заднего фронта, не имел защитных способностей и не мог сражаться один. Ему приходилось акцентироваться на АОЕ-магии врага и не забывать держаться подальше от места сражения. Так что лучшим методом было сохранять дистанцию от Наоцугу с Акацки и внимательно следить за тылом на предмет возможной внезапной атаки.

Само собой, Цветник Малого Камня не являлся зоной высокой сложности.

Здесь располагались такие монстры, как: Триффид, Шипастая Пролаза и Ядовитые Мотыльки — все примерно 50 уровня.

Сироэ и остальные были Авантюристами 90 уровня.

В мире MMORPG под названием Elder Tales они обладали высшем уровнем. Даже учитывая то, что защита Сироэ была низкой, он не получал много урона из-за разницы в уровнях.

Кроме того, что бы Наоцугу ни говорил, с десятью или двадцатью Триффидами справился бы любой из членов группы.

(Так или иначе нынешняя ситуация…)

До сих пор все трое беззаботничали, болтая и споря, но сейчас Наоцугу и Акацки выглядели серьезно.

Сражения пугали.

Пусть у тебя сильное тело и здравый ум, пусть ты можешь использовать магию или навыки меча, при встрече с монстром страх никуда не исчезает.

Обе ноги стояли на земле, руки крепко сжимали посох, все части тела были напряжены. Ветер дул прямо в лицо, пронзительно кричали монстры, адреналин поступал в кровь — вот что ощущал Сироэ в этот момент.

Внезапно морды монстров охватило неистовство, и в Авантюристов полетели огненные и кислотные атаки. Уворачиваться или прерывать их, находясь на передовой, оказалось намного сложнее, чем предполагала троица. Чтобы преодолеть это затруднение, нужно накапливать боевой опыт. К такому решению они пришли.

— Смотри за правым флангом!

— Понял!

Несмотря на серьезный взгляд, Наоцугу, размахивая мечом в правой руке, быстро посмотрел туда, куда указал Сироэ. Этот удар не мог нанести серьезного ранения, но его хватило, чтобы мгновенно срубить Шипастую Пролазу.

Пролаза вытянула зеленую лозу, моргнув багровыми глазами два или три раза, и скрутила свое тело в шар.

Следующая атака соответствовала их опасениям.

Они были Авантюристами 90 уровня. И при встрече с этими монстрами, которые были где-то 48 уровня, ситуации, при которой их атака бы «провалилась», никак не могло случиться.

Это доказывало, что между ними все еще не хватало взаимопонимания.

Хоть они и Авантюристы 90 уровня, до сих пор овладеть всеми навыками в совершенстве у них не выходило.

— Сфера Кошмара!

Вот почему они должны максимально хорошо выполнять свои роли. Сироэ, который пришел к этому выводу, использовал АОЕ-заклинание. Сфера Кошмара была магической АОЕ-атакой из арсенала Чародея.

Хотя это атакующее заклинание, урон, наносимый им, очень мал.

Чародей изначально не расположен к атакующей магии. По сравнению с другими классами такого же уровня, его атакующая магия очень слаба. Этот факт знали все. Заклинание, которое использовал Сироэ, пролетело невероятной дугой, приземлилось прямо посреди движущихся растений и мощно взорвалось. Казалось, оно не нанесло много урона врагам, что лучше всего подтверждало его слабость.

Даже учитывая то, что монстры ниже уровнем в два раза, Сироэ не мог уничтожить их одним ударом. Только такую слабую атакующую магию мог использовать Чародей.

Таким образом, Чародей не блистал популярностью в Elder Tales.

В игре, как игроки, они были безжалостны. В мире, где язык и коммуникация ограничены, цифры абсолютны. Пусть тут и игровая вселенная, и именно потому, что это игровая вселенная, общество разделено на классы, что еще более бессердечно и жестоко, нежели в реальной жизни.

«Самые популярные» классы и отверженные классы сильно разнились.

Но Сироэ не расстраивался, что его класс не пользовался популярностью. Он бы порадовался, будь у него какая-нибудь уникальная способность, которую он мог бы использовать, но, пусть таковая и отсутствовала, он все еще наслаждался игрой за Чародея. Это был стиль игры Сироэ, и он никогда не беспокоился, играя за этот класс.

Кроме того, Сироэ нравился Чародей.

Эксклюзивность этих неприятных особенностей, этих слабых заклинаний заключалась в их скрытой универсальности. Сироэ все нравилось. Класс, который «бесполезен, когда он один», полностью отличался от собственных недостатков Сироэ. Ему это очень нравилось.

Сфера Кошмара, которую использовал Сироэ, высвободила бесцветную ментальную волну в своей зоне действия. Многочисленных врагов, которые находились в ней, поразило этой волной. Напоминало серьезную психическую травму, в результате которой сильно снижалась скорость передвижения.

Это был отрицательный эффект, при котором снижалась скорость.

Сфера Кошмара являлась заклинанием с коротким временем действия, но оно могло нанести огромный вред своей цели.

— Да! Теперь мне будет проще сражаться!

— Благодарю, господин.

Эти двое прокричали ликующим голосом. Трое монстров, втянутых в сражение, были Триффидами и Шипастой Пролазой. Они выглядели угрожающе и одновременно отвратительно, их высота достигала метра.

Как только скорость монстров упадет, им останется лишь двигаться более нагло, чтобы каждый удар достигал цели.

— Отлично, я вынес одного!

— Я тоже!

— Неплохо, креветка!

— Не зови меня креветкой, дурень Наоцугу!

Эта парочка товарищей не думала только в негативном ключе.

Позитивное мышление Наоцугу было исключительным, а Акацки хоть обычно и молчала, не уступала ему в этом.

Пока предоставлялась возможность и оказывалась достаточная поддержка, они могли многократно уничтожать монстров. Сироэ лишь нужно поддерживать парочку. Если они пропустят врага, ему придется использовать магию для сдерживания или добивания.

Понижение скорости передвижения — отличный способ повернуть все в свою пользу. Далее все было понятно, Сироэ надо использовать Сферу Кошмара или Астральные Путы, чтобы сдержать врагов, полностью взяв на себя роль поддержки передней линии.

Если подумать, то это не такое уж большое дело. Это основная стратегия битвы, которая повторялась несчетное число раз.

(Если на то пошло, мы не можем продолжать сражаться с этими низкоуровневыми противниками. Я все еще не опробовал новую тактику.)

Сироэ задумался.

— Вот тебе!

— Хья!

Раздался резкий крик. Наоцугу и Акацки были закаленными игроками, не обделенными опытом.

Пока предоставлялась возможность, они сотрудничали, сфокусировавшись на командной работе, что получалось на удивление хорошо. Предвзятые сомнения Сироэ исчезли.

— Все закончилось?

Наоцугу взмахнул одноручным мечом по большой дуге, стряхивая с него кровь, перед тем как вернуть в ножны.

По ощущениям битва закончилась.

Сироэ кивнул в ответ на вопрос Наоцугу, рассеивая магию, которую читал.

— Мы уничтожили уже много монстров.

— Похоже, поблизости больше нет индикаторов врагов, но, наверное, нам лучше сохранять бдительность. Простите, но не могли бы вы помочь мне собрать добычу?

Сироэ позвал их, когда начал осматривать окрестности.

Предупреждающий индикатор перед их глазами сменился с красного на синий, указывая на то, что боевой режим деактивирован.

Наоцугу и Акацки начали собирать добычу с монстров, которых сразили. Видимо, они собрались снять с Пролаз шкуры.

Это был инстинкт выживания, который они отточили за последние несколько недель.

Хорошо, что солнце еще в зените.

Не должно произойти никаких внезапных происшествий. Сироэ достал бутылку с водой из своей магической сумки на бедре, сделал глоток и навострил уши, чтобы уловить любые признаки опасности

(Подумать только, тем, кто продолжает негативно мыслить, оказался я).

Сироэ глубоко вздохнул.

Взглянув вниз, можно было увидеть край белого плаща, который отлично подходил для похождений, длинные штаны, пожалуй, высокого качества. Если Сироэ правильно помнил, ботинки, которые сейчас на нем, сделаны из кожи Громового Лося. Они очень мягкие и удобные.

А в руках он нес посох.

Посох Расчетливого Филина — очень редкая вещь, которая увеличивала магическую силу и скорость произнесения магии. Это было сокровище Сироэ.

Будучи около двух метров в длину, он превосходил Сироэ.

Он выглядел несколько таинственно. Сироэ думал, что такой дизайн великолепен, но слово «великолепный» не отдавало таким же смыслом, как в реальном мире. Это то, что можно почувствовать только в виртуальном мире.

После того дня, когда произошел инцидент, именуемый Катастрофой, все вокруг Сироэ и остальных изменилось.

Ни грандиозности, ни сладостности, как в героических эпосах, лишь полная сарказма и смуты, полная стресса и жестокости другая «Реальность».

Упомянутую «Реальность» переполняли монстры, против которых Сироэ со своими друзьями только что сражались. Это и служило причиной, из-за которой он обращал внимание на всякое движение вокруг себя. Руины, покрытые зеленью. Товарищи, держащие оружие и разделывающие свою добычу.

Ледяной ветер продувал лес, принося с собой холод.

А также оставляя глубоко под кожей страх битвы.

Вот она «Реальность», в которой жил Сироэ.

Он и его друзья оказались заперты в мире, который должен был быть просто игрой Elder Tales. После произошедшей Катастрофы все изменилось.

(Тем не менее если мы продолжим в том же духе, то сможем заработать денег, пока будем сражаться. У нас есть кровать, ждущая, когда мы вернемся назад. К тому же пока я могу встречаться с Наоцугу и Акацки на разных уровнях. Можно сказать, что это очень удачный поворот событий).

Сироэ несколько раз вздохнул, принудительно сменяя свои мрачные думы на что-то более позитивное.

Произошедшее в день Катастрофы промелькнуло у него в голове — вид бесчисленных игроков, застрявших в Акибе. Сироэ не хотел уподобиться тем, кто канул в пучину отчаяния.

Он осматривался, вспоминая цепь событий, произошедших в день Катастрофы.

1

Пень в несколько метров высотой находился там, где он и предполагал. Он обошел вокруг него и повернулся в сторону двухэтажного здания, располагающегося именно там, где он и запомнил.

Зеленый мох разросся по всей земле. Асфальт, прежде видневшийся всюду, проглядывал лишь местами. Сироэ мчался сквозь руины. Заросшие здания стояли близко друг к другу, и сквозь них иногда росли гигантские древние деревья.

Он бежал мимо пейзажей, которых прежде не видел, но они все еще казались ему немного знакомыми.

На улицах виднелись силуэты потрясенных людей.

Возможно, это были Авантюристы, которые оказались в той же ситуации, что и Сироэ. Их стоны и крики заставили его подавить страх, который подступал к горлу, словно ком.

Но он едва понимал происходящее.

— Что происходит?

— Я-я... Странно, что это?!

— К-кто-нибудь! Эй, гейм-мастер! Вы слышите?!

Их крики звучали, как крики умирающих животных.

Эти вусмерть жалкие вопли вернули Сироэ толику хладнокровия. Единственная мысль, заставляющая его двигаться, — не кричать вот так.

(Я могу шевелисть своим телом, как мне нравится... это неудобно, потому что размер моих конечностей, кажется, немного изменился... к счастью, ненамного.)

Перед его глазами предстал город Акиба.

Многие заброшенные здания поросли плющом, пробивающимся из асфальта. Виноградные лозы смешались с древними священными деревьями. Ностальгия захлестнула Сироэ. Это был родной город для многих игроков, крупнейший город японского сервера Elder Tales.

— Акиба? Нелепо! Я сошел с ума?! Кто-нибудь, кто-нибудь, ответьте мне!

Человек, съежившийся рядом, закричал. Все были одеты как жители Средневековья из мира фэнтези и носили длинные одежды или даже броню.

Само собой.

Elder Tales являлась крупнейшей в своем роде массовой онлайн-игрой, основанной на мире мечей и магии.

Но тогда это была «просто игра».

Ветер, обдавший щеки, казался холодным, влажным и освежающим, будто Сироэ пребывал в чаще густого леса.

Воздух отличался от сухого и несколько колючего воздуха в Токио, где жил Сироэ. Ветер, смешанный с запахом зелени, поведал ему, что это место не относилось к миру, с которым он знаком.

Сироэ встряхнул головой и начал вспоминать.

Он играл в Elder Tales.

Он вспомнил, как сидел дома за письменным столом и наслаждался игрой, которая отражалась на его ЖК-мониторе.

Название Elder Tales, на самом деле, существовало давно и имело 20-летнею историю. Конечно, контент и движок игры заменили с выходом последней версии благодаря частым обновлениям программного обеспечения, но разнообразие данных и наличие глубоких традиций игры, появившихся за время существования самой игры, смогли завоевать популярность среди пользователей.

Сегодня должен был отмечаться день выхода 12 патча Elder Tales. С данных, которые Сироэ скачал прежде, должны были снять ограничения, что привело бы к появлению новых предметов, зон, монстров и сражений, но, прежде всего, возвысило бы уровень проработки мира Elder Tales.

В этот же день патч стал доступен в сети, поэтому здесь должно находиться большое количество игроков, подключенных к игровому миру. Сироэ не мог убедиться в этом, но тот факт, что многие из его друзей сидели в сети, доказывал его Список Друзей.

Сироэ являлся ветераном Elder Tales.

Он начал играть, когда учился в средней школе, и играл уже в течение 8 лет.

В одной только Японии было более 100 000 игроков. Число поклонников по всему миру превысило 20 миллионов. Массовые онлайн-игры привлекали Сироэ очень давно.

Он, конечно, с нетерпением ждал этого патча, однако ему стало неловко от того, что он радовался, как новичок. Поэтому Сироэ решил провести время как и обычно. Он прокачивал охоту в начальной локации, давая паре близнецов общие рекомендации и объясняя использование предметов.

Но затем его воспоминания резко обрывались.

Сироэ вспомнил, что видел какую-то демо. Слова из сияющего пламени на черном фоне. Небо, будто наспех заасфальтированное, наполнилось липкой чернотой, и только белая луна разрывала эту черноту.

Но так оно и было.

А теперь Сироэ бежал в Акибу по земле, которая казалась настоящей.

Ритмичный звук, похожий на ксилофон, зазвенел в ушах.

Этот знакомый звон предупреждал о входящем телепатическом звонке.

Сироэ нахмурил лоб, словно сощурившись, и выбрал меню, которое появилось у него в голове. Попав в этот игровой мир и справившись с чувством паники, которое сперва испытал, он быстро вспомнил эти команды.

— Ты уже здесь, Сиро?

— Я почти там!

Сироэ слушал голос дорогого старого друга, делая еще один поворот направо от заброшенного здания, которое почти развалилось.

Отчетливо слышался издаваемый им шум, который словно рассекал вершины деревьев, а влажный запах разносился благодаря легкому ветерку. А потом забил ослепительный свет.

Эта яркость била по глазам так, как можно испытать только ранним летом. Под прохладным ветром, вместо того чтобы приносить тепло, солнечные лучи просто взрывались с белым сиянием. Чистым, запредельным светом.

Город был озарен светом раннего лета. Древние гигантские деревья и здания отбрасывали насыщенно черные тени на главных улицах, покрытых черноземом и асфальтом. Великолепный контраст.

Сцена, которая предстала перед глазами Сироэ, оказалась тем, что он видел бесчисленное, несчетное количество раз: родной город игрового мира — Акиба.

Тем не менее эта сцена была ошеломляюще реалистичной, что невозможно для игры, и это полностью поглотило Сироэ.

Он бежал через этот пейзаж.

С каждым сделанным шагом он чувствовал, как скользит под его подошвами влажный мох. Он почувствовал, как сердце с силой разгоняет кровь по всему телу, которое разогревалось от физических упражнений.

Это служило тем, в чем он не мог сомневаться, — реальностью.

Город действительно тот, что Сироэ и помнил, — город Акиба.

Осыпающиеся руины, неоднократно повторяющиеся бары-бараки и старые деревья, пустившие корни по дорогам — все проглотил зеленый лес, будто они слились в одно целое. Так устроены святые земли в игре. Это Акиба.

В Лиге Свободных Городов Истала, к востоку от Дугового архипелага Ямато, она была родным городом игроков и основным городом японского сервера Elder Tales.

Сироэ побежал через центр улицы и повернул на углу трехэтажной гостиницы с баром.

Осыпающиеся бетонные здания: Софтек, Ясикаяма Электроникс, Культа Тауер и прочие известные места производили впечатление реального мира Акихабары. Их реконструировали как руины старой эры в Elder Tales.

Наследия старой эры были раскиданы повсеместно в этом мире. Ими могли оказаться гигантские подземные руины или башни, устремляющиеся небо. Акиба сама по себе служил наследием.

Будто сцепившись, здания из бревен становились гигантскими бетонными конструкциями, почти превратившимися в щебень, и все это окружали древние деревья. Чудесный пейзаж.

После прибытия Сироэ Наоцугу, который сидел на обломке бетона, встал и поприветствовал его.

Свет пробивался через дыры в стенах, лишенных оконных рам, освещая их обоих лучше, чем любой игровой движок.

Наоцугу выглядел бледным, но он все еще смеялся от души и хлопал по своим ножнам.

Он был чуть выше 1,8 метра в высоту, одет в нелепую, но необыкновенно прочную стальную броню поверх крепкого тела. На спине Наоцугу висел щит, что делало его похожим на древнего воина-героя.

— Привет, Сиро!

— Наоцугу, хм... доброе утро.

Сироэ не знал, как реагировать на его приветствие, и поэтому ответил так холодно.

Elder Tales имела стандартную систему голосового чата: игроки могли общаться во время игры с помощью динамиков и микрофона, как при общении по телефону. Некоторые не любили использовать голосовой чат и настаивали на текстовых сообщениях, но Сироэ и Наоцугу это не нравилось.

Именно поэтому Сироэ прекрасно помнил голос Наоцугу.

Наоцугу Хасегава.

Если бы кто-то спросил Сироэ, кто самый надежный человек в игре, то он был бы среди первых нескольких кандидатов, которые пришли бы Сироэ на ум.

Онлайн-играми называются игры, играть в которые нужно через Интернет. Elder Tales являлась «Massively Multiplayer Online» или «массовой многопользовательской онлайн-игрой». Несколько сотен или тысяч игроков подключены к одному и тому же игровому пространству, чтобы играть в эту игру. Другими словами, такой тип игры позволял игрокам узнать множество других игроков, сотрудничая или конкурируя друг с другом.

Сироэ играл в Elder Tales на протяжении долгих лет, так что знал порядочно людей в игре. Но люди, которых вы узнали в игре, остаются там. Разные люди могут иметь иные стили игры и мнения, но большинство не стремятся раскрыть свою истинную личность в игровом мире.

В связи с увеличением интернет-преступлений после 2000 года защита своих личных данных стала проявлением здравого смысла для интернет-сообщества.

Но это не означает того, что вы не могли бы найти настоящих друзей.

Наоцугу знал настоящее имя Сироэ... Это значит, что Сироэ дал ему свои контактные данные и он один из немногих игроков, с которыми Наоцугу встретился и вне игры.

Сироэ вздохнул с облегчением, когда услышал голос друга.

Они, возможно, могли встретиться и раньше, но провели гораздо больше времени, беседуя через игровой экран. Наоцугу провел бесчисленные ночи с Сироэ в Чайных Дебоширах, посетив бесчисленные пограничные зоны, участвуя в бесчисленных сражениях вместе. Он был одним из игроков в Elder Tales, с кем Сироэ имел такую крепкую дружескую связь.

Они болтали о стольких вещах под небесами.

Они даже обсуждали свои скучные чувства. Наоцугу полностью отличался от друга, которого встречал только в игре.

Для Сироэ этот веселый и надежный голос был символом Наоцугу.

— Что происходит? Elder Tales развилась до такого уровня, пока я не играл? Честно говоря, для меня все слишком реально. Это невозможно только с повышением уровня частичных эффектов и компьютерной обработки, верно? Это что, шутка?

Наоцугу поджал губы, спросив Сироэ. Его веселый и болтливый голос звучал немного подавленно.

— Раздражает.

Сироэ слегка кивнул и поднял магический посох в своей руке.

(Ну же, это магический посох, магический посох.)

Этот предмет часто попадался в фэнтези играх и по высоте достигал плеча Сироэ. Он был изготовлен путем обработки и изгиба длинной и тонкой ветки дерева и укрепления ее металлом... прямо как магический посох, используемый магами.

Найти его вы могли лишь в игровом магазине.

Наоцугу, наверное, заметил безмолвный упрек Сироэ.

Он наклонил голову, чтобы проверить себя. На теле стальная броня, которая, казалось, весит десятки килограммов, щит на спине и меч с элегантной рукоятью на талии. Наоцугу напоминал воина в стиле фэнтези.

— Эх, я похож на игрока, изображающего самого себя.

— Именно.

Несмотря на то, что в их голосах не присутствовало и намека на веселье, они переглянулись и засмеялись.

— Раз уж ты упомянул об этом, то и... выглядишь ты точно так же.

— Ты тоже.

Они оба наблюдали за появлением друг друга.

Сироэ и Наоцугу на самом деле были игровыми персонажами в Elder Tales. Персонажи в игре изначально создавались с использованием 3D-моделей, что очень отличало их от реального мира. Но эти двое по-настоящему существовали в этом мире, в котором ничто не отличалось от реальности.

Если присмотреться, это не было превращением игры в реальность. Раз это игра, то персонажи в Elder Tales спроектированы и для мужчин, и для женщин.

Поскольку у игры месячная прописка, немногие игроки намеренно выбирали уродливую внешность. Чтобы удовлетворить спрос игроков, на рынке использовали красивые 3D-модели.

Но Наоцугу подогнал своего персонажа в Elder Tales под реального себя. Сироэ видел его в реальной жизни несколько раз, и он выглядел таким же, каким Сироэ его помнил.

— Наоцугу, твое лицо очень похоже на твое реальное, верно?

С исчезновением шрама, который рассекал лоб его игрового персонажа, на лице Наоцугу открылись его собственные светлые глаза со слегка опущенными уголками. Взрослое лицо озарилось мальчишеской улыбкой.

— Ты тоже, Сиро, ботаник в очках со злобными глазами-бусинками.

Были друзья, которые описывали Сироэ именно так, и эти особенности будто отражались на нем. Всякий раз, когда Сироэ думал об этом, он отвечал стандартной фразой, которую использовал бесчисленное количество раз: «Вы можете просто не обращать внимание?»

— Какова сложившаяся ситуация? Расскажи, если тебе известно хоть что-то, «Злодей в очках».

— Я бы рассказал, но ничего не знаю.

Сироэ и Наоцугу пнули в сторону обломки мусора и сели. У Сироэ не имелось никакой информации, чтобы объяснить сложившуюся ситуацию.

По сравнению с пригородной зоной, где Сироэ проснулся, это место располагалось ближе к центру Акибы. Если бы вы внимательно прислушались, то смогли бы услышать отсюда шум города.

— Во-первых, это не сон.

— Ага.

Сироэ согласно кивнул на утверждение Наоцугу.

Он пришел в сознание в знакомом месте... не существующем в реальном мире, что походило на игру, в которую он играл. Elder Tales была игрой в жанре фэнтези, где действия разворачивались на фоне мира меча и магии. Игроки могут создавать своих персонажей, Авантюристов, и путешествовать по миру, осматривая все их глазами.

Тело, которым Сироэ управлял как своим собственным, являлось его персонажем «Сироэ». Но появление этого персонажа, казалось, отражало истинное лицо Сироэ.

— Ты видел меню настроек?

— Видел.

Раз Elder Tales была игрой, то сила, выносливость и различные способности представлялись в виде чисел. Все виды команд в игре вводились через меню.

Куда бы вы ни посмотрели, отсутствовали окна, которые бы относились к игре. Если вы сосредоточитесь на области лба, мир станет похож на полупрозрачное меню настроек, отображающее все значения и графики. Управляя курсором с помощью разума, вы можете выполнять все виды деятельности. Сироэ и Наоцугу поняли это спустя около получаса после пробуждения.

Они также обнаружили функцию телепатии. Она предназначена для того, чтобы связаться с друзьями, которые онлайн в игре. В мире Elder Tales эта функция напоминала мобильный телефон, который позволяет игрокам связаться со своими друзьями издалека.

Тем не менее такое возможно только с людьми, которые внесены в список друзей.

Сосредоточившись на своем лбу и отчаянно просматривая список на запущенной панели управления, Сироэ был потрясен и даже закричал, когда обнаружил, что Наоцугу в сети.

Наоцугу же удивился, когда Сироэ связался с ним через телепатию, но он быстро согласился встретиться в руинах поблизости.

— ...

— ...

Между ними повисло молчание, поскольку оба думали о том, что сказать. Но ответ был очевиден, Сироэ быстрее разбирался в происходящем, нежели Наоцугу. Он знал, что Наоцугу не заходил в Elder Tales в течение последних двух лет.

Потому рассказал ему все, что знал.

Но этого не хватило.

Если бы дело касалось того, что произошло за эти 2 года, когда Наоцугу отсутствовал, они, возможно, проговорили бы весь день. Но Сироэ понятия не имел о причине и предпосылках того, почему они оказались втянуты в это запутанное дело.

Он мог подтвердить, что установил патч «Novasphere Pioneers» и играл с новичками только за пределами города, когда инцидент произошел. Место выглядело так же, как отправная точка Elder Tales, Акиба, и они, казалось, были в игровом мире. У них были такие же тела, что и у их персонажей, и сохранились все предметы и снаряжение, которыми они владели в игре.

(Теперь я думаю о том, как дела у близнецов. Позже нужно их проверить.)

Но Сироэ не знал, почему это происходит.

Пока он рассказывал, Наоцугу внимательно слушал. Когда попадались незнакомые термины, он спрашивал о них, но никак их не комментировал.

Сироэ не нравился шум. Он любил живую и праздничную атмосферу и не любил хаотичную суету и суматоху. Наоцугу же отличался веселостью и озорством, но был достаточно умен, чтобы слушать других.

Их характеры разнились, но они нашли общий язык. Возможно, оба имели благородство, чтобы искать компромисс между собой.

— Ясно, эх, альтернативный мир... альтернативный мир засосал нас, фантазия стала реальностью...

— И все-таки, Наоцугу, почему ты здесь? Решил вернуться?

Наоцугу ответил:

— Да, я слышал о новом пакете расширения, и дела на работе шли спокойно, поэтому я вошел в игру, чтобы взглянуть...

...Вернуться.

(Значит, Наоцугу вернулся. Значит, Наоцугу планировал вернуться...)

Сироэ вспомнил, что тот на 2 года старше.

Он встретил Наоцугу 4 года назад. Сироэ уже тогда был игроком-ветераном в Elder Tales. Играть в компьютерные игры в ту эпоху считалось нормальным для ученика средней школы, но Сироэ был одним из немногих домоседов. Проще говоря, даже если бы он вышел, его сердце оставалось дома... он был ребенком, который одинок даже в толпе.

После перехода из средней школы в колледж он так и развлекался, путешествуя в виртуальный мир каждый день.

Elder Tales уже в то время занимала особое место среди онлайн-игр. Если вы хотите играть в сложные игры с невероятным сюжетом, то вы должны выбрать Elder Tales — такова точка зрения игроков.

Например, у Elder Tales существовала грандиозная мечта — проект «Half-Gaia». Это может показаться смешным, но цель проекта заключалась в воссоздании Земли масштабом в 2 раза меньше.

Стартовым городом для японского сервера служила Акиба — место, соответствующее Токио на архипелаге Японии. На североамериканских серверах в качестве стартовых городов были «Большое Яблоко» и «Южный Ангел». У японских и американских серверов названия отличались легкостью. Онлайновый мир состоял из множества различных серверов, подключенных друг к другу, так что теоретически существовала возможность отправиться на другие континенты или даже другой конец света. Таким образом, одним из пунктов продажи Elder Tales являлась способность игроков путешествовать на иные сервера, чего не могли делать обычные ММО.

Проект «Half-Gaia» был долгосрочным — текущая игра не дотягивала до прекрасного исполнения реального мира.

В Elder Tales мир разделялся на множество зон, каждая со своей собственной территорией и границей.

В гуще деревьев горы Фудзи находилась зона, где скрывались свирепые монстры. Подземелье Shinshuku Metro Complex было ареной приключений, а город Акиба — мирной зоной.

Если вдаваться в подробности, то комната в отеле тоже небольшая зона. Некоторые зоны могут быть проданы. Если вы накопили достаточно игровых денег, то можете стать земле- или домовладельцем.

Все зоны связаны по-своему. Открытые равнины, например, не имели границ, так что игроки не могли сказать, в какой зоне они на самом деле находятся. Они бы не заметили, если бы пересекли ее.

Некоторые зоны имели видимые границы, как и некоторые здания и помещения, которые находились в отдельных зонах, связанных между собой при помощи двери.

Насколько Сироэ знал, японский сервер включал десятки тысяч зон.

С таким масштабом развивающаяся компания должна была передать свои обязанности другим ведущим игровым компаниям, и знающие, опытные игроки, как Сироэ, неплохо устроились.

Сироэ приглашался во множество гильдий во время своего долгого пребывания в игре и временно присоединился к одной, считая это проверкой.

Гильдии были наиболее распространенным способом для игроков образовать группу в Elder Tales.

После вступления в гильдию игроки могли получить доступ к ее учетной записи в банке и использовать склад гильдии, чтобы так же легко управляться со своими снаряжением, как и с другими полезными функциями. Члены гильдии поддерживали связь друг с другом, что упрощало создание рейд-партий.

Поэтому большинство игроков Elder Tales вступали в гильдии, так как это было удобно и имело множество преимуществ.

Поскольку Сироэ любил исследовать игру и даже получал новости из зарубежных серверов, его знания превосходили других игроков-ветеранов, которые играли так же долго, как и он. С этой точки зрения, Сироэ мог бы оказаться полезным для любой гильдии, к которой решил бы присоединиться.

Никто из игроков не знал особенностей всех зон, Сироэ тоже не был гением в этом деле. Но такие вещи, как основные маршруты, связи между зонами или транспортные устройства, известные как Кольца Фей, могут существенно сократить время передвижения. Что и в какой зоне можно купить или где можно охотиться на определенного монстра — это знание должно копиться медленно, в течение долгого времени.

Бесчисленные зоны, бесконечное множество предметов и монстров, заданий, известных как квесты, все виды древних учений и знаний... и все, о чем разработчики только могли подумать. Elder Tales являлась кульминацией этого всего.

Но Сироэ не мог привыкнуть к полезным и выгодным отношениям. Сейчас он стал мягче, но тогда отличался большим упрямством и наивностью... будучи стеснительным, чистоплотным чудаком.

Даже если Сироэ редко обращался за помощью к другим, он не знал, как отказывать другим.

Он не отвергал их, но его чувства не принимали их.

В игровом мире встречались все типы людей. Раз там существовали люди, существовали чистые и нечистые отношения. Для Сироэ, который учился в средней школе, это, возможно, было слишком шокирующе.

Он заметил, что им пользовались как ходячей энциклопедией. А его высокоуровневого персонажа использовали как универсальный инструмент для борьбы и удобства других.

Сироэ не мог приспособиться к этому типу отношений или тактично их отвергнуть, поэтому решил покинуть гильдию и пообщаться с другими во временных рейд-партиях.

Прежде чем Сироэ осознал это, он стал известным соло-игроком с глубокими знаниями и высокоуровневым персонажем. По мере роста его славы он все глубже погружался в одиночество.

Наоцугу встретил его, когда Сироэ начинал становиться сильнее и путешествовать в одиночку, отказавшись от гильдий. Сироэ начал леденеть от чувства одиночества.

Сироэ и Наоцугу встретились в Чайных Дебоширах.

Чайные Дебоширы не были гильдией. Это были просто Чайные Дебоширы. Не существовало никакого другого способа описать их. Это была просто группа игроков, которые «просто» собирались там.

Несмотря на то, что они «просто» оказались там, они были там «всегда» и «готовые» идти.

...Это место, которому принадлежал Сироэ.

Гильдии, в которые они вступили, отличались.

Отличались и их характеры.

Они не имели ничего общего.

Они просто собирались в разрушенном здании. Иногда на равнинах, в остальное время на холмах, где вы могли видеть звезды.

Эта группа пошла на поиски приключений.

Elder Tales была фэнтезийным миром в стиле меча и магии, показывающая будущее на тысячу лет вперед. Уловка, на которую купились игроки.

Согласно легенде Elder Tales, произошла массовая война, разрушившая старый мир, который чудесным образом боги реконструировали в этот.

Такая мифическая завязка часто встречалась в фэнтезийных играх.

Обычные мифические монстры: орки, гоблины, тролли, великаны, химеры и гидры бродили по землям.

Большинство игроков получают удовольствие от сражений. Получение очков опыта и повышение уровня после победы над монстрами, добыча мощных и редких сокровищ — это распространенный способ игры в Elder Tales.

Но это были всего лишь гринд и фарм, а не настоящие приключения. Постоянные сражения и приключения — разные вещи. Сироэ впервые понял это в Чайных Дебоширах. И он всегда мог видеть «ее» в Чайных Дебоширах, а также товарищей, которые помогали «ей». Сироэ тоже считался им.

Люди, которые повстречались Сироэ в Чайных Дебоширах, пожалуй, были первыми друзьями, которых он встретил в Elder Tales. Наоцугу входил в их число.

2

— Раз ты вернулся, значит, на работе все наладилось?

— Ага, более или менее стабильно. Да, напряженный год выдался.

Чайные Дебоширы существовали в течение 2 лет, которые стали самым полноценным и радостным временем, проведенным Сироэ в Elder Tales. Но после нескольких происшествий Чайные Дебоширы, породившие множество легенд, распались.

Уход Наоцугу из игры стал одной из причин.

Зимой того же года Наоцугу не смог выходить в интернет какое-то время из-за своего напряженного рабочего графика. Несколько человек также покинули игру в тот момент по личным причинам.

Чайные Дебоширы не были гильдией.

И в связи с этим у них не было никаких обязательных отношений. Хоть они все и выросли, но все же стеснялись признаться в том... что очень дорожили своей дружбой.

Это решение никем не принималось. Чайные Дебоширы просто ушли в бессрочный отпуск. Они думали о приглашении новых друзей на свои собрания, но это вышли бы совсем другие приключения и другая история.

Пусть даже они и расстроились, из-за того что Чайные Дебоширы перестали существовать, никто не стал опускать голову. Они получили удовольствие от большего числа приключений, нежели большинство людей, и это стало достойным вознаграждением.

— Работа, наконец, пошла в гору, и сейчас все спокойно. Но очень раздражает отсутствие там красивых девушек.

— Это не имеет значения, не так ли?

Сироэ отбросил в сторону жалобы Наоцугу.

Наоцугу можно описать как «героя».

Сироэ думал, что в Наоцугу больше мужества, чем в нем. Порой это могло показаться безрассудным, но Сироэ никогда не замечал, чтобы Наоцугу переставал болтать.

— Что с твоими глазами? Взгляд скрытого извращенца?

— Я ничего не скрываю.

— Скрываешь. Есть 2 типа мужчин в этом мире — открытые извращенцы, которые признают это, и скрытые извращенцы, которые не признают этого. Я открытый извращенец, который любит трусики, Сироэ скрытый извращенец, который, безусловно, любит трусики.

От такой забавной теории Сироэ надулся.

Но он не сердился.

Наоцугу всегда был чутким по отношению к другим, его слова обычно поднимали настроение. Даже если его грязные шутки могли доставить другим неприятности, Сироэ все же здоровый мужчина, поэтому он так же интересовался лицами противоположного пола. Он знал, что мог оценить эту шутку и поддержать разговор.

— Еще мне нравится... Ах, хотя мне нравятся девушки, у меня еще есть принципы.

— Я знаю, характер играет важную роль, но тебя может привлечь и их внешность.

— ...Возможно, ты прав, но мы не должны опускаться так низко, правда?

— Да.

Наоцугу глубоко вздохнул.

Сироэ кивнул. Он понял, что тот имел в виду.

— Пусть работа и наладилась, не было никакой необходимости в том, чтобы брать отпуск в виртуальном мире. И что делать со всем этим, действительно ли мы можем вернуться? — в шутку произнес Наоцугу.

Все остальные игроки, запертые в этом мире, должны спрашивать то же самое. Наоцугу выразил эту удушающую проблему в шутливой форме, показав тем самым свое психическое упорство и заботу о Сироэ.

— Я думал о появлении нового бога с ужасной фантазией.

— Поймать нас в ловушку подобным образом — жестоко. И правда, перевернуть весь мир с ног на голову — это такой вид развлечения?

— Да, давай не будем рассчитывать на то, что сможем вернуться так скоро.

— Твой способ принять ситуацию кажется жестоким.

— Только самоубийцы будут проявлять сострадание, когда знают, что происходит.

— Что и следовало ожидать от тактика Дебоширов.

Наоцугу ответил снисходительно, затем покачал головой и серьезно проговорил:

— Верно, сейчас нельзя ни на что рассчитывать. Таким образом, следуя сюжету фэнтези романа, мы должны выжить, полагаясь на собственные силы?

Пусть его это не радовало, Сироэ кивнул и согласился с вопросами Наоцугу. Согласно тому, что помнил Сироэ, он сделал все как обычно, жил обычной жизнью, принял ванну, зашел в Elder Tales и сражался с монстрами вместе с новичками-близнецами, перед тем как его сознание отключилось.

Все, что он делал, было таким, как и всегда, но его насильно заперли в этой ловушке.

Это могло быть связано с некоторыми внешними факторами, или он допустил какую-то ошибку, но Сироэ не мог все выяснить.

Возможно, существует какой-то выход из этой ситуации и альтернативного мира, но Сироэ не знал, какой именно.

Иными словами, будь то поиск пути назад или возвращение к старому миру при помощи какого-то неизвестного внешнего механизма, они должны жить здесь, пока это не произойдет.

— Мы могли бы проснуться в нашем старом мире, если умрем тут, но я не советовал бы делать это. Воспринимай все так же, как «займ миллиарда долларов у ростовщиков, потому что думаешь, что Земля может взорваться!».

— Явно не лучшее решение. Если смерть здесь понимается как настоящая, то это будет затратно.

— Правильно.

— Но тактик Сиро, если мы просто хотим выжить, проблем не должно возникнуть, верно?

— Разве?

— Мы 90 уровня, так? Было бы тяжело, если бы нам пришлось исследовать сложную зону, но нам не составит труда просто выживать, верно? У нас есть деньги, у нас есть снаряжение... Мое немного устарело, но оно по-прежнему исправно, поэтому не должно быть никаких проблем, так?

Elder Tales была РПГ, в которой использовалась уровневая система. Сироэ и Наоцугу оба достигли 90 уровня, бывшим в этом мире раньше максимальным.

Но это не так важно, поскольку около половины игроков получили 90 уровень.

Elder Tales имела долгую историю и походила на другие онлайн-игры. Она прошла через сотни обновлений, которые привнесли в нее всевозможные игровые элементы.

Хотя Сироэ не застал тот момент, когда максимальным в Elder Tales был 50 уровень. Игроки наслаждались миром Elder Tales и качали своих персонажей до максимального уровня, требуя от разработчиков добавить больше приключений.

Для удовлетворения этих требований разработчики выпустили новый патч. Он включал в себя новых врагов, подземелья и приключения. К тому же максимальный уровень в игре увеличился, чтобы герои становились сильнее. После этого максимальный уровень меняли несколько раз, в последний раз его подняли до 90.

90 уровень стал максимальным после патча «Sacred Heart», который вышел 3 года назад. В официальном сообщении говорилось, что максимальный уровень в патче «Novasphere Pioneers» подняли до 100.

Это означало, что у игроков будет время, чтобы прокачать свой аватар Авантюриста.

Потому то, что к моменту выхода патча половина игроков почти достигли максимального уровня, не казалось странным.

— …Я так не думаю.

— Почему?

Даже в этой ситуации Наоцугу не унывал.

Сироэ восхищался его оптимизмом, так как у него самого не было такой силы духа.

Сироэ переполняло чувство тревоги. Он принимал все происходящее слишком близко к сердцу.

— Мы попали в этот альтернативный мир... Хотя мы не знаем, является ли все просто игровым миром, но нас втянули в эту ситуацию... Очень странно.

— Да? Эх, это не так... Хм?

— Проще говоря, я думаю, что нет смысла искать в альтернативном мире то, что поддается логическому объяснению. После такого странного происшествия мы не можем воспринимать все должным образом. Мы можем пострадать, но если примем это как должное, то будем в порядке.

Слова Сироэ ввели Наоцугу в ступор на некоторое время, но он попытался возразить:

— Твои слова отвратительны.

— Я считаю, что игнорировать это мы тоже не можем.

— У тебя есть свое мнение, но...

Наоцугу несколько раз сжал и разжал свой кулак. Возможно, он сомневался в надежности своего 90-уровневого тела.

— Я хочу прояснить еще кое-что, что ты мог упустить из-за шумихи… Сейчас должен быть доступен новый патч.

— «Novasphere Pioneers», верно?

— Да, это означает появление нового снаряжения, монстров, квестов и зон, так? Вероятно, они также переделают некоторые территории.

— Раз ты упомянул об этом… Все абсолютно правильно.

Сироэ отвел взгляд от Наоцугу и продолжил:

— Кажется, магия здесь работает. Но в бою использовать ее при помощи меню слишком медленно и опасно, а если вынести ее на горячую клавишу, мы сможем быстрее кастовать заклинания. В чем я убедился.

— Да, я тоже пытался сделать это, я могу использовать все выученные скиллы.

— Но это не значит, что мы можем победить в битвах.

— Разве?

— Какой у тебя рост, Наоцугу? Я имею в виду в реальной жизни?

— 183 см, как и у моего игрового персонажа.

Наоцугу почесал затылок.

— Понятно, поэтому ты не чувствуешь никакого дискомфорта. Я отличаюсь от своего персонажа в плане роста, не слишком приятное ощущение. Эх, будто носишь обувь на толстой подошве… Если длина конечностей не одинакова, это чувство еще ощутимее. Есть разница между этим телом и нашим настоящим телом, к которому мы привыкли. Пусть даже мы и можем использовать мечи или магию, мы понятия не имеем, как сражаться с их помощью.

— Ах, ты прав, это очень проблематично.

— ...И проверка меню настроек тоже вызывает сложности.

Наоцугу сделал удивленное лицо, а Сироэ продолжил:

— Мы видим экран состояния, сфокусировавшись на своем лбу. Если мы создаем партию, то должны иметь возможность видеть HP друга друга, но сделать это во время боя будет сложно. Мне подобное не помешает, но для Наоцугу, который сражается, будет сложно отслеживать меню настроек во время боя с врагами.

— Ты считаешь, что в сражении возникнут трудности?

— Я думаю, что не стоит забывать об этом.

Он не объяснил Наоцугу подробно, но его точка зрения тоже имела значение. Вы могли бы расширить свою точку зрения, если бы играли по ту сторону монитора и смотрели на вещи под более широким углом. Но в настоящее время они могли видеть только под углом 120 градусов перед ними.

Возьмите троллей и гигантов в качестве примера. Борьба этих огромных врагов создаст слепые зоны там, где их прежде не было. В сражениях возникали тонны проблем.

— Что-нибудь еще?

— Кроме того…

— Это так сложно сказать?

Сироэ сам удивился тому, насколько обеспокоенно вздохнул.

Честно говоря, вопросы о битвах и разнице игрового окружения были обычными. Несмотря на то, что это будет проблематично и немного сложно, Сироэ думал, что они справятся.

То, что он хотел сказать, давило на Сироэ. Он пытался выиграть время, чтобы подготовить себя, рассказывая о не слишком важных вещах.

— В чем дело, знаменитый тактик?

Хотя Наоцугу и назвал его так, Сироэ не годился в тактики.

Сироэ мог высказать свои мысли вслух, раз рядом находился Наоцугу, но думал он обо всем про себя.

Из-за внимания к мелким деталям в Чайных Дебоширах он получил прозвище «тактик». Сироэ много рассуждал, поэтому взял на себя обязанности по планированию и координации сражений.

— ...Японский сервер Elder Tales насчитывает 1 200 000 зарегистрированных персонажей и 100 000 постоянных игроков.

— Хммм? Это верно.

Для игроков как Сироэ такие цифры имели здравый смысл.

— Сегодня выход нового патча, поэтому сейчас в Интернете больше людей, чем обычно. По соотношению людей онлайн в моем списке друзей я могу прикинуть, что в сети примерно 30 000 пользователей. Наверное, именно так и есть... Этот альтернативный мир насчитывает 30 000 японцев, но я не уверен насчет Северо-Американского, Европейского или Китайского серверов.

Наоцугу кивнул в знак согласия.

— Значит, здесь находятся 30 000 человек...

Сироэ намеренно не использовал слово «игроки».

— И у нас нет никаких законов или правительства.

3

Наоцугу и Сироэ направились в город.

Они попытались обсудить дальнейшее, но им не хватало информации для разговора, поэтому прийти к какому-то определенному выводу не удалось. Сейчас им следовало сосредоточиться на получении информации.

Мудрое решение для тех, кто находился в Elder Tales, но они сомневались в том, что оно стоило того.

Чтобы не рисковать, Наоцугу и Сироэ сформировали партию.

Партии были способом взаимодействия людей и означали боевую команду. В отличие от гильдий, партии представляли собой временные группы, которые позволяли проверить HP и статус друг друга, если вы входили в нее. Люди могли говорить друг другу расстояние и направление, находясь в одной зоне.

Акиба была мирной зоной.

Если бы вы сражались здесь, вне зависимости от вашего оппонента — NPC или нормального игрока — городские стражники устремляются к дерущимся и отправляют виновного в тюрьму. Если виновный атакует стражника, его казнят на месте.

Здесь присутствовало много персонажей, которые не управлялись игроками в Elder Tales. Это были NPC игровой системы, известные в этом мире как Люди Земли.

Они в основном работали лавочниками, продавая всякую всячину, или помогали с основами, например, при регистрации гильдии. Они также изображали пешеходов на улицах, которые взаимодействовали с игроками путем предоставления информации или заданий.

Раз уровень всех стражников превышал 100, игроки не могли противостоять им.

Монстры не появлялись в городе. По логике Elder Tales он считался самой безопасной областью этого мира.

Влажный ветер, гуляющий по городу, подарил ощущение лета, когда они выбрались из заброшенного здания. В воздухе витал запах грязи, трава и листья качались на ветру.

Этот пейзаж казался слишком реалистичным, заставляя Сироэ выбросить из головы мысль «мы находимся в игре». Существование этого мира ощущалось очень сильно. Чувство присутствия в альтернативном мире становилось прочнее — это не походило на игру.

Повернув на улицу, они дошли до главной дороги с 4 полосами движения. На углу располагалось высокотехнологичное здание из композитных материалов, напоминающее мемориал. Если вы пойдете прямо по главной дороге Акибы, то дойдете до городской площади перед метро. Все разрушенные или поросшие виноградными лозами здания постепенно сменялись гигантскими вековыми деревьями.

Все это отличалось от настоящей Акибы, высокотехнологичного города, сделанного из стекла и стали.

Красочные вывески и броские украшения сломались либо перекосились, повиснув на деревьях рядом с серебряными листьями.

Дороги полностью покрылись грязью, а проблески асфальтового покрытия проглядывались только на главных дорогах. Переулки из-за грязи и мха походили на тропы в парке.

Гибридные автомобили, брошенные с древних времен, поросли травой и стали местом обитания мелких животных.

Увиденное могло показаться грустным, но была в нем и красота, как в дорожном пейзаже. Оно не казалось стандартным видом красоты, но заброшенные здания, украшенные множеством природных красок, полнились жизненной силой.

Игроки и NPC заняли эти руины как свои дома и построили киоски и магазины возле дороги, напоминая базар. Этот был все тот же родной город Сироэ в Elder Tales.

Будь то обычная Elder Tales, то перед городской площадью собралось бы много игроков, а люди бы открывали магазины и продавали вещи другим игрокам. Другие бы убивали время, ожидая своих друзей для похода в рейд. Здесь бы кипела жизнь.

Но сейчас это место наполняла суматоха, хаос и полное разочарование.

Сироэ мог видеть здесь, по крайней мере, несколько сотен игроков.

Не только это, окружающие руины и узкие переулки, которые не были видны с площади... он чувствовал взгляды людей, стоящих на изношенных высокоскоростных рельсах.

Все присутствующие здесь надеялись на появление спасителя.

Игровые представители могли появиться в этом месте, объявив: «В этом заключается ивент, разве не впечатляюще?». Наверное, они собрались здесь, надеясь на нечто подобное.

Даже игроки, имеющие такие причудливые надежды, потеряли бдительность и разговаривали с другими. Уровень шума, который он слышал, оказался ниже, чем он ожидал услышать от такой толпы.

Всюду стояли небольшие группы людей. Кто-то обеспокоенно озирался по сторонам, кто-то рыдал, а кто-то сыпал проклятиями.

Возможно, подсознательно они поняли, что случится может что угодно. Но толпа не собиралась делать нечто, что могло бы вывести Сироэ из себя.

(Они планируют тут сидеть вечно? Правда? Вау, я заметил чей-то взгляд!)

Сироэ от удивления повернулся.

Пара грустных глаз смотрела на него с мольбой о помощи.

Сироэ не считал себя психически слабым, но он не хотел подвергнуться испытанию, смотря в эти помутневшие глаза.

И...

(...Это раздражает.)

Просто сидя на корточках, они казались парализованными.

Ничего не делая, только жалуясь раздраженному Сироэ. Он мог сопереживать им, но вид нескольких сотен подавленных игроков не шли на пользу их психологическому здоровью.

Сироэ случайно смог принять меры, после того как справился со своим унынием, и он взял себя в руки после встречи с Наоцугу. Он ничем не отличался от игроков, которые сидели и ждали спасения, и Сироэ понял это. Возможно, тут крылась причина его столь сильного раздражения.

— Сироэ? Это Сиро-боян? — прозвучал женский голос.

Пусть и не слишком громко, но в этой тихой и депрессивной атмосфере добрый звонкий голос привлек много внимания.

Сироэ в удивлении повернулся в поисках источника звука.

— Мари-нэ, Мари-нэ. Это было слишком громко. Это… слишком заметно!

— Все происходящее напоминает похоронную процессию. В чем проблема?

Рука Мариэль толкнула Сироэ. Женщина, которая игнорировала его слова и продолжала говорить, была женщиной-игроком Мариэль, известной как Мари-нэ.

— Ты пришел вовремя! Я как раз искала тебя, Сиро-бо.

— …Э, могу я узнать, зачем?

— Ва-а-а-ау, какая прекрасная леди! Сиро, где ты прятал эту горячую цыпочку? Ты, любитель трусиков.

— Пожалуйста, не используй слово «трусики» сейчас, Наоцугу.

Втроем они медленно покинули городскую площадь и зашли в неприметный переулок. Они не остались не потому, что сделали что-то плохое, просто атмосфера в городе действовала на них удручающе. И они разговаривали с Мариэль, более знаменитой, чем Сироэ, поэтому им следовало опасаться своего окружения.

— Какой ты нетерпеливый мальчик, Сиро-бо, раз привел меня в такое место.

— Это не то, что мне нужно.

— Значит, ты нашел себе девушку. Как быстро...

— Дело не в этом. Извини, извини. Ах, это Наоцугу.

— Я Наоцугу, друг Сиро… Как я могу к вам обращаться?

— Я Мариэль, можешь звать меня Мариэ или Мари-нэ. Вау-вау, Наоцугу-ян тоже привлекательный! Вы, ребята, команда?

Мариэль мягко рассмеялась. Хотя Сироэ и наблюдал за ней, пытаясь найти скрытый смысл, улыбающееся лицо ни на что плохое не намекало. Она с трудом что-то скрывала, потому имела в виду то, что говорила.

Мариэль, тепло улыбавшаяся, несмотря на ситуацию, в которой они оказались, была Жрецом.

В Elder Tales существовало 12 классов. Всем игрокам, то есть Авантюристам, нужно выбрать один из классов, чтобы начать свое приключение. Среди 3 лечащих классов у Жрецов самые сильные лечащие способности.

Целители помогают выжить, но их атаки очень слабы, класс подходит для приключений с партиями, но не в одиночку. Принцип лечащего класса заключался в том, чтобы помочь другим. Игроки, выбирающие этот класс, обычно интроверты, но Мариэль была исключением.

Одетая в длинную белую мантию целителей, с длинными зелеными волосами, она была эльфом, довольно симпатичным с виду. Выглядела она так же, как сделанный ею персонаж в Elder Tales. Так как это игровой мир, все игроки были красавчиками и красавицами, но особый шарм некоторых игроков вызывал доброжелательность у других.

В Elder Tales, где имелась функция голосового чата, это становилось еще более очевидным. Мариэль, которая родилась в Осаке, обладала приветливым голосом и всегда была готова помочь, многие игроки знали ее. Вместо популярности у противоположным пола она пользовалась популярностью среди всех из-за ее открытого стиля.

Мариэль не будет вести как избалованная девушка, пользующаяся известностью среди людей обоих полов. Сироэ принадлежал к игрокам-ветеранам, поэтому знал много людей. Но Мариэль отличалась от Сироэ, она любила помогать другим и имела широкую сеть друзей.

Она была гильд-мастером Альянса Полумесяца, в котором насчитывалось порядка десятка членов или около того. Она часто устраивала вечеринки в пабе Акибы, потому ее хорошо знали в Elder Tales.

— У тебя такой мрачный вид.

— …Э, все нормально.

(Я правда выгляжу так мрачно?)

Сироэ волновался.

Измениться в лице было бы нормальным в этой ситуации, но он думал о том, как черты его лица в реального мире будут отражаться на теле этого мира.

В реальном мире Сироэ описывали как человека со «злыми глазами». Он не носил контактные линзы, чтобы не выглядеть еще страшнее.

В Elder Tales, ставшей реальностью, слыша от других о своей мрачности, Сироэ задумался над тем, что они заметили его злые глаза, характерные для реального мира, поэтому он немного злился.

(Но Мари-нэ тоже... )

Глядя на Мариэль, можно заметить разницу между ней и обычными лесными эльфами.

— В любом случае я тоже не хочу быть мрачной и понимаю, что ты чувствуешь. С меня хватит, это настолько смешно, что я схожу с ума.

Яркие светло-карие глаза, черты эльфа с намеком на аристократичность, слегка густые брови и большой рот, который тепло улыбался. Из-за ее лица вы могли бы сказать, что она добрая и теплая. Так Мариэль и выглядела.

Сироэ никогда лично не видел ее, но он чувствовал, что «Ахах. Это определенно Мари-нэ».

— Что за взгляд? Хм-м-м-м, возможно, ты думаешь, что это не мой стиль, да?

Мариэль нежно коснулась пальцем лба Сироэ.

— Моя шутливая натура — мое хобби, но мои шутки сейчас проявление эскапизма[1]. Я правда очень обеспокоена.

— Она всегда такая, Сиро?

— Да, она всегда такая.

— А если она прямо сейчас притворяется?

— Я не вижу разницы.

Слова Мариэль удивили Наоцугу, но он стал понимать ее личность. Мариэль громко рассмеялась над высказыванием Наоцугу о ней, но взгляды Сироэ и Наоцугу заставили ее остановиться.

— Да, хм-м-м… Ситуация плачевная.

— Да... Хочешь обменяться информацией?

— Отлично, с чего начнем? Нет, я помню, хм-м-м, давайте будем осторожны и поговорим в моем месте. Вы не возражаете, Наоцугу-ян?

Мариэль пригласила их к себе в зал гильдии.

Они могли расслабиться там, поэтому трио обошло отель Fulleger и направилось в сторону здания гильдии.

Здание гильдии являлось объектом, доступным во всех городах, и они, как правило, размещали другие объекты, образуя многоцелевую мегаструктуру.

В Акибе само здание гильдии было зоной с несколькими NPC, работающими в вестибюле. Они относились к персоналу здания гильдии. Вы можете сформировать гильдию, зайдя к ним. Игроки могут присоединиться или покинуть гильдию, поговорив с ними и пройдя административный процесс.

Здесь также находился филиал банка. Все в этом игровом мире имели банковский счет, используемый для хранения денег или различных предметов.

Аренда зала гильдии была другой важной функцией здания гильдии. Залы гильдий — независимые зоны среднего размера, примерно от 3 до 10 комнат жилого пространства использовались в качестве офиса.

Некоторые зоны в Elder Tales доступны для продажи, и игроки могли покупать и владеть ими. Они могли установить разрешения для купленной зоны, чтобы открыть доступ конкретным игрокам и изменить интерьер зоны на свой вкус, поэтому многие игроки также покупали маленькие и средние земли в качестве своих владений.

Несмотря на покупку земли, сверх цены нужно платить и за содержание. Плата составляет 0,2% в месяц от стоимости земли, поэтому только игроки с определенным уровнем дохода могли позволить себе такую покупку.

Вот что представляет собой зал гильдии — зона, арендуемая гильдиями. Достаточно крупные гильдии снимали зал гильдии в здании гильдии. Таким образом, предметы, ингредиенты и созданные предметы могут храниться здесь для дальнейшего сбора и использования согильдийцами.

Альянс Полумесяца как раз был гильдией со своим помещением в этом здании гильдии.

Сироэ и Наоцугу поднялись по лестнице на 2 этаж.

Пройдя через двойные двери, они зарегистрировались как посетители и зашли в зал гильдии Альянса Полумесяца.

Залы гильдий в Акибе были выполнены в стиле ретро. Даже если это и основной стиль, причиной тому пол и обои, создающие такое ощущение.

Вы можете украсить зону, которую арендуете или покупаете, как вам захочется. Зал гильдии Альянса Полумесяца был тщательно вычищен ее членами, что сделало его уютным.

Стены сделаны из деревянных фанер, что вызывало знакомое теплое чувство.

— Мы не будем беспокоить других людей, не так ли?

Сказав это, Мариэль двинулась дальше в зал гильдии.

4

— Входите. Ах, не нужно стоять, присаживайтесь. Пожалуйста, присаживайся, Наоцугу-ян.

Зайдя в комнату в глубине зала гильдии, Мариэль плюхнулась на диван с кучей розовых подушек и предложила присесть Сироэ и Наоцугу.

— Очень женственная комната.

— Точно. Я же гильд-мастер, поэтому моя комната должна подчеркивать достоинства гильд-мастера.

Розовые подушки, плюшевые мишки, кровать принцессы, портрет благородной собаки и шторы с желтыми кружевами. У Сироэ все это никак не вязалось со словом «достоинство». Ему казалось, будто он сходит с ума, находясь в подобном месте.

Он бы не чувствовал себя так, если бы видел это все на экране монитора, но сейчас он мог почувствовать атмосферу этого места по-настоящему.

Он ощущал беспокойство, словно незваный гость в частной комнате. К счастью, это определенно комната Мариэль. Будь то частная комната любой другой девушки, Сироэ бы точно ушел.

Несмотря на кричащую обстановку, комната гильд-мастера была очень просторной, 5-6 комнат использовались под склад и мастерскую. Арендная плата за подобный зал гильдии очень высока.

(Хм-м-м, 40 000 с содержанием 80… примерная цена, верно?)

Сироэ подсчитывал про себя. Его впервые пригласили в этот зал гильдии.

— Как ты справляешься с этим, Мари-нэ?

— Онлайн 19 человек, включая меня, 18 из нас в Акибе. Все боятся и не покидают зал гильдии… Ах, не беспокойся ты так, они не услышат нас, если мы не будем сильно шуметь.

Наверное, Мариэль была готова к подобному, поскольку ответила Сироэ очень спокойно.

18 в Акибе, значит, 1 находился в другой зоне. После расспросов Сироэ узнал, что один из членов гильдии уехал в другой город по поручению.

— Мы узнали, что Сибуя, Минами, Сусукино и Накасу оказались в такой же ситуации.

Выходит, все 5 городов на сервере Акиба в одинаковом положении. Мариэль должна была убедиться в этом, используя свою широкую сеть друзей.

— Может ли это означать…

— Верно, ворота для перемещения между городами перестали работать, мы оказались в изоляции.

Мариэль ответила на вопросы Наоцугу, эта информация оказалась новой.

Акиба, Сибуя, Минами, Сусукино и Накасу.

Эти 5 мест — главные игровые города на Японском сервере. Кроме них существовало множество городов, наполненных магазинами и NPC, но эта пятерка — лидеры по части разнообразия доступных услуг.

Они создавались в качестве стартовых после обновления игры с выходом патчей. Всем игрокам Японского сервера предстояло выбрать 1 из 5 городов, чтобы начать играть.

Имелись ворота для перемещения, которые позволяли мгновенно перемещаться между этими 5 городами... Но сейчас они не работали.

— Значит, добраться в Сибую все еще возможно, но попасть в другие города будет сложно.

— Даже если мы отправимся в Сибую, сколько нам идти? Мы должны пройти 7-8 зон, чтобы добраться туда?

— Самое короткое расстояние 4 зоны, — небрежно ответил Сироэ.

Выход из строя ворот между городами стало основной проблемой.

В Elder Tales, которая была с уклоном в фэнтези, Авантюристы использовали лошадей как средства передвижения или ходили пешком. Но с реализацией проекта «Half-Gaia», который создал этот мир вполовину масштаба, подобные путешествия стали очень долгими. Для решения этой проблемы в игре в качестве альтернативы существовали Кольца Фей и ворота для перемещения между городами.

Эти ворота установлены в городах игроков, позволяя мгновенно телепортироваться в любой из 5 городов. Но поскольку ворота сейчас не работали, стало крайне сложно связаться с отдаленными городами.

К примеру, до Сусукино по карте Японии от Акибы будет как до Саппоро... От Токио до Сусукино вам нужно пройти огромное количество зон, что займет около недели в игре.

Имелось в виду игровое время, но игровое и реальное время теперь должны совпадать.

— Как думаете… почему все сложилось именно так?

Сироэ и остальные могли ответить только молчанием.

Увидев удрученный вид Мариэль, Сироэ очень хотел ответить на этот вопрос, но он просто не мог.

— Не унывай, сестренка… Все очень серьезно, но могло быть и хуже.

— Разве?..

Наоцугу продолжил разговор с расстроенной Мариэль:

— Пусть мы оказались в ловушке в этом альтернативном мире, здесь должны присутствовать десятки тысяч японцев, верно? В том числе сотни тысяч игроков за рубежом. Столько людей оказались в такой же ситуации, значит, все не так плохо, не так ли? У нас есть общий язык, деньги, и мы все еще можем говорить в этом зале, после того как оказались в этом мире. Разве не лучшее доказательство? Я еще не убедился, но наша выносливость, кажется, повышается в зависимости от состояния нашего характера. Мы можем использовать мечи и волшебство. Иными словами, нам дали возможность выжить в этом мире. По сравнению с классическими фэнтези романами, где герои путешествуют по альтернативному миру, нам повезло гораздо больше. Можно даже сказать, что это пара пустяков.

Наоцугу сильно ее приободрил.

— Тебе это знакомо, Наоцугу?

— Я в норме, я немного читал об этом в школе.

Несмотря на всю бессмысленность вопроса, Наоцугу впечатлил Сироэ. Это много значило. Сироэ привык видеть вещи в пессимистичном свете, поэтому не заметил, что все не так плохо.

— Да… Ты прав!

Мариэль, казалось, чувствовала то же самое.

Она с благодарностью посмотрела на Наоцугу и внезапно обняла его.

— Да! Ты прав, Наоцугу-ян! Впечатляюще! Я так тронута, ты спас меня!

— Подожди, хм-м-м? Что с ней?

Наоцугу попытался вырваться из объятий Мариэль, но та не обратила на это внимание и нежно обняла его.

— Мариэ? У тебя посетители?

Девушка в очках постучала, прежде чем войти. Ей было неловко смотреть на Мариэль и Наоцугу.

— Извини за вторжение, Генриетта-сан.

— Привет, Сироэ-сама. Мне зайти позже?

— Я надеялся, что ты сможешь остановить ее.

— Поняла. Действительно… Эй, Мариэ! Прекрати вести себя так постыдно!

Девушку, вошедшую по просьбе Сироэ, звали Генриетта. Она занималась счетами гильдии. Оттащив Мариэль за плечи, она отчитала ее.

— Вау! Генриетта! Я столько всего выслушала, Наоцугу-ян прав! Он произнес потрясающую речь!

— Я не об этом спрашиваю! Сейчас сложный период, опиши ситуацию!

Видя покрасневшее и замученное лицо Наоцугу и общение Мариэль и Генриетты, Сироэ засмеялся.

Генриетта являлась одной из основателей Альянса Полумесяца и состояла в хороших отношениях с Сироэ.

Она была Бардом, отвечающим за финансы гильдии. Ответственный персонаж. Раз они оба носили очки, Сироэ чувствовал некую схожесть между ними. Но глядя на Генриетту в альтернативном мире, он понял, что так считал только он.

Ее красивый стиль, с волнистыми светлыми волосами, овальным лицом и пронзительными каштановыми глазами, напоминал секретаря. Офисная одежда подчеркивала зрелость и изящную красоту, что очень ей шло.

Сироэ же был просто аспирантом, который любил играть. Когда их глаза встретились, Сироэ почувствовал, что ему с ней не справиться.

После того как к ним присоединилась Генриетта, они вчетвером говорили о том, что узнали, и подводили итоги... Прошла половина дня, а они до сих пор не смогли разобраться в происходящем.

— Что нам теперь делать…

— Я думаю, нужно связаться по телепатии с нашими товарищами, чтобы избежать путаницы, — спокойным тоном предложила Генриетта, и Сироэ согласился.

Не надо забегать далеко вперед, просто делать то, что сейчас возможно, или их поглотит страх происходящего вокруг. Так считал Сироэ.

— Это правильно, Мариэ. Сироэ-сама и Наоцугу-сама оба сказали много полезного. К счастью, у нас есть зал гильдии для ночлега… Может быть немного тесно, но я думаю, что всем пока лучше спать здесь.

— Верно.

Разговор Генриетты и Мариэль заставил Наоцугу вздрогнуть.

— Что случилось, Наоцугу?

— Ничего, просто все так неожиданно. Я не знаю, что делать.

Наоцугу быстро стал отнекиваться, когда услышал вопрос Сироэ. Он всегда грязно шутит, но, кажется, не может отбивать прямые атаки.

— Наоцугу-ян не может устоять перед грудью? Хочешь потрогать?

Наоцугу опустил глаза из-за слов Мариэль, хотя все же заглянул. В конце концов, грудь является воплощением надежд и желаний мужчины.

(К тому же Мари-нэ красива и с большой грудью, я могу понять.)

Сироэ мысленно согласился.

Он издевался над Мариэль, когда они впервые встретились. Но Сироэ настаивал на том, чтобы продвинуть их отношения дальше «А? А как насчет этих 2 комочков жира? Они тяжелые, пожалуйста, забери их».

Не было никакой необходимости подчеркивать это, просто Сироэ старался быть тщеславным.

Elder Tales тогда была просто игрой, поэтому возможность дразнить появлялась только во время разговора, пока на экране показывались их персонажи, стоящие рядом. Мариэль перестала так дразнить Сироэ совсем недавно, вероятно, ей это надоело.

— Почему сестричка ведет себя так вызывающе? Это пугает.

— Мариэ — выпускница школы для девочек, и в Осаке люди становятся такими в подобном окружении… Мариэ?! Пусть это и игра, но сейчас сложный период, держи себя в руках!

Мариэль выслушала лекцию Генриетты с удрученным видом. То, что она спокойно принимала критику в свой адрес, даже будучи гильд-мастером, относилось к хорошим чертам Мариэль.

Сироэ не присоединился ни к одной гильдии и не доверял системе гильдии, но это не означало, что ему не нравились игроки в них.

Прошло несколько лет после того, как он начал ненавидеть гильдии. Он не мог переступить это, но сейчас готов был принять.

Он объединялся в партии с Мариэль и Генриеттой. Мариэль с ее широкой сетью друзей так же неоднократно помогала Сироэ. Если Сироэ не ошибается, то веселая Мариэль, которая любит помогать другим, будет держаться подальше от Сироэ, который боялся личных отношений, показывая свою озабоченность.

(Мари-нэ взрослая, но она отличается от Наоцугу.)

Она не делала этого, чтобы получить благосклонность Сироэ или чтобы наладить их взаимовыгодные отношения. Благословение, которое пришло с личностью Мариэль и ее доброй натурой, было дано не только Сироэ, но и тем, кто ее окружал. Так думал Сироэ.

(Но этот тип отношений… напрягает. Ах, да, Наоцугу похож на меня, поэтому они так хорошо поладили…)

Члены Альянса Полумесяца, возможно, собрались здесь из-за восхищения перед Мариэль. Забота почти о 20 согильдийцах накладывала большую ответственность.

Именно потому, что Мариэль — честный и добрый игрок, Сироэ решил детально объяснить задуманное им.

Во время своего объяснения он рассказал Мариэль о проблемах, которые могут возникнуть в ходе битв, и озвучил возникшие вопросы. Она нахмурилась, когда услышала, сколько людей на сервере и о конфликте, который может возникнуть между игроками.

— Понятно... Ты прав. Выслушав тебя, я думаю, что это очень возможно. Кроме случаев с применением насилия могут быть и мошенничества, и проделки.

В отличие от Сироэ, которому нужно заботиться только о себе, на Мариэль лежала защита своих товарищей, ко всему прочему она была женщиной.

— Это правильно! Послушай его, сестренка! Не делай этого снова, у тебя же должен быть здравый смысл, не будь такой дурочкой!

— Вау! Ты прав! У меня большая грудь, но маленький мозг! Но мы же только что познакомились, разве нужно быть таким грубым, Наоцугу-ян? Наоцугу-ян раздражает. Идиот! Идиот!

— Нет, Наоцугу-ян высказал свое мнение. Тебе нужно избавиться от привычки обнимать всех еще со старшей школы.

— Это не имеет значения, верно? Генриетта, все равно твое настоящее имя Умеко!

— Эх-х! Я же говорила тебе не использовать его!

По тому, как общались Генриетта и Мариэль, можно было предположить, что они знакомы в реальной жизни. Сироэ сомневался о серьезности увлекшей их темы. У него начала болеть голова.

— Действительно, давайте игнорировать эту глупую девицу… Что ж, мы не можем разобраться в сложившейся ситуации так быстро…

— Я думаю, что не стоит себя так настраивать, — ответил Сироэ Генриетте.

— Разве мы можем что-то с этим сделать…

Произнеся это, Мариэль нахмурилась, давая понять, что не согласна. Хотя Сироэ и сочувствовал ей, он уже думал об этом. Вот поэтому им нужно сейчас обменяться информацией.

Имеющейся информации не хватало.

Среди всего, что они могли бы сделать, приоритетным стал сбор информации, но этим явно будут заниматься не все.

Мариэль не походила на Сироэ и Наоцугу, как гильд-мастер она должна была защитить много людей. Но в то же время у нее имелось больше возможностей.

С виду гильдии могут казаться одинаковыми, но их структура очень отличается.

У каждой гильдии свои цели, деятельность и масштаб, их организация отличается друг от друга.

С точки зрения содержания деятельности, примером могут служить боевые гильдии. Сражения — одна из форм развлечений в Elder Tales, а этот вид гильдии существовал для поддержки согильдийцев в боях. Они участвовали в рейдах в открытом мире или в подземельях. Авантюристы присоединялись к этим гильдиям, поскольку так было удобнее образовывать партии и сражаться в команде. Так как согильдийцы знали друг друга, упрощалось приглашение друг друга в партии, а их командная работа стала бы слаженнее.

На Японском сервере Акиба была самый большим городом с самый высоким числом игроков. Самыми известными боевыми гильдиями здесь были Рыцари Черного Меча, Честность, ДДД и Бригада Западного Ветра.

Производственные гильдии относились к другому типу гильдий. Помимо боевых способностей основных классов, в Elder Tales существовали и различные виды подклассов. Игроки, которые выбирали производственный класс, могли, как ремесленники, делать предметы. Уровни основного класса и подкласса разделялись. Вы можете одновременно прокачивать оба, но были и те, кто полагался только на навыки подкласса, чтобы заниматься бизнесом в городе.

Такие игроки присоединялись к крупномасштабным производственным гильдиям. Поскольку гильдии производили достаточное количество ингредиентов, а также использовали склад, им было выгоднее иметь большое количество людей. В Акибе известными производственными гильдиями были Океанические Системы и Фирма Родрика.

Альянс Полумесяца Мариэль являлся небольшой поддерживающей Авантюристов гильдией. Эти гильдии помогают и в битве, и в производстве, гильдия, в которой помогают друг другу и своим участникам достичь своей цели. Поскольку у них нет какой-то конкретной специализации, их участники не получают особой выгоды, но в них подкупали теплота и миролюбивая атмосфера. Большая часть маленьких гильдий относятся к стилю поддержки Авантюристов.

Альянс Полумесяца пользовался небольшой популярностью в этой группе гильдий.

Отсутствовала высокая известность и влиятельность, как у ведущих боевых гильдий, доход и масштаб сильно уступали производственным гильдиям, но поддержка среднеуровневых игроков и гибкость в производстве вещей помогли добиться признания от других игроков.

— В любом случае, я думаю, что мы должны защитить себя.

— Правильно. Из того, что я увидел, стало ясно, что здесь много девушек, так?

Генриетта кивнула в ответ на слова Сироэ и Наоцугу. Хотя бои ограничивались в городской зоне, не было никаких сообщений о том, что может произойти. И не было никакой возможности проверить, работают ли эти ограничения сейчас.

(Нам также следует позже выяснить это.)

Сироэ добавил новую страницу в свой мысленный блокнот.

— Кроме того, я думаю, что вам следует забрать с рынка те предметы, которые вы выставили на продажу.

— Хм-м-м? Рынок? Почему?

— Ха-а, потому что.

Рынком здесь называются услуги, предоставляемые NPC в главных городах. Игроки могут внести свои товары с помощью специальных NPC и установить цену для их продажи.

Хотя игроки, как правило, торгуют между собой, если они имеют какие-либо лишние специально созданные продукты или ингредиенты, рынок становится очень удобной функцией.

— У Альянса Полумесяца должно быть много ресурсов, так? Я думаю, что у членов гильдии выставлено много предметов для продажи на рынке. Даже если еще слишком рано, цена может очень измениться, у предметов могли появиться новые характеристики или новые способы их использования. Если вы хотите сэкономить деньги, я думаю, лучше не продавать те предметы, которые у вас есть.

— Да, поняла, ты прав.

— Кроме того, мы больше не можем проверять вещи онлайн.

Мариэль и Генриетта с серьезным видом закивали головами.

Когда Elder Tales все еще была игрой, Сироэ и остальные могли путешествовать по сети, сидя перед монитором и играя, и это считалось обычным способом игры.

Elder Tales была огромным и невероятным игровым комплексом, количество информации в игре не мог освоить никакой одиночный игрок.

К надежным инструментам, помогающим игрокам, относились онлайн-руководства.

Карты и особенности каждой зоны, как добраться до определенной территории, где должен появиться монстр, предметы, где и какого NPC вы можете встретить и так далее.

Использование этой информации во время игры в Elder Tales было обычным делом.

Хотя онлайн-руководства не всегда точны, в них все еще описываются популярные зоны или эффективные пути прокачки.

В них также упоминались «места, от которых следует держаться подальше».

— Мы подошли к обмену информацией, которая будет важна в будущем. Все помнят, что сегодня выходит новый патч, да?

— «Novasphere Pioneers», верно?

— Да, нам нужна информация не только о новых зонах… но и о старых, как и о городе.

— Это верно…

Затем все четверо стали рисовать карту с Акибой в центре, основываясь на своих воспоминаниях.

Пусть японский сервер и насчитывал десятки тысяч зон. Они также включали в себя все гостиничные номера, небольшие руины и арендуемое игроками пространство, как этот зал гильдии.

«Полевые зоны», включающие лес, холмы, опустевший пригород и развалины, а также «зоны подземелий», чуть меньшего размера и включающие подземные метро или гигантские постройки. Но эти зоны насчитывались тысячами, даже Сироэ не мог быть уверен в том, что четко помнит их все.

Но Сироэ все еще оставался игроком-ветераном с 8-летним опытом, его знания Elder Tales превосходили остальных игроков. Наоцугу отсутствовал некоторое время, но у него все еще завалялись знания о ранних зонах. Они оба сравнили свои воспоминания с Мариэль и Генриеттой и нарисовали пригодную, но несовершенную карту того, как связаны зоны.

Записывая все зоны и соединяя их линиями, группа Сироэ составила список, включающий сотни названий зон, окружающих Акибу.

Хотя они могли и не изучать все зоны, это все же лучше, чем ничего.

— Спасибо, Сиро-бо и Наоцугу-ян.

— В конце концов, я все это время был под твоим присмотром.

— Ничего страшного.

— Вы очень помогли, я знаю, Сиро-бо — хороший ребенок.

Мариэль лучезарно улыбнулась Сироэ.

(Улыбка Мари-нэ… прекрасна. Неважно, устал я или разочарован, она по-прежнему прекрасна… Я надеюсь, что смогу быть похожим на нее.)

— Так или иначе я не могу оставить Мари-нэ одну.

Хотя Сироэ думал, что сделал все возможное, его слова не могли передать его чувства.

— Что? Даже Сиро-бо говорит такое, это конец. Я обречена быть безмозглой, глупой женщиной, что же мне делать, Генриетта?

— Может, постараешься обуздать свой игривый нрав?

Сироэ в спешке отвел взгляд.

— Хочешь прикоснуться к моей груди? Хочешь?

Мариэль пыталась привлечь Наоцугу, заметив, что Сироэ игнорирует ее. Наоцугу, не сказав ни слова, постучал по ее голове.

— Ты... ты ударил меня?

Сироэ думал, что реакция Мариэль призывала скрыть ее смущение, но Наоцугу, казалось, непредусмотрительно собирался сделать то же самое. Было интересно наблюдать за тем, как Наоцугу остановил ее.

— Разве ты не можешь отвечать за свои действия, ты трусливая девушка!

— Не говори трусливая! И что с тобой такое, Наоцугу-ян? Моя грудь так плохо смотрится? Ты обращаешься со мной как со старухой?

— Не совсем уверен, но ты и «старуха»? Мы же примерно одного возраста, да?

Наоцугу прошептал Генриетте год своего рождения, она кивнула.

— Мариэ старше тебя на 3 года.

— Так я словно старуха… второсортный продукт, который оставили на полке, поэтому Наоцугу-ян превратился в плохого парня и выступает против меня? Моя бедная грудь уже воспринимается как сморщенный пудинг…

Мариэль спустила ноги с дивана, выражая свое недовольство.

(Она все еще одержима этим в такой ситуации, Мари-нэ заслуживает моего уважения не только поэтому.)

Она была такой энергичной в первый же день заточения здесь, возможно, такова природа Мариэль. Сироэ потерял дар речи.

Но Наоцугу стал гладить ее по голове, видя, что Мариэль впадает в истерику. Со стороны выглядело так, будто кто-то гладит большую собаку, но Мариэль начала успокаиваться.

— Пора уходить, мы и так немного задержались… Мы еще понаблюдаем за ситуацией снаружи.

Сообщив свои намерения обиженной Мариэль и серьезной Генриетте, Сироэ встал.

— Да, нам пора… простите за вторжение!

После трагедии прошло уже полдня, кто-то из людей мог собраться с силами и сразиться с монстрами один или два раза.

Сироэ и Наоцугу попрощались с двумя, сидевшими на диване.

— Прошу прощение за не слишком гостеприимное поведение, — вежливо сказала Генриетта, в это время Мариэль перестала болтать ногами, встала и посмотрела прямо на Сироэ и Наоцугу.

— Сиро-бо и Наоцугу-ян… возможно, не самое подходящее время, чтобы говорить это, но, может, вы решите для своего удобства… Может, вы присоединитесь к нам… присоединитесь к Альянсу Полумесяца?

Мариэль произнесла это нерешительно, что совсем на нее не походило.

— Я знаю, что тебе некомфортно находиться в гильдии, Сиро-бо. Но при нынешнем состоянии дел я думаю, что будет полезнее вступить в гильдию. Я думаю, что Наоцугу-ян тоже не состоит в ней… Поэтому я хочу спросить.

Ее обеспокоенное выражение лица сменилось на иное, которое ясно давало понять, что она хочет убедить их остаться.

По ее голосу становилось ясно, что она не хотела сделать гильдию сильнее, используя Сироэ и Наоцугу, она делала это из добрых побуждений.

— Наша гильдия очень спокойная и не будет вас обременять, ладно? Мы не будем делать ничего такого, что раздражает Сиро-бо. Кто-то из присутствующей здесь молодежи уже покорял вместе подземелья, верно? Такие, как метро Синсюку или коммерческое здание Накасу. Я не знаю, почему Сиро-бо еще не присоединился ни к одной гильдии, но чувствую, что наш Альянс Полумесяца… комфортное место для вступления. Что вы оба об этом думаете?..

Мариэль сомневалась в том, как следует оценивать молчание Сироэ, и подкрепила свои словами жестами. Ее гладкие зеленые волосы покачивались на белой мантии целителя. Сироэ казалось, что так она показывает свое беспокойство.

— ...

Наоцугу молча посмотрел на Сироэ.

В его глазах читалось: «Все зависит от тебя. Остаться здесь или продолжить свободно путешествовать — решать тебе». Он передал это Сироэ.

Сироэ больше не был учеником средней школы.

Даже если ему казалось, что его снова будут использовать как инструмент, он мог перебороть это. Но чувство, которое он не мог описать, мешало ему принять решение.

— Извини, Мари-нэ, но я пока не могу.

— Вот, значит, как… да, тогда это не поможет.

На секунду на лице Мариэль отразилось сожаление, но затем она снова улыбнулась. Ее улыбка была приветливой, как подсолнух, даря Сироэ надежду на спасение.

Если бы они могли вернуться в реальный мир каким-нибудь чудесным образом или в силу определенных обстоятельств…

Если бы Сироэ прошел мимо Мариэль на улице, он бы точно узнал ее.

Ее мантия целителя и густые волосы были лишь 3D-моделью Elder Tales. Но улыбка Мариэль принадлежала только Мариэль, никто не мог ее подделать.

Это не та улыбка, которую смог бы воспроизвести игровой движок.

— Просто скажи, если тебе что-то понадобится, мы будем рады помочь.

— Угу, просто найди меня, если вам понадобится надежный охранник.

— Хорошо, Сиро-бо, Наоцугу-ян, спасибо вам обоим. Свяжитесь со мной, если вам что-нибудь будет нужно.

Сироэ помахал им обеим на прощание. Он надеялся стать таким же сильным, как Мариэль.

Примечания

1. ↑ Эскапизм — индивидуалистическо-примиренческое стремление личности уйти от действительности в мир иллюзий, фантазий.

1

…4 дня спустя.

Прошло уже 4 дня с тех пор, как они странным образом оказались в альтернативном мире.

После прощания с Мариэль Сироэ и Наоцугу отправились в путешествие по Акибе в поисках информации.

Разумеется, каждый день они узнавали что-то новое.

Они поняли одну простую вещь — они все еще испытывали голод.

Сироэ почти заметил, что что-то не так, когда они попрощались с Мариэль. Но волнение и страх от происходящего взяли верх над голодом, поэтому они продолжили искать информацию до тех пор, пока их ноги не стали неметь от усталости. Наступила ночь, но Сироэ и Наоцугу так и не почувствовали, что голодны.

В конце концов, еще до заката они проголодались и отправились на рынок, чтобы купить еду. Сироэ и Наоцугу отнесли ее в заброшенное здание, где встретились ранее, чтобы насладиться нездоровым «ужином, плавно переходящим в завтрак»… Но их ждало большое разочарование.

Сироэ купил жареного цыпленка с апельсиновым и томатным соусом, шоколадный торт и зеленый чай. Наоцугу — пиццу с морепродуктами, запеченный картофель с беконом, салат цезарь и апельсиновый сок.

Звучит затратно, но они оба были игроками 90 уровня, у которых хватало денег для покупки любого количества игровой еды. Она казалась яркой, свежей, роскошной и великолепной.

Но вкус у нее был одинаковый.

По словам Наоцугу, на вкус она напоминала «сырые, несоленые крекеры». Сироэ не мог не согласиться с этим.

Напитки различались по цвету, но вкусом походили на воду из-под крана.

Они были такими отвратительными, что вы бы просто выплюнули все, хоть там и не содержалось яда. После еды чувствовалось насыщение, значит, они на самом деле съели пищу, но Сироэ и Наоцугу обошлись бы без подобного опыта.

Они не знали, как реагировать, поскольку еда была не настолько отвратительна, чтобы заставить сыпать проклятиями. Вы бы помрачнели, если бы съели больше. По ощущениям вы словно теряете надежду. Отвратительно в самом плохом смысле.

Парни разузнали еще кое-что о той еде, которую купили.

То, что они съели, приготовили игроки, а NPC продавали от их имени.

Кроме основных классов, в Elder Tales существовало большое количество подклассов. Еду готовили с помощью навыка готовки, или же этим занимался Повар — один из подклассов.

Подклассы не зависели от основных классов, так, например, Поваром мог быть Самурай или Чародей.

Эти Повара могли создать еду Сироэ и Наоцугу, которая соответствовала бы их уровню Повара, но с готовкой в Elder Tales проблем не возникало.

Стоя на кухне, нужно выбрать ингредиенты из игрового меню и ввести нужную команду. Пищевые ингредиенты могут быть получены с разных территорий. Вы можете получить мясо от монстров или собрать его в подземельях. А на полях можно выращивать растения.

Базовые ингредиенты можно купить у NPC или у других игроков на рынке.

В любом случае, вы можете выбрать из списка еду, которую хотите приготовить, используя команду по выбору ингредиентов. После выбора желаемого блюда нужно подождать 10 секунд, прежде чем ингредиенты исчезнут и превратятся в готовый продукт.

Вероятно, проблема крылась в этом упрощенном процессе?

Сироэ и Наоцугу пришли к такому выводу.

Они также обнаружили, что ингредиенты сами по себе на вкус свежие.

Апельсины и яблоки — нежные и сочные, свежепойманная рыба пахла как обычно, соль и сахар, купленные у NPC, естественно, на вкус соленые и сладкие.

Но продукты, приготовленные из этих ингредиентов вкусом походили на «безвкусные сырые крекеры».

Этот процесс обязателен в этом игровом мире, и парни никак не могли это изменить. Еще они не могли подделывать ингредиенты. Если попытаться сварить ингредиенты, они превратятся в странную пасту.

У Сироэ и Наоцугу не оставалось другого выбора, кроме как посыпать еду солью и продолжить есть. Хотя отвратность никуда не делась, но это лучше, чем жевать воск.

Кроме голода возникала необходимость принять ванну, что подтвердилось очень быстро. Поскольку Сироэ и Наоцугу были парнями, у них не появлялось проблем с тем, чтобы сделать это на улице.

Но им бы очень хотелось, чтобы у них имелась туалетная бумага.

Сироэ услышал, как Наоцугу пробормотал «девушкам это дается сложнее», но предпочел бы этого не слышать.

Как бы Сироэ ни думал, но с некоторыми вещами ничего нельзя было сделать.

Они заметили, что не могут не спать.

В отличие от реально мира, здесь Сироэ обладал большой выносливостью. Его 90-уровневое тело имело хорошие физические показатели даже для атакующего магического класса, и все эти числа сказывались на его теле.

Но усталость и сонливость — 2 разные вещи, и Сироэ с Наоцугу слишком хотели спать после такого долгого путешествия.

Они добрались до отеля, сдаваемой в аренду зоны, и зарегистрировались там для проживания. Раньше они не использовали эту функцию — пока Elder Tales была просто игрой, они могли разлогиниться на любой улице Акибы. Они исчезали из игрового мира, если не играли. Но теперь игроки больше не могли этого сделать.

А раз сейчас они все еще находились в игре во время сна, им требовалось физическое место для отдыха… И они не вернулись в настоящий мир, когда проснулись.

Обсуждая свое возвращение в реальный мир, они заметили одну вещь.

Вы возрождаетесь, если умираете в мире Elder Tales. Игроки, которые умерли, возрождаются в соборе через некоторое время.

Если игровой механизм все еще работает, игроки потеряют часть своего опыта и золото, когда умрут, но Сироэ и Наоцугу еще не сталкивались с этим, поэтому не могли быть полностью уверенными.

Раз они могли возродиться после смерти, значит, они не исчезнут, если умрут в этом игровом мире. С одной стороны, это хорошая новость, но тогда выходит, что надежда на возвращение в реальный мир после смерти рухнула.

Еда и смерть.

Благодаря этим двум естественным принципам выживания они пришли к выводу, что этот мир противоречив и запутан.

На первый взгляд, он казался точной копией Elder Tales. Сироэ и Наоцугу, у которых сохранились их игровые способности и деньги, жили в игровом мире, где свободно разгуливали монстры. Но игра оставалась игрой, и она не могла быть воспроизведена в альтернативном мире. По сравнению с реальным миром, где все безоговорочно подчинялось законам, этот мир был несовершенным и полным лазеек, как показалось Сироэ.

Наглядным примером служила еда. Жареная рыба, приготовленная из рыбы и соли, не имела привкуса соли или рыбы, с виду жареная рыба, но вкусом как у сырых крекеров.

Но если вы посолите эту рыбу, у нее появится привкус соли. Если солить еду, она приобретает привкус соли, но если создавать еду с солью, у нее не будет этого привкуса.

Сироэ и Наоцугу пытались жарить рыбу на костре, но, несмотря на их попытки, она не становилась похожа на привычную жареную рыбу, а превращалась в таинственную черную пасту.

То же самое происходило со сном и пользованием ванной.

Для игры эти функции были необходимы.

Но в этом мире Elder Tales, ставшим реальностью, они уставали, и им приходилось спать.

Неважно, думаете вы об этом или нет, но с этим миром явно было что-то не так.

Поскольку это мир, здесь должны существовать законы. Но основывались ли они на Elder Tales или подчинялись странной физике альтернативного мира, парни не могли сказать.

А может, произошло странное объединение их обоих, превращая этот мир в хаотичный и загадочный.

Множество вещей они изучили за эти 4 дня.

На второй день в альтернативном мире...

Сироэ и Наоцугу решили отправиться в полевую зону Акибы. Они направились к прилежащей зоне, которая находилась как раз рядом с территорией за городскими воротами, Лесной Архивной Башне.

Поскольку Лесная Архивная Башня располагалась совсем недалеко от стартового города Акибы, у нее был низкий уровень сложности. Зоны, расположенные вокруг 5 главных городов рассчитывались на низкоуровневых игроков, чтобы облегчить им тренировки. Высокоуровневые монстры скрывались в таких зонах, как далекие холмы, на очень большом расстоянии от городской зоны. В Elder Tales все об этом знали.

Она представляла собой обычную полевую зону с руинами, по которой бродили монстры 20 уровня. Подобно заброшенным зданиям в Акибе, руины здесь скрывались за лозами и растениями-паразитами.

По названию можно догадаться, что Лесная Архивная Башня — зона с множеством книжных магазинов, библиотек и исследовательских лабораторий, которые связаны с несколькими подземельями. Враги здесь слабые, выпадающие с них предметы включали в себя «Свитки Навыка Секретного Уровня», очень популярными среди новеньких Авантюристов.

Сироэ и Наоцугу были игроками 90 уровня с хорошим снаряжением и быстрой реакцией, поэтому они бы не получили никаких очков опыта, сколько бы монстров не убили, и все из-за разницы в уровне. Они просто пришли в зону для новичков, чтобы поупражняться в сражении в Elder Tales в относительно безопасной обстановке.

Битва прошла не так, как они ожидали.

Это произошло не из-за того, что враги слишком сильны. Очки здоровья гоблинов и серых волков падали до нуля от ударов меча Наоцугу. Даже Сироэ, который был Чародеем со слабыми атаками в игре, мог убивать их с одного удара.

В этом заключалась разница уровней между ними.

Но победа над врагами не означает того, что вам будет легко с ними драться. Когда Сироэ в первый раз увидел, как серые волки и гоблины атакуют ржавыми, забрызганными кровью топорами, он испугался и чуть не сдался.

Его дыхание участилось в 10 раз. Даже если он вдыхал много воздуха, ему казалось, что он задыхается, от этого сузилось его поле зрения. Вражеские атаки не причиняли ему вреда… Если бы Сироэ не убедил себя, возможно, он бы сбежал.

И он убедился в этом спустя некоторое время.

У Сироэ на 90 уровне было 8000 HP, в то время как Наоцугу, чей класс Защитник обладал сильной защитой, имел 13000 HP. Атаки гоблинов наносили единичный урон.

Пусть они яростно кричали и замахивались своими топорами со всей силы, их удары ощущались как удары школьника.

Сироэ и Наоцугу остыли после осознания этого факта.

Они без труда вернули себе самообладание, но битва легче не стала.

Законы физики реального мира, на которые они полагались, объединились со странными правилами Elder Tales. Парни видели эти эффекты везде.

Сражаясь в Elder Tales в партии, как Сироэ и Наоцугу, вы бы брали информацию об уровне HP в меню настроек и выбирали подходящую тактику, направляя друг друга почти подсознательно.

Стали бы другие враги нападать, пока вы деретесь с врагами, которые стоят перед вами?

Стал бы враг объединяться с другими монстрами или вызывать подкрепление?

Какой враг был приоритетной целью?

Какого врага вы сейчас будете держать в страхе и вынесете потом?

Различные детали, подобные этим, являлись важными элементами боя, которые могли повлиять на его исход.

Но в такой обстановке сложно проверять даже HP друг друга. Уровень HP появлялся, если фокусироваться на своем лбу, но, сражаясь в опасном месте с мусором повсюду, крайне сложно запомнить все эти числа.

Сироэ, будучи магом, мог какое-то время наблюдать за полем боя со стороны. Но Защитник Наоцугу был вынужден сражаться с врагами, чтобы защитить своих союзников, и это лишало его возможности оценивать обстановку, вынуждая биться практически вслепую.

— Это оказалось сложнее, чем я думал.

Наоцугу вздохнул, доев мясную булочку на обед. Враги были слабыми, поэтому не стоило беспокоиться из-за уровня HP. Но это придется сделать во время борьбы с врагами того же уровня.

Вкус еды оставался отвратительным, хоть она готовилась как эта булочка с мясом. Сироэ и Наоцугу обсуждали детали сражения, поедая безвкусную еду, которая им уже порядком надоела.

Они оба не обучались боевым искусствам.

Поскольку они были новичками, у них отсутствовало представление о том, как контролировать свои эмоции и страх во время боя, и они очень сомневались, что смогут этому так просто научиться в настоящих поединках.

Но они понимали, что в будущем столкнутся с серьезными проблемами, раз уж их смогли напугать 20-уровневые миньоны. Elder Tales была приключенческой игрой в стиле фэнтези, где удовольствие, в основном, получают от сражений с монстрами. Если этот мир походил на Elder Tales или же это был сам мир Elder Tales, чтобы выжить здесь, придется сражаться.

К счастью, их тела оказались сильнее, чем они ожидали.

Благодаря своему высокому уровню они не чувствовали усталости и могли восстановиться, отдохнув от сражения или путешествия несколько минут. Сироэ и Наоцугу проводили дни в поле, а по вечерам сидели в пабе или встречались с людьми, которых знали. Они разговаривали с игроками, которые оказались в той же ситуации, и старались узнать любые новости.

Все эти 4 дня Акиба казалась мирной.

Не происходило ничего такого, чего так опасался Сироэ.

Возможно, появление безвкусной еды и возможность возрождаться частично вернули ощущение безопасности.

Но по-прежнему происходили случаи, которые нельзя было проигнорировать.

Во-первых, на рынке стало продаваться меньше товаров.

Большинство игроков пришли к тому же выводу, что и Сироэ, и забрали продаваемые товары обратно.

Товары, которые остались в продаже на рынке, принадлежали игроками, отсутствующим в сети, но даже их скоро распродадут.

Ходили слухи, что ведущие гильдии прекратили свои поставки, поэтому продаваемые товары начали набирать популярность. В сложившейся ситуации игроки с производственным подклассом перестали работать.

Другим эффектом стали кампании по привлечению людей в гильдии. Или игроки сами начинали вступать в них.

Люди — существа, которые ищут утешение в числах. Множество свободных от гильдии игроков решили присоединиться к одной из гильдий после всего случившегося.

О том, к какой гильдии присоединился игрок, можно было узнать, посмотрев его статус в меню настроек. Но это сложно сделать, находясь внутри игры.

Поэтому Сироэ мог судить только по числу увиденных им игроков, но он чувствовал, что соло-игроков стало меньше.

Сироэ и Наоцугу, будучи 90 уровня, получали много приглашений, просто прогуливаясь по улицам.

Но оба их отклоняли.

Если не брать во внимание Сироэ, у Наоцугу отсутствовали причины отказывать им. На вопрос Сироэ по этому поводу Наоцугу ответил:

— Знакомство с товарищами — результат, а не причина. Нужно бесстрашно идти вперед и заводить друзей в сражениях.

Чайные Дебоширы являлись не гильдией, а объединением игроков. Для них обоих эта группа была целой историей, а гильдии лишь пустым названием.

И они оба даже не думали о присоединении к гильдии для своей собственной безопасности, столкнувшись с такой опасной и запутанной ситуацией.

Но большинство игроков думали не так, как Наоцугу и Сироэ, и считали, что на гильдии можно положиться.

Близнецы, которым Сироэ помогал в тот день, когда все произошло, тоже присоединились к гильдии. Он мельком видел их на улице, они были в безопасности, и это позволило Сироэ вздохнуть с облегчением.

Игроки, не состоявшие в гильдиях, хотели вступить в них для того, чтобы чувствовать себя защищенными. Множество гильдий стали разворачивать целые кампании в ответ на подобные запросы. Некоторые состояли из игроков, не вступивших в гильдии, но существовали и маленькие или знаменитые ведущие гильдии, которые искали определенных игроков.

Сироэ не понимал, зачем гильдиям нужно расширяться, пока Мариэль не объяснила этого. Это было связано с тем, чтобы сделать пребывание в Акибе комфортным.

После случившегося некоторые игроки стали считать, будто они попали в альтернативный мир, что казалось Сироэ разумным.

Но игроки гораздо более разочаровались сложившимся состоянием дел, чем того ожидал Сироэ. Благодаря этим эмоциям люди и собирались вместе, образовывая гильдии с мыслью «Кто не с нами, тот против нас».

Они могли доверять своим гильд-мастерам, но не остальным. Проявление естественной защитной реакции на жизнь во враждебной среде.

Но такая атмосфера лишь подчеркивала разногласия между гильдиями. Поскольку Акиба была мирной зоной, они не атаковали друг друга. Если бы кто-то попытался атаковать, обокрасть или похитить кого-то, сразу же бы появились стражники и незамедлительно арестовали бы игрока.

Но резкие слова и запугивание не судились бы строго. Существовало множество способов обойти ограничения боевых действий, чтобы запугивать остальных, а в частности, игроков, застрявших в этом мире.

Маленькие гильдии чаще всего становились жертвами подобных нападок. Мариэль старалась улыбаться, пытаясь скрыть обеспокоенное выражение лица, когда говорила об этом.

Сироэ получил очень важную информацию касательно зон во время обсуждения с Мариэль. Он, как обычно, открыл меню настроек и увидел незнакомую вкладку, относящуюся к гильдиям.

Он не знал ее, но видел прежде.

Во вкладке отражалась вся информация о зоне, в которой вы находитесь: «Японский сервер/Акиба/Городская зона — Нет монстров/Ограниченная от сражений зона/Ограничение входа (Нет)/Ограничение выхода(Нет)».

Сироэ, Мариэль и Наоцугу разговаривали на маленькой улочке. Эта была краткая информация об этой зоне и Акибе, которая не вызывала сложностей.

Проблема заключалась в следующей строке.

«Эта зона не принадлежит никому из игроков или гильдии. Цена 700 миллионов золотом. Ежемесячное обслуживание 1,2 миллиона. Купить? (Да/Нет)»

Это строка появлялась при покупке маленького заброшенного дома, гостиничной комнаты или зала гильдии, каким владел Альянс Полумесяца.

Но город Акиба сейчас содержался за счет торговли, хотя для этого нужны астрономические денежные суммы.

Наоцугу и Мариэль сначала подумали, что Сироэ шутит, когда сказал это, но они были шокированы, когда все проверили сами.

Сироэ был высокоуровневым игроком-ветераном, богаче остальных. На его банковском счете находилось примерно 50 000 золотом. Поэтому он не сомневался, что у одного игрока никак не могло быть 700 миллионов.

Но если бы ведущая гильдия затратила все свои ресурсы… но даже тогда это кажется невозможным… это возможно, только если они соберут все свои деньги.

Если кто-то преуспеет в покупке улиц Акибы, покупатель сможет настроить здесь функцию входа и выхода, запретив людям или гильдиям, которые ненавидит, заходить сюда… им вообще может быть воспрещен вход в город.

Члены Альянса Полумесяца провели расследование под руководством Мариэль и выяснили, что эти строки появляются почти во всех зонах.

Другими словами, будь то город, поле или подземелья — все зоны открыты для продажи, исключениями служили только места, у которых уже есть владелец… как, например, у зала гильдии Альянса Полумесяца. В этом случае владельцу доступна еще одна функция, прекращающая их собственность в предмет землевладения.

На четвертый день после случившегося...

Группа Сироэ решила, что кампания по расширению ведущих гильдий была направлена не только на увеличение численности гильдий.

2

На утро 5 дня Сироэ и Наоцугу покинули отель и отправились на рынок, чтобы купить продуктов на день. Наоцугу выглядел удрученным и едва волочил ноги всю дорогу.

— Что-то случилось?

— Ничего. Я расстраиваюсь, когда начинаю думать об этой отвратительной еде, которую нам приходиться есть.

Сироэ мог только посочувствовать ему. Он думал, что был гурманом, и его диетой в реальном мире не стоит гордиться. Но Сироэ понял, насколько вкусная еда в реальном мире.

(Жареный цыпленок, которого готовили в сети забегаловок быстрого питания… такой вкусный. Тарелка рамена за 68 йен и якисоба тоже ничуть не хуже. Они поистине настоящий деликатес.)

А еще, конечно, красный чай, кофе и газировка.

Все напитки на вкус, как вода из под крана, которую невозможно пить. Они сделаны из ингредиентов, которые в любом случае содержали воду.

Ну, вода на вкус как вода. Она казалась им проточной из-за их языков, но это всего лишь обычная вода.

Она все еще оставалась водой после добавления различных ингредиентов, и это напоминало жульничество.

— …Думаю, нам придется питаться только этим.

— Да, ты прав. Но мне кажется, что даже в тюрьме нас кормили бы лучше. Я видел однажды по ТВ спецвыпуск о тюрьме Абасири, еда там выглядела неплохо.

— Ага.

Сироэ подумал об этом сразу же после слов Наоцугу.

Он учился в государственной школе до поступления в старшую школу. Обеды, подаваемые там, не являлись произведениями кулинарного искусства, но они были гораздо лучше сырых крекеров этого мира.

— Меня кое-что удивляет.

— Что именно?

— Это комната пыток, в которой бог заставляет нас есть пресную еду?

А может, так и есть? Сироэ думал об этом, но ведь нельзя отбрасывать такую версию. Это может звучать нелепо, но сейчас они сами находились в нелепой ситуации, потому не могли воспринимать все происходящее в виде шутки.

— Если так, тогда этот бог отлично разбирается в пытках.

— Я угадал, да? Заставляет нас есть эту ядовитую еду, которая вызывает рвоту с кровью, верно? Такое ощущение, будто дьявол силой заставляет тебя есть.

Сироэ пытался вспомнить круг ада в буддизме, где встречается похожее наказание.

— Но наше нынешнее положение совсем не такое. Эта еда должна быть питательной, а не отравленной. Вкус пресный, но ты можешь ее есть. Можно спокойно есть. Но вкус не изменится, и мы так и будем продолжать падать духом… Самое ужасное издевательство, да?

— Вот поэтому я и сказал, что оно напоминает пытку… Но у бога отвратительный вкус по части пыток.

В то время пока Сироэ и Наоцугу болтали...

Щурх

Вслед за звуком на асфальт возле их ног упал камешек.

Сироэ посмотрел наверх и увидел трехэтажное здание, использовавшееся в качестве магазина, которое, казалось, вот-вот развалится. Возле входа стоял высокий мужчина.

— Это Акацки-сан.

Черные волосы и черная одежда, тонкие черты лица. Мужчина не снял маску, закрывающую рот, но по глазам становилось ясно, что он узнал Сироэ.

— Знакомый?

— Да, это Акацки-сан, Ассасин.

Сироэ направился ему навстречу, после того как представил его Наоцугу.

Сироэ познакомился с очень молчаливым Акацки год назад.

В том возрасте тот предпочитал общаться при помощи текста, несмотря на распространенность голосового чата, но это помогло ему создать атмосферу Ассасина.

Многие игроки как Акацки очень вживались в роль. Сироэ считал их игроками, которым больше нравилась атмосфера игры.

Когда Elder Tales была просто игрой, Акацки вел себя не как «игрок, который управляет персонажем Акацки», а как Акацки — «житель Elder Tales», чьи слова и действия лишь подтверждали это.

Это просто еще один способ наслаждаться игрой, и было бы грубо называть такой стиль притворством, поэтому его никто не мог осуждать.

Сироэ думал об Акацки, как о грамотном игроке. Молчаливый, он не беспокоил других и не делал одолжений. Полная противоположность Мариэль.

Он прекрасно справлялся со своими обязанностями в партии и не забывал о товарищах. Забота значила больше, чем слова поощрения, поэтому он являлся важным в то время и в таком возрасте.

Немаловажным считалось отсутствие неловкости в его молчании.

В такой тихой атмосфере можно почувствовать себя неловко, но Сироэ ощущал, в некотором роде, родство. В сражении бок о бок не появлялось никакого дискомфорта. Сироэ не казалось, что они в полной тишине. Они словно общались без слов.

Взять, к примеру, их помощь друг другу, когда они состояли в команде.

Любые незначительные взаимодействия в перерывах между битвами были «разговорами», наполненными заботой и поддержкой.

Сироэ впечатляли его навыками Ассасина, когда они играли вместе.

— В чем дело, Акацки-сан?

Акацки кивнул и вошел в разрушенное здание. Оно представлялось не отдельной зоной, а дополнением полевой зоны.

По приглашению парни зашли в слабо освещенные руины.

— Кто он, Сиро?

— Акацки-сан очень грамотный ролевой игрок. Возможно, он тоже очень расстроен из-за сложившейся ситуации.

Наоцугу спросил тихо, поэтому Сироэ ответил на его вопрос мягким тоном.

Они больше не могли видеть Акацки, вероятно, он направился в другой конец здания. Это очень отличалось от обычного поведении Акацки.

Сироэ чувствовал запах мокрого песка. Утреннее солнце светило сквозь дыры в частично разрушенных стенах и маленькие окна, освещая комнату.

Это был магазин и отчасти ресторан. Просторный и не прибранный, кругом валялась мебель.

Акацки повернулся, озабоченно и обвиняющее посмотрев на Наоцугу.

— Акацки-сан, это Наоцугу, Защитник и мой старый надежный друг, ему можно доверять.

— Я Наоцугу, рад знакомству! Неважно, скрытый ты извращенец или открытый, надеюсь, мы подружимся!

Увидев взгляд Акацки, Сироэ тут же представил ему Наоцугу.

Тот поздоровался в своей обычной манере. Хотя Сироэ казалось, что ему не стоит так делать с людьми, которых он только встретил, Акацки казался слишком расстроенным, чтобы реагировать на выходку Наоцугу.

(Разве Акацки-сан был раньше таким напряженным?)

Сироэ размышлял об этом в угнетающей тишине.

(Я помню его очень гибким игроком, который любит сражения…)

— Я искал тебя, — после небольшой паузы едва различимым женским голосом произнес Акацки.

— У тебя есть ко мне дело?

Акацки выглядел очень взволнованным. Он сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем взял себя в руки и сказал:

— Я хочу, чтобы ты продал мне Зелье Изменения Внешности.

Он говорил тихо, но его слова можно было расслышать. Они заставили Сироэ напрячь память. Ему понадобилось время, чтобы понять, что Акацки имел в виду.

Зелье Изменения Внешности.

Редкий предмет, который давался за участие в одном из ивентов Elder Tales. Сироэ вспомнил о промо-ивенте для привлечения большего числа игроков, и этот предмет служил наградой за участие. Промо-ивент транслировался в интернете, но его содержание было недоработанным, простой голос заурядной актрисы давал интервью для рекламы своей песни. Ивент провалился, поэтому разработчики сделали вид, будто ничего не произошло.

Поскольку игра имела 20-летнюю историю, проводилось множество ивентов, которые можно назвать глупыми. Редкие предметы, которые давались за них, отличались разнообразием.

Персонажи, которые представляют игроков в игре, выбираются в самом начале.

8 рас, 12 классов, имя, пол, а также рост, строение тела, прическа, цвет волос и глаз — все это регулируется. Строение тела настраивается при помощи десятка параметров, таких как обхват груди, длина ног, талия и ширина плеч. Раз внешний вид и тело не влияют на боевые способности, большинство игроков подгоняют персонажей под свою настоящую внешность.

Зелье Изменения Внешности позволяет изменить внешность своего персонажа точно так же, как вы меняете имя. Как уже говорилось, внешность не влияет на боевые способности, поэтому этот предмет использовался ради развлечения. Он был очень редким и выпадал в том провалившемся ивенте, что послужило хорошим способом разнообразить игру.

До этого момента.

— Ака... Ака... Акацки-сан, не может быть…

Акацки сердито посмотрел на Сироэ.

— Ты девушка?

Она кивнула, несмотря на взгляд профессионального убийцы.

Ее женственный голос звучал как у девушки, которая изо всех сил старалась скрыть это. В этом мире, где стало невозможно общаться при помощи клавиатуры, она больше не могла скрывать свой пол.

— Вот так сюрприз.

Наоцугу, стоявший рядом с Сироэ, тоже замер от шока.

3

Сироэ забрал Зелье Изменения Внешности из банковского хранилища и вернулся в разрушенное здание. Взяв оранжевое зелье, Акацки вздохнула с облегчением.

— Подождите немного, пожалуйста.

Проговорив, она исчезла в глубине магазина.

Но она не пошла в другую комнату. Акацки, похоже, оставила свои вещи за ширмой, отделяющей кухню.

(Как беспечно, она же не живет здесь, верно?)

Несмотря на то, что Сироэ думал так, он не хотел этого показывать.

— Эй… Ты в порядке?..

— Не волнуйся обо… Х-х-х!

— Что случилось?

— Это очень болезненное зелье.

Акацки быстро выпила зелье. Сироэ мог видеть оранжевый свет того же цвета, что и оно, блеснувший сквозь ширму. Казалось, Акацки агонизировала, когда отвечала на вопрос Сироэ, но то, что случилось потом, заставило его побледнеть.

Ему показалось, будто он услышал, как сломались пополам несколько палочек для еды. Крик вышел таким жутким, что вам явно не захотелось бы узнать, что же такое могло его вызвать.

(Эй, подождите-ка!)

— У-у-у... Гх-х…

Обеспокоенный Сироэ хотел проверить, все ли с Акацки в порядке, но его ноги словно вросли в пол. Стоны явно принадлежали женщине, а точнее — молодой девушке.

Но даже несмотря на них, Сироэ не осмелился заглянуть за ширму, чтобы не увидеть ее голой.

Неудивительно, что Акацки не использовала голосовой чат.

Если бы она это сделала, все бы узнали, что она девушка, и это бы осложнило ее игру в качестве Ассасина.

Сироэ наконец-то все понял.

— У нее тоже полно проблем. — Наоцугу вздохнул и смахнул пыль со стула. Сироэ тоже удивлялся.

Но это возможный сценарий развития событий. В играх, где активно использовался голосовой чат, игроки, чьи персонажи другого пола, хоть и встречались редко, их слышали другие.

С точки зрения онлайн-игр, Elder Tales была традиционной и сложной игрой, рассчитанной на заядлых игроков. Хотя игрой наслаждались представители обоих полов, согласно статьям, которые Сироэ видел в журналах, девушки предпочитали играть в обычные игры.

По приблизительным подсчетам Сироэ соотношение мужчин и женщин в Elder Tales равнялось 7 к 3.

Акацки хорошо разбиралась в игровом управлении и любила сражаться, поэтому Сироэ даже вообразить не мог, что она девушка.

— Теперь все хорошо… прими мою благодарность.

Молодая девушка ростом примерно 150см с длинными распущенными волосами вышла из-за ширмы. Она была красивой юной леди, какой Сироэ себе и представлял, слыша ее голос.

Одежда болталась на ней, из-за того что она стала на 30см ниже. Она выглядела словно ребенок в отцовской одежде. Ее белые лодыжки и тонкие пальцы торчали из штанов и рукавов, которые ей пришлось закатать, что делало ее похожей на маленького милого зверька.

— Вау, а она горячая штучка, — прошептал Наоцугу, приоткрыв рот.

Сироэ полностью с ним согласился.

Основной внешний вид и прическа в этом мире, похоже, соответствовали настройкам Elder Tales. Но в свете последних событий игроки приобрели черты своих настоящих лиц.

В этом мире Сироэ был полуальвом — смесью расы людей и древней расы альвов. Благодаря основным настройкам он обладал худым телом и повышенным любопытством. Увидев свое отражение в зеркале, которое висело в номере отеля, Сироэ понял, что черты лица напоминают его лицо в реальном мире. Злые глаза-бусинки смотрели на него прямо из зеркала, что его немного огорчило.

Ту же теорию можно применить и к Акацки. В отличие от Сироэ, Акацки была человеком.

Ее лицо определенно принадлежало красивой молодой девушке.

Большие черные глаза, белое овальное лицо и брови, которые выглядели так, словно их нарисовали кистью.

Но новое тело Акацки и правда отличалось миниатюрностью, она даже не доставала до плеч Сироэ и, скорее всего, не достигала и 150см.

Игроки могли менять параметры внешности своих персонажей… включая тело и лицо Авантюриста. Персонаж Акацки был очень высоким, выше нынешней Акацки более чем на 30 см.

Сироэ испытывал неудобства при ходьбе даже с разницей в росте, которая составляла всего несколько сантиметров. Вероятно, Акацки чувствовала себя в разы хуже, чем Сироэ.

— Наверное, тяжело тебе пришлось.

Сироэ застыл от шока, он не ожидал, что Акацки окажется такой красивой.

Единственным, кто нарушил эту атмосферу, стал Наоцугу.

— Я забираю свои слова назад. Раз ты не парень, то не можешь быть открытым или скрытым извращенцем. Ты та, кто носит трусики, поэтому знай свое место!

Возможно, он и был прав, но все же переборщил. Акацки не поняла, что он имел в виду, и сделала озадаченное лицо.

— Сироэ-доно, у него проблемы с головой?

— Не только… У него много странностей.

— Почему это?!

— В любом случае, он испорченный, — сказала Акацки, посмотрев на Наоцугу.

Возможно, это из-за того, что она избавилась от ограничений голосового чата.

Акацки была больше настроена на общение с другими, если сравнивать с тем временем, когда Сироэ встретил ее в игре. Но ее молчаливая натура не изменила впечатление Сироэ о ней.

(Нет, я все еще не привык к ее милому голосу.)

— Ты говоришь, что я испорченный! Разве я не могу грязно шутить, будучи порядочным человеком в обществе? Это моя главная обязанность. Но такой девушке, как ты, не понять, даже если я объясню…

Наоцугу гордо выпятил грудь. Акацки посмотрела на него и ухмыльнулась.

— Но ты неважно выглядишь, возьми это.

Он кинул фляжку, наполненную родниковой водой.

Поскольку все напитки напоминали обычную воду, Сироэ и Наоцугу сдались и купили фляжки. Они наполнили их самым дешевым напитком — родниковой водой.

— Спасибо за заботу.

Акацки выглядела удивленной, не понимая, чудак ли Наоцугу или заботливый человек. Но она взяла полную флягу и быстро осушила ее. Похоже, ее мучила жажда.

Сев поудобнее в этом магазине с отсыревшими стенами, все трое расслабились и стали болтать.

Акацки ничего не ела последние 5 дней и пряталась тут, чтобы не пересекаться с другими.

Сироэ не понимал, почему она так делала, но согласился, когда она объяснила причину.

Ее тело очень отличалось от реального, поэтому при ходьбе она чувствовала дискомфорт. Ничего бы не случилось, если бы она просто прогуливалась по улицам, но возникли бы проблемы, попади она в беду.

И шанс того, что проблемы появятся, был очень высоким.

В этом мире она не могла общаться при помощи текстовых сообщений, поэтому ей пришлось бы разговаривать, будь то поход по магазинам или общение со знакомыми. Для разговора она могла бы использовать ручку и бумагу, но это возбудило бы подозрения.

Ничего такого, если бы она говорила, будучи мужчиной с женским голосом. Но внушительный, высокий Ассасин, говорящий женским голосом, произвел бы фурор и явно привлек бы к себе внимание, что привело бы к неприятностям. Довод Акацки, вероятно, оказался правильным.

— Я вспомнила, что Сироэ-доно упоминал о том, что у него есть Зелье Изменения Внешности, когда мы играли в одной партии. Если бы оно у меня было… я бы смогла выйти из своего затруднительного положения.

— Ясно.

Наоцугу продолжил:

— Мне кажется, что тебе с самого начала нужно было играть в игру, используя это креветкообразное тело.

— Не называй меня креветкой.

Акацки свирепо посмотрела на Наоцугу.

В ее глазах виднелась сила. Она была такой еще до того, как выпила зелье, но после ее возвращения в свое настоящее тело Сироэ заметил, что ее глаза полны решимости и силы духа такой мощи, что могли бы просверлить валуны.

— Разве креветка не просто креветка?

— Испорченные люди не имеют права говорить.

Наоцугу проигнорировал грубость и продолжил дразнить ее.

Но кроме насмешек он также достал из своей сумки еду и напитки для Акацки. То, как он показывал свою доброту, раскрывало суть самого Наоцугу. Акацки тоже поняла это и остановилась, задумавшись. Она просто чувствовала себя некомфортно, впервые встретив кого-то похожего на Наоцугу.

— Играть весело, потому что ты можешь делать то, что не можешь в реальности, верно? То же самое с фэнтези и научно-фантастическими мирами. Изменение моего роста именно такой способ развлечься.

Акацки надулась и неохотно ответила.

У нее было свое мнение.

— Ах, ты права, тут ничего не поделать, — посочувствовал Наоцугу и посмотрел на нее.

— ...

— Да, тут ничего не поделать, это не вина Акацки. Я согласен с Акацки, каждый имеет право на мечту.

Наоцугу показал большой палец и улыбнулся так, будто все понял. В следующую секунду Акацки подпрыгнула и ударила его коленом в лицо.

— Не используй свое колено! Свое колено!

— Сироэ-доно, ничего страшного, если я ударю этого странного человека коленом в лицо?

— Спрашивай, прежде чем делать!

Их перепалка развеселила Сироэ.

Самое забавное заключалось в том, что эти двое на самом деле не относились друг к другу настолько плохо.

Наоцугу пожаловался «я просто хотел, чтобы она была послушным ребенком», Акацки ответила «пожалуйста, держи себя в руках». Посмеявшись какое-то время, Сироэ унял хохот и спросил Акацки:

— Чувствуешь себя лучше после возвращения в свое настоящее тело?

Та задумалась на некоторое время и серьезно ответила:

— Мужское тело классное и дальность атак выше… Но не обошлось без сложностей.

— Да? В чем проблема? — спросил Наоцугу.

Они только что познакомились, но вели себя будто старые друзья. Сироэ вспомнил, что Акацки относилась к типу людей, осторожных в личных отношениях, но, возможно, она убрала свою защиту из-за природы Наоцугу.

— Это… посещение уборной оказалось затруднительным.

Акацки опустила взгляд и ответила что-то невнятное.

(Наоцугу, если ты продолжишь так себя вести, это будет считаться сексуальным домогательством!)

— Ах, значит, у тебя был пенис!

(Не сыпь соль на рану, Наоцугу!)

— Ах, давай поговорим о чем-нибудь другом! Ты подогнала персонажа под свой реальный размер?

Сироэ задал вопрос, чтобы изменить тему и спасти несчастную и краснеющую Акацки. Для женщины она низковата.

— Да, верно.

Акацки поправила свою мешковатую одежду, серьезно ответив.

(Она так себя ведет, чтобы скрыть свое смущение, услышав в словах Наоцугу нотки сексуального домогательства.)

Но Сироэ чувствовал, что эта девушка в своих намерениях серьезнее, чем нужно, и способна пристально смотреть на человека или вещь, которую искала.

У Акацки была привычка смотреть на вещи, не отводя взгляда, возможно, она так же вела себя и в реальном мире.

Из-за этого создается впечатление, что эта миниатюрная девушка сделает все возможное, и неважно, какое задание ей поручили.

— Раз проблема с ростом решена, значит, теперь тебе будет легче ходить, да?

— Я благодарна тебе за помощь, — коротко поблагодарила Акацки.

Ее угрюмая манера речи, внезапные действия и привычка смотреть в упор.

Все это сочетается в бесшумном и профессиональном воине, которого знал Сироэ. Хотя внешне они выглядели по-разному, похоже, искренность и столь серьезное поведение являлись частью Акацки.

Сироэ чувствовал, что эта миниатюрная девушка, стоящая перед ним, медленно сливалась с «Акацки», которую он знал.

— Сколько я тебе должна? Могу я расплатиться всеми своими сбережениями?

Акацки сказала эту шокирующую фразу, внимательно посмотрев на Сироэ, как она всегда делала.

— У меня около 30 000… Прости меня за нехватку средств.

— Не нужно, не беспокойся об этом.

— Нет, нужно. Это зелье — редкий предмет с ивента, редкое сокровище, которое уже не найти. Оно, скорее всего, бесценно, 30 000 будет недостаточно.

Это верно в теории.

Даже если и так, зелье просто пылилось на складе, но никто бы не удивился, получив за него большое вознаграждение.

— ...

— ...

Но стоил ли этот предмет так много? Сироэ сомневался. В любом случае, в нем не нуждались до настоящего момента.

— Тогда, а… можешь принять его в качестве бесплатного подарка?

— Я не хочу, чтобы кто-то говорил о том, что я не могу отплатить за услугу.

Сироэ считал, что чувствует себя неуютно, глядя в эти молящие и яркие глаза. Акацки была красивой девушкой, поэтому ее взгляд обладал чудовищной силой.

— Если ты так беспокоишься, то просто используй свои трусики… Ва-а-а!

Акацки снова элегантно ударила Наоцугу коленом в лицо. Хоть он сидел на куче мусора, удар прошел под нужным углом.

— У Акацки-сан хорошая реакция.

— Эй, погоди-ка, скрытый извращенец, на чьей это ты стороне?!

— Сироэ-доно, ничего, если я пну этого странного человека в лицо?

— Разве я не велел спрашивать, прежде чем делать?!

То, как Акацки спрашивала разрешение и указывала на Наоцугу, выглядело мило и забавно, Сироэ просто не смог сдержать улыбку.

— Эх, забудь. Давай лучше обсудим цену зелья. Эй, Акацки.

— Не забудь о вежливости.

— Эти пустяки не имеют значения, креветка.

— Не называй меня креветкой. Надеюсь, имеет значение то, что я могу остаться навсегда опозоренной, если просто приму редкий предмет от Сироэ-доно.

Акацки не сдвинулась с места.

Наоцугу посмотрел на надувшуюся Акацки, повернулся к Сироэ и, не сводя с них взгляда, произнес:

— Нет, то, что ты говоришь, не играет никакой роли. В любом случае, почему бы тебе просто не остаться с нами, Акацки?

— …А?

Похоже, ее это удивило.

Она будто замерла на секунду.

— Тактик, объясни.

Этой фразой Наоцугу свалил все на Сироэ, словно объяснение входило в его обязанности.

Он забегает вперед… Несмотря на то, что Сироэ так думал, он был согласен с предложением Наоцугу.

— …Да, я думаю, что это хорошая идея.

Но думать, что «это хорошая идея» совсем не значит, что «эту идею легко объяснить». Наоцугу сказал так из хороших побуждений, но это походило на пенальти в игре, вынуждая Сироэ флиртовать с девушкой, что очень его смущало.

— …Я не хочу говорить подобное, но Акацки-сан стала миниатюрной девушкой после возвращения в свое настоящее тело, поэтому… э, твоя внешность и голос могут… доставить тебе неприятности. Немаловажно и то, что Акацки-сан не состоит ни в одной из гильдий. Не планируешь вступить в какую-нибудь?

— Поскольку Ассасины — волки-одиночки, я не состою ни в одной гильдии.

Акацки нахмурилась из-за слов Сироэ.

— Я так и думал. Мы оба свободные Авантюристы, праздник свободных трусиков.

— …Заткнись, извращенец.

— Если ты планируешь вступить в гильдию, тогда все в порядке… Но люди будут докучать тебе, если никуда не вступишь, правильно? Большие гильдии хотят увеличить свою боевую мощь, поэтому приглашают всех без разбора. Они приложат еще больше усилий, чтобы разыскать игрока женского пола.

— Это так?..

— Для охраны базы и обмена информацией… Я думаю, что неплохо было бы иметь кое-какие связи.

Акацки кивнула в знак согласия.

(Акацки-сан не слишком хорошо удается общаться с другими.)

Сироэ не считал себя слишком общительным, но от нее веяло холодом. Когда Elder Tales все еще была игрой, она показывала свою доброту безмолвными действиями. Хотя Акацки была тихой, на самом деле ей нравилось находиться с другими, но лишь немногие игроки это поняли.

Насколько знал Сироэ, как боевого специалиста Акацки знали немногие, а с ним она работала чаще всего.

В игре такой порядок вещей считался нормой. Раз это игра, наслаждаться ею можно как угодно, если это не мешало другим.

Но этот мир больше не был игрой.

Красота Акацки и ее беспечность могли принести ей серьезные проблемы.

(Не уверен, что Наоцугу все настолько продумал… тем не менее быть вместе в одной команде хорошая идея, но…)

— Разве не здорово? Ассасины прекрасно выносят людей, да? Пока мы отвлекаем монстров, она может подобраться к ним сзади и нанести смертельный удар. Великолепное комбо, выбивающее из плохих парней всю дурь, — с ухмылкой сказал Наоцугу.

(Верное толкование смысла командной работы… Но о чем он продолжает говорить?)

— Э-э, ты не возражаешь, Сироэ-доно?

— Мы будем рады, если ты присоединишься к нам. Неважно, какие трудности нас ждут впереди, работая вместе, мы будем в безопасности.

— Понятно, раз я синоби, я буду чтить Сироэ-доно как своего господина.

Слова Сироэ немного смутили Акацки, но она кивнула, посмотрев на него своим уникальным пронзительным взглядом, который казался всегда сосредоточенным.

(Синоби? Господин? Разве Акацки не Ассасин?)

Несмотря на сомнительность, Сироэ по-прежнему считал это хорошей идеей.

— Мой господин спас меня от страшной участи оставаться мужчиной, поэтому я должна работать, чтобы отплатить тебе. Вот, что значит возвращение долга. Как твой синоби, отныне я буду защищать тебя.

Пока Акацки говорила, ее глаза забегали, что совсем на нее не походило. Наоцугу, не беспокоясь из-за опухшего носа, широко улыбнулся Сироэ.

— Решено, теперь мы команда. Добро пожаловать в партию, креветка.

— Замолчи, идиот!

— Мы уникальное трио, пожалуйста, относись ко мне хорошо.

Находясь в этом разрушенном здании магазина, они чокнулись фляжками, отмечая создание своей команды.

4

Акацки присоединилась к команде через несколько дней.

Они постепенно перебрались в полевую зону, находящуюся недалеко от Акибы.

На это имелось несколько причин. Во-первых, сражаться там сложнее, чем в Лесной Архивной Башне.

Основная структура и тактики сражений такие же, как в Elder Tales. Но существенная разница заключалась в боевых техниках и навыках.

Детали, которые не важны во время игры… Например, под каким углом ты взмахнул мечом или прикрылся щитом, почва под ногами, позиция, в которой лучше всего видна окружающая обстановка во время боя. Работа в команде и поле зрения являлись главные проблемами, но важнейшим становилось чувство страха, которое подавлялось с трудом.

Когда Сироэ только начинал тренировки с Наоцугу, он думал, что «будет сложно». Но после того, как они прошли несколько полей, изменил свое мнение на «будет сложнее, чем я ожидал».

Поскольку класс Акацки относился к ближнебойным, ей следовало поскорее к этому привыкнуть. Хоть сейчас они и состояли в одной партии, никто из них не знал, как долго продержится этот союз, поэтому они решили начать осваивать боевые основы вместе.

Другая причина заключалась в существовании Альянса Полумесяца.

После своего первого визита они частенько заходили в гильдию для обмена информацией.

В Альянсе Полумесяца, в отличие от группы Сироэ, состояло несколько производственных игроков. Хотя производственным подклассом Сироэ являлся высокоуровневый Писарь, у Альянса Полумесяца имелось большое число ремесленников.

И в городе они знали больше людей, а значит, им было проще собирать информацию.

Поскольку они торговали информацией, гораздо лучше изучать полевые зоны и одновременно тренироваться. Это еще одна причина.

В Акибе находились и другие люди, которые последовали примеру группы Сироэ, чтобы обеспечить себе хотя бы минимальный уровень безопасности. Но большинство людей в Акибе впустую растрачивали свои дни, не в состоянии принять эту новую реальность даже спустя неделю. Должен же быть кто-то… Может, Бог или гейм-мастера, которые спасут их? Игроки надеялись на это.

(Если бы не надежда, они давно бы сломались.)

Сироэ мог только посочувствовать им, но его оптимизм не доходил до того, чтобы надеяться на такое.

Будь это розыгрыш, и прибыла бы подмога, все бы порадовались, а Сироэ был бы спасен. Может, его жизнь в колледже и не такая уж замечательная, но это мир, с которым он знаком и в котором вырос. Сироэ определенно хотел вернуться.

Если этот ивент запланировали, то они могли застрять здесь навсегда. Это неоспоримый факт. Крайне осторожные не стали бы надеяться на спасение и бесцельно проживали свои дни.

Акиба являлась самым большим японским сервером и стартовым городом для новичков. Главные города могут иметь небольшие различия, но окружающие их зоны кишат только низкоуровневыми монстрами, а безопасная зона подходит новичкам для изучения.

Сироэ решил исследовать все эти зоны и добраться до высокоуровневых территорий. К слову, Сироэ, Наоцугу и Акацки были 90 уровня.

Ранения на низкоуровневых зонах не нанесут им сильного урона. Враги не станут бездумно атаковать — они уже поняли, насколько сильна группа Сироэ.

В таком случае можно избежать битвы. Но группа Сироэ хотела сразиться со всеми возможными видами монстров.

Вражеские атаки не наносили никакого вреда, но ребята все равно невольно вздрагивали от ударов монстров. Их зловонное дыхание, затхлый запах крови и злоба явно не ощущались по ту сторону монитора компьютера.

Даже несмотря на низкий уровень монстров, одного только страха сражаться хватало, чтобы заставить группу Сироэ отступить.

Они были низкоуровневыми врагами, за которых не давали очков опыта, но партия Сироэ все равно несколько раз с ними сражалась, чтобы отработать атаки и привыкнуть к ощущению сражения.

В бою Наоцугу брал лидерство на себя.

Сражение начиналось в тот момент, когда он оказывался в зоне досягаемости врагов.

Защитник Наоцугу для отражения вражеских атак использовал свою тяжелую броню и щит. Провокационный Удар был одним из базовых скилов Защитника, который агрил врагов. Разозленные монстры переключали свое внимание на Наоцугу, что позволяло Сироэ и Акацки избежать атак.

Как и предполагалось, во время боя оказалось сложно проверять меню настроек. Когда Elder Tales была просто игрой, вам нужно было выбрать монстра для атаки, и ваш персонаж начинал его атаковать. Уклонение персонажа от вражеских атак фиксировано, не нужно беспокоиться об отражении атаки мечом или ее блоке щитом.

Вам нужно просто нажать на кнопку скила, чтобы активировать его.

Но во время боя в этом альтернативном мире вам нужно следить за движениями врага, стоящего перед вами, и не прекращать свои атаки.

У вас возникли бы сложности при отслеживании обстановки во время битвы со стоящим перед вами монстром, и вы не смогли бы наблюдать за передвижениями всех врагов.

Группа Сироэ в ходе обсуждений разработала несколько комбинаций и боевых кодов. Они решили, что Сироэ, находясь вдали от основного сражения, будет отслеживать все поле боя и давать инструкции. Так безопасность увеличивалась.

Кроме поддержки магией, Сироэ следовало следить за окружающей обстановкой и статусом своих союзников.

Большинство заклинаний Чародеев были средними. Острое Лезвие — одно из немногих полезных заклинаний, кастуемых Чародеем. Оно на несколько часов увеличивает уровень атаки оружия союзников на 30%, во время боя его не нужно кастовать повторно.

Существовали и другие полезные заклинания, но их использование очень зависело от ситуации. Сейчас в главную задачу Сироэ входила слежка за местностью и статусом своих союзников.

Став членом команды, Акацки сблизилась с Сироэ и Наоцугу во время тренировок.

Ассасины — один из трех вооруженных атакующих классов, среди всех 12 классов их атаки сильнейшие.

Они отличались от классов воинов, опытных в перехвате вражеских атак на передней линии. В противовес этому, у вооруженных атакующих классов нет прочной обороны и скиллов для привлечения врагов.

Проще говоря, вооруженные атакующие классы нужны для того, чтобы добивать врагов, привлеченных классом воинов. Ассасины специализировались на быстром убийстве врагов. Навык «Убийство», который используют Ассасины, мгновенно наносит 10 000 урона.

Акацки ловко перемещалась по полю боя.

Ее маленькое тело двигалось с большой скоростью, вы не смогли бы уследить за ней, если бы она направлялась в сторону врага. Это Скрытая Походка — навык Ассасинов, позволяющий им подобраться к слепой зоне врага, что значительно повышало успешность следующей атаки.

Ее бегущий силуэт с развивающимися черными волосами, такими гладкими, словно они струились, был настолько красив, что завораживал.

Наоцугу блокировал вражеские клыки своим щитом и отпрыгивал назад, Акацки же должна своими лезвиями нанести быстрые удары по флангам, чтобы предотвратить дальнейшие атаки на Наоцугу.

Сотрудничество фронта и тыла — тактика, позволяющая отслеживать все поле боя, командная работа этих 2 авангардов имела непосредственное отношение к сражению.

Вот поэтому возникала необходимость в неоднократных сражениях с врагами, так ребята смогли узнать приемы друг друга и начать работать инстинктивно.

С другой стороны, Сироэ отвечал за состояние их статуса и изменения их позиции для удержания врагов. Иногда он кастовал заклинания Чародея, чтобы обмануть или ограничить движение врагов, меняя исход сражения в свою сторону.

После недели тренировок команда Сироэ могла противостоять 50-уровневым врагам.

1

— Мы нафармили много лута, убивая здесь.

Наоцугу взмахнул ножом для снятия шкур, чтобы стряхнуть с него кровь, прежде чем убрать в ножны. Сироэ утвердительно кивнул и опустил свой посох, чтобы отменить приготовленные заклинания.

(Вспоминая различные вещи, я снова впадаю в меланхолию.)

Сироэ вздохнул, пожав плечами. С самого прибытия в этот мир его волновало множество вещей, порой он даже забывал, о чем размышлял.

(Надеюсь, это не станет моей крылатой фразой.)

— В чем дело, господин?

Акацки закончила собираться и оказалась возле Сироэ еще до того, как он заметил. Сироэ не мог совладать со своими эмоциями перед этими черными, блестящими, словно обсидиан, глазами, смотревшими на него снизу вверх.

— Пора возвращаться, — с улыбкой сказал он, меняя тему.

Группа Сироэ находилась в месте, которое называлось Цветник Малого Камня — относительно небольшая зона размером 1км.

Уже наступил вечер, ветер становился холоднее, всюду слышалось щебетание птиц.

Зона располагалась недалеко, как Акиба от Сибуи — подходящее место для однодневных тренировочных вылазок. Несмотря на близкое расположение от города, уровень здешних монстров превышал обычный.

— Давай поспешим обратно.

— Принято.

Выслушав Сироэ, Акацки, девушка в черном, как обычно ответила серьезно и без эмоций и застегнула свою сумку.

Вокруг них лежали трупы побежденных Триффид и Шипастых Пролаз, которые должны исчезнуть в потоке световых частиц через некоторое время.

Триффиды относились к передвигающимся растениям, чей бутон размером с мяч для регби располагался на самом верху. Бутон раскрывался на 3 части, обнажая скрытые внутри острые зубы. Ужасное существо.

На теле же Шипастой Пролазы росли лозы. Она могла ими атаковать, а ее скорость превосходила скорость кошки. Гибкий монстр.

Монстры были 48 и 52 уровня.

В мире Elder Tales их уровни очень высоки, но они на 40 уровней ниже, чем команда Сироэ, поэтому за них не прибавлялись очки опыта.

После нескольких дней тренировок команда Сироэ заметила, что устройство этого мира ничуть не отличается от Elder Tales. Они еще не убедились в этом наверняка, но, скорее всего, чтобы получить очки опыта, нужно победить монстров, чей уровень ниже их собственного на 5. Иначе говоря, враги должны быть 85 уровня и выше.

Но сейчас они с трудом бы сражались с 85-уровневыми монстрами. Они могли бы справиться с одним таким монстром, но не с группой.

— Ты в порядке?

— Я выпил несколько зелий, со мной все хорошо. Моя защита подобна железной стене, прочнее не бывает!

Наоцугу усмехнулся, постучав по своим доспехам. Соприкосновения его серых перчаток и брони вызвали хорошо различимый глухой стук.

По словам Наоцугу, вражеские атаки не такие болезненные, как в реальной жизни. Вы не будете при смерти, даже если шкала вашего здоровья сократится вдвое. Вы будете ощущать только некоторую боль и тепло от ран, покрывающих ваше тело.

Самую худшую боль Наоцугу сравнил с ударом мизинца ноги о косяк кабинета.

(Этой боли хватило, чтобы заставить меня плакать три раза.)

Из-за его объяснения Сироэ нахмурился, но Наоцугу продолжал смеяться.

(Может, сейчас все так, но нет никаких гарантий, что ничего не изменится.)

Размышляя, Сироэ все равно оставался настороже.

(У низкоуровневых врагов атаки были слабыми, поэтому не стоило принимать поспешные решения или искать пути к отступлению. Но мы будем получать больше урона, если уровень монстров станет выше… Даже такому прекрасному Защитнику, как Наоцугу, придется туго. Нам нужно подумать о других возможностях…)

Среди 12 классов Защитники обладали самым высоким уровнем HP и защитными комбинациями на поле боя. Если бы Наоцугу не смог отразить какие-либо атаки, никакой другой класс тем более бы не смог.

(В конце концов, нам нужен целитель… Но если говорить об эффективности, то я не хочу, чтобы команда увеличилась. Не думаю, что наша командная работа будет слаженной, если мы пригласим кого-то с похожими мотивами. Мы просто отправимся обратно в город, если нас уничтожат, но…)

В этом мире воскрешение было чудом.

Группа Сироэ знала, что в случае смерти они воскреснут в храме.

Но они по-прежнему не слишком себя изнуряли, несмотря на гарантированное возрождение. Смерть все еще являлась для них неприемлемым табу.

(Возможность вернуться к жизни после смерти кажется очень подозрительной.)

— Господин?..

— Эй, Сиро, поторопись!

Поработав вместе несколько дней, они достигли даже большего успеха в личных взаимоотношениях и командной работе, нежели ожидал Сироэ. Члены этой команды хорошо приспособились к новому ритму, несмотря на длительный опыт работы в одиночку.

Поскольку им пришлось сосуществовать в группе, их индивидуальные показатели тоже улучшились. И, конечно же, именно Сироэ стал для команды тем парнем, который беспокоится о различных вещах.

(Я исполняю роль тактика со времен Чайных Дебоширов.)

Сироэ легко уходил в свои мысли.

Он тоже заметил эту привычку, но избавиться от нее не так легко.

«Быть переживающим парнем не так уж и плохо, но я не хочу портить настроение», — подумал Сироэ.

— Пора уходить… Мне следует посветить? — спросил он, подготовив заклинание Магического Света.

— Господин Сиро, подожди, пожалуйста.

— Не нужно называть меня господином. Мы товарищи, можешь просто звать меня Сироэ?

— Тогда и ты тоже называй меня Акацки, пожалуйста, — сказала Акацки, глядя на Сироэ и пропустив мимо ушей его просьбу.

(Как же мне описать ее взгляд, хм-м-м…)

Акацки была красивой юной леди, как ни крути.

И именно поэтому Сироэ с трудом выдерживал ее взгляд. Он не вызывал у него чувство ненависти, просто Сироэ становилось неуютно.

Сироэ относился к типичным игрокам-домоседам, которые плохо находили общий язык с остальными. А опыт в общении с девушками не отличался внушительностью.

(Что бы я ни говорил, все сводится к одному… Я стеснительный и не знаю, как реагировать… С этим ничего не поделать, да? Да, я понимаю, правда…)

— Господин.

Акацки сделала шаг вперед, будто пиная лежащего человека. Из-за разницы в росте ей приходилось смотреть на Сироэ снизу вверх, что немного его огорчало.

— Эм-м… в чем дело? Что смешного, Наоцугу?

Тот с улыбкой смотрел на Сироэ и Акацки. Бросив взгляд на Наоцугу, Сироэ попросил девушку продолжить.

— На обратном пути я пойду вперед, чтобы разведать обстановку.

— Почему?

— Тренировка. У Ассасинов есть Ночное Видение, Уклонение и Тихий Шаг. Я хочу понять, как использовать их в этом мире. Этот лес просто прекрасное место для тренировки.

Сообщив свои намерения, Акацки посмотрела на темный лес, убрала меч в ножны, закрепленные на талии, и начала собираться.

Идти в одиночку.

Поразмыслив немного, Сироэ дал свое согласие.

Вряд ли в этой зоне обитали монстры сильнее тех двух типов, с которыми они уже сражались. Акацки могла победить одного монстра или сбежать, если бы врагов стало слишком много.

Она хотела опробовать свои навыки, чтобы потом использовать их в нужный момент. Сироэ понимал причину ее беспокойства. Для выживания в этом мире крайне важно знать предел своих возможностей.

— Будь осторожна. Встретимся у южных ворот. Для освещения мы будем использовать Магический Свет, это поможет тебе найти нас.

— Поняла. Я смогу вас найти, если мы будем в одной зоне.

Если вы состоите в одной партии и находитесь в одной и той же зоне, то найти своих товарищей не составит никакого труда, направление и расстояние отображаются у вас на экране. Встреча с ними не заставит себя долго ждать.

— Что ж, увидимся позже, креветка Акацки.

— Замолчи, глупый Наоцугу, — возразила Акацки и сразу же исчезла, слившись с лесом.

— Эта креветка хороша.

— Я даже шороха не услышал.

Наоцугу присвистнул.

Сироэ пожал плечами и произнес заклинание Магического Света, от которого кончик посоха засветился, словно лампа. В тускло освещенном лесу, озарявшемся потухающим оранжевым светом заходящего солнца, волшебный свет испускал нежное и успокаивающее свечение.

— Начнем наш путь.

— Ок, тактик, пойдем же навстречу нашей цели из трусиков!

Сироэ и Наоцугу направились к восточным воротам по освещаемому пути.

Шаг за шагом.

Тропа поросла травой, напоминающей ленточки с росой, покрытые мхом. Сироэ и Наоцугу шли этим путем, пробираясь через Императорский Лес.

(Напоминает прогулку по острову Якушсима или дождевому лесу Амазонки, которую я видел в сети… Пусть остальные и говорят, что это другой мир, мне с трудом в верится.)

Они едва слышали приятные звуки, издаваемые насекомыми.

Дуэт преодолел подлесок. Идя по ночному лесу, они полагались на меч Наоцугу, которым расчищали себе путь.

— Значит, подкласс Акацки — Преследователь.

Слова Наоцугу напомнили Сироэ о предыдущем разговоре.

Уклонение и Тихий шаг, о которых говорила Акацки, относились к навыкам Преследователя. Преследователь — один из множества подклассов в Elder Tales, позволяющий вам изучить навыки слежения или то, как самим этого избежать.

Все подклассы в Elder Tales объединяло наличие навыков, не имеющих отношение к битве. К тому же подклассы не зависели от 12 основных классов, нацеленных на сражения, поэтому вы могли изучить любой подкласс, если отвечали его требованиям.

Существовало 2 главных типа подклассов.

К первому типу относились производственные подклассы. К примеру, Повар, Портной, Кузнец и Плотник. Игроки с такими подклассами могли создавать все виды предметов, используя соответствующие ингредиенты и оборудование.

Обучиться производственному подклассу не составляло труда. Вам нужно купить инструкцию у NPC, тогда вы начнете набирать очки опыта. Очки опыта подкласса не связаны с очками опыта, полученными в сражениях, поэтому их крайне утомительно набирать. Но для этого не требуются специальные квесты или предметы. Если вы серьезно настроены и вам не нужна помощь товарищей, вы сможете достичь высоких уровней.

Сироэ был Писарем. Его подкласс тоже из числа производственных. Он мог копировать магические книги, карты и все виды документов, используя бумагу и чернила.

Еще существовали Дворяне, Торговцы и Принцессы Сада Роз. Они относились к другому типу, который назывался ролевым подклассом. В отличие от производственных подклассов, они не могли создавать предметы, но могли изучать некоторые специальные навыки и редкие технологии. А иногда могли получать редкое снаряжение.

Преследователь относился к ролевым подклассам и позволял следить за другими игроками или врагами, уничтожать их и передвигаться в темноте.

Сироэ не слишком хорошо знал его. 12 основных боевых классов были разработаны крупной американской корпорацией, создавшей Elder Tales. С каждым обновлением уравнивается сила каждого класса и добавляются новые подклассы. Дочерние компании, подобные Fuji Entertainment в Японии, могут создавать уникальные подклассы на своих серверах.

Сироэ помнил около 50 подклассов, не считая особенных, созданных на других серверах. Их число сложно назвать.

Сильные подклассы пользовались большой популярностью, поэтому Сироэ знал о них и имел общее представление об их особенностях. Но даже такой игрок-ветеран, как Сироэ, не мог ничего знать о некоторых малоизвестных подклассах.

Среди огромного множества подклассов Преследователи были хорошо известны.

Но его полезные способности не так часто использовались игроками, поэтому он находился где-то в середине списка популярных подклассов. Не слишком заядлые игроки, в отличие от Сироэ, могли о нем даже и не слышать, хоть он и был популярнее Моряков или Дворников.

— Она действительно вжилась в роль, — усмехнувшись, согласился Наоцугу.

(Ассасин-Преследователь. Она одержима ниндзя. Теперь понятно, почему она себя таковой считает.)

Стиль поведения Акацки вызывал улыбку у Сироэ и Наоцугу. Играть роль всегда сложно — чувствуется притворство, но Акацки подходит к этому настолько серьезно, что сложно поверить в то, что она находится в образе.

— Что ты думаешь о нашей девушке-креветке, Сиро?

— …Очень активна на передовой и чрезвычайно внимательна.

Немного подумав, Сироэ ответил на этот странный вопрос Наоцугу.

Наоцугу интересовался, что Сироэ думает об Акацки.

Тот хорошо относился к ней, но старался изображать равнодушие, потому что стеснялся ее хвалить.

— Хватит обо мне, как насчет тебя, Наоцугу? Нагрузка стала больше?

— Нагрузка снизилась. Взять, к примеру, нас двоих. Мы выносим монстров быстрее. Некоторые миньоны уничтожаются еще до того, как я успеваю их заметить. Может, она и креветка, но сильная креветка.

Ответив, Наоцугу пошел вперед.

Он был добрым и веселым и относился к типу общительных людей. Порой он шутил грубо, но Сироэ знал, что он делал это для того, чтобы разрядить обстановку.

Но Наоцугу не жалел слов, говоря о сражениях. Во время таких разговоров он мог быть вежливым, но он не врал.

Сироэ помнил, как Наоцугу критично относился к другим игрокам, но он дал полную оценку Акацки.

— Она же упоминала, что ее рост стал меньше, а мощь атак снизилась, после того как она вернула свой внешний вид, верно?

— Я никогда не был креветкой, поэтому ничего не могу знать о ее росте, но с ее скоростью и ловкостью это не так уж и важно, правильно? Не хочешь получить от нее удар коленом в лицо? Он настолько быстрый, что я даже не успеваю его блокировать.

— Пожалуй, я воздержусь.

Наоцугу потер нос, вспомнив боль, и произнес:

— Что же касается снижения мощности атаки — это верно только потому, что она сама так сказала. Если верить настройкам, твои атаки не зависят от пола, а большой вес не увеличит их силу. Просто ей так кажется, по-другому это не объяснить. Если сила ее атак и вправду снизилась, тогда ей нужны поддерживающие заклинания Сироэ.

Наоцугу откинул лист с шипами.

(Тут… он прав.)

Сироэ был Чародеем, одним из трех магических атакующих классов. Все боевые, вооруженные атакующие, лечащие и магические атакующие типы включали 3 класса, которые и составляли 12 классов. Чародей относился к этим двенадцати.

Среди магических атакующих классов Чародею лучше всего удавалась поддержка, планирование битвы и управление толпой. У него имелось большое количество поддерживающих заклинаний.

Острое Лезвие было одним из таких поддерживающих заклинаний, увеличивающих уровень атаки оружия.

Каждый раз, когда союзник бьет врага, Связывающие Шипы могут нанести дополнительный урон своими проклятыми лозами.

Для психической атаки врагов, чтобы сбить их с толку, используется Психическое Потрясение.

Чародей был особым классом, обеспечивающим победу за счет увеличения силы своих союзников и слежения за ходом битвы.

— Да… Ты прав, — смущенно ответил Сироэ.

Чародей являлся самым непопулярным классом в Elder Tales и имел плохую репутацию среди игроков.

Сироэ не был никому обязан и выбрал этот класс по собственному желанию. Неважно, что говорят другие, он уверен в способностях Чародея и его потенциале. Кроме этого, Сироэ знал, что Чародей не может работать в одиночку.

Этому классу необходима партия, эффективность Чародея зависит от работы команды.

Это не имело ничего общего со статусом игрока. Насколько хорошо ты работаешь с другими нельзя численно соизмерить.

Именно потому, что Сироэ понимал это, он чувствовал себя неловко, когда остальные говорили ему «Все будет в порядке» или «Вместе мы справимся».

Для Чародеев…

Если их существование в команде признано, значит, игровой персонаж и личные отношения работали хорошо.

— Сиро…

— Да?

— Я думаю, что порой ты слишком сдержан.

— Хм-м?

Наоцугу сказал это, пробираясь через заросли. Изменение темы оказалось слишком внезапным, поэтому Сироэ не мог ее поддержать.

— …Трусики, к примеру?

— Как разговор свернул в это русло?

— Таинственная треугольная область милых девушек всегда интересовала мир, ты должен это понимать, ты, замкнутый скрытый извращенец!

— Насколько я, по-твоему, озабоченный?

Сироэ просто не мог понять Наоцугу и лишь следовал за ним.

Прямо сейчас Сироэ был нормальным Чародеем.

2

После воссоединения с Акацки они направились в соседнюю зону.

— Давайте поторопимся, я скучаю по нашему отелю.

Несмотря на усталость после битв, Наоцугу находился в хорошем настроении и болтал с членами по команде.

Эту область знали как Канал Канда, ее руины соответствовали метро Маруноути в реальном мире. Здесь обитали полулюди: такие как гоблины и зверолюди.

Здешние враги были примерно 30 уровня и не представляли никакой угрозы для Сироэ и остальных. Из-за такой большой разницы в уровнях монстры не решались нападать.

Небо уже полностью потемнело, и Сироэ, Наоцугу и Акацки пожалели о том, что провели так много времени в Императорском Лесу.

Раз монстры больше не нападали, ребята просто могли разбить лагерь в каких-нибудь руинах, пещерах или под деревьями. Но они продолжали путешествие, освещая свой путь магическим светом и идя по дорогам, где всюду стояли заброшенные автомобили и грузовики.

Акацки настояла на том, что гораздо удобнее спать в собственной кровати.

В их сумках лежали меха и клыки — лут с монстров, который предстояло продать, поэтому от возвращения в город они не могли отвертеться.

Наоцугу, идущий впереди, то и дело оборачивался, проверяя статусы своих сопартийцев.

(Они оба не показывают никаких признаков усталости. Неудивительно, ведь наши 90-уровненые тела очень выносливы.)

Он еле слышно вздохнул с облегчением, убедившись, что они не отстают.

В отличие от них двоих, Наоцугу был типичным воином. Воины необычайно сильны, выносливы и ловки.

Даже Наоцугу удивлялся тому, что может несколько часов сражаться в доспехах весом 40-50кг.

Если он исчерпает свою энергию, для восстановления сил ему нужно просто отдохнуть несколько минут. Он мог поднять 300кг груза благодаря своей огромной силе, а его выносливость казалась безграничной.

Но остальные отличались от Наоцугу. У Сироэ был чисто интеллектуальный класс, Акацки же невероятно быстрой. Но она — боец в легких доспехах. Хоть они и говорили, что «с выносливостью нет никаких проблем, мы же тоже 90 уровня», Наоцугу считал, что должен помогать им в этом.

Но сегодня уже можно ни о чем не волноваться.

Благодаря лунному свету и магическому освещению можно легко пройти относительно ровную, немного замусоренную и с выбоинами асфальтированную дорогу

— Гоблины не атакуют нас.

— Конечно нет, мы же 90 уровня.

— Мне нравится гоблин с черепом на голове. Их высокомерное поведение довольно милое и странное.

(Акацки несет чушь с серьезным видом…)

Вероятно, Акацки имела в виду гоблинов-шаманов. Они призывали миньонов при помощи ледяных и огненных заклинаний. Они, конечно, могут выглядеть забавно, когда дают команды, но они явно не милые.

— Тебе нравятся такие монстры, креветка?

Наоцугу переспросил для уточнения. Акацки коротко ответила:

— Они милые, и их легко убивать.

Они враги, поэтому их нужно убивать, но Наоцугу не мог понять, чего же в них такого милого.

— Большинство монстров магического типа кажутся высокомерными, но броня у них тонка, словно бумага, к тому же у них мало HP. Им следовало бы держаться в стороне, но гоблины-шаманы беспечно лезут в бой и легко проигрывают. Мне просто нужно использовать Скрывающую Тень, чтобы подкрасться к ним и перерезать горло мечом. Их тело падает, подобно марионетке, у которой срезали все нити. Очень захватывающее зрелище.

Поскольку Акацки не знала, как расценивать вопрос Наоцугу, то случайно поделилась своими мыслями с остальными.

(…Вау, если ты так продолжишь, не навредит ли это Сиро?)

Отведя взгляд в сторону, Наоцугу заметил, что услышанное шокировало Сироэ. У магов слабая защита — это естественно, поэтому у Сироэ не было повода для грусти. Кроме того, Наоцугу понимал, что Акацки вовсе не хотела обидеть Сироэ.

Но тот все еще выглядел расстроенным из-за того, что Акацки спокойно рассуждает о таком.

Наоцугу подавил вздох, глядя на них обоих.

(Сиро умен, но он слишком много думает и слишком зацикливается на мелочах…Он берет на себя чересчур много. Чего же так боится наш тактик?)

Он считал, что Сироэ слишком сдержанный.

Если бы кто-то спросил его о том, что же гложет Сироэ, он бы не смог ответить. Он просто это чувствовал.

Наоцугу чувствовал то же самое, когда они оба состояли в Чайных Дебоширах. Сироэ очень хотел делать все сам, и Наоцугу считал это его хорошей чертой.

Но долг Защитника в прикрытии своих товарищей.

Если товарищи ему не доверяли, оставался неприятный осадок, будто его лишили предназначения. Наоцугу думал, что Сироэ следовало доверить ему делать то, что у него получается лучше всего.

— Подожди-ка, на нашего мага можно положиться в критических ситуациях, верно?

— Хм-м? Броня моего господина тоже тонкая, как бумага… Но ничего страшного, как его ниндзя, я буду его защищать.

Акацки не заметила расстройства Сироэ и снова надавила на больное. Наоцугу думал, что они ведут себя как дети… Но и про Сироэ он думал так же.

Ночь выдалась тихая, а они все продолжали идти, скрашивая свой путь разговорами.

Они могли видеть вытянутые тени гоблинов, снующих вокруг в лунном свете. Но стоило Наоцугу посмотреть на них, как они тут же исчезали.

— Эта зона относится к Акибе, здесь бегают только низкоуровневые монстры. Будь тут высокоуровневые монстры, они бы выносили новичков, — сказал Сироэ.

Прошло уже 10 дней с того момента, как они оказались заточены в этом мире, с тех пор здесь не появилось ни одного нового игрока.

Что их тела делали в реальном мире? Все игроки просто исчезли? Или они все в коме? Наоцугу и остальные не могли ответить на эти вопросы.

(Сложно представить, что мы настоящие можем сейчас жить своей обычной жизнью. Тогда мы, брошенные детки, не сможем вернуться. Или все идет по сценарию какой-нибудь лайт-новеллы, в которой мир забудет о нашем существовании, что тоже очень угнетает…)

Вопреки своим действиям Наоцугу думал об этом, как фанат фэнтези романов. Но сейчас от них нет толку.

Вы можете сказать «прошло всего 10 дней» или «прошло уже 10 дней», каждый воспринимал это по-своему. Но им троим пришлось привыкнуть к данному миру.

Это относилось к дополнению альтернативного мира, являющегося подобием Elder Tales. В мире, зависящем от этих двух факторов, все еще существовали правила и логика.

Пусть еда и безвкусная, пусть здесь происходят странные вещи, они все еще подчиняются определенным законам. Хотя некоторые вещи не поддаются объяснению, тем самым огорчая, им все равно придется понять логику и жить здесь.

Они вынуждены жить в этом мире, будь он игровым или настоящим.

(Раз мы пока не можем найти способ вернуться, для нас этот мир — единственный. Мы ничего не можем поделать с пребыванием в сем игровом или реальном мире… Все не так плохо, если привыкнуть к приключениям и размахивать мечами… Кроме того, я могу сделать мужественное лицо и сказать Мари-сан: «Это далеко не худший исход». Я хотел сказать эти слова больше, чем кто-либо.)

Наоцугу быстро привык. Он не имел ничего против своего родного мира, но если бы кто-то спросил его, готов ли он рискнуть жизнью ради возвращения, он ответил бы: «Я не знаю».

(У меня нет девушки, которая показывала бы мне свои трусики, и я 2 года не видел родителей… У меня была работа, но там нет ничего, о чем стоило бы жалеть.)

От Итигаи, минуя Куданситу, им оставалось пройти всего пару зон, чтобы добраться до Акибы.

Сегодня они не пошли мимо Лесной Архивной Башни, решив идти по склону Отяномидзу. Пока они проходили по пологому склону Благотворительной Больницы Роки, Наоцугу вспомнил о доме. По правую сторону от дороги располагался японский сад, в котором стояло большое ветвистое дерево, словно обшитое листвой.

Лунный свет пробивался сквозь листву. Тени, отбрасываемые листьями, выглядели жутковато, заставляя Наоцугу и остальных поскорее отойти подальше от дерева.

(!..)

Наоцугу на полной скорости ринулся в темноту и ударил щитом по кустам.

Раздался вопль.

Наоцугу чувствовал присутствие Сироэ в 10 метрах позади себя.

Даже сконцентрировавшись на своем лбу, он не забывал о защите и сканировал окружающую местность.

(Их там 1, 2…3? 4?)

Несмотря на предсказуемость происходящего, Наоцугу чувствовал, как у него пересохло в горле. Напряжение было не таким, как во время борьбы с монстрами.

Вдруг он услышал лязг цепей, волочившихся по земле.

(У-у-у, слишком поздно!)

Наоцугу не обернулся, приготовившись прыгать, и змееподобные цепи опутали его лодыжки. Это были не настоящие цепи, а сотворенные заклинанием, но они казались почти настоящими, когда в них попадали враги.

Наоцугу потерял равновесие, его движения сковало магией. В этот момент откуда-то сзади появились беззвучные и бесцветные магические волны.

Рассеивающие Чары.

Наверное, их накастовал Сироэ.

Змееподобные цепи, опутывавшие лодыжки Наоцугу, исчезли благодаря Рассеиванию Сироэ.

(Ты как всегда вовремя! Так что же нам делать, тактик?)

В его сердце росло волнение от предстоящей битвы, а Сироэ, стоявший позади, давал ему полную поддержку. Уверенность Наоцугу воодушевила его.

— Наоцугу, линейное построение. Наши противники — ПКашники, я заметил 4. Я определю их местоположение… Там!

Сироэ крикнул в сторону ночной дороги, покрытой тенями деревьев.

Его посох выстрелил зеленовато-белой вспышкой. Психическая Вспышка относилась к базовым атакующим заклинаниеям Чародеев, она ударяла одного противника, нанося ему урон.

По атакующем мощи она уступала Призывателям и Волшебникам того же уровня. Но раз она была базовой атакой Чародеев, Сироэ мог запросто ее использовать.

Он частенько жаловался на свои слабые атаки, но Наоцугу считал это пустяками. В отличие от сильных заклинаний, которые нередко промахиваются, в подходящий момент простые заклинания намного эффективнее.

— Враг обнаружен!

Заклинание Сироэ сработало именно так, как он и рассчитывал.

Свечение от заклинания продолжалось всего пару секунд, но его хватило, чтобы обнаружить ПКашников, скрывающихся в темноте.

Следуя инструкции Сироэ, Наоцугу отступил, оказавшись между ним и темнотой. Он стоял прямо на линии, разделявшей двухполосную дорогу.

Раз расположение врагов стало известно, у Наоцугу появилась возможность атаковать их.

Но вместо этого он встал на свое место в строю.

В линейном построении огромное значение имеет расстояние между фронтом и тылом. Если оно будет слишком большим, тыл окажется открытым для атак.

— У них хватило храбрости стать ПКашниками… Так расслабились без своих мамочек, что превратились в животных? Они правда думают, что победят нас, атакуя из засады? Не смешите меня, — в сердцах сказал Наоцугу.

Враги оказались не монстрами.

Больше всего Наоцугу презирал именно таких игроков.

ПК означает «убийство игрока» или «убийца игроков», точнее, игрок, который кроме сражений с монстрами еще и охотится на других игроков.

Акибу создали как мирную зону, но это не значит, что остальные зоны такие же. На их территории можно сражаться.

В Elder Tales был официально разрешен PvP.

Но в Elder Tales из-за ряда причин, к которым относились малая вероятность успеха, высокий риск и культурная неприязнь японцев… Японские игроки были очень законопослушными и ненавидели жестокость среди игроков… Плееркиллерство не пользовалось здесь большой популярностью.

Мини-карта в Elder Tales показывала всех игроков, монстров и NPC в округе. Шанс того, что плееркиллерство будет иметь успех, очень мал.

У высокоуровневых игроков есть автоматическое уклонение, для активации которого не нужно вводить команду, что еще больше снижает шансы ПКашников.

…Проще говоря, подкрадываться и атаковать не слишком эффективно.

В Elder Tales плееркиллерство не запрещалось, в отличие от домогательства до игроков и нанесения им вреда. Хотя ПК само по себе не относилось к домогательству, выслеживание конкретных игроков или угрозы могли расцениваться как домогательство. За это можно получить предупреждение или бан от администрации.

Но домогательство сильно зависело от личного мнения и нанесенного вреда. Даже настоящее ПК может расцениваться как домогательство, если жертвой стала девушка. Из-за этого блокировался аккаунт нарушителя.

Вот поэтому плееркилллерство было очень рискованным.

Но в этом альтернативном мире все иначе.

Они больше не видели мини-карту на экране, даже высокоуровневые игроки ничего не могли сделать, если они не готовы к атаке.

Если в реальной жизни игрок не мастер боевых искусств, никто не мог обеспечивать его охрану все время.

Заключение о домогательстве можно сделать только после изучения администрацией сделанных записей. Пока Elder Tales была просто игрой, этим занималась «Рука Бога» гейм-мастеров. Но в этом мире таких спасителей уже не существовало.

…Шансы на то, что внезапная атака будет иметь успех, возросли, а риск быть наказанным и вовсе исчез.

И плееркиллерство обладало рядом преимуществ.

После победы над игроками они могли отнять у них все золото и некоторые предметы. Кроме того, часть предметов, которые не могут выпасть, и половина вещей в вашей сумке, пригодные для продажи, могут быть утеряны, оставшись лежать вокруг ваших трупов.

Больше минусов, нежели плюсов в те времена, но все изменилось.

Именно поэтому плееркиллерство стало частым явлением в Elder Tales.

3

(Мы упустили момент внезапной атаки… На их стороне численное превосходство, местность и подготовка. Наши преимущества…)

Посох Сироэ светился, пока он думал над тем, какие заклинания мог использовать. Ему не приходилось выбирать их при помощи меню, для активации он пользовался горячими клавишами.

Не успел Сироэ поднять посох, чтобы накастовать хоть какие-то заклинания, как появилось несколько игроков.

Сухой мусор, лежавший на асфальтированной дороге, громко трещал в ночной тишине.

Из темноты появилось четыре тени.

Один был одет как боец, двое как бандиты, один как хилер.

Они все высокого уровня, их больше, да и держатся они достаточно уверенно.

— Отдайте все, что у вас есть, и мы не убьем вас.

Воин произнес эту фразу-клише пренебрежительным тоном.

Сироэ горько рассмеялся, услышав ее.

(Они прочитали слишком много манги, раз говорят подобным образом.)

Им приходилось охотиться на монстров, но сражаться с другими игроками — нечто иное. В отличие от монстров, которые подчинялись животным инстинктам, здесь возникал страх перед непредсказуемостью. И люди не настолько глупы, чтобы игнорировать угрозы со стороны врагов.

Монстры тоже стремились убивать, у ПКашников же иные, злые намерения — они наживались за счет других.

Сироэ не заметил, как его ладони вспотели.

Но напряженность спала из-за этих клише-фраз, чему Сироэ был очень благодарен.

— Защитник и Чародей, да? Вы хотите начать этот обреченный на поражение бой? Ничего, что нас четверо? — произнес человек, одетый как бандит, который, похоже, и был лидером.

Два длинных меча на его поясе давали понять, что его классом являлся Головорез. Из всех 12 классов только Головорезы и Самураи могли носить 2 оружия, не используя при этом специальные предметы и не затрачивая много усилий.

— Что будем делать, Наоцугу?

— Убьем их. Вырвем кости, порубим на фарш, а потом снова убьем. Эти парни нападают на людей ради забавы, они не станут возражать, если кто-то убьет их.

Надежный голос Наоцугу придал Сироэ стойкости.

(Дыши нормально, соберись… Успокойся, я могу сделать это. Мы этого ожидали… Это был лишь вопрос времени.)

Сироэ бормотал себе под нос. Он почти подготовился к сражению, но хотел бы, чтобы разговор продолжался как можно дольше.

— Все равно Наоцугу ненавидит ПКашников… Вообще-то, я хочу отдать им деньги.

Группа ПКашников лишь усмехнулась после слов Сироэ.

Они подошли еще на полшага, показывая свои недобрые намерения. Сироэ отвел взгляд, не выдержав давления, хотя и ожидал подобного.

(Наверное, так и есть… Они смотрят на нас, думая, что мы отдадим им деньги, если они немного усилят давление.)

Сироэ чувствовал, будто разрывается на 2 части. Одна часть тряслась от страха, а вторая спокойно и трезво рассуждала. Он чувствовал, как пульс эхом отдается в ушах. В Чайных Дебоширах у него уже возникало подобное ощущение.

Сироэ не очень хорошо ладил с Акацки, но у него не было к ней ненависти.

Сироэ ненавидел сражаться, хоть это и хорошо ему удавалось.

— Если они смогут побить нас.

— Хорошо сказано, Сиро.

Группу ПКашников удивил их разговор, либо рассердила подобная наглость. Их лица покраснели, а сами они стали сыпать проклятиями, доставая оружие.

Красный «боевой режим», появившийся в меню настроек, мигая в углу, предупреждал о внезапной атаке.

Сироэ левой ногой отступил на полшага назад и молился, чтобы его голос не дрожал, пока он будет отдавать команды.

— Цель — воин слева, и отвлеки внимание остальных!

— Я займусь танком, вынеси мага!

Команда Сироэ и рев главаря банды прозвучали одновременно.

Наоцугу шагнул вперед и ударил воина щитом. Вооружение его соперника составляла катана, а это значит, что он относился к Самураям.

Длинноволосый бандит сбоку от Наоцугу прыгнул по команде главаря, пытаясь добраться до Сироэ. Но тот ожидал подобное.

Сироэ мгновенно накастовал заклинание.

Астральные Путы.

Подобно заклинанию, которое наслали на Наоцугу, оно сковывало движение врагов.

Когда очень слабый маг путешествует один, это заклинание может ограничить движения монстров. Затем можно атаковать с безопасного расстояния. Базовая боевая стратегия.

Заклинания магов могут отличаться друг от друга, но у них много общих, включая связывающие заклинания.

Других эффектов у связывающих заклинаний не имелось.

У длинноволосого бандита не оставалось другого выбора, кроме как напасть на стоящего рядом Наоцугу. Он атаковал своими клинками такой же длины, как и короткий меч. Связывающие заклинания не давали противнику уйти далеко, но полностью не лишали его возможности передвигаться. Это похоже на собаку, сидящую на привязи, они все еще могли ходить по кругу на небольшом расстоянии. И действовали связывающие заклинания совсем недолго.

— Давай махнемся, займись этим!

— Понял!

Под звон оружия главарь сделал простой ход, решив прорваться сквозь линию обороны Наоцугу.

Их стратегия с самого начала рассчитывалась на то, чтобы главарь вынес Наоцугу, а остальные занялись Сироэ. Но увидев провал своего подчиненного, он решил изменить стратегию и лично заняться Сироэ.

Его способность на ходу отдавать приказы впечатляла. Он довольно быстро изменил свою стратегию.

(…Но у Наоцугу больше опыта.)

— Парализующий Рев!

Наоцугу изменил центр тяжести и свирепо закричал.

Рев, сотрясший воздух, был одним из навыков Защитника.

Главарь банды, вместо того чтобы проскочить мимо Наоцугу, вздрогнул и повернулся к нему, автоматически подняв свои мечи.

Ноги перестали его слушаться, и он не мог отвернуться от Наоцугу. Его прошиб холодный пот, длинноволосый бандит и Самурай широко распахнули глаза, испытывая тот же страх.

Они могли распрощаться с жизнью, если не будут следить за Наоцугу. Все трое ужасно его боялись.

Наоцугу был Защитником, оберегающим своих товарищей. Их еще называли танками, потому что они служили щитом, отражающим вражеские атаки.

Но хорошей защиты и большого количества HP не хватало, чтобы стать танком. Монстры, подобные гоблинах и оркам, обладали интеллектом, схожим с человеческим. Кроме того, игроки могли встретиться с темными эльфами или сектантами. И все это было миром Elder Tales.

Противники, не обращающие внимание на танка и охотящиеся за хилером или магом, стоявшими позади, — обычное явление.

Защитники настраивались на защиту своих товарищей, поэтому дело не только в большом количестве HP и защите.

Парализующий Рев относился к навыкам Защитников, кастуемым с помощью их боевого духа. Враги, услышавшие этот рев, не могли проигнорировать Наоцугу. А если попытаются, то получат удар мощной контратакой. Этот навык дает Защитникам дополнительные атаки, если внимание врагов будет утеряно.

Навыки, привлекающие внимание всех врагов, стали одной из причин, по которым Защитников считают крепостью боевых классов.

— Тц. Не бойся! Мы втроем нападаем на одного. Каким бы крепким он ни был, он будет повержен, разберемся сначала с ним!

Главарь бандитов отдал приказ своим людям, несмотря на страх, который его сковал.

Головорезу снова пришлось изменить тактику, блокируя Наоцугу двойными мечами, которые двигались подобно змеям, и пытаясь найти его слабые места.

Самурай, главарь с обоюдоострыми мечами и длинноволосый бандит явно настроились на то, чтобы вынести Наоцугу первым.

Нельзя сказать, что это неправильно.

— Черт возьми! Ты такой же крепкий, как черепаха, ничего впечатляющего! — истерично прокричал враг во время атаки.

— Ваши мечи не пробьют мою броню!

Смелое и веселое высказывание Наоцугу заставило их усилить натиск.

Сироэ проверил статус друга, услышав звон металла.

Слова этой группы подкрепляли отвага и хорошая командная работа. HP Наоцугу падали под натиском их атак.

Даже он не продержится еще 30 секунд.

(Точно, если они будут продолжать атаковать еще 30 секунд!..)

Сироэ ухмыльнулся. Он не собирался давать им столько времени.

Рисование символа концом посоха заняло 1,5 секунды. Сироэ создал жужжащий световой шар и запустил им в Самурая. Это было заклинание «долгодействующего урона» Электрические Перья, наносящее врагу небольшой урон за 10-20 секунд.

— Ха! Ты Чародей? Что за заклинание? Им даже собаку не убить!

Самурай только недовольно усмехнулся, получив удар. Светящаяся сфера размером с теннисный мяч была громкой и яркой, а вот урон от нее настолько маленьким, что не вызывал никакой боли.

Заклинания Чародеев не обладали большой атакующей силой, но длительный магический урон мог действовать в течение какого-то промежутка времени. Его общий урон превосходил Психическую Вспышку, но каждое новое заклинание наносило незначительный урон.

Ощущение после заклинания напоминало зуд царапин. Для Самурая просто пустяки.

(Слабовато, но…)

Со всех сторон посыпались насмешки, но Сироэ не обращал внимания на выпады Самурая, он знал особенности своих заклинаний. Он накастовал такие же Электрические Перья в главаря банды, а затем и в длинноволосого бандита.

У класса, специализирующегося на владении двойным оружием, меньше HP, чем у Самурая, относящегося к боевому классу. Но этот незначительный магический урон никак не прочувствовался.

— Ха-ха-ха! Чего ты хочешь добиться этим заклинанием? Ты, случаем, не новичок?

Зеленовато-белые вспышки сияли, напоминая короткое замыкание или не слишком удачный фейерверк. Три ПКашника стали еще яростнее атаковать Наоцугу.

(Ну ладно, избавимся от одного из них.)

Злоба, неосмотрительность и насмешки врага.

Впитывая эти эмоции, как данные, и глубоко вздохнув, Сироэ сделал два шага вперед, приготовившись действовать. Он держал свой посох, скандируя заклинание и используя магию на горячих клавишах.

Он 2 секунды скандировал заклинание для каста Связывающих Шипов. Пять сияющих колец полетели в Самурая и превратились в пять лоз, опутывая его.

— Что это? Ах!

Наоцугу ударил Самурая мечом, а световой шар словно взорвался в темноте. Самурай закричал, инстинктивно пятясь после удара.

Связывающие Шипы были атакующим заклинанием-ловушкой, которым Сироэ частенько пользовался. Его сложнее активировать, чем заклинания, рассчитанные на одну или несколько целей. Но его тоже сначала нужно кастовать во врага.

Враги, подвергшиеся атаке этим заклинанием, могут получить 1000 очков урона, если на них нападут союзники Чародея.

Число лоз и урон зависят от уровня. Связывающие Шипы Сироэ — Секретного уровня, даже боевой класс может потерять половину своих HP, если его свяжут все 5 лоз.

— Успокойся, это чертово заклинание-ловушка. Рассей его, хилер! И исцели нашего Самурая! Нас вдвое больше, чем их, мы не можем проиграть!

В отличие от раненого Самурая, главарь держал себя в руках. Хилеры играли важную роль в Elder Tales.

Сильный хилер, используя высокоуровневые заклинания, может полностью исцелить нескольких союзников того же уровня одновременно.

Если исцеление проходило постепенно, то о Связывающих Шипах Сироэ можно не волноваться.

Главарь банды взял с собой Волшебника, чьи атаки сильнее атак Чародея, поэтому он не сомневался в выигрыше.

Наоцугу снова ударил.

Каждый взмах меча активировал волну урона от лоз. Каждый раз, когда Самурай пытался занять позицию, удар меча и взрыв лозы снова выводили его из равновесия.

— Ха, это бесполезно, твой бок открыт!

Длинноволосый бандит нанес удар по правому боку Наоцугу своим мачете. Наоцугу, будучи обездвиженным после своей атаки, не мог уклониться от него.

— Исход боя зависит от присутствия хилеров. Не нужно нас недооценивать, ребятки! Ха-ха-ха-ха! Рыдайте по пути в собор!

Атаки Наоцугу усиливала магия Сироэ, их урон превышал урон от обычных атак боевого класса. Заклинание Секретного уровня тоже было одним из нескольких навыков Чародея, наносивших ощутимый урон. Но этого не хватало, чтобы противостоять лечащим заклинаниям хилера того же уровня. Смех главаря банды, казалось, только подкреплял его уверенность.

— Это верно подмечено.

— Если ваш хилер выполняет свою работу!

Наоцугу пригнулся и ударил Самурая в колено.

Этот удар, поваливший Самурая на землю, походил на удар гигантского богомола.

Но он не отлетел назад, а его кровь не начала хлестать из раны. Самурай, еще секунду назад так яростно сражавшийся, обездвиженный упал на землю, заставив главаря перестать смеяться.

— Чт… Что происходит? Что ты сделал? Обездвижил? Эй, хилер! Хватит валять дурака, исцели его! — заорал главарь банды, когда Наоцугу навел на него свой меч и сказал:

— Ты мерзкий малый, прекрати осквернять эту прекрасную ночь своими нелепыми речами.

— Ты! Что ты сказал?

(Быстрее, чем я мог себе представить. Какая надежная про-техника.)

Сироэ посмотрел на огромный лес справа.

Все стояли на дороге, ярко освещенной зеленовато-белым светом, и не могли видеть того, что глубоко в кустах, растущих во дворе.

Как Сироэ и думал, его напарник сидел в этих кустах.

— Да пошел ты! Эй, Волшебник! Призыватель! Используйте все, что у вас есть, чтобы стереть их в порошок!

Главарь банды решил выложить все карты и прибегнуть к запасному плану.

(Значит, там еще два мага. Они могут прикончить нас, если присоединятся к драке. Пусть мы и одолели Самурая, их по-прежнему 5 против 2, он уверен, что мы проиграем.)

Сироэ разгадал замысел главаря банды. Но он догадывался о появлении подобного подкрепления.

(Они с самого начала использовали связывающее заклинание на Наоцугу, но появились только воин, 2 бандита и хилер. У них был припрятан кот в мешке.)

Сироэ почти не сомневался, что Маг группы ПКашников прятался в лесу.

(У Магов мало HP и слабая защита, но они оставили его в лесу безо всякой охраны. Это значит…)

— Эй, поторопись! Убей этих мерзавцев! — в панике закричал главарь банды, направив меч на Наоцугу.

Но его острие и Наоцугу разделяло больше метра.

Тактика Сироэ и Наоцугу и странная атмосфера вымотали ПКашников.

— Похоже, мы победили.

— Ты прав, господин.

Небольшая фигура появилась из-за лиственного дерева.

Акацки, с присущим ей серьезным видом, притащила двух Магов и бросила их на дорогу. Красивая юная девушка, чей рост ниже 150 см, кинула ПКашников, словно мусор, заставив главаря бандитов потерять самообладание.

— Что, что, что ты делаешь? Разве вы доложили об этом? Х-хилер! Разве я не говорил тебе следить за нашими HP? Ты, ты что, предал нас…

— Вот поэтому я и сказал, что ты раздражаешь.

Речь главаря банды ужасно бесила Наоцугу, потому он ударил его щитом. Главарь потерял равновесие из-за внезапной атаки и шлепнулся на свой зад.

— Лучше доверять членам своей команды. Ваш хилер спал с самого начала сражения.

Жестокие слова Сироэ слышались по всей дороге.

Это было заклинание Астрального Гипноза.

Связывающее заклинание, наряду с Острым Лезвием, являлось одним из двух бесценных орудий Чародея. Магия, усыпляющая любую цель, останавливающее заклинание. Оно действует секунд десять или чуть дольше независимо от того, сколько бы раз вы его ни повторяли.

Цель проснется, если ее атаковать, потому это было шуточное заклинание, использующееся для того, чтобы выиграть время.

В битве можно узнать, кто и как сражается. Целью являлась победа над другой партией. Усыпление противника не поможет выиграть бой. Это заклинание не слишком влияло на исход сражения.

Вот поэтому Чародеи рассматривались как второсортный класс.

— Не стоит недооценивать магию господина.

— !

После случившегося на дороге снова стало тихо.

Световые шары прекратили искрить, когда время их действия закончилось. Оба бандита сидели на земле, а их хилер просто спал. Группа Сироэ посмотрела на них.

— Вы недооценили сияние световых шаров, не обращая на них внимания из-за их незначительного урона. Но яркий свет не дал вам увидеть темные участки леса. Вы не видели того, что случилось в лесу, и не поняли, что ваш хилер спал. Вы думали только о сражении, в вашей командной работе полно дыр. Ваше подкрепление легко одолеть.

После того как Акацки закончила, Наоцугу, ожидая это, махнул своим мечом вниз. Побежденный длинноволосый бандит пронзительно закричал и умер.

— Мы все равно оживем после смерти, еще не все потеряно!

Главарь бандитов старался держаться, но клинок Акацки у его горла не давал ему двигаться.

Акацки вопросительно посмотрела на Сироэ.

Она просила разрешения продолжить.

Сироэ глубоко вздохнул.

Можно было связать его, забрать у него все и пытать. Но Сироэ не годился для допроса, он просто не умел этого делать.

(Мы можем дать ему уйти, но… Даже если мы сделаем это…)

Вряд ли он будет благодарен.

И он не усвоит урок, а уж тем более не раскается.

Он, несомненно, считал это оскорблением и обижался. В любом случае, смерть в этом мире всего лишь ритуал. Вряд ли это наказуемое преступление, как в реальном мире.

Сироэ понял это.

Но он по-прежнему считал, что нельзя переступать закон.

(Другого пути нет.)

Сироэ кивнул Акацки. Она без колебаний вонзила лезвие в горло главаря бандитов. Красная кровь, казавшаяся грязной во мраке ночи, брызнула из горла.

Акацки ловко развернулась, чтобы не испачкаться в ней, в то время как золото и различные предметы рассыпались вокруг главаря.

Так закончилось нападение ПКашников.

4

— Значит, слухи о том, что охрана исчезла, верны, — произнес Наоцугу, подбирая лут.

В ответ Сироэ лишь пожал плечами. Но пусть они и вели себя непринужденно во время стычки с дикими бандитами, битва не далась им настолько легко.

В конце концов, врагов было шестеро. А вражеский уровень высоким, хотя они еще не достигли 90 уровня. Наоцугу, использовавший защитные навыки, потерял половину своих HP.

Если бы Акацки не обезвредила прятавшееся в темноте подкрепление… Нет, если бы Акацки не исчезла в тот момент, когда их атаковали, поняв, что имел в виду Сироэ, говоря «Я вижу четырех из них», и не вынесла бы подкрепление, кто знает, каким был бы исход боя.

У Сироэ, Наоцугу и Акацки имелись свои козыри. Но исход битвы можно изменить, оставаясь хладнокровным. Если бы они использовали козыри, поддавшись панике, они бы проиграли. Но сохраняя спокойствие и действуя по плану, они могли увеличить свои шансы на победу.

Партия Сироэ выиграла по двум причинам. Во-первых, из-за самоуверенности ПКашников, вызванной их численным превосходством. Во-вторых, группа Сироэ работала слаженнее.

— Поблизости еще есть прячущиеся ПКашники? — мрачным тоном спросила Акацки, глядя на заброшенные здания.

— Похоже, они все там, — ответил Сироэ.

Важной составляющей плееркиллерства был элемент неожиданности, поэтому им нужно подходящее месторасположение. Отсюда их цель могла сбежать в город, поэтому это место для ПКашников явно не подходило.

(Мы должны оставаться начеку, здесь становится опасно.)

Сироэ считал, что есть и другая причина, по которой они выиграли.

Потому что они знали об ухудшении уровня безопасности в городе.

Группа Сироэ тоже слышала слухи о нападениях ПКашников, бродящих неподалеку.

Они спрятались вокруг полевой зоны, окружающей Акибу, и атаковали под покровом ночи. У группы, которую они победили, явно имелся опыт в плееркиллерстве, поэтому из них так и била самоуверенность.

Команда Сироэ находилась настороже, потому что знала о происходящем и настороженно относилась к теням, скрывающимся в кустах.

— Они Посылка Ужаса? Какое шаблонное имя.

Так называлась гильдия ПКашников, которую они победили. Возможно, они являлись группой, нападавшей на остальных.

— Тут ничего не поделаешь, это чересчур просить ПКашников использовать классические названия.

Наоцугу безмолвно выразил свое отвращение, Акацки согласилась с ним.

(Что ж, меня тоже это бесит.)

Сироэ вздохнул.

Наоцугу ненавидел ПКшников, Сироэ они тоже не нравились.

Существовало множество причин, чтобы не любить их, но главная причина заключалась в том, что Сироэ просто считал их отвратительными.

Желание поживиться за счет тяжелого труда других людей — подло. Золото и предметы, полученные плееркиллерством, не поднимут ваш уровень. Из-за этого Сироэ считал их очень мерзкими.

Раз они забирали сокровища других, значит, они не бывали в высокоуровневых зонах, где эти награды добывались. Вы не только упускаете возможность изучить неизвестные места и тайны, вы не получите сокровищ, которых никогда прежде не видели. Вы не сможете наслаждаться приключениями, если займетесь плееркиллерством.

Вот почему ПКашники считаются паразитами, живущими за счет вознаграждений других людей.

Сироэ так считал.

(…Критиковать личности игроков, будучи заточенным в альтернативном мире… Возможно, с этим ничего нельзя поделать. Все находятся на грани.)

К несчастью, нахождение на краю стало частью их повседневной жизни, так устроен этот мир.

— Я тоже слышала нечто подобное.

— Не считая этих, к ПКашникам относятся Клан Прилива, Синий Удар и Каносса, — ответил Сироэ на слова Акацки.

— Я понимаю, люди в замешательстве, но даже так… Неужели они не могут заняться чем-то другим?

— Чем, например?

— Например, разговаривать про трусики.

Акацки сделала шаг назад.

Затем обернулась и посмотрела по сторонам, прежде чем отступить еще на шаг.

— Два шага… Она отступила на два шага?..

Наоцугу расстроился, в это время Сироэ похлопал его по плечу, чтобы ободрить. Наоцугу пытался объяснить все прелести трусиков, но Акацки оборвала его, сказав: «Заткнись, извращенец».

Их взаимоотношение в партии стали значительно лучше.

(Они. Должны. Заниматься. Другими. Вещами.)

В этом нет ничего сложного.

Если вы хотите жить, вам нужно раздобыть дешевую еду.

Хоть на вкус она как сырые крекеры, с этим приходилось мириться, если вы хотели выжить. В деревнях Юго-Восточной Азии, страдающих от войн, и городах, столкнувшихся с голодом, жили до смерти голодные дети, чьи глаза молили о еде.

Но вскоре они перестанут сталкиваться с проблемой питания.

Еда в Elder Tales создавалась из ингредиентов, которые добывались в полевых зонах. С побежденных монстров могло падать мясо, а грибы и ягоды можно собрать в лесу. Рыбу мы можете поймать в море, кроме того, вы можете выращивать и собирать растения.

Сироэ не знал об этом, но в Elder Tales были четыре времени года. Кажется, сейчас лето, и еды в полях хватало.

Поэтому даже новичок, чей уровень ниже 10, может добыть еду в относительно безопасных полевых зонах.

Проблема заключалась в маленьком проценте игроков подкласса Повар, которые могли создавать ее. Но за эти 10 дней нашлись игроки, изменившие свой подкласс на Повара.

Получение здоровой пищи — основа выживания, а это разумная стратегия.

То же самое касается и одежды.

Они могли получить мех из шкур животных или создавать одежды из шелка или конопли. Если вы не переживаете из-за качества снаряжения, производственные игроки могут создать одну вещь за несколько секунд. Вещи, необходимые каждый день, к примеру, ботинки, могли создавать Портные, Кузнецы или Плотники. Эти мастера создавали снаряжение нормального размера, а маленькие и простые вещи создавались Ремесленниками.

Что касается жилья, вы могли провести ночь в любом из заброшенных зданий, если вам не важны безопасность или комфорт.

Ночь в дешевом отеле стоила 5 золотых, но даже игроки 10 уровня могли получить эти деньги, убив несколько гоблинов. Вы также можете снять на несколько комнату в хорошем отеле или группой купить пространство, подобное залу гильдии. Кроме того, вы можете купить себе комнату. Существовало множество способов обезопасить место для ночлега.

Другими словами, для выживания в этом альтернативном мире не нужно рисковать своей жизнью или работать часы напролет.

Здесь нет ничего сложного, если вы просто хотели выжить.

(Но все же больше подходит «не умирали», нежели жили.)

Сироэ думал, что люди теряли цели в жизни из-за отсутствия конкуренции, поскольку им просто нечем было заняться.

Этот альтернативный мир очень свободный.

Возможно, это слишком либерально.

Скорей всего, Наоцугу сказал бы: «Цель в жизни? То, чем мы должны заниматься? Мы сами должны решить это и работать, верно? То же касается обсуждения или защиты девушек. Точно так же, как девушки сами должны решить надеть трусики». Эта точка зрения не была неправильной, поэтому Сироэ не хотел обсуждать ее.

Но кто-то может согласиться, а кто-то — нет.

Если люди не выбрали себе цель и пытаются еще добиться этого, им легче свернуть на темную дорожку. Такие люди были везде, как и те, кто тешил свое самолюбие, издеваясь над другими.

(То же самое и с ПКашниками. Существует множество простых и безопасных способов жить в этом мире. Если вы просто хотите выжить, вам не нужно зарабатывать много денег или заниматься плееркиллерством.)

Таким образом, плееркиллерство не помогало выжить. К примеру, в бедных странах люди могли начать воровать, чтобы прокормить себя. Но плееркиллерство сильно отличалось.

Для этих людей плееркиллерство являлось тем, что они считали нужным делать. Они получали от этого наслаждение. От такого ПКашники казались Сироэ еще более омерзительными.

— Подождите минутку, эй! — закричал Наоцугу.

— В чем дело?

— У этих парней только 62 золотые монеты, насколько же они бедные?

— Но у них неплохие предметы.

Наоцугу и Акацки разобрали все выпавшие предметы и золото. Лут немного разочаровывал.

— Заниматься плееркиллерством очень рискованно. К несчастью, они не так глупы, чтобы носить с собой все ценное. Оставшиеся вещи, наверное, в банке. То, что мы здесь видим, — предметы, которые они отняли у других.

Слова Сироэ заставили их обоих глубоко вздохнуть.

5

Уже почти наступила полночь, когда они добрались до Акибы.

Атмосфера на улицах казалась убийственной.

Городской центр, где располагались метро, главная дорога и мост, был забит киосками, как и всегда. Здесь, как обычно, находилась толпа, подозрительных же игроков можно было заметить в темных окраинах города и на тускло освещенных аллеях.

(С охраной дела совсем плохи…)

Группа Сироэ провела последние несколько дней в полевой зоне, охотясь на монстров.

После того ужасного происшествия они нуждались в обмене информацией. Вопросы касательно еды, сна, основного механизма и структуры этого мира — многое стоило разузнать.

Собрав эти основные данные, группа Сироэ решила выбраться в полевую зону и выяснить, как сильно изменились сражения.

Они втроем выбрали данный путь, но это заняло больше времени, чем ожидалось.

Использование магии и навыков очень отличалось от их освоения. Так считали Сироэ и Наоцугу, Акацки тоже разделила их точку зрения, но позже.

Чем больше разница между использованием и освоением, тем больше требуется времени, чтобы на практике восполнить разницу. Изучить особенности навыка, понять, как его использовать, и поэкспериментировать с ним. Объема данных в Elder Tales хватало, чтобы заставить новичков взреветь, но сейчас их в 2 раза… Нет, в альтернативном мире данных в несколько раз больше.

Взять, к примеру, Удар Крестом.

Базовая двойная крестообразная комбо-атака Защитников. Защитники быстро изучали этот навык, поскольку он являлся базовым, и использовали его по-разному. Наоцугу знал пять способов его активации.

— Делаешь резкий взмах из правого верхнего угла в левый нижний, затем бьешь вертикально и вверх — это основа. Но ты также можешь начать из левого верхнего угла в правый нижний, так удобнее, если ты левша. Еще можно сделать горизонтальный взмах, а затем вертикально рубануть.

Вот так он работал.

Этот навык, а точнее, базовое атакующее движение, уже сохранено в их теле. Взять, к примеру, двух игроков боевого класса — Наоцугу и Акацки. Если у вас есть желание сражаться, и вы можете видеть движения ваших врагов, ваше тело начнет двигаться автоматически.

Но для того, чтобы запомнить все движения, нужно много тренироваться. Нельзя точно сказать, похожи ли эти тренировки на обучение боевым искусствам в реальном мире, но эта парочка, владеющая оружием, такая же, как Сироэ. Им пришлось изучать, экспериментировать и приспосабливаться.

Для дальнобойных заклинаний лучше использовать посох, а не горячие клавиши, — это повышает точность атаки.

Если не брать во внимание то, что простые, но необходимые навыки легко использовать, могут возникнуть трудности с использованием их против врагов, если в командной работе имеются некоторые сложности.

У каждого из троицы своя роль — танк, убийца и саппорт, но командная работа заключается не только в выполнении своей роли.

Наоцугу нужно найти способы заагрить врага, предоставляя своим союзникам свободу действий. Акацки следует объединить знание и опыт, угадывая, какая же атака Наоцугу ударит в слабое место врага.

Но Сироэ приходилось сложнее.

Он должен знать, что его товарищи могут делать, а что — нет. Ему нужно знать их привычки и даже ритм дыхания, чтобы грамотно продумать тактику боя. Ему нужно узнать и запомнить множество вещей, несмотря на то, что на их освоение нужно время. Так протекала повседневная жизнь партии Сироэ.

Мариэль и Альянс Полумесяца тоже очень помогали группе Сироэ.

Альянс Полумесяца создавался для взаимной поддержки. У них было несколько высокоуровневых игроков, но, поскольку они — гильдия, им требовалось больше рабочей силы, чтобы отправлять людей фармить в полевой зоне и одновременно собирать информацию на улицах.

Работа в гильдии делилась на 3 смены: добыча ресурсов в поле, покупка материалов, получение информации на улицах или создание предметов при помощи производственных навыков. Делать все это по сменам гораздо эффективнее.

Они договорились о том, что команда Сироэ будет собирать информацию в зонах 60 уровня и выше для обмена информацией с Мариэль. Кроме того, они будут добывать высокоуровневые предметы, чтобы обменивать их на еду и снаряжение.

Они делали то, что им лучше всего удавалось, и обменивались результатами.

(Мари-нэ упомянула, что некоторые люди действительно напуганы… похоже, нужно что-то делать с ПКашниками.)

Сироэ вздохнул, размышляя об этом, поскольку эту информацию он узнал от Мариэль, и выходит, что она из вторых рук. Но он сам имел дело с ПКашниками, это факт.

В метро можно укрыться от дождя, что делало его отличный местом для размещения магазинов. Партия Сироэ прошла через него и вышла прямо на городскую площадь. В реальном мире здесь располагалась набережная под открытым небом, но в этом альтернативном мире на этом месте раскинулась огромная территория, поросшая мхом и травой.

Несмотря заброшенность окружающих зданий, на первом этаже каждого из них находились магазины. Здесь располагались главные торговые точки Акибы.

Кроме магазинных NPC, которые помогают игрокам в торговле, здесь производственным новичкам помогали Кузнецы и Плотники. Они не только обучали базовым навыкам, но и предоставляли доступ к своим печам и столам для шитья.

Большинство предметов в этом мире можно выбить с монстров или найти в сундуках с сокровищами в подземельях. Они также могут быть созданы производственными игроками. Чтобы помочь низкоуровневым игроках в их приключениях, NPC продавали базовое оружие и доспехи.

В торговых объектах, расположенных вокруг центральной пощади, тоже сидели такие NPC-торговцы.

Население NPC в этом мире намного больше, чем в игре. Поначалу игроков это шокировало, но со временем они привыкли.

Они не делали точного подсчета, но их было примерно в 6-10 раз больше, чем в игре.

Основные услуги на территории города остались такими же, как в игре, и были доступны 24 часа. Но NPC тоже нужно есть и спать. Скорее всего, увеличение населения вызвано тем, что им приходилось работать по сменам.

Они жили по своему графику и жили в помещениях, располагавшихся над их магазинами. Но они не покупали вещи или магические предметы, созданные игроками, поэтому сложно сказать, какую роль они играют в экономике этого мира.

Поведение этих NPC отличалось от игрового и больше напоминало человеческое. Вы можете спутать их с игроками, если не проверите их статус.

— Хочешь купить что-нибудь? Или съесть? — спросил Наоцугу Акацки слабым голосом.

— Ах, что будем делать, господин? — равнодушно спросила Акацки у Сироэ.

Их не радовала возможность подкрепиться и хмуриться во время трапезы.

— Да… Для начала держитесь. Давай пройдемся и проверим, не спит ли еще Мари-нэ.

Сироэ принял решение. Даже если вкус еды в Альянсе Полумесяца такой же, есть у Мариэль все же лучше. Нельзя не брать во внимание влияние окружающей обстановки на восприятие пищи.

Лут, который они получили с монстров и ПКашников, можно продать Альянсу Полумесяца. Из него они могли сделать предметы, которые затем можно продать на рынке, тем самым вернув их людям.

Сироэ открыл меню и связался с Мариэль при помощи телепатии.

Сейчас она еще не должна спать, но ее ответ показался слишком быстрым.

— Йо, Сиро-боян, где ты?

— Вернулся в город.

Приветствие Мариэль не отличалось от обычного, но что-то настораживало.

— Приходи в мою гильдию.

— Разве сейчас подходящее время? Ты не спишь?

— Я как раз думала о том, чтобы связаться с тобой. В любом случае, просто приходи.

— Не возражаешь, если Наоцугу и Акацки пойдут со мной?

Сироэ познакомил Мариэль с Наоцугу и Акацки во время визита к Альянсу Полумесяца. Троица была частым гостем гильдии, а порой даже присоединялась к сражениям с монстрами. Таким образом, они познакомились со всеми.

— Конечно нет, так даже лучше. Я буду ждать вас, ребята.

Разговор закончился. Сироэ чувствовал суматоху на заднем плане, разговаривая с Мариэль. Похоже, Альянс Полумесяца все еще бодрствовал, несмотря на столь поздний час.

— В чем дело, Сиро? — небрежно спросил Наоцугу, заметив перемены в Сироэ.

Доброта Наоцугу выражалась в этих мелочах. Сироэ был впечатлен, но не показал виду, вместо этого он обернулся и сказал:

— Давайте пройдемся до Альянса Полумесяца. Похоже, что-то случилось.

6

В зале гильдии Альянса Полумесяца царила атмосфера паники. Навстречу группе Сироэ вышел юный хилер, напоминавший щенка. Проводив троицу в комнату гильд-мастера Мариэль, он поспешно удалился.

Там царил еще больший беспорядок, чем во время их последнего визита, но Мариэль смогла выделить гостям место и приготовить для них чай.

Генриетта все еще усердно прибиралась в кабинете. Близилась полночь, но не присутствовало и намека на умиротворение и тишину.

Молодежь носила предметы, а члены гильдии пересчитывали оружие. Судя по напряженной атмосфере, они словно собирались в путь.

— Извини за беспорядок, Сироэ-сама… Подержи это. Вау, неужели это Акацки-тян!

Генриетта откинула метлу, увидев Акацки, и бросилась обнимать ее. У Генриетты имелся пунктик на милых маленьких девочек, а Акацки как раз была в ее вкусе. Она вела себя так с самого их знакомства.

Генриетта — девушка среднего роста, поэтому Акацки была на полголовы ниже ее. Когда Генриетта обнимала ее, Акацки походила на черную кошку, которой надоело обожание своего хозяина.

— С возвращением! Здесь беспорядок, надеюсь, вы не имеете ничего против.

Мариэль посмотрела на Наоцугу и Акацки, а потом подмигнула Сироэ. Ее озорное поведение вызвало у Сироэ вздох облегчения.

— Что случилось, Мари-нэ?

— В... В любом случае, не торопите меня, позвольте предложить вам воду. Воду, похожую на чай, хе-хе-хе-хе…

Троица села, приняв приглашение Мариэль.

Сироэ и Наоцугу сели на кушетку, а Акацки, обнимаемая Генриеттой сзади, на спинку дивана.

— Ах… Эм-м…

Все уже расселись, но Мариэль все еще не могла подобрать нужных слов, чтобы начать. Сироэ какое-то время просидел в тишине, а затем спросил:

— Собираетесь в путь?

— Ага.

— Куда?

— Хм-м-м, я должна сказать Эццо? Так или иначе мы собираемся в Сусукино.

В Elder Tales Сусукино относился к одному из 5 главных городов.

Зона принадлежала японскому серверу.

Согласно задумке проекта «Half-Gaia», местоположение и путь между Акибой и Сусукино не отличались, но расстояние уменьшилось в 2 раза, а территория в 4 раза.

В Elder Tales виртуальная Япония называлась Ямато и делилась на 5 государств. Хоккайдо из реального мира носил название Империя Эццо, Сикоку назывался Королевство Форлэнд, Кюсю был Владением Девятихвоста, главные восточные Японские острова — Лига Свободных Городов Истала, а западная часть стала Священной Империей Вестелэнд.

В Ямато, равносильному реальной Японии, проживали десятки тысяч игроков. Кроме того, здесь находилось бесчисленное множество NPC, известных как Люди Земли. Они проживали в городах, небольших городках и деревнях.

Эти 5 городов образовывали свою собственную лигу.

Сусукино, Сибуя, Акиба, Минами и Накасу.

Поскольку эти места выбирались в качестве стартовых городов, там была хорошо развита торговля, а окружающая территория, кишащая низкоуровневыми монстрами, прекрасно подходила для новичков. Здесь имелось много простых квестов, и здесь же находились соборы для респауна павших в битве игроков.

5 городов связывались между собой при помощи транспортных врат, поэтому игроки могли легко перемещаться между ними.

Так было до недавнего происшествия.

Постепенно игроки стали называть случившееся Катастрофой. Некоторые называли это перемещением, призывом или провалом в альтернативный мир. Но, раз текущее положение дел неизвестно, чаще всего использовали термин «Катастрофа».

Сироэ думал, что термин «Катастрофа» звучит лучше, чем перемещение в альтернативный мир. Если вы использовали слова «перемещение» или «призыв», значит, вы допускали возможность того, что можете вернуться. Сироэ это тоже заботило. Наверно, поэтому большинство людей использовали термин «Катастрофа».

— Есть какие-нибудь вести о том, что транспортные врата возобновили работу?

— Ни одни из них не работают. Мы даже не знаем, сломаны ли они.

Мариэль приободрилась после начала разговора и принялась объяснять ситуацию группе Сироэ.

— Как я уже говорила, Альянс Полумесяца — маленькая гильдия. Недавно к нам присоединились несколько людей, теперь нас 24, и большинство в этом здании. Но есть девушка, Серара, которая сейчас в Сусукино. Она милый Друид 19 уровня, новичок в Альянсе Полумесяца. Эм, личная информация подобного рода не так уже важна. Она немного застенчивая и слабохарактерная, но хочет научиться вести дела и потому играет в Elder Tales. Просто уникальная личность.

Во время своего рассказа Мариэль смотрела в пол.

— Серара находилась в Сусукино в день Катастрофы. Она присоединилась к рейд-группе игроков-наемников, чтобы потренироваться, поскольку остальные гильдии были заняты… Она играла неподалеку от Сусукино, когда произошла Катастрофа. Раз транспортные врата не работают, она оказалась заперта там.

Генриетта дополнила сказанное Мариэль и тяжело вздохнула.

— Хотите вернуть ее?

Мариэль и Генриетта кивнули, отвечая на вопрос Сироэ.

— Разве хоть кто-то из игроков отправился в Сусукино после Катастрофы?

Акацки задала вопрос от имени всей группы.

Сироэ тоже думал об этом.

Не считая ворот между городами, оставалось всего 2 способа путешествовать.

Используя Кольца Фей, расположенные по всей округе, можно телепортироваться в другие места, или же вы могли путешествовать по зонам пешком.

Кольца Фей служили средством перемещения, а располагались они в полевых зонах и выглядели как магические круги, образованные несколькими валунами. Вы могли телепортироваться от одного Кольца к другому, так устроена телепортационная сеть в Elder Tales.

Связь между Кольцами Фей зависела от лунного цикла и имела сложный механизм действия. Если вы знакомы с ним, то быстро завершите свое путешествие. Но если использовать их в неправильное время, можно оказаться неизвестно где.

— Насколько мне известно, никто не пытался сделать это. Ни у кого нет сил на то, чтобы идти каждый день, и их не заботит происходящее в других городах, это можно понять. Использование Колец Фей без онлайн-проводника сродни самоубийству. Чтобы добраться до Сусукино на лошади или пешком, потребуется 2 недели. И это с учетом различных трудностей, которые могут возникнуть в пути. Это не простое путешествие из любопытства.

Мариэль хорошенько проанализировала ситуацию.

До Катастрофы игроки могли свободно перемещаться по японскому серверу, некоторые сильные игроки даже умудрялись добраться до Кореи или Китая.

Все становилось возможным благодаря транспортным вратам, расположенным в городах, и Кольцам Фей с их онлайн-проводниками, предоставленными для удобного и быстрого перемещения.

Пока это была просто игра, не было необходимости спать на открытом воздухе. Неважно, где вы находились, вам нужно просто выйти из игры, находясь в безопасной зоне, или использовать Зов Дома, чтобы вернуться в город.

— Подождите минутку, если мы используем Зов Дома… Ах, я забыла нечто важное!

— Верно, если игрок попадает в город через собор, точка возврата Зова Дома, соответственно, изменится. Если Серара воспользуется Зовом Дома, она просто останется в Сусукино. Она не вернется сюда.

Зов Дома — заклинание мгновенной телепортации, любой игрок в Elder Tales мог его использовать. Оно перемещало вас в последний посещенный вами главный город. Время каста занимало несколько минут, но возможность использования сокращалась до раза в 24 часа. Кроме того, оно не действовало во время сражения. В игре нормально использовать его для возвращения в город до выхода из игры.

Но юная девушка после каста заклинания просто вернется в Сусукино, где она и находится. А транспортные врата все еще не работали.

Вы не узнаете о направлении Колец Фей без онлайн-проводника, поэтому они тоже бесполезны.

— Почему вы решили начать спасательную операцию именно сейчас?

Акацки наконец-то затронула главную тему.

Сироэ предполагал, что именно этот вопрос и станет ключевым.

— Потому что…

— Ах, потому что, эм-м… Мы планировали вернуть ее, так как находиться у северной границы в одиночку страшновато, правильно?

Генриетта хотела что-то сказать, но не смогла, а лишь крепче сжала Акацки. Мариэль, прервавшая ее, старалась подобрать нужные слова во время своего объяснения.

— …Мари-нэ.

— Не смотри на людей так пронзительно, Сироэ. Ты не будешь пользоваться успехом у женщин, если будешь так делать, хорошо?

— Мари-нэ.

Мариэль попыталась сменить тему, поэтому Сироэ позвал ее снова.

— Э… ага, с охраной в Сусукино дела обстоят хуже, чем здесь. Ах, забудь, это не «похоже на то» или «по-видимому». Охрана в Сусукино очень плохая… Серару преследуют плохие парни.

В этой девчачьей комнате, сделанной в пастельных розовых тонах, ее слова звучали зловеще.

Город был мирной зоной.

Здесь не действовали оружие и магия, а за преследование и притеснение других персонажей неизбежно следовал бан.

Но не все преступления нарушали закон, и такие преступления по-прежнему совершаются. Но существовали вещи гораздо ужаснее, чем плееркиллерство девушки с низким уровнем.

Вещи, которые не запрограммировали разработчики в игре, могли существовать в этом альтернативном мире.

— ...

Пугающее молчание Акацки означало «тревогу».

— Ах, все не так плохо. Но в Сусукино меньше 2000 игроков. В городе с такой маленькой плотностью населения сложно спрятаться, верно? Она наш согильдиец, мы должны спасти ее, правильно? Мне очень неловко, но я хочу обсудить с вами кое-что. В нашей гильдии много детей, так? Это очень хорошие дети, но они еще не освоились. Нам нужно отправить лучших игроков или мы не доберемся до Эццо. Поэтому, пока нас не будет, не могли бы вы помочь мне… и присмотреть за этими детьми?

— Вам не нужно быть здесь все время, у нас есть волшебник Айзель, верно? Высокий синеволосый парень. Он будет следить за остальными детьми. Мариэ, командир боевой группы Сёрю и я сделаем для этой экспедиции все, что сможем. Это обдуманная просьба, и мы тоже очень обеспокоены… Но, Сироэ-сама, Наоцугу-сама… Акацки-тян, вы можете позаботиться об этой гильдии некоторое время?

Мариэль и Генриетта склонили головы, прося о помощи.

Сироэ посмотрел на двух девушек, склонившихся перед ним.

Он задержал дыхание.

В голове стало пусто.

Но все еще шумело.

Он хотел, чтобы его кровь перестала бежать по венам.

Он начал злиться.

Его внимание — молния, сверкнувшая в темноте.

В реальном мире Токио и Саппоро находились на расстоянии 850км друг от друга, что по задумке проекта «Half-Gaia» в этом мире равнялось 425км. Партия Мариэль будет путешествовать на лошадях и пешком, некоторые дороги еще пригодны для этого. Но большинство зон покрыто равнинами и холмами.

В лучшем случае, они смогут проходить около 50км в день, но будет чудом, если получится пройти хотя бы половину этого пути. Не стоит забывать и о том, что они столкнутся с монстрами, поэтому преодоление даже 25км станет сложным испытанием.

Если они будут проходить по 20км в день, то доберутся до Сусукино через 21 день. На весь путь уйдет полтора месяца. Мариэль слишком оптимистично настроена.

Температура тела Сироэ упала примерно на 3 градуса.

На него снизошло озарение.

Озарение сродни предчувствию.

Путешествие Мариэль провалится.

Они подготовились, как могли. У них небольшая разница в уровнях, но на этот вызов ответила элита Альянса Полумесяца. Они образуют целую партию из 6 человек, включая прекрасного хилера.

Но Сироэ казалось, что эта проблема крылась куда дальше уровней.

Сироэ был интровертом, и люди высказывали его мысли вслух.

Обычно, эти мысли отличались бредовостью и выходили за грань разумного. Но у Сироэ имелось секретное оружие — внутренние весы. Используя это приспособление, Сироэ мог измерить примерную силу своих союзников.

Он перебирал варианты, которые мог предложить Мариэль.

Их вышло 12.

Он оценивал каждый из них.

Половина были полезными.

Они могли сократить необходимое время или увеличить их шансы.

Отбрасывая ненужные идеи, Сироэ оставил 4 варианта.

Он размышлял о способе их осуществления.

Он отбросил половину идей, а к оставшимся добавил новые детали, заново оценивая их. Поток его мыслей был подобен вспышке света в подсознании. Сироэ мог только чувствовать, как его мысли следовали по этому пути света.

(Но…)

Совет? Предложения?

Нужно ли им это? Нет, обладает ли он такой властью, чтобы навязать им свое мнение? Он не мог взять на себя ответственность. Так мог ли он вообще надеяться на подобное?

Расчеты… Практичность… Власть… Именно, ожидание.

Ожидание.

На что он надеялся? Что хотел сделать?

Поскольку его мысли постепенно превращались в слова, сознание Сироэ вернулось в тело. Он поднял взгляд, словно увидел что-то, и заметил, что Наоцугу и Акацки кивают головами, поддерживая его.

— Скажи это, Сиро.

— Твоя очередь говорить, господин.

Если бы Сироэ размышлял еще 5 секунд, он бы просто не смог двигаться. Он бы потерялся в своих мыслях и обязанностях, оказавшись во власти мысли «Слишком самонадеянно влезать в дела другой гильдии».

Но сейчас Сироэ напоминал лодку, подгоняемую ветром, — Наоцугу и Акацки, кивающих головами. Он непринужденно сказал:

— Мы пойдем.

— Хм-м-м?

— Будет лучше, если пойдем мы.

— Мы не можем так тебя утруждать, Сиро-бо!

Сироэ проигнорировал слова Мариэль и повернулся к своим товарищам.

— Конечно!

— Предоставьте это нам и господину.

Оба товарища выбрали подходящий момент для ответа. Наоцугу и Акацки встали, словно спорить уже бесполезно.

— Мы отправимся в экспедицию, Мариэ-сан и все остальные останутся здесь. Глупо просить нас присмотреть за детьми.

— Синоби не знакомо слово «провал».

Мариэль села, уставившись на Сироэ с открытым ртом. Тот не мог смотреть на нее.

Было неловко. Сироэ жалел, что так грубо произнес «Будет лучше, если пойдем мы». Разве нельзя выразиться помягче? Мариэль была в шоке. Сироэ сильно покраснел, подумав об этом.

(В ее взгляде читалось «О чем говорит этот ребенок?» Что, что я делаю? Я веду себя как высокомерный дурак!)

Он чувствовал неловкость, изображая равнодушие. Сироэ, смотревший на звезды, подавил свои эмоции и твердо сказал:

— Мы пойдем на рассвете. Мари-нэ, Генриетта-сан, предоставьте все нам.

1

— Точно все в порядке? — вновь спросила Мариэль, пришедшая увидеться с ними.

Деревянный Замок Уэно — зона, где ночью бродили полулюди и бандиты. Прямо сейчас здесь проявился красивый вид неба, проглядывающего сквозь туман и казавшегося белым.

Влажный утренний воздух окутал команду Сироэ, Мариэль и нескольких членов Альянса Полумесяца, которые пришли попрощаться с ними.

— Мариэ-сан, не беспокойся. Эта девушка милая, верно? Я не позволю ни одному парню прикоснуться к ней, пока сам с ней не пофлиртую. В путь, флиртовать с девушками!

Попытка Наоцугу пофлиртовать была награждена ударом локтя Акацки, сопровождающимся словами «Заткнись, идиот».

— Все будет в порядке, нам приходилось спать под открытым небом, к тому же мы тренировались последние 2 недели… — успокоил Мариэль Сироэ.

Шансы на успех у этих троих выше, чем у партии Мариэль. Но Сироэ все равно стыдился своего вчерашнего поведения и до сих пор не мог смотреть прямо на Мариэль.

— Эм… Здесь немного, но, пожалуйста, съешьте это во время вашей дороги туда. Сиро-семпай, сделай все возможное.

— Акацки-тян, это целебная мазь, сделанная членами гильдии, она пригодится в пути.

Сироэ и Акацки приняли поддерживающие предметы, заботливо подготовленные членами Альянса Полумесяца. Хотя Сироэ всего лишь сказал простые слова благодарности, а Акацки лишь кивнула, члены гильдии прекрасно поняли их чувства.

— Хорошенько следи за всем, Мари-нэ… особенно за ПКашниками.

— Ага, с нами все будет в порядке, мы продолжим собирать данные.

— Мариэ-сан, расслабься и предоставь это нам!

— А-ха-ха-ха, береги себя, Наоцугу-ян, хорошо? Сиро-бо это не нужно, поэтому я позволю Наоцугу-яну потрогать их. Смотри сюда, они такие мягкие!

Мариэль улыбнулась, скрывая свое смущение, и прижала руки Наоцугу к своей большой груди.

— Э, Мариэ-сан, перестань!

— В чем дело? Наоцугу-ян, как и Сиро-бо, ненавидит это?

— Это не то…

Мариэль напоминала смелую и искреннюю старшую сестру, заботившуюся о других, и отпускала грязные шуточки, чтобы скрыть свое смущение. Она заявила, что у нее совсем не женственный характер, и засмеялась, когда все проигнорировали отпущенную ей грязную шутку, подобную этой.

(Но я думаю, что только Мари-нэ считает себя непопулярной…)

Сироэ посмотрел на Акацки и увидел, как она прикрывает рот обеими руками и бормочет «Идиот, идиот, умри, извращенец Наоцугу».

Члены Альянса Полумесяца только смущенно улыбались, не пытаясь остановить ее. Возможно, такое повторялось каждый день.

— Она в порядке? Или эта грудь ужасна?

— Постой-ка… Если говорить мне об этом в лоб, я побоюсь принять предложение… Ах, серьезно, я ничего не могу поделать! И разве я не просил бросить эти грязные шуточки?!

— Звучит совершенно неубедительно, когда это говорит Наоцугу, — Акацки пнула его.

Удар пришелся по тяжелой броне Защитника, оставляя после себя только глухой стук. Наоцугу воспользовался этим шансом, чтобы освободиться от Мариэль.

— Я позволю тебе насладиться моей грудью, когда вернешься невредимым… Да, бон вояж. Спасибо, что делаете это. Берегите себя.

Настало время отправляться.

Краснеющий Наоцугу, которому удалось сбежать от Мариэль, шел вниз по туманной улице, стараясь скрыть смущение.

— Сиро-бо, Наоцугу-ян, Акацки-тян, пожалуйста, верните Серару домой.

Наоцугу повернулся спиной к восходящему солнцу и высоко поднял свой щит.

Сироэ помахал на прощание, а Акацки вытащила свой клинок на полдюйма и с отчетливым звуком убрала его обратно в ножны.

Попрощавшись, троица начала свое путешествие далеко на север.

2

Утренний туман в начале лета стоит недолго и быстро рассеивается, снова сменяясь ясным голубым небом.

Троица шла по полуразрушенному шоссе. В стародавние времена (которые соответствовали современной эпохе реального мира) это шоссе считалось величайшим шоссе столицы. Оно напоминало мост над землей, простирающийся далеко на север.

Зоны, которые они прошли, добираясь до столичного шоссе, казались относительно мирными. Здесь обитало больше диких животных, чем монстров, вы могли увидеть стада оленей и лениво прогуливающихся медведей.

Игроки верили, что мир Elder Tales представляет собой тысячелетнее будущее реального мира, как и говорилось в официальной настройке. Согласно преданию Elder Tales, здесь прошла война, настолько разрушительная, что буквально уничтожила все. И нынешний мир был чудесным образом отстроен богами. Такое устройство мира часто встречается в фэнтези-играх.

Графика, улучшаемая с каждым новым патчем, покорила игроков своей красотой. Но пейзаж, увиденный ими после Катастрофы, намного превосходил компьютерную графику.

У троицы не возникло проблем с верховой ездой, несмотря на отсутствие опыта. Лошади в Elder Tales служили обычным средством передвижения.

Все игроки могли ездить верхом без какой-либо практики. В магазине лошадь можно было купить или взять в аренду на несколько дней. Ничего удивительного в том, что у среднеуровневого игрока имелась своя лошадь.

Когда Elder Tales была просто игрой, лошади считались призываемыми существами.

После покупки или получения ее в аренду вы приобретали флейту. Вы могли призвать лошадь, находясь в любом месте, сыграв на флейте.

Такая настройка воссоздалась и в этом мире. Ваша лошадь могла прибежать к вам издалека, когда вы свистнете, поэтому вам не приходилось привязывать ее и беспокоиться о ней во время прохождения подземелий.

Лошади относились к предметам и не умирали, но в этом мире в таком еще стоило убедиться. Вы могли потерять ее, призвав в опасном месте, поэтому Сироэ не рисковал и проверял этот аспект.

Во время путешествия группе Сироэ предстояло пройти через полевые зоны. По названию несложно догадаться, что в этом мире они открытые и обширные территории.

Этот мир, в основном, состоял из связанных между собой полевых зон. Неплохо сохранившиеся здания считались отдельными зонами, но руины и заброшенные здания обычно относились к полевым зонам.

Одной из особенностей полевых зон являлись их размытые границы.

Закрытые зоны соединялись с другими при помощи дверей, входов в пещеры и лестниц. Но у полевых зон отсутствовали четко обозначенные входные точки для перемещения между соседними зонами.

Вы могли пересечь прилегающие зоны, просто идя по границе. Поэтому, путешествуя по открытой местности, можно не беспокоиться о том, в какой зоне вы находитесь.

При желании информацию о зоне вы могли получить, проверив меню настроек.

Шоссе, по которому путешествовала троица, находилось в ужасном состоянии: всюду валялся мусор и виднелись разрушенные районы.

Им пришлось проехать через некоторые из них. Деревьев в районах было так много, что они превратились в лес. У группы не оставалось выбора, кроме как ехать прямо через подлесок.

Они решили немного передохнуть после полудня.

Эстакада шоссе соединялась с широкой дорогой после крутого поворота в небе. Асфальт под их ногами буквально разваливался, и становилось опасно идти этим путем и дальше.

— Может, сделаем перерыв и перекусим?

На предложение Сироэ Наоцугу, ехавший впереди, глубоко вздохнул.

— Плюс верховой езды в том, что лошадь — автоматическая, но мой зад все еще болит.

— Это точно.

Сироэ кивнул, соглашаясь. Акацки же удивленно посмотрела на него, в ее глазах читался вопрос «Разве?».

Разница в росте между Сироэ и Акацки составляла примерно 30см. Сироэ предполагал, что и весить она может вдвое меньше, чем он. А раз она настолько легче, во время езды на ее нижнюю часть тела приходится меньшая нагрузка.

— Интересно, как далеко мы продвинулись?

— Прошло только полдня, ты слишком торопишься, глупый Наоцугу.

Тот остался равнодушен к словам Акацки. Они придерживались типа взаимоотношений, основанного на спорах и взаимных подколах.

Сироэ провел их вниз по склону, состоявшему из разрушенных участков и обломков шоссе. Скорее всего, в древности тут находился жилой квартал, но сейчас остались только телефонные столбы, и никаких деревьев.

На красноватой холмистой земле они нашли валун, пригодный для использования в качестве стола.

Они постелили ткань на поверхность камня и выложили еду, фляжки, оружие и карту. Это была карта Японии с помеченными на ней зонами, чьи названия Сироэ еще помнил.

— Где ты нашел ее, господин? Очень хорошая карта.

Как и подметила Акацки, карта действительно отличалась детальностью и заслужила достойную похвалу.

Размер полностью развернутой карты достигал примерно одного квадратного метра. На ней изображался архипелаг, идентичный Японии… зоны, находившейся на японском сервере Elder Tales.

На карте присутствовали 4 цвета, обозначавшие реки, леса и даже деревни. Простой любитель явно не смог бы нарисовать подобное.

— Мой подкласс Писарь, я скопировал эту карту в библиотеке Акибы.

— Понятно… Хорошая работа, господин.

— Так, и где мы? — спросил Наоцугу, открыв свою фляжку.

— Мы должны быть где-то здесь, — Сироэ указал на север Токио, недалеко от Акибы.

— Не слишком далеко ушли.

— Ох, ладно, прошло всего полдня… Нам лучше лететь днем.

— Понял.

Наоцугу разговаривал с Сироэ, когда они начали рыться в корзинке с сырыми крекерами, которые внешне выглядели как сэндвичи с курицей.

Обычно Акацки не вмешивалась в такие разговоры. Порой Сироэ думал, что она так себя ведет, потому что полностью им доверяет, а не потому что ей неинтересно. Раз она не задавала вопросов, значит, поняла суть разговора.

Лошади паслись на сухой коричневой траве, а троица обедала. Через некоторое время те убежали подальше. Если спешиться с лошадей, через короткий промежуток они уходят сами по себе.

Они вернутся, когда хозяева поиграют на своих флейтах, поэтому трио не сильно переживало.

— …Неужели так будет всегда? — спросила Акацки, откусив маленький кусочек от своего куриного сэндвича.

Она посмотрела вдаль, прямо в глубины неизведанных земель. Она следила за тем, что бормочет, вы бы и не заметили, если бы не обратили внимания.

Но Сироэ понимал ее чувства.

Этот мир являлся прекрасным воссозданием Elder Tales, но Elder Tales была игрой, а не путешествием по исследованию альтернативного мира. В Elder Tales отсутствовали сон и боль, а этот мир не был игрой.

Он унаследовал настройки и записи Elder Tales, но Сироэ верил, что они должны воспринимать его как совершенно другой, альтернативный мир. С самого первого дня Катастрофы у Сироэ возникло сильное чувство беспокойства, из-за которого он считал неправильным путать этот мир с Elder Tales.

(Все забыли о чем-то важном и хотели двигаться вперед, не вспоминая об этом. Но никто не знает, что же происходит на самом деле. Даже если все имеет отношение к Elder Tales, это все еще альтернативный мир… Поэтому все и ведут себя так странно.)

Охрана на самом деле не стала хуже.

Если говорить об ухудшении, то выходит, что раньше охрана была лучше, но это совсем не так. Если относится к этому всему, как к альтернативному миру, независимому от Elder Tales, то охрана в этом мире отсутствовала с самого начала.

Самыми безопасными были только мирные зоны. Вероятно, это слабый признак того, что настройки Elder Tales все еще существовали.

Но это ограничение не касалось законов.

Здесь изначально не было никакой охраны, поэтому она не могла исчезнуть.

В этом мире не было законов.

Акацки все поняла.

Но она тихо говорила сама с собой.

Отражались ли эмоции в глубине ее серьезных глаз?

(Я не могу сказать…)

Сироэ не знал, о чем думает Акацки.

Это могло быть беспокойство, тоска по дому или даже отчаяние. Но если бы вы заглянули в сердце Сироэ, то нашли бы лишь разочарование.

Вот что висело у него на душе.

Раздражение от того, что все сложилось именно так. Под фразой Акацки «Неужели так будет всегда?» подразумевался этот мир, но также могли пониматься и «мы».

(Это все, что мы можем сделать? Неужели на нас смотрят свысока? Мы убиваем друг друга, обманываем, плачем и сожалеем о простых вещах. Неужели нас развели как детей?)

Сироэ задавался этим вопросом. Неужели мы сразу превратимся в злодеев, оказавшись в месте, где нет никаких законов?

Он ответил твердо, потому что понял.

— Нет, не будет.

Он не поддастся отчаянию так легко.

Подобно гнилым фруктам, падающим на землю, этот мир тоже подчинялся законам природы и стал коварным, дешевым и уродливым. Он ушел от дворянства и галантности, которые считались чем-то плохим. Сироэ не мог принять такую перемену ситуации.

— Будет слишком скучно, — коротко прокомментировал Наоцугу.

— ...

Акацки посмотрела навстречу горизонту.

Сироэ сам решил принять квест Мариэль, потому что их шансы на успех выше, чем у команды Альянса Полумесяца. Причиной тому служили их уровни и умение сражаться.

Это лишь одна из причин.

Но тут больше крылось «хочу», а не «нужно».

Альянс Полумесяца был независимой гильдией. Несмотря на хорошие отношения, партия Сироэ могла не тратить столько времени на бесконечные опасности, чтобы делать это от их имени.

Конечно же, это невозможно.

Мариэль все поняла и попросила Сироэ изредка заходить и заботиться о ее гильдии. Возможно, она думала, что не может просить Сироэ как друга о большем. Это разумно, тут Мариэль не ошиблась.

Наоцугу и Акацки тоже знали, что не обязаны помогать товарищам Мариэль.

Но Сироэ хотел взять этот квест.

Логика и расчеты играли важную роль, он даже задержал дыхание, продумывая миссию. Но им больше движило чувство разочарования. Сироэ даже удивился столь бурным пробудившимся чувствам. И радовался тому, что его компаньоны чувствовали то же самое, что было понятно и без слов.

…Слишком скучно.

…Слишком мерзко.

(Хоть и говорились такие смущающие слова…)

Ветер обдал щеки Сироэ теплом, когда он вспомнил о случившемся. Он почувствовал, как радость, беспокойство и блаженство волнами разливались внутри него.

Чувство сопротивления — он не хотел поддаваться этому уродливому миру.

Если это правда, ему не следовало сдерживать себя.

Сделать все возможное.

Усиленно работать в этом направлении.

Сироэ поглотили мысли, и Наоцугу похлопал его по спине.

— Ты бы помог своей семье в беде, верно? Это естественно. Даже если те парни отвратительны, мы не обязаны плясать под их дудку.

Сироэ не мог смириться с тем, что он оказался в отвратительном, унылом и скучном мире, который не станет лучше. Здесь должно быть что-то крутое и яркое, как Чайные Дебоширы.

Выразить все словами слишком сложно, поэтому Сироэ старался не думать об этом. Но ему казалось, что квест и станет ответом.

Это «Вещи, которые им следует делать».

— Действительно, оскорблять девушку подобным образом совсем не романтично. Тебе нужно делать вот так! Постарайся завладеть их вниманием.

Речь Наоцугу разрядила обстановку.

— Хорошо, Наоцугу, а какие девушки нравятся тебе?

Акацки одарила того испепеляющим взглядом, пока Сироэ сопротивлялся вовлечению в разговор. Подобные мысли очень смущали его.

— У меня разные предпочтения, например, горничные и медсестры. Ах, она должна быть младше, да? Присоединившиеся к моей команде чистые и невинные девы выглядят так ослепительно ярко. Они даже будут называть меня «семпай». Это очень важно!

— Основы важны! Командная работа строится на фундаменте практики!

Сироэ не совсем понял, что имел в виду Наоцугу, но решил ответить ему громко и уверенно. Акацки болезненно взглянула на него.

— Ты абсолютно прав, командная работа, тактика и местность важны. Злость на парней, когда их трусики видны при подъеме по лестнице. Только они выдают и обвиняют нас. Это важнее всего.

(Получилось не слишком уверенно, больше похоже на грязное извинение, да?)

Пусть Сироэ и думал так, он не объяснил этого Акацки. Она все равно ворчала на него, говоря: «Игнорируя этого идиота Наоцугу, господину следует вести себя так, как подобает господину. Глупый господин».

3

…После разговора Акацки держалась с ними холодно. Сироэ остановил ее, когда она хотела призвать свою лошадь. Акацки была озадачена, увидев, как Сироэ достал бамбуковую флейту с аккуратной резьбой.

Она больше походила на произведение искусства, чем на флейту для призыва лошади. Наоцугу держал в руке точно такую же.

— Что это, господин?

Сироэ улыбнулся в ответ на вопрос Акацки и заиграл на флейте, глядя в небо. Звук, уносимый ветром, слился со звуком флейты Наоцугу.

— Не означает ли это...

Пронзительный крик прервал Акацки. Тяжело хлопая крыльями, рядом возникли две огромных тени. Существа, огромные, как повозки, описали два круга над партией Сироэ, а затем приземлились, склонив головы к ногам Сироэ и Наоцугу.

— Грифоны!

Мифические существа, стоящие перед ними, являлись грифонами. Голова, передние лапы и крылья у грифона орлиные, а туловище — львиное. Его боевое мастерство варьируется в зависимости от возраста, но в основном оно на одном уровне с химерами.

— Да, пожалуй.

Сироэ пару раз погладил грифона по шее и достал сырое мясо из сумки. Он купил его по дешевке на рынке, поскольку эти ингредиенты легко добывались во время охоты.

— Ты правда думала, что мы отправимся на дальний север на лошадях? Мы бы состарились в дороге, — Наоцугу подразнил Акацки.

— Почему вы призвали этих монстров?.. Мы полетим на них?

— Да, мы полетим на них. В чем дело, Акацки-сан?

— Акацки,— настоятельно попросила та, услышав Сироэ.

Пусть он и обращался так к ней все время, она по-прежнему хотела, чтобы Сироэ называл ее по имени.

— Акацки… Ты сядешь позади меня. Хорошо?

— Хорошо, однако…

Акацки с опаской издалека поглядывала на грифона. Наоцугу умело подготовил седло на одном из грифонов, Сироэ в это время кормил своего, почесывая его уши.

— Я слышала о подобных флейтах призыва… Они даются только тем игрокам, кто прошел рейд Дыхание Аида в Полях Смерти.

— Да, давно это было…— проговорил Сироэ.

Это относилось к наследию Чайных Дебоширов, о котором постепенно забыли. Сироэ и Наоцугу получили флейты в самом глубоком месте могилы Короля Духов. Они отчаянно сражались с четырьмя всадниками перед магическим алтарем, разгадавшим тайны жизни.

Король Духов пытался украсть подземную энергию горных эльфов, чтобы получить вечную жизнь. Король Крылатых Зверей, сражавшийся вместе с парнями, подарил им эти флейты в знак дружбы.

— Почему они у вас?

— Это прекрасный способ удивить людей в партии, верно? — теперь Акацки ответил Наоцугу.

(Это немного смущает.)

Они не хотели ничего скрывать, но Сироэ и Наоцугу все еще было неловко за то, что они взяли эти флейты. Флейта Грифона относилась к редким предметам, что вызывало у других чувство зависти. Неважно, насколько она ценная, она считалась памятной вещью.

— Покрепче привяжи ножны, то же касается и сумки. Держи все, что может сдуть ветром.

Сироэ протянул руку сомневающейся Акацки.

Поколебавшись немного, она потянулась в ответ. Но что-то заметила и начала краснеть.

Когда Сироэ стало неловко, Акацки собрала все свое мужество и схватила его руку.

Тот поднял ее силой только одной руки. Он не знал, прыгнула ли она или же ее вес был столь маленьким, но его удивило чувство легкости.

— Все сели?

— Да, господин, никаких проблем.

Сироэ с трудом удалось повернуться к ерзающей позади него Акацки.

— Сядь и постарайся удержаться. Держись крепче. Подожди, не хватайся за мой живот!

Наоцугу, который прежде сдерживался, разразился хохотом, глядя на то, как себя ведут Сироэ и Акацки. Не обращая внимания на их обвиняющие взгляды, он похлопал своего грифона по шее.

— Я пойду первым!

За фразой Наоцугу последовал порыв ветра, и он со своим грифоном стали тенью в небе.

— Действительно… Ты готова, Акацки? Вперед!

По ощущениям вас словно подкинули в небо или вы падали на далекую землю головой вперед. Акацки пережила это чувство, держась за худую спину Сироэ.

Спина у Сироэ худая, как у старого ученого. Акацки зарылась в нее лицом, стараясь не смотреть на происходящее вокруг. Но через мгновение она справилась с собой и осмотрелась.

— Какой потрясающий вид.

Сироэ очень беспокоился об Акацки, которая крепко держалась за его спину, и мягко ответил ей. В конце концов, она слишком маленького роста. Молодую девушку, которая едва доставала Сироэ до плеча или даже до груди, могло сдуть ветром, чего он так опасался.

Лучше бы она сидела впереди, а не сзади. Но это бы напугало Акацки, правда уже в другом смысле.

(Другой проблемой стало бы то, как я мог придерживать Акацки.)

Обдумав хорошенько, Сироэ пришел к выводу, что поводья мог бы держать правой рукой, а левой придерживать девушку за живот или грудь. Но тогда возникал риск задеть чувствительные участки ее тела, из-за чего он бы обливался холодным потом. И не так уж и страшно, если бы над ним начал смеяться Наоцугу, гораздо хуже свалиться с грифона во время полета.

— Ты в порядке?

— Ага… Удивительно, мы словно плывем по небу, господин.

Грифон рассекал воздух.

Он не хлопал крыльями, а скользил по ветру.

Поток воздуха, подобно реке, плавно протекал по обе стороны, чередуя подъем и падение. Возможно, у грифона птичьи инстинкты, раз он выбирал подходящий поток и взмывал в небо.

Грифон Наоцугу летел недалеко от них, подобный сапфиру, сверкающему на солнце.

— Разве не здорово!

В словах Наоцугу больше слышалась радость от полета, нежели хвастовство. Акацки, которая обычно относилась к нему, как к ребенку, не могла сдержать улыбки, увидев его усмешку. Это была редкая улыбка, подобная распускающемуся цветку.

— Это прекрасно… Так прекрасно, небо такое голубое и чистое!

Сироэ, смотревший вперед, тепло улыбнулся.

Правда ведь.

Чувство полета дарило особенное чувство счастья.

4

— …Впереди нет никаких признаков врагов.

— Двигаемся дальше, — жестом ответил Сироэ, выслушав отчет Акацки.

Место называлось Горная Длань и располагалось оно под Горами Каменных Слез. Прошло уже 15 часов с того момента, как они вошли в подземелье.

Согласно карте, которую Сироэ нарисовал по памяти, они прошли около 20км по прямой.

Сироэ бывал здесь, когда Elder Tales была просто игрой, но он не знал, что это место настолько большое.

Они покинули Акибу 3 дня назад.

Путешествие протекало гладко и спокойно.

Грифоны в 3 раза быстрее лошадей, но, учитывая их способность не обращать внимания на преграды, в целом они превосходили их в 10 раз.

Способность грифонов ограничивалась: они могли путешествовать 4 часа в день. Но они смогли за 3 дня преодолеть такое расстояние, на которое у группы ушло бы 2 недели, скачи они на лошадях.

Но быстрое путешествие зашло в тупик.

Ребята ожидали этого и по прибытии узнали, что Горы Каменных Слез служили гнездом железохвостой виверны. Виверны относились к полудраконам, они походили на драконов, но у них отсутствовали лапы, и они не могли использовать магию. Они считались слабыми драконами.

Но они все еще оставались серьезными противниками.

Защита, выносливость, скорость драконов на высшем уровне, а их атаки превосходили оные у остальных монстров. Некоторые из них обладали развитым интеллектом и могли кастовать заклинания. В большинстве фантастических рассказов драконы описывались как сильнейшие враги, с которыми только могли столкнуться Авантюристы.

Даже если она и слабая, виверна все еще дракон.

Они не могли использовать магию, но их хвосты прочны, как сталь, а их острые, словно бритвы, крылья делали их быстрыми, как грифоны.

Партия Сироэ состояла из игроков высшего класса, они легко могли одолеть одну виверну на земле.

Но они могли потерпеть поражение, если группа виверн атакует их в воздухе.

Виверны гнездились в Горах Каменных Слез с самого начала Elder Tales, поэтому Сироэ был готов и не собирался бездумно пролетать здесь.

Если бы они сражались в небе без какого-либо плана, то могли бы уклониться от нескольких виверн, но упали бы под воздействием их атак.

Не предвиделось возможности для отступления с воздушного поля боя.

Проигравшие обрекались на смертельное падение с высоты в несколько сотен метров.

У команды Сироэ, спрятавшейся на земле, было 4 варианта избежать этой ловушки.

Они могли бы преодолеть длинный путь по морю или пробираться через горный лес. Также они могли пройти по туннелям Длани под Горами Каменных Слез, оставшимся от древней канализационной системы.

Обсудив все, группа Сироэ решила бросить вызов туннелям.

Изучив все факторы, они пришли к выводу, что этот маршрут наиболее быстрый и безопасный.

Пройдя через лес и войдя в туннели через руины рабочего участка, группа Сироэ оказалась в Длани, где они блуждали уже 15 часов. Огромные, бесконечно тянущиеся туннели были сделаны из серых бетонных стен, освещаемых магическим светом.

Подобно крупным канализационным системам реального мира, тут имелись узкие тропы, ведущие к 2 основным секциям. Там должны находиться сухие и хорошо пахнущие комнаты, которые так часто встречаются, но кажутся ненужными.

Задумка дизайнера и следы каких-либо пользователей с годами скрылись в мусоре и пыли. В глубоких пещерах с медленно струящейся водой теперь хозяйничали крысолюди.

Крысолюди.

В этом мире они относились к низшему классу полулюдей. Внешне они представляли собой что-то среднее между крысоголовыми людьми и крысами, стоящими на задних лапах. Ростом они были с учеников средней школы, но об этом сложно говорить с уверенностью, поскольку их полностью покрывала шерсть.

Таким высокоуровневым игрокам, как Сироэ, не стоило бояться крысолюдей. Способность каждого отряда различалась, но большинство из них слабее гоблинов и зверолюдей.

Но у крысолюдей 2 вида оружия — их количество и чума.

Как и крысы в реальном мире, крысолюди очень плодовиты и живут в маленьких замкнутых пространствах в огромном количестве.

Группа Сироэ уже наткнулась на часть комнат площадью в несколько квадратных метров с 20 гнездами крысолюдей внутри.

Обычные существа убегают, если инстинктивно чувствуют, что их враги гораздо сильнее. То же самое и с крысолюдьми, понимающими, как сильна группа Сироэ.

Группа Сироэ во время путешествия не участвовала в сражениях, чтобы подтвердить это. Цель квеста заключалась в спасении девушки по имени Серара, поэтому Сироэ избегал ненужных сражений и исследований, раз они направлялись к ней. И то, что монстры их избегали, приходилось очень кстати.

Но для большого числа крысолюдей, запертых в замкнутом пространстве, все кажется совсем иначе.

В этом случае крысолюди могут атаковать, пусть даже группа Сироэ и дает им возможность уйти.

Партия Сироэ знала, что может победить, но сражение с большой группой крысолюдей только отнимет много времени и сил.

Другой проблемой считался дебафф чумы.

Крысолюди могли быть переносчиками заразы, как в Средневековье. Elder Tales воссоздала этот аспект, дав крысолюдям возможность заражать игроков дебаффом чумы, наносившим постоянный урон.

Крысолюди в этом туннеле были примерно 40 уровня.

Уровень чумы зависел от уровня крысолюдей, а значит, что ее уровень 40, как и здешних крысолюдей. С этим легко мог справиться хилер среднего уровня, но в партии Сироэ такового не присутствовало.

На рынке они купили Профилактические Зелья, но уже почти истратили их, хоть они и бесполезны против чумы. С такой большой разницей в уровнях и маленькими шансами на заражение лучше поберечься на всякий случай, чем потом сожалеть.

— Это комната кажется безопасной… Как считаешь, Сиро?

— Ага… Ты прав, давайте передохнем. Наоцугу, останься возле входа, пожалуйста. Я свяжусь с Мари-нэ. Что же касается Акацки…

— Я пойду на разведку.

Не дождавшись ответа, та растворилась в темноте.

Они распределили роли в команде. Сироэ и Наоцугу были не в восторге от идеи, что миниатюрная Акацки шла на разведку в одиночку, но та в этом деле была профессионалом, а гордость толкала ее на подобные поступки ради команды.

Они оба смирились, поняв точку зрения Акацки.

Разведка относилась к сильным сторонам Акацки, поэтому разделение труда имело смысл. Эта девушка выполняла свои обязанности с максимальной отдачей.

Наоцугу вытащил стальной ящик из кучи мусора и сел на него, обнимая меч и охраняя вход. Он был готов к внезапному появлению врагов.

Убедившись в этом, Сироэ мысленно использовал меню, чтобы позвонить Мариэль при помощи телепатии. Он связывался с ней каждый день путешествия примерно в это же время. Мариэль все поняла и быстро ответила.

— Спасибо за твои старания, Сиро-бо, как дела?

— Здесь все в порядке. После нашего вчерашнего разговора мы разбили лагерь и немного отдохнули. Мы добрались до Горной Длани этим утром.

— Ты хочешь сказать, что сейчас вы в подземелье?

— Да.

— Как быстро! Ты пугаешь свою старшую сестренку!

— Да.

Ласковое приветствие Мариэль вызвало у Сироэ теплые чувства.

Он хотел бы отвечать добрее, но это выходило за пределы его возможностей. Сироэ продолжил отвечать вежливо, как ему казалось.

Мариэль не знала, что он путешествовал особым способом… на грифонах. Обычно в этом мире путешествовали на призываемых лошадях.

Другим способом странствий служили Боевые Кабаны. Появлялись новости об игроках с китайского сервера, которые ездили на Жутких Волках.

Призыватели могли вызывать несколько ездовых маунтов, к примеру, единорогов, но только высокоуровневые Призыватели могли призывать летающих маунтов. Обычные игроки и представить не могли, что Чародеи, воины и представители вооруженного класса могли владеть летающими маунтами.

— Честно говоря, мы, скорее всего, прошли бы всего одну четвертую часть вашего пути, если бы приняли этот квест. Я благодарна за вашу помощь.

— Ух, прекрати…Как дела на вашей стороне?

— Мы телепатически связаны с Серарой.

Еще одна из причин периодической связи.

Сироэ направился в империю Эццо, чтобы спасти Серару, но он не мог связаться с ней телепатически.

При помощи телепатии вы могли связаться только с теми игроками, которые есть в вашем списке друзей. А добавить их в список вы могли только в том случае, если игрок стоит перед вами.

Другими словами, группа Сироэ не могла связаться с Серарой телепатически.

— Ситуация остается неизменной?

— Да, она говорит, что прячется с тем милым парнем, про которого я упоминала, и что сейчас она в порядке.

— Ясно, рад слышать. Там еще есть хорошие игроки. Похоже, Сусукино не так безнадежно.

— Ага.

Серару преследовала группа мерзких парней, которые хотели насильно заставить ее присоединиться к ним. Она даже пребывала взаперти какое-то время и чуть не стала жертвой сексуального домогательства. Но ей удалось уйти и спрятаться где-то в Сусукино.

Сусукино такого же размера, что и Акиба, но там примерно 2 тысячи игроков — в 8 раз меньше, чем в Акибе. Это делало игроков более заметными.

Взять, к примеру, покупку еды — вы не могли слиться с толпой, что очень осложняло возможность остаться незамеченным. Сироэ беспокоился, что из-за такой низкой плотности городского населения Сераре не удастся скрыть свое местоположение.

Но она, похоже, нашла игрока, желающего ей помочь.

Сироэ не знал подробностей, только то, что Сераре удалось сбежать от отвратительной гильдии Бригандия благодаря помощи доброго игрока.

У игрока, о котором не знал враг, не должно возникнуть сложностей с покупкой припасов. При этом вероятность обнаружения Серары до прибытия помощи крайне низка. Поскольку население мало, хватало заброшенных зданий и руин, где бы она могла спрятаться.

Сироэ вздохнул с облегчением, подумав об этом.

— Мы не можем сказать о дальнейших планах, пока не покинем подземелье, поэтому я свяжусь с тобой после прохождения Длани. В конце концов, Горы Каменных Слез стали самым трудным препятствием…

— Как вы собираетесь пересечь проливы?

— Буду думать об этом, когда доберусь туда.

Сироэ избегал вопроса, поскольку уже решил перелететь.

Владение грифоном означало Полное Прохождение Дыхания Аида, только несколько ведущих гильдий могли это сделать. И наградой послужил редкий предмет Флейта Грифона.

Для людей, не состоявших в гильдии, как Сироэ, обладание такие редким предметом недопустимо.

Мариэль, гильд-мастер Альянса Полумесяца, в отличие от Сироэ, была знакома со многими людьми. По крайней мере, все члены ее гильдии знали о квесте Сироэ по спасению Серары.

Хотя Мариэль приняла помощь Сироэ с ее обычной улыбкой, нельзя сказать то же самое о других членах гильдии. Он переживал, что мнение других о нем изменится, если об этом узнают.

— У тебя обязательно получится сделать это, Сиро-бо.

Сомнения в голосе Мариэль вызвали у Сироэ улыбку.

(Мари-нэ явно старается перебороть себя. Она такая сильная.)

— У нас нет никаких серьезных проблем, мы практически не сражались.

— Поняла!

— Хорошо, я свяжусь с тобой позже.

— Отлично! Я буду молиться за вас богине Юрале. Передай от меня привет Наоцугу-яну и Акацки-тян. Генриетта скучает по ней.

В конце разговора Мариэль упомянула богиню Юралу, о которой говорят священники этого альтернативного мира.

(Пока все хорошо…)

— Как обстоят дела, господин?

— !..

Сироэ был занят телепатическим разговором и не заметил подошедшую Акацки. Он обернулся и увидел, как Наоцугу откусывает огромный кусок от своей еды.

— В Акибе ничего не изменилось, Серара прячется в городской части Сусукино. Пока нет никаких проблем, давайте придерживаться плана.

— Прекрасно.

Отвечая, Акацки достала из-за спины большую фляжку с водой. Фляжки были одного размера, но в руках Акацки она казалась больше.

Сироэ открыл сумку и предложил девушке несколько апельсинов. В этом мире, где у еды нет вкуса, неприготовленные ингредиенты, как фрукты, считались прекрасным деликатесом, сохранившим свой вкус.

Сироэ и остальные использовали Сумку Хранения — прекрасный предмет, который выдерживал вес до 200кг. Кроме того, сама по себе сумка не передавала вес находившихся в ней предметов.

В Elder Tales ее хорошо знали, а ее качество зависело от веса и типа предметов, которые она могла вместить. Практически у всех игроков была хотя бы одна такая удобная сумка.

С ней вы могли продолжать сражаться в подземельях, даже если нагружены большим количеством сокровищ. Вас бы не волновало громоздкое походное снаряжение, так необходимое в этом мире.

— Можешь рассказать все, что видела? Я хочу отметить на моей карте.

— Поняла.

Во время своего доклада Акацки чистила апельсин ножом. Главный путь был достаточно широким, чтобы по нему могли проехать 2 грузовика, поэтому они не собьются с пути, но хватало и развилок.

Они могли достичь своей цели, следуя основному маршруту, но лучше сделать крюк, чтобы избежать гнезда крысолюдей. Потому и нужен отчет Акацки.

Выслушав ее, Сироэ нарисовал новые пути на карте.

— Выглядит так?

— Да, все очень точно… Ты очень хороший картограф, господин.

Акацки наклонилась, чтобы осмотреть карту Сироэ, и очень впечатлилась.

— Это просто CAD, и к тому же мой подкласс Писарь.

— Что такое CAD?

— Эскиз, созданный на компьютере. Я делаю такие в своем университете, я же студент-инженер.

— Значит, ты студент колледжа, господин?

— Но я скоро выпускаюсь. — Сироэ кивнул в знак согласия.

Сейчас его воспоминания о реальном мире казались такими далекими и ненастоящими.

— Ясно, получается, мы примерно одного возраста.

— Хм-м-м-м?

— Не может быть!

Сироэ и Наоцугу отреагировали одновременно.

— Что тут такого удивительного?

Сироэ было неловко перед Акацки, спрашивающей таким спокойным тоном. Он не сомневался, что она младше него на 3-4 года.

— Ты разыгрываешь нас, креветка? Твой рост говорит...

Удар коленом в лицо заставил Наоцугу замолчать.

— Могу я пнуть этого тупого Наоцугу, господин?

— Разве я не говорил тебе сначала спрашивать?

Не обращая внимания на этот комедийный дуэт, Сироэ обливался холодным потом в своем сердце. Он не сказал этого вслух, но Сироэ судил о возрасте Акацки по ее росту.

— Идиот Наоцугу всегда цепляется к проблемам роста.

— Намного печальнее говорить о гру…

Теперь она использовала левое колено. Акацки подпрыгнула почти на 2 метра, сделала сальто назад и грациозно приземлилась, словно кошка.

— …Акацки? Пожалуйста, не убивай Наоцугу.

— Раз просит господин…

Надувшись, она отошла от Наоцугу. Сироэ не высказал своих мыслей по поводу ее возраста вслух, но он все еще помогал Наоцугу.

— Ты тоже считал меня ребенком, господин?

Он выдержал напор ее взгляда и мягко ответил:

— Я не зацикливаюсь на проблемах… роста или возраста. Это сложно…

Сироэ думал, что Акацки младше, но он не относился к ней как к ребенку.

В этом мире огромное значение имели навыки выживания.

В таких гигантских тоннелях вам пришлось бы встретиться с крысолюдьми. Вы умрете, если не знакомы даже с основами, пусть вы и ребенок.

То же самое относилось и к этому миру, где не существовала смерть.

Сироэ вспомнил близнецов, с которыми недавно познакомился.

В тот день, до Катастрофы, Сироэ находился с ними. Они разделились, когда Сироэ оказался в Акибе.

Сироэ мельком заметил, что близнецы присоединились к какой-то гильдии, но он все еще волновался о них.

Он решил встретиться с ними после возвращения в Акибу.

— О чем думаешь, господин?

— Хм-м-м? Ни о чем, правда.

— Неправда. Всякий раз, когда ты думаешь, ты хмуришь брови.

— Ах…

Сироэ рефлекторно возразил Акацки, но она видела его насквозь. Это очень смущало, но Акацки продолжила: «Прямо здесь, ты знал? Похоже на морщины старика», — после чего Сироэ стало неловко.

— Эй, над чем ты смеешься, Наоцугу?

— Потому что… Ва-ха-ха-ха!

Сироэ пнул его в голень.

Но ноги Наоцугу покрывала броня, поэтому Сироэ ощутил боль при ударе.

Поспорив еще какое-то время, троица продолжила путь. В туннелях всегда темно, и эта темнота давила на них.

Холодный, присущий только подземельям воздух вызвал лишь теплые улыбки на лицах этих троих.

5

Когда они выбрались, хребты гор освещались багровым светом первых лучей рассвета.

Группа Сироэ, которой пришлось провести долгие часы под землей, потянулась под холодным и приятным ветерком.

Им не пришлось пригибаться, чтобы пройти в пещерах, но миллиарды тонн пород над головами очень давили.

Когда летнее солнце стало вставать, небо все еще было темным.

— Холодный ветер.

Акацки прыгнула на валун, что позволило ей увидеть лес и океан.

— Но это здорово. Мы наконец-то преодолели самое сложное препятствие.

Сироэ тоже подошел к валуну.

Хоть ветер и правда морозил, пейзаж завораживал. Темный лес красиво освещался розоватым светом.

Из-за того что ветер гонял облака, это розоватое свечение становилось как переливающийся океан, делая его похожим на море золота.

— Красиво.

— Удивительно.

Компаньоны Сироэ объяснили все простыми словами.

Вообще, это в первый раз.

(Мы первые, кто увидел эту сцену. В этом альтернативном мире еще ни один игрок не путешествовал из Акибы в Сусукино. Мы первопроходцы. Когда Elder Tales была игрой, на рассвете здесь останавливалось множество игроков. Но теперь мы стали первыми. Быть первым значит…)

…Исследование новых вещей лучшее, что есть в путешествиях. Это создавало ощущения предвкушения, вы просто не могли устоять на месте.

— Хм-м-м? Что? Не терять контроль над своим мочевым пузырем? Что тут такого, это момент счастья. Ты несчастен? Ты счастлив, верно? Только посмотри, какой прекрасный вид, он стоит того! Ха-ха-ха-ха!

Сироэ вспомнил «ее» слова.

Не было никаких оснований полностью «ей» доверять. А еще «ее» своенравный, обманчивый и смелый характер.

Но «она» всегда знала правильный ответ.

Если бы «она» стояла тут, то приняла бы этот пейзаж как награду.

— Мы первые, кому удалось сюда добраться, — сказал Сироэ от всего сердца. — Мы первые Авантюристы в этом мире, кто увидел это.

Впервые Сироэ сам признал, что это альтернативный мир.

И увиденный ими великолепный пейзаж сильнее всего подтверждал данный факт. Нечто, что не увидеть в игре. Технология, воссоздающая реальную жизнь в виртуальном мире, не может передать дуновение ветра, звук деревьев и рассвет, меняющийся каждую секунду.

Попав в этот мир, все впали в панику, а некоторые игроки стали нарушать правопорядок из-за потери жизненных целей, но Сироэ был относительно спокоен.

Он решил пойти изучать окрестности, исследовать зоны, пробовать различные заклинания во время боя и распознавать свои сильные и слабые стороны в этом мире, хоть оно и утомительно.

(…Я не знал, что смогу так быстро адаптироваться. Юмор Наоцугу помогает мне забыть о трудностях. Акацки делает каждый мой день живее, сохраняя покой в сердце…)

Но это еще не все. И Сироэ только сейчас понял.

Попав в этот мир, он заметил, как красиво смотрятся руины, расположенные под вековыми деревьями, как бы говоря ему, что это альтернативный мир.

(Это альтернативный мир, а мы Авантюристы.)

Акацки удивленно посмотрела на Сироэ, но в следующую секунду вздохнула с пониманием. Наоцугу мужественно ухмыльнулся и сделал глубокий вдох.

— Точно, в Elder Tales я не видел ничего прекраснее.

— Это наш первый приз за победу.

До признания Сироэ они оба смотрели на представшую перед ними сцену с тоской в глазах.

В ответ Сироэ глянул на небо на востоке и при помощи флейты призвал своего грифона.

1

Серара пряталась в смежной комнате, сделанной из шумоизолирующего материала. Двухкомнатная квартира (2 спальни, гостиная, столовая и кухня) находилась внутри заброшенного здания.

Цивилизация старого мира была утеряна после уничтожения мира, и все, что вы могли видеть, — лишь архитектура, оставшаяся в качестве культурного наследия и разбросанная по всему миру. Серара, будучи игроком, знала, что этот мир воссоздавал современную Японию, а за основу Сусукино взяли один из городов Саппоро. Окружающая обстановка словно намекала на то, что город имел отношение к реальному миру

Сусукино, со множеством строений, относился к урбанизированной части этого мира. Каждое было укреплено холодной сталью благодаря настройкам Elder Tales, что все больше делало их похожими на крепости.

Угловатый дизайн напоминал имперскую ретро-машину — в этом заключалась главная задумка Хоккайдо... или игровых настроек Империи Эццо.

Здания, укрепленные шурупами, подпорками, гайками и болтами, могли устоять против ветра и снега, но не против холода. Поэтому люди Сусукино строили изолированные дома внутри зданий — теплые и пригодные для жилья.

Крайне неэффективно, если брать во внимание население и доступную территорию. Подобное не сработало бы в Японии, но вполне подходило Elder Tales.

В одном из этих изолированных домов, арендуемым человеком, помогающим ей, и пряталась Серара.

Она весь день чистила дом, поделенный на комнаты сетчатыми дверьми.

Она делала это не потому, что ей нравилось прибираться, и не потому, что здесь было грязно. она просто не знала, чем заняться. В этом месте, где нет ТВ или интернета, очень сложно найти способ убить время.

Подклассом Серары являлась Домохозяйка. Способность этого класса заключалась в уборке зон, расстановке предметов и контроле за расходными и складскими предметами. Эти навыки помогали держать место в чистоте и порядке.

(...Почему я выбрала такой незначительный, бесполезный подкласс?)

Уже в который раз Серара вздохнула, но уборку не бросила.

В Elder Tales основной класс выбирался при создании персонажа и не поддавался смене. А вот подкласс сменить достаточно легко. Для этого нужно достичь максимального уровня нынешнего.

Основным классом Серары был Друид — одна из разновидностей хилеров.

В этой сложной игре Серара хотела набраться опыта в ведении дел, именно поэтому она и начала играть.

Подобных ей игроков здесь хватало. Общение с другими игроками и зарабатывание денег, когда у тебя есть свое дело, — все это создавало особое веселье, еще один из способов насладиться Elder Tales.

Но большинство игроков, желавших сосредоточиться на бизнесе, выбирали в качестве подкласса Торговца или Бухгалтера. Эти подклассы обеспечивали дополнительное преимущество во время торговли, что позволяло вам получить скидки во время сделок с NPC.

Или же можно выбрать производственный подкласс. Создание всех видов предметов для продажи тоже способ играть.

Но согласно гайду для новичков, который Серара прочитала в сети, вам нужно получить определенный уровень статистики и выполнить несколько квестов, и лишь после этого вы сможете выбрать Бухгалтера или Торговца в качестве подкласса. Вам нужен начальный капитал, чтобы купить сырье, если вы хотите выбрать производственный подкласс.

Поэтому Серара копила деньги, повышая уровень своего основного класса — Друида, и собиралась сменить подкласс, когда накопит достаточно денег. Прокачка ее основного класса могла помочь только при покупке или фарме предметов, из-за этого Серара решила выбрать самый простой подкласс, держа это в уме.

Проще говоря, Серара стала Домохозяйкой методом исключения.

(У-у-у-у... Если бы я знала, что все так сложится, то лучше бы выбрала какой-нибудь производственный подкласс, к примеру, Ремесленника или Портного...)

Мысленно рассуждала Серара, протирая стол.

Интерьер смежной комнаты, сделанной из шумоизолирующих материалов, был в стиле кантри.

На самом деле это не совсем стиль, просто эти вещи были сделаны из дерева. Пол — деревянный с красивыми узорами, а стены — бревенчатые, потолок же из досок.

Согласно игровым настройкам Империя Эццо, богатая природными ресурсами, являлась лидером японского сервера по части лесной и горнодобывающей индустрии.

Деревянные полы и красноватые столы представляли собой ее уникальные товары. Они сияли, если их хорошенько почистить.

В деревянном домике, напоминающем коттедж, простая девушка с длинными волосами, убранными в пучок... Серара трудилась изо всех сил. Ее фланелевая рубашка, штаны из грубой хлопчатобумажной ткани, длинные волосы и отсутствие косметики на лице создавали впечатление чистоты и опрятности. Она была не только красавицей, но и выглядела как молодая жена.

(Эх, как же скучно, я просто продолжаю прокачиваться...)

Серара вздохнула, открыв окно. Сегодня она опять набрала очки опыта своей Домохозяйки. Очки опыта основного класса и подкласса не зависят друг от друга. Подкласс проще, чем основной класс. Чтобы поднять уровень, вам нужно набрать 10 очков опыта, и максимальным будет 90 или 100 уровень.

Вчера Домохозяйка Серары была 42 уровня, а сейчас уже 44. Ее подкласс получал 3 уровня каждый день. Невероятная скорость. Она могла прокачать свой подкласс до максимума, пока пряталась в Сусукино.

(Я не хочу быть NEET [1], прокачивающим уровни. Это грустно...)

Она целый день занималась стиркой и домашними делами, и конечно, ее уровень будет расти. Но, возможно, она не просто горничная, а домохозяйка? Эта мысль зародилась в голове Серары. Не так плохо для девушки ее возраста, но это смущало.

(Ни за что! Ни за что! Может, я создана для того, чтобы ждать возвращения своего котика-мужа домой!)

Серара начала полировать стол, чтобы скрыть свое смущение.

Такой способ убить время не докучал остальным и со стороны казался вполне мирным.

— Серара-сан, я дома, ня.

Открылась дверь, и удивительный мужчина вернулся.

Эта зона служила независимым пространством с месячной арендной платой, а значит, сюда могли войти только игроки, которым владелец открыл доступ. Мужчина, вошедший в дом, был коточеловеком.

Его стройная фигура и зеленая вельветовая куртка делали его похожим на стрелка среднего возраста, о которых пишут в книгах. Длинные конечности только подчеркивали его худобу. На макушке круглой головы красовалась пара треугольных ушей, словно у сказочного кота. Усы по обе стороны лица придавали ему мужественный и милый вид.

Его звали Нянта.

Котолюди были одной из 8 рас, доступных игроку на выбор.

— С возвращением, Нянта-сан.

Серара поклонилась.

— Как дела в городе?

Нянта слегка наклонил голову и едва улыбнулся. Его глаза-щелочки успокоили ее, но Серара не могла видеть других изменений на его лице.

— Как всегда. Ни хорошо, ни плохо.

Его слова заставили Серару задуматься. Нянта сказал, что все неплохо, но это не значит, что все наладилось. А наоборот, это говорит о том, что ситуация по-прежнему сложная.

Охрана в Сусукино становилась все хуже. С таким небольшим населением они не могли отслеживать нарушения, теперь каждый был сам за себя.

Основная причина заключалась в гильдии Бригандия. Сборище людей, изгнанных из Акибы и Накасу, они имели дурную славу еще со времен Elder Tales.

Жажда наживы и агрессивный стиль после Катастрофы сделали их настоящими бандитами.

Плееркиллерство было для них обычным делом, и, возможно, они не радовались предметам, полученным от своих жертв. Они использовали запугивание и преследование, чтобы получить еще больше денег от других игроков.

Они доставляли проблемы не только игрокам, но и NPC.

По ряду причин для игроков нет смысла плохо обращаться с NPC. К примеру, городские стражники. Их доблесть и уровень высоки, они могли с легкостью ответить игрокам.

NPC в полевых зонах, например, торговые караваны, фермеры и горожане, которые предоставляют информацию игрокам, обладали слабой боевой силой и не обладали большими богатствами.

Кроме того, эти NPC также давали важные подсказки для квестов, поэтому нормальные игроки их не атаковали.

Но Бригандия не постеснялась издеваться над NPC и отбросить тот факт, что у NPC нет ничего ценного для них. Они относились к ним, как к товару, и стали продавать их в качестве рабов.

В Elder Tales игроки могли нанимать NPC. Они нанимались по разным причинам, но, в основном, чтобы следить за порядком в доме игрока. В Elder Tales, где вы могли купить дом, на рынке очень ценились таланты по управлению и уборке дома.

Будь то аренда или покупка зоны, ежемесячная плата за обслуживание будет расти, если периодически не прибираться.

Некоторые NPC, не способные сражаться, обладали особенными умениями и могли пригодиться гильдиям. Обычно для этого NPC и нанимали.

Подкласс Серары, Домохозяйка, не блистал популярностью из-за того, что подобную работу доверяли NPC.

Если вы нанимали горничную NPC, то могли содержать в чистоте небольшой особняк за 800 золотых в месяц. Это объясняет факт потери популярности подкласса Домохозяйка.

Elder Tales была просто искусно сделанной сетевой РПГ. Только немногие NPC, к примеру, горничные, жнецы и помощники имели специальные навыки, чтобы помогать игрокам. Вы не могли нанять других обычных NPC.

Их внешность имела ту же базовую модель, что и у игроков, но общение ограничивалось простым искусственным интеллектом. Они могли говорить запрограммированными фразами или разговаривать с вами при помощи нескольких выбранных вариантов. Они просто не могли атаковать.

Но всякий здравый смысл исчез после Катастрофы.

Игра стала реальностью, а повседневная жизнь превратилась в кошмар.

После Катастрофы произошло множество изменений, но самые значительные из них коснулись NPC. В этом мире у них были душа и тело.

Их разговорные навыки и действия делали их схожими с игроками.

У них отсутствовали специальные настройки, в бою они не были такими доблестными, как игроки. Но, если не воспользоваться меню настроек, очень сложно отличить NPC от игрока.

Другим важным отличием стало количество NPC.

С увеличением численности NPC стали все больше походить на людей. Злая гильдия Бригандия воспользовалась этим. Так в этом мире началась торговля людьми в качестве рабочей силы.

В Сусукино, где проживали 2000 человек, это бизнес не приносил много прибыли. Сплошное издевательство над экономикой, а не способ заработать деньги.

Даже такие низкие поступки, как продажа NPC, предназначались лишь для того, чтобы убить время.

Подобно развитию других глупых идей, эти действия вышли из-под контроля. Бригандия переключила свое внимание с угнетения и мучения людей на NPC и игроков женщин, как Серара.

Серара побледнела, подумав об этом. Ее бросило в жар, взгляд затуманился, словно пелена заволокла ее глаза.

Если бы человек, стоявший перед ней, не пришел на помощь, она определенно попала бы в большую беду.

— Ну, ну, не беспокойся, Серара-сан. Если будешь так переживать, быстро состаришься, ня.

Нянта помахал перед ее лицом.

— Не думай об этом, съешь фрукты, ня... Вот, съешь.

Серара кивнула, когда Нянта предложил ей яблоко.

Аромат красного фрукта успокоил ее.

— Этот дом такой чистый. Я уверен, что Серара-сан однажды станет прекрасной женой, ня.

— Неправда. Серьезно.

Нянта сел за обеденный стол, прокомментировав будничным тоном. От его слов Серару бросило в жар.

Нянта называл себя стариком.

Судя по голосу, он был намного старше Серары. Она, будучи ученицей второго класса средней школы, не удивилась бы тому, что Нянта вдвое старше ее.

Пусть и так, но Серара не думала, что Нянта настолько стар, как он сам говорил. Однажды она поделилась с ним этой мыслью, на что Нянта ответил, что стоит отдать должное хорошему дизайну игровых персонажей. Но Серара так не думала.

(Нянта-сан определенно... привлекательный джентльмен среднего возраста. Крутой, мудрый, зрелый и веселый.)

Хотя дизайн игровых персонажей и прекрасен, Серара считала, что эта внешность не имела никакого значения, когда они играли вместе. А после Катастрофы она не сомневалась в характере Нянты, поскольку они еще и жили под одной крышей (из-за сложившихся обстоятельств).

Нянта создавал впечатление надежного и взрослого мужчины. Он не пугал ее, рядом с ним Серара чувствовала себя в безопасности. Его серебристые треугольные уши делали его похожим на очаровательного благородного кота, а его стройная фигура была такой классной.

(Нянта-сан такой стройный, на его фоне я кажусь толстушкой... Я слегка полновата...)

На самом деле для женщины Серара была нормального телосложения. Но при взгляде на Нянту у нее возникали подобные мысли.

По всему телу Нянты шли мышцы, но на ощупь казалось, будто он сделан из карандашей.

— Как дела у людей, идущих за тобой, ня? — спросил Нянта, выкладывая купленные предметы на стол.

Альянс Полумесяца, гильдия, в которой состояла Серара, отправила за ней 3 человека из Акибы в Сусукино. Серара и Нянта оба знали об этом, и данный факт служил для них общей темой для разговора.

Нянту поражала скоростью передвижения этой команды. Хотя они не могли связаться с ними напрямую, гильд-мастер Альянса Полумесяца, Мариэль, связывалась с Серарой несколько раз в день, поэтому та знала их примерное местоположение.

— Да, у них все хорошо, возможно, они прибудут раньше завтрашнего полудня, — ответила Серара.

Она не сможет здесь больше оставаться, когда придет помощь, и ей придется вернуться в Акибу.

Какие планы у Нянты? Серара боялась спросить.

Он помог ей по доброте душевной, поэтому Серара сомневалась, что может просить его о большем. Она не могла отплатить ему за все, что он сделал. Но всякий раз, когда Серара поднимала эту тему, Нянта отнекивался, смеясь и говоря: «Помощь молодым — обязанность и радость старших».

(Хоть я и счастлива от того, что он это сказал, он все равно относится ко мне, как к ребенку...)

— Пожалуйста, потерпи еще немного, ня. Серара-сан, наверное, чувствует себя некомфортно в таком маленьком доме, поэтому потерпи еще совсем чуть-чуть. Расслабься, помощь скоро прибудет.

Из-за улыбки Нянты Серара упустила возможность повторить свой вопрос.

2

Прошел еще один день.

Как и планировалось, для наблюдения группа Сироэ разбила лагерь в десяти минутах ходьбы от Сусукино.

Сусукино был городской зоной, расположенной в Империи Эццо. Империя являлась аналогом Саппоро в старом мире и относилась к полевой зоне.

Город-крепость с зонами для фарма. Кроме того, здесь проживало множество NPC.

Чтобы оставаться в безопасности, Сироэ нашел неприметный разрушенный дом в пригороде в качестве базы для наблюдения за входом в Сусукино.

— Сейчас нет никакой необходимости быть настороже, господин.

— Но атмосфера здесь угнетающая — это безжизненное место.

Сироэ кивнул, согласившись с обоими высказываниями, и достал из кармана листок бумаги — примерный набросок Сусукино.

— В Сусукино есть одна главная дорога, что-то вроде этой. Верхняя часть города на востоке, центральная площадь к северо-западу. Что же до нас… — Сироэ нарисовал стрелку. — Мы пойдем с запада.

— А мы не можем встретиться за городом?

— Это плохая идея, креветка.

— Разве, извращенец Наоцугу?

Никто из них не хотел уступать, и они продолжали называть друг друга креветкой и извращенцем. Сироэ удалось успокоить их только своим объяснением.

— Наша точка воскрешения в Акибе, поскольку это последний город, который мы посетили. Если мы встретимся за городом и проиграем в битве, то через некоторое время воскреснем в соборе Акибы… но Серара-сан воскреснет в соборе Сусукино. Поэтому, если встретимся за городом и потерпим поражение, мы вернемся в Акибу, а Серара-сан останется в Сусукино. Нам придется начать все сначала, чего мне бы очень хотелось избежать.

— Я понимаю.

Акацки кивнула, Наоцугу же всем своим видом показывал «Я же говорил».

— Что же касается нашего строя. Акацки… Пожалуйста, я бы хотел, чтобы ты спряталась при помощи Уклонения и Тихого Шага.

— Никаких «пожалуйста», господин.

— Э, я понимаю… Наоцугу и я вместе со скрывающейся Акацки просто зайдем в город и направимся к месту встречи — заброшенному зданию. Акацки найдет укромное место с обзором всего здания. Свяжись со мной, если что-то заметишь.

Сосредоточенная черноволосая девушка кивнула с серьезным выражением лица.

— Наоцугу будет охранять вход. Постарайся найти точку, которая позволит видеть и дорогу, и здание изнутри. Жди там и будь готов в любой момент придти на помощь внутри. Я пойду прямо в здание, встречу Серару-сан и выведу ее к Наоцугу как можно быстрее.

— Окей. Э, а что насчет того помощника?

— Я все еще не знаю, кто он, но надеюсь, что он покинет Сусукино вместе с нами. Его решение идти в Акибу мы обсудим позже.

Сироэ немного подумал и продолжил:

— Велика вероятность, что Серара-сан есть в списке друзей одного из членов гильдии Бригандия.

В отличие от того, что предполагает название, вам не нужно подтверждение того, кого вы хотите добавить в список друзей. Вы можете определить, в сети ли человек, добавленный в ваш список друзей, а также можете проверить, в той же ли он зоне, что и вы.

— В таком случае они могут определить ее местоположение и отправиться в погоню в ту же минуту, как она покинет укрытие. Лучше всего уйти из Сусукино до того, как это случится. Возможно, они не найдут нас, если мы будем за 2 или 3 зоны отсюда.

В настоящее время Серара пряталась в независимой зоне здания. Проще говоря, ее не обнаружат люди, которые добавили ее в список друзей, если будет прятаться там.

Но, если она покинет городскую зону Сусукино, они заметят ее присутствие. Группе предстоит пройти через городскую зону Сусукино, чтобы вернуться в Акибу.

Сироэ уже все спланировал во время путешествия сюда и объяснил детали остальным. Целью его тщательно спланированного строя была безопасность, но Сироэ не думал, что что-то могло пойти не так.

Все зависело от невнимательности проблемной гильдии. В отличие от квестов с монстрами, сейчас в случае неудачи его нельзя начать заново.

(Существует множество вариантов неудачного исхода. Вот поэтому люди говорят, что я думаю слишком много, и называют меня интровертом.)

Было бы неплохо, если бы его заботы оказались напрасными. Сироэ кивнул Наоцугу и Акацки, думая об этом.

— Если поторопимся, уже через час покинем Сусукино.

— Я согласна с планом господина.

Обсудив условный сигнал для начала действий и место встречи в случае необходимости, троица направилась в Сусукино.

Вход напоминал укрепленные ворота замка. Угловые скрепления сидели на всех углах ворот, что придавало им зловещий вид.

Начало молодой Империи Эццо положил человеческий император Аль Радиру. В настройках японского сервера прописали, что это был сильный и воинственный народ. Во всех городах имелось оружие, а красочные знамена создавали военную атмосферу.

(Не похоже на Акибу. Я был тут, когда все было просто игрой, но то, что я вижу сейчас, отличается от того, что я помню…)

Обстановка, атмосфера и детали города, которые в игре оставались фоном, стали для Сироэ в новинку. Наоцугу чувствовал то же самое, закутавшись в свой плотный шерстяной плащ.

Длинная дорога вела в городскую зону.

Безжизненные NPC, идущие по улицам, а на лицах случайных игроков, которых они встречали, угрюмое выражение лица.

— Ужасная атмосфера, не хотел бы я здесь жить.

— Ага.

Прошептал Наоцугу, а Сироэ ответил таким же низким тоном. Он сочувствовал им, но разочарование, терзавшее его, было сильнее.

Это чувство не покидало его на протяжении всего пути сюда, но сейчас он потерял контроль. Он чувствовал раздражение, из-за этого у него поднялась температура.

Несмотря на желание хоть как-то улучшить ситуацию, он не обладал ни навыками, ни возможностью сделать это.

Осторожный Сироэ постоянно оборачивался, как и сейчас, но не мог почувствовать присутствие или местоположение Акацки. Она должна находиться где-то рядом, но ей пришлось совсем исчезнуть, из-за чего Сироэ было неловко.

Пройдя некоторое расстояние, он увидел заброшенное здание со сломанной вывеской, гласящей «-раоке БО-» — здание-ориентир, о котором упоминала Мариэль. Сироэ подал знак рукой, и они с Наоцугу вошли внутрь.

Всюду были стальные скрепления, укрепляющие дыры в стенах. Здешние здания выглядели надежнее, нежели в Акибе.

Пройдя в вестибюль, Наоцугу сразу же повернул направо и нашел пост охраны. Сироэ внимательно прислушивался к любому шороху, поднимаясь по лестнице на второй этаж.

Телепатически связавшись с Мариэль, он услышал «Наш согильдиец скоро подойдет». Пока все шло по плану, что не могло не радовать Сироэ. Прошло 6 минут с тех пор, как они вошли в Сусукино.

— Эм-м, привет!

Сироэ обернулся, услышав шаги двух приближающихся людей. Молодая девушка, облаченная в кожаные доспехи с округлым силуэтом, необычным для целителей, поприветствовала его. У нее были длинные волосы, убранные назад в хвост. Она виновато смотрела на Сироэ. Это, вкупе с ее паническим поведением, напомнило ему маленькое животное, вышедшее из леса.

Он улыбнулся.

— Я Серара из Альянса Полумесяца. Спасибо, что пришли.

— Ня.

— Подождите-ка, это ты, Шеф?

Пусть это и вышло грубо по отношению к Сераре, склонившей голову в знак благодарности, Сироэ не мог сдержать возгласа удивления.

— Эй, а я думал, кто же это может быть, неужели это Сироэ-чи, ня? Это объясняет ваше столь скорое прибытие, ня.

В Чайных Дебоширах этот человек был известен как «Шеф» или «Кошачий Мудрец». Головорез с кошачьими ушами… Нянта.

3

Во времена Чайных Дебоширов Нянта был игроком, создающим вокруг себя особую атмосферу. Спокойный, крутой, с добрым характером.

Хоть сравнивай его с котом, нежившимся на солнце. В любом случае, он — единственный человек, который мог сдерживать по-детски игривую группу, стремившуюся выйти из-под контроля.

Нянта называл себя стариком и вел себя соответствующе.

Поскольку в Elder Tales голосовой чат является основным способом общения, по голосу можно угадать примерный возраст игроков.

Судя по голосу, самопровозглашенный старик Нянта не дорос до 50, возможно, ему было чуть больше 40 или, в лучшем случае, 30 с хвостиком.

Онлайн-играми увлекалась молодежь.

Нет ничего удивительного в том, чтобы наткнуться на игроков, которым больше 30, но найти тех, кому за 40, крайне сложно.

В этом случае зрелость не имела ничего общего с биологическим возрастом.

Другие считали Нянту взрослым из-за его характера и опыта.

«Взрослый» в данном случае означал кого-то, кто не мог поддержать всеобщее настроение и постоянно мешал всем играть. Это относится к человеку, который не вмешивался и давал советы, когда вы об этом просили.

Нянта помогал любому товарищу, обратившемуся к нему за советом, но он никогда не навязывал свою помощь. Они успокаивались, услышав его теплый голос, и старались изо всех сил решить свою проблему. Вот поэтому Нянту так любили и уважали молодые игроки.

Его прозвища «Шеф» и «Кошачий Мудрец» были данью уважения других игроков.

Чайные Дебоширы были не гильдией, а группой игроков.

Большинство игроков не состояли в гильдиях, но находились и исключения. Тем не менее большие гильдии со строгими правилами запрещали своим согильдийцам тесно общаться с аутсайдерами.

Это не из-за дискриминации (а может, и наоборот), просто забота о том, чтобы рабочая сила не расходовалась зря. Например, вместо того чтобы позволять высокоуровневым согильдийцам помогать новичкам, не состоявшим в гильдиях, лучше тренировать новичков в своей же гильдии. В конце концов, гильдии предназначались для взаимной поддержки.

Оглядываясь назад, следует уточнить, что постоянные члены Чайных Дебоширов состояли либо в маленьких гильдиях, либо не состояли в них вообще.

Нянта относился к гильдии Кошачий Корм.

Но Сироэ никогда не видел других игроков Кошачьего Корма, наверное, это была скрытная мини-гильдия.

Всякий раз, когда Сироэ спрашивал у Нянты о том, как дела в его гильдии, Нянта с улыбкой отвечал: «Я люблю сидеть на крыльце, но дом стареет. Как-то так, ня».

Хоть Нянта и являлся советчиком в Чайных Дебоширах, он не обладал авторитетом и высоким статусом. Сироэ чувствовал, что Нянта беспокоился о том, как Чайные Дебоширы могли повлиять на него.

Он придерживался спокойного и игривого поведения, но ему явно нравились праздничные встречи Чайных Дебоширов, верно? Возможно, ему нравилось быть среди «молодежи»... Так считал Сироэ.

— Ах, прости за это, Серара-сан, пожалуйста, зови меня Сироэ. Я действительно знаком с этим мудрецом.

— Все верно, Серара-сан, это Сироэ-чи, умный и знающий юноша, ня. План точно сработает, раз он здесь, ня.

— Вижу, ты все еще постоянно мяукаешь, Шеф, — поддразнивая, улыбнулся Сироэ.

Он подшучивал над мяуканьем Нянты со времен Чайных Дебоширов.

— О чем ты говоришь, Сироэ-чи, ня? Так разговаривают котолюди, превосходный способ закончить предложение, ня.

— «Гав» это или «ня», просто придерживайся чего-то одного, хорошо?

Такая сердечная беседа между Сироэ и Нянтой удивила Серару. Она успокоилась и спросила:

— Вы знакомы?

— Мы были очень близки. Сироэ-чи приходилось выискивать у меня блох.

— Вовсе нет.

Шокированная Серара могла только кивнуть.

— Раз Сироэ-чи здесь… то кто же остальные двое, ня?

— Наоцугу здесь, а другую девушку зовут Акацки, Ассасин 90 уровня. Мы тренировались вместе 10 дней и провели 160 тренировок, она хорошая.

— Значит, Наоцугу-чи тоже тут, ня, и новый друг? Это отлично, ня. Сироэ-чи наконец-то дорос до этого, ня.

Нянта, чьи глаза всегда становились похожи на щелочки при улыбке, посмотрел на Сироэ и искренне улыбнулся.

— Шеф Нянта... Что случилось с Кошачьим Кормом?

— Дом не выдержал бури, и половина обвалилась, ня. Возможно, это знак свыше, и мне пора перебраться в Акибу, ня.

— Это... Ах, подождите минутку.

Ответ Нянты звучал воодушевляюще, нежели грустно. Как только Сироэ решил задать еще один вопрос, в его ушах зазвучала спокойная мелодия.

— Грозная группа во главе с Монахом приближается к зданию. У них 3 представителя вооруженного класса и 2 хилера, возможно, из той же партии. Они планируют окружить вас. Доберутся до вас через 2 минуты.

Короткое сообщение заставило Сироэ вспомнить набросок Сусукино.

— Наши союзники обнаружили партию из 6 человек во главе с Монахом, есть идеи, кто это может быть?

— Это…

— Скорее всего, гильд-мастер Бригандии, Демикас, ня. Он Монах 90 уровня, как и его дружки, ня... Он стоит за всем этим, враг, ня.

Нянта четко обозначил определение «враг».

В игре он ни к одному игроку никогда не обращался так, что полностью рассеяло сомнения Сироэ.

— Здесь есть черный ход? Чтобы выбраться отсюда, мы будем сражаться, если понадобится.

4

— Сюда, ня.

— Справишься, Серара-сан?

— Конечно!

Серара последовала за Нянтой, показывающем путь. Сироэ из команды спасения следовал за ними.

(Значит, он друг Нянты-сана… Похоже, с ним сложно поладить, но он, кажется, очень умный.)

Причиной рассуждений Серары стал пронзительный взгляд Сироэ.

Оглядываясь назад, она могла видеть, как Сироэ осматривает окрестности во время телепатического разговора. Быстрые и уверенные шаги указывали на его большой опыт в этом.

Члены Бригандии стали прочесывать области, которые, на их взгляд, были подозрительными.

Возможно, они нашли ее местоположение с помощью списка друзей.

К такому выводу пришла Серара.

Их обнаружение было вопросом времени. Схема Сусукино очень проста: расположение всех дорог образовывало сетку, очень схожую с шахматной доской. Неважно, какой бы маршрут они выбрали, их бы окружили, окажись врагов больше.

Даже зная это, Сироэ и Нянта все равно решили сражаться, чтобы выбраться отсюда.

Они сказали, что этот риск необходим, если они хотят вернуться в Акибу.

Сироэ связался с отсутствующими Наоцугу и Акацки. Троица быстро и уверенно шла по главной дороге, ведущей на запад.

Как и ожидалось, у городских ворот их ждали члены Бригандии.

— На улицах Сусукино запрещено драться, ня… О чем они думают?

— Для начала они нас пропустят.

Сироэ имел в виду, что враги дадут им пройти, но только поначалу. Они будут ждать до тех пор, пока группа Сироэ не окажется снаружи, и тогда нападут. Вот в чем заключался план Бригандии. Серара не сомневалась, что Сироэ и Нянта тоже это поняли.

— Так и есть, ня.

Ради Серары Нянта не стал расспрашивать Сироэ о его опасениях.

Но сейчас Нянта уже не казался таким добрым, как в то время, когда он находился с Серарой. Она не знала, что изменилось, но от этого ее бросило в дрожь.

— Что… мне делать?..

Голос Серары дрожал. Однажды Демикас схватил ее за запястье, и она растеряла всю свою храбрость, просто вспомнив его мускулистые руки и отвратительную улыбку.

— Насчет этого…

Сироэ смотрел далеко вперед, и выражение его лица вы могли увидеть только в профиль. Сироэ, выглядя еще более неприступным и хладнокровным, напугал Серару.

— Если они дадут нам уйти, мы просто уйдем. Это все упростит.

— …Э?

Слова Сироэ удивили Серару.

Битвы разрешались за пределами городской зоны.

Если их поймают, сражения не избежать. В Бригандии хватало людей, чтобы охранять все дороги, ведущие из города.

Серара была уверена, что ее, Нянту и Сироэ убьют.

Неважно, насколько опытны Нянта и Сироэ или насколько высок их уровень. Их лишь пятеро, включая Серару, чей уровень ниже 30.

Сераре казалось, что им не одолеть своих врагов-плееркиллеров. Слишком уж большая разница в численности.

— Нам нужно прорваться, если мы хотим сбежать.

— Они будут преследовать нас, пока мы будем в зоне досягаемости. Они определенно знают, что кто-то помогал Сераре-сан, иначе она бы не протянула столько времени без еды. Они также знают, что нас несколько… Возможно, Бригандия планирует окружить и заПКашить нас недалеко от мирной зоны. Их целью станут люди, помогающие тебе. Это сможет подавить твою волю и подчинит их тебе. Я полностью в этом уверен.

Сухой анализ Сироэ прозвучал как мнение стороннего наблюдателя.

— Они могут убить нас? Как ты можешь говорить такое?

— Ну-ну, не грусти, Серара-сан. Не нужно беспокоиться, ня. Если все так, как говорит Сироэ-чи, значит, так и есть, ня. Просто предоставь это Сироэ-чи, и все будет в порядке, — спокойно сказал Нянта, не общая внимания на панику и неловкость Серары.

Нянта почти все рассказал Сироэ о членах Бригандии и их силе, но Серара до сих пор не понимала, почему они так беспечны перед надвигающейся опасностью.

— Шеф?

— В чем дело, ня?

— Если ты сразишься один на один с лидером…

— Глупый вопрос, ня.

Нянта кивнул в ответ на вопрос Сироэ, пугая Серару своей силой духа. Она слышала от опытных игроков, что плееркиллерство отличается от сражений с монстрами. В этом альтернативном мире все так же.

В отличие от ограниченных инстинктивных атак монстров, действия игроков нельзя предугадать. Битва в несколько раз напряженнее, даже опытные игроки допускали ошибки… Вот что Генриетта сказала Сераре.

— В таком случае сделаем это. Мы покинем город, а Бригандия попробует нас заПКашить там, где мы не сможем добраться до города. Мы победим их лидера и сбежим.

(Какой абсурдный план!)

Серара побледнела.

Это не план, они решили пустить столкновение с Бригандией на самотек, верно? Это же самоубийство. Серара не могла высказать свои мысли, как бы она ни хотела.

— Без проблем, ня. Ты все тот же Сироэ-чи, которого я знал, ня.

Нянта согласился с Сироэ, что более невероятно. Серара повернулась, удивившись, а Нянта, отвечая, приоткрыл правый глаз.

— Недавно я поел досыта, приглядывая за Серарой-сан, ня. Не волнуйся, я не позволю этим подонкам прикоснуться к тебе, ня.

Увидев Нянту таким, глубоко в душе Серара поклялась, что одолеет все страхи, с которыми ей предстоит столкнуться.

5

Так обстояли дела.

Все вышло именно так, как предсказывал Сироэ.

Группа Серары, сопровождаемая взглядами членов Бригандии, прошла через ворота. Около десяти человек из их числа шли позади, отрезая путь назад.

Они собирались атаковать вблизи от города. Даже Серара, которая никогда не чувствовала чьего-то намерения убить, ощутила леденящий вихрь чужих эмоций, среди которых с трудом выходило распознать злость и доброту. Ее трясущиеся плечи были лучшим тому доказательством.

(Похоже, ей сложно доверять мне.)

Подумал Сироэ, которого беспокоила тревожащаяся Серара. Отчасти, она была права.

Бригандия обладала большой силой. Неудивительно, что девушка сомневалась в возможности победы.

Напряжение в воздухе нарастало с каждым их шагом.

Как только они вышли из безопасной зоны, люди Бригандии подошли ближе и окружили группу Сироэ.

— Это место подойдет, — мягко сказал Сироэ, затем повысил голос и спросил: — Кто из вас, Бригандийцев, Демикас-сан?

Это заявление вызвало переполох среди окруживших их игроков. Они не ожидали столь открытого вызова.

— Ну, Сироэ-чи, спрашивать о чем-либо так громко очень невежливо. Я знаю, кто он. Здоровяк, стоящий вон там, ня. Эй, Демикас!

Человек по имени Демикас, появившийся словно по команде Нянты, являлся гильд-мастером Бригандии.

Легкая броня, напоминавшая нагрудник, покрывала мускулистое тело. Оружие в его руках походило на тигриные когти.

Будучи 3D-моделью в игре, этот мужчина, наверное, считался очень привлекательным. Но выражение лица отражало черноту его души.

— Значит, это вы те мухи, которые беспокоились о Сераре?

— Только я, ня. И я не муха, а кот, ня, — беззаботно ответил Нянта.

В отличие от слов, чарующая и зрелая интонация не вызывала страха.

Но он продолжил более мужественно:

— ...Безрассудство — удел юнцов, толерантность же всегда была красой взросления. Но случается так, что переходишь черту, ня.

— Что ты сказал, полукровка?

— Я собираюсь сказать нечто важное, слушай внимательно, ня. Демикас, ты пересек черту. Раз ты собирался заПКашить нас, то это сэкономит немного времени. Наказание распоясавшихся детей тоже входит в обязанности старших. Давай сразимся 1 на 1, ня.

(Хотя Шеф редко насмехается над кем-то, это не имеет отношения к Бригандии, поскольку они ведут себя как преступники.)

Сироэ пересчитал врагов, используя меню в своей голове.

— Хах! Забавно, почему я должен сражаться с тобой на твоих условиях? Разве ты не заметил 10 моих товарищей?

— Прости, что прерываю, Демикас-сан, но не обязательно идти тебе. Вместо этого... Я хочу, чтобы ты одел серую мантию. Разве это не артефакт, выпавший в пещере Огненной Ящерицы? Ты кажешься сильным, поэтому мы не возражаем, если ты выступишь против Монаха. Будет намного лучше, если вы уладите все вдвоем. Принимай вызов этого мага, Шефа Нянты.

— Ты слышал меня, Лондарк Серой Стали, и все еще смеешь так говорить?

— Ты прав, ня... Давай покончим с этим, ня.

Отклонение от плана удивило Серару, а Сироэ уже переключил свое внимание на мага рядом с Демикасом. Нянта, напугавший людей из Бригандии, похоже, поддерживал его.

Одни смотрели на Лондарка, другие же на Демикаса, привлеченные его реакцией. Даже партия Сироэ могла заметить это разделение на 2 группы.

(Они не сплочены. Оно и понятно, раз отряд собирается спонтанно. Маг Лондарк — второй по значению человек в гильдии и тактик Демикаса. Демикас, я понимаю, как сложно тебе дается держать под контролем свою гильдию.)

Сироэ чувствовал бурю под его маской спокойствия.

У Сироэ не было большого опыта в работе с другими. Вы можете считать, что он ненавидит иметь дело с идиотами, но это не значит, что он «не мог» этого делать.

Среди игроков он выступал пацифистом и не хотел с ними сражаться.

Но это не значит, что он «не будет».

Наоборот.

Сироэ знал, что произойдет дальше.

Его эмоции напоминали море темной ночью. Желание уничтожать подпитывалось его разочарованием.

— Приятного аппетита!

Нянта описал это так. Сначала он кажется теплым и солнечным, а затем холодно ухмыляется и показывает свои кошачьи клыки.

Такой же клык находился и в сердце Сироэ.

Если вам хватает смелости владеть мечом, будьте готовы умереть от него. Сироэ соглашался с этим утверждением. Жалость тут излишняя.

— Лондарк-сан Серой Стали, верно? Ты очень силен, раз получил такое прозвище. Мы предпочтем сразиться с тобой вместо Демикаса-сана... Твоим соперником будет Головорез Шеф Нянта. Давай покончим со всем, мы не сбежим.

— Приступим. Судя по твоему снаряжению, ты маг высшего уровня, ня? Решать вопросы боем — твой стиль, ня? Не будем обращать внимание на жалкого Демикаса, который слишком напуган, чтобы сразиться самому.

Оскорбление Нянты стало последней каплей. Взбешенный Демикас подошел к Нянте, преисполненный гневом, напряженный и усмехающийся.

— Очень хорошо, я сражусь с тобой. Такого дерзкого ублюдка, как ты, ударом своего кулака я отправлю... на небеса!

Демикас сделал вид, что просто подошел принять вызов, а сам атаковал Нянту. Тот ждал до последнего, чтобы увернуться от первого удара, который едва не пришелся по лицу, отпрыгнув на несколько метров назад. Он достал две рапиры и встал в стойку, насмехаясь над Демикасом.

— Ого, какой сильный удар, ня.

— Но он не достиг цели, поэтому нет никакого урона, верно? Вот это промах, ты точно справишься без поддержки товарищей? Деми-как-же-тебя-сан, — насмешливо крикнул Сироэ, когда Демикас промахнулся во второй раз.

Похоже, это взбесило того еще больше, он заорал:

— Ты будешь следующим, когда я прикончу старого кота!

— Ну-ну, тебе нужно сначала разобраться со мной, ня... Не хочу, чтобы леди увидела ненужное кровопролитие. Если хочешь так легко от меня отделаться, только скажи, ня.

— Жестоко!

Своим следующим ходом Демикас преодолел расстояние между ним и Нянтой.

Казалось, что он хочет нанести несколько быстрых атак — он совершил несколько ударов левой. Нянта парировал большинство из них, но некоторые с глухим стуком все же достигли цели.

Что же касается HP, то у Демикаса их было на 50% больше, чем у Нянты.

Даже если Нянта увернется от большинства атак Демикаса, той небольшой их доли, от которых он не сможет уклониться, будет достаточно, чтобы вынести его HP.

— Ну как?

Подошедший Демикас радостно улыбался.

Классом Демикаса являлся Монах.

Монахи были 1 из 3 боевых классов, как Защитник и Самурай. Воины с отличной защитой, танковавшие в первых рядах во время сражения.

Отсюда следует, что Монахи, носящие только легкую броню, были сами по себе.

В Elder Tales техники владения мечом и магические заклинания, известные как навыки, обладают своими уникальными именами и эффектом. Кроме того, они затрачивают определенное количество маны, им требуется время для каста и кулдауна.

Время каста — промежуток между выбором навыка и его использованием, другими словами, это «накопление маны». Кулдаун — время, которое нужно подождать для повторного каста навыка. Вы можете выполнять другие действия во время кулдауна, кроме заклинания, которое вы только что скастовали. Повторный каст сильных заклинаний требует больше времени.

Взять, к примеру, Самурая — все навыки требуют длительное время для кулдауна, поскольку их боевой стиль состоит в нанесении сильных ударов.

Для кулдауна Монахам требуется не так уж много времени. Молниеносная Точность и Удар Виверны хорошие тому примеры. Монахи специалисты по части использования эффективных базовых навыков, потому не оставляли времени на передышку.

У них крайне слабая защита из-за легких доспехов, но это позволяет им быстро уклоняться от ударов. Подобно щитовым техникам Защитников, у Монахов свои навыки уклонения. Примерами служат Призрачный Шаг, создающий иллюзию движения, и Стойка Дракона, увеличивающая защиту от огненных и ледяных атак. Защита Монахов не зависит от их брони. Будучи достаточно сильными, чтобы сражаться на передовой без редкого или сильного снаряжения, Монахи заработали репутацию класса настоящих мастеров.

— Каково это? Даже не можешь дать отпор?

Под натиском атак Нянта все же отступил на 2 шага.

Но темно-зеленый свет Демикаса преодолел это расстояние при помощи удара ногой. За ним последовало множество атак, хотя Нянта смог уклониться от удара.

Это был Удар Виверны Демикаса — навык, наносящий урон всем стоящим перед ним врагам. Демикас снизил сопротивление и сбавил скорость передвижения, чтобы подобраться ближе к Нянте, не позволяя ему отойти на подходящее расстояние.

(Он хорош… Не позволяет Нянте отойти дальше.)

Сироэ скрыл свое удивление.

Бригандия, справившаяся с внутренним волнением, объединилась. От всего увиденного эти бандиты не сомневались в безоговорочной победе своего гильд-мастера.

Увернувшись от хука левой, Нянта мягко пнул Демикаса в левый бок, создавая дистанцию и подпрыгнув для нанесения атаки.

— Нян-нян!

Удар, разорвавший воздух, пришелся по бедру Демикаса, оставляя рваную рану.

Нянта встал в другую боевую стойку, холодно взглянув на Демикаса. Кончики его рапир дрожали, словно в танце.

Нянта был Головорезом — редким боевым типом ближнего боя, владеющим парным оружием. У них имелась своя особенность — быстрые атаки, наносимые двуручным оружием и известные как круговые атаки широкого радиуса действия. Среди классов, концентрирующихся на физической силе атак, их удар мог уступить только Ассасинам, но это окупалось многократным повторением атак. Специализировались они на быстрых ударах.

Головорезы, владеющие разными видами оружия, используют разные боевые стили. Стилем Нянты была Двойная Рапира, уступающая лишь Двойному Кинжалу — королю скорости.

Другой особенностью Головорезов являлся плохой статус, который они могли наслать на других. Снижение скорости атак, ухудшение уклонения или защиты — лишь некоторые примеры превращения вашей самой сильной стороны в самую слабую.

— Я вижу твои волосатые ноги, ня.

Из-за насмешки Нянты и без того красное лицо Демикаса потемнело, но Нянта не отступил. Его рапиры прошли по рукам и ногам Демикаса со звуком, напоминающем звук печатной машинки.

4 раны на руках Демикаса появились из-за Змеиного Укуса, поразившего их и тем самым снизив меткость на несколько десятков секунд.

3 удара Кровавым Проколом, которые пришлись по ногам Демикаса, ухудшили ловкость ног и снизили возможность уклоняться.

Нянта использовал свои хирургические навыки и железную волю, чтобы осуществить этот план и лишить Демикаса силы сражаться. Этот Нянта был уже не тем мягким и спокойным мудрецом, к которому обращались за советом.

— Ва-а! Прекрати прыгать вокруг, ты, ублюдок, и сражайся со мной честно и на равных.

— «Честно и на равных», сказанное тобой, звучит как ругательство.

Если судить по HP, то Демикас получил от Нянты 30% урон. Но, поскольку классом Демикаса был танкующий воин, его HP по-прежнему превышали HP Нянты в 2 раза.

Но в глазах окружающих бой контролировал именно этот высокий и худой Головорез.

Протыкающий удар, парирование и финты. Клинок, что тоньше пальца, прочертил в воздухе серебряную линию, образующую стену и заблокировавшую Демикаса.

Демикас уже не обладал той боевой мощью и скоростью, что и в начале поединка. Его HP и мана вытекали вместе с кровью из рук и ног.

Бригандийцы, которые не сомневались в победе Демикаса, зашумели. Их переполнял страх поражения лидера, как и любопытство вкупе с тайным ликованием, вызванным поражением Демикаса.

Вероятно, тот принимал те же силовые приемы, чтобы держать свою гильдию под контролем. Кто-то из его согильдийцев все же надеялся, что Демикас потерпит публичное поражение.

Сироэ, почувствовавший это, подал Сераре знак.

Серара, внимательно следившая за боем Нянты, так сильно сжала кулаки, что ногти впились в ладони. Она вышла из задумчивости, когда Сироэ похлопал ее по плечу. Серара следовала инструкции: «Когда я подам знак, кастуй Исцеление Сердца на всех».

Для целителя партии нет ничего необычного в том, чтобы восстановить заклинанием HP Нянты. Зачем для этого нужна команда? И зачем использовать заклинание, действующее на всю партию, а не только на Нянту? Серара стояла, широко открыв глаза и спрашивая себя.

Как только она захотела спросить об этом Сироэ, она услышала невероятные слова.

— Да пошло оно все! Кто захочет играть с тобой в эту игру один на один? Целители, исцелите мои раны! Команда Ассасинов, окружите и зарежьте этого кота-ублюдка!

Демикас, не способный противостоять атакам мечника, стоящего перед ним, приказал Бригандии атаковать.

6

Этот злобный рев заставил всех на мгновение замереть.

Пусть Бригандия и продавала NPC в рабство, запугивала остальных игроков, ПКашила людей и делала другие мерзкие вещи, этот приказ привел их в замешательство.

Бригандия была преступной группировкой.

Но настоящие преступники не смогли бы объединиться в группу. Создавать группу, руководствуясь принципами гильдии, просто бессмысленно. Люди, не признающие закон, все еще подчинялись силе и жестокости.

Банда преступников, Бригандия, управлялась силой. Демикас, будучи главой группы, в этом поединке один на один получил ранение рапирой, которую считал девчачьим оружием. Боевая мощь, которой он так гордился, оказалась сломлена, а сам он очутился на грани поражения.

И когда Демикаса ранило, он грубо рявкнул, требуя помощи для уничтожения врагов.

— Согласиться выполнить приказ? Мы навсегда останемся неудачниками, если продолжим следовать за таким лидером…

Будучи бандитами, Бригандийцы все же еще сомневались, думая об этом.

(Было бы неплохо, если бы мы смогли заставить их почувствовать себя неловко, оказаться в замешательстве и начать сомневаться друг в друге.)

Но они замешкались лишь на мгновение.

Несмотря на плачевное состояние лидера, Бригандийцам все еще следовало поддерживать репутацию жестокой организации. Нет, их брэнд был вдвойне важен, раз они бандиты. Они могли угнетать игроков именно благодаря репутации Бригандии как сильной и жестокой группы.

Им нужно придерживаться пути террора, иначе они сами станут жертвами.

Страх лишиться своего террористического статуса сильнее желания спасти их лидера. Они единогласно решили заткнуть рты этой троице. Им понадобилось 3 секунды, чтобы принять решение.

Приняв его, бандиты взревели и направились прямиком к Нянте.

Но группа Сироэ не теряла даром эти 3 секунды.

Наоцугу появился, словно ветер, перехватывая 8 Бригандийцев, ринувшихся к Нянте. Боевой дух группы Бригандии не сломило даже появление нового врага. Еще более озлобленные, они бросились в бой.

— Парализующий Рев! — взревел Наоцугу.

Этот навык, направленный на всех врагов поблизости, приковывал их внимание только к нему. Способность Защитников, крепостей передовой. 8 Бригандийцев остановились перед Наоцугу, как вкопанные.

— Нянта-сан, в таком случае…

— Исцели всех, немедленно!

— Э, точно, Исцеление Сердца!

Услышав команду Сироэ, Серара использовала лучший доступный ей навык.

Исцеление Сердца — уникальный навык Друидов.

У Друидов, наряду с Каннаги и их Перехватом Урона и Самолечением Жрецов, тоже имелись свои специальные навыки.

Заклинания того же типа, что и Исцеление Сердца, обладали восстанавливающей магией короткого действия. Определенное количество HP будет восстанавливаться 10-30 секунд. Хотя с каждым новым кастом такое заклинание будет слабее, чем у обычного исцеляющего заклинания, общее число восстановленных HP будет намного выше, что говорит об эффективном использовании маны.

Кроме того, это позволит кастующему заняться атакой или защитой, пока действует временное исцеляющее заклинание.

Но...

— Я больше не могу, мой уровень недостаточно высок.

Серара заплакала от боли.

В Elder Tales от силы целителя зависел исход битвы.

Хорошо тренированный целитель в паре с танком мог отражать натиск 4 врагов того же уровня.

Серара была 19 уровня. Даже обладая такой превосходной защитой, 90-уровневый Наоцугу не мог отражать атаки 8 высокоуровневых людей из Бригандии.

— Не волнуйся о нашем Защитнике, сконцентрируйся на исцелении Нянты. Успокойся и следи за нашими HP. Если не можешь что-то сделать, не делай этого. Сконцентрируйся на том, что умеешь.

Сироэ спокойно подсказал нервничающей Сераре.

Его решительные слова придали ей сил. Сироэ сказал ей, что целителям лучше всего удается лечить.

На поле боя недалеко от Наоцугу сражение между Нянтой и Демикасом достигло своего пика. Раны на руках Демикаса залечили целители, что вернуло ему прежнюю силу.

Раны на ногах так и остались, но Демикас сосредоточился на атаке и отказался от возможности уклоняться, вернув себе самообладание.

В конце концов, боевой класс Демикаса жестче ближнебойного Головореза. С поддержкой целителей эта схватка станет боем на истощение, и он одержит победу при помощи грубой силы. Таким был желанный план Демикаса.

Пусть даже маленькая девочка-Друид и лечила мечника, стоящего перед ним, сила ее восстановления не покроет наносимый урон.

Демикас, уверенный в победе, начал вести себя высокомерно.

— Что это?! Что ты можешь сделать своими игрушечными мечами? Как может такой слабак, как ты, защитить своих союзников?

— Как грубо. Рапиры — оружие джентльменов, ня.

— Я заткну твой поганый рот! Смотри, кажется, твой друг-воин скоро проиграет.

— Ты можешь ошибаться, ня.

Борьба стала ожесточеннее. Об этом можно судить по тому, как столкнулись удары меча и кулака, сопровождаемые тенями серебряной вспышки и звуком ударов тела.

На другом конце поля боя окружили Наоцугу.

Под натиском атак 8 врагов у него осталось лишь 2400 HP. Но он сохранял спокойствие, отражая атаки щитом и сохраняя построение партии.

Оставаться собранным в таком хаосе — признак отличного авангарда. В глазах Серары опытные движения Наоцугу выглядели еще более впечатляющими.

— Готовь заклинание!

Она услышала тихие слова Сироэ. Серара ответила громче, чем обычно, прислушиваясь к своему учащенному пульсу:

— Поняла!

— Время почти пришло! Каменная Крепость!

Наоцугу, крикнув, прижал щит ближе и принял устойчивую позицию. Его щит, броня и меч сверкнули как древняя мраморная статуя, источающая магическую и боевую ауру.

— Что? Что это?

— Еще немного, прикончи его!

— Получай! Убийство!

Один из 8 Бригандийцев, Ассасин, судя по виду, использовал тяжелый ударный навык против Наоцугу. Меч Ассасина, направленный прямо на броню Наоцугу, словно прожигал воздух. Этот удар явно должен был стать смертельным.

Но атака закончилась громким лязгом, наткнувшись на блок щитом Наоцугу.

Каменная Крепость.

Один из самых мощных навыков, которым владели только Защитники. Он действовал лишь10 секунд. Этот экстренный навык мог нейтрализовать весь урон. Наоцугу, превратившийся в мраморную крепость, использовал свой прочный щит, чтобы защитить линию обороны.

— Я же говорил, ня, Наоцугу-чи так просто не сдастся.

— Давай, Серара, кастуй все свои исцеляющие заклинания на Наоцугу.

Серара подскочила и сделала шаг вперед, подняв руку к небу.

Она нараспев читала Целебный Ветер — одиночное исцеляющее заклинание. Она уже использовала Исцеление Сердца на всю партию, а теперь добавляла Целебный Ветер для большего эффекта.

Но Серара на этом не остановилась.

После каста двух временных исцеляющих заклинаний она продолжила призывать всю моментальную лечащую магию, доступную ей на 19 уровне, и направляла исцеление на линию боя.

Будучи целителем, она могла сделать только это.

Пока союзники защищали ее в бою, она защищала их при помощи исцеляющих заклинаний.

Серара помнила голос своего гильд-мастера, этот запоминающийся звук Жреца.

Реальное преимущество временных лечащих заклинаний в том, что у них есть остаточный эффект, и вы можете использовать свободное время для каста многократных исцеляющих чар. Друид, вложившая все в свое исцеление, обладала огромным потенциалом, способность мгновенно исцелять превосходила 2 других лечащих класса.

Это было слишком сильно даже для 19 уровня. HP Наоцугу, от которых осталось меньше 20%, начали постепенно восстанавливаться от многократных исцеляющих заклинаний Серары.

— Попытка выиграть время вам не поможет!

На другом конце Демикас стал еще яростнее атаковать Нянту.

Каменная Крепость, мощный защитный навык, вызывал зависть у Монахов, подобных Демикасу. Но и у него имелось слабое место.

Повторное использование требует длительное время кулдауна. Этот несокрушимый навык можно использовать 1 раз в 10 минут.

Их более чем достаточно, чтобы убить этих мерзавцев 20 раз. Если Наоцугу использовал навык, то не мог использовать его последующие 10 минут. Это значит, что он подвергнется атаке 8 Бригандийцев.

Из 600 секунд 10-минутного кулдауна он мог отражать весь физический урон лишь 10 секунд. А это значит, что Каменная Крепость вышла отчаянным шагом, а не показателем мастерства.

Тот момент, когда спадет Каменная Крепость, станет концом для этих ребят. Мысль о будущей победе промелькнула в голове Демикаса.

Его яростные атаки должны были вынести Нянту. Серара, следившая за состоянием своих товарищей при помощи меню настроек, сетовала на нехватку силы.

Защитник, сражавшийся перед ней с 8 людьми из Бригандии, и Нянта, так бережно заботившийся о ней все это время. Обоих покрывали раны.

Серара не могла спасти их, потому что выложилась полностью, мана, позволяющая ей исцелять, находилась практически на нуле.

— Думаю, уже пора, Сироэ-чи, ня.

— Начнем, Шеф Нянта.

Сироэ и Нянта воодушевленно общались, не обращая внимания на отчаяние Серары.

Нянта, подобно листьям, танцующим по ветру, направился к Демикасу. Хотя его удивляло то, что Демикас продолжал наносить размашистые удары ногами, пытаясь достать стройного мужчину, стоящего перед ним.

Но Нянта использовал его поднятое колено в качестве опоры для прыжка.

Ярко сверкнуло серебро.

Рапиры в руках Нянты рассекали воздух, словно молнии. 3, 4, 5 ударов… Серара могла их только считать. Рапиры Нянты размножились, протыкая голубые лозы, опутавшие Демикаса, но она этого не заметила.

Из всех 12 классов у Головорезов самые быстрые атаки, и атаки Нянты улучшились не только при помощи магии Сироэ. Нянта тоже использовал Связывающие Шипы, заклинание-ловушку, против своего соперника.

Резкие удары Нянты.

Связывающие Шипы Сироэ.

Комбинация из двух атак, повторяющихся 10 раз каждые 2 секунды. Каждый удар Нянты активировал заклинание, и это напоминало взрывающийся световой шар, из которого вырывались вспышки и шоковая волна.

Подобно пуле, выпущенной в замкнутом пространстве, давление увеличивало силу урона. Демикас выглядел так, словно его поглотили атаки невидимых людей, окруживших его. Пошатываясь, он умер, не успев даже вскрикнуть.

— Не может быть!

— Гильд-мастер!

У всех был сильнейший шок.

Воин 90 уровня, поддерживаемый целителями, мгновенно умер. Если у вас достаточно большой опыт в Elder Tales, эта сцена сильно бы вас удивила и породила массу сомнений.

— Нянта-сан…

Нежный голос Серары только подтверждал это. Она не могла понять, что же произошло во время битвы.

— Отбросьте свои мечи!

Крик Наоцугу заставил Бригандийцев переглянуться. Вопль, раздавшийся позади них, заставил их побледнеть.

Обернувшись, они увидели двух своих целителей, лежавших на земле. Второй человек гильдии… Лондарк в серой мантии стоял на коленях с отрубленной рукой.

Черноволосая девушка, использовавшая 3 свободные секунды по максимуму и похожая на прелестный цветок, прижимала клинок к горлу Лондарка.

7

Акацки, видевшая то же, что и Серара, смутно представляла, что же произошло.

Авантюристы обладали огромными физическими возможностями: не только мышечная сила и ловкость, но и зрение превосходили таковые в реальном мире.

Несмотря на то, что Акацки с детства занималась кендо, она была уверена, что в реальном мире махать мечом с такой скоростью просто невозможно. И в произошедшем сейчас она разобралась лишь наполовину.

На самом деле она старалась понять увиденное и найти этому объяснение.

Акацки была Ассасином, среди вооруженных классов их атаки считались самыми сильными. Но даже ее самый сильный навык не смог бы убить воина 90 уровня.

Акацки вырубила целителей, поддерживающих Демикаса, поэтому он не мог восстановить свои HP.

Учитывая это, все еще не ясно, как удалось одолеть игрока боевого класса, да еще и так быстро.

В Elder Tales бои длительны особенно между игроками. Смертельные атаки всего лишь фигура речи, поскольку такие случаи происходили довольно редко.

Независимо от того, насколько силен игрок, если противники примерно того же уровня, до конца сражения нужно продержаться несколько десятков раундов.

Чем дольше вы играли в Elder Tales, тем больше вы понимали сей факт. Это стало обыденностью.

Но Нянта все же смог нанести огромный урон.

Секрет крылся в голубых лозах. Связывающие Шипы Сироэ относились к уникальным заклинаниям-ловушкам Чародея. 5 лоз опутывали противника, и каждая, уничтоженная союзником, наносила 1000 очков дополнительного урона.

Урон составил бы всего 5000, если активировать все лозы, а это лишь треть HP Демикаса. Даже с учетом атак Нянты этого не хватило бы для того, чтобы одолеть Демикаса.

Акацки, благодаря тренировкам, знала заклинания, которые чаще всего использовал Сироэ.

Поскольку Связывающие Шипы одно из лучших заклинаний Сироэ, Акацки могла распознать его, увидев визуальные эффекты.

Время кулдауна Связывающих Шипов составляло 15 секунд.

Нянта прекратил свою атаку через 14 секунд после того, как Сироэ использовал заклинание-ловушку, хотя это было лишь предположением.

Вынудив Демикаса напасть и выслушивая его нападки, он не атаковал эти 14 секунд. Нянта убедился, что его позиция прекрасно подходит для атаки, рассчитав время.

Когда настал момент, Нянта подпрыгнул и нанес 5 ударов рапирой, которую держал в левой руке. Эти 5 ударов проткнули лозы, которые нанесли дополнительный урон.

В это время Сироэ, у которого закончилось время кулдауна, заново использовал Связывающие Шипы против Демикаса. Нянта, все еще находясь в воздухе, развернулся и нанес еще 5 ударов рапирой, которую держал в правой руке.

Результат — цепочка атак из 10 ударов.

Расчет времени кулдауна заклинания Сироэ и использование двух заклинаний Связывающих Шипов — 10 ударов активировали 10 лоз.

Вот что скрывалось за битвой, и Акацки видела это.

Она могла только судить об этом, потому что знала особенности заклинания благодаря тренировкам с Сироэ.

В прыжке у атакующего навыка Головореза нет никаких задержек. Нанесение 10 ударов за 2 секунды — уникальная способность этого класса.

10 ударов за 2 секунды. Значит, на каждый удар приходится 0,2 секунды. Парни воспользовались небольшой «задержкой» между пятым и шестым ударами, чтобы скастовать Связывающие Шипы во второй раз… для человека это просто невозможно.

Таковое можно считать наивысшим мастерством командной работы.

Если бы они смогли провернуть подобную атаку, она бы обнулила HP боевого класса в одно мгновение.

Но разве такое столь легко осуществить?

Если бы кто-то спросил об этом, в ответ услышал бы однозначное «нет».

Акацки, в задумчивости прикусившая губу, пришла в себя. Битва еще не окончена.

Правда, открывшаяся ей, противоречила здравому смыслу.

Даже она, несмотря на многочисленные тренировки с Сироэ, не смогла достичь подобного уровня. Такая впечатляющая атака двух игроков, которые давно не виделись и не согласовывали свои действия.

Шок Бригандии в несколько раз превышал тот, что испытала Акацки.

— …Кто эти люди?

— …Что за сила одолела Демикаса?

— …Ваш уровень выше 90?

— …Они имеют отношение к элитной команде из другой зоны?

Атаку, которую Акацки поняла за короткий промежуток времени, другие понять не могли. Они не могли даже настроиться на это.

— Когда?.. Как?..

Демикас, державший гильдию в ежовых рукавицах. Тактик Лондарк, оставшийся в Бригандии, несмотря на разногласия с Демикасом…

Бандиты, утратившие обоих лидеров, еще не потеряли свою силу, но психологического воздействия от произошедшего хватило, чтобы заставить их прекратить атаку.

— Мы прошли через Горную Длань, — заявил Сироэ, направившись к Лондарку. — Перемещения между этим городом и Акибой снова возобновятся. Мы получили карты и средства и отправили отчет… Больше вы не будете доставлять таких проблем.

Правда, тем не менее, была не такой оптимистичной.

Группа Акацки добралась при помощи грифонов. Не все игроки могли путешествовать с такой скоростью.

Если вы хотели посетить Империю Эццо, вам все еще следовало пережить долгое и нудное путешествие.

Но чтобы бандиты познали горечь поражения еще сильнее, Сироэ произнес это так, словно это правда. Акацки нежно надавила лезвием клинка на шею Лондарка, подтверждая слова Сироэ.

— В этом сражении победили мы. Что же касается оставшегося главаря, назовем это предупреждением.

Сироэ достал клинок из плаща и отрезал Демикасу голову. Раздался влажный звук, когда лезвие перерезало кости и сухожилия. Акацки увидела помрачневшее лицо Сироэ.

Это было ожидаемо. Хотя смерть в Elder Tales не вечна, Сироэ не хотел никого обезглавливать. Тем не менее он сохранил жестокость.

Не было никакого сообщения, запрещающего обезглавливание в этом мире, где отсутствовала смерть, но Акацки понимала, что это цена, которую Бригандия должна заплатить за свои преступления. Поскольку Бригандийцы — пешки в этой игре, им стоило преподать урок.

Жестокость Сироэ и его злобный взгляд заставили их медленно отступить.

Гробовую тишину нарушил крик грифонов.

Три грифона прилетели с запада, выстроившись треугольником, и тяжело приземлились перед командой Сироэ.

— Серара-сан, иди сюда, ня.

Нянта, убравший рапиры, протянул девушке руку и подвел ее к своему грифону. Он поднял ее и, придерживая, запрыгнул на зверя.

Наоцугу жестом показал остальным идти к грифонам, сделав шаг вперед и прикрывая Акацки.

Та смахнула кровь с лезвия, Сироэ в это время стоял перед ней.

— Идем, Акацки!

Акацки кивнула в знак благодарности.

Она, как и всегда, выражала благодарность и уважение без слов.

— Пора сваливать! Мы выбираемся отсюда, время побега!

Взмыв в небо, Наоцугу выкрикнул фразу, которую обычно используют кавалерийские войска. Вскоре и светло-коричневый грифон Нянты сорвался с места, сделав огромный прыжок.

Акацки слегка оттолкнула руку Сироэ и запрыгнула на грифона. Благодаря усиленному телу Авантюриста она могла взобраться на него без помощи Сироэ.

Этот маунт принадлежал Сироэ, было бы невежливо прыгнуть на него, не сказав ни слова. Но просить разрешение слишком формально, поэтому Акацки воспользовалась пальцами Сироэ в качестве указателя и села за ним.

Сироэ до последнего смотрел вниз на Бригандийцев. Вздохнув, он махнул на них рукой и повернулся к Акацки.

— Летим.

Та кивнула в ответ. Сироэ пришпорил грифона, и тот влетел, сопровождаемый взглядами Бригандийцев и Авантюристов, находившихся на пределами Сусукино.

Таким образом, 3 магических существа взмыли в небо, оставив позади себя столбы пыли.

Боль, которую чувствовала Акацки, став свидетельницей комбо-атак Сироэ и Нянты, и разочарование во время пребывания в городской зоне Сусукино развеял ветер, обдувавший грифона.

Квест по спасению согильдийца Альянса Полумесяца, юной Серары, завершился идеально.

Несмотря на то, что им потребуется еще неделя, чтобы добраться до Акибы, результат по-прежнему удивительный.

Завывающий ветер не мог нарушить покой Акацки. Нежно обнимая спину Сироэ, она была спокойна и удовлетворена тем, что миссия выполнена.

— Господин.

— Что такое, Акацки?

— Ничего.

— Ясно... летим домой, в Акибу.

— Да.

Оставляя все недосказанные слова ветру, пейзаж, окружавший Акацки, сменился синим небом.

3 грифона были подобны жаворонкам, вырвавшимся из клетки, расправившим крылья и летящим к южному небу.

Примечания

1. ↑ "Not in Education, Employment, or Training"
безработный, висящий на шее у кого-то. Можно сказать, нахлебник

Приветствую вас, дорогие читатели, это наша первая встреча!

Что же касается онлайн-читателей, рад увидеть вас вновь!

Меня зовут Мамарэ Тоно.

Спасибо за то, что приобрели «Log Horizon 1: Начало другого мира». Эта книга стала печатной версией веб-серии, написанной в апреле 2010 года и претерпевшей некоторые изменения. Качество и читабельность новеллы так же улучшились. Я надеюсь, что она станет по-настоящему ценной для вас.

Отбросим это скучное предисловие в сторону, давайте поговорим о Мамарэ (младшей сестре). Если верить слухам, у Мамарэ была младшая сестра, такая хрупкая и слабая, что это доставляло проблемы.

Хотя Мамарэ такой же, но Мамарэ (младшая сестра) не столь умна.

Давным-давно, когда мы были младше.

Когда я сказал ей, что икру в мойву вводят при помощи шприца, она безоговорочно мне поверила. Когда Мамарэ описал, как «усердно трудятся фабричные техники, впрыскивая икру в мойву в холодильной камере», Мамарэ (младшая сестра) несколько раз кивнула с серьезным выражением лица. Я все еще помню ее лицо в тот момент.

Через несколько дней она рассказала мне «теорию впрыскивания икры в мойву», забыв, что узнала о ней от меня.

Это знание было фальшивым, но никак не общим.

Я не делал на этом акцента, но рассказывал очень убедительно. Но она узнала правду от других и закатила мне истерику.

Мамарэ (младшая сестра) поднялась еще на одну ступеньку лестницы на пути к взрослению. Но лестница, по которой она поднималась, являлась эскалатором, идущим вниз, поэтому сложно сказать, прогрессирует ли она, или это просто иллюзия движения.

Для большей уверенности я поискал «теорию впрыскивания икры в мойву» в интернете. Но это было больше похоже на правду, а не на городскую легенду. Похоже, что глупость, в которую поверила Мамарэ, оказалась не так далека от истины.

Спустя некоторое время после случившегося я сообщил Мамарэ (младшей сестре), что «в самцов мойвы тоже будут впрыскивать икру и продавать их на рынке». Она спряталась под одеялом, игнорируя меня и не желая в это верить. Для того чтобы завоевать доверие, требуется немало времени, а лишиться его можно в одночасье.

Но и у Мамарэ, и у Мамарэ (младшей сестры) была плохая память. Забыв о случившемся, она могла думать лишь об ужине, до которого еще не так много времени.

Отношения между братом и сестрой Мамарэ были такими же близкими, как между Англией и Ирландией. Когда я сказал ей: «Log Horizon, о котором я тебе говорил, хотят опубликовать, представляешь?» — она мне не поверила. «Прекрати врать, глупый брат», — такой оказалась ее реакция.

Это было ожидаемо. Потому что Мамарэ тоже сомневался в том, что книга будет опубликована. Что же касается Мамарэ (младшей сестры), считавшей все сказанное братом ложью, оставить ее в покое показалось своего рода развлечением, поэтому я не стал вдаваться в подробности.

И, пройдя через все это, теперь Log Horizon попал в руки всем читателям.

Персонажи, еще более живые, чем в веб-версии новеллы, в следующем эпизоде будут играть ключевую роль.

Самое лучшее — меню настроек каждого персонажа в начале глав. Потрясающее снаряжение было предложено фанатами в январе 2011 года.

Предложили почти 300 вариантов. Те, что мы использовали, принадлежат IGM_masamune, LAN, akinon29, ebius1, gontan_, izumino, kane_yon, oddmake, roki_a, sawame_ja, vaiso. Спасибо за ваши идеи, жители интернета. Хотя мы не можем опубликовать все в связи с нехваткой страниц, я все еще благодарен всем откликнувшимся фанатам. Компания Сироэ тоже счастлива.

Log Horizon начинал свое существование в качестве веб-новеллы, поэтому, начиная со следующего тома, мы продолжим работу этого проекта. Все последние новости вы можете узнать на сайте http://mamare.net, где, помимо Log Horizon, выкладываются и другие работы Мамарэ.

Далее следуют слова благодарности. Я благодарен своему главному редактору господину Седзи Масуда, мастеру-иллюстратору Хараказуро-сенсею, нарисовавшему удивительные иллюстрации для публикации, господину Осако, который помог исправить мою писанину, и моему издателю Ф-та-сану! Спасибо всем!

Всем читателям, кого заинтересовали приключения Сироэ и его друзей, — книга официально закончена. Наслаждайтесь.

Мамарэ Тоно. «Тот, кто больше всего любит мойву».

1

Розовый, красный, желтый и оранжевый цвета.

Три грифона пролетели над океаном, переливающимся в сумерках.

Ночное небо на востоке казалось пурпурным. Едва солнце село на западе, оно окрасилось в красный, оставляя после себя длинный след и красивый пейзаж.

Человек в серебряных доспехах, сидевший верхом на грифоне, летевшем впереди всех, повернулся и помахал руками своим товарищам, сигнализируя о чем-то и широко улыбаясь.

Сироэ увидел сигнал Наоцугу и мягко сказал девушке, сидевшей позади него: «Держись крепче».

Он пришпорил гигантского грифона, на котором летел, и тот изменил угол наклона своих трехметровых крыльев. Чудовище рассекло воздух, описав дугу, и медленно заскользило к земле.

Пятерка, покинувшая Сусукино, — Сироэ, Акацки, Наоцугу, Серара, юный Друид из Альянса Полумесяца, спасенная во время миссии, и ее защитник Нянта, коточеловек, — двигаясь без остановки с самого побега, перелетали побережье Эццо и направлялись прямиком на территорию Истала, где находилась Акиба.

Когда солнце село на западе, тьма окутала мир.

Хоть они и летели верхом на редких маунтах, не доступных обычным авантюристам, группа Сироэ по-прежнему хотела убраться как можно дальше от Сусукино, и они продолжили путь в столь позднее время обычным способом.

Чтобы разбить лагерь, нужно приложить немало усилий.

Установка палатки и приготовление пищи занимают много времени. Даже сбор дров для костра может занять целый час, если вы редко бывали на природе.

После Катастрофы группа Сироэ научилась выживать в дикой местности этого мира и не сильно задерживалась по пути в Сусукино, но после спасения Серары они хотели как можно быстрее пересечь береговую линию и добраться туда, где их не достали бы преследователи.

Три грифона, следуя друг за другом, выбрали красивый извилистый путь до холма.

— Мне не было страшно, окей? — держась за руку Сироэ и спускаясь с грифона, с блуждающим взглядом произнесла Акацки.

На самом деле она, конечно, была напугана, хотя она уже и ощущала чувство полета.

Она боялась самого грифона.

Орлиная верхняя часть туловища, львиная нижняя, а вдобавок сильные крылья, размер которых достигал 5-6 метров. Картинку дополняли острые когти, а своим большим клювом он мог спокойно откусить голову Акацки.

После приземления она отошла подальше. Сироэ улыбнулся, опасаясь, как бы она этого не заметила, и достал кусок мяса из своей Сумки Хранения, чтобы накормить грифона.

Несмотря на то, что зверь выглядел устрашающе, он очень благосклонно относился к Авантюристам, призвавшим его при помощи флейты. Когда Сироэ похлопал его по шее, радостный грифон моментально умял кусок мяса.

— Миссия прошла успешно.

Наоцугу поднимался на холм к Сироэ, после того как слез со своего грифона.

— Именно, ты предложил прекрасный план, ня.

Нянта и Серара подошли к Сироэ с другой стороны.

— Эм, спасибо вам всем! Я очень благодарна!

— Забей, мы не сделали ничего такого, — ответил Сироэ Сераре, склонившей голову в знак благодарности.

Он понимал, что повел себя слишком холодно, но он был немногословен, поэтому просто смущенно отвел взгляд.

Сироэ открыл свое меню и использовал телепатию, чтобы связаться с Мариэль. Та, нервно ожидающая все это время, вздохнула с облегчением, выслушав его отчет.

Если вы помните, группа Сироэ взяла у Мариэль квест на спасение и отправилась на север.

После Катастрофы в городе витало мрачное настроение, и бродили разочарованные жители.

Сироэ взялся за этот квест, потому что обстановка показалась ему слишком угнетающей.

Он искренне беспокоился за Альянс Полумесяца и был рад помочь Мариэль и Генриетте, но причина крылась не только в этом.

— Серьезно, не зацикливайся ты так.

Сироэ делал только то, что хотел.

Он не мог выразить свои мысли, поэтому говорил лишь обрывками фраз.

— Сироэ-чи всегда был застенчивым, ня, — сказал Нянта расслабленным и спокойным голосом.

— Шеф Нянта.

— Сироэ-сан и Нянта-сан знали друг друга?

— Ага, я тоже был их другом, — добавил Наоцугу.

— Точно, ня. Когда Elder Tales была просто игрой, Сироэ-чи и я вместе искали приключения, ня.

Когда все было просто игрой.

Эти слова эхом отозвались в их сердцах, оставляя после себя грусть.

Но это уже не Elder Tales. Произошла Катастрофа, а этот мир, хоть и напоминал Elder Tales, превосходил ее по сложности в десятки раз.

На лице Серары отразилась грусть, из-за чего Сироэ стало неловко, но он не мог найти слов, чтобы утешить ее.

— Господин, нам надо разбить лагерь.

Предложение Акацки спасло Сироэ, и он вместе со всеми принялся за работу. Нянта и Серара тоже поняли, что от грусти нет никакого толку, поэтому взяли себя в руки и стали искать подходящее место для лагеря.

Небо чернело, но на этой территории не ощущалось присутствие сильных монстров.

Наоцугу и Серара поставили маленькую палатку. В это время года можно спать под открытым небом, проблемы мог доставить только внезапно начавшийся дождь.

Акацки и Нянта, не сказав ни слова, направились в лес, вероятно, для того чтобы собрать дров для костра.

Не слишком разумно разбивать лагерь так поздно.

Даже при помощи магического освещения территории очень сложно поставить палатку в темноте. Партия разрыла траву, поставила камни, чтобы блокировать ветер, и развела костер спустя 2 часа после приземления.

Возможно, у них не получится отдыхать всю ночь, но все пятеро пребывали в прекрасном настроении, вызванном успешным выполнением самой сложной части спасательной операции.

Поскольку они пересекли несколько зон верхом на грифонах, то могли не беспокоиться о преследователях. Осталось лишь благополучно вернуться в Акибу, а значит, нет никакой необходимости спешить, в отличие от их путешествия в Сусукино.

Они даже могли остаться здесь еще на одну ночь, если бы пожелали.

Ленивое настроение отражалось на лицах каждого из них.

Нянта и Акацки отправились в лес, который больше напоминал джунгли, чтобы собрать дров, Наоцугу ушел к реке за водой, а Сироэ и Серара в это время ставили палатки. Брезентовые палатки не входили в число магических предметов, но для авантюристов они необходимы. Несмотря на их тяжесть, вес не ощущался, если убрать их в Сумку Хранения, поэтому носить их с собой не составляло никакого труда.

Прежде чем поставить палатку, Серара связалась с Мариэль при помощи телепатии.

Мариэль всегда счастливо улыбалась, но это не значит, что ее ничего не беспокоило. Когда она слушала отчет Сироэ, ее голос дрогнул, возможно, из-за чувства облегчения.

Мариэль была так счастлива, разговаривая с Серарой, что даже Сироэ заметил это по реакции Серары.

— Я принес воду.

Человеком, поднимающимся на холм, оказался Наоцугу.

Он сходил до ручья и набрал воды в бутылку. Солнце давно зашло, и лес отбрасывал четкую тень под чистым ночным небом. Нянта и Акацки вот-вот должны были вернуться.

Неважно, как вы к этому относитесь, но спасательная операция прошла успешно.

2

— Что это? Просто потрясающе! — произнес Наоцугу взволнованным голосом.

Все пятеро сидели у костра.

— Господин, господин, как мне описать это? Настоящее блаженство!

Даже Акацки, обычно не показывающей свои эмоции, проступил румянец на щеках.

Наоцугу кивнул им. Сироэ же был, скорее, удовлетворен, нежели спокоен. Он, испытывающий неловкость, находясь с другими людьми, не мог подобрать слов, чтобы описать свое счастье.

— Ня-ха-ха, здесь еще много, ня.

Наоцугу слишком увлеченно поедал мясо и, казалось, не расслышал слова Нянты.

Мясо оленя поджаривалось на огне, источая великолепный аромат.

Такая простая вещь стала невероятным открытием.

Все началось в тот момент, когда Акацки и Нянта завалили оленя по дороге за дровами.

В этом мире дикие животные не редкость. Люди составляли 1% всего населения Японии, поэтому у диких животных имелись все условия для размножения.

В лесу и полевых зонах, где природа процветала, встречались олени, птицы, кабаны и козлы. Но существовали и опасные звери, к примеру, дикие собаки, волки и медведи. Опасность представляли кабаны и медведи, по силе не уступавшие гоблинам, поэтому следовало заботиться о своей безопасности.

Но если вы не хотите связываться с опасными животными, вам следует знать, что с оленями и птицами достаточно легко справиться — это идеально подходит новичкам, желающим попрактиковаться в добыче пищи.

Акацки и Нянта затравили оленя по дороге за дровами.

Нянта порезал его тушу под удивленными взглядами остальных членов партии, нанизал мясо на шампур и превратил его во вкусный шашлык.

Глядя на поджаривающийся на огне шашлык, можно сказать, что он отличался от той еды, которую они ели прежде.

Аромат еды.

Только настоящая еда источает такой замечательный запах, что очень озадачило группу. Сироэ и компания внезапно ощутили голод, с которым не могли совладать.

Поедая мясо, которое Нянта приправил солью и специями, они ощущали во рту сладкий вкус. Это не тот случай, когда еда нужна для того, чтобы жить. Еда нужна для того, чтобы почувствовать себя живым.

Разница заключалась в описании.

— Вкусно... Но почему?

Сироэ был озадачен.

Наоцугу и Акацки тоже онемели, только Серара и Нянта гордо улыбались.

Лучшая еда, которую они ели в этом месяце.

«Безвкусная еда» — одна из жестоких особенностей этого мира. Сироэ и компания… нет, 30 тысяч японских игроков крайне расстраивались из-за этого.

Неважно, суп это, омлет с рисом или жареная рыба, по вкусу все напоминало «пресные крекеры». Без соли вкус и того хуже. Наоцугу сравнил это с поеданием пищевого картона.

Они потеряли всякую надежду справиться с этим явлением, и вдруг решение появилось у них перед носом.

Нянта не приготовил какое-то особое блюдо, он просто разрезал оленя, приправил его и посолил, а затем приготовил в кастрюле на огне.

Эту еду сложно назвать первоклассной, но по сравнению с «безвкусными сырыми крекерами», ее можно назвать божественной.

— Удивительно! Невероятно, Шеф Нянта, ты лучший! Моя любовь к тебе уступает только любви к трусикам.

— Ты преувеличиваешь, ня.

Нянта достал шампура из своих сумок и насадил на них мясо. Серара, стоявшая рядом с ним, достала посуду и нарезала лук в качестве гарнира.

— Подожди-ка, Шеф! Нянта-сэнсей! Что случилось? Почему у еды такой вкус? Почему он не напоминает сырые крекеры? Требую объяснений! — спросил Наоцугу, держа в каждой руке по шашлыку.

Он не верил словам Нянты касательного того, что мяса еще много, поэтому охранял свои порции.

Акацки, обычно называющая Наоцугу извращенцем, тоже говорила «вкусно, прекрасно, потрясающе», отправляя мясо в рот.

Нянта аккуратно удалял внутренние органы, пока объяснял.

— Во время приготовления пищи вам нужно собрать все ингредиенты, затем открыть меню, чтобы выбрать, что вы хотите приготовить, верно, ня?

Он объяснил основные методы создания предметов в Elder Tales.

— Используя этот способ, вы всегда будете получать еду с таким вкусом, ня. Вам нужно собрать ингредиенты, но не открывать меню. Вместо этого вам самим нужно готовить еду, и она будет такой же, как в реальном мире, ня, — спокойно завершил Нянта.

— Но мы…

Акацки не договорила, поскольку ее рот был полон еды. Сироэ дал ей бутылку воды и сказал:

— Мы тоже пробовали так делать, но, используя такой метод, получали странный результат. Когда мы жарили рыбу, она превращалась в угольки или слизь… В этом мире невозможно нормально готовить, верно?

Вот что Сироэ знал об этом мире.

Когда этот мир был игрой, если вы не использовали внутриигровые техники, у вас ничего не получалось. Это общеизвестно.

— Если ты не Повар или уровень Повара слишком низкий, то результат будет таким, ня. Даже если ты готовишь вручную, тебе все еще нужны игровые навыки. Другими словами, игроки с подклассом Повар могут готовить вкусную еду даже вручную, ня.

Слова Нянты шокировали Сироэ, но он все же смог принять их.

Если вам интересно, возможность солить еду кажется странной. Если вы готовите еду при помощи меню, то и солить ее нужно при помощи меню.

Если подкласс игрока не Повар, у него по-прежнему имелись 5 очков опыта этого подкласса. Возможность солить еду — навык по умолчанию, которым обладали лучшие игроки, даже не будучи Поварами.

— Шеф, значит ли это…

— Ты прав, Наоцугу-чи, я Повар, ня. Хочешь еще шашлык?

Сироэ и партия съели много мяса, нахваливая Нянту.

Оленя среднего размера более чем достаточно для группы из 5 человек, его даже хватит до завтра. Нянта достал яблочный бренди, который он сделал в Сусукино, и вечеринка продолжилась.

Нянта вновь представил Серару троице.

— Очень приятно познакомиться со всеми вами. Я извиняюсь за столь позднее приветствие, и я очень благодарна за вашу помощь. Меня зовут Серара, Друид 19 уровня, подкласс Домохозяйка. В Elder Tales я новичок.

Серара склонила голову.

(Какая энергичная девушка.)

Милое девичье лицо, маленькие и гладкие плечи, волосы, убранные назад, — такой видел ее Сироэ.

— Похоже, в своем классе она на третьем месте среди самых популярных девушек, но любовных писем получает больше, чем остальные.

— Хм-м... Что?

Фразу Наоцугу было сложно комментировать тому, кто общается с ним впервые. Серара изо всех сил старалась подобрать слова для ответа. Колено Акацки с резким звуком врезалось в лицо Наоцугу.

— Не пинай людей! Не пинай!

— Господин, здесь появился грубиян. Я пнула его.

— Ты отчитываешься после того, как сделала это?

Причина, по которой Наоцугу не защитил свое лицо, крылась в том, что он защищал шашлыки, которые держал в руках, отчего Серара начала хихикать.

— Хее-хее…

— Ара, это Наоцугу, Защитник, надежный и сильный.

— Но озабоченный и глупый.

Серара весело кивнула в ответ на слова Нянты.

— Я видела его в действии, я извиняюсь за свое слабое исцеление.

Наоцугу ответил:

— Не волнуйся, ты очень помогла.

Серара снова извинилась за свой низкий уровень, но Сироэ согласился с Наоцугу, беря во внимание ее преданность и решимость. Все равно со временем уровень можно повысить, извиняться не за что.

— Наоцугу такой с тех пор, как мы познакомились, не принимай его слова буквально. Кроме того, он похвалил тебя, ня.

— А?

Серара подняла голову, чтобы посмотреть на Нянту, который улыбался, прищурив глаза.

— Наоцугу-чи имеет в виду, что ты самая популярная девушка в своем классе. На самом деле он очень застенчивый, ня.

— Шеф, подожди минутку, я не это имел в виду, трусики мне нравятся больше симпатичных девушек!

Чтобы прервать Наоцугу, Акацки снова пнула его.

— Больно же, креветка! Ты становишься кровожаднее!

— Господин, я пнула извращенца в лицо и забрала его мясо.

— Ха? А, а!

Акацки откусила кусок от мяса, отобранного у Наоцугу.

— Как все дошло до такого…

Нянта дал расстроенному Наоцугу еще один шашлык и спросил «Что насчет этой юной леди, ня?», переключив внимание на Акацки. Сироэ представил ее Нянте.

Она путешествовала вместе с Наоцугу и Сироэ. Ассасин с подклассом Преследователь, сильная и надежная. Акацки серьезно посмотрела на Нянту и склонила голову, поприветствовав его.

— Учитель, я Акацки.

Наоцугу громко пожаловался на разницу в обращении к нему, и Акацки запихнула ему в рот кусок непрожаренного мяса. Они спорили, называя друг друга «креветкой» и «извращенцем», что очень смешило остальных членов группы.

— Что же касается Сироэ-чи, он был стратегом группы, в которой я находился, ня. Очень умный молодой человек, ня.

Сироэ кивнул после представления Нянты. Напуганная Серара поблагодарила Сироэ. Тот чувствовал, что она добрая и милая девушка.

Сколько ей? Этим вопросом задавался Сироэ.

В этом мире ваше лицо такое же, как и в реальном мире, но размеры вашего тела и внешний вид зависят от игровых данных. Поэтому не следует оценивать кого-то по их росту — это грубо и, возможно, неправильно. Этому Сироэ научила Акацки.

Судя по манере речи, она не взрослая.

(Старшая или средняя школа?)

Игровую подписку Elder Tales нужно было оплачивать каждый месяц, поэтому возрастная группа игроков превышала таковую у бесплатных игр. Но это только среднестатистические данные. Неудивительно, что ученики средней школы играли в эту игру.

Если вспомнить, близнецы того же возраста.

События, произошедшие во время спасательной миссии, утомили Сироэ, и то ли под влиянием праздничного настроения и еды, то ли из-за того, что самая сложная часть квеста завершилась, но Сироэ вспомнил о времени до Катастрофы.

3

Сироэ знал близнецов в то время, когда Elder Tales была просто игровым миром.

Он относился к уникальным соло-игрокам, поскольку Чародеев высокого уровня нельзя описать иначе, обосновавшись в Акибе и проводя все дни в Elder Tales.

После распада Чайных Дебоширов Сироэ стал настоящим странствующим игроком. Не сказать, что это плохо, ведь ему нравилась такая игровая жизнь.

В городском центре Акибы жили люди, всюду раскручивающие рейд-партии, используя чаты серверов.

Иногда Сироэ присоединялся к какой-нибудь группе, воспользовавшись этим способом, или присоединялся к друзьям, например, к Мариэль, выполняющим квесты, или в одиночку ходил на поиски сокровищ.

Подклассом Сироэ был Писарь, производственный класс, обладающий способностью копировать свитки, карты и магические книги. В Elder Tales производством считалось преобразование ингредиентов в предметы, поэтому получение первоначальных ингредиентов являлось важным шагом.

К ингредиентам, необходимым Писарям, относились бумага и чернила. Для обычных свитков подойдут самые дешевые ингредиенты. Но для магических книг нужны чернила с магическими свойствами. Создание специальных чернил, для которых требовалась драконья кровь или редкие минералы, тоже входило в работу Писарей.

Если вам нужны редкие ингредиенты, то следует отправиться в различные места и победить монстров. Даже после распада Чайных Дебоширов или без «ее» вечного втягивания Сироэ в различные авантюры он по-прежнему находился по уши в делах.

Поскольку Сироэ ежедневно появлялся в игре, близнецам удалось сблизиться с ним.

— Братик, братик, подожди, пожалуйста!

— Извини, мне очень жаль. Можешь говорить? Мы хотим кое-что проверить.

Ростом близнецы достигали плечо Сироэ.

Парень носил дешевые доспехи, за спиной — меч.

Девушка одевала белую мантию и держала посох с колокольчиками.

— Никаких проблем, что случилось?

Сироэ помнил, что все происходило в многолюдной части Акибы.

Судя по снаряжению, близнецы были новичками и использовали начальное оружие. Их манера речи и тембр голоса говорили о том, что они ученики средней школы, а может, и младше, и давали понять, что они еще дети.

— У меня слишком слабая магия, я не могу исцелить раны Тои. Я только что спросила кого-то, и он посоветовал мне купить книги получше. Но я не знаю, где их купить. Не подскажешь, где это можно сделать?

Слова и голос девушки дали понять, что она хорошо воспитана.

— А я хочу изучить навыки. Если знаешь их, научи меня, братик.

Зеленый статус-бар над близнецами показывал, что девушку звали Минори, а парня — Тоя, у обоих 6 уровень.

Первый Квест в Elder Tales — пособие для новичков. Игроки, выбравшие Акибу в качестве стартового города, отправлялись в тренировочный лагерь Майора Колонела для изучения основ управления.

Майор Колонел напоминал джентльмена с белыми усами, но вы не представляете, на что он способен в гневе. Проблемный NPC. Имя означало еще и воинское звание, пугавшее игроков, в результате чего он и прославился.

Тренировка Майора Колонела длилась около часа, новички по итогам достигали 4 уровня. А это значит, что близнецы начали играть вчера или сегодня. Они определенно новички.

— Первый день в игре?

— Да.

— Точно.

Голоса близнецов перекрыли друг друга.

Хотя Сироэ испытывал трудности при общении с другими, он нормально относился к людям. Он лишь опасался тех, кому от него что-то нужно.

Поэтому у Сироэ не было ненависти к новичкам, они не понимали, что он богаче среднего игрока. У них даже не возникало идей объединиться с Сироэ в партию ради какой-то выгоды.

Отбросив эти удручающие мысли, он решил поприветствовать новичков как игрок Elder Tales, веря, что так должны поступать все опытные игроки.

— Ясно. Я отведу вас. Сюда.

«Провести их по знакомым улицам не так уж сложно», — подумал Сироэ, ведя близнецов.

Так он подружился с Тоей и Минори, время от времени играя с ними в команде.

Очень общительный Тоя громко приветствовал Сироэ, завидев того в городе. Минори, наоборот, вежливо благодарила его.

Они были близнецами — Минори, старшая сестра, родилась ненамного раньше брата. Она напоминала классного руководителя, заботясь о своем грубом брате. Так близнецы и жили.

Оба учились во втором классе средней школы, Сироэ оказался намного старше. Он давно играл, но учеников средней школы встречал редко. Из-за разницы в возрасте даже у него, познакомившегося со столь юными игроками, находилось мало общего с ними, поэтому они не объединялись для похода в рейды.

Но близнецы уважали Сироэ и без проблем приглашали его поиграть.

Когда он только познакомился с ними, близнецы сказали ему, что Elder Tales стала их первой MMORPG, и они очень взволнованы.

Первое приключение получилось катастрофой.

Тоя напоминал самонаводящуюся ракету — едва завидев монстра, рвался в бой, Минори поспешно следовала за ним. Эти жестокие сражения приносили лишь слезы.

И эта сцена повторялась снова и снова.

В Elder Tales существовала система «Наставничества».

Проще говоря, высокоуровневым игрокам можно играть с низкоуровневыми, но их уровень и статистики сбрасывались до игроков низких уровней.

Сироэ был опытным игроком с глубокими познания игры. Кроме того, он обладал топовым снаряжением. Используя систему «Наставничества», он понизил бы свой уровень и стал бы превосходить близнецов на 1-2 уровня, а для их наставника это просто идеально.

Он использовал бы свои заклинания для обезвреживания врагов, но атакующая сила Чародеев невелика и почти бесполезна при снижении уровня. Но помощь близнецам все равно выходила огромной.

— Спасибо, братик! Окей, давай атакуем этих врагов!

— Тоя, подожди, твои HP понизились!

Близнецы таскали Сироэ повсюду, чтобы поиграть.

Тоя был Самураем — один из боевых классов.

В Elder Tales магические и боевые навыки назывались «техниками», у каждой из которых имелось свое название и значение, например, уровень маны, время каста и кулдаун. Время каста — промежуток времени между выбором техники и моментом ее использования. Кулдаун — время, необходимое для повторного использования навыка.

Большинству техник Самурая требуется длительный кулдаун.

Их техники очень сильны, но многие из них можно использовать раз или два за сражение, а это полная противоположность Монахам, которые могут менять техники во время боя.

Самураи сильны в коротких поединках и наносят наиболее ощутимый урон в таких ситуациях, поэтому этим классом весело играть.

Но с другой стороны, если использовать техники бездумно и активировать их все одновременно, вы ничего не сможете сделать до тех пор, пока не кончится кулдаун. Потеря возможности адаптироваться к внезапным изменениям, которая выражается в том, чтобы найти и использовать новые возможности, усложняет управление этим классом.

— Идем! Удар Шлемом!

Тоя вскочил, высоко подняв меч и атакуя гоблина. Атака сильно потрепала того, но Тоя не мог двигаться какое-то время, использовав эту технику.

— Искажение!

— Рык!

— Свист!

Гоблины воспользовались шансом, чтобы наброситься на парня. Он запаниковал, будучи атакованным, но все еще не мог пошевелиться.

— Тоя! Отступай! Это опасно! Защитный Барьер!

Минори взмахнула своим посохом, и возникший барьер остановил атаку гоблина.

Минори была Каннаги, который относился к лечащему классу.

В обязанности целителя входит восстановление HP, отслеживание статуса и использование различных заклинаний для поддержки товарищей.

Все три лечащих класса могут восстанавливать HP и обладают уникальными навыками.

Направляя силу древних богов, Каннаги специализируются на блокировке урона, возведении барьеров для защиты как одного товарища, так и целой группы. Барьеры могут нейтрализовать определенное количество урона, прежде чем рухнуть.

Если судить о целебной силе, Каннаги не так уж сильны. Но возможность сдерживать урон в нужный момент может подарить огромное преимущество.

С другой стороны, эта техника зависит от способности пользователя определить тип и ранг врага, и ей сложно овладеть.

Все классы в Elder Tales созданы таким образом, что ими сложно овладеть, но близнецов это не заботило, они просто наслаждались игрой.

Сироэ провел близнецов по всем начальным уровням вокруг Акибы по их просьбе, показал магазины и ответил на все их вопросы.

Однажды Сироэ спросил их: «У меня есть одежда получше, может, отдать вам ее?». Несмотря на то, что их одежда неплоха, она была лишь 10 уровня, а 90-уровневый Сироэ мог без проблем купить несколько сотен комплектов.

Но Тоя ответил: «Неа, я не хочу, я почти включился в игру. Самое интересное — добывать сокровища. Если я получу одежду просто так, какой смысл играть?».

Минори произнесла: «Я прошу прощения за наглость своего брата. Сироэ-сан, ты очень добр к нам, но вместо того чтобы давать нам предметы, лучше продолжай играть с нами, мы будем счастливы!».

Благодаря этим близнецам Сироэ мог быть наставником. Близнецы не искали выгоды от общения с Сироэ, поэтому играть с ними было весело.

Так и проходили дни. Пока не наступила Катастрофа.

4

— Ох, значит, ты знал пару близнецов, и что дальше?

— Что?

— Господин, ты знаешь, что с ними сейчас?

Сироэ рассказал о своей встрече с близнецами, и его товарищи подняли этот вопрос.

Тени, что отбрасывали члены группы оранжевым светом костра, словно танцевали, создавая атмосферу спокойствия в лагере.

— Они онлайн. После Катастрофы я видел их несколько раз.

— Выходит, они тоже застряли здесь.

— До этого мы недолго пробыли вместе, а потом нас забросило обратно в Акибу. С того момента мы разделены.

Когда произошла Катастрофа, всех игроков отправили в близлежащую деревню. Серара и Нянта сильно задумались, вспоминая случившееся.

— Возможно, тебе стоит с ними связаться. Скорее всего, они тоже влипли в неприятности. Они всего лишь новички и к тому же застряли в этом адском ивенте, — сказал Наоцугу.

Сироэ знал, что в Чайных Дебоширах состояло много великодушных и отзывчивых людей, к которым относился и Наоцугу, приглядывавший за своими подчиненными и новичками.

(Защитником, прикрывающим своих товарищей, должен быть парень, который отдает всего себя, помогая другим. Что же касается Наоцугу — его способ самовыражения может повлиять на его образ.)

— В любом случае, у Сироэ-чи есть и другие заботы, ня, — произнес Нянта, наливая горячий чай в металлическую кружку.

Чай не был настоящим — просто напиток с ароматными травами и яблочной кожурой. Но для людей, которые пили безвкусную воду, он стал настоящим чудом. Акацки аккуратно сжимала кружку, чтобы согреть руки.

— Ты прав. Сначала мы могли заботиться только о себе, не в силах взять на себя ответственность заботиться о других. К моменту нашей очередной встречи они уже состояли в гильдии.

Не только Сироэ, но и у других игроков возникали сложности при объяснении чего-то другим.

— Если так…

— В то время все гильдии занимались поиском людей.

Наоцугу кивнул в ответ на слова Акацки, вспомнив ситуацию.

— Насколько я помню, они были 20 уровня или около того?

— Думаю, что их уровень немного повысился с тех пор.

— Значит, хорошо, что они присоединились к гильдии, раз не могут сами позаботиться о себе.

Наоцугу потянулся, а затем повернулся к Сироэ.

— А Минори милая?

— А?

Сироэ начал вспоминать. В игре Elder Tales он видел только их аватары, а на экране воспроизводилась только стандартная модель персонажа, поэтому сложно понять, милая ли она. А после Катастрофы он не разговаривал с ними лично, поэтому не мог ответить.

— Нет, для этого тебе не нужно видеть ее лично. Ты разговаривал с ней в голосовом чате? Ты знаешь, милая ли она, судя по голосу, верно?

Наоцугу надавил на Сироэ.

Акацки не проронила ни слова, слушая разговор и сверля их холодным взглядом.

Сироэ посмотрел на Нянту — единственного, кто мог его спасти. «Серара-чи, ты замерзла?» — Нянта проявил заботу настоящего джентльмена. Не мог бы ты побыть рыцарем и для своего старого друга? Наоцугу надавил, пока Сироэ размышлял об этом.

— Хм-м-м… Если судить, милая ли она… Говорит она вежливо, как маленькая девочка… Кажется, что она из очень обеспеченной семьи? Я думаю, что ее семья из высшего общества, но она отличается от Генриетты-сан.

Пока Сироэ говорил, Наоцугу кивал головой вслед за каждым его словом, а его светились счастьем.

— Именно! Так и должны себя вести ученицы средней школы!

— Почему ты сейчас говоришь о ее возрасте?

— Глупый Наоцугу…

— Ты права! — Сироэ кивнул, соглашаясь с Акацки, но она сказал: «Господин тоже дурак».

— Давайте свяжемся с ними после возвращения. Свидание. Я буду авангардом, а Сироэ будет прикрытием. Девушки прекрасны!

— Тут я с тобой согласен.

— Сиро тоже нравятся трусики, да?

— Не совсем. Среди мужчин мой интерес к трусикам находится на среднем уровне.

Предложение Наоцугу поставило Сироэ в неловкое положение, но он по-прежнему был согласен. Проблема заключалась не в том, что отсутствовала связь с близнецами, а в фразочках Наоцугу, к которым никак не подготовиться. Но с этим ничего не поделать.

Позже над Наоцугу вдоволь поиздевалась Акацки, поэтому с ним стоило быть помягче.

Компания просидела до поздней ночи.

Вопросы гильдии, обмен опытом, вкусная еда, звезда мира — группа продолжала разговаривать допоздна.

Они смеялись, озаряемые оранжевым светом, и наслаждались праздником. Атмосфера расслабляла, и никому не хотелось признавать, что сейчас ночь.

Задремав, Акацки и Серара прислонились друг к другу. Они выглядели мило, и даже постоянно подмигивающий Наоцугу не смог сдержать улыбки, укрывая их одеялом.

Солнце уже почти взошло на востоке, когда Нянта наконец-то решил, что пришло время спать.

— Ах, я так объелся! Как же давно я не ел такую хорошую еду! Ради нее стоило отправиться в Эццо. Таким и должно быть путешествие!

Из-за сонливости и завтрака Наоцугу пошатывался во время ходьбы, но товарищи поддерживали его.

Все пятеро улеглись в спальные мешки и уснули, наслаждаясь теплом костра.

5

Путешествие возобновилось на следующий день.

Группа Сироэ, состоявшая лишь из трех человек, справилась с заданием.

С присоединением отличного бойца Нянты и Друида Серары, способной исцелять незначительные раны, группа стала еще более подготовленной к бою.

Тем не менее они не спешили возвращаться.

На самом деле группа специально сбавила скорость возвращения, заснув после первой ночи рано утром. Они выбрали идеальное время для полета на грифонах, которых можно использовать только 4 часа, а затем поехали на лошадях.

Лагерь разбили рано вечером, но палатку поставили перед самым закатом, оставив достаточно времени на приготовление ужина. Все ингредиенты были добыты в дикой природе, но такую еду, в сравнении с тем, что они ели раньше, можно назвать деликатесом.

Нянта приложил много усилий, готовя еду и свой любимый суп.

Группа разговаривала о разных вещах.

Серара не знала, какие проблемы ожидали ее в Сусукино, но, даже если это ее и травмировало, она справилась с этим, и группа, убедившись, что с ней все в порядке, успокоилась.

Совершенно неожиданно Сераре понравился Нянта, но тот, казалось, не понимал этого. А Серара, похоже, думала, что хорошо скрывала свою симпатию и никто не догадывался о ее чувствах, чем очень веселила остальных.

Каждый раз, когда Серара не находилась рядом с Нянтой, она украдкой поглядывала на него. Во время ужина она садилась рядом с ним, довольно улыбаясь.

Нянта сказал, что проводит ее в Акибу и останется там — для Серары это стало лучшей новостью. Когда она услышала ее, то крепко обняла Нянту, чуть не опрокинув кружки.

Видя Серару такой, Наоцугу озорно улыбнулся. Хотя Сироэ думал, что это не так уж и здорово, он понимал чувства Наоцугу.

В Чайных Дебоширах Нянта всегда называл себя стариком и никогда не участвовал в конфликтах. Для двух бывших членов Дебоширов это стало потрясающей новостью.

— Но, если подумать, зачем ей мужчина средних лет?..

— Наоцугу, ты перегибаешь палку, мы же о Шефе говорим. Это все его обаяние.

— У Серары хороший вкус.

Парни рассмеялись, услышав ответ Акацки.

— Акацки тоже считает, что Нянта хорош? — спросил слегка шокированный Сироэ, на что та покорно ответила:

— Учитель — первоклассный мечник.

Ответ не имел прямого отношения к очарованию Нянты, но давал понять, что Акацки уважала Нянту как ближнебойного бойца, и Сироэ принял его.

С точки зрения зрелости, Нянта был очень надежным.

Он вел себя как старик, но так происходило в присутствии младших. Ему, наверное, около 40. Худой и высокий, с маленькими глазами. Но в целом выглядел он неплохо.

(Хм-м, значит, Нянта тоже хорош.)

У Сироэ была привычка прикладывать пальцы к подбородку, когда он размышлял. Акацки подумала о чем-то и подошла к нему, дернув за рукав.

— Господин, господин.

— В чем дело?

— Пусть господин и не мечник, но я думаю, что ты сильный.

«Она успокаивает меня». Сироэ понял это и поблагодарил Акацки, нежно поглаживая ее по волосам. Та сделала озадаченное лицо и проговорила: «Я не сказала ничего такого, за что нужно благодарить», — и отвернулась. Сироэ почувствовал укол в сердце.

Когда группа пролетела над горами Яппа, с юго-запада пришли темные тучи. Наоцугу увидел белые вспышки в приближающихся тучах.

— Сиро! Шеф Нянта!

Он был слишком ленив, поэтому не стал использовать телепатию, а крикнул своим товарищам, летевшим ниже него на 10 метров.

— Приближается буря!

Сироэ посмотрел на запад, услышав Наоцугу. Тучи перекрывали солнечный свет, воздух потяжелел, и грифонам стало сложно удерживать высоту.

— Сироэ-чи, возможно, еще рано, но давай поищем укрытие.

При помощи телепатии Нянта спокойно дал совет Сироэ. Проверив направление облаков, тот поднял правую руку, и они начали снижаться.

Сироэ летел по направлению к деревне в горах Яппа, которая насчитывала около 20 зданий, расположенных на пересечении нескольких дорог.

Как только грифоны приземлились, ударила молния, и погода изменилась в мгновение ока.

Группа ринулась в центр деревни.

Обычная деревня, каких много на всех 5 японских серверах.

Настройка Elder Tales заключалась в том, что мир — разрушенная древняя цивилизация, на чье восстановление ушли тысячи лет, в то время как флора и фауна процветали. Фермерство возможно в тех областях, где меньше всего монстров.

Люди, живущие здесь, относились не к Авантюристам, а к NPC, которые называли себя Людьми Земли.

Большинство игровых квестов в Elder Tales включали в себя посещение таких деревень и разрешение различных проблем людей с историями в качестве дополнения.

Заметив перемену погоды, женщины в белых блузах, ребенок с собакой и корова побежали, пересекая деревенские дороги.

Жители деревни разных возрастов и в разных одеждах собирали фермерские инструменты и спешили загнать овец в сараи.

Как Сироэ и предполагал, большое здание в центре деревни оказалось городской ратушей, типичной для приграничных деревень.

— Здравствуйте!

Наоцугу громко поздоровался, ведя группу в ратушу, где пахло сухой травой.

— Проходите! Вы путешественники?

Пожилой мужчина NPC представился одним из старейшин. Короткие белые волосы и очки с толстыми линзами — на вид ему было лет 60. Но спину он держал ровно, а телосложением он походил на юношу. Он спокойно выслушал представление и объяснение Сироэ и предложил группе укрыться на ночь за небольшую плату. Группа поблагодарила старика и направилась в сарай.

Похоже, здесь хранилось сено на зиму — стога сена лежали повсюду. Летние дожди совсем не холодные, но тяжелые капли по звуку напоминали мячи для гольфа, падающие на деревню.

Сироэ встал в дверном проеме, глядя на небо. Позади него прозвучал веселый голос.

— Здорово, я люблю сено! — радостно крикнул Наоцугу.

Этот мир унаследовал удобство игрового: спальные мешки и палатки обладали отличным качеством. Пусть вы и могли спать в комфорте, в конце дня это по-прежнему оставался спальный мешок. Вы замерзнете, а спать будет жестко.

Для сравнения — спать на сене так же удобно, как на кровати в отеле.

— Верно, здесь очень удобно, ня, — произнес Нянта, осмотрев интерьер, окна и двери.

Пусть все было сделано из дерева, стены покрывала краска, похожая на бетон, чтобы не продувал сквозняк, поэтому сарай оставался сухим и без запаха сырости.

Дождь лил очень сильно, поэтому пребывание в деревне стало большой удачей.

— Где здесь можно развести огонь?

— Я вижу печь, Нянта-сан.

Беспокоясь об ужине, Нянта вышел из сарая следом за Серарой. Наоцугу и Акацки оставили на них приготовление ужина и начали готовить для группы 5 постелей из сена.

— Почему эта постель такая маленькая? Это постель для хомяка?

— Замолчи, глупый Наоцугу, готовь свою постель в углу!

Сироэ неловко улыбнулся, слушая подколы этой парочки, в это время к нему подошел старейшина.

— Вы из Цукубы? Вы Авантюристы?

— Да, мы Авантюристы. Мы держим путь в Акибу, — ответил Сироэ.

«Авантюристами» NPC называли игровых персонажей.

— Не желаете выпить?

— Спасибо большое… Это… чай?

Сироэ достал из Сумки Хранения чай, заваренный Нянтой, и налил старейшине в металлическую кружку, пока наливал себе в крышку фляги. Он сел на распиленный стол, старейшина же сел на деревянный стул.

— Ну как?

Может, старейшина удивился горькому вкусу чая из-за того, что впервые пробовал его. Старейшина похвалил качество чая, что вызвало у Сироэ улыбку.

— Почему ты так заботливо готовишь эту постель?

— Это постель моего господина. Конечно, ее следует готовить с заботой.

— Ох, ясно, тяжело, наверное, готовить постель для человека нормального роста?

— Не смотри на меня свысока, извращенец!

Наоцугу и Акацки продолжили препираться, подготавливая постели, пока Сироэ и старейшина разговаривали о разных вещах. Дороги превратились в грязные тропинки, но, судя по реакции старейшины, дождь ничем не отличался от обычного.

— Твои товарищи очень энергичны.

— Это точно, я прошу прощения за вторжение.

— Не говори так, если вы собираетесь путешествовать, энергия вам необходима. Но поскольку вы Авантюристы, этого стоило ожидать.

После Катастрофы самые большие изменения коснулись NPC.

NPC в Elder Tale были такими же, как и в других играх, и они не обладали индивидуальностью. Хотя их запрограммировали лучше, чем в других РПГ, их разговоры с игроками ограничивались ИИ.

Но после Катастрофы NPC стали вести себя как обычные люди. Члены Бригандии могли не согласиться, но Сироэ верил в это.

Они могли думать, дышать, есть. Они были живыми.

Они могли пить вместе чай и разговаривать на разные темы. У каждого из них имелись имена и воспоминания. Они не относились ни к людям, ни к монстрам, но являлись важной частью этого мира.

После Катастрофы партия Сироэ большую часть времени тренировалась в дикой местности, а в Акибе проводила лишь немного времени.

Кроме того, в городах Авантюристов, подобных Акибе, не так много NPC.

Следовательно, у Сироэ не было возможности взаимодействовать с NPC, но такое общение заставило его подумать, что они люди.

— Люди Земли редко путешествуют, — произнес старейшина, миролюбиво посмотрев на Акацки.

Людьми Земли называли не людей, эльфов или дварфов. Этот термин использовался для того, чтобы подчеркнуть разницу между NPC и Авантюристами.

Когда Elder Tales была просто игрой, игроки редко использовали этот термин, предпочитая название NPC.

Но теперь все по-другому.

«Люди Земли».

— Да, это хорошая деревня, здесь мы можем жить, не зная забот.

Они называли игроков Авантюристами и смотрели на них с опаской. По их мнению, у Авантюристов совсем другая культура, а их способности на совершенно ином уровне.

Авантюристы становились сильнее, получая опыт в битвах, приумножали свою силу в сотни раз и обладали бессмертной душой. Они не умирали от смертельных ран, а воскресали после возвращения в собор. Они могли путешествовать по всему миру и даже одолеть гигантов, нежить и драконов.

Существ, ведущих такую невероятную жизнь, называли Авантюристами.

Люди Земли не обладали такой боевой отвагой. Они упадут, если их ранить, и не воскреснут после смерти — таково большинство людей в этом мире.

Но существовали NPC, по силе не уступающие, а порой и превосходящие игроков. Дело заключалось в игровых настройках. Люди Земли считали, что они отличаются от них самих и от Авантюристов, а потому называли их Древними.

Если рассматривать их с этой стороны, то Люди Земли самые беспомощные. Если бы Авантюристы только пожелали, то смогли бы отобрать у них не только имущество, но и жизни.

После Катастрофы, вызвавшей прирост населения, число Людей Земли увеличилось в 5-10 раз, но разница в боевом мастерстве осталась прежней.

Сироэ заметил, что их нисколько не обижал такой расклад, наоборот, они воспринимали это как естественное явление. Потому что для них мир, в котором они жили, всегда оставался таким.

(Похоже, все дело в названии «Люди Земли». Они в гармонии с землей, на которой живут, поэтому я никогда не смогу стать таким, как они.)

Сироэ размышлял об этом во время разговора со старейшиной. Сколько же Людей Земли в этом мире? Здесь должна быть по меньшей мере сотня деревень, подобных Яппе.

(Мы ничего не знаем о Людях Земли. Мы даже не знаем, что они едят или как отдыхают... Нам и в самом деле ничего не известно...)

Сироэ так и подмывало спросить старейшину, но веселый голос прервал его мысли.

— Хорошие новости, Сироэ-чи, ня.

Нянта появился со светящейся от счастья Серарой. Похоже, она знала, что скрывается за хорошими новостями.

— Что такое?

— Мы обошли несколько домов в округе, они продали нам ингредиенты!

— Здорово! Вот молоко, сыр, у нас даже есть бекон и яйца! Даже яйца! В Сусукино я купила сахар, мы можем испечь печенье!

— Еще мы купили капусту и картофель, ня.

Парочка с гордостью показала полученное. С таким большим количеством ингредиентов больше не придется охотиться на обратном пути в Акибу.

— Все в порядке? — Сироэ поинтересовался у старейшины.

Тот кивнул, согласившись.

— Весной погода стоит хорошая, скота у нас в изобилии. Жители деревни с радостью купят у вас печенье. Кстати, у меня есть бочка клубничного варенья, не желаете купить немного? — добавил старейшина.

Он, скорее всего, счастлив, раз подвернулся шанс заработать немного денег.

— С радостью.

Сироэ последовал за идущим впереди старейшиной.

6

Тоя левой рукой вытер грязь с лица.

Его рукавицы были сделаны из кожи и проводов, поэтому проводить ими по лицу достаточно болезненно. Но такая боль была необходима.

Если бы не она, он наверняка бы расплакался.

— Быстрее, хватит волочить ноги! — злобно рявкнул лидер партии.

Он, как обычно, злился из-за того, что распался строй.

Тоя мог понять это чувство. Он являлся Самураем, который входил в тройку боевых классов и использовался в качестве танка.

Во время боя танк стоит в начале строя, выступая авангардом. В любой команде есть хотя бы один танк. Они должны отвлекать монстров и сдерживать их атаки. Это позволит дамагерам[1] встать таким образом, чтобы атаковать в полную силу, не опасаясь того, что атакуют их.

Танк должен помнить два важных правила. Во-первых, нельзя умирать. Если умрет танк, никто не сможет сдерживать монстров, а маги и целители, чьи атаки не обладают особой силой, останутся без защиты, и строй развалится. Во-вторых, нужно «отвлекать внимание врагов на себя, чтобы товарищи по команде оставались в безопасности». Если вы не привлечете их внимание, то все равно, умрете ли вы, поскольку ваши товарищи подвергнутся атаке, что приведет к развалу строя.

(Братик Сироэ научил меня, я понимаю основы, но…)

Даже если вы понимаете основы, это не значит, что на практике все будет так легко.

Поддержание строя — не только причина, по которой существуют танки, но и их долг. Тоя тоже не желал подвергать свою партию опасности. Но это зависело еще и от поддержки группы.

Чтобы танк выжил, необходимы поддержка и исцеление. Даже самый мощный танк не выдержит постоянных атак монстров. Избежать этого можно только в том случае, если есть поддержка и исцеление, и если танк будет сдерживать монстров, тогда целитель сможет сосредоточиться на лечении.

Но у монеты, как известно, две стороны — если никого из них не пропустить, в результате Тоя умирает, а строй нарушается.

Как известно, чтобы привлечь внимание врагов, танк должен агрить их больше, чем его товарищи, становясь главной целью. У боевых классов имеется множество навыков для привлечения вражеского внимания, известных как насмешки. Они способны контролировать психику врагов, заставляя их терять из виду товарищей воина.

После привлечения внимания проблема заключалась в мужестве, хладнокровии и вере в то, что твои товарищи тебя вылечат. Тоя доверял Минори, тут все просто.

(Об этом говорил братик Сироэ… но этого недостаточно…)

Обычно, если силы группы равны, у воина нет никаких проблем с применением насмешек. Но, если кто-то из членов группы выше уровнем, чем танк, или урон от атак слишком сильный, насмешка может не сработать.

Другими словами, враг будет выбирать приоритетную цель исходя из уровня дамагера или целителя. Как в случае с командой Тои.

Лидер группы 46 уровня, а значит, он в 2 раза ниже максимального уровня, но и в 2 раза превосходит уровень Тои.

Способность Тои сдерживать врагов уступала силе Призывателя лидера. Враг в качестве цели выберет Призывателя, а не Тою.

Мощные атаки лидера провоцировали монстров, переключавшихся с Тои на него. Но несмотря на то, что уровень лидера превосходил уровень Тои в 2 раза, его защита была слабее.

Из-за того что урон приходился на них обоих, целителю пришлось лечить на обоих фронтах. Эффективность исцеления падала, и они подвергались риску потерять свои края.

Если все шло не по плану, строй тоже мог нарушиться. Дамагеры не смогут понять, какой враг является приоритетной целью атаки. Они должны атаковать врага, с которым сражается Тоя или Призыватель? Непонимание привело к тому, что команда не сосредоточилась на своих атаках, чтобы вынести врагов по одному.

Итог — битва затянулась, строй стал еще хуже. Замкнутый круг.

(Вот поэтому братик Сироэ использовал систему наставничества, чтобы не провоцировать монстров.)

Тоя наконец-то понял замысел Сироэ.

Тот использовал систему не из тщеславия или жалости к близнецам. Он использовал ее потому, что так можно научить боевым построениям.

Нынешний лидер Тои относился к этому иначе.

Сегодня для прокачки выбрали место, где обитали люди-ящеры 25 уровня. Для Тои и других новичков их уровень выходил слишком высоким.

Но лидеру, превосходившему монстров на 20 уровней, это не доставляло хлопот. Он не мог понять, что нужно время, дабы прикончить их. Он ясно дал команде понять: «Это вы должны подстроиться под меня, а не я под вас».

Что же касается лидера, он был лишь нянькой, присматривающей за слабыми юнцами и зарабатывающий золото для гильдии. Он рисковал получить нагоняй от начальства, если не будет выполнять свои обязанности.

Тою и остальных он считал обузой.

Лидер в красной мантии даже не удосужился скрыть свое разочарование.

У товарищей Тои кончались силы, в их глазах читались пустота и усталость.

4 смерти за сегодня. Путешествие в собор и обратно раздражало лидера еще больше.

Несмотря на это, он не изменил план действий. Если бы он использовал систему наставничества, то смог бы сохранить целостность построения. Но лидер не поддерживал идею понижения своего уровня. «Это только задержит нас, мы не достигнем цели».

Бард запнулся в переулке Акибы и едва не упал.

— Извини… Ноги совсем не держат.

Девушка извинилась перед Тоей, не давшему ей упасть. В ее глазах отражались лишь глубокая пустота и истощение.

— Мы почти добрались, у тебя получится.

Тоя помог девушке, придержав ее. Она уступала ему на один или два уровня. Очень легкая, а от ее плаща пахло потом и грязью. Как и от Тои. Но у них не оставалось времени или сил, чтобы принять душ.

(Скорее всего, ей приходится туго.)

Тоя посмотрел на девушку, у которой не хватало сил беспокоиться о своем внешнем виде, и просто считающую шаги, чтобы снова не упасть от истощения.

Он закусил губу.

Как все дошло до этого? Он думал снова и снова, не в состоянии найти ответ из-за гнева и растерянности.

Группа под руководством лидера собралась на городской площади. Лидер рявкнул на подопечных и забрал у всех ежедневную награду.

Даже в домах гильдии существовали ограничения на количество хранящихся у игрока предметов. Лишние продавались на рынке. Таким был стиль Хеймлина.

— Тоя, ты собрал так много, — раздраженно произнес лидер.

Пусть Тоя низкоуровневый воин, его руки сильнее, чем у его товарищей, поэтому он мог нести много предметов. Так он тянул бремя своих товарищей.

— Я приложил все усилия, чтобы принести это обратно.

Лидер явно понял это. Тоя не смотрел на него, когда отвечал. Даже если он хотел ударить его, то знал, что в этой зоне драться запрещено. Все равно его товарищи были истощены, поэтому он не хотел устраивать сцену и тратить их драгоценное время отдыха.

— Хмф.

Лидер громко фыркнул, отправив собранные предметы на продажу.

— Люди вашего сорта годны только для сбора таких бесполезных предметов. Вы должны благодарить за то, что вас кормят. Кроме того, вы должны быть благодарны и за «Святую Воду».

Тоя громко заскрежетал зубами.

Все это ради Минори.

Если бы Минори не оказалась заложницей в доме гильдии, он никогда бы не позволил ни одному подонку говорить так высокомерно. В душе Тои разрастался гнев, в глазах вспыхнула ненависть. Он перевел взгляд на улицы, чтобы не выдать себя.

Их лидер относился к низкоуровневым членам гильдии.

(Убийство такой мрази только осквернит мой клинок… Как долго это будет продолжаться? Как все дошло до этого? Почему мы в таком положении? Нам не нужна «Святая Вода». Нам ничего не нужно, просто забери все, если тебе так хочется. Но Минори достигла бы предела, если бы мы не присоединились к гильдии…)

— …Просто вернулся. Да, спасибо… Все в порядке.

Белый свет проник в серый мир Тои. Голос, по которому он скучал весь месяц. Он уже почти забыл спокойную манеру речи Сироэ.

Тоя поднял голову и осмотрел улицы.

Магазины… Нет. Рынок под открытым небом… Нет. Кузнец… Нет. Оружейный магазин, продажа доспехов, бар, отель… поиски знакомого присутствия… и чувство безнадежности. Тоя не знал, как он выглядит.

Тоя знал только голос в голосовом чате, но не знал, как Сироэ выглядел после Катастрофы. Осознав это, он очень огорчился.

Но шумная группа не меньше чем десяти человек прошла через дверь, соединяющую центральную площадь и главную улицу, и привлекла внимание Тои. Небольшая толпа окружила группу путешественников, только что вернувшихся в город.

Находясь в центре внимания, он выглядел озадаченным и угрюмым. Этим молодым человеком оказался Сироэ.

— Не волнуйтесь! Повар сошел с ума, услышав об этом. Ежедневная дегустация походила на бурю. «Шторм» по-английски. Когда я упомянула о скором возвращении Сиро-бо, он начал готовиться к большой вечеринке!

— Вау, будет праздник? Буду ждать с нетерпением!

— Превосходно, ня.

— Мари-нэ, не нужно устраивать нечто грандиозное.

Тоя поспешил мысленно открыть меню. Он навел курсор на человека, стоявшего перед ним, чтобы при помощи системы узнать его имя. Гильдия: Пусто. Имя: Сироэ. Класс: Чародей.

Он — единственный, кто проводил время с ним и Минори, делясь своим опытом и знаниями. Единственный, кого он и Минори называли «братик».

— Братик! — крикнул Тоя, но тут же замолчал.

Похоже, Сироэ повернулся и посмотрел на него.

Возможно, у Тои разыгралось воображение, но Сироэ, смотревшего на него, казалось, переполняла решимость.

После Катастрофы Сироэ тоже жил в этом мире.

Осознание этого шокировало Тою, поэтому он замолчал.

Мир изменился.

После Катастрофы мир изменился, и процесс необратим. Об этом мире так давно мечтали. Игра стала реальностью. Такое возможно только в сказках.

Но если взглянуть глубже, это лишь серая тюрьма.

«В данной гильдии помогают новичкам» — поверив этим словам, близнецы угодили в ловушку, хоть и тоже были виноваты. Но если отбросить это, Тоя думал, что в этом мире могли править только сильные.

Деньги, предметы, опыт — все эти ресурсы позволяли еще большую выгоду своим обладателям. Богатые становились богаче, владельцы большого количества предметов получали еще больше предметов, а обладающие большим опытом могли сражаться с монстрами, чтобы получить еще больше опыта. Выживали наиболее приспособленные.

«Обладающие» получат больше, «не имеющие» всегда будут на шаг позади — им остается только смотреть вслед «обладающим». Таков мир Elder Tales. Правда, скрывающаяся за игровым миром. Теперь это реальность, и сей жестокий факт подчеркивает еще и невозможность выбраться отсюда.

Вся правда не поддавалась детской логике Тои. Но благодаря своей детской невинности он мог ощутить ее.

Не было никакой разницы.

Неважно, что это за мир, здесь господствовал закон природы. Раз выживали наиболее приспособленные, существовала четкая грань между сильными и слабыми. В игре все не настолько жестоко. Жесток настоящий мир. Излишнее давление и двойные стандарты запрещены, но это не значит, что их не существует.

Тоя понял эту логику.

И от понимания он не мог сдвинуться с места.

Минори и Тоя оба были новичками.

Они не столь отважны, об этом мире они многого не знали. Деньги у них отсутствовали, а значит, что они были беспомощны.

Тоя понимал это лучше других. Мало того что бессилен, ко всему прочему еще и ребенок. Тое показалось, что он ощутил привкус железа, когда закусил губу. Слабый не может защитить себя. Чудес не бывает. Никто не придет на помощь, не требуя ничего взамен.

Хотел ли он сказать «помогите мне» или «спасите меня»? Даже сам Тоя не знал наверняка.

Он не сомневался, что Сироэ — высокоуровневый игрок, знающий об Elder Tales гораздо больше остальных. Возможно, он думал, что Сироэ спасет его, невзирая на сложности, с которыми столкнулся Тоя.

Но почему он так думал?

Он, Сироэ, оказался случайным парнем, неделю игравшим с ним в Elder Tales. Просто друг, не больше. Разве Тоя имеет право просить его о помощи?

К примеру, должник не может просить помощи у людей, не состоявших с ним в кровном родстве. Такова реальность. Тоя понял эту идею.

Даже Сироэ пришлось заплатить высокую цену за жизнь в этом мире.

Ни к чему такие наивные мысли.

Тоя опустил сжатый кулак.

Он не заметил, как на городской площади начал моросить дождь.

Примечания

1. ↑ Иными словами, атакующим

1

Гильдии, формируемые Авантюристами без ограничения по количеству людей, представляли собой один из используемых в Elder Tales способов взаимодействия игроков друг с другом. Игроки, еще не вступившие ни в какую гильдию, могли сформировать собственную при наличии хотя бы одного единомышленника. У членов одной и той же гильдии был общий гильдейский банк, гильдейский чат и другие уникальные функции.

Одна из таких функций — арендуемый зал гильдии.

К примеру, здание гильдий в Акибе предоставляло залы четырех различных размеров: на три комнаты, на семь комнат, на пятнадцать и на тридцать одну. Это позволяло разместиться любой гильдии. В таких залах члены гильдий хранили предметы, которые не вмещались в их персональный банк, а также обмундирование и материалы для производства.

Большие гильдии могли даже взять в аренду целое здание.

Сюжет Elder Tales основывался на альтернативном будущем Земли и использовал ядро проекта «Half-Gaia» для симуляции большого количества брошенных зданий и руин в Акибе. Эти руины пустовали, и любой игрок, или даже целая гильдия, мог приобрести их, обладая достаточными на то средствами.

В таких зонах игроки могли распоряжаться пространством, как им заблагорассудится. Например, запретить в них сражения между игроками или закрыть вход нежелательным лицам.

Некоторые гильдии выкупали целое здание, чтобы использовать его как свой штаб.

У Альянса Полумесяца зал гильдии включал 7 комнат и относился к классу B.

Не особо обширный, но помещений хватало, чтобы обеспечить существование гильдии такого размера. Четыре комнаты, одна мастерская, один склад и один зал совещаний. Мариэль решила, что полезно иметь такой зал.

Хоть он и назывался залом для совещаний, помещалось в него всего пятнадцать человек. Даже если все члены гильдии и группа Сироэ забились бы в него, как сельди в бочку, для осмысленных обсуждений тридцати игроков места бы точно не хватило.

Чтобы как-то решить эту проблему, Мариэль с согильдийцами подготовила для встречи Серары и все остальные комнаты, за исключением разве что склада.

Повсюду развесили декоративные цветы. Рабочие столы накрыли скатертями. Каждый уголок зала блистал чистотой. Везде стояли кофейные столики, лежали мягкие подушки — все для того, чтобы люди могли собраться и побеседовать. Даже в коридорах рядами стояли стулья.

Пусть мебель и не достигала высшего качества, но зато ее создали кропотливым трудом членов гильдии.

Когда группа Сироэ прибыла в город, счастливые члены Альянса Полумесяца встретили их у ворот и проводили до зала гильдии. Они заранее знали, когда вернется группа, благодаря тому, что поддерживали с ней телепатическую связь.

И благодаря все той же телепатической связи гильдейские Повара узнали о правильном способе приготовления пищи и давно стали собирать нужные ингредиенты, желая успеть приготовиться к пиру.

По словам Мариэль, Повара очень старались освоить метод ручного приготовления пищи, предложенный Нянтой.

И просто пробуя ее на вкус, члены гильдии чрезвычайно восторгались настоящей еде. Эта радость была сопоставима с радостью от долгожданного возвращения Серары.

Однако, новый метод приготовления не обошелся без изъянов.

Во-первых, начинающим Поварам требовалось немало времени, чтобы приготовить пищу вручную. До этого любую еду можно было приготовить с помощью специального меню — жарка и варка занимали лишь 10 секунд. Новый метод требовал временные затраты, сопоставимые с реальными.

Во-вторых, приготовление с помощью меню требовало не больше пяти ингредиентов. Новый метод требовал использования всех ингредиентов, которые входили в блюдо. Для приготовления карри требовались мясо, картошка, лук. Одной только морковки уже не хватало.

Также путем проб и ошибок они выяснили, что для приготовления сложного блюда уровень Повара у игрока должен быть достаточно высоким. Если это условие не соблюдалось, то не важно, какие ингредиенты при этом использовались, приготовить блюдо у Повара не получалось.

В целом они узнали, что обладание высоким уровнем Повара требовалось для жарки, приготовления на гриле или на пару, но точных требований никто не знал.

Кроме того, имелась еще одна проблема.

Пользуясь старым методом, любой человек мог собрать необходимые ингредиенты и приготовить любое блюдо с помощью меню. Внешне оно походило бы на настоящее, но оставалось таким же безвкусным, как галеты.

Однако, говоря о новом методе, даже у обладающих одинаковым уровнем Поваров блюда с одинаковыми ингредиентами могли разительно отличаться по качеству. Без разницы, какой у Повара уровень, блюдо ведь все равно требовалось приготовить вручную. Качество пищи больше не находилось в строгой зависимости от уровня Повара, и вместе с этим теперь исчезали какие-либо ограничения на разнообразие возможных блюд.

Хоть у нового метода полно других ограничений, бессмысленным его назвать сложно. Наоборот, он являл собой довольно ценное открытие. Пускай он и требовал больше усилий и ингредиентов, а вкус блюд у разных Поваров отличался, одна мысль о том, что процесс приготовления подчинялся логике реального мира, ставила все на свои места.

Немаловажным было то, что и группа Сироэ, и Альянс Полумесяца уже устали питаться едой, напоминавшей безвкусный полуфабрикат.

— У нас уже в печенках сидит этот скотский корм, которым мы питались. Корм для скота, знаете ли, не людская еда! И только то, что мы едим сейчас, можно назвать настоящей пищей!

Один молодой волшебник из Альянса Полумесяца заметил, что только попробовав вкусной еды, можно осознать, какое жалкое существование ты влачил прежде.

После приготовления блюд и украшений члены гильдии встретили группу Сироэ со всеми почестями, а зал гильдии вмиг наполнился атмосферой праздника.

Затем они усадили гостей за большой праздничный стол в зале для переговоров. Гостям сообщили, что ужин будет готов через час, а пока предложили скрасить ожидание вином.

И гости, и хозяева с наслаждением предавались празднованию. Для членов гильдии такая вечеринка с отличными яствами и приятной компанией стала первой со времен Катастрофы.

— Грех не отпраздновать такое событие! Давайте же есть, пить и веселиться до упаду!

Бодрое объявление, сказанное Мариэль, вселило немного надежды в сердца согильдийцев, проживавших каждый день в депрессии с того самого дня.

Отовсюду посыпались слова благодарности, а Нянта же скромно произнес «Схожу-ка я на кухню» и ушел. Серара в спешке побежала за ним. Они оба зашли на импровизированную кухню, занимающую всю мастерскую, и стали помогать с готовкой гильдейским Поварам, которые сейчас напоминали ветеранов боевых действий.

Благодаря новому методу «поваренная книга» из меню теряла необходимость, так как теперь Повару приходилось полагаться на свои собственные навыки и знания, принесенные из реального мира, для того чтобы сделать блюдо вкусным.

Нянта и Повара поделились друг с другом знаниями и рецептами, что позволило украсить пир еще больше.

Члены гильдии, которым не повезло найти место в зале для переговоров, наполнив бокалы и увлекшись общением друг с другом, переместились в другие комнаты.

А еда все продолжала появляться на столе.

Печеные цыплята, фаршированные яйца с помидорами, кукурузные салаты, рис с гарниром из морепродуктов, лепешки, напоминающие индийский наан[1], острый суп с бараниной, хорошо приправленная оленина, спелые фрукты и блинчики с маслом.

Серара ходила по всему залу гильдии с тарелками на подносе, но вокруг говорили ей одни и те же слова:

— Этот вечер в честь твоего счастливого возвращения — сядь и наслаждайся праздником.

На что она с улыбкой отвечала:

— Это я так говорю вам, ребята, свое «спасибо» за то, что спасли меня, — и продолжала играть роль радушной домохозяйки.

Такая черта характера делала Серару неописуемо милой, что несомненно увеличило число ее поклонников. Все предлагали ей выпить, как только она заходила к ним в комнату, отчего она уже изрядно захмелела.

Группу Сироэ тоже не оставили без внимания.

Наоцугу, окруженный низкоуровневыми игроками, рассказывал про сражения.

Альянс Полумесяца был молодой гильдией, и только некоторые ее члены достигли 90 уровня. Плюс они лишь подняли уровень, но еще не успели опробовать того, что предлагала игра по его достижении.

— Другими словами — важнейшим правилом является то, что уровни сопартийцев должны быть близки друг к другу. Сами уровни не имеют значения, важны вещи, не зависящие от них.

— Не зависящие от уровня? Ты про ультимативные способности? — задал вопрос уплетающему куриный шашлык Наоцугу молодой разбойник Сёрю, пунцовый от выпитого.

Сёрю являлся лидером боевой группы гильдии, и ему довелось пару раз сходить с Наоцугу в рейды. Тот был для него словно герой.

— М-м-м... И это... трусики!

Громкий голос Наоцугу заставил всех опешить. В зале тотчас воцарилась неловкая атмосфера, даже Сёрю подумал «Что он вообще несет?».

Наоцугу, похоже, заметил странность ситуации и решил поскорей ее сгладить.

— Это просто шутка такая... Эм-м-м, о чем это мы? О победах в битвах благодаря уровню, ведь причиной поражения будет то, что твой уровень недостаточно велик, так? Но что случится, если ты достигнешь максимального уровня? Когда это произойдет, ты больше не сможешь надеяться на победу над теми, кому постоянно проигрываешь, потому что дальше качаться просто некуда. Этот факт будет неимоверно тебя угнетать! И чтобы его избежать, нужно разрабатывать тактики для сражений, а также слаженно работать с членами своей команды. Без этих двух правил ты ни за что не победишь. И если осознаешь только после достижения максимального уровня, будет уже слишком поздно. Люди, которые никогда не кооперировались с другими игроками, не станут развивать в себе навыки командной игры только лишь из-за поражения. С другой же стороны, даже если ваш уровень и низок, вы все равно можете работать над тактикой и командной игрой, что сделает вашу команду сильнейшей, когда вы закончите качаться. Немаловажным будет периодически задавать себе вопрос «А как еще я могу внести свой вклад?». Мой братан Сироэ в этом деле мастер, потому что он «Злодей в очках», готовый сделать все ради победы!

На этот раз людей, похоже, тронула его речь.

Но если бы Сироэ сейчас ее услышал, он бы точно сказал что-нибудь вроде «Только не используйте меня, чтобы агрить врагов!».

Все продолжили общаться на тему особенностей борьбы с теми или иными видами врагов, обсуждая всевозможные варианты. Не важно, хорошие игроки или плохие, все в этом мире любили игры, даже после перемещения в другой мир. Все равно они хотели начать учиться чему-то новому, после того как привыкнут на новом месте.

Что до Акацки, то она сейчас находилась в одной из комнат в довольно щепетильной ситуации.

Доступ в комнату был открыт лишь для женского состава Альянса Полумесяца.

Внутри стоял столик, а на нем сухие духи, от которых исходил простой, но приятный и элегантный аромат. Вокруг Акацки расположилось пять девушек.

— Ну же, Акацки-тян, пора тебе уже сдаться нам.

— Я отказываюсь.

Лицо Акацки, как и всегда, выражало недовольство. Она бегала глазами по комнате, стараясь найти пути отхода, но не могла найти ни одного.

— Не нужно бояться, мы будем очень нежны.

— Ага, так обычно все злодеи и говорят!

Главная среди них, красивая кудрявая блондинка — Бард Генриетта — подошла к ней поближе, с нетерпением перебирая пальцами на руках. Акацки в страхе отступила на шаг, но высокая девушка схватила ее со спины.

— Какая маленькая милашка!

— Не смейте называть меня маленькой! Я, возможно, даже старше вас!

Гильд-мастером Альянса Полумесяца была Мариэль.

Женщины редко становились гильд-мастерами. И этот факт привел к тому, что соотношение женщин к мужчинам в Альянсе полумесяца получилось выше, чем в других гильдиях. Поэтому большое количество членов гильдии, включая отвечающую за финансовое благополучие гильдии Генриетту, было помешано на всем милом.

Миниатюрная фигурка Акацки и ее кукольное личико сразу обзавелись дюжиной почитателей. Имелись парни, положившие на нее глаз, но девушки оказались куда более страстными в своих притязаниях, и остановить их удавалось с трудом.

— Ку-ку-у-у, у нас целых три летних наряда для тебя есть!

— Стойте, в таком же невозможно сражаться!

Похоже, Генриетта неправильно поняла ее слова и принесла красивое платье. Акацки сразу же продолжила попытки сбежать.

Так как ее окружали девушки, Акацки не могла позволить себе прибегнуть к насилию, как делала с Наоцугу. Поэтому ей оставалось лишь брыкаться и извиваться. Но девушки даже ее попытки вырваться считали милыми, что напрочь лишало Акацки желания и сил продолжать борьбу.

Более того, они уже приготовили темно-фиолетовое платье, а за ним и кружевное с цветками лотоса по краям. От чересчур девчачьих нарядов у Акацки закружилась голова.

— Я синоби, служащая своему господину. Как я могу позволить себе надеть такую вычурную одежду?

— Сироэ-сама нам разрешил. Ну же, сдайся наконец.

— Вы меня подставили! Господин, неужели вы меня подставили?!

Акацки осталось лишь со слезами на глазах принять свою судьбу, глядя на то, как ее, словно стая голодных зверей, окружают пятеро девушек.

2

Вечер подходил к концу, и весело проведенное время уносило с собой пожелания, тосты и слова благодарности за вкусную еду.

Восхищенные лакомыми кушаньями, очарованные выпивкой, они всем сердцем предавались игре.

Луна вовсю светила в ночном небе.

Зал гильдии, все еще пышущий теплотой от затянувшейся вечеринки, наполнился благостным и спокойным ночным воздухом, какой бывает только под конец какого-нибудь празднования.

Бутылки из-под пива, ведра со льдом и тарелки заваливали столы хаотично, будто после урагана.

Повсюду лежали члены гильдии — кто под столом, кто на кушетке, кто просто свернулся клубком на полу.

Наоцугу в позе орла храпел в зале для переговоров, широко раскинув руки. Акацки, замученная лидером «Фан-клуба Миленьких Девочек», Генриеттой, мирно спала на подушке.

— О-ой!

Сироэ подхватил бутылку, готовую упасть со стола, и положил ее к остальным в свою Сумку Хранения. Предметы, попадавшие в Сумку, теряли свой вес, что становилось подспорьем при уборке.

В тихом зале совещаний бодрствовали только он и Мариэль.

На углу стола горой возвышались грязные тарелки с остатками трапезы. Мариэль навела порядок в зале и даже накрыла всех спящих покрывалами. Затем, уперев руки в бока, она повернулась и спросила у Сироэ:

— Хорошо мы вас встретили?

— А... да, — раздался чей-то голос сквозь сон.

Сироэ улыбнулся Мариэль, ничего не говоря в ответ, чтобы ненароком кого-нибудь не разбудить.

— Что теперь будем делать? Тоже хочешь вздремнуть, Сиро-бо?

— Не сказал бы…

— Разве?

По выражению на лице подошедшей к Сироэ Мариэль можно было подумать, что она увидела его впервые спустя очень много лет.

— Может, чайку? Здесь немного неудобно, давай переберемся в кабинет гильд-мастера.

Затем, сказав «Погоди минутку», она вышла из зала. Она пошла проверить остальные комнаты. В них, наевшись до отвала, спали на диванах, подушках или на полу остальные члены гильдии.

— Завтра нас ждет генеральная уборка.

— Я помогу.

— Как я могу позволить гостю помогать?

Мариэль окинула спящих добрым и ласковым взглядом. Глядя на такую Мариэль, Сироэ радовался, что взялся за миссию по спасению.

Вдвоем они убрали потенциально опасные бутылки и тарелки подальше и пошли, наконец, в кабинет гильд-мастера. До того как отправиться в Сусукино, именно в этом кабинете Сироэ принял решение о спасении, услышав от Мариэль о случившемся.

Правда, только из-за большого стола можно считать комнату кабинетом. Все остальное в розовых тонах, и кабинет, скорее, напоминал собой спальню Мариэль.

— Что будешь?

— На твой выбор.

— Тогда попьем то, что не нужно заваривать... Дай-ка погляжу, что осталось.

С этими словами Мариэль принесла сосуд с надписью «Черный Чай». Этот чай одинаково хорошо пился как горячим, так и холодным, а с добавлением фруктов становился еще и очень освежающим.

Желая передохнуть, Сироэ и Мариэль присели на диван.

На такого рода вечеринках Сироэ всегда оставался последним бодрствующим лицом. Он не противился банкетам. Напротив, он их очень даже любил. Но чем больше они ему нравились, тем сильнее он хотел сберечь это чувство и не мог заснуть. Нянта и остальные всегда над этим подшучивали. Впрочем, казалось, что Мариэль чувствует то же самое. Сироэ никогда бы не забыл ее ласковый взгляд, с которым она накрывала покрывалом каждого согильдийца.

Кромешную тишину в зале гильдии нарушали звуки сопящих и ворочающихся с боку на бок людей.

— Вы здорово нас выручили. Я очень вам благодарна.

— Не стоит, невелика заслуга, — ответил Сироэ, чувствуя внутри приятную теплоту после столь радушного приема.

Он совсем не ожидал такого количества слов благодарности. Точнее, он не ожидал, что ее проявят так много людей.

Он вдруг вспомнил улыбки до ушей на лицах членов Альянса Полумесяца.

Сироэ отличался от экстравертов Наоцугу и Нянты. Казалось, какая-то аура вынуждала людей держаться от него на расстоянии, но несмотря на нее, весь Альянс Полумесяца с радостью общался и благодарил его.

(Не думал, что увижу их такими счастливыми.)

По правде говоря, Сироэ уже приготовился к обвинениям в том, что он самонадеянно сунул нос в чужие дела.

Он не мог до конца свыкнуться с мыслью, что мир изменился, и взялся за задание только для того, чтобы избавиться от гнетущего недовольства. Но тем самым он лишь навязывал остальным свои принципы жизни.

И такое поведение Сироэ считал вполне эгоистичным.

(Жалеть я об этом не стану, но и похвалы за такой поступок не жду.)

Вот почему, когда остальные высказали ему свою благодарность, он растерялся и не знал, как реагировать, потому что не понимал, за что она.

— Если эта заслуга мала, то какая тогда велика? Мы ведь хотим выразить всю свою признательность за вашу доброту.

— Давай не будем о ней. Как здесь обстояли дела, пока меня не было?

— Как обстояли дела… — Услышав вопрос, Мариэль надолго задумалась.

Сироэ не торопил, он спокойно ждал, взбалтывая чай в кружке.

— В Акибе сейчас... спокойней.

— Спокойней?

— Да, плееркиллерства стало меньше, безопасность… Ну, с ней все не так плохо. Конечно, я не сравниваю ее с другими городами. Просто считаю, что могло быть гораздо хуже, так что сейчас все более-менее нормально.

Слова Мариэль выбирала с осторожностью.

— Но атмосфера в городе стоит скверная. Мне сложно описать это словами... М-м-м… Скверная не из-за того, что кто-то творит злые дела. Скорее потому, что кажется, будто что-то неисправно. Если ты хочешь что-то сделать, у тебя это никак не получается. Я уверена, все из-за установления иерархии.

Иерархия.

Это слово вызывало дурные предчувствия.

— Мы гильдия среднего размера с где-то тридцатью членами, так? У нас лишь четыре человека 90 уровня, половина наших членов ниже 50 уровня. Контролировать это мы не можем. И факт остается фактом. К примеру, ДДД — самая большая гильдия в Акибе — включает в себя более чем полторы тысячи игроков, множество из них 90 уровня. И это тоже остается фактом.

Мариэль поставила свой стакан на стол и сложила руки перед собой так, что кончики пальцев касались друг друга.

— Я не говорю, что это плохо. Я понимаю, что у больших гильдий есть и свои проблемы. Но если ситуация продолжит ухудшаться, мы в конечном счете канем в Лету… Многочисленные гильдии с обширными владениями, конечно, совсем не пострадают, но такое неизбежно приведет к созданию иных порядков в городе. Например, к привилегированному отношению к членам этих гильдий на рынке.

— Такие вещи…

— Такие вещи, конечно, — неписаные законы. Но у них так много людей, а среди них и те, кто в состоянии устанавливать свои порядки на улицах. Гильдии сильны во многих отношениях, поэтому их члены могут начать вести себя высокомерно. Мне подобное кажется закономерным.

Абсурд.

У больших гильдий много людей, поэтому они преуспевали в разных вещах. К примеру, у боевых гильдий основным источником дохода являлась добыча с побежденных монстров. Битвы с монстрами за такую добычу здесь назывались рейдами. И их успешность зависела от количества людей в них. Если же гильдия хотела увеличить пользу от добытых вещей, хорошим подспорьем для нее было наличие игроков с производственными подклассами, которые могли усилить потенциал любой добытой экипировки. Но это не означало, что любой член такой гильдии чрезвычайно силен.

«Она» бы сейчас рассмеялась над этим.

От души рассмеялась бы над тем, как трогательно игроки собрались в огромную толпу, и сказала бы, что это совсем не классно.

— Я ведь только что говорила, что случаев плееркиллерства стало меньше, да? Та же самая логика. Если сравнивать гильдии, одна окажется сильнее другой. Следовательно, выше рангом, и сражения между ними не будут иметь смысла, так как гильдия ниже рангом будет знать, что проиграет. Дабы избежать конфликта, она не будет оспаривать права сильнейшей гильдии на рейдовые угодья и переместится в другие. Но другие угодья или слишком далеко, или не отличаются хорошей добычей. Хоть число плееркиллерств и снизилось, произошло это только потому, что большие гильдии уже успели поделить территории. В чертах города сражения запрещены, поэтому здесь конфликтов не возникает. Но даже за его пределами формируются невидимые территориальные границы — вот что я называю иерархией.

Сироэ не был пьян, но ему показалось, что его сознание прояснилось. Такая ситуация раздражала куда больше ухудшения безопасности. Впрочем, худшей ее тоже нельзя назвать, так как конфликты и случаи плееркиллерства уменьшились.

(Но это меня… очень сильно раздражает.)

Сироэ это совсем не нравилось.

Раздражение крутилось внутри большим водоворотом.

Мариэль сказала, что кто-то делал куда более плохие вещи. Например, в узурпации рейдерских угодий нет ничего благородного, но и однозначно плохим подобный поступок назвать тоже сложно. Законы в этом мире отсутствовали, так что не было и виноватых.

Одним из методов повышения эффективности рейдов являлось занятие какой-либо территории и сбор информации о местности и врагах. В том, чтобы овладеть тактикой ведения боя на какой-либо территории, нет ничего плохого.

А большим гильдиям требовалось много ресурсов, чтобы придерживаться подобного метода. Им даже приходилось посылать патрули на границы своих территорий.

Без веской причины Сироэ не собирался критиковать такого рода стратегию.

Позволь слабым критиковать такие методы — и это приведет к их дискриминации над сильными.

Сироэ мог понять слова Мариэль о том, что никто не виноват. На самом деле положение вещей довольно естественное.

Но несмотря на это, Сироэ никак не мог смириться с ситуацией.

Смог бы кто-либо добрыми деяниями добиться высокого положения в этом мире без законов? Ответ «нет» не стал бы слишком приятным. Но Сироэ понимал, что такой ответ шел из его личных предпочтений.

— А маленькие гильдии предприняли хоть что-нибудь, чтобы изменить ситуацию?

— Эм-м... Да. К примеру, несколько маленьких гильдий предложили друг другу создать альянс, чтобы решить проблему рейдовых угодий. Но срослось не очень… Так как гильдии мы маленькие, количество членов у нас разное. Когда дело дойдет до деталей, появятся разногласия, которые, в свою очередь, приведут к разладу. Или к нему приведут люди, не способные подавить в себе своенравие. В конце концов, альянс распался после ссоры. Тогда некоторые гильдии решили его покинуть и стать частью большей гильдии.

«Значит, случилось и такое», — подумал Сироэ.

По сути дела, подобного избежать нельзя. Как и захвата рейдовых угодий гильдиями, хотя хорошие угодья для каждого уровня свои. Иными словами — предпочтения в рейдовых угодьях для каждой группы игроков зависели от уровня и количества людей в их гильдии.

Желание занять какую-либо территорию для рейдов своей гильдии обязывало отказаться от эгоистичных желаний и работать во благо группы. Большие гильдии могли иметь хороший контроль над своими членами, но что до маленьких… Внутренних конфликтов не избежать, а к компромиссу прийти очень сложно.

При ближайшем рассмотрении неработающие транспортные врата и проблема с Кольцами Фей оказывали огромное влияние на ситуацию. На японских серверах существовало сотни тысяч различных зон. Количество гильдий достигало одной тысячи, поэтому нехватка рейдовых угодий даже близко не являлась правдой.

Но с неработающими транспортными вратами и неизвестным до сих пор расписанием транспортной системы Колец Фей дальность перемещения Авантюристов сильно ограничивалась. Игроки с грифонами, как Сироэ, являлись исключением из правила, поэтому большинству из них приходилось идти пешком или скакать на лошади. В итоге, до рейдовых угодий, находящихся в дне пути от города, нынче было добраться куда трудней.

В регионе вокруг Акибы располагалось около пятидесяти зон, суммарно вмещающих в себя около трехсот рейдовых угодий. Принимая в расчет уровень, расстояние от города и безопасность, легко сделать вывод о том, что за самые удобные места гильдии соперничали ожесточенно.

После Катастрофы стало возможным приобрести любую зону. Цены, впрочем, определялись некими факторами, которых Авантюристы до сих пор не понимали. Однако один фактор был ясен и так — размер зоны. Зоны, достаточно большие, чтобы в них имелась возможность рейдить, стоили чудовищно дорого. Гильдии с достаточным количеством человек могли их не покупать, а просто занять. Хватало бы людей.

— Еще одна новость: Рыцари Черного Меча и Серебряный Меч пытаются взять 91.

— А?

91. Кажется, она говорит об уровне. С дополнением «Novasphere Pioneers», похоже, поднялся и максимальный возможный уровень, так что ничего удивительного. Теперь можно развить своего персонажа выше 90 уровня.

Но разве не нужно для этого побеждать монстров уровня 85 и выше? Так как этот мир стал их новой реальностью, Сироэ сомневался, стоило ли рисковать, вступая в такие опасные сражения.

— Большие гильдии уже достаточно сильные, но ведь количество игроков в игре уже не увеличится, правда? Поэтому не только сами игроки, но и их высокий уровень станут весомым преимуществом гильдий. Исходя из этого, Рыцари Черного Меча превращаются в элиту…

Сироэ кивнул, соглашаясь с Мариэль.

Рыцари Черного Меча были своеобразными выскочками в Акибе. С их элитарными правилами в гильдии отсутствовали игроки ниже 85 уровня. Хотя бы потому, что они вообще не принимали никого слабее. Рыцари Черного Меча были чистокровной боевой гильдией.

— Рыцари Черного Меча все еще придерживаются своих требований к новобранцам. Они очень известная гильдия, наш Альянс Полумесяца им и в подметки не годится, верно? Хотя с ДДД их не сравнишь, у тех полторы тысячи человек, с тех пор как они поглотили некоторые меньшие гильдии. Рыцари Черного Меча, впрочем, не смогли поглотить другие гильдии из-за установленных собой же ограничений по уровню. Поэтому они хотят прокачаться дальше 90 уровня, ставя качество выше количества.

— Но как они собираются…

Вот в чем больше всего сомневался Сироэ. Он понимал их мотивы, а также их мнение и тактику, но могли ли они преуспеть?

— Используя Зелья Опыта.

— ...Зелья Опыта.

В Elder Tales они служили довольно популярным расходником. Выпив такое зелье, можно неплохо увеличить свои показатели атаки и регенерации, а также получать вдвое больше опыта за битвы.

Имелся и еще один эффект. Опыт можно получить, если монстр не более чем на 5 уровней ниже игрока. Но с этим зельем допустимая разница в уровне увеличивалась до 7.

Эффекты от принятия зелья длятся всего два часа, но они помогали получать опыт гораздо более эффективно.

Такого рода зелье казалось довольно могущественным, но никакой нужды ходить за ним в крупные рейды не было, так как почти все когда-либо его использовали.

Так как игра существовала уже долгое время, с годами максимальный возможный уровень стал увеличиваться. Это привело к тому, что новым игроками приходилось тратить больше времени, чтобы догнать тех, кто присоединился раньше. Чтобы избавиться от этой проблемы, разработчики вводили в игру разного рода вещи, позволяющие им качаться быстрее. Это зелье относилось к одной из таких вещей.

Проще говоря, все игроки ниже 30 уровня получали одно бесплатное зелье каждый день. Подобное было своего рода добрым жестом со стороны разработчиков, надеющихся, что игроки «достигнут средних уровней быстрее и будут наслаждаться игрой».

— Но эти зелья…

— Есть одна гильдия под названием Хамелин. Они объявили, что хотят помочь новичкам, и набрали большое их количество сразу после Катастрофы. В то время все находились в растерянности, у большинства, включая нас, просто не хватало времени помогать новичкам. Но Хамелин продают Зелья Опыта за деньги и неплохо на этом зарабатывают. Большие же гильдии используют зелья в прокачке. Никто не знает, кто виноват, и есть ли вообще виноватый. Так обстоят нынче дела, и никто не может этому помешать…

3

Тепло вечеринки сошло на нет.

Плащ Сироэ трепетало сильным ветром. Хоть на дворе стояло раннее лето, тот по ночам до сих пор оставался ледяным.

По земле скользнула тень облака.

Луна на небе светила настолько ярко, что могла создавать их. Сироэ, казалось, преследовал край этой тени, шагая в полночь по Акибе.

Он не шел куда-то конкретно.

Он просто хотел уйти от этого незнакомого гнетущего чувства, или наоборот, старался его принять. Сироэ толком не знал, чего хотел на самом деле.

Он чувствовал в груди тяжесть, подобную тяжести ночного моря. Она ощущалась как асфальт — плотная и темная, непостижимая. Неопознанная тяжесть. И даже несмотря на свою грузность, она никуда не девалась, просто существуя внутри него.

(Она просто существует, но…)

Сироэ понял.

Это эмоция, от которой не избавишься.

В Хамелин состояло много плохих парней, а вот хороших не водилось, и при удобном случае Сироэ сразился бы с ними так же, как с Бригандией.

Но пусть Хамелин и злая гильдия, они лишь малая толика зла. То, что сейчас происходит с Акибой, не вина Хамелин, а, скорее, разного рода события, «которые нельзя предотвратить». Нынешняя Акиба являла собой следствие всех этих событий, вместе взятых. Депрессивная атмосфера города раздражала Сироэ, и он никак не мог избавиться от этого.

Он понимал, что спустить сейчас пар на Хамелин означало поддаться приступу раздражения.

Он успокоил дыхание и продолжил шагать.

Поддаваться приступу раздражения было противно.

Сироэ не хотел спускать пар только для того, чтобы почувствовать облегчение.

У него никак не получалось избавиться от этой темной эмоции. Сироэ считал, что сорваться на Хамелин — занятие еще более противное, нежели то, чем Хамелин занимались.

(Но если это так…)

Если все так, то Сироэ больше некуда выпускать пар.

Хамелин меньшее из зол, но и его хватало.

Но кто тогда большее зло?

Большие боевые гильдии могли бы давно узнать об источнике Зелий Опыта, но они притворялись, что не замечают этого, стараясь поднять свое влияние. Были ли они неправы?

Хоть новички и знали, что их угнетали, они охотно принимали это, зная, что слабы, и надеясь таким способом заручиться поддержкой и защитой. Были ли они неправы?

Маленькие гильдии увидели неравенство и решили выйти из положения, сформировав альянс. Но, защищая личные интересы, они добились лишь ссоры, играя в политику. Были ли они неправы?

Все игроки замечали нагнетающуюся обстановку в городе, но решили ничего не предпринимать, не брать на себя ответственность. Были ли они неправы?

Это все неправильно.

Все они зло.

Но меньшее, проявляющееся только в глупости и эгоизме. Никто из них не являлся опасной и скрытой угрозой, злодеем из старых детских сказок. Лишь победив врага, эту проблему не решить, все не так просто.

И запутанность этой ситуации только сильнее раздражала.

Сам Сироэ находился внутри этого порочного клубка, все сильнее и сильнее ощущая скованность в груди. Он понимал, что, пускай его снаряжение лучше, чем у большинства игроков, а уровень выше, он ничего не мог поделать с зарождающимися эгоистичными порядками. Даже осознавая всю ситуацию, он предпочел бы игнорировать ее и плыть по течению.

И этот факт его раздражал. Он ведь так ничем не отличался от апатичных горожан. И те, кого он знал, сейчас попали в беду, что еще сильнее усугубляло ситуацию.

Пусть Мариэль и не смогла сохранить альянс, но хотя бы до этой стадии развитие альянса она довела. Сам же Сироэ ее еще не достиг.

И от того что он обвинял маленькие гильдии в распрях, ему становилось настолько стыдно, что он чуть не искусал до крови губы.

(Я ничем не лучше… Может, даже хуже всех них.)

Сироэ не заметил, как дошел до моста. Старый, покрытый мхом мост, выложенный на западный манер, возвышался над рекой. Парень облокотился на перила и смотрел, как влажный воздух и дрожащие вдали голоса исчезали в отражении луны.

Но что же тогда делать?

Незаметно для себя он все крутил и крутил в голове эту мысль. Каждый раз, столкнувшись с любой проблемой, он не мог отделаться от мыслей о ней. Таков был Сироэ. И точно так же он привил свое чувство ответственности Чайным Дебоширам.

Множество предположений он создал и отбросил.

В правой руке Сироэ держал красные карты, в левой — черные. Они сражались, звеня клинками соглашения и отрицания, а звон порождал логику, отбрасывая ненужные факты, проходя по всем возможным вариантам. Его дедукция и сделанные выводы словно текли вместе с ночной рекой.

Ему не удалось найти ответ. Его найти невозможно. Сироэ знал, что идеального ответа просто не существует. И что он с самого начала взвалил на себя слишком тяжелое бремя, и что тянул он его по своей доброй воле.

(Считать, что это — бремя, очень эгоистично. Это лишь мой долг перед ними… А я убегаю от него, я стал одиночкой по собственному желанию.)

Сироэ не знал, что «она» бы сказала на это. Он перевел взор от реки на луну. Ясная и светлая луна освещала Акибу в эту ночь.

(Она была такой решительной… Не то что я, слабый и неуверенный.)

Сироэ знал, что «она» громко рассмеялась бы и играючи решила эту проблему, или просто ушла бы из Акибы, если проблема оказалась бы слишком трудной.

Говоря проще, она бы сделала то, что посчитала нужным, а потом сказала бы Сироэ: «Сироэ, ты обязательно придумаешь, как со всем разобраться! Ты ведь сам этого хочешь, я права? Возражения? Никаких возражений! Ты ведь талантлив, решишь проблему в два счета!» — и поручила бы проблему ему.

Сироэ открыл меню телепатической связи.

В его списке друзей значилось два имени.

Тоя и Минори.

Брат с сестрой скорее всего присоединились к Хамелин.

Он мог узнать, просто спросив. Близнецы, вероятно, попали в самую гущу событий, а все потому, что Сироэ тогда их оставил. Потому, что предпочел найти Наоцугу сразу после Катастрофы.

Сироэ хотел помочь им, хотел сделать для них хоть что-нибудь. Но такое отличалось бы от случая с Серарой из Альянса Полумесяца.

Разница заключалось в том, что Мариэль была гильд-мастером, а Сироэ действовал от ее лица. Иными словами, Мариэль являлась заказчиком, а он выполнял для нее работу.

Конечно, Сироэ и сам хотел спасти Серару, но из-за эскапистских[2] наклонностей он считал спасение просто работой, которую должен выполнить.

Вторым различием было то, что, хоть Сироэ и хотел спасти близнецов, больше этого он жаждал разобраться в сложившейся в городе ситуации. Покидая Сусукино, он не переставал думать, что там, скорее всего, есть и другие новички с такой же проблемой, как у Серары. И пускай их немного, бросить их и спасти одну лишь Серару выходило очень трудным для него решением.

Правда, он всегда мог успокоить себя словами «сейчас наше задание — спасти Серару», игнорируя остальное, и вернуться в Акибу.

Но на этот раз Сироэ понимал, что продолжи он опускать проблему, никогда больше не сможет сражаться.

Поэтому ему требовалось спасти близнецов, заставить большие гильдии прекратить унижения, улучшить обстановку в городе и установить новый порядок. Тяжелая задача даже для крупной гильдии, не говоря уже о самом Сироэ, который ни в какой гильдии до сих пор не состоял. Справится ли он? Честно говоря, это было невозможно.

(Даже в гильдии не состою…)

От таких мыслей Сироэ пришел к скудному, но выполнимому плану.

Хорошо поразмыслив, он сделал вывод о том, что гильдия являла собой организацию, к которой ты принадлежал и которая могла легко тобой управлять. Гильдии существовали всегда, но Сироэ никогда не имел к ним никакого отношения. Он лишь оценивал их вклад и пригодность для себя со стороны.

Такое отношение к ним не считалось безответственным.

Просто Сироэ так смотрел на вещи.

И это ничем не отличалось от того, как жители Акибы будто со стороны обсуждают положение в ней.

Сироэ не вступил ни в одну из гильдий и никогда не работал ни на одну из них, но всегда навязывал гильдиям те идеи, которые считал удобными для самого себя. Такое эгоистичное поведение…

— Гильдия…

— Сироэ-чи до сих пор ненавидит гильдии, ня?

Нянта появился из теней зданий, сопровождаемый звуком падающих осколков асфальта. Он прищурил свои добрые узкие глаза и подошел к Сироэ, говорящему самим с собой.

— !

Сироэ удивился, но сжался и дал Нянте встать рядом.

— Нет… Наверное, это больше не так.

Сироэ считал, что ненавидел гильдии, потому что ему с ними не везло. Но проведенное до Катастрофы время с Альянсом Полумесяца стало вымывать из его головы это упрямство.

Теперь он понимал, насколько был самонадеянным.

С другой стороны, Сироэ вспомнил случай, как рядом с Акибой на него напали ПКашники, а рядом с Сусукино — группа бандитов. Гильдии легко развратить. Несложно догадаться о том, что большие гильдии, сражающиеся за территории, со временем прекращали следить за этичностью своего поведения.

— …Ох, мучает же тебя эта проблема, ня, — ответил Нянта, — Но вещам, которые нельзя совратить, нельзя и доверять, ня. Рождение, смерть, болезнь и старение — натуральные законы мира, ня. Все создания однажды истлеют, заболеют, постареют и, в итоге, примут свою смерть, ня. Но отрицать это — означает отрицать и рождение, ня. Сироэ-чи должен понять, ня. «Где-нибудь» может быть очень комфортно. Но комфортным это «где-нибудь» станет только тогда, когда все хотят сделать его таким, ня. Всходы, что пожинаешь, не посеяв, — ненастоящие, ня.

Да, ты прав.

Все вкладывали свои силы в это так естественно, что никто ничего не замечал. Но Сироэ понял, как это важно. Он также понял, что его друг-кот тоже приложил массу усилий.

И старания, проявленные Мариэль, такие же.

Улыбка Мариэль — один из опорных столбов Альянса Полумесяца. В гильдиях, делящих между собой деньги и добычу, узы явно не такие сильные, как в Альянсе Полумесяца.

Исходя из этой теории, в прошлом Акиба была комфортным местом благодаря стараниям других.

— Шеф, что я должен делать?

Слова Сироэ заставили Нянту взглянуть на луну.

Его черные уши прекратили трепыхаться от ветра.

— Сделай самую значимую вещь, ня.

— Значимую…

Сироэ взглянул на Нянту, лицо которого в свете луны выглядело еще более зрелым, чем обычно.

— Сироэ-чи чересчур учтив, ня.

Наоцугу, кажется, говорил то же самое.

Сироэ старался найти значение этих слов.

Если они не лишь удачная шутка, он всерьез хотел понять их смысл.

Понять их смысл.

Как я поступал по отношению к Наоцугу.

Как я поступал по отношению к Акацки.

Похоже, они оба уже давно все поняли.

— Я заставил их ждать все это время?

— Именно, ня.

— И все это время они ждали меня?

— Именно, ня.

— Они никуда не ушли, всегда находились рядом со мной.

— Именно, ня.

(Они ждут, что я создам гильдию и приглашу их.)

Сироэ опустил голову. Тьма в его сердце тревожно исчезала. Эмоции, сжатые, будто в банке, могли вырваться в любую секунду.

Голоса сверчков, тихое журчание реки, белая луна. Сироэ стоял и сжимал кулаки, стараясь сдержать нахлынувшие чувства.

У них были большие надежды.

Они радовались этим надеждам.

Они ждали.

Сироэ волновался по поводу разных вещей, анализировал их, но этого он никогда до сих пор не замечал. Может, из-за слабого кровообращения или из-за сомнений и комплекса неполноценности, сидящих в глубине души, но радость, сочувствие и доверие разбили все цепи, что сковывали его.

— У меня еще есть время?

— Несомненно, ня.

— Шэф Нянта, пожалуйста, присоединяйся и ты… Я буду очень счастлив, если ты, Шэф, согласишься быть с нами. Без тебя мне будет нелегко.

Сироэ с серьезным выражением лица смотрел на Нянту. Тот застенчиво улыбнулся и ответил:

— С тебя комфортная веранда для меня.

— Мы вместе хорошенько потрудимся и соорудим тебе красивую веранду, — кивнул в ответ Сироэ.

Если ты хотел сделать что-то «значимое». Если ты готов к возлагаемым на тебя надеждам. Даже если это несло с собой бремя, слишком тяжелое для одного. У Сироэ созрел план.

Он надеялся, что друзья помогут ему разделить это бремя.

4

В темной комнате было довольно влажно.

Пол из древнего бетона поглощал все тепло вокруг. И поэтому он источал такой же холод, как почва на могильном кургане.

Минори плотнее укуталась в грязную красную накидку. Она уже потеряла счет тому, сколько раз ворочалась туда-сюда. Казалось, ночь будет длиться вечно.

Ее измученное тело требовало отдыха. Но она не могла сказать точно, из-за холодного пола вместо кровати ли это или ее переживания по поводу туманного завтра не давали ей заснуть. Минори спала очень чутко, тут же просыпаясь от малейшего шороха.

Пока ее глаза постепенно привыкали к темноте, в первую очередь она почувствовала боль, сравнимую с болью от перелома. Она все еще на пришла в себя после недавнего пробуждения, а остатки паники и сожаления медленно уходили в тень.

Большую часть дня Минори провела, работая швеей в тесной комнатушке. Руки болели так сильно, что казалось, будто они уже давно иссохли. Сегодня боль так и не прошла, хотя она постоянно поглаживала кончики пальцев. Ее братец спал рядом, обняв руками колени.

В комнате спало около 20 человек.

Гильдия Хамелин.

Средних размеров гильдия, заявлявшая о своих намерениях во «Взаимовыгодной помощи новичкам».

Гильдия, в которую вступили близнецы.

После Катастрофы над городом нависли смятение и застой. Столь шокирующее событие выбило игроков из колеи. В первые дни среди них не происходило особо значимых конфликтов. Как считала Минори, причина тому крылась в том, что игроки все никак не могли посмотреть правде в глаза, надеясь, что это какая-то хитрая шутка.

В первые часы они не понимали, что же, в конце концов, произошло.

И, наконец поняв, они продолжали задавать себе вопрос «Почему?» еще несколько дней.

Даже сейчас никто не мог ответить, почему произошла Катастрофа. Но, предаваясь вопросу о том, как все произошло, Минори потеряла и те первые несколько дней, которые уже не вернуть.

Память о них скрылась в пелене ее воспоминаний.

Минори помнила только то, что умирала от голода, не понимая, как устроена пища в этом мире. Она поделилась едой, купленной на рынке, с братом, а едва они покинули город, как на них напали, раздев догола и отобрав все, что у них имелось, еще до того, как она успела что-либо понять.

Сироэ сказал ей хранить в хранилище все вещи, которые не были полезны ей на данный момент. Но об этих наставлениях Минори вспомнила только после того, как всего лишилась.

Многие игроки тут же постарались связаться с друзьями и собрать побольше информации.

Но Минори с братом были новичками, которые не могли никому довериться. Точнее, кое-кто, все-таки, существовал, но у них не хватило духу обратиться к нему за помощью. Возможно, у них бы хватило храбрости сделать это сразу после Катастрофы, но после ограбления они представляли собой лишь никчемную для этого мира обузу.

Минори считала, что у них с Тоей самые лучшие отношения.

Кто-то говорил ей, что после поступления в среднюю школу братья и сестры отдаляются друг от друга. Одна ее одноклассница сказала, что желание независимости брата и тяга к чистоте окружения сестры отталкивают их друг от друга.

Но вопреки всему сказанному близнецы поддерживали восхитительные отношения.

Минори и в голову не приходило когда-нибудь спорить с Тоей, она всегда с радостью ему помогала. И тому имелась причина.

Тоя не мог ходить из-за аварии, перенесенной в детстве. С самими ногами все было отлично, но повредились нервные окончания.

Но Минори никогда не избегала ссор с братом только из жалости к нему. Конечно, аварии никто не ждал, и девушка до сих пор желала, чтобы на его месте находилась она, но все равно не вышло бы ничего изменить.

Тоя казался ей жизнерадостным и трудолюбивым мальчиком. Даже после аварии он не изменился в худшую сторону, не обозлился на мир. С инвалидом в семье всегда жить тяжело, поэтому Тоя всячески старался не стать тяжкой ношей для своих родителей.

Минори вспомнила, как Тоя беззаботно болтал на разные темы во время поездок в госпиталь каждые две недели. Он напоминал типичного школьника — обсуждал мангу и интернет. Доктор говорил, что эти осмотры причиняли ему боль, но Тоя никогда не показывал, что страдает.

Порой Минори думала, что таким образом Тоя заботился о своих близких.

Она всегда считала его очень надежным братом. Да, он иногда выглядел ребенком, частенько витал в облаках, поэтому легко было принять его за идиота, не думающего о последствиях.

Но у Тои был стойкий характер. Пускай он не мог ходить, пускай он бы столкнулся с множеством трудностей в будущем, он никогда не сворачивал со своего пути.

Несмотря на старшинство всего лишь на несколько часов, Минори все равно считала своим долгом заботиться о Тое как старшая сестра. Она хотела всегда быть готовой к тому, что однажды ему понадобится ее помощь.

Эти узы между братом и сестрой, напоминавшие уважение, являлись ключом к счастливым взаимоотношениям между ними.

Поэтому они вместе начали играть в Elder Tales.

Тоя уставал от бесчисленных обследований и редко покидал дом. Из-за этого у него развился интерес к онлайн-рпг. После того как обычные игры наскучили, Тоя с сестрой добились разрешения у родителей играть по сети, дав обещание, что это никак не скажется на их оценках в школе.

В этом мире Тоя мог свободно бегать, не ловя не себе каждый раз чужой взгляд. Тоя наслаждался игрой, а Минори — новым интересным опытом.

И так близнецы влюбились в Elder Tales с первого раза.

Опытная в таких делах Минори понимала, что их увлечение естественно.

Порой быть ребенком очень трудно.

Это означало, что сколько бы ты сил ни прикладывал, реализовать свои мечты не представлялось возможным.

Минори тоже была ребенком. И она причиняла столько же беспокойства родителям, сколько и ограниченный в физическом плане Тоя.

К примеру, она не могла сама отвезти Тою в больницу, что вполне естественно, так как она все еще ходила в среднюю школу. И это совсем не облегчало родителям жизнь.

Без каких-либо способностей позаботиться о себе самостоятельно они никак не могли осуществить свои мечты, и никто не хотел им в этом помочь… А такое очень раздражает или беспокоит тех, кого мы любим.

В этом мире то, что ты маленького уровня, делало тебя перед всеми виноватым, делало тебя обузой.

После Катастрофы Минори всего лишь раз заметила Сироэ издалека.

Она сразу поняла, что тот высокий человек в очках не кто иной, как Сироэ.

Но она так его и не окликнула.

Рядом с грязным от крови и пыли Сироэ тогда стояли облаченный в латы воин, напоминавший ветерана, и девушка, прекрасная, словно ночной эльф.

У Сироэ и своих сражений хватало, и Минори не нашла в себе храбрости подойти к нему, думая об этом. В этом мире, погрязшем в хаос, все так старались выжить, что не оставалось сил помочь кому-то, кроме себя самого. Могла ли она надеяться на то, что человек, с которым она виделась всего пару раз, согласится помочь ей?

Минори закрыла глаза и открыла меню.

Ее список друзей не отличался объемностью — он включал в себя имена ее брата, парочки знакомых новичков из Хамелин, а также Сироэ. Минори мысленно навела курсор на его имя и нежно коснулась. Никто не мог отнять этой радости у нее, и так потерявшей в этом мире все.

«Надо было попросить Сироэ-сана научить меня большему…» — думала она, кутая своей замерзшее тело в накидку. Ночь казалась длиннее обычной, а тупая боль в груди не давала заснуть.

Внезапно она услышала мягкий звук звонка, раздавшегося в ухе.

Она неожиданно резко вдохнула, издав куда более громкий звук, чем хотела бы. Имя, на которое она смотрела, закрыв глаза, сейчас энергично тряслось.

Минори проверила, не включила ли она нечаянно телепатическую связь сама, но нет. Это звонил Сироэ. Прямо сейчас, незадолго до рассвета. И снова в ухе раздался звонок.

Минори знала, что звонок могла слышать только она. Но если бы она издала хоть звук, это могло бы привлечь внимание членов Хамелин или ненароком потревожить чей-то сон. Но даже так Минори не могла просто проигнорировать вызов.

Она приняла вызов и едва слышимым голосом сказала:

— Да?

— О-о… Добрый вечер, ты меня слышишь? Это Сироэ.

— !

Не просто знакомый голос, но также своеобразный мост к воспоминаниям о счастливом прошлом, переполнявшим душу Минори.

В темной и сырой комнате она тихонько заплакала под накидкой.

— …Минори, у тебя все в порядке?

Ей никак не удавалось подавить нахлынувшие эмоции и рекой текущие слезы. Сироэ снова что-то сказал. Минори не могла ему ответить, потому что любой изданный ею звук мог вызвать подозрения. А еще она не хотела, чтобы Сироэ услышал, как она борется со своими чувствами.

Мысленно Минори кивала не прекращая, но вживую смогла выдавить лишь едва слышимое «Да».

— ...

— ...

Слышалось только их дыхание. Минори всеми силами старалась не издавать никаких звуков своим носом. Она нервничала так сильно, что из глаз сыпались искры. Почему сейчас? Почему ты мне звонишь? Такие вопросы хороводом кружились в ее голове.

— Минори, послушай. Один твой кашель будет означать «да», а два кашля — «нет». Если я скажу что-то не то или ты сама захочешь мне что-то сказать, кашляни три раза… Хорошо?

Вопрос Сироэ шокировал Минори.

(Он знает, Сироэ-сан в курсе обо всем.)

Сироэ знал о сложившейся ситуации, он знал, чем являлась гильдия Хамелин.

Минори почувствовала, как ее сознание, притупленное частой рутинной работой, потихоньку восстанавливается.

(Вот только я не хочу тревожить Сироэ-сана своими проблемами…)

С тех пор как она присоединилась к Хамелин, даже будь кто-нибудь уровней на 10 выше Тои, он все равно бы оставался новичком в Elder Tales, знающем об этом альтернативном мире совсем немного.

Знания служили сильнейшим оружием. Их нехватка не давала новичкам продвигаться вперед. И те знания, что Минори получила от Сироэ, стали для них с Тоей силой, позволившей им продержаться так долго. Даже в таком суровом коллективе, как Хамелин, к ним с братом относились гораздо лучше, чем к другим новичкам, а все благодаря знаниям, подаренным Сироэ.

Минори всегда видела в нем своего благодетеля.

К слову, она мечтала, что однажды он станет ей не только благодетелем.

— Если поняла, кашляни раз.

Минори собрала остатки тепла в своем теле и смогла хоть чуть-чуть промочить глотку.

Затем она издала тихий звук кашля.

Горло оказалось куда более сухим, чем она представляла, и Минори стало стыдно за тот невнятный звук.

«Я обязана Сироэ многим, я должна ему отплатить», — думала она, внимательно слушая и стараясь хорошенько смочить слюной горло.

— Минори, вы с Тоей в Хамелин?

Кашель.

— Вы отдавали Хамелин свои Зелья Опыта?

Еще кашель.

— …С вами все хорошо?

— …

В комнате настолько темной, что сложно различить даже собственную руку, тишина была столь плотной, что казалось, будто можно к ней прикоснуться. После его вопросов Минори поняла, что Сироэ хотел как-то ей помочь.

Но понимание этого причиняло нестерпимую боль.

Минори не знала, как Сироэ собирался со всем разобраться. Но проблема заключалась в другом. В том, что Сироэ собирался спасти их с Тоей.

Какие жертвы придется ему принести для того, чтобы спасти нас? В этом чужом мире, в котором, чтобы выжить, приходилось сражаться, мы вдвоем простая обуза. От чего придется ему отказаться ради нас?

Какова цена нас с братом?

И на этот вопрос существовал всего лишь один ответ.

(С нами все хорошо, нет абсолютно никаких проблем… Мы едим каждый день, мой уровень Портного медленно, но верно растет. Мы с Тоей смогли бы ужиться здесь. Думаю, Тоя сказал бы именно так. Поэтому… всё хорошо.)

Голос внутри ее души шептал ей это, словно сторонний наблюдатель. И, закрывая дверь надежды, Минори чихнула один раз, что означало: «С нами все хорошо».

— Это правда? — снова спросил Сироэ нежным тоном, напоминавшим Минори о тех днях, когда они играли вместе.

Тоя внезапно нападал на врагов, Минори спешила к нему на помощь, своей опрометчивостью лишь привлекая больше врагов.

Сироэ обездвиживал вражеские подкрепления своими заклинаниями, Тоя сражался изо всех сил, а Минори их лечила. Но врагов было слишком много, здоровье членов группы всегда находилось в красной зоне, и лечение не прекращалось, пока не кончалась мана. Случалось пару раз, когда Минори думала «Все, конец, они нас уничтожат», но они тем не менее выживали. Она знала, что максимальный уровень в Elder Tales — 90.

В качестве штрафа за смерть у игрока отнималось немного опыта, но Сироэ все равно сопровождал их, даже на грани смерти, несмотря на их 10 уровень. Минори чувствовала стыд и вину перед ним, часто извиняясь и кивая за Тою его головой, тоже заставляя извиняться.

Мы не могли позволить Сироэ потерять опыт из-за нас.

Но Сироэ лишь улыбался беспечной улыбкой.

— Да я получаю удовольствие, ты чего? Это ведь, как-никак, приключение. Некоторые вещи нельзя изучить, пока не столкнешься с опасностью… Мне кажется, или ты, Минори, чересчур вежлива со мной? Ты получаешь удовольствие от приключения? Я — да.

От его нежного голоса в душе у Минори сразу полегчало. Он был все так же добр, как и тогда, хоть она и не могла этого увидеть.

Именно поэтому она кашлянула лишь раз, что опять означало: «С нами все в порядке».

«Таким образом, я смогу улыбнуться ему при нашей следующей встрече».

Правда, это заняло бы какое-то время, так как сейчас она походила на грязного беспризорного ребенка. Она до сих пор не приняла душ, так что и девочкой-то она себя назвать не могла.

В сердце засела тупая боль, но даже она была лучше, чем перспектива обеспокоить Сироэ своими проблемами. Минори продолжала убеждать себя, хоть и считала мысль абсурдной.

— …Я понял, у вас все хорошо. Давайте как-нибудь снова поиграем вместе? Я хочу снова поиграть с вами обоими, ведь это здорово. Поэтому… подождите меня еще немного.

— !..

Разве его слова не означали, что он совсем ничего не понял?

Нет, похоже, он сказал так именно потому, что прекрасно все понял.

Конфликт в душе Минори не оставил в покое и ее чувства — слезы вновь потекли ручьем. Ну почему он такой безрассудный? Зачем произнес столь нежные ее сердцу слова?

То, что Сироэ отказался принимать во внимание ее заботу, смущало, раздражало, вызывало чувство вины, грусти, но в то же время и позитивные эмоции, такие как радость, доброта и надежда. И вера в Сироэ.

Два разных вида эмоций переплелись и завертелись, словно барабан работающей стиральной машины. Минори требовалось что-то сказать, но не знала, что именно.

Последний шанс отговорить Сироэ.

Минори кашлянула. Сколько раз ей нужно так сделать? Один, и согласиться, чтобы он помог? Или два, и отказаться от его предложения? Она уже не сдерживала слезы, кашлянула раз, а затем еще дважды.

— Что случилось? Что ты хочешь сказать?

(…Я кашлянула трижды, но не хотела ничего сказать, Сироэ-сан… Сироэ-сан, ты нам не отец, хоть и очень хороший человек, и мы не имеем права полагаться на тебя. Поэтому тебе не стоит взваливать нас на свои плечи.)

Но этих слов она не произнесла.

В зале гильдии Хамелин, в этой тихой комнате, Минори сдерживала звук своего дыхания, едва не задыхаясь.

— Как я уже говорил, если ты хотела бы что-то сказать, просто кашляни три раза. Я понимаю. Я придумаю, как мне дать тебе возможность сказать, что ты хочешь. Что же касается меня, то я уже решил сделать все, что в моих силах. Как я говорил тогда, когда мы были с Тоей: «Бойцы авангарда, не доверяющие своей поддержке, умрут в наказание за это, а поддержка, не доверяющая своему авангарду, отправится за ними следом». Минори, ты тоже должна верить в то, что я приду и спасу вас обоих.

Разговор окончился без каких-либо звуков, означавших рассоединение.

Минори свернулась в калачик, обнимая саму себя.

Сироэ, не принявший ее самоотверженность, заставил ее плакать сильней. Казалось, что буря внутри нее мешала ей обуздать свою гордость.

Но теперь в ее сердце появилось что-то теплое и очень крепкое, чего не было еще час назад.

5

Все уже прибыли, когда Генриетта открыла дверь.

Два дня прошло с той удачной вечеринки, после которой все еще целый день прибирались. Атмосфера в стане Альянса Полумесяца снова вернулась в привычное русло.

— Что-то случилось, раз так неожиданно пригласили?

— Прошу, присаживайся, Генриентта, — сказала гильд-мастер Мариэль.

Еще вчера по всему залу совещания Альянса Полумесяца валялись остатки еды и бутылки, но сегодня он сверкал идеальной чистотой и полнился свежим воздухом.

Вокруг большого стола сидело четыре человека.

От Альянса Полумесяца присутствовали гильд-мастер Мариэль, главный счетовод Генриетта и Сёрю, отвечающий за планирование сражений и фарм. С другой стороны стола находился Сироэ.

(О… Сироэ-сама.)

— Сироэ-сан что-то хотел нам всем сказать, — проговорил молодой Сёрю, предварительно дождавшись его одобрения.

— Ну так пусть уже начинает говорить, — ответила Мариэль.

Сироэ же сидел с напряженным видом. Он смотрел пронзительным взглядом, которым любил сверлить собеседников. Но сегодня, впрочем, казался куда более тихим и строгим. Он источал внушительную, всеподавляющую ауру, а его круглые очки никак не смягчали тяжелого взгляда.

(Эм-м-м…)

Этот вид Сироэ надолго останется в памяти Генриетты.

Обычный Сироэ создавал впечатление надежного молодого человека, но сейчас он не такой, как обычно.

— Спасибо всем за то, что заботились обо мне. Сегодня я собрал вас здесь… Для начала, я хотел бы поблагодарить Мари-нэ и всех остальных из Альянса Полумесяца.

Мариэль замахала перед собой руками.

— Не стоит! Не стоит благодарностей, правда!

Сёрю тоже мягко качнул рукой, тем самым говоря Сироэ, чтобы он не утруждал себя благодарностями на этот счет. Еда была прекрасной, а денег они потратили не так уж и много. Важней то, что члены гильдии тоже отлично провели время, потому что вечеринка проходила не только для группы Сироэ. Более того, они уже подумывали о том, чтобы в будущем получше отблагодарить Сироэ и его команду.

— Нет-нет, все хорошо. Я даже рада, что мне довелось так хорошо провести время с Акацки-тян.

Генриетта вспомнила милую реакцию Акацки на свои поползновения, и на лице ее расплылась мечтательная улыбка. Что же касается самого субъекта тех самых поползновений, истошно кричащего в тот момент, — мы на время о ней забудем.

(Ну и ну, это так… Хм-м-м…)

Генриетта смотрела на Сироэ сквозь свои типично женские очки без оправы.

То, что он обратился к ним за помощью, ее удивило.

Исходя из ее наблюдений, Сироэ был опытным игроком с сильными моральными устоями, он никогда не колебался и всегда помогал, если его друг находился в беде. Хоть Генриетта и не хотела это признавать, но миссия по спасению Серары — явный тому пример. Группа Сироэ выполнила эту задачу вместо Альянса Полумесяца на отлично, используя метод, куда более действенный, чем могла предложить Генриетта. Если Сироэ чувствовал, что может помочь, и не сомневался в успехе, он оказывал поддержку без промедления.

Но что случилось бы, если бы он сам стал нуждаться в чужой помощи?

Генриетта знала, что Сироэ предпочитает решать дела, исходя из соображений логики и разумного подхода к ним, и что он склонен к самоанализу… Он казался ей в чем-то странным молодым человеком, и в отличие от помощи другим людям просьбы о помощи не являлись его сильной стороной.

Но тот Сироэ, которого она знала, сказал:

— Я прошу вас всех, пожалуйста, помогите мне.

(И что это будет за просьба?)

Пусть Сироэ и не хорош в просьбах о помощи, но Генриетта не намеревалась использовать этот шанс, чтобы тем самым отдать ему должок, числящийся за их гильдией. Мариэль, само собой, так тоже не поступила бы. Сказать по правде, Генриетта очень удивилась его словам.

— Сироэ-сан, пожалуйста, скажите нам, что вам нужно!

— Вот именно! Сироэ-сама, Альянс Полумесяца все равно перед тобой в долгу.

Генриетта поддержала Сёрю, выказав желание помочь. В этой ситуации гильдия не имела права отнестись к просьбе своего благодетеля по-другому.

Но Генриетту также волновало, что скажет Мариэль. С тех пор как Генриетта зашла в зал, та не меняла напряженного выражения лица.

Мариэль всегда очень явно показывала свою доброту, а в искренности этой доброты, исходящей из самого сердца, Генриетта не сомневалась. Они обе были лучшими подругами уже достаточно долгое время, и Генриетта знала, что Мариэль не могла плохо относиться к Сироэ.

Тогда почему же ее лицо такое напряженное?

(Неужели Мариэ знает, чего хочет Сироэ-сама?)

Сироэ не улыбнулся в ответ на слова Генриетты и Сёрю. Он лишь поправил очки указательным пальцем и проговорил:

— Двое детей, которых я знаю, сейчас… думаю, можно ли считать их «в заключении»? В любом случае, они вступили в кое-какую гильдию, а я хотел бы их спасти.

Сёрю кивнул Сироэ в знак согласия.

— Так вот оно что. Все, что от нас требуется, — помочь им покинуть гильдию, да? Хочешь, чтобы мы отвлекли остальных членов, пока эти двое займутся процессом выхода из гильдии? Это будет легко… А может, сложность в другом? Ты хочешь, чтобы мы помогли им после побега? Хочешь, чтобы Альянс Полумесяца взял их под свою опеку? — добродушно спросил он.

Но напряжение на лице Мариэль только усиливалось.

(…Нет, дело вовсе не в этом. Сироэ-сама вполне талантлив, и в деле спасения этих двоих он в нашей помощи не нуждается. Так какова же реальная цель собрания?)

— Та гильдия набирает новичков и конфискует их Зелья Опыта, которые потом, скорее всего, продает за деньги. Я не думаю, что с подобным стоит мириться… Если выбирать между тем, нравится мне такой подход к делу или нет, я бы выбрал второе, — спокойным голосом сказал Сироэ.

Услышав это, Сёрю замер. Он начинал понимать, чего тот хотел.

— Гильдия, о которой ты говоришь… Не Хамелин ли часом? Это… довольно нечестная гильдия. Да, совсем нехорошая. Но их поддерживают куда более сильные гильдии… — указала на очевидный факт Генриетта.

Они говорили о Хамелин, но теми, кто пользовался их услугами, были в том числе и Рыцари Черного Меча, и Серебряный Меч. Эти две гильдии входили в пятерку сильнейших в Акибе.

— Да, я хочу, чтобы эта гильдия исчезла, — уверенно произнес Сироэ.

В зале воцарилась глубокая тишина.

Мариэль тихо вздохнула.

(Похоже, Мариэ ожидала чего-то подобного…)

Теперь Генриетта поняла, почему ее подруга была так напряжена.

— Ты… ты сказал «исчезла». Ты хочешь… хочешь уничтожить гильдию? Так? Разве есть способ уничтожить гильдию? Если будем убивать их посредством плееркиллерства, такое, пожалуй, ущемило бы их эго, но никак не помогло бы в уничтожении, — заикаясь, сказал Сёрю.

Генриетта тоже сомневалась в возможности сей затеи.

Распустить гильдию можно двумя способами.

Ее мог распустить сам гильд-мастер, или покинуть все остальные члены. Так устроена игра. Ты мог убивать других игроков, но этот мир придерживался правил Elder Tales. С автоматической системой возрождения убийство кого-то не являлось способом его остановить. Пускай это и влияло на мораль и обеспеченность членов той гильдии, но таким образом распустить ее не вышло бы.

Когда Сёрю спросил «Разве есть способ уничтожить гильдию?», он попал в точку, потому что, согласно здравому смыслу, такое невозможно.

Большим гильдиям легко переманить к себе людей из маленьких гильдий, завлекая их своими обширными ресурсами, повергая тем самым маленькие гильдии в крах. Генриетта слышала, что подобное происходило в Акибе и раньше.

Но даже взятки и обещания ценных ресурсов не давали гарантии, что гильдия будет распущена. Если бы такую тактику когда-нибудь и применили бы против Альянса Полумесяца, то пусть покинь его все члены, пока сама Мариэль не сдастся, гильдия будет существовать.

Уничтожение гильдии — очень трудная затея. Это не то, что можно провернуть с легкостью. Будь оно так, то Акибы, какую они знали, сейчас бы не существовало.

И слова «Заставить их гильдию исчезнуть из игры» походили на простое оскорбление в перепалке между игроками. Они звучали скорее как угроза, никто до этого не думал воплощать такие слова в жизнь. Сёрю же посчитал слова Сироэ какой-то абстрактной целью, чем-то похожим на крик «Я вам не проиграю!».

— Нет, все так, как я и сказал. Я хочу, чтобы эта гильдия исчезла из Акибы.

Этими словами Сироэ развеял все сомнения, терзавшие Сёрю.

От ровного и лишенного всех эмоций голоса Сироэ у всех пробежали мурашки. Генриетта мельком взглянула на выражение его лица. Если бы она разглядела в нем злобу, раздражение или хотя бы решимость, то немного посомневалась бы в правдивости сказанного им.

Но на лице Сироэ мелькала улыбка. Но она не имела отношения к радости или счастью. Уголки его губ слегка приподнялись — то была улыбка охотника.

Он уже все решил.

(Ну и ну… Сироэ-сама хочет…)

И разубедить его уже нельзя.

Вот что думала Генриетта.

Она считала, что останавливать его сейчас бессмысленно. Сироэ слишком уверен в задуманном.

Отец Генриетты был брокером. Она вспомнила, что его лицо ничем не отличалось от того, что у Сироэ сейчас, когда он бросал вызов большим корпорациям или когда на биржевом рынке начинались лихие торги. Он днями не бывал дома или приходил ненадолго поспать, принять душ, а на заре снова уходил. И, закрывая за собой дверь, он скалился, словно яростный тигр.

И в то же время Генриетта поняла, почему Мариэль так взволнована.

Хамелин заручился поддержкой больших гильдий, в число его покупателей входили Рыцари Черного Меча и Серебряный Меч, использующие Зелья Опыта, чтобы подняться выше 90 уровня.

Избавиться от Хамелин могла себе позволить только богатая ресурсами гильдия А-класса.

Отбирать у новичков Зелья Опыта, чтобы затем их продать, — Генриетта презирала такое поведение. Предложи ее согильдийцам заняться таким же, они хором сказали бы «Нет!». Но, впрочем, и непростительным преступлением такое назвать тоже трудно. И совсем не важно, сколько психологического воздействия на них оказано, как сильно их принуждали — новички вступили в эту гильдию по собственному желанию. А поскольку они уже состояли в ней, изъятие и продажа не противоречили законам игры и, ко всему прочему, даже законам этого мира.

(Закон… Их существование объяснить сложнее, чем утренний летний мираж, к тому же…)

К тому же проблема заключалась в осуществлении затеи.

Касаемо их методов… Пускай они и легальны, они все равно злые. Однако, спросив у кого угодно, у любой группы игроков, смогли бы они остановить эти злодеяния, все бы ответили «нет». У больших гильдий много влияния, и не существовало такого безумца, который бы согласился пойти против них без должного стимула. Члены таких гильдий могли пользоваться тем, что в них состояли, когда дело касалось удобств, предоставляемых городом. И они этим злоупотребляли, не скрывая своего презрения к членам маленьких гильдий, что вызывало у людей недовольство.

В таком случае принять в расчет взгляды Сироэ означало выступить против больших гильдий. Мариэль управляла Альянсом Полумесяца — маленькой и независимой группой игроков. Генриетта понимала значение ее серьезного выражения лица.

Нет необходимости говорить о правосудии — не было никого, достаточно авторитетного, влиятельного и могущественного, чтобы его вершить. Тем более правосудие лишь расплывчатое понятие, на деле не имело значения, вершилось оно или нет. Вот что заставляло людей терять к нему всякий интерес. И то чистая правда.

(Мариэ…)

Генриетта прикусила губу.

Сироэ был их благодетелем, а помимо этого она просто им восхищалась.

Но он все равно попадал под категорию «несимпатичных парней». Генриетта считала его ценным товарищем. Но даже так она не могла выполнить такого рода «просьбу». Ей следовало бы заранее предупредить Сироэ и не дать ему выйти из себя.

Но столкнувшись с его бесстрашной решимостью, она не могла вымолвить ни слова. Обычно скрытный Сироэ сейчас показывал свое желание сражаться. Генриетта не знала, смогла бы она его переубедить.

Мариэль перевела взгляд на Генриетту, желая что-то сказать. Поколебавшись пару секунд, она произнесла:

— Сиро-бо… Я могу понять твои чувства, но… я… нет, мы…

Так обычно начинались слова отказа. Гильд-мастер решила не поручать их своим заместителям Генриетте и Сёрю, собираясь отказать Сироэ сама. Генриетта понимала, что такие слова могли разозлить Сироэ, нарушить их дружбу, но Мариэль все равно хотела их произнести.

Однако Сироэ прервал ее на полуслове.

— Мари-нэ, прости, но не могла бы ты дать мне закончить? Я и половины не сказал. Инцидент с Хамелин — проблема не первой важности. Закрыть его — недостаточно для достижения поставленной мною цели. Это лишь маленькая задача на пути к основной. Позвольте объяснить: мне не нравится атмосфера, сложившаяся нынче в Акибе. Она отвратительная, постыдная.

Повергнув всех в шок, Сироэ продолжил как ни в чем не бывало:

— Вот почему я хочу очистить Акибу. Хамелин — лишь второстепенная задача. Минори и Тоя — мои друзья, поэтому я хочу им помочь. И тем не менее это не самое важное. Нам предстоит сделать очень много вещей, мы не можем тратить время на что-то подобное.

Сёрю, Генриетта, а с ними и Мариэль замерли, будто статуи, а Сироэ все говорил:

— С каких пор считаться членом маленькой гильдии стало зазорным настолько, что приходится всегда быть начеку, занимаясь собственными делами? Сусукино предпочло не обращать внимания, но там всего две тысячи жителей, так что существование одной гильдии, которая контролировала бы город, приемлемо. Но Акиба — столица, в которой обитает больше половины игроков японского сервера. И теперь она словно грязные трущобы — пропитана запахом пороха и крови, по улицам ходят люди с поникшими головами… Все ведь должно быть совсем не так, верно? Разве это не означает, что мы прожили всю жизнь только лишь для того, чтобы теперь жить в таком второсортном городе? Узурпация мест для фарма, выходки больших гильдий, политические распри. Я не могу назвать это чем-то плохим, но отказываюсь смотреть, как все с понурыми головами двигаются на пути к вымиранию. Позволим ли мы продолжаться такому, принося в жертву новичков? Все мы застряли в этом альтернативном мире, и мы должны трудиться вместе, чтобы выжить, но в итоге занимаемся такими вещами. Пускай нас целых тридцать тысяч, эти тридцать тысяч — всего лишь цифра. Все слишком наивные. Мы слишком просто смотрим на этот мир, без каких-либо серьезных амбиций.

Ошеломительно.

Его речь невозможно описать словами.

Сёрю, Генриетта, Мариэль — все застыли на месте. Похоже, он коснулся своими словами темы, о которой они никогда особо не задумывались.

Сироэ хотел спасти своих друзей, это можно понять. А то, что он хотел уничтожить целую гильдию, выходило за рамки. Теперь же он хотел в корне изменить ситуацию в городе, что шло вразрез с привычной логикой. Можно с легкостью назвать его сумасшедшим.

Но больше, чем содержание его речи, их повергло в шок то, как он ее произносил. Ровным, острым, словно заточенный стальной клинок, голосом.

Генриетта наконец позволила себе выдохнуть.

Она ошибалась насчет этого молодого человека. Она считала, что он способный и мягкий, замкнутый и застенчивый. А оказалось, что он очень прост и чист в помыслах, не только сосредоточен на достижении своих целей, но и уверен в своих методах, эффективных и безжалостных. Когда дело касалось битвы, этот молодой человек придерживался такого простого поведения. Возможно, раньше он был нерешительным, клинок его уверенности мог затупиться, но, найдя дело, в которое верил, он отдавал всего себя.

— Мариэ… -сан? — спросил Сёрю.

Мариэль тоже кусала губу. Уничтожение гильдии для Альянса Полумесяца — тяжелая и рискованная задача. Проще говоря, она не могла согласиться на просьбу Сироэ.

Но он сказал, что хочет «изменить весь город». Это означало, что, если они победят, награда будет втрое выше.

Вот почему Мариэль колебалась с ответом. Наградой становилось увеличение влияния маленьких гильдий, но важен был не только стимул.

Важны еще и чувства.

— Я…

— Пожалуйста, я прошу вас оказать мне поддержку.

Впервые за все время Сироэ опустил свою голову.

— Сироэ-сама, а как же твои соратники? — вмешалась Генриетта, давая Мариэль время на раздумья. Обычно Акацки и Наоцугу не отходили от Сироэ.

— Они готовятся и собирают нужную информацию. Простите, что так поздно сообщаю. Я недавно создал гильдию. Называется она Log Horizon. Среди ее членов: Наоцугу, Акацки, Нянта и я в качестве гильд-мастера. И выполнение этой задачи — первое наше сражение как гильдии.

— Ты… создал гильдию.

— Именно. Простите, я отклонил ваше приглашение о вступлении в тот раз.

— Нет… — Мариэль, словно дитя, трясла головой. — Нет, тебе не стоит извиняться. Так вот как вышло, Сиро-бо… Поздравляю, ты создал гильдию. Сиро-бо создал гильдию и пытается построить место, которое мог бы назвать своим…

Она улыбнулась, а на глазах ее выступили капельки слез.

Сироэ, раньше избегавший гильдий, теперь создал свою собственную. Генриетта никак не могла угадать, зачем он это сделал, но она понимала причину слез Мариэль. Она, ее нежная и ласковая подруга, была счастлива за Сироэ до глубины души.

— Гильд-мастер, простите, но не могли бы мы выслушать детали? Я в них заинтересован, так как мы часто работаем в черте города. И я тоже чувствую негативную энергию, которую описал Сироэ-сан. И меня так же волнует, что город собирается навсегда измениться в худшую сторону. Когда я об этом думаю, на душе будто кошки скребут, — высказал свои мысли Сёрю.

В гильдии он был участником боевого отряда, так что понимал сложившуюся ситуацию. Он также понимал, что доставил бы Мариэль куда больше хлопот, если бы сболтнул лишнего. Однако по той сразу становилось ясно, что она металась между желанием помочь и желанием защитить свою гильдию.

Генриетта поддержала Сёрю:

— Он прав, мы должны узнать больше о том, чем мы можем помочь, прежде чем принимать решение. Сироэ-сама, не могли бы вы изложить нам свой план?

Мариэль хотела принять удар на себя, но ее подчиненные не дали ей этого, перехватив инициативу в разговоре. Подобное выставляло ее застенчивой, поэтому она решила не отставать и обратилась к Сироэ:

— Пожалуйста, объясни, Сиро-бо.

Получив одобрение, тот отвел глаза, будто собираясь с мыслями, а затем внезапно выдал такие слова:

— Мне нужны деньги. Пять миллионов золотых монет.

— Это абсурдно большое количество! — воскликнула Генриетта.

Она занималась финансами в Альянсе Полумесяца и хорошо представляла себе их денежные возможности.

В банке у Альянса Полумесяца хранилось шестьдесят тысяч монет. Продай они гильдейскую утварь, набрали бы около ста тысяч. А продав личные вещи, могли бы набрать и пятьсот. Но это по самым оптимистичным подсчетам, не факт, что получилось бы этого достичь. У Генриетты, достигнувшей 90 уровня, на счету имелось около двадцати тысяч. Если у игрока пятьдесят тысяч, он считался богачом. Принимая это все во внимание, пять миллионов казались баснословными деньгами.

— Да откуда же мы достанем столько денег? Я знаю, и так очевидно, но мы всего лишь маленькая гильдия.

— Ты… ты… хочешь их у кого-то занять?

Генриетта и Сёрю отчаянно закричали.

Если бы дело касалось сражений или создания каких-либо вещей, они готовы были бы отдать все свои силы. Но такой расклад заставлял их думать, что Сироэ просит о невыполнимом.

— Что вы думаете по этому поводу, Генриетта-сан?

— Я?

— Генриетта-сан, вы изучали бизнес в реально мире, занимались бухгалтерским учетом, я прав? Я считаю, это осуществимо, потому что люди продолжают недооценивать возможности этого мира. Все очень просто, нам нужно лишь проявить инициативу. Деньги — только начало. Нас ждут куда большие испытания на пути к решению всех проблем.

«…инициативу».

Сознание Генриетты обратило свой взор на город.

От слов Сироэ во все стороны побежала волна.

…Слишком наивно смотрим на мир, продолжаем его недооценивать.

Зачем Сироэ так сказал? Почему он сказал «недооценивать»? Ведь это мир Elder Tales. Он альтернативен реальному, но в то же время столь же знакомый.

— Не стоит углубляться в вопросы о том, как или от кого достать деньги, это все равно будет не по правилам... А правила таковы, что их и нет вовсе, мы не установили никаких строгих законов.

Со стороны такое мнение не казалось логичным, но Генриетта его поняла. Она и Сироэ, возможно, единственные в этой комнате, кто понимал. Но сказать, поняла ли она наверняка, Генриетта не могла. И тем не менее она все равно должна была дать этому мнению оценку эксперта взамен Мариэль.

То, что имел в виду Сироэ…

(Он хочет, чтобы мы придумали план по заработку денег…)

Сироэ походил на умелого адвоката, втаптывающего своих оппонентов в грязь. Другими словами, он планировал обокрасть людей, отчего у Генриетты закружилась голова.

Кража не всегда означала насильственные методы. На деле насилие или нелегальные действия даже не требовались. Несмотря на безупречную правовую систему, кражи все равно не являлись редкостью. Так уж устроен мир, Генриетта узнала об этом от отца.

Она считала, что методы, влекущие за собой возмездие, глупы, а нарушение закона неэтично. Это козырь, к которому можно прибегнуть только в патовой ситуации. Лучший вариант — обокрасть людей, при этом сделав всех счастливыми.

— …Это осуществимо, — кивнула Генриетта. — Мы можем заработать столько денег.

— А?

— М-м-м?

Генриетта, до сих пор погруженная в свои мысли, дала ответ. Она организовывала и прорабатывала детали плана.

— На деньгах ведь все не закончится? Что будет дальше?

Если ее догадка верна, у молодого человека, сидящего напротив, была ужасающая идея.

Она напоминала сжигание дома дотла только для того, чтобы избавиться от крыс, или покупку целого магазина только ради пары футболок. И она чувствовала, что Сироэ на такое способен.

Несмотря на нелепость, если это единственный способ достигнуть цели, Сироэ был готов пойти на такое.

— Заработок пяти миллионов лишь билет, гораздо более суровое испытание последует после, и это… Доброта, мечты и надежды остальных людей. Если большинство граждан Акибы плевать хотели на обстановку в городе, то мы потерпим неудачу. Но это уже никак нельзя будет изменить. Если дело обернется таким образом, я перестану ассоциировать себя с этим городом. Но я верю, что все не так, что число жителей, которым Акиба небезразлична, определенно больше, чем тех, которым плевать. Пожалуй, уже довольно поздно говорить, но я не собирался использовать спасение Серары, чтобы добиться вашего согласия. Я пришел в Альянс Полумесяца потому, что мне очень нужна помощь, и есть несколько вещей, с которыми я бы хотел попросить Мари, Генриетту-сан и Сёрю мне помочь. Я повторю еще раз: пожалуйста, окажите мне поддержку.

Сироэ низко поклонился.

Сёрю легонько кивнул головой, а Мариэль повернулась и посмотрела на Генриетту.

Сироэ не шутил, он действительно считал затею осуществимой. И он намеревался привести свой план в действие. Вот почему, когда Сёрю хотел узнать побольше, Мариэль сомневалась. Сироэ из тех, кто ради друзей мог отдать всего себя, а просить о помощи у него не получалось. Генриетта считала, что это очень благородно.

Пускай сражение против целого города Акибы казалось абсурдным, если Сироэ настроен серьезно, он мог найти шанс для победы.

Вот что подсказывал Генриетте инстинкт финансиста.

— Мариэ, мы примем любое твое решение.

— Я… Мы, Альянс Полумесяца... — Мариэль сильнее сжала кулаки и ответила как настоящий гильд-мастер: — Альянс Полумесяца готов принять участие в этой битве, Сиро-бо… Мы тоже хотим, чтобы Акиба стала более комфортным и радостным городом. Если мы продолжим и дальше так жить, то можем, в итоге, потерять что-то очень важное. Но также у нас есть и свои гильдейские проблемы, так что, если ты намереваешься забрать наши деньги и смыться, прошу, не надо… Но выхода нет, если мы продолжил игнорировать ситуацию, то сами себе этого не простим… Проблема на уровне психологии, и мы хотим с ней разобраться. Посвяти нас в стратегию, Сиро-бо. Если мы не примем участие, пока еще в состоянии, мы себе этого никогда не простим.

Примечания

1. ↑ Пшеничная лепешка, блюдо индийской национальной кухни. Основу лепешки составляет пресное пшеничное тесто. В качестве начинки могут использоваться различные добавки вроде фарша из баранины, овощей, сыра или картофеля. Из приправ и пряностей используются тмин, чеснок, кевра, изюм. Наан употребляется вместе с супами, чаем или как основное блюдо.

2. ↑ Эскапизм — стремление личности уйти от действительности в мир иллюзий, фантазий.

1

На следующий день они начали подготовку к битве, и через четыре дня все приготовления были завершены.

Множество людей сновало туда-сюда, все трудились на грани своих возможностей, и только благодаря этому произошло чудо — работу окончили в срок. Трое лидеров, разработавшие план и управлявшие этим рискованным предприятием, скромно причисляли свои заслуги остальным.

Горячо любимая и почитаемая всеми фигура, гильд-мастер Альянса Полумесяца Мариэль, сделала заявление:

— Наш бухгалтер посчитала деньги, которые мы ей доверили. Подсчёты настолько точны, что стоит Генриетте принести бухгалтерскую книгу, как черти в преисподней вместе с ангелами на небесах тут же описаются в штаны и начнут молить о пощаде.

Закончив говорить, она гордо выпятила грудь.

Бухгалтер Генриетта, видная девушка с локонами медового цвета, тут же добавила:

— Мне кажется, я достигла пределов своего управленческого потенциала. Сироэ-сама поведал нам хладнокровный и беспощадный злодейский план, способный потрясти небо и всколыхнуть землю своей абсурдностью. На самом деле имя Сироэ — всего лишь шутка, настоящее же должно звучать как Темнейший Злодей Сироэ! Не будь тут Акацки-тян, я бы тут же бросилась ему в объятия.

Из этих слов невозможно было понять, подшучивала ли Генриетта над Сироэ, восхваляла или опускала его.

Немного печальный Сироэ поправил съехавшие очки и сказал:

— Я думаю, моего злодейства едва хватило бы на то, чтобы напугать трехлетних детишек, но вот доброту Мари-нэ нельзя описать словами. Когда ее согильдийцы падают от усталости, лишь одна ее теплая и приветливая улыбка придаст им сил. Даже мертвые восстают из могил, чтобы спеть хвалебную оду Мари-нэ.

Все это он произнес с очень серьезным видом.

В результате, план, который составили эти трое, выжал все соки из Акацки, Наоцугу, Нянты и всей гильдии Альянс Полумесяца. Для игроков с низким уровнем слово «дедлайн» чуть не обрело буквальное значение. Участники кампании, уже похожие на живых мертвецов, подбадривали друг друга как могли. На следующее утро после окончания мероприятий, они собрались в том же самом зале, где обсуждали план.

В то же утро.

С наступлением лета в Акибе начало раньше рассветать. Как только потеплело, на улице появились три красочные, но немного обшарпанные сезонные лавочки. Каркас был сделан из кусочков дерева и вязанок бамбука, а поверх натянули парусину, образуя что-то наподобие шатра. Над лавкой пестрели кусочки ткани, словно флажки на ярмарке или городском празднике. Прилавком служила переделанная телега, а единственным украшением служила искусно отделанная столешница. Все три лавки немного отличались друг от друга, но над каждой развевались цветные флажки и висела яркая вывеска: «Полумесяц».

В то время лавки с едой и ресторанчики считались редкими гостями на улицах Акибы. Это легко объяснялось тем фактом, что вся еда была одинаково безвкусной. Как и в Elder Tales, в этом мире существовали NPC, которые работали в продуктовых лавках, кафе и барах. Вы могли перекусить или плотно поесть и во многих гостиницах.

Однако везде еда ничем не отличалась друг от друга. Все, начиная с самого дешевого риса с бобами и заканчивая первоклассной запеченной курицей, на вкус напоминало пресные сырые крекеры. Проглатывались они с трудом, и каждый кусочек только сильнее портил настроение.

Та же самая ситуация обстояла и с напитками — они могли быть разного цвета, но на вкус в итоге все равно оказывались самой обычной водой. Это не касалось алкоголя: вкусом он походил на напитки, но зато пьянил и обжигал горло, как настоящий.

И из-за этих причин люди перестали ходить в бары и рестораны. Конечно, находились игроки, которые могли направиться в подобные заведения в поисках отдыха. По сравнению с городской площадью там было легко найти удобные места в тени. Потребность в барах и ресторанчиках действительно существовала, но игроки ходили туда не за тем, чтобы поесть. Они просто покупали самую дешевую еду и вносили плату за пользование местом.

Многие игроки в Акибе предпочитали покупать еду у NPC или на рынке. Выбор из-за одинакового вкуса в основном определяла цена.

Высокоуровневая еда на время повышала характеристики, поэтому пользовалась популярностью у гильдий, которые ходили в рейд. Но спрос на нее был минимален, около одного процента. Подавляющее число игроков считало еду просто способом насытиться, поэтому дешевой еды вполне хватало.

В конце концов, это привело к ценовой войне.

В этом мире скорость производства продуктов была очень высокой. При помощи меню даже самые высокоуровневые блюда можно приготовить всего за 10 секунд. Если иметь достаточно сырья, то каждый час можно изготавливать 300 порций. Даже несмотря на то, что Повар как подкласс не особо пользовался популярностью, рынок наводнила дешевая еда.

Производители не заботились о качестве ингредиентов для высокоуровневой еды. Так как в этой неясной экономической ситуации низкоуровневая еда легко удовлетворяла спрос, то необходимости в другой не возникало. Но хоть пища — одна из естественных потребностей человека, цена на нее все равно продолжала падать. И пусть она входила в тройку главных статей потребления, ужасный вкус обесценил ее.

Зачем в подобной экономической ситуации открывать новую лавку с едой? Таким вопросом задавались жители Акибы, глядя на вывеску и разноцветные флажки.

Чтобы продавать еду, игроки с подклассом Повар пользовались виртуальным рынком. Помимо удобства, это также избавляло от лишних контактов продавца с покупателем.

Данный факт легко объяснялся тем, что продавцы собственноручно готовили эту «еду». Они хотели видеть на лицах своих клиентов довольные улыбки и знать, что им нравится пища, которая приготовлена для них. Но в этом мире такое было невозможно. Поэтому Повара исчезли из-за прилавков.

Однако за час до полудня, когда солнце уже стояло высоко в небе, по городу начала расползаться волна шока. Коробки с едой, возможно сделанные целой гильдией поваров, появлялись в трех лавках и источали чудесный запах жареной еды и специй. Этот аромат сводил людей с ума.

Прекрасная стройная девушка с зелеными волосами раскладывала товар и высоким голосом зазывала покупателей:

— Добро пожаловать в лавку «Полумесяц»! Дорогие покупатели, уставшие от безвкусной еды, у нас для вас есть замечательная новость! Пришло время для нормальной и здоровой человеческой пищи! Вкусно-о, очень вкусно-о! Так вкусно, что вы язык себе откусите!

Мариэль кричала так, будто от этого зависела ее жизнь.

Она была одета в форму, которую сшила для нее Гильдия Портных: белую блузку, узкую розовую юбку в полоску, ярко-оранжевый галстук-бабочку и передник с оборками. Именно так одевались работники ресторанов и фастфуда в реальном мире.

Рядом в полной готовности стояла Серара. Причем с таким выражением лица, будто готова в любую минуту отдать свою жизнь. Она тоже кричала, не жалея глотки:

— Спасибо! Спасибо, господа! Спасибо за то, что пришли!

Несмотря на волнение, она не переставала кричать и раздавать листовки.

Бургер «Полумесяц» — 15 монет; гигантский бургер «Полумесяц» — 30 монет; жареная курица (1 кус.) — 18 монет, (3 кус.) — 50 монет; рыба и чипсы (мал. порция) —10 монет, (бол. порция) — 20 монет; чай из лепестков черной розы (стакан) — 5 монет, (кувшин) — 15 монет.

На листовках красовался слоган и прейскурант. Меню очень походило на таковое из реального мира, и жители Акибы, глядя на него, предавались ностальгии. Несколько посетителей, поддавшись магии аромата и простому любопытству, вошли в шатер.

Цена в этой лавке, честно говоря, зашкаливала.

В Акибе стоимость самого дешевого номера в гостинице за ночь составляла 10 монет, а еда так вообще могла обойтись всего в 5. Получается, что в этой лавке цены были в три-шесть раз выше, и чтобы поесть в ней один раз, пришлось бы порядком раскошелиться.

Цена, конечно, была высокой, но все же не заоблачной.

В этом альтернативном мире люди не привыкли много тратить на жизненные нужды. Например, в качестве ночлега мог сойти и обычный спальный мешок, лежащий на полу номера самой убогой гостиницы.

В городе находилось много руин, в которых игрок мог укрыться от дождя и ветра, если совсем не хотелось тратить деньги. Еда на рынке продавалась за копейки, а одежда и снаряжение не нуждались в частой замене.

Конечно, на повседневные нужды можно спускать бесконечное количество денег, но если жить скромно, в день уходило всего около 15 монет. В этом мире постоянно требовалось платить за аренду помещений гильдии, а также починку оружия и доспехов. Не все игроки могли шиковать, однако возможность заработать себе на хлеб имелась всегда. И если трата тысячи монет могла считаться серьезной, то о десятке точно никто бы жалеть не стал. Руководствуясь именно такой мыслью, несколько человек из толпы решились сделать покупку.

Мариэль и Серара, приветливо улыбаясь первому гостю, проводили его внутрь шатра, торжественно вручили коробку с едой и с улыбками пропели:

— Спасибо за покупку!

Игрок вышел из лавки и развернул упаковку бургера. На его лице отразилось волнение и надежда, он медленно откусил кусочек и засиял так, будто оказался в раю.

— Это! Это! Что это?

У еды был вкус. Можно попытаться передать сей факт словами или мимикой, но для этого человека мир в одно мгновение перевернулся.

Мясо на вкус было, как мясо.

На хрустящих листьях салата остался запах и масло от стейка, к вкусу салата примешивалась кислинка помидора.

Сладкий вкус хрустящей булки, дразнящий острый запах сливочно-горчичного соуса.

Каждый оттенок вкуса освежал и волновал.

Откровенно говоря, этот бургер был далек от совершенства. В реальном мире такие продавались в любой забегаловке, и его бы точно не назвали сенсацией, но здесь, в этом мире, он являлся действительно нечто потрясающим.

Игрок, еле сдерживая слезы, жадно поедал бургер. Он проглотил его еще до того, как осознал, что ест самую вкусную еду на свете. Доев, парень даже вылизал коробку. Он абсолютно не чувствовал стыда, в противном случае он смог бы остановить слезы, текущие из его глаз.

Шокирующая новость разлетелась по всей Акибе меньше чем за час. «Полумесяц» произвел революцию, словно люди поначалу видели все лишь в черном и белом цветах, а потом внезапно прозрели. Жители Акибы внезапно вспомнили, сколько жизненной энергии они потеряли. Множество людей забыло о важности вкусной еды, перестало стремиться к какой-либо цели.

«Полумесяц» стал легендой Акибы.

2

Кабинет Мариэль больше походил на поле боя.

Диван был перевернут, напротив роскошного офисного стола стоял еще один стол для переговоров, заваленный горами бумаг. В этой куче смешались листы с подсчетами Генриетты и стратегии битв, написанные Сироэ.

После дня, наполненного яркими впечатлениями от открытия лавки, все игроки из Альянса Полумесяца вернулись в зал гильдии. К тому времени уже пробило десять вечера. Все валились с ног, чувствуя себя такими уставшими, будто целый день сражались с монстрами.

В этом альтернативном мире, как и в Elder Tales, физическая сила игрока увеличивалась вместе с прокачкой уровней, потому неудивительно, что среднеуровневые игроки Альянса Полумесяца так вымотались. По-хорошему, их следовало отблагодарить за старания. Однако Сироэ и Генриетте было не до уставших игроков — они пытались разобраться в бумагах, причем так яростно, будто за ними гнались черти.

В углу комнаты лежали созданные Сироэ чернила и бумага. Генриетта взяла кипу листов, молча написала несколько цифр, вздохнула и подняла голову:

— На сегодня вся работа сделана.

— Ты хорошо потрудилась. — Сироэ перестал писать и посмотрел на нее.

— Если хочешь отблагодарить меня за труды, подари мне Акацки-тян.

— Эм-м, подарить ее я не могу, но можешь поиграть с ней часик.

— Вау! — Генриетта запрыгала от радости, глаза ее засверкали. Сироэ отвел взгляд и взял лист с расчетами, лежащий рядом.

— Убытки оказались меньше, чем мы предполагали.

— Это потому, что клиенты идут бесконечным потоком. Стоит сказать, что мы определенно добились успеха.

— В таком случае проблема только в запасах сырья.

— Именно так.

По их расчетам объемы продаж были вполне осуществимы, однако кое-где могли возникнуть проблемы. Чтобы открыть лавки, весь «Альянс Полумесяца» трудился не покладая рук. Однако необходимость возникала не только в готовой пище, но и в поставке продуктов.

Во время подготовки к открытию лавок целая куча игроков ушла на охоту — они убивали монстров и животных в лесу и собирали лут, который с них падал. Даже в день открытия небольшая группа во главе с Наоцугу и Сёрю ушла искать ингредиенты. Но несмотря на общие усилия, с такой скоростью расхода продуктов их могло хватить всего на четыре дня.

— Сырье и правда довольно трудно добывать.

— Думаешь, стоит начать его закупать?

— Пока рано об этом говорить, сначала нужно дождаться новостей от Мари-нэ.

Сироэ и Генриетта продолжили работать, колдуя над меню. Они примеряли, стоит ли убрать какие-то позиции или наоборот добавить, повысить цену или понизить. Однако какие бы комбинации они ни придумывали, запасы еды не получилось бы растянуть больше, чем на пять дней. Для такой маленькой гильдии они не могли сделать лучше.

— Извините за беспокойство... Стоп, это же мой кабинет.

Сироэ и Генриетта, закончив работу, собрались выпить чаю, как тут в кабинет вошла Мариэль. Она находилась в прекрасном расположении духа и, как обычно, открыто и душевно улыбалась. Погладив Сироэ по голове, она сказала:

— Сиро-бо, Генриетта, спасибо за все.

Мариэль обняла Генриетту, уткнув ее лицом в мягкую упругую грудь, а та, будто ни в чем не бывало, поприветствовала подругу:

— С возвращением.

Мариэль не села за свой стол, вместо этого она предпочла занять место возле стола для переговоров. Она взяла бутылку черного чая, которую принесла с кухни, и разлила напиток по трем стаканам. В их лавке этот напиток назывался «Чай из лепестков черной розы», однако он не имел ничего общего с розой, это была лишь выдумка Генриетты.

— Ну что? Какие успехи? — спросила Мариэль, глаза которой блестели.

(В такие моменты она настоящий уроженец Осаки... Хотя, ничего страшного, мило смотрится.)

Сироэ вздыхал про себя, пока Генриетта читала отчет:

— Оборот составил 43760 монет, всего лавки посетило 1590 человек, каждый клиент в среднем потратил 38 монет. Бургер «Полумесяц» и гигантский бургер «Полумесяц» распроданы, чая из лепестков черной розы тоже не осталось.

— Вот это да! Просто круто! Эти 40 тысяч дохода, хм, получается, что это больше, чем доход нашей гильдии...

— В 40 раз.

— Правильно, в 40 раз! Мы очень неплохо наварились! Если все и дальше так продолжится, мы и глазом моргнуть не успеем, как заработаем пять миллионов!

Мариэль радостно танцевала вокруг стола. Сироэ, с трудом оторвав взгляд от ее груди, резонно заявил:

— Мари-нэ, все не так радужно.

— Разве?

— По расчетам необходимо 120 дней, а это три месяца, не так ли?

— Погоди-ка, мы же сегодня целый день извинялись перед клиентами из-за недостатка товара! Охотников на наши товары хоть отбавляй, поэтому если мы хотим продавать больше, нам просто нужно больше поставок.

Сироэ поднял руку, прерывая девушку, и заговорил:

— Скорее всего, потенциальных клиентов у нас не менее 10 000, ведь здесь, в Акибе, более 15 000 игроков. Но с учетом численности Альянса Полумесяца сложность не в этом, а в количестве магазинов и материалов.

— Правда?

Создалось впечатление, что Мариэль ни слова не поняла из речи Сироэ, потому Генриетта решила пояснить:

— Эм, ну да, работнику нужно время, чтобы продать клиенту товар, взять деньги и так далее. Допустим, на каждого требуется три минуты, тогда в час можно обслуживать 20 клиентов, за восемь часов — 160. Десять работников смогут обработать 1600 заказов. Если подключить всю гильдию, то за день мы сможем обслужить 4000 игроков. Но если считать только тех, кто будет продавать. Но нам также нужны люди, которые поставляют провизию, готовят еду, руководят. Направить всех только на продажи не получится. Поэтому наш бизнес-план прекрасно сбалансирован в плане распределения человеческих ресурсов. Данная ситуация стабильна и может длиться очень долго, в этом случае наши доходы...

Она, словно учитель, объясняющий ученикам новую тему, указала на документы:

— …должны быть примерно такими же, как сегодня. В день мы сможем обрабатывать 1000 заказов. Иными словами, сколько бы клиентов к нам ни приходило, силами только Альянса Полумесяца больше 1000 покупателей в день мы не осилим.

— Вот как... Получается, это отличный шанс заработать.

Дослушав анализ бизнес-плана, Мариэль нахмурилась, но через мгновение просияла и возразила:

— В таком случае почему бы нам не нанять больше людей? Я думаю, у нашей гильдии в Акибе самый высокий скрытый потенциал, у нас же есть чудо из чудес — лавка «Полумесяц»!

— Этого нельзя делать, — вступил в разговор Сироэ. — В людях сомневаться, конечно, дело нехорошее, но сейчас период такой. Я думаю, что кто-то из тех, кто захочет вступить, может оказаться шпионом. У нас и так дел по горло, нам будет некогда заниматься еще и этим.

— Я тоже так думаю, — кивнула Генриетта.

— Вот, значит, как... — вздохнула Мариэль.

— Мари-нэ, в конечном счете, мы начали все это не ради денег.

— Хм, и правда. Мне просто вскружили голову деньги, однако совсем без них тоже нельзя, не так ли? Если на сбор денег нужно три месяца, то мы не успеем... Может, есть другой способ? Может, у нас все-таки получится? — робко спросила она.

Генриетта с легкой улыбкой ответила:

— Не волнуйся, нормальный торговец нам гарантированно не откажет. А уж если такой идиот и найдется, то ему нужно голову отрубить, потому что она ему точно не нужна.

Сироэ горько усмехнулся, глядя на Генриетту. Все шло именно так, как он и планировал.

(Я надеюсь, что эти двое многого добьются вместе...)

Сироэ еще раз мысленно проверил план. Следующие несколько дней каждый из них троих должен провести переговоры, и от их результатов зависела судьба всего замысла.

— Итак, я оставляю всю работу по переговорам на тебя, Генриетта.

— Можешь на меня положиться, — та слегка наклонила голову и улыбнулась.

— Мари-нэ, а ты займись закупками.

— Поняла, вот только я не совсем в ладах с цифрами...

— Тебе нужно лишь договориться с другой гильдией, при обсуждении деталей я могу сопровождать тебя. Хотя, в принципе, я могу заниматься и переговорами, и поставками одновременно, это значительно сэкономит силы.

Наблюдая за тем, как Генриетта подбадривает Мариэль, Сироэ вздохнул. Генриетта оказалась намного способнее, чем он думал. Конечно, она и раньше казалась смышленой девушкой, но Сироэ не мог представить, что она настолько талантлива.

Мариэль очень добрая и великодушная девушка, но вот в земных делах ей без таких помощников, как Генриетта и Сёрю, никак не обойтись.

Сироэ вдруг вспомнил Акацки, которая была на очень важном задании в городе, Наоцугу, который хоть и устал за целый день, но упорно забивал склад продовольствием, Нянту, который готовил бургеры для завтрашнего дня в «Полумесяце».

(Они все отлично справляются, решают даже те задачи, которые порой им не по силам. Если наш план провалится, то вся ответственность должна лечь на мои плечи...)

— Сиро-бо, что случилось?

— Все в порядке.

«А достоин ли я этой команды?» — пронеслась в его голове мысль.

Однако она задержалась там не более чем на мгновение. Во имя товарищей, что ждали его, во имя того, чтобы они не обманули ожидания людей, у него была своя обязанность — быть достойным своей команды.

Как он тогда и обещал Акацки, как он тогда и поклялся перед Наоцугу, Нянтой, Мариэль и остальными.

Нет, вопрос «достоин или не достоин» сам по себе эгоистичен и бессмысленнен, сейчас имел значение только их план. Сироэ должен сыграть роль создателя идеи, которому нужна помощь других, — вот в чем действительно заключалась его обязанность.

— Я, пожалуй, закончу все приготовления. Сейчас все, что мы можем, — это готовиться. Давайте устроим грандиозный фестиваль, не раскрывая нашего главного козыря.

3

Мариэль обеспокоенно сложила пальцы вместе и в тысячный раз вздохнула. Находясь рядом со знакомыми людьми, она искрилась улыбкой и чувствовала себя уверенно, однако в незнакомой ситуации тут же терялась.

Она понимала, почему Сироэ послал ее одну.

С тех пор как она стала главой гильдии в Акибе, круг ее знакомств значительно расширился. Поэтому она лично знала человека, с которым была назначена встреча. Принимая во внимание этот факт, можно подумать, что переговоры должны пройти легко. Однако этот человек тоже являлся известной и влиятельной личностью.

Мариэль снова одернула на себе одежду. Она выбрала самые красивые вещи, но все равно чувствовала себя некомфортно. Это легко объяснялось тем, что она ни разу не проводила переговоры в игре. На самом деле таких игроков набралось бы едва пару десятков.

Одежда в Elder Tales до недавнего времени служила лишь частью экипировки, однако всегда можно было выбрать что-нибудь оригинальное. Во время выполнения квеста или рейда единственным критерием выбора экипировки являлись ее характеристики. Если не считать каких-то особенных предметов и одежды, снаряжение в Elder Tales выполнили в стиле средневекового фэнтези. Танки носили металлические доспехи, другие воины надевали кольчугу или кожаные доспехи.

Лечащие классы одевались по-разному. Допустим, игроки класса Жрец, к которому относилась и Мариэль, предпочитали носить тяжелый доспех. Он обычно состоял из кожаного обмундирования, металлических нагрудников, туники и плаща. Также где-нибудь на одежде допускалось нарисовать герб своей гильдии или же окрасить экипировку в другой цвет — иного способа выделиться не существовало.

Однако в выборе повседневной одежды никто никого не ограничивал.

Elder Tales на самом деле задумывалась как RPG в духе средневекового фэнтези, однако имел место и современный дизайн.

По умолчанию одежда принадлежала к средневековому стилю и включала в себя эксклюзивные расовые костюмы и японскую национальную одежду, но в доступе находилась и разнообразная униформа, например форма горничной. Также было много одежды, созданной под влиянием аниме-культуры.

Каждый сервер обладал абсолютной свободой в создании модов и профилей, что повлияло и на стиль одежды. Этот мир отличался от Земли, здесь царил не такой теплый и влажный климат, как в Японии. С приходом лета появилось много различной одежды — бриджи, хлопковые топики, платья в средневековом стиле, древнегреческие тоги, классические кимоно, плакированные самурайские доспехи, а также разнообразные первоклассные изделия ручной работы.

Мариэль сегодня надела белую шелковую блузку, длинную узкую юбку, а вместо пиджака накинула газовый шарф. Портной, который помогал ей с нарядом, показал большой палец, но ей все равно казалось, что она оделась неподходяще.

— Не делай такое растерянное лицо, — сказала Генриетта, глядя вперед.

Она, как обычно, перевязала свои светлые кудрявые волосы и надела черно-белое парадное платье. Мариэль невольно задумалась о том, что очень выгодно иметь свой стиль.

— Ладно...

— Не надо так беспокоиться, во время переговоров нужно держать марку. Тем более в сложной ситуации это сделать проще всего, не так ли? Если даже у нас не получится, мы всегда можем попробовать с другими. Мы не в тупике, выход есть.

Мариэль согласно кивнула.

Прежде всего сегодня предстояло договориться о поставке продуктов. Они могли продержаться на своих запасах еще день-два, однако дальше отсутствие поставок повлечет за собой последствия. Но если сегодняшние переговоры закончатся успешно, то Альянс Полумесяца сможет полностью сконцентрироваться на продаже и приготовлении пищи.

То, что будет дальше, всего лишь...

(Если еще раз подумать о будущем, мне нечего бояться. Генриетта и Сиро-бо всегда мне помогут. Мне нужно только начать, обо все остальном позаботится Сиро-бо. Так что сегодня я должна выложиться на полную.)

— Если сегодняшние переговоры закончатся успешно, дальше тебе будет только легче. Именно поэтому не раскисай и постарайся изо всех сил.

— У-у, перестань давить на меня!

Мариэль только-только перестала волноваться, как холодная насмешка Генриетты тут же подлила масла в огонь, и она снова поникла. У каждого есть сильные и слабые стороны. Мариэль поняла, что так и не научилась сохранять спокойствие в стрессовых ситуациях.

— Хай! Извините за опоздание! — крикнул игрок с выразительными глазами. Его звали Карасин. Человеческой расы, с орехового цвета глазами и волосами. Он занимал пост гильд-мастера третьей по величине производственной гильдии в Акибе под названием Восьмая Торговая Улица.

Когда закрылась дверь, Карасин тепло поприветствовал их и занял свое место. Они находились в комнате таверны в центре Акибы, за несколько монет здесь можно было спокойно поговорить без лишних ушей.

Мариэль давно знала Карасина. Они начинали вместе, когда только пришли в игру. Потом оба создали собственные гильдии и больше не могли играть вместе, однако связь между ними все еще сохранилась. Их гильдии располагались в разных местах, поэтому их связь оставалась выгодна для обоих. Именно поэтому они до сих пор так тесно общались.

— Мариэ-сан, твое выражение лица пугает меня, что стряслось?

Так как они были довольно близки друг другу, Карасин относился к Мариэль с нежностью. Но, хоть они и дружили, их гильдии слишком различались. В Альянс Полумесяца входило всего 30 человек. Эта гильдия состояла из среднеуровневых игроков с общими интересами, которые искали приключения вместе.

В свою очередь, гильдия Карасина полностью состояла из производственных подклассов, она не могла участвовать в сражениях или оказывать поддержку в исследованиях. Основным занятиями в этой гильдии являлись обмен ресурсами или большими партиями товаров и оптовая торговля. В Восьмую Торговую Улицу входило около 700 человек, по количеству участников она уступала только Океанической Системе и Фирме Родрика.

После Катастрофы сражения значительно изменились. Такие знатоки игры, как Сироэ и Наоцугу, обратили внимания на детали — от различных новых особенностей техник боя до изменений в атаках монстров. Во время исследования подавляющее количество игроков заявляли, что самым заметным изменением стал страх перед боем.

Даже если ты мог с легкостью победить низкоуровневого монстра, страх во время битвы никуда не уходил. Мечи, топоры, клыки, когти, огонь и заклинания могли настигнуть тебя в любой момент. Хотя все задним числом понимали, что их уровня для победы вполне достаточно, многие предпочитали воздерживаться от сражений из-за запаха крови.

Пусть ты в ином мире, пусть застрял здесь, пусть битвы с монстрами — единственный способ заработать деньги, если появлялась возможность уклониться от сражения, ее охотно использовали, и таких игроков находилось порядочно.

Нельзя точно сказать, сколько всего игроков здесь оказалось, но Мариэль предположила, что после Катастрофы около половины людей перестали участвовать в битвах.

Приспособившиеся производственные гильдии существенно увеличили свою мощь. Самая сильная производственная гильдия в Акибе — Океаническая Система — насчитывала 2500 человек, вторая по силе — Фирма Родрика — около 1800.

Если к этим цифрам прибавить еще количество людей в гильдии Карасина, то всего получится 5000 игроков, но и кроме них существовало огромное число мелких производственных гильдий. До Катастрофы немногие игроки специально занимались чем-то подобным, получается, что Катастрофа внесла и это изменение в жизнь Elder Tales.

— Сегодня мы хотим обратиться к Восьмой Торговой Улице с просьбой, — начала Мариэль.

— Какой просьбой?

Мариэль выглядела серьезнее, чем обычно, и Карасин оживился. Он понимал, какова цель переговоров. Мариэль успешно управляла «Полумесяцем». В глазах производственной гильдии она стала королевой пищевой промышленности — люди, один раз увидевшие полноцветный мир, больше не хотели видеть монохромный, один раз попробовавшие нормальную еду, больше не могли жевать безвкусные крекеры. Мариэль также узнала из докладов, что продажи обычной еды за эти несколько дней резко упали.

Elder Tales больше не была игрой. Вне зависимости от того, найдут ли они когда-нибудь способ вернуться в реальность или нет, сейчас этого способа не существовало. Этот мир такой же реальный для них, как и земной, пусть даже здесь не представлялось возможным умереть. Сбежать отсюда нельзя. Только на японском сервере без права вырваться оказалось 30000 игроков.

Пусть это будет преувеличением, но все же можно сказать, что в этом дальневосточном регионе Альянс Полумесяца, а значит и Мариэль, захватил пищевую индустрию. По меньшей мере, так казалось Карасину.

(Вау, Карасин — бизнесмен до мозга костей, возглавлять такую огромную гильдию дело и правда непростое).

Несмотря на напряженную атмосферу вокруг, Карасин оставался рассудительным. Именно это Мариэль в нем и нравилось.

И если бы Генриетта не сообщила ей, что в каждых переговорах они захватывают лидерство и им нужно вести себя по-деловому, то Мариэль кинулась бы ему на шею.

— Мы хотим предложить вам стать нашими поставщиками. Запасы продуктов в нашей гильдии заканчиваются очень быстро, поэтому мы хотим наладить поставки извне. В частности, нам нужно: мясо молодого оленя, салат-латук, помидоры, мука, картофель, солнечная рыба и мясо глухаря. Количество и цена договорные, однако вы можете определять количество поставляемого заранее.

— Закупки, значит... — коротко ответил Карасин.

Он предполагал, что такая ситуация в скором времени произойдет. Альянс Полумесяца — гильдия маленькая, и все остальные понимали: для того чтобы непрерывно руководить торговлей в таких больших масштабах, нужны запасы, в противном случае все это предприятие могло рассыпаться, как карточный домик.

Количество человек в гильдии Карасина, объем сырья, который они могли добыть, размеры их складских помещений... Подсчитав все это, можно было обращаться с подобным предложением. И Мариэль, и Карасин, только что узнавший обо всем, понимали это.

— Что с ценой и объемами?

Мариэль, вместо ответа на вопрос, достала лист бумаги с расчетами.

— Вот так...

Карасин медленно дышал и, казалось, глубоко ушел в свои мысли. Возможно, он колебался, стоит ли принимать предложение.

Честно говоря, это был очень даже прибыльный бизнес, склады такой огромной гильдии, как Восьмая Торговая Улица, могли запасать колоссальное количество продуктов. Принимая во внимание недавнюю ценовую войну, возможность избавиться от запасов, продав их по очень выгодной цене, — чуть ли не подарок судьбы.

Имея нужные связи, можно закупать дорожающие продукты по низкой цене и перепродавать их Альянсу Полумесяца. Противоположная сторона не могла отказаться от сделки с точки зрения выгоды.

К такому умозаключению пришли Мариэль и Генриетта.

Однако это не означало, что вторая сторона легко согласится. Мариэль вспомнила, как Генриетта ей говорила: «Сейчас мы в центре внимания, и никто безоговорочно не примет наши условия, из нас будут пытаться вытянуть как можно больше прибыли».

После пары мгновений молчания Карасин открыто улыбнулся. Он спросил:

— Это ингредиенты, нужные «Полумесяцу»?

Мариэль со слабой улыбкой ответила:

— Да.

— Кажется, дела у «Полумесяца» идут в гору.

— Благодаря нашим работникам все наслаждаются едой, а наш Повар просто счастлив готовить для людей.

— Это и есть ваш новый рецепт?

— У нас просто очень хороший Повар, — с улыбкой ответила Мариэль Карасину, который все пытался что-то выведать.

Поначалу ее улыбка сияла красотой, как подсолнух, и со стороны можно было с уверенностью сказать, что она делала это искренне, однако на самом деле силы Мариэль заканчивались.

Реакция на последний вопрос выдала ее с головой, и ее бросило в холодный пот.

Однако Сироэ когда-то говорил: «Мариэль, что бы ни случилось, улыбайся и будь приветлива. Улыбайся, и кто-нибудь тебе обязательно поможет».

Поэтому она улыбалась так, будто завтра уже не сможет, будто продавала улыбки за бесценок. Уголки ее изумрудных глаз слегка опустились, улыбка могла растопить любой лед. Все это вкупе с пышной грудью и женственностью Мариэль могло легко заставить кого угодно забыть о дальнейших расспросах. Однако она даже не подозревала об этом.

— Что ж, я внимательно изучу предложение. Но для того чтобы расширить возможности торговли, Восьмая Торговая Улица и Альянс Полумесяца должны воспользоваться этим случаем, чтобы...

— Карасин-сан, извините, время на исходе, — громко заявила Генриетта, будто специально перебивая его.

— Время?

— Да, потом у нас встреча с другими гильдиями, — спокойно ответила она. Мариэль стало стыдно, и она закрыла лицо руками.

— Карасин, извини, я дала тебе небольшое преимущество в знак нашей старой дружбы, однако Генриетта говорит, что нужно оставаться беспристрастной в таких делах.

— Мариэ-сан, что это значит?

— М-м...

Мариэль взглянула на Генриетту, которая не выглядела так, будто шутила. Мариэль не могла ее понять, когда дело касалось денег.

— Мы хотим переговорить с Океанической Системой и Фирмой Родрика и обсудить с ними кое-что еще.

— Кое-что еще?

— Да, речь идет об инвестициях. Мы хотим выдвинуть вопрос о покупке франшизы «Полумесяца».

— Ох! — Карасин переменился в лице.

Восьмая Торговая Улица занимала третье место в списке производственных гильдий, но Океаническая Система и Фирма Родрика намного превосходили ее по размеру. Только одна Океаническая Система в три раза больше Восьмой Торговой Улицы, и если такая крупная гильдия вступила бы в переговоры, то Карасина попросту перестали бы спрашивать.

— Мы хотим жить со всеми в мире и согласии. Восьмая Торговая Улица позаботится о нас? Плюс ко всему мы с тобой старые друзья, и поэтому я хочу, чтобы Восьмая Торговая Улица присоединилась к нам... Однако Генриетта говорит, что сначала нужно решить вопрос с поставками.

— Мариэ, вместо того чтобы говорить о решении, нужно поговорить об обеспечении метода поставки, а потом уже решать дальше. — Генриетта, выслушав Мариэль, рассердилась на нее и стала обращаться с ней, как с маленьким и глупым ребенком.

— Подождите, Мариэ, Генриетта-сан, какой курс у Альянса Полумесяца? Что значит «инвестиции»?

Едва Мариэль открыла рот, чтобы ответить, как Генриетта деликатно приложила палец к ее губам и повернулась к Карасину.

— По мнению Восьмой Торговой Улицы, сколько стоит эта информация? — Она загадочно посмотрела на него. Как ни крути, а эта сделка не принесла бы им ничего, кроме выгоды. Карасин прищурился и, приняв окончательное решение, объявил:

— Восьмая Торговая Улица согласна принять полномочия, которые вы нам передаете. Поставки включают в себя мясо молодого оленя, салат-латук, помидоры, мука, картофель, солнечная рыба и мясо глухаря, каждая позиция — 3200 порций. Доставка будет осуществлена послезавтра утром, цена — 50 000 монет.

— 40.

— По рукам. Восьмая Торговая Улица в лице Карасина принимает эти условия.

— Замечательно. Карасин согласен? Согласен! Теперь мы тоже можем пригласить его на встречу с гильдиями, да?

— Конечно.

Генриетта кивнула головой, и в ту же секунду зазвенел колокольчик, возвещающий о том, что пришли новые гости.

4

— Невероятно, кого я вижу! Неужели это две прекрасные девушки и юный гильд-мастер Восьмой Торговой Улицы?

— Хм.

Вошли гильд-мастер Океанической Системы Мититака и Родрик, глава Фирмы Родрика.

— Мы же раньше не встречались! Я Мариэль, гильд-мастер Альянса Полумесяца, это мой заместитель — Генриетта.

— Погоди, пожалуйста, не называй меня так, эта должность устарела. Я Генриетта, глава финансового отдела.

Двое вошедших поочередно поздоровались с остальными.

Мариэль в реальном мире была тихой домохозяйкой, Генриетта же окончила экономический факультет и работала в офисе, также многое она почерпнула у своего отца, в конечном итоге став отличным работником. Хоть они и не знали, как проводить подобные переговоры, обе девушки изо всех сил старались держать лицо.

— Я Мититака, гильд-мастер Океанической Системы.

Крепкий улыбчивый мужчина, он больше походил на воина, нежели на торговца. Крепкие и широкие руки покрывали следы от ожогов — вероятно, потому что он был Кузнецом.

— Я Родрик из Фирмы Родрика, глава производственной гильдии.

Второй человек, представившийся как Родрик, был молодым парнем, похожим на ученого. Согласно разведданным, он выбрал подкласс Аптекарь.

— Да, точно-точно. Много о вас слышала! Вы оба очень известны! — с широкой улыбкой воскликнула Мариэль.

Генриетте показалось, что у Мариэль будто камень с души упал. Ранее на собрании Сироэ наказал ей договориться с Восьмой Торговой Улицей о поставках продуктов. И так как задачу она свою выполнила, могла уже расслабиться.

Настал черед Генриетты, ей предстояло справиться с самой важной частью переговоров.

(Иными словами, это — моя битва).

Генриетта улыбнулась, в ее умных глазах блеснула искорка. Перед ней стояли лидеры двух самых крупных производственных гильдий в Акибе. В другой ситуации они бы даже и не заметили Альянс Полумесяца, и Генриетта не посмела бы говорить с такими серьезными людьми.

Только вот она и ее союзники всю последнюю неделю готовились к этому событию. Все охотились, собирали материалы, торговали под палящим солнцем лишь для того, чтобы настал этот самый момент.

Данный шаг, как и предыдущий, и более ранний — все это делала не Генриетта, а ее товарищи.

(Если я сейчас спасую, мне будет стыдно смотреть им в глаза. Тем более это темный план Сироэ-сама... Если не получится сейчас, то других шансов может и не настать. Ха-ха, пришло время и мне сыграть свою роль.)

Сама она считала себя второсортным игроком, так как ни разу не брала сложные квесты и не участвовала в крупных рейдах. Именно поэтому она никак не ожидала, что окажется в эпицентре крупнейшей кампании в новом мире.

Моя сила может стать силой моих союзников.

Я должна выложиться на все 100%.

Когда она это поняла, ее сердце наполнилось решимостью.

— Эм-м, мы тоже тебя знаем, ты же владелица «Полумесяца»? За несколько дней ты стала местной знаменитостью. Я тоже пробовал твою еду, правда всего один раз, — улыбнувшись, сказал Мититака.

Мариэль была все так же мила, казалось, она вовсе не волновалась.

— Ну что ж, с какой целью мы, крупнейшие производственные гильдии, собрались здесь? А, Мариэль-сан из Альянса Полумесяца? — спросил Родрик, глядя на Карасина. Его также интересовало, почему тот оказался тут раньше них.

— Эм… Целью? Ах, да, точно, целью. Эм…

— Сперва позвольте объяснить, для чего мы пригласили Восьмую Торговую Улицу. — Генриетта, отсчитав вдохи, приступила к объяснению.

Она говорила медленно, четко, тщательно выбирая слова и завораживая слушателей своим голосом.

— Мы заключили с ней договор о поставках продуктов.

Эти слова заставили добродушного Мититаку и рассудительного Родрика напрячься. Они внезапно поняли, к чему может привести такой расклад вещей.

В Восьмой Торговой Улице» состояло 700 человек. В Океанической Системе — 2500, в Фирме Родрика — 1800. Пусть все участники разного уровня и у каждого свои обязанности, вместе гильдия представляла огромную мощную машину. Но если Альянс Полумесяца будет работать вместе с Восьмой Торговой Улицей, то это склонит баланс в их сторону.

«Полумесяц» произвел революцию в сфере питания.

Но из-за малых размеров гильдии они не могли предоставлять нужное количество еды. Число игроков в Акибе уже перевалило за 15 000, и какая-то 1000 порций в день явно не могла удовлетворить спрос. Однако если соединить эту маленькую гильдию с Восьмой Торговой Улицей, в которой 700 человек, то задача тут же становится осуществимой, плюс ко всему прибыль выросла бы в десятки раз.

Ведь речь шла о еде.

В отличие от одежды, мебели, оружия, украшений или экипировки, еда требовалась игрокам каждый день. Есть нужно всем, и даже если цена низкая, объем продаж мог достигнуть астрономических сумм. Раз уж спрос был высоким, то и объем продаж мог оставаться на том же уровне, и Восьмая Торговая Улица, захватившая нишу поставок продуктов, рано или поздно начала бы привлекать в свои ряды все больше и больше людей. Рано или поздно наступил бы тот день, когда рынок оказался бы во власти этой гильдии. Это было ясно как день.

Генриетта в два счета сообразила, о чем думают Мититака и Родрик. Еда в данной ситуации — оружие, и оно легко могло уничтожить остальные производственные гильдии.

— Значит, вы сотрудничаете с Восьмой Торговой Улицей? — поинтересовался Мититака.

Он был откровенен с людьми, и если в реальном мире это не лучшая стратегия, то в мире игры многие гильдии возглавляли именно такие люди.

— Нет, иначе нас бы не пригласили. У сегодняшнего собрания другая повестка дня, не так ли? — тихо высказался худощавый парень в очках, Родрик.

Генриетте он чем-то напомнил Сироэ, только более меланхоличным. Ее друг был умен и коварен, но этот молодой человек вполне мог с ним потягаться.

Она раньше считала своего товарища замкнутым и неуверенным в себе, как Родрик, и поэтому теперь видела, насколько разительно они отличались друг от друга.

— Да, как вы и сказали, у собрания есть еще одна важная цель. Я надеюсь, что Океаническая Система, Фирма Родрика и Восьмая Торговая Улица внимательно нас выслушают. — Генриетта слегка наклонила голову в знак уважения.

Переговоры — процесс поиска компромиссов.

Если придерживаться этого тезиса, то Генриетта сейчас находилась в опасном положении.

Тема беседы уже была объявлена, и если бы она не стала делиться информацией, переговоры зашли бы в тупик. Однако сообщать детали означало раскрыть карты.

У Генриетты было преимущество — «Полумесяц» огромный, выгодный кусок, от которого хотелось откусить всем.

Вдобавок...

(Если мы перехватим инициативу в переговорах, то в наших руках окажется право решающего голоса.)

Она будто играла в шахматы, отделяя информацию, которую нужно говорить, от той, которой делиться не стоило.

Сироэ, отправляя Генриетту на эту встречу, поставил перед ней одно условие — не лгать. Прощупывая противника, Генриетта оставалась без свободы действий и поэтому, тщательно все обдумав, решила подчиниться этому условию, однако кое-что все же оставила при себе.

(Сироэ-сама и правда может заставить человека пойти против себя самого... Если у меня не получится украсть у него Акацки-тян, то все напрасно. Ах, Акацки-тян, твои черные волосы прекрасны, будто кукольные...)

От этой маниакальной мысли щеки Генриетты запылали. Мариэль дважды кашлянула, возвращая ее с небес на землю.

— Эм-м, извините, к делу. Альянс Полумесяца сейчас готовится начать одну кампанию, вы также можете назвать ее испытанием. Но наша гильдия, к сожалению, не справится одна, поэтому мы бы хотели пригласить вас поучаствовать.

— Хм, квест?

На вопрос Родрика Генриетта не ответила ни да, ни нет, она лишь опустила голову и улыбнулась так, что губы ее изогнулись полумесяцем.

(Кажется, он ошибается...)

В Elder Tales квест — один из типов ивентов. Квесты давали NPC, и они обычно вели к цепочке других событий и приключений с различной тематикой.

К примеру, встретив старика в деревне, ты получал квест. Нужно пойти в лес на поиски его дочери, очистить пещеры от гоблинов, отправиться на болота за жалом львиного скорпиона. В квестах можно найти любое задание, какое только в силах представить.

Elder Tales не походила на обычную однопользовательскую RPG, здесь отсутствовала основная сюжетная линия и квесты, связанные с ней. Игроки могли свободно выбирать квесты, любой из десятков, а то и сотен тысяч, и в игре существовало огромное количество заданий, которые никто никогда не выполнял.

Как и квест, награда могла быть абсолютно любой — например, опыт, предметы, монеты, магические свитки, особые привилегии. Более редкой наградой являлась возможность получить особый навык или рецепт на уникальные предметы.

Родрик подумал, что под испытанием Генриетта имела в виду квест, тогда «кампания», по его мнению, могла оказаться квестом, который невозможно выполнить в одиночку. Чтобы выполнить такое задание, могла понадобиться небольшая группа людей, а может, и целая фракция.

В данный момент они вели переговоры о том, как готовить вкусную еду и превращать ее в деньги. Однако метод Генриетты больше походил на только что выдуманную идею или же чудо.

Главы производственных гильдий обладали хорошей интуицией. Если бы с одной стороны произошла утечка информации, то другая сторона, даже не зная всей сути вопроса целиком, смогла бы догадаться о нужной технике. Поэтому рано или поздно настал бы тот день, когда кто-то другой догадался бы о «чуде».

Тщательно все обдумав, Генриетта решила сыграть на их сомнениях и конкурентной среде в городе, в итоге навязав свое мнение.

Она не собиралась лгать, но и правду говорить не стала бы. В этом и состоял коварный план Генриетты.

— Итак, Мариэ, какая поддержка вам нужна?

Генриетта предполагала, что Карасин задаст такой вопрос, и он был ей очень на руку. Она не спешила отвечать, внимательно глядя в глаза трем гильд-мастерам.

При переговорах важно уметь намекнуть клиенту, что предложение может ускользнуть из его рук в любое время.

Генриетта знала, что ее дорогая Мариэль до сих пор сверкает своей солнечной улыбкой, словно подсолнух, а трое молодых людей попеременно смотрят то на нее, то на саму Генриетту.

(Все-таки Мариэ безумно красивая. Не будь она такой высокой, была бы полностью в моем вкусе. Хочу забрать домой и сделать своей подушкой для обнимашек! А, Карасин-сан покраснел, Мариэ ему и впрямь нравится. Такая невинная...)

В действительности трое мужчин смотрели то на солнечную Мариэль, то на Генриетту, подобную луне. Но Генриетта не осознавала силу собственного обаяния.

Сформулировав все, что нужно сказать, она приступила к объяснениям:

— Прежде чем просить вас о поддержке, я бы хотела объяснить нашу систему. Если мы не расскажем о ресурсах, которые у нас есть, то вы можете нам не поверить. Эту кампанию возглавляет сам Сироэ-сама.

Генриетта решила рискнуть.

Сироэ не давал распоряжений об этом, Мариэль тоже не разрешала сообщать эту информацию. Генриетта не знала, имело ли его имя вес в игре или нет. Она лишь знала, что он очень старый и опытный игрок в Elder Tales, который знаком со многими удивительными людьми. Но она не знала, почему Сироэ так близок с Альянсом Полумесяца и почему не вступал в гильдии.

Генриетта в разговорах с ним поняла, что он необычный игрок, однако так ли это на самом деле? Она слышала от Серары о грифонах и насколько понимала, простые старые игроки не могли обладать настолько сильными маунтами.

— Операцией руководит «Злодей в очках»? — тихо проговорил Мититака.

— Наоцугу-сама — наш танк, Акацки — ДД, Нянта-сама, Мариэль и я входим в отряд поддержки. Кроме того, нам помогают люди из Альянса Полумесяца. — Генриетта затихла, с интересом наблюдая за реакцией Мититаки.

И тот среагировал на имя Сироэ и других участников кампании. Он подавил свои эмоции, чтобы никто не заметил, что он как-то изменился в лице, но все-таки он среагировал.

(С влиянием Сироэ-сама у нас гораздо больше шансов на успех).

Имя Сироэ действительно было значимым.

— Вышеперечисленные игроки — ключевые в нашей операции, но мы все ещё страдаем от нехватки ресурсов, поэтому просим у вас поддержки. В основном финансовой. Сейчас нам необходимо пять миллионов монет.

Все трое одновременно удивленно вздохнули.

Это была просто огромная сумма денег.

В игре существовали квесты, которые требовали денежных вложений. Например, для взяток в процессе прохождения или для оплаты обучения чему-нибудь. Некоторые задания требовали определенных предметов, которые необходимо купить на рынке. Из всех квестов примерно 40 процентов требовали расходов.

Однако сумма в пять миллионов была чрезмерно огромной, квест для одного человека никогда бы не потребовал таких больших денег. Хотя, с другой стороны, это мог быть легендарный квест. Или же он охватывал много областей, и тогда такая сумма уже не казалась столь огромной.

Если никто раньше не слышал о таком квесте, не означало ли это, что он новый? Если это новый квест, то его могли добавить в обновлении «Novasphere Pioneers». Никто про данное обновление ничего не знал, кроме того что максимальный уровень поднялся выше 90, потому, возможно, новые квесты и были рассчитаны под такие уровни.

Вероятно, квест относился к масштабным с длинной многоуровневой историей. Если так, то после каждого чекпоинта можно получить гарантированную награду. Это делалось для того, чтобы игроки не теряли интерес к длинным и сложным заданиям.

Трое молодых людей подумали, что так, пожалуй, и обстояло дело.

Люди по своей природе хотели верить информации, которую получают. Так говорил Генриетте ее отец, биржевой маклер. Именно поэтому мужчины так легко поверили в новый масштабный квест.

Генриетта попросила Мариэль принести товары. Она подала черный чай и пудинг с заварным кремом.

— Пожалуйста, угощайтесь! Это новый продукт, очень вкусная сладость. Приготовлена из яиц птицы Рух!

Мариэль с приветливой улыбкой обслужила всех гостей, которых ошеломил прекрасный вкус пудинга и ее речи. Птица Рух — высокоуровневый монстр 85 уровня и выше, а что насчет яиц... Использовать их мог только тот, у кого уровень превосходил 90, что означало, что в Альянсе Полумесяца имелся такой игрок, у которого к тому же был и секретный рецепт приготовления столь редкого ингредиента.

— Конечно же, мы не просим о безвозмездном спонсорстве. После окончания кампании мы расскажем вам все в мельчайших подробностях. Также сейчас мы поделимся способом приготовления еды, и все рецепты, как уже имеющиеся, так и найденные в ходе нашей кампании, мы передадим вам с помощью навыка нашего Писаря.

С точки зрения Мариэль и Генриетты, эту кампанию устроили во имя стабилизации обстановки в Акибе, а также с целью организации самоуправления. Но они еще не знали методов выполнения этих задач.

Сироэ ничего пока внятно не объяснил.

Но в этой ситуации не нужно знать подробностей. Если бы план сработал, то все мгновенно встало бы на свои места. Сироэ утверждал, что общественный порядок не мог поддерживаться системой, в основе которой лежало засекреченное изобретение, поэтому открытая информация никак не могла навредить их кампании. А после ее окончания информация потеряла бы цену.

Однако если Альянс Полумесяца собрался бы взяться за этот неизвестный квест с длинным сюжетом, то для производственных гильдий такая информация, как место начала, условия выполнения, решения загадок, осталась бы в большом секрете. Без доступа к интернету поиски такого квеста заняли бы огромное количество времени, возможно даже годы.

Однако и это еще не все — когда Генриетта сказала «Мы поделимся способом приготовления еды и всеми рецептами, как уже имеющимися, так и найденными в ходе нашей кампании», это означало, что существовала еще какая-то награда в виде рецепта. Судя по успешной деятельности «Полумесяца», это несомненно был какой-то революционный рецепт. Плюс ко всему то, что его могли использовать только Повара, делало его более ценным.

Гильд-мастеры начали верить сказке, которую сами же и сочинили.

Генриетта нисколько не сомневалась, что справилась с самой сложной частью переговоров.

Ее условия были настолько нереальными, что им невозможно не поверить. Но если бы мужчины все же ей отказали, то получалось бы, что они сомневались в правдивости данной истории. Однако те с удовольствием купились на версию о неизвестном квесте, которую сами себе и выдумали.

(Пора бросать им спасательные жилеты...)

— Мы уже вложили все силы и деньги, включая сбережения и доходы от «Полумесяца». В сумме у нас получилось полмиллиона монет, нужно еще четыре с половиной миллиона. Мы предположили, что если обратимся за помощью только к одной из гильдий, то нарушим экономический баланс в городе, и поэтому решили попросить у каждой гильдии по полтора миллиона. Как вы на это смотрите?

Первоначальная сумма одним махом уменьшилась на треть.

В нынешнем мире у игроков 90 уровня при себе было примерно от десяти до пятидесяти тысяч монет. По приблизительным расчетам достаточно попросить в долг у ста человек, чтобы собрать сумму в четыре с половиной миллиона.

Если бы только самая большая гильдия из всех трех, Океаническая Система, собрала деньги со всех своих участников, то каждому пришлось бы отдать всего по 600 монет, а столько стоил средний доспех.

Такие несложные подсчеты вселили в гильд-мастеров больше уверенности.

— Фирма Родрика согласна участвовать в вашем плане.

— Восьмая Торговая Улица тоже согласна.

— Понятно, Океаническая Система тоже окажет вам финансовую поддержку. Но мы бы могли стать вашими эксклюзивными спонсорами, если хотите.

— Так не пойдет... Намереваетесь стать монополистами?

Мужчины начали спорить, и Мариэль поспешила их успокоить:

— Перестаньте! Ради меня, пожалуйста, сотрудничайте!

Мариэль, сиявшая улыбкой с самого начала переговоров, поразила гильд-мастеров своими словами, и они подчинились. К тому же балом все еще правил Альянс Полумесяца.

— Тогда назначим время выплат через четыре дня.

— Договорились. Что с рецептами взамен?

— Время передачи рецептов зависит от скорости работы нашего Писаря. Однако мы обещаем отдать их в день выплат, самое позднее — на следующий день. Работой займется сам Сироэ-сама, так что вам не о чем переживать.

Попрощавшись, трое мужчин покинули кабинет для приватных встреч. Как только за ними закрылась дверь, Мариэль и Генриетта обессиленно развалились. Генриетта все это время держала марку и контролировала ход переговоров, однако давление, которое она почувствовала, было гораздо выше того, что она ожидала.

Хотя собрание длилось недолго, девушки были морально истощены, настолько, что даже не могли ровно сидеть, поэтому они тут же рухнули грудью на стол.

— Генриетта... Извини... — виновато пролепетала изможденная Мариэль.

— Что такое, Мариэ? — Обычно величавый тон Генриетты стал немного ленивым.

— Поначалу я тоже хотела помочь в переговорах, но не смогла, это все так сложно-о.

Мариэль чувствовала себя неловко и бубнила себе под нос, и хоть Генриетта до смерти устала, она не смогла сдержать смеха.

— Мариэ, о чем ты говоришь? Если бы не твоя улыбка, мы бы не завершили переговоры так, как рассчитывали.

Генриетта в благодарность искренне обняла улыбающуюся Мариэль, ведь если бы не ее солнечная улыбка, напоминающая цветы подсолнуха, такие опытные бизнесмены сражались бы за свои деньги, как звери. А в итоге девушки с легкостью заполучили пять миллионов на военные цели.

5

Этой ночью серебристая луна ярко озаряла небосвод.

Дневная жара сменилась сухим теплым ветром, который сдул танцующих светлячков с заброшенной железнодорожной станции. Она находилась на эстакаде, и с нее открывался вид на огромную залитую бетоном площадку — главную площадь Акибы.

В реальном мире здесь располагалась железнодорожная платформа вокзала Акибы.

Опоры и пути совсем проржавели, покрылись неизвестными сорняками и мхом. Железнодорожную станцию с обеих сторон зажимали здания, испещренные трещинами, будто после катастрофы. Местами верхушки построек осыпались, приняв форму шпилей.

В лунном свете их тени походили на наконечники копий, которые, смешиваясь с зеленью и бетоном, вонзались в железнодорожную станцию. Два высоких силуэта довершали пейзаж.

Это были Сироэ и Нянта.

— Слегка ветрено, ня.

— Ага.

Сироэ поднес руку ко лбу и посмотрел на яркую луну. Дунул ветер, и челка закрыла ему глаза. Он сощурился за очками и медленно сказал:

— Скоро за полночь... До прибытия Содзиро есть еще немного времени. Шеф Нянта, не хочешь присесть?

— Нет-нет-нет, спасибо за заботу, я хоть и старик, но пока не такой немощный, ня.

— Я совсем не считаю тебя стариком, — пожал плечами Сироэ.

— Сироэ-чи не хочет видеть Содзиро, ня?

— А, э-э... — Сироэ слегка замялся: — Не то чтобы не хочу, просто мне немного стыдно. Когда Содзиро создал гильдию, он пригласил меня, и сейчас я чувствую себя неловко.

— Вот как.

— Он не приглашал тебя, Шеф Нянта?

— В то время я редко появлялся в сети, поэтому не помню, чтобы он меня приглашал, ня.

— Понятно...

Они ожидали Сёту Содзиро, старого друга Нянты, Сироэ и Наоцугу. Он был Самураем по прозвищу «Гений клинка», а также одним из восьми участников Чайных Дебоширов, застрявших в этом мире.

Содзиро в каком-то смысле больше всех подвергся влиянию Чайных Дебоширов: он не только серьезно и тщательно выполнял свои обязанности, но и отличался порядочностью. При роспуске Чайных Дебоширов именно Содзиро больше всего не желал расставаться с остальными.

Самураи прекрасно управлялись с любым оружием, но истинными мастерами они становились при работе с мечами. Однако в игре существовало много орудий подобного типа, например, такие традиционные японские мечи, как тати, кодати, или вакидзаси, которые носили в паре с другим оружием. Сюда же входил и канонический меч Самураев — катана. В Elder Tales свирепых самураев, которые сосредотачивались на силе и наносимом уроне, называли «тати», а тех, которые придавали значение технике и скорости, — «катана».

Соджиро был мастером-«катаной».

Его движения были не только стремительны, но и изящно скрыты от посторонних глаз. Даже если кто-то пристально наблюдал за ним, то все равно едва мог уловить их. Он легко мог расправиться с великаном, который одним движением ломал огромные деревья. Броня песчаных червей, способная выстоять против ударов молота войны, не выдерживала в бою с ним.

Содзиро всегда смущенно улыбался, бормоча под нос: «Старшее поколение — вот ключ к успеху».

Когда Наоцугу перестал появляться в игре, многие из его товарищей по личным причинам тоже покинули Elder Tales. Говорят, что Шеф Нянта тоже удалился на временный отдых и редко заходил в сеть.

В итоге вышло так, что Содзиро остался практически один. Он создал свою гильдию, заявив: «Не хочу, чтобы существование Чайных Дебоширов было напрасным».

Разумеется, он пригласил в нее и своих бывших товарищей, потому что Чайные Дебоширы были только названием группы, и многие ее участники не состояли в гильдиях. Кто-то согласился, кто-то отказался. Одним из отказавших был и Сироэ.

— Я думаю, не стоит стыдиться, ня. В конце концов, у людей есть свой путь, по которому они хотят идти, ня. Содзиро уж точно не стал бы за это злиться на тебя, ня.

— Ты прав, и все же... — возразил Сироэ.

Он думал не об отказе от приглашения вступить в гильдию своего товарища, а о причине такого выбора.

Сироэ считал, что он отказался не от просьбы Содзиро, а от обязательств, которые сковали бы его после вступления.

Однако он помог Альянсу Полумесяца вернуть Серару домой и переживал за то, что в Акибе некому следить за порядком. Именно для того, чтобы изменить нынешнюю ситуацию, он и пригласил к содействию Содзиро, лидера гильдии Бригада Западного Ветра.

Сироэ менялся с течением времени.

Тогда он был помешан на чистоте и считал гильдии с их сложными взаимоотношениями мерзкими, но теперь он изменился. Только Сироэ не мог выразить словами, как именно он изменился, и тем более объяснить это Содзиро.

Тот же, после ухода из Чайных Дебоширов создавший Бригаду Западного Ветра, возможно, смог бы понять это лучше, чем сам Сироэ.

Бригада Западного Ветра.

Небольшая, но очень влиятельная в Акибе гильдия. Заявленное число участников превышало 120, но на самом деле в гильдии состояло всего около 60 игроков. С таким количеством людей они вставали на одну ступень с ДДД, Рыцарями Черного Меча и Честностью. Несмотря на малочисленность состава гильдии, они участвовали в «Радамантском троне», «Девяти тюрьмах героев» и других известных рейдах и постоянно боролись за первенство с большими гильдиями.

Игроки в этой гильдии блистали результатами ярче, чем участники более крупных и богатых.

— Не нужно так волноваться, ня. Раз уж выбрал путь, иди по нему с гордо поднятой головой. Сейчас Сироэ-чи хозяин и наших судеб, ня.

Этими словами Нянта изменил мнение Сироэ, и тот понял, что все именно так, как и говорил Шеф. Как Содзиро создал место, которое мог назвать своим домом, так и Сироэ решил построить новое пристанище, и сейчас он не мог поддаваться хандре.

— Доброй ночи, Сиро-сэмпай, учитель Нянта, давно не виделись.

Приближающаяся к ним фигура начала здороваться задолго до того, как оказалась возле них. По-детски невинное выражение чувств Содзиро заставило Сироэ вспомнить, что тот младше него самого и что они не пересекались уже около года.

— Содзиро, давно не виделись.

— Давно не виделись, ня. Как поживаешь, Содзи-чи, ня?

Содзиро наклонил голову, смущаясь такого теплого приветствия.

Когда они смотрели друг на друга и улыбались, им казалось, что они вернулись в прошлое.

Содзиро пробежал мимо станции сквозь бесчисленные ряды лиан. Светлячки, изящно танцуя в воздухе, разлетелись в разные стороны.

Он носил хакаму, заткнув за пояс два меча, как патриот Бакумацу. Разумеется, если бы он собирался вступать в бой, то надел бы доспехи, но в городе хватало и такого обмундирования.

— Слышал, что ты основал гильдию, ня. Как обстоят с ней дела, ня?

— Да, все шло хорошо, а потом наступила Катастрофа. — Соджиро пожал плечами.

Сироэ почувствовал что-то в его голосе.

Поразмыслив, он пришел к выводу, что Наоцугу, Нянта, Содзиро и он сам упали духом не из-за Катастрофы. Какие бы неприятности ни случались, они всегда сохраняли в себе дух путешественников и исследователей. Возможно, корнем проблемы послужил распад Чайных Дебоширов.

— Назуна-чи и Саки-одзё все еще с тобой, ня?

— Назуна да, Саки тоже состоит в моей гильдии, но во время Катастрофы она была оффлайн.

Те, о ком спрашивал Нянта, тоже когда-то состояли в Чайных Дебоширах и исполняли роль хилеров, причем высококлассных. Сироэ внезапно вспомнил о второй причине, по которой не желал вступать в гильдию Содзиро.

— Содзиро так же популярен у девушек?

— Ха? А... Нет, не говори так, пожалуйста, — неожиданно запаниковал тот.

Нянта, сощурив глаза, хитро поинтересовался:

— Вот она, юность золотая! Сколько их у тебя сейчас, ня?

Вместо ответа Содзиро поднял руку с загнутым большим пальцем.

(Он до сих пор устраивает вокруг себя гарем... Я вовсе не завидую, однако кто бы мог подумать, четверо... Не могу понять, четверо — это как? Помимо Назуны и Саки есть еще две, не слишком ли жирно?)

Сироэ почувствовал жуткую усталость.

— Давайте не будем об этом. Сиро-сэмпай, лучше скажи, почему ты так внезапно связался со мной? Я всегда думал, что ты недолюбливаешь меня.

— А? С чего бы? — Неожиданная фраза Содзиро заставила Сироэ посерьезнеть.

— Не знаю... Потому что, эм-м, я ловелас.

Содзиро застыл с красным лицом, Сироэ не мог вымолвить ни слова. Стоявший рядом Нянта хохотал во всю глотку, а будь тут Наоцугу, то и он не удержался бы от язвительной колкости.

— Это, конечно, серьезная проблема, но я не стал бы ненавидеть тебя только из-за этого. Мы же Дебоширы!

— Вот как, и то верно... Но даже если и так, какое у вас ко мне дело?

После этого вопроса Сироэ выпрямил спину и воодушевленно заявил:

— Говоря открыто, мы хотим попросить тебя о помощи.

— Помощи какого рода?

— Содзи-чи, что ты думаешь о ситуации в Акибе, ня?

— Этот город, хм, сложный вопрос... Я думаю, что обстановка сейчас царит довольно непростая, причем не только в Акибе. Весь мир превратился в некое подобие тюрьмы.

— Тюрьмы...

Содзиро почесал в затылке, самурайский хвост на его макушке развевался при свете луны.

— Верно. Мы оказались здесь внезапно, понятия не имеем, как вернуться назад, умереть тоже не можем. Вокруг нас иной мир, и мы не в силах его изменить. За городской зоной полно монстров, и я могу понять тех, кто испытывает отвращение к битвам. Они чувствуют себя здесь как в клетке.

— Верно говоришь, ня. Не в бровь, а в глаз, ня. — Нянта кивнул, соглашаясь с ним.

Содзиро высказал то, о что думали все собравшиеся. Если поразмыслить, то люди и правда считали себя заключенными в этом мире. И Сироэ не видел здесь ничего странного.

— Поэтому я считаю, что ситуация ненормальная, и в итоге может выйти так, что слабых начнут подавлять. Честно говоря, некоторые игроки в моей гильдии собираются покинуть город.

— Вы хотите уйти из Акибы?

— Нет, этот вопрос пока на рассмотрении, и ни к какому конкретному решению мы еще не пришли. В конце концов, иметь штаб-квартиру в городской зоне очень удобно, но мне больно видеть, как обстановка в городе с каждым днем ухудшается, а мы ничего не можем с этим поделать, — ответил Содзиро.

Под «ничего не можем с этим поделать» он не подразумевал то, что желает как-то отстраниться от ситуации. Он тоже хотел что-нибудь сделать. Однако, проанализировав происходящее вокруг, понял, что действительно ничем не может помочь.

(Доказательство тому его тоскливый тон...)

— Есть один способ.

— Правда, Сиро-сэмпай?

— Пожалуй, так.

Сироэ предупреждал об этом Наоцугу. Он хотел изменить ситуацию к лучшему, решил сделать это во что бы то ни стало, но не мог гарантировать успеха. Однако если у кого-то из этих парней не хватило бы духу, то Чайные Дебоширы назвали бы их трусами и перестали бы счить своими товарищами.

Именно поэтому Сироэ не мог ручаться за тех, кого пригласил участвовать в своей кампании.

— Вот почему я хочу, чтобы ты помог.

— Что я должен делать?

— Я прошу о помощи не только тебя, я хочу воспользоваться славой твоей Бригады Западного Ветра.

Закончив фразу, Сироэ пристально посмотрел в глаза Содзиро.

Как и сказал Нянта, ничего не вечно, и из жизни нужно выжимать по максимуму. Содзиро создал Бригаду Западного Ветра и изо всех сил защищал ее, отдавая все свои усилия и любовь на ее благо. Если хочешь попросить его о помощи, то взгляни ему прямо в глаза.

Тем более это касалось Сироэ, который сам за всю жизнь ничего не построил.

После того как Содзиро оправился от удивления и кивнул, Сироэ продолжил:

— Прежде всего я хочу, чтобы ты сообщил всем, что ситуация в Акибе очень тяжелая, и она станет еще хуже, если мы не вмешаемся. Нужно, чтобы ты привлек как можно больше крупных гильдий.

— Хорошо, без проблем. Вот только все и так об этом знают.

— Думаю, необходимо донести до людей, насколько все серьезно. Важно заставить всех думать, что Бригада Западного Ветра так считает и собирается принять меры, тогда это принесет нужные плоды. Есть еще кое-что. Через несколько дней ты получишь приглашение, так что пока не покидай город. Это приглашение на собрание, где я хочу обсудить некоторые вопросы.

— Понял.

Содзиро согласился со всем с абсолютно невозмутимым видом.

— Хм? Ты не будешь спрашивать о причинах или деталях операции?

— Сиро-сэмпай, ты ведь сейчас очень занят, верно? Мне было бы неловко тратить твое время, интересуясь деталями. Я не стратег, так что, даже если послушаю главу Дебоширов, вряд ли что-то пойму.

От этих слов у Сироэ потеплело на душе, а в сердце поселился страх. Он не думал, что Содзиро так легко доверится ему. Они не виделись целый год, и все это время Сироэ отвергал его приглашения вступить в гильдию.

— Содзи-чи — хороший мальчик, ня.

— Достойный похвалы учителя Нянты.

Содзиро заметно напрягся после этих слов. Он стоял, не отрывая взгляда от них двоих.

— Я хотел бы поговорить еще об одной вещи... Сиро-сэмпай, учитель Нянта... Не хотели бы вы вступить в Бригаду Восточного Ветра? Я думаю, что Назуна тоже будет счастлива, люди в нашей гильдии очень хорошие. Сейчас мы по очереди ходим на разведку в пограничную зону, собираем информацию о новом дополнении. Возможно, я говорю что-то не то, но ведь Сиро-сэмпаю в его кампании нужна слава Бригады Западного Ветра. Верно?

Доводы Содзиро звучали очень убедительно, но сейчас Сироэ никак не мог согласиться. Если бы их встреча состоялась хотя бы неделю назад, то он бы поразмыслил над ответом. Однако сейчас у Сироэ уже был свой дом.

— Вы и впрямь ненавидите меня?

Сироэ покачал головой. Содзиро удрученно вздохнул.

«Я уже во второй раз отвергаю его предложение, смотря ему прямо в глаза», — подумал Сироэ, легко хлопая товарища по плечу.

Слова Нянты заставили его понять, что он должен делать, и увидеть вещи, которые он игнорировал. Утопая в доброте и заботе Наоцугу и Акацки, пользуясь поддержкой Нянты, он пока многого не сказал.

— Содзиро, все не так, как ты думаешь... Послушай меня, я понял, что должен построить собственный дом. Раньше я избегал вещей, которые мне неприятны, но теперь я оказался здесь. Я понял, что должен защищать других, поэтому и создал собственную гильдию. Пока в ней всего несколько участников, и она совсем новая. Я осознал одну очень важную вещь — строя дом для защиты других, я строю дом для себя.

Содзиро смотрел на Сироэ, как будто видел его в первый раз, в то время как тот рассказывал о своем решении.

1

После открытия «Полумесяца» в Акибу вернулась жизнь.

Вопрос питания казался простым, но на деле это оказалось не так.

Жители Акибы, до недавних пор жевавшие безвкусную еду, в мгновение ока предались пороку новой восхитительной пищи. «Полумесяц», как и любой ресторан фастфуда, продавал еще и на вынос, и, хоть по законам обычного мира, эту еду вряд ли посчитали бы роскошной, здесь она явно произвела фурор.

Только что открывшиеся лавочки не могли полностью удовлетворить спрос, но затем добавилась четвертая лавка. Призыватель Альянса Полумесяца вызвал саламандру, чтобы подогревать железные листы с ломтиками пиццы, в меню появился пудинг с заварным кремом, приготовленный из жирных сладких сливок. Эти нововведения вызвали восторг среди покупателей.

С самого открытия жители Акибы заметили, что «Полумесяц» принадлежал маленькой гильдии — Альянсу Полумесяца. Разумеется, нашлись люди, раскритиковавшие присвоение новых рецептов, однако по законам игры кто успел, тот и съел, потому жителям оставалось только молча соглашаться.

На самом деле кто-то посылал Альянсу Полумесяца письма с угрозами, в которых было написано, что они должны опубликовать новые рецепты. Но даже те, кто так делал, прекрасно знали, что это всего лишь отговорка.

После открытия четвертой лавки по городской зоне пополз слух, будто Альянс Полумесяца сотрудничает с тремя самыми крупными производственными гильдиями в Акибе: Океанической Системой, Фирмой Родрика и Восьмой Торговой Улицей.

Суммарно в них состояло 5000 человек, что составляло 30 процентов от всех игроков в Акибе. По факту, некоторые товары на рынке стали популярнее, также кто-то видел, как игроки из Восьмой Торговой Улицы закупали продукты. По-видимому, слухи легко могли оказаться правдой.

Но хоть и открылась новая лавка, появились новые блюда в меню и клиентов стали обслуживать быстрее, Полумесяцу никак не удавалось удовлетворить спрос. В совокупности все лавки в день могли обслужить только 1500 посетителей.

Многие в Акибе уже отведали восхитительных бургеров, купленных на вынос в «Полумесяце», и те, кто их попробовал, хотели вернуться еще раз. Люди, вспомнившие вкус еды из старого мира, больше не могли страдать, питаясь космической едой из воска.

Еще до рассвета перед «Полумесяцем» выстраивались огромные очереди, поэтому приходилось раздавать номерки.

«Полумесяц» вызвал внезапный подъем экономики, положительно повлиявший на остальные области.

Еда в нем продавалась очень дорого, в 3-6 раз дороже, чем на рынке. За неимением других развлечений игроки в Акибе охотно спускали деньги в «Полумесяце», однако вопрос заключался в том, имелись ли у них на руках такие деньги? Если каждый день завтракать, обедать и ужинать в «Полумесяце» (при условии, если у кого-то вообще выдавалась такая счастливая возможность), то за месяц вышло бы примерно 1350 монет.

Раньше для жизни в Акибе не требовалось много денег, поэтому некоторые просто сидели в руинах и горевали о прошлом мире. После открытия «Полумесяца» даже они стремились заработать, так что и это входило в список благоприятных изменений, вызванных открытием лавок.

На главной площади Акибы появились люди, предлагающие работу. Они не имели отношения к гильдиям — просто игроки, которые хотели пойти фармить вместе. И хоть они лишь искали спутников, в этом мире такая деятельность казалась удивительной, поэтому собралось много зевак.

Когда они отправлялись с главной площади, работники недавно открывшегося «Полумесяца» хором кричали «Счастливого пути!» и махали им вслед.

Конечно же, участники экспедиции могли купить кувшинчик-другой чая из лепестков черной розы, возможно, кто-то из них знал работников лавочки лично.

И все же раньше в Elder Tales не случалось ничего подобного, потому эта картина зажгла в сердцах людей маленькие огоньки. Игроки, отправлявшиеся в путь, оставляли город со светлыми улыбками на лицах.

Но помимо таких групп игроков, никто в городе больше не занимался экономической деятельностью, и некоторые продукты, например мясо молодого оленя, картофель и мясо глухаря, начали понемногу дорожать.

Такое влияние на рынок оказала Восьмая Торговая Улица, осторожно скупая товар. Однако как только товар поднялся в цене, люди поняли, в чем дело, и принялись скупать его. Получившие информацию гильдии активно образовывали группы по работе с сырьем и наводняли рынок дешевыми продуктами, пытаясь получить прибыль.

Вот только Карасин давно уже предвидел такой исход, заранее договорившись с небольшими гильдиями, и они вместе организовали поход за сырьем.

Карасин спланировал мероприятия по фарму продолжительностью в несколько дней, распределил обязанности между участниками гильдии, основал группу фарма и группу поставок. Используя систему поддержки в производственных гильдиях, создал сеть поставок сырья.

Впервые не только после Катастрофы, но и за всю историю Elder Tales в игре появилась система поддержки производственными гильдиями боевых гильдий прямо на поле боя. Эта система оказалась успешной, и Карасин больше не зависел от рынка — он мог получать большое количество сырья по фиксированной цене.

Игроки, раньше сидевшие в четырех стенах, стали выходить за пределы своих гнездышек, тратить больше ресурсов и чаще чинить снаряжение. У мастеров появилась дополнительная работа. Постепенно, шаг за шагом, Акиба начала меняться.

Разве не открытие «Полумесяца» послужило источником всех изменений?

Если Альянс Полумесяца и вправду сотрудничал с тремя самыми крупными производственными гильдиями в Акибе, то количество игроков в этой организации составляло около одной шестой от населения японского сервера, что означало зарождение самой сильной и влиятельной группировки на нем. В соседних городах тоже интересовались по телепатии об Альянсе Полумесяца, постоянно просили о вступлении в гильдию, но Мариэль всегда вежливо отказывала им со словами: «Пожалуйста, подождите до конца месяца».

Боевые гильдии, обычно не обращающие внимания на дела производственных, все чаще задумывались.

В мире без интернета и сетевого телевидения единственным развлечением были сплетни.

Жители Акибы то тут, то там перемывали косточки и строили догадки. В сплетнях фигурировала приветливая и заботливая глава Альянса Полумесяца Мариэль, талантливая Генриетта, молодой командир боевой гильдии Сёрю. В это же время более опытные игроки, обладавшие информацией, упоминали имена Сироэ, Наоцугу, Нянты и остальных участников Чайных Дебоширов.

Но никто не обратил внимания, что не только Авантюристы распускали эти слухи.

2

С момента начала кампании прошло 10 дней.

«Полумесяц», постоянно наводняемый толпами людей, гармонично вписался в городскую зону. Длинные очереди за едой уже стали местной достопримечательностью. Сегодня, под летним безоблачным небом, у четырех лавочек, как и всегда, кипела жизнь — клиенты шли непрерывным потоком.

Но не здесь, в просторной комнате, далекой от городской суеты.

Она носила название Сердце Акибы — огромный зал совещаний, расположенный на верхнем этаже здания гильдии.

Эта комната была открыта для пользования всем Авантюристам. Однако в этом мире электричество отсутствовало, поэтому лифт служил больше для украшения, а подниматься по ступенькам на 16 этаж стал бы только сумасшедший.

В центре просторного помещения с высокими потолками стоял огромный круглый стол. Сидевшие за ним люди легко могли назвать себя представителями Акибы.

Верховный глава Рыцарей Черного Меча — «Черный меч» Айзек.

Айнз, гильд-мастер Честности.

Лидер ДДД — «Берсерк» Красти.

Молодой вождь Серебряного Меча Уильям.

Любитель гарема Содзиро, глава Бригады Западного Ветра.

Мититака «Сильные Руки» — лидер Океанической Системы.

Родрик, предводитель Фирмы Родрика.

Юный гильд-мастер Восьмой Торговой Улицы Карасин.

Мариэль, глава Альянса Полумесяца.

Лидер Великолепия — Алхимик Вудсток.

Превосходнейший Механик — гильд-мастер Радиорынка Аканея.

И глава Log Horizon — Сироэ.

12 человек, севшие за круглый стол, привели с собой несколько доверенных, но этот зал спокойно вмещал в себя 30 человек. И все они испытывали разные эмоции.

Кто-то беспокоился, кто-то удивлялся, кто-то сидел с каменным лицом, кто-то — с самодовольным. Каждый вчера вечером получил по приглашению, в котором было указано место встречи в этом конференц-зале.

Тема собрания звучала так: «Будущее Акибы».

Его организовали Сироэ из Log Horizon и Мариэль из Альянса Полумесяца.

Практически все собравшиеся здесь возглавляли крупнейшие гильдии, а Океаническая Система, Фирма Родрика и Восьмая Торговая Улица занимали первые три строчки в топе производственных гильдий.

Рыцари Черного Меча, Честность, ДДД, Серебряный Меч и Бригада Западного Ветра — крупнейшие боевые гильдии, прославившиеся на весь город.

Альянс Полумесяца, Великолепие и Радиорынок — гильдии, которые некогда пытались создать коалицию мелкомасштабных гильдий, но, к сожалению, их попытка провалилась.

И только о Log Horizon никто абсолютно ничего не знал.

Однако лидеры крупнейших гильдий уже обладали информацией о происходящем, поэтому при виде Сироэ удивилось около четверти собравшихся.

Пока участники собрания оценивали друг друга, в зал вошла Серара из Альянса Полумесяца и предложила всем холодного фруктового чая. Этот напиток еще не появился в меню «Полумесяца», поэтому люди удивились. Однако небольшой шок вскоре прошел, и в зале снова воцарилась тишина.

Сироэ сидел спокойно, не шевелясь.

Однако внутренне было далеко не так.

Собрание служило полем боя Сироэ.

Этот бой был ничем не хуже тех, что происходили за городской зоной, когда крупные гильдии сражались с монстрами. Сироэ одновременно почувствовал жар и холод, пронизывающие его с головы до ног. Он хотел сотрудничать со всеми собравшимися здесь людьми, однако мог доверять лишь немногим. Что бы ни произошло, ему нельзя терять лицо перед ними.

(Я сам это затеял.)

Как и сказал Содзиро, этот мир — тюрьма. Люди оказались в оковах «безопасного выхода» и никак не могли освободиться от отчаяния. Из-за монстров, которые населяли пустоши, игроков сковывало бессилие.

После Катастрофы Сироэ каждый день решал какие-то проблемы, разрабатывал стратегии и строил планы, чтобы увеличить шансы на выживание.

Однако эта битва отличалась от предыдущих. Шла ли речь о спасении Тои и Минори или же о порядке в Акибе, кто-то мог бы даже назвать это эгоистичным желанием Сироэ. Он хотел сделать это даже ценой ненужных и бесполезных сражений. И, конечно же, он понимал, что его действия очень полезны и важны.

Он принес бы пользу не только себе, но и своим близким и всей Акибе — так думал Сироэ.

Но и в таком случае он все равно оставался упрямым и своевольным.

Получалось, что Сироэ обрел свободу впервые с момента Катастрофы. Он брал силы из упрямства, отдал всего себя ради исполнения желаемого. Однако подобное очень быстро истощило его, он стал чувствовать бессилие и собственную нерешительность, но в то же время ощущал сильнейший прилив восторга.

— Сироэ-чи? Все в порядке, ня? — спросил Нянта, стоявший позади него.

Теперь Сироэ даже такие слова мог воспринять спокойно. Кроме Нянты, в Log Horizon входили Наоцугу и Акацки, которые не присутствовали на собрании. Эта маленькая гильдия, всего из четырех человек, принимала свой первый бой. Пусть они исполняли разные роли, они сражались на одном поле боя.

Бороться и победить ради своих товарищей.

Вот в чем поклялся себе Сироэ.

Напряжение в зале постепенно нарастало, все собравшиеся наконец-то заняли свои места.

Сироэ поднялся, чтобы начать свою приветственную речь.

— Спасибо, что нашли время для того, чтобы прийти сюда, я очень благодарен. Меня зовут Сироэ, я возглавляю гильдию под названием Log Horizon... Сегодня я собрал вас всех, чтобы обсудить один очень важный вопрос. Он довольно сложен, поэтому, пожалуйста, проявите немного терпения.

Он остановился на минуту и окинул собрание взглядом.

(Что ж, как бы то ни было, спасибо всем, кто пришел, вероятно, это — дело рук Содзиро... Хотя так мне не пришлось тратить время, чтобы обойти их всех. С другой стороны, это моя решающая битва.)

— Давай поскорее заканчивай свое вступление, «Дебошир» Сироэ, все мы друг друга не первый день знаем.

Эти слова принадлежали Айзеку, «Черному мечу», одному из самых опытных и прокаченных игроков на японском сервере. Во всех крупных сражениях он обычно выступал в передовом отряде и часто просил Сироэ о поддержке. Тот думал, что Айзек и не вспомнит о нем, бесполезном Чародее, однако на деле вышло иначе.

— Так что, в конце концов, мы собрались обсуждать?

Нетерпеливым парнем оказался молодой лидер Серебряного Меча Уильям. С серебряными волосами, убранными в хвост на затылке, он выглядел как эльфийский принц и будто в нетерпении перекладывал одну ногу на другую.

— Раз кто-то хочет начать собрание, не будем откладывать дело в долгий ящик и приступим к теме сегодняшнего обсуждения — ситуации в Акибе. Как уважаемые гости уже знают, в день Катастрофы все мы оказались заперты в этом альтернативном мире и пока еще не нашли способ возвратиться. И так как у нас нет ни единой идеи, как вернуться домой, ситуация для нас просто невыносима. С другой стороны, при таком положении вещей обстановка в Акибе с каждым днем ухудшается, множество наших товарищей впали в уныние, некоторые просто махнули на себя рукой. Экономика переживает застой, а эффективность поисково-исследовательских работ не улучшается. Мы надеемся справиться с этой ситуацией и именно поэтому все вы здесь, — проговорил Сироэ с полуприкрытыми глазами.

Он говорил легко, слова сами приходили ему в голову — такие ясные, что, казалось, он мог почувствовать их.

— И что мы можем сделать?

— Так хлопотно...

— И зачем мы сейчас это обсуждаем?

— Я понимаю тебя, но что, в итоге, мы можем сделать? — перекрывая все голоса, спросил Айнз, юный лидер Честности.

— Я что-то слышал об альянсе гильдий.

— Этот план вроде как провалился.

Сироэ перевел взгляд на авторов плана — гильд-мастеров Великолепия и Радиорынка. Те, побледнев, кивнули ему. Они, как и Альянс Полумесяца, относились к маленьким гильдиям и на фоне остальных выглядели некомпетентными. Во многих гильдиях, чьи лидеры сидели в этой комнате, насчитывалось игроков в пятьдесят раз больше, чем в этих маленьких группках.

— Этот план на самом деле не удалось выполнить, но я полагаю, подобное произошло из-за того, что каждая из сторон пыталась перетянуть одеяло на себя. В то время план заключался в том, чтобы объединить мелкие гильдии для противостояния большим... Иными словами, альянс маленьких гильдий, созданный с целью защиты наших общих интересов. Именно поэтому наш план и провалился.

— Верно, мы вроде как и согласились работать вместе, но потом пытались извлечь выгоду только для собственных гильдий, поэтому нам и не удалось достигнуть консенсуса, и в итоге ничего не вышло.

Мастер в изготовлении часов и мелких механизмов, гильд-мастер Радиорынка Механик Аканея выразил свою точку зрения о ситуации, дополнив реплику Мариэль.

— Теперь вы захотели собрать всех, по крайней мере сильнейших в Акибе, чтобы урегулировать материальные отношения в городе?

— Небольшие гильдии, попав в безвыходное положение, начнут объединяться, а если начнут еще и потеснять законные права сильных мира сего, то это вообще ни в какие рамки не лезет!

Присутствующие в зале отреагировали на речь Мариэль.

В приглашении стояла ее подпись, а также Альянса Полумесяца, и это родило в головах собравшихся мысли типа «Другими словами, разве мы здесь собирались обсуждать не провал плана о коалициях небольших гильдий?» Это требовало объяснений.

(Вполне разумное умозаключение.)

Даже если кто-то и знал Сироэ, не стоило созывать собрание только от его имени.

Мариэль, а также Альянс Полумесяца, то есть лавка «Полумесяц», — авторитет этих двух имен с большим трудом позволил созвать собрание, однако произошло недопонимание, и его следовало немедленно исправить.

— Повестка дня сегодняшнего собрания немного иная, мы хотели бы обсудить, как можно улучшить ситуацию в Акибе.

Сироэ тут же перебили:

— Если так, то позвольте откланяться.

Со своего места поднялся тот, кто все собрание нервничал и строил недовольные мины, — гильд-мастер Серебряного Меча Уильям. Он закрепил меч за поясом, поправил плащ и продолжил:

— Мы боевая гильдия, атмосфера в городе нас не касается. Мы возвращаемся сюда только поменять деньги и пополнить запасы провизии. Говоря иначе, нам все равно — опасная обстановка в городе или гармоничная, дела в городской зоне мы оставляем тем, кому они интересны. Пусть мы и не хотим тратить на это время, вам мешать мы не станем. Нам это неинтересно, поэтому на нас не рассчитывайте.

Закончив свою тираду, он покинул зал для собраний.

По залу прошла волна суматохи.

Представители Великолепия, Радиорынка и Альянса Полумесяца сидели с кислыми лицами. Сироэ слышал, что после образования коалиции маленьких гильдий многие представители вели себя как Уильям и покидали коалицию.

Однако он сразу предугадал такой ход событий.

(Серебряный Меч выбыл...)

Сироэ проанализировал влияние этой ситуации на общую картину битвы и занес данные в ведомость в своей голове.

Серебряный Меч, без сомнения, занимал одну из ведущих позиций среди боевых гильдий, однако его отсутствие на собрании ничего особо не решало. Если бы самая крупная боевая гильдия — ДДД и самая крупная производственная — Океаническая Система решили покинуть собрание, то у Сироэ имелся план, как их убедить не делать этого. Но Сироэ все же предполагал возможный уход одной или двух гильдий.

Но самое важное, что после того как Уильям покинул собрание, в зале воцарилась тревожная атмосфера, и ее нельзя было проигнорировать.

— Несмотря на то, что нас теперь одиннадцать, позвольте продолжить. Как только что сказал лидер Серебряного Меча, вас всех пригласили сюда, чтобы мы вместе сели за круглый стол и обсудили вопрос самоуправления в Акибе. Но перед нами стоят еще две задачи: сначала нам нужно улучшить обстановку в Акибе, а конкретнее вести за собой жителей города и дать им источник жизненной энергии, вторая цель — обеспечить безопасность. Я надеюсь, что мы сможем решить эти проблемы и в конечном итоге установить аппарат самоуправления в Акибе.

В зале заседаний повисла мертвая тишина.

Участники собрания молча наблюдали за реакцией друг друга.

(Дальше пойдет самая важная часть.)

Сироэ, по ощущениям словно стоя перед стартовой линией, окинул всех присутствующих оценивающим взглядом.

Игроки, что находились тут, действительно могли бы оказать влияние на 80 процентов населения города — только в гильдиях, чьи лидеры собрались в зале заседаний, состояло около 6000 человек, что составляло 40 процентов от всего населения Акибы.

Плюс ко всему многие серьезные гильдии дружили друг с другом или вообще строили отношения «начальник-подчиненный». Также широко распространились горизонтальные связи по доставке сырья и совместным рейдам.

Так как собравшиеся здесь Авантюристы обладали большим влиянием на Акибу, принятые на собрании решения обязательно отразились бы и на жителях города. Именно поэтому Сироэ и пригласил их всех.

Однако получить поддержку столь большого числа гильдий очень сложно — в несколько раз сложнее, чем развалить гильдию. Сироэ это понимал, но все же вступил в битву.

— Не мог бы ты сначала объяснить критерии такого выбора приглашенных? — первым прервал молчание Айнз, глава Честности. Его голос звучал точно так, как должен звучать у человека средних лет.

— Понял. Рыцари Черного Меча, Честность, ДДД и Бригада Западного Ветра относятся к крупнейшим боевым гильдиям или же многого успели достичь. Разумеется, только что покинувший собрание Серебряный Меч тоже не отставал от вышеназванных. Океаническая система, Фирма Родрика и Восьмая Торговая Улица занимали три первые строчки в рейтинге самых крупных производственных гильдий. Альянс Полумесяца, Великолепие и Радиорынок — представители небольших гильдий, поэтому мы их сюда и пригласили. Однако есть одна вещь, которую гости немного неправильно поняли. Эти три гильдии представляют не только самих себя, но еще и те гильдии, которые не смогли присутствовать, чтобы выражать их точку зрения и высказать их мнение. Нельзя пренебрегать правом высказаться даже самой маленькой гильдии, и посему эти три гильдии здесь, чтобы отстаивать позиции всех маленьких гильдий.

Сироэ поначалу предполагал, что наличие маленьких гильдий, занявших аж три места, вызовет протест, но, вопреки его ожиданиям, все спокойно восприняли этот факт.

Количество людей в больших гильдиях, чьи представители собрались в этом зале, действительно достигало 6000 человек. Но с другой стороны, в Акибе помимо них проживали игроки, которые или не хотели присоединяться к гильдиям, или же вступали в маленькие и средние гильдии. Всего таких игроков насчитывалось около 9000. Сироэ попросил присутствующие три гильдии представлять на собрании всех этих людей, и, похоже, данный метод вполне себе сработал и был принят участниками собрания.

Однако, вероятно, никто и подумать не мог, что какие-то важные дела можно решить на первом же собрании. Поэтому пропускали все мимо ушей. Именно такую картину наблюдал Сироэ.

— А ты? — коротко спросил руководитель ДДД «Берсерк» Красти, красивый мужчина в очках. Его прозвище никак не вязалось с обликом.

— Я — автор и руководитель проекта, — заявил Сироэ.

Он отвечал за организацию плана по устройству самоуправления в Акибе, но раз для участия в этом собрании необходимо обладать известностью среди крупных городских гильдий, то гильдия Сироэ не подходила под нужные критерии.

Основанная только на прошлой неделе, да еще и состоящая всего из четырех человек не вписывалась даже в понятие «маленькая». Таким образом, пусть лидер такой гильдии и говорил о будущем Акибы, его бы вряд ли кто-то захотел слушать.

Сироэ и его гильдии следовало покинуть этот зал хотя бы по условиям, который он сам и поставил.

(Однако это не важно.)

Конечно, он не подходил масштабам собрания, но какая из этих больших гильдий сделала хоть что-то для улучшения этого города? Если спросить кого-нибудь из них: «Сделали ли вы что-нибудь для людей в этом городе?», то в ответ прозвучит: «Нет».

(Практика показала, что проблему нельзя решить, просто переждав. Если вы хотите назвать меня заносчивым — окажитесь абсолютно правыми. Это мой каприз, но я больше не буду церемониться и сдерживаться... Поэтому я и завершил все приготовления заранее и созвал это собрание.)

— Эм... Иными словами, ты специально занялся рассылкой приглашений, чтобы попасть на это собрание?

Красти задал такой вопрос, потому что понял план Сироэ, и поэтому тот, выпятив грудь, ответил:

— Именно так.

— Допустим, собрание состоялось. Что нужно сделать для обеспечения общественного порядка? Нет, в конце концов, что ты подразумеваешь под ухудшением общественного порядка? — спросил «Черный меч» Айзек. Сироэ собрался с силами.

— Некоторые гильдии под предлогом защиты посадили новичков под домашний арест, это широко известный факт, не так ли? Я считаю, что такая ситуация выходит за рамки «нормального».

Такая прямолинейная речь Сироэ заставила «Черного меча» Айзека, отступить.

— Из-за Зелья Опыта, не так ли? Но это же незаконно!

Как только в разговоре затронули Зелья Опыта, по залу прошел беспокойный шумок. Половина отреагировали примерно так: «Ах, все-таки он поднял этот вопрос», ведь зелье пока что не вышло за рамки закона, и многие невольно чувствовали себя виноватыми по поводу сложившейся ситуации.

— На данный момент у игроков нет законов, которых они могли бы придерживаться, «нарушение закона» в этом мире — очень расплывчатое понятие. Вы все должны это понимать.

Сироэ посмотрел на мрачного Айзека и продолжил:

— Количество Зелья Опыта не ограничено, вопрос в том, что у игроков нет законов, которым бы они могли следовать. Мы можем творить в этом мире что захотим, да? Но нас сдерживает не буква закона, а собственное чувство стыда.

— Это все бессмысленные споры, закон на самом деле существует. Игроки не могут сражаться в городской зоне, иначе их ждет наказание под названием смерть.

— Это последствия, а не закон, простейшая цепочка причины и следствия... Если еще проще, то запрет на битвы в городской зоне — причина, которая приводит к следствию — атаке городской стражи. Это нельзя назвать законом, только лишь феноменом. Мы не согласны, не мы организовали такую систему. И это вы хотите назвать «законом»?

На эту реплику Сироэ Айзек ничего не смог ответить.

Рыцари Черного Меча, по слухам, будто бы покупали Зелье Опыта, как и некоторые большие гильдии, и Айзек отпирался, пытаясь оправдать себя.

Но он стоял на пути у Сироэ, поэтому его следовало убрать.

— К примеру, я недавно был в Сусукино, и там есть одна гильдия под названием Бригандия. Они занимаются теневым бизнесом — берут в плен юных девушек-NPC и продают их в рабство игрокам.

Участники собрания с изумленными лицами смотрели на Сироэ.

— Согласно вашей логике, подобное не выходит за рамки закона, потому что на них не нападает стража. Но это не закон, не так ли? Такие поступки вполне осуществимы в этом мире, и их можно расценивать по критерию «возможно или невозможно». Такую ситуацию можно отнести к возможной, но явно не к законной. Вопрос заключается в том, можем ли мы сами терпеть такой «закон»? Нам необходимо основать аппарат самоуправления.

Можно отпираться сколько угодно.

Например, новичков заключили под домашний арест, чтобы защитить их. Зелье опыта конфискуют, потому что они слишком слабы, чтобы обеспечить себя, но им нужно чем-то платить.

Покупку NPC тоже можно оправдать, сказав, что они бесправные куклы с искусственным интеллектом. Во всяком случае, никто не смог бы доказать, что они не куклы и у них есть права. В этом мире свое право на что-то нельзя доказать, только завоевать, как и подтверждала история реального мира.

Поэтому тактической целью Сироэ стало не победить оппонента в логическом поединке, а показать всем, насколько этот беззаконный мир нуждается в самоуправлении.

Подняв этот вопрос, Сироэ добился абсолютно противоположных результатов: кто-то соблюдал осторожность в своих речах, кто-то очень громко высказывал свою точку зрения. Говорили не только лидеры гильдий, но и их помощники. Конференц-зал наполнился громкими голосами собравшихся.

Можно было наблюдать два вида реакции.

Одни действительно хотели издать законы.

Другие считали, что из этого ничего не выйдет.

— Гильдия Серебряный Меч только что заявила, что не будет участвовать в собрании и покинула здание, но они как будто хотели, чтобы собрание продолжалось. Что, если в Акибе появится новая сила, которая не захочет, чтобы эта организация существовала, что тогда? Иными словами, возможно, в городе есть кто-то, кто не пожелает подчиняться решениям, вынесенным на этом собрании, — спокойно сказал Айзек, будто говоря от лица всех собравшихся.

— Тогда придется сражаться, а точнее выгонять этого «кого-то» из Акибы. Если он уже пробрался в городскую зону, то могут возникнуть трудности. Разумеется, мы можем заставить его распустить гильдию.

Ответ Сироэ вызвал бурную реакцию среди боевых гильдий.

Две недели назад на собрании Альянса Полумесяца Мариэль, Генриетта и Сёрю отреагировали точно так же.

«Распустить гильдию», «изгнать гильдию».

Такое легко сказать, однако на практике могли появиться трудности. В этом мире можно было воскреснуть, поэтому даже смерть никого бы не остановила. И раз смерть перестала служить весомым рычагом влияния, эффект от заключения в тюрьме тоже отличался от реального мира. Те, кто попадал в тюрьму, могли просто покончить жизнь самоубийством.

При таком положении вещей возникли бы большие проблемы с уничтожением гильдии.

Однако сегодня растерянное молчание было вызвано иными причинами, в отличие от собрания двухнедельной давности. Тогда Альянс Полумесяца молчал от бессилия, но в этой комнате собрались люди, которые имели влияние на 80 процентов населения Акибы.

Если участники собрания достигнут консенсуса, то решатся вопросы, которые не мог уладить Альянс Полумесяца. Например, нужно было следить за входом в Акибу и ловить преступников, например ПКшников. Производственные гильдии могли перестать сотрудничать с такими гильдиями и прекратить поставку товаров для преступников.

Подобные действия, разумеется, предполагали огромный расход усилий и денежных средств, но давление происходило бы сразу на физическую и моральную сторону жизни.

— Получается, что для исполнения такой задачи понадобится поддержка боевых гильдий? — Этим вопросом «Черный меч» Айзек обратил на себя внимание Сироэ. — В конце концов, если дело касается десяти или двадцати человек, то мы сможем их наказать, но если какая-то из присутствующих гильдий не согласится с решением, вынесенным сегодня, и скажет, что мы можем катиться к чертям вместе со всеми законами... Тогда, получается, разразится война? Даже если собрание уже удалось организовать, не факт, что по всем пунктам удастся достигнуть согласия. Поэтому у меня возник вопрос, есть ли какой-то способ прийти к единому мнению в этой ситуации? Если кто-то не будет согласен и разразится война, в чем вообще смысл собрания?

Упрек, который высказал Айзек, подчеркивал самые важные проблемы.

Игроки шепотом соглашались с ним, а шум в зале постепенно утих.

К примеру, если его Рыцари Черного Меча поднимут бунт, то против всех поднимутся 190 игроков девяностого уровня. Противостоять такой силе будет очень нелегко. Из-за того что в городской зоне нельзя сражаться, им пришлось бы арестовывать и убивать их в других зонах. Но найдись у кого-то силы с ними справиться, решающий удар не удалось бы нанести никому.

Экономическая блокада в отношении гильдии нецелесообразна — в такой большой гильдии непременно найдутся игроки с производственными подклассами, и их навыков вполне хватит для удовлетворения внутренних нужд гильдии.

Ситуация зависела от уровня подкласса игроков в гильдии и от количества людей, обладающих нужными подклассами. Пятидесяти человек достаточно для того, чтобы стать автономными.

Если бы поддержали вопрос, который поднял Сироэ, но одна из больших гильдий выступила против, продолжать собрание не вышло бы. Иными словами, если бы какая-то крупная гильдия имела право вето, у этой ситуации был бы только один исход.

Сироэ опустил взгляд и поправил очки.

(До сегодняшнего дня все шло в соответствии с планом. Даже если в итоге сформируется совет, могут начаться внутренние конфликты, на решение которых не останется сил.)

— Тебе не кажется, что твое предложение слишком нереалистичное? — спросил Красти. Его прелестное лицо с изящными чертами легко могло сбить с толку, ведь за ним скрывался мудрый мужчина, «Берсерк», от имени которого люди трепетали в благоговейном ужасе. Однако он задал разумный вопрос, и продолжил подтверждать свою точку зрения: — Я думаю, что в создании совета есть свой смысл, но... То, что сейчас происходит, — всего лишь формальность, я считаю, что мы не сможем играть роль основной силы.

В ответ на этот упрек Сироэ поднял руку.

Люди, охваченные шоком, посмотрели на это действие, и зал наполнился тишиной.

— Сегодня — а именно четыре часа назад, — я купил зону, в которой находятся здания гильдий.

Участников собрания мгновенно переполнили эмоции. Им как будто нанесли удар в спину.

Всем потребовалось немного времени, чтобы осознать полученную информацию.

— Разумеется, у меня есть доступ к настройкам зоны, я могу ограничивать и открывать доступ игрокам по своему желанию. Иными словами, те люди, которых я считаю преступниками, больше не могут получить доступ в здания гильдий. Кроме того, они не смогут пользоваться залами гильдий, банком и складом.

Все собравшиеся замерли, изумленно уставившись на Сироэ, и только Генриетта глубоко вздохнула. Среди игроков в этом просторном конференц-зале только она смогла разгадать его замысел. Сироэ, услышав ее вздох, горько усмехнулся.

— Посмотри-ка, как он пыль в глаза пускает.

Генриетта своими словами одновременно выражала и симпатию, и безысходность. Мариэль, обслуживавшая гостей, затаила дыхание и кивнула в ответ. Сказанное Сироэ прозвучало как смертный приговор.

3

Проснувшись утром, она умылась из ведра, доверху наполненного водой.

Это потрепанное ведро раньше использовали под корм для лошадей. Минори зачерпнула холодной воды и ополоснула лицо, а затем накинула грязный плащ.

Она находилась в зале гильдии Хамелин, в одной из комнат, в которой спали новички. В помещении не было ничего, кроме убогой мебели и самых низкокачественных предметов первой необходимости.

(Нужно идти на кухню...)

Утром у новичков почти не оставалось времени на сборы. Каждый приходил в движение, выполняя назначенную ему работу. Минори отвечала за завтрак, поэтому была обязана явиться на кухню за порциями.

Она молилась о том, чтобы сегодня ничего не произошло.

Только этот день был особенным.

Минори быстро поправила одежду, привела себя в порядок и отправилась на кухню.

Игроки, владеющие навыками Повара, вставали раньше всех и пекли черный хлеб. Минори не считала эту еду плохой, ведь в этом мире лучше никто не мог достать. Одинаковый вкус для всего. С другой стороны, черный хлеб и вода — тоже неплохая еда, успокаивала себя Минори на протяжении двух месяцев.

Девушка тихо поприветствовала Повара и быстро забрала у него поднос. На кухне, кроме Поваров-новичков, находились еще и надзиратели из гильдии, и Минори, стараясь не пересекаться с ними взглядами, споро наполнила кувшин питьевой водой.

Она сложила на большой деревянный поднос черный хлеб и воду, рассчитанную на тридцать пять человек.

— Погоди.

Услышав мужской голос, Минори вздрогнула.

Она почувствовала, как на ее ладонях выступил отвратительный холодный пот.

(Почему... Я же ничегошеньки не сделала, все как всегда...)

С самого утра она ошиблась в этом обычном дне.

— Э... да? — выжала из себя Минори. Она чувствовала себя так, будто слышала комара, но никак не могла его увидеть.

— Ха, ну и чумазая же ты... Чего так? И почему не приветствуешь старших, как следует?

— Да, доброе утро...

Охранник фыркнул и поправил Минори.

Она подавленно поздоровалась с ним.

— Забудь... Ты же Портной, да? Какого уровня?

— 31.

— Получается, ты уже можешь изготовить кожаную броню 30 уровня. Сшей мне сегодня перчатки и нагрудник в качестве тренировки.

— Поняла, — ответила Минори, опустив голову, а затем покинула кухню. Ее сердце колотилось, как бешеное.

После той ночи Сироэ и Минори связывались всего несколько раз.

Им постоянно приходилось разговаривать после захода солнца, глубокой ночью, когда все в гильдии спали.

Минори ложилась на холодный бетонный пол, заворачивалась в плащ и выжидала, затаив дыхание. Она ждала, когда в ее ухе зазвонят колокольчики, которые слышала только она. Это означало, что Сироэ телепатически связался с ней.

Поздней ночью, когда в спальной комнате Хамелин стояла мертвая тишина, разумеется, нормальный разговор бы не вышел. Почти все время она общалась с помощью покашливаний или постукиваний, и только когда спальню не охраняли, она могла прошептать два-три коротких предложения. Она говорила тихо-тихо, чтобы собеседник не слышал, как позорно дрожит ее голос.

Обычно Сироэ сообщал ей самые обыденные вещи.

Они связывались каждый день или раз в два дня, каждый сеанс телепатии не превышал десяти минут.

Например, Сироэ рассказывал, где был или с кем встречался, — и все примерно в таком духе.

У него появилось много товарищей. Любитель странных шуток, но очень надежный Защитник Наоцугу. Язвительная и острая на язык Акацки — Ассассин. Еще Сироэ рассказывал про пожилого Головореза Нянту, которого он называл Шефом. Также Минори узнала о Мариэль из Альянса Полумесяца, Генриетте, Сёрю и прочих.

Сироэ делился своими успехами и текущими планами. Немного преувеличивая, но именно так он и видел мир.

(Мы с Сироэ-саном находимся в одном мире... Очевидно, что мир один и тот же, но я вижу его усталым и замызганным... Сироэ-сан же говорит, что он прекрасен и необъятен...)

Все это навевало на Минори мрачные мысли.

Она не думала о несправедливости. Минори считала, что видит тот же самый мир убогим, из-за того что ее глаза и душу накрыла тень.

Сироэ общался с веселыми, открытыми и порядочными людьми, чего не скажешь о ее окружении. Минори понимала, что она внутренне завидовала ему. Мир Сироэ согревал и слепил глаза ярким светом, у нее же было грязно и холодно. Иными словами, внутренняя грязь проникала из сердца во внешний мир. Думая об этом, Минори все больше погружалась в депрессию.

Сироэ рассказывал медленно и выдавал информацию по крупицам.

До некоторого момента он не вступал в гильдии.

Словно наемник, он появлялся то тут, то там, предлагая помощь.

Как только Сироэ добивался успеха, он тут же все рушил. Он ни разу не пытался создавать сам, но несмотря на это, он наконец-то решился построить свой собственный дом. Он еще боялся работать с другими людьми, приглашать их, просить о помощи.

Однако, по мнению Минори, Сироэ отнюдь не лез на рожон и зря волновался.

По причине того, что он однажды уже проявил ласку и заботу к Минори и Тое (хоть с точки зрения Сироэ такое вряд ли походило на ласку), и эта забота до сих пор помогала брату и сестре.

Сироэ жил в мире, который он заслужил, и раз уж Минори не могла видеть его мир, значит, она была недостойна его.

Она боялась, что упустила свой шанс еще в первые дни после Катастрофы.

(Тогда я всего лишь хотела, чтобы меня спасли, и коротала дни, проливая слезы. Вот тогда я и могла упустить свой шанс...)

Мысли Минори переполняли горечь и страдание. Вступив в Хамелин, она надеялась обрести спасение и не хотела делать что-либо самостоятельно. Она думала только о том, что ее вот-вот выручат из беды, и поэтому потеряла все. Сироэ и Минори в свое время получили одинаковые шансы, но Сироэ активно использовал его, а Минори не смогла этого сделать.

Поэтому о несправедливости не могло быть и речи.

Минори не жила так ослепительно, как Сироэ, но тут не было его вины.

(И если бы я посмела обвинять его... Я бы не стоила и одного слова Сироэ-сана!)

Теперь Сироэ строил дорогу для собственного дома — таким образом, Минори тоже необходимо постараться. Может, она и потеряла все свое имущество, но ведь она лишь новичок, а у новичков при себе никогда много не водилось.

(У меня есть Тоя, самый дорогой мой человек, моя семья.)

Даже если ступив на свой путь, она боялась и чувствовала себя одинокой, а иногда даже пряталась в развалинах и темных местах, безусловно, нынешний расклад получался куда хуже. Если бы в первые дни после Катастрофы она держала себя в руках, то не оказалась бы в такой кошмарной ситуации.

Минори привела свои чувства в порядок и направилась в жилую комнату для новичков.

Сироэ на самом деле готовил план по ее освобождению — более того, судя по словам самого Сироэ, он собирался спасти не только Минори, но и всех новичков Хамелина. Похоже, после его действий все они и правда обретут свободу.

(Сироэ-сан просто необыкновенный! Серьезный, взрослый, красивый, много знает, высокий да еще и ласковый!)

Минори поняла, что ее мысли ушли куда-то далеко и зарделась.

Этот человек как раз собирался спасти ее.

Сироэ до сих пор считал, что Минори стоит того, чтобы спасти ее.

Конечно, она все еще не верила в собственную ценность, списывая все на доброту Сироэ. Минори думала, что именно поэтому он чувствует ответственность за двойняшек, с которыми провел так мало времени.

Но Тоя размышлял иначе. Раньше он говорил: «Братик такой классный!», а потом, немного помолчав, продолжал: «Я могу стать таким, как он?»

Минори гордилась Тоей, своим братом.

И раз уж он так думал, то Минори приходилось считать точно так же — она хотела доказать Сироэ, что решение помочь ей не ошибочно. Если бы она не сделала этого в будущем, то уже не смогла бы общаться с Сироэ.

Вот почему Минори не допускала даже мысли о несправедливости.

Возможно, она завидовала, и, возможно, эта ярость тоже омрачала ее мысли.

Если бы эти страдания способствовали ее прогрессу, Минори приняла бы их с распростертыми объятиями, но у нее не хватило бы времени, чтобы обуздать все негативные эмоции, вызванные мыслями о несправедливости.

Раздав хлеб товарищам по несчастью, Минори устроилась на свое обычное место в восточном углу комнаты и принялась есть, откусывая по маленькому кусочку. Хлеб был невкусный, но не слишком отвратительный. Она глотала простую еду, не прожевывая, а потом на время задерживала дыхание, выжидая.

В комнате отсутствовали среднеуровневые игроки.

Собравшиеся вокруг новички смотрели на Минори, та кивала им в ответ и шепотом просила еще немного постараться.

Все те знания, что передал им Сироэ, заключались в азах Elder Tales. Вся информация представляла из себя простейшие факты, однако в этом альтернативном мире, отрезанном от интернет-гайдов, простейшие знания и секреты дали Минори и Тое огромное преимущество перед остальными. Неважно, какой класс и подкласс выбрал игрок, эти базовые знания подходили для множества сфер, и именно они отделили Минори и Тою от обычных новичков.

Они оба использовали полученные знания, чтобы исполнять странные приказания в Хамелине наилучшим возможным способом. Совершая их, они постепенно завоевали доверие остальных новичков.

Минори принесла теплой воды товарищу, которому нездоровилось, и снова погрузилась в мысли.

Сироэ сказал, что свяжется с ней сегодня, а после того как она получит сообщение, ей следовало начинать действовать.

Она уже упоминала об этом при своих товарищах, а Тоя определенно понимал, что сегодня просто необходимо предпринять какие-либо действия.

Минори хоть и не знала, когда Сироэ свяжется с ней, все же предполагала, что это произойдет ближе к ночи. Тоя и другие ребята весь день должны были провести вне здания, занимаясь фармом, и, если бы те, кого нужно спасать, находились бы в разных местах, могли бы возникнуть трудности.

Доев хлеб, игроки собрались в поход под руководством Тои и отправились в другую комнату для подготовки. Участвующие в фарме новички получали приказ о сборе, определяли место назначения, членов команды и структуру задания. Переодевшись, получив оборудование и проведя перекличку, игроки могли отправляться в путь.

В это время в ухе Минори еле слышно зазвучали колокольчики.

(Началось... Это Сироэ-сан!)

Ее сердце колотилось в груди, словно огромный колокол, зная, что вот-вот начнутся беспорядки. Умом понимая, что в этом мире смерть невозможна, Минори боялась оказаться под прицелом оружия.

Она не знала, к какой битве готовиться, но обстановка накалилась до предела и вероятность того, что данная ситуация закончится дракой, оставалась очень высокой. Но Минори уже все взвесила и решила, что никак не сможет опозориться.

После условного сигнала она услышала голос Сироэ. Он говорил:

— Доброе утро. Минори? Дело не терпит отлагательств, нужно начинать битву. Пароль тот же... Ты сейчас в своей спальне?

Минори утвердительно кашлянула.

— Тоя в другой комнате совершает приготовления?

Еще раз да.

— Понял. Когда Тоя соберется покинуть зал гильдии, выходите вместе. Возьмите с собой всех новичков, вам нужно просто выйти за двери. Не беспокойся — мы уже контролируем здание гильдии.

— Контролируете? — Минори не поняла смысла последней фразы и просто утвердительно ответила.

— Вот еще что, если внутри что-нибудь случится... На случай, если вас победят и вы воскреснете, отправляйтесь из собора сразу в здание гильдии. Это наша штаб-квартира, главное здание в плане по спасению игроков.

Минори напрягла извилины, тщательно запоминая все инструкции.

— У этой операции два главнокомандующих, поэтому, если меня в здании не окажется, за все отвечает паренек по имени Сёрю. Кроме того, ты можешь доверять Ассассину Акацки, она будет в здании или около него.

Минори еле стояла на ногах от перенапряжения, в груди все горело, но она из последних сил взяла себя в руки и согласно кашлянула.

— Наоцугу в храме, если будет совсем плохо, ты можешь довериться ему. Собственно, пора начинать нашу операцию «Побег».

4

Тоя тоже услышал условный сигнал.

(Братик, битва начинается.)

Он глотнул воды и стал надевать броню. Руки дрожали от волнения. Глубоко вздохнув, Тоя посмотрел в сторону. Сообщать товарищам о начале операции пока рано.

Сироэ дал следующие указания: «Собрать всех новичков и отправляться в здание гильдии». Тоя и остальные находились в зале Хамелин, только один дверной проем отделял их от свободы.

Если они прорвутся к этим дверям, то один пункт плана Сироэ будет исполнен. Будь Тоя один, он мог бы сбежать за 10 секунд.

Но Минори не могла.

Она заверила брата, что, едва они вырвутся, она просто убежит. Но все наоборот — Минори точно бы оставалась в этом опасном месте до тех пор, пока его бы не покинул последний новичок.

(Раз так, то я тоже никуда не уйду.)

Тоя знал, что по своей природе Минори любила заниматься самобичеванием.

Обратная сторона ответственности. И так всегда. Тоя чувствовал, что она стала такой ответственной из-за него.

Он любил свою сестренку.

Их одноклассники говорили, что взаимоотношения братьев и сестер не обходятся без ссор. Можно стерпеть привычки и чувства чужих людей, но если человек живет с тобой под одной крышей, то он начинает давить на тебя. Вспоминая эти слова, Тоя понимал, что такое имеет место быть.

Однако Тоя считал, что подобное давление чаще всего оказывал старший. Обычно родственники всегда имели разницу в возрасте, и их различия в способностях бросалась в глаза.

С точки зрения старших братьев и сестер, младшие — лишь плохая копия старших. С точки зрения младших, старшие — тираны.

Конечно же, жизнь под одной крышей с братьями или сестрами оставляла свой след.

Но двойняшки почти не испытывали трудностей в этом плане. Минори старше, поэтому постоянно заботилась о Тое. Но хоть они и родились с разницей во времени, Тоя не видел в своей сестре защитницы.

Но он относился к ней как к своей семье, любил как напарника.

Двойняшки понимали друг друга без слов и во время игр, и во время ссоры. Обычные братья и сестры, конечно же, имели разницу в возрасте, но Минори и Тоя никогда не боролись за старшинство. Тоя считал, что им очень повезло.

Но даже несмотря на то, что они ровесники, Минори немного боялась общаться с людьми. Тоя, как мужчина, решил, что должен защищать старшую сестру, он полагал, что это его обязанность.

— Эй, пора выдвигаться, я пойду доложу гильд-мастеру, а вы идите к зданию гильдии и выстройтесь там в шеренги.

Указания командиру отряда охотников давал высокомерный Призыватель. Договорив, он тут же покинул комнату, возможно, отправился в кабинет гильд-мастера.

Тоя тщательно закрепил дешевенький меч у себя на поясе. Повернувшись лицом к двери, он обратился к товарищам, стоявшим позади него:

— Скоро прибудет подмога, о которой я говорил... Сейчас отправляйтесь в главный зал здания гильдии. И поспешите.

Сзади него кто-то вздохнул, все, наверное, тоже почувствовали нарастающее напряжение. Начала распространяться паника, кто-то схватил свои вещи, но их остановили словами: «Оставьте, у нас все равно нет ничего ценного».

И верно, у Тои и остальных на самом деле не было никакого так называемого имущества. Их имущество заключалось лишь в дешевых Сумках Хранения, вещи в которых теряли свой вес, да в одежде и хламе, сваленном в эти мешки.

Тоя приложил ухо к двери и оглянулся на товарищей. Несколько игроков кивнули в знак согласия. Открыв дверь, он вышел в коридор зала гильдии и сразу же отправился в другую спальню.

Тоя подошел к двери и услышал чей-то визг и звук удара. Не раздумывая, он распахнул дверь и увидел, как Минори спорит с кем-то из гильдии, с игроком среднего уровня.

(Нас раскрыли?)

Тоя старался не выдать себя даже дыханием. Он посмотрел на юных девушек-новичков, которые с опаской наблюдали за спором, и жестом приказал им бежать. В то же время сам бросился на коротковолосого бандита, который угрожал безопасности его сестры.

— Эй! Что вы задумали?

Сделав глубокий вдох, коротковолосый бандит собрался закричать во весь голос. Лицо Минори изменилось от испуга, и, только глядя на это, Тоя неосознанно начал действовать.

Сместив центр тяжести, он плавно пошевелил левой рукой.

Вместо того чтобы достать меч, он словно заставил тати вылететь из ножен. Сияющее серебристое свечение превратилось в нить, которая направилась к горлу своей цели. Атакующая техника Самурая под названием Запечатывание Глотки.

Эта техника лишала жертву голосовых связок и возможности кастовать магию. Хоть коротковолосый бандит не собирался произносить заклинания, действие техники продолжалось, и он зашелся в беззвучном, давящем горло кашле.

В зале гильдии изначально запрещались сражения. Если в этой зоне происходил акт насилия, пусть игрок и совершил это в полном одиночестве, на место нарушения мгновенно телепортировался NPC-стражник.

Однако этот запрет легко отменялся в настройках владельцем места. И для того чтобы «контролировать» новичков, в зале Хамелин разрешили боевые действия.

Среднеуровневые участники гильдии пользовались этим, чтобы тиранить новичков.

До сегодняшнего дня.

— Бери всех и уходи!

Минори, услышав голос брата, мгновенно пришла в себя. Она схватила девушек-новичков и потащила их к выходу из зала гильдии. Нельзя было терять ни секунды, и она могла только подбадривать паникующих девушек и вести их за собой.

А в другой части комнаты Тоя противостоял среднеуровневому бандиту.

В глазах этого мужчины с грубыми чертами лица загорелся огонь ненависти. Новичок, мусор, который он всегда презирал, внезапно лишил его голоса, разозлив не на шутку. Фактически, разница между ним и Тоей составляла 20 уровней.

Бандит достал огромную пятидесятисантиметровую кривую саблю из-за пояса и рубанул по Тое. Запечатывание Глотки могло лишить только голоса и способности кастовать магию, оно очень эффективно влияло на магов и хилеров, но не могло лишить мужчину способности к рукопашному бою.

Острие оружия бандита легко пробило защиту Тои и ранило его. Еще один показатель разницы в силе.

Внезапный удар Тои сработал по двум причинам. Заносчивый бандит думал, что новички ни за что не осмелятся нарушить правила, и просчитался. Вторая причина заключалась в том, что Тоя использовал Запечатывание Глотки.

Кулдаун у Самураев длился очень долго, он мог использовать только одну технику в период от 5 до 10 минут и только один раз за определенный промежуток времени. По этой причине все техники Самураев брали силой и высокой точностью. Именно из-за этой особенности техника Тои подействовала на игрока, который был на 20 уровней выше.

Приемы Самурая сильны и разнообразны, но у него совсем немного способностей среднего уровня для уменьшения кулдауна.

Время действия Запечатывания Глотки составляло 15 секунд.

Когда до конца действия оставалось не больше 10 секунд, Тоя подавил панику и принял на себя атаку противника.

(Победа не важна, нужно только продержаться, пока все не убегут!)

Его окружила кровавая дымка, с первого взгляда становилось ясно, что она исходила от Тои. Все его тело пронзала нестерпимая боль, чуть ли не до паралича, а конечности медленно холодели и тяжелели.

— Тоя!

Атаку бандита прервал похожий на зеркало светло-голубой барьер. Зеркало не выдержало высокоуровневой атаки и мгновенно разлетелось на мелкие осколки. Это заклинание Перехвата Урона произнесла Минори. Тоя заметил, как бандит цокнул языком в приступе ненависти.

— Все уже возле дверей, побежали в коридор!

— Окей, бежим!

Тоя взмахнул мечом по широкой дуге, чтобы блокировать бандита, а затем вместе с Минори покинул общую спальню. Ширина коридора не достигала и двух метров, здесь можно было легко защитить Минори, никто бы не смог напасть сзади или сбоку.

— Кхе-кхе!

В этот самый момент закончилось действие Запечатывания Глотки. Бандит зашелся в приступе сиплого кашля, а затем крикнул Тое:

— Вы хоть знаете, чем все это для вас закончится?! Вонючий ублюдок, я убью тебя как минимум сто раз!

Как двойняшки и опасались, крик эхом разнесся по всему залу гильдии. Многочисленные двустворчатые двери распахнулись, и показались основные силы Хамелин с оружием в руках и в полном смятении.

Гильд-мастер с серьезным блеском в глазах, не скрывающий своего волнения Призыватель и мужчина с производственным подклассом презрительно смотрели на девушек-новичков.

Они угрожающее зарычали и достали оружие.

— Что вы двое делаете?!

Призыватель взмахнул рукой, и поднялся черный вихрь из мелких летающих насекомых. Эта магическая атака называлась Смертоносный Вихрь, она сужала угол зрения противника. Обогнув Тою, туча из насекомых напала на Минори.

Та изо всех сил выкрикнула заклинание Перехвата Урона, но разница в уровнях у жертвы и нападающего была слишком высока. Непрерывно атакующие и отлетающие насекомые вскоре проделали брешь в сверкающем барьере, а после и вовсе разрушили его на мелкие осколки.

(Хоть мы в коридоре, мы не можем защитить наши спины от магических атак, какой же я глупец!)

Тоя осуждал себя. Рассекая воздух тати, чтобы отпугнуть от себя насекомых, облепивших их со всех сторон, он увидел Призывателя, который махал своим посохом.

— Тоя, Тоя!

— Минори, еще немного! Опусти голову!

Тоя обнял сестру раненой рукой, и они вместе помчались к двери, ведущей в следующую зону.

1

— Это что, угроза?!

Тем временем в просторном и светлом конференц-зале на мансарде здания гильдий споры между участниками разгорались все сильнее.

Объявление Сироэ о том, что он владеет зданием гильдий, произвело фурор.

Не удивились только его приближенные: стоявший за спиной Нянта и участники Альянса Полумесяца. Содзиро, глава Бригады Западного Ветра ничего не знал о методах Сироэ, но смутно понимал ситуацию.

Здание гильдий являлось одним из важнейших сооружений Акибы.

В нем для игроков открывались следующие опции: основание новой гильдии, вступление в гильдию, выход из гильдии, а также особые функции для высокоуровневых гильдий. Проще говоря, в этом здании совершались все дела, связанные с гильдиями.

Однако на этом услуги здания гильдий в Акибе не ограничивались — в холле расположилась еще и банковская стойка. В этом мире банк тоже считался важнейшим объектом, он предоставлял возможность открыть вклад и арендовать склад для хранения товаров.

В этом альтернативном мире штраф за смерть включал в себя только потерю очков опыта и некоторый износ обмундирования. Однако предметы, которые в момент смерти не были на игроке, с некоторой вероятностью могли высыпаться из инвентаря.

В случае удачи игрок мог сразу же вернуться за своими вещами, но если причиной смерти становилось плейеркиллерство, все вещи жертвы, скорее всего, забирали убийцы. Кроме того, крайне неблагоразумно было хранить при себе большие суммы денег наличными. В сущности, все доверяли любые крупные сбережения банку. Для покупки каких-то дорогих товаров на рынке хватало лишь оплаты небольшой комиссии банку, а затем получения доступа к денежным переводам.

В мире Elder Tales банком пользовались каждый день, и он был важнейшим и самым близким коммерческим объектом.

В Акибе находилась только одна банковская стойка — в здании гильдий, и то, что Сироэ мог единолично управлять ей, имело огромное значение.

Во всех городах располагались филиалы банка. У каждого игрока имелся единый счет, на котором хранились деньги и вещи. Этим счетом можно было управлять из любого места, например, внести средства в Акибе, а управлять ими из Минами.

Однако сейчас, после того как транспортные врата перестали функционировать, путешествовать из одного города в другой на такие дальние расстояния стало очень опасно. Сироэ недавно совершил поход в Сусукино, однако после Катастрофы число таких людей, идущих из своего города в соседний, уменьшилось до минимума — на японском сервере едва ли бы набралось и тысячной доли населения.

Если оценить сложившуюся ситуацию, власть, захваченную Сироэ, и то, что он в любой момент мог заморозить любой банковский счет по своему желанию, нетрудно понять, почему так испугались участники собрания.

Сироэ, получив обещанные пять миллионов, тут же изложил свою стратегию Альянсу Полумесяца. Генриетта мгновенно высказалась: «По сравнению с Сироэ-сама даже черти милее. Они хотя бы знают, какие они мерзавцы, а Сироэ-сама абсолютно себя таковым не считает. «Злодей в очках» — слишком милое прозвище».

— Заморозить счета? Как еще это назвать, если не угрозой?! — Голос главы небольшой гильдии Великолепие, Вудстока, дрожал.

— Я всего лишь отвечаю на вопрос Айзека-сана, а его вопрос звучал так: «Даже если мы все решим, но какая-нибудь гильдия пойдет против всех, это спровоцирует войну?» Мой ответ — нет, не спровоцирует, потому что те, кто сделает это, тут же потеряют доступ к зданию гильдий Акибы.

— Разве это не угроза?

Сироэ ответил на его упорные вопросы сразу:

— Если мыслить, как вы, мои действия действительно можно расценить как угрозу. Но если я угрожаю, то что делает Айзек-сан, говоря «предложение, которое посмеет нам не понравиться, тут же может спровоцировать войну». Не угрожает ли? В чем разница между этими действиями? Я всего лишь поднял вопрос о создании совета для обсуждения официальных вопросов, а также не оставил без внимания любые неприятные мне высказывания. Подумайте, пожалуйста, чьи цели более рациональны.

Этого хватило, чтобы в зале воцарилась угнетающая тишина. Участники собрания, возможно, думали, что они находятся в каком-то дурном сне.

— Где ты раздобыл столько денег?

— Здание гильдий разве не общая зона?

— Откуда у тебя такая огромная сумма?!

— Это мы их проспонсировали, — ответил глава Океанических Систем Мититака «Сильные Руки». Его голос больше не дрожал, кажется, он быстрее всех оправился от потрясения.

— То есть предприятие возглавляете вы, Сироэ-доно...

— Да, и я собрал всех сегодня.

— Неудивительно.

Мититака отвечал кивками на непрекращающуюся волну вопросов о спонсорстве.

По протоколу за круглым столом сидело 11 человек, но после шокирующего объявления Сироэ и гильд-мастеров, и их помощников охватила паника.

— Пожалуйста, успокойтесь, здесь слишком шумно! — рявкнул Мититака, потом опустил голову и начал изучать документы.

В них было указано, что Нянта нашел секрет приготовления еды, а также способ изготовления бургеров, который использовал Альянс Полумесяца. Этот способ отличался от обычного внутриигрового, который требовал только выбора ингредиентов в меню. Он выглядел как реальный рецепт для реального блюда, с пошаговой инструкцией.

Сегодня рано утром Сироэ попросил гильд-мастеров Океанических Систем, Фирмы Родрика и Восьмой Торговой Улицы прибыть на собрание пораньше, до его начала, и лично передал им эти документы.

Они не сообщали ничего революционного — еда в «Полумесяце» не создавалась по какому-то особому рецепту.

Поверив в иллюзию нового рецепта Альянса Полумесяца, каждый из них лишился полутора миллионов инвестиций.

Но Сироэ не торопился извиняться.

Наоборот, он спросил у них:

— Почему вы, уважаемые, считаете, что эта информация не стоит полутора миллионов монет?

— Сироэ-доно, вам есть что добавить? — Мититака уже все понял, поэтому горько усмехнулся и задал этот вопрос.

— Так оно и есть. Не важно, как все объяснил Сироэ-семпай, сейчас до сих пор сохраняется угроза нашему обычному течению жизни. К тому же, если люди узнают, что им грозит опасность, они тут же потеряют хладнокровие. Все живые существа поступают так в случае опасности. Уважаемые участники собрания, вы понимаете, не так ли? — добавил Содзиро.

Сироэ, кивнув ему, продолжил:

— То, что сказали предыдущие ораторы, затрагивает очень важные вопросы. Я тоже не думаю, что город, который силой захватил один человек, — это идеальный город. Поэтому мы возвращаемся к самому первому вопросу — действительно ли жители города, нет, давайте смотреть глобальнее, действительно ли Авантюристы могут жить в таком мире? Я хочу поставить перед нами две цели: во-первых, дать жителям города и всего мира восстановить жизненные силы, во-вторых, создать, по меньшей мере в этом городе, законодательный орган, чьим законам будут подчиняться все Авантюристы. Есть у кого-то какие-либо возражения?

Возражений нет.

Вполне ожидаемый исход.

Тем более в предложениях Сироэ не было чего-то дурного. Все были рады восстановить жизненные силы, а боевые и производственные гильдии получили возможность извлечь выгоду из этих мероприятий.

Но если конкретные изменения потребуют серьезной ответственности, ситуация изменится в корне. Если позволить всем остальным игрокам восстанавливать жизненные силы, тогда на плечи участников собрания ляжет огромнейшая ответственность. Вопрос только в том, кто вытянет несчастливый билет.

Однако в этот момент времени никто не высказался против основной идеи.

Та же самая ситуация выходила с созданием законодательного органа. Может, кто-то и думал, что это вызовет какие-то сложности, но на японском сервере жили только японцы, именно поэтому все знали о необходимости закона.

Разумеется, в процессе образования законодательства могло возникнуть много вопросов, также, возможно, могли появиться несправедливые законы. Но если речь шла только об установлении закона, то ни у кого не возникало возражений.

— Хорошо. — «Черный меч» Айзек ударил широкой ладонью по столу для переговоров, будто перенося всю ответственность на себя, и объявил: — Раз уж все согласны, тогда давайте послушаем автора этого проекта и специальную стратегию Log Horizon.

Воин в черных доспехах с храбрым блеском в глазах внимательно посмотрел на Сироэ, остальные тоже невольно направили свои взгляды на него. Сироэ выпятил грудь, пододвинулся вперед и начал с жаром говорить.

2

Механизм передвижений между зонами имел свои особенности.

Для перемещения между зданием гильдий и залом гильдии необходимо было использовать врата.

Что касалось здания гильдий, в проходах на втором и третьем этажах находилось бесчисленное количество врат. И каждые вели к отдельным индивидуальным зонам — залам гильдий.

Фактически, с точки зрения физики, за воротами не было комнат, равно как и пространства, в котором эти комнаты можно было бы расположить. Ворота располагались вплотную друг к другу, толщина стен за ними достигала всего лишь метра. На каждом этаже находилось семнадцать таких проходов, и ни в одном не нашлось бы места для размещения комнаты.

Используя эти причудливые врата, игрок попадал в другую зону, известную как зал гильдии. Ничего непонятного. И наоборот, проходя сквозь врата в зале гильдии, игрок оказывался в соответствующих вратах здания гильдий.

Неизвестно, кто первый натолкнулся на врата — Минори или Тоя. Столкнувшись с роем насекомых, они побежали в обход, чтобы избежать атаки, и в итоге пробились в коридор здания гильдий.

— Тут еще двое!

Проход здания гильдий отличался от обычного его состояния, теперь там присутствовало несколько известных игроков. Девушка в кожаном доспехе и с мечом в руках стояла на ступеньках и показывала дорогу новичкам Хамелина, непрерывным потоком пробегающим мимо.

Минори снова закашлялась.

Она почувствовала, словно те мерзкие жуки проникли в ее рот, и ее стошнило. Этот рой на самом деле был просто кратковременным эффектом от заклинания. Теперь тот, кто его создал, не видел Минори, и внешняя оболочка жуков исчезла, но девушка все еще чувствовала на себе остаточный след от них, что и заставляло ее думать, будто жуки еще не исчезли.

— Минори, ты в порядке? — Тоя обеспокоенно погладил сестру по спине. Стоящая на коленях Минори не видела брата, только пол и брызги крови на нем.

— Тоя, ты... Подожди немножко, я сейчас использую Малое Исцеление...

— Не надо, я в порядке...

Почувствовав, что Тоя посмотрел наверх, Минори тоже подняла голову. Рядом с ними стоял молодой парень в голубой броне, держа наготове два меча в китайском стиле, а также девушка в черной одежде.

— Как вас зовут? Есть еще сбежавшие?

Юный мечник казался немного старше Минори и ее брата, а черноволосая девушка с мечом, задавшая вопрос, выглядела как старшеклассница.

(Спаслись?..)

Минори не знала, почему участники Хамелина не прорвались в коридор здания гильдии, но отчетливо понимала, что она действительно нашла спасение. От облегчения ее перестали держать ноги.

Минори схватилась за протянутую мечником руку и поднялась на ноги.

Тоя пришел в себя раньше, чем его сестра, и ответил на вопрос мечника:

— Меня зовут Тоя, это моя старшая сестра — Минори. Мы определенно последние из сбежавших новичков.

— Вот как, отлично. — Юный мечник улыбнулся так, словно с его плеч упал тяжелый груз. — Мое имя — Сёрю, приятно познакомиться. Ладно, пойдем в холл, остальные уже ждут там. Нужно подлечить вас и убедиться, что все добрались. Потом мы вкратце введем вас в курс дела и дадим инструкции к дальнейшим действиям.

— Эй, Минори, не стой столбом, это неприлично!

— Опять ты обижаешь меня, Тоя!

Колкие слова Тои совсем не вязались с его мягким и спокойным тоном. Им нужно было только следовать за мечником по имени Сёрю, и тогда они смогли бы увидеть Сироэ.

Именно о нем думала Минори...

(!..)

Минори почувствовала, как у нее по коже пробежали мурашки. Даже не поворачиваясь, она знала, что у нее за спиной кто-то появляется. Она оглянулась, но прежде чем ее взгляд что-либо уловил, она уже знала, что там кто-то есть. Но ей требовалось не анализировать ситуацию, а убегать вниз по лестнице изо всех сил. Однако повернувшись, она уже более не контролировала свое тело.

Минори заметила в поле зрения мужские ладони, которые мгновением позже бесцеремонно схватили ее. Она осознала, что ее куда-то с силой тащат. Это был Тоя.

Минори подалась вперед, руки мужчины не смогли ухватиться за ее одежду и выбрали в качестве своей новой цели Тою. Руки не выглядели сильными, но когда они схватили Тою за запястье, Минори позеленела, а защитные стальные пластинки заскрипели.

Призыватель полностью вошел в зону.

— Вы!..

Побагровевший до кончиков волос Призыватель и правда относился к магическому классу, но маг высокого уровня обладал более сильными руками, чем такой воин, как Тоя. В этом мире сила рук никак не отображалась на внешности, и поэтому стиснувший зубы Тоя прекрасно знал, что эти тощие руки таили в себе огромное количество разрушительной силы.

— Что вы сделали?! Как вы посмели?!

— Надоел... Заткнись уже! — закричал Тоя, изо всех сил напрягаясь.

Он, казалось, одним лишь усилием преодолел невозможную разницу в уровнях между ними и внезапным ударом отбросил Призывателя. Разумеется, это не нанесло тому никакого урона, но Тоя выиграл время, чтобы достать меч из ножен и встать на защиту Минори.

— Ничтожные сосунки смеют вставать у меня на пути! Вам теперь некуда бежать!

Эти слова пробудили боль в сердцах близнецов. Они считали себя лишь обузой, и сейчас уже не могли сопротивляться насилию мужчины. Но несмотря на все это, Минори набралась храбрости, чтобы сопротивляться. В этот самый момент на поле битвы ворвалась черная тень, похожая на ласточку.

Эта тень с легкостью отшвырнула Призывателя из Хамелина и встала между ним и близнецами, заслонив последних.

(Как круто... Она такая красивая.)

Пока Минори восхищалась прекрасной девушкой, та провела такой изящный удар коленкой, словно тысячу раз отрабатывала его на Призывателе. Ее атака больше походила на некого рода танец.

Но из вишневого ротика этой прекрасной девушки вылетели ядовитые и колкие слова.

С презрением глядя на Призывателя, она тихо сказала:

— Ты такой же слабый, каким кажешься.

— Кто ты? Акацки? Из Log Horizon? Первый раз слышу!

В это мгновение маг замер, будто выбирал что-то в меню у себя в голове. Когда он произнес вслух название гильдии, в которой состояла Акацки, его лицо исказилось в гримасе презрения.

Но девушку никак не задели его слова. Сохраняя абсолютное спокойствие, она с легким кивком ответила:

— Правда? Разве не унизительно состоять в третьесортной гильдии типа Хамелина? Над тобой будут смеяться на улице, а ты, не выдержав, убежишь в зал гильдии. Я права?

Услышав это высказывание, мужчина схватил девушку за воротник. Внутри здания гильдии запрещались любые проявления насилия, но члены Хамелина прекрасно знали, что можно назвать дракой, а что — нет.

Применение оружия или враждебного заклинания безусловно признавалось нападением, однако насилие, совершенное голыми руками, не приносило очевидного вреда, поэтому и не считалось дракой.

Как бандиты в реальной жизни знали, где находится тонкая грань законности, за которую нельзя переступать, так и здесь они отлично изучили механизм, по которому стражники должны были вмешиваться в «драку».

— Что ты только что сказала? Зная, что такое Хамелин, ты смеешь говорить такое? Соплячка!

Хотя по спине Акацки пробежал холодок страха, она не подала виду. Жилистые руки мужчины подняли ее субтильное тельце в воздух, но даже в таком положении она держалась с достоинством.

— А, господин? Простите, я забыла добавить одного из них. Его имя Шреддер, большой мужчина с дурным запахом изо рта. Он получил такое имя потому, что его уродливое лицо похоже на бумагу, запущенную в шредер.

— Что ты несешь?! Если бы я затащил тебя обратно в зал гильдии, то ты бы давно уже...

Голос мужчины внезапно оборвался.

Впрочем, исчез не только голос, но и сам Призыватель.

Акацки легко опустилась на землю — ее больше никто не держал.

— Господин, благодарю за то, что добавили его, он исчез. Похоже, если банить кого-то, кто находится внутри зоны, он мгновенно перемещается оттуда. Не знаю, где он сейчас — в Акибе или в своем зале гильдии. Поняла. Мы уже вступили в контакт с игроками Минори и Тоя. Они говорят, что вышли последними. Я продолжу наблюдение за входом в зал Хамелина.

Прелестная девушка, сохраняя спокойное выражение лица, повернулась и зашагала в сторону обессилевших близнецов, сидевших на полу.

— Вы — Минори и Тоя? Меня зовут Акацки, я синоби господина Сироэ. Мы уже сделали все, дабы обеспечить вашу безопасность. Господин еще сражается на другом поле боя, а вы... Не желаете помыться?

В этот раз Минори плакала действительно от облегчения.

3

— Как только что сказали, я объявил о важности решения следующих двух вопросов: о способствовании роста жизненных сил в городе и обеспечении безопасности. Мари-нэ.

После того что заявил Сироэ, Мариэль почувствовала в себе смелость и поднялась.

— Я думаю, многие знают, что Альянс Полумесяца недавно открыл одноименную лавку, которая популярна у населения. Дела идут просто отлично.

Девушка стояла, упершись ладонями в стол и немного наклонившись вперед. Сироэ заметил позади нее Генриетту, которая безмолвно поддерживала подругу.

— Лавка «Полумесяц» продает еду на вынос. Наши бургеры, разумеется, лучшие, потому что они вкусные. Об этом возникло множество слухов. Мы в курсе всего, но разговоры о том, что кто-то из нас нашел рецепт девяносто первого уровня — неправда.

Уже поставленные в курс дела производственные гильдии не подавали голоса, но остальные, кто присутствовал в зале заседаний, нешуточно запаниковали.

— Я хочу раскрыть эту тайну здесь и сейчас. Технология проста — нужно готовить как обычно, следовать рецептам из реального мира. Однако для готовки необходимо иметь подкласс Повар. Если навыков недостаточно, то ничего не получится. Все очень просто, секрет заключался в отсутствии оного.

Однако атмосфера все больше накалялась, по мере того как слушатели осознавали смысл сказанного.

По мнению игроков, ингредиенты создавались в меню, однако они ошибались. Разгадка оказалась такой простой, но совершила революцию.

Люди не переставали галдеть, и Мариэль села. Сироэ заговорил, прежде чем кто-либо другой начал высказывать свое мнение:

— Этот метод обнаружил игрок, стоящий у меня за спиной, — Повар по имени Нянта. Получив его разрешение, я сообщил этот секрет Альянсу Полумесяца, и они открыли лавку «Полумесяц».

— Вот в чем дело, поэтому Океанические Системы дали им денег...

— Погодите, разве их не оставили с носом?

Из гудящей толпы то и дело доносились различные догадки. Сироэ продолжил, игнорируя шум:

— Я полагаю, что это открытие многое объясняет. Его сделал присутствующий здесь Шеф Нянта, но без него я бы не смог устроить сегодняшнее собрание, да и подумать об этом бы не мог. Мититака-сан, есть какие-либо результаты?

— Да, — глухо ответил тот.

Сперва могло показаться, что этот огромный солидный мужчина, лидер производственной гильдии, был чем-то напуган.

С самого начала собрания все три производственные гильдии хранили молчание, причина этого крылась в предыдущем рассказе Сироэ.

— Наша гильдия... при содействии Фирмы Родрика и Восьмой Торговой Улицы совсем недавно запустила паровую машину.

И это заявление шокировало присутствующих, но игроки отреагировали гораздо спокойнее, чем в прошлый раз. Услышав слова Мититаки, многие не поверили своим ушам и стали внимательно слушать его и Сироэ, впитывая каждое слово.

— По правде говоря, это только прототип и у него много недостатков, однако мы уже перенесли теорию на практику.

— Вы добились результатов всего за полдня, невероятно!

— Базовые детали создаются при помощи игрового меню, равно как и инструменты. Концепция использования уже существующих предметов просто великолепна!

Мититака и Сироэ переглянулись и кивнули.

— Эм, создание паровой машины — это, конечно, очень хорошо, в чем смысл? — с ненавистью в голосе спросил Айзек «Черный меч».

— Айзек-сан, вы не поняли? Смысл вот в чем — только что сделанное открытие говорит нам о том, что не только игроки с подклассом Повар могут придумывать новые рецепты. Любые игроки, изучившие производственные навыки, способны создавать предметы своими руками. То есть это означает, что они могут изобретать нечто новое. Согласно устройству Elder Tales, это не имеет никакого отношения к паровой машине. Новых рецептов вроде как не существует, но они есть, и этот факт не только влияет на такие мелочи, как рецептура, но и открывает новые возможности. И речь идет уже совсем не о вкусной еде. — Теперь Айзеку ответил Родрик из Фирмы Родрика. Он говорил четко и понятно и своей речью больше напоминал ученого, нежели бизнесмена.

— В меню станут доступны новые предметы. Возможно, в скором времени наш мир затопит волна открытий... Я думаю, что немало предметов из настоящего мира могут быть воссозданы здесь. С телевидением, вероятно, возникнут некоторые трудности, однако изобретение радиоприемника нам вполне по силам, — продолжил слова Родрика Карасин из Восьмой Торговой Улицы.

Похожий на ученого Родрик и сдержанно улыбающийся Мититаки закивали на слова Карасина. Они были очевидцами успешного испытания паровой машины.

— С появлением новых изобретений появятся новые потребности, также добавятся возможности заработать. В общем, надо просто подбодрить народ. Экономика может выйти из-под контроля, поэтому нам нужно обдумать некоторые детали. Однако я уверен, что этот хаос можно уладить и он не приведет к застою. В этом мире и разного рода средневековые предметы, и инструменты для ручной работы можно сделать через игровое меню. И раз уж у каждого будет образец, прогресс пойдет семимильными шагами.

— Мы, в лице трех производственных гильдий, уже подтвердили этот факт, к тому же мы считаем, что возможность получить прибыль действительно придаст местным жизненных сил. Мы поддерживаем предложение Сироэ-доно, — продолжил речь Сироэ Мититака.

— В таком случае производственные гильдии...

— Верно, мы поддерживаем учреждение Совета Круглого Стола.

Фактически, если бы при ежедневной прибыли «Полумесяца» в пятьдесят тысяч монет появились конкуренты, новая лавка с едой могла бы вступить в ценовую гонку, и цена обычного обеда в «Полумесяце», которая составляла тридцать монет, начала бы постепенно снижаться до любой случайной суммы. В конечном итоге количество потенциальных клиентов «Полумесяца», которыми, собственно, и являлись игроки, увеличилось бы в десять раз.

Несложно предположить возможные экономические последствия.

Простой народ из боевых гильдий мог только изумленно вздыхать.

Три крупнейшие производственные гильдии заверяли, что такие меры непременно придадут сил жителям города.

— Жизненные силы города иссякли потому, что народ потерял надежду и энтузиазм, но я думаю, им просто нечем себя занять. В этом мире практически некуда тратить деньги, нужно заставить людей что-то покупать. И это — лучший вариант для них, так они могут зарабатывать и тратить. Я хочу, чтобы с сегодняшнего дня появилось больше рабочих мест. Например, «Полумесяцу» нужны работники, верно?

— Да, поначалу мы сами выполняли всю работу, но на самом деле нам правда не помешали бы новые люди.

Карасин закивал в ответ на искренние слова Мариэль.

— Скорее всего, в боевых гильдиях тоже прибавится народу, они смогут фармить ингредиенты, ходить в рейды или сопровождать остальных. Если Совет будет учрежден, придется также привести в порядок бюджет и поручить кому-нибудь исследовать Кольца Фей. После сбора информации по ним следует заняться материалами по городской зоне. Далее нужно все занести в архивы и заняться средствами массовой информации — например, начать выпускать газету. Как только у нас появится бюджет, появится и множество важных дел.

Уже стало известно, что Кольца Фей работали стабильно, однако они зависели от фазы луны, и из-за этого могло меняться место телепортации. Шанс попасть в нужное место был невелик, к тому же никто не имел доступа к интернет-инструкциям, и предугадать, куда приведет Кольцо Фей, считалось бессмысленным делом, так что никто ими не пользовался.

Исследование транспортных путей представлялось возможным, однако для этого требовалось огромное число ресурсов. Пункт назначения менялся не только каждый день лунного цикла, но и каждый час каждого дня. Данные одного Кольца Фей могли абсолютно не совпадать с информацией о соседнем. Если бы кто-то провел исследования в течение одного только лунного цикла по маршрутам каждого Кольца Фей, то получилось бы невероятное количество информации.

Не то чтобы никто не хотел этим заниматься, просто объем работ поражал своими размерами и понадобилась даже не одна гильдия, чтобы с этим справиться.

Но стоило бы лишь установить государственный аппарат, о которой говорил Сироэ, и невозможное тут же стало бы возможным — на это задание можно было бы снарядить боевые гильдии.

— Теперь перейдем к вопросу безопасности. Наверное, кто-то думает, что установить законы означает начать ограничивать народ, но я полагаю, что небольшое ограничение неизбежно, в конце концов мы живем в средневековом мире. Если закон не сможет удержать кого-то от преступлений, я считаю, что этим займутся культура и мораль. Что касается ситуаций захвата точек гринда или споров за территории, нужно прийти к компромиссу, и тогда никто никого не будет унижать.

Все закивали, включая даже Айзека «Черного Меча».

— Однако для особо серьезных деяний, нам все-таки нужно выработать меры противодействия. Во-первых, необходимо запретить плееркиллерство в зонах, где живут игроки с низким уровнем, например до пятидесятого. У них не так много имущества, и убивают их только ради удовольствия. Конкретную территорию действия этого запрета нужно еще обсудить, но я думаю, что стоит запретить плееркиллерство хотя бы в зонах вокруг Акибы.

Никто не возражал и против этого предложения.

Все приглашенные на это собрание гильдии никогда не опускались до плееркиллерства, и их реакция была вполне очевидной, потому что плееркиллерством занимались, в основном, мелкие гильдии, которые обычно не гнушались никаких методов получения желаемого.

— Снова вернемся к вопросу о правах человека и обеспечении свободы. В этом мире, где смерть не означает конец, ограничение свободы и похищение являются более серьезными преступлениями, чем в старом мире. Также все игроки, покидающие или вступающие в гильдию, должны делать это по собственному желанию. Те, кто проигнорирует этот закон, и, навязывая свое мнение или же угрожая, принудят кого-либо к подобным действиям, должны будут заплатить штраф. Те же, кто совершит изнасилование, будут приговорены к высшей мере наказания.

— Насчет этого…

— Да, без таких мер нам точно не обойтись.

Зал заседаний наполнился одобрительными возгласами. Участники собрания считали такой способ решения проблемы правильным. Они придерживались мнения о том, что убийство неприемлемо, к тому же полагали, что преступления можно искоренить.

Однако в устройстве нынешнего мира в свободных от битв зонах на игроков автоматически налагался штраф в случае нарушения правил нахождения в зоне, но такие преступления, как применение насилия, ограничение чьей-либо свободы или угрозы, не входили в эти правила. Следовательно, требовались люди, которые следили бы за порядком, оценивали опасность ситуаций и иногда даже налагали штраф за нарушение порядка. Такая работа отнимала бы много времени, и ее не смогли бы выполнять сами игроки.

Но так как Сироэ получил доступ к блокировке банковских счетов, ситуация сразу упростилась. Если игрок каким-либо образом доставлял неприятности, Совету Круглого Стола требовалось лишь рассмотреть его «дело» и заблокировать ему доступ к зданию гильдий. В таком случае игрок не смог бы находиться в Акибе, и ему бы пришлось отправляться в другой город.

С точки зрения участников собрания, предложение Сироэ могло принести хороший результат.

Изобретение паровой машины и заявления, сделанные производственными гильдиями в поддержку Совета Круглого Стола, поразили собравшихся, однако после всех объяснений они обрели смысл.

Сироэ рассказал о способе изобретения новых предметов в надежде, что как только люди узнают об этом, то сразу же решат, согласны ли они на создание Совета Круглого Стола или нет.

К тому же, хотя проект Сироэ не поддержали бы все собравшиеся, как только с ним бы начали соглашаться, все участники собрания осознали бы необходимость следовать стратегии Сироэ и после основания Совета Круглого Стола.

— И последнее — следует учитывать права не только Авантюристов, но и Людей Земли.

Многие участники собрания приоткрыли рты от удивления. Смышленые люди, услышав такое, предположили бы, что предложение внесено из-за ситуации с торговлей людьми в Сусукино.

Однако Сироэ заговорил снова, внося еще одно предложение:

— Пусть еще невозможно точно сказать о результатах сегодняшнего собрания, согласитесь ли вы с моими предложениями, состоится ли основание Совета Круглого Стола — нынешнее состояние дел тоже нам неизвестно, однако я надеюсь, что все осознают важность некоторых вопросов. Мы сейчас находимся в альтернативном мире, в котором есть много чудес, много непривычного для нас. К тому же, как мы все уже поняли из новостей по поводу возможностей Поваров, этот мир не просто игра, он руководствуется законами природы и своими правилами. Кто-нибудь когда-нибудь общался с Людьми Земли?

Кто-то из собравшихся спросил:

— Разве они не простые NPC?

— Нет, они не NPC, каждый из них — личность. У них есть переживания, мечты, мораль, своя жизнь. Они называют себя Люди Земли, противопоставляя себя нам, Авантюристам. Однако я хочу кое-что прояснить: они — коренной народ этого мира, мы же — паразиты. Акиба — изначально город для Авантюристов, поэтому Людей Земли здесь немного, но, если говорить обо всем мире, их гораздо больше, чем нас. Наши и их функции различаются, поэтому в нынешней ситуации нам необходимо налаживать с ними контакт.

— Контакт?..

Несмотря на то, что слова Сироэ заставили собравшихся подумать: «Вот оно что, если подумать хорошенько, все верно», — и они согласно закивали, некоторые аспекты неизбежно оставались чересчур теоретическими, и это их раздражало. «В альтернативном мире Elder Tales они не NPC, а коренной народ», — если данную точку зрения могли посчитать неприемлемой, то никак не могли отказать ей в логике. Однако такая информация не тронула бы чувств большинства игроков.

— Эм… Пожалуй, я слегка дополню, — осторожно подала голос Мариэль, заметив, что ситуация зашла в тупик.

Каждый раз выступая на важных мероприятиях, она заикалась от волнения, но компенсировала это приветливым характером. Она начала четко излагать свою позицию:

— Кхм, «Полумесяц» действительно всем полюбился. И я хочу сказать, что в нашу лавку захаживали не только игроки, вернее, не только Авантюристы — Люди Земли тоже стали нашими клиентами. Пусть я и не знаю, как правильно сказать, ведь мы еще не совсем понимаем, — однако те люди тоже хотят есть вкусную еду.

На этот раз в зале заседаний воцарилась действительно гробовая тишина.

Этот факт так удивил собравшихся, словно под ними с треском разверзлась земля.

Многие не воспринимали NPC как нечто другое. Бригандия из Сусукино зашла слишком далеко, но даже порядочные жители города обычно обращались с NPC как с говорящими куклами. В Elder Tales в этом не было ничего зазорного, но только в рамках игры.

Однако именно поэтому для участников собрания, опытнейших игроков, новость Мариэль показалась ударом, уничтожающим здравый смысл.

— Я не могу сказать, что нам следует забыть о возвращении в реальный мир, я и не хочу этого говорить… Но необходимо признать, что мы, находясь в этом мире уже два месяца, уже больше не можем вести себя как варвары-пришельцы. Мы все считали, что Люди Земли — бесчувственные, но на самом деле это не так. В этом мире по законам Elder Tales мы — Авантюристы, которые обладают неординарными способностями и могут ходить в рейды на монстров. Но Люди Земли здесь играют более важную роль. Повторюсь, без них мы бы не смогли выжить, потому что в том же банке именно они оказывают услуги, хоть и не могут вести такой же образ жизни, как мы. Если мы будем делать то, что захотим, и творить беспредел, это приведет к очень плачевным результатам.

Закончив свою речь, Сироэ вернулся на свое место. Он чувствовал жуткую усталость, но на сердце у него было легко.

Хотя он уже выдвинул все предложения, какие хотел, в зале все еще стояла тишина.

Все замерли, словно статуи, и не шевелились. Все, что рассказал им Сироэ, стало для них открытием и повергло их в шок. Участники собрания в большинстве своем полагали, что просто застряли в игре под названием Elder Tales, но игра становилась реальностью.

И даже после слов Сироэ никто не мог принять такое состояние вещей.

Но на сегодняшнем собрании он рассказал несколько интересных вещей. Что, например, лучше создавать новые предметы в ручном режиме, а не использовать игровое меню. Что Люди Земли — основная сила этого мира, и все они — полноценные личности. Игрокам оказалось непросто уложить эти новости в их уже устоявшуюся за два месяца картину нового мира, и это их подкосило.

— Сироэ-кун намекает на то, что возможна война между нами и Людьми Земли? — философским тоном спросил Красти.

— Думаю, что такое умозаключение должно исходить не от меня, а от Совета Круглого Стола, — снял с себя ответственность Сироэ.

Стрела уже была пущена. Сироэ достал из рукавов все козыри, раскрыл всю имеющуюся у него информацию. Проще говоря, показал остальным, каким он видел этот мир.

Эту битву начал сам Сироэ, и он желал победить, а не ждал, пока противник признает поражение. Он желал одержать победу, а не отбирать ее.

Он не собирался произносить пышных речей, но все же надеялся, что все собравшиеся смогут достигнуть поставленных целей, ведь они представляли мнение жителей Акибы.

(Но если люди ничего не поймут даже после таких подробных объяснений… быть войне).

Оглядываясь, Сироэ случайно поймал взгляд Мариэль.

Она, кажется, была в тупике, но при этом не переставала улыбаться, сияя, словно подсолнух, а стоявшая за ней Генриетта пожала плечами, будто говоря: «Пожалуйста, поступай, как желаешь».

Казалось, что время застыло. Все молчали, будто в рот воды набрали, и первым разорвавшим тишину стал лидер самой большой в Акибе гильдии ДДД — «Берсерк» Красти.

Он спокойно обратился к собравшимся:

— Мы, гильдия ДДД, согласны на создание в Акибе аппарата самоуправления Совет Круглого Стола и хотим вступить в его ряды.

Содзиро подтрунивающим тоном подхватил слова Красти:

— Бригада Западного Ветра согласна на создание Совета Круглого Стола. Давно не видел я техники полного контроля битвы Сиро-семпая. Жаль, что вы не захотели вступить в мою гильдию.

— Дабы не позволить развала Акибы, Рыцари Черного Меча тоже хотят вступить.

— Честность тоже согласна, отныне мы будем усиленно работать во благо улучшений отношений с Людьми Земли.

Таким образом, к Совету Круглого Стола присоединились и «Черный меч» Айзек с главой Честности Айнзом.

— Как и было сказано прежде, мы, в лице трех крупнейших производственных гильдий, поддерживаем Сироэ-доно в желании создать Совет Круглого Стола и надеемся, что принятые им решения принесут обильные плоды.

Родрик и Карасин кивнули, поддерживая слова Мититаки. Они уже просчитали вероятные исходы и дали своим подчиненным добро на проведение всевозможных экспериментов.

Остальные участники собрания, казалось, просто подчинились обстоятельствам, один за другим соглашаясь вступить в Совет. Великолепие и Радиорынок тоже приняли предложение исполнять роль представителей альянса средних и маленьких гильдий в Совете.

Мариэль, похоже, слишком сильно заставляла себя быть милой и так и рухнула изнеможенная на стол с улыбкой на лице. Застенчиво улыбавшийся Сироэ аккуратно разжал под столом мокрый от волнения кулак, чтобы не заметила Мариэль.

В этот день в Акибе появился Совет Круглого Стола.

4

— Капитан Мариэль! Упаковка кухонного шкафа завершена!

— Не зови меня капитаном, ты невыносим…

Кто-то второпях занимался упаковкой, кто-то подписывал уже запакованные предметы, остальные не могли найти себе занятия.

Через неделю после основания Совета Круглого Стола в зале Альянса Полумесяца царил хаос.

— Капитан Мариэль, наш гильд-мастер, пожалуйста, присядьте!

— Нет, так не пойдет! Мы — маленькая гильдия, и не надо возвеличивать меня, я же сколько раз говорила!

— Мариэ, ты мешаешься под ногами, посиди в уголке, попей чаю.

Ругающаяся с новичками Мариэль мгновенно умолкла. Слова Генриетты немного обидели ее. Она побрела в угол офиса, удрученно бормоча: «Я абсолютно бесполезная…»

В Альянсе Полумесяца занимались переездом.

Члены гильдии бегали туда-сюда: то подметали, то упорядочивали мебель, тщательно выполняя свои задания. Мариэль сидела, погрузившись в свои мысли, и наблюдала, как помощников становится все больше и больше.

День образования Совета Круглого Стола также стал днем краха Хамелина. В том же здании, где проводилось собрание, Сёрю, Серара и Акацки из Log Horizon успешно приняли новичков, совершивших побег из Хамелина.

Сироэ являлся организатором и главным оратором того самого собрания, переходящего в хаос, и он также нес ответственность за проведение другого мероприятия в том же здании.

Пусть немногие знали его именно с этой, второй стороны, все же именно он управлял кампанией по уничтожению Хамелина.

Если бы Мариэль не слышала об этом собственными ушами, она никогда бы ничего и не узнала.

Имена членов Хамелина были внесены в черный список здания гильдий, чтобы они не смогли добраться до сбежавших новичков. За проверку корректности имен игроков из Хамелина отвечала Акацки. Она не участвовала в деятельности, связанной с «Полумесяцем», чтобы Генриетта не могла поймать ее и переодеть в куклу.

Все сбежавшие в здание гильдий новички получили от Сёрю инструкции, как побыстрее разобраться со всеми формальностями. В подчинении у Хамелина находилось 35 низкоуровневых игроков, к которым относились практически как к рабам. Все они были грязные и потные с ног до головы и представляли собой ужасающее зрелище.

Пока Серара и другие добровольца из Альянса Полумесяца раздавали беднягам еду и одежду, новички постепенно начали понимать суть происходящего.

Войти в зал гильдий можно только через здание гильдий, поэтому все члены Хамелина никак не могли покинуть зал своей гильдии и в буквальном смысле попали в плен.

Сироэ предполагал, что у них имелось несколько способов выбраться из этого положения. Согласно первому, они могли воспользоваться Зовом Дома и телепортироваться в Акибу. Использовав эту магию, они бы переместились в последнюю точку, то есть в городскую зону Акибы. Обычно игроки поступали так, когда забредали далеко в полевые зоны или подземелья и хотели быстро вернуться в город.

Однако никто не запрещал пользоваться таким способом перемещения и в городе. Применив Зов Дома, такие игроки просто оказались бы на входе в Акибу.

Существовал и другой вариант: совершить самоубийство. Прибегнув к этому способу, они бы потеряли немного очков опыта в качестве штрафа и возродились в храме, который располагался в центре Акибы. Данный метод тоже можно назвать передвижением.

Когда Хамелин пронюхал о способах выбраться и приступил к их осуществлению, солнце уже зашло за горизонт, собрание подошло к своему логическому завершению и близился момент последнего этапа установления закона.

Все зашло так далеко, что Хамелин уже никак не мог повернуть этот процесс вспять. Даже если бы они и сбежали из тюрьмы, которой стал их же зал гильдии, они бы всё равно не смогли бы снова попасть в здание гильдий.

Исход этой битвы давно уже решился.

И все же произошло нечто неожиданное.

После спасения новичков Мариэль решила распределить их по другим гильдиям или же помогать им до тех пор, пока они не смогли бы остаться сами по себе. Этот вопрос тоже обсуждался Советом Круглого Стола.

Все гильдии, участвовавшие в собрании, приглашали к себе новичков и обещали взять на себя ответственность за них.

Однако в итоге из тридцати пяти низкоуровневых игроков только шестнадцать присоединились к другим гильдиям, остальные же девятнадцать человек предпочли вступить в Альянс Полумесяца.

По словам Серары, спасавший новичков Сёрю был слишком мужественным и произвел впечатление прирожденного лидера, что и послужило причиной такого количества желающих присоединиться к Альянсу.

Генриетта выразилась примерно так: «Они производят впечатление цыплят, увидевших игрушечную маму-курицу», — чего Мариэль немного не ожидала.

Но Альянс Полумесяца состоял в Совете Круглого Стола, и раз уж политика Совета заключалась в предоставлении помощи, они не могли бросить новичков, как котят. К тому же в Альянсе Полумесяца более сильные игроки всегда нежно заботились о более слабых и, зная, что остальные в гильдии тоже радушно примут новичков в свои ряды, Мариэль решила согласиться.

Таким образом, штаб-квартира Альянса Полумесяца столкнулась с одним неудобным вопросом.

Число участников Альянса выросло почти в два раза, и в зале гильдии стало как-то тесновато.

И не потому, что все члены гильдии должны были жить в своей штаб-квартире. Без разницы, вступили игроки в гильдию или нет, они могли снимать комнату в какой-нибудь гостинице. Игрокам была доступна не только услуга посуточного съема, они могли арендовать комнату хоть на месяц, хоть на год. Многие Авантюристы таким образом обеспечивали себе личное пространство.

Однако для низкоуровневых игроков подобные траты могли существенно ударить по кошельку. Альянс Полумесяца мог похвастаться теплыми отношениями между согильдийцами, поэтому многие жили прямо в зале гильдии.

Тем более глава гильдии Мариэль превратила штаб-квартиру в свой дом, и остальные не могли не начать подражать ей.

— Мариэ, Мариэ! Все готово, вставай, вот это твой багаж, бери.

Мариэль обняла мишку и диванную подушку, полученные от Генриетты. Уютный офис, практически оставшийся без мебели, казался очень просторным и опустелым и не производил такого впечатления, как раньше.

— Капитан Мариэль! Офис нового зала гильдии тоже готов!

Та с улыбкой поблагодарила прыгающих перед ней членов гильдии и ушла.

Вот так вот старый зал гильдии уже не отвечал требованиям Альянса Полумесяца, и они переезжали в новый зал, находящийся в том же здании.

Хотя Мариэль и уходила, обнимая свой «багаж», ей нужно было всего лишь выйти в коридор здания гильдий и войти в соседнюю дверь, чтобы попасть в новое помещение. Довольно-таки короткий переход.

Однако уровень помещений разительно отличался. В новом количество комнат увеличилось с семи до тридцати одной. Разумеется, арендная плата тоже подскочила в три раза, но от дохода с «Полумесяца» осталось кое-что, чтобы заплатить.

Строго следящая за платежным балансом Генриетта поручилась, что проблем не будет, поэтому Мариэль со спокойной душой решилась на переезд.

Число игроков в гильдии увеличилось на тридцать человек, но новый зал спокойно мог вместить в себя столько, а помимо того включал в себя еще и кухню, конференц-зал, кабинет, склад, большую гостиную. Размер комнат стал значительно больше. В новом зале гильдии все тридцать одна комната были расположены так, что словно образовывали небольшой дворец.

Но больше всего удивляло наличие двух этажей и даже лестницы между ними.

— Такой просторный!

— Очень круто! Такой большой!

— Да сюда даже дракон смог бы поместиться!

Игроки радовались и веселились, личико Мариэль тоже непринужденно сияло радостной улыбкой. Во всех уголках нового жилища кипела работа: расставлялась перевезенная мебель, открывались пакеты с вещами, составлялись списки покупок необходимого оборудования.

Мысли о приобретении столов и ковриков вызывали головную боль, однако самые необходимые вещи могли самостоятельно изготовить игроки с производственными подклассами, а если не хватало денег, то игроки всегда могли отправиться наружу за приключениями.

Размышления о том, что город возрождается, вызывали зуд в сердце у Мариэль.

(Как много всего нужно сделать! И сколько всего нам еще надо!)

Новый кабинет был очень просторный — площадь его увеличилась в целых три раза — настолько просторный, что люди в нем чувствовали себя немного неуютно. Старые столы, стулья, диван и диванные подушки уже разместили здесь, однако для такого офиса мебель была слишком мала, и гости могли посчитать это место слишком просторным и даже заброшенным.

— Здесь… и правда много места. Эта комната больше, чем наш прошлый конференц-зал?

Вошедшая с документами в руках Генриетта не нашлась, что ответить. В прошлый раз, когда они осматривали помещения, мебели тут еще отсутствовала, поэтому они могли сказать только: «Немножко побольше, вот и отлично». Однако расставленная мебель показала переизбыток пространства, ощущение одиночества.

— Мне что, придется здесь жить? — невольно вырвалось у Мариэль. Этот вопрос ее основательно мучил.

— Думаю, стоит разграничить пространство ширмами или растениями в горшках.

Генриетта записала в блокнот список необходимых предметов. Она была права, и раз уж офис вышел таким просторным, хватило бы просто отделить пространство для приемной. Мариэль подумала, что, если разделить комнату на три части, она смогла бы устроить свою спальню в самой внутренней ее части.

— Судя по всему, придется достать немало вещей…

— Ага… Однако, я думаю, это того стоит.

Глядя в блокнот, Генриетта улыбнулась. Эта прекрасная улыбка заставила Мариэль проникнуться переживаниями и радостью обеих девушек.

— Я безумно люблю тебя, Генриетта!

Она обняла подругу, выражая свой внезапный приступ эмоций.

— Как ты могла прийти к такому выводу из нашего разговора? В этом вся Мариэ!

Удивленная Генриетта попыталась сопротивляться и наткнулась на новичка, тут же залепетавшего: «Про… Простите за беспокойство!» Мариэль беззаботно засмеялась, за ней и Генриетта, и смех девушек заполнил всю комнату. Они хохотали, пока чуть не попадали от усталости.

— Ты правда…

— Я уже извинилась… Прости меня! Ладно? Ладно?

— Я лишь сказала, что стимулировать экономику, покупая мебель, — очень неплохая идея.

Позиция Мариэль заставила Генриетту покраснеть от смущения и нахмурить брови. Она любила лезть обниматься к Акацки, но саму ее никто никогда не обнимал. Глядя, как подруга улыбается, Мариэль не могла не расплыться в ответной улыбке.

— И правда, такое чувство, как будто солнце внезапно показалось.

И Мариэль имела в виду совсем не лето.

А Акибу после создания Совета Круглого Стола.

В тот день вечером на главной площади Акибы появилось несколько десятков сообщений о том, что создан Совет Круглого Стола. Эта весть очень быстро распространилась среди жителей, и к утру в городе не оставалось никого, кто не знал бы об этом.

Но такие действия, разумеется, вызвали и возражения.

Их причиной послужило то, что члены Совета не были избраны путем демократических выборов. Согласно стандартам обычного японца, образование Совета таким путем считалось насильственным захватом власти, втайне произведенным крупными гильдиями.

Однако это была только предварительная оценка, поэтому в сообщениях подробно объяснялись причины создания Совета, цели ближайших действий и пути их исполнения.

Кроме того, все секреты приготовления пищи в «Полумесяце» также без колебаний были раскрыты.

Акибу всего в один вечер наполнила всевозможная снедь. Прежде «имеющую вкус пищу» в «Полумесяце» могли только купить, а теперь даже самые неопытные Повара могли приготовить себе еду.

Новый способ готовки предполагал не только наличие определенных навыков — на практике оказалось, что Поварам необходимо обладать хоть какими-то знаниями о готовке и владеть технологиями приготовления пищи. Кроме того, похвалы, исходящие из уст гостей, не всегда звучали в адрес приготовленной неопытным Поваром пищи. Чаще она просто оказывалась лучше той, сухой и безвкусной, еды.

Какие-то Повара оказывались слишком торопливыми и тут же открывали лавку. Некоторые продавали свежий хлеб, некоторые — сок, кто-то торговал нехитрой жареной картошкой… Доходило до того, что люди разводили костер у дороги, варили в огромном котле рыбный или мясной суп и продавали его по тарелкам. Попросту извлекали выгоду из всего подряд.

До нынешнего момента не было никакой возможности удовлетворить потребность в еде и напитках, сейчас же такая возможность появилась. Еда, получившая хоть какой-то хороший отзыв, тут же сметалась с прилавков. Походы за едой, еще вчера казавшиеся немыслимыми, сегодня стали реальностью Акибы.

Жители города с радостью встретили такие перемены.

Причем радовались этим изменениям не только Авантюристы, но и Люди Земли.

Во имя возрождения города следовало установить законность и обеспечить безопасность, наладить отношения с Людьми Земли, ввести налоговую систему для поддержки работы администрации. На следующий день после обеда была произнесена речь, в которой излагались все эти положения.

На главной площади Акибы в числе прочих выступали лидер ДДД «Берсерк» Красти и глава Океанических Систем Мититака. Известные лица Акибы собрались вместе, чтобы объяснить суть Совета Круглого Стола.

Создание налоговой системы вызвало некоторые вопросы, но после подтверждения, что этот процесс наполовину автоматизированный и размер налогов очень мал, жители пассивно согласились. Налоги взимались за посещение здания гильдий. Если игрок хотел попасть внутрь, он должен был уплатить налог — 1 монету за одно посещение.

Таким правом и многими другими обладал владелец здания гильдий. Согласно подсчетам Родрика, Совет Круглого Стола каждый месяц получал бы примерно 400 тысяч монет налогов в бюджет.

Все считали, что необходимо установить закон, — особенно игроки, не состоявшие в крупных гильдиях. Все уже поняли смысл восстановления жизненных сил Акибы.

Еда стала той самой последней каплей, из-за которой за одну ночь произошла революция. И именно она вернула жителям города жизненные силы.

В итоге Совет Круглого Стола получил согласие всех жителей Акибы. В конце концов, такая система управления государством рано или поздно должна была появиться. Тем более она превосходила какую-нибудь автократию, когда во главе города встала бы одна крупная гильдия. Создание аппарата самоуправления было лучше в несколько раз.

При произнесения речи входившие в Совет Круглого Стола представители одиннадцати гильдий то и дело поощрялись горячими аплодисментами. Но им хлопали не как должны хлопать на политических встречах, скорее, как аплодируют на пышных банкетах с приятной шумной обстановкой.

Все начало окрашиваться в цвета заката, на главной площади собралась куча людей, яблоку некуда было упасть. Из всех окон окрестных высоких зданий повыглядывали люди, чтобы посмотреть на мероприятие.

В руках они держали хлеб, сладости или шашлыки. Некоторые немного выпивали. Обстановка в целом не особо походила на выступление, больше на шумный фестиваль.

В итоге представитель Совета Круглого Стола Красти официально объявил о том, что с этого момента в Акибе создается новая структура, ответственная за исследования Колец Фей и еще многие проекты, и им нужна помощь местных жителей.

И пока те аплодировали принятию этого закона, игроки из производственного подкласса принесли несметное количество еды и напитков. Три производственные гильдии под руководством Фирмы Родрика заявили: «Сегодня первый день грандиознейшего праздника». После чего громко добавили: «Мы хотим опустошить все наши амбары с вкусной едой», — тем самым доводя атмосферу на площади до самого пика.

— Если так веселиться, то и мозги могут в мочалку превратиться.

— Это уж точно.

Мариэль тихо засмеялась, а Генриетта стояла будто в недоумении.

С бесконечными тостами «До дна!» ночь становилась все темнее.

Прошла неделя с той ночи.

Акиба продолжала купаться в солнечном сиянии.

Каждый день происходило изобретение какого-то нового блюда, остальные производственные классы, помимо Поваров, тоже пробовали разнообразные способы, чтобы создать что-нибудь совершенно новое.

Мариэль и Генриетту больше всего занимали предметы для ванной и туалета. Так как все-таки Elder Tales была обычной игрой, ванная и еще некоторые штуки просто стояли на заднем плане. Но когда речь заходила о жизни в этом альтернативном мире, мнение по такому вопросу, как ванная, в корне менялось. Здесь было не так влажно, как в реальной Японии, и летом никто не падал в обморок от жары, но все же девушки очень интересовались вопросом ванной.

Говорят, что Бригада Западного Ветра при содействии Механиков, Кузнецов и Плотников самые первые возвели в своем замке огромную купальню.

С каждым днем появлялись новые и новые известия о каких-то изобретениях или свежих идеях. Акиба действительно оживала на глазах. Спланировавший это молодой человек не получил ни капельки признания на том мероприятии, но все же остался всем доволен.

Каждый раз думая о Сироэ и его товарищах, Мариэль испытывала радость и чувство благодарности, прорывавшиеся фонтаном необъяснимых эмоций.

Хамелин в тот день был распущен.

(Он и правда разрушил целую гильдию. Сиро-бо просто ужасающий парень, такой опасный…)

Мариэль сидела, обхватив колени и втянув голову в плечи, у себя в офисе на роскошном стуле и вспоминала решительные глаза Сироэ за круглыми стеклами очков. Основав Совет с такими пламенными убеждениями, он действительно пугал людей своей энергичностью.

Мариэль знала Сироэ как честного и опытного игрока, постоянно что-то обдумывающего и в то же время связывающего самого себя плохими мыслями.

По правде говоря, он был просто Мистером Хорошим Парнем, постоянно переезжающим с места на место в поиске дела, а также очень многое повидавшим. И возможно, это сложно представить, но он был неплохим Чародеем.

Но этого несгибаемого юношу, словно вступившего в яростный бой или же игравшего напряженную шахматную партию, который своей пламенной волей загонял противников в тупик, Мариэль не знала.

(Однако он нам помог…)

Она уткнулась лицом в колени и счастливо засмеялась. Сироэ, Акацки, Нянта и Наоцугу помогли Альянсу Полумесяца и спасли Серару, да еще и вдохнули жизнь в Акибу.

Четверка, способная отделять личные отношения от деловых и видеть ситуацию со стороны в поисках «лучшего решения». Мариэль даже и представить себе не могла, что они, еще недавно весело попивающие чай в Альянсе Полумесяца, станут такими. Но все же это не отменяло того факта, что они оставались благодетелями.

— Хм, кстати, я сегодня что-то не видела Сиро-бо и его друзей, что они делают? — озвучила она свою мысль Генриетте.

— О, а ты не слышала? Сироэ-сама и остальные сегодня тоже переезжают!

5

В это время Сироэ и его друзья решили поселиться в здании на севере от Акибы.

В Log Horizon, совсем недавно образованной им, состояло всего четыре игрока.

Хотя он и вел свои дела гармонично, но если ставил перед собой какую-нибудь цель, то не остановился бы ни перед чем в стремлении достичь ее. Таким был Чародей Сироэ, известный как «Злодей в очках», и ему это прозвище не очень-то нравилось.

Апостол трусиков, легкомысленный шутник, любящий посмеяться над чем-нибудь, надежный, как железо, Защитник Наоцугу.

Тоненькая и черноволосая, всегда воспринимающая шутки всерьез, Ассассин Акацки.

И Шеф, отвечающий одновременно за питание и за обучение младших, серебряный Головорез Нянта.

Гильдия всего из четырех человек, назвать ее маленькой язык не поворачивался, разве что только крошечной.

Тем более, как заметил Мититака из Океанических Систем, Log Horizon создавалась только для того, чтобы стать частью Совета Круглого Стола. Как он сказал, сложно отделаться от впечатления, что все это простейшая афера.

Игрок под именем Сироэ на протяжении всей своей долгой игровой жизни держался в стороне от гильдий, и никто не ожидал от него такого поворота событий.

Проведя ночь, глядя на луну возле реки Канда, Сироэ взял Акацки и Наоцугу, и они отправились в Акибу, окутанную туманом.

На заре запах лета чувствовался все сильнее и сильнее, и в раннем стрекоте цикад мозг Сироэ разрывался в попытке придумать, как же начать разговор. В итоге он выбрал немудреную фразу: «Я хочу основать новую гильдию, не хотите ли присоединиться?»

«Я облажался, надо было придумать отговорку полюбезнее». Сироэ тут же пожалел, но те двое согласились, не произнеся ни одного лишнего слова.

— Чего, Сиро наконец-то решился? Я специально не вступал в гильдии, чтобы сотрудничать с тобой.

— Ниндзя всегда следует за своим господином, господину нужно лишь слово сказать.

Таким образом, вместе с Нянтой, которого Сироэ пригласил ранее, в Log Horizon собралось четверо игроков. И с таким количеством этой слабенькой гильдии больше подходило что-нибудь вроде Что-то Там На Горизонте. Вот так в Акибе была проведена крошечная церемония создания еще одной гильдии.

— Господин, с вашими финансами все в порядке?

Этот разговор проходил в просторном и пустом многоэтажном здании. Акацки задала вопрос, одновременно подметая.

Ее волнения не были беспочвенными, такая слабая гильдия, как их, вообще-то не нуждалась в базе.

В подобных гильдиях игроки обычно жили в комнате в гостинице, мало кто снимал отдельный зал гильдии.

Члены таких крохотных гильдий владели таким же маленьким количеством вещей или трофеев. Для встреч им хватало площади или номера в гостинице. Обсуждать тактику ведения боя можно и возле дороги, в конце концов, простого общения по телепатии было бы достаточно.

Гильдии чуть покрупнее могли арендовать зал в здании гильдий.

Здание гильдий располагалось возле самого центра города, оно предлагало честную цену и чистую обстановку, поэтому пользовалось популярностью. Залы варьировались от дешевенького семикомнатного до включающего тридцать одну комнату, которые могли вместить в себя гильдию в сто человек любого уровня. Рядом находился банк и рынок, и многие успешно пользовались всеми этими удобствами.

Что же касается крупных гильдий, то зал в здании гильдий мог показаться им тесноватым.

Самое большое помещение, предоставляемое зданием гильдий, состояло из тридцать одной комнаты — то самое, которое Мариэль из Альянса Полумесяца назвала «похожим на дворец». Однако такое впечатление эти помещения производили только на гильдию в 30-40 человек, гильдии в 200 человек здесь явно недоставало места.

Поэтому большие гильдии вроде Рыцарей Черного Меча и Бригады Западного Ветра покупали большое здание в Акибе, и зона вокруг него считалась штаб-квартирой этой гильдии.

Океанические Системы с пятью тысячами игроков делились на несколько отделов в соответствии с подклассом, и у каждого отдела было свое здание. В этой ситуации гильдия располагала аж несколькими штаб-квартирами.

Такие штаб-квартиры назывались Домом гильдии, Башней гильдии или даже Цитаделью гильдии. В Log Horizon все игроки достигли девяностого уровня, но число членов было слишком мало. Поначалу казалось, что использовать огромное здание неэффективно, тем более создавать здесь штаб-квартиру. Достаточно просто снять зал в здании гильдии. Акацки волновалась об этом, потому и спросила о финансах.

— Ну, это… эм, мы справимся, — ответил Сироэ, натирая стену щеткой с длинной ручкой.

Это здание раньше использовалось как склад и большая лавка, с первого до шестого этажа его пронизывало огромное старое дерево.

В полу посередине на каждом этаже зияла дырка, дерево, росшее уже неизвестно сколько сотен лет, все обросло мхом. Оно начиналось с самого низа здания и бесконечно стремилось в небесную высь, а в районе крыши разветвлялось и зеленой кроной образовывало некий купол.

Хотя раньше в Акибе и рос густой непролазный лес, такое сочетание здания и дерева встречалось крайне редко.

— Это здание дешевое из-за вида? Да еще и ступенек нет, неудобно.

— Хм… Можно и так сказать, — ответил Сироэ, убирая обломки.

По большей части здесь уже убрались молодые игроки из Альянса Полумесяца, которые потратили на это несколько дней. Но в здании до сих пор было грязно, и оно оставалось непригодным для проживания.

Судя по всему, раньше здесь располагалась точка продажи бытовой техники, потолки на первом этаже были очень высокие, около четырёх-пяти метров.

В старые времена, во время постройки этого здания, здесь определенно были ступени, ведь предполагалось большое пространство для лестницы. К тому же рядом с местом для ступеней находилась бывшая шахта лифта — вероятно, там, где сейчас торчали ветки дерева.

Скорее всего, дело обстояло так: после того как в здании появились повреждения, дерево начало подтачивать лестницу и шахту лифта, пробиваясь наверх.

Дом располагался далеко от центра и был непригоден для жизни, поэтому его никто не покупал, несмотря на низкую цену.

— Но… В Акибе живет много людей… Тут же так хорошо, надо просто новую лестницу построить.

Как и сказал Наоцугу, спускающийся со второго этажа, стальные лестницы на первом и втором этажах уже достроили. Хотя они и выглядели мертвыми и холодными, однако были достаточно крепкими, широкими и очень даже подходящими для использования.

— Так вот… Почему в игре нельзя построить сооружение, которое заделает дыру в полу?

Наоцугу подумал, что в словах Сироэ прозвучало согласие с его мнением.

Открытие нового способа готовки, которое совершил Нянта, повлияло не только на Поваров, но и на всех игроков с производственными подклассами, которые начали активно создавать новейшие предметы. Нет, не только производственные подклассы, даже просто играющие какие-то роли игроки ударились в эксперименты, проверяя, что они сами могут в альтернативном мире.

Лестница тоже стала результатом одного из экспериментов.

Когда Elder Tales была просто игрой, люди думали, что стены и полы недвижимы, однако на этой неделе подтвердилось, что это не так.

Пока лестницу наладили только с первого на второй этаж, на третий и выше пришлось бы взбираться по веревке, но в случае необходимости лестницу построили бы тут же.

Цена этого здания была гораздо ниже рыночной, но даже ней пришлось выложить довольно внушительную сумму. Кроме того, необходимо было заплатить тем, кто строил лестницу. У такой слабенькой гильдии, как Log Horizon, не нашлось бы достаточно средств, чтобы закончить ремонт.

Чтобы установить лестницу и сделать пол в спальнях на втором этаже, они прибегли к помощи Океанических Систем. Глава гильдии Мититака на это весело ответил: «Стоит только немного пофантазировать, и это место, пока что неподходящее для обитания, легко может начать новую жизнь. А сделать новую лестницу — очень интересная задача».

Мититака не раз лично приходил на место работ, и Наоцугу ему говорил: «О, раз уж это очень интересная задача, сделайте нам скидку!» Казалось, Мититака принял все это всерьез, заинтересованно глядя в глаза Сироэ.

Он прекрасно понимал, что это могло стать новым видом бизнеса, но в альтернативном мире на обработку сырья могло уйти примерно столько же усилий, как и в настоящем, поэтому сложно было рассчитать разумную прибыль.

Генриетта когда-то объясняла такие термины, как баланс спроса и предложения, полная занятость, минимальная заработная плата и т. д. Сироэ тоже знал теорию в основном и понимал суть, но на практике просчитать все практически никто бы не смог.

Так или иначе, экономическая система альтернативного мира находилась в состоянии полнейшего упадка, и большой вопрос, сколько концепций реального мира удалось бы воспроизвести здесь.

Сейчас они могли, как сказал Мититака, «приблизительно все оценить, подождать, пока ситуация стабилизируется и использовать полученное число для составления цены». Таким образом, он хотел оставить ценообразование на себя.

В этот день вся гильдия Сироэ с самого утра принялась за уборку.

Но их было всего четверо, и они никак бы не смогли вычистить все шесть этажей здания и подвал, тем более учитывая огромную дырку в потолке и разбитые окна.

Они сразу же отбросили идею отмыть весь дом и сосредоточились на обустройстве уюта на втором жилом этаже. Там предполагалось восемь жилых зон, а на всем этаже осталось всего две дырки в полу.

В итоге, никаких затруднений в скором времени не должно было возникнуть.

Однако никто не знал, получится закончить летом или же только осенью. Сироэ взвесил все факторы типа температуры воздуха и возможных компонентов будущего жилища и рассудил, что до начала зимы они точно успеют.

И пока они занимались возведением собственного жилища, их посетили гости. Сироэ установил в настройках зоны неограниченный вход, поэтому к руинам здания часто приходили знакомые им люди и громко им кричали.

Сегодня заглянула Генриетта, которая, по идее, тоже переезжала. Неловко потоптавшись ради приличия, она подарила корзинку с фруктами, поздравив с окончанием постройки базы Log Horizon. Акацки, принимавшая подарок с замершим сердцем, тут же попала в плен — на нее мгновенно надели платье под названием «особый подарок», но давайте не будем вдаваться в детали.

Содзиро из Бригады Западного Ветра вместе с еще одним членом Чайных Дебоширов — красавицей хилером Назуной — нанесли визит, прихватив с собой бутылочку вишневого ликера. Хотя в Log Horizon алкоголем никто не увлекался, чистый запах идеально подходил к поре начала лета. Говорят, что Пивовар из Бригады Западного Ветра вкладывал всю душу в изготовление своего алкоголя.

Карасин из Восьмой Торговой Улицы тоже заглянул к Сироэ посоветоваться по одному делу.

Карасин внес предложение нанять Людей Земли на административные должности в Совет Круглого Стола — в основном заниматься мелкой работой типа отправки писем и документов.

Заставить Авантюриста сидеть в офисе и перебирать бумажки очень сложно и к тому же дорого. Карасин и Сироэ решили, что нужно двигаться в этом направлении.

Карасин с улыбкой на лице тут же отправился предлагать кандидатуру своим знакомым Людям Земли.

Дольше всех из боевых гильдий ждали Рыцари Черного Меча и ее глава Айзек. Он пришел с несколькими Призывателями и крикнул: «Эй, «злодей в очках», здесь так просторно и уютно, одолжи мне это место для тренировок бойцов».

Наоцугу еще даже не начал бурчать, как Призыватели вызвали Духа Чистой Воды, и огромное количество воды поднялось до уровня первого этажа, потом до второго, и вымыло там все дочиста. В мире, где вода сама нигде не лилась, такое явление очень помогло.

Сам Айзек только взял фрукт из корзинки, подаренной Генриеттой, откусил от него и ушел, но Шеф Нянта сказал: «Рыцари Черного Меча тоже неплохие люди, ня». Этот поступок Айзека очень поразил людей, и, возможно, именно так он хотел восстановить отношения с Сироэ.

Когда Сироэ решил купить это разрушенное здание, эту Башню гильдии, скорее всего им двигала еще одна причина.

Став активным участником Совета Круглого Стола, он стал часто принимать к себе посетителей, и за эти несколько дней количество людей в списке его друзей только увеличивалось. Некоторых он добавил не для дальнейшего углубления дружеских отношений, а для увеличения шанса поддержания связи, и поэтому приходилось их добавлять для общения по телепатии.

Отныне посетители должны были идти непрерывным потоком, и это повлекло бы длинные пространные разговоры и обсуждения. Еще неизвестно, стали бы проводиться в будущем такие же мероприятия, как основание Совета Круглого стола, но раз уж существовала вероятность, здание нуждалось в кухне, мастерской и складе.

Обдумав все детали, Сироэ выбрал место за городом, ведь лишь оно могло вместить такое большое здание.

— Как говорится, большое состоит из малого.

— К тому же Наоцугу, судя по всему, нравятся возвышенности.

— Сиро, потому что ты такой, Акацки постоянно называет меня дураком. Цены на акции рухнули ниже некуда.

Сироэ всегда мог поговорить начистоту со своим старинным другом Наоцугу. И даже болтая на несущественные темы, он чувствовал себя очень комфортно.

— Ладно, Сироэ-чи и Наоцугу-чи, прекратите ругаться. Если мы не уберемся, то не сможем поужинать, ня.

— Карри? Сегодня будет карри? Карри — мое самое любимое блюдо!

— Дурень Наоцугу, сегодня и правда будет карри.

— Правда? Класс!

Нянта и Акацки тоже решили поговорить.

Во время своего долгого опыта игры в Elder Tales Сироэ, конечно же, вступал в гильдии. Но он понимал, что находился там словно в гостях, не являясь настоящим членом.

Он не смог рассматривать гильдию, как «ярлык», нигде не нашлось угла для него и товарищей.

И он должен был беречь это в глубине своего сердца и защищать.

Он понял эту истину, когда существовали Чайные Дебоширы, — не важно, есть ли у тебя «ярлык» гильдии, собраться вместе с друзьями гораздо важнее.

Как только город окрасился в цвета заката, в сердце Сироэ появилось особенное чувство. В игре сумерки были всего лишь компьютерной графикой, однако в альтернативном мире все обстояло совершенно по-другому.

Возвращавшиеся из леса стаи черных птиц издавали одинокие и приятные для уха крики, пролетая низко над землей.

Вернувшиеся из рейдов Авантюристы слонялись у лавок по обеим сторонам улицы, которая вела на главную площадь. Группы, успешно сходившие в рейд, воодушевленно обсуждали планы на будущее, игроки, вернувшиеся с пустыми руками, обещали в следующий раз смыть с себя позор. Увитые лозами заброшенные здания окрасились в темно-красный, и бойцы с мастерами, среди которых встречались как Авантюристы, так и Люди Земли, начали отбрасывать длинные тени на землю.

На этой неделе, казалось, даже сумерки источают аромат.

Многочисленные прилавки продавали ужин усталым Авантюристам и завершившим рабочий день мастерам. Теперь Люди Земли управляли тавернами, и там, помимо алкоголя, приобретшего сладкий вкус, появилась и простая снедь.

Сумеречное небо постепенно прояснилось и стало из медно-красного темно-розовым, потом грязно-зеленым и, наконец, синим. Таким медленным по сравнению со старым миром закатом и завершился еще один день городских жителей, и они начали готовиться к следующему дню.

— Господин, первая звезда засияла.

— Это не важно, я так голоден, что не могу двигаться.

Закончившие передвигать вещи Наоцугу и Акацки наслаждались вечерней прохладой у окна. Еще ни один фонарь не загорелся в этих сумерках.

Двое товарищей повернулись и посмотрели на Сироэ.

Они спокойно смотрели на него с вопрошающими лицами, и Сироэ наконец-то понял, что обрел свой дом.

Чайные Дебоширы в итоге ушли из его сердца, но этот процесс занял много времени. Если постоянно сравнивать этот дом с прошлым жилищем, то можно подсознательно навредить многим людям и местам, и поэтому Сироэ взял себя в руки.

«Я не понимаю таких простых вещей, и, пройдя столь длинный путь, я абсолютно бесполезен». Пока Сироэ осуждал себя, его стали вопрошать с двух сторон, изумленно на него глядя: «Господин, что такое?», «Ты тоже голоден, а ходить голодным — опасно для здоровья».

— А? А как же Шеф Нянта? Еще не вернулся?

Сироэ почувствовал прилив воодушевления и, не заметив силуэта Нянты, вспомнил, что тот пошел докупить пряностей.

— Хм, раз уж ты его упомянул, он сегодня как-то долго. Небось гуляет возле лавочек и ест.

— Это совсем не смешно.

Слушая этих двоих, Сироэ про себя отметил, что так и есть, и в этот момент под домом раздался томный голос: «Сироэ-чи… Наоцугу-чи… Акацки-нян…»

Это, скорее всего, вернулся Нянта.

Неужели покупки такие тяжелые? Нет, в альтернативном мире это невозможно. Троица, переговариваясь, спустилась вниз, и на первом пустом этаже они обнаружили освещенный лунным светом силуэт, словно обрамленный проволокой, — Нянту.

— Шеф, что такое? Я голоден, давайте быстрее есть карри!

— Эм, учитель, я тоже голодна.

Наоцугу и Акацки наполовину высунулись с лестницы, говоря словно дети. Нянта засмеялся, выпихнул из-за спины два объекта и поставил их перед собой.

— …А?

— Это… Это…

— Это разве не Тоя и Минори?

Близнецы Каннаги-девочка и Самурай-мальчик стояли с настолько красными лицами, что это прекрасно было видно даже в темноте. Они подстриглись на этой неделе, сменили одежду на чистую и нашли новое снаряжение, и все это время их ободрял Нянта.

— Я купил пряности и возвращался домой, когда их увидел, ня. Они слонялись вокруг дома, я бы на их месте давно превратился бы в тянучку, ня.

— А что у вас случилось? Разве Альянс Полумесяца не занимается сегодня переездом? — спросил Сироэ у близнецов.

Альянс Полумесяца в этот же день переезжал в новый двухэтажный зал гильдии, а после, по идее, у них должен был состояться праздник по поводу новоселья. Мариэль, любящая праздничную обстановку, вряд ли отпустила бы двух новичков шататься по ночи.

— Ничего, братик, просто…

— Эм…

Тоя, задрав голову, смотрел на Сироэ, стоявшего на середине лестнице, и говорил звонким юношеским голосом:

— Мы пришли, чтобы попросить братика взять нас в гильдию.

— Чего?

— Мы хотим стать учениками Сироэ-сана… Альянс Полумесяца очень заботился о нас на этой неделе, но мы так и не присоединились к нему… даже сейчас. Я и Тоя — последние новички из Хамелина, еще не вступившие в гильдию, — подробно объяснила Минори, дополняя чрезмерно прямолинейного брата.

— Мы справились только потому, что братик научил нас многим полезным вещам. И раз уж вы основали гильдию, мы хотим в нее вступить. Сейчас я, наверное, слаб, но в будущем стану сильнее.

— Я, возможно, тоже стану обузой для вас… Но я уже решила, что не буду утешать себя этим. Пожалуйста, возьмите нас.

— Эм… это…

Возможно, им откажут.

И что тогда делать?

Выдавившие из себя эти слова близнецы стояли, как окаменевшие, и только глядя на них становилось понятно, как они волнуются.

Сироэ слышал о том, как с ними обращались в Хамелине, к тому же они зашли в Elder Tales совсем недавно и не успели завести друзей, им не на кого было положиться. Им определенно пришлось пережить много неприятных моментов.

Если бы они остались в Альянсе Полумесяца, в который вступило много игроков с подобным им опытом, они бы определенно неплохо устроились. Но ребята отказались вступать в Альянс и пришли к Сироэ, зная, что в противном случае им некуда будет идти.

Сироэ не мог понять их чувства, однако он понял, что они отрезали себе путь к отступлению.

Проведя с ними лишь последнюю неделю, когда Elder Tales была только игрой, Сироэ не представлял, что за такое короткое время они начали благоговеть перед ним, лишь слушая его речи.

Никогда не думая, что станет для них указательной вехой, он не имел подобного опыта, поэтому ничего не ответил на их страстное желание и не мог дать согласия.

Нянта уставился на Сироэ, еще сильнее сощурив свои нежные узкие глаза и ласково проговорил:

— Сироэ-чи, не стой столбом, ты же гильд-мастер.

Гильд-мастер.

Мастер гильдии.

Лидер гильдии.

И верно, так оно и есть, почувствовал Сироэ. Он создал эту гильдию, потому что чувствовал духовную близость со своими товарищами и состоял с ними в теплых отношениях, и до этого момента не ощущал себя в роли главы гильдии.

Ни разу прежде он не становился указательной вехой для людей.

Он использовал других в качестве указателей, но сам никогда не оказывался в такой роли.

Сироэ повернулся, глядя на двух своих голодных товарищей, стоявших на лестнице. Наоцугу, хихикая, поднял большой палец и сказал: «Ну конечно». Акацки с более мягким выражением лица кивнула.

— Ладно, мы, Log Horizon, приглашаем Тою и Минори вступить в нашу гильдию. Первейшая задача новичков — отведать карри вместе со своими товарищами. Вы готовы?

— Да!

— Братик!

И вместе с двумя вступившими, слабо подавшими голос, в гильдии стало шесть человек.

В некогда игре, а сейчас ставшей альтернативным миром Elder Tales официально появилась новая гильдия.

Гильдия под названием Log Horizon.

Здание в окрестностях Акибы, нанизанное на древнее дерево, стало жилищем для маленькой компании.

Здравствуйте, Я Мамарэ Томо

Спасибо за покупку «Log Horizon 2: Рыцари Камелота», эта книга представляет собой отредактированную версию вебки «Начало Другого Мира. Часть 2». Сироэ и его друзья наконец-то начали свое приключение, ждите их активных действий в будущем!

Я закончил вступление, следующая часть о Мамарэ, моей младшей сестре.

Спасибо всем за поддержку, Log Horizon успешно напечатан, поэтому я хочу угостить мою младшую сестру в честь праздника.

Но она — слабая и болезненная девушка, поэтому не может уезжать далеко и ест в окрестностях своего дома.

Но не стоит беспокоиться, мы всего лишь сходим поесть мондзяяки.

И так как мы живем в спальном районе, мондзяяки продается везде.

Моя младшая сестра не особо понимает, что происходит, и выглядит очень удивленно, как глупая обезьянка, которая не понимает смысла выражения «я угощаю». Возможно, я, как брат, что-то упустил в ее образовании. Ладно, я рою себе могилу, так что давайте дальше.

Как все и ожидали, я не рассказал своей семье о выходе книги. Нет, я не собирался держать это в секрете, но, когда признался во всем в прошлом месяце, мне просто сказали: «Хватит врать», — и игнорировали, не давая ничего объяснить.

Я решил пойти куда-нибудь поесть именно для того, чтобы использовать этот шанс объясниться под предлогом мондзяяки. Но моя младшая сестра начала угрожать мне сразу же, как заняла свое место.

Сестра, почему ты не веришь своему брату? Я разрешил ей заказать все, что она хочет, но план провалился, и она произнесла жестокие слова: «Глупый братец, чего ты добиваешься?»

Я заговорил ее своими сладкими речами, и мы ели мондзяяки.

Мондзяяки с сыром ментайко и новогодние кексики.

Не только моя сестра, весь клан Мамарэ имеет привычку есть одно и то же. Моя мама целое лето ела лапшу. Я сам недавно ел оладьи с грецкими орехами какого-то западного бренда с голубем на упаковке и купил целую коробку этих оладьев.

Моя сестра любит маринованные баклажаны и сырно-рыбную пасту. Мы в клане Мамарэ любим есть простые уличные закуски.

Таким образом, мы съели три порции мондзяяки с сыром ментайко и новогодние кексы.

Я попытался объясниться по поводу публикации книги, но каждый раз, когда заводил разговор об этом, моя младшая сестра начинала вторгаться в границы мондзяяки, и мне приходилось укреплять свои позиции, подвигая мондзяяки на свою территорию, игнорируя все правила приличия.

Моя хрупкая сестренка отлично атакует. Она вообще меня не слушала, игнорируя людей лучше, чем гималайская пищуха.

Она все время неправильно читала по-японски в юности, например, неправильно читала название префектуры Оита или произносила батут как капут. В этом нет моей вины, даже когда я ее исправлял, она ничего не слушала.

Она кричит «Отлично, я наелась!» со счастливым выражением лица, так происходит всегда, с самой начальной школы. Поэтому и вещи в ее голове тоже не изменились. Но я, кричащий «Я так объелся, ментайко просто класс!», недалеко ушел.

Именно поэтому я и не рассказывал о публикации моей книги до этого момента.

В отличие от моей семьи, Log Horizon прогрессирует, как бурный прилив, чтобы предстать перед вами. В этом томе дебютируют Тоя и Минори, компания Сироэ будет еще оживленней, они станут сильными, дабы двигаться вперед.

Снаряжение для персонажей в начале каждой главы — результат поиска в публичных ресурсах. Я использовал идеи IGMI_masamune, pdyosulkeKadoh, ebiusl, gontan, hpsuke, kaze_syuki,makiwasabi, roki_a, sawamel_jatepan00, blackusagi,kane_yon, wataru_mg и других пользователей, спасибо вам.

Хотя я и не успел детально проработать все расы к публикации, я все равно благодарен пользователям интернета за участие. Все — начиная от стильного снаряжения до смешных штучек, — услада для глаз. Кажется, будто каждый предмет содержит свою историю, легенду и знание о мире.

В книгу входит еще и карта Акибы. Редакторский отдел тоже помогал думать над новыми сюжетными линиями. За новостями прошу следовать на http://mamare.net, там есть также информация и других моих новеллах, не только о Log Horizon.

Так как мы движемся к концу, я хочу выразить свою благодарность главному издателю мистеру Сёдзи Масуде и иллюстратору Хараказуро-сенсею, фирме Цубакия за дизайн, редакторскому отделу и моему редактору, изящной Ф-тан-тян, лично! Корректору мистеру Осако! Спасибо вам всем! Пожалуйста, наслаждайтесь книгой!

«Большой любитель мондзяяки» Мамарэ.

Чтобы услышать крик медного фазана, охотник остановился.

Прислушиваясь к звукам гор, он расслышал приближающиеся сзади шаги.

Беспокоиться было не о чем, ведь шаги принадлежали его ученику.

— С-слишком быстро… Ха… ха… Вы слишком быстрый, мастер.

— Отдышись.

Ученик взмолился. Его хрупкое, еще не совсем зрелое тело дрожало.

Ему было четырнадцать. Прошло не больше года с тех пор, как он начал тренироваться всерьез.

По сравнению с охотником, посвятившим горам тридцать лет жизни, у него еще молоко на губах не обсохло.

И дело не в различии физической силы. На самом деле, если брать в расчет чистую силу, мальчик мог его и одолеть. Все-таки у мальчика даже борода расти не начала, в то время как охотник уже разменял пятый десяток, и его волосы поседели.

Проще говоря, вся суть заключалась лишь в сноровке.

Как перенести свой вес, как определить устойчивость опоры, ширина шага, поза — все это имеет ключевое значение. Без этого вы лишь напрасно тратите силы.

В отличие от деревни, горы — суровый мир. По существу, это не тот мир, что с пониманием отнесся бы к людям. В деревне приняты человеческие законы, но в зеленых землях человек всего лишь еще одно животное. Он вынужден сражаться на тех же условиях, что и иные создания.

Смерть — единственное в этом мире, что ждет глупо растративших силы. Глубоко в горах простое выживание — уже серьёзное испытание.

Во всяком случае, это касалось Людей Земли…

Авантюристов с их почти неиссякаемой силой это не затрагивало. Охотник как-то видел бегущего по горам, чуть ли не напевающего себе под нос Авантюриста, который выглядел младше его ученика.

В глубине души это зрелище убедило его: они совершенно другие существа.

Если сравнивать с живущими в деревне, дом для охотника — горы. Он уже достиг зрелого возраста, и в деревне, к которой принадлежал, считался умелым человеком.

Его толстые руки и ноги, словно отполированные красным, и крепкий подбородок придавали ему однозначный вид эксперта. Собственно говоря, не было никого лучше него, даже в пьяных потасовках.

Задыхающийся, хрипящий рядом с ним мальчик решил стать охотником, так как восхищался им. Однажды в горах охотник использовал свои навыки стрельбы из лука для убийства оленя и кабана, принеся в поселок драгоценное мясо. Он был ключевой фигурой в своей маленькой, бедной деревеньке.

Но как раз поэтому он знал свои пределы.

Что бы он ни делал, посоперничать с Авантюристами не мог. Они все равно что ветер и гром. Хоть он никогда и не встречался с ними вблизи, для него Авантюристы были сродни драконам или другим могущественным монстрам, принявшим облик человека.

— Идем.

Грубо проговорив, охотник двинулся дальше.

Позади него раздался несчастный плач, но он не обратил на это внимание. Когда-то он и сам прошел такие же тренировки под руководством своего мастера, и в процессе научился ходить по горам. Если мальчишка так легко сломается, то ничему не научится. Кроме того, сумка на его спине не достигала даже половины роста мальчика.

Охотник обошел чащу, направляясь к хребту.

Он двигался своим обычным ритмом и казался беззаботным, но тем не менее внимательно следил за подлеском. Их маршрут не из тех, какой регулярно используют олени и кабаны. И все же человек, ослабивший бдительность лишь из-за этого, никогда не станет охотником.

Было лето. Глубины гор оживали, и охотник знал, что медведи могли выйти на прогулку. Он хотел избежать внезапной встречи с ними.

— М-мастер, куда мы направляемся?

— Восточный хребет.

Горный хребет, по которому они шли, представлял собой обширный регион, известный в Ямато как горы Оу. Разумеется, охотник и его ученик были из безымянной деревеньки в горах. Их окружала только «гора». Они не особо-то понимали, насколько далеко простирается Оу. Для них горы — это просто горы.

Река с обезьянами. Большой скалистый пик. Хребет одинокого кедра. Если выступающий рельеф именовался так, что любой мог его опознать, этого хватало.

Охотник планировал взобраться на хребет Каменной Змеи к полудню, а затем обойти его в направлении реки.

Однако, судя по мальчишке, это, наверное, немного чересчур. В любом случае, он планировал остаться на горе на неделю или около того, едва они туда поднимутся, так что подготовился соответствующе.

Если не слишком усердствовать сегодня, я смогу потренировать его еще немного.

Как только он решил, что им нужно лишь добраться до хребта, появился запас времени.

Пусть и не сравнимый с тугим охотничьим луком мужчины, у мальчика был свой короткий лук. Правда, это не помешало бы ему столкнуться с препятствиями на хребте. Может показаться, что он практиковался стрельбе в деревне, но, каким бы хорошим лучником он там ни был, это бессмысленно, если не мог стрелять в горах.

Стрельба по соломенным мишеням на уровне земли всего лишь детская забава.

Если при охоте на добычу, скрывающуюся в густой траве или выглядывающую из чащи, он не в силах стрелять вверх в гору или вниз в долину, его навыки бесполезны.

Короткие выдохи охотника, рваное дыхание мальчика.

Редкие звуки разрезающего подлесок мачете.

В горах нельзя добраться до места назначения напрямую. Пока пара ограничена возможностями человеческих ног, приходилось искать и следовать по проходимым маршрутам, желай они куда-либо попасть. Хоть они и взбирались на хребет, иногда их путь уходил в сторону, а в некоторых местах требовалось спускаться вниз.

Мало того что любитель быстро устанет от постоянных изменений пути, так вероятнее всего он и чувство направления потеряет. В конце концов их окружал густой лес, который, благодаря тому, что человек его не трогал, разросся так, что практически закрывал небо.

Однако охотник неуклонно двигался к хребту с уверенностью от многолетнего опыта.

Пораженный внезапным чувством несоответствия, он оторвал взгляд от земли. Ощущение, похожее на ауру. В специальных терминах это, вероятно, простая информация: запах ветра, тихие звуки певчих птиц, насекомые, наполняющие лес. И ничего из этого нельзя было выразить словами.

Но старый охотник почувствовал, что нечто отличается от своего обыденного состояния, и остановился.

— Что случилось, мастер?

— Тс-с…

Махнув мальчику рукой, охотник направился к хребту. Прежде он шел неторопливо, но теперь ускорил шаг, отчего его тело раскачивалось из стороны в сторону. Он вынуждал себя пробираться прямо вверх, фактически прокладывая себе путь сквозь заросли, и, добравшись до места назначения, охотник смог увидеть всю область до следующих хребтов.

Земля напоминала смятую, собранную скатерть. Даже с высоты далеко не все видно , но с его позиции открывался хороший обзор.

Он наблюдал извилистую, ревущую реку, и дальше к запретным землям, лежащим в ее истоках.

Стремительная горная река, что люди называли «Обезьяньей», простиралась вдаль за его поле зрения. По сравнению с другими реками, проходящими через эти долины, она была широка и с высохшим, каменным руслом по краям формировала длинный просвет в зелени.

— Это…

Слова мальчика сошли на нет. У него просто не находилось слов, чтобы описать увиденное.

Это естественно. Мужчина был более чем в три раза старше мальчишки, имел в тридцать раз больше охотничьего опыта, но даже он никогда прежде не видел ничего подобного.

Река исчезла.

Скрылась за чем-то тёмным, грубым, ползущим.

Живыми существами.

Расстояние было слишком велико, а их количество слишком огромно, чтобы что-то утверждать, но их движения определенно походили на движения живых существ. Огромная орда чего-то живого, скорее всего какого-то вида полулюдей, двигалась вниз по течению. Нет, таким числом они, вероятно, перемещались не только вдоль реки. Деревья скрывали их от взора, но орда, столь большая, что вызывала неопределенный ужас, продвигалась через лес, располагающийся ниже, что вызывало шум деревьев.

Охотник уставился на эту сцену, словно потеряв душу.

Непреодолимое препятствие. Предвестие конца.

Какими бы существами они ни были, охотник не сомневался — он ничего не сможет с этим поделать.

Возможно, даже будь он Авантюристом, ничего бы не изменилось.

Орда простиралась насколько доставал взгляд, маршируя из глубины гор, Семи Водопадов, которые люди называли «запретной горой». Число было столь велико, что долгое время охотнику и мальчику оставалось лишь наблюдать за происходящим.

1

Говорят, в эпоху мифов в этом регионе процветали грандиозные города, покрывающие собой земли словно чёрной пеленой. А потому, быть может, сами города и породили ответный удар со стороны планеты.

Хоть местность и была смоделирована по образу Японии, растения в этом мире росли буйно и были переполнены жизнью. Подлесок, закрывавший лесную дорогу, словно взлетал вверх, деревья изгибались над головами путников, превращая дорогу в туннель.

Но чёрная почва не единственное, что виднелось среди зарослей под ногами.

Проглядывающий местами асфальт указывал на то, что эта лесная дорога — наследие эпохи мифов.

Солнечный свет проникал сквозь листву, ветви отбрасывали чернильно-чёрные тени, а туннель тянулся всё дальше и дальше.

И потому, когда зелень подошла к концу, их глазам внезапно предстал великолепный вид.

— Ва-а-ау… — невольно воскликнула Минори.

Тридцать или около того её товарищей, похоже, чувствовали тоже самое.

— Йаху! Вау! Блин-блин-блин!

Её младший брат, Тоя, быстро взял на себя инициативу, его конь перешёл на рысь, направившись вниз по склону.

Сильный ветер, несущий запах моря, промчался по склону вверх, обрушиваясь на Минори и остальных. Зелёная дорога вела через холмы от перевала, который они только что пересекли, к побережью.

Их взор пересекала и широкая река… только вот как же она называлась?

На выходящем к берегу холме стояла ветряная мельница высотой в несколько десятков метров. Нельзя было сказать сломана ли она, или же до сих пор работает.

А побережье… побережье — сверкающая белая полоса пред их взором.

До него оставалось ещё около десяти километров. С их местоположения было видно как оно переливалось, сияло, но каких-то деталей никак не различить.

— Ладненько, ребят! Придержите свою радость пока мы не доберемся туда! Если быстренько не найдём место для лагеря, обед отменяется!

— Все слышали леди? Пропустить обед во время поездки — это невероятно жестоко! — вмешался Наоцугу, разбавляя слова Мариэль шуткой.

Спешившиеся чуть раньше новички с радостными криками вновь оседлали своих скакунов и выстроившись в две колонны начали спускаться с холма.

Регион Зантлиф.

В реальном мире эта область включала полуостров Босо и его окрестности.

В сжатом в рамках проекта «Half-Gaia» мире от Акибы до сюда меньше пятидесяти километров. Только вот в этом разрушенном мире со скрывающимися повсюду монстрами путешествие заняло целых три дня.

— Всё в мяурядке, Миноритти?

— Д-да, сэр.

Стройной, долговязой фигурой, перекрывающей пятнистый свет от листвы, был Нянта, согильдиец Минори с добрым взглядом и сузившимися в улыбке глазами. Минори спешно ответила положительно.

Переведя взгляд на Стража Наоцугу, стоящего во главе отряда, она заметила, как он тоже обернулся и посмотрел в её сторону. Минори махнула ему рукой, чтобы успокоить. Ей было приятно находиться в окружении друзей из гильдии Log Horizon.

Хоть это также была гильдия, но Минори снова как и прежде осознала, что Хамелин даже близко с ней рядом не стоял.

Только сейчас их группа состояла не только из членов Log Horizon. У них был большой смешанный отряд, состоящий из добровольцев разных групп. Всего около шестидесяти человек.

Основные крупнейшие гильдии Акибы, такие как «Морское Агентство», «Рыцари Чёрного Меча», «Бригада Западного Ветра» тоже отправили своих представителей.

В этой — основной — группе было около тридцати пяти человек, но она слышала, что остальные направились вперёд для разведки и уже прибыли на место. В конечном итоге отряды планировали встретиться в назначенном месте.

Путешествие, в котором принимала участие группа Минори, по-видимому, было инициировано Мариэль.

Минори сама этого не слышала, но по словам её близкой подруги Исудзу, чуть старше её, всё было вот так:

Я хочу на пляж. Хочу мороженное, рис с карри и рамен на пляже! Я хочу это! Ужасно хочу! Можно? Ну, пожалуйста? Можно, можно? Я так на пляж хочу! Давайте пойдём?!

… такое предложение пришло от Мариэль, гильдмастера Альянса Полумесяца.

Не сложно представить…

Сейчас Минори член гильдии Log Horizon, но некоторое время до присоединения, она провела в гильдхолле Альянса Полумесяца. Это продолжалось те несколько беспорядочных дней после освобождения из ныне не существующей гильдии Хамелин.

Все в Альянсе Полумесяца были добры к девушке, и она находилась под опекой Мариэль, Генриетты и Сёрю. Мариэль избалованно что-то просит, а Генриетта выглядит обеспокоенной — обычное явление в этой гильдии. Поэтому Минори было легко представить такую ситуацию.

Могу поспорить, она точно бросилась на диван как ребёнок.

Эта мысль нарисовала ей в голове картину, как Мариэль обнимает большую подушку и дрыгает ногами, от чего на её лице появилась улыбка.

Она никак не могла винить девушку за подобное.

Минори знала, что многие игроки даже сейчас прилагают все усилия, чтобы вернуться в свой прежний мир, только вот их старания вряд ли вознаградятся в скором времени. Она даже слухов об обнаружении подсказок не слышала.

В этом мире для выживания не требовалось большого количества денег, а потому без зацепок о том, как вернуться домой, легко представить, что вскоре им может наскучить.

В результате, если кто-то захочет устроить летние каникулы, ничто его не остановит… или не должно бы.

Тем не менее Мариэль и её Альянс Полумесяца сейчас находился на особом положении. В июне по предложению Сироэ был создан Совет Круглого Стола — организация, призванная заниматься вопросами управления Акибы. И Альянс Полумесяца был одной из одиннадцати гильдий, входящих в его состав, а сама Мариэль — одна из советников.

С момента своего создания Совет Круглого Стола был главной темой разговоров Акибы. И он также сумел возглавить реформы города.

Мариэль была одной из совета. И разве не плохо, что такой человек отправляется в отпуск даже на несколько дней, не говоря уже о неделях? В конце концов с момента создания совета прошло всего два месяца. Каждый новый день приносил новую информацию и можно было ощутить, как с каждым мгновением меняется город.

В трёх крупных производственных гильдиях, в частности в Морском Агентстве, эксперименты с паровым двигателем достигли заключительной стадии. Замена приводящего двигатель в действие угля, который они изначально рассматривали, на управляемую Призывателем саламандру мгновенно сделало устройство компактным и привело к технологическому прорыву.

Кроме того, для нового способа готовки спроектировали печи и систему водоснабжения, создали различные виды одежды (по большей части нижнее бельё), прежде невиданные в этом мире, и в городе появился огромный горячий источник. В последние два месяца новые открытия и планы для расширения появлялись почти каждый день.

И отсутствие (отдых) в такое важное время советника спровоцировало бы скандал… и даже так Мариэль не сдалась. Она поведала Генриетте и Сёрю свою идею, и они втроём разработали план.

И в качестве предлога они придумали «Летний лагерь для обучения доверенных нам новичков».

— А эти земли подходят для возделывания.

Как и сказал Нянта склон вскоре перешёл в просёлочную дорогу, рядом с которой расположились террасированные поля. Тыквы, баклажаны, помидоры, огурцы… деревья, возможно, фруктовые, ведь ветер разносил их сладкий аромат.

— Минори-и! Эй, Минори! Это же груши! Потрясно!

— О, и правда!

Тоя радостно вскрикнул. Он сошёл с дороги и забрался на простую каменную стену, построенную на террасах. Сколько уже прошло с тех пор, как они ели груши? Она никак не могла вспомнить, но груши выглядели удивительно вкусными.

— Их выращивают Люди Земли! Не трогай! — даже ругая брата, мысли девушки были заняты другим.

Летний лагерь для тренировки новичков.

Освобождение новичков из Хамелина — личная инициатива группы Сироэ. Это не имело никакого отношения к Совету Круглого Стола. Официально объявили о том, что к моменту создания Совета Круглого Стола, наказание Хамелину уже было вынесено.

Однако это был довольно деликатный момент, и поддержка новичков оказался одним из поднятых советом вопросов.

Поэтому совет с готовностью согласился с предложением Альянса Полумесяца. Альянс Полумесяца принял к себе девятнадцать из тридцати пяти новичков, покинувших Хамелин, что сразу же делало ответственными за тренировку именно их.

Но девятнадцать это не тридцать пять, а значит были новички, которые покинув Хамелин не присоединились к Альянсу Полумесяца. Большинство из них интересовались производственными классами и естественно вступили в специализирующиеся на этом гильдии.

Помимо них были также новички, которым посчастливилось избежать участи рабов в гильдии Хамелин. Они принадлежали к самым разным гильдиям Акибы.

И раз уже они проводили официально одобренный советом летний лагерь, то было бы нечестно не пригласить других новичков. Придя к этой логичной мысли, тем новичкам, о чьём местоположении было известно, отправили письма с приглашением. Кроме того, на площади Акибы разместили объявление о том, что в рамках поддержки не достигших 40 уровня игроков организован летний тренировочный лагерь.

В тот момент, это стало вопросом чести для других гильдий.

Некоторые даже решили, что раз мероприятие одобрено Советом Круглого Стола, то нельзя переложить всё бремя лишь на Альянс Полумесяца.

Некоторые советники сослались на свое положение, не позволяющее им пойти вместе с новичками, и поэтому отказались. Ладно, если это маленькая гильдия, но на крупных, в которых состоят сотни человек, бросит тень, если они не пошлют одного или двух ведущих игроков.

Таким образом, в добавок к руководству лагерем оказывалась поддержка и в виде продуктов питания, одежды, а также новой экипировки, которая понадобится на более высоких уровнях.

Альянс Полумесяца с изумлением наблюдал как их идея словно снежный ком разрасталась и разрасталась, пока не доросла до большого тренировочного лагеря с более чем шестьюдесятью участниками… такова по словам Исудзу полная история возникновения летнего лагеря.

Даже не заметив как холм перешёл в равнину они вошли в плотно заваленную обломками разрушенную область, которая, как говорят, была одним из городов в эпоху мифов. В те времена в холмистой местности было много одноэтажных строений. По сравнению с громадными бетонными конструкциями деревянные дома быстро разрушались, не оставляя после себя заметных остатков. Тут и там виднелись лишь сгнившие деревянные дома, многие из которых заросли сорняками.

Заброшенный город на полуострове региона Зантлиф превратился в леса, горы и пологие холмы… среду, пышущую природной красотой.

Широкая река, которую они видели не так давно, называлась Великая Река Зантлиф. В реальном мире район, где река впадала в океан, назывался Тёси. Оно означало «бутыль сакэ», потому что образованный рекой полуостров изгибался в одну сторону, а затем в другую словно её горлышко. И даже в этом — ином — мире августовский Тихий океан был безгранично лазурным, настолько чистым, что казалось растворился в голубом небе.

Когда они достигли берега реки, то нашли несколько хижин.

Оглядевшись, Минори поняла, что по всему берегу реки было разбросано множество подобных строений. По словам её брата и его друзей, активно убегающих вперёд на разведку, эти хижины использовали для швартовки небольших лодок или чтобы вытащить их из воды.

С учётом близости к океану на лодках, скорее всего, спускались вниз по реке и ловили рыбу там. А хранить лодки здесь, чуть выше по реке, мудрый способ сохранить их от буйства океана.

По словам Мариэль рыбаки из Людей Земли жили вдоль реки, а остальные жители в довольно крупном городке чуть ближе к устью.

Покинув берег Великой Реки и отправившись в обход густого леса из японских кедров, Минори и остальные достигли водоёма примерно в пятьсот метров в диаметре. Рядом с ним располагались руины из железобетона, что необычно для этой местности, да и они не казались такими уж старыми.

— Ух ты! Эй, это же школа!

Как и сказал Тоя это похоже было школьное здание из эпохи мифов. Плоская площадка перед ней, скорее всего, была когда-то спортивной. А забор из проволочной сетки и школьный спортзал представляли собой лишь тени себя прошлых, но некоторые следы от них всё ещё виднелись.

— Ладушки! Эй, народ! С сегодняшнего дня это наш дом! А сейчас разделимся на команды, постараемся и вычистим три класса по восточной стороне первого этажа. В каждой комнате будет ночевать двадцать человек… а если понадобиться побольше места, то уберёмся и завтра тоже, добавив нам всем комфорта!

Одновременно со словами Мариэль члены крупных гильдий, оказавшихся для разведки здесь раньше всех, вышли из школы, смешались с новичками и приступили к работе.

— Сегодня вечером готовим барбекю в поле, так что на обед перекусите бенто или булочками, ладненько? А теперь… а ну-ка, третья команда. Вы и ещё кто-нибудь с навыками шеф-повара за мной! Мы пойдём в деревню за покупками! И ещё поприветствуем старосту, а поэтому будьте вежливы! Отправляемся через полчаса. Хорошо, все, по местам!

В ответ на слова Мариэль отряд начал подготовку к тренировочному лагерю.

2

Мариэль и остальные отправившиеся за покупками ребята шагали по просёлочной дороге под пронзительный стрекот цикад.

У каждого следующего за Мариэль новичка на шее или поясе висел свисток призыва, которыми они похоже очень гордились. Их использовали для призыва лошадей. При этом свистки призыва бывают сами разными, только эти призывали довольно низкоуровневых маунтов лишь на несколько часов в день.

Однако для новичков это очень важный магический предмет. Каждый из них поглаживал свисток кончиками пальцев словно драгоценность.

Свистки новичкам раздали заранее, как один из предметов поддержки для летнего лагеря.

Но в соседний город они направились пешком.

По пути они видели много работающих в полях Людей Земли.

Они не хотели, чтобы кто-то забеспокоился при внезапном появлении большой группы, поэтому шли довольно медленно словно на прогулке.

Естественно, у каждого был свисток призыва, и потому они, скорее всего, вернутся в лагерь верхом. Ведь без сомнений унести им придётся многое.

До города оставалось всего-то километра три, меньше часа пути. И они хотели осмотреть окрестности, пока выдалась такая возможность.

— Ммм. Какой приятный запах!

В воздухе витал слабый аромат груш.

— И правда. Если найдём их, надеюсь получится убедить садоводов поделиться с нами.

— Да, я бы съел парочку!

Нянта отправился с ними, возглавив продовольственную группу, а Серара держалась подле него. Минори тоже безмолвно кивнула. Да и некоторые новички с подклассом Шеф-повар присматривались к полям, оценивая качество овощей.

Под летними лучами солнца помидоры и баклажаны сияли как драгоценные камни. Помидоры — гранаты, а баклажаны — ониксы. Плоды сверкали каплями воды, тяжело свисая с лоз.

При старом методе готовки никого не волновало качество ингредиентов. Неважно какой плод: маленький, засохший или даже подгнивший. Пока игрок мог выбрать его в качестве ингредиента в меню, на готовое блюдо это никак не влияло.

Салат из свежих помидор был ничем не лучше салата из засохших помидор (естественно, они оба на вкус были как рисовые крекеры). Между блюдами не было никакой разницы.

Теперь же готовя по-новому, собственными руками, а не через меню, повара не могли пренебрегать качеством ингредиентов. Блюдо из подгнивших помидор так и останется едой, приготовленной из испорченных продуктов. Да, конечно, навыки повара тоже важны, но для приготовления поистине впечатляющего блюда необходимы свежие, сформировавшиеся ингредиенты.

— Я бы из них пиццу сделал!

— Готов поспорить, томатный соус из них тоже великолепен.

Потому повара-новички и разглядывали с интересом поля.

После полудня они встречали отдыхающих или дремлющих в тени деревьев фермеров. Иногда кто-то из них махал рукой, а ребята приветствовали их в ответ, интересуясь выращиваемыми овощами и обещая по возможности купить на обратном пути.

Ранее Карасин из Восьмой Торговой Улицы посетил местный город, чтобы официально засвидетельствовать своё почтение. Наверное, слухи о произошедшем распространились, ведь все фермеры выглядели дружелюбными.

— Покупочки! На отдыхе никак без покупочек! — весело распевала Мариэль.

Нянта невозмутимо поправил её: «Летний мяугерь». Слухи об истинных причинах участия Мариэль были уже известны каждому в отряде, но как старший, Нянта хотя бы попытался сделать ей выговор.

Однако в его словах было мало серьёзности, это скорее просто шутка.

Город располагался в устье Великой Реки Зантлиф.

Возможно, опасаясь наводнения, его построили на небольшом расстоянии от берега.

Окружающая его равнина делилась на квадратные, похожие на плитки участки. Причём одни использовались как поля, другие — как затопленные рисовые плантации, а третьи — как сады. С каждым шагом мозаика становилась всё детальнее, появлялись склады, навесы для хранения сельскохозяйственных орудий и как-то незаметно они оказались в самом городе.

Самая что ни на есть укреплённая деревня, окружённая забором и стенами. Такие часто встречались в сказках о средневековых рыцарях.

Центральная улица города представляла из себя широкую асфальтовую дорогу, идущую параллельно реке. Скорее всего её скопировали с японской автомагистрали. По обеим сторонам дороги виднелись многочисленные деревянные и каменные дома. В отличие от Акибы, здесь было очень мало строений из эпохи мифов. Лишь возле реки, на сколько хватало взгляда, тянулись серые коробки гигантских складов.

Вдоль улицы располагались пять или шесть магазинов, судя по вывескам.

Сироэ как-то сообщил Мариэль, что в деревнях на пути в Сусукино магазинов он не встречал.

Фермерские деревни построены с расчётом на самообеспечение. А в поселениях покрупнее, объединяющих сельское и животноводческое хозяйства, жители всегда помогали друг другу.

У них не было особой нужды в деньгах. А потому специализированные объекты, навроде магазинов, и не требовались. По крайней мере, так объяснила Генриетта.

Однако эта деревня была больше похожа на маленький город. А в населённом пункте такого размера парочка магазинов вовсе не бессмысленна.

— Так-так… а здесь получше, чем я думяул, — прокомментировал Нянта.

Естественно, с Акибой его даже не сравнить, но всё равно городок достаточно большой. В нём проживало, наверное, несколько тысяч Людей Земли.

Они остановились посреди широкой улицы и остальные члены их группы столпились около Мариэль. Люди постоянно говорили, что Мариэль умеет позаботиться о других. Благодаря этому она чувствовала себя старшей сестрёнкой, не считая это чем-то раздражающим

— Так-с, посмотрим. Хм-м. Как же поступить?.. Все эти покупки… думаю, оставлю это на вас, капитан Нянта. А ты Лукисия, верно? Вот и тебе деньги. Разбейтесь на две группы. Обговорите, кто что купит. Список ведь есть?

— Конечно, — ответил Нянта, принимая задание.

Мариэль кивнула, а затем проверила свою магическую сумку. Убедившись, что подарки всё ещё в ней, она оглядела товарищей. В качестве официального жеста она собиралась пойти поприветствовать старосту.

Визит просто дружеский, а потому много людей в сопровождение не требовалось, но хотя бы одного для вида взять стоило.

Раздумывая, кого же взять с собой, она наткнулась на Минори.

Почему бы и нет? Вроде не глупая девчушка.

Подумав об этом, Мариэль уже было открыла рот, но первой заговорила Минори: «Я пойду с вами».

И сообразительная.

Так их группа разделилась, отправившись каждый по своим делам.

Судя по всему, группа Нянты собиралась пойти к гавани. Видимо рыба продавалась со складов у реки. Если задуматься, Мариэль и остальные игроки постоянно питались мясом, а вот свежей рыбы у них давненько не было. А раз тут столько вкусностей, то грех этим не воспользоваться.

— Хорошо, а теперь мы с тобой…

— Нанесём визит старосте.

Минори — практичная девушка, но Мариэль слышала, что та всё ещё в средней школе. Девушка так нервничала, что её спина одеревенела и она шла как истукан. Мариэль взъерошила ей волосы.

Сироэ забрал у меня хорошенького ребёнка… Хм, может зря я её отдала.

— Ум…

— М? Что такое?

— Почему вы хлопаете меня по голове?

— Очевидно же, просто захотелось! — пропела она.

Минори выглядела немного расстроенной, но улыбка Мариэль покорила девушку, и они направились дальше по улице словно сёстры, только с большой разницей в возрасте.

По пути они поинтересовались у одной жительницы из Людей Земли с охапкой свёртков в руках, где проживает староста. Женщина, напоминавшая домохозяйку, поведала им, что его двухэтажный дом расположен на перекрёстке прямо перед ними. И ещё она добавила, что ему уже за семьдесят и хотя он управляет этой областью, но всё равно очень общительный, так что беспокоиться не о чём.

— Нам же лишь нужно засвидетельствовать почтение?

— Да, поздороваемся, а затем отдадим наши гостинцы…

Мариэль мысленно пометила себе, о чём она будет говорить.

В сумке у неё лежал бочонок вишнёвого ликёра. Весил он под сотню килограмм, и в обычное время Мариэль даже поднять бы его не смогла, но благодаря своей невероятно удобной магической сумке, она шла словно налегке.

Кроме того… она собиралась сообщить старосте, что их группа около двух недель будет пользоваться теми руинами. Они находились в пяти километрах от города, а потому особых проблем вызвать не должны. Тем не менее, раз в несколько дней им придется приезжать в город за продуктами.

— Хорошо. Нанесём визит, обменяемся любезностями. И нужно не забыть обсудить наши закупки. Чтобы не получилось так, что люди начнут ссориться из-за того, что мы у кого-то купим слишком много.

— О, точно.

— Ну, думаю, просто послушаем, что скажет староста. А затем и сами заведём разговор… если у них есть какая информация, я бы хотела её узнать.

— Информация?..

— Верно.

Мариэль кивнула.

После Катастрофы мир изменился. Неигровые персонажи теперь стали Людьми Земли, и, честно говоря, никто не был уверен, выполняют ли они свои прежние функции, как когда-то в Elder Tales.

Люди Земли, работающие на рынке или в банке выполняли всё те же обязанности, что и раньше. А вот некоторые, к примеру, нанятые Советом Круглого Стола клерки начали выбирать новые направления деятельности.

И основываясь на этом, игроки не имели понятия, функционировала ли одна из важных частей Elder Tales — система квестов — или нет.

Квесты — своего рода миссии, и сюжетная часть игры сильно от них зависела. Например, в этой области должны быть квесты навроде: «За пределами деревни появляется призрак. Пожалуйста, изгоните его» или «Мы собираемся порыбачить на островах у побережья, и нужна охрана».

Квесты иногда начинались со значимого предмета или места, но чаще всего их выдавали именно неигровые персонажи.

А потому и возникли сомнения: теперь, когда неигровые персонажи — сердце системы — стали Людьми Земли, не потеряется ли эта функция со временем? К примеру, даже если какой-то квест есть, то если нужный Человек Земли расстанется с жизнью, квест ведь уже не начать?

…Именно об этом беспокоился Сироэ. И Мариэль могла понять степень надвигающейся опасности.

Например, в Elder Tales были стандартные квесты, которые мог выполнить любой. И один из них на получение магической сумки с эффектом нулевой гравитации. У Мариэль и любого другого игрока высокого уровня такая сумка имелась, и они постоянно ими пользовались. Что очень удобно. И если по каким-то причинам этот квест больше не взять, то новички не смогут получить магическую сумку. И эффект от произошедшего будет куда весомее, чем они могут себе представить.

— Сироэ думает сразу обо всём, а потому и хочет, чтобы я раздобыла побольше инфы. О Тёси там и Людях Земли. Мы-то думаем, что всё о них знаем, но это совершенно не так!

— Ясно… да, вы правы, — Минори смиренно кивнула, убеждённая её словами, и продолжила, — как думаешь, что сейчас делает Сироэ?

— Паренёк-то? Сам, наверное, тоже информацию собирает. Или… — Мариэль хихикнула, словно что-то осознав, — не, наверное, он точно сейчас этим занят.

3

Яркая, изысканная мелодия струилась от струнного квартета.

Огромный зал был роскошно украшен и наполнен смехом дам и разговорами мужчин. И это пока пришли лишь сорок процентов приглашённых.

Они общались небольшими группками, разбросанными по залу, собираясь на установленных вдоль стен диванах и за круглыми столами с закусками, оставляя центр зала пустым.

Официально мероприятие ещё не началось.

По-видимому, на подобных встречах гости должны прибывать чуть позже назначенного времени. Для членов королевских семей и аристократов такое поведение ещё характернее. Всё это Сироэ узнал от официанта, которого он чуть ранее перехватил. Парень вздохнул.

Полагаю, теперь мы выглядим деревенщинами…

К несчастью, по неопытности они не знали об этом аспекте и прибыли чуть раньше, понимая, что не могут позволить показаться грубыми. И, судя по всему, эффект оказался обратным.

Осознавая, что ничего теперь не поделаешь, группа Сироэ собралась у стены, смачивая губы напитками.

Это был Древний Двор Вечного Льда.

Построенный древними альвами дворец в двух часах от Акибы. По крайней мере, такова его предыстория. В мире Elder Tales древние альвы пали, оставшись лишь в исторических сводках. Они обладали выдающейся магической силой и всевозможными техниками, но оказались стёрты с лица земли. Слабые отголоски их могущества сохранились в полуальвах, одной из восьми игровых рас.

Древний Двор Вечного Льда — расположенный на юге Токио, в районе Минато реального мира — гигантское строение, не имеющее владельца. Сейчас им коллективно управляли феодалы Истала, Лиги Свободных Городов.

—— Истал, Лига Свободных Городов.

Так назывался альянс, управляющий восточной частью главного острова Японии. В Elder Tales принадлежащие японскому серверу территории грубо делились на пять стран и культурных зон.

Хоккайдо из реального мира — империя Эдзо.

Сикоку — герцогство Фоланд.

Кюсю — доминион Девятихвостого.

Восточная часть Хонсю — Истал, Лига Свободных Городов.

Западный регион — священная империя Вестланд.

Должно быть таков и был изначальный замысел создателей игры, чтобы на японском архипелаге были разнообразные приключения, области с уникальными расами, обычаями и видами искусств.

Среди них Истал, занимающий восточную часть Японии, — союз, состоящий по большей части из городов-государств. Более двадцати сил, известных как «территории дворян» или «города дворян», сформировали альянс в противовес священной империи Вестланд.

В сравнение с известной Сироэ реальной Японией в этом мире число людей чрезвычайно мало. Даже если включить в расчёт всех Людей Земли, чьё количество после Катастрофы увеличилось десятикратно.

Человеческие территории занимали не такую уж большую часть территорий этого населённого монстрами мира. Даже контролируемые лордами Лиги земли не более чем островки безопасности посреди дикой природы.

Однако, пусть их число и не велико, но на японском сервере, где-то миллиона два Людей Земли.

И Истал в свою очередь управляет лишь восточной Японией, но даже в таком случае необходимы правила поведения и соответствующие системы управления.

И в Истале оно приняло форму феодального правления аристократии. А в Elder Tales, чей мир основывается на фэнтезийной средневековой Европе, все эти лорды называли себя аристократами.

Каждый имел собственный замок или имение, носил корону и мантию или тиару и платье, управлял Людьми Земли как типичный аристократ.

Лорды Истала раз или два в год собирались здесь, в Древнем Дворе Вечного Льда, и обсуждали различные политические вопросы. Возобновляли старые знакомства, представляли своих сыновей и дочерей, ссорились, договаривались.

В определённом смысле довольно утончённая культура, но, с другой стороны, перед лицом угрозы они отчаянно помогали друг другу.

Древний Двор, поддерживающийся магическим льдом, располагался в южном Токио старого мира на месте садов Хамарикю, а потому аристократия проводила в нём собрания и другие мероприятия.

И группа Сироэ сейчас стояла сложа руки в большом зале Древнего Двора Вечного Льда.

— Ха. Довольно-таки зрелищно. Только на нервы действует.

Эти слова произнёс Мититака из производственной гильдии Морское Агентство. И он имел в виду именно то, что и сказал. Он в открытую пялился на убранство дворца.

— Представь, что все они монстры. Это поможет успокоиться.

Ответ пришёл от «Берсерка» Красти, лидера боевой гильдии D.D.D. Вопреки тому образу, которое приходит на ум, когда слышишь его прозвище, Красти был бледноватым, вдумчивым и красивым юношей. И сегодня в смокинге он смотрелся великолепно.

— Ты, как всегда, — заржал Мититака.

Он тоже был в смокинге и произведенным впечатлением ничуть не уступал Красти. Ведь стоит помнить, что смокинг — официальная западная одежда, и лучше всего она подходила крепким статью, чем стройным. Для двух воинов это идеальный выбор.

С одной стороны, глава крупнейшей производственной гильдии Акибы. С другой же, не только лидер крупнейшей боевой гильдии, но и представитель Совета Круглого Стола.

Учитывая те причины, по которым они вообще здесь собрались, то правильное впечатление — лучшее, что они могли сделать.

— Он прав. Лишь вы чувствуете себя свободно в окружении монстров, милорд.

Всё-таки комментарий Красти, наверное, был слишком самонадеянным. А потому стоявшая рядом с ним высокая девушка предостерегла своего лидера, протягивая ему стаканчик игристого ликёра. Сироэ слышал, что она одна из членов D.D.D, и звали её Миса Такаяма.

Услышав о дресс-коде, Сироэ предположил, что возможно будет и бал. А потому, чтобы влиться в общество, каждый из трёх представителей Совета Круглого Стола привёл с собой партнёров.

— …Господин.

Именно поэтому хрупкая девушка рядом с Сироэ тоже была одета в великолепное платье. И словно не слыша гильдмастеров — двух из одиннадцати, входящих в совет — она обратилась к Сироэ с отчаянием в голосе.

Сироэ посмотрел на Акацки.

Разница в их росте составляла около тридцати сантиметров, поэтому, когда девушка подходит слишком близко, то вместо её лица, видна лишь макушка. И это вызывало неудобства.

Но вот если бы он присел, чтобы при разговоре смотреть ей прямо в глаза, то она точно заявила бы: «Не относитесь ко мне как к ребёнку, господин!», а потому ничего не поделаешь.

— В чём дело?

— Эм… ну… я… странно выгляжу.

Её мольба звучала также тихо как комариный писк. Такое просто невозможно представить в обычной ситуации.

Сироэ недоумевал, он понятия не имел о чём она вообще.

В одеянии Акацки ничего странного не было. Наоборот, оно было поразительно милым.

Её красивые чёрные волосы уложены, а изящное, стройное тело облачено в платье. Платье жемчужное, но шлейф лёгкой, ниспадающей юбки примерно до середины был окрашен в бирюзовый, плавно переходящий со временем в жемчужно-белый.

Такие чистые цвета восхитительно подходили её чёрным волосам и глазам, придавая ей благородной красоты.

— Эм…

— Вовсе и не странно. Ты восхитительно выглядишь. Милашка. Сладенькая ты моя! Такая милая, что хочется тебя домой утащить. Не просто хочется, я так и сделаю!

Как решительно.

Генриетта, проницательный бухгалтер и гордость Альянса Полумесяца, вмешалась в их разговор, пока сбитый с толку Сироэ не знал, что ответить. Её волосы медового цвета были приподняты, обнажая шею, а одеяние безошибочно выдавало в ней аристократку.

Её красота до невозможного изящна, только вот в противовес своей внешности, обычно она носила весьма сдержанную одежду. Та придавала ей строгости и была довольно популярна среди поклонников. И все же, узрев её в вечернем платье, Сироэ признал, что подобная одежда ей подходит лучше всего.

— П-правда? Я никак расслабиться не могу. В нём так сложно оружие прятать…

— Честно-честно! А, откуда ты вытащила кунай?!

— Господи-и-ин!

Акацки нырнула за спину Сироэ, словно не зная, что ей делать.

Она хотела скрыться с его глаз, но при этом не хотела отдаляться от него.

Акацки слишком добросовестно относится к своей обязанности стража.

Даже возясь с Акацки, Генриетта вела себя так, словно такое окружение для неё вполне привычно. А потому Сироэ спросил её, был ли у неё уже опыт костюмированных балов, на что она ответила отрицательно. Девушка сказала, что её самообладание лишь показное, но по увиденному Сироэ догадался, что Акацки так увлекла девушку, что та просто ничего не замечала вокруг.

Акацки была маленькой, милой, черноволосой словно ласточка девушкой.

А Генриетта умная красавица с медовыми волосами.

Именно их двоих Сироэ взял себе в сопровождение. Всем интересно, что вообще Сироэ и остальные делают во дворце? Предыстория к этим событиям довольно долгая.

Всё произошло в июле, за месяц до того, как Акиба словно попкорн была готова разорваться в пылу реформ.

Совет Круглого Стола получил письмо, подписанное лордами Истала, Лиги Свободных Городов. Написано оно было от имени Серджиада Ковена. И письмо оказалось приглашением к участию на собрании и балу, которые пройдут в Древнем Дворе Вечного Льда.

Истал — альянс лордов, контролирующих земли восточной Японии из реального мира. И стоит ли говорить, что Акиба находилась на их землях.

Логично, что после основания совета для самоуправления Акибой, Истал естественно связался с ними. Этого Сироэ вполне ожидал.

Совет Круглого Стола был незамедлительно собран.

Сироэ и остальные игроки, наверное, впервые получили подобное приглашение от неигровых персонажей. Поэтому хоть ситуация и была ожидаемой, но от этого менее напряжённой не стала.

Истал — часть социально-политической системы мира. И эта система признавала совет и пыталась прояснить их позицию.

Даже в возникшей суете члены Совета круглого Стола тщательно анализировали ситуацию.

Что случится, если они откликнуться на эту просьбу?

Без сомнений, цель приглашения заключалась в том, чтобы признать Совет Круглого Стола членом совета лордов Истала. В этом случае, скорее всего, лорду (в данном случае Красти, как представителю совета) пожалуют некий дворянский титул.

Кроме того, можно предположить, что потребуется и дальнейшее участие в будущих собраниях. Плюс в том, что они могут собрать огромное количество информации о Людях Земли и наладить связи. Минус же в том, что их втянут в политику.

А что, если они откажутся?

В таком случае, все плюсы от принятия предложения будут потеряны. Другими словами, они потеряют возможность завести полезные связи и не смогут стать частью альянса лордов. С другой стороны, их не смогут втянуть в политику Людей Земли.

Они обсудили и конкретные проблемы. К примеру, не навлекут ли они гнев лордов и тем самым не развяжут ли войну?

Сироэ и остальные пришли к мнению, что такое маловероятно.

Как никак Акиба — город игроков.

Он обладает сопоставимыми торговыми возможностями, и с таким количеством авантюристов в одном месте его военная мощь невероятна. В реальном мире создание современного оружия ознаменовало эпоху, когда способности отдельных солдат перестали быть решающим фактором. Тем не менее, в этом мире существовала магия и различие в индивидуальной силе всё ещё могло оказать заметное влияние на исходы целых войн. В их нынешнем мире победа в сражениях один на один или же грандиозные победы в стратегических сражениях окажут огромное влияние на весь конфликт.

Вообще, боевые способности Людей Земли куда ниже, чем у Авантюристов. Даже среди поселенцев-первопроходцев, живущих в отдалённых опасных регионах, 20 уровень считался довольно высоким.

У большинства фермеров и охотников уровень не достигал и 10, а у торговцев, женщин и детей колебался от 1 до 5.

Конечно, среди Людей Земли были и боевые части. В распоряжение лордов находились солдаты, рыцари, магические группы. Их армии довольно велики, и насколько знал Сироэ, уровень элитных частей был от 50 до 60.

Также существовали и те, кто обладал особыми способностями, как городская стража. Уровни у них были не выше, чем у Авантюристов. Только вот они использовали особую «мобильную броню» для охраны определённых городских зон. Эта броня получала магическую энергию из массивов, расположенных по всему городу, и наделяла носителя мощными магическими способностями. Можно сказать, элитное тактическое магическое оружие.

Кроме того, были неигровые персонажи, чья сила далеко превзошла игроков. В мире Elder Tales они известны как «Древние». Сироэ не знал точных деталей, но хоть местные и считали Древних такими же Людьми Земли, но выделяли их в категорию «особенных».

Древние. Если забыть о местном фольклоре, то с точки зрения игры их значения очевидно.

В этом мире Люди Земли разработаны так, чтобы во многом уступать Авантюристам.

Сражаясь снова и снова, Авантюристы росли. А их уровни и боевые возможности увеличивались в десятки раз по сравнению с изначальными значениями.

Даже смертельные раны не уничтожали их: они возвращались в храм и возрождались. Они находили оставленные в руинах могущественные предметы по всему миру и забирали их себе, усилия себя ещё больше.

Для обычных местных Авантюристы походили на сверхлюдей.

Конечно, в игре так и должно быть. Исходя из системы прокачки RPG, было бы унизительно — и очень напряжённо — если бы почти все персонажи были сильнее игрока.

То, что Люди Земли не сильны, имело существенное значение в игре. Только вот при создании некоторых сюжетных сценариев требовались «местные сверхлюди».

И когда Elder Tales была игрой, она была переполнена бесчисленными историями в форме сказок, легенд, предысторий и квестов. Истории были различны, но некоторые сюжеты требовали местных героев. К примеру, один из квестов мог звучать так: «У такого-то героя проблемы! Поспеши на выручку!»

Раз это игра, то естественно спасали всех игроки, но если бы им приходилось спасать низкоуровневых персонажей, то это бы сказалось на их мотивации.

Например, представим квест, в котором Авантюрист, способный одолеть 90-уровневого дракона, должен спасти героя, отправившегося сражаться с Личом, Повелителем Злых Духов. И окажись герой 15 уровня, история выглядела бы глупо.

В таком случае игроки бы подумали: эй, хиляк, какого чёрта ты сюда явился! Чего в бой лезешь?! Чёрт, мне даже спасать тебя не хочется!

По крайней мере, если герой будет недостаточно силён, чтобы игроки могли объединиться с ним и сразиться с врагом, история не будет такой уж захватывающей.

Скорее всего, Древних создали по требованию разработчиков, отвечающих за написание историй.

Складывается ощущение, что вся эта идея с Древними произошла лишь под влиянием обстоятельств, но…

В любом случае Люди Земли владели собственной военной мощью.

Одна из них — армия лордов. Может их уровень не представляет угрозы, но вот их количество совсем другое дело. Другая — специальные устройства магической цивилизации, которыми игроки не могли пользоваться, к примеру, мобильная броня. И в завершении — Древние.

Откажись они от приглашения Истала, то стоило бы задуматься о возможном военном конфликте. Однако, как и говорилось ранее, они предположили, что это маловероятно.

Все три силы Людей Земли имели свои слабые и сильные стороны. У каждой из них было нечто, на что стоило обратить внимание, но с точки зрения общей боевой мощи Истал не соперник авантюристам Акибы.

Тем не менее, Совет Круглого Стола никак не мог решить: принять участие или отказать.

Основной аргумент сторонников участия заключался в том, что отказавшись они не получат особых преимуществ. А вот приняв участие, они, по крайней мере, получат официальный канал обмена с Людьми Земли. А раз боевая мощь Людей Земли их не волнует, то те вряд ли потребуют чего-то необоснованного, а потому недостатки от участия почти незаметны.

Главным же аргументом противников участия была сама идея получения благородного титула. Они просто не могли принять саму идею, что игроки будут «награждены» неигровыми персонажами и признаны их товарищами.

К тому времени, когда все аргументы оказались высказаны, большинство членов совета склонилось к участию.

Всё потому, что аргументы их оппонентов были явно основаны на эмоциях. Хотя, конечно, эмоции довольно хлопотная штука, ведь многие игроки были в некоторой степени с ними согласны.

Приняв это во внимание, Совет Круглого Стола опубликовал простой отчёт на городской площади. В документе было указано, что они решили принять участие в собрании в Истале ради облегчения обмена информации с лордами востока.

Таким образом, было решено, что некоторые члены совета в августе отправятся в Древний Двор Вечного Льда.

4

Их группа прибыла в Древний Двор Вечного Льда этим утром. Путешествие из Акибы прошло спокойно, так что здесь не о чём даже рассказать. По времени оно заняло около двух часов, то есть даже ближе, чем до императорского сада Синдзюку.

В состав делегации вошло десять человек. Большая группа насторожила бы местных, а потому все участники были тщательно отобраны.

Естественно, «Берсерк» Красти должен был участвовать в любом случае, ведь он представитель Совета Круглого Стола.

Похоже в Лиге царит аристократическая культура. Так что нельзя сказать, как они отнесутся к совету самоуправления. К тому же, раз они намеревались вести переговоры с аристократами на равных, то совет обязан направить своего представителя.

Затем они задумались о втором члене делегации. Помимо своего положения председателя Красти также лидер крупнейшей боевой гильдии D.D.D, поэтому ради проформы решили выбрать ему в заместители представителя одной из производственных гильдий.

Всего было три кандидата: Мититака «Сильные Руки» — глава Морского Агентства, Родрик из Фирма Родрика и Карасин из Восьмой Торговой Улицы. И каждый из них пытался спихнуть эту обязанность на других.

После недолгих споров выбор пал на Мититаку.

Это вовсе не значит, что три производственные гильдии были в плохих отношениях. Каждая из них имела свои отличительные особенности, и все они полностью поддерживали Акибу. Просто сейчас город переполняли новые открытия, а потому никто из них не хотел его покидать. Вот почему они отказывались.

Мититака пытался выпутаться из сложившегося положения, сказав: «Сейчас куда интереснее следить за новостями об изобретениях», но проиграв одиннадцать раундов в «камень-ножницы-бумага», больше не смог противиться. Конечно, он попытался спихнуть всё на Карасина, но и здесь его поджидала неудача.

Всё-таки он умел приглядывать за другими, а это сейчас было важно. В итоге Мититака закончил на блестящей ноте, продемонстрировав достоинство крупнейшей гильдии: «Ну, так уж и быть, положитесь на меня». Только вот в конце он всё же добавил: «Если что-то случится, то всё равно успею вернуться. Здесь всего-то часа два на дорогу», что так и осталось известно лишь Совету Круглого Стола.

Ради баланса они решили отправить и третьего делегата, который мог бы справиться и с бизнесом, и с анализом информации. И в этот момент все взоры присутствующих остановились на Сироэ.

Конечно, все возглавляющие совет игроки отвечали за выдающиеся гильдии города. И в каждой из них имелись те, кто особенно хорош в сборе и анализе информации.

Только вот изобретательность Сироэ всё ещё была свежа в их памяти. Кроме того, они, наверное, решили, что как организатору совета ему стоит работать больше.

Сам Сироэ был очень заинтересован в летнем лагере, но, к сожалению, они проводились в одно время.

Поскольку лагерь позиционировался как тренировка для новичков, то, во-первых, туда направились Минори и Тоя из его гильдии, а во-вторых, он не хотел упускать возможность собрать информацию из деревушек возле Токио. Он использовал каждую подвернувшуюся возможность для изучения, но всё ещё ощущал, что контакта с Людьми Земли так и не добился.

Сироэ не желал отказываться ни от одного из мероприятий, а потому разрывался на части. Мититака с энтузиазмом стиснул его: «Нет, ты тоже поедешь. Я туда один с ним не попрусь». И вот так ситуация изменилась сама по себе.

По просьбе совета Сироэ присоединился к делегации в качестве третьего участника. Акацки с самого начала заявила: «Я буду защищать вас, господин», и по умолчанию стала сопровождающей Сироэ.

Между тем, роль лидеров летнего лагеря выпала Наоцугу и Нянте. Оба умели позаботиться о младших товарищах, и имели богатый боевой опыт в новом мире. А значит на них можно положиться в плане практической подготовки, и они смогут отреагировать на любые неприятности.

Только вот Сироэ кое в чём просчитался. Когда утвердили участие Акацки, никто ещё не успел ничего понять, а Генриетта решила участвовать в делегации, как наблюдатель от Альянса Полумесяца.

И отправилась с ними как «сопровождающая Сироэ».

Всё бы ничего, только вот ей придётся делить комнату с другой помощницей Сироэ, от чего Генриетта чуть ли не танцевала от радости.

Она явно пошла ради Акацки.

Но Сироэ ничего не мог с этим поделать, а потому просто нахмурился.

Не то, чтобы ему не нравилась Генриетта. Наоборот, она красивая, умная и надёжная, и просто не может не нравиться. Только вот у неё похоже были слегка причудливые увлечения, что его и беспокоило.

Конечно, другим членам Совета Круглого Стола казалось, что Сироэ повезло оказаться между милой девушкой и красивой женщиной. Можно сказать, держал по цветку в каждой руке. И даже если бы он сказал, что это не так, никто бы ему не поверил.

И вот таким отбором определились члены делегации в Истал. Их представитель — Красти, председатель совета. Первый заместитель — Мититака. А второй — Сироэ. И добавив сюда секретарей и сопровождающих, получим итоговые десять человек.

Как же оно… а, точно, неуютно.

Бормотал Сироэ, раздумывая о том, как было бы хорошо обернуть процесс отбора вспять. Сейчас он пытался казаться незаметным в углу большого зала.

Количество гостей постоянно росло, но Акацки продолжала цепляться за Сироэ, прячась за его спиной, а Генриетта, очаровательно улыбаясь, наклонилась поближе к парню.

— Меньшего от Сироэ я и не ожидал. Взгляни на его самообладание, — сказал Мититаке Красти.

Только вот он ошибся. Сироэ вовсе не был спокоен. Он был на грани.

— Ну, когда ты такой герой. Хмпф! Даже здесь и сейчас окружить себя двумя красотками… Эм. Для него это всё и правда плёвое дело. Верно?

— Прошу прощения. Но такой бал не более чем охотничьи угодья для злодея Сироэ.

Даже если бы Сироэ ответил Мититаке — который знал, что происходит и просто посмеивался над ним — Генриетта уже ошибочно переоценила Сироэ.

…Вот как всё было.

Со дня волнений по поводу учреждения Совета Круглого Стола Генриетта стала считать, что Сироэ обладает несравненным злодейским умом, когда дело касалось интриг и заговоров.

Будь это всё, то может он и сумел бы ей объяснить, но она испытывала просто невообразимую уверенность в его злодействе, что сводило на нет все его попытки возразить.

Он этого не понял, но «злодей» в понимании Генриетты относился к «высшей оценке». И вот Сироэ продолжал мучиться, ведь он никак не мог категорично опровергнуть собеседника, который его хвалил.

— Для меня честь, что вы почтили нас своим присутствием.

Когда Сироэ уже открыл рот, чтобы высказать хоть парочку слов Генриетте, произошло следующее: мужчина в серебряной отделанной мехом мантии — явно, благородный — подошёл к группе Сироэ и поприветствовал их.

Вау, потрясающе… он настоящий.

Как ни посмотри, а на взгляд Сироэ мужчина пред ним казался истинным аристократом. Аккуратно подстриженные усы, острый взгляд под серебряными волосами. Мускулистый, и эти мышцы, похоже, принадлежали человеку, который провёл юность на полях сражений.

Его отделанный янтарём тёмно-синий костюм — летний вариант одежды и на вид совсем не тяжёлый. На талии пояс с несколькими пряжками, а ниже пара отполированных до блеска кожаных ботинок.

— Это честь встретиться с вами, и мы благодарны за приглашение. Моё имя Красти, и я представитель Совета Круглого Стола, управляющий Акибой.

Красти и правда смел. Действует прямо как аристократ.

Красти ответил спокойно, и он совсем не выглядел обескураженным.

Мититака следующим поприветствовал мужчину. Он тоже не выглядел особо напряжённым. В плане смелости эта парочка была выдающейся даже по меркам Совета Круглого Стола. Сироэ был уверен, они выбрали верных людей для этого мероприятия.

— Меня зовут Сироэ. С нетерпением жду дальнейшего знакомства, — кратко представился всё ещё задумчивый парень.

Для сторонних наблюдателей могло показаться, что он совершенно спокоен, а потому они выглядели как смелое трио, а не дуэт. Но сам Сироэ об этом не знал, занятый совсем иными вопросами.

Оставлю лучше подробное представление на потом. Мне сейчас куда интереснее, кто же перед нами.

— Моё имя Серджиад Ковен. Я выступаю в роли представителя Истала.

Кто знает, уловил ли он желание Сироэ или нет, но аристократ представился. «Серджиад Ковен» — первое имя среди лордов, подписавших отправленное в Акибу письмо.

Так это он… а значит, он самый влиятельный на востоке.

Акиба — крупнейший город игроков на японском сервере. Однако, это не значит, что Акиба вообще самый крупный город.

Крупнейшим считался город Майхама, построенный возле замка Золушки.

В этом мире Токио не был единым городом. Ведь население мира составляло менее одной сотой жителей реальной Японии, а это как-никак более сотни миллионов.

Здесь люди строили и проживали в маленьких поселениях и убежищах, окружённых крепостными стенами. Это касалось и токийских земель. В регионе расположены реликвии научно- и магически продвинутых цивилизаций, к примеру, Акиба или же этот дворец. И эти места использовались несколькими городами, но вот для управления и контроля над всем регионом людей не хватало.

В этом мире «добрые» человеческие расы — те, что доступны для начального выбора — так далеки от положения «защитников», что больше не обладают той силой и влиянием, как в эпоху мифов.

В результате старая столица разделилась на несколько малых город со своими собственными силами. И крупнейшим из них была Майхама.

Следующая по величине — Акиба. Затем Сибуя, тоже город игроков. За ней Икебукуро, благодаря своей Башне Солнечного Света. То место, где должно располагаться Синдзюку, полностью уничтожено прорывом Левиафана, поэтому… следующим чуть подальше идёт Йокохама, Асакуса… вот и всё.

Вот так можно описать окрестности нынешнего региона Канто.

И мужчина среднего возраста перед ними был правителем Майхамы, самого большого города. В отличие от Акибы там не было храма, а потому он не считался городом игроков. Если не обращать на это внимание, то в городе имелось множество торговых объектов и широкий спектр квестов. Любой игрок среднего или более высокого уровня хоть раз, но посетил его в игре.

Город известен своими поразительными воздушными садами, эстакадой из замысловато обработанного металла и белым замком Золушки — символом города — который как говорят был самым красивым дворцом сервера.

И теперь, перед ним, Красти завёл разговор.

Если вкратце, то он поведал, что Совет Круглого Стола — совет самоуправления, состоящий из представителей Акибы. А сам он был его председателем. Ну, и то, что они были рады получить приглашение лордов.

— Хм… Ясно. Другими словами, эти «гильдии» похожи на безземельных дворян, а влиятельнейшие из них посредством обсуждений управляют всем? По своей форме это чем-то напоминает Истал с нашим созывом лордов и обсуждениями для определения правил поведения. Только в меньшем масштабе.

— Верно.

Красти кивнул в ответ на слова Серджиада.

— Но в таком случае… Хм…

Приняв напиток от появившейся в зале эльфийки из обслуги дворца, Серджиад задумался.

— Пусть вы и представитель совета, но присвоение благородного титула лишь вам может вызвать ненужные разногласия…

— Такое возможно, а потому мы бы предпочли отклонить эту часть предложения.

— Хм-м. Это может вызвать кое-какие проблемы.

— Нельзя ли в таком случае выдать самому Совету Круглого Стола квази-аристократический титул и наделить его правом присутствовать на собраниях? В таком случае мы сможем присоединиться к вам для обсуждений за одним столом, — произнёс Мититака.

С естественностью великого человека он присоединился к Красти в убеждении лорда.

Не думаю, что они сильно старше меня, но… похоже проблем не будет.

Стоя на небольшом расстоянии от них, Сироэ наблюдал как они втроём обсуждают этот вопрос.

Скорее всего Красти, да и Мититаке тоже, ещё не исполнилось и тридцати, но сейчас они на равных разговаривали с одним из благородных. Даже не вмешиваясь в процесс, он совсем не беспокоился, ведь если переговоры пройдут безуспешно, то вряд ли бы пары слов Сироэ хватило, чтобы переломить ситуацию.

— Всё-таки мы привлекаем немало внимания, — прошептала ему на ухо Генриетта. Подняв взгляд, Сироэ увидел наполненный гостями зал. По его предварительному анализу в Истал входило двадцать четыре города и территорий. У каждого свой представитель, два советника и четыре или пять сопровождающих. А если они привели детей или внуков, то здесь должно собраться несколько сотен человек. И даже мельком взглянув, становилось понятно, что в зале их сейчас точно больше сотни.

Огромный зал был украшен для бала алым и золотым цветом. И даже с таким количеством гостей здесь вовсе не было тесно. Группки людей болтали повсюду, время от времени бросая на них свой взгляд. Сироэ тоже ощутил их.

И даже так, никто из них не решается заговорить с нами, а значит… они положились на герцога Серджиада? Или же заключили какое-то тайное соглашение? Если же нет, то может ходят какие-то неизвестные дикие слухи о нас?

Сироэ погрузился в размышления.

Вполне вероятно, что как и он с товарищами ничего не знал об Истале, так и они ничего не знали о Совете Круглого Стола.

И приглашение хороший тому пример.

Никто из гостей не знал наверняка, можно ли просто приказать неизвестным гостям присоединиться к ним, или же их ждёт серьёзное наказание, если они не отнесутся к ним со всей заботой и вниманием.

Каждый хотел получить информацию о противоположной стороне, но такие разговоры безусловно были бы осторожны, ведь собеседники старались бы не допустить промаха.

Взаимодействие неизбежно занимает много времени.

Похоже, мы вступаем в напряжённые переговоры.

Сироэ зажмурился, зажав пальцами переносицу. Красти и Мититака в данный момент вели самые серьёзные переговоры в жизни. А в таком случае, задача Сироэ — найти выход из сложившейся ситуации, только вот идей у него пока не было.

Конечно, он собрал как можно больше информации об Истале, но это всего лишь знания из документов и разговоров в тавернах. Настоящая информация об аристократическом обществе не часто попадает на взор широкой общественности.

Пока Сироэ беспокоился, музыка внезапно стихла.

Пока шум гостей стихал словно отлив, толпа возле арки зала разошлась, открывая вид на яркую процессию. В ажиотаже доброжелательности и предвкушения в зал вошли три юные девушки и их партнёры.

5

— Это моя внучка Райнесия. Ей в этом году исполнилось пятнадцать.

Герцог Серджиад улыбнулся.

От чего его аристократическое выражение лица смягчилось, меняясь на нежное лицо дедушки.

— Полагаю, с этим вы не знакомы, но такова наша традиция. Достигая подходящего возраста, леди выходят в свет на этом балу. На десятидневном собрании, которое начинается с завтрашнего дня, мы решаем различные проблемы Истала, но кроме того там мы и взаимодействуем между собой. Ради защиты своих территорий, мы используем накопленную как военную, так и финансовую мощь, но в столь суровом мире порой этого недостаточно. Да, и нет никакой гарантии, что мы сможем достаточно подготовиться. Иногда друзья и связи куда лучше защищают нас, чем мечи, деньги или стены замков.

Возможно, он немного разоткровенничался, но Серджиад таким образом постарался объяснить важность их социальных связей Красти и Мититаке.

— Понятно. Мы тоже образуем группы, известные как гильдии, и сообща работаем с нашими друзьями, поддерживая друг друга. Это немного напоминает семью. Иногда наша помощь выходит за пределы гильдий. И в этом одна из миссий Совета Круглого Стола, — ответил Мититака.

— У личной силы всегда есть пределы, — ответ Красти основывался на словах его товарища.

Всё это лишь пустые разговоры, но так подходящие ситуации.

— Вы правы.

Серджиад улыбнулся им в ответ, как будто их слова точно соответствовали его собственным мыслям.

Даже продолжая беседовать, взгляды Мититаки и Серджиада оставались прикованы к трём девушкам, которые только достигли центра зала. Их сопровождающие — поддерживающие девушек за руки словно те были хрупкими как хрусталь — скорее всего, рыцари с территорий их семей. Каждый из них был очень красив.

— А они все красавицы, — прокомментировал Мититака.

Да, это был явный комплимент торговца, но Мититака, наверное, был рад, что ему не пришлось лгать. В этот раз не было нужды в пустой лести.

Девушка, что шла на шаг впереди остальных, выглядела немного моложе пятнадцати. Она была прелестна: хрупкая девушка с тонкой шеей.

— В центре Райнесия, моя внучка. Справа от неё, девушка с волосами цвета весенней листвы, — Апретта, дочь маркиза Лестера из Оу. Огненно-рыжая девушка — внучка Суганы, владыки Ивафимэ. Все они впервые вышли в свет.

Ясно… все они красивые юные девушки. Сейчас они «показывают себя» и это будет их первым дебютом в обществе.

И пока они наблюдали, заиграла музыка.

Учитывая обстоятельства, это, похоже, их первый танец на публике, но они должно быть непрестанно тренировались: в их движениях не было неопытности. И тем не менее лица девушек были напряжены.

Духовые инструменты присоединились к струнным, добавляя глубины нежному вальсу, и Сироэ понял, что звучащая музыка была ему знакома. Это была заглавная тема, которую игроки слышали каждый раз при загрузке игры.

И в столь огромном зале лишь ещё девять человек разделяли с ним этот шок и ностальгию. Они резко переглянулись, словно ужаленные, и вскоре осознали, что их переполняет желание усмехнуться.

Когда их взгляды пересеклись, всех посетила горькая мысль, что они действительно попали в другой мир и совсем не ведают, как же им вернуться домой. Тем не менее это не значит, что они потеряли самообладание, ведь на своих плечах они несли слишком большую ответственность для подобного.

Вскоре музыка подошла к концу, и принцессы изящно исполнили реверанс, выражая свою благодарность.

— А вот и вторая часть… теперь и вы должны пойти потанцевать.

— А?

Удивлённо и с невероятно тупым выражением лица ответил Мититака герцогу.

— Как я уже упоминал, бал — мероприятие светское, и он предшествует собранию. Оглянитесь. Все очень заинтересованы вами. Сейчас я говорю вместо них лишь потому, что никто не знает, как общаться с Авантюристами, а потому они слишком осторожны. Если так пойдёт и дальше, то будет не легко обмениваться информацией и уж тем более довериться друг другу.

Пока он говорил в аристократическом профиле старого лорда и представителя Истала проскользнул намёк на озорство.

— Все они хотят увидеть, как наши гости танцуют. Черноволосая леди, как насчёт вас?

Заметив как разговор внезапно сфокусировался на ней, Акацки чуть подпрыгнула словно от удара током и поспешно спряталась в тени Сироэ.

— Я синоби моего господина. Синоби — тени и стражи. Я-я-я не могу привлекать внимание в столь многолюдном месте.

Взгляд герцога скользнул к Мититаке, который с довольно напряжённым выражением лица покачал головой.

— Нет, нет, — сказал он, — я неуклюж, такое не для меня.

Пусть он и специализировался на производственной сфере, но обладал физической силой Авантюристов. Так что качая головой он оставлял за собой расплывчатый след. Довольно забавно.

Ну, из всех нас для этого лучше всего подходит Красти, подумал Сироэ, посмеиваясь про себя.

Может Красти и обладал грозным прозвищем и подклассом «Берсерк», внешне он был красивым и умным юношей.

Он выглядел прям как игрок из команды по американскому футболу, а фраза «мощный, великолепный, элитный красавец в очках» идеально подходила к нему. В футболе он был бы квотербеком, лидером команды, который способен прорваться по полю и сделать тачдаун.

Смокинг идеально сидел на его мощном теле, а кроме того его сопровождала девушка из гильдии. Идеальный вариант для танца.

— Это прям работа для Сироэ.

Однако, не успел Сироэ раскрыть рта, как заговорил сам Красти. Сироэ собирался попросить того прекратить шутить, но сдержался, увидев слишком серьёзное выражение парня.

— Я бы хотел немного переговорить с лордом Серджиадом. Раз это ты, то… как же там было. А, точно. «Для Сироэ бал — всего лишь охотничьи угодья», верно? Был бы признателен, если ты воспользуешься своими великолепными техниками ради Совета Круглого Стола.

К-Красти… ты же специально, да? Ч-чёрт побери…

Сироэ почувствовал как бледнеет.

Он смог выйти против высокоуровневых монстров и занять твёрдую позицию на важном собрании, но стоит помнить, что Сироэ из тех людей, которые строят тщательные планы и продумывают самые разные варианты развития сражения и успешную победу в них. Если его уведомить заранее, скажем дней за десять, то какой бы серьёзной ни была проблема, он, скорее всего, нашёл бы как с ней разобраться, но сейчас, когда на него так резко спихнули эту обязанность, он мог лишь стоять и хлопать глазами.

Однако, Красти, представитель Совета Круглого Стола, просил заменить его, потому что хотел обсудить кое-какие вопросы с герцогом Серджиадом, можно сказать главой Истала. Даже Сироэ было тяжело отказать в такой ситуации.

Но как бы там ни было Красти и Мититака ещё недавно ловко вели переговоры, а вот Сироэ ничего не делал. Конечно, он обдумывал будущие планы, но поскольку ни к чему не пришёл, то чувство вины заставило принять просьбу Красти.

Ха-а… полагаю, придётся поставить себя в неловкое положение.

Сироэ уже был готов поникнуть, когда почувствовал, что кто-то на него смотрит. Он поднял взгляд и наткнулся на очаровательную улыбку Генриетты.

— Сироэ, понурый вид тебе не к лицу.

— Легко сказать, но… я и правда ничего не могу поделать.

Полуотчаявшись, Сироэ вздохнул, но Генриетта подняла указательный палец и покачала им из стороны в сторону как профессор.

— Джентльмен никогда не должен терять уверенности, даже если единственное, что он может, — показать своё мужество. А для гильдмастера это верно вдвойне. Мариэ беспечная дурочка и разиня — а ещё с большой грудью к тому же — но об этом она прекрасно знает.

Всё именно так и было. Улыбка Мариэль воодушевляла членов её гильдии в те времена, когда невозможно было улыбаться. Сироэ почувствовал раскаяние.

Он прекрасно осознавал, что пусть и был умён, привычка грузиться проблемами и размышлять о ещё не наступившем будущем — его слабость.

— Хорошо. Мне жаль.

— Отлично. А теперь… раз ты такой хороший мальчик, Сироэ, то я подарю тебе одно заклинание.

— Что?

Элегантно развернувшись на цыпочках, Генриетта встала перед Сироэ и протянула руку в шёлковой перчатке.

— Акацки, дорогая, смотри внимательно.

Когда Сироэ коснулся кончиков её пальцев, Генриетта каким-то естественным движением обвила его руку и вывела парня в центр зала.

Постойте… мисс Генриетта!

Для Сироэ это было слишком.

Даже пусть и придётся танцевать, но было много мест, где они могли затеряться в толпе и остаться относительно незамеченными. Скажем угол в конце зала или возле южного выхода. Центр же зала предназначался как для почётных гостей, так и для людей, которые действительно хорошо танцевали.

— Сироэ, улыбнись и расправь плечи.

Парень сглотнул. Конечно, он нервничал тогда на собрании, послужившем началом создания Совета Круглого Стола, его сердце громко билось, когда он столкнулся с ПКшерами и в более ранних сражениях, но этот страх для него был уникален.

Он не мог избавиться от мысли, что заполнившие зал гости глядели на него и посмеивались, оценивая парня.

— Хорошо. Займи это положение и положи руку на талию… Нет, чуть выше… Верно, как бы на поясницу.

— Я бы хотел признаться. Я совершенно не умею танцевать.

— Боже, незачем «признаваться» в такой ситуации. А то я покраснею.

Генриетта посмотрела на Сироэ и улыбнулась.

Она избавилась от своего обычного делового вида, наверное, чтобы соответствовать бальному платью, и теперь без очков её глаза казались больше. А когда она улыбнулась в подобной манере, даже Сироэ почувствовал волнение.

— Я не об этом. Ну, правда, не уклоняйтесь от нашей проблемы.

— Сироэ, ты же знаешь, какой у меня класс?

— Вы Бухгалтер… Ах.

Генриетта опустила взгляд парню на грудь. Она внимательно прислушалась и начала шептать мягким голосом. Она пела, тихо, словно это было щебетание птиц, так тихо, что легко было не заметить.

Возможно, Генриетта и не слышала этого вальса раньше, но она заранее всё рассчитала и оценила нужный момент времени.

— Хорошо, Сироэ. Давай начнём.

Музыка наполнила весь зал словно пузырьки газа из шаманского, которые поднимались вверх и лопались. Началась третья мелодия. Генриетта шагнула к Сироэ почти прижимаясь к нему под звуки изящной классической мелодии.

Сироэ расправил плечи, продолжая придерживать Генриетту за талию. Девушка что-то бормотала и вела Сироэ словно кружащийся в воздухе лепесток. Кружилась и кружилась.

Точно, мисс Генриетта же Бард.

«Бард» — один из двенадцати классов Elder Tales.

Пусть он и был одним из «Вооруженных Атакующих» классов, но в отличие от Ассасина и Головореза, использующих собственные средства для нанесения большого урона, «Бард» — класс поддержки.

«Класс поддержки» — это общий термин для классов, которые в сражении усиливали своих союзников или ослабляли противника. В Elder Tales к ним относились лишь два класса: Чародей Сироэ и Бард Генриетты.

Отличительная черта Бардов — их контроль над музыкой. Как и гласит название, их способности были завязаны на музыке, и они имели много специальных навыков с длительным эффектом. В Elder Tales, где большинство специальных навыков обладали своим временем действия: от мгновения до десяти секунд, Барды были уникальны. Эффекты многих их навыков длились минуты или вообще постоянно.

Генриетта говорила, что никогда в подобном не участвовала, но можно с уверенностью сказать, что сила её класса проявляла свою истинную ценность именно в крупномасштабных битвах, где игрокам приходится сражаться куда дольше, чем в обычном бою.

Кроме того, пусть Барды и не столь умелы как Ассасины и Головорезы, но и они тренировались кинжальному бою. А мечами с тонким клинком и луками владели особенно здорово.

Поскольку атаки оружием не расходовали ману, то в затяжных сражениях они комбинировали атаки ближнего или дальнего боя с долговременными особыми навыками. Эффективность их манозатраты была потрясающей, и они могли сражаться очень долго, не ослабевая.

С другой стороны, именно потому, что класс был настолько заточен под затяжные бои, они обладали чрезвычайно низкой силой мгновенных действий, будь то атака, восстановление или поддержка. Оказавшись под внезапной атакой им было очень сложно выпутаться, а требующееся глубокое понимание класса и внимательный взгляд на будущее развитие лишь осложняли игру за Бардов.

Сейчас Генриетта в руках Сироэ кружила и кружила по центру огромного зала.

Она взяла на себя инициативу и повела в танце, не делая чего-то невозможного. И вскоре Сироэ начал привыкать к движениям.

Начнём с того, что в этом мире их тела в десятки раз способнее, чем те, что были в реальном. По сравнению с его «настоящим телом» интернет-зависимого, даже Чародей Сироэ не уступал в силе и ловкости спортсмену.

Примерно в тот момент, когда Сироэ начал смутно понимать, как движется его собственное тело, крошечная восьмушка возникла из груди девушки.

— Ты начинаешь понимать, да, Сироэ?

— Начинаю.

Даже продолжая тихо шептать, Генриетта не прекратила высвобождать крошечную восьмушку*.

«До» цвета сладкого апельсина.

«Ре» лимонно-жёлтая.

«Ми» цвета весенней листвы, а «Фа» ярко-голубая.

Нота «Соль» синяя, как море, а «Ля» изумительно пурпурная.

«Си» же была красной, чем-то средним между малиновым и цветом заката.

Сироэ не знал, как она показывала их ему, или же как она управляла ими прямо во время разговора, но разноцветные ноты идущие из груди девушки кружили вокруг них словно крошечные феи, а затем растворялись в воздухе.

Скорее всего, это был визуальный эффект одного из специальных навыков Барда, но разве не требуются просто экстраординарные инстинкты, чтобы ноты столь соответствовали играющей музыке? Или на такое способен любой Бард?

Другими словами… это словно музыкальная игра.

Не сказать, что Сироэ был прям ужасно хорош в них, но всё же играл. В реальном мире были игры, где нужно было бить в барабаны или танцуя отбивать ритм ногами на большой панели.

В сравнении с ними сейчас темп мелодии был куда медленнее, а движения проще. Сироэ сосредоточился, связав льющуюся по залу мелодию с радужными нотами, скользящими мимо гладкой щеки Генриетты.

— Вот так. Шаг вправо. Вперёд… а теперь полуоборот.

— Да, мастер!

Когда Сироэ ответил ей с лёгким смешком, Генриетта на мгновение остолбенела. А затем парень увидел, как она словно надулась, но почему-то это было даже забавно.

Ах, слушая и наслаждаясь музыкой, моё тело, наконец, стало двигаться само по себе, думал Сироэ.

Web TV, Web радио, MP3. Раньше музыка была повсюду. Свободная и столь повсеместная, что он и забыл, насколько она особенная.

Музыка — особенная.

То, чего нет в природе. То, что создано людьми.

Как и с едой её великолепие они заметили лишь после того, как она исчезла. И сейчас парень был благодарен прекрасному Барду пред ним, в сердце которой никогда не прекращала играть мелодия. Даже когда остальные полностью позабыли о музыке.

— Раз уж смог расслабиться, то выпрямись. За нами наблюдают всё-таки. Твои шаги должны быть лёгкими как пёрышки. В конце концов, ты всё-таки наш «тёмный» советник.

Однако, сама Генриетта отчитывала его словно учительница. Парень не мог сказать, как она истолковала его улыбку.

Сироэ сосредоточился на том, чтобы держать спину прямо. С заботой о девушке он поднял левую руку так, чтобы не мешать её движениям.

Сироэ и Генриетта танцевали. Кружились снова и снова.

Теперь музыка для него стала звучать отчётливее, чем пару минут назад. Он слышал мелодию, «оседлал» её, а тело парня двигалось естественно. Танцуя в правильном ритме, они пересекли зал чарующими движениями.

Должно быть он и правда немного расслабился. До сих пор зал для него казался всего лишь фоном, а теперь он на самом деле видел то, что происходит кругом.

Вокруг них словно развевающиеся лепестки кружились танцоры. А музыканты словно забывшись в полной гармонии исполняли свою мелодию.

Бесчисленные взгляды были прикованы к ним. И теперь он мог ясно слышать их тихие разговоры, даже злобные шепотки: по-видимому, мы всё же не можем относиться к ним как к захолустным деревенщинам.

— А теперь, ещё один танец. Давай лишим всех этих сплетников дара речи.

— Понял, миледи.

И с началом другой мелодии Сироэ и Генриетта шагнули в новом танце.

↑Восьмушка — нота, длительность которой равна одной восьмой части целой ноты

Глава 3 - Переговоры в Древнем Дворце

3-1

(Ха, это место сравнимо с гнездом коварных лисов.)

Мичитака с улыбкой взял стакан, жалуясь в своем сердце. Он находился в Древнем Дворце Вечного Льда, но не в зоне, зарезервированной для Совета Круглого Стола. Это была территория, на которой проживал Маркиз Дальют.

По прогнозам Сироэ, встреча в Лиге Свободных Городов Истель медленно прогрессировала.

Из новостей, которые они получили, встречи иногда проводились в дневное время. Но в течение 4 дней с тех пор, как Мичитака прибыл в Древний Дворец Вечного Льда, у него еще не было ни единственной встречи.

Мероприятие длилось 10 дней, поэтому не было нужды спешить. Таково было мнение одного из дворян, но, напротив, в переговорах за столом было много беспокойства.

Доказательством послужили многочисленные приглашения, полученные Советом Круглого Стола. Сироэ, Красти и Мичитака вначале совместно участвовали в обсуждениях, но им пришлось разделиться, чтобы обработать все приглашения.

Они заранее подготовили базовую политику и использовали оружие, недоступное для Людей Земли... Телепатию. Эти два фактора оказали большую помощь.

Они также были бы полезны сегодня вечером.

Банкет у Маркиза Дальют из Города-Крепости Могами.

Вечеринка у молодых рыцарей Лиги Свободных Городов Истель.

Маркиз Кирива из Цукубы и его ужин в университете.

Эти три приглашения совпали по времени проведения.

Если бы они присутствовали только на одной встрече, это негативно отразилось бы на балансе сил между дворянами. Для того, чтобы быть беспристрастным для всех лордов, они также думали о том, чтобы отказаться от них всех. Но сбор разведывательной информации и налаживания отношений стал приоритетным, поэтому они решили разделиться и достичь успеха.

Поскольку это была вечеринка с молодыми рыцарями, должны быть музыкальные представления или танцы. Из-за этого Сироэ хотели было назначить для участия в нем. Но в званом ужине Маркиза Киривы были ученые, которые были бы тяжелым бременем для Красти и Мичитаки.

Итак, Красти пойдет на вечеринку молодых рыцарей и принцесс... которая была собранием будущих лидеров. Сироэ сказал с озорной улыбкой: «Ведь танцы это так весело», похоже, что он до сих пор держит недовольство.

Генриетта из «Альянса Полумесяца» также беспокоилась о танцевальной части, но Красти спокойно ответил: «Недавно я нашел очень прочный щит, так что мне просто нужна техника, чтобы использовать его для своей защиты от танцев, не проявляя навязчивости, поэтому здесь проблем не будет.»

Мичитака не знал, о чем говорил Красти, поэтому он просто пожал плечами и оставил все на его усмотрение. Мичитака все равно ничем не мог помочь.

С двумя из выбранных событий, ему оставалось только одно - присутствовать на банкете Маркиза Дальют.

«Здесь я привез лучшую говядину с моих земель, пожалуйста, наслаждайтесь этим вечером!»

Маркиз Дальют поприветствовал Мичитаку этими словами. Вы могли бы сказать, что он был простым, но, будучи немного более наблюдательным, вы могли бы описать его как старомодный мужчина средних лет. Его одежда была чистой и изготовлена из высококачественных материалов, но на ней не было никаких инкрустаций или аксессуаров, что делало его простым на вид.

Мичитака был главным менеджером своего отдела в реальном мире, но в «здешней» Акибе он был мастером крупнейшей производственной гильдии «Океанические Системы», в которой участвовало 5000 человек. Члены видели его как умного собрата, но этого было недостаточно, чтобы управлять этой массивной гильдией. Он не был настолько тупым, чтобы не видеть намерений маркиза.

Несмотря на это, Мичитака по-прежнему приветствовал его тепло, приняв предложение Маркиза Дальюта и сел. За экстравагантным праздничным столом также присутствовала семья маркиза.

Его жена была очень молода, немного пухленькая, вполне вероятно, что это его вторая жена. Старший сын, чей возраст находился в районе последних двух классов начальной школы, казался сильным юношей. Была и молодая дочь.

«За последние 2 месяца еда сильно изменилась, я привел своих лучших шеф-поваров с высокой мотивацией к этой встрече».

Банкет начался после вступительной речи маркиза Дальюта. Город-Крепость Могами... Территория маркиза Дальюта была расположена на северо-востоке этого региона. Согласно карте, созданной Сироэ, она была в префектуре Ямагата.

В городе жило около 8000 человек, по словам лорда Дальюта, это был комфортный и безопасный город. Рассматривая данные, собранные ранее, под руководством маркиза Дальюта было десять с лишним деревень.

Праздник состоял из экстравагантных средневековых блюд европейского стиля.

Мичитака не знал подробностей, но, по его опыту, еда, выглядящая как французская кухня, должна была быть в виде небольших порций на столе. Но в этом альтернативном мире дворяне, казалось, привыкли к большим количествам пищи.

Им подавали стейки из говядины, прожаренные с большим количеством специй, которые Дальют сам с удовольствием разрезал на мелкие порции.

«Это мясо считается высшим классом на моей территории, как оно на вкус?»

«Да, это вкусно!»

Мичитака похвалил еду между укусами.

Это был действительно высший класс, по сравнению с говядиной в реальном мире, это мясо было более жестким и принесло с собой ощущение плотности, а его оригинальный вкус был очень богат.

Маркиз Дальют сосредоточился на том, чтобы представить вкусность этого блюда.

(Вот значит как...)

В этом альтернативном мире кухни были важной частью политического мира, когда изменения 2 месяца назад революционизировали мир.

Все остальные лорды делали приготовления, похожие на маркиза Дальют, приводя своих шеф-поваров и ингредиенты на участия в собраниях. Подобное совещание стало неожиданностью. Маленькие и слабые территории могли бы получить огромное богатство, если бы обнаружили какие-либо популярные ингредиенты или блюда. Более сильные дворяне будут искать продукты более высокого качества, чтобы укрепить свое влияние и славу.

Встреча Лиги Свободных Городов Истель была местом, где вы сравнивали свое социальное положение, но теперь еда стала центром внимания, становясь решающим фактором для экономики города с ее торговлей по всему региону.

«Мой город окружен холмами, а земли полны склонов. Там процветают леса, горнодобывающая промышленность и торговля скотом. Для нашего праздника сегодня мы также отведаем свинину, которой мы гордимся».

Глядя на ожидавшего с энтузиазмом старшего сына, он мог сказать, что это будет замечательное блюдо.

Мичитака наслаждался едой, слушая слова Маркиза Дальюта.

Жена маркиза в разговоре время от времени рассказывала о погоде, географии и культуре северо-восточной части архипелага. Для маркиза это была подготовка к деловым переговорам и демонстрация особенностей его территории. Для Мичитаки это был ценная информация.

Северо-восточный регион архипелага был полон горных хребтов, и повсюду раскинулись леса. Холмистый регион был полон природы, с неисчерпаемым количеством лесных ресурсов. Дожди были в изобилии, со многими озерами и красивыми реками, текущими в регионе.

Было мало плоских земель, большинство из которых находилось недалеко от побережья или в горной долине.

Эти равнины в основном использовались для выращивания пшеницы или риса.

С северо-востока на севере Канто весь этот регион был центральной зоной Лиги Свободных Городов Истель. Самая большая проблема в этой зоне заключалась в агрессии монстров.

Добросердечные люди были одним из игровых рас в «Elder Tales». Согласно расчетам Сироэ и Родрика, население здесь составляло примерно 1% от реальной Японии. Но население не было равнозначно количеству разумных существ, таких как полулюди, вроде гоблинов или орков. Их интеллект не был на уровне добросердечных людей, но у них были сильные тела и высокие способности к размножению. Самое главное, они были жестокими и злыми.

Агрессивные полулюди строили свои империи и управляли регионами, грабя днем и ночью и пытаясь захватить мир.

Основными силами монстров на северо-восточном архипелаге были гоблины. Гоблины были низкими полулюдьми, около 150 см в высоту. Они были тощими, уродливыми и скрученными низкими гуманоидными монстрами. У них было простое племенное общество, живущее вместе, с занимаемыми разными должностями.

Большинство из них принадлежало подвижным и грабящим племенам, но некоторые из племен могли поселиться в одном месте. Северо-восточные племена стремились оставаться в одном месте и даже строили гигантские общины с населением, достигающим несколько десятков тысяч.

Подобно другим полулюдям, у гоблинов были гибриды низкого социального статуса от скрещивания. Одним из таких гибридов были хобгоблины, которые были более жестокими, чем гоблины, но при этом невероятно преданными. Они были вооружены доспехами и оружием, будучи готовыми сражаться до самой смерти за свое племя.

Были также высокоуровневые шаманы-гоблины, которые могли призывать духов своих предков, командовать монстрами-нежитью и духами. Гоблины-укротители будут разводить существ, таких как гибриды медведей и сов[✱]Cybernetik: Owlbears. Owl=Сова и Bears=медведи. Просто не знаю, как одним словом назвать их, русского значения не нашел. Голова совы и туша медведя. Если интересно, вот ссылка: en.wikipedia.org/wiki/Owlbear, Гиппогрифы и Лютоволки.

Гоблины поодиночке были слабее авантюристов среднего уровня, но имели множество способностей. Они были силой, с которой нужно считаться.

Зоны проживания полулюдей отличались от тех, которым управляют люди. Обычно люди боролись, чтобы защититься от них. На северо-востоке полулюди жили в глубоких горах и густых лесах.

«Но ситуация изменилась... да, из-за революции».

Маркиз Дальют продолжал.

«Во-первых, революция сильно коснулась еды. Как вы можете заметить, граждане на моей территории полностью очарованы новыми блюдами, и я ничего не могу с этим поделать».

Маркиз сказал со всей серьезностью. Его жена с горечью улыбнулась.

«Вы также увлечены салатом Пекорино и копченым беконом. Но в результате граждане становятся просто ленивыми бездельниками, желающими хорошей и доступной еды, и выглядит это презренно, мягко говоря.»

Леди озорно улыбнулась, на что Мичитака кивнул и ответил.

«Да, и при этом отличная еда может сделать дни лучше, по мне это замечательно.»

«Кхем, кхем, во всяком случае, похожие тоже есть... Но после революции наши граждане также мотивированы, темпы производства улучшились. Урожаи риса собираются долгое время, поэтому там никаких существенных изменений нет, но овощи и домашний скот имеют серьезный рост. Проще говоря, чтобы съесть вкусную еду, фермеры более осторожны в разведении скота и уборке урожая и стараются избегать потерь в поставках.»

Мичитака кивнул, чтобы признать, что это хорошее описание.

«Потребность в хороших ингредиентах стимулирует предпринимательские умы людей, и они сосредоточены на производстве вкусных ингредиентов по хорошей цене, позволяя им получать другие ингредиенты... Вот такой вот получается замкнутый круг.»

Мичитака был из производственной гильдии, поэтому он прекрасно понял и кивнул.

«И из-за этого... в доставке есть некоторые проблемы».

Мичитака подумал об этом.

Это было очевидно. Их земли состояли в основном из холмов и не пригодны для некоторых видов зерен. Было также много ингредиентов, которые можно было посадить только на юге. Мичитаке также было трудно получить сахар, который производился исключительно на юге.

Сахар был родным продуктом «Девятиконечного Доминиона». После Катастрофы, из-за низкого уровня предложения, ее цена росла без каких либо ограничений.

Раньше это было не так.

Еду в прошлом все ели точно так же, поэтому качество ингредиентов не повлияло бы на конечный продукт... Другими словами, сахар был сродни медицинскому снабжению.

(Нет, это не еда, просто питательный рацион.)

Но теперь все было по-другому, с вкусными ингредиентами и свежими продуктами увеличился спрос на различные продукты. В этом чистом и простом альтернативном мире они в основном использовали продукты со своей земли.

Доставка требует времени и ресурсов, доставка свежих продуктов требовала еще больших усилий. Но такие вещи, как приправа, табак, алкоголь или чай, нужно было импортировать далеко. Для финансирования импорта этих товаров самым быстрым способом был экспорт.

И самым большим препятствием для этого были монстры.

Когда вы об этом подумали, вы могли понять чувство дворян, которые хотели попросить наемников у Совета Круглого Стола.

«Подводя итог, это не просто просьба от Могами».

Маркиз Дальют пожал плечами.

«Но я слышал, что на рейд только одного холма потребуется несколько сотен солдат. Чтобы истребить гоблинов с северо-восточного архипелага, нам понадобится астрономическое число. Просто зависимости от сил Акибы будет недостаточно. Просто охраняя город, наша численность не позволит поддерживать полный рабочий день в течении неопределенного срока.»

Ответил Мичитака.

Безопасность для всего региона была за пределами их рассмотрения, населения этого мира было недостаточно для обеспечения безопасности всех зон. И именно из-за этого опасного мира человеческие сообщества были редкими, как пузыри в океане, они могли жить только в мирных зонах, сосредоточенных вокруг городов.

С другой стороны, в заявлении Мичитаки был намек.

Прежде чем Маркиз успел предложить «поработайте с другими территориями позже, сначала отправьте солдат ко мне», он тонко предупредил его, показав отношение «если мы отправляем помощь, нам придется быть справедливыми ко всех регионам, а если мы не можем сделать этого, мы не будем посылать помощь вслепую.»

Банкет перешел к десертам.

Неясно, был ли это оригинальный аромат, или это было результатом двухмесячных исследований, но сладкие блины вызывали чувство ностальгии. Когда Мичитака дополнил этот простой десерт черным чаем из роз, маркиз Дальют сказал со всей серьезностью.

«Нет, нет нужды уничтожать монстров, я прошу нечто другое, обеспечить доступ к морской доставке.»

Мичитака был ошеломлен.

Перевозка по морю, которую обеспечивал их паровой паром.

Предложение маркиза Дальют позволяло им обойти монстров, не тратя ресурсов на их уничтожение, и делало импорт и экспорт более благоприятным и выгодным.

3-2

Атмосфера внутри палатки была тяжелой.

На самом деле ее можно было даже назвать удушающей.

Исузу повернулась в своем спальном мешке.

Они просто пообедали, и костер по-прежнему был виден через ткань палатки, сейчас должно быть 9 вечера? Согласно реальному миру, еще было не время спать, но не было ничего, что можно было бы сделать на этой огромной природе, даже если бы вы бодрствовали.

Несмотря на то, что ей нечего было делать, она все еще была усталая и вялая, но она не могла уснуть, даже если она пыталась.

Она лежала в своем спальном мешке со многими вещами.

В палатке были люди, использующие магические огни или заботящиеся о своем оборудовании.

«Вуу...»

Исузу посмотрела на свет.

Минори, которая всегда работала, Тоя, который был в мешке, как Исузу, Серара, которая лежала в углу палатки, и Рундельхаус, который сидел на своей сумке со скрещенными руками, глядя недовольным взглядом.

У каждого была тяжелая аура.

Ничего нельзя было поделать, так как их рейд закончился ужасно.

Битва группы Исузу превратилась в сражение всех членов группы, привлекая подкрепления монсторов-скелетов и превращаясь в битву на истощение.

В этой хаотической формации это не только вредило Здоровью группы, но и затрачивало много Маны, их зарезервированных навыков и их внимание. Вначале они могли справиться со своим Здоровьем, но если бой затянется слишком долго, им нужно будет полагаться на исцеляющие заклинания.

Но даже исцеляющие заклинания были ограничены Маной, и также из-за этого битва затягивалась.

«...Потому что вы не исцелили должным образом, что мне пришлось перенести такие серьезные травмы!» Рундельхаус жаловался, но из того, что видел Исузу, Серара и Минори задействовали все доступные резервы.

Исузу не знала, как работает исцеление, но, увидев измученную Серару и обеспокоенную Минори, она могла сказать, что ничего не вышло.

Исузу была одной из новичков, спасенных от «Хамелина», ее класс был Бардом.

С момента своего пребывания в «Хамелине» она была близка к Минори.

Вы могли бы сказать, что она хорошо заботилась о ней.

Минори, ученица средней школы, которая была на 3 года младше ее, была очень способной девочкой.

Исузу очень уважала эту молодую девушку, у которой был более низкий уровень и меньше опыта, чем у нее. Использование Минори фразы «Сироэ-сан поделился со мной информацией» было одной из причин, но основными причинами, по которым она ее уважала, были ее мужество, дальновидность и ум.

(Потому что я неуклюжа... Я должна продолжать полагаться на Минори-чан...)

Исузу размышляла, когда она нахмурилась в своем спальном мешке, вспоминая все ее переживания. Она чувствовала, что в этой ситуации она была бесполезна.

Она присоединилась к музыкальной группе в старшей школе, так как ее интересом были инструменты, в частности, контрабас.

Она была высокой и худой, как спортсмен с гормональным расстройством во время полового созревания (ее выносливость тоже не была хороша), и она думала, что ее лицо не уродливое. Простое, но еще далекое от красивого.

Веснушки были ее самой большой заботой, ее волосы были густыми. Даже связывание их в косы не удерживало их вместе, что приводило ее в упадок.

У нее было несколько друзей, и она не подвергалась издевательствам. Но она была просто нормальным, одним из множества, выпускником средней школы, которого вы можете найти где угодно.

Она начала играть в сетевую игру, потому что ее брат, который любил пианино, сказал: «У меня есть дополнительные копии, ты хочешь попробовать сыграть?» Поэтому она попробовала.

Уже в начале это было интересно, и вы могли выбрать класс Барда, который был связан с музыкой, что сделало ее счастливой. Несмотря на это, на самом деле музыкантом она не была. Если бы кто-то спросил ее, будет ли она продолжать играть, если они будут платить ей деньги, она, вероятно, не будет.

Затем Исузу была вовлечена в Катастрофу и оказалась в ловушке злой гильдии «Хамелин».

Она чувствовала себя потерянной в начале, ее голова наполнялась путаными мыслями, и она медленно погружалась в глубокое... да, глубокое чувство отчаяния.

Исузу была в полном отчаянии, ее надежды были подавлены, она отказалась от борьбы, ненавидела бога и мир. Она стала пустой оболочкой с ее повторяющимся чувством ненависти и не думала ни о чем, кроме как прокормить себя каждый день.

«Ах, должно быть, так живут дети в нищете», - жаловалась она на свое чувство. Даже если она сопротивлялась изо всех сил, глубоко в ее сердце она все еще принимала это. Она слышала, как ее сердце говорило усталым голосом. Так закончилась история для второстепенных персонажей.

Исузу была побеждена Катастрофой.

Минори хорошо справлялась по сравнению с другими новичками даже в этих условиях.

Кое-что вроде познаний можно было бы разделить, но не делая этого. Использовав их, вы могли бы сэкономить себе время в критические моменты.

Несмотря на это, Минори каждый день болтала с другими новичками в комнате, делившись тем, что она знала об игре.

Ее брат Тоя был точно таким же.

Тот факт, что они оба были в средней школе, потряс Исузу.

Они были сильными, что можно было назвать только особыми. Исузу почувствовала, что без Минори она окончательно канет в глубокую развращенность в «Хамелине», после чего она не сможет вернуть себе жизнерадостный характер.

С другой стороны, Серара было около ее возраста.

После того, как Исузу была спасена от «Хамелина», первым человеком, который дал ей горячий суп и хлеб, была Серара. Условия в «Хамелине» были очень плохими, даже если было неправильно говорить об этом самой, она, вероятно, была очень вонючей, когда ее спасли.

Но Серара обняла Исузу и сказала: «Не волнуйся, теперь ты в безопасности».

В тот день в зале гильдии, похожем на лагерь беженцев, новички сильно плакали, но Серара сказала им: «Я тоже новичок, мой уровень примерно такой же, как у вас».

«Меня также ловили торговцы людьми в Сусукино, но я была спасена, и теперь я спокойно живу в гильдии.»

Слова Серары, должно быть, спасли многих из них.

В «Альянсе Полумесяца» Серара был одним из ее членов, которые хорошо заботились о новичках. Исузу чувствовала себя близкой к ней, поскольку они были примерно одного возраста. Теперь они были лучшими друзьями в «Альянсе Полумесяца», проводя почти каждый день вместе.

Из-за вышеуказанных причин Исузу видела Минори и Серару надежными знакомыми. Собственно, они уже были друзьями, но у нее было необъяснимое ощущение, что ей нужно было разрешение до того, как это произошло, иначе у нее будут проблемы после необоснованного заявления. Из-за этого чувства Исузу относилась к ним как к знакомым, но думал о них как о друзьях в своем сердце.

Поэтому они не могли быть неряшливы в своих исцеляющих обязанностях, Исузу знала их хорошо.

Итак, в чем причина того жалкого состояния, в котором они находились? Чья это была ошибка?

Этот вопрос смутил Исузу.

Битва за свободу продолжалась около 30 минут.

Пройдя через этот бой, где было бы странно, если кто-нибудь из них погиб, их партия была в жалком состоянии. Они израсходовали все свои МП и их сильнейше навыки находились в откате. Если они были бы обнаружены и должны были снова сражаться, их обязательно бы уничтожили.

Партия в спешке бросилась обратно в сторону входа, но на них напали скелеты, которые возрождались на обратном пути, и им пришлось сражаться в жалкой отступающей битве...

(Сегодня было очень плохо...)

Полный провал.

Партия Исузу поставила рекорд, отступив через час после начала первого рейда на подземелье.

(Это не ошибка Тои.)

Исузу не знала Тою как Минори, но они были знакомы.

Исузу видела его хорошим веселым ребенком, было ли это результатом того, что Тоя не выполнял свою работу или не играл? Если бы кто-то спросил Исузу, она ответила бы «нет».

В своем коротком рейде Тоя сам обвинял себя и, похоже, допустил ошибку. Но если вы проанализируете положение дел, вы почувствуете, что «это может быть ошибкой, но у Тои были свои причины, вы не можете обвинять его, основываясь исключительно на этом».

Исузу также подумал о других причинах.

Например, она узнала Рундельхауса только через этот тренировочный лагерь. Его характер и сила были неизвестны партии.

Рундельхаус был великолепен, когда говорил, имел снобистский характер, но его гордое и хвастливое поведение было проблемой. Даже если он был красив, как принц, по стандартам Исузу он был легкомысленным человеком.

Был ли Рундельхаус причиной сегодняшнего поражения? Если бы кто-то спросил ее, она могла только выдать большой знак вопроса.

Неуверенность и небрежность Рундельхауса ухудшили ситуацию, но, как и Тоя, он действовал исходя из своих соображений, чтобы добиться победы.

Самое главное, Рундельхаус любил свой класс и упорно трудился, чтобы проявить свои сильные стороны, не было никаких сомнений в том, что у такого как Рундельхаус были нарциссические тенденции. Он считал, что уничтожить врага было добродетелью, но не было никакого способа, которым он легко справлялся с ними.

(Он не плохой парень...)

Исузу подумала, что это правда.

Исузу посмотрела на Рундельхауса с этой позиции. Рундельхаус надулся и скрестил руки на груди, что было похоже на монашескую тренировку под водопадом.

Он выглядел весьма ярким, поэтому он был очень заметным, но его отношение было очень серьезным.

(Должно быть он тоже раздумывает о своих действиях...)

...Исузу подумала, что он может быть самоуничижительным. Рундельхаус всегда говорил, что пришло в голову, и обвинял других в сегодняшнем приключении. Но он был также строг и к самому себе и, казалось, глубоко раскаивался.

(Хааааах...)

Если бы это было так, разве это не значит, что никто не виноват?

(Нет, нет, погоди минутку, неверно.)

Да, был один человек, которого она не считала, это была сама Исузу. Невозможно отрицать тот факт, что она может быть причиной неудачи партии.

(Я неумела в этом...)

Независимо от того, как вы посмотрите, Исузу был новичком в этой игре и не имела никаких боевых умений. Она никогда не думала о выживании в дикой местности в реальном мире, поэтому ее навыки в этой сфере так же были плохи.

Но прошло уже 2 месяца.

Исузу знала, что она провела много битв в этом мире, может быть, она никогда не будет использоваться для борьбы независимо от того, будет ли это всегда так утомительно? И Исузу отличалась от Тои, она была классом поддержки в тылу, не предназначавшимся для прямого нападения противника.

Но когда она просмотрела события этого дня, Исузу почувствовала, что в сегодняшнем приключении было много моментов, которые были нелепыми. В ее неправильном упоминании «оглядываясь назад, это был не лучший выбор».

Почему они не знали, что так закончится? Рассматривая сегодняшний день, она чувствовала, что совершила много ошибок.

У Бардов было множество поддержек, самая важная из которых - песня с постоянным статусом.

Это была музыка, которую Барды излучали на подсознательном уровне из своего тела.

Постоянный бафф, который был эффективен для всей партии, продолжался вечно, пока Бард использовал его. Используя в начале приключения постоянные статусные баффы, им не нужно было ничего делать, чтобы продолжать его действие. Это было умение игроков, которые хотели использовать его, когда это возможно.

Проблема с постоянным статусом бафф-песен заключалась в том, что вы могли использовать только по две за раз. Высокоуровневые барды учили до 15 песен, но Исузу на этом этапе узнала только 10.

Выбор 2 из этих 10 песен был проблемным выбором, с которым сталкивались все Барды, и будут продолжать, даже если они достигнут предельного уровня.

Исузу выбрала «Гармонию Кэрол» и «Этюд быстрого меча».

Первая добавлял дополнительную атаку за каждую успешную атаку, последняя была песней поддержки, которая повышала скорость атаки оружия. Они были базовыми песнями поддержки, которые обычно использовались Бардами.

Из-за этого битва потерпела неудачу.

«Гармония Кэрол» могла увеличить урон от магических атак, но это привлекло больше внимания к Рундельхаус, чего она не ожидала.

И количество врагов было больше, чем ожидалось, в результате чего битва превратилась в массовое сражение.

В этот момент Исузу решила изменить песню поддержки, даже несмотря на то, что она была в центре битвы. Для изменения песен поддержки требовалось длительное время каста, которое лучше всего выполнялось, когда не участвуешь в битве. Она также колебалась и потратила много времени, прежде чем решила, что сохранение текущей ситуации приведет к их уничтожению и изменила песни поддержки.

«Гармония Кэрол» изменилась в «Медитационный Ноктюрн».

«Этюд быстрого меча» сменился на «Мелодию танцующих павлинов».

«Медитационный Ноктюрн» был песней поддержки, которая восстанавливала Ману, даже если вы были в битве. В «Elder Tales» вы медленно восстанавливали Ману, пока вы не были в битве. Они быстро восстановятся, если вы отдохнете. Но вы не сможете восстановить Ману, если находились в битве.

«Медитационный Ноктюрн» был песней поддержки, которая позволяла членам партии восстанавливать Ману даже в битве, но ее скорость восстановления Маны была намного медленнее, чем скорость восстановления во время отдыха.

«Мелодия танцующих павлинов» поднимала ловкость всех членов группы, помогая им избежать атак противника.

Поскольку появились подкрепления, битва вышла бы длинной. Нет, она уже затянулась, когда Исузу решила сменить свои песни. Она изменила песни поддержки, как только решила, что это займет довольно много времени.

Вот и все, что она могла сделать, она все еще не думала, что теперь она неправа.

Но из результатов этот призыв к суду не улучшил ситуацию в битве.

Увеличилась скорость уклонения, потеря Маны уменьшилась, а песня поддержки усиливала партию, как предполагалось, и восстанавливала их Ману.

Но это также означало, что «Гармония Кэрол» и «Этюд быстрого меча», которые увеличивали урон и скорость атак, больше не действовали.

При более низком уроне потребовалось больше времени, чтобы победить одного врага. Быстрое замедление врага также означало, что битва будет длиннее..., что привело к тому, что Здоровье находилось в безопасной зоне, но при этом Мана будет быстрее истрачена.

Это был порочный круг.

(Но...)

Да, она должна была сказать «но».

Исузу не думала, что это ошибка. Даже если бы это был один, это было только на уровне «не идти с лучшим выбором»... который был того же уровня, что и Тоя и Рундельхаус. Она не думала, что это было причиной того, что битва впала в хаос.

В любом случае, если бы это было ошибкой, что бы она сделала вместо этого?

Подумала Исузу.

(На самом деле, я плохо разбираюсь...)

Она не умела составлять план битвы.

Анализ и исполнение были областями, в которых Исузу не была опытной, но, по сравнению с мышлением, Исузу была еще хуже в борьбе с тяжелой атмосферой в палатке.

Поэтому она чувствовала себя как тяжелый камень в животе и продолжала волноваться.

Не только Исузу, все новички в палатке, в том числе Минори и Тоя, чувствовали то же самое.

Когда они убивали время с их волнениями, их первая ночь в районе Песчаного листа только началась.

3-3

Даже если это помещение описывали как «малый зал», по размерам он все еще был больше, чем школьный класс в старом мире. В этом небольшом зале, где на фоне прекрасных дам играла музыка, люди в комнате собрались во множество маленьких кружков.

Это был Древний Дворец Вечного Льда.

В углу его верхнего уровня был «Зал Семи Дев».

Молодые рыцари стояли вокруг и весело болтали, в то время как благородные дамы сидели на первоклассных кушетках, которые были размещены по всему залу, сплетничали и счастливо смеялись. Были также вежливые сыновья дворян, капризные ученые с горькими улыбками и хрупкие бюрократы.

Предполагалось, что это будет вечеринка, где молодежь Лиги Свободных Городов Истель соберется без учета их титулов и должностей. Их возраст варьировался от 15 до 20, в нем участвовало около 40 человек.

«...Ты планируешь оставаться здесь всю ночь?»

«Да.»

Красти без колебаний ответил Лайнезии, которая сидела за маленьким круглым столом.

Лайнезия попыталась ответить с улыбкой, но ее лицо, казалось, напряглось.

Лайнезия не находила Красти раздражающим.

Этот громоздкий рыцарь был человеком нескольких слов и не сказал бы никаких любезностей среди дворян. Проще говоря, Лайнезии не пришлось притворяться «нежной грустной леди», за что она была благодарна богу.

Но она была дочерью клана Корвен.

Если бы она провела слишком много времени с одним мужчиной, кто знает, какие слухи будут распространяться. Если бы это было только во время этой вечеринки, все должно быть хорошо. Но если это продолжится, что бы они говорили о ней? Лайнезия начала впадать в депрессию.

(Этот человек должен понимать такие вещи...)

Красти с безразличием пил алкогольный черный чай из роз. Двое из них заняли эти места, так как вечеринка началась час назад. Но за это время у них не было подходящего разговора.

В краткосрочной перспективе они оба поддержали эту ситуацию. Это помогало Лайнезии, удерживая дворян, рыцарей и бюрократов и их пустые любезности подальше, давая ей пространство, чтобы свободно дышать.

Она была внучкой лидера дворян, герцога Сергиада.

На всем Ямато было всего 2 клана с благородным титулом герцога, они были благородными дворянами. Этот титул был дарован Вестландией из древних времен. После падения древней империи только клан, наблюдавший за могилой Вестеландии, клан Ицуки, был выше, чем клан Корвен.

С такой престижной родословной, были многие рыцари и бюрократы, которые хотели обрести подобное. У Лайнезии была старшая сестра и младший брат. Когда ее сестра ушла после брака, клану Корвену понадобились либо Лайнезия, чтобы взять мужа в семью или ее брат, чтобы тот взял жену, которой предстояло продолжение рода клана. На этом фоне было неудивительно видеть так много знати и рыцарей, которые были влюблены и жаждали ее.

(Ха...)

Когда она думала о таких вещах, ее сердцу было тяжело, и она не могла не вздохнуть. Лайнезия относилась к браку как к неизвестной стране далеко отсюда. Отношения ее родителей казались более аккуратными, чем обычные супружеские пары, в то время как родственники ее сестры, казалось, склеивались, как клей.

Лайнезия не смогла судить, кто из них был настоящими мужем и женой.

Она чувствовала, что жить вместе с незнакомцем противоположного пола казалось смешным, но ее положение не позволяло ей оставаться в одиночестве.

Собственно, вы не могли описать своего мужа как незнакомца, но Лайнезия так далеко не думала.

Когда молодые дворяне и принцессы увидели скорбное выражение Лайнезии, они сказали бы: «Лайнезия-сама кажется печальной...» или «Она, должно быть, беспокоится о будущем мира, какая утонченная и культурная дама...» или что-то вроде этого. Но она не принимала их слова близко к сердцу.

Другой главный герой в их сплетнях, Красти, также наслаждался преимуществами с Лайнезией. Тема их бесед описывала его как молодого лидера Совета Круглого Стола, группы, управляющей крупнейшей коалицией авантюристов.

Сила численностью в 15 000 человек, и каждый Авантюрист из этого числа сильнее их обычных рыцарей. Если бы вы превратили их в армию дворян, они могли бы легко достичь силы, сравнимой с десятками тысяч обычных рыцарей. Кроме того, их экономика может быть не такой большой, как у самого большого города Лиги Свободных Городов Истель, Майхамы, но они не сильно отставали.

Они обладали мощным влиянием, которое внезапно появилось в Лиге Свободных Городов Истель.

Даже если оставить все это в стороне, сам Красти был выделяющимся человеком.

Имея рост более чем 190 см, он считался очень высоким среди людей, но у него не было впечатления тонкого и долговязого человека. С его выделяющимися мышцами и сильным телом, вы могли бы сказать, просто глядя, что он был высококлассным воином.

Даже когда он тихо сел, его очки и здравомыслящее лицо заставляли его выглядеть как дворянин, его волосы песочного цвета тоже устраивали его.

Даже если вы отодвинете тот факт, что он был Авантюристом, у него все еще было сильное обаяние, привлекающее любопытство и обожание дам.

Во время рыцарских выставочных матчей, проведенных 2 дня назад, на нем была глубокая синяя тяжелая броня с царапинами и следами многочисленных битв. Рыцари, которые гордились своими прекрасными и блестящими доспехами, все до единого колебались, бросая вызов ему, когда видели его доспехи. Те, кто занимался спаррингом с ним, были полностью очарованы превосходными навыками Красти.

Красти не хотел становиться центром внимания. Но, находясь с Лайнезией, он смог избежать утомительных приглашений или случаев оказаться в утомительных интригах, по крайней мере, это то, что он сказал.

(...Уххх.)

Лайнезия со злобой посмотрела на Красти. Красти 100% игнорировал ее все это время, но он выбрал этот момент, чтобы поднять голову и посмотреть на Лайнезию.

«Принцесса Лайнезия?»

«Извините за прерывание вашего разговора, позвольте спросить... Позволите ли нам присоединиться? Мы принесли печенье.»

Две молодые женщины были дочерью маркиза Лестера, Апплета и внучкой барона Ивуфуна, Фэбьюлл. Это был их первый раз на вечеринке, по возрасту они были похожи на сверстниц Лайнезии.

«Конечно, вы можете... сэр Красти, все в порядке?»

Лайнезия ответила с прекрасной улыбкой. Красти также ответил, как джентльмен, встал с улыбкой и принес два элегантных кресла для дам. Не понятно, где он этому научился, но он двигался так гладко, что было приятно наблюдать.

(...Похоже, он знает, как вести себя как джентльмен на вечеринке... Поэтому он знает, как правильно поприветствовать дам... Вууу...)

Две барышни, казалось, с облегчением, предложили печенье Красти и начали болтать. С точки зрения Лайнезии, принцессы и рыцари с восхищением смотрят на нее. Но девочки не были докучливыми, так что общаться с ними было намного проще.

Но у Лайнезии не было общих интересов с ними, даже когда они говорили о новых парфюмах и платьях, Лайнезия не могла идти в ногу с разговором.

Она не понимала, почему ей не нравятся парфюмы.

Кажется, у них запах был слишком сильным.

Нет, если никто не беспокоился о Лайнезии, она могла бы не купаться в течение недели, поэтому она могла бы быть более дурно пахнущей. Она пыталась объяснить с точки зрения личных предпочтений. Но на самом деле всегда был кое-кто, кто ее беспокоил. Ее горничная, которая каждый день тащила ее в душ, распыляя на нее парфюм с ног до головы.

Что касается платьев, она думала, что в них неудобно. В них было либо слишком много тканей, либо слишком много украшений, попросту говоря - костюм, в котором было трудно ходить.

Лайнезия любила хлопчатобумажную пижаму.

Самые лучшие хлопчатобумажные пижамы, которые были удобны на ощупь. Шелк тоже чувствовался хорошо, но ей не нравились шелковые пижамы, в них было неудобно спать.

Проще говоря, она просто хотела провести весь день в пижаме и спать в постели.

«... Принцесса Лайнезия, вы тоже согласны?»

Апплета и Фэбьюлл мило улыбались, из за чего Лайнезия инстинктивно отреагировала и сказала: «Да, верно». И улыбнулась в ответ.

Получив одобрение от Лайнезии, обе девушки с удовольствием побеседовали друг с другом. Сердце Лайнезии, казалось, обливалось потом, как сумасшедшее, ведь она только что мгновенно согласилась, хотя в этот момент она замечталась и понятия не имела, о чем они говорили.

«Красти-сама, Лайнезия-сама красивая?»

«Да, для меня большая честь присутствовать рядом с ней.»

Ответил Красти, заставляя засмеяться дуэт принцесс. Обе девочки были очень симпатичны Лайнезии, они очень отличались от нее, у них были симпатичные личности.

«?»

«Но... Принцесса Лайнезия - прекрасная дама, она сказала это, чтобы показать свою заботу на банкете о таком начинающем, как я».

«Это не так, Красти-сама - галантный рыцарь.»

(Эх, хммм?)

Выражение Лайнезии было нежно улыбающимся, но ее сердце оказалось в смятении.

Судя по беседе, две принцессы хвалили Красти, и она также согласилась с ними.

Лайнезия была приведена ее дедушкой, поэтому она дебютировала в более позднем возрасте. Но эти две девушки были другими, она помнила, что им было всего 15-16 лет. В их глазах высокий Красти был рыцарем, которым они восхищались. Благодаря разнице в возрасте, они смогли присоединиться к разговору у этого стола и не колебаться, как другие принцессы.

Они похвалили Красти, когда Лайнезия в этот момент утонула в своих мыслях, автоматически согласившись с ними... так она считала.

(Надеюсь, это был просто нормальный комплимент!)

«Принцесса Лайнезия сопровождает меня так, потому что она обеспокоена тем, что я не знаком с обычаями при дворе и спасает меня, дурака, от самого себя. Я чувствую, что я недостоин этой чести.»

Красти спокойно сказал это двум молодым девушкам, будучи немногословным, но при этом полностью загадочным человеком.

(Он... Он плохой человек! Очень плохой человек!)

«Красти-сама, позволь мне представить вас другим...»

«Или вы предпочитаете сыграть в «Чатуранга» вместе с нами?»

Они обе взволновано предложили ему варианты продолжения общения.

«Спасибо за предложение, но нет. Принцесса Фэбьюлл, принцесса Апплета, я просто некультурный человек, который знает только о поле битвы. И принцесса Лайнезия готова сочувствовать грубым, как я. Чтобы вернуть ей доброту, мне нужно держаться рядом с ней.»

Красти, вероятно, слишком ленив, чтобы развлечь других дворян, но он сказал это с лицом, полным серьезности и рвения, из-за чего две принцессы, казалось, неправильно истолковали это, опознав как наличие романтических оттенков. Они прокомментировали «Клятва рыцаря», «Так мечтательно», из-за чего у Лайнезии заболела голова.

«Сэр Красти, пожалуйста, не обращай на меня внимания и сопроводите прекрасные цветки во двор, хорошо?»

Лайнезия изо всех сил старалась взглянуть на Красти с добродетельными глазами, когда она это сказала. Это означало: «Не пора ли вам найти другое место для убежища?»

«Нет, мирный воздух вокруг принцессы успокаивает мое бушующее сердце после моих многочисленных сражений, если принцесса в порядке рядом со мной, пожалуйста, позвольте мне остаться с вами в течение этой встречи, чтобы отплатить за вашу доброту».

Слова Красти означали: «На весь период собрания я буду использовать вас в качестве щита, это отличный план сотрудничества, не так ли?»

Это взаимодействие заставило двух принцесс кричать «Кья∽» от радости и уйти, после чего измученная Лайнезия откинулась на кушетку.

Красти рядом с ней почувствовала тишину и покой.

В глазах людей это была сцена с принцессой, которая не могла вынести шум вечеринки и ее верным рыцарем, молча защищающим ее покой.

3-4

«Хахх... хахх ...»

Тоя громко задыхался, опустошая бутылку с водой одним залпом.

Серара была рядом с ним и спросила: «Ты в порядке?»

Группа Минори сейчас находилась в районе гробницы после того, как пошли по правому пути в «Лесу Рагранда». Вокруг были бесчисленные кости скелетов, рассеянные повсюду.

Они уже разрушились, хотя битва в туннеле была только что. Используя эту гробницу в качестве перекрытия, чтобы справиться с подкреплениями, им удалось выжить в хаотической битве.

У партии были признаки истощения.

В этом альтернативном мире их физические способности и выносливость были усилены. Девочка средней школы могла целый день заниматься подъемами по горам, и изучение подземелий было лучшим доказательством.

Но умственная усталость была не такой простой.

Длинные непрерывные битвы истощили их концентрацию.

Чем более хаотичным был бой, тем более ментально уставшими они становились. Минори также была обеспокоена ее острой головной болью уже некоторое время.

(Теперь, когда я думаю об этом, я ничего не пила с утра...)

Минори не чувствовала жажды, но она все же сделала глоток из своей фляжки. Если бы она была обезвожена, это повлияло бы на ее способность мышления, чего она никак не могла допустить.

(Состояние очень плохое...)

Минори посмотрела на своих сопартийцев.

Тоя сидел на полу с мечом на руках, и его дыхание медленно восстанавливалось. Последняя битва была тяжелой, и он потерял много крови, даже потеряв 30% своего ХП одним ударом, страдая от различных дебаффов, снять которые у них не было времени, это должно быть болезненный опыт.

Но измученный Тоя все еще сидел у входа в состоянии наблюдения, поэтому он мог немедленно отреагировать и стать первой целью врагов. Минори думала, что это связано с решимостью Тои и его сильным характером.

Серара все еще тяжело дышала, но она все еще возилась с предметами в сумке. Минори решила, что она проверяет положение зелий, чтобы справиться с потребностями следующей битвы.

Минори и Серара были целителями, но они все еще полагались на зелья. Это может показаться странным, но навыки рассеивания дебаффов имели время отката, у Минори время отката «Явление Экзорцизма» составляло 20 секунд. Другими словами, если бы она использовала только «Явление Экзорцизма», каждые 20 секунд она сможет снимать только один дебафф.

Если бы вся партия была отравлена, к тому моменту, когда она смогла добраться до последнего человека, прошло бы 80 секунд. Серара, вероятно, делала это, чтобы сражаться вовремя, поэтому она вылечила свои дебафы зельями.

(Да, отличная идея, я тоже приготовлю для себя в следующий раз.)

Минори добавила себе заметку.

Но это также означало, что Серара, вышедшая на более высокий уровень целительницы, не могла эффективно справиться с ситуацией, использование зелий было всего лишь каплей в море.

Рундельхаус закрыл глаза.

Минори была знакома с этой позицией, она должна открыть игровое меню и проверить его оставшуюся Ману.

После череды непрерывных битв у Минори осталось около четверти своей маны. Они теперь отдыхали, поэтому их мана восстанавливалась в обычном темпе, они, вероятно, смогут восстановить 70-80% за 10 минут, чтобы продолжить борьбу.

Но скорость произношения заклинаний Рундельхауса была намного быстрее, чем у Минори. Если оценка Минори маны ее партии была правильной, Рундельхаус исчерпал всю свою ману в предыдущем сражении. Может быть, его ожидание и восстановление это тоже упорный способ работы, чтобы уничтожить противника в следующем бою.

Последние два дня Минори слышала, как Рундельхаус бормотал сам себе: «Почему...» Он, вероятно, имел в виду «Почему это так сложно», «Почему мы не можем победить», а также «Почему я так слаб».

Эти слова, вероятно, произошли из-за его тщеславия.

Минори поняла, потому что она была такой же.

(«Почему»... Я могу понять это чувство, мы тянем друг друга назад, даже то, что мы можем сделать в одиночку, делается небрежно, что-то... Наше развитие продвигается с трудом.)

Если она вслух произнесет эти слова прямо перед ними...

Минори не думала о Рундельхаусе как о беззаботном ребенке, он выполнял свой долг истребления врагов со всей серьезностью. Фактически, он отказался идти на компромисс.

(Рундельхаусу-сан, должно быть, трудно работать в непривычном темпе... Может быть это трудно понять, но он делает все возможное.)

Исузу молчала.

Минори немного беспокоилась о ней, так как Исузу обычно была очень веселой и разговорчивой. Она была очень чувствительна к атмосфере вокруг нее, из-за чего была неспособной быть игривой в подобной ситуации. Минори была обеспокоена тем, что она, возможно, не сможет вынести это мысленно.

(Относительно этого... Я такая же...)

Минори понимала, что где-то что-то было не так, что сделало ситуацию ухудшающейся, она также поняла, что именно она могла лучше понять ситуацию.

Это одна из опасностей, о которых ей неоднократно упоминали.

(Но я думаю...)

Минори плотно сжала губы, теперь была критическая ситуация, она соответствовала нескольким примерам, о которых предупреждал Сироэ.

«Почему мы так слабы...»

Рундельхаус, успокоивший дыхание, сказал.

Его голос не был громким, но он отражался от стен гробницы.

«...»

Минори прикусила нижнюю губу, Исузу не могла поднять голову.

«Я – 24 уровень, враги находятся между 17-21-м уровнями, так почему наши битвы такие отчаянные? Разве это не странно?»

(Это...)

Минори подумала, что это произошло потому, что он не высвободил свой полный потенциал, или его сдерживали от этого.

...Типы нежити не имели развитого разума. Высокоуровневые монстры-нежити были исключением, но пока что они встречали только скелетные и зомбические типы монстров-нежити, которые не обладали достаточно развитым тактическим интелектом.

В конце концов, дело было в группе Минори, которая подавляла свой собственный потенциал.

Но она не смогла этого сказать.

Потому что она была 21-м уровнем, самым низким в партии и бременем для ее членов партии. Кроме того, самым высоким уровнем здесь был ее брат Тоя, 29 уровень.

Если Минори произнесет эти слова, это стало бы похоже, будто она, самая слабая, искала оправдание. Если бы это был Тоя, это выглядело бы так, будто он защищал свою сестру.

Несмотря на то, что они понимали, что они не работают в лучшем виде, они не знали, как преодолеть эту проблему.

«...»

«Итак... Мы можем продолжать тренировки...»

Рундельхаус, казалось, не верил собственным словам, то же касалось и других.

3-5

В темном дворе отчетливо слышался звук текущей воды.

Фонтан, расположенный в центре двора, продолжал работать до поздней ночи, в то время как вода текла по красивой скульптуре и падала с заранее подготовленной стороны, создавая рябь на дне.

Дизайнер Древнего Дворца Вечного Льда, похоже, провел широкую подготовку для борьбы с летней жарой. Этот дворец был поддержан никогда не тающими ледяными опорами 15 метров высотой, поэтому у земли было меньше влажности, а температура была ниже.

Используя неизвестную технологию, пресная вода поставлялась по водоводным путям, вода текла от низа до высоты, вновь повторяя цикл.

Несмотря на то, что это был август, ночной воздух дворца все еще был прохладным.

В центре этого прохладного двора молодая девушка в тишине практиковала движения. Они не были силовыми, хотя те, кто был обучен, могли сказать, что она приложила усилия к практике боевых искусств.

Каждый раз, когда она двигалась, ее длинные черные волосы качались по ветру. Ее маленькое тело было покрыто темной и низкопрофильной одеждой, но ее тонкое тело все еще было очень заманчивым.

Она была молодой девушкой-ассасином из «Log Horizon», Акацуки.

(Правый шаг, левый шаг, пауза... левый шаг, правая сторона, половина поворота... пауза.)

Молодая девушка практиковала странные движения.

В каратэ или древних боевых искусствах основное внимание уделялось не только шагам, но и движению верхней части тела, все боевые искусства, казалось, следовали этой концепции. Но молодая девушка держала руки горизонтально перед ее грудью, она, казалось, концентрировалась на том, чтобы практиковать шаги.

На первый взгляд это было похоже на некоторые китайские боевые искусства, где, не снижая центр тяжести, слегка двигались с коленями и лодыжками. У него был намек на японское кендо, но со стороны это было странное движение.

(Левый шаг, правая сторона, пол-оборота... еще один поворот... левый шаг, изменение положения, правый шаг, 2 шага...)

Акацуки сосредоточилась на том, чтобы много раз практиковать шаги.

Повторяя движения такое множество раз, что она, казалось, потеряла счет времени, все движение слилось с ее телом, как кровь, текущая в ее венах, Акацуки в этот момент подняла свой взгляд и увидела Сироэ.

«Господин?»

«Акацуки, ты не спишь?»

«Вы... Когда вы...?»

«Э-э ... Только сейчас.»

Сироэ подошел с обеспокоенным выражением, протягивая руку со стаканом Акацуки. Хоть ему пришлось сказать «Только сейчас», как он объяснит то, что он держал 2 стакана?

Когда он начал смотреть? Акацуки было трудно скрыть свое смущение, но она действовала, чтобы выглядеть спокойно и взяла стакан.

«Благодарю.»

Стакан, который она взяла, был наполнен гранатовым чаем. Несмотря на то, что вкус был прост, холод делал свое дело, и ее тело, которое только что закончило тренировки, ощутило его.

Сироэ сидел на скамейке из известняка с декоративной резьбой возле фонтана. Было место для как минимум еще 3 человек рядом с ним. Но Акацуки не садилась, не из-за нехватки места, а из-за отсутствия храбрости.

Акацуки встала перед Сироэ и небрежно выпила чаю. Несмотря на то, что можно было описать ее как стоящую перед ним, она избегала ситуации стоять напротив, расположившись под углом 60 градусов в сторону.

(Синоби должен быть таким.)

Она объяснила себе, но другая причина заключалась в том, что их глаза встретились бы, если бы она стояла прямо перед ним.

Акацуки хотела этого избежать.

Даже для синоби ей не нужно было быть такой скромной. Но она не знала, было ли это уважение или смущение, если Акацуки пришлось бы встретиться взглядом с Сироэ, у нее было бы трусливое чувство в ее сердце.

«...»

Но Сироэ не ожидал, что у Акацуки будут такие мысли. Со стороны он видел, что она показывала задумчивое и тревожное выражение, которое казалось ему таким зрелым.

У такого молодого человека как Сироэ глаза были бусинками, которые были немного меньше обычного, у него была привычка хмуриться, когда он на что-то смотрел (и он очень внимательно смотрел на детали), создавая впечатление отчужденности. Когда он носил казавшиеся озорными очки с округлой оправой, первое впечатление было бы, что они были связаны с ним. Но, побыв в его окружении некоторое время, они были бы поражены его глубокими мыслями и широким воображением.

Другим было трудно понять жизненный путь Сироэ, но были вещи, которые знала только Акацуки.

Живя вместе с их семьей в доме гильдии, он смог бы увидеть его разные стороны, точно так же, как сейчас, сидя на этой скамье, Акацуки, которая была низкой, тоже замечала бы.

Да, например, завиток волос Сироэ был направлен по часовой стрелке.

Акацуки подумала, что это очень мило.

Куча волос на его голове вихрились как хвосты крыс, как будто он только что проснулся, это было очень мило.

Эта куча волос торчала сейчас, заставляя Акацуки осторожно коснуться их пальцами. Акацуки и Сироэ учились в университете в реальном мире, они были в возрасте, когда они не могли касаться друг друга случайно, не заботясь, поэтому она сдерживала свои желания.

(Но завиток моего господина по часовой стрелке очень симпатичный.)

Акацуки подумала в своем сердце.

«Итак, как ты относишься к этому, Акацуки?»

«Вы о чем?»

«...Например, каковы реакции людей во дворце?»

Сироэ был очень расплывчатым, вероятно, потому, что он не мог четко объяснить это сам, поэтому Акацуки решила сообщить, что она чувствовала о ситуации.

«Вы можете описать это как любопытство, половина - доброта, другая половина - враждебность».

«Это так...»

«Но я чувствую, что все хорошо, поскольку, несмотря на враждебность, среди них нет злого умысла».

«?»

Враждебность ссылалась на их менталитет, а не только на врагов, но и на потенциальных врагов и конкурентов. Злой умысел означал желание нанести вред вашим врагам.

Выслушав объяснение, Сироэ сказал: «Поскольку это так, я думаю, что на данный момент у них нет конкретного плана».

«Даже если это враждебность, это, вероятно, должно быть ревностью и восхищением».

«Ты права... это может быть и отсутствие доверия».

Сироэ кивнул головой, соглашаясь с мнением Акацуки. Сироэ должен использовать свои собственные способы наблюдения за окружением, поиска смысла в словах и взгляде толпы. Он спросил мнение Акацуки, чтобы сравнить ответы или подтвердить свои мысли.

Группа Акацуки всегда была центром внимания, куда бы они ни пошли.

Танец Генриетты и Сироэ в первый день сделал их темой дня, Сироэ и Генриетта сменили партнеров и танцевали на 5 музыкальных композициях. Они получили множество танцевальных приглашений от благородных дам и джентльменов, похожих на вызов в социальном мире Лиги Свободных Городов Истель.

Во время танцевальной вечеринки, кроме Сироэ и Генриетты, Красти и Мичитака также общались со многими дворянами.

Милую и маленькую Акацуки вначале с любопытством разглядывали.

По их здравому смыслу любой в этом зале был либо благородным, либо слугой. Они не смогли решить, какая роль принадлежит Акацуки.

Но, учитывая тот факт, что Генриетта танцевала с Сироэ и беззаботно возилась с платьем Акацуки, они решили рассматривать ее не как слугу, а как из семьи благородного клана.

Как только это определилось, появилось много приглашений.

Сыновья дворян или рыцарей неоднократно обращались к Акацуки, предлагая напитки и танцы. Акацуки не возражала против этого, но она не могла терпеть, чтобы с ней обращались как с ребенком.

Акацуки уже была взрослой.

Почему все балуют ее, как школьницу? В этом зале только дочери дворян видели Акацуки как равную, но они явно были в подростковом возрасте.

(Почему я должна относиться к ребенку как к равному?)

Акацуки была в ярости, когда она вспомнила об этом, казалось, в ее животе горел огонь.

В реальном мире это отношение было нормальным.

Ее приводили к бюро потерявшихся, или сотрудник билетной кассы похлопает ее по голове и скажет ей, чтобы показала свой детский билет, а одежда, которая подходит ей лучше всего, была в детской категории. Ей было достаточно этого. И именно по этой причине она играла роль высокого молчаливого человека в «Elder Tales», но даже это изменилось с Катастрофой.

Она почти вытащила на вечеринке свой кунай из-за гнева, но она сдержалась и сбежала. Она устала от общения с другими людьми и использовала «невидимость» и «тихий шаг», чтобы покинуть зал.

С этого дня она обошла весь дворец, используя эти навыки.

Спрятавшись за шторами или занавеской, она подслушивала разговоры дворян. Она не могла подойти слишком открыто. Острые чувства Акацуки говорили ей, что есть другие скрытые Люди Земли, которые также шпионили за знатью. Если вы не подготовились должным образом заранее, тот, кто первым заметил, имел преимущество над теми, кто был скрыт для подобного типа секретных операций.

Это было простое правило среди воров, «если вы не мешаетесь, мы можем просто игнорировать друг друга». Дух шпионов, не позволяющий мешать друг другу.

Даже при таком случайном наблюдении было легко сделать вывод, что людей, отправленных в роли шпионов в Акибу, было намного больше, чем ожидалось. Они были очень заинтересованы и сосредоточены на Авантюристах и Совете Круглого Стола.

Еще более усугубляя то, что было подтверждено, что Люди Земли знали о Катастрофе и думали об этом как о первом этапе революции, который повлиял бы на мир.

«Сдерживают свою враждебность из-за разницы в боевом мастерстве?»

«Похоже на то.»

Авантюристы были сильны в бою. В Акибе находилось 15000 авантюристов, около половины из них были 90-го уровня. Даже если бы вы снизили средний уровень до 70, это также означало бы, что у Акибы было 15000 человек из 70-уровневых авантюристов.

Эта боевая сила была намного выше той, которой могли командовать дворяне.

Один из знати обронил такую информацию: «В моей армии есть тридцать 15-уроыневых рыцарей, остальные - охранники и ополченцы, их около сотни, кроме того, остальные - наемники». Если бы это было так, они могли бы подавить эту территорию, отправив лишь 30 авантюристов.

«Ясно, я думаю, что они не составляли эти цифры, но более слабые лорды на северо-востоке должны быть примерно на этом уровне.»

«Это так?»

Сироэ подтвердил сомнение Акацуки. Казалось, он добился прогресса в своем собственном расследовании.

«Потому что их силы находятся на таком уровне, поэтому они не могут остановить злобные намерения чужеземцев-авантюристов, таких как «Бригандия».»

«Вы правы.»

Акиба и Совет Круглого Стола не собирались сражаться, вместо этого они хотели сотрудничать с Людьми Земли и сосуществовать с ними в этом мире.

Конечно, если бы им пришлось сражаться с Людьми Земли, чтобы вернуться в свой старый мир, это было бы другим делом. Но наступление войны с Людьми Земли не принесло бы пользы игрокам.

Но если бы они слепо использовали эту причину против Людей Земли, это создало бы опасную ситуацию.

Во-первых, Акацуки и Авантюристы видели этот мир иначе, чем Люди Земли. Их дворяне управляли землей и жили с налогами. Но Авантюристы были неизвестным фактором, и их действия могли стать ударом для дворян.

И другая главная проблема была такой же, как и говорил Сироэ, это боевая отвага.

Например, если в комнате, в которой вы жили, вдруг оказался человек с автоматом, как бы вы себя чувствовали? Жизнь в этой комнате должна быть очень напряженной, вопрос был не в том, можно ли доверять человеку с оружием, неважно, был ли он хорошим или его мораль была жесткой. Было бы еще хуже, если этот человек был незнакомцем с автоматом, который наверняка заставит вас беспокоиться.

«И они точно не оценили полные боевые способности, доступные друг другу».

Сироэ пошел еще глубже.

Даже если бы Люди Земли знали, что Авантюристы сильны, они не будут знать, насколько именно они сильны. Если использовать предыдущий пример, Вы знали, что ваш сосед по комнате был вооружен, но вы не знали, бензопила ли это или автомат.

Может быть, это просто фруктовый нож или палочки для еды, такое вот необычное оружие. Но в худшем случае это могли быть гранаты или противотанковые ракеты, которые могли бы взорвать всю комнату.

Дворяне не были уверены, какое оружие они имели, поэтому они не могли судить, могут ли они победить их врасплох из засады или стремиться к миру независимо от стоимости или унижения.

«Должны ли мы угрожать им войной?»

«Это будет плохой выбор, слишком много распространять чувства страха - бесполезно. Я должен сказать, что даже если есть плюсы, минусы не стоят усилий.»

«Ясно...»

Сироэ мгновенно отклонил предложение Акацуки.

Из-за этого Акацуки не была бы подавлена. Сироэ был тем, кого Акацуки признала своим господином, Акацуки надеялась, что она сможет улучшить себя на тактическом поле битвы и догнать его. Акацуки была в порядке, поддерживая Сироэ с ее особыми навыками. Потому что это было ее долгом.

«Ммм...?»

Потому что это было ее долгом.

Потому что делать это было ее долгом.

Акацуки почувствовала, что что-то не так, что ей неловко, но она не знала почему. И это было маленькое чувство дискомфорта, которое она старалась полностью игнорировать.

(Сейчас все нормально.)

Была поздняя ночь.

Если бы она хотела остаться на ночь, это могло бы повлиять на ее способность бороться с разведкой. Акацуки все еще была в порядке, но долг Сироэ быть стратегом.

Акацуки собиралась посоветовать Сироэ ложиться спать, когда почувствовала дрожащие потоки магии в окрестностях.

Сироэ почувствовал их в тот же момент.

Он вскочил со своего места, а его рука уже держала посох, который появился из ниоткуда.

Акацуки вытащила свой кодачи и заняла позицию. Перед ней и Сироэ появился тощий мужчина.

Нося одежду, как ученый, на его лбу был надет фиолетовый хрустальный обруч, его кожа, казалось, содержала только самый минимум мышц в человеческом теле. Если бы это было так, это было бы признаком несчастья. Но в выражении человека, похоже, было чувство юмора, даря невыразимое обаяние, чувство обожания.

Мужчина опустил руку в знак приветствия и сказал:

«Вы, должно быть, Сироэ-сама из «Log Horizon». Я РеГан, Мудрец Зеркального Озера, пожалуйста, позаботьтесь обо мне... Я пришел сюда сегодня вечером, чтобы обсудить некоторые вещи с Сироэ-сама».

Глава 4 - Мировой Сдвиг

4-1

«Гъяпии∽!?»

Юноша подпрыгнул в небо и красиво закувыркался, оставляя за собой облако пыли. Он дважды перевернулся в воздухе, прежде чем быстро нырнуть головой в океан.

«Хо∽Хо… Было довольно зрелищно!»

Мариэль громко смеялась, наблюдая за сценой, отдыхая под зонтиком.

Это был «Пляж Мейнион».

Один из самых красивых пляжей на полуострове Песчаного Листа со сверкающим белым песком. Он находился всего лишь в 30 минутах езды в обе стороны от и до школьного корпуса, где Мариэль и другие с удобством обустроились.

Мариэль взяла холодную соду из сумки-холодильника, которая удвоилась на столе рядом с ней. Она расстегнула свою толстовку, обнажив свое яркое бикини, идеально подходящее для отдыха.

Ее оборудование включало зонтик, шезлонг и подушку, она была полностью подготовлена к пляжу.

(Аххх, вот оно, вот оно! Это рай, мне так повезло...)

У Мариэль была улыбка, достойная похвалы, но сейчас ее улыбка была в 10 раз более очаровательной, чем обычно, ее ангельская улыбка запросто могла растопить чье угодно сердце.

Несмотря на отсутствие солнцезащитного крема, их тела были намного крепче в этом мире. С ними будет все в более-менее порядке, даже если у них будет солнечный ожог. Купальник также предпринял немало усилий для обеспечения безопасности.

В «Elder Tales» костюм был эквивалентен вашему оборудованию. «Elder Tales» была главным образом боевой RPG-игрой, оборудование в основном означало броню или оружие, и оно не включало в себя нижнее белье.

Конечно, если вы снимете всю свою экипировку, ваш аватар отобразит вас в нижнем белье. Но это была функция, позволяющая избегать отображения чувствительных частей, функция безопасности в игре, сродни родительскому контролю, поэтому было бы простое нормальное нижнее белье.

Его также можно было увидеть в профиле персонажа, но на самом деле оно не существовало. Но эта функция больше не работала, если вы снимите с себя одежду, вы останетесь голышом, и на вашей фотографии профиля вы также окажетесь обнаженным.

Но нижнее белье было очень важно, и японцы, всегда жившие в цивилизованном мире, не могли перенести свою жизнь, не нося нижнего белья.

Если вы сделаете нижнее белье, вы сможете его носить, это уже был известный факт. Но нижнее белье требовало очень высокого уровня для шитья. Граждане почти перестали надеяться на их приобретение, но они увидели свет надежды.

Этот свет исходил от купальников.

Благодаря своему привлекательному виду как одной из причин продажи было много экипировки, в которую можно было одеть свой аватар в «Elder Tales». Разумеется, в число экипировки входила и такая вещь, как купальник. Большинство купальников были изготовлены по редким рецептам или выданы за участие в специальных ивентах.

Купальники явно отличались от нижнего белья.

От поглощения пота до трения от долгих часов износа, у них было много различий. Но были пути преодоления этих различий после Катастрофы, поэтому кризис нижнего белья был преодолен превосходными портными.

После того, как Совет Круглого Стола объявил о новом методе изготовления предметов, портные начали изготавливать хлопковое и шелковое нижнее белье.

Для них был определенно высокий спрос, а трусики были популярным продуктом для портных. Заткнувшись с менталитетом старого мира, Мариэль также хотела, чтобы несколько наборов нижнего белья менялись периодически, поэтому трусы были одним из самых прибыльных продуктов для портных в Акибе.

Крючки, шнурки и эластичные ленты можно легко получить, используя меню игры, чтобы создать одежду и разобрать ее. Эта изобретательность и внимание к деталям были их техникой в создании качественных продуктов. Так как это было сделано вручную, их цена была похожа на магический предмет среднего уровня, 300 золотых, без признаков падения.

Купальники, приготовленные по известным рецептам, были очень простыми, поэтому они были относительно дешевы, так как они были сделаны из обычных ингредиентов. Но купальники с кричащими рисунками были довольно дорогими. Мариэль была опытным игроком, который любил купальники, поэтому у нее было несколько пар. Тот, в который она была одета, был взят из хранилища после многогодового бездельного валяния.

Купальники Мариэль были популярного дизайна с пляжей старого мира, бикини. Сами бикини были не маленькими, но тело просто преступного уровня Мариэль и большие куски бикини сделали ее очень сексуальной.

Мариэль осознавала это, поэтому она надела хлопковую толстовку.

(Во всяком случае, так много людей смотрят... это будет довольно смущающе, если они увидят это...)

Мариэль подумала, что с толстовкой она будет в порядке. Но дело в том, что едва различимые формы бикини под толстовкой заставляли чувствовать остальных еще более неловко, так как они не знали, куда они должны смотреть. Но она не знала об этом, и Мариэль наслаждалась отдыхом на своем шезлонге с большой улыбкой, выглядя спокойной и непринужденной.

«Мариэль-сан, Мариэль-сан!»

Молодой человек, который недавно прыгнул в океан, уже бежал к ней.

Юноша держал оружие с копьями с острыми краями с обеих сторон, он должен был быть самураем. Он был одет в кожаные доспехи под жарким солнцем, но он был полностью мокрым после прыжка в море, как собака после ванны.

«Исцели меня, пожалуйста!»

У юноши сильно кровоточило из его головы.

«Нет проблем.»

Мариэль энергично кивнула, села прямо и скастовала «Исцеляющий Свет». На ее кончике пальца появилась шестиконечная белая звезда, и после того, как она поглотила свет, Здоровье снова пополнились.

«Отлично, я полностью здоров!»

Юноша ощущал, что его кровоточащая рана исцелилась. «Исцеляющий Свет» был заклинанием низкого уровня с коротким временем каста и слабыми эффектами. Обычно оно использовалось для заполнения промежутков при ожидании отката заклинаний высокого уровня. Но для игроков низкого уровня это было мощное заклинание, которое могло полностью восстановить их Здоровье.

«Спасибо!»

«В любое время, в любое время.»

Мариэль улыбнулась.

«Не стоим, идет еще один! Ловите еще крабов! Я предлагаю вам зажать их со сторон, не забудьте следить за границами зоны действия ваших навыков.»

«Ладно, поняли!»

Молодежь бегала по пляжу.

В отдаленном конце видимого Мариэль пляжа юноша обнаружил, что Аскот-краб пробрался на пляж и пытался обойти их. Краб был длиной около метра, а если он расправит клешни, то он должен оказаться около 2 метров, настоящий гигантский краб.

Затем он пронзил краба своим копьем и ударил его по животу, пытаясь перевернуть краба. На этот раз его действия увенчались успехом.

У Мариэль было 5-6 таких новичков, они были авантюристами с самыми низкими уровнями в этом летнем тренировочном лагере.

Мариэль руководил этими новичками на этом пляже.

В течение лета было бесчисленное множество крабов Аскот, имеющих прозвище «Абрикосовый», выбирались на берега «Мейнион». Если оставить их в покое, они будут двигаться дальше вглубь страны и подвергать опасности поголовье скота и фермы, поэтому Люди Земли сторонятся их.

Но эти монстры не были большой угрозой для Авантюристов, поскольку их уровни варьировались в районе от 4-го до 8-го, подходящих для новичков.

Тратя весь день на гриндинг, подобная тренировка должна предоставить им много опыта. Если они вдруг поранятся, они могли бы обратиться за лечением к Мариэль.

Они передохнули, когда они исчерпали свою ману.

С личным медиком в режиме ожидания они могли проводить напряженную тренировку.

Грандиозный план Мариэль был большим успехом.

«Хахххх!»

«Сдохни! Сдохни, сдохни! Просто сдохни!»

«Прими свою судьбу!»

Мариэль легла на шезлонг, слушая боевые выкрики новичков и потягивая ледяную соду из стакана, отлично защищающую от летней жары.

Казалось, она была на небесах.

Она не могла не улыбнуться.

Многие из новичков здесь хотели быть на производственной линии. Это был третий месяц со дня Катастрофы, но они были готовы остаться на этом низком уровне, потому что они отвратительно сражались.

Это не было проблемой, поскольку игроки, специализирующиеся на производстве, были необходимы для поддержки боевых гильдий, которые выходили на фарм.

Но в этом альтернативном мире быть чисто производственным игроком было очень рискованно. Если бы у них не было боевой силы, они не могли бы защитить себя в критических ситуациях. И высокий уровень игрока был полезен для производства, а некоторые простые ингредиенты можно было получить быстрее, если они сами по себе.

Вероятно, этот момент сыграл наибольшую роль в их убеждении.

Или, может быть, новички знали об этом, но у производственных гильдий не было всеподдерживающей программы поддержки новичков, поэтому они отказались. Новички, собравшиеся на этом пляже, от всей души тренировались, неоднократно привлекая крабов.

Чтобы было ясно, каждый раз, когда у них была неудача и они собирались сдаться, Мариэль исцеляла их раны своей похожей на подсолнух улыбкой. Поэтому, даже если они хотели отступить, они не могли этого сделать, в итоге гордость мальчиков была такой жалкой.

Что касается девочек, то они были под влиянием яростной боевой атмосферы мальчиков и считали, что «мне не нужна помощь, я также потренируюсь немного больше...»

Вот только Мариэль не знал об этой причине.

(Все работают так упорно... Ва, погода такая приятная.)

Сонная Мариэль продолжала наслаждаться отдыхом.

Лидеры лагеря среднего звена, присланные Килом и Бригадой Западного Ветра, патрулировали пляж в качестве инструкторов и спасателей. Мариэль стояла как супервайзер (она просто наслаждалась отдыхом) и исцеляла раны случайных жертв.

Мариэль, которая скучала от безделья, снова приняла прежнее положение.

Воздух был сухим, даже если было жарко, ей не было неприятно.

Когда она случайно увидела линию белых пузырьков на поверхности океана, она махнула рукой находящемуся поблизости Сорью.

«Сорью... посмотри, что это?»

Мариэль указала на белую линию в море.

«Эх, что это... пузыри? Похоже на след от лодки? Хммм...»

Но дискуссия на этом и закончилась.

Через некоторое время белая линия рассеялась, и после этого ничего интересного не произошло. Группа сражалась с крабами до тех пор, пока солнце не зашло, забрав с собой множество крабов и раковин.

В вечернем школьном учебном заведении началось обучение подклассам, а Мариэль и остальные давно забыли о таинственной белой линии.

4-2

Шел 3-й день борьбы Исузу в «Лесу Рагранда».

Их ежедневные стычки длились менее 3 часов.

Длительность зависела от их выносливости, поэтому они не могли долго оставаться в подземелье.

Это не значит, что было бы лучше, если бы вы оставались в подземелье подольше, но это было явно проблемой, если бы продолжительность была настолько короткой. Они успешно завершали только 4-5 сражений за каждый рейд.

Они могли лишь продолжать тренироваться.

Рундельхаус объяснил это таким образом, но не было никакого существенного выигрыша в опыте только с 4-5 битвами. Каждый бой превращался в битву на истощение, и они заканчивали рейд после исчерпания своей маны и умственной силы, стараясь не попадаться остальным монстрам. Эта история повторялась уже несколько раз.

У Исузу не было доспехов, она носила лишь повседневную одежду.

Причиной было утомительное возвращение с тяжелым снаряжением в лагерь.

Высокоуровневая команда новичков проводила около 6 часов в подземелье каждый день, поэтому их низкоуровневая партия, которая отступала в полдень, не могла сравниться с ними.

Они могли восстановить свои Здоровье и Ману после отдыха в течение часа.

Они могли и снова штурмовать подземелье днем, чтобы заработать немного опыта, но они были остановлены Нянтой и Наоцугу. Они не знали причин, но партия расслабилась, когда услышала суровое предупреждение своих инструкторов.

Таким образом, партия Исузу могла выполнять только такие серьезные задачи, как сбор дров или перенос воды из пруда, или просто убить некоторое время в лесу.

Исходя из положения солнца, сейчас должно быть около 3 вечера.

Исузу направилась к пруду.

Это был небольшой пруд, но из-за того, что в него вливалась пресная вода, пруд был прохладным и ясным, вода для группы носилась отсюда. Возможно, она не подходит для питья, поэтому никто не пробовал ее, но Исузу подумала, что все должно быть хорошо.

На холмах не было ливней.

Никто на самом деле этого не предлагал, но группа Исузу решила по очереди принять душ в пруду.

«...Хафф! ...Ха!»

Далекий звук дыхания исходил из глубины леса.

(Кто это?)

Исузу взглянула в сторону доносившегося звука.

Тренировавшимся в одиночку в лесу оказался Рундельхаус. На нем был светло-фиолетовый костюм, похожий на униформу благородной школы-интерната, с плащом мага поверх, и он сильно потел.

Должно быть, он тренировался довольно долго. Если жидкость, окрашивающая землю в более темные оттенки, была потом, он мог бы тренироваться здесь, не посещая подземелье.

Рундельхаус протянул левую руку вперед. Он создал большой огненный шар, сжимая его до минимального размера кулака. Этот процесс требовал огромной концентрации, Рундельхаус, который всегда был очень обеспокоен своей внешностью, пропотел, как свинья и сжимал свои зубы.

После стрельбы сферой в руке образовался большой шар тумана, который он сжал в ледяной шарик и выстрелил, как прежде. Эта атака потушила огненный шар, который он выстрелил раньше.

Магия, которая смешалась из огня и льда, яростно столкнулась в лесу, производя много пара. Рундельхаус не позволил снизить свою защиту и продолжал двигаться, время от времени маневрируя, чтобы избежать ошпаривающей воды.

Включая оборонительные движения в свои атаки, он, казалось, делал боевое моделирование своих действий.

Исузу заметила 2 линии по обе стороны Рундельхаус, она не понимала значения позади них. Только после наблюдения за Рундельхаусом в течение нескольких минут она поняла, что они представляют.

(...Стены подземелья.)

2 линии на земле представляли туннель в подземелье, Рундельхаус сражался с невидимыми скелетами, которые приходили на него с фронта.

Он продолжал двигаться по всей площадке, но он не пересекал линии, потому что это были стены.

И он уже давно двигался.

Казалось прошло много времени, но спустя примерно 5 минут Рундельхаус упал на колени и громко выдохнул. Он оставался в этом положении, как будто он собирался вырвать, издавая смущающие громкие жалобные звуки.

«Ты в порядке...?»

Исузу, которая все это время смотрела из-за деревьев, нерешительно задала вопрос.

Он напомнил ей одноклассницу с астмой, у которой были подобные симптомы.

Но Рундельхаус, казалось, искренне удивился ее голосу, вскочив как пружина, и повернулся к Исузу.

«Привет, мисс Исузу... что... что вы здесь делаете?»

Рундельхаус улыбнулся, как принц, поправляя свои волосы.

Но его челка основательно пропотела, из-за чего они прилипли ко лбу.

«Не дави на себя, хорошо?»

Исузу сказала, сдерживая смех, но она не смогла успокоить Рундельхауса, который впал в панику, пытаясь скрыть свое жалкое состояние.

«Вы... Вы думаете, что я давлю на себя? Нет... я ничего такого не делал, я здесь только прогуливался во второй половине дня и слушал пение птиц по приглашению фей...»

Пока он продолжал говорить, лицо Рундельхауса стало фиолетовым.

(Он просто задыхается и все еще пытается говорить, как принц, неудивительно, что он стал фиолетовым...)

Исузу подумал, но Рундельхаус продолжал вовсю улыбаться как принц даже с фиолетовым лицом. Исузу почувствовала сочувствие, поэтому она отвела взгляд и повернулась к нему спиной.

«Я... я вижу».

Из ее спины раздался сильный звук дыхания, когда Исузу заговорила.

Молодая пара в лесу с раздававшимся тяжелым дыханием, вы наверняка могли бы описать по звукам ситуацию как неприличное зрелище. Но независимо от того, насколько легкомысленным был Рундельхаус, Исузу все же хотела воздать должное ему за его дух самурая.

(Эх... я странная в некотором роде.)

Исузу и Рундельхаус были примерно одинакового уровня, и ей казалось, что он в возрасте до двадцати лет, так что он не должен быть моложе Исузу. Рундельхаус был вовсе не хрупким мальчиком.

Но между их боевым мастерством был большой разрыв, Исузу была классом поддержки, а Рундельхаус специализировался на разрушительных атаках. Его боевое мастерство должно быть в несколько раз лучше ее.

Но проигнорировав боевые полномочия или условия, Исузу почувствовала, что она превосходит Рундельхауса в совершенно другой категории. Она не понимала ее собственных чувств.

«Мисс Исузу... что вы делаете в таком месте?»

«Я собираюсь помыться... О, точно, Рундельхаус-сан, сходишь со мной?»

Исузу не спрашивала: «Хочешь пойти?» Обычно она не говорила так, но сейчас она вообще не вежливо относилась к Рундельхаусу.

«Мыться? Я не заинтересован в том, чтобы подглядывать за купанием дам, не смотрите на меня сверху вниз!»

«Никто не сказал ничего о том, чтобы принять душ вместе или позволить тебе подглядывать.»

Исузу повернулась от Рундельхаусу и отошла, наполовину сердитая. Рундельхаус за ней задохнулся и кашлянул, что сделало ее счастливой.

«Нехорошо позволять даме бродить в одиночестве в лесу, не думаешь?»

Исузу слегка покраснела, называя себя дамой, из-за чего немного смутилась. Ей казалось, что она немного переборщила, но она не могла забрать уже высказанные слова.

«Вы правы, да, я просто буду сопровождающим».

Голос Рундельхауса начал восстанавливаться.

«Тогда позвольте мне сопроводить вас, родник рядом? В каком направлении?»

Исузу обернулась.

Рундельхаус перед ней сказал: «Пожалуйста, ведите». Она почти потеряла самообладание, глядя на его выражение, он был потный, но все еще был очаровательным, глядя на него, как будто это выглядело очень красивым. Он мог победить по внешности любого главного героя из седзе манги в реальном мире.

(Но я не чувствую чрезмерного давления от этого... Это также эффект альтернативного мира?)

«Рундельхаус-сан, сюда».

Исузу слегка наклонила голову, и когда она направилась к тропе, ведущей к пруду, молодой человек сказал ей:

«Мисс Исузу, пожалуйста, просто зовите меня Руди, так меня зовут родители».

Исузу слушала это с покалыванием в ее сердце.

4-3

Сироэ и Акацуки были проведены в глубины Древнего Дворца Вечного Льда, они не знали, где именно они были.

В глубине дворца было холодно. Несмотря на то, что сейчас лето, температура холода была между «прохладной» и «холодной». В конце туннеля была скульптурная гигантская металлическая дверь.

«Таким образом, это моя обитель, пожалуйста, заходите.»

РеГан, который утверждал, что он мудрец, открыл дверь и пригласил их двоих. В библиотеке было несколько тысяч книг. Вы могли бы сказать, что эта библиотека состояла из гигантского круглого стола, высоких потолков и комнаты, которая простиралась по прямой в глубь, как туннель.

Рядом с ними были горы книг.

По обе стороны от стен помещения были полки в два раза больше Сироэ. Они были наполнены до краев такими лакомствами, известными как книги. Журналы и свитки валялись на полу, образуя мини-лавины.

Этот вид простирался глубоко в темноту.

РеГан рыскал по комнате, когда сказал: «Хм, странно» «Куда они делись?» Сироэ и Акацуки заняли кушетку после расчистки от книг, которые были на ней.

«Э-э, прошу прощения, я где то потерял заранее приготовленные напитки».

РеГан искренне сожалел об этом, но Сироэ покачал головой и ответил: «Все в порядке», взяв из своей сумки несколько стаканов и бутылку черного чая из роз.

Этот чай стал популярным напитком среди масс, он был крепче, чем заварной чай, но при этом был не таким горьким, и вы могли добавить в него мед или сахар, чтобы он соответствовал вашим предпочтениям. Изготовленный Сироэ чай был охлажден в весенних колодцах и подслащен сиропом.

Сироэ налил в стаканы себе, РеГану и Акацуки. РеГан выразил восхищение просто от глотка. Он может быть низкий и хрупкий, но у него была очаровывающая аура загадочного человека.

С его внешностью он казался ровесником Сироэ.

«Моя благодарность, я всегда был плох в поисках вещей... Это ведь волшебная сумка Дазанегга?»

«Правильно, кое-кто сделал ее для меня.»

Сироэ кивнул и ответил прямо.

«Я исследовал эту сумку раньше... для процесса кристаллизации магических цепей, вам нужны фиолетовые кристаллы пламени и кожа виверны, верно?»

«Да, я собрал эти материалы, прежде чем их обработали.»

Сироэ был впечатлен, это был квест 45-го уровня «Получение волшебного рюкзака». Мудрец РеГан хорошо разбирался в содержании квеста, он оказался гораздо более знаком, чем обычные Люди Земли.

«Пожалуйста, извините мою дерзость и позвольте мне представиться снова. Мое имя РеГан. Я утверждал, что я маг и использую магию, но технически я скорее маг-исследователь.»

«Маг-исследователь?»

«Да, тот, кто изучает магию Я также лектор для нормальных магических исследований, но я сосредоточен на проведении собственных исследований.»

«Исследований… здесь?»

«Да, я уже более 30 лет жил в Древнем Дворце Вечного Льда, это была лаборатория моего учителя. Но после того, как он ушел несколько лет назад, я унаследовал его работу и продолжал исследования день и ночь. Простите мой неряшливый вид.»

«...Зеркальное озеро... Вы - Мудрец Зеркального Озера?»

Сироэ вспомнил первое представление РеГана и понял значение этого титула.

Мудрец Зеркального Озера.

Когда «Elder Tales» была просто игрой, это было звание, связанное с несколькими квестами, слухами и книгами. Например, ключевой элемент «Ключ Вечной Тьмы» для основного рейда «9 Тюрем Героев», как описывалось, был сделан Мудрецом Зеркального Озера.

Но это была всего лишь история в игре, которая, как считали Сироэ, должна была обеспечить большее погружение в игру, поэтому он не думал об этом.

«Наверное можно называть и так. Но я все еще не могу привыкнуть откликаться на этот титул, поскольку я еще не способен избавиться от чувства того, что я был его учеником. Когда другие упоминают этот титул, я всегда чувствую, что они обращаются к моему Учителю.»

«Значит, Мудрец Зеркального озера - наследственный титул?»

«Верно, поэтому, пожалуйста, зовите меня просто РеГан.»

С его скромным поведением, аура нынешнего Мудреца Зеркального Озера как то не соответствовала такому грандиозному титулу.

Между ними повисло молчание.

Сироэ выпил свой черный чай из роз, и его разум разогнался до высокой скорости. Участие в собрании Лиги Свободных Городов Истель было вызвано их приглашением, но это был также шаг в сборе информации о мире. Участие в этом собрании дало возможность узнать и взаимодействовать с лидерами мира, расширив свою информационную сеть, гораздо глубже, чем то, что вы могли бы собрать на улицах.

Но данный случай стал большим уловом.

Прошло три месяца со дня Катастрофы.

Всевозможные знания о мире медленно, но верно были собраны группой Сироэ. По крайней мере, минимальные знания, чтобы жить своей повседневной жизнью, имелись точно. Авантюристам в Акибе удавалось получить еду, одежду и кров.

Но имеющаяся подобная информация заставляла Сироэ думать, что «им еще есть чему учиться».

Не было бы проблем, если бы это была только догадка Сироэ.

Или, если бы было только несколько членов, живущих вместе, все проблемы могли быть решены. Независимо от того, что думали Люди Земли, или что было правдой этого мира, Сироэ и другие смогли выжить в этом мире своими способностями. Они могли бесконечно путешествовать или построить базу в глубоких горах, они смогли бы выжить независимо от ситуации.

Но Сироэ не мог так думать. В Акибе было 15 000 авантюристов и почти 30 000 на всем сервере, если бы он мог их покинуть, он бы не стал создавать Совет Круглого Стола.

30 000 авантюристов не могли игнорировать Людей Земли и жить сами по себе, они также нуждались в собственной базе.

В этой области на японском сервере население Людей Земли составляло, вероятно, 1,5 миллиона человек, но 15 000 авантюристов для них были слишком большим числом, они оказали бы большое влияние на мир независимо от того, что они сделали. Фактически, новый метод производства уже оказал огромное влияние на мир.

Даже если Нянта не обнаружил бы этот новый метод, кто-то обязательно обнаружил его через несколько месяцев, и новость получила бы распространение. Сироэ воспользовался беспорядком и депрессией каждого после Катастрофы и взял на себя инициативу, чтобы контролировать ситуацию.

Сироэ не чувствовал ответственности за распространение нового метода производства, но ему нужно было понять влияние этих новых знаний. Тем более ожидаются подобные инциденты и в будущем. Независимо от того, как они пытались скрыть это, авантюристы по-прежнему были чужими в этом мире. Чтобы достичь хорошего развития событий и отвлечь их от пути разрушения, им понадобятся глубокие и обширные знания о мире. Группе Сироэ не хватало таких знаний.

(Этот разговор... может быть более важным, чем встреча с дворянами.)

РеГан с интересом посмотрел на Сироэ и сказал:

«Я утверждал, что я маг-исследователь, но волшебная школа охватывает множество областей и имеет много областей исследований. К примеру, мои исследования направлены на магию мирового уровня.»

«...Мировой уровень?»

Сироэ протирал подбородок, слушая этот незнакомый термин.

«Да, это соответствует масштабам магических эффектов, магия может быть классифицирована как уровень воздействия, уровень сражения, тактический уровень, стратегический уровень, уровень войны, национальный уровень, континентальный уровень и мировой уровень. Это один из способов, классифицируя их, вы также можете группировать их по своим функциям в управление энергией, изменения в материальной форме, типы заклинаний. Также часто используется их уровень заклинаний.»

Сироэ размышлял, не прекращая слушать.

Это был редкий способ определения, если вы классифицировали по особенностям магии... например, Чародеи контролировали энергию, Призыватели призывали существ... Сироэ мог понять, что это был простой способ классификации.

Сироэ также понимал их группировку по уровням заклинаний, и именно эти заклинания могли быть изучены на каждом конкретном уровне игрока, как это официально использовалось в «Elder Tales».

«Чтобы классифицировать по шкале, вам нужно проанализировать магию по ее эффектам или понять ее намерение посредством наблюдения. Класс воздействия - это магия, которая имитирует одно действие. Например, взмах мечом, чтобы атаковать монстра, если же вы сделаете это, используя магию, это будет тоже класс воздействия, подавляющий одного или группу монстров, эффект, который может быть достигнут одним действием. Магия, используемая магами, - это в основном класс воздействия, независимо от того, насколько опасна атака.»

С этой точки зрения основная атака Сироэ, «Стрела Разума», была магией уровня воздействия. Это был волшебная стрела, которая причиняла ментальную боль врагу, но эффект был эквивалентен стрельбе. Даже если были повреждения или дебаффы, они были лишь дополнительными эффектами.

«Магия уровня сражения может решить результат одной битвы. Если вы ее используете, вы сможете определить судьбу своих врагов и вашей союзнической партии.»

Это был глубокий способ классифицирования магии. Например, «Астральный Гипноз» Сироэ выглядел как заклинание уровня воздействия, но в зависимости от того, как он использовался, он может подтолкнуть группу врагов на грань поражения. Обозначение этого уровня битвы имело смысл в этой ситуации.

«Магия тактического уровня может одновременно влиять на 2-3 сражения. Легендарная магия, однажды использованная группой Волшебников, принадлежит к этому классу.»

Воздействуя на несколько битв, имея в виду мощные усиленные заклинания? Сироэ мог найти только одно заклинание в своем арсенале, которое соответствует этому описанию.

«Стратегический уровень еще больше по масштабу, эффект может продолжаться несколько дней, а одно заклинание может сокрушить крепость, башню или подземелье».

Это уже было за пределами воображения Сироэ.

Это могло бы иметь смысл в строительных играх-симуляторах, но игроки играли роль Авантюристов в «Elder Tales». Если бы Авантюрист имел право уничтожать подземелье в одиночку, то не было бы необходимости работать командами, поскольку у них имелись бы такие подавляющие силы.

«Давайте оставим остальную часть как-нибудь на другой раз. Магия уровня войны соответственно может решить исход войны, национального уровня уничтожить вражескую нацию, континентальный уровень может затронуть весь континент одним заклинанием. Что же касается мирового уровня...»

«Это волшебство, которое может решить существование или судьбу мира... Верно?»

«Именно так.»

Сироэ понял эту концепцию.

Это было все еще понятно, если вы рассматривали все это как академическое исследование, но такие заклинания действительно существовали? Нет, в мире «Elder Tales», где Сироэ сам был Чародеем, вопрос о существовании магии был смешным, но масштаб в этой теме был слишком велик, он не мог связать его с магией «Elder Tales» из игры.

«Об этом... Простите меня за вопрос, я могу осознать подобную категоризацию, но существует ли такая магия? Или это просто теоретическая категория?»

Вопрос Сироэ заставил РеГана усмехнуться и ответить.

«Она существует, просматривая архивы и своими собственными наблюдениями, магия этого уровня происходила 3 раза, она называется «Мировой Сдвиг».

«...Вы ведь говорите о Катастрофе, я прав?»

Выражение РеГана мгновенно подтвердило вопрос Сироэ.

Магия этого масштаба не могла быть работой одного человека.

Это может быть работа существа выше людей, но исследования не прояснили этого.

Уровень войны, национальный уровень, континентальный уровень... Почему возникла необходимость исследовать магию, которая, вероятно, не существовала? Причина была в том, что она действительно существовала.

Возможно, это не могло быть сделано Людьми Земли или Авантюристами, но если бы существо, подобное стихийному огню, вызвало извержение вулкана, или земной элемент совершил землетрясение... Это может вызвать магическое разрушение национального уровня.

Как опытный игрок, знакомый с «Elder Tales», Сироэ думал о магии как об одном из навыков Авантюристов и мог принять существование магии более масштабных размеров как исторический сюжет.

Тощий исследователь РеГан изучал магию, которая была выше, чем у одного заклинателя, он действительно маг-исследователь, а не просто маг. Его цель заключалась не в том, чтобы увеличить его мастерство, а в том, чтобы исследовать тайны мира и понять, как работает природа.

«Вы назвали инцидент, который произошел в мае, «Катастрофой», в то время как Люди Земли называют это просто революцией или «Майским инцидентом», но я вижу это как «3-ий Мировой Сдвиг». Я пригласил вас поболтать и узнать больше о «Мировом Сдвиге» от вас. Как исследователь, я хочу знать каждую деталь.»

Глаза РеГана сияли любопытством, и он казался искренним.

(Нет смысла скрывать что-либо, мы не очень много знаем, но...)

«Вы сказали «Третий»? Вы упомянули, что были еще две совершенных магии мирового уровня, можете ли вы рассказать нам о предыдущих двух «Мировых Сдвигах»? У нас, Авантюристов, не слишком много данных о «Катастрофе», и я готов рассказать все что знаю, но я также хочу узнать больше о «Катастрофе».»

4-4

Слова Сироэ заставили державшего стакан РеГана моментально отреагировать.

«Я не против, но это может занять некоторое время, вы никуда не торопитесь?»

«...»

«Хорошо, извините, что побеспокоил вас.»

Сироэ взглянул на Акацуки, которая стояла рядом с ним и кивнула ему, после чего он ответил РеГану. Акацуки оставалась с напряженным выражением лица и внимательно слушала.

«Позвольте мне подумать, с чего бы начать? Как я уже сказал, я не знаю всего о «Мировых Сдвигах», вы даже можете сказать, что я совершенно не осведомлен о них. Вы можете рассматривать это как нечто, что было в прошлом... Но это ничего не объяснит, поэтому позвольте мне начать с того, что я знаю... С истории нашего мира.»

Сироэ устроился поудобнее на своем месте и кивнул в знак согласия.

Сироэ был рад, что РеГан объяснял это с самого начала.

«Около 350 лет назад мир был намного более процветающим, чем сейчас. Даже если он не мог сравниться с славой падшей древней империи, население было в 3-5 раз больше, чем сейчас. Используя континент как свою базу, люди распространялись по уголкам всего мира.»

«Про какой именно континент вы говорите?»

«Ах, я имею в виду соседний континент Эреддо.»

Евразийский континент... включавший Китай и страны Ближнего Востока, Сироэ кивнул в ответ. Это был, без сомнения, самый большой континент в мире.

Но он не начинал с древних знаний, которые действительно удивили Сироэ. Согласно предыстории «Elder Tales», древняя империя, которая развила цивилизацию до предела, была уничтожена, а затем вновь восстановлена. Разработчики не упоминали о темном веке во время восстановления мира, поэтому игроки только знали о «Elder Tales» как о мире сразу после восстановления.

Но здания и дороги с древних времен разрушились до такой степени, что означало, что в этот темный период времени происходили всевозможные вещи. Сироэ продолжал думать об этом как о пустом периоде времени, когда ничего не происходило, поэтому этот факт удивил его.

«Четыре расы, Люди, Альвы, Эльфы и Гномы славно жили в содружестве. Каждая страна жила в мире и процветании, а магические предметы, которые вы можете найти в подземельях сегодня - это остатки с того периода времени. Древний Дворец Вечного Льда, в котором мы находимся, является древней магической постройкой, очевидно, отличной от древнейших знаний, верно? В свое время его построил Альвы, и они также являются изобретателями магии, лидерами в магической цивилизации. Если верить записям, они были способны расшифровать тайны мира.»

Альвы... Разработчики называли их вымершей расой, Сироэ был полу-альвом, который унаследовал эту древнюю родословную, но в этой истории не было никакой истории или историй, он только знал, что они сильны в магии, что это подходящая раса для использования магических предметов.

«Детали не имеют ничего общего с основной темой, поэтому я не буду слишком много говорить об этом, но эта сила стала источником катастрофы. Альвы обладали высоким интеллектом и магическими талантами, но возможности их размножения были крайне низкими. Кроме того, малочисленная раса, обладающая монополией в развитии магии, разъярила окружающие народы, и они уничтожили королевства Альвов, одно за другим... Альвы были уничтожены, и их славная история заканчивается здесь.»

Поскольку Альвы вымерли, должно произойти нечто подобное.

У Сироэ была кровь Альва, но это не зависело от его националистических инстинктов, он только что заметил, что там была такая история.

«Но как насчет меня? ... В этом мире есть немало полу-альвов, хотя их и небольшое число».

«Это символ конца существования Альвов. Люди сначала охотились за магическими знаниями и качественными магическими предметами, созданными Альвами, а затем... стали вылавливать и самих Альвов. Альвы стали рабами в этом мире. Везде, включая царство людей, эльфов и карликов, они продавали Альвов в качестве рабов, они были осквернены и родили детей, которые мы знаем как полу-альвов, но генетическое наследование имеет тенденцию пропускать поколения и появляется с низкой вероятностью между человеческими родителями... Ох, я ухожу от темы, так что оставим это на потом. Во всяком случае, королевства Альвов рухнули, но произошел крупный переворот. В этом перевороте заметно выделяются шесть падших принцесс Альвов.»

«Шесть падших принцесс...?»

Это был незнакомый термин. РеГан написал на столе пальцем. «Шесть» означало, что их было шестеро, «павшие» означает, что их низвергли из благодати, «принцессы» означали женщин из королевской семьи.

«Существует множество теорий, лежащих в основе идентичности шести павших принцесс. Моя теория заключается в том, что они были разными людьми с их собственными именами и местом рождения. Но, несомненно, есть одна объединяющая их вещь: все они принцессы из разных частей континента. Шесть павших принцесс получили свое название более поздними историками, говорят, что они не выступали на войне и стали рабами, как их родственники. Они избежали казни из-за своего королевского статуса, который является символом удачи. «Так красиво, что их побалуют, как драгоценные камни». Королевская знать, лидеры и дворяне относились к ним как к своим исключительным домашним животным, удерживая их в тюрьме в 6 разных странах. Но они не закончили свою жизнь как рабы, некоторые использовали магию, некоторые возглавили восстание порабощенных Альвов, некоторые контролировали королевскую власть из тьмы, но все они начали революцию против всего человечества.»

Сироэ был увлечен этими словам, но его эмоции оставались нейтральными, максимально склоняясь к Альвам. С точки зрения современного японца люди из альтернативного мира атаковали Альвов из-за зависти к их магической технологии, а остатки Альвов начали террористические атаки, чтобы отплатить, все это было ожидаемо.

«Человеческие, эльфийские и гномьи империи, которые уничтожили Альвов, приобрели много магических технологий, но они не успели адаптироваться к ним, поэтому началась война в виде бесчисленных стычек. Причина застоя - это то, что людские, эльфийские и карликовые нации сражались между собой. Шесть павших принцесс были не героинями, а мстительными духами, они организовывали хаос за кулисами, разрушали общество, заблуждали население, распространяя семена раздора по всему человеческому обществу. Если записи верны, то общее число смертей было равно нынешнему населению мира. С другой стороны, шесть павших принцесс достигли своих пределов: в конце концов, они были Альвами, и их слабость низкой рождаемости не способствовала возрождению. Даже если они прятались за кулисами среди союзников, они были слабы, когда до них добрались. И когда шесть павших принцесс собирались убить... произошел первый «Мировой Сдвиг».»

«Первый...»

Они, наконец, дошли до сути, Сироэ сглотнул.

Он заметил, что Акацуки рядом с ним тоже была полностью поглощена.

«Да, «1-ый Мировой Сдвиг». Предполагалось, что это результат мощной магии Альвов, но остается много тайн, особенно в техническом смысле, которые мы не можем решить и по сей день. Мы даже не можем понять его основной принцип, не говоря уже о повторении. Произошел «Мировой Сдвиг», и появились полулюди... которых 300 лет назад не существовало.»

...Полулюдей раньше не было.

Этого Сироэ не ожидал, но он мог понять, почему цивилизации, в том числе Альвы, были в десять раз более процветающими. Тогда мир практически принадлежал людям.

«Я не думаю, что появление полулюдей здесь было результатом скрещивания или биологической проблемы. Это тема исследования моего учителя, но я предположил, что «Мировой Сдвиг» может быть связан с духом. Тогда имелось много духовного материала, поскольку из-за войны население мира сократилось почти наполовину. Эти фрагменты духа затем использовались для создания полулюдей, которые появились по всему миру, и подтолкнули человеческую империю, которая была и так развалена войной, к грани окончательного уничтожения. Многие города пали, а армии, которые утверждали, что они непобедимы, были разгромлены, почти все страны были захвачены. На этом полуострове единственная страна, которая смогла выжить за эти 300 лет, - это древняя империя Вестландия. Несколько городов в Лиге Свободных Городов Истель были только деревнями. С появлением полулюдей мир превратился в сцену, где люди боролись против вторгающихся полулюдей и защищали свои маленькие цивилизованные общины. Мир объяла тьма, даже после победы над шестью падшими принцессами, их месть увенчалась полным успехом.»

Шесть павших принцесс были побеждены.

«Мировой Сдвиг» был активирован.

В мире появилось большое количество полулюдей, сделанных из духовных фрагментов.

«Далее следуют железные века. Как объяснялось, Гоблины, Кобольды, Орки, Тролли, Гноллы, Сахуагины и Ящеролюды, эти полулюди терроризировали население всего мира. Эти жестокие существа вторглись в цивилизационные круги людей, и жизнь начала терять свой блеск. После долгих исследований защитной магии и создания барьеров... наследие Альвов... начало работать, но тогда никакой помощи не было, поэтому люди планировали отбиваться. Эти исследования выполнялись, чтобы использовать секреты Альвов для создания новых воинов, «Спроектированных человеческих инструментов», крупномасштабного эксперимента, который создал веркотов, людоволков, лисохвостых, гибриды животных и расу Ритуалистов, измененных людей. Они были отправлены на фронт как человеческая раса, и здесь начинается человеческая битва за выживание.»

Когда он упомянул только Людей, Гномов, Эльфов и Альвов, Сироэ почувствовал себя неловко, но оказалось, что гибриды дебютировали отсюда. Веркоты, людоволки, лисохвосты и раса Ритуалистов были расами, созданными для битв с полулюдьми.

«Несколько стран Эрредо думали, что борьба безнадежна, и сдались. Они организовали большие флота судов, чтобы пересечь океан к новому континенту. Новый континент также имел полулюдей, но они выстояли и построили свою собственную страну в этом новом мире, и с силой своей веры родились «Древние».

...Новый континент, он должен иметь в виду континент Уэйна, или континент Америки в старом мире. Таким образом, в этом альтернативном мире американцы были обнаружены 300 лет назад.

Это должно быть адаптация истории Евразии и Азии, совпадающая с открытием континента в старом мире. Сиро попытался представить ситуацию на американском сервере, но он покачал головой и оставил эту мысль.

«За «Древними» существует несколько теорий, но определенно существует ряд из них, которые возникли в этот период. Что касается «Древних»... давайте поговорим о них в другой раз, сейчас я сосредоточусь на «Теории духов». Даже после использования большого количества ресурсов и методов, они не смогли остановить путь человечества к разрушению, то есть настолько были велики силы полулюдей. Мало того, последствия «Первого Мирового Сдвига» все еще оставались в этом мире. Я уже упоминал вначале, что число полулюдей не сокращается, независимо от того, сколько вы убиваете их. Даже если бы вы победили их, их души снова возродятся как полулюди, и снова, и снова... Это просто предположение, но их процесс возрождения фантастичен, так что это единственный способ понять это. Несмотря на то, что они являются полулюдьми, им по-прежнему нужен период времени, чтобы вырасти и развиваться. Если вам удастся убить большое количество из них, вы сможете ослабить их. Другими словами, погибшие полулюди рождаются ослабленными младенцами, и они не смогут присоединиться к войне осмысленно в течение нескольких лет. Но через три года они могут вернуться, полулюдей нельзя уничтожить, поэтому у нас нет шансов на победу.»

Это...

Разве это не проблема с системой респауна из игры «Elder Tales»? Сироэ хотел вставить замечание. «Elder Tales» была игрой, или была игрой раньше, если один игрок навсегда уничтожил всех монстров в зоне, не оставляя ничего для других игроков, это стало бы неутешительным опытом.

Таким образом, игра заставила монстров повторно появляться после определенного количества времени, предоставляя новых монстров игрокам. Если бы не это, более сильные игроки могли бы очистить всех монстров в зоне с учетом количества времени.

«Люди жили в страхе и отчаянии, молясь о чуде. Это был действительно темный период в мире, прошло уже 60 лет после поражения шести павших принцесс и «Первого Мирового Сдвига». Человечество впало в абсолютное отчаяние, бедность, голод и страх. Почти все были в ловушке в защищенных общинах или крепостях, каждый день живя в страхе перед получеловеческими или чудовищными атаками, некоторые даже думали, что это всего лишь вопрос времени, когда человечество исчезнет. Месть шести павших принцесс практически сбылась... В этот момент произошел «Второй Мировой Сдвиг», но он отличается от первого, так как в архивах о нем не нашлось практически никаких четких записей и наблюдений за ним. В конце концов, это был темный период в истории человечества, поэтому у них не было свободного времени, чтобы оставить записи. С объединенными усилиями людей, эльфов, гномов и многих Ритуалистов, они ссылались на священное заклинание призыва, некоторые религиозные тексты описывают это как «Божье спасение». Во всяком случае, снова произошел «Мировой Сдвиг», произошел он ровно 240 лет назад... Тогда появились Авантюристы.»

240 лет назад.

Появились Авантюристы.

«В истории нет ничего важного. Мощные Авантюристы были божьими вестниками для всего человечества. «Поля мертвых духов», «Король ада», «Джейд-трон дракона», всевозможные Кризисы, поразившие Ямато, были решены Авантюристами. Мир не стал мирным, но теперь он более стабилен и находится на пути к восстановлению.»

(И поэтому он связывает все с нашей текущей ситуацией...)

«Авантюристы... Теперь, когда вы упомянули об этом, РеГан-сан, вы, кажется, знаете обо мне. Откуда?»

Сироэ почувствовал себя обеспокоенным, задавая этот вопрос.

«Поскольку Сироэ-сама - архимаг, я чувствую, что среди авантюристов вы были бы тем, кто больше всего знаком с ситуацией.»

«Архимаг?»

Сироэ смутился, он не помнил завершения какого-либо грандиозного квеста, после которого он получил такой престижный титул.

«Сироэ-сама появился в истории 98 лет назад, есть другие давно живущие авантюристы, кроме вас, но с точки зрения частоты и активности, Сироэ-сама должен быть архимагом, я прав?»

(98 лет? Это как то...)

В этот момент он вспомнил, что время, которое протекало в «Elder Tales», шло иначе по сравнению с реальным миром. Если он правильно помнит, то в игре действовало 12-кратное ускорение, то есть два часа реального времени соответствовали суткам игрового.

В разуме Сироэ, казалось, загорелась схема. Когда он по ней пробежался, сравнивая время своего мира и историю этого мира... Если рассчитать этот путь, то 240 лет назад, когда произошел «2-й Мировой Сдвиг», было...

(...В этот день началось бета-тестирование игры.)

4-5

Когда они проснулись утром 4-го дня тренировки, на улице шел дождь.

Дождь, который начался посреди ночи, не прекращался и после наступления утра.

Это был только летний дождь, так что моросящие капельки были маленькими. Кроме того, окружающий их палатку лес плавно отводил воду, да и сама палатка стояла достаточно высоко.

(Но вход в подземелье не имеет ничего общего с погодой), подумала Минори, проверяя принадлежности.

Минори тщательно проверила свое оборудование еще после вчерашнего испытания, но она решила снова все проверить, пока это не уйдет из привычки.

(Видимо я... чувствую себя неловко.)

Из-за этого повторился подсчет ее зелий. Минори жалела, что чувствовала себя ребенком.

Она изо всех сил старалась вести себя тихо, но заметила движение в других спальных мешках, когда настало утро.

Всего было 4 палатки, 2 большие палатки были для 2 начинающих партий, 1 для инструкторов, а последняя была местом для хранения вещей и местом переодевания для дам.

5 членов команды Минори делили палатку с тентом у входа на улицу, поэтому она была довольно просторной.

«Утра...»

Исузу, которая спала рядом с ней, поздоровалась, когда она протерла глаза.

У Исузу были упрямые и жесткие волосы, в результате чего ее волосы позади головы были перемяты после ночного сна. Она тоже осознавала это, поэтому она всегда заплетала их. Но Минори думала, что ее волосы тоже были красивыми.

«Уже светло?»

Исузу посмотрела на вход в палатку уже полностью открытыми глазами. Ткань у входа была толще, но все еще можно было увидеть свет, льющийся снаружи.

«Да, немного темно из-за дождя, но уже рассвело.»

«Верно... Я чувствую себя такой сонной.»

«Потому что холодно?»

«Да...»

Исузу пробормотала что-то бессвязно и свернулась в клубок в спальном мешке.

Убрав свое снаряжение, Минори с улыбкой положила одеяло на Исузу.

(Другие, похоже, проснулись, но они не встают.)

На улице моросило, но вчера вечером у них был комфортный и прохладный отдых. Звук дождевых капель заполнил палатку, придавая ей устойчивую и сонную атмосферу тайного укрытия.

Монотонный звук дождевых капель, казалось, защищал их, это был их первый досуг после создания лагеря.

Снаружи показалась тень.

Минори повернулась и увидела, как Нянта всунул голову в палатку. Минори зашагала через середину палатки и подошла к Нянте. Потолок их палатки был достаточно высок, чтобы Минори могла без проблем стоять во весь рост.

«Доброго утра, ня».

«Доброго утра, Нянта-сан».

«Уже завтрак...»

Минори кивнула, соглашаясь с мягким голосом Нянты.

«Мы не можем есть на улице под таким дождем, поэтому завтрак будет из бутербродов со сливочным крабовым супом, пожалуйста, ешьте в своих палатках ня...»

«Ясно.»

Через несколько минут Нянта пришел, чтобы доставить завтрак.

Он дал ей достаточно бутербродов на 10 человек и полный горшок сливочного супа.

«Большое спасибо.»

«Ах, пожалуйста, ня, увидимся позже, ня».

Минори держала поднос с горшком и неловко поклонилась. Нянта помахал и вернулся под дождь, вероятно, чтобы доставить завтрак другой команде.

Минори осторожно положила поднос в середину палатки и подумала, куда положить горшок с супом. Затем она вспомнила, что у нее была лампа с подставкой, используемая для подогрева, в вещевой сумке, и решила использовать ее для горшка.

«Хммм, это завтрак?»

Минори нахмурилась: «Эмм, Тоя, твои волосы». Тоя просто ответил «Ммм...» без особых мыслей.

«Уже пора завтракать?»

«Тогда давайте поедим.»

Тоя медленно поднялся с постели, и Рундельхаус рядом с ним тоже проснулся. Кажется, он все еще разговаривает во сне: «Доброе утро, мисс Минори... вы так же красивы, как и солнце». После этого озадачивающего приветствия он задвигался ко входу в палатку.

«Рундельхаус-сан, снаружи дождь идет!» Минори предупредила его, но он пробормотал: «Я просто приведу лицо и одежду в порядок», после чего он ушел.

Серара вернулась, когда тент у входа палатки закрылся.

Минори не заметила, когда она вышла, и Серара с радостью поместила некоторые фрукты рядом с подносом с сэндвичами.

(Похоже, что она провела утро с Нянтой. Утреннее свидание?)

С помощью Серары Минори налила суп в миски. Разогретый суп разносил аромат супа-похлебки и, казалось, был восхитителен.

«Конечно, это высокое качество!»

Веселая Серара сказала, что она, вероятно, проверила вкус завтрака вместе с Нянтой. Минори подумала, что это действительно восхитительно, когда кукуруза и крабовое мясо так смешались.

«Уууу...»

Минори подняла Исузу, которая лежала свернувшись, как гусеница.

Минори вытащила из сумки расческу, когда Серара сказала: «Оставь остальное на меня» и взяла посуду.

На улице все еще моросило.

Партия наслаждалась завтраком в прохладную погоду.

Лежа лицом вниз, только верхняя половина тела Исузу была снаружи спального мешка, а Минори расчесывала волосы позади нее. С волосами Исузу было трудно справиться, и она сама жаловалась на то, что была такой беспристрастной. Но Минори подумала, что ее светло-коричневая коса хорошо подходит ей.

«Это мило.»

Тоя тихо прокомментировал, будучи одетый в футболку и шорты, и сидел, скрестив ноги на своем спальном мешке. Это не должно быть зрелищем, которое стоило показывать дамам, но в качестве предлога ему дали проход с тренировочным лагерем.

Рундельхаус сказал, возвращаясь: «Эй, завтрак такой же ароматный и замечательный, не так ли?» У него была освежающая атмосфера, вместе с которой он за короткое время исправил свою внешность, чтобы вернуться в свой обычный образ.

Исузу, нижняя половина которой все еще была в спальном мешке, сказала ему: «Руди, это довольно вкусно», и протянула ему бутерброд.

(Руди?)

Рундельхаус послушно взял бутерброд, укусил и сказал: «Вау, это салат из тыквы похож на деликатес». (Он казался таким хорошо воспитанным, он, должно быть, был из семьи высокого класса.)

Группа спокойно позавтракала.

Нежный звук дождя успокаивал взволнованные сердца группы. Когда группа вспомнила, что позже им придется бросить вызов подземелью, у них на сердце снова стало тяжело, и они потеряли свое настроение в разговоре.

Они упаковали оставшиеся бутерброды в обеденную корзину, 3 ароматных сэндвича были из свежих продуктов Нянты, любимым бутербродом Минори был фруктовый омлет-бутерброд.

На блюде остались фрукты, но все держали чашки супа и вздыхали. После сытной еды все были в полностью опустошенном психическом состоянии.

«Это...»

Сказал Тоя в этой тяжелой атмосфере.

«Хочешь больше супа?»

Серара спросила Тою, глядя на горшок.

«Нет... дело не в супе».

Сказал Тоя, пытаясь подобрать слова.

С взглядами на него Тоя неоднократно открывал рот и колебался, он, вероятно, не мог найти правильные слова, чтобы выразить себя. Тоя был плох со словами и так сильно колебался, это так было знакомо Минори.

Минори сразу поняла, что Тоя хотел сделать, когда их глаза встретились. Тоя хотел разбить текущую ситуацию, поощряя группу. Брат попытается защитить свою сестру и станет мишенью для группы? Минори видела это развитие ситуации.

Поскольку Тоя был настроен на предложение идеи, Минори должна была распланировать дальнейшее.

(Нет, это то, что «я» должна была сделать.)

«...Слушай, если у тебя возникнут какие-либо проблемы, не забудь двигаться вперед. Не ногами, но сердцем.»

Она вспомнила совет, который дал ей Наоцугу несколько дней назад.

Чтобы двигаться вперед своим сердцем, нужно было иметь мужество. Минори почувствовала, что она наконец поняла смысл этих слов.

Мужество не означало «не отступать от борьбы», а «волю, чтобы преодолеть страх в вашем сердце».

Минори поняла, что она остановилась из-за страха.

Из-за этого она решительно сказала:

«Ребята, давайте сегодня мы сходим в подземелье во второй половине дня?»

4-6

«А?»

Исузу испугалась.

«Что вы говорите, мисс Минори! Мы ведь здесь для тренировки, правильно? Приоритетом обучения должно быть как можно скорее отправиться в подземелье и накопить Опыт и поднять уровень, разве я не прав?»

Рундельхаус ответил с серьезным выражением.

«Но мы можем бросить вызов только один раз в день, и раньше мы смогли продержаться лишь 3 часа, так было вчера и накануне, верно? Если это так, мы достигнем тех же результатов, если мы войдем днем, верно?»

«Вы... Да, у вас есть аргумент, но мы не можем так долго бездействовать.»

Рундельхаус сказал это с едва сдерживаемыми эмоциями. Он, похоже, не мог этого принять.

«Я прошу это именно потому, что мы не можем оставаться такими всегда.»

«Минори-тян?»

Серара забеспокоилась, вероятно, думая, что Минори будет драться с Рундельхаусом. Минори чувствовала, что ее просьбы не слишком жестоки.

«Итак, все это утро...»

Слова Минори заставили Серару и Тою напрячься.

«Давайте будем не торопясь проводить время.»

Но напряжение было вдребезги разбито второй половиной предложения Минори.

«Мисс Минори, вы шутите?»

Рундельхаус встал прямо, в его голосе явно ощущался гнев. Его вежливый характер остался в стороне, а светлые волосы и красивое лицо оказались настолько пугающими, когда он злился, что сердце Минори немного сжалось от страха.

Но Исузу совсем не боялась Рундельхауса и сказала небрежно: «Руди, успокойся», чтобы облегчить его гнев.

Исузу была хороша в наблюдении за настроением, и иногда она могла даже слишком осознавать это. Поэтому ее действия смутили Минори, она вообще не боялась Рундельхауса.

«Скорее всего, говорить «не торопясь проводить время» будет не совсем правильно. Давайте для начала познакомимся.»

Минори осторожно выбирала слова и продолжила разговор со своими членами партии.

«Меня зовут Минори, уровень 21, 14 лет, принадлежу в этом мире к человеческой расе. Я сестра присутствующего здесь Тои, у меня самый низкий уровень в группе. И мне жаль, что я была бременем для этой партии.»

Рундельхаус слегка фыркнул на ее выступление, но Минори не возражала. Нет, должно быть, она не могла возражать.

«Мой класс - Каннаги, один из трех классов исцеления.»

«Мы знаем.»

«Нет, ты не знаешь.»

Рундельхаус попытался прервать ее рассказ, но Минори возразила со всей серьезностью.

«Ты не знаешь обо мне, и я тоже мало что знаю о тебе. Что тебе нравится, что ты ненавидишь? Ты предпочитаешь быть в центре внимания или держаться позади, я не знаю. Ничего не знаю. И потому, что я не знаю, даже если я хочу помочь... Я не знаю, с чего начать.»

«...»

Серара была полностью потрясена и напряжена. Она никогда не видела, чтобы Минори так сильно отвергала чьи-то слова, но Тоя не был встревожен. Исузу удивилась от неожиданности, но на ее нежном лице отразилась улыбка.

«Пожалуйста, расскажи мне о себе все. Я слабая, и если я не выслушаю и не запомню все, я не смогу поддержать остальных.»

«Что ты имеешь в виду под «всем»?»

Нерешительно спросила Серара.

«Буквально все. Например, что за огненный шар использует Рундельхаус-сан?»

«Это лавовый шар, Сфера Лавы, как его называют».

Небрежно ответил Рундельхаус.

«Хоть вы и говорите так, мне это ни о чем не говорит... Например, почему вы используете эту магию, а не другие заклинания? Вы знаете множество атакующих заклинаний, правильно?»

«Потому что это заклинание эффективно».

«Почему оно эффективно?»

Минори давила на него вопросами. Рундельхаус собрал свои мысли и ответил.

«Среди заклинаний, которые я знаю, это одно из самых мощных. И дело не только в этом, у него короткий срок каста – 2 секунды, и довольно хорошее время отката – 18 секунд. Это хороший баланс, позволяющий мне кастовать это заклинание каждые 20 секунд. Это не очень быстро, но раз в 20 секунд я могу несколько раз использовать это заклинание в битве. Более того, хотя это магия для атаки групп врагов, она принимает форму маленького шара Лавы, способного менять траекторию полета и пронзать врагов насквозь, при этом не цепляя Тою, который охраняет фронт. Это отличное заклинание.»

Минори внимательно выслушала его слова и кивнула.

«Подожди минутку, у нас в насмешках самурая есть короткий диапазон, и время его каста составляет 1,5 секунды»,

Спросил Тоя с недоумением.

«Что вы имеете в виду?»

«Это означает, что по мере того, как я двигаюсь к врагу, я использую навык «Вызов Самурая», чтобы заагрить его. Несмотря на то, что он не наносит урон, им кажется, что они получили весьма сильный урон, в результате чего они сосредоточат на мне всю свою агрессию.»

Серара тоже выглядел потерянной. Она поняла слова, но не вникала в основы концепции других классов, это был первый раз, когда она услышала об этих навыках.

«Хм...»

Рундельхаус продемонстрировал свое превосходное мастерство.

Это было необходимым знанием.

Если бы монстры сосредоточили свои атаки на дамагерах, им пришлось бы отвлекать свое внимание на большую угрозу, что означало бы нанесение еще более сильных атак по нападающим. Но для того, чтобы выдержать атаки от них, авангарду понадобится высокие Здоровье и Защита.

Тоя был танком, специализирующимся на атакующих врагах с его высокой защитой. Он был сильным в защите, но Рундельхаус был в два раза сильнее с точки зрения силы атаки.

Чтобы преодолеть это, танки должны были изучить навыки, которые могли бы удерживать агрессию врагов, несмотря на низкую силу атаки. Отличные танки должны обладать этими навыками, чтобы сосредоточить внимание врагов на себе.

Эти типы навыков были известны для всех как «насмешки». Они наносили им небольшой, но болезненный урон, создавая впечатление, что танк был наиболее опасным врагом для них.

«Несмотря на то, что все классы воинов обладают навыками насмешки, у каждого класса есть свои уникальные насмешки. Диапазон насмешек очень мал для самураев, около 3 метров. Речь идет о диапазоне ближнего боя, где вы можете поразить врага напрямую, и вам нужно привлечь врагов как можно ближе, прежде чем использовать насмешку. Требуется около 2 секунд, чтобы активировать навык и нанести удар врагу.»

Исузу слушала обсуждение с опустошенным лицом, для нее содержимое разговора было довольно сложным.

«Короче говоря, время каста Сферы Лавы и Вызова Самурая примерно одинаково, но Сфера Лавы имеет гораздо больший диапазон. Если оба навыка используются, когда противник окажется в пределах своего диапазона кастинга, первый удар нанесет Сфера Лавы, и скелеты нацелятся на Рундельхауса-сан.»

Такой был сделан вывод.

Навык насмешки, который использовал Тоя, не был эффективным в битве.

Если противник использовал атаки дальнего боя, он оказался бы вне его зоны поражения. Ранняя атака Рундельхауса привлекла бы внимание врагов до того, как в любом случае ударит насмешка.

«Если это так, значит, я не должен использовать Сферу Лавы?»

«Нет, просто задержись на 2 секунды, прежде чем бросать его».

«Разве это не значит, что мы просто потратим 2 секунды? В изящной битве задержка в 2 секунды может привести к смертельному удару».

Тоя и Рундельхаус продолжали спорить, и они становились все громче, хотя и не до такой степени. Из них, казалось, выходил пар.

«... Может быть... Именно поэтому существует Фуга Трусости?»

Исузу нерешительно перебила их.

«Исузу-неечан, о чем ты?»

Спросил Тоя с недоумением. Рундельхаус сказал: «Кажется, что что-то связаное с слабаками, мисс Исузу, это умение?»

«Фуга Трусости - это песня, которую я только недавно изучила. Это постоянная статусная бафф-песня. Постоянная статусная бафф-песня будет длиться бесконечное время после одного каста, хотя я могу петь только 2 песни одновременно. Что касается навыка «Фуга Трусости»... Его можно использовать, чтобы замаскировать урон членов партии, кроме воинов, чтобы наносимый урон выглядел незначительным.»

«Есть такое умение?» «Это правда?»

Тоя и Рундельхаус с удивлением воскликнули.

Они знали, что у Бардов было большое количество навыков поддержки, но они не ожидали, что у них будет такой навык.

«Ууу... Существует, этот навык существует»

Исузу была запугана ихним порывом и отступила. Она не понимала, почему они оказывают на нее такое внимание.

«Но это умение не увеличивает урон, уклонение или излечение, я всегда думала, что это бесполезный навык.»

И подобная реакция была нормой.

Минори была такой же. Если кто-то сказал ей, что это было умение, которое «маскировало урон, наносимы членами партий, кроме воинов, как незначительный», она бы подумала, что это бесцельное умение.

Но теперь они это знали, это был шаг вперед.

«Нам нужно больше узнать друг о друге.»

«Мисс Минори, я должен извиниться перед вами. Теперь я вижу, что я был слишком невежественным и поверхностным.»

Рундельхаус поклонился и извинился без колебаний.

«Нет, я тоже не знала об этом. Рундельхаус-сан, расскажи нам обо всех заклинаниях, которые у тебя есть. Не только название и эффект, но и то, что тебе нравится или наоборот. Или когда подходящее время для его использования. Или когда вы предпочитаете его использовать, расскажите нам все.»

«Все... мисс Минори, все будет хорошо?»

«Пожалуйста, не торопитесь, я уточню у вас, если я ничего не пойму.»

На улице шел дождь, но группа больше не обращала внимания на его шум.

Что они могли сделать, чего они не могли сделать.

В чем они были хороши, в чем они были плохи.

Группа Минори продолжала обсуждение до полудня.

Глава 5 - Атака

5-1

Сироэ ворочался в постели.

Был почти рассвет, и в темной пустой комнате царила тишина.

Занавески были закрыты, поэтому даже свет звезд не мог сюда попасть. Комната была наполнена мраком, так что не было разницы, открыты глаза или закрыты.

Сироэ вспоминал в темноте произошедшие события сегодняшнего дня.

Как и было предсказано, дворяне Лиги Свободных Городов Истель связались с членами Совета Круглого Стола для личной встречи по поводу различных просьб. Большинство из них надеялись на военную помощь, одолжение технологий или возможность подписать торговые соглашения. Они были более хитрыми и умными, чем предполагала группа Сироэ.

Если Авантюристы отправят им свою армию, они могли бы легко нарушить баланс сил между городами. Дворяне понимали, что они не могут потерять этот баланс, и многие из них знали о «Океанических Системах», «Фирме Родрика» и «8-й торговой улице», объединяющих свои ресурсы для создания прототипа корабля с паровым двигателем. Сироэ был удивлен этим, и он мог предположить из отчета Акацуки, что у дворян было много шпионов в Акибе.

Это означает, что они были в центре внимания.

Акиба не фильтровала какую-либо информацию в глазах общества, поэтому из нее было легко собрать разведданные. На этом этапе не было настоящих секретов, но технология создания парового двигателя и связанные с нею технические знания требовали высокоуровневых кузнечных и механических подклассов. Даже если подобная информация просочится, другие страны все равно не смогут подражать им в ближайшее время.

Сироэ, Мичитака и Красти провели встречу и пообщались с другими членами Совета Круглого Стола через телепатию, чтобы обсудить работу с Лигой. Подписание соглашения о свободной торговле продуктами питания не должно иметь никаких недостатков.

Акиба не могла обеспечить достаточное питание для себя, и им не хватало риса, пшеницы, картофеля, таро[✱]Cybernetik: Здесь информация касательно Таро, если кому интересно ru.wikipedia.org/wiki/Таро_(растение) и всех видов бобов. Подписание контракта на открытие торгового маршрута было выгодным для Акибы. С другой стороны, Акиба будет экспортировать приправы относящиеся к категории продуктов питания.

Соль, сахар и все виды специй были специализацией Акибы, но обработанные продукты для приправ, такие как соевый соус и другие соусы, можно было сделать, используя знания старого мира подклассами пивоваров.

Некоторые просьбы дворян могли быть приняты только с дополнительными условиями, или они будут учтены для дальнейшего обсуждения. Количество отказов в несколько раз превышало количество принятых запросов. Это был необходимый процесс для Акибы, чтобы провести черту там, где они стояли перед многочисленными просьбами и проблемами.

По сравнению с встречами с дворянами Лиги, разговор с РеГаном оказал гораздо большее влияние на Сироэ.

(Я не могу успокоиться...)

Сироэ снова перевернулся и начал размышлять.

РеГан не был раздражающим человеком, и Сироэ даже считал его замечательным, мудрым и остроумным исследователем, но что касается доверия... Он мог бы не заслуживать доверия, но Сироэ не думал, что он лжет.

Но история мира, о которой он упомянул, сделала эмоции Сироэ неустойчивыми.

Мировой Сдвиг.

Теория Духа.

Как исследователь магии мирового уровня, РеГан, казалось, занимался только этими двумя частями.

РеГан упомянул о духовной проблеме, связанной с теорией духа. Сироэ не был экспертом, он не мог понять технические детали, но объяснение было вполне вразумительным.

Обычно духовная энергия людей и полулюдей была известна как «духи». Дух не был отдельной личностью, он состоял из двух связанных энергий: «Душа» и «Сущность».

По словам РеГана…

«Душа» - это энергия, которая питала ум, то есть разум человека лежал в Душе. Чем сильнее была Душа, тем сильнее и более решительным было бы сердце. Это также повлияло бы на силу магии, поэтому «MP», или Мана была проявлением Души.

«Сущность» - это энергия, которая двигала тело. Сила тела лежала в Сущности. Чем сильнее Сущность, тем сильнее будет тело и его духовная способность. Бойцы, специализирующиеся на оружии, могли использовать эту энергию в битве. «HP», или Здоровье было частью проявления Сущности, но его большей составляющей частью была «Ки».

Когда люди теряют способность сражаться, они не могут двигаться. В этот момент разум все еще существовал, но уже был отделен от тела. Сущность и тело, контролирующее пять чувств, которые были связаны с внешним миром, перестали бы передавать информацию Душе и разуму, после чего разум погибшего затягивало во тьму.

Когда Сущность начинала рассеиваться, как было описано выше, Сущность была источником энергии для тела... Ки. Более сильным и более высокоуровневым телам потребуется больше времени, чтобы Сущность рассеялась. Более низкие уровни или хрупкая Сущность рассеялись бы в течение нескольких минут, но сильной Сущности потребовалось бы полдня, чтобы рассеяться. Этот процесс получил название «Рассеивание сущности».

Когда целители кастовали магию воскрешения, она использовалась на теле в подобном состоянии. Подобный метод собирал Сущность, которая рассеялась по области, восстанавливал ее и отправлял обратно в тело.

Если во время процесса восстановления не хватало Ки, целитель должен был поделиться своим собственным Ки. Информация, необходимая для реконструкции, бралась из тела павшего и рассчитывалась путем обратной инженерии. Если в расчетах была какая-либо ошибка, это привело бы к тому, что воскрешенный игрок потеряет Опыт, но это было неизбежным повреждением данных.

Если Воскрешение не было использовано, и Сущность полностью рассеялась, тело не сможет сохранить свою форму. В физическом плане тело начнет разлагаться, что для Людей Земли будет смертельно... Да, воскрешение, оказывается, работает на Людях Земли. Но срабатывало оно лишь сразу при наложении после смерти.

С другой стороны, когда Авантюристы прошли весь путь через процесс «Рассеивания Сущности», или Авантюрист сам пожелал этого, тело и экипировка рассеиваются в легкие частицы и отправляются в собор, используя силу Души. Затем тело будет автоматически восстановлено, собор обеспечит поток Ки для восстановления Сущности. Закончив восстановление тела, Душа сливалась с телом, и воскрешение было завершено.

Эта чудесная способность требовала рассеивания энергии Сущности и Души, которая приводила к повреждению данных и потере Опыта... Но Авантюристы вернутся к жизни, если они умрут, и они обладали бессмертным телом.

Согласно исследованиям РеГана, такова была механика смерти в этом мире, и механика того, как авантюристы возвращались к жизни.

«Это очень похоже на систему возрождения полулюдей.»

Сказал РеГан.

«Когда умирает получеловек... Эх, в данном случае, когда он войдет в состояние Рассеивания Сущности, их тело разложится точно так же, как и тела Людей Земли, их труп и экипировка развоплотятся. Но их Душа немедленно возродится в другом Теле, даже если оно имеет 10-летний период роста, оно все равно будет бессмертным перевоплощающимся телом.»

Это было ужасно.

Но это была гипотеза РеГана и его Учителя, большинство Людей Земли не знали об этой теории. Если теория окажется правдой, то с полулюдьми будет труднее иметь дело, чем предполагалось ранее.

Итак, были ли у полулюдей воспоминания о прошлых жизнях? Этот вопрос задал Сироэ.

«Я не могу гарантированно ответить, но есть два фактора».

РеГану было трудно ответить, стараясь выбрать слова поточнее.

«Во-первых, разум пребывает в Душе, у полулюдей и Авантюристов есть Души, которые существуют вечно. Психика, личность, амбиции, характер и подобная информация должны храниться в Душе вместе с воспоминаниями или, по крайней мере, большая часть ее сохраняется в Душе, это уже доказано. С другой стороны, у нас также есть доказательство того, что воспоминания хранятся в мозгу тела. Тело - это область Сущности, поэтому, другими словами, воспоминания хранятся как в Сущности, так и в Душе в целом. Исходя из этого, когда тело переходит в Рассеивание Сущности или когда начинает восстанавливать Сущность в процессе воскрешения, я могу сделать вывод, что память повреждается. И факты подтверждают это, поскольку воспоминания оказываются несовершенными или утерянными после смерти.»

«Душа - это также то место, где лежат эмоции. Даже для бессмертного тела опасен яд из страха, отчаяния и лености. Полулюди, вероятно, прокляты первым «Мировым Сдвигом», в результате чего их души искажаются. Разум в этом состоянии мог бы сохранить воспоминания, но все же они теряют способность свободно сохранять воспоминания и узнавать, кто они такие. Это похоже на шизофрению или просмотр вашей собственной памяти, как события не связанной с вами истории.»

Если это так, значит, смерть...

В этом альтернативном мире смерть не была безопасной.

Это был ужасный факт.

Нет, все было всего лишь гипотезой.

Но Сироэ воспринял это как факт, чтобы успокоить сомнительные голоса в уме. Не нужно было использовать логический вывод, он знал через инстинкт. Смерть пришла с риском, и все таки не было такой вещи, как неограниченная жизнь в мире.

(РеГан говорит, что память хранится как в мозге, так и в душе...)

Сироэ не верил абсолютно всему в магических теориях Мудреца, но он все еще думал о чем-то.

Он напомнил о разработке игры «Elder Tales», нет, это должно быть создание и структура всех онлайн-игр. Игроки, такие как Сироэ, сидели перед компьютером дома и входил в мир «Elder Tales». Онлайн-игры были в основном структурированы таким образом для развлечений.

Если бы это было так, не был ли интровентный студент из реального мира, «Сирогане Кей», тем, кто играет роль «Души»?

Даже если персонаж погиб, игрок «Сирогане Кей» не умрет, ему просто нужно было выбрать вариант воскрешения, и Сироэ снова сможет участвовать в приключениях.

Заимствуя теорию РеГана, все воспоминания находились в «Сирогане Кей», в то время как «Сироэ» был всего лишь телом.

Но это было в то время, когда «Elder Tales» была просто игрой.

Из-за эффекта какой-то неизвестной магии Сироэ теперь использовал тело «Сироэ», чтобы существовать в этом альтернативном мире.

Проще говоря, Душа Сироэ существовала в этом мире, а не хранилась в безопасности перед компьютером в старом мире. Непрерывность воспоминаний уже не была гарантией, смерть беспощадно вредила душе Сироэ.

Сироэ вызвал свой экран статуса.

На экране отобразилось количество раз, когда он умер.

Число было довольно высоким, что отражает длительный игровой опыт Сироэ.

Но Сироэ еще ни разу не умирал после «Катастрофы». Он думал, что смерть была пугающей, и даже если он мог возродиться, это все еще создавало чувство страха... Это должно быть то же самое для других членов «Log Horizon».

Он не был уверен в том, сколько воспоминаний они теряют после смерти.

Он мог только надеяться, что не слишком много.

Если смерть привела бы к серьезной потере памяти, Акиба уже была бы в хаосе. Симптомы были, вероятно, настолько незначительными, что одна смерть не обладала бы большим эффектом, или воспоминание могло быть потеряно выборочно из несущественных воспоминаний, чтобы сам утративший даже не заметил этой утраты.

Потеря может быть настолько маленькой, что она ничем не отличается от рассеянности.

(Несмотря на это, я не могу сказать им об этом.)

Он не сказал об этом Мичитаке и Красти.

Сироэ также попросил Акацуки держать это в секрете.

В один прекрасный день им придется сказать это, в конце концов, это проблема, которая коснулась всех игроков.

Сироэ снова повернулся в темноте.

Мрак погружал его в сильную депрессию.

5-2

«Патрульные приближаются, позвольте мне проверить... Пятеро? Примерно через 10 ударов.»

Исузу, которая высунула голову из арки, сообщила остальным.

(Хм, 10 ударов... Значит 20 секунд?)

Это была первая гробница на правом пути «Леса Рагранда». Просторный тоннель опускался вниз и вел в эту комнату. Она была около 5 метров в диаметре, без дверей, только арка, соединяющая комнату с коридором.

Группа Тои скрыла свое присутствие и спряталась в этой гробнице с несколькими каменными гробами.

В коридоре патрулировали 5 скелетов. Это был доклад лучшего разведчика в партии, Исузу. Исходя из их опыта ранее, среди них должен быть один с оружием дальнего боя.

«Давайте действовать в соответствии с планом».

Тоя сказал тихим голосом, остальные 4 кивнули головами и рассредоточились по комнате по мере того, как они планировали, все проверяли свое снаряжение под рукой.

(Нет проблем, все так же, как мы и обсуждали заранее. Мы определенно сможем это сделать. Мы не можем продолжать делать ту же ошибку... Мы не можем продолжать проигрывать.)

Тоя подумал в своем сердце.

(Нет, мы не можем сражаться, как раньше!)

Сегодняшняя битва будет отличаться от вчерашней. Вы могли бы сказать, просто взглянув на лица всех, что у них есть решимость заставить план действовать.

Это был 5-й день рейда в подземелье.

В конце концов, группа не попала в подземелье в этот дождливый день.

Группа Тои вела свои обсуждения до полудня, все задавали вопросы и объясняли свои навыки. Кто-то предложил им изучить навыки в действии, чтобы понять их, поэтому они пошли в лес, чтобы продемонстрировать их. Они могли сделать это в подземелье, но они часто сталкивались с врагами внутри и не имели бы времени, чтобы разъяснить любые вопросы на месте.

В мире «Elder Tales» в природе было много монстров и диких животных. Племена полулюдей, такие как гоблины, орки и ящерицы, были силой, обитавшей в руинах этого мира, и они были также многочисленны.

Несмотря на то, что было много монстров, открытый мир, по которому они путешествовали, также был очень обширным. «Elder Tales» использовал проект «Полу-Гайя», уменьшающий мир наполовину, но при этом оставляя намного более обширный мир, чем в обычных MMO-играх или RPG для домашних консолей.

Если вы не совершали набег на гнездо монстров, или не охотились на монстров, привлекая их внимание, скорость передвижения монстров была довольно низкой. Обычно после окончания боя было бы достаточно времени для отдыха и восстановления до следующего боя.

Но плотность монстров в подземельях была иной, так как это была их база и крепость. По сравнению с внешним миром, в гораздо меньшем и узком пространстве может быть до нескольких сотен монстров, преследующих вас в темноте. Игроки не могли игнорировать эту возможность.

Таким образом, битвы в подземельях будут непрерывно продолжаться друг за другом, а время между боями было намного короче, чем во внешнем мире. Если они много раз сражались с короткими перерывами для отдыха, Мана быстрее бы утекала. У большинства навыков самурая было долгое время отката, и они не могли ждать, когда умение откатится, прежде чем столкнуться с другой битвой.

Также была, уникальная для подземелий проблема, связанная с освещением и ограничением движений из-за ограниченного пространства.

Битва во внешнем мире обычно начиналась, когда вы были на расстоянии 10 метров или дальше от врага. Причина заключалась в том, что группы могли видеть друг друга издалека.

Но в подземельях вы можете столкнуться с врагом, едва повернув за угол или войдя в комнату.

Все эти элементы делали битвы в подземельях гораздо сложнее, чем битвы во внешнем мире. Победить врага определенного уровня в подземелье требовало гораздо большего мастерства, чем победить того же врага во внешнем мире.

За последние дни партия Тои подтвердила, как тяжело сражаться в подземелье.

И из-за этого им нужно было тщательно выяснить способности каждого.

Не только уникальные особенности каждого навыка, но и последовательность и комбинации также имели много разновидностей. Было бы много вопросов, например, сколько дополнительного урона наносит навык «Гармония Кэрол»? Какова была вероятность его активации?

Каков был поражающий диапазон меча, который сбивал окружающих врагов? Сколько урона это вызывало? Каждый вопрос казался простым и незначительным, но было много последовательностей и комбинаций, которые давали бы неожиданные результаты.

Вечером объяснение навыков закончилось, и следующий вопрос заключался в том, как использовать каждое умение.

В этот момент Минори выступила в качестве организатора патрулирования, формирования, оператора и полевого монитора.

Звуки трения и шагов приблизились.

Скелет был примерно в 5 метрах от него, Тоя показал остальным руку, и они кивнули, выражая готовность.

Тоя огляделся вокруг него и без колебаний ворвался в коридор. Как сообщала Исузу, перед ним находилась группа из 5 патрульных скелетов. Тоя вытащил свой клинок и использовал «Вакуумный разрез» на группе. Глубокая красная ударная волна вылетела и изогнулась в воздухе, слегка ранив руку скелета.

После подтверждения удара Тоя тут же рванул в гробницу, не оглядываясь назад, убегая в самый глубокий угол. Ясный звук костей, ударяющихся друг об друга, был хаотичным и пронзительным. Шаг патрульных был ритмичным, но, обнаружив враждебность, они достигли скорости убегающего всего за несколько секунд.

Скелеты, мчащиеся в гробницу, были абсолютно черными, создавая ауру смерти. В их темных глазницах горело зеленовато-белое пламя.

5 скелетов прошли через арку, 4 из них пошли в сторону Тои в глубины комнаты, а 1 лучник остался у входа.

Но все было так, как они и планировали.

«Я оставляю эту сторону вам, ребята!»

Как будто она действовала по реплике Тои, Исузу пронзила ее двуручным копьем лучника-скелета, когда Минори наносила удары ножом.

Атаки двух дам нанесли урон скелету-лучнику, но они не смогли остановить его. Эти типы нежити не будут вздрагивать от любой атаки, если она не будет фатальной.

«...Поскольку ты только один, у меня есть что-то более подходящее, чем Сфера Лавы... попробуй силу элегантного волшебника! Молниеносная камера!»

Чувство, похожее на спазм, заставило Исузу и Минори отступить.

В мгновение электричество изобразило символ 5-конечной звезды, а лучник-скелет был заключен в клетку из фиолетовой молнии. Молния, брошенная Волшебником, отскакивала от потолка и пола, и в итоге лучник рухнул грудой костяшек.

«Отлично!»

Тоя ухмыльнулся, увидев эту сцену, пока он сражался с четырьмя скелетами спиной к стене, отказываясь отступить от боя. Серара отвечал за его исцеление.

«Здоровье на 84%, он может выдержать это!»

Исцеляющее Сердцебиение было исцеляющим некоторое время заклинанием. В сочетании со случайным заклинанием

«Исцеление» Тоя смог противостоять атакам 4 скелетов с его Здоровьем более чем на 80%.

Но это все равно было больно.

Точечный удар скелета был опасным, если не было исцеляющей поддержки, так что он не был уверен, сможет ли он продержаться больше минуты. Но исцеление Серары поддерживало Тою в этой битве.

«Минори, пожалуйста, поддержи, сестрица Исузу, братец Руди, пожалуйста, подготовьтесь к атаке!»

Члены партии откликнулись, подтверждая, что они услышали Тою и заняли свои позиции. Минори направилась к входу, а Рундельхаус и Исузу двинулись за скелетами, которые были сосредоточены на Тое.

«Похоже они окончательно разъярились?»

Рундельхаус свысока смотрел на скелеты.

«Да, было достаточно времени, поэтому я дважды использовал «Самурайский вызов» на каждом из них, теперь они не так легко переагрятся на тебя».

«Хорошо, теперь я могу атаковать без опасения!»

Рундельхаус начал немедленно зачитывать свое заклинание атаки.

И Исузу тоже. Она начала кастовать свою магию позже, но закончила перед Рундельхаусом. Она вонзила копье в землю, и колокольчики на ее копье начали звенеть, звуковая волна прошла через скелетную группу.

«Я проверила ситуацию в коридоре, патрульных не обнаружено. Рундельхаус-сан, пожалуйста, сделай это!»

«Оставь это мне, мисс Минори! Сфера Лавы!»

Рундельхаус запустил свое заклинание, как по указанию Минори, на кончике пальца появился сжатый камень, похожий на расплавленную магму.

Тоя снова использовал Вызов Самурая.

Урон атаки Рундельхауса был очень высоким, Тое пришлось снова привлечь к себе монстров, чтобы сосредоточить на себе внимание.

Он уже несколько раз использовал навыки насмешки, но он снова активировал его, чтобы обеспечить остальным безопасность. Тоя был самураем, и в его голове появилось изображение спины Наоцугу.

«...Тоя, долг авангарда - танковать все атаки врагов и доверять своим союзникам, верно? Это клятва между мужиками, хорошо?»

Тоя с непоколебимыми глазами уставился на группу скелетов. Рундельхаус, стоявший за группой, зачитывал свое заклинание, чтобы превратить свою магию в разрушительную силу.

Кипящий лавовый шар залил оранжевым светом комнату, наполнившим комнату теплом и заставляя выглядеть ее мистической. Шар вырвался из его рук и пронзил крайний левый скелет, отскочил от воздуха и пронзил тело второго монстра.

Маленький отскакивающий шарик смерти неоднократно пронзил и разгромил тела скелетов своей разрушительной силой. Рундельхаус запустил вслед за ним заклинание широкого поражения «Ледяной Ветер».

«И так все кончится. Все вы, вернитесь в темный мир, который вам подходит!»

Охлаждающий ветер заставлял скелеты кучками оседать на землю.

Звуки битвы внезапно исчезли, и гробница была наполнена задыхающимся дыханием группы.

Тоя держал свой меч наготове, Рундельхаус держал свой посох, который все еще накапливал магию, и Серара рефлекторно скастовала исцеление, чтобы подготовиться к следующей битве.

Все смотрели на Минори у входа.

Минори внимательно осмотрела туннель, прежде чем повернуться лицом к членам своей команды.

«Подкреплений нет, бой закончился.»

Эти слова успокоили их.

«Хмп, так и должно быть».

«Это был довольно сумасшедший способ справиться с этим!»

«Да, спасибо всем за вашу тяжелую работу!»

Минори и Тоя посмотрели на улыбки своих товарищей и ударили кулаками.

5-3

Все в команде работали не покладая рук.

Лицо Минори расслабилось в улыбке, когда она подумала об этом.

Команда Минори исследовала подземелье 7 часов в течение 5-го дня подземелья, сражаясь 22 раза, один раз сразившись с двумя вражескими патрулями одновременно. Она думала, что их способ справиться с битвой был в несколько раз быстрее, чем 2 дня назад.

После каждого боя был короткий отдых.

Короткий перерыв обычно состоял в том, чтобы вылечить их HP и снять дебаффы, а также полностью восстановить их Ману. Но для них этот отдых имел другое значение.

Группа проводила проверку после боя, отмечая выделяющиеся части и ища способы их улучшить. Это было время, чтобы обсудить следующее место битвы и план подготовки к следующей битве.

Первым было подтверждение боевой формации.

Тоя был крепким авангардом-самураем, поэтому ему нужно было сосредоточить атаки врагов на себе, это была самая основная тактика, но этот очевидный ход потребовал сотрудничества всей партии.

«Как вы его составите, чтобы члены партии, кроме Тои, могли двигаться?» Если вы никогда не рассматривали это, прежде чем совершать свой ход, Тоя не смог бы привлечь внимание врагов.

Следующим был контроль информации, это была задача мониторинга HP всех членов партии. В реалистичном «Elder Tales» было трудно подтвердить статус друг друга в разгар битвы, тем более для бойцов ближнего боя.

Теперь это был здравый смысл в альтернативном мире.

На этот раз в партии было 2 целителя.

Это означает, что у них будет преимущество быстрого восстановления HP, но у него был один слабый момент.

Если оба целителя работали вместе с одной и той же целью, они могли быстро восстановить HP. Но это также может привести к чрезмерному исцелению цели, пустой трате маны и времени.

Если бы были другие жертвы, основное заклинание Минори и Серары могло застрять в откате, что привело к пропуску в исцелении... Это может принести больше вреда, чем пользы.

После того, как Минори и Серара обсудили это, было решено, что Серара будет нести исключительную ответственность за управление HP Тои. Если бы она нуждалась в помощи, Серара попросит Минори помочь.

Минори, которая была свободна от исцеляющих обязанностей, вызвалась действовать в качестве полевого оператора поля битвы. Эта обязанность включала в себя резерв для исцеления или нападения, а также наблюдения за окружающими зонами в случае появления любых подкреплений противника.

С этим назначенным постом шанс того, что битва станет массовой, как раньше, снизилась до минимума. Если они смогут обнаружить подкрепления заранее, они смогут увеличить количество исцеляющих заклинаний или изменить магию поддержки, чтобы подготовиться.

План патрулирования с максимальной осторожностью был формацией, которую они могли использовать при движении, поддерживая боевое формирование, а также разведку во всех направлениях.

Команду возглавили Тоя и Минори в качестве охранников.

Двое из них были близнецами, поэтому они могли наблюдать слепые пятна друг друга и обнаруживать приближающегося противника, а также чувство битв. Членом, который лучше всего скрывал свое присутствие и разведку, была Исузу, которая следила за обоими близнецами и искала признаки опасности во всех направлениях. Если бы это было необходимо, она бы вела разведку в одиночку.

Двигаясь в этом образовании, Серара сможет контролировать HP партии, в то время как Рундельхаус сможет сосредоточиться на восстановлении своих MP. Серара была главным хилером, главным дамагером был Рундельхаус, основным моментом в этом плане Минори было позволить двоим из них сосредоточиться на своей работе.

Это были 4 основных момента, которые Сироэ разъяснил Минори о команде, продвигающейся в подземельях. Это была не игровая система, это была изобретательность и опыт Авантюристов.

Но Минори не знала значения этих основных пунктов в начале. Даже если бы вы могли объяснить это словами, это было бы бессмысленно, и вы бы не поняли, поэтому Минори не говорила об этом.

То, что ей нужно было сделать, было очень просто.

Нужно было показать ваше намерение и обсудить его.

Если вам нужна помощь, просто скажите «пожалуйста, помогите».

Если вы исцеляете, просто скажите: «Я исцелю вас».

Если противник приближается, просто скажите: «Враг близок».

«Приоритет на враге дальнего боя», «Оставь его мне» или «Моя мана может продержаться еще два заклинания», просто скажи все, что у тебя на уме.

Это были простые вещи, только это позволило бы вам победить врага один за другим. Сражения ранее казались иллюзией.

Это были не дружеские или лицемерные слова, вызывающие озабоченность, это была техника, необходимая для выживания.

Команда, которая не могла помочь друг другу, была похожа на ограничитель вашего собственного потенциала. Авантюристы, такие как Минори и другие, должны помогать друг другу, чтобы победить врага, так работал этот альтернативный мир.

С другой стороны, этот метод выходил за рамки дружбы и заботы, это было что-то теплое и святое. На поле битвы, где секунды означали разницу между жизнью и смертью, если вы просили о помощи, вам нужно было сказать прямо, или если вы могли предсказать необходимость ваших товарищей, то помогите им. Вам нужно заранее знать друг друга и обладать знаниями и пониманием всех навыков, которые у них были.

Сражаться перед комнатой? Или развернуть линию фронта еще до того, как начать бой? Начать битву исподтишка? Или атаковать их в открытую? Могли бы вы представить себе сцену победы? Как это выглядело? Вы хотите, чтобы ваш участник партии справился с этим?

Группа Минори сосредоточилась на всех возможных вопросах и поделилась своими собственными ответами. Это была строгая проверка того, насколько хорошо вы знали своих товарищей по команде. Поскольку группа Минори медленно прошла тест, 5 молодых авантюристов стали настоящей партией.

«Ах, Минори, у тебя весь нос черный.»

Исузу громко рассмеялась.

Когда они покинули подземелье, последние лучи света освещали лес. Уже был вечер, небо должно стать алым примерно через полчаса. Исузу указал на нос Минори на солнце.

«Это пыль? Или паутина?»

Изузу сердечно рассмеялась над Минори, но ее кожаные доспехи и лоб были также пропитаны потом и покрыты пылью.

(Но ее улыбающиеся глаза такие ясные, такие красивые.)

Минори достала ткань из своей сумки и с улыбкой передала ей: «Ты тоже». Исузу торопливо вытерла лицо и показала разочарованное выражение, глядя на грязную ткань.

«Ву, я черная?»

«Ты не настолько грязная, но хочешь сходить на пруд?»

«Хорошо, а... Серара-чан, пойдем вместе, хорошо?»

Исузу пригласила Серару, которая шла впереди.

«Чего, Минори, вы тоже собираетесь на пруд?»

Тоя, который вел путь, услышал разговор и обернулся. Похоже, он обсуждал с Рундельхаус о том, чтобы помыться там.

«Уоо, но мы все потные...»

«Сначала дамы. Тоя-кун, просто подождем».

Рундельхаус утешил Тою.

Рундельхаус также был покрыт сажей, испачкав его красивое лицо. Его блестящая туника также утратила свою яркость.

Сегодняшнее исследование было огромным прогрессом.

Они даже дошли до мастерской в самой глубокой части маршрута справа.

В мастерской были печи, горящие магическим огнем, и воздух был густым от дыма. Мертвые стали скелетами и работали так, как им приказали.

Монстром, контролирующим скелеты, был «Пылающий мертвец». В отличие от обычного скелета, он излучал синее пламя подземного мира из каждого сустава, он был сильным врагом, который мог использовать магические атаки. Но группа Минори позаботилась о стражниках, одним за другим, и прикончили его блиц-атакой.

Но из-за битвы в дымной комнате они теперь были грязными.

«Почему бы нам не пойти вместе?»

«Это... Исузу-чан!»

Исузу небрежно произнесла подобные слова, на что Серара мгновенно запаниковала, махая руками и отрицая подобную возможность. Исузу поняла причину, по которой она была взволнована, и она также начала паниковать и объяснять:

«Я не имею в виду мыться вместе! Мы можем помыться на другом краю пруда, прикрытом деревьями, в то время как Тоя-кун и Руди могут использовать пруд с другой стороны, вот что я имею в виду!»

Исузу объяснила в панике, на что Серара ответила: «Это... Тогда все в порядке». И попыталась скрыть все улыбкой.

«Минори, как насчет этого?»

«Если вас не затруднит, Тоя.»

Близнецы пришли к консенсусу и немедленно сменили одежду из своей палатки. 5 из них весело побеседовали, когда они подошли к пруду.

Тема была о сегодняшних битвах и тактике.

Пылающий мертвец был 24-го уровня, вероятно, самым сильным врагом на правом пути. Сироэ упомянул, что враги, с которыми вы могли безопасно сражаться, должны были быть на 5 уровня ниже среднего уровня вашей партии. Средний уровень партии Минори был чуть выше 24, поэтому противники, с которыми они могли бороться без особого риска, были 19 уровня. Это означало, что они выиграли бой со сложностью намного выше этой планки.

Команда обрадовалась, когда они поняли этот факт.

Победив врага того же уровня только с партией из 5 человек, это был отличный результат. Они были удивлены, когда получили магический предмет в качестве добычи.

Но то, что сделало их наиболее счастливыми, состояло в том, что обычные битвы с толпой шли очень гладко. Либо заманивая врага в угол или беря на себя инициативу атаки, нанося удары, когда они имеют преимущество с рельефом и положением. Важность этого была более важной, чем они предполагали.

Они усвоили важный урок для наблюдения друг за другом.

(Мы сейчас настоящая команда.)

Минори улыбнулась про себя.

Она была так счастлива, что ей наконец удалось понять смысл слов Сироэ.

Не только уровни.

Если вы хотите стать сильнее, ключом были не только уровни.

Чтобы сражаться в этом мире, вам нужны были компаньоны.

Если вам нужны компаньоны, вам нужно проявить инициативу, чтобы поговорить с ними, продолжать взаимодействовать с ними. Это было сокровище, в котором вы не могли пройти через сильные навыки или высокие уровни.

Ее дни в «Хамелине» медленно забывались.

Дни, которые она была вынуждена проживать, не могли привести ее к этим высотам, это было то, чего вы не смогли бы получить путем монотонной прокачки.

«Ми-но-ри? Быс-трее!»

Исузу прыгала и махала в глубине леса. Минори весело откликнулась и побежала к пруду, повернувшись спиной к красному вечернему свету.

5-4

(Хооо...)

Сироэ держал стопку бумаг в кожаном файле.

Он разбирал всевозможные документы.

Отчеты, результаты расследования, собранные данные... У них были всевозможные имена, но в них все документы были сложными. В них входили записки, написанные Акацуки и другими членами Совета Круглого Стола, и Сироэ ежедневно разбирал информацию.

Потому что они должны были быть готовы к неожиданностям, когда встречались с Людьми Земли.

Эти кусочки бумаги хранились в большей и более безопасной папке и тоже стали документом. Примерами были формы запросов от гильдий, договоров аренды, контрактов, долговых расписок, писем с разрешениями...

Сироэ был Писарем, его способность заключалась в том, чтобы делать копии документов, книг и создавать проклятия[✱]Cybernetik: Curses, т.е. проклинать, ругать, отлучать, мучать… Короче, выбрал первый вариант, но если найдете правильный вариант перевода, подходящий под перечисление в тексте, буду очень благодарен., технические руководства или карты.

Независимо от того, насколько сложна литературная статья, он мог скопировать ее за 10 секунд, если бы знал метод производства.

Но как и у шеф-поваров, у писарей также были новые возможности. Сироэ хотел провести исследования в этой области, но он был загружен работой Совета Круглого Стола и не добился в этом значительного прогресса.

Это была комната, предоставленная Сироэ в Древнем Дворце Вечного Льда. Он вытянул спину за своим столом. Солнце уже село, но комнаты во дворце были освещены магическими источниками света, и до сна перед выходом на рассвете прошло довольно много времени.

Сироэ достал карту Лиги Свободных Городов Истель из другой папки. Карта была не только хорошо сделана, но и заполнена заметками и наклейками, написанными Сироэ.

Он чувствовал, что его подкласс Писарь был очень полезным, самой большой помощью этого класса была возможность делать качественную бумагу.

Качество бумаги в альтернативном мире было очень низким, вы часто могли увидеть пергаменты во время поездок и приключений. В некоторых местах даже использовалась бумага, похожая на кору дерева. Способность Сироэ позволяла ему создавать магические инструкции, карты и документы.

Эти предметы были перечислены как волшебные предметы в настройках игры и не могли быть сделаны из любой бумаги. Продукты высокого уровня требовали соответствующих уровней материалов, в том числе бумаги и чернил. Писари также имели возможность создавать специальную бумагу и чернила, которые были ингредиентами для создания таких магических предметов. Сироэ держал в инвентаре множество подобных предметов.

Не нужно было использовать высококачественные ингредиенты, чтобы делать обычные записные книжки, просто обычных ингредиентов было бы достаточно, чтобы создать качественную бумагу, на которой было легко писать.

Важность бумаги заключалась в ее толщине, однородности и чистоте, качество чернил - его долговечностью от светового воздействия, равномерности, скорости высыхания и яркости цвета.

Сироэ массово производил эти простые в использовании бумаги и чернила, что очень помогло в офисных работах.

Сироэ исследовал карту ручной работы.

Его палец проследил за линией через горные хребты или береговые линии, как он думал. Если бы он сомневался в чем-либо, он записал бы это на памятке.

Долгое время на бумаге шел только звук пера. Но он внезапно прекратился, когда Сироэ услышал над ухом рингтон.

«Да?»

«Сироэ-сан, это я, Минори.»

В списке друзей вы узнаете личность звонящего в тот момент, когда они свяжутся с вами через телепатию. Но Минори всегда начинала разговор таким образом, отражая ее вежливую природу. Это сильно отличалось от веселых криков Тои «Братец, это я!»

«Добрый вечер, вы закончили тренировку в течение дня?»

«Да!»

Голос Минори звучал так весело после того, как он последние дни звучал обескуражено. Сироэ догадался, что они, должно быть, преодолели проблему.

Минори и другие участвовали в тренировочном лагере и бросали вызов подземелью, подходящему для новичков. Но подходящий для новичков не означает, что его было легко зачистить. Напротив, это было трудное подземелье, которое приветствовало начинающих своими жесткими битвами.

Проще говоря, он включал «все элементы, которые новички должны преодолеть» в сжатом комплекте.

Пути, пересекающиеся друг с другом во всех трех измерениях, с высоты птичьего полета видят комнату с высоких мест, длинный подъем с лестницами, патрулирование монстров и почти бесконечную орду монстров нежити.

Это были все прочные препятствия для преодоления, препятствующие игрокам зачищать их, полагаясь лишь на способности их классов. Нежити-монстры подпитывались безграничной энергией обид из подземного мира, и если бы они попытались прорваться без плана битвы, их мучили бы бесконечные подкрепления врагов.

«Вы достигли прогресса в рейде?»

«Да, позвольте мне сообщить, мы начали рейд подземелья в 7:30 утра. После 7-часового исследования мы вышли примерно в 3 часа дня. В течение этого периода мы достигли самого дальнего конца по правому маршруту и победили «Пылающего мертвеца» в комнате печей!»

«Вау, это невероятно!»

Если Сироэ правильно помнит, «Пылающий мертвец» определялся системой как с плавающим уровнем, между уровнями 23-25, примерно так же, как и средний уровень партии Минори. Победить врага на том же уровне, что и ваша партия, и только с 5 членами, это был настоящий подвиг даже для партии опытных игроков.

Это также зависело от совместимости противника, но это была хорошая битва. По сравнению с неудачами последних нескольких дней это можно было бы назвать только достижением.

«Это верно!»

Из веселого голоса Минори он мог сказать, что это была плодотворная поездка.

Вчера она была настолько деморализована.

Сироэ почувствовал тепло в груди.

Со вчерашнего дня Сироэ чувствовал, что его ум был нагружен различными вещами, в том числе дурным предчувствием касательно Теории Духа и ужасным чувством, которое он не понимал, узнав историю мира.

Эти эмоции превратились в тяжелое бремя, которое он не мог выразить словами, тяжелея в его сердце.

Его также можно определить как расстройство.

Чувство, что он ничего не достиг, и беспокойство о том, что он ничего не знает. И, несмотря на недостаток знаний, ситуации продолжали возникать, когда он ничего не мог с ними поделать. Это было то, с чем Сироэ сражался в одиночку.

Но, услышав энергичный молодой голос товарища из «Log Horizon», он почувствовал вспышку яркого света, рассеивающего темный туман.

Соратники были вашими самыми драгоценными сокровищами.

Это может показаться старомодным, но это было то, что Сироэ чувствовал.

«Как насчет остальных?»

«Они отлично работают!»

«Это не то, что я имел ввиду.»

Сироэ продолжал спрашивать с улыбкой. Сегодня у Минори было отличное настроение. Несмотря на то, что ее манеры были вежливы, как обычно, но, услышав, что в ее ответах была неловкость, Сироэ озадачился и улыбнулся.

«?»

В его голове появилось изображение изящного выражения удивления Минори.

«Как все действуют? Как вам удалось победить их?»

«То, что Тоя несет ответственность за привлечение и отвлечение врага, осталось как и раньше. Но мы изменили нашу тактику и с самого начала зашли в позицию, заманив врага в комнату и разбив их на группы!»

...Это была традиционная техника «вытаскивания», используемая для непрерывных битв, чтобы они могли иметь преимущество в цифрах. Проще говоря, лучше сражаться с 100 против 1 противника, чем сражаться в одиночку против 100 противников.

«Разборки с врагами с дистанционной атакой были в приоритете. Кроме того, я - запасной целитель, отвечающий за безопасность, ищущий подкрепления. Мы концентрируем наши атаки, чтобы уменьшить боевую мощь врагов... вы понимаете, о чем я говорю?»

«Да, я понимаю.»

Тактика Минори была правильной.

Она придерживалась основных принципов, которым ее научил Сироэ.

Но они не были чем-то, что вы могли бы выполнить, просто услышав об этом. Будь то исцеление или нападение, каждое действие в битве имеет свой приоритет, кто будет судить о порядке, используя какие критерии? Как вы сообщаете своим товарищам по команде заключение вашего решения?

Сироэ мог понять беспокойство Минори, когда она спросила, понял ли он.

Она должна беспокоиться о том, чтобы правильно рассказать о своих мыслях.

Таким образом, нужно было быть в курсе вашего окружения и вытаскивать врага за раз.

Было легко говорить, но для выполнения этой тактики требовалось детальное планирование и шаги... знание окружающего ландшафта, диапазон их поддержки, всех членов команды, знающих диапазон поддержки и магии атаки. Как поддерживать любых членов, которые попадают в беду, им нужно понимать друг друга и практиковать его.

Когда Минори была в опасности, Серара помогла бы.

Если Рундельхаус попал в ловушку, Минори использовала бы заклинания перехвата урона.

Когда Исузу попала в беду, Серара использовал бы исцеление, и Исузу тоже отступила. Накопив ряд таких подробных коопераций, их «боевая команда» постепенно вступила в строй.

Эти скопления мелких деталей сотрудничества, можно ли так легко объяснить словами? Сироэ раньше испытывал беспокойство за Минори.

('Расслабьтесь, я понимаю, ваши мысли могут дойти до меня, это деликатная и важная вещь... Чтобы защитить ваши цели, вы должны накапливать много таких дотошных мыслей.)

«Расслабься, я понимаю, что ты имеешь в виду, все активно участвуют?»

«Конечно, исцеление Серары-сан является мощным! Восстановление HP в несколько раз быстрее моего, у нее тоже множество заклинаний, я даже теряю в себе уверенность.»

Если говорить о чистых целебных силах, Каннаги не могли сравниться с друидами. У этих 2 классов были разные философии относительно защиты HP союзников в любом случае. Класс Каннаги Минори не фокусировался на заживлении ран, но сосредоточился на их уникальной магии перехвата урона, предотвращая, в первую очередь, вред.

С точки зрения заживления ран после того, как они произошли, друиды были лучше.

«По мере того, как вы повышаете уровень, ваш ассортимент магии тоже наверстает упущенное».

«Это так? Исузу-сан тоже потрясающая. Что касается разнообразия, у нее так много навыков, что мне трудно запомнить.»

Он вспомнил, что Исузу была Бардом, поэтому было понятно, почему у нее такой широкий спектр навыков. Она не должна сравнивать себя с ней, так как особенность Барда была их разнообразием навыков, Сироэ тихо рассмеялся.

«Тоя работает так усердно, он может держать врагов под контролем и сдерживается от использования своих способностей... Сироэ-сан? Вы действительно смеетесь надо мной?»

«Извини, я действительно не смеюсь над тобой.»

Сироэ мягко рассмеялся в ответ, Минори на другом конце тоже смеялась, поэтому проблем не было.

«Что касается Рундельхауса, все зовут его Руди, но Волшебники настолько сильны.»

«Он не состоит в гильдии?»

«Да, он красивый человек... но жаль, что он немного тупой, но он всегда усердствующий, бесстыдный и интересный человек. Он очень близок к Исузу-сан и может использовать мощную магию. Он не отступит, пока не победит врага, он должен быть самым серьезным человеком среди нас.»

Бесстыдный, интересный, серьезный, красивый и тупой?

Описание Минори было разносторонним, но Сироэ почувствовал, что он парень, с которым ты мог бы хорошо ладить.

Минори давала всевозможные отчеты, такие как битва со скелетами, защита и последующие атаки.

Борьба Тои, вклад Серары, решимость Исузу, решительность Рундельхауса... и активное участие Минори.

Сироэ кивнул в ответ на каждое звучащее слово.

Глупые шутки Тои заставляли всех смеяться; Черный нос Исузу; Серара влюблена в Нянту; Нянта не знает о ее чувствах; Рундельхаус держит сэндвичи обеими руками, как хорошо воспитанный мальчик... Все так ярко описывалось, что Сироэ чувствовал, что он был там сам.

Счастливые времена прошли мгновенно.

Сироэ напомнил Минори, чтобы они не рисковали жизнью и закончил разговор. Поскольку Наоцугу и Нянта были там, все было бы хорошо, но им не следовало слишком рисковать.

После окончания разговора в комнате, казалось, все еще звучал веселый голос Минори.

...В этом мире были загадочные вещи. Сироэ не мог сказать всем, что смерть имеет свои риски, но рано или поздно ему нужно будет это сделать.

Он должен был жить в таком мире. Но если бы он мог слушать счастливый голос Минори, он чувствовал, что он сможет продолжать действовать.

5-5

Искры костра танцевали в темноте.

Это был центральный холмистый район Песчаного листа, площадь в центре леса. Это был лагерь для группы Исузу, которая совершала рейд в подземелье «Леса Рагранда».

Исузу и Руди сидели возле костра.

Обычно здесь было много людей, но теперь все они вернулись в свои палатки.

Прошла неделя с тех пор, как они начали зачищать подземелье, это был последний день их первого рейда. Завтра они должны были вернуться в школьный городок. Поэтому группа планировала простое путешествие в подземелье на следующее утро.

Группа Исузу в течение дня формировала свой командный дух и оставалась рядом с огнем до тех пор, пока не стала пить чай с черными розами и медом. Они болтали обо всем, поскольку они чистили свое оружие или доспехи. Серара попросила Нянту погладить ее голову, а Минори тайно беседовала с кем-то.

Что касается Исузу, она вытащила лютню из своей сумки, чтобы поиграть. Лютня была европейским музыкальным инструментом средневековья, ее форма была похожа на гитару, и ее размер плотно лежал в тонких руках Исузу.

У лютни было меньше вариаций нот, чем на гитаре, но у нее было классическое чувство, принося ощущение роскоши в лагерь. Лютни были общим переносным инструментом в этом альтернативном мире. Вместо того, чтобы дергать струны, вы нажимали на них кончиками пальцев, чтобы воспроизвести уникальный звук этого инструмента.

(Вау... Лютни тоже хороши...)

Исузу болтала и наслаждалась, но она все еще чувствовала потребность в музыке.

Просто встряхнув струны, подобные этим, в ее сердце появилось чувство ностальгии.

Исузу любил музыку и все музыкальные инструменты.

Нормальной деревенской школьнице Исузу это нравилось, но она не была так увлечена тем, чтобы хотеть сделать их своим будущим. Но, с другой стороны, это была ее чистая и неприхотливая молодость.

Честно говоря, это было ощущение: «Ах, так весело играть с инструментами, я хочу продолжать играть». Так было со школы.

«Мисс Исузу такая классная».

«Э-э, я все-таки Бард».

Исузу подняла глаза с улыбкой.

Когда все ушли, у костра были только Исузу и Рундельхаус.

Она просто играла, не ссылаясь на какие-либо композиции.

Исузу раньше не играла на лютне, она помнила, что это был европейский предшественник гитары, используемый людьми в средние века... Она вспомнила, что читала об этом в музыкальных журналах, но в первый раз, когда она коснулась его физически, это было в этом Мире (основной дизайн был таким же, как у гитары или скрипки).

У Исузу была гитара и дешевый контрабас дома, но не было скрипок.

То, что беспокоило ее, было число струн, 15 струн на лютне.

Несмотря на это, ей удалось научиться играть на ней через 2 месяца, играя отдельные ноты, это не было проблемой.

Рундельхаус держался за свою металлическую кружку и молча слушал эти мелодии, которые нельзя было назвать песней. Его взгляд не заставлял чувствовать Исузу неловкость, и Рундельхаус не прерывал ее музыку.

Музыка лилась как приливы океана.

Исузу не играла никакой конкретной песни, она просто немного сыграла здесь, еще немного оттуда, меняя и играя их наугад. Появились популярные песни Исузу из старого мира и были потеряны в море мелодии, колыбельные и классические фигуры поднялись в ее сердце и рассеялись еще раз.

Несмотря на то, что не было необходимости останавливаться, Исузу выбрал подходящую часть и сыграл финальные ноты. Рундельхаус захлопал в ладоши.

«Не делай так, это ничего не значит».

«Нет, это было очень красиво, это похоже на то, как музыка сливается с воздухом после того, как вы ее сыграли.»

Исузу также считала, что это так. Но успокаивающий звук лютни следует отнести к окружающей среде и атмосфере, а не из-за усилий Исузу.

Лес в звездном ночном небе, костер и прохладный летний бриз. Воспроизведение музыки в таких условиях сделало бы что-нибудь похожее на мелодию с небес.

Исузу хотела это сказать, но глаза Рундельхауса были полны похвалы и восхищения. Она не могла придраться к этому ощущению, поэтому она только коротко сказала: «Спасибо».

После этого они продолжили свой обычный разговор.

Изредка играя на лютне в руках.

Частицы музыки, которые визуально отображались в ночном небе, были настолько освежающими.

«Что ты обычно ешь, Руди?»

«Теплые сэндвичи, теплые сэндвичи или теплые сэндвичи.»

«Значит, ты ешь только сэндвичи, это сэндвич Ментайко?»

«Вы абсолютно правы, мисс Исузу».

Это был продукт гильдии под названием «RP.jr», который продавал продукты из своей тележки. Они были небольшой гильдией, но им удалось получить большую прибыль от популярного сэндвича Ментайко, секрет их успеха заключался в 6 партиях свежего и вкусного хлеба, который они ежедневно пекли.

Его можно назвать салатом картофеля Ментайко, ингредиенты которых были из низкоуровневых мясных продуктов. У них был хороший взгляд на управление бизнесом, Исузу тоже любила его есть.

«Это хорошо, правда?»

«Да, тонкий вкус Ментайко - это высший класс».

Их любимым напитком был черный чай с черными розами.

Добавление меда или лимонного сока в воду и замораживание его с помощью элемента льда, чтобы сделать «измельченный шерберт» тоже неплохо. Если вы хотели похвастаться, лучшим выбором была жареная свиная котлетка из «Кухни Буу».

Сегодня Исузу много говорила.

Она видела себя простой девушкой и не помнила, чтобы она так долго болтала с парнем.

Потому что это был Рундельхаус?

Заново оценив молодого человека Рундельхауса, она увидела, что его брови были длинными и красивыми, и у него было англосаксонское лицо модели или взгляд принца. Если бы он приехал в деревенскую школу, в которой училась Исузу, был бы шум, и школа была бы отменена на неделю.

Но Исузу не чувствовала никаких романтических чувств, глядя на его лицо.

Исузу глубоко задумалась.

(Точно! Золотой ретривер!)

Крупная собака, которая была умной и имела благородный облик, Рундельхаус был таким же, как они. Умный, имел спокойный характер, даже причудливая природа тоже была одинаковой. Как опущенные углы глаз, немного глупо, если вы познакомились с ним, и его дружелюбное поведение было одинаковым.

По мнению Исузу, она полностью приравняла Рундельхауса к собаке.

(Теперь я понимаю, поэтому я его не боюсь.)

Исузу любила собак, и она думала, что собаки тоже ее любят.

Чувство, которое она испытывала к Рундельхаусу, было таким же, как забота о большой собаке, поэтому она не нервничала. Исузу приняла эту мысль.

Тема переместилась туда, где они остановились, Исузу жила в зале гильдии, но Рундельхаус не присоединился к какой-либо гильдии.

«Хм, у меня есть королевский люкс на втором этаже отеля «Седан».»

Несмотря на то, что он говорил самонадеянно, Исузу думала об этом как о чувствах щенка, и она не возражала. Отель Седан находился на низком и среднем уровне в Акибе, он был популярен благодаря своему расположению, но его цена и удобства были нормальными.

(Подожди, это не то, что ты можешь сказать так высокомерно, верно?)

Королевский люкс на втором этаже казался впечатляющим, но это была просто нормальная комната для Авантюриста, она не имела более глубокого смысла.

Исузу почувствовала, как он так высокомерно говорил, как прирожденный золотой ретривер.

Но в этом было чувство нежности.

«Разве это так? Кстати, почему ты не присоединился к гильдии, Руди? Ты не хочешь?»

«Связывать мой сияющий талант только с одним местом - это грех, верно?»

Высокомерно ответил Рундельхаус, небрежно взглянув на нее.

(Это первый раз, когда я видела, как кто-то выглядит так естественно, Руди поражает... хотя он и идиот.)

Рундельхаус был идиотом, но присоединение к гильдии было их собственным выбором.

Она не могла прокомментировать это.

«Это так.»

«Но мисс Исузу - прекрасная и талантливая леди, это первый раз, когда я услышал такое великолепное выступление, ты действительно любишь музыку... И ты надежна в бою, ты единственный Бард, которого я знаю, который использует 2-ручное Копье ».

«Руди, прекрати... Перестань льстить.»

Исузу возразила. Она выбрала двуручное копье, потому что она напоминала то, что она видела в коллекции своего отца, «рок-н-ролльный певец, держащий свою гитару, после уничтожения громкоговорителя.»

Это оружие было тяжелым, но Исузу легко справлялась с ним, что удивило ее. Контрабас также весил 15 кг, поэтому имело смысл, что она могла владеть двуручным копьем. Короче говоря, практика творит совершенство.

«Ха-ха-ха-ха! Мисс Исузу, ты действительно такая очаровательная! Ты компаньон, с которым мне удобно быть рядом, а поскольку мы живем в Акибе вместе, у нас есть много шансов встретиться после окончания тренировочного лагеря, пожалуйста, позаботьтесь обо мне тогда!»

«Ты прав.»

Исузу без колебаний кивнула.

Глядя на все это, можно предположить, что они не покинут этот мир в ближайшее время.

И битвы были страшными, иногда напоминая ей о ее времени в «Хамелине», где она почти сломалась.

Несмотря на это, у Исузу была музыка, компаньоны, поэтому ей пришлось сделать все возможное, так как она еще не смогла вернуться. Исузу научилась двигаться дальше благодаря Минори, поэтому она смогла сразу принять слова Рундельхауза.

«Ах, раз так, я зарегистрирую Руди в списке моих друзей, тогда ты всегда сможешь найти меня. Давайте еще поедим сэндвичи Ментайко, когда-нибудь, хе-хе, хорошо, регистрируем-регистрируем.»

«Эх...»

Выражение Рундельхауса помрачнело.

Это было лицо, сожалеющее о его неудаче.

И обвиняющее себя в наивности.

В конце концов, Исузу не смогла зарегистрировать Рундельхауса в списке своих друзей.

5-6

В лесу разносились звуки ожесточенной битвы.

Мечи и щиты сталкивались.

Топоры и копья скрещались.

Сорью мгновенно сократил расстояние между собой и Каннаги. Молодой человек 38 уровня пытался создать расстояние, повторяя заклинание «Святое Проклятие Меча»...

Сорью использовал основной навык Головореза «Бритвенное лезвие», чтобы прервать его заклинание.

Молодой игрок упал с кашлем, в то время как Сорью протянул ему руку и помог ему подняться.

«Я знаю, что ты отступаешь, чтобы повторять свои заклинания, но если противник увидит это, он обязательно тебя остановит. Это отлично срабатывает, если ты просто сражаешься с монстрами, но в будущем вы столкнетесь с более жестокими противниками. Тебе стоит получше изучить комбинационные атаки.»

«Я слишком медленный?»

«Ты не медленный, скорее слишком понятный. Тебе нужно работать над изменением своих движений, чтобы не настораживать врагов.»

Молодой человек одобрительно согласился с советом Сорью.

В «Elder Tales» вы считались среднеуровневым игроком по достижении 40-го уровня. Вам нужно было испытать довольно много битв, чтобы достичь этой стадии. Этот уровень был достаточно высок, чтобы производственные игроки могли защититься, но для игроков, специализирующихся на боевых действиях, требовалось больше навыков и утонченности.

В мире «Elder Tales», который больше не был игрой, это был решающий момент.

Несмотря на то, что авантюристы не умрут, они все еще могут чувствовать боль.

По словам игроков, которые раньше умерли, боль не была невыносимой, она была на уровне перелома костей или дорожно-транспортных происшествий (это было еще болезненней). Даже если вы проигнорируете болезненный аспект, было много недостатков с умиранием.

Примером была проблема времени.

Когда в «Elder Tales» все еще играли, время в этом мире было в 12 раз быстрее. Когда в реальном мире прошло 2 часа, здесь прошел целый день.

Это было реализовано с учетом квестов игры. Некоторые миссии можно было выполнять только ночью, поэтому, если бы время между реальным миром и «Elder Tales» было синхронизировано, то когда было ночное время в реальном мире, это была бы ночь в игре.

Если бы эта система была именно такой, игроки «Elder Tales», которые могли играть только в определенный день, не смогли бы выполнять ночные миссии. Игроки в реальном мире, как правило, имеют относительно фиксированный график работы и времени игры.

Для удобства таких игроков время игры было установлено в 12 раз быстрее, 2 часа реального времени эквивалентно 1 игровому дню.

Но для «Elder Tales», который превратился в альтернативный мир, игроки были в самой игре, в отличие от того, когда это была просто игра, им нужно было отдыхать и спать.

И поэтому места, которые обычно занимали час путешествия, когда все было игрой, теперь занимали 12 часов путешествия. Если вы включите сюда еще отдых и время, чтобы организовать лагерь, путешествие может занять 2 дня.

Благодаря быстрым методам перемещения, таким как Кольца Фей, которые ограничивались по его использованию, это изменение было гораздо более заметным.

Если бы вы хотели зачистить подземелья или перейти в зону с высокоуровневыми монстрами, первой проблемой было путешествие.

Это сделало Опыт более важным, чем раньше. Требование повышения не изменилось, но количество Опыта, которое вы могли зарабатывать каждый час, было намного меньше, чем раньше. Если вы умерли и потеряли Опыт и деньги, вам понадобилось бы гораздо больше усилий, чтобы вернуть их.

Если вы так думали, сложность битвы увеличилась, и поскольку не было постоянной смерти, была обеспечена минимальная безопасность всех игроков. Но авантюристы, которые регулярно участвовали в боях, должны были понять это и оттачивать свои навыки.

Молодой Каннаги также понял это. Он вытащил меч и принял серьезное выражение, многократно подтверждая шаги, чтобы активировать свои навыки.

Каннаги были целителями в восточном стиле, и они могли экипировать мечи.

Возможно, это на других серверах было иначе, но на японском сервере мужчины Каннаги назывались Неги, женщины Каннаги были известны как Мико. Одежда, которая соответствовала этим названиям, Суйкан и алый Хибакама для девиц, была доступна Каннаги на 40-м уровне, и многие из них поставили этот уровень в качестве своей цели.

Новые предметы в «Elder Tales» могут быть добавлены дочерними компаниями через пакеты расширения. Для японского сервера было много оборудования для Каннаги и Самураев, включая «священный меч», который увеличивал магические способности. Каннаги, который любил играть в соло, как этот юноша, любил этот тип оружия.

Сорью ухмыльнулся ему.

У него был потенциал, Каннаги были целителями, за исключением нескольких моментов, поэтому они не смогли использовать оружие и навыки. Но были поблажки, позволявшие сражаться в ближнем бою. Если бы они могли использовать магию дальнего боя и оружие ближнего боя, их боевая мобильность и разнообразие увеличились бы, став преимуществом для Каннаги.

Сорью собирался научить некоторым практическим ногам, когда он внезапно повернулся и посмотрел позади него.

Он всегда был уверен в своих предчувствиях.

Звук мелодии прозвучал в его голове, вероятно, он никогда его не забудет, но это был не настоящий звук, а сигнал из его игрового меню.

Этот рингтон сообщил о телепатии.

«Сорью! Сейчас же приходите на пляж!»

«Мари-сан, что случилось?»

«Сахуагины вторгаются с моря, новички... Ух, быстрее!»

Сорью закончил звонок и крикнул молодому Каннаги: «Собери всех, быстро!»

Ситуация на пляже была неизвестна.

Число Сахуагинов и боевая мощь были неизвестны.

Но сообщение было срочное, Мариэль запыхалась, и на заднем плане были звуки битвы. Новички были на низком уровне, несмотря на то, что с ними было много авантюристов более высокого уровня, все также зависело от количества врагов, и он понятия не имел, какова там была ситуация.

(Что, черт возьми, происходит? Почему именно сейчас здесь появились Сахуагины?)

«Соберите всех людей и свяжитесь со мной через телепатию... поддерживайте связь каждые 10 минут!»

Сорью оставил эти слова и убежал. Он торопливо подул в свою флейту призыва, но не хотел терять время, ожидая, пока его лошадь прискачет и бросился в лес.

Было важно позаботиться о новичках здесь, но новички на побережье были ниже уровня 30.

Сахуагин был типом монстра.

Как вы могли бы понять по его названию, это была получеловеческая раса, живущая в море или озерах, рыба с 4 конечностями, растущими из ее тела. Он был серым или темно-синим, у большинства из них были коричневые пятна.

Он был между 160-200 см в высоту, весом около 100 кг.

На их передних конечностях были перепончатые руки, они использовали свои жабры, чтобы дышать под водой, и могли также использовать свои легкие, когда они изредка выбирались на сушу.

Из-за их кожи или структуры тела они не могли жить вдали от воды, поэтому это было редкое чудовище, встречающееся на равнинах или в обычных подземельях.

Их интеллект был на уровне гоблинов, большинство из них предпочитало использовать дротики или трезубцы, это была представление, которое Сорью имел о них.

У него было мало опыта борьбы с этими монстрами.

(Их уровень... Я помню, около 20-30 ...)

Светло-коричневая лошадь мчалась, Сорью бежал рядом с ней и запрыгнул на спину. Затем он направился прямо к береговой линии.

Он пришпорил лошадь.

Рассекая зеленый лес и крыжовник.

Хребтовые дороги, которые разрезают холмы на участки, такие как плитки.

Небо было голубым с облаками в небе, которые когда-либо были летом.

Это была прекрасная сцена.

Несмотря на то, что это был такой момент, Сорью не мог удержаться от размышлений.

Хотя лето было таким освежающим и красивым.

Его ухо поддерживал телепатический звонок, со звуками задыхающегося, столкновения с оружием и пронзительным шумом магии, разрывающейся в воздухе.

На заднем плане был рев отвратительного Сахуагина и хаос битвы.

Он слышал капающий звук, возможно, Мариэль тоже ранена.

Сорью сдержал свое чувство, которое застряло у него в горле, как камень.

Он проехал через пустой школьный городок, добираясь кратчайшим путем до пляжа. Этот широкий пандус должен использоваться фермерами в древние времена, с полузакрытыми телефонными столбами и флагами, которые потеряли смысл. Лошадь Сорью пробежала по полям цветка рапса и полям овощей с максимальной скоростью.

Он пересек тропинку с бегущими новичками и добрался до пляжа. На передних линиях были члены Рыцарей Черного Меча и Кили, Мариэль также боролась за защиту своих товарищей.

Сорью ворвался в толпу Сахуагин на лошади, сбив несколько монстров с трезубцами в руках. Военная лошадь, исключительная для игроков высокого уровня, соответствовала ожиданиям Сорью, демонстрируя свою силу на поле битвы.

«Мари-Сан!»

«Сорью!»

Сорью расположил себя между монстром и бледным лицом Мариэль, защищая ее. Он был лидером боевой группы в «Альянсе полумесяца».

Обязанностью Сорью было защитить Мариэль в битве, противником были Сахуагины, их уровень был низким, но их численность заполняла весь пляж.

«Мари-сан, пожалуйста, держись! Мы должны собрать группы, разбросанные по всему лагерю... сейчас!»

Сорью взмахнул обоими мечами, с элегантным движением, как оперный актер, он снес страшную группу сахуагинов, которая выглядела как гибрид между рыбой и рептилиями.

Он превратился в вихрь и многократно нападал, не избегая тумана черной крови вокруг него. У него не было плана, он не думал слишком глубоко, он просто бросился на поле битвы, не сдерживаясь, сосредоточившись на том, чтобы забрать их по одному.

На данный момент Сорью не знал.

Поток Сахуагинов, казалось, никогда не заканчивался, вторгаясь в пляж один за другим. Атакующие надвигались как темное облако, и это было только началом многих кризисов, происходящих на полуострове Песчаного Листа.

Молодой человек взмахнул обоими мечами, когда он прыгнул в воздух, сражаясь, стремясь всем сердцем защитить своих товарищей.

Elder Tales - Информация о монстрах 1

Доп. контент

Привет, прошло уже два месяца, я Мамарэ.

Я благодарен за покупку "Log Horizon 3. Конец игры: Часть 1", история на этот раз делится на 2 части. Следующий том, "Log Horizon 4. Конец игры: Часть 2" будет в магазинах в следующем месяце, что переведет Log Horizon в раздел ежемесячно публикуемых. В последнее время я очень много забочусь о людях, я прошу прощения за всех, у кого не хватает пособия! Но вторая часть будет такой же, как и первая, я представлю ее вам с большим количеством контента.

...

......

Моя ролевая игра как социального человека заканчивается здесь, следующая тема будет о Фестивале Бона.[✱]Cybernetik: Кому интересно, можете почитать: ru.wikipedia.org/wiki/Обон_(праздник)

В последнее время погода была нерегулярной, переключаясь между экстремальной жарой и экстремальным холодом, но зона, в которой находится Мамарэ, скоро переходит в сезон для проведения в скором времени Фестиваля Бона. Мамарэ живет на Кацушике, это одна из немногих старых улиц в Токио, что означает, что это один из немногих городов с Фестивалем Бона в мире. Говоря о ужасающем уровне Фестиваля Бона, чтобы избежать столкновений с другими событиями, в Фестивале Бона каждый вечер в этом сезоне будет проходить фестиваль, проходящий под игру Tokyo Ondo через динамики. Члены общества женщин, которые работали и напряженно работают круглый год только на данный момент, будут иметь дипломатические протесты, будучи соседами проходящего рядом Фестиваля Бона.

По сравнению с карнавалом самбы в Рио или Асакусе, Танцевальный Фестиваль Бона ближе к жизни людей. Барабаны неоднократно выдают звук «Дон Додон, Кан Карара».

Но я не понимаю, чего такого увлекательного на уличных прилавках во время фестивалей.

Как аромат соусов, сладкий соус с цветами, которые выглядят искусственно, как бы вы ни смотрели на него, смотрелись нездорово, но непреодолимо в то же время.

Итак, я случайно встретил Танцевальный Фестиваль Бона и отправил фотографию маринованной лапши Мамарэ (младшей сестре) и сразу же получил ее «сердитый» ответ. Я не могу понять, что она имела в виду, поэтому я посылаю еще одну фотографию жареного кальмара, и ее ответ был «яростным». У меня нет выбора, кроме как отправить ей фотографию шоколадного банана, ее ответ был «просто умри». Я был в настроении, поэтому я посылаю картину кукурузы на початке, и она называет меня прямо.

Если вы хотите поесть, вы можете просто спросить нормально.

Теперь, когда я думаю об этом, я сказал своей сестре, когда мы были молоды, что «киоски на Фестивале Бона управляются дядюшками совета, они дают все, что у них есть, для улыбки детей, палатка теряет деньги за каждый продукт, который они продают». Поскольку наша семья управляет бизнесом, Мамарэ раздражает молодежь, которая говорит о прибыли и убытках со школы.

Я помню печальное лицо Мамарэ (младшей сестры), когда я сказал ей это.

Но это было все в прошлом.

Я привез домой еду с фестиваля, мы вдвоем ее сьели и испачкали ею весь стол.

Мы непреднамеренно ели как нецивилизованные дети, но праздничные закуски предназначены для того, чтобы их можно было съесть независимо от порядка, это метод еды, который похож на разбрызгивание. (?)

После того, как Мамарэ (младшая сестра) закончила один раунд, я начал говорить о «дядях совета, управляющих киосками», и она вышла из себя и кричала на меня. Похоже, она все еще помнила, Тц.

Оставаясь без вариантов, я сказал: «Недавно киоски поддерживали определенные стандарты и теперь управляются системой людей, присоединяющихся к управлению киосками, конфигурация позиций палаток управляется через IT. Группа, основанная на Восточной Японии обеспечит ингредиенты в киосках с центральной кухни, поэтому их прибыль в несколько раз выше, чем у обычных пищевых цепей ». Подобная ерунда.

Когда я сказал это, я давал ей десертное мороженное высокого класса из магазина товаров повседневного спроса, поэтому меня больше тронули мои слова. Это заставило Мамарэ почувствовать чувство вины.

Моя сестра, ты сказала мне: «Я сэкономлю много денег и инвестирую в магазин Фестиваль Бона». Подобного рода товаров не существует.

Большие корпорации, отсекающие фестивали киосков и управляющие им системой соединения? Это виртуальный мир? Новый Сайтама? Если это кукуруза на початке, я куплю, сколько вы хотите есть, но, пожалуйста, не просите меня покупать «финансовое будущее», как алкоголь биомассы.

Если я смогу подкупить тебя мороженным йогуртом, твой брат опасается, что тебя позовут в такое место, как Акиба, и с улыбкой приобретут экранную живопись.

Но, с другой стороны, десертное мороженное может контролировать настроение Мамарэ (младшей сестры), я думаю, что она действительно второстепенныя персонаж... Поправка, она важный персонаж, просто глупый.

Следующий небольшой инцидент.

Я небрежно занимался серфингом в сети, и узнал о стандартизации киосков, центральных кухонь, ИТ и прибыли, все было именно так, что заставило меня чувствовать себя неоднозначно. Не будет странно, если в скором времени появится список акций, не стоит недооценивать мир!

(О небеса! Log Horizon превращается в комикс, это доказывает, что мир нельзя недооценивать!)

Не связанный с современной экономикой киосков, "Log Horizon" будет опубликован последовательно в августе и сентябре 2012 года, включая этот том. Основными персонажами являются близнецы Тоя и Минори, Серара и Исузу из Альянса Полумесяца, а также новый персонаж Рундельхаус. Их команда новичков будет совершать набег на подземелье без помощи Сироэ и других опытных игроков.

Есть много вещей, которые не идут своим путем в этом мире, поэтому вы не всегда можете получить то, что хотите. То, что происходит в этом мире, не идет так, как вы ожидаете. Но даже если ваш менталитет, рост и усилия не будут такими, как вы хотите, я надеюсь, что после того, как вы испытаете этот период, или все, кто испытал это раньше, смогут прочитать эту книгу. Партия Минори борется в такой тяжелой битве в этом томе.

Экипировка каждого персонажа, представленная в начале каждой главы, также является результатом поддержки поклонников в июне 2011 года. Мы использовали идеи от 545454248, FroisL, IGM_masamune, Mrtyin, RyosukeKadoh, ebiusl, gontan_, hige_mg, hpsuke, makiwasabi , roki_a, sig_cat, x_unizou_x и других пользователей сети, спасибо всем! Несмотря на то, что многие материалы не дошли до публикации, я все равно благодарен всем пользователям сети, которые участвовали, и я надеюсь, что смогу использовать эту информацию в других местах.

Чтобы узнать больше о нас и последних новостях, посетите http://mamare.net, кроме "Log Horizon", есть другие новости о событиях Мамарэ, посетите нас, чтобы узнать о комиксах!

Когда мы подошли к концу, я благодарен главному издателю г-ну Шоджи Масуде и художнику-иллюстратору Хараказуро-сенсею, который разработал дизайн купальника Мариэль (Важно!), Дизайнер монстров Хашимото Мотчи, фирма Tsubakiya для издательских проектов (карта также была сделана ими), редакционный отдел и моему женскому редактору - маленькой F-tan-чан! Человек, похожий на писателя Мамарэ, господин Осако! Всем спасибо!

Надеюсь читатели получат удовольствие от этой книги, не спешите!

«Ножки жареных кальмаров лучше, чем тело, верно?» Мамарэ Тоно.

В то же время, когда Мариэль защищала новичков, а Сорью с ревом ворвался в орду Сахуагинов, битва разразилась и в центральной холмистой области полуострова Песчаного Листа.

Врагами были гоблины.

Они появились из ниоткуда, заполнив лес небольшими патрульными группами.

Наоцугу и другие сражались с десятками волн на площади перед входом в «Лес Рагранда». Здесь находилось 13 человек, пятеро - из команды Минори, шестеро - из команды новичков более высокого уровня, а также Наоцугу и Клирик Резарик из «Рыцарей Чёрного Меча».

Когда они столкнулись с первым отрядом, они подумали, что это всего лишь группа блуждающих гоблинов.

Но после нескольких битв Наоцугу и другие изменили свое мнение, думая, что они оказались на пути мелкомасштабной миграции племен. Когда они начали шестую битву, они больше не могли этого игнорировать.

Нянта отправился разведать гору впереди.

13 игроков ожидали возвращения Нянты, пока они собирали свой лагерь и оставались настороже.

С точки зрения сложности битв, гоблины не были угрозой. Они были одной из основных сил полулюдей и имели различные типы войск, а с военной точки зрения они были очень сильны. Но их уровень был между 10-20, поэтому, если это был бой 1 на 1, новички, чей средний уровень был примерно 25-го уровня, как у партии Минори, были достаточно сильными, чтобы справиться с ними.

Несмотря на то, что ситуация была неясной, новички все еще спокойно занимались своими делами, сворачивая лагерь и передавая тяжелые предметы Наоцугу и Резарику в их Сумки Хранения. В свои обычные рюкзаки они сложили светильники и повседневные предметы.

- Очень подозрительно.

- А?

Наоцугу сказал пару слов, пока складывал палатку, на что Резарик отреагировал слегка хмурым вопросом.

- Раздражает, я ненавижу раздражающие ситуации, из-за них у меня появляется чувство надвигающейся беды.

- Но это просто гоблины, верно?

Резарик не придал этому особенного значения, он мог справиться с 10-20 гоблинами.

- Разве ты не думаешь, что  уровень гоблинов, которых мы встретили на холмах, очень высок?

- Хм...

Наоцугу заглянул к новичкам, они седлали лошадей и расчистили костер.

- У меня тоже много новичков, и я думаю, что это все выльется в весьма плохую ситуацию.

- Хм...

Резарик был ветераном из большой гильдии Акибы, «Рыцарей Черного Меча». Он не смеялся над словами Наоцугу, но сильнее задумался над этим.

Трава слегка покачнулась, когда на площади появилась стройная фигура.

Худой джентльмен с кошачьей головой, в зеленом вельветном жакете и галстуке... Это был Нянта. Глаза у него были, как обычно, как тонкие щели, но у него было серьезное выражение, когда он приблизился к Наоцугу и другим.

- Ну что?

- Ня.

Серьезное настроение Нянты привело к тому, что к нему подошли оба инструктора лагеря.

Новички все еще были погружены в работу и не заметили возращение Нянты.

- Все довольно плохо ня, крупная армия... Гоблинская армия численностью как минимум в несколько тысяч голов движется вдоль хребта по ту сторону ня. Их фактическая численность... Буду откровенным, я не знаю, ня.»

Лицо Резарика напряглось, когда Нянта закончил свой доклад по разведке.

Были случаи, когда группы гоблинов двигались вместе, нет, гоблины были расой ролулюдей, которая любила совершать военные маневры. Они всегда грабили объединенными группами, но армия, исчисляющаяся в несколько тысяч идущих вместе голов, была редкой даже для гоблинов.

Гоблины имели низкий интеллект, по сущности являясь паразитами, разграбляющими соседние города.

Что-то здесь явно не так, 3 ветерана чувствовали запах неприятностей и нервничали из-за этого.

- Тц, догадки нам не помогут.

Наоцугу кивнул, как будто он что-то понял, и спросил Нянту, с кем он связался.

- Я доложил о ситуации Сироэ-чи, но я не могу связаться с Мариэль-сан и Сорью-куном ня.

- Не можешь связаться?

- Возможно, они вздремнули, заняты сражением или разговаривают через телепатию с кем-то другим.

Нянта говорил спокойно, но он был не таким спокойным, как обычно.

Нянта в шутку сказал «вздремнуть» сейчас, хоть такое могло произойти, если бы это была Мариэль, но было трудно представить такое с энергичным Сорью. Узнав об этом, взгляд Резарика стал задумчивым, это выражение означало использование телепатии.

Наоцугу и Нянта прервали дискуссию и ждали его новостей, но Резарик ответил:

- Дело плохо, на пляже должны быть члены «Рыцарей Черного Меча», но я не могу с ними связаться.

У Наоцугу и Нянты не было контактов с другими членами «Альянса Полумесяца». У Нянты в списке друзей еще была Серара, но сейчас она была рядом с ними, занимаясь сборами.

Несколько раз они встречались с другими младшими членами, но они всегда делали это через Сорью или разговаривали лицом к лицу. Неспособность зарегистрировать других членов была чем-то, что Наоцугу и другие не учитывали.

Троица пыталась понять ситуацию.

Было много вариантов, но они тоже должны были подготовиться к худшему.

Но как бы ни была ситуация, они не могли бросить новичков и поспешить на пляж.

Даже если бы гоблины были низкого уровня, если на другой стороне хребта их было несколько тысяч, в лесу, вероятно, скрывалось еще больше.

Они не могли просто бросить новичков.

- Как выглядит ситуация с гоблинами?

- Те, кто направляется в долину, должно быть крупномасштабное племя мародеров ня. Выглядело так, будто вся гора ожила ня. Это первый раз, когда я вижу такую массивную армию ня, я даже видел некоторых хобгоблинов и троллей ня... Имеются также группы орков, это, несомненно, армия вторжения. Они направляются в западном направлении на юго-запад, но я не могу подтвердить их цель назначения...

- Значит, те, с которыми мы столкнулись - лишь разведчики?

Ахнула Минори.

Наоцугу повернулся и увидел команду Минори и Тои, стоявшую в стороне, все были с напряженными выражениями. Похоже, они слышали разговор.

- Несколько тысяч... прямо за горным хребтом?

Рундельхаус посмотрел в лес, пытаясь вглядеться сквозь деревья. Его лицо не отражало страха, лишь чувство решимости.

3 инструктора лагеря не смогли найти правильные слова, которые можно было сказать в этот момент. Вдруг Серара сказал ясным голосом:

- Я отвечаю за новичков в «Альянсе Полумесяца», поэтому я зарегистрировал их всех в списке друзей, верно? Исузу также зарегистрировала их, да?

- Д-да, верно.

- Хм, да, вот оно!

- Можно узнать у них о ситуации на пляже?

Прежде чем Наоцугу успел вставить слово, Минори уже задала вопрос. Парочка кивнула и открыла свои списки друзей. Наоцугу почесал голову и посмеялся над собой. Он забыл, что Серара и Исузу были в «Альянсе Полумесяца» и могли легко связаться с другими членами.

Теперь, когда он подумал об этом, все было очевидно.

Теперь не было смысла скрывать правду.

Поскольку они должны были рассказать всем, когда они все-таки вернулись к лагерю, Наоцугу и Резарик собрали 6 членов другой команды новичков, и также кратко объяснили ситуацию.

Они должны были вернуться в школьный городок после полудня, но теперь, когда они были окружены армией гоблинов, они не могли продолжать тренировочный рейд. Теперь проблема заключалась в выборе маршрута продвижения и ситуации с другими учебными группами в этом районе.

Серара и Исузу разговаривали с кем-то.

Из информации, собранной ими, складывалось следующее: на береговой линии была жестокая битва с отступлением, из моря наступали синие гоблины. Группа отступала обратно в школьный городок, поддерживая оборону с всокоуровневыми инструкторами лагеря, выступающими в качестве охранников.

- «Голубые гоблины»? Это Сахуагины? Да что, черт возьми, здесь происходит?

Наоцугу непроизвольно выругался, он никогда не слышал, чтобы кто-нибудь встречал редких на полуострове Песчаного Листа сахуагинов. Они обычно встречались в более теплых районах на юге.

- Это... совпадение?

Резарик задал вопрос о связи между гоблинами и сахуагинами. Никто не знал этого, поэтому в ответ было лишь молчание. Но две армии, казалось, продвигались вместе, и называть это просто совпадением было слишком легкомысленно.

Маршрут к школьному городку сейчас не лучший вариант, в худшем случае они окажутся в окружении как гоблинами, так и сахуагинами.

«Если это окажется слишком опасно, мы все можем использовать «Зов Дома» для телепортации обратно в Акибу.»

Наоцугу убедил себя.

Они могли бы с легкостью вернуться в Акибу, если бы использовали «Зов Дома», но тогда им понадобилось бы несколько дней, чтобы вернуться к полуострову Песчаного Листа. Следовательно, это последнее средство на тот случай, когда не останется иного выбора.

Возвращение новичков обратно в школьный городок также было рискованным мероприятием.

Но Наоцугу подумал, что они должны объединиться с группой Мариэль, так как они были там.

Таким образом, они смогут учитывать безопасность каждого человека, что было главным приоритетом.

Нянта и Резарик согласились с этим планом.

С принятым решением все быстро начали готовиться к его выполнению.

Поскольку не было никакого способа узнать, когда сюда доберется армия гоблинов, смысла оставаться здесь не было.

Согласно описанию Нянты, группы гоблинов были разбросаны по лесной площади, разведывая широкую территорию. Даже если они ввяжутся в битву, они могли просто пробиться штурмом.

«Хорошо, мы вернемся в школьный городок, Я, Нянта и Резарик станут передовой командой. Даже с тремя из нас мы не проиграем новичкам, так что не беспокойтесь, ладно? Партия новичков более высокого уровня будет находиться в тылу, не забудьте сделать свою часть, следите за тылами, но не отставайте слишком далеко. Партия более низкого уровня будет в центре, чтобы поддержать нас, если мы столкнемся с сопротивлением впереди, не снижайте свою внимательность, если вы лишь в центре!»

Группа оседлала своих лошадей под командованием Наоцугу.

Они намеревались пересечь холмы Песчаного Листа напрямую.

...Здесь вот-вот разразится война.

Наоцугу с тревогой признал этот факт, гоблины и сахуагины, возможно, уже окружили весь Песчаный лист.

Если это было так, его надежный друг организует какой-нибудь план контратаки против нападающих. Ему же просто нужно было внести свой вклад.

Наоцугу мягко погладил шею лошади и двинулся по лесной тропе.

Отмотаем время чуть вперед.

Сироэ, получивший отчет от Наоцугу, узнал о неустойчивой атмосфере, окружающей полуостров Песчаного Листа. Но он уже узнал об этом ранее, во время встречи с лордами Людей Земли.

Авантюристы могли общаться с товарищами на расстоянии через телепатию, и разумеется Люди Земли также имели способ общения на больших расстояниях.

Они проводили конференции друг с другом с помощью хрустальных шаров и магии.

Когда «Elder Tales» все еще была игрой, Люди Земли были NPC, частью фона игры. У них не было боевых способностей и удобных навыков, предоставляемых игровой системой, таких как у Авантюристов.

Но у «Elder Tales» была прописанная история, и для того, чтобы иметь более глубокие элементы истории, Люди Земли были способны использовать все виды магии.

В качестве примера подойдут секретное умение творить магические артефакты или магию телепорта, чтобы иметь возможность сбежать от главных персонажей (игроков).

Но это было всего лишь описание, а не существующая способность. Но в альтернативном мире после «Катастрофы» эти способности стали частью магических систем и использовались более свободно.

Широкомасштабная конференц-связь через магические хрустальные шары была частью этой магии.

В зависимости от времени и места это средство связи было более мощным оружием, чем группа рыцарей. Дворяне Лиги Свободных Городов Истель понимали это, поэтому у каждого на их территории жил персональный придворный маг.

Сейчас племена гоблинов-мародеров лишь бродят в горах, не нападая на города, в которых проживают дворяне. Их жертвами станут только мелкие общины на холмах и несчастные путешественники.

Первым, кто узнал о армии гоблинов, был глава Цукубы, Маркиз Кирива. Гоблины передвигались в горах, поэтому они не были обнаружены до тех пор, пока части продвигающихся сил гоблинов не достигли Песчаного Листа.

Эта информация была передана вчера вечером.

Резидентский маг Цукубы осознал серьезность ситуации и немедленно связался с Маркизом Киривой. Маркиз Кирива только немного колебался, прежде чем потребовать экстренного заседания, и немедленно доложил новости герцогу Сергиату. Герцог Сергиат решил, что дело важнее его гордости и запросил помощи у всех присутствующих дворян.

Люди Земли провели собрание в спешке, поэтому многие пребывали в замешательстве. Армия гоблинов была ужасающей в своем роде, и этот инцидент был достаточно серьезным, чтобы повлиять на их способность рассуждения.

Люди Земли провели встречу ночью, размышляя о контрмерах.

Было несколько причин, по которым Красти и другие Авантюристы не были приглашены на эту встречу.

Во-первых, Красти и группа из Совета Круглого Стола еще не были официальными членами Лиги Свободных Городов Истель.

Церемония официального признания Совета Круглого Стола, вступающего в Лигу, произойдет в течении 10-дневного собрания, это уже было решено. Но дворяне хотели сначала договориться, насколько это возможно, поэтому эта церемония состоится во второй половине встречи. Но поскольку они еще не прошли церемонию, прямо сейчас Совет Круглого Стола не был официальным членом Лиги.

Во-вторых, до сих пор некоторые члены Лиги чувствовали себя неловко от присутствия Совета Круглого Стола.

Были даже слухи: «Нашествие гоблинов - это задумка Авантюристов?» которые были полностью, смехотворно глупыми.

Причиной этого заключения была в двух фактах. Племена гоблинов в Холмах Оули всегда были головной болью для жителей в горах. Но за последние 80 лет они не покидали своих гор, чтобы вторгнуться в деревни. Несмотря на то, что жители считали их опасной частью холмов и чувствовали себя неловко, основных проблем не было, пока они обитали у подножия горы.

Причина, по которой гоблины держались в горах, заключалась в том, что авантюристы периодически совершали налеты на них и сокращали их численность.

Дворяне, живущие около горных хребтов Оули, знали важность приглашения авантюристов для уменьшения силы гоблинов, поэтому они ежегодно выпускали много квестов и наград.

В игровые времена «Elder Tales» дворяне использовали систему для распространения квестов, таких как «рейд на гоблинов», «зачистка гоблинского поселения», «возврат похищенных ресурсов» и т.д., а авантюристы брали на себя квесты за награды и отправлялись в горы.

Но в этом году все было иначе, авантюристы проигнорировали все квесты, связанные с гоблинами в горах Оули. Вот почему дворяне Лиги, особенно те, что расположены вблизи горных хребтов Оули, предположили, что это может быть заговор Авантюристов.

Но это было не так.

Событие, известное как «Майский инцидент» для Людей Земли и «Катастрофа» для Авантюристов, изменило весь этот мир. Авантюристы также изменились, чтобы адаптироваться к этому новому миру, живя каждый день без лишней активности. По сравнению с тем временем, когда «Elder Tales» была просто игрой, все виды квестов были проигнорированы, это было чем-то, с чем они ничего не могли поделать.

У Авантюристов не было никаких злых намерений, они просто уделяли первоочередное внимание решению своих проблем, поэтому они игнорировали гоблинов. Объяснение ситуации такого положения вещей было распространено среди народа Людей Земли. Но когда армия монстров начала вторжение, дворяне не смогли принять эту мысль рационально.

А также...

- Так, это правда?

- Да, «Рыцари Идзумо»... исчезли.

- Их больше нет? Значит, они были уничтожены?

- Мы не знаем этого, потому что нет никаких тел или следов битв. Они просто ушли. Думаю лучше всего подойдет фраза «растворились в воздухе».

Они вновь подтвердили этот факт.

«Рыцари Идзумо» были одним из «13 Мировых Рыцарских Орденов», самой сильной Военной организации человеческого рода, защитников мира. В этом мире был невероятный тип сверхчеловека, известный как «Древний». Они появились вместе с утерянной древней магией, скрытой в родословной Людей Земли, чудотворцы.

«13 Мировых Рыцарских Орденов» были лигой супергероев, состоящих исключительно из «Древних».

Они были спасителями человечества и не вмешивались в дрязги дворян, но появлялись, когда полулюди атаковали в малом масштабе. Но они всегда являлись во время масштабных бедствий, чтобы защитить человеческий мир.

И эти «Рыцари Идзумо» исчезли.

Этот факт был обнаружен через месяц после «Майского инцидента», и потому что это было серьезное дело, Лига Свободных Городов Истель ограничила эту информацию от общественности. Они подозревали, что это может быть заговором Святой Империи Вестландии, но их шпионы сообщили, что она также была обеспокоена этим.

Дворяне знали подробности только о «Рыцарях Идзумо», в то время как остальные 12 из «13 Мировых Рыцарских Орденов» должны были взять на себя безопасность мира на других континентах и раньше не появлялись в Ямато.

Но эти «Рыцари Идзумо» исчезли.

Несколько крепостей, которые они использовали в качестве родных баз, теперь пустовали. Из отчетов разведчиков не было никаких следов битвы, или каких-либо признаков их активности за недавнее время, подтверждающих версию крестового похода на какие-то отдаленные земли.

Создавалось обычное, повседневное чувство, словно там остановилось время.

Как будто они вышли на солнечную прогулку – и не вернулись.

- Но если это так...

- Ох Ох...

Несколько дворян почесали головы.

Армия гоблинов насчитывала более 10 000 голов. Если они сформируются на равнинах и столкнутся с силами Лиги, то у вторых не будет и шанса.

Но гоблины двигались на юг вдоль горных хребтов, и не было никакого способа узнать, куда они нанесут удар. В качестве целей могут оказаться Хитачи, Город Четырех Мостов или они даже могут даже развернуться и ударить по центру Урумии.

Эти города отличались от других в Лиге Свободных Городов Истель, у них были городские стены, защищающие резиденции дворян и весь район города, то есть они были городами-крепостями. В зависимости от количества солдат и граждан они могли бы защитить себя от более крупных сил, если бы они приняли оборонительную стратегию. Но если они столкнутся с гоблинами, число которых превышало 10 000 человек, они, возможно, не смогут сделать это в одиночку. Они столкнутся с проблемой поставок ресурсов и фактором психологического давления.

Эти города зависели от помощи «Рыцарей Идзумо».

Городом с самым тяжелым положением была Цукуба.

В горах наблюдались нападения сил вторжения гоблинов, и они, по оценкам, находились на расстоянии менее ста километров от нее.

Помимо этого, возможными целями гоблинов были вышеупомянутые Хитачи, Город Четырех Мостов, центр города Урумия и невооруженный рыбацкий городок Чоуси, который не был под юрисдикцией какого-либо дворянина.

Они могут быть нацелены...

- Они могут быть нацелены на Майхаму.

Сказал герцог Сергиат, приложив свою крепкую ладонь к щеке.

Из Древнего Дворца Вечного Льда в направлении Песчаного листа, Майхама был на другой стороне городских руин Востока. Вычисляя места, где были обнаружены гоблины, они могут атаковать город через 2-3 дня в худшем случае.

В заключение, гоблинская армия направлялась прямо к горлу Лиги Свободных Городов Истель. С точки зрения Лиги, они должны сказать, что они позволили врагу проникнуть так глубоко на их территорию.

Монстры были слишком близко, не было никакого способа удалить этот шип, не проливая кровь, и яд должен был разъесть сердце Лиги.

В комнате наступила оглушительная тишина.

Это было невыносимое молчание.

Ночная встреча продолжалась с тяжелыми словами, с рациональной точки зрения, противник находился всего в нескольких днях от вторжения в любой из городов, это было не время для встреч.

Поскольку дело дошло до этого, единственной для Лиги Свободных Городов Истель возможностью было объединить свои силы, чтобы окружить и уничтожить армию гоблинов.

Но для этого потребуется много жертв. Кавалерия не сможет сражаться в лесу с ограниченной видимостью, а тяжелая кавалерия, которая полагалась на свою мощь, чтобы уничтожить врага, не смогла бы показать свои силы.

Трудно было вести крупномасштабную войну, когда силы дворян были разбросаны, а борьба с гоблинами обойдется многим жизнью. Районы холмов были пригодны для сокрытия, даже если бы вы отправили все свои силы, гоблины могли разбежаться, и не было никакой гарантии, что вы сможете их переловить.

Итак, возможно лордам стоит вернуться и защитить свои земли? Ответ на это решение: абсолютно нет.

Большинство городов могли выжить в осаде в течение нескольких месяцев, но, когда гоблины атаковали крепость, они могли совершить набег на окружающие деревни и общины, уничтожить фермы и спрятаться в холмах, когда подходило подкрепление для освобождения города. Их мотивы были пищей и сокровищами, а не захват города.

Размышляя об этом в таком ключе, они были не армией, а вооруженными беглецами.

Горные хребты в северо-восточном районе архипелага Ямато столкнулись с серьезной проблемой. Большая коалиция, подобная армии, не могла сотрудничать и поддерживать друг друга в этом типе местности.

Герцог Сергиат размышлял, растирая болящие виски пальцами.

«Решением этой встречи, вероятно, будет использовать все силы, чтобы окружить и уничтожить врага... Мы можем только признать тот факт, что мы потеряем много людей в этой войне на истощение... Но проблемой в этом случае будет вопрос: кто из дворян возглавит ведущий авангард.»

Ведущий авангард звучал как почетная роль, но на самом деле он должен был стать пушечным мясом.

...Прежде всего, какой-то город-крепость будет окружен и осажден. Эта крепость должна была бы усилить свою защиту, чтобы противостоять гоблинам. По такому плану осада должна была ослабить гоблинов, после чего армия Лиги окружит и уничтожит их.

Это была верная военная стратегия в военном плане. Вероятно, это был единственный способ уничтожить гоблинов. Но для этой стратегии нужен был город-крепость.

Кандидатами были сначала Цукуба, а затем Майхама герцога Сергиата.

Все дворяне поняли это.

Но они не осмеливались это сказать.

Дать городу попасть в осаду означало, что все фермы и поля, которые они обрабатывали, будут разрушены до основания, а жизнь многих граждан будет потеряна. «Будь приманкой» - это не те слова, которые можно легко произнести.

-...Мы ...Мы просим в соответствии с уставом Лиги Свободных Городов Истель помощи от лордов Лиги!

Лорд Цукубы, Маркиз Кирива произнес эти слова, звучавшие скорее как крик.

Но, обратившись с такой просьбой, многие из дворян просто молча закрыли глаза.

- Это... Точно, Акиба! Акиба, они могут использовать свою армию, чтобы победить гоблинов, мы должны это сделать! В конце концов, они причина всего этого!

Маркиз Кирива отчаянно закричал, как будто его подавило молчание. Эти слова вызвали интерес у некоторых дворян.

«Эхммм...»

Выражение герцога Сергиата было серьезным, но он промолчал и подумал.

Это была хорошая идея.

Они думали об этом с нынешней силой Лиги, но они не думали добавлять силы извне... этими силами были Авантюристы в Акибе, если бы это были они, было бы возможно обеспечить некоторые эффективные контрмеры.

«Но...»

Они могли стать сильным оружием Лиги Свободных Городов Истель, но они также могли стать и обоюдным мечом, не было никакой гарантии, что они смогут контролировать это оружие.

Можем ли мы обратиться за помощью именно так? Но если мы ищем помощь, нам нужно будет рассказать им всю правду, включая исчезновение «Рыцарей Идзумо».

Авантюристы были очень сильны.

Если они обратят на это свое внимание и объявят войну Лиге, то такое развитие событий станет куда более опасным, чем эта война с гоблинами. «Рыцари Идзумо», которые могли соперничать по силе с Авантюристами, теперь исчезли, и если бы Авантюристы узнали об этом… Они не могли предсказать, как будет развиваться ситуация.

Герцог Сергиат подумал, что 3 молодым послам можно доверять.

Мичитака обладал аурой великого торговца, он был очень терпим и был готов нести какие-либо потери, чтобы оставаться верными своей деловой этике.

У Сироэ было ощущение ученого, но его природа была похожа на острый меч. Если бы этот меч был вне ножен, как бы сложной ни была проблема, он бы искромсал ее.

И Красти, лидер Совета Круглого Стола, который не был рыцарем. Он был талантлив в слишком многих областях, и «рыцаря» было бы недостаточно, чтобы описать его. Потенциал этого молодого человека Красти не мог быть оценен даже глазами 60-летнего герцога, казалось он был прикрыт непрозрачным занавесом.

Но личные чувства Сергиата должны были быть строго отделены от принятия решения герцога Сергиата Корвена, правителя Майхамы, самого престижного клана Корвена на Востоке и председателя Лиги Свободных Городов Истель. Характер 3 послов не мог быть использован для оценки политических решений Акибы.

«И Святая Империя Вестеландии внимательно следит за этим...»

Когда Маркиз Кирива возглавит авангард, несколько дворян хотели, чтобы авантюристы вышли на поле битвы. Несколько лордов подняли инцидент «Рыцари Идзумо», предполагая, что хранить тайны от союзников нецелесообразно.

Но даже более знатные люди сомневались в возможности стратегии. Авантюристы, присоединившиеся к битве, были хорошей силой, но чем вы заманите этих авантюристов? Если дворяне не предоставят квесты с соответствующей наградой, авантюристов будет весьма непросто привлечь.

Встреча превратилась в хаос.

И это продолжалось до тех пор, пока Нянта не доложил Сироэ о сложившейся ситуации на следующий день.

Утро после встречи дворян.

Телепатическое сообщение с Песчаного Листа предупредило группу Сироэ о приближающемся кризисе.

Нянта, возможно, был не первым сообщившим, потому что Мичитака и Красти в то же время также получали аналогичные сообщения от членов своих гильдий, отправившихся в летний тренировочный лагерь.

Полуостров Песчаного Листа находился под крупномасштабной атакой полулюдей.

Группа Сироэ немедленно провела экстренное совещание в своей комнате. В зале заседаний были только Сироэ, Мичитака, Красти и еще несколько человек, остальные были либо на страже, либо занимались сбором информации.

В то же время верхний этаж Дворца гильдий в Акибе также проводил экстренное совещание за круглым столом. Хотя это было неудобно, им все же удалось провести встречу посредством телепатии.

- Давайте объясним ситуацию.

По просьбе Мичитаки, Сироэ вынул свои заметки и сообщил другим об известных фактах.

- Полуостров Песчаного Листа был атакован полулюдьми ранним утром. Включая новичков, 67 игроков из Акибы отправились в летний тренировочный лагерь на этот полуостров. Состав армии вторжения полулюдей выходит таким: сахуагины на побережье, их численность неизвестна, по оценкам, по крайней мере, несколько сотен, а в центральном районе холма нападают крупномасштабные племена гоблинов-мародеров, по меньшей мере, 10 000 человек.

10 000 было легко сказать, но многие, в том числе игроки-ветераны, были бы обескуражены этим.

Самая маленькая боевая группа «Elder Tales» была «партией». Это была группа, сотрудничающая вместе, используя тактику, максимум 6 членов. Когда бросают вызов подземельям или приключениям этого мира, авантюристы «Elder Tales» образуют «партию».

Но были некоторые инциденты и квесты, которые партия не могла решить. Чтобы справиться с такими крупномасштабными битвами, разработчики «Elder Tales» добавили масштабную боевую систему под названием «Рейд».

«Рейд» был разделен на уровни. Более распространенным был «Полный рейд», образованный 4 «партиями», средней группой из 24 игроков. В итоге, сражения героического уровня «Elder Tales» обычно решались таким образом.

Квест, который завершили в свое время Чайные Дебоширы, чтобы получить свои флейты грифонов, «Поля Мертвых Духов», обычно требовал группу из 24 человек, будучи квестом на «Полный рейд».

Была еще одна группа более высокого уровня. Это «Рейд-легион», образованный группами из «Полных рейдов». Было очень мало квестов в «Elder Tales», достигавших уровня сложности «Легион», и использовались они для обработки очень масштабных, ограниченных временных мероприятий для предотвращения кризисов на национальном уровне.

Обычно такой группе из 96 человек было трудно работать сообща, большинство игроков не смогли бы понять всю полноту битвы, а командир должен обладать мужеством, проницательностью и тактическими способностями.

Уровни гоблинов были низкими.

Для игроков 90 уровня они были просто закуской, и они могли в одиночку уничтожить множество таких монстров. Но никто не слышал о армии, которая была в сто раз больше, чем «Рейд-легион» численностью в 96 человек.

- Это консервативная оценка, я думаю, что фактические цифры нужно будет рассматривать в большую сторону.

- Почему ты так думаешь?

Красти спросил Сироэ.

- Это основано на причине вторжения.

- Причине? Вы знаете, из-за чего все это?

Поскольку телепатия была ограниченна системой "1-1", пришлось задействовать тактику "дублера", в которой второй человек выступал в качестве "передатчика" говорящего. Такую систему было весьма сложно организовать и она была не очень удобна, но в итоге каждый член Совета, участвующий в обсуждении, имел своего "дублера" в Дворце гильдии или в зале совещания. Задавшим вопрос был Содзиро из Бригады Западного Ветра, на что Сироэ ответил: «Это не подтвержденный факт, а только мой собственный вывод» в качестве задела разговора и сказал:

- Я думаю, что причиной вторжения является «Возвращение Короля Гоблинов».

Сироэ не только заставил утихнуть зал заседаний, члены Круглого стола в Акибе и Мариэль в Песчаном листе также были ошеломлены.

Когда «Elder Tales» была просто игрой, «Возвращение Короля Гоблинов» было периодическим игровым событием.

В глубине «Черного Леса» зоны Оули был замок гоблинов, именуемый как «Водопад Семерых».

Каждые два года была церемония коронации Короля Гоблинов, венчающая сильнейшего лидера племени гоблинов из окружающих 6 племен.

Если вы переведете его на реальное время, это событие происходило каждые 2 месяца. Вход в «Водопад Семерых» будет открываться каждые 2 месяца на одну неделю. Если бы игроки в этот период напали на крепость короля гоблинов, они могли бы получить крупную добычу.

Было 2 причины, почему этот квест так популярен. Во-первых, добыча, которая выпадает из Короля Гоблинов, была очень крупной. Даже если бы она не оказалась чем-то, что хотели бы высокоуровневые игроки крупных гильдий, добыча все еще была очень высокого качества для обычных игроков. Высококачественные предметы, которые заставляли бы других завидовать.

Еще одна причина, которая не могла быть упущена, заключалась в том, что сила короля гоблинов и сила защищающих его войск могла меняться.

Согласно истории игры, Королем Гоблинов выбирался сильнейший из окружающих племен. Другими словами, если бы вы атаковали окружающие племена и подавляли их силы, гоблины в зоне «Водопада Семерых» также были бы ослаблены, то же самое касалось уровня и силы Короля Гоблинов.

Из-за этой возможности даже обычные игроки имели шанс взять квест «Возвращение Короля Гоблинов», делая его полезным и популярным квестом.

-...Да, «Возвращение Короля Гоблинов», с которым все знакомы. Квест, о котором мы все забыли, и который проходит для нас здесьвпервые.

Рейд на Короля Гоблинов был битвой уровня «Полный Рейд», но если вы заранее ослабили гоблинов, то квест сам по себе был несложным, это был рейд, подходящий для гильдий среднего размера. Сироэ никогда не слышал о Короле Гоблинов, который выживал в течение 1 недели.

Но если Сироэ правильно помнит, именно это сейчас и произошло.

- Я помню... Если Король Гоблинов выживет в течение 1 недели, он объединит окружающие племена, и его армия увеличится в 10 раз. Такое примерно описание я помню, я прав?

Сироэ кивнул, чтобы признать вопрос Мичитаки.

Он был прав.

Король Гоблинов, завершивший коронацию, станет героем гоблинов, а его влияние значительно возрастет.

После «Катастрофы» Сироэ и авантюристы были заняты построением своей среды, чтобы выжить в этом альтернативном мире. Даже если это был популярный квест «Elder Tales» «Возвращение Короля Гоблинов», у них не было времени, чтобы обратить на него внимание.

- Таким образом, гоблины сохранили всю свою военную мощь.

Служащий передал сообщение по телепатии, Сироэ подумал, кивнул и ответил.

- Да, мы не напали на 6 окружающих племен и не атаковали крепость «Водопада Семерых», поэтому мы можем предположить, что уровень Короля Гоблинов и его охранников находятся на самом высоком уровне за всю историю игры... Однако, меня больше беспокоит масштаб объединенных племен гоблинов.

В зале заседаний царила удушающая тишина.

Они не хотели молчать, но никто не мог предложить чего-то конструктивного, комната молчала.

Они сохраняли спокойствие и не паниковали. По имеющимся данным, участники летнего тренировочного лагеря нашли убежище в заброшенном школьном городке, откуда Мариэль из «Альянса Полумесяца» присоединилась к встрече через телепатию.

Телепатия могла подключать только 1 к 1, поэтому Генриетта передавала сообщения Мариэль в зале заседаний.

Кроме того, если участники лагеря окажутся окружеными сильными монстрами, они использовали бы «Зов Дома», чтобы телепортироваться обратно в Акибу, тем самым избежав опасности.

Армия гоблинов маршировала с полуострова Песчаного Листа, они должны направляться к западу или к югу, уничтожая любые общины на их пути. Но Акиба все еще находилась поблизости и в случае их прибытия была готова дать им отпор.

Даже если армия гоблинов была больше чем когда-либо, они все еще были управляемой группой. Вам понадобится «Полный Рейд», чтобы напасть на Короля Гоблинов... то есть 24 Авантюриста. В Акибе числа Авантюристов хватит, чтобы запросто сформировать 500 таких рейдов.

«Но нынешняя ситуация...»

Акиба была в безопасности, но Лига Свободных Городов Истель не могла так легко воспринимать их.

Даже если противник насчитывал всего 10 000 человек, Сироэ считал, что этого достаточно, чтобы уничтожить более слабую крепость.

Сироэ не хватало военных знаний, поэтому было стыдно, что он не мог быть уверен в этом. Но он мог представить себе бледные лица дворян в Лиге.

- Будут ли «Рыцари Идзумо» действовать?

Этот вопрос нерешительно задала Генриетта.

На это ответила болтовня голосов, соглашаясь: «О...» «Теперь, когда вы упомянули об этом...».

- Рыцари Идзумо»

Это был Рыцарский Орден на японском сервере, состоящий из «Древних».

«Древний» был героическим персонажем Людей Земли, их могущество было более чем равным для Авантюристов, туз и последняя надежда рода человеческого. Когда Авантюристы впервые появились в этом мире, они взяли квесты и миссии, чтобы одолеть бесконечные армии полулюдей с их подавляющей численностью. Но если равновесие судьбы мира пошатнется, вмешивались «Рыцари Идзумо».

На 12 открытых серверах мира было 13 таких Рыцарский Орден, и «Рыцари Идзумо» были известны на японском сервере... Нет, это должны быть ангелы-хранители архипелага Ямато.

В игровые времена «Elder Tales» Сироэ слышал о подвигах этого Рыцарского Ордена. Не только Сироэ, более опытные игроки знали бы еще больше о легендах этого мифического Рыцарского Ордена.

Они часто сражались вместе с Авантюристами в поисках или шли своими путями в своих крестовых походах.

Они были защитниками всего рода человеческого рода в этом мире, поэтому они не были вовлечены в мелкие политические ссоры между лордами и дворянами. Но если бы произошло такое событие, как вторжение на полулюдей, они, вероятно, предпримут какие-то действия.

На встрече была атмосфера «Мне не нужно заботиться об этом лично». Но у Сироэ были сомнения, так как они не подтвердили, что «Рыцари Идзумо» работают так, как обычно.

Сироэ впал в чувство отвращения к себе, думая, что он слишком беспокоился об этом. Он интересовался южным маршем гоблинов, напомнив, что официальная история «Elder Tales» только говорила: «Король Гоблинов, который пережил неделю его коронации, объединит окружающие силы и построит империю».

«... Можем ли мы действительно оставить это в стороне?»

У Сироэ не было четкого ответа в его сердце. Дело в том, что он должен был беспокоиться о проблеме «Теории Духа», заставляя его колебаться в начале великой войны.

- Принцесса, принцесса... принцесса Лайнезия?

Оклик горничной заставил Лайнезию развернуться.

- Что такое...?

Лайнезия слегка наклонила голову. Рыцари двора были бы загипнотизированы только этим взглядом и были готовы поклясться ей своей вечной верностью, так она была прекрасна и красива. Но перед ней была служанка, которая долгое время заботилась о ней.

- Размышляете о чем-то? Еще слишком рано думать о завтраке, верно?

Горничная сказала слишком понимающим тоном.

Но ее обвинение было довольно щедрым, «размышление» было редким действием, которое делала Лайнезия. Время, проведенное ею в «депрессии», было длиннее времени, проведенного ею в размышлениях. Но ее наиболее распространенное действие было просто «ошеломлением окружающих».

- Э? Элисса, я выгляжу задумчивой?

Лайнезия, вероятно, привыкла к ней и не делала никаких опровержений, и просто сделала запрос.

Горничная Элисса зашла за спину Лайнезии, которая сидела за туалетным столиком, чтобы расчесать красивые серебряные волосы.

- Именно так, вы выглядите так, как будто задумались, что так редко бывает для ее высочества.

Это заставило Лайнезию снова замолчать, что было редким зрелищем.

Ключ к изменениям ее действий был в ее взгляде. Когда она слегка наклонялась и не проявляла никаких эмоций, она «задумывалась».

Если она смотрела вниз-влево и выглядела так, как будто улыбалась, несмотря на беспокойство, она была в «депрессии». Если принцесса беспокоилась и была подавлена из-за мелочей, это было выражением, которое только что ей описывали.

Это была правда за лицом, которое ученые и чиновники высоко оценивали как «печальный взгляд меланхолической красоты». Вещи, о которых она беспокоилась в те моменты, обычно были на подобии: «Я слишком много питалась прошлой ночью?» или «Я надеюсь, что они не выбросят мою старую пижаму».

Выражение, популярное среди рыцарей и мускулистых мужчин, было именно тем выражением ее лица. Ее голова слегка наклонилась, слегка затуманенный взгляд, словно она мечтала, со слабым намеком на улыбку. Если она будет слишком сильно ошеломлять, будет казаться что ее взгляд сияет, делая ее еще более заманчивой.

Поскольку она просто оглядывалась вокруг, если бы вы спросили ее, вы бы поняли, что она не думала ни о чем, самое большее, что она сказала бы, было бы на уровне «А, погода хорошая» или «Я хочу вздремнуть в своей комнате». Она выглядела легкомысленной, когда говорила подобное, и из того, что увидела Элисса, Лайнезия, которой она служила, была настоящей простушкой по характеру, в этом не было никакой ошибки.

По крайней мере, это было так для их повседневной жизни.

«Это сложно, красавицы с трудом справляются.»

Элисса могла только вздохнуть.

Поскольку Элисса служила служанкой принцессы, она тоже была очень красива. Если бы у нее было свободное время и она гуляла по городу, за ней приударили бы толпы мужчин.

С точки зрения Элиссы, она была довольно очаровательной женщиной, но на уровне причудливой красоты. Настоящими красавицами были такие дамы, как Лайнезия. Красота подобного уровня была способна быть независимой от самого человека, позволяя другим игнорировать такие вещи, как ее личность и мысли, это был совершенно иное измерение.

«Я действительно не завидую ей.»

Элисса мягко вздохнула, расчесывая мягкие и серебристые волосы принцессы, каждая прядь, проходящая через ее пальцы, была похожа на драгоценное золото.

-...Он не пришел сегодня?

Элисса хотела поддразнить принцессу и сказала это.

- А?

- Красти-сама.

- ... Почему ты спрашиваешь?

- Ничего, вы вдвоем продолжали обедать вместе, он обычно приходит к принцессе в это время.

- Это так...

Лайнезия ответила в мягкой панике. Немного смущенная Лайнезия не была принцессой, которую рыцари обожали.

Эта принцесса была красавицей, но она была ближе к наивной и неуклюжей, чем к причудливой даме... она была просто бесполезной девушкой, но Элисса восхищалась ее бесполезной госпожой.

- Да, верно. Животное, известное как человек, не обращает внимания на детали с самого начала цивилизации. Нам тяжело работать с одеждой, которую мы приносим, но человек никогда не заботится о наших проблемах с нашими гардеробами, это действительно заставляет меня терять дар речи... Я помню, что в обед вчера было перламутровое платье, светло-фиолетовая шаль и фиолетовое кристаллическое ожерелье. Накануне был светло-фиолетовый атлас... верно, тот, у которого есть материал с двойным слоем.

- Да.

У Лайнезии было удивленное выражение: от взгляда, который ей показывала Элисса через зеркало, она не понимала, что она говорит.

- Слушайте внимательно, принцесса, это не «Замок Золушки» в Майхаме, поэтому ваш гардероб очень ограничен. Если у вас постоянно бывает обед с конкретным мужчиной, существует ограничение на сочетание одежды, которую вы можете носить. Поскольку это обед, вы не можете носить платья, предназначенные для праздничных банкетов. Вам нужно обратить внимание на количество кожи, которую вы показываете, если обед во дворе, вам нужно будет носить соответствующие конструкции рукавов, и вам нужно выбрать в соответствии с цветом обоев, если вы едите в помещении…

Лайнезия какое-то время переваривала эти слова, затем осторожно выразила свои взгляды.

- У меня все в порядке со вчерашней одеждой.

- Ни в коем случае! Вы что, деревенская девушка, использовать одну и ту же одежду для обеда 2 дня подряд?

Элисса отвергла предложение Лайнезии.

- Я могу носить длинную рукавную шелковую блузку и клетчатую юбку...

- Это повседневная одежда в помещении! И это особый костюм, в котором вы всегда бездельничаете!

Опасаясь агрессивной Элиссы, Лайнезия сделала глупое лицо и молчала. Даже это выражение выглядело так, будто она прятала свои печали, неся ее болезненные неприятности, красавицы были ужасающими.

«Но ее природа - лентяйка, такие вещи, как клетчатые юбки, не предназначены для мужчин, она ведь не хозяйка какого-то бара!»

- Но я не думаю, что этот человек обеспокоен этими вещами...

- Неверно! Животное, известное как человек, может сказать, что он не против, но он будет подсчитывать оценки в своем сердце, и именно так и будет. Они скажут «Мне нравится ваш самый естественный вид», но когда они видят женщину которые только что проснулись, они отведут свой взгляд вдаль. То, что им нужно, не «самый естественный вид», а ваш «кажущийся наиболее естественный вид»! Слушайте, в конце концов, принцесса...

Звук стука двери прервал энергичную лекцию Элиссы.

Отец Лайнезии, Фейнэйл, вошел с дворецким, не дожидаясь ответа.

- Ах, Лайнезия, успокойся и послушай меня.

Фейнэйл попытался скрыть свое раздражение, взяв стакан воды и выпил его наполовину, прежде чем продолжить.

- В направлении Майхамы движется армия гоблинов, численность которой составляет 10 000 голов и, похоже, она увеличивается. Через несколько дней она может насчитывать десятки тысяч, но это худший сценарий.

Элисса не могла понять, о чем он говорил.

10 сотен были тысячей, 10 раз по тысячи означало десять тысяч.

Город Майхама был самым большим населением в Лиге Свободных Городов Истель, насчитывающий около 20 000 человек, включая фермеров и торговцев. Военная мощь Майхамы включала тысячу стражей, которые поддерживали мир и порядок в городе, плюс 400 рыцарей, дислоцированных в Майхаме, и если бы вы добавили других рыцарей-патрульных, то это число едва достигало 2000 людей.

Когда Элисса поняла это, она почувствовала, как ее кровь замерзла в одно мгновение.

10 000 вражеских войск!

Врагами были полулюди, поэтому городская стража не смогла бы им противостоять. Элисса слышала о боях с использованием крепости, но 10 000 против 2000 звучало как пустой довод для женщины без военных знаний.

- Эти уродливые ублюдки, возможно, не остановятся после нашей драгоценной Майхамы, Цукуба и несколько других дворянских территорий также находятся в опасной зоне. Но мы не можем позволить себе остерегаться, я планирую немедленно вернуться в Майхаму.

- Дорогой отец, я тоже...

Лайнезия встала со стула.

У нее было резкое и серьезное выражение.

Лайнезия не способна хорошо общаться с другими, была ленивой, любила оглядываться и не выглядела дочерью престижного клана.

Но лишь потому, что она никогда не действовала в одиночку, не значит, что она действительно не способна действовать в одиночку.

У этой неряшливой и небрежной принцессы была родословная одного из двух герцогских кланов... Клана Корвен.

Элисса никогда не сомневалась, что принцесса, о которой она заботилась, имела благородное рождение и имела высокий потенциал.

- Нет, нет нужды, можешь просто остаться здесь.

- Почему? С нашей землей в опасности, мы все должны вернуться...

- Нет, тесть тоже останется здесь.

Отец упомянул нынешнего главу семьи, герцога Сергиата. Мать Лайнезии, Сарария, была дочерью Сергиата, и ее отец присоединился к клану, женившись на ней.

- Мы не определили истинного намерения вторгшейся армии, но исходя из масштабов, они не остановятся на Майхаме. Это не будет слишком серьезным, если они атакуют лишь Майхаму... Худшим развитием событий станет то, что Лига Свободных Городов Истель исчезнет с карты. Чтобы противостоять этому, Лиге нужно будет объединиться, чтобы защищаться от наших противников вместе. Как председатель Лиги, тесть не может покинуть этот дворец. Тебе нужно стать опорой его поддержки... Понимаешь?

Фейнэйл только что сказал эти слова.

Он не дождался ответа дочери и поспешно вышел из комнаты, Элисса поклонилась, чтобы проститься с ним.

Фейнэйл был главным работодателем Элиссы. По сравнению с ее временами с Лайнезией или ее матерью, Элисса лишь несколько раз встречалась со своим работодателем, и он создал ей впечатление честного человека.

Властелином Майхамы был герцог Сергиат.

Он унаследовал свою роль в молодом возрасте и был блестящим в своем управлении, пользовался хорошей репутацией и был любим своими людьми. Его дочь и внучка Лайнезия тоже очень нравились другим.

По сравнению с прямыми потомками родословной его зять Фейнэйл походил на чужака. Хотя говорить так об этом нехорошо, но он не мог избежать критики, чтобы оставить слабое впечатление на людей.

Он не был рыцарем или сыном дворянина, он был просто бюрократом с нормальным прошлым. Он был в экономическом отделе и с течением времени повышался. Элисса слышала от своих родителей, когда Фейнэйл выходила замуж, люди не были действительно разочарованы, но у них было ощущение упущенных ожиданий.

Но вы не могли почувствовать мягкость его бюрократического прошлого. В тот момент, когда вы смотрели на его спину, он без колебаний возращался на свою землю. Если бы он был настолько хрупким и слабым, Сергиат не одобрил бы его, и Элисса согласилась бы с решением герцога.

- Отец...

- Принцесса?

Вздох Лайнезии заставил Элиссу сосредоточиться на ней.

Лайнезия задумалась.

Нет, это было совсем не так, как она выглядела до сих пор.

Ее глаза, казалось, смотрели на что-то несфокусированным взглядом, походя на пламя, которое медленно разгоралось. У ее изящного вида был благородный дух, вы не могли в шутку описать ее как подавленную.

- Принцесса ...?

Лайнезия не слышала слов Элиссы и мягко прикусила губы.

Полуостров Песчаного Листа, заброшенный школьный городок на холме у моря. На поле собралось много авантюристов.

Они все переговаривались между собой с напряженными выражениями. Они не были официальной армией, поэтому у них не было офицеров, которые смогли бы организовать их как надо. Они собирались в небольшие группы с людьми, с которыми они были знакомы или находились примерно на одном уровне и ожидали дальнейших приказов.

Никто не делал никаких предложений, но Авантюристы уже собрали и упаковали все свои вещи. В центральной палатке было несколько деревянных бочек, здесь любой мог пополнить свои фляги охлажденным чаем из черных роз.

Такой возможностью воспользовались некоторые авантюристы, взяв чай и вернулись к разговору со своими товарищами из группы.

Солнце, выглядевшее больше чем обычно в течение дня, уже садилось, наступал вечер.

Авантюристы продолжали посещать и покидать единственную палатку, оставленную в центре поля.

Следуя рекомендациям, которые были объявлены, они будут использовать этот городок в качестве базы до тех пор, пока они не составят список всех присутствующих участников. Это также означало, что они уйдут, убедившись, что все в безопасности.

Мариэль выглянула из палатки и вздохнула.

В палатке проводили собрание Нянта, Наоцугу, Мариэль, Сорью, Резарик и другие игроки 90-го уровня.

Ответственной за этот летний тренировочный лагерь была Мариэль. «Альянс Полумесяца» был небольшой гильдией, но это была одна из 11 гильдий, которые создали Совет Круглого Стола. Другие члены Совета были либо в Древнем Дворце Вечного Льда, либо вернулись в Акибу, поэтому обучение новичков оставалось заботой Мариэль.

Известие о нападениях сахуагин и гоблинов уже было сообщено в Совет Круглого Стола, они должны придумать некоторые последующие меры.

- Мари-сан? Не думай слишком сильно об этом, просто оставь это Сироэ и Генриетте-сан, ладно? Не волнуйся, будь то с помощью трюков или ловушек, они найдут хороший способ справиться с этим.

- Спасибо, Наоцугу-ян.

Мариэль улыбнулась своей привычной блестящей улыбкой.

Она думала, что улыбка в данной ситуации получилась не слишком хорошая, но чувство искренности других сделало ее счастливой. Этот молодой Наоцугу... Хотя звучит не совсем верно, он был всего на год или два младше, так что он должен быть взрослым... Обычно он был таким нахальным и смелым, поэтому было трудно представить, что он был действительно деликатным в глубине сердца. Когда Мариэль замечала это, она всегда восхищалась проявляемым им беспокойством.

- Хорошо, позволь мне обнять тебя! Обнимашки в качестве благодарности!

Мариэль спрятала свое смущение и крепко обняла запаниковавшего Наоцугу. Наоцугу с красным лицом и беспомощным поведением был таким милым и интересным.

- Эй! Подожди, Мари-сан, не делай этого! Остановись... Купальник... Прижимаетесь...!

Наоцугу, чей разум впал в полный беспорядок, удивил Мариэль, но она продолжала обнимать голову Наоцугу, когда Нянта вмешался с спасительными словами.

- Мариэль-чи? Я думаю, тебе нужно переодеться, уже вечер. *кхм**кхм* Насчет этого... просто бикини и толстовка слишком стимулируют Наоцугу-чи ня.

Этот совет заставил Мариэль осознать ситуацию, и она поспешно отступила.

Она так нервничала и не заметила, что она была наполовину голой.

«Небеса... это было небрежно для меня, я надела это, когда я... Ухх... Теперь он подумает обо мне как о какой-то дурочке. К счастью, Генриетты здесь нет, иначе она закатила бы мне долгую лекцию...»

Ее грудь, прижавшаяся к Наоцугу, ощущала тепло, жар, казалось, исходил из ее чувства стыда, так же окутывая и ее лицо. Но она не сняла купальники и просто надела на нее тунику и доспехи.

- Извините за беспокойство! Игроки выше 30-го уровня все причислены! Все присутствуют!

Мариэль переодевалась, поэтому она не могла этого увидеть, но она услышала, как Нянта согласился с сообщением проверяющего.

Все были учтены, никто не потерялся. Мариэль почувствовала, как весь груз, что был у нее на плечах, упал.

Битва с отступлением с пляжа была действительно жестокой.

Уровень противника был низким, но их количество было очень затруднительным. Стратегия длительных и коротких битв отличались друг от друга, в основном количеством затрачиваемой Маны.

Жрица Мариэль была целителем, и если у целителя закончилась Мана, это означало, что запас заклинаний исцеления исчерпается. Чтобы поддерживать членов партии живыми, целители должны были тщательно управлять своей Маной. В «Elder Tales» обычная партия, совершавшая рейд в подземелье, участвовала в сражениях, длившиеся от 30 секунд до нескольких минут, поэтому игрокам было бы сложно контролировать свои ресурсы для битв, которые шли более 10 минут.

Только игроки в крупных гильдиях, которые принимали участие в «рейдах», имели бы опыт в долгосрочных битвах.

Они отступили с большим трудом.

В битве были ранены люди, но они были излечены целителями. Сорью прокомментировал, что новички теперь были более смелыми и энергичными после того как пережили это отступление, поэтому они действительно выиграли от этой ситуации.

После того, как Мариэль закончила переодеваться и причесываться, у палатки возникло волнение. Она услышала, как Наоцугу позвал «Мари-сан!», и вышла под фиолетовое ночное небо. В лесу далекого горного хребта колебалось много огненных пятнышек.

-... Это факелы ня. - тихо сказал Нянта.

Это была сцена из фэнтези, и это необычное зрелище приближалось.

С красным горящим солнцем в качестве фона, горы Песчаного Листа погружались во тьму.

Бесчисленные пятнышки света сияли и двигались по лесу, как муравьи, несущие огни и продвигающиеся вперед.

- На первый взгляд, около 100-150? - тихо сказал Наоцугу.

Количество факелов не было равно количеству гоблинов, но по левому берегу было, по крайней мере, столько гоблинов, что Мариэль поняла, что они больше не скрывают своих передвижений.

Бесчисленные пятнышки света были беззвучным предупреждением от гоблинов о том, что «Мы идем атаковать вас.»

- Принеси мне карту!

- Ах, подождите, я использую Волшебный Факел.

Игроки-ветераны вроде Кила из «Бригады Западного Ветра» оценивали позиции гоблинов на карте. Серара с беспокойством держала край жакета Нянты, а Нянта, изучавший карты и маркировку, поднял голову и посмотрел на юго-восток.

Нянта решил использовать гриффона для разведки с неба, пока еще имелся хоть какой-то дневной свет, все-таки он был тем, кто наиболее знаком с передвижениями гоблинов.

Все на площади не паниковали, увидев это странное зрелище. Проще говоря, поскольку все были учтены, они могли провести церемонию закрытия лагеря в Акибе через 15 минут. Поскольку они могли использовать «Зов Дома», у них не было чувства отчаяния.

В этом мире авантюристы были очень сильны.

«В любом случае, нам нужно подождать, пока Совет Круглого Стола примет решение. Но поскольку все в безопасности, я должен сообщить об этом им...»

Поскольку Мариэль рассматривала это, у Нянты было беспокойство, когда он приблизился к Сераре и Минори. Наоцугу и Резарик были на стороне Мариэль. Казалось, что Нянта что-то говорил инструкторам лагеря.

- Что такое? Что-то случилось?

- спросила Мариэль.

- Ситуация немного беспокоит ня, нет, нет необходимости беспокоиться вообще, но, эм...

Нянта не знал, с чего начать.

- Что-то не так, Шеф? Просто скажи, что у тебя на уме.

Наоцугу, вероятно, заметил озадаченное лицо Мариэль и прямо спросил его товарища по гильдии из «Log Horizon».

-...Эта группа, похоже, собирается напасть на Чоуси ня. Это не вся армия, возможно, отколовшиеся от нее отряды, которые несут ответственность за мародерство ня. Основная армия, похоже, располагается севернее… Другими словами, они планируют использовать Чоуси в качестве своей кормушки.

- У Чоуси ведь нет стен.

Минори вмешалась.

Руки ученицы средней школы тряслись, но она решилась и продолжала:

- Если мы ничего не сделаем, Чоуси не переживет эту ночь.

От переводчика:

Редакт этой части главы все еще не завершен. Я займусь этим сегодня вечером, поэтому если найдете в тексте ошибки, отмечайте их через Систему Оповещения Ошибрк (Выделяете текст), или в качестве запасного варианта через комментарии. Таким образом я быстрее исправлю ошибки и приведу текст в более пригодный вид.

***

- Так много...?

Мичитака повторил это как попугай.

В этом зале заседаний было 5 человек.

Лидер «D.D.D» «Берсерк» Красти.

Мастер гильдии-гарема «Бригады Западного Ветра» Содзиро.

«Океанские Системы», «Сильные Руки» босс Мичитака.

Заместитель мастера гильдии «Альянса Полумесяца», Генриетта.

И «Log Horizon» «Злодей в Очках» Сироэ.

Кризис в виде внезапной атаки на полуостров Песчаного Листа побудил Совет Круглого Стола провести совещание для обсуждения ситуации. Мариэль, которая возглавляла тренировочный лагерь в «Песчаном Листе» и группа Сироэ, которая встречалась с Людьми Земли в «Древнем Дворце Вечного льда», общались посредством телепатии.

Завершение обсуждения можно было просто обобщить: «Ожидайте».

Они не смогли прийти к окончательному заключению на этом нынешнем этапе, они могли продолжать использовать средства коммуникации, собирать больше информации и сохранять ожидание при наблюдении за развитием ситуации, это было общее ощущение после обсуждения.

Но они не могли отпустить своих охранников и должны быть готовы ко всему.

Сироэ сделал 3 предложения Совету Круглого Стола, первым из которых было усиление защиты Древнего Дворца Вечного Льда. Поскольку здесь собралось много дворян, им нужно было обеспечить их безопасность.

У дворян были свои телохранители, но Авантюристы чувствовали, что те были недостаточно сильны.

После того, как дискуссия по телепатии с Советом Круглого Стола закончилась, «Бригада Западного Ветра» первой откликнулась на просьбу Сироэ и бросилась к Древнему Дворцу Вечного Льда.

Древний Дворец Вечного Льда был расположен к юго-западу от руин Восточного города, маловероятно, что гоблины будут атаковать его, поскольку это была безопасная зона, которая не нуждалась в каких-либо подкреплениях. Но результаты встречи между дворянами все еще были неизвестны: из нескольких вариантов, по которым Сироэ предсказывал, что их встреча может продолжиться, Сироэ или Красти, возможно, не смогут продолжить обсуждения с Людьми Земли, поэтому возникла необходимость в отправке подкреплений из Акибы.

Но если бы крупномасштабная армия подкрепления прибыла, пока они были еще в разгаре дискуссии, Люди Земли могли бы рассмотреть это как акт враждебности. Учитывая этот факт, «Бригада Западного Ветра» была относительно небольшой гильдией среди них и вызвалась возглавить путь.

«Бригада Западного Ветра» расположилась в 10 минутах езды от Древнего Дворца Вечного Льда, в то время как Содзиро вошел во Дворец с несколькими помощниками.

Акиба и Сибуя были 2 городами, ближайшими к Древнему Дворцу Вечного Льда в Лиге Свободных Городов Истель. Если им нужно было спешить, они могли приехать через 2 часа на лошади, поэтому Содзиро оказался там уже к вечеру.

Согласно сообщениям, было подтверждено, что основная армия гоблинов расположена вокруг полуострова Песчаного Листа.

Сироэ обозначил конкретную позицию на карте, это место было рядом с Абико и Ториде в реальном мире.

Это были города-спутники в старой Японии, но здесь они были просто неизведанными и зелеными холмистыми районами.

- Это их штаб, они разделены на племена и координируют их движения, но их совместная работа не идеальна. Даже если заметно, что их возглавляет Король Гоблинов, их командная система все еще разбросана и не имеет однородности, являясь широкой и нерегулируемой, что затрудняет их обработку.

Сироэ высказал свои взгляды.

Посмотрев на карту, вы могли сказать, что враг находился в пределах досягаемости от района под влиянием заброшенного столичного города Востока. Если вы проложите линию между Цукабой и Майхамой, армия была непосредственно между ними, чтобы помешать их силам сотрудничать.

- Поскольку их движения неустойчивы, мы не можем понять их фактические цифры, даже после получения нескольких отчетов... Если последний отчет о надзоре от воздушных наблюдателей является надежным, существует как минимум 15 000 гоблинов.

- 15000...

Генриетта ахнула. Она не была мастером гильдии, которая была членом Совета круглого стола, она просто замещала Мариэль, которая отсутствовала на летнем тренировочном лагере в «Песчаном Листе».

Следовательно, она избегала общения в этой дискуссии, но она ничего не могла с собой поделать.

- Число не очень опасно.

Содзиро сказал это со спокойным лицом.

- Если противник имеет такую же численность, как и у нас, мы, Авантюристы, можем одолеть их один за другим. Враг на этот раз гоблины, даже игроки среднего уровня должны иметь возможность сражаться с 10 подряд, верно? Я уверен, что моя гильдия может уложить 1500 из них.

Это длилось лишь мгновение, но в тот момент его слова были похожи на слова демона.

- Да, мы могли бы это сделать, но встреча с дворянами не пройдет так гладко.

Мичитака ответил на такое предложение, отчего Содзиро очаровательно засмеялся, почесал голову и сказал: «Ты прав».

- Как было заключено на собрании телепатии, Совет Круглого Стола оставит это решение в руках посланников, возглавляемых Красти. Поскольку гоблины посылают армию для нападения, дворяне из «Истеля» тоже должны обсуждать это, верно? Вместо того, чтобы обсуждать это в Акибе, более эффективно сделать это здесь.

Они в основном решили подождать и посмотреть. Но дворяне могут попросить о помощи, так что Акиба не должна выдавать своих намерений, когда они будут обсуждать с ними контрмеры. Это был ответ, выбранный Акибой.

В этих переговорах было бы лучше дать послу на месте полномочия принимать решения, это была вера, которую Совет Круглого Стола имел в своих трех послов.

- Оставьте это нам, мы не будем продавать Акибу.

Мичитака тихо рассмеялся и дал подобное обещание Содзиро.

Сироэ посмотрел на Красти.

Большой и красивый мужчина с тихим выражением изучал карту в тишине.

-...«Рыцари Идзумо» так и не готовятся?

Сироэ понял вопрос, заданный Красти, и смысл, стоящий за ним.

- Я думаю, что они участвуют в каком-то другом инциденте, о котором мы не знаем, таком как «Шабаш Призрачных Врат Сузаку».

«Шабаш Призрачных Врат Сузаку» - это периодический квест наподобие «Возвращения Короля Гоблинов», активирующийся раз в 3 месяца. История сюжета был основан на вратах из ада, откуда на землю выбирались духи и призраки.

Разница между ними заключалась в том, что «Возвращение Короля Гоблинов» было расположено на северо-востоке, в то время как «Шабаш Призрачных Врат Сузаку» произходил в «Проклятом Хэйане».

Другими словами, если на Западе было что-то похожее, «Рыцари Идзумо» могли отправится туда на помощь. Сироэ не думал, что так оно и есть, но он все-таки довел до всех эту теорию.

- Да...

Сироэ не смог сказать, согласился ли Красти с этими рассуждениями, он просто скрестил руки и снова замолчал.

«...Это может быть мой шанс сказать правду.»

Сироэ планировал всевозможные моменты и пытался предсказать, как все будет развиваться. Но он решил это на основании предчувствия, которое у него было.

- У меня есть еще кое-что, что стоит сообщить.

- Хммм? Сироэ-доно, вы о чем?

- Сироэ-сама...?

Сироэ ждал, пока все они сосредоточатся на нем и продолжил:

- Речь идет о смерти в этом мире. Мы будем возрождаться в Соборе после смерти, поэтому мы просто предполагаем, что, заплатив штраф в виде утерянного Опыта, мы можем возродиться. Это было правило в «Elder Tales», но мы были слишком наивны, чтобы думать, что подобное останется прежним.

Речь Сироэ заставил поднять голову молчавшего до сих пор Красти и внимательно вслушаться в разговор.

- Согласно моим источникам... Это не подтверждено, но даже смерть в этом мире несет определенный риск, вы не только потеряете часть своих предметов и немного Опыта... Смерть - это когда наши «Души», и наша «Сущность» возрождается в телах. В то время мы теряем некоторые воспоминания.

Большой и роскошный конференц-зал был наполнен такой мощной напряженной атмосферой, что вы могли почти коснуться ее своими пальцами.

- Сколько воспоминаний вы потеряете или какую часть вы потеряете, я не уверен... Но, основываясь на моих источниках, так работает наша нынешняя система смерти.

Похоже, никто не реагировал на то, что сказал Сироэ.

После долгого периода времени Красти ответил.

- Я понимаю... теперь я понимаю, по какой причине у меня пропали некоторые воспоминания из жизни прошлого мира.

-...!

Группа бросила свои взгляды на спокойного сильного воина. Красти остался безразличным даже под таким количеством взглядов.

- «DDD» - это боевая гильдия, до революции в Акибе, мы немного тренировались в битве, чтобы адаптироваться к этому альтернативному миру, и я испытал смерть несколько раз. Я обычно не замечал этого, но, все-таки, чего-то не хватает, хотя я не могу быть уверен... Но я думаю, что воспоминания, которые мы имеем о старом мире, будут выборочно утеряны.

- Эх, это...

- Такое действительно может произойти, эй!

- Какая именно часть? В какой степени?

Генриетта и Мичитака подскочили с криками, но Сироэ остановил их и взглядом попросил Красти продолжить.

- Я испытал смерть дважды после Катастрофы, трудно сказать, какая часть воспоминаний была потеряна. Если подсказка о памяти также исчезла, мне трудно знать. Но я уверен, что воспоминания, которые я потерял до сих пор это всего лишь небольшая часть. Школа, в которой я учился, прозвище и лицо моего хорошего друга в средней школе, как выглядит мой рабочий стол, тексты песен, которые мне нравятся... Эти воспоминания все еще при мне, поэтому, судя по моему мнению, я не потерял воспоминаний. Но я не могу вспомнить имя моей кошки, как она выглядит... есть проблема с этим эффектом, трудно сказать, связано ли это с проблемой души или я просто забыли о ней. Кстати, у меня очень хорошая память, поэтому я вывел объяснение, по что забыл я забыл из-за какой-то особой причины, и имеет какое-то отношение к нам, попавшим в этот альтернативный мир, то есть обо всем, что я могу сказать об этом. Информация о моем имени, друзьях и родственниках кажется неповрежденной, я не уверен, защищены ли важные воспоминания или они просто по счастливому случаю не пострадали... Но если вы пойдете по моему примеру, то несколько смертей не должны возыметь заметный эффект, даже если вы наберете 10 смертей, это не повлияет на нашу повседневную жизнь.

...Даже если вы наберете 10 смертей, это не повлияет на вашу повседневную жизнь.

То, что вы забыли имя вашей кошки, не вызовет серьезных проблем и не повлияет на вашу жизнь каким-либо значимым образом.

Но даже если это повлияло на вашу повседневную жизнь, это было еще ошеломляющим откровением.

В некотором смысле догадки Сироэ оказались правильными. Как он и ожидал, вы потеряете только воспоминания, когда вы умрете, но вы не потеряете абсолютно все. Даже субъект, о котором идет речь, на самом деле не заметил бы постепенной потери памяти, эта догадка оказалась верной.

Но даже в этом случае этот факт все еще сильно ударил по его рассудку. Вы теряли не какие-то вещи, но вашу память о вашем старом мире. Эта новость была способна повлиять на игроков не рациональным способом, она внушала бы страх на инстинктивном уровне.

Красти мягко улыбнулся группе.

- Не будьте таким пессимистичными, вы не потеряете свою память, если не умрете, к тому же...

Краем глаза Сироэ увидел Содзиро, утешающего Генриетту, чье лицо было бледным. Этот строитель гарема определенно поднимет свои любовные флаги с девушками в подобных ситуациях.

Мичитака все еще пребывала в оцепенении, сказав: «Вот значит как...»

Для Сироэ вторая часть речи Красти, которую группа не услышала, была главным моментом.

Красти сказал с решительностью мягким и мягким голосом.

-... также, если мы не найдем смысла вернуться, это будет означать, что жизнь становится более страшной, чем смерть в обоих мирах, верно?

Сироэ сохранил эти слова в глубине своего сердца.

Имя:

Лайнезия

Уровень: 12

Раса: Человек

Класс: Дворянин

HP: 909

MP: 455

Экипировка

Кольцо из белого дерева

Игрушечное кольцо из белого дерева с бледно-розовым камнем. Хотя Лайнезия не может носить его, будучи среди благородных социальных кругов, оно для нее самое любимое. Относится к нему со всей осторожностью. Оно передается в поколениях от матери к дочери.

Кристальная Музыкальная Шкатулка

Музыкальная шкатулка из мифриловых дисков и хрустальных зубцов. Раньше было способно самостоятельно играть музыку благодаря магии Альвов, которая со временем развеялась. Теперь, чтобы воспроизвести ее музыку, требуется вращать ее поворотный механизм.

Платье из роз

Красивое светло-розовое платье, которое походит на лепестки роз. Цвета каждого куска ткани немного отличаются и сверкают под разным углом. Кроме того, комфорт носящего не учитывался вообще.

От переводчика:

Прошу прощения за столь крупную задержку, на  работе и дома загрузили по самое "не балуй", так сказать. Не то что в интернет, даже до компа добраться не успеваю, быстрей в кровать часик-другой отдохнуть тянет куда сильнее. Постараюсь к воскресенью такой косяк не повторить (но не обещаю). Как всегда, если заметили ошибку, отметьте в комментах с телефона или через систему оповещения об ошибках, если сидите с компа (выделите текст и кнопка "ошибка", остальное сами поймете).

Группа в спешке готовилась.

Это был заброшенный школьный городок на полуострове Песчаного Листа, единственный присутствующий член Совета Круглого Стола... Мариэль из «Альянса Полумесяца» приняла решение. Они должны были двигаться в сторону Чоуси.

У этих авантюристов не было мотива, побуждающего их защищать город, принадлежащий Людям Земли. Но если они бросят их одних в этом кризисе, этот выбор навсегда останется в их памяти, терзая их совесть.

Им нужно было хотя бы предупредить Чоуси об этом... исходя из этого суждения, группа в этот момент отправляется туда.

Но была партия, которая двигалась независимо от этого решения.

Это была партия Тои с пятью людьми.

Они раньше всех закончили приготовления и были первыми среди летних групп тренировочного лагеря, отправившихся к Чоуси. Улицы казались безопасными, но партия Тои должна была оставаться настороже. В настоящее время они держатся на ином расстоянии друг от друга по сравнению с тем, когда они находились в подземелье, двигаясь в формации максимального наблюдения через поля.

Рундельхаус скастовал Волшебный Свет, освещающий окружающую среду больше, чем факел. Но в необузданных землях альтернативного мира, темнота казалась непроницаемой после наступления темноты.

- Что там?

Тоя говорил так каждый раз, когда он видел здание у реки. Партия действовала в зависимости от ситуации, громко кричала или посылала Исузу, чтобы она проверила постройки.

Если Люди Земли все еще были в здании по какой-то причине, они могли бы легко потерять свою жизнь, если бы на них напали сахуагины или гоблины. Тоя думал, что эти люди должны были искать убежища в Чоуси на ночь, и они проверяли дома по собственной инициативе.

- Привет!.. Кто-нибудь есть...?

Тоя крикнул в сторону дома и повернулся к Исузу. Она молча покачала головой. Похоже, там никого не было, поэтому проблем не должно быть. После того, как партия Тои подтвердила это, они продолжили путь к Чоуси.

- Похоже, все эвакуировались.

- Да.

Минори ответила Исузу.

Тоя внимательно осмотрел окрестности вокруг них, слушая их разговор.

На этой ферме, которая была вблизи береговой линии, не было никаких признаков гоблинов. Но это было близко к морю, никто не знал, когда Сахуагин выпрыгнет из темноты. Партия разделила свое внимание во всех направлениях и медленно двинулась вперед.

***

... Вечером Тоя увидел бесчисленные пятнышки огней на холмах из школьного городка, понимая всю серьезность и самонадеянность ситуации. С этого момента они могут участвовать в битвах, Нянта, Наоцугу и Мариэль разговаривали тихим голосом. Было очевидное чувство страха, но также в воздухе было сильное чувство нервозности.

Тоя скрестил руки на груди и посмотрел на сборище гоблинов. В этот момент к нему подошла его сестра Минори.

«С Минори что-то не так?»

Тоя был потрясен.

Из того, что знал Тоя, Минори никогда не была такой бледной, так она плотно сжала губы. Минори огляделась вокруг, затем без колебаний сказала Тое.

«Надо готовиться к выходу, я думаю, мы должны отправиться в Чоуси... Мне нужно поговорить с Нянтой-сан снова, пожалуйста, помоги мне убедить всех, Тоя.»

Минори повернулась и оставила Тою с этими словами.

Тоя, казалось, сорвался с места после того, как его сестра произнесла те слова и начала собирать своих товарищей.

Они хотели быть первыми среди летнего тренировочного лагеря, чтобы отправиться в Чоуси. Если вы рассмотрите факты, вы могли увидеть, что это был очень рискованный ход, ведь на передовой была бы большая вероятность столкнуться с монстрами. Он думал, что некоторые из его товарищей воспротивятся этому, но неожиданно он смог убедить их за очень короткое время. Только Серара была немного нерешительна, но она согласилась после того, как Исузу умоляла ее.

Говоря о неожиданных событиях, он не думал, что Исузу будет поддерживать этот план.

Тоя был так спокоен, что сам удивился, приняв ситуацию в полной концентрации.

Он не делал этого исключительно ради Минори; даже если они были Людьми Земли, Тоя не мог позволить себе бросить беззащитных горожан.

«Если мы ничего не сделаем, город будет уничтожен гоблинами в мгновение ока...»

Тоя узнал подробности о жизни в городе от Минори и подумал о том, что Чоуси был добрым и открытым городом, состоящим в основном из рыбаков. Чоуси располагался на полуострове Песчаного Листа и не был городом-крепостью или под юрисдикцией каких-либо дворян, они могли бы сформировать ополчение, но у них не было бы военной силы, сопоставимой с рыцарями.

С потоком реки около Песчаного Листа, равнины поблизости были плодородными и относительно плоскими.

Чем ближе земля к Чоуси, тем быстрее они орошались. Фермерские участки были построены в форме квадратов и кирпичей, выращивая пшеницу, зерно Коула и некоторый рис, прекрасно растущий на земле. Даже в темноте Песчаный Лист с летним ветерком с моря был действительно чудесным местом.

Члены летнего тренировочного лагеря сформировали длинную колонну, когда они шли из школьного городка к Чоуси. Некоторые из них были объединены по уровням, другие - гильдиями, некоторые просто шли вместе с их друзьями.

Даже если они двигались ночью, эти новички были еще авантюристами. Они создали свои магические источники света и неустанно продвигались. Некоторые были верхом на лошадях, но это было опасно, поскольку вы не могли видеть куда ступаете, поэтому большинство из них предпочитало ходить.

Партия Минори была намного дальше впереди от этой линии.

После прогулки в течение 30 минут Минори вдруг сказала:

-...Я думаю, мы должны защитить этот город.

Тоя понял ее чувства.

Тоя также хотел защитить и чувствовал, что должен их защищать.

Но у них не было причин.

Город был резиденцией Людей Земли, они не имели ничего общего с Минори и Тоей.

Они не принимали квесты на оборону этого городка, поэтому они не получали никаких предметов или золота в качестве награды, если бы они защитили город.

Это был не город-игрок, и они никого там не знали, просто жители, с которыми они встречались в первый раз во время этого тренировочного лагеря.

Несмотря на отсутствие причин, они по-прежнему испытывали неотложную обязанность помочь. Это может быть непостижимо, но у Тои эта эмоция засела как камень в его сердце.

Но поскольку он не мог найти причину, чтобы помочь, он не мог толком это объяснить.

Возможно, у его других товарищей были те же мысли: Исузу, Рундельхаус и Серара были в глубокой задумчивости, когда они двигались.

В его сердце появилось мрачное чувство беспокойства, он не мог отбросить это чувство беспомощности и ограничения. Даже если он ненавидел его отсутствие умений и изо всех сил пытался уйти, его конечности чувствовали, что они были парализованы страхом.

- Я так думаю, потому что... у нас нет насущной причины помочь, но...

Минори не знала, что сказать.

Взглянув в лес на другом конце горы, вы могли видеть факелы, похожие на иголки, которые были мерцающий злобой в темноте.

- Хотя это страшно, я не думаю, что мы должны остановиться.

Исузу была немного неловко, но вы могли почувствовать ее решимость в ее словах.

Две трети участников летнего тренировочного лагеря были новичками, и среди них были разные уровни. Некоторые из них были между 20-30-м, некоторые были еще ниже, но вам нужно быть хотя бы 20-го уровня, чтобы сражаться с гоблинами.

И они не смогли определить численность врагов.

Нянта назвал их «посредственной группой среднего размера, которая несет ответственность за разграбление», по оценке Наоцугу их было не более 200. Но было трудно дать хорошую оценку в темноте.

Было множество причин, по которым они не должны помогать.

У них не было причин помогать.

То, что у них было, было лишь эмоцией желания помочь.

Звук волн окружал тихо движущуюся группу Тои. Море было черным, только волны, которые вымывались на берегу, можно было увидеть под лунным светом.

Лунный свет и звук волн на заднем плане воодушевляли Тою.

- А нам нужна причина?

- А? - удивленно спросил Серара.

- Нам нужна причина, чтобы помочь?

После того, как Тоя закончил, между ними возникла странная и прекрасная тишина.

- Даже если нет причин, мы все равно можем дать им руку помощи, мы авантюристы, правильно? Потому что это если авантюристы захотят помочь, мы сможем сделать это, даже если нет причин, не так ли?

Как только Тоя произнес эти слова, мутные эмоции внутри него начали укладываться. Это верно. Тоя расспросил себя, почему он так обеспокоен этим.

Почему он пытался найти причину?

Он хотел объяснить это кому-то?

Вам не нужна была причина помогать людям.

- Правильно? Минори и все, поскольку мы хотим помочь, мы должны просто помочь им, это так просто? Потому что мы хотим помочь!

Тоя набрал в грудь воздуха и закричал.

- Верно!

Первым, кто ответил Тоя, был Рундельхаус, он кивнул и положил руку на плечо Тои, прерывая его молчание и демонстрируя свою поддержку.

- Фу-фу-фу, подумать только, что я был в небольшом замешательстве. Именно так, мы - авантюристы. Если мы убежим сейчас, тогда почему мы стали авантюристами в первую очередь, разве это не все равно что поставить телегу перед лошадью? Гоблины - ничто!

Рундельхаус отпустил слегка обеспокоенную руку Исузу.

- Я также небольшая часть авантюристов, я не хочу отказываться от Чоуси и бессовестно бежать в Акибу!

- Пожалуйста... Пожалуйста, подождите немного, что мы будем делать? Как мы будем защищать город? Он не имеет стен, а численность врагов превышает нас более чем вдвое!

Тоя и Рундельхаус были близки друг другу, но Серара произнесла это пронзительным голосом.

- Мы оставим это Минори.

- А?

После того как Тоя сменил тему, взгляд Минори широко распахнулся от изумления. Тоя сожалел, что он сделал это необоснованно, но если бы он не подтолкнул Минори, его энтузиазм был бы пустой тратой.

Освещение пути перед Минори было обязанностью Тои.

Тоя понял, что такой опрометчивый способ – самый лучший.

- ...защитить. Городские стены... невозможно... Вражеские числа, невозможно...

Минори начала бормотать, ее губы шевелились и шептали: «Что бы сделал Сироэ-сан...». Тоя, который наблюдал рядом, был немного сконфужен, а также ощущал радость. Поскольку его сестра задумалась, не о чем беспокоиться.

3 шага, 5 шагов.

Когда партия Тои сосредоточила свои взгляды на ней, Минори остановилась и кивнула.

- У меня есть идея, есть один способ.

«Как и ожидалось от моей Минори.»

У его сестры было сильное чувство ответственности, Тоя боялся, что она будет раздавлена таким давлением, но он также думал, что это станет силой Минори. Из того, что увидел Тоя, Минори научилась превращать это чувство ответственности в движущую силу, чтобы двигать ее вперед после присоединения к «Log Horizon».

Источник должен быть от ее боготворения Сироэ, Тоя также посмотрел на Наоцугу, воина с точки зрения человека, чтобы он мог это понять.

- Каков план?

Серара осторожно спросила Минори.

- Мисс Минори, я весь внимание.

Рундельхаус и беспокойная Исузу рядом с ним тоже собрались рядом с ней.

- С нашей численностью мы не сможем успешно защищать Чоуси от гоблинов. Кроме гоблинов, нам также нужно бороться с сахуагинами, их общее число более чем вдвое больше, чем у нас. Не все участники лагеря могут захотеть принять участие, и даже если мы их прогоним, поля будут разорены, что может очень навредить городу... вот почему... мы не можем защитить.

Минори была уверена в своих словах, даже ее брат Тоя был ошеломлен ее отношением.

Партия молчала, услышав ее слова.

Минори посмотрела на лица своих спутников и внезапно обернулась, как пружина.

- Ах...

- Хммм, инстинкты Минори-чи стали острыми ня.

- Большие братья приехали в гости, проверяя всех непослушных мальчиков и девочек, которые не вели себя хорошо, малышка!

- Я старик, ня.

- Нянта-сан!

Минори увидела, что Нянта, Наоцугу, Сорью и Резарик уже догнали их. Серара уже обнимала тонкие руки Нянты, свисая ногами.

- Учитель Наоцугу!

Тоя рефлекторно выпрямил спину. Наоцугу не был строгим учителем, который стоял на церемонии, проблема заключалась в сознании Тои. Естественно, он должен был выпрямить свою спину в присутствии этого ветерана-Защитника, но оба обычно болтали без каких-либо ограничений на девушек и трусиков.

- Нянта-сан...

Выражение Минори было немного обеспокоено, она не хотела отступать, она посмотрела на Нянту, как будто она хотел взглянуть на него и сказал: «Пожалуйста, дайте свое разрешение», затем поклонилась.

- Именно, Шеф Нянта, учитель Наоцугу, это время, когда вы должны смотреть, как мы уходим в тишине, это мужественный способ сделать это!

Тоя стоял рядом с Минори.

Минори, должно быть, подумала об этом. Она смотрела на Сироэ и изучала вещи, чтобы догнать его. У нее должен быть план разбить этот тупик, и если бы это было так, Тоя не мог позволить Минори быть единственной, кто оказался в центре внимания.

- Нет необходимости в разрешении, ведь авантюристы свободны от природы. Если вы решили, даже если противник имеет более высокие уровни или если вам нужна помощь из ваших гильдий, авантюристы могут свободно идти к их цели ня... Но Минори, это будет довольно сложный путь, чтобы путешествовать ня.

Нянта, казалось, все знал, Минори кивнула головой, чтобы показать свою решимость.

- Понял ня, Пак сказал, что «ночь короткая, летняя ночь еще короче». Поэтому мы должны спешить, правильно Минори-чи?

Нянта позволил Сераре повиснуть на его руке и резко взглянул на них. Тоя и Минори посмотрели друг на друга и ударили кулаками.

- 1 отряд приближается с восточного холма, другой отряд - 40 метров позади них, два других отряда идут с северо-запада.

Лунный свет заливал темные тени деревьев в лесу.

Минори использовала бинокль, который она позаимствовала у Наоцугу, чтобы осмотреть территорию с верхушки дерева и сообщила своим товарищам по команде внизу.

- Принято.

- Понял, я начну каст.

Партия Минори была на краю леса на холмах у реки Песчаного Листа. Была почти полночь, они были вдали от дороги, на холме размером со спортивный стадион, стоявшем в лесу.

Минори взобралась на большое и устойчивое дерево, чтобы осмотреть окрестности и передала результаты своим товарищам, сейчас ее обязанность заключалась в том, чтобы провести разведку района.

Тоя, у которого уже была ослаблен «Перехват Урона» Минори, скастовал свою защиту, в результате чего в темноте возник спецэффект зеркального отражения.

Он уже приготовился заманить партию гоблинов с восточных холмов. Через некоторое время раздался резкий звук тетивы, сопровождаемый ревом гоблинов, мчащихся по траве.

Тоя получил всестороннюю боевую подготовку в «Log Horizon», включая использование лука, который не подходит для подземелий. Самурай был совместим с луками и стрелами и мог экипировать луки для ездовой стрельбы или крепкие луки. Тоя использовал сильный лук, чтобы привлечь внимание гоблинов на расстоянии, пытаясь заманить их на позицию своей партии.

-...Приближаются, нас заметили два отряда.

Предупреждение Минори заставило ее товарищей взять оружие и приготовиться к битве. На открытом пространстве расстояние, на котором начиналась битва, было намного дальше, а тактика отличалась от тактики узких подземелий. Монстры и Авантюристы видели друг друга издалека, и дальние атаки начнутся до того, как они начнут битву в ближнем бою.

Но в этом дальнем бою был недостаток, так как они могли привлечь внимание соседних врагов. Тоя атаковал луком и привлек две партии из примерно 10 монстров. Они не смогли подтвердить численность в темноте, но Минори определила это по качающимся факелам и звукам травы.

- Пожалуйста, начните обратный отсчет.

Сказала напряженным голосом Серара.

Минори внимательно посмотрела в темноту с биноклем, когда в темноте, освещенной лунным светом, появилась фосфоресценция. «Лунные Капли Фей» - это дорогое глазное зелье среднего уровня, сделанное фармацевтами, с помощью эффекта этих глазных капель вы сможете четко видеть в темноте, как кошка, эффект продолжался 24 часа. Это было также расходным материалом, предоставленным Наоцугу.

- 5... 4... 3... 2...

Минори сконцентрировалась и начала отсчет.

Серара наполнила свой посох заклинанием, которое она приготовила, и активировала его, когда Минори подсчитал 0.

Около 30 метров от партии внезапно раздался шум из леса, а дикая трава изогнулась в густой ночи.

Один из 3 классов целителей... Друид.

У каждого из трех классов были свои уникальные заклинания, но они не ограничивались только исцелением.

Друиды были магами, которые могли использовать силу леса, их магия исходила от таинственных истоков Матери-Природы. Их нельзя было найти в таких местах, как подземелья, но в открытом мире как здесь потенциальную силу природы нельзя игнорировать. Друид не был магическим классом атаки, у их магии прямой атаки не хватало сил, но они могли использовать разнообразную магию.

Заклинание, наложенное Серарой, «Ивовые духи», может повлиять на окружающие растения, стимулируя рост ветвей и лоз, чтобы запутать и связать врага.

- Вижу их, идут!

Тоя бросил свой крепкий лук за дерево, вытащил меч и посмотрел в сторону фронта. Магия связывания, подготовленная заранее Серарой, была активирована на предположении позиции Минори от расстояния, чтобы поймать в ловушку врагов в тылу, оставив Тою и Рундельхауса позаботиться о авангарде.

- Отлично вижу, я оставляю приветствие на вас, Тоя, заставьте нас гордиться.

Рундельхаус изменил свое мышление в недавней боевом тренировке.

Он понял, что у него будет шанс сиять, даже если он покинет битву с Тоей. Он был более терпелив в использовании своей магии и не думал о краже сцены. Теперь он кастовал заклинание, чтобы усилить атаки Тои, «Ледяной Клинок».

После того, как Рундельхаус закончил каст, ледяной холод окутал лезвие Тои, вспыхнув в темноте ледяной поверхностью.

- Мое заклинание отличается от заклинаний Чародея, оно приведет к нескольким дополнительным атакам, поэтому с самого начала нужно выложиться на полную.

Тоя кивнул, чтобы согласиться с Рундельхаусом.

«Мы должны закончить это быстро.»

Гоблины были более грозными противниками, чем скелеты, группа в тылу вырвалась из пут и через некоторое время окажется здесь. Заклинание Серары могло привязать всех монстров в пределах определенной области и помешать их движению, но эффект был коротким.

Не только тыл отряда, вторая партия тоже была в пути, на холмах должны быть еще больше прячущихся гоблинов.

Нянта сказала, что их было не более 200, но это было ошибкой. В мраке темного леса были извивающиеся движения, они не могли себе представить, сколько там было еще врагов.

- Руди защищает силой своих заклинаний, мы одолеем их с помощью численного превосходства. Я могу поддерживать 30 секунд ... «Маэстро Эха»!»

Когда Исузу поддержала своей магией, Тоя и Рундельхаус атаковали гоблинов.

Мечи и магия танцевали в воздухе.

Рундельхаус понял инструкции Исузу и неоднократно использовал заклинания малого уровня вместо мощных одноразовых заклинаний. Эти заклинания имели низкий урон, но время каста и время отката были короткими, поэтому оно было подходящим для последовательного использования.

Рундельхаус отказался от своего мощного заклинания с 5-секундным временем каста, решив использовать последовательные магические атаки с 1,5 секундами каста. Лёд и пламя, которые он создал, были прекрасно воспроизведены пением Исузу.

Темно-красная музыкальная нота последовала за каждой атакой огня, которая ударила, морская синяя нота дополняла любую связанную с ледяной атакой.

У Исузу как Барда была низкая сила атаки.

Это была судьба всех классов поддержки, чему не удалось помочь.

Из-за этого она смогла сделать что-то другое.

Иссузу получила информацию от своих 5 чувств и дублировала магию Рундельхауза, кастуя магию в два раза медленнее.

Возможность копировать магическую атаку союзника, высшее умение Барда.

У Волшебника, естественно, была высокая магическая атака, так что произойдет, если число его магии удвоится? Пение Исузу могло длиться только 30 секунд, но этого было более чем достаточно, чтобы победить группу гоблинов.

Сразу же после этого появилась вторая волна гоблинов, которая атаковала Тою. Но заклинание «Снижение урона» от Минори отразило часть урона, остальные раны исцелялись магией. 2 целителя по очереди исцеляли, и Рундельхаус закончил свою мощную магию после 5-секундного каста. Партия успешно уничтожила 10 гоблинов.

- Это может быть и сложно, но победить можно.

Серара, которая исцеляла Тою, ответила: «Не будь беспечным».

Исузу выпила из бутылки и передала ее Рундельхаузу, который перезавязывал свои шнурки. Рундельхаус взял бутылку и посоветовал Сераре: «Мисс Серара, быть небрежным это табу, но мы потеряем шанс на победу, если нам не хватит мужества».

Поскольку 4 из них перехватили дыхание, Минори возилась со сложенной картой. Ее дал Сироэ в начале тренировочного лагеря, после чего он сказал: «Хотя я и не думаю, что это необходимо». Это была карта, сосредоточенная вокруг полуострова Песчаного Листа, с деталями заброшенной столицы востока, Цукубы и других городов, нарисованных на нем.

Даже с улучшенным ночным видением было трудно разобрать содержание карты. Она пряталась среди трав, где свет не просачивался и не использовала заклинание «Свет Светлячка».

- Да ... Да, мы в порядке, сейчас мы отдыхаем, направляясь к северо-северо-западу, правильно? Хорошо... примерно в 3 км, принято, пожалуйста, попроси Нянту-сана, а остальные тоже позаботься.

Сераре показалось, что она общалась через телепатию.

Выбор тактики Минори был чистым и простым.

Они собирались проникнуть и атаковать группу мародеров в лесу на холме.

Поскольку они не могли полностью защитить город, им пришлось взять на себя инициативу, чтобы атаковать и использовать лес, в котором гоблины прятались, чтобы проводить ночные удары. Не было необходимости уничтожать все силы, гоблины отличались от скелетов, они могли быть злыми, но они все еще были полулюдьми. Если вы дадите им достаточно большой удар, это уничтожит их боевой дух и заставит их бежать.

В процессе защиты деревни, если бы они могли сократить количество нападавших заранее, это значительно облегчило бы работу защитников. Эта стратегия казалась такой варварской и выглядела отчаянной, но она работала более плавно, чем предполагалось.

У Минори был только приблизительный план, но благодаря Нянте и Наоцугу тонкая настройка деталей и предоставление им предметов, которые шли так гладко. И группа Нянты также принимала участие в операции.

Нянта, Наоцугу, Сорью и Резарик направились прямо в центр мародеров.

Они заманили гоблинов в центре территории и продолжали уничтожать их один за другим. Группа Минори находилась в режиме ожидания к югу от них, чтобы иметь дело с любыми беглыми гоблинами или изолированными отрядами. Они выполняли этот план сражения уже 2 часа.

За этот период партия Минори одолела около 20 гоблинов. Партии из 5-6 гоблинов были просты в обращении, но одинокие гоблины были непредсказуемы, трудно было сказать, что они пытались сделать.

У них не было разрешения от наблюдателя... Мариэль из «Альянса Полумесяца», чтобы разобраться с самой армией, поэтому они действовали вне передовой. Хотя Минори чувствовала себя виноватой в этом, она старалась не думать слишком глубоко об этом. Она чувствовала, что заслуживает ожесточенной лекции Мариэль, когда она сообщала о своем плане через телепатию.

Необходимо, чтобы большая часть защищающих сил была размещена в Чоуси, чтобы этот план сражения работал. Чем меньше количество партизанских сил, тем больше будет их влияние и замешательство среди врагов.

Это уравновесило бы разницу в численности между гоблинами и защищающими силами и улучшить шансы гоблинов отказаться от атаки.

Мариэль не была уверена в Минори, но она закончила словами: «Если ты будешь действовать безрассудно, я не прощу тебя, ясно?» Минори подумала, что она готова простить ее действия.

«Это просто догадка, но я наверняка права.»

- Мы, кажется, разобрались со всеми врагами в округе, выдвигаемся?

Исузу заменила Минори и осмотрела территорию с помощью бинокля.

- К юго-западному направлению... Ах, они невероятны, так незаметно движутся.

Исузу казалась впечатленной, когда говорила это.

Партия Нянты и других использовали формацию, где Наоцугу и Резарик были в центре, а 2 Головореза, Нянта и Сорью в качестве главных дамагеров, расположились спереди и сзади.

Головорезы использовали свою высокую скорость атаки, чтобы нанести урон врагу, у 2 из них не было ярких или громких взрывных заклинаний, таких как у Магов. Они могли наносить удары по атакующим противникам, демонстрируя свои ужасающие навыки в партизанской войне в лесу.

«Хм... Направляются на север-северо-запад в 3 км к вершине горного хребта... В сторону заброшенной святыни, которую мы посетили... Нам следует избегать лесной тропы...»

Этот маршрут привел бы вниз по долине, но они могли добраться до другой стороны хребта.

- Что нам делать, Минори?

Минори держала карту, не отрывая от нее взгляда, и кивнула.

- Мы спускаемся по долине на запад, а затем направляемся на северо-запад, будьте бдительны.

Группа двигалась так, как планировалось.

Минори получала периодические отчеты от Нянты и передавала их Мариэль. Обсуждала ли Мариэль это с Людьми Земли? Если бы другие участники лагеря вернулись в Акибу с помощью «Зова Дома»? Нет, должны быть те, кто остался, чтобы защитить Чоуси.

Минори вошла в темноту, ее сердце охватило чувство беспокойства и тщетности.

Они просто занимались малой частью армии гоблинов. Минори не знала подробностей, но Нянта говорил о большом племени гоблинов на севере, они даже дошли до руин столицы востока, которые стали началом этого инцидента.

Другими словами, они просто сражались с верхушкой айсберга армии гоблинов, отколовшейся от группы неуправляемых гоблинов.

Когда она подумала об этом, она почувствовала пустоту.

Будут ли они отбивать эту группу мародеров, просто откладывая неизбежное? Минори не смогла остановить ее сомнения от формирования мрачных мыслей.

- Опасно сражаться ночью.

Тоя, который возглавлял группу, сказал это.

- Серебряная вспышка, когда я атакую своим клинком, ослепляет даже с моим улучшенным видением. Мы должны быть осторожны с грязью и корнями, чтобы сохранить равновесие, мое сердце бьется быстро, и зловоние крови слишком естественно, но...

Тоя не обернулся.

Он оставался сосредоточенным и пробивался сквозь растительность, когда он шел по долине.

- Но я сделаю все возможное... Я просто помогу.

Голос Тои был похож на факел, горящий в темноте.

Минори подняла взгляд.

Она наблюдала за спиной своего брата, у Тои было сильное чувство, что он должен защищать и помогать. Это была силой для Минори, у которой не было такого, решимость Тои была простой и понятной, его скорость была достаточно быстрой, чтобы не оставлять никаких сомнений и замешательства.

- Да, этого будет достаточно.

Исузу первой согласилась.

«Как я и подозревала...»

Беспощадная Исузу на самом деле согласилась с этим, казалось, что предсказание Минори было правильным.

Исузу была неуверенна перед битвой и была обеспокоена безопасностью Рундельхауза. Поэтому, они не могли позволить себе проиграть.

Потому что Рундельхаус тоже был товарищем Минори.

Чтобы защитить свой секрет, чтобы помочь своему товарищу, им пришлось пройти через это.

- Почему ты так говоришь? Тоя, мисс Исузу, разве не очевидно, что нам нужно помогать этим людям, так как мы - авантюристы? Я делаю это, потому что хочу, потому что я хочу быть удивительным авантюристом.

Энергично сказал Рундельхаус.

Тоя согласился громким восклицанием.

Обязанность Минори заключалась в защите этой глупой, но восхитительной группы.

Заклинания перехвата урона не исцеляющая магия.

И с точки зрения Минори это было не совсем волшебство.

Это было обещание защитить своих друзей. Поскольку они будут сражаться на одном поле битвы, она хотела защитить всех и взять на себя любой кризис. Она даже не хотела, чтобы они чувствовали боль от удара, это была ее способность и воля, как Каннаги.

«Я все еще слишком неопытная... я недостаточно сильна, чтобы помочь осмысленно...»

Она подумала в своем сердце.

Но даже так, она продолжала размышлять.

Она не сказала бы что-то туманное, как «однажды я буду», она хотела силы завтра или даже сегодня.

По этой причине она без страха столкнулась с темнотой.

- Стой!

Голос Исузу заставил Минори вернуться к реальности.

Исузу всматривалась в сторону горного хребта, впереди был только темный лес, но Барды, казалось, были более чувствительны в обнаружении движений в темноте.

Она подала знак рукой и направилась к разведчику.

- Это демонический зверь... Не знаю, какого типа, но есть гоблины, едущие на гигантских собачьих существах.

Исузу тихо сообщила, ветер, дующий через холм, не принесет их голоса и запахи к горному хребту, из за чего у них было преимущество. Но у противника была более высокая позиция, поэтому местность была в его пользу.

- Там 3 демонических зверя и 3 гоблина.

- Волки Ужаса... Они сильные враги.

Тихо сказала Минори.

У нее были только начальные знания, которые она узнала от Сироэ. «Волки Ужаса» были большими дикими волками, но они не были обычными дикими животными. Это были монстры, которые были безумны по магии, плюс силе от Луны, вдвое сильнее, чем обычные волки.

- Какие-нибудь слабости?

- Не так много, но для этой ситуации... яркий свет и громкие звуки, но это сработает только один раз.

Минори коротко ответила Рундельхаусу.

Но никто не колебался, даже если были сомнения, они не отказывались.

- Давай сделаем это, братец Руди наш главный нападающий, давайте защитим его и выиграем этот бой, Минори тоже наложит на него барьер, пожалуйста, координируй атаки с братцем Руди, сестрица Исузу.

На Тое была поддержка группы, и они обратили взор к хребту.

Луна была высоко в небе, и длинная ночь только начиналась.

Ночь спустилась в Древний Дворец Вечного Льда.

В задумчивой атмосфере состоялась встреча для заинтересованных сторон. Это не было обязательной встречей, но почти все дворяне и советники Лиги Свободных Городов Истеля и все 3 посланника Совета Круглого Стола присутствовали, так что это было так же хорошо, как грандиозное собрание, которое планировалось на второе половина 10-дневной встречи.

Встреча со многими участниками, как правило, была шумным местом, где люди ерзали и кашляли. Но сегодня никто не шумел, как будто боялись что-то спровоцировать.

Темой встречи была «ситуация с безопасностью на архипелаге Ямато».

Организатором этой встречи был барон Крейндит из города Храма Уцуруги. Барон начинал это не по собственной инициативе, а потому, что он не мог противостоять давлению ситуации, что было очевидно для всех.

Барон Крейндит, который председательствовал на собрании в качестве его организатора, действовал так неловко, что было больно смотреть, ерзая бородой и вытирая холодный пот под взглядом Сироэ.

- Даже если вы скажете это...

- Хм...

- Фу...

Встреча шла кругами, когда она доходила до главного момента, они не продвинулись вперед.

- Армия гоблинов, появившаяся на архипелаге Ямато, прибыла из крепости «Водопад Семерых»... Они... эх... пришли, чтобы уничтожить... нашу землю... вот и все.

После того, как барон Крейндит, который, очевидно, был вынужден председательствовать на заседании, прозвучал пронзительным голосом десятки минут назад, дальнейших успехов не было.

«С точки зрения дворян, они хотят, чтобы мы сами вошли в эту тему и собрали наш интеллект и стали больше уступок. Или они пытаются обвинить нас в том, что они не атакуют «Семь водопадов» в первую очередь...»

Сироэ в размышлении наблюдал за дворянами. У лордов был вид страха, отчаяния, гнева и мольбы на их лицах.

Их отношение было полно неловкости, Маркиз Кирива из Цукубы не мог сидеть сложа руки, изредка взирая на членов Круглого Стола.

«Цукуба... и Майхама - самые близкие города к армии гоблинов, фронт этой войны. По сравнению с крупнейшим городом Майхама на востоке, Цукуба слаба, а ее стены хрупкие... Я помню, что в основном там маги-ученые и мудрецы, поэтому они должны обижаться на нас.»

- Ах, э-э, *кхем*, итак... Лига Свободных Городов Истель стоит перед великим кризисом, нападения полулюдей являются самой катастрофической вещью в истории, касающейся этого...

Барон Крейндит подтолкнул собрание своими обыденными словами, но в комнате вспыхнуло множество переговоров, лорды беседовали со своими советниками и соседними лордами. Их голоса были настолько тихими, что вы не могли разобрать, что они говорили, но в совокупности это вызвало волнение.

Глянув в сторону, он увидел, как Мичитака пожала плечами.

Встреча была в порядке.

Но с учетом будущего Совета Круглого Стола они не могли дать слишком много места прямо сейчас.

- Могу я спросить, знает ли кто-нибудь о местонахождении« Рыцарей Идзумо?

У Сироэ не было выбора, кроме как спросить об этом, и он, казалось, окатил всех находящихся в комнате холодной водой, некоторые из дворян смотрели на Сироэ с широкими глазами и раскрытым ртом.

«Что это за реакция? Люди Земли думают, что мы обезьяны, которые не могут мыслить? Думаю, это не может помочь, мы смотрели на «Людей Земли» и рассматривали их как NPC совсем недавно, так что это делает нас похожими, но... Похоже, «Рыцари Идзумо» не будут развертываться. Из их реакции они, похоже, участвуют в другом крестовом походе? Или есть более глубокая причина?»

- ...« Рыцари Идзумо» - ангелы-хранители Ямато, мы не можем побеспокоить их вмешаться в эту битву. Двигаясь дальше, могу ли я спросить членов Совета Круглого Стола, почему Акиба не вмешивается в противостояние с этим великим кризисом Ямато? Я слышал, что элитный орден рыцарей во главе с лордом Красти могучий и сильный, разве Круглый Стол не развертывает войска для этого инцидента?

- Я думаю, что это собрание не столько о том, что думает Акиба, но чтобы выяснить, чего хотят все дворяне Лиги, правильно? Решение Совета Круглого Стола - собрать больше информации об этом инциденте.

Мичитака почесал голову и сказал небрежно.

Поскольку они присутствовали на собрании, они не просили высказать свои мнения. Но это было раздражающим, если бы оно использовалось для управления разговором вне темы. Это было отношение, которое проявляла Мичитака.

- Я слышал, что рыцари Акибы никогда не проваливались!

Тощий и высокий дворянин, имя которого он не мог вспомнить, добавил громким голосом.

- Я не знаю, откуда вы слышали этот слух, но Совет Круглого Стола и Акиба не имеют регулярной военной силы или ордена рыцарей.

Сироэ беспомощно пожала плечами.

Наконец он понял, что боевая сила оценивается в численности «орденов рыцарей». Это, по-видимому, имело место среди Людей Земли. Орден рыцарей означал не элитных солдат, которые ехали на лошадях, но профессиональных солдат. Правильно было приравнивать «орден рыцарей» к «постоянно готовой военной силе».

В этом мире почти нет наемников, а ополченцев, состоящих из обычных гражданских лиц, можно было увидеть только тогда, когда фермеры защищались. Одной из причин было то, что дворяне были недовольны существованием вооруженных гражданских лиц.

Другими словами, «орден рыцарей» был единственным понятием, которым дворяне могли определить воинскую часть.

Но даже если бы это было так, Сироэ не думал, что Акибе нужно было приспособиться к их способу делать вещи.

- Тогда для чего нужны Авантюристы!

Маркиз Кирива грубо с кровоточащими глазами сделал реплику Мичитаке.

- Для чего существуют авантюристы? В чем их смысл?

- Что еще это значит? Способность Авантюристов - это дар богов, вы обязаны спасти эту землю!

- Я никогда раньше ничего подобного не слышал.

- Какие непонятные слова, бессмертие! У вас есть такие полномочия, и вы хотите отказаться от своего долга перед этим миром? Бесстыдно, почему вы так высокомерны, когда у вас есть такие способности?

-...Что за чушь собачья!

Кричащий рев Мичитаки сотряс воздух во всей комнате.

Группа Сироэ собирала данные. Обсуждение вопроса о потере воспоминаний перед собранием, а также возможность отправки экспедиционных сил.

Было страшным опытом потерять свои воспоминания, потеря воспоминаний о реальном мире означало потерять ваш дом и быть потерянным в этом альтернативном мире, усиливая чувство беспокойства. Но они не могли избежать жизни в этом мире, это было четкое понятие.

Для авантюристов, таких как Сироэ, даже смерть не означала конец. Хотя они понятия не имели, как долго это будет продолжаться... но они продолжали жить в этой бесконечной жизни.

Даже если бы они могли избежать отправки сил для нападения на армию гоблинов, они неизбежно были бы вовлечены в войну в один прекрасный день. Совет Круглого Стола согласился с тем, что, поскольку война неизбежна, они прекрасно справятся с борьбой с Королем Гоблинов. Они уже вынесли план военных действий, чтобы выиграть этот бой, и Совет Круглого Стола знал об этом, когда они делегировали решение 3 послам.

Но было бы тревожно, если бы они позволили дворянам манипулировать ими так легко. Сироэ заявил, что предоставление военной помощи таким образом легко оставит шрам и Совету Круглого Стола в Акибе, и Лиге Свободных Городов Истеля. Они не против работать с Людьми Земли, но они должны пройти надлежащий процесс.

На этом три из них сыграли определенную роль на собрании.

Сироэ будет поддерживать Совет Круглого Стола, отправляющий силы, заманивая их, чтобы собрать информацию.

Мичитака будет против предоставления военной помощи, указывая на это как на уступки.

Красти будет отвечать за принятие окончательного решения.

Проще говоря, оппозиция Мичитаки против просьбы Маркиза Киривы шла по сценарию, но в его реве была ярость, не зависящая от его действий.

«...Потому что мы бессмертные и нет никакого риска, поэтому мы должны работать? Конечно, мы будем сердиться, если вы так выразитесь.»

Для Авантюристов, которые знали о потере памяти, эти слова были табу, и конечно, Мичитака был в ярости.

(Высокомерие, в котором сильные против слабых... Нет, не смейся, мы могли бы действовать высокомерно, не зная об этом.)

- Мы не вельможи Лиги Свободы Городов Истеля, потому что мы не прошли церемонию присоединения, разве мы не были приглашены на вчерашнюю встречу?

Мичитака посмотрел на толпу с яростным взглядом в глазах.

Акацуки узнала о тайном собрании лордов и знати, устроенном прошлой ночью.

Из-за усиления защиты дворянских шпионов она не смогла узнать содержание этой встречи. Но оно может быть выведено из текущей встречи.

- Нет ничего плохого, потому что мы не получили каких-либо титулов на церемонии. Но чтобы провести встречу только между дворянами, а затем сделать одностороннюю просьбу от Акибы и Совета Круглого Стола о помощи, в чем причина это? Мы не принимали участия в этом заседании, не обязаны ли мы принять просьбу на этой встрече? Как вы думаете, барон Крейндит?

- Да, мы определенно не... так думаем. Лорд Мичитака, вы ошибаетесь.

- Я не лорд, разве я не говорил, что мне не давали никакого титула?

- Даже... Даже если вы так говорите... Мы, дворяне Лиги Свободы Городов Истеля, не пришли в ... сговор? Во всяком случае ... мы не собирались вместе, чтобы попросить Акибу отправить войска, там не было ничего такого...

Барон Крейндит сильно заикался под запугиванием Мичитаки.

- Запрос войск - это личная просьба Маркиза Киривы и не имеет никакого отношения к Лиге Свободных Городов Истеля правильно?

Ответил Сироэ.

Это вызвало панику у Маркиза Киривы.

- Эй! Вы имеете в виду, что я организовал все это из своих собственных эгоистических желаний? Мои дорогие союзники, Эрл Кашивазаки! Маркиз Тайхаку! Глава озера Сува! Почему мои дорогие союзники ничего не говорят Авантюристам!

- Это...

- Это не мнение всех нас, не консенсус ... Но многие из нас придерживаются этой точки зрения, славная и могучая Акиба в порядке пока Ямато впадает в кризис?»

Жирный благородный человек средних лет неустанно прижимал Мичитаку.

- Мы не кошки или собаки. «Потому что вы не можете умереть, так что позаботьтесь о гоблинах», вот как? Если мы попытаемся убедить наших людей пойти на войну по такой причине, как мы можем заслужить доверие своих граждан!

Сироэ сдерживал энтузиазм Мичитаки и позволил ему сесть.

Сироэ не возражал против того, чтобы Мичитака громко выступал против своей роли, но если он потеряет контроль над своими эмоциями и проговорится о потери памяти Людям Земли, все могло усложниться.

«Да... Это будет хлопотно...»

Сироэ считал, что нынешняя ситуация была неудачной.

Маркиз Кирива и враждебность Мичитаки сводили все в тупик. Сироэ не возражал против отправки экспедиционных сил, чтобы помочь им. Нет, он думал, что им необходимо помочь.

Ему нужно было найти общую почву для обеих сторон, чтобы работать, но встреча пошла вразнос, прежде чем он смог это сделать, и на данном этапе было трудно выразить свое мнение.

«Мы хотим приманить их к уступкам, но мы не решали, на какие уступки работать, это неудача... Примерами могут быть финансовая или экономическая помощь или подписание контракта. Независимо от того, что, принимая участие в этом встреча без цели - ошибка.»

Встреча была заморожена в этой тяжелой атмосфере.

Даже герцог Сергиат не мог вставить слово в этой ситуации. Пока Сироэ некоторое время пытался придумать решение проблемы, дверь зала заседаний внезапно открылась.

Вступившим вместе с ветром человеком была красивая принцесса.

Это была Лайнезия, одетая в платье цвета рассвета с ее заплетенными волосами.

Лайнезия сожалела об этом.

С тех пор она с сожалением сожалела об этом.

Те, кто был знаком с настоящей Лайнезией, были бы тронуты до слез, видя, как она трудолюбиво сожалела. Хотя сожаление было действие непродуктивным, поэтому его нельзя было назвать трудолюбивым, но пока проигнорируем этот факт.

Сегодня у Лайнезии не было никакой энергии, чтобы экономить.

Зал был больше, чем предполагала Лайнезия.

Некоторое время Лайнезия держала другую сторону двери.

Так как она родом из клана Герцога, она не могла заниматься такими мелочами, как подслушивание (ей также не хватало навыка), тем, кто делал это, была Элисса.

Она, казалось, была движима шествием встречи, когда она вбежала, ее ноги дрожали, и ее сердце билось быстро. Лайнезия была дочерью дворянской семьи, поэтому она привыкла изящно улыбаться и танцевать под взглядом толпы. Но это было ее первое появление в политической обстановке, и она никогда не планировала посещать подобное собрание.

В Лиге Свободных Городов Истеля была сильно влиятельна культура благородства, и женщины не могли рассматриваться как независимые сущности, тем более одинокие женщины. Ни одна женщина никогда не получала разрешения на выражение своих взглядов в такой обстановке, и скорей всегл их не было бы и в будущем.

Лайнезия была обучена, чтобы быть идеальной, добродетельной и сдержанной леди, поэтому она это прекрасно знала и боялась ее колоссальных действий.

Но определенная эмоция в сердце Лайнезии подталкивала ее, чтобы самостоятельно покинуть защиту ее родителей или рыцарей.

Лайнезия, чье сердце сейчас обливалось холодным потом, внешне элегантно вошла в комнату для собраний.

- Это...

- Она все еще такая красивая...

- Это внучка Герцога Корвен, леди Лайнезия.

- Она как фея, танцующая на поверхности озера под лунным светом.

Это были не только знатные люди, в зале заседаний было много советников и рыцарей. Многие из них были загипнотизированы Лайнезией, когда она дебютировала той ночью.

У некоторых из них было любопытство и даже похоть.

Гладкие контуры ее тонкого лица, скорбные глаза, светлая переносица и волосы, похожие на серебряные пряди, свернутые высоко в пучок. Прекрасная линия, которая простиралась от ее тонкой шеи до ее ключицы, прекрасно дополняла ее платье. У нее была тонкая фигура с заманчивыми изгибами, все были бы согласны назвать ее красавицей №1 в Лиге Свободных Городов Истеля.

Если вы выйдете за нее замуж, вы станете частью семьи Корвен, одного из двух самых престижных кланов на всем Ямато. Так что это были не только взгляды с обожанием и любовью, она также привлекла внимание амбициозных женихов.

Стол в конференц-зале был устроен в виде U-образной формы, центр которого расположился в глубине комнаты, где находился барон Крейндит, который являлся организатором собрания, а рядом с ним был ее дед герцог Сергиат.

В глазах Лайнезии ее дед казался более строгим и страшным, чем обычно. Она молилась, чтобы сегодня он не стал суетиться слишком много и, подойдя к середине комнаты, сделала реверанс, традиционное приветствие. Сначала вперед, затем на восток и, наконец, на запад.

Она перестала думать.

Ее мозг, казалось, был набит хлопком, не в силах ни о чем думать. Она просто изящно двигалась, как марионетка, благодаря обучения, когда она приветствовала дворян. Казалось, что «настоящая Лайнезия» смотрела эту сцену так, как будто она не имела к ней никакого отношения, дрожала и скрывалась глубоко в ее сердце, паникуя и держа в руках воображаемую подушку.

Но когда она выпрямилась и подняла свой взгляд, она посмотрела прямо в глаза своей цели.

Они встречались почти каждый день на прошлой неделе и действовали вопреки обычаям дворян, насмешливого мускулистого человека, который внешне выглядел вежливо.

Монстр, который мог читать мысли. Выглядел как ветеран-рыцарь на поверхности, но на самом деле был экспертом сарказма внутри.

Член-лидер Совета Круглого Стола ... Красти.

На взгляд Лайнезии его крупное тело было одето в черную одежду с небольшим количеством украшений. Он был спокоен, как обычно, даже на этой невеселой встрече.

Спрятав глаза за его квадратными очками с намеком на улыбку на губах, выражение злодея.

Лайнезия пристально смотрела на Красти.

Красти тоже смотрел на Лайнезию, после чего он проговорил практически беззвучно, едва шевеля губами.

- ...Не думаешь о том, чтобы побыть сегодня лентяйкой?

«Это очевидно.»

«Конечно, я хочу.»

Лайнезия хотела немедленно вернуться в удобную спальню, переодеться в ее слегка натянутую, но очень удобную фланелевую пижаму и кататься на ее кровати.

Она хотела спать до полудня и ни с кем не разговаривать, медленно вставать и есть обед, умываться, а затем снова заснуть.

Вот почему она смотрела прямо на Красти.

У нее не было лишней энергии, чтобы элегантно улыбаться, как благородная дама.

Стиснув зубы, сжав губы, она смотрела на Красти с этим грубым выражением. Лайнезия чувствовала неудовольствие Элиссы позади нее, но у нее не было времени вспомнить детали, когда она продолжала смотреть на Красти.

В зале заседаний началось волнение.

С чего это внезапное вторжение?

Дворяне думали, что это может быть договоренность герцога Сергиата, но они не могли не спросить спокойно.

- Лайнезия...

- Красти-сама.

Лайнезия прервала своего деда, даже не обратив внимания на его слово и заговорила с Красти.

Она молилась в ее сердце, чтобы ее голос не дрогнул.

Даже если бы у нее было ощущение, что нет возврата назад, она все еще игнорирует все и обращается к Красти.

«Это не человек, он монстр, монстр ...»

Лайнезия, которая дрожала в ее сердце, вспоминала спокойное и сдержанное поведение Красти, она не имела с ним тесных контактов во все их совмещенные мирные времена. Она вспомнила, что он никогда не говорил ей никаких нежных слов и о его божественных наблюдательных способностях.

Вспоминая его добрые поступки и слова, а также его фальшивую внешность.

Он сделал все, чтобы все выглядело хорошо на поверхности и сделало необходимые приготовления. Она и Красти были соучастниками в этом.

Они работали вместе, чтобы лгать всем в Лиге Свободных Городов Истеля на прошлой неделе, используя свои добрые улыбки и нежные действия, чтобы скрыть правду о них, заслоняя их лень и зло, защищая их маленький секрет.

«Правильно ... Я, наверное, ... верю в нечестность этого человека, верю в ложь этого мошенника, верю, что он может видеть меня насквозь и помогать мне в этой нелепой шутке...»

- Пожалуйста, продолжайте, Лайнезия-сама.

Красти вежливо произнес, после чего Лайнезия выступила вперед и приблизилась к нему, пока между ними расстояние не составляло менее метра.

- Я хочу поехать в Акибу, пожалуйста, сопроводи меня.

Отчетливо пояснила Лайнезия.

Ее сердце было безмятежным и мирным, даже шум от собрания, казалось, был так далеко.

Ее сердцебиение, горящие мочки ушей и изменившийся прищуренный взгляд Красти, его изменившееся выражение, казалось ей настолько ясными.

- Красти-сама когда-то поклялся мне в качестве рыцаря, что останется рядом со мной на время этой встречи, поэтому я прошу вас, я должна отправиться в Акибу.

- Отправиться в Акибу... для чего?

- Нанять волонтерскую армию.

Она чувствовала, как дворяне вздыхают от ее слов, Совет Круглого Стола управлял Акибой, авантюристы Акибы были военной силой Совета Круглого Стола, военные силы называли «орденом рыцарей» в этом мире.

Поэтому она направлялась в город, не находящийся под ее юрисдикцией, без разрешения запросить у «ордена рыцарей» оказание помощи напрямую. Согласно здравому смыслу дворян, это было действием, которое умаляло авторитет Совета Круглого Стола.

Но если Красти, лидер Круглого Стола, сопровождал ее для поездки на вербовку волонтерской армии, ситуация может быть иной.

Лайнезия только просила Красти как рыцаря сопровождать ее, поэтому, даже если Красти согласился с этой ролью, Совет Круглого Стола мог бы не быть таким прощающим. Самым худшим сценарием будет ее казнь гильотиной для разжигания войны.

Но ее действия могут оказать положительное влияние на Совет Круглого Стола, поскольку авантюристы, скорее всего, избегут убийства принцессы в сопровождении своего лидера.

Но может ли герцог Сергиат позволить своей внучке действовать так умышленно? Дворяне издавали стоны, которые представляли собой смесь разочарования, принятия или радости.

Красти, скорее всего, отверг бы ее, это была всего лишь прихоть маленькой девочки.

Но Лайнезия продолжала смотреть на Красти прямо в глаза.

- Я думаю, что это очень сложный вопрос, верно?

- ... Да.

Лайнезия кивнула ласковым выражением дамы.

Но она была не такой спокойной, как явилась людям на собрании. Если возможно, она хотела опираться на Красти и плакать, так она была в отчаянии.

- Зачем ты это делаешь?

-... Красти-сама сказал, что авантюристы - свободные люди, я просто невежественная девушка... Я не понимаю политических дел, а также почему мой дедушка и другие скрывают новости о том, что «Рыцари Идзумо», в настоящее время отсутствуют.

На этот раз зал заседаний был охвачен проклятиями и ругательствами.

Критика зловещих слов Лайнезии была достаточно громкой, чтобы потрясти стены. Элисса потянула свой кинжал, чтобы защитить свою госпожу, лорды были еще более оживленными, увидев это.

- На этот раз ты действительно сделала это.

- Пожалуйста, поддержите меня, когда придет время для извинения.

Лайнезия ответила Красти с выражением сопротивления от всего сердца.

Это не было выражением, напоминающим цветущую зимнюю розу Истеля, но почти никто не заметил, что в этом огромном зале заседаний было небольшое изменение в выражении Лайнезии. Обвинение в том, что внучка герцога Сергиата предала Лигу и просочилась информация в Совет Круглого Стола, все еще отражалось в комнате.

- О чем ты думаешь?

- Значит, Красти-сама не все знает... ничего, я ничего не думаю... Я просто не хочу быть позором для семьи Корвен.

Молодой человек рядом с Красти, похожий на мага, громко хлопает в ладоши. Острый звук потряс воздух, оглушив всех лордов и рыцарей и захлопнув комнату.

Вероятно, это была форма психологической магии.

Лайнезия внезапно замолчала, словно защищала Красти и сказала.

Точно так же, как она сказала Красти, она ни о чем не думала.

Она просто решила плыть по течению в своем сердце из-за этого, когда она зашагала:

- Авантюристы свободны! ...Может мы и слабее, чем Авантюристы, но это не значит, что мы можем использовать нашу слабость, чтобы запугивать и использовать их как инструменты. Я хочу отправиться в Акибу и буду умолять Авантюристов этого города. Красти-сама говорит, что авантюристы свободны, поэтому, если любые авантюристы готовы помочь, они не будут вмешиваться. Будь то 10 или 15 человек, я хочу добровольцев, которые хотят нам помочь. Поскольку мы хотим попросить свободных Авантюристов о помощи, нам нужно иметь надлежащий этикет. Мой дедушка научил меня, что правильный этикет не может быть выражен только изящными словами, поэтому я хочу пойти туда и встать на улицу, чтобы умолять каждого авантюриста лицом к лицу!

Она сказала.

Она сказала это вслух.

Лайнезия потеряла всю свою энергичность и чуть не рухнула, но руки поддерживали ее плечи.

- Могу ли я оставить остальное тебе, Сироэ-кун?

- Позвольте мне отказаться, будет стыдно, если я пропущу это.

-... Тогда давайте оставим это Мичитаке-доно.

Легкомысленная Лайнезия почувствовала, что разговор, казалось, исходил издалека.

Был громкий звук флейты, и в зале заседаний раздался шум.

За этим последовал порыв шагов и голоса сердитых аргументов.

Лайнезия двигалась так, как будто ее вел свой партнер в танце, и прежде чем заметить это, она оказалась на открытом балконе с нежным ночным ветерком. Она повернула голову и увидела зал заседаний в хаосе, и несколько рыцарей бросились за ней. Одним из ведущих рыцарей был ее уважаемый и суровый дедушка.

- Ты отправишься туда?

Ее разум был смущен и не мог ни о чем думать, но прямо в ее сознании голос ее дедушки был похож на блестящие звезды в ясном ночном небе. Она кивнула, чтобы согласиться и, казалось, почувствовала улыбку своего деда, но это, вероятно, было ее воображением.

Она только мгновение держалась за эту мысль.

Ужасный крылатый зверь... Грифон скользил в воздухе. Лайнезию подняли с ног, как багаж, прежде чем она успела закричать.

- Пожалуйста, извините мою дерзость.

Этот неспешный голос пришел от воина Красти.

Он крепко обнял ее и прыгнул на спину гриффона силой своих ног.

- С тобой все будет в порядке, если ты крепко держишься.

Лайнезия, возможно, упала бы в обморок, если его голос был не таким случайным. Грифон взлетел в звездное ночное небо с этой парочкой.

Грифона с молодым магом и девушкой с черными волосами взлетел рядом с ними.

Ее дед и встреча с дворянами остались позади.

Лайнезия крепко держалась за грудь Красти, чтобы порыв ветра не дергал ее платье.

И прихоть Лайнезии была вызвана ее спуском к бесконечному склону.

- Над чем вы смеетесь, господин?

Акацуки скривилась в объятиях Сироэ и посмотрела ему в глаза.

Сироэ какое-то время хихикал, издавая звук «фу фу фу» в горле.

Грифон разрывал воздухе звездного ночного неба, летя на северо-восток. Они могли добраться до Акибы за считанные минуты. Путешествие, которое заняло несколько часов на лошади, заняло около 20 минут летя на грифоне.

- Ничего, я просто нахожу это очень забавным.

- Ммм?

Сироэ счасиливо смеялся.

- Это первый раз, когда я увидел, чтобы Красти-сан сделал такое лицо, хотя он и пытался скрыть это... Но он тогда полностью отступил... Это действительно успокаивает.

- Мой господин... вы все еще говорите о танце?

- Да нет же... ну, может быть.

Сироэ ответил Акацуки, которая была полностью в его объятиях.

- И эта принцесса очень смелая сделать этот шаг в такой момент... Этикет, я никогда об этом не думал, но она спасла Лигу Свободных Городов Истеля, которая оказалась в тупике. Независимо от того, что другие могут сказать, она сделала это, чтобы спасти Лигу, и она добилась успеха.

Лиге Свободных Городов Истеля нужна военная мощь Совета Круглого Стола. Сироэ не знал, почему «Рыцари Идзумо» не развертываются, но авантюристы должны присоединиться к битве. Если бы они потерпели неудачу, это была бы долгая битва на истощение.

Это может создать некоторые свободные места среди 24 членов Лиги Свободы Городов Истеля.

Чтобы этого избежать, Лиге пришлось вытащить Совет Круглого Стола и Авантюристов на поле битвы независимо от того, какие уступки они должны были дать.

Но с их стороны было большое недоразумение.

Совет Круглого Стола был руководящим органом, который руководил функционированием города, но они не властвовали над Акибой.

Авантюристы были свободными людьми, гильдии и люди никоим образом не ограничивались. Эта концепция была негласным правилом в Акибе. Для таких игроков, как Сироэ, которые рассматривали «Elder Tales» как игру, это было чем-то очевидным и не стоящим упоминания.

Если бы Акиба была пронизана правилами и связала свободу авантюристов, это создало бы чрезмерное напряжение среди авантюристов.

Послы Совета Круглого Стола во главе с Красти имели право оказывать военную помощь против армии гоблинов, но им также необходимо было выполнить условие. Оно было лишь одно: им нужно было получить согласие Авантюристов в Акибе, когда они объявили о своем решении отправить помощь.

Если бы они этого не сделали, Сироэ и другие послы потеряли бы свое положение в Акибе.

Хотя нынешняя Акиба не смогла обеспечить себя экономически с точки зрения продовольствия, она была очень сильной в военном аспекте. С развитием новых продуктов, используя знания старого мира, они определенно улучшат это и построят сильную экономику.

Проще говоря, было трудно привлечь Акибу с вознаграждением, так как Акиба был процветающим и богатым городом.

Поскольку ни золото, ни предоставление технологий не будут работать, Лиге Свободных Городов Истеля не было с чем вести переговоры. На самом деле Акибе нужно было много сырьевых ресурсов, таких как еда. Игроки, знающие старый мир, всегда стремились к комфорту, они больше не были бы довольны безвкусными сырыми сухарями.

Но никто из дворян не замечал этого за короткий промежуток времени.

У Сироэ уже был намек на намек на то, какие уступки потребуется Совету Круглого Стола, если встреча будет развиваться мирно и провести необходимые переговоры.

Но некоторые из дворян, возглавляемых Маркизом Киривой, взорвались эмоционально, заставляя встречу зайти в тупик, и Сироэ не смог разыграть свои карты.

«Возможно, она не знала этого, но она спасла не только дворян, но и Круглый Стол.»

Честно говоря, Сироэ согласился с отправкой экспедиционных сил.

Этого было невозможно избежать, чтобы жить в этом мире. Поскольку это было неизбежно, они должны сражаться, когда условия были в их пользу.

Дворяне относились к Авантюристам как к какой-то непобедимой армии и хотели, чтобы они присоединились к битве, но в этом был и недостаток. Авантюристы также несли какой-то риск, и это было потерей памяти. Красти доказал, что только одна или две смерти не уничтожат все ваши воспоминания, но это все еще оказывало страшное давление.

Эта информация по-прежнему была ограничена в кругу членов Совета Круглого Стола, но на днях им нужно будет объявить об этом народу Акибы.

Когда придет время, какие моменты Совету Круглого Стола необходимо удержать для безопасности? Сироэ потерял много сна над размышлениями по этому поводу, но теперь он думал, что моментом, который будет воспринят, окажется осознание связанного с этим риска.

Потому что смерть потеряла смысл, поэтому жизнь без конечной точки была бы хаотичной. Концепция перехода от начала и до конца не применима, поэтому жизнь будет продолжаться без цели и потеряет свой путь.

Послы Акибы, возможно, захотят оказать помощь Лиге Свободных Городов Истеля, но они не должны манипулировать Лигой, иначе они потеряют признание населения.

«Она хочет сделать это прямо...»

Принцесса Лайнезия сказала, что хочет убедить их лично.

-... умолять каждого авантюриста.

Она решительно это сказала.

«Мировой Сдвиг...»

Этот предчувствующий момент оказал давление на сердце Сироэ.

Где он стоял во всем этом?

В глазах Сироэ, полулюдьми были монстры, враги в игре. РеГан сказал, что они были проклятым результатом первого «Мирового Сдвига», извращенного кошмара.

Сироэ был обычным аспирантом, живущим на Земле, «Elder Tales» - это просто игра. РеГан сказал, что авантюристы были вызваны в этот мир вторым «Мировым Сдвигом».

Естественно, что Сироэ был бессмертным, так как это была игра. РеГан думал, что «Теория Духа» и процесс восстановления тела с душой были системой, связанной с секретами возрождения в этом мире.

Где он был физически сейчас?

Сироэ беспокоился об этом.

Это тело, летящее по небу на спине грифона, сон? Или кто-то заставлял двигаться мышь за компьютером?

Эта линия стала размытой.

Если бы он потерял свои воспоминания, неся это беспокойство, он определенно попал бы в темноту, и тогда все остальные Авантюристы могли бы их спасти? Такого полезного третьего лица не существовало.

Единственный способ, которым они могли искать спасение – признать это как данность.

Сироэ не знал, как он может найти это признание, и этот мир не даст ему времени найти ответ. Дни шли с ужасающей скоростью, превратившись в прошлое в одно мгновение.

Вероятно, у Авантюристов впереди была длинная и извилистая дорога. Нет, им определенно пришлось путешествовать по этой длинной и извилистой дороге, и принцесса Лайнезия сказала: «Нам нужно иметь надлежащий этикет».

«Я должен сказать, что Красти-сан обработал это гладко.»

Акацуки спрятала свое лицо у груди Сироэ, словно ей было холодно, и Сироэ обнял ее, чтобы защитить ее с мягким выражением на лице.

Чувства Маркиза Киривы вырвались и отрезали путь отхода Круглого Стола. Он относился к Авантюристам как к оборудованию, которое можно было использовать, убивая возможность для Сироэ отправить помощь, даже если бы он захотел.

Если бы они согласились помочь под таким запугиванием, это нанесло бы ущерб гордости авантюристов в Акибе, и Совет Круглого Стола также потерял бы доверие.

- Господин, мы достигли Акибы.

- Верно.

- Это будет другое поле битвы, верно?

- Вероятно, так и будет.

В этом альтернативном мире ночь представляла тьму.

Под ней была черная земля, небо, украшенное сияющими звездами, могло быть ярче земли. У Сироэ не было часов, он думал, что уже за полночь, но Акиба все еще не спала.

Сироэ связался с Советом Круглого Стола, чтобы подготовиться, когда грифон только начал снижаться.

Родрик из «Фирмы Родрика» должен был все закончить к настоящему времени, чтобы согласоваться с планом Сироэ.

Яркие огни, сияющие в темноте ночи, были Акибой.

Это было похоже на единый свет, но когда они приблизились, свет разделился на бесчисленные факелы. Далее они могли разглядеть факелы, окружающие центральный квадрат, круг огня размером с кольцо. Самая большая боевая гильдия Акибы, «D.D.D.», сделала эту временную точку посадки за короткий промежуток времени, чтобы приветствовать своего лидера.

Всадники, которые не имели ночного видения, приземлились в Акибе по яркими направляющими огням. Была только середина ночи.

Имя: Элисса

Уровень: 12

Раса: Эльф

Класс: Горничная

HP: 629

MP: 589

Экипировка

Ажурный зонтик

Великолепный и красочный зонтик вязаный из тонкой пряжи. Необходимость для слуг, которые защищают своих дворян от солнечного света.

Тряпка домового

Волшебный инструмент для чистки, полученный от Домового в качестве награды за выполнение своих заданий. Увеличивает эффективность некоторых подклассов, повышает дружелюбие NPC, если они даны им как подарок. Это тайна относительно того, кто дал ее Элиссе.

Одежда Горничной

Набор униформ для горничных. Хотя некоторые Люди Земли используют их, то, что носит Элисса, является специальной защитной экипировкой для своего подкласса. Кажется, ей это нравится, потому что она удобная и крепкая.

Сидя верхом на парящем в небе грифоне, Ленессия не была в силах даже пошевелиться. Её партнёр по танцам был вынужден приобнять её за талию, он не смел обращаться к ней так же небрежно, как к багажу.

Она и подумать не могла, что так смущающе, когда мужчина обращается с тобой подобным образом. Ленессия попыталась натянуть улыбку на её напряжённое лицо, но то, что она была натянута, было ясно как день.

Когда она заявила о своем решении на заседании, всё было как во сне, она действовала под влиянием момента.

На прошлой неделе Ленессия провела довольно много времени вместе с Красти. Её эгоистичные слова дворянам были ничем по сравнению со встречей лицом к лицу с этим парнем, которого в мыслях она прозвала "монстром, читающим мысли"... Подобные мысли придавали ей мужества.

Но она всё ещё была не в силах что-либо поделать с Красти.

Ленессия отлично понимала, что Красти защитит ее. Он не даст ей сорваться. Он не даст ей замерзнуть. Но чем больше он беспокоился о ней, тем больше она смущалась, думая, что он снова прочитает её, как открытую книгу.

Она казалась изящной, но на самом деле была ленива и ненавидела, взаимодействовать с людьми. Мечтая лишь о том, как поскорее оказаться в своей комнате, чтобы валяться целыми днями как бесполезный и безнадёжный человек. Однако Ленессия не возражала против того, чтобы Красти знал всю правду.

Хотя была одна вещь, которую она бы хотела скрыть, если это вообще возможно... Нет, она должна скрыть это от него. Она должна скрывать своё смущение, когда она рядом с ним.

— Пожалуйста.

Она взялась за протянутую руку и опустилась на землю.

Вот она, Акиба.

Хотя уже было за полночь город сиял огнями. Когда Ленессия пролетала над городом, она подумала, что кто-то просто разжег костёр. Но по мере приближения она поняла, что источник этого света не один, их множество. Семь огней на городской площади были оранжевыми, уличные фонари были желтыми, те, что созданы магией, были белыми.

— Эт... Большое спасибо.

Ленессия поблагодарила его, опустив свой взгляд в землю, но Красти уже перевёл своё внимание на другое место. На том месте стояла группа в одежде с тем же узором, что и на плаще Красте.

Красти поприветствовал группу и повернулся к молодому магу, который помогал спуститься черноволосой девушке.

— Сироэ-кун, ты можешь помочь ей с одеждой и расписанием?

— Конечно, но с тобой все в порядке?

— У меня нет выбора, давайте разделимся.

Поговорив с человеком по имени Сироэ, Красти ушел с группой, у которой были точно такие же плащи, как и него, и в то же время грифон поднялся в небо и улетел.

Ленессия почувствовала себя потерянной, когда молодой мужчина по имени Сироэ вдруг заговорил с ней.

— Принцесса Ленессия, это впервые когда мне довелось поприветствовать вас. Я Сироэ из "Лог Горизонта", эта леди — Акацуки.

После того, как Сироэ закончил это официальное представление, низенькая девочка по имени Акацуки кивнула, будто бы соглашаясь с сказанным.

— Пожалуйста, следуйте за мной.

Сироэ развернулся и направился вдоль улицы, битком забитой куда-то спешащими авантюристами.

Ленессия заявила, что хочет приехать в Акибу, чтобы убедить Авантюристов, но она понятия не имела, как это сделать. По её скоромному представлению Совет круглого стола был чем-то вроде встречи знати. Поэтому предположительно она должна сначала заручиться их поддержкой, прежде чем идти и просить авантюристов о помощи.

Акиба полностью отличалась от Майхамы.

В отличие от красивой и величественной Майхамы с фруктовыми деревьями и кристаллами на улицах, этот город, казалось, был построен на древних руинах. Она бы потерялась, если бы упустила из виду молодого человека, который указывал ей путь, поэтому Ленессия сосредоточилась на том, чтобы не отставать.

Девушка, несущая на своей спине огромную сумку, несколько раз переговаривалась с ним, после чего кивала и продолжала путь. Ленессия считала, что раз Сироэ был избран заместителем посла, он должен быть кем-то высокопоставленным в Совете круглого стола.

(Но они идут слишком быстро...)

Девушка Акацуки без проблем следовала за ним. Ленессия и раньше слышала, что авантюристы были довольно выносливы, но она и подумать не могла, что испытает эту разницу на себе.

Сироэ коснулся своего уха одной рукой, и начал свой разговор с кем-то, видимо, он использовал магию для общения.

Вскоре они дошли до огромного чёрного здания.

— Сироэ-доно!

— Карасин-сан, извините за беспокойство.

Кажется, в вестибюле за дверью стояло около 3 человек, один из них был одет как торговец.

— Это принцесса Ленессия.

— Привет! Я слышал о вас, дочь клана Коуэн, я торговец Карасин, управляющий восьмой торговой улицы.

Человек по имени Карасин оказался действительно торговцем, он поприветствовал Ленессию деловой улыбкой. Но для Ленессии, как представительнице знати, его приветствие показалось простоватым, но практичным.

(Этот авантюрист кажется очень простым, не любящим лицемерную любезность.)

Ленессия ответила изящной улыбкой... по ее стандартам это было простое приветствие. 8-й округ Торговый центр — странноватое название, но вполне могло быть и такое, что в Акибе это было весьма уважаемое имя.

— Я Ленессия из клана Коуэн, пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Торговец по имени Карасин покраснел и отвёл свои глаза, Ленессия уже полностью привыкла к подобной реакции.

— Итак, Карасин-сан.

— Я вас слушаю.

— ... Эх, что же выбрать? Думаю, нужно что-то запоминающиеся, ведь первое впечатление очень важно... А чисто случайно полной брони валькирии у вас нет?

— Хммм... А-а-а... Конечно... Но ноги в этом комплекте очень... Все ли будет нормально?

Ее облегчение длилось не долго. Сироэ и Карасин начали что-то обсуждать.

Ленессия не понимала содержания, но она не могла сказать, что ничего не слышала.

— Да, нет проблем. Это поможет нам склонить на нашу сторону отдельных людей. Пожалуйста, подготовьте комплект, у меня есть плащ, поэтому вам его приносить не нужно. Но что насчет оружия? У вас есть одноручный меч с красивым дизайном? Любой клинок ниже четвертого уровня вполне подойдёт... Акацуки, ты можешь арендовать комнату на час. Ничего, если она не будет большой... Нет, сила атаки меча не важна, он просто должен красиво выглядеть.

После этого её ждали только стыд и замешательство.

Ленессию привели в простенькую комнатушку, где девушка по имени Акацуки переодела её в броню.

Большинство дворян не одевались сами — с этим им помогали горничные. Конечно, Ленессия была из их числа, она не боялась показаться перед кем-то оголённой.

Источником ее стыда и смятения было то, что она впервые использовала боевые доспехи.

Во-первых, он был таким же легким, как и перо.

Нагрудник и рубашку из тонких блестящих серебряных колец.

Рукавицы из металла и браслеты на ногах похожие на виноградные лозы выглядели изящно, как если бы их выполнили лучшими эльфийскими мастерами.

Но проблема была... в цепной броне вокруг её талии.

Броня прикрывала только верхнюю часть бёдер, открывая вид на её ноги вплоть до колен. Показывать руки было нормально для платьев определённого фасона, но одежда, которая показывала ваши бедра, казалась такой вульгарной. Ленессия никогда не носила подобного раньше.

Вдруг Акацуки заговорила:

— Юбка ... Я помогу тебе носить. — Но уж на что, на что, а на юбку оно подходила меньше всего. Какой-то пояс с тканью размером с шарф.

(Мои... мои бедра видны... Да и судя по форме верхнего доспеха, он предназначен лишь для того, чтобы прикрыть грудь...)

Пока Ленессия прибывала в замешательстве, Акацуки закрепила меч на талии и затянула ремни о доспехов по всему телу. Теперь, когда все ремни затянуты, она поняла, что вес доспеха почти неощутим.

Лёгкая и удобная броня, скорее всего это была броня экстракласса. Ленессия была впечатлена ... Но всё её тело было буквально напоказ, она не имела мужества даже посмотреть лишний раз в зеркало.

Ленессия считала, что ее фигура не плоха, но этот набор доспехов... ничего не оставлял для воображения. Ленессия мысленно простонала.

— Эм-м... Акацуки-сан? Это немного слишком...

— Пожалуйста, встаньте и потерпите.

Ленессия была слишком напугана прямым неморгающим взглядом Акацуки, чтобы что-то сказать.

Акацуки достала расческу и аккуратно поправила волосы Ленессии. Она действовала очень аккуратно и нежно, даже более чем все её горничные вместе взятые, но Ленессия становилась все более напряженной.

Может быть из-за её тихого характера, но внезапно молодая девушка почувствовала беспокойство.

Акацуки схватила Ленессию за руку и потащила ее на улицу, где их ждали Сироэ и Карасин. Похоже, что пока они стояли снаружи, они что-то бурно обсуждали. Ленессия попыталась спрятаться за низенькой Акацуки, Карасин широко улыбнулся, увидев ее.

Его лицо было полно восхищения, подобное выражение лица она временами видела у рыцарей и чиновников. Сироэ, казалось, судя по лицу, лишь оценивал её вид. Ленессия мысленно занесла имя Сироэ в список людей, с которыми стоит быть осторожней.

— Ну, и как вам, Карасин-сан?

— Я думаю, она прекрасна.

— ... Спасибо ... Спасибо за ваш комплимент.

Ленессия почти приподняла юбку, чтобы сделать реверанс, но сдержалась. Эта ткань (она не смела звать"это" юбкой) была слишком короткой, чтобы её приподнимать.

— Хорошо, теперь можно перейти к следующему этапу. Пожалуйста, успокойтесь, я очень надеюсь на вас, принцесса.

Слова Сироэ и его улыбка по какой-то неизвестной причине заставили мурашки прокатиться по её спине, но не в силах что-либо поделать она кивнула.

…и так.

— Спасибо всем, что собрались здесь в такое раннее утро. Я - Сироэ из Лог Горизонта. Сейчас предрассветное время, приближается война, давайте я вам объясню ситуацию.

Уже светало.

Городская площадь была заполнена несчетным количеством авантюристов, но по подсчётам их должно было быть не менее тысячи.

Всё проходило на Центральной городской площади Акиба.

За последние несколько месяцев мусор был убран, даже стало на 20% просторнее, чем до Катастрофы. Когда «Элдер Тейл» была всё ещё игрой, обломки были просто частью нерушимого фона местности, но сейчас их можно было двигать или разрушать. В такой неземной час магазины были ещё открыты, они были отремонтированы и выглядели сейчас очень опрятными, благодаря чему Акиба казалась более процветающей и оживленной.

Ленессия не знала всех этих подробностей, ей просто казалось, что этот город был наполнен жизнью. Солнце только начинало подниматься на востоке, а здесь уже было так много людей. Это было непривычное зрелище для девушки, которая ещё не пережила ни одной битвы.

Здесь не только собрались рыцари.

Присутствовали так же эльфы, гномы, и даже обычные ремесленники и торговцы. В отличие от военных парадов и дворянского чествования, лавчонки как обычно продавали толпе напитки и еду. Что казалось нормальным для этого города.

Ленессия не знала, что члены Совета круглого стола, которые оставались здесь наготове, уже завершили все приготовления после того, как с ними связался Сироэ. Собрали ветеранов-авантюристов, соорудили сцену и поместили «секретное оружие» на берегу реки Акиба. Ленессия, остававшаяся в палатке рядом со сценой, могла видеть лишь Люмьера, которого вызвал Призыватель, для освещения подиума. Они использовали ценного мага, высокоуважаемого Призывателя, как закулисных рабочих. Это полностью противоречило здравому смыслу Ленессии, но последовавшая речь ещё больше ввела её в ещё больший ступор.

— ... по этим причинам, сосредоточившись вокруг полуострова Песчаного Листа, на северных холмах и в лесах региона Канто, есть армия, насчитывающая примерно 20 000 гоблинов. Сейчас она атакует прилегающие территории.

Мы получили доклад об этих нападениях от несколько авантюристов из Песчаного Листа. Правительственная организация в Канто, Лига Свободных городов Истель, подвержена этой угрозе. Согласно анализу Совета круглого стола, эта не более чем угроза: Лига Свободных городов Истель не будет стёрта с лица земли, если мы не предоставим им помощь, но как минимум 30% их общего военного потенциала будет уничтожено... это количество эквивалентно падению их военной мощи, но этого не достаточно, чтобы уничтожить всех Людей Земли.

Доклад, который читал Сироэ, был более подробным, чем слова дворян, и он был безжалостным в своих речах. Если Ленессия не ошибалась, его слова скрывали ядовитые шипы.

Но сцена, которая поразила её больше всего, была не отношение Сироэ, а осознанием в глазах всех авантюристов, которые его слушали.

Судя по тому, что она видела из палатки, ни один человек не выглядел уставшим или так, как будто он запутался. Некоторые из них даже раскрыли большие листы бумаги, возможно, карты, которых делали важные пометки.

Для Ленессии, одна из «Людей Земли», эта сцена была поразительной. Разве все собравшиеся здесь люди не того же статуса, что и крестьяне? Почему они так легко могли его понимать?

Девушка считала, что собравшиеся здесь авантюристы были просто обычными солдатами, но их уровень понимания превосходил таковой у офицеров и мог соперничать с таковым у чиновников из их судов. Тут было столько людей, обладающими военными и географическими знаниями, и они, казалось, знали политическую ситуацию в Лиге Свободных городов в Истели, от чего Ленессия чуть ли не потеряла сознания от шока.

Что такое дворяне? Что такое крестьяне? Что такое фермеры?

Картина мира в сердце Ленессии пошатнулась.

— С другой стороны, нам кажется, что защитить Акибу от этой армии, довольно просто... Помимо еды, этот город очень самодостаточен и даже более того в плане развития техники. У нас достаточно оборонительного потенциала. Нам необязательно оказывать помощь Лиге Свободных Городов Истель. Что касается выгоды и потерь, нам не нужно им помогать, позвольте мне повторить: мы некоем образом не обязаны высылать помощь... Надеюсь, все выслушают слова этого «Человека», помня об этом.

Казалось, все присутствующие сглотнули.

Когда много людей собирается вместе, они создают немного тепла. В жаре тишины Сироэ посмотрел на палатку и показал приглашающий жест этому «Человеку».

— А?

Пока она была ошарашена, кто-то схватил Ленессию за руку.

Она развернулась только чтобы увидеть Красти в небесно-синих доспехах. Она не знала: были ли они для церемониального использования или практического. Обратившись к ней, на Красти было его обычное нежное выражение лица и улыбка:

— Пройдёмте на сцену.

— Э-э?

— Идём.

Мужчина вытащил ее из палатки, и внезапно яркий белый свет опустился на городскую площадь.

Это было сияние рассвета. Первый солнечный утренний лучик с востока освещал всю площадь.

Сквозь холодный утренний ветер Ленессию вдруг толкнули вперед.

Она оказалась посреди сцены, на переднем крае, откуда было уже не сбежать.

Как только она взобралась на сцену, её бросило в жал, и она не знала, что говорить или делать. Перед ней было несколько тысяч авантюристов, существ, которые отличалось от Людей Земли. Несмотря на то, что они выглядели одинаково, и общались на одном языке, эти существа имели фундаментальные различия.

Она ощутила это после короткого контакта с ними.

Ее губы дрожали, а ноги потеряли силу.

С ее правой стороны раздался резкий звук.

Она обернулась и увидела Красти с его спокойным видом, как у героического ангела-хранителя. Он встромил свой двуручный топор в пол, положив обе руки на рукоятку. А недавний звук был откликом столкновения оружия с землёй.

Тут же следом последовал глухой удар. Сироэ, который переместился сюда, словно копьё, держал в руках церемониальный оловянный посох, который был выше него. Всего секунду назад у него в руках ничего подобного не было.

С Красти и Сироэ по обе стороны от нее, на сцене Ленессия сделала шаг вперед. Температура её тела постепенно росла, а мир, отражающийся в её глазах, менял форму, но её мысли были, к неожиданности, ясны. Ее дыхание было настолько громким, что это раздражало девушку, и по какой-то странной причине она могла слышать разговоры авантюристов, которые в углу спокойно разговаривали.

— ... я впервые встречаю всех вас, я одна из Людей Земли. Я являюсь жителем Лиги Свободных Городов Истель. Дочь клана Корвен, который управляет Майхамой. Ленессия Эларт Корвен, я приехал сюда с просьбой ко всем вам, — её голос звучал настолько чисто, что она сама удивилась.

Слова девушки достигли каждого на городской площади этим ранним утром.

— Как и описывал Сироэ-сама, на Ямато надвигается большая опасность. Без задних мыслей хочу объявить, что стражники Ямато, «Рыцари Идзумо», сейчас отсутствуют. Лиге Свободных Городов Истель придется самим разбираться с надвигающейся угрозой. Это самое крупномасштабное вторжение гоблинов в истории и их армия продвигается очень быстро. Они достигли сферы влияния Лиги Свободных Городов Истель. У Людей Земли есть городские стены, магические стены и солдаты, но до сих пор неизвестно насколько эффективной будет наша оборона. Даже в этот момент мои Люди  Земли полируют свои клинки и укрепляют стены в процессе подготовке к войне. Но даже со всеми этими стараниями, нам не удастся избежать больших потерь, ради защиты своей Родины.

Взгляд Ленессии направился куда-то очень далеко.

Она видела перед собой не собравшуюся здесь толпу, а сцены увиденного несколько часов назад.

— Это может прозвучать постыдно, но даже в такой критический момент Лига Свободных Городов Истель не достигла консенсуса. Перед моим прибытием сюда, они всё ещё эгоистично ругались ради безопасности своих собственных территорий. И не хотели предоставлять друг другу поддержку. И не только это.

Посреди своей речи Ленессия засомневалась. Но уже была не в силах остановиться.

— Не только это. Мы надеемся спихнуть священный долг защиты нашей Родины на послов Совета круглого стола. Мы тайно планировали положиться на бессмертных авантюристов, положиться на помощь всех собравшихся, в надежде использовать вашу боевую силу для защиты наших жизней и территорий. Я недостойна извиняться от их лица... Но мне очень жаль, и я также чувствую угрызения совести по поводу еще одной вещи. Она состоит в том, что сегодня я здесь, чтобы попросить о такой же наглой просьбе.

Ленессия не заметила светло-фиолетовую накидку и броню Валькирии, которую выбрал Сироэ, чтобы самым лучшим образом подчеркнуть самые женственные черты девушки. Под светом восходящего солнца, она представлял собой идеальную Валькирию, которую все уважали и любили.

Ленессия этого не понимала.

Когда она закончила озвучивать свою просьбу к авантюристам, Сироэ слегка повернул голову и посмотрел на Красти.

Тот в свою очередь горько улыбнулся, а его лицо выражало отрицание.

— В отношении наград ни у меня, ни у Лиги Свободных Городов Истель, нет ничего ценного... Вы живёте в таком процветающем городе, что я не знаю, что могу предложить вам в благодарность. Я не хочу использовать приземленные предметы в обмен на вашу свободу. Но, будучи дочерью семьи Корвен, глубоко люблю Майхаму и обязана защищать свою нацию... вот почему... сегодня я пришла сюда.

Обманывать себя мечтами и думать только о защите своих собственных интересов, разумеется было постыдно.

Ленессия естественным образом упала на колени и глубоко поклонилась.

Если бы собравшиеся авантюристы были рыцарями или чиновниками, или, другими словами, дворянами, она бы не стала бы так склонять голову. В высшем свете, женщина была ценным предметом. Девушка, высокого происхождения, была главным предметом защиты.

Но познакомившись с Красти, она поняла одну вещь – авантюристы отличались.

С ее титулом в Акибе её тоже уважали бы, как дворянку. Но её бы не предоставили группу людей, которые бы выполняли все её прихоти, что было нормой в аристократическом обществе. В лучшим случае, люди на улице выразили бы ей уважение.

Это был разношерстый город.

Она не получила бы внимания принцессы, к которой она так привыкла в этом городе. Но она также не была бы дискриминирована вообще как леди в социальном кругу благородства.

У женщины в социальном кругу дворян не было прав.

Здесь никто не станет к ней относиться, как к принцессе, к чему она привыкла. Но она так же и не станет предметом дискриминации, как все женщины в социальном кругу аристократии. В высшем обществе у женщин не было прав. А к ней хорошо относились, предоставляли самые разные подарки, а так же говорили сотни комплиментом и пустых слов восхищения.

Стоило ей слегка нахмуриться, тут же преподнесли бы ей самые дорогие лекарства. Но они видели в ней лишь предмет обожания.

Она была им нужна только, как «дворянка» - награда в дипломатических баталиях между аристократами, поэтому с ней обходились со всей осторожностью.

В высшем свете, к дворянкам относились, как к драгоценным камням. Она была из высшего общества, и могла гарантировать чистокровную родословную, и была просто высококлассным трофеем.

Проводя дни в раздумьях в своей комнате, Ленессия понимала это лучше кого ни было, а так же была не в силах отрицать эти факты.

— Я труслива и ленива, как неотесанная ваза... но ... я хочу отправиться на поле битвы, поэтому, если вы не против, то не могли бы отправится со мной? Вы готовы помочь мне на основе вашей доброты и свободы? Я хочу сделать все возможное, чтобы защитить свободу авантюристов...

(Даже если я так и говорю... Даже если я хочу защитить их свободу...)

Она была членом семьи Корвен, но у нее не было таких полномочий, потому что она родилась девочкой.

Она могла бы попросить отца или дедушку купить для нее одежду или украшения, она могла бы наградить одного иди двух авантюристов, а так же проводить приёмы.

Но политической власти у неё не было.

Ленессия также думала, что давала пустые обещания.

Но это была больше её надежда, нежели ложь.

Красти был первым, кто признал, что у неё есть право свободы выбора выйти на поле битвы. Авантюристы, вероятно, никогда не сомневались в своей свободе. Ленессия хотела защитить их свободу. Для девушки, которая никогда не имела такой свободы все эти годы, в её сердце впервые родился этот порыв.

— Я искренне прошу вашей помощи.

Когда она со слезами закончила свою речь, послышала громкая волна звуков удара железа о железо. По среди городской площади группа людей в синем, с гербом на своих плащах, били оружием о щиты и топали ногами.

Компания рыцарей в черных доспехах обнажила свои мечи и поклялись последовать за ней на поле битвы. На открытом балконе руины группа эльфов с луками за спиной подули в свои военный рога. Гномы, с топорами на перевес, свирепо завыли в толпе.

Веркотов, людоволков, лисохвостов и другое меньшинство, казалось, не притесняли в этом городе.

(А...)

Красти подошел к Ленессии, пока она была ошарашена такой реакцией, и в следующую секунду с другой стороны очутился Сироэ.

— Итак, этот город... Вышлет нашу первую экспедиционную армию, условие записи в ней: 40-й уровень и выше. Это квест, от Совета круглого стола. Награда всего одна – благодарность и уважение этого Человека Замле. Кто желает принять в нём участие, пожалуйста, отправляйтесь в Майхаму! Учитывая угрозу ситуации, мы также отправим против врага блиц-отряд. Формирование партий будет происходить во время передвижения, надеюсь на ваше сотрудничество. Я - Красти, и я буду главнокомандующим этой экспедиционной армии.

— Роль тактика возьму на себя я, Сироэ. В течении 15 минут с этого момента я телепатически свжусь с блиц-отрядом. Члены, которые получат сообщение, пожалуйста, отправляйтесь вниз по течению реки Акибы к экспериментальным докам. Там вас будет ждать Осипит[1]... Для членов, которые не получат сообщение в течении 15 минут: вы относитесь к основной экспедиционной группе, пожалуйста, отправляйтесь к стойке регистрации, которая находится у восточных городских ворот, где вы сможете получить более подробную информация по квесту. После регистрации в списках, вы можете продолжать согласно выданным инструкциям. Инструкции по формированию партий, будут выданы во время вашей поездки на место. Время на подготовку 15 минут. Пожалуйста, окажите мне вашу высшую поддержку.

— Ааа... — перед безмолвной Ленессией, зарычала армия их тысячи солжат.

— Почему вы так потеряны и паникуете?

— Как... Как вы можете так говорить, как джентльмен... Как джентльмен...

Её голос дрожал и она не могла подобрать подходящие слова, чтобы выразить свои мысли.

городскую площадь заполнил шум от лязга брони и разговоров. То, что не должно быть сказано, оставалось в секрете... но не для Красти.

Словно дворянин, он грациозно протянул свою руку. Когда их глаза встретились, они с Ленессией были наполнены подозрением, перенапряжением и взаимопониманием. Но для простых наблюдателей, они казались идеальной парой, что так мило друг другу улыбалась.

Во всяком случае, план с экспедицией был решен.

Врагами были гоблины, которые в количестве 10 тысяч, приближались к разрушенной столице Истель из полуострова Песчаного Листа. Сейчас, Акиба впервые создала экспедиционную армию, которая направлялась прямо на полуостров Песчаного Листа.

[1] Осипит – одна из трёх гарпий в греческой мифологии. Прямой перевод: «Быстрое крыло».

Утром группа Минори направилась сторону Чоуши.

Они были физически и морально вымотаны, но на их лицах ещё отражался боевой дух.

Несмотря на  то, что это была всего 1 ночь, но трудные часы во тьме, высасывали силы из 5-х человек группы Минори. Непрерывные битвы, начиная с леса Рагранда, значительно прибавили им уровней.

Многочисленные сражения весьма отточили их командную работу. Иной раз им получалось понимать даже без слов, что хотели сделать товарищи.

5-ка группы Минори чувствовала себя более расслабленной, шагая по сельской местности, нежели в лесу, но никто из них не ослабевал защиту. Проглядывая округу, они прикрывали спины друг друга и следили за слепыми зонами, но вокруг них всё равно витали мирная атмосфера. (Меня всё ещё пугают битвы, но ...)

Минори, возможно, была напугана, но уже не так сильно, как раньше.

Истинный страх – это ощущение ужаса, текущие по венам, которые заставляет быть чересчур внимательным и упускать из виду значение своей жизни, поддастся ему, практически означает сдаться.

В этом мире, где не существует смерти, опустить руки, означает умереть. Но с другой стороны, пока ты не сдаешься, у тебя всё ещё есть шанс, даже, если это бесстыдно, даже, если ты дрожишь, но если ты встанешь и начнешь драться, у тебя будет возможность достичь чего-то большего.

Звать это время утром уже слишком поздно. Сейчас время близилось к полудню.

— Привет-привет...!

Как я раннее удостоверился при помощи телепатии, группа Наоцуги отдыхала в пустой местности за деревьями.

В этом альтернативном мире грязные предметы экипировки, автоматически становятся чистыми при починке.

У самих различных предметов был предел изнашиваемости.

Если использовать их нормально, то износ оборудования будет минимальным. Если снаряжение было чистым, то и целостность оборудования была на уровне, так как эти два параметра были прямо пропорциональны друг другу, то одним из них всегда можно было пренебречь, при проверке. В этом заключалась логика, почему снаряжение было чистым после ремонта.

Но так как у предметов была определенное значение параметра изнашиваемости, при постоянном использовании он все равно всё более падал.

Во время длительных сражений броня и оружие, постепенно изнашивались, поэтому время от времени их требовалось отправлять к кузницу для ремонта.

4-ро шагающих впереди Минори, были ветеранами-авантюристами 90-го уровня. Они были в несколько раз сильнее её самой. С помощью своей мощи, они прорвались в центр мародерствующей банды гоблинов, чтобы отвлечь их и в это время начать партизанскую войну.

Их формация, которая строилась вокруг 2-х Фехтовальщиков, должно быть прошла через гораздо более жестокие схватки, чем группа Минори.

— Все в порядке? Привет, Тоя, ты всех защитил?

— Учитель Наотцугу, да!

Тоя по правилам поклонился Наотцугу и тот, взъерошил ему волосы.

Серара бросилась к Нянте.

Минори коротко отрапортовала Сёрю и Резарику о всех стычках, что произошли прошлой ночью. Пара с облегчением вздохнула и отправилась помочь проверить снаряжение и обработать раны. Не говоря о Сёрю, Резарик был клириком крупной боевой гильдии, и Минори считала, что он будет винить их за своевольные действия. Забота и готовность помощи от этих двоих согрели сердце Минори и заставили почувствовать раскаяние.

Они не были ранены, но их припасы подходили к концу. Минори боялась, что они могут закончиться посреди сражения.

С восходом солнца, мародерство гоблинов, словно отлив, медленно увяло. Они должны понимать собственные характеристики, своё количество и эффект от ночных вылазок.

Силы врага отступали, и группа Минори отошла поближе к городу.

— Давайте прекратим отдыхать и вернёмся в город, я смогу расслабиться только, если увижу это своими глазами, — с серьёзным выражением лица сказал клирик Резарик из Рыцарей Черного Меча. В ответ на его слова все кивнули и направились к Чоуши.

Кровавая ночь только недавно подошла к концу, но утреннее летнее небо было таким же прекрасным, как всегда.

Им в лица ударил сильным морской бриз, встречающийся только в Песчаном Листе и обдувающий фермы с берега.

Пейзаж впереди них и дальние виды сияли под яркими лучами солнца. Деревья на пляже отбрасывали тень на фермерские тропы, создавая прекрасный контраст.

Пройдя немного вперёд, они увидели трупы гоблинов. Группы авантюристов были тут и там. Казалось, именно эти люди сражали с гоблинами прошлой ночью.

— Кажется, она подготовилась, что и следовало ожидать от большегрудой Сестрёнки, —  радостно мягким голосом сказал Наоцуги.

Он был прав, Минори не рассчитывала, что  они своими партизанскими вылазками смогут в одиночку защитить Чоуши. Её товарищи, Нянта, Наоцугу и другие, сформировав партизанские отряды, отправились сражаться с гоблинами на том холме прошлой ночью. Используя момент неожиданности и преимущества ночного зрения, они сделали всё, что могли, чтобы проредить отряды гоблинов – жесткая тактика ведения партизанской войны.

С помощью уменьшения их количества, они хотели оттянуть атаку гоблинов на Чоуши, с которой они бы потом могли справиться... Это была стратегия, которую придумала Минори. Она не знала профессионального термина для этого, но гоблины атаковали одновременно со всех сторон всем свои подавляющим количеством, чтобы прорваться сквозь оборону врага и уничтожить всю их тактику.

К примеру: в сражении 1Х1 или группа на группу, даже, если бы они немного превосходили их в числе, авантюристы с их подавляющей боевой мощью, смогли бы одержать вверх.

Во избежание этого, гоблины отправили много маленьких отрядов, чтобы авантюристы не смогли сразу справиться со всеми ними. Авантюристы, конечно, могли отразить многие их атаки, но из-за большой разницы в численности, всегда будут оставаться щели. Гоблинам, оставалось сконцентрировать на этих прорешенах силы, чтобы прорваться к городу.

Если они пройдут, то смогут вкусить плод, под названием, Чоуши. Так же они устроили бы поджоги и массовые беспорядки, чтобы вызвать волнение среди авантюристов.

Заставляя их выбрать между: возвращением в город, чтобы дать отпор врагам или продолжать отражать атаки гоблином на передовой. Следующим этапом, они могли бы поодиночке нападать на запутавшихся авантюристов, это была многовековая тактика гоблинов.

Но группа Минори, решилась первой напасть на гоблинов, вдалеке от гоблинов.

Та, кто предложили эту тактику, руководствовалась очень простой идеей.

... у гоблинов отсутствовала база, которую они бы защищали,  но у неё она была. В Чоуши не было городских стен, поэтому туда было легко попасть. Эта слабость ставила их в невыгодные условия… В таком случае, нам нужно сражаться там, где не стоит беспокоиться о нашем слабом месте. Это было простое и наивное умозаключение. Чтобы воплотить эту идею в жизнь, им нужны были отточенные навыки к подобным действиям и храбрость. Но группа Минори настаивала на воплощение именно этого плана.

С её помощью, силы гоблинов были значительно ослаблены. Но, они всё равно, как и планировалось, ушли в ночной рейд. И прошлой ночью Чоуши, действительно, был атакован. Но их план состоял исключительно в том, чтобы уменьшить численность гоблинов. Очень многим из них пришлось опасаться возможной засады или идти обходным путём.

Что привело к тому, что им потребовалось больше времени, чтобы подобраться к своей конечной цели.

Из-за этого армии гоблинов пришлось напасть на город до прихода всех сил. Основная идея их тактики была в том, чтобы сфокусировать весь их военный потенциал на одном объекте. Тем самым заставляя обороняющихся потерять способность эффективно отражать их атаки. Пропустив шанс, собраться всем силам, гоблины по приказу командира, напали на Чоуши. Но это привело к тому, что каждый прибывший отряд нападал по отдельности, сделав их идеальной добычей для авантюристов.

С такой реорганизацией в их войсках мог даже справиться самый мелкий отряд авантюристов.

Наоцуги убедил Мариэль, которая в свою очередь, настоятельно рекомендовала членам тренировочного лагеря защищать Чоуши, и они после с победой встречали рассвет.

— С возвращением…!

— Ого-ого, с возвращением...!

— Вы устали?

Когда группа вошла в Чоуша, авантюристы, которые были знакомы с Серарой и Сёрю, поприветствовали их. Эти двое отвечали за новичков в Альянсе Полумесяца и знали многих из них. Нянта, Наоцугу и Резарик в это время тоже обменивали информацией с другими ветеранами-авантюристами.

Дорога, которая протаптывались годами от нескончаемых наступлений, не подавала и намека на разрушение. Гоблинам не удалось вторгнуться в город.

— Эй, мы сделали это!

Услышав возглас, переполненный гордостью, своего брата, Минори подняла голову и увидела,  улыбающегося до ушей, Тою. Глядя на эту улыбку, Минори почувствовала, разливающееся в душе тепло.

Ее брат всю ночь не терял жизнерадостности. И Минори тоже в такт ему улыбалась, радуясь, что смогла защитить Рундельхауса. Тоя протянул к ней свой кулак, и Минори отбила его своим.

— Минори! Люди Земли разрешают нам разместиться в их гостинице! Мы будем отдыхать по очереди! Нам ещё нельзя снижать бдительность насчёт охраны!

— Мы должны быть благодарны за гостеприимство, и тому, что хотя бы можем умыться. Мис Минори, Тоя, — выкрикнули через улицу от них Исузу и Рундельхаус. Под летним небом, близнецы вприпрыжку к ним подошли.

Прототип транспортного корабля «Осипит» на паровой тяге.

Изначально судно разрабатывалось внедрением парового двигателя  на корабль с большим лопастным колесом. Это был эксперимент по возможности транспортировки большого количества товаров, поэтому багажный отсек был очень большой в «Осипит».

По сравнению лопастными кораблями старого мира, дизайн парового двигателя здесь был гораздо продуманный. Больше не требовалось запасаться топливом, так как корабль получал энергию от саламандр, которых контролировали прерыватели, это было изюминкой этого корабля.

Пароход представлял из себя корабль на паровой тяге с 2 гигантскими колесами, как на водяных мельницах, которые размешались по две стороны от корабля. Паровой двигатель поворачивал колеса, которые, в свою очередь, гребли по воде и перемещали корабль вперед.

Винтовой корабль с точки зрения производительности, лучше, чем пароход превращал тепловую энергию в движущую.

Но, принимая во внимание сложность изготовления деталей и их установку, они пришли к выводу, что на данном этапе лучшим решением будет разработать пароход, над которым они всё это время и трудились.

Пароходы проигрывали винтовым кораблям в плане эффективности, но они могли функционировать на мелководье, что делало возможным их использование в операциях, происходивших на реках.

Прототипы паровых двигателей на маленьких лодках были завершены всего через неделю после формирования совета Круглого Стола, а спустя ещё 2 месяца, они завершили прототип парохода «Осипит».

«Осипит» мог переправить около 130 авантюристов. На корабле было достаточно места, чтобы люди друг другу не мешали.

Ленессия одна стояла на палубе возле штурвала. Раньше она уже путешествовала на кораблях, но движение этого отличались от парусных суден. То, как оно прорезал сквозь волны, казалось для неё необычным, но корабль двигался очень быстро.

Авантюристы вокруг нее отдыхали кто  где хотел, или же ходили вокруг, завершая приготовления. Они были одеты по-разному, но около половины из них носили плащи с тем же гербом, как у Красти, поэтому они должны быть из одного клана.

Ленессияи было не хорошо.

Она не страдала от морской болезни. Будучи внучкой правителя Майхамы, она была близко знакома с самыми разнообразными кораблями.

Она грустила и раскаивалась о своем беспечном поведении.

«Я снова сказала нечто подобное ...»

По своей природе она была застенчивой и ленивой, тогда почему же она устроила такое представление в столь важное время? Возможно, дело было в её образовании идеальной леди, но ситуация всё равно не давала ей покоя.

Безумие началось с прошлой ночи. Женщина, ворвалась на встречу дворян, вызвала там шумиху, опозорив своего дедушку и всех дворян. Поссорилась с читающим мысли монстром... сбежали вместе... он держал её сидя на спине грифона...

Ленессия пробрала мелкая дрожь, когда она вспомнила тепло от объятий Красти.

Я не это имела в виду ... И я пришла в Акибу и меня заставили надеть такую вызывающую одежду, она даже сейчас на мне... И я произнес ту речь ...

Она схватилась руками за голову, не в силах поверить в происходящее.

Но, по ее мнению, она настояла на соблюдении должного этикета.

Она была одной из людей земли, и отличалась от авантюристов ... Она слышала об этом от своего дедушки и остальных. И она понимала различия между ними, но осознала всё в тот момент, когда стояла на сцене.

Ленессия никогда не видела ни одной группы с таким количеством рыцарей, обладавших интеллектом бюрократов.

Она знала, что таких людей называют Героями.

В этом мире были «Древние», которые владели мечем, так и обладали магической силой, подвластной мудреца. Поэтому не было ничего удивительного, что в этом мире были и другие подобные таланты. Она не могла найти подходящие слова, чтобы это выразить, но странным было то, что «таких талантливых людей» внезапно оказалось тысячи, и этой странной группой были Авантюристы.

Дворяне считали, что если сыграть правильными картами и привлечь их знатными титулами и наградами, то они смогут вести переговоры с Авантюристами.

Она думала, что они неправильно поняли природу авантюристов, те обладали таким интеллектом и богатством, так о каких переговорах могла идти речь, когда им могли предложить лишь награды и статус?

Как же ошибались дворяне.

Раздражающая, но приятная встреча с Красти и опыт, полученный, когда она произносила ту речь, дли ей отчетливо это понятно.

Ювелирные изделия и приглашения на баллы не вдохновляли Ленессияю на  действия, она просто хотела расхаживать в своей хлопковой пижаме и лениво кушать, и спать днями напролёт. Это же относилось и к другой форме жизни, известной, как Авантюрист. Драгоценные камни, золото, титулы и земли не подходили им в качестве вознаграждения. В таком случае, единственное, что они могли сделать, так это молить Авантюристов о помощи.

Потому что я девушка, меня совсем не обучали политике... Поэтому тут ничего не поделаешь, так ведь?

Их доверие можно заслужить, если держать своё слово, даже, если это и какая-то мелочь.

Если авантюристы столкнутся с опасностью, она должна тоже рискнуть.

Именно этим способом Ленессия решила заработать их доверие.

Но даже так...

Слова: «Я хочу отправиться на поле боя», слишком трудное обещание, я что, сошла с ума?

Или же причина в той магической... одежде, которая так сильно оголяла мои бедра?

Ей хотелось присесть на корточки, но долгие года вдалбливания этикета в голову, заставили её гордо выпрямить спину, находясь на публике, когда на неё смотрит такое количество пар глаз. Этот инстинкт глубоко укоренился в ее теле, не позволяя расслабиться.

Но после того, как молодой человек, по имени Сироэ, со злобной улыбкой её спровоцировал, она так изменилась. Такой грязный метод почти заставил её заплакать.

— Это страдающее выражение от того, кто отрицает под влияние момента, выпалил ту речь, и сейчас не может забрать свои слова назад.

— Эй!

Ленессия подпрыгнула, как будто её ударило током, когда Красти появился из ниоткуда, и сказал эти слова, которые перекрыли порывы ветра.

— Ох-хо-хо, ничего подобного господин Красти.

— Твое лицо выдает тебя с потрохами.

После того, как её слова смогли опровергнуть, Ленессия оставалось лишь смотреть на океан с «депрессивным» выражением на лице.

— Похоже, ты теряешь самообладание.

— ... у-у-у, во всяком случае, вы правы... Но не поймите меня неправильно. Я не жалею об этом. Я должна была лично молить о помощи, так как я прошу их рискнуть своими жизнями, и отправится на поле боя со мной. Нет, я не считаю, что моя жизнь стоит достаточно дорого, чтобы просить поддержку у 10 Авантюристов, то есть… это... в общем…

— Все в порядке, этого достаточно...

— А?

В ту секунду Ленессия почувствовала нечто странное в выражении Красти, когда он произнес эти слова. Но объявление экипажа корабля, об их прибытии, вернуло её в реальность от этого ощущения.

...так быстро.

Даже если они просто пересекали залив, то смогли переправить более 100 рыцарей к месту назначения ещё до обеда, это было слишком быстро. С тех пор, как они вошли в море, прошло 15 минут.

Перед её глазами появился знакомый замок «Золушки» Майхамы.

Пароход приблизился к пирсу.

Народ Майхамы, которые работали на верфи, запаниковали при виде гигантского черного корабля. Этого нельзя было избежать, никаких новостей о его прибытии жители этих краев не получали.

Это было в порядке вещей.

Это было общество Людей Земли, которое хорошо знала Ленессия.

Существование армии, в которой у каждого было средство для коммуникации на дальние расстояния, и которые все были довольно грамотны и способны понимать причины и цели битвы, было странным. Если бы люди, работающие в доках, были Авантюристами, они смогли бы понять причину, цель и планы этого корабля.

Они бы приготовились заранее, прямо как в тот раз, как когда-то Ленессия приземлилась в Акибе на грифоне.

Но Майхама, из которой была сама Ленессия, была не похожа на Акибу. Как единственные человек Земли на этом корабле, Ленессия чувствовала обязанность успокоить своих людей.

Красти подвел ее к носу корабля, чтобы помахать людям на берегу.

Сейчас девушка была совсем не похожа на ленивую принцессу, которую не любила толпы.

Между тем, тактический штаб, которым руководил Сироэ, командовал главными войсками в этой экспедиции.

Стратегия, которую разработали Сироэ и Красти, была не «последовательной», а «быстрой и совсем ещё несовершенной». Никто не мог предсказать, куда в следующий момент двинется армия гоблинов, которая сейчас находилась в центре архипелага. Но, если у них закончиться провизия, то они, очевидно, нападут на один из городов. В настоящее время они не могли точно установить, какую цель преследуют гоблины. Поэтому у Акибы не было инициативы.

Недостаток заключался ещё и в том, что выбор места сражения был в руках врага.

И скорость в этом случае была решающей, чтобы одержать победу.

К счастью, в зоне между Майхамой и Акибой в этом альтернативном мире пролегала равнина. Единственная проблема заключалась в том, что нужно было переправиться через реку к  юго-востоку от Акибы.

Посчитав, что маршрут будет относительно безопасным, Сиро решил не собирать войска, чтобы выдвинуться всем вместе, а отправиться сейчас лишь с теми, кто был уже готов.

Тактический штаб представлял из себя коммуникационную сеть, созданной Сироэ, Карасином и другими.

Они отбирали авантюристов, которые записались на участии из их гильдии, а также регистрировали независимых авантюристов в сеть.

Штаб-квартира использовала данную сеть, чтобы принимать отчеты и быстро распространять информацию. Для внедрения сети не потребовалось много времени. Убедившись в желании гильдии принять участие в операции, они делали запрос на вызов представителя гильдии, чтобы установить с ним связь. Работники штаба и данный представитель затем добавляли друг друга в френд-лист.

Ударная-группа, которая, уже выдвинулась, основные силы экспедиции и резервные силы, имели свои собственные сети для связи.

У этой армии была до сели не виданная идеальная коммуникация. На данный момент проблемой штаба было то, как скомпоновать эти группировки.

Нужно дать названия зонам по уровням... Этот шаг очень трудно сделать, пока они ещё находятся в пути, поэтому нужно сообщить им примерное место сбора.

Первое пристанище находилось возле Мацудо старого мира, который располагался на севере Майхамы, где начинались холмы... место между Акибой и Майхамой. Согласно знаниям Сироэ в Элдер Тейл, там было много заброшенных зданий, что дело данное место не пригодным для сражения.

Но, если выбирать не приходилось, то у них не было выбора.

Согласно отчётам, полученным через телепатию, «Осипет» пришвартовался в Майхаме, и ударная группа уже выдвинулась к заброшенному порту Нарашино, которой руководили несколько Людей Земли.

Ударная группа под командованием Красти состояла из 96 человек.

Пати состояло из 6 Авантюристов. Полная рейд-группа состояла из 24 человек, рейд-легион формировался из 4-х полных рейд-групп, такая команда из 96 человек являлась самой большой боевой единицей в Элдер Тейл.

Красти может быть и выглядел, как джентльмен в очках, но он фактически был лидером самой большой гильдии в Акибе и Японии, харизматическим глав командующий рейда.

Он полностью понимал тактическую важность скорости в этой войне и достигнув берегов Нарашино, будет без устали продвигаться дальше.

Сироэ достал из своей сумки карту, пока ехал на лошади.

Заброшенный порт Нарашино находился примерно в 25 км по прямой линии от центра леса, где находились основные силы гоблинов. Обычному рыцарю этого мира понадобиться, по крайней мере, 3 дня, чтобы добраться туда. Но с быстротой Красти они смогут встретить врага уже к завтрашнему утру.

Главные силы экспедиции передвигались на лошадях, а не морем. Поэтому ничего нельзя было поделать, что их формация была очень длинной.

Те, у кого уровень по ниже, должны разбить лагерь в 5 км к северу от Майхамы...

Проанализировав местность вокруг Майхамы, и запомнив её характеристики, он выбрал подходящие место для лагеря, который будет разбит для авантюристов низкого уровня. Им нужно будет держать оборону и охранять границы, к тому же лагерь станет точкой пополнения припасов, поэтому он будет достаточно большой.

Ранчо Мидраунт.

Его палец остановился в этом месте, отмеченным небольшим зеленым кружочком. Если Сироэ не изменяла память, это ранчо выглядело, как большая спортивная арена. В окрестностях водилось много живности, но страшных монстров не было, идеальная локация.

– Команда коммуникации! Пожалуйста, помогите мне передать, первым пунктом команды, движущейся на север, станет Ранчо Мидраунт! Резервные силы будут двигаться вдоль береговой линии. Когда прибудет передовой отряд, они должны будут выставить часовых, разбить лагерь и очистить территорию!

Все возможные варианты развития событий промелькнули в голове Сироэ.

Он выглядел очень сосредоточенным и, от него веяло холодной атмосферой. Поправив очки, он подумал: «Битва на этот раз направлена на молниеносные сражения, нет необходимости особо переживать за тыл... Количество войск там...».

Основные сила экспедиции, которой командовал Сироэ, насчитывали около 1200 человек, около 10% всех авантюристов в Акибе. Если не учитывать игроков, которые занимались ремесленничеством, то процент участвующих поднимался до 20%.

Никто не имел опыта сражений, включая и Сироэ, в крупномасштабном сражении, включая армию из более 1000 человек. Но речь Лейнессии разожгла боевой дух у многих авантюристов, гораздо большего количества, чем она предполагала. Команда, которой командовал Сироэ, имела высокую мораль и в глазах каждого горел боевой дух.

Задачей Сироэ было сохранить этот их боевой дух, избежать всех препятствий на пути и привести их к победе.

Некоторые говорили, что на ошибках учатся. Но Сироэ считал, что они ничему не научаться, если проиграют в этом сражении.

Уверенность и слава авантюристов, вес их слов в этом мире, жизнь в этом мире, и то, что они приняли руководство в Акибе. Все это обязывало Сироэ привести их к победе.

Проигрыш – не вариант.

К тому же 1200 человек было достаточно, чтобы одержать победу. Цитируя Содзиро: «…каждому из них просто нужно победить всего 10 гоблинов».

Сироэ отвечал за все неожиданные обстоятельства, что возникали в ходе экспедиции, а так же направлял 1200 авантюристов на передовую и поддерживал их боевой дух.

10 км от Ранчо Мидраунт... мы можем добраться до него к полудню, если будем двигаться в обычном темпе, там мы разобьем лагерь. Половину из них направлю на охрану границ и на крупномасштабный поиск следов пребывания гоблинов. Вторая половина последует примеру Красти и атакует основные силы гоблинов. Другой вариант - оставить охранять город Народа Земли и повести армию прямо в горы...

... продумав все варианты развития событий, Сироэ пришпорил лошадь и помчался быстрее.

Красти продвигался быстрее, чем предсказывал Сироэ.

Уже на борту он встретился и осмотрел Авантюристов, разделив их по группам.

Это только на словах легко звучало, всех их разделить, на самом деле, это довольно сложный процесс.

Например, все заклинания имеют свой собственный радиус действия. Целителям в среднем нужно 20 метров от цели, в то время, как для Бардов 20 метров – это уже предел.

Радиус действия заклинаний бафф и лечение действует только на союзников. В этом мире, этот диапазон вмешал в себя группу из 6 человек.

Другими слова, отряд основывался на этой коммуникации в пределах 20-ти метрового радиуса.

В таком случае каждой команде потребуется как минимум один танк и один целитель.

"Полный Рэйд", который состоял из 4-х пати, тоже должен был перенять этот принцип, чтобы сохранять баланс.

То же самое было применимо и к «Рэйд Легиону», который формировался из 16 команд. Если будет 24 целителя, то не нужно отделять их в четыре пати по 6 целителей.

С другой стороны, не обязательно всем пати иметь хорошо сбалансированный состав.

По мере встрече различных сложностей, чтобы их преодолеть им потребуется иметь разнообразные пати.

К примеру, если у всех команд будет только по 1 целителю, у танка может не хватить сил, чтобы противостоять нападениям сильных монстров. В битвах с мощными врагами, команде лучше иметь двух или даже трех целителей. С другой стороны, если не будет пати с большим количеством атакующих членов, то не будет и отряда, который смог бы разом вырезать монстров в критический момент. Тогда битва превратиться в сражение на истощение.

Если бы все группы были составлены таким образом, они бы не успели адаптироваться.

Если в группе отсутствует слаженная командная работа, то весь потенциал в бою они раскрыть не смогут.

Принимая во внимание все эти пункты, членам из одной гильдии лучше работать вместе, в одной группе или хотя бы группах, что размещены рядом. Авантюрист смогут грациозно выполнять свои роли вне зависимости от того, в какую пати их определили. Их можно назвать полезными дикими картами.

Помимо класса и способностей каждого искателя приключений, нужно также брать во внимание опыт.

Даже для самой базовой команды из 6-ти человек, ключ к командной работе в сражении - это коммуникация. Это знали все ветераны.

Для группы «Полного Рэйда» из 24-х человек, сложность и путаница только возрастают, так, кто чем займется? Им стоит сосредоточиться на нападении или лечении? Где им расположиться? Они должны принимать такие решения во время битвы, поэтому каждой пати требовался лидер, который бы исполнял план капитана «Полного Рэйда».

Капитаны «полного Рэйда» в свою очередь слушали приказы командира «Рэйд Легиона». Чтобы поддерживать такую цепочку командования в пылу сражения требовался высокий уровень концентрации и опыта.

Когда Элдер Тайлс была еще игрой, только горстка квестов требовала для своего завершения сбор «Рэйд Легиона», так как было трудно собрать почти сотню ветеранов за данное время. Даже представить тренировку командной работы 96-ти человек уже было трудно.

Это препятствие было трудно преодолеть большинству игроков, поэтому компания-разработчик не вводила квесты, для прохождения которых надо было собирать «Рэйд Легион». Квесты, которые требовали наличия «Рэйд Легиона» были слишком сложными и участвовать в них могли только высокоуровневые ветераны, поэтому несмотря на великие богатства и славу, не так много людей бросало им вызов.

Д.Д.Д. была гильдией, которая бросала вызов таким квестам еще в те времена, когда этот мир был лишь игрой. Глава Гильдии, Красти, был одним из менее чем 20-ти игроков японского сервера, у кого был опыт командования группой «Полного Рэйда».

Он разумно использовал свой накопленный опыт, чтобы с удивительной скоростью все организовать. На первый взгляд казалось, что он разделил роли случайным образом, но при более близком рассмотрении все становилось на свои места.

Люди, которые прибыли с Красти и высадили с парома «Осипит», сразу разделились на ударную группу из 96 человек и охрану для Лейнессии из 12 человек. Красти узнал об особенностях местности от Людей Земли, после добавил детали на карту и больше не минуты не теряя выдвинулся в путь.

Группам «Полного Рэйда» дали номера от 1 до 4. Вечером они достигли полуострова Песчаного Листа, их цель находилась в 24-х километрах к западу от Касуми.

Чтобы сохранять силы, ударная группа из Акибы передвигалась верхом на лошадях, а команды по очереди вели группу. Словно ветер, они проносились по разбитым улицам прошедших столетий.

Подобно черной молнии, прорезающей Песчаный Лист.

Вперед! Вперед!

Ударная группа Красти летела, как выпущенная стрела, двигаясь прямо в сердце вражеских сил.

Имя: Содзиро

Уровень: 90

Раса: Человек

Класс: Самурай

HP: 13624

MP: 6807

Оружие: Божественный меч «Когарасумару».

Довольно сильное призрачное оружие Самурая. Получить его невероятно сложно. Оно не только очень мощное само по себе, но и обладает искусственным интеллектом, который способен призывать персонификацию меча, которая помогает во время сражения.

Стрекозиные Четки Десяти Тысяч Естественных Катастроф. Это амулет, талисман против злых духов, способный менять цвет. Награда за квест «Ночь Вопросов и Ответов». Он дает высокое сопротивление против снижающих мобильность атак, если их наносит человек ниже 80-го уровня.

Броня Воина Нового Императора, доспехи, которые мог носить исключительно Самурай. Их носили герои старых времен. Призрачная броня с невероятно высокой физической защитой и различными бонусами к статам. Обладает особой способностью поглощать проклятия.

После ухода Лейнессии встреча проходила в атмосфере суматохи и неразберихи. Лидер сената Совета Круглого Стола ушёл с Лейнессией, следом ушёл и Сироэ, в котором дворяне видели политически сдержанного тактика.

Единственным, кто остался за круглым столом, был непоколебимый хищник Мичитака.

Дворяне яростно размахивали кулаками в воздухе. Ну, сотрясать воздух кулаками было нормальным явлением, но если они захотят нанести удар, это уже будет проблемой. Те, кто был готов собирать части, уже ушли, остальная группа не знала, что делать. После ухода Красти ничтожный Барон Крейндит больше не мог никого удерживать на встрече, его лицо окрасилось во что-то среднее между зелёным и красным, даже его слуги ничем не могли ему помочь. В конце концов он попросил разрешение уйти, т. к. ему здесь было нечем дышать.

Даже если они не были такими как Барон Крейндит, дворяне должны были понять его смущение.

Таким образом эта встреча и закончилась. Мичитака вздохнул и вышел в коридор.

(Это будет проблематично.)

Мичитака мог стать Мастером какой-нибудь крупной производственной гильдии, но он был плох в согласовании мелочей. Он считал, что торговцу просто необходимо производить качественные товары и продавать их по соответствующей цене.

(А я кузнец...)

Он всё ещё считал себя достаточно способным кузнецом, ежедневно продолжая держать в руках свой молот, даже после вступления в Совет Круглого Стола. С уменьшением количества игроков, совершающих рейды на подземелья высокого уровня, произошло падение в поставке магических ингредиентов высокого уровня, это очень печалило его. Но эта проблема могла быть решена строгим надзором за поставками товаров.

Его избрали лидером, потому что он любил общаться с другими и не отказывал никому в беседе. Но Мичитака осуждал себя.

Дворяне видели в нём хищника, но Мичитака лишь однажды прикрикнул на одного идиота, не вынеся открытой враждебности по отношению к Лиге Свободых городов Истала. Он был не против отправить военное подкрепление, поскольку это было одной из его основных задач, да и сам он не возражал против такого решения.

...Но он был игроком из сферы производства, поэтому у него было меньше шансов умереть по сравнению с игроками, сражающимися на поле боя. Даже если бы началась война, он и его гильдия должны были нести ответственность за снабжение и поддержку Акибы, так что как он мог так легко согласиться на войну? Он не мог отрицать, что чувствовал вину за это.

(...Ситуация уже дошла до этого этапа, я просто пустословлю.)

Его толстые и сильные пальцы пробрались сквозь чёрные волосы и почесали голову. Он чувствовал себя подавленным и не мог не думать об этом.

За Мичитакой по пустому и длинному коридору следовал мужчина. Завернув за угол, он спокойно посмотрел в сторону балкона. В его действиях не было скрытого смысла, он просто повернулся, увидев лунный свет на полу.

- Соудзиру-сама, этот яичный десерт вкусный?

- Соудзиру-сама, пожалуйста, выслушайте меня тоже!

- Соудзиру-сама, кажется, вы устали. Позвольте мне спеть вам нежную колыбельную и дать вам немного отдохнуть...

На балконе под луной стоял роскошный диван - место, идеально подходящее для чаепитий. Знакомый Мичитаки, мастер гильдии Бригады Западного Ветра, Соудзиру, находился в окружении принцесс и горничных людей земли, заставив Мичитаку почувствовать себя одиноко.

Темные тучи нависали над будущим Акибы, его чувство вины, необъяснимое чувство беспокойства… все эти вещи, о которых он думал, больше не имели смысла.

По сравнению с атмосферой вокруг Судзиру, Совет Круглого Стола и

Лига Свободы городов Истала были бесцветны и скучны.

(Ах, выражение моего лица, вероятно, похоже на граффити, нарисованное левой рукой.)

Мичитака не стал подходить к Судзиру, а направился в свою спальню.

(На сегодня всё, что нам делать завтра?)

Он предчувствовал, что последующее развитие событий будет неоднозначным.

Герцог Корвэн, дедушка Лейнессии, ждал в зоне отдыха перед комнатой Совета Круглого Стола. Старый князь был в сопровождении одного рыцаря, поклонившись, он молча поприветствовал Мичитаку. Долгое собрание, должно быть, утомило его, но он не выказывал никаких признаков усталости, за что вызвал у Мичитаки уважение.

Пожилой герцог просто спросил: "Разве это можно?"

Мичитака понял, что тот имел в виду, и пошел вперёд. Он пригласил Герцога в небольшой конференц-зал, где Совет Круглого Стола... где Красти, Сироэ и Мичитака проводили свои обычные встречи. Небольшим он был только по отношению к размеру всего дворца: 2 таких комнаты были равносильны дому Мичитаки в Японии.

Мичитака проводил Корвена к креслу и достал из своей сумки (Bag of Holding) чай. Старый Герцог с удивлением наблюдал за его действиями. Мичитака не понял изумления последнего, поскольку кто-кто, а Герцог определенно должен был знать о существовании таких сумок, поэтому решил просто его проигнорировать.

- Извините, что беспокою в столь поздний час.

- Пожалуйста, не обращайте на меня внимания, если мы не сможем разобраться во всём, мы не сможем нормально уснуть.

- Хахаха, точно.

Старый дворянин погладил свою бороду и громко рассмеялся.

- Семья Корвен не должна пасть из-за безрассудных действий моей внучки.

Сейчас он был довольно мягок.

Герцог Сергид был представителем Лиги Свободных городов Истала и имел огромное влияние. Но сейчас это влияние стало лишь ненужным бременем.

- Как вы уже поняли, вполне возможно, что действия девушки разрушили отношения между членами лиги.

Его слова намекали на сомнения других дворян по отношению к клану Корвена. Майхама был сильным городом в правлении Сергида: если бы он включал несколько других округов и сотрудничал с Акибой, их мощность была бы достаточно сильна, чтобы подчинить себе остальную часть Лиги Свободы городов Истала.

Лейнессия не питала таких грандиозных амбиций. Совет Круглого Стола, в том числе и Мичитака, считали, что все события произошли из-за сложившихся обстоятельств, и здесь не было никакого скрытого смысла. Но в такой ситуации самым важным было то, как её интерпретировали другие. Даже если тут и не было никаких скрытых мотивов, она бы стала более значимой в будущем.

(Даже этот разговор может быть истолкован как некий заговор...)

- Говоря о возможностях, может ли Майхама склониться к объединению с новой растущей силой Акибы?

Мичитака спросил прямо, так как всегда был прямолинеен.

- Может... А что вы думаете, Мичитака-доно?

Мичитака всегда негодовал, когда к нему обращались как к Лорду, но Герцог произвёл на него хорошее впечатление, обращаясь к нему «доно». Хотя он и не обижался на само слово "Лорд", этот пожилой человек был осторожен в подборе слов, которые могли бы разозлить Мичитаку. Поэтому он продолжил переговоры.

(Но я не так талантлив, как Сироэ...)

Мичитака наклонил голову.

Раздался тихий стук в дверь.

Получив разрешение, вошла Генриетта, толкая тележку с закусками. По просьбе Сироэ её сопровождало несколько поваров, они приготовили всевозможные блюда для встреч и партий во дворце Совета Круглого Стола.

(Похоже, они напахались как лошади на этой работе).

Эти закуски и напитки были выбраны Генриеттой.

- Ах, вы пришли как раз вовремя, Генриетта-сан, пожалуйста, присоединяйтесь.

- Нет, я здесь только для этого...

- Да, пожалуйста, не стесняйся.

Генриетта нахмурилась, услышав приглашение Мичитаки, но, накрыв на стол, все-таки села рядом с ним.

- Вы та самая леди, что танцевала с Сироэ-доно, правильно?

- Да, я Генриетта из Альянса Полумесяца.

- Альянс Полумесяца является одной из 11 гильдий, которая формирует Совет Круглого Стола, эта леди – тактик гильдии.

Мичитака вздохнул, закончив представление. Он не собирался сваливать всю ответственность на Генриетту, но эта встреча была слишком важной, и девушка должна уметь следить за его слепыми пятнами и подсказывать, в какую сторону лучше увести разговор.

Но пока они угощались закусками. Холодный сэндвич с курицей, теплый овощной салат, фрукты и разбавленные алкогольные напитки. Они непринужденно болтали, наслаждаясь едой. Мичитака и Генриетта кратко изложили свои намерения, Сергид описал улицы Майхамы, они немного поговорили на отвлечённые темы, прежде чем вернуться к главному вопросу этой ночи.

- У меня есть общее мнение по этому поводу... дайте подумать... – сказала Генриетта и грациозно поставила чашку, она продолжала высказывать свои взгляды Сергиду, который выглядел как милый дедушка.

- Я думаю, что наиболее важной отправной точкой является долгосрочный план Герцога Сергида, и мы сможем прийти к соглашению.

Мичитака хмыкнул.

Это был простой вывод. Болезненная и запутанная 5-часовая встреча закончилась таким очевидным выводом, как жаль. Но, несмотря на это, он должен быть благодарен Генриетте за её ум и способности. Говорят, что две головы лучше, чем одна, но Мичитака знал из своего опыта, что такие совещания часто приносят головную боль.

- Ты права, хммм....

Герцог Сергид закрыл глаза.

- Может быть, мне не стоит это говорить, но мы не добьёмся никакого прогресса, если продолжим «мутить воду». Я хочу использовать эту возможность, чтобы узнать истинные взгляды и цели вашей стороны, - добавил Мичитака.

Он не хотел, чтобы с ним обращались как с кошкой или собакой, хотя этот старик относился к нему с должным уважением. Если так же думал и представитель лиги, тогда не было смысла в дальнейшем обсуждении.

- Во-первых, я хотел бы от вас помощи в защите от нападений гоблинов и их полном уничтожении. На протяжении многолетних сражений с этими полулюдьми, защита этой земли, которая кормит нас – теперь наш главный приоритет.

Мичитака с ним согласился. Дворяне, не желающие защищать свой народ и свои земли, не были настоящими дворянами. Это стало предпосылкой для их дальнейших переговоров.

- Во-вторых, я не буду приглашать вас стать 25-ым членом Лиги Свободы городов Истала.

Мичитака замер от услышанного.

- Прямо сейчас, мне кажется, что нашим провалом стало то, что вы относитесь к Совету Круглого Стола, как к очередной крепости или как к территории какого-нибудь феодала. Я не хочу избегать или дистанцироваться от Совета Круглого Стола, проще говоря, я осознал, что Совет Круглого Стола - это организация, равная Лиге Свободы городов Истала. Совет Круглого Стола и Акиба могут выступать против всей Лиги Свободы городов Истала со всей своей силой. Мы, Лига Свободы городов Истала - союз всех феодалов, в то время как Совет Круглого Стола состоит из кланов... Вы, вроде бы, называете их гильдиями? Но этот союз, состоящий из гильдий… мы очень похожи. У вас только один город, и у нас было такое предубеждение, что он слишком мал, и мы недооценили вас. Мы делали наглые и односторонние просьбы, и я хочу извиниться за нашу наглость.

Мичитака внимал словам Сергида.

- Такова Акиба, её влияние не соответствует её территории. Если мы заставим Акибу войти в лигу, возникнут проблемы, и в конечном счете лига вообще может распасться. Даже если нам удастся надеть колокольчик на шею волка, мы никак не сможем его удержать, это еще невозможнее сделать грифону, летящему в небе. Я думаю, что Лига Свободы городов Истала и Совет Круглого Стола должны быть на равных, это лучший исход для нас. Нам нужно подписать пакт о взаимном ненападении и открыть торговые пути, используя это, как основу наших взаимоотношений.

- Без проблем.

Ответ Мичитаки заставил Сергида широко раскрыть глаза.

- Совет Круглого Стола не стремится бороться за территорию и не планирует вторжение на другие земли. Мы просто хотим защитить наш дом в этом мире и реализовать собственные мечты... вернуть наш старый мир, и тогда мы будем довольны. Но для этого нам нужно жить в этом мире, нужно посещать руины и реликвии по всему миру и торговать своим продовольствием и ресурсами. Для достижения этой цели нам не нужно уничтожать либо сторониться наших соседей, мы хотим работать вместе.

Мичитака ответил на одном дыхании и посмотрел на Генриетту. Генриетта нахмурилась и добавила:

- Это вполне возможная, но резкая политика. Даже если мы объявим, что будем на равных, нам нужна гарантия выполнения условий договора, а не просто пустые обещания.

Мичитака кивнул и согласился с её словами, которые она произнесла слишком быстро.

Он надеялся, что Генриетта будет следить за такими подробностями. Герцог Сергид на некоторое время потерял дар речи, ошеломленный быстрой реакцией и искренним ответом.

- Поскольку мы имеем дело на равных и подписываем договор о ненападении... мы не будем нападать друг на друга, и будем поддерживать наши отношения как торговые партнеры. Извините за прямоту, но будут ли контрмеры по нападению на гоблинов включены в этот договор? Я не пытаюсь оправдаться, так как мы ещё ничего не подписали, но разве для Майхамы и Лиги Свободы городов Истала гоблины - это вопрос огромной важности?

И Мичитака, и герцог Сергид кивнули и согласились с точкой зрения Генриетты.

Разговор опять заходит в тупик. Бремя, лежащее на плечах Людей Земли и Авантюристов, было различным. Их позиции и взгляды расходились.

- Давайте пока не будем об этом говорить.

Мичитака пожал плечами, словно нагнетая еще больше и без того тяжёлую атмосферу. Он думал о том, что делал Судзиру. Вспоминая об этом, он чувствовал себя довольно глупо, в то же время оставаясь серьёзным.

Авантюристы обладали безграничными силами, Люди Земли завидовали им и вынуждены были прибегать к различным уловкам. Грязная сторона политики утяжеляла его сердце, но, посмотрев на Судзиру и его окружение, казалось, что это уже не имеет значения. Это был бесценный опыт, от которого начали трястись коленки. Неважно, была это зависть, гнев или сомнения, в сравнении их легко можно было понять. В конце концов, Мичитаке не нужно нагружать себя до такой степени.

- Красти-доно и принцессы Лейнессии здесь нет, так что пока неуместно говорить про это. У них может быть какой-то свой конкретный план действий, поэтому несправедливо, если мы решим всё без них. Мы не должны забывать и о Сироэ-доно и должны решить остальное вместе с ними.

Взгляд Мичитаки был немного грубоват, но остальные его поняли.

Даже если они придут к соглашению или их переговоры сорвутся, вектор дальнейших событий уже был положен. Войска из Акибы должны выехать на рассвете, но ни Мичитака, ни герцог Сергид не могли остановить их.

Поскольку и Красти, и Сироэ были на их стороне, они не могли потерпеть неудачу.

Они всегда преуспевали в достижении своих целей, если уж брали дело в свои руки. Для Мичитаки это был гарантированный результат. Так что им оставалось только ждать и смотреть, как все обернётся.

- Сироэ-сама что-нибудь придумает.

Генриетта надулась, словно рассердившись, её слова, казалось, недооценивали Сироэ, но её глаза, без сомнений, были полны уверенности. Мичитака хмыкнул в знак согласия.

- И поэтому я позволю моей внучке взять на себя ответственность за этот инцидент.

Дразнящие слова герцога Сергида поставили финальную точку в этом разговоре.

(Что это был за шум...? Там в кустах, под деревом... Может быть... Может быть, это гоблины?)

За Лейнессией шла женщина-рыцарь, одетая в старую военную форму от Д. Д. Д. Вместо оружия в одной руке она держала карту, а в другой – несколько докладов, безостановочно разговаривая с помощью телепатии.

— Большая группа на 2 часа, ударная группа на 9 часов, всего – 18, 2 гигантских зверя.

Озвучивание докладов было отличным от рыцарей. Поскольку Лейнессия поначалу не могла ясно видеть в темноте, да к тому же была еще и напугана, женщина-рыцарь смазала Бальзамом ей веки. После чего зрение принцессы нормализовалось, и она отчетливо смогла увидеть всё окружение в оттенках розового. Но звуки из темноты продолжали пугать её. Они исходили от недалеко расположенных гор или долины, но так как Лейнессия выросла в городе, она была чрезвычайно чувствительна к дикой природе. Она вздрагивала от каждого движения или шороха в тёмных кустах.

(Спокойствие... Успокойся, нужно быть сильной... хорошо, сохраняй спокойствие...)

Она пыталась взять эмоции под контроль: непозволительно было терять самообладание, нужно идти дальше. Но тело предательски её выдавало: напряжение и сильная дрожь от чувства смертельной опасности. Мобилизовав все свои силы, полученные в процессе многолетнего обучения в качестве леди, чтобы двигаться дальше, но она была на пределе возможностей.

— Принцесса Лейнессия, если мы пойдём дальше по хребту, у нас будет лучшая видимость. Добравшись туда, мы сможем отдохнуть, – доложил ей рыцарь.

Бойцы, кажется, тоже знали об этом, поэтому начали перестраиваться. Только Лейнессия и двое из Людей Земли не принимали в этом участия, они рассказывали женщине-рыцарю интересующие её сведения о местных землях. Впереди был небольшой ручеёк, который можно было просто перешагнуть, за ним – небольшие скалы, ведущие к каменистой местности, а дальше то самое место, откуда просматривалась вся долина. Группа Лейнессии продолжила путь сквозь все эти заросли. Идущий впереди воин расчищал дорогу, убирая большие ветви, но острые и колючие оставшиеся веточки все равно мешали быстрому продвижению. Однако «Кольчуга Валькирии» Лейнессии была качественной броней, словно невидимым барьером из воздуха охраняя её.

(Мы стремительно продвигаемся, но вот это…)

Она волновалась из-за того, что её штаны порвались. Если бы сейчас была зима, она могла бы надеть длинный плащ, ссылаясь на то, что ей холодно. Но она не могла также поступить летом, поэтому на ней была лишь тонкая накидка, доходившая только до талии, ей не хотелось даже называть это накидкой.

(Ах...)

Почти всю дорогу она думала только об этом. Пройдя сквозь буковую чащу к склону высотой с человека, перед ними открылся широкий вид. Это была скалистая платформа шести метровой ширины, и отсюда открывался обзор на горные хребты и долины. Реки и леса под скалами тоже были хорошо видны отсюда. Вокруг было бесчисленное множество огней, вероятно факелы армии гоблинов. Огни извивались и шевелились, как стая вредных жуков.

— Пожалуйста, присаживайтесь.

Рыцарь проводила принцессу к складному стулу. У него не было ни спинки, ни подлокотника, но Лейнессия была благодарна, что смогла наконец-то сесть и скрестить ноги. Вежливо поблагодарив, она присела. Лейнессия поняла из той речи, что Авантюристы и Люди Земли совершенно разные, но при этом у всех воспитание и вежливость на уровне знати. Поэтому не только Красти и членам Совета Круглого Стола, но и ей также нельзя было забывать проявлять вежливость и выказывать благодарность своими действиями.

Но Авантюристы, казалось, не любили пустых формальностей, – было ли ее выражение благодарности искренним? Лейнессия наблюдала за женщиной-рыцарем, занятой изучением карты и разговором по телепатии, так что все должно быть в порядке. Авантюристы вокруг неё достали свои вещи, в том числе треножный стол и несколько трубок, являющихся, скорее всего, телескопами.

— Начинается.

— А?

В тот момент, когда Лейнессия обернулась на слова рыцаря, вспышка света озарила долину, а затем раздался, сотрясая землю, громкий взрыв. Женщина-рыцарь указала в угол темной долины своим белым пальцем, показывая это растерявшейся Лейнессии. Принцесса, сосредоточившись в этой области, смогла разглядеть даже форму деревьев и листьев.

— Это Волшебный Бальзам для того, чтобы можно было видеть далеко. Но прошу, будьте аккуратней... Оно начинается…

Белая вспышка задержалась лишь на мгновение. Молния ударила прямо в центр группы гоблинов, яркий молот, упавший с неба, был больше похоже на динамит, чем на электрическую атаку, гоблины буквально взорвались. Лейнессия ясно видела Красти в яркой вспышке света, он держал двойной топор в два раза больше, чем у неё, стремительно двигаясь вперёд через лес. По следам Красти, вдоль ручья, следовало около сотни человек. Издалека это выглядело так, будто за ним не спеша тащится его длинный плащ.

Они безжалостно нападали на гоблинов и убивали их. Вспышки света были магическими заклинаниями. Она не могла сказать с такого расстояния, но, вероятно, они обладали огромной разрушительной силой. Тем не менее, сравнивая с неудержимыми атаками группы, она все больше интересовалась самим Красти. Нападая с фронта, ведя отряд рыцарей за спиной, Красти излучал странный воздух. Эмоции, которые она испытывала на палубе корабля, приняли физическую форму и преобразовались в горы трупов. На его лице полумесяцем светилась улыбка, глаза светились радостью, а в очках отражались серебристые огни. Красти бушевал на поле боя и был счастлив, как ребенок, резвящийся на каком-нибудь фестивале. Он яростно размахивал топором, подобно ветру, за его движениями уследить было невозможно.

Некоторые монстры все же иногда нападали на Красти. Волк размером с быка набросился на него, но Красти остановил его левой рукой, другой в то время отдавая приказ. Десятки стрел и несколько мечей, усиленные магией, мгновенно пронзили волка. Зверь превратился в бесформенные куски мяса. Красти отбросил его в сторону, как мешок с пшеницей, и переключил свой интерес на следующую группу гоблинов. Грозный. Зловещий. Это отвратительное чувство страха. Но в глазах Лейнессии эта сцена была ещё печальнее. Всё выглядело зловеще и жутко, поэтому Лейнессия и видела это именно так. Но думать о таком воину, защищающему свою Родину, – Лейнессии было стыдно. Но как насчет чувства печали? Почему возникло чувство одиночества?

— 50 впереди, 2 горных гиганта… хилеры недалеко… начинают уничтожать небольшие отряды, – слушала она обрывки разговора женщины-рыцаря.

Лейнессия открыла глаза, которые она, слушая, невольно закрыла до этого: 2 горных гиганта размером с осадные башни приближались к Красти.

— ...!

У них была дубина толщиной с дерево. Красти взялся за свой двуручный топор и, как танцующий воробей, встал между двумя гигантами. Лейнессии казалось, что эти гиганты легко могли раздавить его, но улыбка на лице Красти засияла ещё ярче, у него не было никаких признаков страха. Красти замахнулся своим светящимся красным топором, и гиганты сконцентрировались только на нём. Два гиганта впали в безумие и в ярости напали на Красти, который, казалось, вообще не старался защищаться. Эти двое должны были стать секретным оружием атакующих отрядов гоблинов, большое количество которых, оснащенные каменными луками и копьями, сопровождали их. Но "Рейд Легиона", возглавляемый Красти, казалось, перестал сдерживаться и атаковал по своему желанию. "Рейд Легиона" состоял из четырех групп, каждая из которых делилась на 4 отряда, которые брали на себя гоблинов, окружая их с одной стороны и заводя в лес.

Движения армии Акибы были быстрыми и безупречными, гоблины без четко согласованного командования не могли сравниться с ними и умирали один за другим в темноте от меча или магии. Со стороны Лейнессии, усиленной Волшебным Бальзамом, их танцующие фигуры прорывались через лес. Красти находился в середине этого танцевального замеса. Он размахивал своим мечом как дирижер палочкой. Залп огненных шаров, словно горящая лавина, поглотил ещё одну группу гоблинов. Красти выглядел таким воодушевленным. Здесь у него было гораздо больше свободы, чем во дворце.

Это огорчало Лейнессию. Она не знала, почему ей было грустно и одиноко, когда она смотрела на Красти. Он размахивал топором изо всех сил, рассекая врагов и блокируя их атаки. Обе его руки уже были в мозолях, но ноги его были сильны и устойчивы, героический дух Красти вдохновлял войска, он был словно бог войны. Красти в глазах Лейнессии был настолько свободен, что мог просто стать прозрачным и исчезнуть в воздухе под утренним светом.

(Это...)

Эта печаль тяжело давила на неё. Непобедимый и сильный Красти как во дворце, так и на поле боя, казался Лейнессии таким скоротечным, и это заставляло её думать, что с ней что-то не так. Красти казался таким довольным, но конец этого счастья был, вероятно, пустотой и одиночеством. Эти сомнения росли в голове Лейнессии. Группа быстрого реагирования во главе с Красти продолжала наступление в лесу. Лейнессия, наблюдавшая за этим, выпрямила спину, следуя примеру этого рослого Авантюриста.

Отряд Мариэль использовал склад рыбака у реки Сэнд Лиф в качестве своей временной базы, они поддерживали связь с командой, патрулирующей город, держа их в курсе событий, пока они обдумывали защитный план действий.

Гоблинов не было видно уже полдня. Казалось, они отступили из леса, но авантюристы все равно продолжали поочередно сменять друг друга по ночам, засыпая у отеля или этого склада.

Прошло 24 часа после нападения гоблинов, - группа Мариэль успешно защитила Чоуши.

Чем больше контролировать новичков, тем яростней они действовали и помогали друг другу: Мариэль была удивлена этим.

Она думала, что это вполне естественно.

(Эти дети присоединились к "Elder Tales" после релиза нового дополнения, для них это всё в новинку, поэтому они относятся ко всему довольно серьезно).

В "Elder Tales" новые игроки имели низкий или слабый уровни мастерства. С такими весомыми недостатками ветераны обращались с новичками как со слабаками. Но у них не было предвзятого отношения к игре, в этом было их преимущество.

Когда Сироэ показал, что Люди Земли были такими же, как обычные игроки: у них был свой характер, желания, чувства и понимание, как у людей... Это сильно повлияло на ветеранов, когда как на новичках сказалось слабее. Они были мало ознакомлены с игрой и не привыкли к мысли, что "Elder Tales" просто игра. Им казалось, что их забрали в этот альтернативный мир, никак не связанный с "Elder Tales". Поэтому они были послушнее и агрессивнее по отношению к защите Людей Земли и действительно были готовы помогать, - Мариэль это радовало. В летнем тренировочном лагере для новичков их даже не нужно было убеждать в необходимости сражаться и защищать Чоуши. Видя, как новички сами рвутся в бой, ветераны не могли стоять в стороне и ничего не делать. Летний учебно-тренировочный лагерь был основан на добровольной основе, где ветераны были добры и помогали новым игрокам в их начинаниях. Под влиянием пламенных и горящих глаз новичков ветеранам пришлось показать свою храбрость и возглавить их. И вдобавок к этому их поддерживала улыбка Мариэль, хотя сама она этого не осознавала.

Минори и Нянта, поднявшиеся на холм, доставили ей неудобства, но все закончилось хорошо. Мариэль знала о 26 оборонительных действиях на границах прошлой ночью и что каждый час приходилось учувствовать примерно в 4 боях. По сравнению с рейдами в подземелья, темп не был слишком высок.

Лица новичков изменились с приходом рассвета. Боевые сражения в этом мире не были такими же, как в игре "Elder Tales": здесь была одна трудность. Неправильным было бы говорить, что битвы здесь изнурительны, лучше сказать, - атмосфера этих боев довольно едкая.

Их тела унаследовали высокие физические способности персонажей. И хотя это зависело от класса, но все же сила, выносливость и ловкость не были для них проблемой. Они могли излечить свои раны с помощью магии, а если это была бы просто царапина, она бы восстановилась за полдня без необходимости применения заклинаний.

Ужас битв был скорее психологическим.

Даже если бы они были монстрами, отбирать чужую жизнь не самый приятный опыт, некоторые авантюристы могли даже получить психологическую травму, - Мариэль тоже понимала это.

Если они хотели продолжать сражаться в этом мире, они должны привыкнуть к этому несмотря ни на что. Прежде чем новички привыкнут к этому, им понадобится совет и мотивация от закаленных ветеранов.

С точки зрения возможностей и мотивации, защита Чоуши была сложным испытанием для новичков, а также редким шансом адаптироваться.

Первыми, кто заметил, что с океаном что-то не так, были все те же воодушевленные новички. Их высокий моральный дух отражался на их общем боевом духе и решимости, но самым очевидным эффектом было усиление их концентрации. Трое новичков на пути к Чоуши заметили белую пену у берега и сразу же сообщили Мариэль.

Возможно, здесь сыграли воспоминания о том ужасе, когда их атаковали с пляжа, но на этот раз страх дал положительные результаты.

Они рано обнаружили их, Сахуагины находились далеко от пляжа, когда прибыли ветераны.

Река Сэнд Лиф была очень широкой в этом месте, и устье реки соединялось с морем. Пресная и соленая вода смешивались во время приливов, и несколько причалов уходило в реку. Ветераны тяжело вздыхали, глядя на поверхность моря, на ней было много белой пены, и врагов было гораздо больше, чем 100 или 200.

(Значит...)

Мариэль тоже чувствовала это.

Чоуши был мирным городом, сосредоточенным на рыбалке и сельском хозяйстве, ведь их город был построен вдоль реки. Зная о разливе реки во время приливов, жители ставили свои дома минимум в 100 метрах от нее, таким образом, река находилась совсем рядом.

И эти 100 м не вели ни в лес, ни на холмы. Это был все тот же открытый пляж с песком и камнями, где рыбаки подготавливали лодки и инструменты для рыбалки.

Полностью открытый фланг города был сильно уязвим для любой атаки, поэтому защитить его от такого большого количества Сахуагинов было практически невозможно.

(Нет, нельзя говорить невозможно... Нам легко выжить, мы можем просто убежать, а можем уничтожить их всех, если у нас будет достаточно времени. Но полностью защитить город и Людей Земли... Вот это, наверное, невозможно...)

Пока Мариэль пыталась подобрать слова, с двух сторон от неё послышался звук натягивания тетивы.

Справа от неё находились Наоцугу и Тохия.

По другую сторону стояли начинающий убийца и множество лучников, готовящихся к битве.

Шуреу не умел обращаться с луками, но у него были толстые металлические иглы, которые он бросал, как ножи.

— Мари-сан, пожалуйста, скажите несколько слов, чтобы мотивировать нас, – сказал Наоцугу с яркой улыбкой.

Эта улыбка подняла ей настроение.

Не было нужды беспокоиться.

Мариэль всегда была окружена надежными и любезными товарищами. Эта улыбка окрылила её сердце.

— Я поняла... Эй, все, слушайте сюда! – повысила Мариэль свой голос.

По мере приближения к устью реки пузырей становилось все больше.

— Спасибо всем за поддержку! Благодаря вашей помощи в Чоуши обошлось без жертв, а ущерб хозяйствам сведен к минимуму. Мы успешно отбились от гоблинов, - это отличная новость. Но это еще не конец, нам нужно победить врага, идущего с той стороны... Чтобы защитить этот город. Это последняя битва, и мы все должны выложиться на полную силу... Я верю, что каждый может это сделать, вперед! Выдвигаемся!

Громко зазвучали тетивы лука. После третьего раза Наоцугу возглавил атаку на побережье вместе с Шуреу и Резариком, Ньянта подала сигнал Мариэль, а потом присоединилась к ним.

Авантюристы бросились к береговой линии.

Не все участвовали в этом нападении. На углу у фермерской тропы, откуда открывался вид на весь берег, сидела Минори. Когда Мариэль посмотрела на неё недоуменным взглядом, она ответила:

— Мы заменим их позже, – прозвучал спокойный ответ.

Мариэль даже начала сомневаться: действительно ли она ходит в среднюю школу? Но она была права, поскольку они будут защищаться от такой большой группы врагов, бойцам нужен будет перерыв, а тем временем они могли бы сражаться вместо них.

На побережье разгорелась ожесточенная драка.

Мариэль тоже следовало бы отдохнуть.

В таких долгих сражениях хилеры полностью истощаются. Мариэль, как высокоуровневый священник, была нужна в грядущем сражении.

Оборонительные форпосты построены, партии сформированы. Получив задание, партии отправлялись на их выполнение, поэтому численность в лагере составляла лишь одну треть от всей армии.

К этому моменту ситуация изменилась.

Сегодня рано утром группа Красти уже вступила в бой, по сообщениям разведчиков, они повергли более чем тысячу врагов. Скоро станет ясно, что означала эта цифра в масштабах всей войны.

Сироэ был хорошим тактиком, но он не знал всей военной ситуации реального мира: было ли это число большим или маленьким, отступят ли гоблины после таких потерь или нет?..

Как правило, неспособность 30% армии вести сражение была равносильна поражению. Это знание засело у Сироэ в голове, но он сомневался в его правильности.

Будут ли гоблины отступать? Возможно, но только в том случае, если гоблин останется один. Elder Tales была игрой, а монстры на этом этапе будут только пытаться нападать и никогда не сдадутся.

Правило 30% здесь может быть неприменимо, военные знания реального мира могут вообще не работать в этом мире, ну или же просто полулюди, коими были гоблины, попросту не умели отступать. Но были и хорошие новости.

Армии Красти удалось победить гигантских зверей и 2 гигантов в армии гоблинов без особых потерь. Если у гоблинов не было других тузов в рукаве, армия Красти могла бы продолжить свой рейд.

(Если армии Красти не удастся, то никому в Акибе не удастся).

У разных врагов были разные тактики, если предугадать их действия, становится намного проще.

В случае если армия Красти потерпит неудачу, это не означает, что врага невозможно победить. Поскольку Elder Tales была игрой, смысл ее прохождения заключался в преодолении многочисленных ошибок и поражений до тех пор, пока не находился способ закончить рейд. Полученный опыт станет их главной силой в следующем бою. Если бы обе стороны были равноценны по силе, победил бы тот, кто умнее.

Но если не брать это в расчет, то по силе армия Красти была самой сильной в Акибе.

(Оставлю армию гоблинов Красти-сану).

Сироэ положил черный камешек в центр карты, изображающей армию Красти, а затем белый камешек на ипподром Мидораунто и зеленый – на Чоуши.

Теперь ему нужно сосредоточиться на Чоуши.

В момент получения сообщения о нападениях Сахуагинов, Сироэ было очень больно, но если бы мыс пал, стало бы намного хуже: они могли бы даже подойти к Майхаме. Города не имели защиты от нападения с моря. Почему Сахуагины напали? Причина была неясна, но Сироэ предположил, что это как-то связано с вторжением гоблинов, вероятно, они были в сговоре. Может быть, Сахуагины и управляли гоблинами в целях достижения каких-то своих целей. Как бы то ни было, сейчас им приходится воевать на обоих фронтах.

(С этой частью... Мы разобрались).

Сироэ поиграл с небольшим камешком, по форме напоминающим чайку, и положил его на карту, там, где было море. Это был Окипет. Этот корабль использовался на полную в этой войне.

Оставив Окипет на стоянке у заброшенного пирса Нарашино, Красти высадился на берег в ожидании других групп. 4 отряда во главе с Сироэ должны были соединиться там и направиться в сторону Чоуши.

Поскольку Окипет был грузовым кораблем, на нем не было вооружения.

Но это был особый прототип с усиленным корпусом и высокой защитой, прошедший много испытаний на прочность. Авантюристы, переправляющиеся по нему, и были его оружием.

В группе, собранной Сироэ, было много призывателей и бардов. Прямые атаки призывателей были не такими сильными, как у колдунов, но они обладали способностью вызывать элементалей для проведения дальних атак, поэтому они были даже лучше, чем колдуны. Барды могли усиливать атакующие заклинания и уменьшать потребление маны.

Осталось лишь поспевать за временем.

Сироэ с помощью телепатии отправлял группы на задания.

В этой войне было легко победить. Но если они разгромят центральную армию гоблинов, другие начнут действовать поодиночке и разбегутся в разные стороны и, возможно, начнут нападать на Лигу свободных городов Истала, что лишь усилит творящийся хаос.

Сироэ вспомнил жителей деревни, которую он посетил на обратном пути из Сусукино, их старейшину и крестьян, работающих на своей земле и выпасающих овец. В этом опасном мире у них тоже должна была быть какая-то защита, но даже это может им не помочь.

Если бы они нуждались в помощи, то Сироэ, конечно же, помог бы и им, и это было бы правильно. Тем более что Сироэ мог это сделать.

Уничтожение основной армии гоблинов можно смело доверить Красти, им нужно было окружить врага и нанести мощный удар в горах. Теперь Сироэ работал над претворением этого плана в жизнь.

Стратегия заключалась в том, чтобы собрать всех гоблинов у реки Сэнд Лиф. Для этого Красти нужно выйти с запада и продолжить движение по часовой стрелке, уничтожая внешний слой армии гоблинов, тем самым принуждая их отступать к Сэнд Лиф. Если придерживаться этой тактики, их можно зажать в углу.

Отправляя отряды для поддержки Красти и окружения гоблинов у Сэнд Лиф или на краю префектуры Чибы, известной как полуостров Босо в реальном мире, нужно было убедиться, что окружающие регионы также остаются в безопасности. Этот план зависит от обороны Чоуши и от того, прибудет ли подкрепление к Окипету вовремя.

— Мой господин не собирается воевать сам? – спросила Акацуки, сидящая на подушке в палатке. Она поклялась быть его телохранителем.

— Я хочу, но сейчас я не могу все бросить вот так, мне все еще нужно закончить с партиями... Нужно подождать еще день-два.

— Понятно, – кивнула Акацуки.

Сироэ был одним из тех, кто имел собственного грифона, которых на японском сервере насчитывалось менее 200, скорость этого монстра могла уступать только Красной Виверне.

Проход через холмы займет много времени, но если Сироэ пойдет один, он сможет добраться до Красти или Чоуши за 30 минут.

Было 2 причины, по которым Сироэ основал базу здесь. Во-первых, он мог быстро передавать приказы всей армии с помощью большого числа операторов, расположенных поблизости.

Во-вторых, ситуация сильно изменилась, Сироэ хотел оставаться между Красти и Чоуши, чтобы в случае необходимости иметь возможность быстро переместиться от одной до другой стороны.

Он все еще настраивал коммуникации со всей армией.

Когда все будет сделано, он соберет ветеранов-авантюристов, которые смогут продолжить сражения самостоятельно. Обязанностью лидера будет поддержание связи партий со штаб-квартирой и друг другом. Оператора – обеспечение связи партий между собой. Собрав воедино всю информацию, полученную от операторов, они могли бы перевести ситуацию в наблюдательный формат.

Однако выбранная тактика и стратегия не впечатляла Сироэ.

Было ощущение, что он просто хотел провести какую-то махинацию.

Проанализировав мысли и представив идеи в действии, вычислив возможные погрешности и найдя возможные пути их обхода, он раздавал приказы. Стратегия Сироэ была просто комбинацией из изучения подробностей и отдачи команд.

Основная часть работы была скучной и утомительной, Сироэ так много пустословил, что больше походил на бюрократа.

Внезапно по всей палатке разнёсся крик оператора и нарушил цепочку мыслей Сироэ.

— Сироэ-сан! Летний лагерь Чоуши находится под атакой Сахуагинов. Здесь только 60 авантюристов и более тысячи Сахуагинов: они превосходят нас числом!

— Приказать Окипету двигаться на полной скорости! Попросите Чарасина-сана приехать сюда, нужно закончить с распределением партий и завершить с установкой коммуникаций. На все у нас один день... Нет, даже полдня!

Сироэ открыл документы с кучей писанины и кратко объяснил, что он хочет от операторов. Его голос был непреклонен.

Ему нужно было как можно скорее завершить с установкой коммуникаций.

Сироэ прикусил губу и задумался.

-Фух, фух, - пытался восстановить дыхание Шуреу.

Он достал воду из рюкзака и немного отпил.

Шуреу, измученный, упал на землю, а Наоцугу прикрывал его и высматривал врагов, думаю только о том, в какую же серьезную передрягу они угодили.

Наоцугу, Ньянта, Шуреу и Резарик разминались под сосной, недалеко от берега, так что нельзя было сказать, что они бездействуют.

Бой продолжался 4 часа с самого утра, яркое летнее солнце светило на весь пляж, где и проходили изнурительные не заканчивающиеся бои.

Это был третий раз, когда группа Наоцугу отдыхала, они брали 10-минутный перерыв уже 2 раза.

Сахуагины появлялись в нескольких местах, но авантюристов было мало, поэтому им нужно было бегать по всему пляжу и берегу реки, чтобы сражаться. Для построения эффективной защиты с такой маленькой группой людей нужна была слаженность. Если авантюристы будут сосредоточены на одной области, Сахуагины проскользнут в другом месте.

И тогда Чоуши точно падёт.

Они уже попросили мэра спрятать Людей Земли в самом прочном здании в городе, они должны быть вооружены и готовы сражаться.

Вокруг города не было стен, поэтому сопротивление Сахуагинам могло только лишь отстрочить их неизбежное завоевание.

Три новичка безостановочно сражались у края воды. В глазах 90-уровневого Наоцугу они могли бы делать это и лучше, но все равно они хорошо сражались.

В их обороне было много пробелов, что подвергало их опасности, но так бывает всегда со всеми игроками среднего уровня.

Тут ничего не поделаешь, их навыки и экипировка значительно уступали группе Наоцугу. Также у них не было каких- либо редких предметов высокого качества.

В Elder Tales была система блокировки предметов, большинство магических предметов высокого уровня были сначала нужно открыть, чтобы иметь возможность воспользоваться ими

Концепция была такой же, как у настройки предмета только для собственного пользования: заблокированный элемент не могут использовать другие игроки, поэтому его нельзя украсть или продать. Он не потеряется, если вы умрете, и иногда может скрывать в себе мощную силу.

Авантюристы 90 уровня могут иметь несколько магических предметов высокого уровня. Опытные игроки, такие как Сироэ, которые участвуют в рейдах высокой сложности, имеют десятки предметов высокого уровня или даже легендарных уровня.

Эти магические предметы не только были лучше в атаке или обороне, но и обладали уникальными способностями, некоторые из них могли менять навыки носящего их игрока.

Например, меч Наоцугу "Вопль Хаоса" может увеличить радиус применения навыка "Насмешка" с 10 до 15 метров. Эффективность навыка также изменится.

Авантюристы среднего уровня не имели поддержки такого мощного оружия высокого уровня, поэтому они не могли сравниться с игроками высокого уровня. И так как предметы были заблокированы для них, они не могли их использовать.

Обеспокоенный Наоцугу уже хотел пойти, но Ньянта остановила его.

-Наша задача сейчас - отдыхать.

Наоцугу, Ньянта, Шуреу и Резарик восстанавливали себе очки маны. Даже под действием эффектов во время боя их мана восстанавливалась бы очень медленно. Если бы они сейчас вернулись на передовую, их бы быстро повергли.

Когда они дрались с гоблинами на холмах, они могли прятаться в тени и там периодически отдыхать. Но сейчас им нужно было отдыхать, чтобы остановить атаки Сахуагинов.

Группа Наоцугу могла сражаться дольше обычных игроков, но всему есть предел. Маны этой 90-уровневой группы хватало лишь на час.

В группе было на 2 человека меньше, чем необходимо для партии, поэтому им нужно было стараться на 50% больше, чтобы работать как команда.

-Пожалуйста, примите это Наоцугу-сан.

-Простите...

Наоцугу выпил зелье, которое дал ему Резарик, это синее зелье может восстановить ману, но незначительно.

В Elder Tales было много способов восстановить ХП, но с маной было сложнее. Эти зелья были дорогими. Наоцугу наблюдал за битвой Тохии. Мальчик бежал по пляжу, размахивая лезвием, чтобы привлечь внимание Сахуагинов и атаковать их. Тохия вырос сильным.

Его навыки все еще были сырыми, поэтому его техника не стала лучше. Но он был сильнее, и ему не нужно было полагаться на технику.

Для воина важен был дух. Дух решимости и боевой дух, позитивный настрой и мужество помогали в достижении цели.

У Тохии был дух, когда он сражался, незаменимое качество для танков. Наоцугу думал, что чтобы защитить своих товарищей, нужно иметь силу, чтобы разбить стеклянную дверь голыми руками, и обладать храброй душой, которая не побоялась бы истекать кровью.

(У Тохии большой потенциал...)

Его товарищами были девушка по имени Исузу и колдун по имени Рундельхаус, он вспомнил, что Исузу была бардом.

У нее была техника в отличие от Тохии. Ее стойка и атаки отражали ее изысканное чувство ритма и дистанции. Нетренированный глаз не сможет описать ее ловкую технику, поэтому даже относительно опытные игроки могут думать о ней как о неприметном авантюристе.

Но она использовала свои навыки поддержки, чтобы помочь вывести своей партии атаку, защиту, мобильность и восстановление на новый уровень.

Стоит упомянуть и ее тимплей с молодым колдуном. Ее тайминги отвечали всем нуждам молодого человека. Она пользовалась всем, чтобы защитить колдуна с низкой защитой от урона, помогая ему контролировать нападение Сахуагинов.

Молодой колдун же был полон мужества. Колдуны имели высокий урон, для авантюристов того же уровня они оценивались наравне с убийцами как класс с наибольшей силой атаки.

Но молодой человек, казалось, больше полагался на свои эмоции, чем на свой класс, испуская ауру отчаяния. Лавовые шары появлялись и разбивали врагов, ледяные копья пронзали Сахуагинов, когда он направлял свою одержимость в магию.

Молодая девушка Серара многому научилась у Ньянты.

Она тоже стала лучше. Когда он впервые встретил ее в Сусукино, он видел ее быстроту и решительность в применении заклинаний, теперь ее движения стали еще нежнее. Теперь она не думала только об исцелении, она призывала духов природы, чтобы помогать себе сражаться, или использовала магию поддержки, чтобы помочь своей партии.

Она станет отличной целительницей. Еще здесь была Минори.

Минори была, наверное, единственной, кто боролся с Сахуагиному иначе. У Наоцугу шли мурашки по коже, когда он наблюдал за ней.

Партия перегруппировалась по ее приказу.

-Руди-сан, подавление атаки!

-Хорошо, мисс Минори!

-Серара-сан, я возьму на себя исцеление, пожалуйста, сконцентрируйся на атаке!

-[Удар сосулькой]!

Наоцугу знал, что она собирается делать.

Они были партнерами, как и с Сироэ, много лет, так что он знал.

Она пыталась задействовать ману всех союзников, она, должно быть, знакома со всеми навыками своих братьев по оружию. Она знала не только затрачиваемую ману, но и эффективность навыков.

Кроме того, ей нужно было управлять командой и следить за положением противника. Проще говоря, она выносила приговор "уничтожить врага" и исполняла его в виде статьи под названием "Битва" и заносила эту статью в книгу, известную как "тактика", и сейчас она находилась в процессе "чтения".

Во время сражения происходило много разных вещей. "Чтение" здесь превращало битву в неподвижные слова, вот только это "чтение" могло на лету превратится в импровизацию.

Минори имитировала "Полномасштабное наступление" Сироэ. Эта маленькая девочка гналась за Сироэ.

Используя 1% как единицу, она была всегда на 30 секунд впереди.

Сироэ описывал ее именно так.

Это предложение означало, что он мог видеть, как будет проходить битва через 30 секунд, и эффективно задействовать оставшуюся ману союзников с погрешностью в 1%.

В высокоуровневых боях понимание ситуации является основополагающим принципом и Наоцугу понимал это. Когда он сражался на линии фронта, он мог оценить, сколько маны осталось у его товарищей по команде, определяя это как степень полного, достаточного, наполовину потраченного, уменьшенного, опасно низко и пустого уровня запаса маны. Игрок среднего уровня обычно пользовался лишь двумя значениями из приведенных, да и то только у самого себя. Следить за мной союзников было довольно трудно.

Когда Elder Tales была игрой, все было заскриптовано, действия монстров можно было легко предугадать, особенно когда уже привыкаешь к его поведению.

"Полномасштабное наступление" не единственное что помогало Сироэ определять ману союзников. Он также мог бегло оглядывать поле боя своим орлиным глазом, чтобы контролировать нынешнюю ситуацию.

Когда Elder Tales стала альтернативным миром, многое стало достаточно непредсказуемым.

Сироэ стало труднее видеть на 30 секунд вперед, но Наоцугу надеялся, что он все еще может это делать. Поскольку Сироэ не шутил и не хвастался, когда говорил: "используя 1% в качестве единицы, можно предсказывать на 30 секунд вперед", он продолжал следовать своему изречению и улучшать свое мастерство в применении этого правила.

Наоцугу знал о деталях, так как давно дружил с Сироэ. Для такого танка как Наоцугу было известно, что для овладения этой способностью Сироэ требовалось много усилий, но он также понимал, что это "чувство" было сродни сверхсиле. Наоцугу понимал часть про "уничтожить врага", но он не мог преобразовать его в "статью". Но Минори была явно ближе к Сироэ в этом плане.

(Сколько секунд в будущем может видеть Минори... Какой % она использует в качестве единицы измерения сил своих союзников? 20%? Или с ее низким уровнем, ей достаточно 10%...?)

Наоцугу только подумал, что пришло время брать новичков, как раздался резкий визг недалеко от северной стороны Чоуши. Это был уникальный навык друида - [Эхо]. Наоцугу ненадолго застыл.

Он не знал, почему крик доносился со стороны фермы, далеко от реки Сэнд Лиф.

Группа Минори в момент прибежала к Наоцугу с линии фронта.

-Учитель, мы уходим!

-Пожалуйста, позаботьтесь об этом месте!

-Ха-ха-ха! Мы совсем разберемся. Можете отступить.

-Эх... Ньянта-сан! Удачи!

Пятеро из них отступили от береговой линии и направились на север, оставив поле боя группе Наоцугу.

Убегающие под летним солнцем, они выглядели как ласточки, летящие к небу.

Шуреу и Резарик знали, что им нужно заполнить пробел, оставленный группой Минори, и подбежали к ним.

Наоцугу посмотрел на Минори с недоумением, девушка была вся в поту, но ее глаза сияли решимостью.

-С холмов пришла весть от Серары. Похоже, гоблины снова атакуют. Думаю, мы сможем справиться с ними... У моей партии есть бард, так что мы можем сражаться долго. Мы больше подходим для этой битвы... А ты Наоцугу-сан, позаботься о пляже

-Минори!

Минори помахала рукой, чтобы взбодрить Наоцугу.

Они убежали в Чуоши, и Наоцугу потерял их из вида.

Рундельхаус вел остальных за собой.

Он был напряжен с самого утра, его магические атаки, казалось, сейчас были сильнее.

Магическую вещь, которую они нашли в глубине леса Рагранда, была оценена игроками высокого уровня. Это был предмет под названием "Волшебная рукавица". Он мог быть экипирован, если у носители был 25 уровень, обычное снаряжение, которое можно было найти где угодно на сервере, но это был магический предмет, который группа Исузу заполучила своей силой.

Группа Исузу смотрела на эту слегка поцарапанную серебряную перчатку с магическими знаками, как будто это было редкое сокровище. Это был их единственный предмет, поэтому они не могли обменять его, но продать его и разделить деньги они не хотели.

После того, как группа Исузу обсудила это, они решили отдать его Рундельхаусу. К тому же в их партии он был единственным магом.

Сначала Рундельхаус немного мешкался, но потом все же сдался под уговорами группы.

Теперь Рундельхаус был облачен в эту пару сияющих рукавиц.

Этот предмет увеличивал максимальный запас маны примерно на 5 процентов, так что он мог использовать теперь еще одно заклинание. Группа Исузу понимала, что этот процент будет иметь больший эффект в бою. Мерцающий красный кристалл, вкроенный в центр перчатки, казалось, был символом огненных заклинаний Рундельхауса и его боевого духа.

Исузу изменила свою песню с "Ноктюрн медитации", которая восстанавливала ману, на "Олений марш", которая увеличивала скорость движения и улучшала навыки.

-Спасибо, Мисс Исузу.

-Притормози, Руди!

Исузу приметила, что Рундельхаус поблагодарил ее. Быть полным энергии - хорошо, но для мудрого мага было глупо идти впереди, особенной с броней толщиной, как лист бумаги.

-Уу, прости.

Сказав это, Рундельхаус замедлил шаг, Исузу дала ему бутылку из своей сумки, которую сегодня утром наполнила дочь трактирщика. Там был освежающий апельсиновый сок, несмотря на то, что он уже нагрелся на солнце.

-Ты как?

-Ты еще спрашиваешь? Великий Код Рундельхаус в отличном состоянии, как и обычно. Я чувствую, что могу подчинить себе весь мир, хахаха!

Рундельхус сделал большой глоток, и хотя пить на ходу было дурным тоном (а еще смеяться вслух), не было похоже, что он сделал что-то невежественное.

Его большие глаза с чуть-чуть припущенными уголками, шелковистые гладкие светлые волосы, вообще вся внешность производили впечатление золотистого ретривера. Исузу улыбалась.

-Вы двое такие классные друзья, - захихикала Серара.

Исузу пожала плечами и ответила:

-Наверное.

В голове Рундельхаус был дружелюбным щенком.

Красивый пес, принадлежащий богатой семье по соседству с большой родословной. Их сады были рядом друг с другом, так что он иногда приходил посетить семью Исузу, пушистый и мягкий золотистый ретривер.

Из-за своей родословной у него были особые элегантные черты лица, его движения спокойны и грациозны, без какой-либо вульгарности. Но когда привыкаешь к нему, начинаешь замечать, каким идиотом он на самом деле был, он бегал, пока не уставал играть в мяч, и вилял хвостом до боли, очень глупо.

Иногда он вел такие неудобные и высокомерные речи, как если бы у него был заводной ключ в спине из-за чего он так разглагольствовал. На самом деле он просто показывал свою скрытую сторону, поэтому она не рассердилась на него.

Этот глупый щенок уже дружил с Исузу, они стали товарищами сразу после того, как она облизал ей руки, поэтому она могла ответить прямо на дразнящие слова Серары.

-Все? Хорошо.

Она взяла бутылки из рук Рундельхауса, небрежно вытирая ее, прежде чем убрать в сумку.

-Прости.

-Ку ку ку, Руди всегда извиняется...

-Ничего подобного, правда, Мисс Исузу? - парировал Рундельхаус слова Тохии, но Исузу не обращала на них внимания.

-Рундельхаус - маг, так что выглядеть как глупый начальник тебе идет больше.

Рундельхаус подошел к Исузу и заспорил:

-Что ты говоришь! Что значит глупый! Хватит использовать это слово!

Странно.

Деревенская старшеклассница с веснушками, худым телом и отсутствием женских прелестей так общалась с принцем - Рундельхаусом, который, казалось, был как из книжки с картинками... Это звучало слишком грубо. Должно быть, она обращалась с ним, как с избалованным школьником, у которого поехала крыша. Объективно говоря, это было подло, но Исузу так не считала, ее общение с Рундельхаусом расслабляло ее и было таким необычным способом хорошо провести время вместе.

Как только Исузу захотела снова стебануть его, неподалеку послышалось второе [Эхо].

Группа Исузу посмотрела друг на друга и увеличила свою скорость после поворота.

Чоуши имел уникальную форму, город был построен на узкой полосе земли вдоль реки Сэнд Лиф, середина этой полосы пересекалась главной дорогой. От этой главной дороги отходили другие дороги поменьше, но все они находились недалеко друг от друга.

Поэтому, если они пойдут по дороге и свернут на север, то дойдут до равнины, где находятся сельхозугодья. В это время года там как раз росли помидоры, баклажаны, кукуруза, посаженные весной, и много прочей пышной зелени.

В поле пробежали 3-4 тени.

Исузу немедленно использовала "Балладу ленивой улитки", и гоблины замедлились, как будто потеряли силу в ногах. Только эта маленькая случайность позволила верным спутникам Исузу немедленно атаковать врагов.

-Прости, Руди! - закричал Тохия, когда сместил центр тяжести и немного изогнулся. Нет, это не была стойка, чтобы провоцировать врага, здесь было нечто более агрессивное.

Цели находились далеко, потребовалось бы много времени, чтобы догонять всех врагов.

-Оставь это мне, Тохия! Пусть испробуют моей магии! "Змеиный Болт"!

Синие и фиолетовые молнии Рундельхауса разделились на несколько змееподобных электрических существ и хлынули через поле, хотя маги обычно не должны нападать первыми.

8 гоблинов выбежало на открытое пространство. Минори, находившаяся в тылу, вместо Тохии увеличила урон магии Рундельхауса.

Светло-голубая аура, как барьер, обвила Рундельхауса, державшего свой посох так, будто он был готов атаковать им. Гоблин впереди нанес первый удар, за ним последовал другой враг с высоко поднятым топором, но их атаки были заблокированы барьером Минори.

Заклинания перехвата урона были уникальной магией Каннаги, они накладывались на союзников перед боем, чтобы поглощать урон.

Самым известным заклинанием был "Барьер очищения", но были и другие виды. Заклинание, которое она произнесла на этот раз, было "Защитным барьером", который был в 4 раза сильнее "Очищающего барьера", но у него было очень долгое восстановление, а не навык. Это был не тот навык, который можно было использовать на постоянной основе.

(Но...)

Исузу задумалась...

Решение Минори было правильным. Благодаря ее заклинанию защита Рундельхауса была теперь на том же уровне, что и у Тохии. Рундельхаус специально провоцировал гоблинов своими атаками и заманивал их в ловушку.

Когда гоблины были близко друг к другу, Тохия активировала "Вихревой вакуумный удар" и парализовала их.

Рундельхаус, Тохия и Исузу начали убивать монстров по одному.

Партия Исузу знала их основную тактику после многих сражений и усвоила некоторые необычные способы ведения боя.

Конечно, эта тактика зависела от многих условий и сложившейся ситуации, но она была очень надежной при правильном использовании, предоставляя множество опций для выхода из положения. Это было потому...

-Как тебе, Мисс Исузу? Видела мою прекрасную магию?

Этот глупый молодой человек был полностью увлечен своим занятием.

Исузу похлопала Рундельхауса по голове. Заклинание было хорошим, оно точно поражало цели с такого большого расстояния. Это было связано не только с самим заклинанием, но и с долгими часами практики Рундельхауса.

Все становились сильнее, поэтому Исузу не хотела оставаться позади остальных.

Разрушительная битва продолжалась.

Солнце уже садилось на западе.

На поле боя только пятеро авантюристов сражались спиной к Чоуши, одинокая оборонительная партия. Гоблины, вероятно, понесли тяжелые потери прошлой ночью, атакующие силы были нескоординированы и не имели достаточного количества людей, командная структура была разрушена.

Нападения носили хаотический характер.

Гоблины не предпринимали никаких организованных действий. Они, скорее всего, хотели попасть в Чоуши в период атаки Сахуагинов.

Гоблины грозно завыли, появившись из ниоткуда, и пошли в атаку на город. Группа Минори использовала ферму рядом с дорогой на холм, чтобы устраивать засаду, и у них она неоднократно получалась.

Серара использовала заклинание друидов и настраивала [Эхо] для коммуникации, помогая группе Минори с нехваткой сил.

-Прости, Минори, у тебя есть что-нибудь выпить?

Минори отдала Тохии третью бутылку, он уже знал, что он попросит ее. Когда Тохия сел под деревом у дороги, Минори применил на нем [Мгновенное исцеление].

Его восстановительные способности восстановились после боя. Несерьезные повреждения брони постепенно исчезнут, раны Тохии тоже залечатся. Но он был истощен, у него поднялась температура, и он долго не мог выровнять дыхание.

Минори была встревожена, но ничего не сказала.

Она не могла ничего сделать, чтобы Тохия отдохнул. Но Тохия и не хотел отдыхать. Это была битва не только Минори, но и его битва.

Минори могла отдать ему только носовой платок.

-Спасибо.

Минори кивнула Тохии и заметила, что его лоб очень горячий. Она посмотрела на своих соратников, все они пытались отдышаться и восстановить силы.

В обязанности Минори входило также следить за состоянием бойцов, но она также контролировала и всю битву.

Серара же следила за маной бойцов, но после того, как Минори взяла на себя эту задачу, Серара стала больше уделять внимания самому бою.

Минори мониторить своих союзников, окружающую среду, а также врагов, наблюдение за всем сражением было очень сложной задачей.

(Все еще трудно...)

Минори даже запомнила скорость восстановления маны каждого бойца, когда проверяла их статус. Во время сражений Минори использовала 5% в качестве единицы для оценки запасов маны своих союзников. Она могла предсказывать количество ХП и маны на 5-10 секунд вперед, можно было сказать, что она "читала" битвы. Хотя точность, конечно, не была идеальна, но все же это помогало ей рассчитывать потери маны у солдат.

В отличие от боев в подземельях, здесь была чередующаяся битва, где вы могли отдыхать, если устаете, при этом давая Минори возможность тренировать свои навыки управления битвой.

Минори думала, что это лишь детская игра в отличие с Сироэ, но если бы Наоцугу услышал эти слова, они бы поставили его в тупик.

Использование 5% в качестве единицы означало, что она знала, сколько раз заклинание может быть использовано ее союзниками, например, исцеляющее заклинание среднего уровня можно было использовать дважды. Этот уровень наблюдения был намного выше, чем у обычного авантюриста 30-го уровня. Ни она, ни ее группа не осознавали, какими выдающимися талантами она на самом деле обладает.

-Так, Мариэль-сан связалась со мной во время предыдущей битвы.

Минори приподнялась и начала докладывать.

Когда Минори концентрировалась на управлении сражением, она находилась в режиме ожидания и относилась к себе как к запасному отряду. Она снова и снова подавляла желание накладывать заклинания и сосредотачивалась на осмотре окрестностей.

Минори заметила зов по телепатии и ответила на него:

-Мариэль-сан сообщила мне, что специальное подразделение из Акибы направляется сюда на корабле и прибудет вечером.

-Кстати о вечере, солнце скоро сядет...

-Да, действительно.

-Они задерживаются?

Минори подняла голову. Летнее небо по-прежнему светило ярко, но день уже подходил к концу, до вечера было недалеко.

-Мариэль говорит, что подкрепление прибудет с моря и высадит силы на береговой линии. Они отправят нам помощь сразу после этого, так что нам просто нужно продержаться еще 3 часа.

Лица Серары и Исузу повеселели, Тохия и Рундельхаус оставались серьезными и напряженными, они находились в глубоких раздумьях

За эти полдня они победили 30 гоблинов.

Это было небольшое число, но в совокупности с остальными это был неплохой результат. Они не знали, куда гоблины нанесут следующий удар, и могли полагаться только на сигнал [Эха].

Они играли в "Ударь крота" на этом просторном поле, у них не было времени отдохнуть.

Хотя [Эхо] могло предупредить их, оно не было идеальным. Они беспокоились о гоблинах, атакующих Чоуши ,которым удалось проскользнуть через их оборону. Некоторые из них сумели прорваться, заставив группу Минори последовать за ними и истребить.

Но им нельзя было далеко отходить от границы обороны, иначе другие гоблины могли прорваться вновь.

Но похоже гоблины потеряли своих командиров. Если бы у них был хороший командир, они могли бы придумать что-нибудь, что могло разрушить оборону, как например, поджог фермы. Группа Минори боялась, что это может произойти, но пока все шло хорошо.

-Верно, когда прибудет корабль, к нам придет подкрепление, - кивнула Серара.

Сейчас они находились в незавидном положении, потому что им приходилось сражаться на два фронта. Но если гоблины и Сахуагины не посылали сильных монстров, им приходилось легче.

-Еще немного, мы должны стараться изо всех сил.

После обеда подул жаркий ветер, но уже вот-вот придет подкрепление. Этой новости было достаточно, чтобы оживить лица всех здесь присутствующих.

Еще через 15 минут патрулирования произошло нечто серьезное.

Партия Минори надеялась, что они смогут спокойно провести время, но не всегда все идет по плану.

На главной дороге позади них раздался громкий треск. Они бросились назад, думая, как враг проник так глубоко, и встретились с отрядом гоблинов с двумя свирепыми жуткими волками.

Сражение проходило ужасно.

-Даже не думай об этом!

Тохия снова нанес удар, сдерживая волка, атакующего Исузу. Но этот удар позволил развязать руки хобгоблину.

После несколько стычек все навыки партии были израсходованы. Благодаря способностям барда у Исузу у них быстро восстанавливалась мана, но этого было недостаточно, чтобы одержать верх.

Хобгоблин замахнулся своим двуручным молотом, как бейсбольной битой, и ударил Тохию в его незащищенный фланг.

-Ах. Нет уж.

Удар не нанес никакого урона, так как попал по [Барьеру очищения], лишь немного повредив его.

Магия защиты была применена на нем еще до сражения. Любые атаки, не превышающие определенный лимит, аннулировались, и весь поступающий урон не причинял никаких повреждений тому, на ком была применена магия.

Минори посмотрела на барьер, который немного дал трещину, и решила, что его может не хватить.

-[Четыре Молитвы]!

Минори использовала свой навык в спешке. Это заклинание использовалось быстро и не требовало много маны. Оно создавало барьер для всех союзников, похожий на [Барьер очищения].

Но у него был один недостаток.

(... Я больше не смогу применить его снова.)

Минори побледнела и закусила губу.

Эти заклинания использовались только в самых крайних случаях, и имело 24-часовой кулдаун.

-Стоять! Стоять!

Серара использовала[Ивовые лозы], лозы опутали волка, бегущего на них. Волк взвыл от ярости и вцепился когтями в землю, пытаясь вырваться на свободу.

Серара использовала это заклинание в третий раз, волки могли разорвать эти лозы, но ее усилия не были напрасны. Серара смогла остановить одного волка на некоторое время, чтобы Тохия и другие сосредоточились на остальных врагах.

Минори тем временем взяла на себя обязанности целительницы.

-Ты слышишь? Даже не думай об этом! - ударил Тохия мечом изо всех сил.

Эта атака оттолкнула хобгоблина на другого гоблина, стоящего позади.

Хобгоблин оттолкнул его в сторону и снова напал на Тохию.

Хобгоблин был подвидом гоблинов и был сильнее обычных гоблинов. Гоблины не подчинялись никаким законам. Они сформировали армию, так как у них появился король, но они сохранили родоплеменной строй, группой полулюдей, которые грабили и яростно нападали на других.

Другое племя полулюдей на юге - злые орки - напротив, любили образовывать армии и нации. Хобгоблин унаследовал природу гоблина и был больше похож на них. Обычно они были умнее гоблинов и умели пользоваться некоторым оружием людей.

Этот хобгоблин был точно таким же - в доспехах и с гигантским молотом, который он где-то раздобыл для себя. Грозный противник, возможно, 30 уровня? Честно говоря, у группы Минори будут проблемы только с этим хобгоблином.

К тому же с ним было 2 жутких волка и 4 гоблина. Группа Минори все еще сопротивлялась, потому что хорошо знала улицы города, и держала путь отступления открытым, чтобы их не окружили. С их высоким уровнем командной работы за все это время бесчисленных практик, они сражались изо всех сил.

-Давай, Тохия! Подави волка и босса!

Но они не могли долго продолжать, они уставали и были на грани поражения. Они должны отдать все, что у них есть, и использовать все свои навыки.

Минори решительно бросилась к линии фронта.

[Четыре молитвы] создавали барьер на уровне [очищающего барьера] для всех союзников, эффект продлится еще 32 секунды. Минори, как целительница, сможет выдержать атаки гоблинов в течение этого времени.

Минори приняла решение и бросилась вперед, она чуть не потеряла равновесие из-за усталости. Пыльная улица под летним небом кажется такой мягкой, словно сделана из подушек. Но Минори стряхнула с себя эту иллюзию и с разбега не по-женски пнула гоблина.

-Отлично! Мисс Исузу, вперед!

-Принято, Руди!

За ее спиной доносились голоса поддержки. Когда Минори услышала пение Рундельхауса, она поняла, что ее поняли.

Гоблины безумно захохотали. Минори защищалась, полагаясь на барьер, окружающий ее. В большей степени ей приходилось только уворачиваться, укрывая жизненно важные органы. В остальном же она бросалась на гоблинов перед собой.

(Плохо, плохо, плохо... хотя!)

Тохия смотрел на безумные поступки своей сестры и начал подражать ей, чтобы отбиться от хобгоблина и волков.

Если бы барьеры были постоянными, битва могла закончиться уже сейчас. Близнецы, в грязи и крови, терпели удары ножей гоблинов, в то время как остальные стояли на линии фронта, занимаясь волками.

Они использовали выигранное время, чтобы петь.

Это было самое сильное атакующее заклинание Рундельхауса, оно действительно могло нанести огромный урон. Исузу тоже участвовала в этом.

Рундельхаус закончил петь [Ледяной ветер] вместе с Исузу, певшей с ним, заморозив всех гоблинов во льду.

Минори отступила с линии фронта и проверила состояние своих союзников. Она не знала о ситуации и произнесла еще одно заклинание, ей было не очень хорошо.

Рундельхаус позаботился о всех гоблинах, но Тохия без поддержки сестры все это время находился под атакой.

Минори снова использовала барьер на нем, но ХП он восстанавливает. Это была слабость Каннаги, у которого были уникальные навыки защиты от урона. Каннаги сосредотачивались на защите своих союзников, они не были опытны в использовании исцеляющей магии.

Минори также потеряла половину маны из-за частого использования заклинаний.

Ситуация была плачевной.

Хорошей новостью было то, что от гоблинов они все же избавились. Минори наложила заклинания защиты и приказала Рундельхаусу и Исузу сконцентрироваться на волке.

...При столкновении с несколькими врагами, нужно использовать разные тактики. Если хотите застать их врасплох, сначала нужно уничтожить самого сильного из них. Если все пройдет хорошо, моральный дух остальных будет сломлен, и они разбегутся. Это могло помочь взять ситуацию под контроль и переломить ход боя. Ей вспомнились слова Сироэ.

Брат Минори, которым она так гордилась, истекал кровью, его лицо исказилось от боли. Но именно поэтому они сражались.

Кровь Тохии укрепляла членов партии, Рундельхаус и другие старались не подвести Тохию и сосредоточились на уничтожении волка.

Минори, учившаяся у Сироэ, буквально начала "читать" битву.

Зная ХП и ману союзников, отдавая инструкции, поддерживая своих друзей и создавая синергию... Минори изучала битву, становясь ветром на поле боя, отдаваясь здесь и сейчас. Но Минори не могла предсказать всего.

Ее талант не мог компенсировать недостаток опыта.

Любое неожиданное событие может нарушить равновесие.

Второй волк освободился от заклинания Серары и накинулся на Тохию. Два волка и могучий хобгоблин в одно мгновение сломали барьер Тохии.

Минори переваривала новую информацию и начала просчитывать.

9 секунд... Тохия умрет через 9 секунд.

Минори посмотрела на статус заклинания безумным взглядом, [Барьер очищения] все еще имел 8 секунд кулдауна.

Но, как она уже заметила, от трех врагов оно защитить все равно не могло.

-Не сдавайся! - крикнула Серара и использовала [Исцеляющее сердцебиение] на нем, уникальное заклинание у друидов. Со временем магия исцеления должна была восстановить здоровье Тохии, но этого, похоже, не происходило.

Урон наносился быстрее, чем восстанавливалось здоровье. Это могло лишь отсрочить его смерть.

Использовать заново, использовать заново, использовать заново.

Минори произнесла слабое заклинание восстановления и задумалась. Даже если Минори и Серара будут использовать всю свою магию восстановления, они могут лишь отсрочить смерть Тохии на 35 секунд.

Экстренная исцеляющая магия и высокоуровневые исцеляющие заклинания были уже использованы, кулдаун не давал Минори и Сераре использовать половину исцеляющих заклинаний в своем арсенале.

(Раз так...)

Во рту появился отвратительный привкус, по спине пробежали муражки.

Тохия является важнейшим танком, если он падет, то вероятность их уничтожения увеличится в геометрической прогрессии.

И это в лучшем случае.

Минори учуяла запах смерти.

Стало трудно дышать.

Воздух, казалось, стал жидким и не мог проникнуть в ее легкие. Время стало резиновым и тяжелым, разочарование и беспомощность заполнили тело Минори.

Слишком поздно.

Слишком поздно.

Она слышала, как течет ее кровь, Минори застыла как вкопанная, она могла только наблюдать, как ХП Тохии постепенно падают до 0.

Но внезапно время ускорилось до нормальной скорости.

Рундельхаус пронесся мимо Минори и схватил рот волка обеими руками.

-Руди?!

-Мисс Исузу, положитесь на меня! Я... Я авантюрист! Я не проиграю этой грязной собаке!

Жуткий волк был размером с быка, его пасть была полна острых клыков. Он мог одним движением откусить кусок тела Рундельхауса, но Рундельхаус вцепился ему в пасть обеими руками. Волк начал извиваться и толкнул Рундельхауса, ударив его о стену.

-Руди! - закричала Исузу, вонзив копье в волка, но не причинила вреда его покрытому шерстью телу.

-Успокойтесь, Мисс Исузу. Как джентльмен... Я должен соответствовать образу дворянина...

Волк с адскими глазами поволок Рундельхауса, пытаясь освободиться от него. Но Рундельхаус схватился за клыки и не отпускал их, хотя весь в поту и грязи.

Волк продолжал кашлять и выплевывать жгучую кровь. Исузу безжалостно атаковала его своим копьем, а Рундельхаус продолжал держать его.

-Если я отпущу этого зверя... он нападет на Тохию... он... не справится с тремя.

Абсолютно верно.

Тохия избежал смерти, потому что Рундельхаус бросился ему на помощь. Урон по нему уменьшился.

-Но Руди!

-Исузу! Мы возьмем урон на себя.

Рундельхаус, казалось, засовывал руки дальше - все глубже в волчью пасть. Волки как и многие собаки не могли кусать, когда им что-то мешало во рту.

-Но...

-Бейте их! - закричал Рундельхаус и начал петь, как будто не хотел тратить время понапрасну. Руки сильно болели, будто это были лишь два куска мяса, присоединенные к плечам. Но он усилием воли заставил свои руки собрать магическое пламя, пока пел магию магического шара. Он сжигал волка изнутри.

Стрелять шаром не было нужды.

Жуткий волк не выдержал боли и попытался вырваться из рук Рундельхауса, но тот ни за что бы не дал волку сбежать от него.

Даже когда бритвенно-острые клыки впивались в одежду Рундельхауса и его перчатки, он бы не стал отпускать волка.

Не стоит меня недооценивать...

Дорога под вечерним небом наполнилась хриплым криком Рундельхауса.

-Я Код Рундельхаус! Я авантюрист!

В воздухе стоял запах гари.

Как и планировал Рундельхаус, "Волшебные рукавицы" вышли из-под контроля и сожгли жуткого волка изнутри, да еще и правую половину Хобгоблина в придачу.

Партия Исузу одержала победу в этой битве.

И самый важный участник этой битвы - Рундельхаус, который должен был высокомерно насмехаться над поверженными врагами, лежал в грязи перед Исузу.

-[Возрождение природой].

Воскрешающее заклинание Cерары не сработало.

Это было ожидаемо. Рундельхаус лежал на земле с бледным лицом, запачканным грязью, но даже с грязью его лицо по-прежнему сохраняло дворянские черты - манеры принца...

Он был из Людей Земли.

-Прости...

Теплая слеза капнула на ладонь Исузу.

-Почему он не пришел в себя? Эй, Минори, нужно еще раз! - закричал паникующий Тохия. Минори кивнула и прочитала "Молитву за Душу", но Рундельхаус не очнулся.

Ожидаемо...

-Простите... Тохия, Руди и... Люди... Земли... - медленно произнесла Исузу.

Слова застряли у нее комом в горле, и она разжала кулак, как будто смирилась с этим.

Минори сдерживала слезы.

Серара лишь тихо сказала:

-Как же так...

Но Исузу считала, что все это теперь не имеет значения.

-...Руди из Людей Земли... Он всегда был рядом с нами, путешествовал вместе с нами, ел с нами... Но Руди... Люди Земли... если он умрет...

...Он все еще не приходил в себя.

Сердце Исузу разрывалось от боли.

Она уже смирилась.

Вот почему Исузу была против сражений - когда у нее не получалось победить большое число врагов, она начинала поддерживать Рундельхауса, чтобы он не перенапрягался.

Но остановить его она уже не могла.

(Если бы я остановила его в самом начале!)

Когда она впервые заметила это у Рундельхауса в лесу Рагранда, она должна была успокоить его. Нет, ей просто нужно было сделать так, чтобы все узнали об этой черте у него, тогда бы это не закончилось так, как сейчас.

Чтобы осуществить мечту Рундельхауса, Исузу врала вместе с ним.

Рундельхаус говорил, что хочет быть авантюристом, с чистым, искренним выражением лица.

Но он сильно отличался от их идеала.

Он не мог стать авантюристом.

Да, Рундельхаус и раньше был отчаянным и беспокойным - постоянно жаловался, что не может накопить опыта, сколько бы он ни сражался. Его скорость прокачки была в четыре раза меньше, чем у Исузу и остальных. Его это очень задевало, вот почему он уделял так много времени тренировкам.

Исузу никогда не видела, чтобы Рундельхаус расслаблялся даже во время отдыха, он всегда медитировал, если у него было свободное время. Он утверждал, что так поступает настоящий дворянин, и что это показывает истинную ценность человека, но, скорее всего, он был полон тревог и разочарований.

Исузу знала об этом, но продолжала стоять в стороне.

-Руди... Мне жаль, мне очень жаль...

Желание Рундельхауса было слишком наивным, слишком идеальным, поэтому Исузу просто мечтала вместе с ним, надеясь, что кто-нибудь из Людей Земли сможет стать авантюристом.

-Руди-ни... из Людей Земли...?

Исузу кивнула, и слезы потекли по ее щекам. Но это не имело значения, это было ее наказание.

Рундельхаус всегда был таким добрым.

Она была всего лишь тощей деревенской девчонкой, но Рундельхаус обращался с ней как с настоящей леди.

Она очень комплексовала из-за своих веснушек, да и выглядела не очень, но Рундельхаус продолжал обращаться к ней на "Мисс".

Она всегда больше заботилась о группе - она не останавливала его, когда должна была, и всегда обращалась с ним как-то легкомысленно, как с идиотом или щенком.

(Я так рада, что он поговорил со мной.)

(Я так рада, что он сделал мне комплимент.)

(Я так счастлива, что он обращался со мной как с леди.)

Поток слов не останавливался, но они застревали у нее в горле и не могли вырваться наружу, она могла только ныть и вытирать слезы.

Нежные, добрые и согревающие сердце воспоминания... Это была ее вина, что она довела Рундельхауса до смерти.

-Ах..

Серара издала тихий звук, произнесла [Мгновенное исцеление] и приложила ухо к груди Рундельхауса. Она продолжала использовать заклинание снова и снова.

-Хм, может быть...

Исузу уцепилась за эту невозможную надежду и подсела ближе к Сераре.

-Я не знаю почему, ведь его пульс почти остановился, но когда я накладываю исцеляющее заклинания, кажется, что-то происходит... но, к сожалению, заклинание воскрешения по-прежнему не работает.

Исузу почувствовала, что надежда вновь была вдребезги разбита, но молодая девушка не останавливалась:

-Мы не может просто так сдаться.

-А?

-...Пожалуйста, помогите нам, нам нужна ваша сила, Сироэ-сан!

Имя:

Такаяма Миса

Уровень: 90

Раса: Волк, Племя Фанг

Класс: Бард

ХП: 8040

Мана: 12237

Снаряжение:

Бедные Сердца - коса Бога Смерти, которая, как говорят, причиняет бедствия одним лишь взмахом. Мощное оружие, которое дает криты за несколько ударов. Редкий предмет, но очень популярный не только из-за его статистик, но и из-за его зловещего, впечатляющего внешнего вида.

Жезл Красного Дракона, сделанный из рога Красного Дракона. Высококачественный предмет для бардов. Увеличивает эффект от песен поддержки, используемых участниками рейда. Неэффективно использовать в обычных маленьких партиях, но очень пригождается на крупномасштабных сражениях.

Вязаная Серебряной Нитью Гамбесона броня производственного класса, которая требует ремесленника, чтобы создать "Шелковую нить кокона бабочек", кузнеца для создания "Тонкой серебряной нити" и портного, чтобы собрать все вместе и сделать броню. Хотя для создания этого предмета требуются очень редкие материалы, да и скрафтить его довольно сложно, он довольно легок и прочен, а также обладает исключительной красотой и высокой сопротивляемостью к магии.

-...Пожалуйста, помогите нам. Нам нужна ваша сила, Сироэ-сан.

Подавив боль в сердце, она опечаленным голосом взывала к помощи Сироэ.

По голосу можно было понять, что Минори точно не притворялась.

Она была серьезной, нежной и сильной девушкой.

Сироэ замечал в ней, что Минори видит в нем образец для подражания.

Минори старалась запомнить все, что он делал на поле боя, и бессознательно запоминала все, даже подражала его походке. И поэтому Сироэ хотел обучить ее всему, что знал сам.

Минори всегда отдавалась на все 100%, учась у него.

Сироэ не знал, какая у нее была жизнь в том мире, и никогда не хотел спрашивать. Сироэ и не надеялся понять чувства сестры и ее брата, когда они оказались здесь в ловушке, вдали от дома, и могли держаться только друг за друга.

Но ее желание брать на себя ответственность не уменьшилось в этом чужом для нее мире.

У Сироэ этой способности не было, он знал, что постоянно убегал и никогда не хотел оставаться на одном и том же месте.

Она была девушкой, которая не боялась общения с другими и искренне разговаривала с другими от всего сердца.

Минори восхищалась Сироэ, но он считал, что ее спасал лишь ее практичный характер.

Минори никогда еще так отчаянно не просила о помощи. Она доверяла ему, она была с ним в близких отношениях, она просила его об опеке, но никогда еще она не была такой уязвимой.

Должно быть, гордость в ее сердце все еще сдерживала ее. Но Сироэ нравилась эта ее часть, он глубоко уважал ее.

Но Минори продолжала сдерживать слезы. Она просила не кого-то другого, а самого Сироэ, и это его удивило.

Перед входом в палатку было видно, что небо вечером багровеет.

- У нас потери, Рундельхаус-сан пал, он...

На заднем фоне Сироэ услышал крики и чьи-то всхлипывания.

Телепатия работала как старые сотовые телефоны с плохим звуком.

Звук был слышен рядом с барабанной перепонкой, поэтому никто другой не мог подслушать разговор, но чтобы что-то передать, нужно было говорить вслух, и вместе с твоим голосом передаются и звуки от всего, что находится поблизости.

Минори должна быть все еще на поле боя, он слышал остальных девушек рядом с ней.

-Он...

-Руди... из Людей Земли.

Внезапно другой голос прервал ее.

Сироэ догадался, что это была бард Исузу, о которой упоминала Минори. Раз он слышал ее так ясно, значит, она почти касалась губ Минори.

Сироэ все понял.

Он встал, чуть не опрокинув стол, схватил рюкзак и выбежал из палатки. Дважды свистнув, он, не теряя времени, побежал к центральному саду для верховой езды.

- Минори, доложи обстановку.

Семимильными шагами добравшись до рынка, он попросил перевозчика предоставить ему Чарасина.

- Когда мы защищали Чоуши, началась жестокая бойня. Мы победили, но Рундельхаус-сан был смертельно ранен. Магия воскрешения не сработала, у него все еще есть пульс... но он по-прежнему без сознания.

Гигантские крылья, раскрывшиеся в небе, приземлились, и Сироэ запрыгнул на грифона, даже не заметив Акацуки, идущей следом и крепко сжимающей его. Затем он подал сигнал магическому зверю.

Хорошо натренированный летающий монстр взлетел по сигналу в багровое небо.

-Пульс... ослабевает.

- Снова используй заклинание воскрешения.

- Мы уже два раза использовали его, но он не приходил в себя...

Магия воскрешения могла оживить умерших товарищей.

Магия была удивительна по своей природе, но не трудной. Хилеры могли ее освоить уже к 20 уровню.

Заклинания воскрешения также имели уровни, заклинания низкого уровня могли оживлять игроков, но пациенты теряли часть опыта.

Поэтому Минори и связалась с Сироэ после двух попыток.

(Нет, тут должна быть более важная причина...)

Обитатели этой страны не были авантюристами, они не могли воскреснуть после смерти в соборе. Фоном Сироэ слышал звуки рыданий с подавленными эмоциями и отчаянием.

- Ваше местонахождение и члены партии.

-Я, Тохия, Исузу-сан, Серара-сан и Рундельхаус-сан, местоположение - главный перекресток в центральном районе Чоуши.

- Там безопасно?

- Врагов поблизости нет, но они, вероятно, все еще сражаются в прибрежной зоне, я не знаю, когда гоблины нанесут новый удар.

Это был конец...

Когда жители этой страны получали слишком много урона во время битвы и теряли все свои ХП, их бытие здесь подходило к концу. Согласно теории духов Ригана, заклинания воскрешения могут сработать, только если успеть применить их до того, как душа отделится от тела. И раз воскрешение здесь не срабатывало, значит, он перешел в стадию "слабеющей сущности".

- Сироэ-нии, пожалуйста, спаси Руди!

Он слышал громкий молящий голос в своих ушах.

- Руди-нии глуп и безрассуден, но он силен и хладнокровен, он пожертвовал собой, чтобы спасти меня! Я привела его на поле боя, и я не остановила Руди, когда должна была, Сироэ-сан... Я готова на все!

Этот рыдающий голос шел с другого конца телепатии.

-Я прошу...

Эти слова заставили Сироэ успокоиться.

Он представил себе асфальтированную дорогу, покрытой снегом в зимнюю ночь, и он лежал на этой дороге, пока из него выходила жизнь. Это было лишь дурным предчувствием, но таким реальным, что он почти поверил в него.

Его не сдерживающиеся ничем мысли вышли из-под контроля в поисках выхода в этой матрице бесконечных возможностей, которую он представил для себя, чтобы найти все возможные комбинации.

(Поскольку это просьба Минори, я обязан ей помочь.)

Это было не его желание, так было необходимо.

И чтобы найти выход, Сироэ начал думать быстрее.

-Поручи Сераре использовать магию воскрешения.

-Да, - ответила немедленно Минори.

Она не спрашивала почему и не боялась, если это вдруг не сработает. Минори полностью доверяла Сироэ, она верила, что Сироэ всегда найдет выход. Поэтому она и обратилась к нему.

Но это было лишь ее желание.

Сироэ не был всемогущим. Сироэ не мог справиться со многими вещами в этом странном и неразумном альтернативном мире, он мог даже сказать, что он вообще ничего не может сделать.

Но это была лишь маленькая проблема, которая не могла быть решена, он думал о ней, только когда он пытался ее решить. Сейчас главное, что Минори верит в него, верит, что Сироэ может это сделать, поэтому у Сироэ была только одна цель.

Он верил в то, что сможет это сделать.

Его сильное сердце строило в уме всевозможные виды комбинаций, рассматривая вещи под разными углами и даже беря в расчет те альтернативы, которые теоретически вообще не могли осуществиться.

- Пульс, кажется, усилился... Но он все еще без сознания.

- Подожди 150 секунд, Тохия пусть охраняет территорию, а Исузу-сан использует песни восстановления маны, через 150 секунд теперь ты используй свою магию воскрешения.

-Хорошо.

Сироэ вспомнил слова Риган.

Рундельхаус был мертв.

Для людей Земли или авантюристов смерть означала смерть.

Смерть начиналась, когда тело переставало двигаться в этом альтернативном мире. Тело не могло пошевелиться, а сознание уходило далеко от тела, запертым в темноте.

Это был знак того, что связь между "душой" и "сущностью" прекратилась.

Тогда "сущность" начинала рассеиваться.

"Сущность" была источником энергии для "Ки" в теле каждого человека, процесс потери сущности назывался как "слабеющая сущность". У сильных или высокоуровневых тел был более сильный "Ки", и процесс "слабеющей сущности" длился дольше.

Рундельхаус был физически слаб, он был на начальном уровне, скорость его "слабеющей сущности" должна была быть очень быстрой.

Скорее всего... магия воскрешения не помогала, так как была использована слишком поздно.

Заклинание воскрешения вводило "сущность" в состояние "слабеющей сущности", чтобы с помощью магии восстановить связь между "душой" и "сущностью".

Забирая часть "сущности" и используя часть "Ки" целителя, потерянное "Ки" пациента стимулирует тело к восстановлению.

Поскольку тело еще сохраняло тепло и пульс, можно было сделать вывод, что заклинание стимулировало выздоровление, но связь между "душой" и "сущностью" не была восстановлена, поэтому он и не приходил в сознание.

Значит, происходило что-то другое.

"Душа" начинала рассеиваться... достигнув состояния "затерянной души". "Душа" - это энергия, которая движет психикой, человеческая психика основана на "душе", но поскольку ее связь с телом разорвана, она становится "потерянной душой" и теряет свою идентичность.

Низкоуровневый Рундельхаус, должно быть, вошел в состояние "потерянной души" сразу после того, как достиг стадии "слабеющей сущности".

Авантюристов можно было отправить в собор для возрождения, где создавалось новое тело, и "душа" затем соединялась с этим новым телом. Таким образом, они не доходили до состояния "потерянной души", так что даже если их тело умрет, их "душа" возродится в новом теле... Они не умрут по-настоящему.

-Прошло 150 секунд, я использовала свою магию.

-Еще через 150 секунд пусть Серара снова будет воскрешать, я уже лечу к вам, поэтому по очереди используйте на нем магию в течение 8 минут.

Минори поблагодарила его.

Заклинания воскрешения даже 20-го уровня были довольно примитивны, они долго применялись, а в этом время целители были беззащитны, их был не практично использовать прямо на поле боя, к тому же они имели кулдаун в 300 секунд.

Но рядом с Рундельхаусом были еще Серара и Минори, и может, они и новенькие, но все же целители.

Они по очереди произносили заклинания воскрешения, когда их кулдаун в 150 секунд восстанавливался.

Магия воскрешения нуждалась в большом количестве маны, Сироэ не знал, как долго они продержатся, но пока что он ничего не мог для них сделать.

"Потерянная душа" вызывалась "слабеющей сущностью", и когда тело исчезало, "душа" терялась. Насколько они могли задержать процесс "потерянной души", зависело от их заклинаний воскрешения.

Следующий будет...

- Акацуки, держись за меня.

Молчаливая Акацуки медленно повернулась, несмотря на ужасные условия полета на спине грифона. При сильном ветре, который мог разорвать ее кожу, она крепко обняла Сироэ.

Сироэ закрыл глаза и подумал о том, что у него в сумке, и сунул туда руку. Он не знал, какие предметы ему пригодятся, чтобы все прошло гладко.

Для заклинания, которое он хотел использовать, ему требовались некоторые предметы.

Там был только пузырек из-под чернил.

Вечером Лейнессия добралась до поля боя в сопровождении женщины-рыцаря.

Согласно доносам, окрестности долины охранялись силами Красти.

-Фух...

-Вы в порядке?

Женщина-рыцарь не была особо обеспокоена, но все же спросила.

В этом мире было очень мало людей, которые чувствовали атмосферу сражения. Поскольку Люди Земли и полулюди умирали здесь довольно быстро, их тела исчезали за полдня. А когда тела исчезают, земля превращается в пустыню.

Битва прошла здесь совсем недавно.

Запах крови возбуждал Лейнессию, но, к счастью, летний ветерок, блуждающий здесь, делал запах не таким резким, но она всё равно не хотела смотреть, что у нее под ногами.

Женщина-рыцарь сделала шаг вперед, чтобы осмотреть поле битвы.

Ее звали Такаяма Миса, она была из группы "Наблюдателей битвы".

В разгаре битвы, особенно такой крупной как здесь, довольно трудно контролировать ситуацию на поле боя.

И Д.Д.Д. выделяли группа размером чуть больше партии, но меньше "полного рейда", чтобы следить за боем и помогать "Рейду Легиона" в сражении. Их главной обязанностью было использовать оптические приборы и заклинания разведки для сбора информации и донесении их командующему фронтом.

Лейнессия думала, что Такаяма Миса был высокопоставленным офицером в Д.Д.Д., так как люди относились к ней по-особому.

Они шли по тропинке, а не через лес, поэтому они достигли долины раньше, чем ожидалось. Лейнессия вместе со своим сопровождением подошла к широкому скалистому берегу реки.

Выше по течению от поля битвы, которое они видели, стоя на берегу, не наблюдалось никаких гор трупов гоблинов, только прохладный поток воздуха, который защищал их от этой жары.

Авантюристы сели отдыхать в своей привычной манере, некоторые из них принимали душ, другие занимались оружием.

Находясь в самом центре поля боя, они все решили отдохнуть (кроме часовых, стоящих на посту), так как никакой угрозы здесь не наблюдалось.

Лейнессия уже видела парад рыцарей, она же была принцессой.

Но она делала это с балкона и произносила заранее подготовленную речь. Время от времени она выходила на парадную площадь и приветствовала рыцарей, проходя мимо их рядов, и рыцари Майхамы всегда были в идеальном состоянии и строго держали свои копья, чтобы она могла проводить осмотр.

Он никогда не была так близка с рыцарями, зная их лично, по дворянским меркам это считалось моветоном.

Лейнессия была из Людей Земли, дочерью семьи, правящей Майхамой. Даже если Акиба присоединится к "Лиге свободных городов", рыцари не будут обязаны уважать Лейнессию. Лейнессия не хотела давить на них, ведь культура Авантюристов отличалась от ее культуры.

Лейнессия уже знала, что они не любят церемоний, поэтому не обижалась на них, хотя была немного удивлена.

Еще больше ее удивило то, что они не игнорировали ее.

Всякий раз, когда Лейнессия проходила мимо них, они громко приветствовали ее.

- Не волнуйтесь, принцесса, мы быстро закончим эту войну.

- Боже, эти европейцы как ангелы.

- Блиц-группы будет достаточно, чтобы уничтожить всех гоблинов.

- Здесь принцесса! Где камера?

- Почему принцесса ходит здесь? Ах, так Мисс Такаяма здесь, слава Богу.

-Ха ха ха! Наш командир стоит прямо перед принцессой.

-Вауу!

- Осторожнее со стрелами!

Они говорили грубо, так как были наемниками, но Лейнессия не чувствовала к ним никакого отвращения. Может быть, она понимала, что авантюристы на самом деле не были грубы и ни в коем случае не смотрели на нее свысока, когда говорили с ней, они вели себя так, как обычно, и, напротив, были дружелюбны и просто шутили с ней.

Лейнессия же была замкнутой.

Она не очень хорошо ладила с другими.

Она полагалась на свое безупречное дамское образование, чтобы держать ситуацию под контролем, но когда она столкнулась с авантюристами, она поняла, что здесь ей это не поможет.

Авантюристы не были знакомы с культурой высшего общества, они могли не так понять ее изменение в выражении лица и сильно начать волноваться.

После недолгого размышления Лейнессия придумала новый оригинальный метод общения с авантюристами при помощи простого этикета, чтобы не опозорить свое наследие Корвена.

Ей нужно было лишь улыбаться и легонько махать рукой на уровне груди.

Если кто-то давал ей совет или говорил с ней, она должна была некоторое время подумать о значении и ответить "Спасибо". Авантюристы были той же породы, что и монстр, читающий мысли, Лейнессии нужно хорошенько поработать над тем, какой ей нужно быть в глазах авантюристов. Даже если она не предстанет перед ними истинной леди, им будет все равно, ведь они не знакомы с этикетом дворянства... К такому выводу и пришла Лейнессия.

Сейчас Лейнессия по оценкам высшего общества вела себя крайне непозволительно. Но они были авантюристами, и шла война, так объяснила Лейнессия своему деду в ее сердце.

Но Лейнессия не осознавала, что ее искренняя улыбка и добрый настрой произведут настолько хорошее впечатление на авантюристов из блиц-группы, которые с радостью на лице поприветствовали ее.

Смешанная целевая группа возглавлялась Красти, он передал управление структурой группа членам Д.Д.Д. для централизации командования. Но если бы он полагался только на членов Д.Д.Д., Красти выглядел слишком сильным и уверенным в лице Совета круглого стола, поэтому когда он организовал рейдовую группу, ему нужно было объединить их с Советом круглого стола. Таким образом, половина этой смешанной армии состояла из ветеранов, не связанных с Д.Д.Д.

Среди них были члены гильдий Рыцарей Черного Меча и Порядка, их плащи и гербы различались, Лейнессия подумала, что эти были какие-то аристократические кланы, поэтому эта группа рыцарей показалась ей странной.

Отношения между кланами дворян были напряженными, а кровные отношения и союзы делали их более напряженными. Не все дворяне ведут себя одинаково, поэтому между кланами, как правило, всегда существовала вражда. Именно по этой причине "Лига свободных городов Истала" была не объединена.

Сейчас таких конфликтов не наблюдалось.

Судя по цвету плащей и гербов, они разделились на небольшие группы. Одни из них ели вместе, некоторые помогали с проверкой оружия, другие бегали раздавать ресурсы.

Лейнессия поняла источник своего дискомфорта.

Вокруг было так много рыцарей, но среди них не было ни оруженосцев, ни обычных слуг. Такаяма Миса объяснила, что это особая группа элитных войск, поэтому им не нужно были слабаки, но как рыцари могли воевать без оруженосцев?

(Авантюристы, похоже, не принадлежали никакому сословию...)

Хотя она знала, что они были свободными от этого, но, видя это своими глазами, она удивлялась каждой мелочи.

- Да, я слушаю вас, пожалуйста, продолжайте.

Красти стоял на краю берега, где ручей менял свое направление, и вытирал пот со своего обнаженного тела.

Он общался по телепатии, даже пока вытирал пот, но повернулся, когда увидел Такаяму Мису и группу Лейнессии.

Красти спокойно вытер тело тряпкой, которую выжал досуха. Такаяма Миса, казалось, привыкла к его смелым и спокойным действиям, и подошла к нему, чтобы доложить сведения, которые были у нее на руках.

Красти внимательно слушал, стоя к ней спиной.

(Какое красивое тело...)

В своей элегантной одежде Красти уже не производил такого впечатления. Глядя на его обнаженную спину, она чувствовала, что он обладает огромной силой. Его мускулистая спина была прекрасна, как у дикого зверя, и Лейнессия потерялась, глядя на нее.

(...Эм! На что я смотрю?)

Лейнессия покачала головой и надулась.

Она всегда блуждала в облаках, когда Красти был рядом.

Она скучает по уютным спальням в Майхаме. Ей действительно нравилось жить изолированно, она хотела спать после обеда и беззаботно жить, как растения. Самым большим ее увлечением было лежание под солнцем, она мечтала стать старой леди и наслаждаться такой одинокой жизнью.

Согласно идеалам Лейнессии, в том, что она изменилась и стала такой вульгарной, не было ничего плохого.

- Понятно, я увеличу количество наблюдателей в следующий раз.

Когда Такаяма Миса закончила свой доклад, Красти уже оделся. На нем были все те же доспехи, но, похоже, он сменил рубашку. Его спокойное выражение лица было таким же, как и в Древнем Дворце Вечного Льда, он был настолько спокоен, что это сводило Лейнессию с ума.

- Как там на поле боя? - спросил Красти, подходя к ней.

Из-за разницы в росте Лейнессии пришлось поднять голову, отчего она почувствовала себя неловко. Она не чувствовала ни радости, когда Красти уходил сражаться, ни страха, что он может навсегда исчезнуть, как призрачная иллюзия.

Монстр, умеющий читать мысли, надменно стоял перед ней, и это чувство казалось ей сном.

- Тебе было страшно?

Лейнессия ушла глубоко в мысли и медлила с ответом, поэтому Красти снова спросил ее и, дразня, сказал:

- Ничего подобного. Я верю, что Красти-сама защитит меня.

Поскольку Красти надел маску вежливости, ей пришлось отвечать в той же манере. Она хотела показать ему, что у нее гораздо больше опыта в общении и культуре аристократов.

-... Принцесса очень популярна, - крикнули сзади.

Обернувшись, Лейнессия увидела группу авантюристов, издали наблюдавших за Красти и за ней. Это заставило Лейнессию почувствовать себя неловко, поэтому она мягко помахала им рукой и улыбнулась, а авантюристы дальше пошли по своим делам с улыбками на лицах.

- Это не имеет значения, Красти-сама.

Лейнессия снова посмотрела на Красти, пожалев, что сошла с темы. Красти всегда вел себя так, что Лейнессия начинала сомневаться в том, следует ли ей вести себя изысканно или приспособиться к образу жизни авантюристов.

-И еще...

Как только Лейнессия сделала шаг вперед, по всей долине эхом разнесся вой волков. Он доносился с восточного хребта, явно далеко отсюда, но все равно по всему ее телу пробежал холодок.

-Это были...

- Жуткие волки. Судя по вою, довольно крупные.

- Они сопровождают короля гоблинов?

- Короля гоблинов здесь нет, он не покинет Семь Скал. Скорее всего, это королевская гвардия генерала гоблинов.

-Королевская гвардия...

Лейнессия сложила руки на груди, она видела буйство армии Красти и верила в их силу. Но Лейнессия ничего не знала о сражениях, поэтому она боялась, а Красти выглядел таким опасным, когда бросался в бой.

Она не знала, стоит ли ей попросить его беречь себя или лучше мотивировать на предстоящее сражение.

Пока Лейнессия думала над этим, раздался очередной вой волков. Красти ухмыльнулся, не поняв чувства Лейнессии, и сказал с жестокой улыбкой:

- Мы уничтожим их гнездо потом, сейчас нужно избавиться от мусора на Сэнд Лиф.

Длинная главная дорога в Чоуши была отличной посадочной полосой для грифона. Волшебный зверь раскрыл свои крылья, плавно опускаясь вниз. Сироэ погладил Акацуки по голове, посмотрел вниз и прошептал:

-Пожалуйста, очисти территорию, не подпускай к себе других игроков или монстров.

Акацуки молча кивнула.

Несмотря на то, что их скорость была быстрее, чем на лошади, они спокойно спрыгнули с грифона и разделились. Акацуки плавно побежала вперед, ее легкое тело исчезло за крышей каменного здания.

Проводив ее взглядом, Сироэ бросился к Тохии, который махал ему рукой.

В группе Минори было 5 человек, у всех были встревоженные лица. Судя по сообщениям, полученным с помощью телепатии, Окипет прибыл, но не смог причалить из-за нападок Сахуагинов.

Отряд Наоцугу разбирался с гоблинами заместо группы Минори.

(Так было удобнее.)

Сироэ не знал, сработает ли заклинание. Даже несмотря на то, что теоретически все должно получиться, да и Сироэ неоднократно практиковался, это все еще было довольно рискованно. Учитывая возможные последствия, даже если это удастся, лучше, чтобы было как можно меньше свидетелей.

Это была таверна или гостиница там впереди?

Под крышей недостроенного здания неподвижно лежал молодой человек, рядом с ним плакала Исузу, милая девушка с веснушками на лице.

Сироэ окружали знакомые лица: Тохия - с болезненным выражением лица, Серара - с видимым беспокойством, Минори - с целеустремленностью в глазах.

Сироэ постарался успокоиться.

Здесь было жарко, но его разум был подобен зимнему ночному небу.

- Минори, возьми меня в свою партию.

- Хорошо.

Минори кивнула без дальнейших расспросов. Сироэ был благодарен, что она ничего не стала спрашивать у него. Он посмотрел на лицо Рундельхауса, оно было как у изысканного аристократа. Тепло и пульс все еще сохранялись, но он по-прежнему был без сознания. На экране высветилось слово "смерть".

- Ты Исузу-сан? Продолжай [Ноктюрн медитации], я собираюсь наложить новое заклинание, но только прошу, никому не говорите о нем, - сказал строгим тоном новичкам Сироэ.

- Если не согласны, то можете сдаться или уйти.

Вся группа кивнула в ответ, никто не пошевелился после его слов.

- Ладно, начнем.

Сироэ выбрал заклинание из списка и скастовал [Передачу маны] - уникальное заклинание чародеев с неизвестным эффектом.

Мана всех союзников партии стала у всех поровну.

(Так... Психика находится в "душе", а мана - это проявление "души", поэтому...)

Пока он произносил заклинание, мана всей партии начала сосредотачиваться внутри Сироэ.

Сироэ высушивал их запасы маны с помощью [Передачи маны], это заклинание было слишком тяжелым для партии Минори, которая была ниже 30 уровня.

Минори, Тохия и Серара побледнели. Их запас маны постепенно истощался, из-за чего они начали чувствовать головокружение и дезориентацию. Исузу продолжала держать Рундельхауса за руку и петь свою грустную древнюю балладу, несмотря на то, что ее лицо побелело.

Сироэ почувствовал эффект от магии, немного прикрыв глаза.

Мана, которую он получил от своих союзников, теперь находилась под его контролем. Он чувствовал запах их "душ", хотя и слабо. Прямолинейность Тохии, серьезность Минори, все это чувствовал Сироэ.

Конечно, там еще была мана Серары, Исузу, Рундельхауса и его собственная.

Разные источники маны смешивались с примитивной духовной энергией и направлялись по магической связи, существовавшей между членами партии.

Сироэ разделил ману поровну и распределил ее.

(Ннн...)

Резкая потеря маны вызвала у Сироэ анемию.

У него было больше всего маны среди присутствующих здесь, Чародеи принадлежали к классу магов, и их максимальный запас маны был одним из самых высоких среди классов. А Сироэ был 90-го уровня, перераспределение маны равномерно с авантюристами 30-го уровня означало, что кол-во маны у сопартийцев становилось выше нормы.

-Минори, используй воскрешение, Серара продолжай исцелять.

Это была только подготовка, Сироэ продолжал раздавать указания, но времени оставалось мало, у них была только одна попытка.

Рундельхаус был из Людей земли.

Он не был авантюристом, поэтому он не оживал после смерти.

Он умирал как обычные люди.

Это было железное правило, которое нельзя было обойти.

Заклинание чародея, направленное на манипуляции с маной, восстанавливало ману группы... иными словами, обновляло их душу и психику.

Он не приходил в сознание, потому что его "душа" и "сущность" не были связаны. Это как пытаться привести в чувства человека, находящегося в коме.

Для следующего этапа Сироэ достал что-то из рюкзака.

- Это будет гонка со временем.

Закончив фразу, Сироэ использовал "Кадило Аида для исцеления души", чтобы попробовать ненадолго привести Руди в чувства, такая вещь использовалась в основном для специальных монстров. Оно не воскрешало, но позволяли человека в сознание на 3 минуты, после авантюрист принудительно отправлялся в собор.

Но для Рундельхауса, чья "сущность" не могла соединиться, этот предмет давал другую возможность.

Как бы то ни было, его тело уничтожиться, а психика и душа, живущие в теле-носителе, рассеяться.

"Кадило Аида для исцеления души" оживит его "душу" и принудительно соединит ее с его телом, но потом через 3 минуты он снова погибнет. Он мог вернуть Рундельхауса в этот мир только на 3 минуты.

Фальшивое воскрешение с ограничением по времени.

Группа, казалось, поняла это, когда Исузу крепче сжала руку Рандельхауса со слезами на глазах.

-Ах...

Рундельхаус медленно открыл глаза, словно он только что проснулся.

Исузу не могла перестать плакать, держа его руку. Не понятно, действительно ли он пришел в сознание или просто его глаза машинально приоткрылись.

-Руди...?

- Мисс Исузу... ах, все верно... похоже... Я умер.

После смерти он осознал, что связь между его "душой" и "сущностью" была разорвана. У авантюристов исчезали все цвета, и они могли лишь наблюдать за своими товарищами в черно-белом оттенке. Но было неизвестно, что чувствовали при этом Люди земли, хотя Рундельхаус, казалось, все прекрасно понимал.

Рундельхаус улыбнулся и усталым голосом обратился к остальным:

- Не будьте все такими... не делайте такое лицо. Сражаясь, вы рискуете своими жизнями, разве это не так?

-Да... так...

Голос Тохии отозвался болью у Сироэ в сердце.

В этой игре над смертью никогда не шутят... она была вполне естественной для Людей земли.

- Несмотря на это, я хотел стать авантюристом, пожалуйста, не вините Мисс Исузу, хорошо? Я хотел, чтобы она помогла мне сохранить это в секрете.

- Нет, я уже подозревала, но решила не обращать внимания! - громко закричала Минори, хотя обычно при остальных она вела себя спокойнее.

- Ха-ха-ха, да, спасибо, Мисс Минори... нет необходимости беспокоиться об этом.

- Нет, есть, - перебил его Сироэ.

Времени не оставалось.

Сироэ дал волю своим мыслям, размышляя о той страшной вещи, которую он собирался совершить. Это могло стать самой большой ошибкой, и даже могло нарушить законы этого мира.

Он не знал, как это повлияет на мир, если у него это получится, или как мир примет эти последствия.

Но молодой человек, уже смирившийся со своей судьбой и простившийся с остальными, называл себя авантюристом.

Этим словом описывали не игрока, а способ путешествия по миру, наблюдение за восходом солнца, который никто раньше еще не виде из товарищей Сироэ.

Раз он называл себя авантюристом, значит, он был одним из них.

- Нет, тебе нужно беспокоиться. Код Рундельхаус, парень, который так легко сдается, не может звать себя авантюристом. Этого недостаточно... Ты всю жизнь тренировался и учился, чтобы умереть в этом переулке? То, что вы находили в подземельях, не тактика и стратегия, а воля к жизни, мужество, чтобы совершить что-нибудь стоящее, чтобы продолжать жить, независимо от того, как тебе тяжело, это сильный дух, который никогда не сдается, разве нет?

-Сироэ-нии...

- Рундельхаус, твоя решимость недостаточно сильна!

- Тогда чего ты хочешь от меня?

Глаза Рундельхауса были полны сожаления и недоумения... Хотя Сироэ говорил правду, его сердце отказывалось принимать это, и слезы потекли из его глаз.

Поэтому Сироэ и решил применить эту "магию".

- Слушайте внимательно!

Сироэ вытащил документ, который он нацарапал, сидя на спине грифона, и положил его перед лицом Рундельхауса.

- Вот...

- Договор?

Документ, который Сироэ достал из рюкзака, действительно был договором, он был написан "чернилами из глаз Дракона" на "бумаге короля Фей", сделанной из первоклассных материалов, довольно редких в этом мире.

"Договор... Представитель Летописи Горизонта, Сироэ, и Код Рундельхаус соглашаются со следующими условиями:

1. Сироэ приглашает Рундельхауса присоединиться к гильдии Летописи Горизонта.

2. Рундельхаус будет вести себя подобающим образом и ответственно выполнять соответствующие его положению как члена Летописи Горизонта задачи, поставленные перед ним.

3. Летопись Горизонта предоставит Рундельхаусу необходимую поддержку, чтобы помочь ему в выполнении его задач... включая признание его личности как авантюриста.

4. Этот договор основан на взаимном согласии обеих сторон, и независимо от получаемой выгоды, даже при условии истечении срока действия договора, он останется в силе.

Подписав обе копии договора, стороны сохраняют один экземпляр после подписания соглашения для себя в качестве доказательства."

Все вокруг тяжело вздохнули.

-Авантюрист...?

-Это... Сироэ-сан, это...!

Это было доработанное им заклинание, которого в игре не существовало.

Сироэ давно приметил эту возможность.

Повара могли готовить еду, не используя меню игры, при этом блюда получались довольно вкусными.

Ньянта разговаривала об этом с Сироэ на обратном пути в Сусукино.

И это оказалось правдой.

И Сироэ смог убедить Совет круглого стола, что это распространяется не только на поваров.

Люди могли использовать свои уникальные навыки для создания предметов без использования игрового меню, создавая вещи, которых не существовало в этом альтернативном мире.

Вот о чем поделилась с ним Ньянта.

Через два месяца Сироэ начать исследовать это и неоднократно проводил эксперименты. Это было его туз в рукаве, который можно было использовать, если в заседание Совета круглого стола начнутся переполохи. Он продолжал исследование и постепенно начал углубляться в него.

Разговор Сироэ с Риган о Теории Духов вдохновил его, и он верил, что его исследование принесет ему плоды.

Рундельхаус был из Людей земли... и он умрет через 3 минуты.

Люди земли не могли воскреснуть.

Рундельхаус исчезнет навсегда.

Если так, то ответ очевиден...

За эти 3 минуты он должен был сделать из Рундельхауса авантюриста.

Его эксперименты доказали, что летописцы могут заключать простые договоры и составлять всевозможные документы, такие как "форма запросов на задание" или "долговые расписки", обладающие магической силой. Летописец высокого уровня мог создавать из магических ингредиентов.

Но среди всех договоров этот был наивысшего класса.

Позволив человеку Земли вступить в гильдию и даровав ему звание авантюриста, этот договор казался Сироэ мошенничеством. Он использовал свои навыки летописца 90 уровня и первоклассные магические ингредиенты и чернила, которые он собрал в то время, когда Elder Tales была еще просто игрой, и безжалостно решил, что он сделает это.

Сироэ пододвинул договор поближе к Рундельхаусу.

- Я уже подписал, остальное зависит от тебя.

-...ван...тюрист... - пролепетал молодой колдун, пока Сироэ продолжал объяснять ему.

- Ты можешь осуществить свою мечту.

- Это рискованно. Когда договор вступит в силу, он может изменить тебя, сделав другим существом. Авантюристы все еще новички в этом мире, и ты можешь окунуться в самую гущу не очень благоприятных событий. Авантюристы не всегда такие славные, как ты себе их представляешь.

- Я хочу стать... - без колебаний ответил Рундельхаус.

На экране по-прежнему мигало слово "смерть", его ХП постепенно уменьшались.

-Я хочу стать авантюристом, помогать нуждающимся, меня не волную такие мелочи... Мне не нужна слава... Я просто хочу быть... авантюристом.

Рундельхаус схватил ручку дрожащей рукой, и она тут же выпала у него из рук. "Кадило Аида для исцеления души" теряло свой эффект, Рундельхаусу было трудно поддерживать связь между своей "душой" и "сущностью".

-Руди... Не волнуйся.

Исузу взяла его за руку.

- Я подпишу это вместе с Руди.

Исузу приобняла Рундельхауса со спины, Тохия придерживала его сбоку, Минори и Серара несколько раз произносили исцеляющие заклинания, все четверо наблюдали за Руди, когда он снова взял ручку.

Его дрожащие руки согрелись от поддержки его товарищей, Рундельхаус использовал магические чернила, чтобы записать свое имя, подпись загорелась золотым светом. Навыки Сироэ были признаны этим альтернативным миром, и стали совершенно новым законом.

- Рундельхаус, ты умрешь... и возродишься в соборе, - сказал Сироэ, чувствуя, как заклинание начинает работать. Рассеивающаяся "сущность" превратилась в сближающиеся световые частицы и полетела в сторону Акибы, остальные игроки с ошеломленным видом наблюдали за этой необычной сценой.

После использования доработанной магии в будущем Сироэ начнут называть "Летописцем востока".

Битва продолжалась уже ночью. В самом центре холмов Сэнд Лиф.

Как и предыдущая битва, эта проходила в долине, единственная разница была в масштабе сражения. Когда Лейнессия спросила Такаяму Мису, почему они решили сражаться в долинах, та ответила, что большой группе нужно больше места для сражений, и что они не смогут таким составом развернуться в лесу или холмах, и Лейнессия с ней согласилась.

Гоблины хоть и полулюди, но интеллектом они не блещут. Но так как она атаковали плотным строем, значит, у них были какие-то правила.

В долине было несколько холмов, с которых можно было следить за ходом сражения.

Группа наблюдения Такаямы Мисы базировалась на одном из этих холмов, но этот отличался от предыдущего.

Их взвод был максимально упрощен. Возможно, это было для того, чтобы в кратчайшие сроки можно было переместиться на другое место, ну или потому, что Лейнессия отказалась принимать в этом участие, и по облегченному взгляду Такаямы Мисы Лейнессия предположила, что в прошлый раз все это делалось ради нее.

Но это были мелочи.

Лейнессия, Такаяма Миса и остальные уже сосредоточились на сражении в долине.

Такаяма Миса объяснила, что отряд с жуткими волками был из гоблинов-укротителей. У диких гоблинов не было организованной структуры, как у людей, но у них было примитивное разделение труда по классам.

Большинство гоблинов были легкобронированными воинами или копейщиками, но некоторые гоблины были особенными: наиболее распространенными из них были укротители и шаманы. Укротители приручали таких зверей, как совиных медведей, гиппогрифов и жутких волков.

У врага было около сотни жутких волков, как будто земля пропиталась тьмою, обрела разум и съежилась... выглядело пугающе.

- Племя мутантов.

Такаяма Миса продолжила спокойно объяснять:

- Раньше они были с нами в рейде, эти волки с ядовитыми клыками, поднятыми в омутах нежити. Их так много... значит, у короля гоблинов есть племя укротителей гоблинов... У Elder Tales есть такая тонкая, но развернутая структура...

- С ними... с ними будет все в порядке?

- Беспокоится глупо.

Такаяма Миса сохраняла свою холодность в словах, но Лейнессия не была столь же оптимистичной. Во всей долине было несколько сотен врагов, и генерал гоблинов, должно быть, находился где-то в центре, вероятно, в своем необычным доме на колесах, который по факту был настоящей мобильной крепостью.

Лейнессия не беспокоилась о монстре-рыцаре, его подчиненными тоже были рыцари. Даже если ее армия не проиграет, ей не хотелось, чтобы хоть кто-то пострадал.

Обе стороны внезапно вступили в сражение, не обращая внимания на беспокойство Лейнессии.

- Этот квадрат... такой красивый.

- Это квадратное построение, - подошла Такаяма Миса к Лейнессии, вероятно, захотев поговорить с ней.

Она указала на армию Красти, выстроившуюся по четырем сторонам квадрата.

- Такой строй обычно используется в рейдах, группы располагаются с четырьмя сторонами, как у коробки. С точки зрения организации - таким строем управлять очень просто. Используется обычно для обороны, с танками и бойцами ближнего боя спереди, поддерживаемыми дальнобойными и магическими атаками, т.к. они являются основным дпс в команде. Но так как строй идет плотным слоем, они уязвимы для атак по площади. Так что против группы диких зверей они не выглядят как железная стена.

- Понятно, - догадалась Лейнессия.

Сильные авангарды легко отражали атаки волков, благодаря поддержке стрелков и магов. Бальзам помогал Лейнессии ясно видеть в темноте, но огромные столбы огня по всей долине так ее освещали, что бальзам мог ей и не понадобиться.

- Они надвигаются, - указала Такаяма Миса прямо на поле боя.

Казалось, весь строй двинулся по поднятию ее пальца. Строй переформировался в трапецию и начал сметать всех врагов на своем пути.

Такаяма Миса сказал, что это была оборонительная формация, но это казалось ненадежной оценкой.

Лейнессия первый раз в жизни наблюдала за такой масштабной битвой, она никогда не видела обороняющихся рыцарей, поэтому у нее не хватало слов описать то, какую оборону она сейчас видит.

Сейчас она смотрела на это, как на квадратное ущелье.

Армия Красти, как будто прокапывала темную дыру в войсках гоблинов. Как только гоблины или волки попадали под этот натиск, с ними было уже покончено. Армия Красти зверствовала по отношению к врагу, создавая ауру вокруг себя безумия.

-Присмотритесь.

В этот момент в центре строя вспыхнул огонь, и 4 пылающие птицы вылетели из центра и начали распространять пламя по всем четырем направлениям. Но Лейнессия никогда не слышала о подобных существах. Она знала только то, что размер призванных существ начинался от размера кулака до размера щенка, она никогда не видела таких мощных и величественных существ.

- Это Феникс, с которым можно заключить контракт на 86 уровне, дух высокого уровня огненного происхождения. Призыватели должны выполнить очень трудный квест, прежде чем они смогут создать контракт с таким грациозным и священным зверем... что-то не так?

(Она спросила меня, что что-то не так?)

(Существо пылаем пламенем?)

(Авантюристы могут... могут вызвать таких существ, должен ли существовать предел для такой грязной игры?)

Лейнессия, наконец, поняла.

Красти не строил из себя храбреца, он вел себя естественно.

Неудивительно, что Такаяма Миса сказала, что беспокоится глупо.

Никто не мог предсказать, что произойдет на поле боя. Но в этом мире были люди, которые хорошо чувствовали себя на этом непредсказуемом поле боя и вовсю использовали свой уникальный опыт, ни один обычный человек в сражении с ними не мог претендовать на первенство.

Армия ,возглавляемая этим человеком, также состояла из авантюристов, которые обладали огромным опытом и недюжинной подготовкой. Лейнессия в глубине души понимала, что здравый смысл рыцарей к ним не применим.

Авантюристы были за пределами понимания Лейнессии.

Гигантская мобильная крепость генерала гоблинов с грохотом рухнула. Тяжеловооруженные стражники и гигантские свирепые гоблины вылетели из разрушенной крепости. Силы Красти продолжали наступление.

Лейнессия услышала странный голос.

"Что ж, тогда давайте насладимся этим превосходным ужином."

Эти радостные, но спокойные слова явно исходили от Красти.

У Лейнессии не было телепатических способностей, она не могла слышать Красти на таком расстоянии, но она точно слышала его голос.

Красти взмахнул двуручным топором в сторону врага, он со всей силы рванулся вперед, как будто из квадратного строя полетели длинные черные копья. Группа воинов с двойными клинками порезала гоблинов, словно старую одежду.

- Мы закончили на основном направлении... Всю остальную тактику оставим нашему командованию.

Такаяма Миса закончила свой рапорт, ее голос был так спокоен, что казалось, она говорит что-то очевидное.

В конечном счете, они воссоединились перед рассветом.

Сопротивление Сахуагинов оказалось сильнее, чем ожидалось, Окипету потребовалось немало времени, чтобы причалить. У Окипета было множество возможностей, так как он был универсальным прототипом, но в основном это был транспортный корабль.

Это был не военный штурмовой десантный корабль-амфибия.

Врагов, которые могли свободно перемещаться в воде, было довольно трудно подавлять, как и было трудно выполнять различные боевые маневры.

Но в полночь, Наоцугу и Ньянта вызвали грифонов, чтобы переправить несколько игроков по воздуху и таким образом усилить оборону Чоуши. С призывателями по обеим сторонам побережья теперь это был лишь вопрос времени, когда они победят Сахуагинов.

- Я не ожидала, что ты придешь, Сироэ-бу! – счастливо улыбнулась Мариэль.

Появившийся из ниоткуда Сироэ вышел из город, когда солнце начало садиться. Он организовал новую рабочую силу и сформировал еще одну линию обороны на северной части фермы.

Сироэ был мастером гильдии Летопись Горизонта. Это означало, что он был одним из 11 мастеров гильдии, которые составляли Совет круглого стола, но он не был слишком популярен.

История формирования Совета круглого стола не была секретом, поэтому осведомленные авантюристы знали о Сироэ все. Но по сравнению с Красти или Иссаком, которые были мастерами крупных гильдий, или с Мариэль с ее широкими связями, количество людей, знающих Сироэ в лицо, было намного ниже.

Если бы вы просто поговорили с ним, вы бы узнали, что он хороший добрый человек, ценящий дружбу. Но поначалу он казался пугающим... Мариэль задумалась.

(Он хороший парень! Но это лицо! Эти глаза! Они так пугают!)

Мариэль покачала головой, сделав этот вывод, но Генриетта упрекнула ее: "В глазах Мариэль практически все авантюристы – хорошие парни."

Как бы то ни было, мало, кто знал, как выглядит Сироэ, но влияние, которое он оказывал на сражение, было существенным.

Даже если он и не был хорошо известен, Сироэ все еще был тактиком экспедиционной армии. Когда штаб пришлет подкрепление, боевой дух повысится.

Сироэ пришел в город как раз тогда, когда причалил Окипет, и этим заставил команду защитников подумать, что это он привел их сюда.

Мариэль воспользовалась этим. Она говорила громко, чтобы поднять боевой дух команды защитников.

Команда, стоявшая лицом к лицу с постоянно прибывающими волнами Сахуагинов, вновь набралась сил, когда услышала новость о прибытии подкреплении. Они также были рады, что Мариэль стимулирует их.

При артиллерийской поддержке призывателей, атакующих существ на огромном расстоянии, новички, полные энергии и страсти, вступили в бой с Сахуагинами.

Трупы Сахуагинов либо смывало приливом, либо через некоторое время они растворялись в воздухе, ожесточенная битва продолжалась до полуночи.

В полночь авантюристы выиграли эту изнурительную битву. Они принимали участие в летнем тренировочном лагере, и сейчас они были измотаны, отдыхая на причале между рекой Сэнд Лиф и пляжем.

Наблюдение и защита были теперь задачами только что прибывшего подкрепления, т.к. они еще были полны сил и энергии. Все те, кто собрались здесь, были участниками летнего лагеря, которые сражались с гоблинами и Сахуагинами.

Мариэль подумала о том, что ей нужно быть более воодушевляющим примером для подражания, но в итоге она расстелила свой плащ и легла на землю.

(Фух... Мы прошли через это...)

У Альянса полумесяца не было опыта в таких крупномасштабных набегах или в обороне, Мариэль никогда раньше не командовала таким сложным боевым строем.

Она была любителем. Причина, по которой у них все получилось, - страстный пыл и решимость новичков, а также поддержка ветеранами во главе с Наоцугу.

- Ты в порядке, Мэри-сан?

Этот голос послышался ближе, чем она ожидала. И когда она задумалась над ответом…

-У? Ааа…

Наоцугу сел рядом с Мариэль. Она даже вскочила от неожиданности. Он переоделся в мешковатые шорты и летнюю футболку.

- Какие странные звуки ты издаешь, Мэри-сан…

- Ээ… слишком лукаво с твоей стороны Наоцугу-ян, когда ты успел измениться?

- Нет, это из-за… тяжелой брони, к тому же сегодня не моя смена, поэтому я могу немного расслабиться.

Неловкие вопросы Мариэль заставили Наоцугу посмотреть по сторонам. Она тоже огляделась и увидела медленно передвигающихся, как зомби, солдат, которые также хотели переодеться.

- Мне... Мне... Мне тоже нужно…

-Ты в порядке?

Мариэль схватилась за голову. Весь день она безостановочно использовала магию, отчего ее голова онемела и стала тяжелой.

Жрецы были мастерами исцеления, и помимо стандартных исцеляющих заклинаний они также могли использовать любые виды магии. Если вам нужна защита и исцеление, благодаря разнообразию навыков у жреца, он станет наилучшим выбором среди целителей.

В этом групповом сражении Мариэль не собирала партию и бегала по всему полю боя одна, используя лечение на всех, кого видела - тактика «бегай и исцеляй».

Она не считала это неправильным, но это оказалось утомительней, чем она себе представляла. Он испытывала недостаток маны по 10 раз в день, отчего у нее постоянно болела голова.

- Хочешь еще немного отдохнуть?

- Ухухуууу…

Если честно, Мариэль вообще не хотела двигаться.

- Все равно в бане полно народу.

- Здесь есть баня?

Бани были новшеством в Акибе. Мариэль была шокирована, что в Чоуши были такие же передовые установки.

- Конечно, есть. В Акибе нет душевых, только потому что в меню крафта авантюристов не было всех душевых принадлежностей. По крайней мере, в отличие от нас, они могли создавать такие вещи только в качестве декора, без возможности подключения к водосточной системе. Когда Elder Tales была просто игрой, нам не нужно было мыться, но Людям Земли это было необходимо, поэтому у них есть все возможности для этого.

- Да?

Мариэль схватилась руками за голову и упала.

Так значит, у некоторых Людей Земли в Акибе были душевые кабинки, и они могли к ним зайти?

Мариэль вспомнила, как среди ночи видела Генриетту, переливающую горячую воду из чайника в таз, чтобы тайком помыться. Это ее очень обеспокоило. Вспоминая то страшное лицо Генриетты в том инциденте, она снова помрачнела.

- Но мы все бросились в душевые в отеле и у мэра, поэтому сейчас там все забито. Кстати, в отеле - для мужчин, в доме у мэра - для женщин.

- О, буду знать... Я еще немного посижу под ветерком…

- Да-да.

Наоцугу скрестил ноги. Мариэль расстелила на траве плащ и лениво присела.

Они сидели вдвоем и наслаждались ясным лунным светом.

Нежный и успокаивающий бриз заставил Мариэль переключить взгляд на Наоцугу.

Наоцугу смотрел на яркую полную луну, обмахивая Мариэль большим листом тропического дерева.

(Ах...)

Мариэль чувствовала, как ее кипящая кровь после жаркой битвы начала остывать. Именно благодаря этому интересному человеку, который молча сидел рядом с ней, ее бушующие эмоции, наконец, утихли.

- Наоцугу-ян, позволь спросить тебя...

- О чем же..?

Неторопливый голос Наоцугу дал Мариэль понять, что битва закончилась, никто не погиб, и они смогли защитить этот город. Некоторые из авантюристов сильно пострадали и были возвращены в собор в Акибе, но количество пострадавших было небольшим.

- Мы справились?

- Разумеется, мы успешно защитили город.

Мариэль понимала, что ее улыбка была ярче, чем обычно. И хотя, скорее всего, она была легкомысленной, и Мариэль не могла показать ее при людях, но сейчас ей было все равно. Именно в этот момент она хотела полностью отдаться ласковому и нежному ветерку, который подарил ей Наоцугу под яркими лунными лучами.

Звон колокола был слышен на большом расстоянии.

Вокруг него веяло освежающим ароматом, и сверкали искры.

Рундельхаус лежал на мраморной кровати, украшенной искусной резьбой.

(Значит...)

За окном виднелось ночное небо. Сейчас, должно быть, была ночь.

Эту каменную комнату освещали растения, расставленные вокруг, которые вырабатывали светящуюся пыльцу.

(Понятно, значит... это собор.)

Рундельхаус все понял. Он много слышал об этом месте, но оказался здесь впервые.

В конце концов, Люди Земли отличались от авантюристов - даже если они и молились в церкви, они не искали в ней духовного наставника.

Собор был более важен для авантюристов, он больше походил на магическое здание, чем на религиозное сооружение. Рундельхаус следовал примеру Людей Земли и никогда не посещал такие места.

(В любом случае... Хорошо, кажется, я могу двигаться.)

Он сел на кровать и аккуратно подвигался.

Правая рука, левая рука, обе ноги, плечи... казалось, никаких проблем не было, но он чувствовал себя уставшим, вероятно, из-за своего перерождения.

Он услышал, что за возрождение в соборе вычитается опыт, Рундельхаус открыл свой статус и был в шоке.

У авантюриста меню статуса оказалось куда более подробным, чем он себе представлял. Его характеристики отображались вместе со статами, полученными от его экипировки, здесь также выписывалось, как его экипировка влияет на статы; его мана и ХП отображались в числовых значениях с шагом 0,1%.

Он посмотрел на свою полоску опыта, которая значительно упала. Ничего не поделаешь, он не просто возродился здесь, до этого на него было наложено много заклинаний воскрешения. Это была цена, которую он должен был заплатить.

Но, главное, он был жив.

В груди Рундельхауса бушевали эмоции.

Его не интересовали ни личность, ни статус, ни образ жизни авантюристов. Рундельхаус был третьим сыном из продажной знатной семьи, но свобода и чувство справедливости, исходившие от авантюристов, которые сражались и помогали людям, ослепили его и пленили его сердце.

Рундельхаус осмотрелся и открыл другую вкладку на экране статуса. Он увидел слово "Авантюрист".

Имя: Код Рундельхаус

Класс: Колдун

Подкласс: Авантюрист

Рундельхаус уставился на эти слова на какое-то время.

(Все правильно, у меня не было подкласса, тот договор дал мне подкласс авантюриста...)

Рундельхаус бегло глянул способности этого подкласса, среди них не было тех, которые он знал:

"способность возрождаться в соборе", "способность телепатии", "увеличение получаемого опыта", "использование банка и склада", "подробный экран статуса", в этом списке было еще много способностей, которые Рундельхаус не понимал, они все были перечислены здесь.

(Так много... Раз у меня теперь есть эта сила...)

Он не мог вернуть потерянное время или изменить свое прошлое, но он точно не станет проводить ночи, чувствуя себя отчаявшимся и беспомощным из-за своей слабости.

Да и к тому же, теперь он мог жить в Акибе, не скрывая своей личности. Он мог жить вместе с друзьями, с которыми сблизился в тренировочном лагере. Рундельхаус мог даже восстановить свой старый дом и зажить на полную.

Он задумался. Он вспомнил авантюриста, который хотел избавить мир от этих продажных дворян.

Он желал этого, но судьба не дала ему выбора. Рундельхаус поклялся, что, если у него появится хоть один шанс, он станет авантюристом. Чудо, о котором он всегда мечтал...

Эта маленькая каменная комната станет его отправной точкой. Тот серьезный молодой человек в очках тоже был авантюристом, которого уважали Минори и Тохия, еще он был мастером своей гильдии.

(Этот молодой человек, Сироэ, он знает о тех местах, которые я вообще никогда раньше не видел...)

Когда Рундельхаус воодушевился от пришедшего к нему счастья, он услышал приближающиеся шаги.

- Руди!

Исузу ворвалась в комнату, хлопнув каменной дверью. Она выглядела одновременно сердитой и озадаченной, глядя на Рундельхауса с самого входа.

- Здравствуйте, мисс Исузу... Что-то не так?

- Что-то... не так?.. Ты еще спрашиваешь..?

Она быстро подошла к нему широкими шагами и откинулась на стул.

Она выпрямилась и стала на голову выше сидящего Рундельхауса, поэтому он не мог увидеть выражение ее лица. Он мог только слышать, как она шмыгает носом. Голос Исузу сердито заговорил:

- Ты так увлекся, ты же мог умереть, глупый Руди!

- Мисс Исузу, называть меня глупым - это уже слишком, есть вещи, которые необходимо сделать, даже если для этого придется рисковать собственной жизнью. Так же, как никто не может надеть ошейник на свободных и смелых авантюристов, никто не может остановить мое сражение.

- Когда я приказываю тебе ждать, ты должен ждать!

- Вы ведете себя неразумно...

- Ты должен ждать!

Голос Исузу звучал отчужденно, Рундельхаус почувствовал, как в его сердце закипает гнев.

Но он кое-что понял, когда задумался над тем, почему Исузу здесь.

Исузу была единственной, кто знал, что Рундельхаус из Людей Земли. На самом деле Минори тоже знала об этом, но тем, кто настаивал на том, чтобы Рундельхаус рассказал всем правду, и тем, кто помог ему осуществить его мечту, была только Исузу.

Ее присутствие здесь означало, что она использовала [Зов дома], чтобы отыскать Рундельхауса, который возродился в соборе в Акибе.

- Простите... что расстроил вас.

Когда Рундельхаус произнес эти слова, он почувствовал удар по голове, да такой болезненный, что он заплакал.

Рундельхаус не понимал, почему его ударили, но как дворянин, доживший до этого возраста, он знал, что должен извиниться спокойным голосом, если женщина находится в таком состоянии.

- Простите, мисс Исузу, это моя вина. Я... прошу прощения, я не повторю этой ошибки. Но просто... скажите, почему?

Его ударили еще 2-3 раза каждый раз, когда он пытался заговорить, голова Рундельхауса гудела от этих издевательств, все перед глазами закружилось.

- Я все понял, я буду сначала ждать приказа мисс Исузу.

- Точно?

- Точно, клянусь богом.

- Ты должен рассказать мне о своем детстве, Руди.

- Почему должен?!.. Я...Я понял, я расскажу.

- Если ты так безрассуден, тебе это не поможет, сколько бы жизней у тебя там не было.

- Я обдумываю все свои поступки.

- Ладно, давай руку.

(А...?)

От этого предложения Рундельхаус непонимающе посмотрел на Исузу.

Милое веснушчатое лицо Исузу, казалось, выражало серьезность и злобу одновременно. И вот в ее глазах промелькнула робость, и она осторожно протянула руку.

(Если она делает такое лицо, я ничего не могу, кроме как сдаться.)

Рундельхаус нежно положил свою руку на ее.

Это выглядело очень странным в этом мире. Для Рундельхауса это было как обращение рыцаря с леди, только в данном случае наоборот.

Позже он узнал от Исузу, что так собаки присягали на верность своим хозяевам, его это взбесило. Но сейчас она загнала его в угол, и у него не было возможности выразить свое сожаление.

Похоже, Рундельхаусу не суждено было перечить этой веснушчатой девушке.

Первая вылазка армии Акибы окончилась победой. Впоследствии ее стали называть Восточной экспедиционной армией, поскольку Запад также высылал экспедицию, чтобы разобраться с инцидентом Шабаша Призрачных Врат Сузаку.

Армия не смогла победить короля гоблинов, они только устроили засаду их армии вторжения у полуострова Сэнд Лиф и уничтожили их. Война закончилась уже через неделю сразу после того, как войска Красти разгромили генерала гоблинов.

Сироэ и Красти все это время ждали подкрепление из "Семи водопадов", но на горизонте они так и не появились.

В крепости "Семь водопадов", на которую они пристально смотрели, все еще должно было находиться несколько тысяч монстров.

Это была примерно пятая часть всей армии гоблинов, но такая численность не представляла большой угрозы.

Измерять военную мощь в количестве войск было неуместным в этом мире, где разница в боевой мощи сильно менялась от рода войск, будь то солдат, или могучий танк, поэтому количество не было главным показателем военной мощи. Успех экспедиционной армии Акибы доказал это.

Король гоблинов все еще находился в "Семи водопадах" вместе с несколькими монстрами колоссальных размеров. Шаман гоблинов тоже должен был быть внутри.

Куда важнее было определить опасность оставшихся сил, чем их численность.

Они не оставили "Семь водопадов", хоть эту крепость и было трудно захватить. Даже если в ней прятались какие-либо неоспоримо сильные монстры, Совет круглого стола решил, что для авантюристов, это был лишь вопрос времени.

Одной из причин, по которой они отложили захват, стало то, что они подписали договор с "Лигой свободных городов Истала".

Но у Совета круглого стола были и другие планы.

Совет круглого стола объявил о наградах и создал тонны квестов, которые в основном заключались в патрулировании северо-восточных общин, а также в уничтожении остатков гоблинов.

Такие монстры, как гоблины, были легкими врагами для партий, поэтому в этом случае было излишним посылать большие армии. Партия Минори с их 30-ыми уровнями могла спокойно сражаться с ними на равных.

Таким образом, эти квесты больше подходили новичкам и авантюристам среднего уровня, а не игрокам-ветеранам высокого уровня. Они были очень взять на себя эти задания, и многие из них покинули Акибу и отправились на их выполнение. Они шли по лесам и холмам северо-восточного региона, и Люди Земли почувствовали, что авантюристы снова в деле.

Сокращая численность войск за пределами крепости, "Семь водопадов", скорее всего, укрепит свою оборону. Но если избавиться от короля гоблинов, гоблины выйдут из-под контроля.

Гоблины, потерявшие своего лидера, разбегутся и впоследствии погибнут, это был главный аргумент Сироэ, который и убедил Совет круглого стола. Проще говоря, осада была подготовкой набега на "Семь водопадов". Сироэ нутром чуял, что они должны воспользоваться текущей ситуацией, но остальные называли его тактику подлой, оставлявшей неприятный привкус во рту. Сироэ настаивал, что в тактике не было ни черного, ни белого, но все же в его расчетах было много дыр.

Сироэ не знал, что большинство авантюристов в Акибе считали Сироэ выдающимся, он заставил принцессу Лейнессию отправиться на поле боя. Для них он надул наивную и прекрасную принцессу, искусил ее сладкими словами и отправил воевать, производя впечатление очень хитроумного человека. И всякий раз, когда принцесса получала симпатии благодаря ее прекрасным и эстетичным манерам, репутация Сироэ подвергалась удару.

Сироэ, ничего не знавший об этом, просто думал: "почему так много людей вцепились меня?". Он был немного обеспокоен, но Генриетта подбодрила его и сказала: "злодейство Сироэ-сама намного выше нормы!"

Это замечание вызвало у него сложные эмоции.

За это время Совет круглого стола и "Лига свободных городов Истала" подписали основной договор о взаимной торговле и мирный договор.

Прошел месяц после осады Сэнд Лиф.

Майхама провел фестиваль в честь подписания договоров.

Многие благородные семьи с северо-востока Ямато собрались на самых красивых улицах города. Собрание дворян ненадолго прервалось, когда на свои территории в городе Майхама вернулись их владельцы. В отличие от официальных собраний знати этот фестиваль не облагался какими-то обязательствами, поэтому 2-3 дворянина не пришли на него, но все же большинство дворян и торговцев здесь присутствовало. Акиба была на пике своего экономического развития.

Большой праздник, посвященный подписанию договоров, был для них редким шансом подружиться с авантюристами. Для дворян это был шанс прорекламировать продукта со своих территорий и заключить крупные контракты. Дворяне сохраняли свою конкурентоспособную природу, их желания и жар от фестиваля вызвали яростные перепалки в переговорах

Но это относилось и ко всем гильдий в Акибе, не только производственным и торговым, боевые гильдии также были вовлечены в транспортировке товаров, поэтому они тоже были здесь и наслаждались этим радостным фестивалем.

Все виды ресурсов лежали на прилавках, от количества которых кружилась голова, таким сейчас был Ямато.

Отели в районе Майхамы были все забронированы, много частных домов стало временными гостиницами.

Бизнесом здесь занимались в основном небольшие торговые гильдии или небольшие гильдии, занимающиеся конвоем и охраной. Бизнесмены Акибы тоже хотели собрать плоды, используя этот шанс, и приносили сюда все, что они могли продать, начиная пищевыми ингредиентами, заканчивая доспехами и оружием, удвоив количество людей в Майхаме.

Комнаты переговоров и комнаты для гостей во дворах были открыты для всех приезжих, даже были задействованы комнаты рыцарей. Дворяне вели здесь переговоры, пытаясь наладить отношения с главными гильдиями.

Большинство игроков в "Elder Tales" были молодыми. По меркам реального мира, их хитрость и находчивость были намного ниже, чем у опытных дворян, что ставило их в невыгодное положение на переговорах. Но дворяне не могли понять, чего хотят авантюристы, и их тонкую натуру, которая сбивала их с толку.

Обе стороны знали, что ведут переговоры, не зная друг друга, поэтому они набирались мужества и снижали свои требования, большая часть переговоров заканчивалась мирно.

Это был грандиозный праздник, который случался только раз в сто лет.

Чтобы совладать с увеличением населения, все Люди Земли, работающие в ресторанах, магазинах, закусочных, работали в поте лица, авантюристы были настолько поглощены созданием и продажей вещей, что даже не спали по ночам. Каждый получал огромную прибыль на фестивале и использовал ее для покупки алкоголя, еды и одежды, что заставляло потребительский спрос снова расти.

Дворецкие в гостиницах, желающие, чтобы все было идеально, раздавали указания, все служанки и помощники суетились, выполняя свои обязанности. Но в этой шумной атмосфере невозможно было обращаться со всеми гостями идеально, серьезный начальник, вероятно, упал бы в обморок от такого.

Если все авантюристы будут требовать такого же обращения, как и у аристократов, им понадобится, по крайней мере, трое слуг, чтобы те заботились о еде, душе и смене одежды. Даже самая крупная гостиница Майхамы во всей "Лиге свободных городов Истала" не смогла бы осилить это.

В глазах дворян простой уклад жизни авантюристов был поразителен. Более продвинутые дворяне упростили бы свою повседневную жизнь на этот период наподобие авантюристов. Так все самые высокомерные и экстравагантные аристократы стали более благоразумными в этот праздничный период, слуги и горничные вздыхали с облегчением.

Фестиваль в честь подписания договоров, в котором были задействованы и дворяне, и крестьяне, и торговцы, и ремесленники, и даже фермеры, приближался к своей кульминации.

Под изящную музыку оркестра в "Замке Золушки" в зале начался грандиозный бал.

Этот зал был просторнее, чем в "Древнем Дворце Вечного Льда", и освещен бесчисленными свечами и магическим светом, созданным призывателями. В этом балу принимало участие более 200 дворян, торговых мастодонтов и авантюристов.

Герцог Сержед Корвен объявил об открытии бала после небольшой речи, и участников поприветствовала более громкая и чистая музыка.

Но теперь здесь также были и авантюристы, рыцари и принцессы немного мешкались из-за них, но первой в зал решилась выйти Лейнессия в сопровождении Красти.

Молодой герой Акибы, который спас "Лигу свободных городов Истала" от угрозы гоблинов, Красти, и внучка клана Корвенов, которая возглавляла "Лигу свободных городов Истала", Лейнессия. Эта пара вызывало любопытство толпы одними только своими именами. Вся экспедиция началась после того, как Лейнессия приехала в Акибу с просьбой о помощи, авантюристы были тронуты ее искренностью и согласились взяться за оружие с ответной праведностью в их сердцах, эти события, как рассказы о героях, навечно запишут их имена в историю.

Ходили слухи о том, что Красти бросил вызов генералу гоблинов один на один и победил его, но вопреки слухам, он выглядел рассудительным молодым человеком. Его спокойное лицо с очками не выражало никаких признаков беспокойства, его рост соответствовал титулу рыцаря, но у него не было того вялого и тяжкого впечатления, которое обычно присутствовало у крепкого и рослого рыцаря. Красти в своем шикарном костюме был похож на дворянина.

Лейнессия, напротив, имела репутацию самой красивой принцессы во всей "Лиге свободных городов Истала". На ней было вечернее платье, цвет которого менялся от светло-голубого до светло-фиолетового, с тонкой вышивкой, сделанной серебряными нитями.

Узор на ее плечах выглядел сдержанным, разреза на груди и спине хватало, чтобы привлекать внимание мужчин и подчеркивать ее красивую тонкую лебединую шею.

Они вышли на середину зала, вызвав одобрительный ропот и вздохи толпы. Это была изящная картина, которую можно было встретить только в поэмах.

-Вы пойдете со мной, мастер?

Сидя на втором этаже, окно которого выходило в зал, Сироэ попивал чай из черных роз.

На Акацуки было то же самое красивое платье, что и в "Древнем Дворце Вечного Льда", вероятно, по совету Генриетты.

Жемчужное платье было таким же, как и в прошлый раз, но сегодня на ней была полупрозрачная сине-фиолетовая шаль. Светлая повязка подчеркивала черные шелковистые волосы Акацуки.

- Не сегодня, Красти-сан играет здесь главную роль, я тут надолго не задержусь... Я так устал.

Акацуки тихо подсела рядом с Сироэ.

На балконе стоял маленький столик и несколько стульев, и вокруг никого не было. Обычно здесь отдыхали дворяне, но сейчас тут были и авантюристы, и у слуг не было времени следить за этим местом, поскольку они были заняты проведением бала, который был похож на фестиваль.

Отсюда Сироэ мог ясно видеть всех в зале.

Оркестр с людьми в одинаковых костюмах был занят игрой; богатые торговцы и пожилые дворяне забились в угол, чтобы насладиться банкетом; авантюристы немного нервничали; Люди Земли смело общались с рыцарями и торговцами в грубой манере.

На этом балу рассказывалось много историй, Красти и Лейнессия вышли на середину зала и затанцевали, как распустившиеся цветы.

Акацуки, внимательно наблюдавшая за происходящим, повернулась и посмотрела Сироэ прямо в глаза. Она выглядела так, будто собиралась что-то сказать, но молчала, словно боялась. Она выглядела такой потерянной и встревоженной, что заставило Сироэ успокоиться и расслабиться.

- Вам смешно, мастер?

- Никак нет.

- Да, вы смеетесь.

Сироэ еще не раз отрицал это, в то время как Акацуки продолжала упорствовать, но внезапно она извинилась перед ним мягким тоном.

- На этот раз я не очень вам помогала, если не считать сражения.

- Это не так, Акацуки.

Слова Акацуки ошеломили Сироэ, в течение этого месяца, с тех пор как они посетили собрание дворян, Акацуки всегда был рядом с ним. Она ходила на разведку и верно выполняла свои обязанности телохранителя. Они вдвоем также посетили библиотеку Регана и немного приоткрыли завес тайны этого мира.

Сироэ напомнил ей это, но Акацуки все еще выглядела подавленной.

(Как трудно выразить свою благодарность.)

Сироэ просто хотел создать и защитить свой дом, а эта тихая молодая девушка всегда помогала ему осуществлять его мечты. До Сироэ дошло, он немедленно приподнялся из-за стола.

- Давай потанцуем.

- А?

Сироэ встал и протянул руку маленькой девушке, смотревшей на него со стула. Из зала снизу раздались аплодисменты, и заиграла другая мелодия.

Яркий свет зала освещал балкон второго этажа снизу.

- Мастер, это... потанцевать?..

- Ты ведь умеешь, верно?

Сироэ взял ее за руку и помог подняться.

Сироэ вспомнил ту ночь, когда Акацуки упражнялась в ритме во дворе дворца. Движения давались ей трудно, но они не были похожи на боевые приемы, они были танцевальными, которым Генриетта учила Сироэ.

Тихая девушка, примерно его возраста, но выглядевшая совсем еще юной, втайне училась танцевать на прохладном ночном ветру, повторяя одни и те же движения, пока они не стали частью ее, отражая настойчивую натуру Акацуки.

Сироэ был единственным во всем мире, кто об этом знал.

- Мастер, вы же будете смеяться надо мной.

- Я сам новичок, не буду я смеяться.

На темном и узком балконе второго этажа два члена гильдии "Летописи горизонта" неловко затанцевали под вальс, доносящийся из зала.

Неуклюжий танец двоих людей, немного нервничавших из-за друг друга...

Красти и Лейнессия танцевали под вальс в ярко освещенном зале.

В глазах Лейнессия Красти был большим тигром.

Красти был похож на возвышающуюся над городом стену. Ведя свою партнершу в точном и элегантном танце, сейчас он был совсем не похож на того генерала экспедиции.

Судья тоже соглашался с тем, что он был ласковым и красивым молодым человеком (Лейнессия слышала об этом от служанок), но, увидев его на поле боя, Лейнессия хотела сказать только одно: "его глаза - это шедевр, написанный красками."

(Он - тигр! Этот человек - настоящий тигр!)

Для рыцаря он был довольно худым... Кто-то один раз приметил это. Но это было, только потому что Красти был очень высок и издали казался стройным. Его руки так плотно обвивали ее талию, что она чувствовали его сильные руки и мощную грудь. Он принадлежал к другому типу людей, в отличие от Лейнессии... или точнее, к типу существ.

- Что не так, принцесса?

- Ничего, Красти-сама.

Лейнессия состроила гримасу, похожая для окружающих дворян и авантюристов на улыбку, и ответила низким и печальным голосом.

Красти тоже старался говорить тише, но так как зал был наполнен музыкой и другими разговорами, он не должен был беспокоиться, что их разговор могут подслушать.

Люди могли понять, о чем они говорят, по губам, но они определенно будут судить об этом как о дружеском взаимодействии, судя по их выражению лиц и обстановке.

Лейнессия понимала, что для служанок, живущих без романтики, их разговор может быть истолкован как перешептывание влюбленных, она уже знала о подобных слухах.

- Возмутительно...

- Что именно?

Самым возмутительным было то, что Красти не отрицал этих слухов. Она могла проигнорировать его отрицание, но вот его равнодушное отношение сильно расстраивало ее, она не могла вынести, что Красти воспринимал все это так спокойно.

- Ничего.

- Похоже, у вас плохое настроение.

"Это твоя вина, что мне приходится говорить это и показывать такое отношение", - сказала Лейнессия в своем сердце. Но она застыла от удивления, когда она сказал дальше: "в любом случае, это действительно моя вина."

(Он и правда может читать мои мысли! И в его голосе нет ни капли сожаления!)

Лейнессия вздохнула, подумав о будущем.

Ее дед оставался спокойным, после составления договора между "Лигой свободных городов Истала" и Советом круглого стола. Договор был подписан на равных условиях.

Когда Восток Ямато находился под угрозой уничтожения гоблинами, Лейнессия одна обратилась к авантюристам за помощью. Лига свободных городов Истала относилась к ним с большим уважением и благодарностью, но они не были чем-то обязаны авантюристам.

Дедушка очень ясно дал понять это Лейнессии.

(Проще говоря, я должна буду сама вернуть свой долг авантюристам...)

На праздничной церемонии к авантюристам относились как к почетным гостям, но Лига свободных городов Истала не оплачивала расходов на эту войну, что заставило Лейнессию побледнеть, когда она услышала об этом.

Когда Лейнессия произнесла речь в Акибе, она надеялась, что найдутся добровольцы, которые ей помогут. Она ожидала, что Лига свободных городов Истала окажет хоть какую-нибудь поддержку или выразит благодарность, но они так ничего и не сделали для авантюристов, которые пострадали в экспедиции.

Размышляя над этими тревожными вещами, Лейнессия благодаря многолетним тренировкам продолжала грациозно танцевать.

Шаг вправо, еще два шага вправо.

Четверть оборота, шаг влево, поднять руки и нежно прикоснуться к пальцам Красти.

Ровное звучание флейты, сладко-горький звук скрипки, Красти и Лейнессия танцевали под завораживающую мелодию, растворяющей их в себе.

- Вам не хочется?

- Вовсе нет...

Чтобы унять толпу, Лейнессию послали в качестве посла. В дворянской культуре женщины могли занять политические посты уже только за свою красоту, даже если у них не было никаких навыков и знаний в этой области.

По словам ее деда, Лейнессия пересекла этот барьер по собственной инициативе, так что не было необходимости беспокоиться об этом. Лейнессия станет представителем посольства в Акибе, ей придется всю жизнь бегать между посольством и замком Золушки.

"... Так как это твой долг, ты должна вернуть его авантюристам, согласно правилам этикета, правильно?"

Сурово сказал ей ее дед, герцог Сергид, хотя глаза его смеялись. Для него это было очень редким явлением, но это всё, что он мог сделать для Лейнессии.

Лейнессия впала в еще большую депрессию, когда подумала об этом.

- Трехразовое питание и дневной сон.

- А?

- Трехразовое питание и дневной сон, - сказал Красти неприятным и смиренным голосом.

- Вы же будете послом в Акибе, верно? Акиба сильно разовьется в будущем, дворяне захотят создать канцелярию или место для переговоров, поэтому я понимаю, почему они выбрали для этого Акибу. Эффект будет максимальным... Но авантюристов вроде нас не очень интересует повседневная жизнь дворян, так что число чаепитий или банкетов будет очень небольшим. И поскольку в такой город приезжает сама принцесса, я чувствую, что вы будете наслаждаться затворнической жизнью с трехразовым питанием и дневным сном.

Неожиданный намек Красти наполнил грудь Лейнессии надеждой.

Может быть, это именно то, о чем она мечтала?

Оставить родителей, перестать жить под их надзором, это приблизит ее к мечте "жить 3 дня лениво, не принимая душ".

- Думаю, что 3 дня это в самый раз, - Красти, словно прочитавший ее мысли, заставил Лейнессию покраснеть.

С этим презренным чудовищем было так трудно обращаться, что она в ярости сжала обе ладони, но для Красти это было как хватка птички.

Для других эта сцена показывала, как украшенный молодой рыцарь, ведущий прекрасную принцессу в танце, нежно шептался с ней, и его любовные слова заставили печальную принцессу покраснеть.

Но слухи могут и не совпадать с реальностью, и даже если слухи верны, иногда между ними нет никакой логической связи, поэтому детали знают только те, кто непосредственно принимал в этом участие.

- Я могу, наконец, вернуться к своей распутной жизни, так ведь, Красти-сама?

- Трудно сказать, принцесса. Похоже, вы готовы пойти на саморазрушение?

Они так и продолжали язвить друг над другом. Они были как соперниками, так и союзниками, танцующими под музыку, которая знаменовала наступление мира.

Часть 1.

Бог создал мир за 6 дней, а на 7-й день он отдыхал. Это означало, что даже Богу нужен отпуск. Сироэ считал, что в этом отношении люди должны следовать за Богом.

Сделайте перерыв после работы.

В противном случае у людей были бы проблемы.

Это было здравым смыслом.

Не было необходимости отказываться от этой истины только потому, что они были Авантюристами, или из-за Катастрофы.

Сироэ дулся, потому что в последнее время был слишком занят.

Не то чтобы товарищи по гильдии в Лог Горизонт издевались над ним. Фактически, Нянта, Наоцугу, Акацуки и даже новые члены Минори, Тоя, Исузу и Рунделхаус хотели помочь Сироэ. Но объем работы Совета круглого стола был слишком большим.

(Нет, думать над отвратительно.)

Эти задачи не были результатом коварного преследования или злоупотребления властью.

Возможно.

Но ответ кроется в самом Сироэ.

Совет Круглого стола рассматривал Сироэ как «боевого тактика с невероятной дальновидностью», и он признал, что это правильное описание. Но даже если Сироэ это признал, у него не было гениального интеллекта или выдающихся талантов. Сироэ оценил, что он был средним по способностям.

Сироэ считал себя типичным подготовителем. Он думал, что его талант заключается в сборе информации до событий, анализе и наблюдении, а затем в написании правильного сценария с учетом любых изменений во время его выполнения.

Эти типы не были редкостью. К этому типу принадлежали примерно все игроки, которые проверили прохождение игры перед запуском. Это был просто робкий способ поведения, но Сироэ обладал уникальной чертой. Он не был доволен чтением прохождения игры - ему пришлось написать его самому. Эта характеристика должна быть обусловлена скорее любопытством, чем робостью.

Поскольку он не уверен в себе, он приложит усилия, чтобы подготовиться. Если кто-то что-то попросит у него, он предпримет дальнейшие приготовления. Сироэ был из тех, кого невольно выбирали на важные должности, хотя он не любил помогать другим.

Робость часто воспринималась как слабость, но в случае Сироэ это было не так. Когда он играл боевого тактика, крайняя осторожность была не слабостью, а силой.

Хотя это было правдой только тогда, когда у них было достаточно рабочей силы. Прямо сейчас Сироэ, который боролся один, не мог вздохнуть из-за большой нагрузки.

Этот альтернативный мир был предметом огромных исследований Сироэ.

Лучше было иметь больше информации, но круг информации, которую он хотел собрать, был очень широк. Объем информации о прохождении, накопленной миром Элдер Тэйлс за двадцать лет, был огромен. И после перехода в этот альтернативный мир их стало в десять раз больше. Более того, это не был стационарный мир, это был мир, который эволюционировал каждую секунду, поскольку вещи взаимодействовали друг с другом.

Сироэ попытался расставить приоритеты и исследовать необходимые данные. Ему не хватало кадров и финансов, но он мог собирать публичную информацию через Совет круглого стола. У него даже был установленный бюджет. Его эффективность в сборе разведданных сейчас была намного лучше, чем сразу после Катастрофы.

Даже в этом случае данные, которые он хотел или в которых был нужен, были слишком колоссальными, он не мог избавиться от чувства беспокойства.

Сироэ начал собирать данные об этом мире не только из собственного любопытства. Возвращаться ли в первоначальный мир или отказаться от него, ему все равно нужно будет сначала жить в этом мире. Это было единогласное мнение всех авантюристов Акибы.

Информация может быть спасательным кругом во многих ситуациях.

Подобно тому, как человеку нужна карта для навигации по океанам, Совету круглого стола нужна информация об этом мире. Если бы вы не понимали, что происходит, вы не смогли бы принять правильное решение.

Следовательно, Сироэ считал сбор и анализ данных официальным делом.

Как одному из 11 гильдмастеров в Совете Круглого стола, ему нужно было проводить много времени, просто занимаясь ежедневным общением и выполняя задания. Просмотр документов тоже занял много времени. Если бы это была крупная гильдия, такая как Д.Д.Д. или Океаническая Система, было бы много талантливых сотрудников, которые помогали бы и поддерживали гильдмастера.

В каком-то смысле это было то же самое, что иметь команду секретарей, поддерживающих Мичитаку или Красти в их административных обязанностях. Даже если бы он не был на уровне секретаря, наличие надежных товарищей, которые помогут вам проанализировать и дать обратную связь, было бы неоценимым.

Но в Лог Горизонте было всего восемь участников, включая двух новых, поэтому Сироэ не ожидал, что кто-то всегда будет рядом, чтобы помогать ему в его административных обязанностях. Самым искусным человеком в административных вопросах, кроме Сироэ, была Минори, но Минори все еще проходила обучение. Если она поможет Сироэ, ее разрыв в уровне с Тоей, Исузу и Рундельхаусом станет больше, поэтому он не может слишком часто просить ее о помощи.

В результате Сироэ был раздавлен горами административных форм и документов.

«Ух, я не могу закончить это!»

Сироэ вздохнул, глядя на стопки бумаги. Может быть, в его природе нести ответственность за все, но это не значит, что он не унывает. Все это время пребывание в помещении привело его в депрессию.

Сироэ выглянул в окно.

Это окно было всего лишь квадратным отверстием в стене несколько дней назад, но теперь здесь были установлены оконные рамы и парусиновые шторы.

Был полдень, а на улице шел дождь.

Осенний дождь, обрушившийся на город, был тонким, как серебряные нити. Падая на каждый лист древних деревьев Акибы, он мочил землю и издавал мирный звук.

Эта сцена была безмятежной, нежной и красивой.

Когда Элдер Тэйлс была просто игрой, погода в разных зонах менялась случайным образом в соответствии с игровой механикой. Это было очень красиво по сравнению с другими играми, но по сравнению с блестящими серебряными нитями, падающими сейчас в Акибу, это было просто красиво по игровым стандартам.

Сироэ чувствовал, что сцены в этом мире во всех отношениях лучше, чем в старой Японии.

Хотя все они были дождевыми, у каждого из них был свой стиль, например, грозовые дожди летом после обеда или туманный дождь осенью.

Живя в Японии, с ее развитой транспортной системой, где все службы доставки могли продемонстрировать свою скорость, Сироэ мог видеть такие сезонные пейзажи только по NHK, японскому международному телеканалу. Поэтому для него одна только погода была похожа на законченный сериал эпической драмы.

Он открыл холщовый занавес и увидел город, который, казалось, был покрыт белыми линиями, которые непрерывно шли от земли до неба. Был октябрь, так что еще не было слишком холодно, но постепенно начинал наступать холод. Он видел, как люди по всему городу игнорируют дождь и авантюристов, которые использовали этот шанс, чтобы убрать свои здания.

Со времени Войны Песчаного Листа прошло два месяца, но кампания по зачистке продвигалась медленно.

Нет, этап очистки уже прошел. Теперь им следует подумать о том, как укрепить свои отношения с «Лигой восточных городов свободы», организацией, состоящей из местных. Это было подтверждено в отчетах, полученных Сироэ. По данным разведки, количество мелких стычек уменьшилось, а вопросы, связанные с транспортировкой ресурсов и торговлей, постепенно увеличивались. На этом этапе он должен подпадать под юрисдикцию торговых гильдий.

Свидетельство тому - грандиозные приготовления к празднику Весов.

Сироэ, наконец, почувствовал тяжесть на своих плечах, когда подумал об этом.

... Но это было только одним из его бремени.

Теперь Сироэ беспокоили новости из других регионов. У него не было лишней энергии, чтобы иметь дело с Акибой, поэтому он намеренно игнорировал их некоторое время, но они достигли стадии, когда он больше не мог их игнорировать. Данные из его источников были сопоставлены, и контрмеры приняты. Но после сбора дополнительной информации он понял, что произошли серьезные изменения. Нет, можно сказать, что изменения были слишком резкими.

(Я думал, что это могло случиться, но всё получилось так, другие области настоящие ...)

Сироэ расслабился и прислонился к своему плетеному стулу, глядя в потолок.

Карты, цифры и отчеты мелькали в его голове.

Япония, которая была воссоздана в половину ее первоначального размера с помощью проекта Половина-Гайи ... Это место, известное как Архипелаг Полумесяца, Ямато, состояло из пяти городов игроков. Акиба, в которой жили Сироэ и другие, Сибуя, Минами, Сусукино и Накасу были известны как 5 крупных городов и были базовыми городами для игроков в Элдер Тэйлс.

Когда Элдер Тэйлс еще была MMO-игрой, эти города были связаны устройствами, называемыми межгородскими транспортными вратами, которые позволяли мгновенно перемещаться между городами. Это создавало ощущение, что города находятся близко друг к другу, но, поскольку ворота в настоящее время не работают, время, необходимое для перемещения между городами, увеличилось. В этом мире, где монстры свободно бродят, путешествовать стало рискованно, что привело к снижению взаимодействия между городами.

Прошло 5 месяцев после Катастрофы.

Акиба, где жили Сироэ и другие, претерпел серьезные изменения. Со стороны все выглядело так же, но образ жизни Авантюристов и отношения с другими людьми претерпели серьёзные изменения. С их взаимодействием с местными, а также с «Лигой Восточных Городов Свободы», не должно быть никого, кто думал, что это просто игра.

У всех в этом мире были равные шансы пережить эти 5 месяцев времени, поэтому Сироэ подумал, что другие места изменились бы так же, как и Акиба.

Но на изменение Акибы повлиял Сироэ. Сироэ знал об усилиях, необходимых для изменения этого города. Если бы это было так, то другие города тоже могли бы попасть под влияние «чьей-то воли», верно? Сироэ почувствовал, как его сердце становится тяжелым, когда он думал об этом «завещании».

Сибуя изменился меньше всего.

Сибуя занимал особое место среди 5 городов-игроков.

Проще говоря, Сибуя был самым новым городом, который был основан. Он был добавлен, чтобы разогнать огромное количество игроков в Акибе. Сибуя, созданный с этой целью, зависел от междугородних транспортных врат. Поскольку врата не функционировали, город был практически парализован.

Следовательно, почти все авантюристы, живущие в Сибуе, переехали в Акибу. Сибуя использовалась очень немногими игроками, вроде вилл Акибы в соседних сельских районах.

Сусукино развивалось, как и ожидал Сироэ. После катастрофы безопасность города ухудшилась до точки невозврата. Из-за этого он стал городом беззакония. Авантюристы, которые хотели уйти, в основном преуспели за последние несколько месяцев.

Серара была начинающей авантюристкой, но ей все же удалось скрыть следы и успешно сбежать. Это произошло благодаря спасательной операции Сироэ. Вскоре после этого Совет круглого стола разослал несколько экспедиционных команд в течение определенного периода времени для эвакуации всех, кто хотел покинуть Сусукино.

Сусукино, который, казалось, потерпел поражение как город игроков, все еще имел более 200 авантюристов. Их не оставили позади команды экспедиции, но вместо этого они решили остаться в опасной среде Сусукино по собственному желанию. Кроме того, у Акибы и Минами было несколько авантюристов, которые добровольно перебрались в Сусукино.

В мире Элдер Тэйлс, который превратился в реальность, казалось, был некоторый спрос на «беззаконие». Сусукино превратился в город, в котором меньшинство Авантюристов правило большинством местных...

Сироэ не почувствовал в этом зла. Нет, вообще не чувствовать зла было неправильно, это было просто неочевидно. Сироэ почувствовал страх.

Сироэ отстаивал права народа страны в Совете за круглым столом по двум причинам.

Во-первых, это проблема выживания. Число местных было в десять раз больше Авантюристов. Почти все расходные ингредиенты, ресурсы этого мира, были произведены местными. Если бы они управляли местными железным кулаком, возникли бы трения и конфликты с местными. Вне зависимости от того, выиграют они или проиграют, им придется заплатить высокую цену. Защита прав местных была способом защиты их собственных прав. Он не был основан на идеалах прав человека, но был основан на идее выгод и потерь.

Вторая причина - страх.

Сироэ все еще отчетливо помнил местных в деревне, которую он посетил на обратном пути из Сусукино. Сироэ впервые почувствовал, что местные были людьми в этой деревне. Он мог почувствовать их теплоту, историю, индивидуальность и намерения и впервые увидел в них «людей».

Поработить разумного человека было ужасно для Сироэ, получившего стандартное японское образование. Это было слишком большим табу, игнорировавшими причины - злом и моралью - и отказ от эмоций страха. Он боялся стать рабом, но мысль о том, чтобы владеть рабами и управлять ими, была просто отталкивающей.

Холод, который Сироэ почувствовал от Сусукино, был сделан из той же ткани.

Но в Сусукино было всего пара сотен авантюристов, и такие мелкие происшествия еще можно было решать.

(Но проблема в другом ...)

Положение Минами было ...

Это намного превосходит ожидания Сироэ и развивается с невероятной скоростью.

Часть 2.

— Си ... роэ ... сама!

Сироэ, задумавшись, услышал трогательный голос, который казался укоризненным с намеком на благодарность.

— Пожалуйста, возьми себя в руки. Ты правильно питаешься? Что насчет сна? Э, похоже, ты снова весь день просидел, сидя.

— Я правильно ем и хорошо сплю, всего 2 часа назад ходил в столовую, — небрежно ответил Сироэ, вставая, чтобы забрать коробку с файлами у Генриетты.

Сильные физические способности авантюристов основывались на игровой статистике, поэтому особой разницы в силе между двумя полами не было. Нет, по сравнению с Сироэ из класса магов, Генриетта из оружейного класса, вероятно, была вдвое сильнее.

Но видя Генриетту в мини-юбке в секретарском стиле и куртке с корсажем, Сироэ не мог вынести того, что она несла столько стопок коробок.

Сироэ повернулся, оставив коробку на столе.

— Не стоит беспокоить вас этим, я приду, если вы свяжетесь со мной телепатией.

— Э ... Думаю, вы правы ... Но я слышал, что Сироэ-сама так усердно работал, поэтому я подумал о том, чтобы зайти в гости ... об этом ...

— Если ты ищешь Акацуки, она скоро вернется.

— Ах, фу-фу-фу, это не то, что ты думаешь.

Сироэ вздохнул с облегчением, когда Генриетта покраснела.

Знаменитый бухгалтер, гордость Альянса Полумесяца, Генриетта, отвечавшая за финансы, часто навещала Сироэ. Главой гильдии Альянса Полумесяца была Мариэль, но всеми операциями руководила Генриетта, ее административные способности были выше всяких похвал. Вместо Сироэ, который тратил свое время на исследования и любопытство, вклад Генриетты в Совет круглого стола был гораздо более значительным.

— Эх, это ...

— Праздник Весов.

Сироэ взял файл, как Генриетта объяснила со стороны.

Октябрь. С каждым дождем воздух становился все холоднее, но бодрость Акибы оставалась теплой. С нормализацией отношений с «Лигой Восточных Городов Свободы» произошло больше коммерческих обменов, стимулирующих процветание производственных гильдий.

Еда, одежда, машины, лекарства, органические материалы и различные товары импортировались и экспортировались с поразительной скоростью. Акиба теперь была городом, который сосредоточился на реэкспорте после обработки материалов. Авантюристы могли собирать основные предметы, такие как пищевые ингредиенты и минералы, но было легче получить их оптом, покупая их у местных.

Местные, особенно знать и торговцы, имели большой спрос на товары, сделанные авантюристами. Им было очень интересно узнать секреты их производства и они были очень активны во всех видах торговли.

По мере того, как производственные гильдии становились более оживленными, боевые гильдии также получали свою долю прибыли. «Проект анализа кольца фей», начатый в прошлом месяце, привел к тому, что было выдано множество квестов, что увеличило количество игроков, покидающих город для выполнения миссий.

В этой ситуации неожиданным проектом, который начался, стал Фестиваль Весов. Это событие, которого ждали авантюристы Акибы, было праздником, который отмечал весь город.

Когда Элдер Тэйлс была игрой, помимо событий, установленных разработчиками, было также множество неофициальных мероприятий, организованных самими игроками.

Были всевозможные мероприятия, от целого города до мегасобытий, охватывающих весь сервер. К сожалению, после Катастрофы не было никаких новостей о таких действиях, так как ни у кого не было лишних сил. Но поскольку через 5 месяцев жизнь стабилизировалась, всем следует с нетерпением ждать этой оживленной деятельности и через некоторое время избавиться от чувства беспокойства. Сироэ понял это.

Но вместо того, чтобы готовиться к Фестивалю Весов, Сироэ был завален разного рода административной работой, поэтому он не знал деталей. Он лишь бегло просмотрел документ, который был разослан всем мастерам гильдии, и имел очень приблизительное представление.

Это была торговая деятельность, которая должна была состояться в Акибе несколько дней спустя, так он думал.

— Как там комитет по связям?

— Чарасин-сан много работает, я снимаю перед ним шляпу, подготовка идет гладко.

Генриетта, которая укладывала файлы спиной к Сироэ, ответила.

— Как и ожидалось от рекламного агентства.

Этим проектом руководили производственные гильдии и Комитет по связям с производственной гильдией.

С образованием Совета круглого стола появилось множество новых изобретений, которые привели к буму в экономике Акибы. Круглый стол обсуждал вопросы, касающиеся этих новых изобретений, но, наконец, достиг своих пределов. Совет круглого стола был руководящей организацией, которая определяла общее направление, в котором должен двигаться Акиба, он не мог продолжать заниматься торговыми спорами или жалобами.

Практические проблемы, связанные с предметами и доставкой, не требовалось строго решать 11 мастерам гильдии, поэтому они решили создать специальный отдел.

Это был «Комитет по связям с производственной гильдией».

«Комитет по связям с производственной гильдией» располагался на 2 уровня ниже конференц-зала Совета круглого стола в здании гильдии и работал круглосуточно и без выходных. Он был укомплектован авантюристами, которым нечем было заняться, и это был непринужденный и добрый комитет. В комиссии по связям царила атмосфера между конференц-залом и офисом, куда любой мог прийти в любое время.

Благодаря их политике возрождения небольших гильдий, это место стало местом встречи гильдий с небольшими залами гильдий. Мичитака из Океанической Системы и Родрик из Команды Родрика рассматривали это место как тренировочную площадку для будущих лидеров.

Большая доска объявлений была заполнена всевозможными запросами, такими как покупка ресурсов, обмен предметов или обмен информацией. Они также могли найти новые товары и деловых партнеров, шумный и оживленный городской общественный центр. Это был просто комитет по связям, и ему не хватало серьезности Совета круглого стола.

«Комитет по связям с производственной гильдией» был организатором фестиваля Весов.

Альянс Полумесяца был одной из небольших гильдий, входивших в Совет Круглого стола, и у них было много дел. У Генриетты было больше работы в «Комитете по связям с производственной гильдией», чем в последнее время в Совете за круглым столом.

— Будет ли участвовать Альянс Полумесяца?

— Конечно. Наш кузнец будет продавать короткие мечи на блошином рынке, Альянс Полумесяца тоже вернётся. Серара также усердно работает над этим, поскольку у новых детей не было возможности его съесть. Но главным событием станет показ мод.

— Показ мод?

— Да, вы не знали?

— Нет, я слышал об этом ...

Идея фестиваля Весов началась с того, что кто-то предложил: «Давай проведем выставку товаров, хорошо?» в «комитете по связям с производственной гильдией».

Первое, чего желали Авантюристы, пришедшие в этот альтернативный мир, - это нормальная еда и напитки. Когда это было решено, следующим было увеличение спроса на улучшенные условия жизни и модную одежду ...

В прошлом, когда это была игра, ваша резиденция была просто местом, где вы выходили из системы. Мебель была просто декорацией для украшения вашего личного пространства, она была прекрасна, но лишена функциональности.

То же было и с одеждой. Среди корпораций, принимавших участие в разработке Элдер Тэйлс, С.Р.Ф (Сеть Развлечений Фудзими) была агентством по разработке с хорошей репутацией в области дизайна (подходит для культуры отаку в Японии), но они не учитывали функциональность, когда создавали свой дизайн. Они даже не включали нижнее белье как часть предметов, которые авантюристы могли создать в игре.

Но это неудобство недавно было устранено. Авантюристы проявили изобретательность и каждый день придумывали новые изобретения.

Но жители Акибы могут пропустить информацию о непопулярных вещах. Единственный способ получить информацию о новых изобретениях - это случайно, из уст в уста или через периодические рекламные листовки.

Предложение о проведении выставки товаров было начато таким образом, и после долгих обсуждений они будут проводить показ мод, выставку нижнего белья, продуктовый рынок и выставочный склад для новых изобретений. Спрос на выставку большего количества экспонатов рос.

У большинства гильдий был хотя бы один продукт, про который они могли сказать: «Мы лучшие!» и настоятельно порекомендовать и показать его более широкой аудитории.

— "Раз уж это так, давайте устроим фестиваль, посвященный выставкам!" — Так решили 2 недели назад.

Эти обсуждения проходили в «Комитете по связям с производственной гильдией», но половина жителей Акибы принадлежала к производственным гильдиям, поэтому новости распространились по городу, как лесной пожар.

Все участники производственной гильдии были участниками, поэтому чистые туристы составляли меньшинство. Если быть точным, этому критерию будут соответствовать только посетители из-за пределов города.

Итак, экспоненты были еще и покупателями, как на школьном фестивале культуры.

Сироэ сосредоточился на использовании Совета Круглого стола как на способе сбора информации извне и пренебрегал новостями в городе. «Пренебрежение» было основано на стандартах Сироэ, его знания о том, что происходило в городе, были намного выше, чем у обычных жителей Акибы. Проще говоря, знания, которыми он обладал, не соответствовали его стандартам тактического уровня.

Сироэ знал историю начала фестиваля и понимал, что выставка подстегнет экономику (они просто хотели повеселиться под предлогом работы).

Организатором фестиваля выступил не Совет круглого стола, а работающий при нем комитет по связям. Чарасин из ТЦ «8-й район» был надежным руководителем этой деятельности.

Это было причиной того, что Сироэ решил не участвовать напрямую и оставил их в покое.

— Сироэ-сама.

— Хм?

— Как дела у Исузу-чан? — сказала Генриетта, когда Сироэ аккуратно разложил файлы.

— Ах, ах, ммм… Я как раз собирался поговорить с ней как следует на днях, но я был занят, и это выскользнуло из моей головы.

— Сироэ-сама - хороший друг Альянса Полумесяца, поэтому, пожалуйста, не сдерживайтесь. Но Серара беспокоилась о том, как у нее дела.

— Да, у нее все хорошо, и она идет в ногу с ежедневными тренировками. Она загорела летом, потому что единственное, что хорошо в этом месте - это то, что оно просторное.

Субъектом темы была Исузу, молодая женщина-бард, которая перешла из Альянса Полумесяца в Лог Горизонт. Эта юная девушка с веснушками присоединилась к Лог Горизонту вместе с Рундельхаусом.

Маг Рундельхаус и бард Исузу, они были двумя новейшими дополнениями к Лог Горизонту с тех пор, как Тоя и Минори вошли в гильдию. Передача прошла гладко после мирного обсуждения между двумя мастерами гильдии. Исузу, как и Минори, тоже была новичком, заключенным в мерзкую гильдию Хамелин. Ее время в Альянсе Полумесяца было коротким, и с переходом не возникло особых проблем.

Лог Горизонт и Альянс Полумесяца всегда действовали как сестринские гильдии, часто проводя тренировки для новичков или создавая вместе рейдерские группы. Несмотря на то, что Серара беспокоилась об Исузу, они все равно встречались каждые 3 дня.

— Сироэ-сама не выходил все лето, — укоризненно сказала Генриетта.

Это была правда, поэтому Сироэ не мог сказать ничего, чтобы защитить себя. Генриетта была одним из основных членов Альянса Полумесяца, имела такие же роли советника, как Сироэ, а также вела счета в Альянсе Полумесяца. Должно быть, она занята, но Минори и другие сказали, что она иногда показывала свое лицо во время тренировок для начинающих и активно участвовала в них. Слова Генриетты были довольно резкими для ушей Сироэ.

— ... Я размышляю над этим.

— Хорошо, пожалуйста, взгляните на это.

Генриетта передала что-то вроде рекламного проспекта. Копии таких печатных материалов могли быть продублированы с помощью подкласса летописца Сироэ. Оригинал, должно быть, был написан от руки, но сделать копии было несложно.

Сироэ грубо просмотрел его, Акиба, похоже, устроила несколько выставочных площадок по всему городу.

В основном это была мода и еда, но были также доспехи, оружие и мебель из стали или дерева. Накануне фестиваля мероприятия начались послезавтра, а сам фестиваль продлился 2 дня.

(Обед и вечеринка после фестиваля ...)

Сироэ подтвердил даты события, и это совпало с возвращением шпиона. Шпион должен иметь возможность легко пробираться к толпе во время фестиваля, но для защиты их отчетов потребуются некоторые усилия.

(Мы не можем совершать безрассудные движения во время фестиваля, думаю, нам нужно подождать ...)

Даже если бы он захотел собрать больше данных, разведданные, которые они могли бы собрать во время фестиваля, были бы ненадежными.

— В самом деле, почему вы корчите такое лицо ... Поскольку Сироэ-сама размышляет о своих действиях, вы должны сказать что-нибудь, правильно?

— А?

— Например, используйте этот фестиваль как шанс укрепить отношения с друзьями в Лог Горизонте.

Сироэ был ошеломлен ее словами на мгновение, но она была права, и это была хорошая идея. Он должен быть в порядке, делая это время от времени.

— Я буду... также.

Генриетта покачала тонким пальцем. Ее действия в сочетании с очками в тонкой оправе придавали ей манящий вид озорной, как у старшей сестры.

— Лог Горизонт - один из представителей Совета круглого стола, пожалуйста, внесите свой вклад, чтобы сделать это мероприятие ярким.

— А ... Я справлюсь с этим должным образом.

— И это обещание, хорошо?

Генриетта сообщила с улыбкой.

— И Акацуки-чан, и Минори-чан очень милые, я с нетерпением жду этого. Боже, правда ... Просто представьте, что это может позволить мне жить без еды. Как говорится, «Не хлебом единым жив человек, но они могут вынести большинство невзгод с хлебом и воображением». Боже мой ...

Генриетта, которая крутила свое тело руками по щекам, выглядела ужасно. Сироэ не мог отправить своих драгоценных членов гильдии на неопределенную смерть, поэтому ему нужно было узнать подробности этого «обещания».

— Чем они могут помочь?

— Все очень просто, им просто нужно помочь с продажей выставки зимней одежды.

Быть продавщицей не значит быть очень милой, верно?

Сироэ просмотрел чертежи будущего плана Генриетты и в глубине души извинился перед членами своей гильдии, думая, как он может это исправить.

Часть 3.

Рейнезия была одета в удобную повседневную одежду и сидела на диване, наслаждаясь своим маленьким ланч-боксом с красивыми рисунками. Это был обычный ланч-бокс на вынос в Акибе.

(Это вкусно...)

Каникулы, которых она с нетерпением ждала.

Даже когда Рейнезия погрузилась в это чувство сладости, ее гибкое женское тело все еще дрожало, когда она вспоминала свою недавнюю сокрушительную нагрузку на работе. Рейнезия тяжело вздохнула и опустила плечи. Да, ее обманули. Обворожительный Красти.

Ее заманили сладкие разговоры о «трехразовом питании с дневным сном». Она сожалела о своих необдуманных действиях.

Это было очевидно, если подумать.

Авантюристы были ключом к влиянию на мир. Дворяне из «Лиги городов Востока», которую возглавлял ее дед, также знали об этом и пытались завербовать и использовать их в политических и военных целях. Причина, по которой Рейнезия произнесла свою речь на собрании знати, заключалась в том, что она не могла выносить их отношения и поведения.

Тогда она так усердно работала, чтобы защитить свою родину, а не заставлять Авантюристов одновременно соглашаться с их умышленными и грубыми требованиями.

В некотором смысле усилия Рейнезии принесли свои плоды. Благодаря доброте Совета круглого стола и справедливости авантюристов, ее родина Майхама и «Восточная Лига городов свободы» были спасены.

После того, как война в Песчаном Листе закончилась, ситуация вернулась к прежней. Нет, с авантюристами, показывающими свою мощь аристократам, последующее развитие было гораздо более конкретным.

Авантюристы продемонстрировали не только свою военную доблесть, но и свои передовые технологии, экономику и единство. С их демонстрацией силы ни одна знать не имела никаких амбиций по завоеванию Акибы и старалась углубить свои отношения с Авантюристами, чтобы увеличить свою прибыль за счет налогов.

Рейнезия видела столько примеров за этот месяц, что это ее раздражало.

Рейнезия взяла на себя роль посла в Акибе по приказу своего деда ... ее положение было чем-то средним между ограничением свободы и обучением боевым искусствам. Она также была первым постоянным послом от «Лиги городов Востока», который координировал отношения между двумя группами.

Она часто получала приглашения от Совета круглого стола на такие мероприятия, как церемонии, а также участвовала в балах как дворянка. Благодаря ее безупречному женскому образованию, эти собрания для нее ничего не значили (хотя и были неприятными), но проблемы заключались в другом.

Например, кланы, сосредоточенные на бизнесе, которые Искатели приключений называли «производственными гильдиями», приходили к ней и спрашивали ее мнение по вопросам бизнеса. С другой стороны, купцы и знать из «Лиги городов Востока» также просили ее познакомить их с влиятельными людьми в Акибе.

Ей нужно было тщательно изучить детали, прежде чем обрабатывать такие запросы, иначе возникнут проблемы, если она потеряет свою репутацию.

Если бы она отклонила их все, не было бы неудач, но была просьба, которую она не могла отклонить в социальном мире. Даже если она происходила из самого влиятельного герцогства на северо-востоке Ямато, она была не главой семьи, а просто внучкой, поэтому не все шло так, как она хотела.

При этом она была поражена отсутствию схем в действиях Авантюристов. В их глазах Рейнезия была прямым потомком одного из двух герцогств Ямато. Даже если им было любопытно и они относились к ней с уважением, они не думали, что должны пресмыкаться у ее ног.

Они подошли к Рейнезии как к местной, чтобы понять, как местные могут понимать или относиться к вещам, а не для того, чтобы использовать ее положение в своих интересах.

Вероятно, они считали себя могущественными авантюристами, и даже если Рейнезия была дворянкой, в конце концов, она была просто местной. Вот что чувствовала Рейнезия.

С точки зрения Рейнезии, это ее огорчило.

Она была счастлива, что толпа не относилась к ней как к аристократке и считала ее другим человеком, но эта радость и боль были обеими сторонами одной медали.

Она была счастлива быть обычной местной, но ей было больно, что она была бессильным дворянином.

(Но давайте пока проигнорируем это ...)

Этот тип эмоций был подобен ловушке.

Чтобы выполнить просьбу, достоинство и ограничения знати, ей нужно было узнать больше о Авантюристах и Акибе. Не только она, местные в целом мало знали о Авантюристах, даже о дворянах. Они считали, что понимают друг друга, потому что у них общий язык, но в их образе жизни и культуре был большой разрыв. В процессе торговли или помощи возникли бы конфликты, если бы они не обладали минимальным объемом знаний, что случалось много раз.

Если бы она не давала советы аристократам и торговцам, а только помогала бы знакомить их с авантюристами и производственными гильдиями, в один прекрасный день это могло бы вызвать серьезные проблемы.

С другой стороны, проблемы с Авантюристами заставляли Рейнезию мрачно себя чувствовать. Авантюристы были очень практичны и хотели получить практическую информацию. Все авантюристы были умными и образованными, общение с ними заставляло ее чувствовать, что она и ее страна невежественны.

(Потому что я не с военными, потому что я не бюрократ, потому что я не мужчина ...)

Рейнезия не вступала в контакт с дипломатическими проблемами, с которыми сталкивался ее клан Герцогства по разным причинам, и она думала, что это очевидно. Но ее разговоры с Авантюристами заставили ее понять, что она даже не знает, что едят горожане на улице или фермеры, где они живут. Что их заинтересует, что сделает их счастливыми или грустными.

Это было приемлемо, если она не знала о Авантюристах, но она также не знала жизней и сердец своих граждан, это заставляло Рейнезию осознать, какое позорное оправдание для благородства она использовала.

Чтобы серьезно заняться просьбами знати и авантюристов, ей нужно было накопить массу знаний и тщательно их исследовать. Это сделало ее настолько занятой, что слова «трехразовое питание с дневным сном» исчезли без следа.

— Вуу ... Это никогда не кончится.

Хуже всего было то, что у этого типа знаний не было границ. Даже если подумать о блестящем плане, совете или согласовании, не было никакой гарантии, что это лучший способ.

Если бы она обдумала это или исследовала еще больше, могла бы быть еще лучшая идея. Или, если спланировать более тщательно, она могла бы избежать худшего исхода. Эти сомнения держались в ее голове 24 часа в сутки, даже Рейнезия, признавшаяся по своей природе ленивой, не могла срезать углы.

Элисса прочитала ей лекцию, когда она упала в обморок из-за того, что слишком внимательно изучила книги. Она не помнила содержания своих проповедей, но было приятно иметь 3 дня на восстановление.

— Все, я ничего не буду делать!

Рейнезия элегантно наслаждалась обедом с ее миниатюрным ртом.

Тушеные овощи, холодные блюда и коричневый предмет, известный как стейк мини-гамбургер. Это был обед, в котором смешались западный и японский стили.

С точки зрения аристократов, посуда, упакованная в коробочку, была вульгарной и убогой, но Рейнезии она очень понравилась. Даже если обеденный стол был заполнен жареным мясом, тушеным мясом и жареным мясом, она не могла доедать их и предпочитала хлеб и фрукты. Ее внешность, подобная этой, описывалась как нежная и неземная, от чего у нее болела голова.

Для сравнения, этот небольшой ланч-бокс на вынос был для нее успокаивающим обедом. Блюда после революции нельзя было сравнивать с прежними, она уже не могла вспомнить свою дореволюционную диету.

Соленые огурцы и рис, которые любили есть Авантюристы, заинтриговали ее, а сладкий омлет, который она любила, был восхитительным. После окончания работы Райнезия осторожно закрыла крышку коробки и положила вилку сверху. Она все еще пыталась научиться пользоваться кухонными палочками для еды.

"Можно мне чаю Элисса?"

В комнате было прохладно и тихо.

Находясь в этой комнате, как птица в гнезде, и наслаждаясь едой, никого не беспокоя, какие еще экстравагантные вещи она могла пожелать? Рейнезия чувствовала, что ничто не могло сравниться с этим.

Может быть, Рейнезия думала, что наслаждается развратным моментом. Ее обучали с юности, хотя она и не была одета в двухкомпонентное бархатное платье, но все же могла красиво носить свою одежду с чувством достоинства и грации. Она могла подумать, что демонстрирует ленивую сторону себя, но ее повседневное платье из льна и шифона все еще подходило для прогулок в глазах Авантюристов.

Ее красивая внешность, известная как зимняя роза Истала, была такой же, как обычно. Ее повседневная одежда и ее сонная улыбка во время еды выглядели мило и соответствовали ее возрасту.

Некоторая придирчивая горничная могла сказать: «Ваше платье и ваше отношение возмутительны», но Рейнезия была полна решимости не допустить, чтобы этот трехдневный период восстановления был напрасным.

Она должна делать все возможное, чтобы быть ленивой, чтобы наверстать упущенное в последнее время.

Во всем виноват монстр, пожирающий мозги, Красти. Она так закончила, потому что лживый рыцарь с прорезями вместо глаз обманул ее.

Рейнезия взяла чай, поставленный перед ее столом, и почувствовала пар своим лицом, думая о том, как она была занята. Все ее суставы онемели от комфорта, от глубокого чувства удовлетворения от еды и сна, сколько она хотела.

Время ее сна недавно сократилось, и это можно было описать только как жестокую пытку.

— На самом деле, я была так занята из-за этого обворожительного монстра ... Мне нужно, чтобы он когда-нибудь осознал разницу в наших властных отношениях.

Как только Рейнезия счастливо вздохнула, наслаждаясь ароматом своего чая, раздался голос, которого здесь быть не должно.

— Я очень хорошо осведомлен об этих отношениях, поэтому не нужно беспокоить принцессу, чтобы научить меня.

Красти, сидевший на кушетке справа от Рейнезии, ответил без промедления.

Его туника, окрашенная слоями коричневого цвета, как осенние листья, подходила к его черному пальто. Его одежда подходила для прогулки с ощущением осени, придавая Красти освежающий образ.

Крепкий рыцарь с широкой и сильной верхней частью тела, похожей на гигантского воина, его сильные конечности были длинными и пропорциональными. Так что, если бы он ходил по улице в повседневной одежде, это не производило бы впечатление гиганта, контуры его лица имели академический вид ученого или исследователя. Его внешний вид сохранял ощущение опрятности и чистоты, без каких-либо слабых мест. Вы не смогли бы найти ничего, даже если бы попытались.

Зловещая атмосфера, которую он создавал на поле битвы, делала его похожим на гигантского воина, но на улице он выглядел так нежно и тихо, что это определенно было грязной игрой.

Появление Красти в невозможное время заставило Рейнезию неоднократно открывать и закрывать рот в знак протеста.

— Ах ах ах ах!

— Это нормально, если ты хочешь кричать или ерзать, но тебе, вероятно, стоит отложить это, — спокойно сказал Красти, забирая керамическую чайную чашку из рук Рейнезии. Его спокойное отношение заставило Рейнезию приливать к голове, и она не могла нормально думать.

— Почему, почему!

Она не могла собраться с мыслями. (Почему вы здесь? Кто дал вам разрешение? Разве вторжение в личную комнату дамы (это был офис, поэтому это описание было немного неверным) возмутительно?) Вопросы, которые приходили вместе с ее гневом, неоднократно возникали и исчезали.

Рейнезия сбежала, подползла к краю дивана. Она отошла максимум на метр. Учитывая длину рук Красти, этого было недостаточно, но она упадет, если пойдет дальше.

— Что ... Что за ...

— Если вы спрашиваете о времени, скоро должно быть 10.

— Как...

— Элисса-сан впустила меня, не сказав ни слова.

— Почему, почему, почему ...

— Я слышал, что ты поправляешься, поэтому я пришел сюда, чтобы побеспокоить тебя.

Рейнезия потеряла дар речи.

(Он сказал, чтобы побеспокоить. Этот монстр сказал, что пришел сюда, чтобы изводить меня с серьезным лицом!)

— ... ах.

— Вы говорите, что это розыгрыш?

— Простите мою наглость. Вокруг не было других дворян, поэтому я по ошибке прикусил язык. Я здесь, чтобы навестить принцессу Рейнезию, которая занята работой, и подбодрить вас.

Красти пил чай из такой же чашки, как и у Рейнезии, и ответил неторопливо и спокойно. Казалось, эти слова украшены ложью, и им нельзя доверять.

Рейнезия сохраняла оборонительную позу, дрожа (психологически) в углу дивана. Она могла слышать, как Элисса предупреждала ее в своем уме: «Принцесса Майхамы, гордость Истала, не может вести себя так неприлично», но даже если бы Элисса сказала это ей прямо сейчас, она не знала бы, что делать.

— В любом случае, на этом шутка заканчивается.

— Э ...

— ... Как проходит Праздник Весов? — небрежно спросил Красти, и Рейнезия поняла, что это настоящая тема на сегодня.

Праздник Весов - это праздник, в котором участвовал весь город Акиба. Рейнезия знала, что это праздник мира и процветания для города. Они будут выставлять всевозможные предметы для обмена или продажи. Не было бы никаких религиозных обрядов для духов или богов. Как ни крути, это была обычная городская ярмарка, сильно отличающаяся от фестиваля, о котором знала Райнезия. Но обычным явлением будет то, что люди собираются вместе, чтобы повеселиться, по крайней мере, так говорилось в отчете.

Фестиваль Весов, на который собрались многие авантюристы по делам, должен привлечь к себе множество бизнесменов из местных. Рейнезия уже получила такие письма с просьбой представить им Авантюристов.

— Да, это нормально.

— Так занята, так утомительна, такая большая ответственность.

Он снова прочитал мысли. Рейнезия была напугана, но постепенно привыкала к этому. Она умоляла в своем сердце «пожалуйста, не делай этого», что было определенно передано ему, но он не проявил милосердия.

Но, несмотря на чувство страха, ей нравилось разговаривать с Красти. Он мог видеть насквозь вещи, которые Рейнезии было трудно сказать или которые он хотел бы заметить.

— Я ... делаю свою работу правильно

— Да, возможно.

Рейнезия слегка отомстила, но он просто отмахнулся от этого предложением.

Похоже, монстр, читающий мысли, не мог сказать, сколько усилий приложила Рейнезия и насколько это было сложно.

— ...

— Что это такое?

— Ничего.

Рейнезия отвернулась и приняла игнорирующую позицию, не обращая внимания на джентльмена с выражением скуки на лице. (Это акт нападения. Меня не соблазнит сладкая речь Красти.) Рейнезия собралась с силами, когда она в спешке отвела взгляд на Красти. Фырканье было слишком грубым, поэтому она не стала этого делать (она не помнила, чтобы когда-либо делала это).

— Подготовка к званому обеду идет гладко. Не волнуйтесь, я все делаю правильно.

Слова Рейнезии удивили Красти. Похоже, он думал, что Рейнезия бесполезна. «Если ты так думаешь, не бросай мне работу, хорошо?» — подумала Рейнезия.

— ... Ага, вы имеете в виду званый обед, устроенный принцессой?

Похоже, он просто забыл об этом.

Этот монстр приводил в ярость.

Обед во второй вечер был организован Рейнезией. «Организовать» здесь означало быть подставным лицом, Рейнезия не могла помочь с точки зрения подготовительной работы и повара.

Обязанность Рейнезии заключалась в том, чтобы присутствовать на этом званом обеде как хозяин и развлекать гостей, управляя заведением как хозяин. Даже такой уровень званого обеда в Акибе был проще и менее формален, чем многие из званых обедов, которые Рейнезия посещала раньше.

Авантюристам не нравился лицемерный этикет.

Это понимание медленно изменилось за месяц, который Рейнезия провела в Акибе.

Им не очень не нравился этикет, они просто не видели в нем смысла. Поскольку не было никакого смысла в том, что они не хотели учиться, значит, они не знали сложного этикета.

Авантюристам очень не хватало знаний об этом мире и обществе местных. Рейнезия чувствовала, что в этом отношении они были как младенцы.

(Но чувство должно быть взаимным ...)

- подумала Рейнезия.

Рейнезия работала с Авантюристами ближе, чем другие местные, но, обсуждая между собой, Рейнезия не могла угнаться за половиной их тем. Во-первых, она не понимала их технических терминов, поэтому не понимала половины того, что они говорили. Та часть, которую она действительно поняла, сбила ее с толку относительно того, почему у них были такие возмутительные мысли.

Авантюристы даже не знали понятия дворян и крестьян.

Из приведенного выше примера вы могли сказать, что обеим сторонам еще предстоит пройти долгий путь.

Но в будущем они смогут закрыть этот пробел.

По крайней мере, Рейнезия так думала.

Причина, по которой это был званый обед, а не банкет, была основана на той же причине.

На банкетах приглашенные гости рассаживались на ужин в соответствии с их статусом. Хозяйка Рейнезия будет отвечать за все мероприятия, включая приготовление блюд для встречи гостей.

Обед принял форму, о которой местные не слышали, это было похоже на банкет, но это была другая форма обеда. Были бы всевозможные блюда, которые бы подавали к столу и периодически пополняли. Для гостей не было фиксированных мест, и они стояли и обедали, как на танцевальной вечеринке.

Совет Круглого стола был руководящим органом и был очень важен, но для того, чтобы Авантюристы приняли его как друзей, было важно взаимодействовать с самыми разными людьми. Поскольку авантюристы не любили различать дворян и крестьян, ей нужно было относиться ко всем как к дворянам.

С учетом этой мысли Рейнезия обратилась к Совету круглого стола с просьбой о помощи в организации этого грандиозного обеда.

Это был ее способ показать свою искренность, благодарность и признательность за Войну Песчаного Листа.

Война Песчаного Листа 2 месяца назад все еще имела длительные последствия в этом мире, но операция по зачистке наконец завершилась. Рейнезия приветствовала Фестиваль Весов с этим чувством в своем сердце.

Красти, вероятно, собирался под каким-нибудь предлогом свалить на нее больше работы, но на этот раз ее не обманут. Рейнезия собралась с духом и отвернулась.

Наконец-то ей было дано время покоя (а также вкусная еда в Акибе), чего бы она ни хотела избежать работы или вовлечения в неприятные дела.

Но неожиданно Красти не упомянул ни о какой работе (что всегда казалось легким на первый взгляд) или проблемных вопросах после долгого времени и просто тихонько попил чай.

Время в комнате шло неспешно.

(О чем думает этот монстр ...)

Поскольку Рейнезия волновалась, время продолжало идти медленно.

Воздух, к которому, казалось, примешивался зевок, сопровождался сонливостью. Звук подготовки к фестивалю издалека походил на шум приливов. Монотонный звук часов казался какой-то злой магией, уводящей ее в сон.

Рейнезия планировала провести весь день в изумлении, так что это не было проблемой. Кушетка была такой мягкой и удобной, что ей хотелось провести так полдня. Эта часть шла по плану, но проблема заключалась в Красти.

Даже если Рейнезия и была дворянином с предприимчивым сердцем, она не могла продолжать ошеломлять рядом с мужчиной.

Рейнезия тихо и осторожно взглянула на Красти, он поставил чашку на стол и смотрел в окно на улицу, которая, казалось, таяла в осеннем солнечном свете.

Такой красивый профиль. У нынешнего Красти не было того злобного и убийственного вида, который он имел, сражаясь с гоблинами.

(Теперь, когда я думаю об этом, он чудовище, поэтому он может видеть все ваши мысли.)

Рейнезия почувствовала себя расслабленной, как будто она только что изгнала демона, овладевшего ее сердцем.

Немножко.

Примерно на расстоянии 2 ладоней.

Рейнезия подошла ближе к центру дивана.

Расстояние между ними сократилось совсем немного, но э

того было достаточно, чтобы 2 Рейнези могли сесть между ними.

Красти пожал плечами, не сказав ни слова, и продолжал долго наслаждаться чаем на диване.

Часть 4.

— Я закончил складывать их!

— Да, здесь то же самое.

Раздавались веселые голоса, сообщавшие купцам, что приготовление закончилось.

— Ты готов, Руди?

— Роджер, мисс Исузу.

Светлые волосы, голубые глаза и очаровательное лицо, красивый юноша Рундельхус ответил Исузу, засовывая карту и мелкие предметы в свой рюкзак.

Исузу уже закончила собирать свои вещи, ей просто нужно было встать и стряхнуть пыль с талии, и все готово.

В этом альтернативном мире занятия на свежем воздухе действительно относились к отдыху на свежем воздухе. «Просто поход в круглосуточный магазин» ... таких ощущений не было. Даже внутри города Акиба было полно руин и развалин, это была зона, где древние деревья так процветали, что это был практически лес. Более того, когда вы покинули город, дикая природа и круг человеческой цивилизации объединились в конфликте и слиянии.

Мода авантюристов обычно была яркой и элегантной, но это было только из-за их сверхчеловеческой выносливости и их особой способности к автоматической очистке.

Исузу думала, что аккуратным фрикам ... как девушкам, которые вложили много эффекта в рисование ногтей, здесь будет очень тяжело.

К счастью, Исузу не была одержима чистотой до такой степени, она была из тех, кто не прочь немного испачкаться на работе.

Транспортировка музыкальных инструментов была тяжелым делом, длительное выступление требовало много сил. Духовой инструмент, которым Исузу не владела, требовал определенного уровня мощности легких, чтобы играть, контрабас, на котором сосредоточилась Исузу, весил более 10 кг.

Духовой оркестр был культурной организацией, но больше походил на спортивный кружок.

(Кроме того, я была деревенской девушкой.)

Она пожала плечами, закончив свой монолог в глубине души. Когда наступит весна, на ферме, окружающей ее школу, будут квакать жабы.

Исузу была бардом с веснушками на лице и яркими глазами. Она носила легкие кожаные доспехи и заплетала свои длинные волосы косой. Она несла на спине двуручное копье, которое не подходило для бардов, но это был ее стиль боя.

Прошло 3 месяца с тех пор, как она покинула гильдию Хамелин, которая притесняла новичков. Она привыкла к жизни авантюриста и жила мирно каждый день.

Так что она не чувствовала никакого давления даже во время такого отдыха в лесу. Ей нравилось сидеть прямо на стволе дерева, и она не беспокоилась о том, что пачкала ягодицы, она думала, что она не из того типа «девушки».

Несмотря на это, партнер Исузу по-прежнему относился к ней как к «девушке».

— Мисс Исузу? Здесь.

Как только Исузу собирался сесть на лошадь, Рундельхаус предложил протянуть руку и помочь подтолкнуть Исузу к лошади. Затем он ловко сел на лошадь с сердечным настроением, которое совсем не раздражало.

— Что это, мисс Исузу?

Молодой человек, повернувшийся к Исузу с удивленным выражением лица, был Кодексом Рундельхауса.

Он был местным и авантюристом. Это звучало противоречиво, но это делало его особенным и уникальным человеком в этом мире.

Светлые волосы, голубые глаза с классными чертами лица, прямо как у принца из манги сёдзё. С намеком на наивный характер, присущим только сыновьям из богатых семей, его глаза были полны гордости и силы.

Но он был слишком классным, что заставило Исузу видеть в нем «щенячьего юношу, похожего на золотистого ретривера». У этого юноши был приятный нрав.

— Всё хорошо, сэр и леди Авантюристы?

— Да, конечно, все в порядке, — ответила Исузу.

Спрашивающим был местный, ведущий торговый караван к Акибе. Если они ушли сейчас, то должны прийти вечером.

Исузу и Рундельхаус, которые встретили этот торговый караван утром, выходя на тренировку и выращивание монстров, теперь сопровождали их в Акибу.

В настоящее время они находились на высоком побережье 8 каналов, что соответствует порту Кейхин возле реки Тамагава на Земле.

До этой зоны можно было добраться за 2,5 часа на лошадях, уникальных для искателей приключений, место, которое Исузу и Рундельхаус любили посещать, хотя их причины были разными.

Рундельхаус, который был бескомпромиссен в обучении, практиковался сам, помимо набегов с членами своей гильдии. Подойдет любое место, будь то медитация или многократная практика новых заклинаний. Но для повышения его контроля и точности наиболее подходящим партнером для спарринга ... были монстры.

Находясь рядом с Акибой и имея монстров, с которыми можно играть в одиночку, эта зона стала идеальной тренировочной площадкой. Для Рунделхауса высокое побережье 8-ми каналов было удобным местом для самообучения.

Исузу понравился этот прогулочный маршрут.

Она и ее храбрый пес ... Рундельхаус выбирал самые разные маршруты, когда выходил на прогулку. Но маршрут на Высокий берег 8 каналов пролегал вдоль береговой линии, у него были красивые пейзажи, и отсюда даже можно было увидеть океан, место действительно экстравагантное.

Поездка в один конец продолжительностью 2 часа была довольно далекой для прогулочного маршрута, но в тот период, когда все были заняты подготовкой к фестивалю, а боевые тренировки были в перерывах, это было хорошее место, чтобы убить время.

... Исузу не забывала, что их целью было тренировать боевую мощь Рундельхауса и ее самой. Лучшая защита в этом опасном мире - повышение уровня.

При повышении уровня вы не только изучаете новые навыки, но и увеличиваете свой HP и все виды защиты.

Урон, который вы получили от монстра, зависел не только от его силы атаки, но и от разницы его уровня с игроком. Обычно, чем выше разница в уровнях против монстра, тем меньше урона вы получите. Если вы тренировались в битвах и повышали свой уровень, это означало, что вы были в большей безопасности.

Исузу однажды чуть не потеряла Рундельхауса.

Она не хотела испытывать это снова.

Итак, они вышли рано утром и начали тренироваться (или гулять) в течение нескольких часов, прежде чем встретить этот торговый караван днем. Это был конвой из 5 конных экипажей с 20 жителями страны. Похоже, они пришли из Идзу и направлялись в Акибу. Торговый караван утверждал, что слышал новости о Фестивале Весов и собирался продавать свои товары и покупать любые товары, которые их интересовали.

Исузу и Рундельхаус некоторое время обсуждали.

В дикой открытой зоне существовал принцип для монстров, с которыми они встречались на разных территориях. Монстры в глубоком лесу и на холмах были сильнее, чем те, что снаружи, чем ближе вы подходили к человеческой цивилизации, тем меньше были монстры. Эта зона, которая находилась недалеко от города Акиба, была относительно безопасной.

Но это было для авантюристов.

Для местных каждое путешествие было чередой опасных событий. Исузу это понимала. Она слышала, как Рундельхаус говорит о Людях Страны, и знала, насколько беспомощны их жизни в этом мире, полном монстров.

После коротких споров они решили сопроводить этот караван до Акибы. Торговый караван мог добраться до Акибы даже без их сопровождения, но странствующие торговцы всегда были очень осторожны.

Это заняло бы всего полдня, а на обратном пути они просто замедляли темп. Они могли продолжить свое обучение, сопровождая конвой, уничтожая любых монстров, с которыми они сталкивались. Исузу и Рундельхаус предложили помощь после рассмотрения этих моментов.

Местные сначала колебались, но с радостью приняли, когда узнали, что им просто нужно угостить их едой в качестве награды.

(Так что они сомневаются в этой части.)

Исузу было немного грустно, но он решил не думать об этом, потому что ничего не поделаешь.

В глазах местных Авантюристы были существом, которое было так близко, но так далеко. Местные в Акибе привыкли жить с Авантюристами, но для тех, кто жил в сельской местности, Авантюристы были подобны инопланетным существам. Рундельхаус снова и снова напоминал Исузу об этом.

Торговый караван продолжал движение по пологим холмам под ярким осенним солнцем. Шум, издаваемый каретой, был неожиданно громким. В деревянной повозке не было подушек или амортизаторов, и она отражала неровную поверхность земли своим дребезжащим звуком.

Достаточно было просто прислушаться к этому звуку, чтобы подумать, что она может развалиться в любой момент, но казалось, что она сделан из прочной конструкции. Тележка, усиленная стальными распорками во всех ключевых точках, медленно двигалась с полным грузом.

— Мистер Торговец, могу я спросить, что вы везете в карете? — мирно спросил Рундельхаус, когда они возвращались домой.

Лидер, сидевший на водительском сиденье, разговаривал с молодым человеком в грузовом отсеке, но он выглянул, когда услышал Рундельхауса.

— Авантюрист-сан, наши товары - в основном фрукты, такие как апельсины, кумкваты и оливки. Мы также привезли приправы и вино. Мы надеемся купить одежду и посуду для нашего путешествия.

— Это объясняет аромат!

Исузу несколько раз кивнула, услышав ответ.

Свежий сладкий аромат наполнил воздух вокруг вагона. В этом сезоне свежих фруктов было меньше, значит, это запах цукатов.

Авантюристы были в основном богатыми и щедрыми по сравнению с местными, поэтому они были отличными клиентами для бизнеса.

— Верно, это глазированные фрукты, которыми мы гордимся, я надеюсь, что жители Акибы получат от них удовольствие.

Рунделхаус кивнул, подтверждая деловую улыбку лидера.

— Кстати, за последние несколько дней я видел много торговцев.

— Конечно, это ведь осенний праздник!

Исузу подумала об этом после того, как возразила Рундельхаусу. Рундельхаус был молодым человеком, который был одержим идеей самосовершенствования и считал усердно тренировался в боевой магии своим обязательством. Сегодня они совершили долгую поездку на тренировку, но все могло пойти не так, если Рундельхаус продолжал так поступать ... Исузу была обеспокоена. Как опекун этого глупого, упрямого и прямолинейного молодого человека, остановить его безрассудные поступки было долгом Исузу.

(Руди тоже должен немного повеселиться!)

Поскольку это было решено, остальное было просто.

Исузу указала место, которое она хотела бы посетить. Фестиваль означал музыку, музыка - праздник. Было так много всего, что она хотела увидеть, и так много вещей, которые она хотела съесть. Она хотела пойти на концерт у костра, даже если ей придется тащить туда Рундельхауса с поводком на шее. Она слышала, что на концерте также были приглашены барды.

— Есть ли купцы путешествовать по морю?

— Да, есть. Недавно появились купцы Девятихвостые.

— ...Ах ах.

— Их положение успокоилось, так что можно безопасно путешествовать на корабле. Я слышал, что на этот раз купцы с запада прибудут по морю. С изобретением волшебного корабля их скорость теперь намного выше. Но обычные торговцы, такие как мы не имеют к этому никакого отношения.

Исузу сконцентрировалась на планировании расписания на вечер и не заметила болезненного выражения лица Рундельхауса. Но она не была виновата, поскольку Рундельхаус проявил сдержанность подросткового возраста и стер это выражение в мгновение ока, даже купец, разговаривавший с ним, не чувствовал ничего неуместного.

Сцена грандиозного взрыва, разрушающего конструкции и оставляющего обломки, идеально описывала юг Акибы. Пройдя через них, они смогут увидеть зелень вековых деревьев.

До Акибы оставалось еще несколько часов, но они могли видеть другие караваны или одинокого бизнесмена, идущего с привязанными к своей лошади товарами. Казалось, все бросились к Акибе.

Акиба проводила осенний фестиваль.

Двое сопровождающих сохраняли бдительность, пока караван направлялся в их родной город.

Часть 5.

— Я принесла ваше белье, милорд.

Акацуки распахнула дверь спиной.

(Я до сих пор не понимаю наших отношений лорд-ниндзя), — подумал Сироэ, помогая ей положить стопку возле стола. Комната Сироэ была просторной площадью 20 татами (32,4 м²) шириной. Единственное, что хорошо в доме гильдии Лог Горизонт - это огромное пространство. После нескольких реконструкций треть пространства на восточной стороне 2-го этажа использовалась Сироэ.

Объем информации на компьютере или даже на флэш-накопителе в старом мире был эквивалентен нескольким шкафам с файлами в этом мире. Как бы вы их ни организовали, поиск нужных данных по-прежнему был неэффективным, но это был единственный способ сопоставить информацию.

— Кажется, тебе нехорошо?

Акацуки смотрела снизу вверх, удивляя Сироэ. Эта миниатюрная и красивая девушка не подозревала о своих прелестях. Она всегда смотрела прямо перед собой, поэтому, когда Сироэ увидел ее большие, черные и блестящие глаза и губы, которые соблазнительно сверкали, как пудинг, лицом к лицу, его сердце колотилось, а эмоции становились неловкими.

(А недавно ...)

Раньше даже были признаки, но Акацуки научился подкрадываться к нему. Может быть, дело в ее маленьком росте или в ее способностях слежения и убийцы, она всегда появлялась в неожиданных местах, когда Сироэ отвлекался.

Даже не протягивая руки, он уже чувствовал тепло ее тела, просто немного согнувшись. Это расстояние доставляло Сироэ неудобство, но Акацуки, похоже, не возражала, поскольку она проявляла заботу о Сироэ, как какое-то маленькое животное.

— На самом деле, нет.

— Это так.

После ответа Акацуки не продолжила и начала складывать белье на софе. Это была повседневная одежда, которая высыхала после проветривания на этаже выше.

Доспехи и мантии, которыми экипированы Искатели приключений, обладают определенной прочностью. Они стали грязным и изношенным, так как получили повреждения, но после ремонта людьми соответствующего подкласса стали как новые, поэтому мыть их не пришлось.

Но авантюристы и местные недавно начали создавать предметы вручную. Они могли испачкаться и повредиться, но не могли быть отремонтированы с помощью игрового меню, поэтому их приходилось мыть вручную.

Белые рубашки, развевающиеся на веревке для белья, были неплохим зрелищем. Стирка была одним из самых популярных занятий среди участников Лог Горизонта.

Одежды было очень мало.

Вскоре они закончили складывать, работая вместе. Акацуки налила чай с черной розой в стакан и достала свою закуску дня, похожую на булочку с красной фасолью. Хлеб был основным продуктом питания в Ямато, поскольку повсюду выращивали пшеницу. В Ямато тоже был рис, но хлеб оставался дольше и не портился после выпечки. С появлением кулинарных исследований на рынке стали появляться все виды хлеба.

Новые продукты сначала были дорогими, но после того, как массовое производство началось, цены постепенно падали. Поскольку привычки потребителей не изменились, этот бизнес-феномен остался прежним в этом мире.

Цена на этот простой на вид красный бобовый хлеб сильно упала, но он все еще был сытным для закуски. Держа булочку левой рукой, Акацуки передала тарелку с оставшейся булочкой Сироэ.

— Это нормально?

— Мое угощение, надеюсь, мой господин оценит это.

Акацуки коротко ответила, Сироэ не знал, как отреагировать на ее приглашение.

Сироэ в последнее время не выходил на поле, так как он был занят административной работой в Совете круглого стола. У Акацуки, которая тренировалась с Минори и другими новичками, были лишние деньги, поэтому Сироэ не беспокоился о стоимости. Но как мастеру гильдии и молодому человеку, позволять маленькой девочке (мудрой внешности) лечить его, было неловко.

Сироэ также чувствовал, что это была детская гордость, но это была эмоциональная проблема, поэтому не было ничего страшного в том, что он проявил некоторую нерешительность. Но было бы плохо, если бы он отказался из гордости, поэтому Сироэ принял булочку с благодарностью.

Акацуки начала есть свою долю, когда Сироэ взял тарелку. Они сидели бок о бок на диване, расслабляя ноги и наслаждаясь сладкой пастой из красных бобов.

— ...

— Что такое Акацуки?

— Эх, это ...

Глаза Акацуки блуждали по комнате, когда она думала, как это сказать.

— Милорд, вы ...

— ...?

— Есть какие-нибудь планы на фестиваль?

— А?

Сироэ не знал, как отреагировать на ее вопрос.

Генриетта действительно просила его помочь с некоторыми вещами. А члены его гильдии могли забыть его лицо, если бы он все время оставался в своем офисе.

— Я буду помогать Генриетте-сан с некоторыми мероприятиями. Я слышал, что это показ мод ... похоже, ей нужно посетить несколько мест.

— Понятно ... Я не об этом спрашиваю.

— ...?

— Сироэ-сан!

Минори ворвалась в комнату, осторожно держа коричневый бумажный пакет обеими руками. Когда она обнаружила присутствие Акацуки, она немедленно остановилась.

Заикающаяся Минори была одета в свою любимую блузку с большим бантом и джинсовую юбку до колен. Девушка в модной одежде, которую обычно можно найти на улицах ответила Сироэ вопросительным взглядом, немного поколебавшись.

— Сироэ-сан, что касается завтрашнего фестиваля Весов, вы хотите пойти куда-нибудь вместе?

— Пойти?

— Неправильно, я имею в виду, ты хочешь поесть вместе?

Минори вручила ему листовку с яркими словами «Все, что ты можешь съесть пирожные». Сироэ не понял и обратился к Акацуки за объяснениями. Акацуки сделала серьезное выражение лица, держа идентичный флаер перед грудью.

— Ты ненавидишь сладкое, Сироэ-сан?

— Нет, не знаю.

— Я могу сказать это по тому, как вы ели булочку с красной фасолью.

Сироэ предпочитал еду с нужным количеством сладости.

— Давайте участвовать, милорд, за участие смешанных гендерных пар плата не взимается.

— Хочешь присоединиться к этому Сироэ-сан? Это бесплатно, хорошо? Бесплатно!

Согласно флаеру, правила для участия были: 1 мужчина и 1 женщина ... что означает смешанные гендерные пары, ограничение по времени составляло 45 минут, это было бесплатно, если вы заняли 8-е место, и две лучшие пары могли перейти к официальным соответствие.

(Итак, 4 на 1 человека ...)

Эта сумма должна быть несложной, но Сироэ чувствовал, что двое из них были ненормально увлечены этим. Он, должно быть, воображает разные вещи, но между ними, похоже, возникла некоторая враждебность. Сироэ был обеспокоен этим, но по некоторым причинам не решился спросить их напрямую.

(Ах, теперь, когда я думаю об этом, в прошлом ...)

Верно, так было и раньше.

Он вспомнил, что то же самое было и в «Сумасшедшем чаепитии». Игроки всегда выдвигали умышленные требования, причем главной виноватой была «она». Сироэ глубоко вздохнул, когда подумал об этом. Если бы у всех женщин была одна и та же природа (а это вполне возможно), было бы неразумно отказываться от них.

— Как насчет этого, Сироэ-сан ...

— Мой господин, мой господин!

Сироэ мог поднять свой белый флаг и сдаться только под давлением этих двух молодых девушек.

Часть 1.

Растерянная Минори стояла перед деревянным сундуком, в котором хранилась ее одежда.

Это не годится, это тоже неправильно. Она примеряла каждый наряд к своему телу, чтобы посмотреть, но ее безумное сердце чувствовало, что ни один из них не подойдет. Она не бросила одежду, а аккуратно сложила ее; это был просто стиль Минори. Однако ее психическое состояние было полностью истощено.

Минори могла участвовать в конкурсе по поеданию торта, поскольку Сироэ согласился, но ее целью не были бесплатные торты. Это все для Сироэ из Лог Горизонта.

(Этот выглядит немного по-детски, этот подходит Тое ... этот ... слишком простой ... Я не ищу рабочую одежду!)

Минори осторожно сложила зеленый комбинезон.

Это была ее личная комната.

Когда она была в Хамелине, ей приходилось делить общую комнату со многими другими, и это все еще казалось ей слишком экстравагантным.

Когда она присоединилась к Лог Горизонту, она хотела разделить комнату с Тоей, так как не хотела беспокоить остальных. Но Сироэ и Наоцугу сказали: «Здание большое, поэтому не стоит сдерживаться» и подготовили для нее эту комнату.

Было бы грубо сравнивать ее комнату в Хамелине с этой комнатой. Ветерок, дующий в окно, был одной из радостей Минори.

Убранство комнаты не было роскошным. Он был размером в 10 татами (16,2 м²), хотя это была отдельная комната, а пол и стены были деревянными. В этой большой комнате было мало предметов мебели; только несколько ящиков, кровать и журнальный столик.

Поскольку гильдия признала, что это ее комната, Минори могла украсить ее как угодно. Если бы она попросила об этом, все обязательно помогли бы ей переставить мебель и могли бы сделать что-нибудь для нее. Но по натуре Минори была экономной и скромной, поэтому не решалась покупать что-нибудь дорогое.

Ее доход был довольно роскошным для игрока среднего уровня.

Причиной тому было то, что она жила здесь и периодически выходила на охоту на монстров. Основная цель охоты заключалась в обучении совместной работе Минори, Тои, Рундельхауса и Исузу. Даже если это были тренировки, они все равно получали добычу за победу над монстрами.

Монстры животного происхождения оставляют после себя мясо или шкуры, а монстры интеллектуального типа сбрасывают снаряжение и ценные предметы. Было много наград за победы в битвах. Эти предметы были известны как «предметы выпадения»; большинство из них можно было обменять на золото или использовать в качестве ингредиентов для крафта.

Для Лог Горизонта ингредиенты, которые Нянта и Сироэ могли использовать в качестве повара или писца, будут храниться, а остальные будут продаваться за деньги.

Они тайно депонировали большие суммы своих доходов на счет гильдии. Они сделали это не потому, что кто-то предложил это, это было привычкой, которую молодежная группа (так называли себя низкоуровневые участники) выучила бессознательно, чтобы выразить свою признательность.

Но они не могли этого сделать, когда их вели Наоцугу и Ньянта. Деньги разделили всем поровну. По словам Ньянты: "получение соответствующей награды - это то, как вы развиваете профессионализм, ня». — Минори поняла, что он имел в виду, но не могла этого принять.

То же было и с ее товарищами; они чувствовали себя в долгу перед Сироэ и Лог Горизонт.

В этой гильдии также был повар Ньянта.

В настоящее время самыми большими расходами в Акибе были продукты питания.

Коммунальные платежи состояли из лампового масла, и половина игроков могла заменить его своей магией. Расходы на проживание, будь то плата за номер в отеле или плата за аренду зала гильдии, были на удивление дешевыми. Если действительно нужно, можно было разбить лагерь в бесчисленных руинах.

Итак, в Акибе основная часть расходов на жизнь приходилась на еду, поэтому коэффициент Энгеля авантюристов был ничтожным.

Большинство авантюристов тратили половину своего дохода на еду; соотношение было сопоставимо с жильем в старом мире.

Но благодаря тому, что Нянта готовила еду, участники Лог Горизонта по большей части могли избежать потери денег.

Даже если Минори и другие положили деньги на счет гильдии, это не означало, что у них не было сбережений. Минори накопила приличную сумму денег.

Так что еще оставалось место для дальнейших расходов.

Обставить ее комнату было легко ... но ей тоже нужно было сдерживать себя.

Этот мир изначально был игрой, поэтому в нем было огромное количество разнообразных предметов. Возьмем, к примеру, кровати. От простых деревянных рам до кроватей, вырезанных из слоновой кости или обсидиана, или кровати принцессы с балдахином, как произведение искусства, был широкий ассортимент дизайнов. Кровати создавались плотниками производственного подкласса, но по мере того, как они повышали свой уровень, они продолжали создавать кровати более высокого уровня, которые труднее было изготовить, которые они могли бы продать по более высокой цене. Таким образом, хотя у одной и той же кровати были разные разновидности, цена могла отличаться в сотни раз.

Существовали очень дорогие предметы, но если вы выбрали более дешевый вариант, мебель была не очень дорогой. Это было то, что было доступно, когда Элдер Тэйлс еще была игрой, поэтому это можно было сделать за 10 секунд, используя игровое меню. Фактором, влияющим на цену, была сложность получения материалов и уровень мастера. Время не было проблемой.

Кровати и гардеробы, сделанные из кедра или дуба, можно было купить за золото, эквивалентное 1 трапезе.

Но Минори купила только несколько деревянных сундуков для хранения, простую, но удобную кровать, журнальный столик, похожий на котацу, футон и несколько подушек.

Эта комната была очень простой.

Природа Минори не годилась для разорения.

Именно поэтому платья Минори были скроены, хорошо подогнаны, прочные и долговечные, и создают ощущение чистоты и опрятности, когда вы проходите мимо нее по улице. Носить это не было постыдным, но ... не привлекало внимания.

(Это не годится ...)

Минори надела на тело голубое платье, но оно было слишком детским. Она чувствовала, что эта одежда не подойдет Сироэ.

(Мне нужно купить платья получше ...)

Минори решилась и открыла сумочку. Кошелек в традиционном стиле принадлежал Минори. Когда этот мир был еще игрой, деньги были невесомыми и их можно было увидеть только на экране персонажа. Теперь их приходилось носить в кошельках, которые неожиданно стали популярными.

Целью Минори было восстановить репутацию Сироэ.

Вместо восстановления его репутации это было больше похоже на публичные выступления и пропаганду его имиджа.

Если честно, репутация Сироэ в Акибе была действительно плохой. Сироэ был одним из одиннадцати мастеров гильдии в Совете Круглого стола, поэтому теперь он стал более известным.

Совет круглого стола был создан по плану Сироэ. Об этом знали те, кто был хорошо осведомлен в Акибе. Проблема заключалась не в славе, а в том, почему он был знаменит.

Сироэ был персонажем тактического типа, и все с этим соглашались. Однако, получив прозвище «Монстр в очках», интриги и беспощадность распространились по всему городу.

Решающим ударом, похоже, стала речь Рейнезии.

В этой речи Сироэ выглядел так, словно издевался над Рейнезией. Образ Сироэ превратился в «компетентного, но холодного и беспощадного тактика».

Это огорчило Минори.

Сироэ был героем в глазах Минори.

Никто не знал о добром и нежном Сироэ. Минори считала, что очень мало игроков столь же нежных, как Сироэ.

Разве Сироэ не был единственным, кто пытался помочь новичкам, ограниченным Хамелином? Никто, кроме Сироэ, не хотел подойти и столкнуться с ситуацией, которую игнорировали все остальные.

Сироэ был героем в сердце Минори.

Минори было грустно, что так много людей неправильно поняли Сироэ. По логике вещей, это определенно оставило бы тень на будущей деятельности гильдии. Лог Горизонт была одной из многих маленьких гильдий в Акибе, и неизвестно, какой ущерб может нанести это негативное изображение.

По крайней мере, Минори знала, что Сироэ добр и нежен. Ей нравились все в Лог Горизонте, и теперь это был ее дом, поэтому она хотела развеять плохие слухи.

Этот фестиваль был шансом.

Сироэ пришлось взять на себя некоторую ответственность за странное отношение внешнего мира к нему.

Сироэ, который занимался планированием и исследованиями, не посещал профессиональные собрания, как лидеры производственных гильдий. У него также не было возможности взаимодействовать с другими игроками, такими как боевые гильдии и совершать набеги.

Мастера крупных гильдий относились к рекламе и найму как к официальной деятельности гильдии, по крайней мере, так слышала Минори. Даже игроки, которым не нравилось общаться с другими, без колебаний общались на публичных мероприятиях. Мастера гильдии обычно были дружелюбными и серьезными игроками.

Для сравнения, Сироэ не возражал против толпы, но он редко посещал такие мероприятия. Недавно он был похоронен на работе и все время оставался дома.

Таким образом, источником проблемы было то, что Сироэ недостаточно выходил на улицу, что можно было решить, представив Сироэ Акибе. Возьмем, к примеру, конкурс по поеданию торта; если они выиграют в конкурсе, их пригласят на грандиозный ужин в последний вечер фестиваля. Она слышала, что Акикуро (новости Акибы) тоже будет присутствовать, если все пойдет хорошо ...

Минори какое-то время фантазировала, но вернулась к реальности.

(Но, но, мы будем есть торт вместе, поэтому будет проблемой, если я оденусь слишком просто ...)

Обычно город не менял своего восприятия Сироэ, если он не решал серьезную проблему или не произносил трогательную речь. Но Минори оставалась оптимистичной.

(Сироэ-сан красив, так что это не проблема.)

Она удобно забыла, что это было ее личным мнением. Красивый Сироэ мог быть просто иллюзией молодой девушки.

В этот момент никто не думал, что правда о чувствах Минори была проблемой.

Никто не мог сказать, была ли эта эмоция вызвана доверием опекуна или слабым чувством тоски, или чем-то еще более конкретным.

Сама Минори не дала названия этому чувству в своем сердце.

Часть 2.

Акацуки знала о ее симптомах.

Она вернулась в свою комнату, как Минори, и молча села на татами, как украшение, но ее сердце было в хаосе.

Акацуки выглядела очень мило, сидя на своей подушке. Ее длинные черные блестящие волосы, ниспадающие позади нее вместе с ее миниатюрным телом, производили впечатление маленького престижного животного.

Какой бы маленькой она ни была, она все еще училась в колледже. Ее знания определенно превосходили ученика средней школы. Но то, что она не могла сказать, что у нее больше «опыта», расстроило Акацуки. Она осознавала отсутствие опыта, что еще больше усиливало ее панику.

(Почему я должна чувствовать давление со стороны ученика средней школы ...)

Акацуки корчилась в депрессии, обнимая свои колени.

Из-за отсутствия опыта в любви и ненужного комплекса неполноценности она не могла сохранять спокойствие в этой ситуации. Ее сдержанность не улучшилась с возрастом.

В конце концов, виноватым стал ее рост.

Акацуки вздохнула и вспомнила о прошлом, прикасаясь к своей челке.

Начальная школа была хорошей, она выглядела на свой возраст.

Затем она стала ученицей средней школы, которая все еще выглядела как ученица начальной школы.

Когда она перешла в старшую школу, она стала ученицей старшей школы, которая все еще выглядела как ученица начальной школы.

Когда она стала студенткой колледжа, ее наконец приняли за ученицу средней школы, но она потеряла все свои силы и волю, чтобы шутить над этим.

Акацуки думала, что у нее хорошая внешность, но у нее не было опыта любви. Мужчины, которые подходили к ней, что-то неправильно понимали и питали особый интерес. У нее не было никаких ожиданий от обычных свиданий в такой обстановке.

Кто-то признался ей раньше.

(Но это ...)

Акацуки разочаровывающе опустила плечи.

В тот год, когда ее приняли в колледж, мальчик из средней школы, который жил по соседству, признался ей, решив, что она была ученицей средней школы из другой зоны. Конечно, Акацуки отвергла его, но удар был настолько велик, что она потеряла сознание от болезни; это все еще оставило боль в ее сердце.

Даже тогда Акацуки не было необходимости вступать в отношения. В ее возрасте, конечно, интересовались отношениями мальчика и девочки, но она еще не дошла до того, что «подойдет любой, я хочу попробовать завязать отношения». Она также чувствовала себя глупо, не имея в виду каких-либо конкретных ожиданий.

Акацуки желала более разумных отношений, основанных на способностях, а не на внешности. К Акацуки относились больше как к талисману, куда бы она ни пошла, из-за ее милой внешности и небольшого роста. Даже ее младшая сестра относилась к ней как к младшей сестре дома.

Так что ей хотелось отношений партнеров, товарищей или коллег. Быть подчиненным или наставником тоже было хорошо; она стремилась к отношениям, в которых признавались бы сильные стороны друг друга и компенсировали слабости друг друга.

Потому что никто никогда не обращался с ней так.

По натуре она была трудолюбива и неустанно и искренне сосредоточивалась на поставленной цели. Но ее старания не получили должного признания из-за милой внешности. Это была причина, по которой она играла роль безмолвного убийцы в Элдер Тэйлс.

(Но это было только до Катастрофы.)

Этот ужасный инцидент все изменил.

Единственное хорошее, что произошло в этом адском и запутанном событии, - это встреча Сироэ. После Сироэ были Наоцугу и Нянта, а также гильдия, которую она теперь называла своим домом ... Лог Горизонт.

Акацуки впервые завела настоящих друзей в Элдер Тэйлс, ставшем альтернативным миром. Это были отношения, которые не высмеивали и не портили Акацуки из-за ее роста.

Но с ней все еще обращались как с талисманом.

Ее внешность была ее частью и не изменилась в будущем. С этим ничего нельзя было поделать, и она приняла это сейчас. Поскольку она понимала силу, способность могла быть подтверждена «зрением», как и внешностью.

Просто проверив экран статуса, можно было ясно увидеть силу ... «уровень» был Евангелием Акацуки.

Вы можете заслужить всеобщее уважение, просто искренне выполняя свою часть работы в команде. В этом мире может быть много ужасных или болезненных вещей, но Акацуки подумала, что это замечательно.

Сироэ подарил ей «Зелье сброса внешности» вскоре после того, как произошла Катастрофа, поэтому она обратилась к Сироэ «господин», чтобы выразить свою благодарность. Она хотела, чтобы ее сила была признана, и была готова взять на себя роль подчиненной, чтобы проявить себя.

Она не принимала никаких мыслей «Я помогу тебе бесплатно, раз уж ты маленькая девочка».

Но Сироэ был «господином» большим, чем она думала. Сироэ была щедрой, блестящей в тактике, дальновидностью, превышающей ее возможности, и сильной волей выбирать будущее. Акацуки была очень рада быть «партнером» Сироэ.

И если у Сироэ была слабость, то это его боевое мастерство.

Атака Сироэ была слишком слабой, чтобы закончить битву. Акацуки смогла помочь Сироэ в этом вопросе, и Сироэ, похоже, признал ее профессиональную игру.

Как человек, живущий в современном мире, Акацуки боялась сражаться с монстрами до смерти, но она выучила Кендо, когда была маленькой, так что это было препятствие, с которым она могла справиться. Признание за способность хорошо сражаться было лучше, чем постыдное чувство нигде не получить признания.

В глазах других она могла выглядеть как яростно преданный шиноби, но Акацуки подумала, что на то была веская причина, и это соответствовало ее цели ... Но скрытие своей застенчивости также сыграло большую роль в этом.

Ей не потребовалось много времени, чтобы ее чувства стали глубже вместе с доверием. Что спровоцировало это, когда это началось, Акацуки не знала. Когда она была рядом с Сироэ, она просто чувствовала щекотливое и комфортное пространство в своем сердце.

(Так это началось, когда мы катались на грифоне?)

Выражение ее лица расслабилось, когда она вспомнила, как ехала на грифоне.

Ощущение ускорения, как будто вы падаете в свободном падении, и острые ощущения от сильного ветра. Ее чувства, когда она цеплялась за спину Сироэ или оставалась в его объятиях, приносили ей огромное волнение и утешение.

Это мог быть эффект подвесного моста, но это было не важно. Акацуки почувствовала влечение к нему.

Она чувствовала бы себя счастливой, просто оставаясь рядом с Сироэ, она была настолько одержима, что серьезно практиковалась в сокрытии и бесшумной ходьбе.

Акацуки было трудно выразить это чувство словами; было слишком неловко сказать это даже в ее сердце. Проще говоря, он ей нравился. Акацуки понимал, что их пол играет определенную роль в его симпатии.

Судя по тому, как это видела Акацуки, все было бы хорошо, даже если бы она не знала.

«Партнер», которого искала Акацуки, был кем-то, кто уважал ее и принимал в качестве компаньона. Несмотря на то, что он ей нравился, ей не нужно было, чтобы он отвечал тем же. Что еще более важно, Акацуки недавно почувствовала это чувство комфорта.

Как цветок, который она взращивала в своем сердце, как музыка без мелодии, Акацуки жила каждый день, наполненная счастьем, пока она держалась за это чувство.

Но в этот момент появилась Минори.

Акацуки ничего не имела против Минори лично. Минори была серьезной, доброй, умной и трудолюбивой; ей не к чему было придраться. Акацуки относился к ней как к хорошему товарищу и симпатичному юниору. Депрессия Акацуки возникла из-за ее собственного невезения.

... А точнее удачи.

Она избавилась от предубеждений, что с ней обращаются как с ученицей средней школы, и встретила приятную группу товарищей, которые считали ее одной из них. Эти товарищи тронули ее сердце. Это было хорошо и удачно. Акацуки чувствовала, что эти товарищи не испытывают к ней неприязни. Это был радостный опыт.

Но появившаяся ее любовная соперница была настоящей ученицей средней школы, и это заставило ее задуматься, какие причины и следствия привели к этому.

(Ву ... Я действительно знаменосец лолиса ...)

Акацуки захотелось выбросить подушку и использовать «Убить».

«Теперь, когда я думаю об этом, это не так уж плохо ... наверное».

У Акацуки был комплекс неполноценности по поводу своей внешности. Она была хорошенькой, но в этом была прелесть талисмана, а не объекта любви, верно? Акацуки не смогла развеять свои сомнения. Вот почему было удачно, что Минори была ее соперницей в любви. Она была настоящей ученицей средней школы, поэтому Акацуки не теряла в фигуре. Но все же она, казалось, была привязана к категории девочек средней школы.

Акацуки приподняла голову, подумав об этом.

Акацуки достала похожую листовку, потому что она была спровоцирована, и ее соревновательный характер нарушился. Но это значило, что ей нужно пойти на свидание, верно? Ей нужно было полностью подготовиться к этому.

Акацуки внезапно запаниковала и рассеянно заерзала на подушке.

Поскольку это свидание, ей нужно нарядиться к нему, верно? Невозможно! Акацуки покачала головой. В ее ситуации это было действительно невозможно, у нее была только черная, как чернила, одежда. У нее было несколько женственных платьев для светских мероприятий на земле, но у нее были только костюмы темного цвета, которые использовались ассасинами в этом мире Элдер Тэйлс.

Ей не нужно было улучшать свой гардероб, потому что она могла без проблем выполнять свои обязанности ниндзя, служащего своему господину Сироэ.

Но пойти на свидание в такой одежде было бы плохо.

(Подождите, а как насчет обстановки, в которой шиноби сопровождает своего господина на миссии?)

Акацуки кивнула. Сироэ ел бесплатные пирожные, а она официально была его телохранителем, такая установка сработает. Акацуки покачала головой, когда она начала расслабляться. Эта установка была слишком необоснованной, как ни крути. И тем, кто предложил это из-за своего соперничества, когда Сироэ был в беде, была сама Акацуки.

Если завтра она изменит свою позицию и скажет: «Вы хотите есть, милорд? Я ваш телохранитель », - Сироэ жалостливо посмотрит на неё, может даже разочаруется и откажется от нее.

(Что ж, тогда мне понадобится помощь Генриетты ...)

Акацуки подумала об этом, но не хотела этого делать. Даже если она игнорировала безумные поступки Генриетты, проблема заключалась в ее вкусе в одежде, ориентированной на моду молодых девушек. Это могло быть полезно в других случаях, но у нее не было бы шансов победить таким образом настоящую ученицу средней школы.

В конце концов, было бы лучше выбрать себе платье.

Акацуки вскочила с татами, когда она подумала об этом.

Легкий дождь накрыл Акибу туманом, но полуденное солнце все еще ярко светило.

Наверное, есть много модных платьев ручной работы, которые она могла бы купить на центральной площади.

Часть 3.

Акибу окутала бурная шумная атмосфера.

Авантюристы спешили завершить обустройство своих киосков к фестивалю, но не только они были заняты.

Так же, как Акацуки и Минори, люди хотели что-то делать во время фестиваля. Поскольку это было крупное событие, охватившее всю Акибу, в нем участвовали не только игроки производственной гильдии, но и все искатели приключений, живущие в городе. Неправильно, даже местные тоже помогали с приготовлениями.

Например, поварам, которые хотят приготовить особые блюда в этот день, нужно будет собрать ресурсы, а тем, кто организует банкет, нужно будет купить ингредиенты или фрукты. При нехватке ресурсов в городе стали популярны приезжие купцы. Значительно увеличилось количество авантюристов, выращивающих монстров для получения предметов, в то время как авантюристки беспокоились о покупке модных платьев, как и Акацуки.

Расчистка мусора с целью расширения площади на городской площади также продолжалась параллельно с подготовкой фестиваля в Акибе, хотя и менее страстно. Доска объявлений пополнялась новыми официальными квестами, каждый день объявляемыми Советом круглого стола. Гильдии хотели бы обновить внешний вид своего здания, чтобы приветствовать фестиваль освежающим видом, как и ожидалось от японской культуры.

Также увеличились объемы специализированных рабочих мест плотников и мастеров мебели, и в следующие несколько дней мастерская продолжит работу.

Самой загруженной группой в Акибе был «Комитет по связям с производственной гильдией», а его центральной фигурой был Чарасин, мастер гильдии 8-го района Торгового центра.

— Я как будто отовсюду проклят, — Выругался Чарасин. Но он продолжал использовать телепатию для координации всех необходимых задач.

Ему нравилось болтать, и у него было много друзей, но он не ожидал, что телепатические звонки так хлынут в таком количестве. Бесконечные вопросы без промедления привязывали его к комнате. Во всем виноват молодой человек в очках с противными глазами.

Авантюристы почитали торговый центр 8-го округа как одну из трех основных производственных гильдий, но правда была немного иной.

Торговый центр 8-го округа не был производственной гильдией.

Это была болтающая гильдия.

Как видно из названия, гильдия использовалась для общения. Когда мир был еще игрой, некоторые игроки играли в эту игру, чтобы поболтать с другими. Они по-прежнему отправлялись в приключения, собирали и создавали предметы, но это были лишь темы, которые они использовали для разговоров, общение было их основной формой удовольствия в этой игре.

Период с самым большим онлайном в Элдер Тэйлс был с 8 вечера до полуночи после обеда. Многие игроки вошли в систему в это время, чтобы неторопливо пообщаться со своими друзьями.

Эти болтливые игроки были полной противоположностью фанатов игр, которым нравились сложные рейды.

Гильдия, сформированная этими болтливыми игроками, была Торговым центром 8-го округа. Ведение бизнеса было просто каналом для разговоров о вещах, Торговый центр 8-го района начал торговать, потому что было интересно общаться с покупателями.

По сравнению с фирмой Родрика, которая собирала призрачные ингредиенты для создания редкого снаряжения, или производственной гильдией Океаническая Система, которая была создана для удовлетворения потребностей авантюристов в ингредиентах, у них было фундаментальное отличие.

Положение гильдмастера также отличалось от Родрика из Фирмы Родрика и Мичитаки из Океанической системы. Чарасин был главой коалиции купцов в торговом центре 8-го округа, а не правителем, обладающим большой властью. Он мог быть представителем, лицом, имеющим дело с внешним миром, но, хотя купцы его уважали, они не клялись ему в верности.

Но как глава и центральная фигура болтающей гильдии, его список друзей насчитывал 980 имен, что едва ли не соответствовало системным ограничениям.

Чарасин использовал эту сеть для непрерывного получения отчетов.

— Да, понял! Я сообщу Чжугэ Лян-кун.

— Хм? Ах, это слишком дорого, правда?

— Неправильно ... Вы не можете ... сделать ... это. Комитет по связям не должен быть предвзятым по отношению к кому-либо, положение киосков будет определяться жеребьевкой, мы должны настаивать на этом.

Чарасин постоянно менял свои телепатические вызовы, делая всевозможные записи на бумаге перед собой.

Образовалась огромная куча плановых отчетов и анкет, беспорядок ещё больше, чем в комнате Сироэ.

— Эй.

— Ах, Мичитака-сан.

В комнату вошел плотный мужчина, Мичитака. Мичитака бросил свитки документов, которые он держал под мышками, на стол и оглядел комнату.

— Эй, эй, эй, ты делаешь это один?

Чарасин с улыбкой ответил Мичитаке.

— Это ожидаемо, моя организация, которая похожа на собрание отдельных торговцев, будет заинтересована в ведении бизнеса на фестивале такого масштаба, я тоже хочу принять участие.

— Да, ты прав.

От Мичитаки пахло гарью. Он был кузнецом, пришедшим прямо из своей мастерской. Океаническая Система могла быть крупнейшей производственной гильдией в Акибе, но их лидер, похоже, предпочитал создавать предметы лично.

— С моей стороны, это похоже на общее рабочее место, в котором основное внимание уделяется изготовлению хороших товаров для продажи, мы не умеем торговать и торговать. Я оставлю эту часть вам, но вы должны получать удовольствие от этой выставки, как от посещения фестиваля.

Было несколько типов игроков, которые сосредоточились на продакшене в MMORPG. Игроки, похожие на Чарасина, которые любили болтать; такие игроки, как Мичитака, которые массово производили предметы в мастерской и наслаждались игрой, как симулятором крафта; или коллекционеры, подобные Родрику, которые собирали уникальные и редкие предметы.

Фестиваль Весов был тесно связан со всевозможными продюсерами.

— Отложив это в сторону, все идет хорошо?

— Нет, я понятия не имею. Я ничего не могу поделать с нехваткой рабочей силы.

Чарасин с раздраженным лицом махнул ему за спину.

В деревянных ящиках лежали разные предметы. Там были десятки ящиков, а вещи были сложены до потолка. Все это образцы для участников Фестиваля Весов.

Чарасин хотел отсеять любые опасные предметы, попросив образцы, но это закончилось неудачей. Участники прислали тонны разнообразных сэмплов, которые Чарасин не мог просмотреть ... Даже 10 человек не успеют это сделать.

— Ага, похоже ...

— Невозможно, правда?

— Невозможно.

Чарасин и Мичитака согласно кивнули.

Бремя было слишком тяжелым.

— Похоже, от этой идеи нужно отказаться. Можем ли мы оставить ее в покое?

— Полагаю, что придется. Небеса, завтра на земле будет ад.

Задумчивый Чарасин весело ответил. В то время он достиг такого уровня, и этот уровень был знаком грядущего. Фестиваль Весов разросся дальше, чем Чарасин и Мичитака могли себе представить.

Чарасин и Мичитака могли почувствовать эту очевидную атмосферу.

Мастера гильдии Совета Круглого стола должны в какой-то мере это почувствовать. Но темпы роста были быстрее, чем можно было ожидать.

Чарасин, который был в центре фестиваля Весов ... Офис комитета по связям с продюсерской гильдией, почувствовал опасность в ночь перед фестивалем.

Но на тот момент даже Чарасин не смог обнаружить злой умысел, преследующий конкретные цели.

Часть 4.

Боевой рекорд Сироэ должен произвести сильное впечатление на окружающих.

Например, он предоставил тактическую информацию группе игроков, которые не сформировали гильдию, Сумасшедшему Чаепитию, чтобы быстрее всех на японском сервере завершить рейд «Поля мертвых духов». Для знающих игроков этот рекорд был высоко оценен.

В знаменитых набегах, таких как «Трон Радамантиса» или «Девять великих тюрем Хейлоса», то, что они первыми совершили набег с их небольшой организацией, сделало Сумасшедшее Чаепитие своего рода легендой.

Кроме того, хорошо информированные люди знали, что ряд событий, которые привели к созданию Совета круглого стола, следует отнести к усилиям Сироэ. Его действия в решающие моменты масштабных сражений сделали боевой рекорд тактика Сироэ еще более ярким.

Но это то, что видели посторонние. Для самого Сироэ это было лишь частью бесчисленных битв. Сироэ участвовал в битвах, которые были небольшими по масштабу и бессмысленными для разведки заранее. Если пересмотреть все эти битвы, он не думал, что его успех был очень высоким.

Сироэ не очень ценил свои тактические способности.

(Вероятно, мой шанс успеха снизится и сегодня.)

Сироэ чувствовал себя неловко, пытаясь не привлекать внимания.

— Пожалуйста, не ошеломляйте моего господина.

— Верно, Сироэ-сан, будет жаль, раз ты такой красивый.

— Э ...

— Хммм. Должно быть ... Очень красивый, правда?

— Мой господин - мой господин, неважно, красив ли он.

Но реальность была жестокой.

Две молодые девушки с обеих сторон не позволили Сироэ оставаться в тени.

Справа от него была яркая и жизнерадостная молодая девушка со стройным телом, похожая на ее ровесника. Это была Минори из Лог Горизонта.

Сегодня она выглядела более женственно, в длинной джинсовой юбке, белой блузке и абрикосово-розовом кардигане. Она создавала образ дочери из богатой семьи, очень подходящей для Минори, любившей заботиться о людях. Ее черные волосы, которые становились темно-каштановыми на солнце, были перевязаны черной кружевной лентой, которая тоже выглядела мило.

Слева от неё сидел старый друг Сироэ. Самопровозглашенный ниндзя со сверхъестественным чувством преданности, Акацуки. Акацуки спустила свои черные волосы, которые сегодня казались еще более блестящими, за спину, и пристально посмотрела на Сироэ.

Ее платье отличалось от обычного чисто черного цвета. На ней было светло-лиловое кимоно, дополненное синей хакама снизу. Юная красавица Акацуки очень хорошо подошла к этому платью в стиле школьницы.

Если вы спросите 100 человек, все они согласятся, что Акацуки была красивой молодой девушкой; Минори тоже была девушкой, которая делала тебя ярким и счастливым, как дочь. Это было двойным благословением.

Но зажатый между ними Сироэ выглядел обеспокоенным.

Он не мог объяснить, что произошло, или указать четкую причину, но ему казалось, что он сидит на булавках и иглах.

Это был центр Акибы, кафе, расположенное на крупном перекрестке. Сироэ сидел здесь по приглашению этих двух девушек.

Сироэ руководствовался своим осторожным характером, чтобы узнать больше об этом конкурсе по поеданию торта заранее. Было несколько раундов отборочных, так что он мог участвовать с Акацуки и Минори отдельно, входя в разное время.

Но Сироэ не был заинтересован в том, чтобы дважды бросать вызов этому бесплатному конкурсу. Даже если это был фестиваль, это действие было бы похоже на ребенка, который съел всю еду в зоне отбора проб, верно? Сироэ придумал план, помня об этом.

Поскольку Акацуки и Минори оба любили торты, было бы хорошо, если бы все трое участвовали вместе. Правило было 8 штук на 2 человек, поэтому 3 из них должно хватить на 12 штук.

К счастью, Совет Круглого стола уже несколько раз встречался с гильдией, принимающей этот конкурс тортов, Дэнстрэрия. Он вспомнил, что она была в хороших отношениях с Генриеттой и обладала темпераментом ремесленника.

Мастер гильдии Канако тепло приветствовал Сироэ, когда он пришёл подавать заявку. Причина, по которой она встретила его с улыбкой, заключалась в том, что Сироэ был членом Совета круглого стола, что упростило задачу, поэтому Сироэ обратился с просьбой напрямую.

— "В моей гильдии 2 девушки, которые хотят присоединиться ко мне, можем ли мы изменить испытание на 12?" — Что-то вроде этого. Канако вначале была удивлена и прищурившись, спросила подробности. Это не было чем-то, что ему следовало распространять, но сейчас не было смысла скрывать это. Сироэ думал, что Лог Горизонт - очень открытая гильдия.

После объяснения, добрый мастер гильдии согласился, чтобы они втроём приняли участие в конкурсе. Но в ее улыбке, казалось, было какое-то скрытое намерение, которое заставило Сироэ подумать, что тут что-то не так. Но так как он добился своего, он мог игнорировать такие сомнения. И таким образом Сироэ получил разрешение участвовать в конкурсе по поеданию торта в составе трио.

И вот они втроём ждали, когда подадут пирожные в кафе под открытым небом, но Сироэ с утра чувствовал легкую боль в животе.

Он еще ничего не ел, так что это было не из-за тортов.

Минори и Акацуки обычно хорошо ладили, но вокруг них витала некоторая напряженность. Это должно быть одной из причин.

— Мы можем съесть это вместе, так что не волнуйтесь! — Когда Сироэ сообщил через телепатию, оставив Минори в стороне, Акацуки ответила странным тоном. Сироэ думал, что это как-то связано с верностью шиноби, но не был уверен в истинной причине.

С другой стороны, Минори вся взбесилась. С самого начала она весело болтала с Сироэ, но ее чрезмерно страстное и позитивное отношение удивило Сироэ. Минори, которая всегда была такой трудолюбивой, смотрела на торт так же, как ученица средней школы, и Сироэ подумал, что это было очень мило.

Но Акацуки возилась со своей хакама и время от времени поглядывала на Сироэ. Время от времени она вынимала кунаи и другое метательное оружие из ниоткуда, поэтому Сироэ приходилось все время следить за ней.

Вокруг них сидело 20 пар, мирно болтающих с улыбками на лицах.

К вечеру октября ветер похолодал, кафе под открытым небом выглядело таким умиротворенным при оранжевых уличных фонарях. Где-то был бард, исполнявший немного устаревшую поп-песню, музыка доносилась с ветром, а ностальгическая мелодия наполняла их уши.

(Почти все пары, сидящие вокруг, были любовниками), — рассеянно подумал Сироэ.

Прошло 5 месяцев после Катастрофы. Это был альтернативный мир, у двух незнакомцев было достаточно времени, чтобы встретиться и полюбить.

Одна сторона разума Сироэ изображала натурала и говорила: "Эй, эй, эй, это были беспокойные 5 месяцев, невозможно найти время в это время кризиса!" — Но оппозиция сказала: "Нет-нет-нет, это потому, что это захватывающий и фантастический мир, поэтому огонь любви ярко горит в молодых парах, верно?"

У Сироэ никогда не было девушки и он не состоял в отношениях.

Таким образом, он не мог судить, является ли «эта ситуация любовью», но, с другой стороны, это было не его дело. Поскольку они были счастливы, не нужно было углубляться в это. Сироэ пришел к такому выводу.

Пары - это жизнь, которая заставляет улыбаться, и Сироэ их не ненавидит. Он не любил говорить о любовных переживаниях или давать любовные консультации, но наблюдение за ними на расстоянии дало ему теплое чувство в сердце. Вот почему Сироэ рассеянно смотрел на них.

— Мой господин, мой господин!

— Ах, а, извини. Что это Акацуки?

Сироэ повернулся, чтобы посмотреть на Акацуки, которая была гораздо более беспокойной, чем обычно. Она сказала ему: "Ваше пустое выражение лица не презентабельно".

Минори также вмешалась: — Совершенно верно, тебе нужно выложиться на полную! — Сироэ подумал, что было странно выкладываться изо всех сил в конкурсе по поеданию торта, но он проглотил свои слова, когда взглянул на серьезное лицо Минори.

Похоже, Минори вся загорелась.

Ее поза, когда она сжимала кулаки перед грудью, была милая, как у какого-то комедийного персонажа. Она сказала: "Давайте сделаем все возможное!" — Ее красивое лицо и серьезное выражение делали ее больше похожей на то, что она ведет себя взрослой, чем на самом деле пытается быть взрослой. Вместо воодушевления Сироэ почувствовал тепло в своем сердце.

Это тайна.

— Тот...

— Эээ.

— Кимоно Акацуки-семпай такое красивое.

Минори произнесла эти слова, пока Сироэ думал, что сказать. Вероятно, она не собиралась ему помогать, но она здорово помогла придумать эту тему для разговора.

— Это очень красиво. Редко можно увидеть тебя в кимоно Акацуки, случилось ли что-то хорошее?

— Это мне не подходит?

Акацуки казалась встревоженной и в то же время делала храброе лицо, из-за чего Минори и Сироэ сказали:  "Нет такого". — Кимоно было светло-фиолетового цвета, украшенное цветами-колокольчиками, что придавало ему зрелый вид, и так хорошо подходило к миниатюрной Акацуки, что, должно быть, создавалось на заказ. Обычно она была загадочной красивой молодой девушкой, похожей на какое-то маленькое животное, она выглядела потрясающе в кимоно.

— Акацуки-семпай хорошо выглядит в кимоно.

— Это как гра ...

— Церемония вручения дипломов запрещена.

— Э ...

Акацуки нанесла превентивный удар, оставив Сироэ безмолвным. Акацуки впилась взглядом в Сироэ и прошептала:  "Я буду использовать свое колено, даже если это будет мой господин." — Но после того, как Минори и Сироэ неоднократно хвалили ее, говоря: "Оно действительно тебе подходит", — Акацуки вернула себе спокойное настроение и простила Сироэ.

— Минори тоже хорошо смотрится в этом платье.

Ученица средней школы покраснела и улыбнулась комплименту Сироэ.

Этот подъем, похоже, соответствовал Исузу. Минори с радостью объяснила, где она купила блузку и кардиган, сколько потратила и какие советы дала Исузу. Акацуки, которая все время была напряжена, тоже заинтересовалась и слушала ее, держа Сироэ за рукав.

Сироэ наконец немного расслабился на этой сцене.

(Если действуют девушки, все приготовления и тактика ненадежны.)

То же самое было во время его пребывания в Сумасшедшем Чаепитии. Например, с Назуной или Саки любой инцидент, связанный с женщинами-авантюристами, не заканчивался хорошо, независимо от того, сколько домашних заданий или планов вы сделали заранее.

Но если бы это не вызвало слишком много шума, проблема разрешилась бы сама собой, как будто ничего не произошло. С точки зрения тактика, это был неизбежный результат.

(Но «она» была другой.)

Сироэ вспомнил.

«Она» была основательницей Сумасшедшего Чаепития, что-то вроде мастера гильдии. Поскольку Сумасшедшее Чаепитие было собранием свободных игроков и заботилось о себе, это не была гильдия, и «она» не была официальным мастером гильдии.

Как сказал Нянта: "Все знают, что делать, чтобы построить удобный дом", — так что в каком-то смысле не было необходимости в мастере гильдии.

Она была неофициальным лидером, потому что была самым своенравным человеком в Сумасшедшем Чаепитии. В каком-то смысле она повсюду таскала группу Сумасшедшего Чаепития.

(Эта женщина может сказать что-то потрясающее с серьезным лицом, например, желая увидеть полуночное солнце в Исландии ...)

«Ее» своенравие было международным, из-за чего боевой рекорд Сироэ ухудшился. Результат не сгладился и не закончился ничем убедительным, они обычно заканчивались мертвыми или на грани смерти. Однажды она возглавляла группу добровольцев в зарубежной серверной экспедиции, но потеряла ключевой предмет, мешавший им войти в зону Авроры, что было действительно утомительным опытом. Это было началом тяжелой жизни Сироэ.

Напротив, просьба Акацуки и Минори была намного милее. Если все пойдет хорошо, он сможет исполнить их желание. - подумал Сироэ.

Часть 5.

— Вах, это выглядит так вкусно!

Пирожные подавали на глазах у Минори. Они еще не добрались до стола Сироэ, но на нескольких столах разложили милые клубничные пирожные, клубника была яркой и красивой.

Члены Дэнстэрия смиренно извинились, что их работа не соответствовала стандартам десертных магазинов оригинального мира, но это совсем не так. И внешний вид, и аромат возбудили их аппетит.

— Мой господин, мой господин, я с нетерпением жду этого.

— Такая красивая, я так взволнована!

Сироэ, застрявший между девушками, начал чувствовать себя немного лучше. Это может быть беспокойный день, но он мог бы легко съесть 4 ломтика, если бы они были такого размера. То же должно быть и с Минори и Акацуки, трое из них не сомневались, что смогут легко финишировать.

Официантка подала торт к столам, поставив перед каждой парой различные торты. Наконец настало время для стола Сироэ, мастер гильдии лично доставил пироги на серебряном подносе с широкой улыбкой.

На блюде было 12 целых лепешек. Клубника, абрикос, шоколад, сыр, йогурт, черный сок, яблочный пирог и каштан, что было немного раньше для этого сезона.

12 тортов.

Не ломтиками, а целыми лепешками.

— ...?

Минори сделала удивленное лицо, в то время как выражение лица Акацуки начало сокращаться.

— Это... — спросил Сироэ взглядом, и мастер гильдии Дэнстэрии ответил с широкой улыбкой.

— Это особая служба нашей гильдии.

— Подожди, это многовато ...

— Это наше сердечное служение.

Гильдмастер развеяла сомнения улыбкой, осторожно ставя пирожные на стол. Первым был яблочный пирог. Официантка из местных сказала: "Разрешите мне разрезать это на части, — и начала резать. Круглый пирог был разделен на 8 привычных треугольников идеального размера.

Маленький столик в кафе не мог вместить все эти пирожные, рядом со столом была установлена обеденная тележка, чтобы вмещать остальные торты. 8 из них были такими же, как и другие участники, но остальные 4 были сделаны специально для них и украшены фигурками-конфетами, изображающими мужчину между 2 женщинами.

— Сироэ-сан ...

— Мой господин...

Две молодые девушки посмотрели на кусочки яблочного пирога со сжатым выражением лица. Яблочный пирог выглядел восхитительно, и Сироэ был уверен, что съест 4 штуки. Если девушки вели себя как нормальные девушки и кричали: "Я больше не могу есть", — Сироэ был мысленно готов съесть по одному для каждой из них, всего 6 ломтиков.

Сироэ знал по опыту, что женщины, утверждающие, что у них слабый аппетит, лгут, но «она» строго объяснила ему, что он обязан принимать это как мужчина.

Но его предел составлял 5 или 6 ломтиков. Но если подать весь торт, значит, в 8 раз больше. И потрясающее количество пирожных перед ним было психологической атакой, намного худшей, чем простые числа.

— В любом случае, давайте начнем с 1 ломтика?

Когда Сироэ сказал это, у Сироэ не было другого намерения, кроме как выиграть время, и все трое начали есть яблочный пирог. Вкусно. Большое количество использованных яблок придавало ему освежающую сладость, а слабый вкус корицы успокаивал и разум, и тело. Он бесцеремонно съел один ломтик, погрузившись во влажность и нежность яблок.

(Возможно, я смогу закончить это ...) Пока Сироэ сохранял этот сладкий оптимизм, остальная часть яблочного пирога появилась прямо перед ним.

Акацуки поместила его туда.

— Почему?

— Это доля моего господина.

— Вы сказали, что часть, но это все!

— Ах, извини, нарежу на кусочки!

Не в этом дело. Когда Сироэ останавливал Акацуки, Минори уже встала и ловко разрезала торт ножом. Когда Минори серьезно постриглась, ее волосы, перевязанные черной лентой, тряслись возле ушей Сироэ, источая приятный аромат.

(Ах, ах, ученицы средней школы - тоже девочки ...) Пока Сироэ думал об этом, во всем кафе можно было слышать бормотание «Убей себя», «Непростительный лолик», «Умри, разбей очки».

Акацуки выглядела ошеломленной. Сироэ перевел взгляд в ее сторону и увидел, что торты украшены искаженными словами, которые, казалось, были написаны левой рукой. На тортах были «Как хитро привести двух девочек», «Умри лоликон ❤», «Двойной везунчик" и другие подобные слова.

(Ах ...)

Сироэ наконец понял, в какой ситуации он оказался.

Минное поле.

В тот момент, когда он понял, эта фраза мелькнула в его голове. Трое из них оказались на минном поле под названием «недопонимание», созданном посторонними . Репутация Сироэ и без того была плохой, но он не хотел, чтобы его двое драгоценных товарищей по гильдии тоже подвергались дискриминации.

(Ничего хорошего, это может повлиять на двоих из них. Стыдно называть меня таким тактиком ... Нам нужно вести себя сдержанно, тихо и сводить урон к минимуму. Выйти из кафе и реорганизоваться...)

Мысли Сироэ быстро работали, пытаясь найти способы исправить ситуацию.

Он не знал, насколько серьезным было недоразумение, как оно возникло и каков их нынешний статус. В этом состоянии, даже если он поймет ситуацию, он не сможет ее контролировать. Из-за этого Сироэ не мог использовать свою «встречу с полным контролем». Акацуки положила вилку перед ним.

— Мой господин, здесь.

На вилке лежала симпатичная порция яблочного пирога размером с укус.

— Для меня?

Акацуки кивнула. Сироэ чуть не взорвался: "Ты хочешь подтолкнуть остальных прямо ко мне!" — Но под взглядом черных глаз Акацуки он не мог говорить. Обычно Акацуки не наряжалась, но сегодня на ней было украшение для волос в виде колокольчика, из-за чего Сироэ было еще труднее говорить.

Сироэ надулся, чтобы сдержать неловкое настроение. Акацуки с недоумением склонила голову, когда ее правая рука с вилкой приблизилась.

— Пожалуйста, ешьте, милорд.

Акацуки кормила его таким образом, но для Сироэ это было большой проблемой.

Накормить кого-нибудь вилкой - это было то, что в мире было известно как действие «А-а-а». Он мог сказать по серьезному лицу Акацуки, что она делала это со злым умыслом, но посторонние не смогли бы сказать.

Если бы это продолжалось, он получил бы репутацию лоликона.

Если бы он наступил на эту мину, ему бы не только сломало ногу, но и оторвало бы его нижнюю часть тела. Взгляды окружающих болезненно пронзали его. Это было кафе под открытым небом и изюминка 1-го дня фестиваля, сюда время от времени заглядывали даже пешеходы.

— Быстрее, или он упадет.

Но этот кусок пирога был поставлен перед ним, Сироэ мог только принять его. Хихиканье, разразившееся на заднем плане, и указательные пальцы толпы возникли в сознании Сироэ. Он просто хотел найти дыру и спрятаться внутри.

— Сироэ-сан!

Он обернулся и увидел Минори с блестящими глазами, которая также кормила его кусочком золотого яблочного пирога. Глядя в чистые и предвкушающие глаза девушки на 9 лет младше его, даже Сироэ не решился отказать ей.

(Разве они не слишком глупы, чтобы не разобрать ситуацию? Сейчас пора отступать, это становится публичной казнью, верно?)

— Это хорошо?

— Это вкусно, правда, милорд?

— Постой, вкусно ... Но сейчас не время обсуждать это.

Сироэ попытался ответить таким образом, но другие пары вокруг него неоднократно повторяли действие «А-а-а». У Сироэ уже было слабое предчувствие по этому поводу, но он был опустошен, когда увидел правду.

Казалось, любовь витала в воздухе Акибы, больше, чем он мог себе представить.

Чистый смех был адресован не Сироэ, а быль лишь нежным шёпотом влюбленных пар. Если бы он объяснил это так, все еще оставалось место для искупления ... Сироэ утешал себя, но это не решило проблему.

Реальность продвигалась вперед с накоплением каждого крошечного шага. Это символизировали торты, сложенные перед ним.

Часть 6.

Реальность нельзя было преодолеть только потому, что у вас хватило смелости бросить ей вызов. Об этом свидетельствует провал стола Сироэ в конкурсе. Еще оставался шанс, если трио возьмет на себя 12 кусков торта. Но 12 целых пирожных - это возмутительно, это невозможно сделать, если ваш желудок не будет мешком для хранения.

Трое из них постарались, но их лимит был 18 штук, 2 торта и четверть. Сироэ съел 9 штук, и ему было так плохо, что он не хотел двигаться.

Трое, проигравшие в битве за еду, вернулись в дом своей гильдии в подавленном состоянии. Это было не бесплатно, потому что они не закончили, поэтому Сироэ пришлось заплатить за все 12 пирожных.

Время было около 8 вечера.

Сироэ отдыхал на балконе 3-го этажа дома их гильдии. Если быть точным, его живот был настолько полным, что он не хотел двигаться.

Он планировал убить время, прогуливаясь по фестивалю после конкурса, но, оставив Минори и Акацуки в стороне, Сироэ почувствовал, что вес торта давит прямо на его органы. Сироэ устал и был не в состоянии ходить, поэтому ему оставалось только вернуться в дом гильдии.

Согласно сообщению на доске в обеденном зале, Нянта и Наоцугу отправились осматривать достопримечательности фестиваля, Исузу и Рундельхаус написали: «Выгуливаем собаку», они должны быть на свидании.

Сироэ взглянул на доску и пошел на балкон, чтобы отдохнуть на скамейке из кедрового дерева.

Мир будет продолжать вращаться в своем собственном темпе, это был неудачный день для Сироэ.

(Вот почему делать домашнюю работу заранее бесполезно.)

Теперь, когда он подумал об этом, вот почему мастер гильдии Дэнстерия так загадочно улыбалась. Она с самого начала планировала атаковать целыми лепешками. Сироэ действительно появился с двумя девушками, но у них не было таких отношений, поэтому не было необходимости в ревности такого уровня.

(Как они рассчитали 12 целых тортов для нас троих ... Ах, верно.)

У Сироэ появилось вдохновение, и он открыл свою телепатию, он собирался порекомендовать Суджиро конкурс тортов. Завтра в кафе под открытым небом будет проводиться конкурс бесплатных тортов, так что Суджиро с его гаремным телосложением сможет насладиться им в полной мере.

Суджиро на другом конце телефонной линии, казалось, участвовал в фестивале вместе со своей гильдией, чтобы убить время. Сироэ мог слышать слабые женские голоса, когда разговаривал с Суджиро, но не мог разобрать, что они говорили. Сироэ привык к этому, но сейчас Суджиро был окружен женщинами.

Суджиро неоднократно благодарил Сироэ за его рекомендации. Сироэ не чувствовал себя виноватым, несмотря на прямое отношение Суджиро. Сироэ, который привел двух участников на конкурс по доброте, был ошибочно принят за двухстороннего и был засыпан пирожными. Сироэ убедил себя в том, что настоящий гарем должен получать должное отношение, которого они заслуживают.

Сироэ закончил разговор и почувствовал себя лучше, избавившись от некоторого разочарования. Он оперся на спинку скамейки, расслабляя все тело, и посмотрел на ночное небо.

Уникальной особенностью дома гильдии Лог Горизонт было дерево, пробивавшее полы и потолки. Древнее дерево раскинуло свои ветви по всему зданию, покрывая в своей тени жилое пространство Сироэ.

То же самое было и с балконом, на котором отдыхал Сироэ, ветви мягко покачивались на ветру, как продолжение крыши.

Наверное, из-за фестиваля, на улицах было больше огней, чем обычно. Солнце село, но оранжевое сияние фонарей и светильников магазинов освещало тротуар, покрытый мхом, и ветви, украшенные лентами, создавая фантастическую атмосферу.

Дом гильдии Лог Горизонта был скромен по своему убранству, но они все еще вешали зеленые знамена и оранжевые ленты в качестве украшений. Вероятно, это был стиль Минори и Тои, делавший это место более праздничным.

(Недавно я забросил свою гильдию ...)

Сироэ подумал об этом после того, как закончил разговор с Суджиро.

Обычно самой важной обязанностью мастера гильдии было управление самой гильдией. Быть в курсе дел, помогать членам в выполнении действий, планировать и руководить операциями - все это было частью управления гильдией.

Но Лог Горизонт отличалась от других гильдий.

Во-первых, их количество. В Лог Горизонте было 8 человек, стандартный размер группы в Элдер Тэйлс составлял 6, поэтому им нужно было оставить двух, если они хотели сформировать команду.

Кроме того, разрыв в уровнях между участниками Лог Горизонт был большим, и он был разделен на 2 группы. Сироэ, Наоцугу, Нянта и Акацуки были старшей командой уровня 90. Минори, Тохья, Рундельхаус и Исузу были младшей группой около 40 уровня.

С их разницей в уровнях сложно было собрать партию.

Для обычных гильдий они бы разделились по уровням и действовали отдельно, это было естественным ходом действий.

Но в Лог Горизонте было полно ветеранов, любивших заботиться о других. К счастью, Наоцугу и другие не возражали против использования системы наставничества, чтобы соответствовать младшей группе и пополнить список группы.

С точки зрения обучения они были талантливой группой.

Нянта был идеальным взрослым, который с юмором и терпением руководил игроками низкого уровня. Защита низкоуровневых игроков во время их приключений была обязанностью гильдмастера, но Нянта великолепно сделал это от его имени и тоже был доволен собой.

Наоцугу тоже очень подходил. Он не был таким утонченным, как Нянта, подходящим для руководства большой группой. Когда Альянс Полумесяца собрал своих новичков, чтобы сформировать 3 партийные экспедиции, Наоцугу был самым популярным наставником для другой гильдии.

То же самое и с Акацуки, она была застенчивой и плохо говорила, но она не думала, что вести новичков к тренировкам - это трудная работа. Когда новички охотились на монстров и триумфально возвращались, они все время не видели Акацуки. Но Акацуки защищала их от тьмы, не давая монстрам высокого уровня устроить им засаду ... Ей нравилось вести группу по-своему.

В то время как другим гильдиям нужен был мастер гильдии для руководства и планирования задач и операций группы, члены Лог Горизонта могли делать это вместо своего мастера гильдии. Вот почему Сироэ мог заниматься своей работой в Совете за круглым столом.

Передача обязанностей мастера гильдии другим была безвредна с точки зрения повседневных операций, но повлияла на личные связи между членами гильдии.

Сироэ был участником высокого уровня, который проводил меньше всего времени с младшей группой. Например, он находил время пообедать со всеми в доме гильдии, чтобы улучшить отношения, но Сироэ мог чувствовать вопросительные взгляды Рундельхауса и Исузу, которые говорили: — Наш гильдейстер ленивый бездельник, который весь день сидит дома? — И думал, что это нужно изменить.

(Что касается престижа мастера гильдии, я не так хорош, как Наоцугу или вождь Ньянта ... Даже Суджиро контролирует свой гарем ... исправление, операцию своей гильдии.)

Сироэ немного расстроился. Он не думал, что можно оправдать ожидания всех, выполняя свои обязанности, хотя это было результатом того, что все пытались помочь, но он все же чувствовал необходимость проводить больше времени со своими товарищами по гильдии Лог Горизонт.

Сироэ подумал, что это причина, по которой Акацуки и Минори заставили его участвовать в этом занятии.

(Этот фестиваль может быть хорошим шансом. Для Совета Круглого стола ... Я не могу оставить его в покое, но я должен сделать перерыв в хорошей остановке. Мне нужно больше времени, чтобы проводить со всеми. )

— Мой господин.

— ...!

Сироэ, который думал обо всем этом, подпрыгнул от голоса Акацуки с близкого расстояния.

— Что такое Акацуки?

— Ничего, просто ...

Акацуки все еще была в своей гламурной одежде, когда она тихо села рядом с Сироэ. Нежный октябрьский ветерок мягко коснулся их лиц, принося с собой неторопливое звучание струнных инструментов из города.

— Я слышу музыку

— Ах, ах, ммм ... должен быть« 7-й оркестр », у них сегодня выступление.

— Это так.

Миниатюрная Акацуки села на скамейку и вытянула ноги. Ее ноги висели в воздухе, даже когда она сидела на этой низкой скамейке. Пальцы ее ног были видны из отверстия ее темно-синей хакамы, когда она слегка покачивала ногами.

— Здесь довольно тихо. — сказал Сироэ.

— Я всегда молчу.

— Это правда.

В этом мире без электрических динамиков громкость звука зависела от исполнителей. Музыка, которая доносилась с ветром, имела намек на живую атмосферу, но казалась такой размытой и далекой.

Сироэ взглянул на Акацуки.

На холодном ветру, мягко коснувшемся ее лица, Акацуки, как обычно, смотрела вдаль с выражением, которое Сироэ не мог видеть.

— Мой господин.

— Хммм?

— Мой господин, это ...

— Хммм.

Сироэ внимательно отвечал на каждое слово Акацуки. Его маленькая подруга могла молчать, но ее беспокоили разные вещи. Сироэ понимал ее природу, поэтому не торопился.

— Мой господин не любит торты?

— ...

Не любите торты? Это прозвучало так: "Ты не можешь их съесть, потому что тебе не нравится торты?», Но Сироэ не знал, как ответить. Сироэ съел 9 ломтиков, что, по его мнению, было похвальным усилием. Неужели он неправильно ее понял?

— Все еще недовольны?

— Ни за что. Забудь об этом, извини. Я помню, что это был финал? Мы не прошли туда.

— Это нормально, мне это не интересно, этого хотела только Минори.

— Это так.

Сироэ не понимал, почему Минори заинтересовалась состязанием по еде, но он чувствовал, что она взяла на себя инициативу пригласить его, потому что это было необходимо. Минори было 14 лет, но она была ответственной и вдумчивой девушкой.

— Но...

— Хммм?

— Тебе нравится только такое количество тортов?

Акацуки повернулся к Сироэ, глядя ему прямо в глаза. Темные глаза на миниатюрном личике Акацуки, оставившие глубокое впечатление, были водянистыми, но без тепла. То, что на меня смотрела такая красивая молодая девушка, как она, давило на меня.

— А?

— Ничего особенного, просто ты усердно трудился на конкурсе по поеданию торта, верно? Тебе хватит всего на 3-4 ломтика?

— Я ... я не участвовал в конкурсе на торты.

— Это так?

— ...

— Разговор прекращается всякий раз, когда я с моим господином.

— Даже если ты так говоришь ... Но, Акацуки, ты мало говоришь, верно?

Акацуки не была разговорчивым человеком.

Иногда им нечего было сказать. Вначале Сироэ чувствовал себя неловко из-за этого и пытался поговорить о чем-то, но теперь его устраивала молчаливая Акацуки. Когда Сироэ выполнял административную работу, Акацуки стирал ее присутствие и оставался в своей комнате под предлогом того, что он его телохранитель. Сироэ дразнил Акацуки, потому что ее тон был таким милым, но они только недавно начали так ссориться.

— Это неправда, у меня много тем для разговоров.

— Тогда предоставь, пожалуйста.

— Хммм?

— Дайте нам тему для разговора.

Акацуки молча надула губы.

Ее глаза нерешительно бегали по сторонам.

Должно быть, она в растерянности. Пока Сироэ думал, что это ошибка, нерешительная Акацуки сказала:

— Я доволеьа тем, что остаюсь такой.

Рот Акацуки странно дрожал, когда ее белые тонкие пальцы коснулись лба Сироэ.

— Тебе нравится оставаться таким?

Акацуки кивнула.

(Это часть ролевой игры Акацуки с господином шиноби ... Я думаю, что я что-то неправильно понимаю. Неправильно, я не знаю, так как я не смотрю исторические драмы.)

— Это так.

Порыв ветра сотряс ветки в ночи со звуком, похожим на звук аттракционов.

Ветер смешивался с тишиной среди зелени. Сироэ поднял голову и посмотрел на Акацуки, неоднократно тыкающую ему в голову. Акацуки надулась и сосредоточилась на том, чтобы погладить его по лбу. Сироэ не понимал радости в этом, но счастье было субъективным, поэтому он чувствовал, что нет смысла спрашивать.

— Ты не против остаться здесь?

— Это важный долг для моего господина.

— Это так?

Сироэ провел долгое время с Акацуки.

Хаос после Катастрофы; множество драк и сражений; создание Совета круглого стола; политическая драма в старинном дворце; разговор с Ри Ган; битва при Чуши и возрождение Рундельхауса.

Акацуки пережила все это рядом с Сироэ без жалоб. Сироэ думал, что выжил в этих боях только благодаря поддержке Акацуки.

Сироэ вспомнил все это, продолжая терпеть милые пытки красивой молодой девушки в кимоно.

Часть 7.

Невозможно дышать.

Ночной воздух, казалось, затвердел в ее груди, а кровь, казалось, шумно текла, как грязь, возле ее ушей.

— ... Я доволен тем, что остаюсь таким.

— ... Тебе нравится тут оставаться?

Нежный разговор задержался в ее сердце.

Молодая девушка с черными волосами отчаянно скрывала свое смущение, произнося нежные слова любви. Голос гильдмастера казался озадаченным, но все же очень мягким.

Колени Минори, казалось, исчезали, как пузыри, когда она терпела эти чувства по пути на кухню. Она держала на подносе чай с одуванчиком и ячменем. Она хотела вынести его на балкон для Сироэ, но теперь она подсознательно шла.

Она не могла там оставаться. Она не могла смотреть на эту сцену.

Казалось, в ее голове раздаются тысячи шумов, все так сбивает ее с толку. Казалось, она руководствовалась своей этикой и израсходовала все свои силы, просто покидая место происшествия.

Первым было ощущение удара, потом сокрушительное замешательство ... Хотя конкретных проблем не было, ее сердце было полно вопросов. Она хотела спросить, но не знала, кого и что спросить.

Ее смущенные эмоции и желание обратиться за помощью наполнили ее грудь. Он медленно продвигался к ее животу, превращаясь в чувство тяжести и дискомфорта.

Минори подсознательно вернулась на кухню, поставила поднос на стол и села на стул. Она не понимала, почему так расстроена.

Но только что она увидела что-то между Сироэ и Акацуки на балконе 3-го этажа. Она могла видеть особые чувства Акацуки к Сироэ на их лицах.

По ее действиям этого не было видно, но было очевидно. Когда Минори заметила любовь своего семпая, ей показалось, что она случайно коснулась открытого огня и отпрянула от шока.

Это потрясение заставило ее сбежать в убежище.

Это было похоже на песчаную бурю, захлестнувшую ее разум, превратив ее мысли в беспорядок, и она не могла сформулировать какие-либо конкретные вопросы.

Минори посмотрела на поверхность стола, не зная, что делать.

Спустя некоторое время первое, что пришло ей в голову, было «Акацуки влюблена в Сироэ».

(Верно, Акацуки-сан нравится Сироэ-сан.)

Это была простая правда.

Сегодня был солнечный день.

После лета наступила осень.

Дом гильдии был окутан зеленью.

Так же, как эти вещи, это был очевидный, без сомнения естественный факт.

Даже если это было очевидно, когда она думала об этом в своем сердце, потрясение, которое она только что пережила, вернулось, его шум почти затмил ее сознание. Факты, составленные из этих нескольких коротких предложений, распадались на слова и разлетались на части, превращаясь в полный беспорядок. Если вы на мгновение потеряете концентрацию, мысли и их смысл развалятся.

Минори подобрала разбросанные по полу кусочки мыслей и склеила их в шар, сделав несколько глубоких вдохов.

От груди до живота было чувство дискомфорта, ей было трудно дышать. Ей казалось, что у нее переохлаждение, даже ее сердце сдавило.

В этом тревожном настроении, когда ей было трудно дышать и ей казалось, что ее грудь медленно пронзают со спины, Минори наконец столкнулась с другой правдой.

(Мне также ... нравится Сироэ-сан.)

В первый раз, когда она призналась в своих чувствах, у них не было слабого аромата лимонов.

Они с самого начала имел привкус горящего металла, как и ее мрак и депрессия.

Все суставы Минори, казалось, расслабились, она дрожала, как будто ее кости собирались отлететь, когда она столкнулась с этими невыносимыми эмоциями. В последний раз она испытывала это болезненное чувство беспомощности в ту ночь, когда ждала Тою в отделении интенсивной терапии больницы.

Она просто села, но ей хотелось бежать и плакать, было так неудобно сдерживать свой порыв. Выросшая со своим братом-близнецом и помогая ему с его физическими недостатками, Минори знала, что она спокойная, зрелая и обладающая сильным чувством ответственности.

Но она не знала об этих своих сильных чувствах, которые не могла сдержать.

... как Сироэ-сан.

(Я думала, Сироэ-сан всегда будет рядом со мной ... и навсегда останется моим учителем.)

Это мышление было слишком высокомерным.

Поверхностная природа ее уродства заставила Минори почувствовать себя так, будто ее органы были полны грязи. Как уголь, сжигающий ее изнутри, эта агония заставила Минори кататься по полу. Но плач и крик не уменьшили боли.

Это было больно и досадно.

Минори все это время держала это чувство, у нее кружилась голова от одной мысли об этом.

Особенно думая о Сироэ как о своей принадлежности, она хотела убить эту часть себя за то, что думала о чем-то подобном. Самым важным было то, что она не замечала и не отбрасывала эти чувства, Минори была разочарована своим высокомерным подсознанием.

(Я даже подумала, что это хитро, правда ... как ...)

Спустя долгое время.

Минори выдержала эту мучительную психологическую боль в темноте и продолжала дышать. Воздух все еще был липким и тяжелым, неприятным, как песок.

Минори не знала, сколько часов прошло, когда она столкнулась со страданием в своем сердце.

— Минори?

Тохья пришел с «лампой для жучков», которая освещала кухню. Минори не заметила этого, пока ее близнец не оказался рядом с ней, думая, что это иллюзия, и тускло взглянула на Тою.

— Что это, Минори, почему ты корчишь такое лицо?

Тоя достал из сумки носовой платок и грубо вытер лицо Минори. Он зажал ее нос платком и покачал им из стороны в сторону. Минори поняла, что плачет, когда услышала звук из ее носа.

— Тоя ...

— Что это такое?

— Тоя.

— Хммм?

Тоя сел на стул рядом с Минори и расстегнул ремень. Его доспехи и сумка тяжело упали на пол. Тоя был обычным братом, которым гордилась Минори. Несмотря на то, что он вел себя равнодушно, она все еще чувствовала его беспокойство.

Она только что осознала свое высокомерие мгновение назад. Хотя она не имела права терпеть это чувство, как бы она себя ни предостерегала, она не могла подавить это чувство ревности. Обычный профиль лица ее брата немного смягчил это чувство ревности.

— Тохья, это, я ...

— Да уж.

— Я думаю ... мне нравится Сироэ-сан.

— Это правильно.

— А?

— Верно, он тебе нравится.

Тохья завязал свои доспехи поясом и ответил, не глядя Минори, так же естественно, как говорить о погоде.

— А? А? А? Почему твоя реакция такая?

— Минори всегда нравился Сироэ-сенсей, ты просто этого не осознавала.

— Не поняла?

Она не осознавала. Вероятно, она этого не сделала. Так что она не осознавала ... Чувство Минори переключило передачи 3 раза и опустилось глубже. По словам Тои, эта агония была вызвана еще и тем, что она «не осознавала». Но даже в этом случае ощущение жевания песка немного уменьшилось, когда рядом с ней была Тоя.

— Это так неприятно.

— Почему?

Слова Минори впервые заставили Тою взглянуть в ее сторону. Он выглядел более зрелым, чем обычно, залитым белым светом.

— Ты спрашиваешь меня, почему ...

— Ты не чувствуешь себя обеспокоенной, Минори? Это не беспокоит, а просто больно, верно?

Ее сердце подпрыгнуло.

Эти слова пронзили сердце Минори.

Ощущение, что тебя видят.

Минори вспомнила, как Акацуки осторожно протянула пальцы.

Она выглядела нерешительной, но не могла сдержать себя, когда коснулась лба Сироэ кончиками пальцев. Это заставило Минори осознать свою ревность.

Это был неправильный образ мышления, но она не могла подавить его, поскольку эти уродливые эмоции продолжали накапливаться.

Эта горечь и боль были невыносимы.

Но она не могла оставить его в покое или выбросить. Минори впервые осознала свои чувства к Сироэ через эту боль, эти чувства расцвели сладостью в ее сердце.

— Это нормально?

— Ты не можешь ничего с этим поделать, верно?

— Ничего не могу поделать? — подумала Минори.

Она не искала оправдания, она пыталась найти что-то полезное в бездне тьмы и боли. Она копалась в уродстве, заполненном грязью, в поисках того, что не было испорчено.

Минори подражала действиям Сироэ и глубоко вздохнула, прислушиваясь к звукам издалека.

(Сироэ-сан ...)

Минори вспомнила все о Сироэ.

Слова Сироэ и его глаза за очками в круглой оправе.

Его осторожное использование слов при ответах на вопросы, как он выглядел, объясняя вещи с помощью карты.

Его слегка обеспокоенное лицо, поправляющее очки.

Его надутый вид, когда он делал храброе лицо. Его бледный профиль, когда он на чем-то задумывался.

Его стальным голосом, когда он сказал: «Оставь это мне».

Пока Минори мучили смятение и боль в безлюдных равнинах ее разума, только эти воспоминания были яркими и яркими.

Чтобы не солгать этим воспоминаниям, чтобы не выдать эти воспоминания. Минори была готова отказаться от всего прочего серого шума взамен.

Из кухни Минори и Тоя слышали издалека жужжание города, похожее на его дыхание. Проведя долгое время в колеблющемся свете лампы с жучковыми лампами, Минори кивнула.

— Ты прав, тревожных чувств нет, только боль. То есть ... Я ничего не потеряла, не сделал ничего плохого, или вообще ничего не сделала ... Да, я ничего не сделала правильно?

Впервые она осознала, что ее чувства подобны разноцветному леденцу.

В темноте, наполненной грубыми сигналами и шумом, пламя распространялось, как кровоточащая кровь, такое резкое, что оно резало вас при прикосновении. Минори сдерживала чувства, которые так сильно контрастировали в ее сердце, но ей все же удалось выдавить улыбку своему брату-близнецу. Слезы на ее щеках все еще были влажными, но она не хотела отрицать их существование.

Минори думала, что бесполезно удерживать эти переживания, ничего не предпринимая для их устранения. Она перестала думать, что этому не было бы конца, если бы не было начала.

Она не могла ни отплатить Сироэ, ни догнать его. Такие Минори, конечно, будут страдать от боли.

Минори провела долгую ночь в компании Тои.

Это была первая ночь закалки сильного клинка, но Минори очень хорошо знала, что она не последняя.

Часть 1.

Холодный осенний воздух придавал небу прохладу и свежесть. Ночное небо Акибы было заполнено мерцающими звездами, насколько мог видеть глаз.

Звезды в мире Элдер Тэйлс были ярче и многочисленнее, чем в оригинальном мире. Было ли это связано с чистым воздухом или эстетическим дизайном игры, ночной пейзаж этого альтернативного мира был освещен звездами.

В эту ночь Праздника Весов Акиба все еще гудела до позднего вечера.

Поскольку Акиба была главным городом для искателей приключений, её функции были чрезвычайно специализированными.

Указанные функции включали систему порталов, банки, залы гильдий, собор и рынок. Когда Элдер Тэйлс еще была игрой, авантюристам просто нужны были эти пять объектов, чтобы выжить. Другими словами, у Акибы не было других помещений, кроме этих пяти. Именно это и подразумевалось под описанием «специализированный».

До Катастрофы Акиба не имел надлежащих жилищных условий.

Хотя в городе можно было найти такие места, как таверны и гостиницы, они в основном использовались в декоративных целях, чтобы дать игрокам ощущение альтернативного фантастического мира - они были сродни сценическому реквизиту, который по-настоящему непригоден.

Но после Катастрофы авантюристы решили сделать город пригодным для жизни в истинном смысле этого слова. Таким образом, простое пребывание в городе означало, что требовался ряд удобств. Процветающие рестораны были самыми ранними изменениями. После этого начали появляться всевозможные магазины, отдельные магазины и сервисы.

Хотя частью этих торговых точек управляли авантюристы, большинство из них либо управлялись совместно авантюристами и местными, либо были предприятиями, основанными самими местными.

Это явление было вызвано несколькими причинами, самой большой из которых является разрыв в доходах. По сравнению с местными, искатели приключений могли зарабатывать больше за более короткое время. Просто убивая мобов, даже авантюрист среднего уровня мог заработать за один день больше, чем фермер из местных мог заработать за месяц.

Хотя разница в производственных возможностях была не такой значительной, как в боевых возможностях, она все же была значительной. В глазах авантюристов даже местный, признанный мастером своего дела, был бы просто эквивалентом авантюриста, чей уровень подкласса составлял около шестидесяти.

Конечно, независимо от того, шеф-повар вы или портной, до двадцатого уровня продукта будет достаточно для нормального употребления. Повар такого уровня умел готовить свежий дымящийся хлеб, вкусные супы, хрустящий картофель фри, а также курицу, обжаренную до идеального золотисто-коричневого цвета. Портной этого уровня мог шить удобные рубашки, брюки свободного кроя, пальто ярких цветов или кожаные жилеты.

Местные также могли создавать такого рода «универсальные продукты». В результате было вполне естественно, что искатели приключений сосредоточились на задачах, которые были способны выполнять только авантюристы, оставляя более общие и приземленные задачи местным.

После этих изменений Акиба была несравнима со своей ограниченной «внутриигровой версией», в которой теперь находится огромное количество магазинов и объектов. Естественно, количество местных также увеличивалось в геометрической прогрессии. В результате один за другим открывались магазины, которыми управляли исключительно местные.

Была еще одна причина роста населения местных в Акибе.

С точки зрения авантюристов, этот город игроков был для них просто оплотом. Почти все искатели приключений просто рассматривали это место как удобный плацдарм, отправную точку. Но это место имело другое значение для местных.

Авантюристы были совершенно другими существами по сравнению с местными, обладая превосходными боевыми способностями и бессмертными телами. С точки зрения местных, этот город был пограничным поселением для авантюристов в этом мире.

Большинство местных относились к авантюристам с благодарностью и уважением. Хотя большое количество авантюристов, сражавшихся с различными дикими зверями и монстрами на земле Ямато, считалось надежной военной силой этого мира, их сила также вызывала сильное чувство страха. Этот страх был также направлен на город, в котором находился механизм их возрождения, собор. Возможно, этот грозный город их больше трепетал, чем сами Искатели приключений.

Первоначальные местные, которые жили в Акибе, были особой породы, происходящей от предков, которые жили в Акибе давным-давно. В некотором смысле они были похожи на жрецов и жриц, которые служили богам в святынях. Эти особые местные выполняли различные обязанности, например, розничную торговлю и банковское дело.

Однако эпоха такого страха закончилась.

Авантюристы использовали свою устрашающую силу, чтобы победить гоблинов, зверолюдей и даже различных могущественных монстров, таких как драконы, много раз спасая жизни местных. С другой стороны, авантюристы, похоже, придерживались временной роли «квестеров». Было общеизвестно, что авантюристы могут формировать только поверхностные отношения с местными.

Но недавно авантюристы и местные подписали друг с другом соглашение.

Значение соглашения, подписанного между «Лигой восточных городов свободы» и Советом круглого стола, было определенно немалым.

Это означало заявление авантюристов местным, что авантюристы были не просто «дружелюбными прохожими», но «частью этого мира». Это также показало, что местные принимали авантюристов как таковых.

Рейнезию отправили в Акибу как символ этого соглашения.

Рейнезия не только представляла дворян, но и была живым примером «народа страны, живущего в городе авантюристов» для масс.

По этой причине население местных в Акибе увеличивалось с каждым днем.

Первоначально Акиба был городом, усеянным руинами построек. Однако после того, как местные были включены в общество Акибы, даже этот городской пейзаж начал меняться. Постепенно расчищали завалы, убирали жуткие заброшенные постройки.

Почти все авантюристы, жившие в Акибе, были японцами.

И в хорошем, и в плохом смысле, когда эти назойливые люди заметили, что люди страны заняты уборкой улиц, они решили помочь, так как им было скучно и им было нечего делать. Во время совместной работы они, естественно, начали общаться, знакомясь друг с другом.

В нынешней Акибе количество авантюристов, нанявших местных, значительно увеличилось. Точно так же количество людей Земли, ведущих бизнес с авантюристами, увеличилось более чем в десять раз.

«Лингвини», таверна, которой владеют местные.

Это заведение, в котором обычно было немного посетителей, было забито до отказа в ночь первого дня Праздника Весов.

— Это высококачественное томатное рагу, ня.

— Это вкусно!

В этом шумном заведении за самым внутренним столом ресторана сидели друг напротив друга два человека. Это были консультанты из Лог Горизонта, вождь Нянта, если быть точным, и смотритель новичков Альянса Полумесяца Серара, которая сама была новичком.

Заведение было заполнено клиентами до такой степени, что оно было почти переполнено. Несмотря на то, что сейчас был октябрь, и ночной воздух был прохладным, внутри магазина было душно даже без обогревателей.

В течение последних нескольких дней, многие местные приехали посетить этот город ради фестиваля. Все помещения в городе были полностью забронированы, даже временные, специально созданные для фестиваля Советом круглого стола.

То же самое и с ресторанами, все они были переполнены посетителями. Маленькие закусочные в переулках были заполнены как искателями приключений, так и местными, отмечающих успех предстоящих торжеств, которые официально начнутся на следующий день.

Новый метод приготовления, объявленный Советом круглого стола, распространился по Ямато со скоростью лесного пожара. Несмотря на это, не многие авантюристы или местные могли его использовать. Из-за ограничений в навыках менее десяти процентов населения можно считать способными готовить. Используя ограниченное количество ингредиентов, эти люди ежедневно придумывали новые блюда.

Авантюристы старались воссоздать обычную японскую еду. Напротив, местные, не имевшие предшествующего опыта, тщательно изучили свой существующий репертуар рецептов, создавая блюда, которые поражали их воображение. Хотя способ приготовления был относительно простым, некоторые магазины были чрезвычайно популярны из-за деревенского вкуса своих блюд.

«Лингвини» было одним из таких мест.

Блюдо, известное как Тушеное мясо со вкусом помидоров в стиле Канто, было фирменным блюдом этого магазина. Добавьте к этому тот факт, что сейчас был счастливый час, таверна наполнилась вульгарным шумом. Хотя молодым девушкам было довольно неприлично посещать такие места, Серара была чрезвычайно рада, что смогла поздний ужин вместе со своим любимым Нянтой. Несмотря на то, что место было переполнено, мысль о том, что их колени почти соприкасаются под столом, делала ее одновременно счастливой и взволнованной.

— Нянта-сан устал?

— Совсем нет, ня.

Хотя Нянта дал такой ответ, казалось, что в тот день у него было сверхчеловеческое представление. Альянс Полумесяца установили несколько киосков для фестиваля Весов. Дело было не только в возвращающемся киоске Полумесяца: их швейный цех их портных продавал одежду и оказывал услуги по примерке, их кузнецы также продавали оружие с персонализированной гравировкой.

Альянс Полумесяца был всего лишь небольшой гильдией, размер ее отделов не превышал пяти человек. На этот раз Нянта выступал в роли помощника инструктора отдела примерки.

— Я ... хорошо справилась?

— Ты хорошо поработала, Серара-ччи.

— Я не могу дождаться завтра!

— Правильно, ня.

Проведя таким образом напряженный день вместе с Нянтой, проведя весь день в будке на рассвете, Серара была полна предвкушения и счастья, когда думала об этом. Учитывая обстоятельства, можно сказать, что ее ожидание исходило от «возможности провести весь день, обслуживая будку», или, точнее, «возможности провести весь день с Нянтой».

Честно говоря, Серара смогла посочувствовать Исузу, когда она решила покинуть Альянс Полумесяца. Серара обожала Нянту с того дня, как ее спасли в Сусукино. Было бы ложью, если бы она сказала, что не думала сделать то же самое с Нянтой.

Однако Серара отвечала за присмотр за новичками в Альянсе Полумесяца. В отличие от Исузу, которая могла начать все заново после того, как покинула Хамелин, у Серары были товарищи, которые полагались на нее.

Серара уже извинилась перед Нянтой после того, как отклонила его предложение присоединиться к Лог Горизонту. Она не хотела, чтобы это ее решение, которым она дорожила, считалось пустым заявлением.

В то время Нянта только улыбнулся и прокомментировал: «Серара-ччи - удивительный ребенок, ня”. — Зрелый джентльмен Ньянта всегда был добрым человеком, однако после этого он стал намного теплее ... даже внимательно слушал все, что говорила Серара. Следовательно, Серара была очень довольна, несмотря на противоречивые интересы.

Вкусные тушеные помидоры с морепродуктами и овощами были освежающими, но слегка сладкими. Как и рагу, апельсиновый сок с добавлением льда был очень хорош. Также было приятно поболтать с Нянтой. Серара охватила эти счастливые чувства, пока она ела.

Внезапно послышался резкий звук ломающегося предмета, на мгновение заглушившего шум магазина. Казалось, официантка уронила тарелку. Знаменитое томатное тушеное мясо в таверне было разлито на пол, окрашивая камень в красный геометрический узор.

На полу валялась разбитая белая тарелка. Это было относительно обычным явлением в ресторане. Однако как только клиентура собиралась возобновить свою обычную деятельность, ее прервал звук насилия.

Серара подняла глаза из-за стола как раз вовремя, чтобы увидеть, как официантка упала на землю. Над ней возвышался мужчина.

— Не шути со мной! Как ты собираешься с этим справиться, ведь он был так испачкан?

Мужчина возмущенно взревел.

Серара быстро проверила их описания и заметила, что они оба, вероятно, были местными, поскольку их должностные инструкции не соответствовали ни одному из классов авантюристов. Кроме того, молодой человек носил дорогую одежду. Мужчина, который казался благородным, недовольно отчитал официантку за халатность, отметив, что такая скромная официантка, как она, не может позволить себе компенсацию.

Тишина в заведении, казалось, ободрила человека. Он начал надменно критиковать таверну, комментируя, насколько маленьким, грязным и шумным было это заведение, что в этом заведении не хватало вкуса. Он издевался над тем, как это не соответствовало своей репутации, даже после того, как он сам поехал туда. Он громко и резко продолжал рассказывать о различных недостатках таверны.

Серара почувствовала отвращение.

Она наслаждалась едой.

Еда здесь была восхитительной. Хотя было действительно довольно шумно, такая атмосфера не была плохой. По правде говоря, разве здесь не все развлекались? Это место было таким, каким оно было. Нравится тебе это или нет, но нет причин мешать другим людям обедать, подумала Серара.

— Этот парень идиот? — Кто-то прошептал.

Этот человек ошибся. Это место не было обычным рестораном этого человека - скорее всего, благородным - ни рестораном, предназначенным исключительно для высшего общества. Скорее, это был «ресторан в переулке», известный своим восхитительными тушеными помидорами.

Он ошибся и в другом факте. Клиентура не потеряла дар речи не потому, что боялась его статуса или власти. Их просто ошеломила полнейшая глупость его действий.

— Кто это! Кто меня только что оскорбил!

В ответ на пронзительные возмущенные крики мужчины трое авантюристов поднялись со своих мест. Чувствуя угрозу, воин из местных, похожий на стража мужчины, также встал. Это внезапное развитие событий привело к тому, что атмосфера внутри заведения наполнилась напряжением.

— Нянта-сан ...

Серара вскрикнула, съежившись на своем месте.

Это было не из-за страха. Серара принимала участие в битве на полуострове Песчаный Лист и даже участвовала в его худшей части - обороне Чуши. Она была квалифицированным авантюристом, который также сражался с нежитью и монстрами. Следовательно, с точки зрения боя уровень опасности в настоящий момент ее не пугал. Однако напряжение, возникающее из-за противоречивых эмоций людей, и напряжение поля битвы - это две совершенно разные вещи. Видя ее желание ладить со всеми, кого топчут таким образом, Серара почувствовала, что ее поглотила неописуемая, гнетущая атмосфера.

— Не волнуйся, ня.

Когда Нянта повернулся, чтобы уйти, он одновременно схватил молодого дворянина за шиворот, так же, как если бы схватили кошку. Молодой человек был ошеломлен тем, что его держат в таком положении.

— Не волнуйся, ня. Это место, где люди могут поесть, ня.

— Закрой свой рот, простолюдин!

— Искренне твой авантюрист, ня.

Ответ Нянты не дал мужчине подобрать слова. На его лице появилось взволнованное выражение. В самом деле, даже если количество местных в городе увеличилось, это все еще был Акиба, где более половины жителей были авантюристами.

С большим трудом мужчина сделал нейтральное выражение лица. Вероятно, он забыл об этом факте.

— В таком случае это вас еще меньше беспокоит!

— Ооо!

— Это личное дело местных. У нас, местных, есть различия в социальном статусе. Поскольку этот вопрос не касается вас, искатели приключений, пожалуйста, не вмешивайтесь. У меня нет желания начинать спор с вами.

— О, Мне так не кажется.

— Но вы вели себя так возмутительно в этом заведении, которое мы регулярно посещаем, а?

Три человека, вышедшие вперед из глубины таверны, действительно были авантюристами. Один из них наложил на молодую официантку исцеляющее заклинание.

Охрана дворянина выглядела встревоженной. Он нервно облизнул губы и осторожно огляделся.

Разница в силе между двумя группами была очевидна, просто взглянув на их снаряжение. Этого не было бы, если бы он был членом Рыцарей Идзумо или рыцарем, служащим лорду, или даже другому искателю приключений высокого уровня. Однако, будучи охранником такого дрянного аристократа, он был только около десятого уровня или около того.

Насколько могла судить Серара, именно этот стражник годился только для украшения.

— Хозяин, наверное, будет лучше, если ты ...

— Это Акиба, ня. У Акибы есть свои правила и нормы, ня, не вызывай здесь волнений, ня.

Нянта подошла к выходу, прервав охрану. Сначала казалось, что дворянин собирается устроить истерику; однако тот факт, что высокий и стройный Нянта может легко нести его одной рукой, несмотря на то, что выглядел немолодым, заставила его молча открывать и закрывать рот. Когда Нянта подошел к двери, он с легкостью повернул молодого человека перед собой.

— Не беспокойся о счете, ня! На этот раз считай это моим угощением, ня. Поскольку сегодня праздник, лучше развлечься, а не устраивать драки, ня.

Охранник кричал «Господин, хозяин!» несколько раз в панике, когда Нянта продолжил бросать молодого дворянина за дверь.

Городская охрана Акибы никак не отреагирует на этот небольшой инцидент. Было общеизвестно, что до тех пор, пока не будет обнажено оружие или нанесены какие-либо физические увечья, охранники не будут относиться к этому серьезно.

— Нянта-сан ...

— Не волнуйся, не волнуйся, просто продолжай наслаждаться едой, ня.

Серара вздохнула с облегчением, услышав эти теплые слова от Ньянты.

Вскоре шум и суета в таверне возобновились, и напряженная атмосфера рассеялась. Официантка начала извиняться перед остальными посетителями. Получив такие ответы, как «Не о чем беспокоиться» и «Ничего не поделаешь», девушка покраснела от смущения.

«Тот инцидент только что был определенно неожиданным».

«Это потому, что люди Земли сильно изменились, ня. Кроме того, поскольку сегодня фестиваль, этот город будет заполнен людьми, которые не знакомы с ним, ня».

Нянта взяла мелко нарезанный кусок хлеба и съела его одним большим кусочком, окунув его в томатный соус.

— У местных, кажется, есть аристократическое общество, ня, они, вероятно, были бы шокированы, увидев, как обстоят дела в Акибе, ня».

Почему они были бы шокированы ... Серара была в тупике.

Серара почти никогда не жила нигде, кроме Акибы. Она жила в Сусукино совсем недолго и была незнакома с его городской атмосферой, так как все это время пряталась в резиденции Нянты. Следовательно, она совершенно не знала о культуре и обычаях городов местных. Серара чувствовала, что было бы трагедией, если бы дискриминация и насилие, которые она видела, были обычным явлением среди их знати.

Однако местные были частью этого мира. Они имели право свободно продвигать свою культуру и образ жизни. Нянта уже говорил об этом Сераре. В то время она не понимала истинного значения этих слов.

— Однако этот город наш, ня. Тебе нужно следовать его обычаям; хорошую еду нужно есть с улыбкой, весельем и развлечениями на фестивалях, ня ... Когда кажется, что конфликт неизбежен, людям просто нужно быть осторожнее, и все будет хорошо, ня. "

Серара вздохнула с облегчением после того, как Нянта закончил говорить, согласно кивнув головой.

Хотя этот фестиваль предназначался для таких искателей приключений, как Серара, это был также первый случай, когда мероприятие было организовано с учетом интересов местных. Хотя ситуации, подобные предыдущей, могли возникнуть в будущем, у них не было причин возвращаться, это был необходимый переход. Серара пришла к такому выводу сама.

Суета и разговоры возобновились, и таверна снова обрела теплую атмосферу. Хотя этот небольшой шторм мог повлиять на людей, он не успокоил сердца искателей приключений. Если бы такой небольшой инцидент затронул их, они не смогли бы выжить в этом альтернативном мире.

Авантюристы Акибы столкнулись со многими испытаниями и невзгодами за последние пять месяцев.

Значит, проблем быть не должно. Серара расслабилась и улыбнулась Нянте.

Часть 2.

В ту же ночь, в другом месте, работала другая пара, пребывая в унынии от объема работы, которую им нужно было закончить.

Они были прекрасным дуэтом, возглавляющим Альянс Полумесяца, Мариэль и Генриетта. Они постоянно давали инструкции по подготовке к открытию временного магазина и показу мод на следующий день.

В настоящее время Альянс Полумесяца насчитывает шестьдесят пять членов. Хотя инцидент в Хамелине увеличил их число, он все еще был среднего размера и определенно не имел людских ресурсов для установки стендов, как в трех крупных производственных гильдиях.

С другой стороны, малоизвестный факт, что этот фестиваль был предложен средними и малыми гильдиями.

Новые идеи исходили не только от крупных гильдий. Пока ремесленник, обладающий достаточными навыками, имел вдохновение, он или она могли придумывать всевозможные новые продукты. Это была нынешняя Акиба. Если бы такие появляющиеся продукты исходили от крупных гильдий, они бы рекламировали и распространяли их. Но если бы ремесленник происходил из одной из более мелких гильдий, было бы труднее сделать то же самое.

Этим моментам уделялось много внимания, и они легли в основу этого Фестиваля Весов.

Другими словами, привлекая участников и клиентов от имени Фестиваля Весов, не только киоски малых и средних гильдий, но даже новые продукты могут получить известность и популярность как у авантюристов, так и у торговцев из местных.

Альянс Полумесяца надеялся на такой результат, когда регистрировал свои киоски.

Однако на самом деле их мотивировал простой энтузиазм. И Мариэль, и Генриетта работали много часов просто потому, что надеялись насладиться атмосферой культурного фестиваля. Несмотря на то, что это было так, они не собирались полностью игнорировать вопрос прибыли, развлекаясь.

В настоящее время в Акибе у малых и средних гильдий была возможность заработать состояния. Все небольшие гильдии во главе с Альянсом полумесяца с нетерпением ждали этого.

Рассвет был всего в нескольких шагах.

Измученные члены Альянса Полумесяца, вероятно, рухнули в разных частях зала гильдии. В центре комнаты, в которой находился дуэт, стоял стол, достаточно большой, чтобы поиграть в пинг-понг с деревянными ящиками, сложенными сбоку. Благодаря большому пространству нового зала гильдии, можно было таким образом разделить рабочее пространство.

Запихнув рубашку, окрашенную растительными красками, в деревянный ящик, Мариэль потянулась и глубоко вздохнула, а затем заговорила с Генриеттой.

— Я говорю, когда же мы уже закончим?

— Согласна.

На другом конце стола Генриетта рассматривала скромное количество документов. Записав числа на счетчике рядом с ней, она прикрепила их к ящикам.

— Давай закончим здесь.

Услышав эти слова, Мариэль глубоко вздохнула.

На следующий день было назначено торжественное открытие Фестиваля Весов.

В Акибе было две основные дороги, которые шли перпендикулярно друг другу, разделяя город на четыре части. Комитет по связям разрешил магазинам открывать магазины на этих улицах на основании результатов голосования. Альянсу Полумесяца удалось получить один такой магазин. Это была небольшая будка, расположенная на центральном перекрестке, где планировали возродить Полумесяц. Вернувшись после долгого отсутствия, Полумесячные Бургеры, очевидно, на этот раз будут продаваться со значительной скидкой.

— В то время цена была сродни грабежу.

— Это действительно был грабёж.

Двое, измученные упаковкой, продолжали свой диалог с истощенными выражениями лиц.

Несмотря на то, что «уверенная в себе, красивая и пышногрудая, лидер гильдии Кансай-бен» Мариэль и «уверенная сестрёнка в очках, которую вы хотели, будут ругать вас» Генриетта были гордостью Альянса Полумесяца, они бездельничали в офисе поскольку их было только двое. Таким образом, они были неотличимы от любой другой авантюристки-женщины.

Генриетте казалось, что она уснёт, если они будут продолжать в том же духе. Она трясла напарника за плечи с криком «Мари, возьми себя в руки». Но Мариэль не была дисциплинированным человеком по натуре, и, хотя она неоднократно кивала в знак признательности, она была полностью опустошена.

Генриетта сдалась и помогла Мариэль сесть на диван. Мариэль выглядела так, будто она там пустила корни. «Если тебе хочется спать, иди спать на своей кровати». Однако она настояла на том, чтобы сначала захотеть принять ванну, из-за чего терпение Генриетты было на пределе.

— Если вы хотите искупаться, почему бы вам не пойти дальше и не сделать это?

— Я немного отдохну - мой HP критичен.

— Ваша полоса HP полностью находится в зеленой безопасной зоне. Даже если бы это было не так, разве вы не можете просто исцелить себя?

Тела Авантюристов имели отличные физические характеристики. Даже для Генриетты, которая была бардом, десять часов подряд упаковывать вещи ничем не отличались от легких упражнений. Она была еще далека от краха.

Хотя Мариэль сказала и выглядела так, будто физически истощена, Генриетта подозревала, что это просто умственная усталость.

— Дай мне немного отдохнуть!

Генриетта глубоко вздохнула своему бесстыдному другу и села рядом с ней.

— Мари, в чем дело?

— Ни в чём.

— Не пытайся лгать мне.

Генриетта пожала плечами. Мариэль была слишком милой, поэтому она потеряла мотивацию к остроумному камбэку.

Она могла приблизительно догадаться, почему Мариэль доставляла такие неприятности.

Вероятно, это имело какое-то отношение к определенной развлекательной теме, которая неоднократно возникала в течение последнего месяца.

Генриетта мысленно получила доступ к игровому меню и курсору.

— Да, это я. Да, это правильно ... Нет, извините за беспокойство, так как это уже поздно. Значит, с тех пор так и было, правильно.

Генриетта, казалось, разговаривала с пустым воздухом после того, как позвонила кому-то телепатически. Поскольку она слышала голос собеседника прямо ей на ухо, казалось, что она разговаривает сама с собой. Независимо от этого, эту форму магического общения можно использовать для общения с дальними друзьями.

Мариэль знала об этом факте, поэтому ее не беспокоило психическое здоровье подруги. Вместо этого на ее рассеянном лице сменилось серьезное выражение, и она начала паниковать.

— Генриетта? Кто это? С кем ты говоришь?

— Ахахаха. В самом деле, действительно, как ты говоришь, я терпеть не могу, ленивая до невыносимости. Мари снова ведет себя неприятно, и это действительно мило - когда она так поступает, она даже трясет грудью!

— Кто это! С кем ты говоришь!

— Мари, я использую телепатию, ты можешь немного успокоиться?

— Вы, очевидно, говорите обо мне, как вы ожидаете, что я буду молчать!

Мариэль схватила ухмыляющуюся Генриетту за плечи и встряхнула ее. Однако Генриетта была достаточно опытной, чтобы справиться с такой ситуацией, так как знала ее так давно. Бледными тонкими пальцами Генриетта пощекотала ее за ушами, безжалостно отталкивая, прежде чем прижать к дивану.

— Да, это верно. Товары накапливаются, я надеюсь, что Наоцугу-сан может помочь - действительно, Мари тоже будет счастлива.

Упоминание «Наоцугу» заставило Мариэль съежиться. Генриетта неторопливо продолжила телепатический разговор, полностью игнорируя Мариэль.

— Извините за беспокойство. Хорошо, хорошо ... увидимся в другой раз.

На лице Генриетты была яркая улыбка. Она заметила, что Мариэль неловко надулась.

— Почему Генриетта такая хулиганка ...

— Хулиганка? Мари, должно быть, ошибается.

Когда Мариэль услышала эти слова, на ее надутом лице появилось нерешительное выражение. Находясь в очертаниях ее гладкого овального лица, ее блестящие глаза, полные выражения, были чрезвычайно завораживающими. Однако Генриетта не собиралась баловать ее или позволять Мариэль сорваться с крючка. В хобби Генриетты входило как дразнить, так и подбадривать ее.

— Вы уверены, что это нормально? Наоцугу-сан должен быть здесь через час, чтобы помочь.

— Он идет помочь, хотя уже так поздно?

— В самом деле. Поскольку трудно полагаться только на женщин, которые будут все двигать.

Генриетта ответила, не меняя тона. Мариэль внезапно встала, как будто ее ударило током, схватив свои кардиганы, лежавшие рядом с ней, прежде чем убежать, скорее всего, чтобы вернуться в свою комнату, чтобы принять душ.

— Я ... я пойду за цветами!

Сказав что-то, что, очевидно, было предлогом, Мариэль поспешно вышла из комнаты. “Старайтесь изо всех сил”, — помахала Генриетта уходящей фигуре и уселась на освободившийся диван.

(Мари по-прежнему такая же милая, похоже, мне не придется беспокоиться об этом какое-то время. Серьезно - это может быть к лучшему.)

Генриетта достала из сумки документ и просмотрела его.

Расплывчатые подробности о Сироэ, которые рассказал Наоцугу, напомнили ей кое-что, что ее беспокоило.

Документ содержал записи, которые были сопоставлены комитетом по связям: гильдии, предприятия, группы и отдельные лица, подавшие заявки на установку киосков. Масштабы фестиваля превзошли все ожидания.

Это произошло в основном из-за местных. Это была не просто «Восточная Лига городов свободы»; купцы и знать с запада также приезжали навестить Акибу. Экономический потенциал Акибы был намного больше, чем можно было предположить по населению. Местные были очарованы этим фактом и устремились к Акибе за прибылью, что привело к великому исходу.

Члены комиссии по связям во главе с Чарасиным предвидели это. Однако они поняли, что фактические цифры намного превышают их оценки. На следующий день на фестивале все будут в шоке, особенно малые и средние гильдии.

Авантюристы завалили Стенды, будто на школьном фестивале, вероятно, их продукцию мгновенно раскупят. Намерения местных и авантюристов не могли быть более разными. В то время как первые пришли ради «оптовых закупок», вторые покупали единичные товары, которые им понравились.

(Тем не мение...)

Генриетта поправила очки указательным пальцем.

Очки в серебряной оправе, которые были одной из отличительных черт Генриетты, сияли на ее лице. Что-то было не так. Хотя у Генриетты не было обширного опыта работы, она все же была начитана и имела достаточный опыт бухгалтерского учета; ей казалось, что вот-вот произойдет что-то неожиданное.

Генриетта закусила губу. Страх неизвестности сбивал с толку.

(Если бы это был Сироэ-сама ...)

Она не могла вспомнить, когда начала с такой ясностью вспоминать лицо того молодого человека.

Когда она тщательно обдумала это, его профиль появился из глубины ее разума. Хотя у Генриетты никогда не было возможности откровенно поговорить с Сироэ, всякий раз, когда этот юноша имел дело с кризисом и храбро выступал, она всегда просто наблюдала со стороны. На конференции, которая привела к формированию Совета Круглого стола, и той, на которой была выдвинута Рейнезия, Генриетта наблюдала за его профилем, оставаясь рядом с ним только как помощник.

Этот проницательный и решительный юноша мог бы раскрыть причину беспокойства в сердце Генриетты.

Помня об этом, Генриетта открыла свой список контактов. Однако в конце концов она предпочла не связываться с ним. Это решение она приняла после долгих размышлений.

Сироэ уже нес бремя многочисленных обязанностей Совета круглого стола.

По возможности, Сироэ следует избавить от работы, связанной с фестивалем. Это было то, с чем согласились и Харасин, и Генриетта. Хотя никто из них открыто не высказывался об этом, оба согласились с тем, что Совет круглого стола наложил на Сироэ слишком много работы.

Кроме того, у Сироэ сейчас были Акацуки и Минори.

С точки зрения Генриетты, эти две барышни обладали несравненным обаянием.

Акацуки, похожая на воробья, была элегантной и красивой молодой девушкой. Ее длинные распущенные черные волосы были как у традиционной куклы.

Чистая и безупречная Минори была хрупкой, но сильной. Она выглядела как человек, которого нужно обожать, но чувство ответственности отличало ее от других девочек ее возраста.

Зная, как они относились к Сироэ, Генриетта чувствовала, что ей нет места среди них.

Генриетта всегда считала, что ей не хватает привлекательности.

Ей было трудно понять первобытную эмоцию любви. Она чувствовала, что у нее нет шансов на такие интимные отношения, как у Мариэль. У нее было желание придать куклу Акацуки, но Генриетта понимала, что такого рода чувства не были похожи на романтические чувства, которые разделяют пары.

Хотя она обращала особое внимание на Сироэ, даже думая: «Может ли это быть ...?» в какой-то момент ее чувства не были по-настоящему романтическими. Она не чувствовала необходимости выйти за него замуж или даже не жаждала его присутствия. Таких жгучих желаний не хватало.

«Самый выдающийся среди мужчин».

Генриетта дала Сироэ такую оценку.

Хотя она все еще была далека от уверенности, она, по крайней мере, подтвердила, что это были «те» чувства.

(Другими словами, моя личность слишком проста ...)

Этот факт не заставил ее чувствовать себя одинокой. Она была счастлива, что мысли о нем так часто приходили ей в голову. Хотя она чувствовала, что это не станет более серьезным, она была довольна тем, как обстоят дела.

Для Генриетты Акацуки была милой подругой, которой она хотела дорожить, в то время как новоприбывшая Минори была тем, с кем она надеялась подружиться. Она была благодарна за то, что не мешала ни тому, ни другому.

Хотя она не могла отдать предпочтение какой-либо стороне, она уже решила поздравить ту, которую выбрал Сироэ.

Она надеялась, что Сироэ ...

Что одинокий, слишком серьезный обманщик обретет счастье.

Возможно, Сироэ был из тех, кто мог дарить счастье окружающим, когда сам был счастлив?

Генриетта определенно так считала.

(Хотя я бы хотел, чтобы они трое ускорили процесс.)

Генриетта вздохнула.

Что касается таких вопросов, обе девушки и Сироэ не были осведомлены об этом. Было весьма вероятно, что они столкнутся с трудностями даже при благоприятных обстоятельствах. Это было довольно соблазнительно, поскольку ничего нельзя было сделать, хотя было трудно не беспокоиться о них.

Пока Генриетта размышляла о любовных проблемах, с которыми сталкиваются члены сестринской гильдии, она почти забыла чувство неловкости, которое она чувствовала всего несколько минут назад. В Акибе было слишком много работы и слишком много вещей, которые нужно было учитывать.

Часть 3.

Небо было окрашено в серый цвет.

Освежающий октябрьский бриз окутал Акибу рано утром. Солнце еще не начало своё восхождение; атмосфера была наполнена влажностью и спокойствием.

И Акиба этого мира, и Акиба старого мира были похожи по топографии и географическому расположению. Однако у них, очевидно, были и свои отличия.

Город был покрыт вековыми деревьями, дороги и площади были окутаны зеленью; различные части превратились в участки мха или травяные поля.

По всему городу были спрятаны лиственные деревья, а также растения, приносившие плоды, похожие на драгоценные камни. Разрушенные здания Акибы слились с природой, превратив город в интригующую сцену.

Осенняя роса нежно капала по зеленым улицам.

Минори почувствовала росу на кончиках пальцев, когда она поспешила к зданию гильдии.

Было утро второго дня праздника Весов.

Сегодня был второй день. В отличие от первого дня, когда ожидание ночных праздников постепенно накапливалось, сегодня будет проведен ряд стандартных мероприятий.

Мероприятия со второго дня включали различные съезды, званый обед, устроенный Рейнезией, и «Ярмарку Акибы», которая продолжалась непрерывно с той ночи до третьего дня. Это были основные моменты фестиваля Весов. Действительно, сегодня начнутся основные мероприятия фестиваля.

Скорее всего, из-за такого ожидания улицы, которые обычно были пустынны ранним утром, наполнились шквалом активности. Люди перемещали посылки, очевидно, чтобы заполнить свои киоски или, в некоторых случаях, чтобы пополнить запасы проданных товаров.

Придя к входу в здание гильдии, было ясно, что уровень активности был еще выше. Многие авантюристы проходили через дверной проем, входили и выходили. Приветствуя, полные энергии и духа, Минори вошла в это здание черного цвета обсидиана.

Лог Горизонт был одной из одиннадцати гильдий, входящих в Совет Круглого стола. Кроме того, Минори часто приходила сюда, чтобы помочь Сироэ. Многие работавшие здесь авантюристы были знакомы с Минори, включая женщину из местных, которая стояла у стойки регистрации.

Минори направилась к этажу, где находились справочная комната и офис Совета Круглого стола, направляясь в «Комитет по связям производственной гильдии». Сироэ однажды попросил ее забрать оттуда документы, поэтому она знала его местонахождение.

Здесь с раннего утра царила паническая неорганизованная атмосфера. Было безбожное количество деревянных ящиков. Они вывалились через распахнутую дверь в коридор.

«Комитет по связям с производственной гильдией» сыграл центральную роль в фестивале. Следовательно, он был уже занят даже в этот час. Изнутри доносились звуки, похожие на проклятия, и было видно, как люди перемещают товары и лихорадочно вбегают и выходят за дверь.

Минори тихо вошла в комнату, приветствуя знакомого авантюриста. Она вспомнила, что он был кузнецом из торгового центра 8-го округа.

— Что случилось, Минори-чан?

— Эээ ... могу я узнать, есть ли поблизости Чарасин-сан?

Минори чувствовала себя не на своем месте. Правильным описанием было бы ощущение, что она «неосторожно вступила на чужую территорию».

Кузнец, заметив встревоженный вид Минори, улыбнулся и сказал: “А, он внутри, почему бы вам не войти? Пожалуйста, извините за беспорядок!” — Он сказал это довольно громко, так как, вероятно, был в бреду от бессонницы. Минори робко шагнула вглубь кабинета.

В такой ранний час Минори пришла сюда по определенной причине.

После того, как Минори стала свидетельницей личной сцены между Акацуки и Сироэ прошлой ночью, она впала в депрессию из-за собственной поверхностности. Однако было кое-что, чего она хотела достичь во время фестиваля Весов: исправить негативный образ Сироэ.

Ее первоначальный план состоял в том, чтобы привлечь внимание Сироэ, заставив его участвовать в конкурсе по поеданию торта. Впоследствии появится возможность получить ему приглашение на грандиозный ужин. Затем, пригласив его пообщаться с другими участниками обеда, она надеялась сделать Сироэ более благосклонным к публике. Это была ее первоначальная стратегия.

(В конце концов, это не удалось ...)

Минори считала, что съесть двенадцать целых тортов - непреодолимая задача.

Несмотря на то, что она так думала, ничего нельзя было поделать - это раздражало.

Однако неудача все равно осталась неудачей. Поскольку сдаваться нельзя, ей пришлось найти альтернативный способ достичь своей цели. План, который Минори придумала незнакомыми частями своего разума, заключался в том, чтобы напрямую помочь «комитету по связям производственной гильдии».

К счастью, она лично знала гильдмастера торгового центра 8-го округа, Чарасина. Если бы у Чарасина были запасные пригласительные билеты на грандиозный ужин, можно ли было получить их от него? Помня об этом, Минори направилась в «Комитет по связям с производственной гильдией».

Однако казалось, что Чарасин мог быть слишком занят для таких дел. Минори прибыла в центральный офис (или это была комната для встреч?) «Комитета по связям производственной гильдии». В этой большой комнате была стена с документами.

Минори привыкла к такой сцене. Кабинет Сироэ также был завален большим количеством документов. В этом мире без компьютеров скопление документов было чем-то обычным. Однако беспорядок в кабинете Сироэ бледнел по сравнению с беспорядком в этой комнате. По крайней мере, в исследовании Сироэ было очевидно, что были предприняты усилия, чтобы привести в порядок или минимизировать беспорядок. Единственное, что было заметно в этой комнате, - это хаос и беспорядок.

В углу офисного стола в центре комнаты Чарасин и его молодой помощник изо всех сил пытались защитить границы территории, известной как «рабочее пространство». Однако их усилия были напрасны. Из-за вторжения варваров, о которых сообщалось в беспорядке, они были на грани поражения.

Минори не решалась беспокоить Чарасина из-за ситуации, в которой он находился. В этот момент позади Минори в комнату вошел молодой человек и энергично сообщил.

— Чарасин-сан! Вот запасы и бухгалтерские книги южного округа! Я оставлю все тебе!

Молодежь просто сложила их в стопку документов и ушла. Однако это простое действие вызвало огромные изменения на поле битвы, которым был стол. Сцена была подобна орде варваров, мчащихся вперед на полной скорости, стреляя из боевых рогов. Нестабильная стопка документов тут же рассыпалась, как домино.

— Ахх... Ик!

Чарасин и его помощник громко закричали, их лица побледнели от отчаяния. Принявшись одновременно, они двое приступили к складированию упавших документов. Минори решила, что сейчас хорошее время, чтобы помочь, и робко повысила голос.

— Вам нужна помощь?

— Мы облажались! А? Разве ты не ...

— Ты из гильдии Сироэ-сана. Если я помню, Минори-чан?

— Верно. Позвольте мне помочь вам.

Минори закатала длинные рукава своей одежды. Она не могла заставить себя оставить эту грязную гору документов в покое. Более того, если бы она помогала сейчас, у Чарасина могло сложиться хорошее впечатление о ней, и он мог бы с большей готовностью удовлетворить ее «просьбу». Минори имела в виду эти соображения.

— Да, это было бы здорово, спасибо ... Таро, сделай мне чашку чая, и покрепче, пожалуйста.

— Да прямо сейчас!

Юноша, который работал без перерыва в течение неизвестного времени, покачивался, покидал комнату. Увидев, как он уходит, Минори и Чарасин начали собирать разбросанные по дому листы бумаги. Большинство из них выглядели как бланки заявок на стенд. Также были заявки, связанные с торговлей, письма-запросы, письма-распоряжения, налоговые формы и различные другие документы. Все это было объединено вместе с тем обоснованием, что «содержание в любом случае примерно одинаковое», образуя гору документов.

— Чарасин-сан ... гм, это разные документы.

— Я знаю, что все они разные, но мы потеряли из виду их организацию. Более того, не было надлежащего формата или стандарта для начала. Даже документы одного типа имеют совершенно разное содержание.

Чарасин уныло вздохнул.

— Я никогда не думал, что это будет так хлопотно. Серьезно, с местными бывает так сложно иметь дело. Интересно, стоит ли нам обложить налогом и их ...

— Местные? Что насчет них?

— На самом деле это ничего. В бизнесе нормально добавлять или даже менять свой товар в последнюю минуту. Но я никогда не ожидал такого большого количества людей. Или того факта, что документы будут написаны таким случайным образом. Думаю, это связано с различиями в культуре. Если бы это была наша собственная гильдия, это не было бы большой проблемой. Но Совет Круглого стола хотел, чтобы этот фестиваль был должным образом задокументирован.

— Я уверен, что вы можете увидеть остальное? — указал Чарасин, пожав плечами. Беспорядок перед ними был довольно устрашающим. Несмотря на то, что они понимали важность эффективной системы хранения документов, поток различных запросов и задач сделал практически невозможным правильную организацию документов.

Чарасин был тем, кого Сироэ очень уважал. Он обладал прекрасной способностью критически мыслить и, при необходимости, мог быстро принимать решения. Подчиненные ему тоже казались очень прилежными.

Несмотря на отсутствие организации, они смогли отложить проблему и продолжить свою деятельность благодаря его здравому мнению. Сложившаяся ситуация еще оставалась управляемой, но Чарасин приходил в отчаяние. Были задержки в обработке документов, независимо от того, старые они или новые.

— Я останусь здесь и помогу вам сегодня.

— Вы уверены? Разве Лог Горизонт сегодня не занят?

Минори немного поразмыслила, прежде чем предложить свою помощь. План, связанный с соревнованием по поеданию торта, был отменен, поэтому у нее действительно было время в запасе.

— Я совершенно свободна прямо сейчас.

— В таком случае, даже если это довольно неловко, мы будем полагаться на тебя ... Если честно, у меня нет времени разбираться с этими документами. Генриетта сегодня тоже выглядит довольно занятой.

Минори кивнула в ответ на то, что только что сказал Чарасин. Сироэ упомянул ей, что Генриетта также участвует в делах комитета по связям. Возможно, нынешний беспорядок произошел из-за ее отсутствия на одном из съездов.

— Думаю, мне просто придется разбирать их по одному.

Минори переложила на пол документы рядом с собой. Сунув руку в сумку, она достала кусок пергамента и чернила. Хотя ее уровень не был высоким, она создала их сама.

Используя обнаженный нож как пресс-папье, она начала просматривать стопку документов, начиная сверху. В спешке не было необходимости, однако скорость была важна - это была складская расписка. Минори кивнула самой себе, поместив его на частично очищенную территорию. Она сделала одну квитанцию. Это был отчет патрульных об обнаружении нарушения безопасности. Она сделала один отчет.

Это было только начало и только первый шаг. Даже если это был небольшой шаг, это не повод для разочарования. Очевидно, что вначале результаты будут небольшими. Важно было оставаться сосредоточенным и последовательным при движении вперед.

(В конце концов, я еще ничего не сделала.)

Хотя она поклонялась Сироэ - и даже испытывала к нему чувства - она не предприняла никаких шагов. Жгучая боль, которую Минори почувствовала, когда приняла эту истину, все еще горела в ее сердце.

Поскольку это было так, ей нужно было что-то с этим делать.

Поскольку у нее были чувства к Сироэ, она хотела что-то для него сделать.

Она была обыкновенной ученицей средней школы. Но чтобы встретить это чувство любви лицом к лицу, Минори надеялась, что сможет что-то предложить Сироэ.

Это было решение, которое Минори приняла после того, как преодолела агонию, прожигавшую ее сердце в ту ночь.

Раньше она просто слепо поклонялась ему и гналась за ним, стремясь достичь его уровня без каких-либо других соображений. Но теперь в ее сердце стояла новая цель.

Если бы она только хотела пойти по стопам Сироэ, хотела увидеть тот же пейзаж, который видел он, тогда было бы хорошо достичь его уровня. Но если бы она хотела ему помочь, ей пришлось бы приобрести другие способности. Идти по его пути, но стремиться обрести другой набор способностей определенно будет сложно, однако нынешняя Минори хотела продвинуться по этому пути.

Физические способности авантюристов, такие как зрение и рефлексы, были значительно улучшены.

Минори использовала эти способности для разделения документов с удивительной скоростью. Просматривая их содержимое, документы, которые, по ее мнению, имели приоритет, были помещены в деревянный ящик сбоку. Это были документы, которые нужно было немедленно проверить у Чарасина. Остальные документы были отсортированы по соответствующим категориям.

Подклассом, который теперь был у Минори, был Ученик. Минори ненавидела подкласс портных и хотела выйти из него, как только сможет. Однако ей было трудно выбрать новый подкласс. Пока она размышляла, Сироэ предложил ей тем временем выбрать подкласс ученика.

Ученик был одним из «подклассов», но сильно отличался от других. Это было похоже на ролевые подклассы, такие как бухгалтер или гадалка, но было еще более особенным.

Ученик мог зарегистрировать другого игрока как «учителя» и получать способности, основанные на подклассе этого игрока, «копируя» несколько низкоуровневых навыков. Минори могла создавать пергамент и чернила, потому что она зарегистрировала Сироэ своим учителем - то есть эти навыки были скопированы с Сироэ.

Ученики получали бонусы к опыту, поэтому повышать уровень было несложно. Более того, тот факт, что навыки были скопированы с учителя, сделал это еще проще. Однако, поскольку Ученик мог копировать только навыки среднего и ниже уровня, а подкласс не обладал собственным «уникальным набором навыков», это не было очень популярно.

Истинная отличительная черта ученика стала очевидной только после зрелости. Помимо некоторых специальных подклассов, к которым предъявлялись особые требования, Ученик мог переключиться на любой подкласс, и навыки, относящиеся к новому подклассу, переносились вместе со всем их текущим опытом подкласса.

Например, когда ученик 30-го уровня переключил подклассы на шеф-повара, он или она стал бы поваром 30-го уровня с тем же уровнем опыта, что и авантюрист, который был поваром с первого уровня.

Если вы хотели стать кузнецом, то было совершенно нормально начать обучение в качестве подмастерья, а тренировать это было довольно утомительно. Однако требовался учитель, и список предметов, которые вы могли сделать, не увеличивался по мере повышения вашего уровня, поэтому вам пришлось прибегать к другим методам для увеличения своего репертуара, что было одной из проблем.

Минори такие вопросы не волновали.

Она выбрала этот подкласс, чтобы следовать за Сироэ, поэтому эти ограничения не были препятствием. Наличие доступа к способностям писца Сироэ было большим подспорьем в решении этой проблемы с документами в текущей ситуации.

Минори использовала недорогой пергамент. Взяв бланк заявки на продажу, она перечислила все позиции один за другим. После того, как она проверила их, она сделала «дубликат» и поместила оригинал в деревянный ящик. Извлечение желаемой информации из документов было задачей, с которой Минори была хорошо знакома, поскольку это было то, чему она научилась, помогая Сироэ в его работе.

Минори посмотрела на гору документов.

Скорее всего, это конкретное поле битвы содержало «что-то», что Сироэ уже приобрел, чего нельзя было получить в боях в Элдер Тэйлс. В настоящее время Минори не могла понять или понять, что это за «что-то».

В знаниях, которые ей передал Сироэ, было много ключей. «Учение Сироэ», которое слушала Минори, содержало множество боевых стратегий тех времен, когда Элдер Тэйлс еще была игрой. Но не только это.

Как управлять гильдией, записи прошлых сражений, эмоции, пережитые при игре в онлайн-игры - счастье, печаль, несправедливость, прощение - конфликты, выходящие за рамки самой игры, и ситуации, которые могут возникнуть при столкновении различных интересов. Секрет «этого», вероятно, был скрыт в том, чему ее научил Сироэ.

Однако Минори была неопытной. Ей приходилось полагаться на такую информацию как на костыль.

Вот почему она хотела остаться здесь и помочь.

Чтобы не стать обузой, Минори решила остаться здесь. Она решила продолжать борьбу. Когда-то это было поле битвы Сироэ, но теперь оно было целью ее цели.

— У Минори-чан такая изящная техника.

— Это потому, что я ученица Сироэ-сан.

Минори ответила с улыбкой на лице. У нее было стойкое выражение лица, которого не было накануне вечером.

Часть 4.

— Благодарю!

— Принято, осталось пять.

— Эй, я ухожу! Принеси сюда еще!

Утром второго дня фестиваля город наполнился шумом активности.

Такой фестиваль был беспрецедентным. Никто не мог понять общую ситуацию; ни даже Чарасин, глава комитета по связям с продюсерской гильдией, который курировал фестиваль. В конце концов, этот фестиваль был инициирован по инициативе малых и средних гильдий, которые хотели иметь возможность рекламировать свои новые продукты.

В связи с масштабностью фестиваля «Комитет по связям с продюсерской гильдией» был занят. Несложно было предположить, что город находится в подобном состоянии хаоса.

Однако в действительности все было иначе. Это произошло потому, что городские авантюристы были полны духа и жизненной силы.

В этом альтернативном мире многие Искатели приключений не знали, что им делать со своими расширенными возможностями. Вернее, им просто было скучно. Они могли избавиться от скуки двумя способами: впасть в депрессию или, как в случае с фестивалем, помочь и поработать. Поскольку последний вариант был выбран по умолчанию, фестиваль получил большую помощь.

Расположенный на «Мосте всех веков», главной дороге в Акибе, рядом со стоянкой для экипажей была поставлена большая палатка. Хотя это сооружение называлось палаткой, оно было открытым со всех сторон и просто состояло из крыши, поддерживаемой тяжелыми металлическими подпорками по четырем углам. Он служил простым полевым штабом. Члены Рыцарей Черного Меча постоянно приходили и уходили, а человек, сидящий на складном стуле, установленном в центре палатки, торчавший, как больной большой палец, был их главой гильдии, «Черным мечом» Исааком.

— Дай мне выпить!

— Призывателей недостаточно, пошлите еще!

— Призывателей больше нет, так что, если вам нужно больше людей, вам просто придется довольствоваться тем, что есть - если вам нужна горячая вода или лед, иди и найди мага»

— Мы не просто замена Призывателей, ублюдки! Ах, лед готов, давай, бери его.

Подобно нынешней городской суете, палатка была наполнена непрерывной деятельностью.

У Акибы было несколько боевых гильдий, и Рыцари Черного Меча были одной из них. Они были известны как эксклюзивная гильдия «Искателей приключений высочайшего уровня, которые были специально отобраны». Она также была известна как гильдия, специализирующаяся на выполнении сложных квестов высокого уровня. Большинство ее членов были явно заядлыми игроками, и гильдия была сплоченной. Такое впечатление производили посторонние. Однако на самом деле они были просто шумной компанией.

— Эй, вы, ребята, чертовски шумные!

Громкий грубый голос заставил воинов замолчать. Это был мастер гильдии, страж по имени Исаак, известный на всю Акибу. У него была голова, полная кроваво-красных волос, и на лице была уверенная, презрительная улыбка.

— Вы очень придирчивы, командир.

— Тебе стоит просто остаться на своем месте, босс.

— Шеф - идиот, его манеры не учитывают.

Комментарии окружавших его людей заставили Исаака от души рассмеяться, как если бы ему сделали комплимент. Так было в Чёрных Мечниках. Исаак, на которого окружавшие его подчиненные смотрели укоризненно, кричал что-то вроде — «Ха! Вы, ребята, как всегда, кажетесь довольно энергичными!».

— Патрульная группа третьего сектора вернулась.

— Отлично, спасибо за вашу тяжелую работу.

Исаак поприветствовал команду из трех человек, которая только что вернулась в город. “Разве я не отличный парень, который проявляет беспокойство? Приветствие моих людей сразу показывает, что у меня печать настоящего лидера.” — Это был внутренний монолог, разыгравшийся в голове Исаака. Тем не менее, Исаак действительно выглядел лидером.

— Так как все прошло? Хм, что-нибудь случилось?

— В самом деле. Мы спасли вагон, застрявший в канаве, помирили нескольких поссорившихся друг с другом брокеров, уладили платежный спор ... такой расклад.

— Хорошо, вот так!

Исаак кивнул, как босс, отвечая на отчет членов своей гильдии.

Действительно, Чёрные Мечники взяли на себя инициативу патрулировать центр города.

Малые и средние гильдии были неспособны справиться с беспрецедентным количеством знати и торговцев из местных, слышавших о Фестивале Весов. Многие купцы и бизнесмены приезжали сюда, чтобы продать свои товары. Для  решения и урегулирования возникших споров требовалось задействовать персонал.

«Комитет по связям производственной гильдии» был чрезвычайно трудолюбивым; однако они были просто организацией, которая согласовывала интересы гильдий. Кроме того, их основная задача была связана с будками, поэтому у них не было возможности разрешать споры в центре города.

Учитывая эти обстоятельства, Исаак сформировал патрульную группу, ответственную за охрану местных.

Этим местом был «Мост всех веков», возведенный над каналом Канда, к югу от центра города. Путешественникам, прибывающим из Идзу или из районов дальше на запад, придется пересечь мост, чтобы попасть в Акибу. На самом деле "полицейская" обязанность была довольно простой. Они записывали имена торговцев, количество персонала в группе, количество вагонов, а также их содержимое - и все.

По сравнению с иммиграционным контрольно-пропускным пунктом в старом мире проверки были довольно слабыми.

Исаак считал, что единственное требование для этой работы - устрашающий вид.

То есть нужно было быть смелым и решительным.

Чёрные Мечники намеренно носили внушительную броню, подходящую для путешествий. Это была превентивная тактика. Их поразительный внешний вид вселил «страх перед законом» в сердца тех, кто приехал посетить город, посылая им четкий сигнал: «если вы попробуете что-нибудь смешное, кто-то пострадает». Все решалось с применением запугивания и осторожности.

— Кто-то выглядит действительно свободным.

— Не беспокой меня зря. Как дела у тебя?

Исаак пристальным взглядом оценил приближающуюся фигуру. Этот хорошо сложенный мужчина в очках был ровесником Исаака, одним из одиннадцати членов Совета круглого стола и лидером Д.Д.Д.

Он был тем, с кем Исаак не хотел шутить. Будь то мастер гильдии или страж, он был единственным на сервере, кто мог сравниться с Исааком.

— На моей стороне тоже нет проблем.

Красти слегка приподнял уголки рта. Исаак рассудил, что именно так улыбался этот человек в очках.

Они знали друг друга с тех времен, когда это была игра. Хотя они принадлежали к разным гильдиям, они оба были высоко оценены и боролись за высшую позицию на сервере Ямато. Они также много раз разговаривали друг с другом. Было бы совершенно неправильно сказать, что им было наплевать на существование друг друга - они были соперниками.

Большие боевые гильдии, такие как Чёрные Мечники и Д.Д.Д, были чрезвычайно озабочены тем, чтобы быть лучшими в рейдах. Новые рейды, которые были включены в каждое новое обновление, ставили новые задачи. Эти свежие поля сражений были подобны девственному снегу, нетронутому вторжением кого-либо.

Их сложность была явно высока.

Поскольку эти рейды были разработаны, чтобы бросить вызов опытным игрокам, привыкшим выполнять как индивидуальные, так и групповые задачи, сложность была чрезвычайно высокой. Сложность была разработана для опытных игроков. Чтобы победить их, игроки должны были тренироваться на высшем уровне, иметь лучшее снаряжение и обладать самой сильной решимостью. Другими словами, они должны были быть безумно хардкорными игроками.

Эти новые рейды представляли собой объединение от пяти до семи отдельных типов подземелий, сложность этих подземелий обычно варьировалась. Было правилом, что первые, кто пытался совершить эти набеги, в конечном итоге полностью уничтожались, даже если они начинали из самых простых подземелий.

В те времена Исаак и его товарищи не боялись таких темниц. Вместо этого они бесстрашно облизывались.

«Это будет приятный пир». Это был смысл этого жеста.

Многократные сражения, накопленный опыт, победа над могущественным финальным боссом - это были достижения, которые нельзя описать простыми словами. В качестве бонусной награды они получили предметы класса Фантазм с потенциально мощными способностями, что привело к увеличению боевой силы их товарищей. Используя выпавшие предметы, чтобы увеличить свою боевую мощь, они затем отправятся в еще более сложное подземелье. Они постоянно повторяли этот процесс снова и снова.

В этой гонке участвовали не только Чёрные Мечники. С ними соревновался и самый сильный сервер Ямато, Д.Д.Д. Кто первым победит этого босса? Кто первым очистит это подземелье? За право на такое хвастовство боролись крупные гильдии.

Гильдия, которая сражалась ради репутации.

Таким Исаак представлял себе крупномасштабную боевую гильдию.

Получение предметов класса Фантазм было лишь бонусом.

По мнению Исаака, жадные игроки, которые играли только ради получения редких предметов, не считались воинами. Чёрные Мечники запретили таким игрокам вступать в свои ряды.

— Да, но...

Исаак посмотрел на человека, сидящего перед ним в кресле.

— Это спокойствие делает меня вялым. Не будет ли лучше, если что-то произойдет, чтобы немного оживить ситуацию?

— Трудно сказать.

— Не могут ли люди Земли начать с нами спор?

Этот хорошо сложенный, невыразительный и равнодушный человек тоже был похож по натуре на Исаака. Ранг, способности, снаряжение и золото были средствами для достижения цели. Он был настоящим игроком, который стремился сделать свою гильдию лучшей на сервере Ямато. Из-за этого он также был готов участвовать в мирских задачах, таких как патрулирование. Потому что таким образом он мог повысить свою репутацию, но, прежде всего, потому, что это давало ему возможность тратить время.

— Разница в военной мощи настолько велика ... шансы, что это произойдет, составляет примерно пятьдесят процентов.

— Ха! Какая оценка.

Исаак научился ожидать определенных вещей от этого юноши в очках. Если он что-то сказал, то, скорее всего, это правда. Исаак лично считал, что его заявление также было правильным.

— Привет.

— Что происходит?

— Этот парень. Что с «Монстром в очках»?

— Что вы имеете в виду?

Красти ответил на вопрос Исаака другим вопросом в своей раздражающей манере. Исаак впился в него взглядом, однако, похоже, Красти не пытался вести себя глупо. Исаак пожал плечами и продолжил тему.

— Я не могу сказать, умён ли «Монстр в очках» или глуп.

— Для него не невозможно быть двуличным?

— Однажды я предложил «Монстру в очках» присоединиться к моей гильдии.

Неизвестно, помнил ли вышеупомянутый человек это событие.

Исаак решил подыграть при формировании Совета круглого стола. Однако он ясно помнил один случай. Это было через несколько месяцев после внезапного расформирования группы Сумасшедшего Чаепития. Люди предполагали, что в конечном итоге она реформируется в форму гильдии, однако этого не произошло. «Сумасшедшее Чаепитие» исчезло, его участники либо полностью покинули игру, либо возобновили свой стиль игры в одиночку.

Сироэ был одним из тех редких игроков, которые сохранили свою частоту игрового процесса.

— После того, как чаепитие распалось, этот «Монстр в очках» участвовал в различных рейдах в качестве наемника. Я пригласил его, когда он пришел сюда, чтобы создать гильдию. И я пригласил его из-за его стиля игры, а не потому, что он был связан с чаепитием.

— Что случилось в конце? — спросил Красти. Исаак причинно сломал шею и ответил.

— Он отклонил предложение, сказав что-то вроде: “Извините, я не могу оправдать ожидания, которые предполагает такое приглашение”. — В конце концов, меня это не беспокоило. Конечно, я бы хотел такого чудовищного стратега, как он, в моей гильдии, но мне не нужен был игрок, потерявший решимость.

Исаак не мог предвидеть степень роста Сироэ, а также тот факт, что он устроит такую сцену в Акибе. Может быть, его первоначальная оценка была ошибкой? Исаака это беспокоило.

Если бы его спросили, хочет ли он встать на сторону Сироэ, ответ был бы громким “Да!”.

Сражаться бок о бок с этим эксцентричным человеком в очках, вероятно, будет интересным опытом. Вполне вероятно, что он будет использовать такие извращенные методы, как его самого, чтобы изменить исход битвы до пределов возможного. Так было, когда Исаак развлекался с ним. Там, где он присутствовал, в ситуации, когда у людей обычно заканчивались MP, они обнаружили, что по крайней мере десять из них могли неторопливо хилиться - это было ошеломляющим.

— Он интриган или игрок ... тот, кто сгорит, или тот, чьи способности со временем улучшаются?

— Сироэ-кун - наверное, из тех, кто лучше всех работает в ситуации, когда “Всё идёт”.

— Все идет, да…

— Я бы не стал считать его интриганом. Он безрассудный, беспринципный и не заботится о наградах; он просто хочет достичь своих целей. В ситуации без ограничений его сила несравнима. Это похоже на демонический клинок.

До этого момента Исаак не мог уследить за тем, что сказал Красти. Но, услышав это, сказанное таким образом, он испытал прозрение.

То, что Исаак наблюдал за Сироэ в прошлом, было всего лишь его оболочкой.

Внушительный мужчина, которого они видели на конференции, которая привела к формированию Совета Круглого стола, был истинной формой Сироэ. Исаак пришел в восторг от этой мысли; он громко рассмеялся, глядя на стоящего рядом большого человека.

— Так вот почему демонический клинок в настоящее время стонет под грудой работы, в которой мы его похоронили. В таком случае, когда ты снова обнажишь его? Раз уж у этого парня есть свои применения. Что ж ... Думаю, я прогуляюсь и взгляну на фестиваль. Эй, Красти, присоединяйся ко мне!

После того, как Исаак выслушал подчиненного, он пригласил Красти пойти с ним. Они вместе ушли в направлении Акибы, заполненной как авантюристами, так и местными.

Часть 5.

Вернемся ненадолго назад во времени. На другой угловой улице дамы из Альянса Полумесяца готовились к зимнему показу мод.

Место находилось в месте, известном как «Зал Сирогане». Он был отремонтирован, чтобы создать это выставочное пространство.

В старом мире здание, в котором находился выставочный зал, выходило на большой магазин электроники. Однако в Акибе альтернативного мира они были заменены руинами.

Нынешний Зал Сироганэ стал результатом ремонта, занявшего 2 месяца. Хотя он находился в руинах, доступ был закрыт только на верхние этажи. В остальном он был более или менее цел. Высокие потолки помещения, похожие на вестибюль отеля, сделали ремонт еще проще.

Заливка цемента в каркас, сделанный из деревянных досок, затем с помощью штукатурки придать внешнюю форму. Благодаря успешному внедрению такого метода работы по ремонту стали намного проще. Этот метод был изобретен после образования Совета круглого стола. Поскольку авантюристы могли быстро создавать предметы, работу можно было быстро выполнить. Другим вспомогательным фактором было то, что рабочую силу возглавляли эльфы.

Зал Сирогане был разделен на несколько частей для проведения мероприятий и других целей. Местом, отведенным под основное мероприятие осеннего праздника, был самый большой зал в здании. Многие гильдии установили свои будки в этом месте и были заняты приготовлениями в последнюю минуту.

Команда розничной торговли одеждой Альянса Полумесяца была всего лишь одной командой из множества других из разных гильдий. В настоящее время они ремонтируют свою собственную будку.

Площадь стенда составляла пять квадратных метров. Все это было занято столом с кассовым аппаратом и ящиками, в которых хранились их товары. Они установили витрины, которые были преобразованы из шкафов, и разместили свои фирменные продукты внутри - рубашки, окрашенные растительными красками.

Помимо Мариэль, у будки были и другие, которые работали продавцами. Акацуки, которую затащили сюда сегодня рано утром, находилась в углу магазина, ее наряжала фанатичная Генриетта.

— Акацуки-чан такая милая! Серьезно! Думаю, я могу упасть в обморок!

— Думаю, этот наряд мне не к лицу ...

Акацуки запротестовала, подняв взгляд, отчего Генриетта потеряла сознание от обожания. Когда Акацуки попыталась сбежать, Генриетта схватила ее за запястье. «Это еще не конец», — безжалостно заявила она.

На Акацуки была товаром из будки. На ней был жилет, раскрашенный растительными красками, дополненный черным верхом, надетым на него, и асимметричная хлопковая юбка. Кисточки на подоле юбки и колье из деревянных бусин создавали этнический образ. Это было очень мило.

— Почему бы тебе не нанести макияж, ведь у тебя редко есть такая возможность.

— Такая штука ... уу, я к этому не привыкла.

— Это не проблема, расслабься.

Генриетта опустилась на колени так, чтобы смотреть в глаза Акацуки. Акацуки выглядела крайне встревоженной и собиралась сбежать, однако Генриетта жестом отказала, держа в руке подводку. Она заблокировала Акацуки, перекрыв все пути к отступлению.

В этом альтернативном мире у женщин была гораздо лучшая кожа. По мнению Акацуки, в макияже вообще не было необходимости.

Тем не менее, макияж наносили не потому, что он был «необходим». "Классно выглядишь". Девочек не устраивало просто достижение этого уровня - это было частью их натуры.

Акацуки не прочь накраситься. В старом мире она наносила макияж, хотя и экономно. (Факт, который она скрыла от смущения).

Более того, в этом альтернативном мире было напрасно оценивать собственное лицо в зеркало.

В их первоначальном мире нанесение макияжа было делом без раздумий. Однако если вы внимательно обдумаете это, возможно, это было символическое действие. Разве это не эквивалентно изменению текстур кожи с точки зрения игры? В некотором смысле это было похоже на изменение личности.

Хотя Акацуки использовала макияж в первоначальном мире, ее опыт ограничивался нанесением блеска для губ. Раньше она никогда не красила губы и не пользовалась тушью.

— Гуу

— Акацуки-чан - образ японской красавицы.

— ...?

Пока Акацуки была занята воспоминаниями о своем личном опыте с макияжем, Генриетта быстро наносила его на нее. Акацуки была беспомощна и неподвижно сидела, пока Генриетта использовала тонкую помаду, чтобы очертить линии губ.

— Расслабься, я нанесла только легкий слой макияжа. Хотя он все еще выглядит достаточно естественно, чтобы обмануть тех глупых мужчин, которые все равно не видят разницы… Более того, Акацуки-тян подходит под образ японской красавицы, так что если ты носишь такую одежду в этническом стиле или слишком повседневную одежду, эффект будет довольно противоречивым. Следовательно, нам нужно немного усилить цвета. Мы также поправим твои волосы шпилькой для волос.

Акацуки могла только кивнуть в ответ.

Действительно, когда Акацуки посмотрела вниз, она отметила, что такое платье, которое было на этническую или деревенскую тематику, не подходило к ее черным волосам.

Следуя указаниям Генриетты, Акацуки использовала несколько кусков промокательной бумаги, удалив большую часть масла с лица. Генриетта воскликнула: «Ху-ху! Такая милая ~». — Она схватила Акацуки и обняла с выражением «XD» на лице.

До недавнего времени Акацуки чувствовала себя обиженной, если с ней обращались как с талисманом. Однако по какой-то странной причине она могла терпеть такое обращение в этом мире Элдер Тэйлс.

(Это потому, что я не чувствую, что на меня смотрят свысока?)

Хотя это могло быть так, Акацуки все же немного сопротивлялась. Заметив это, Генриетта отпустила ее, поправив волосы шпилькой. Прическа, которую она увидела в зеркале, состояла из ее обычных прямых длинных волос, однако, поскольку она была прикреплена шпилькой, она давала ей ощущение онезана.

Акацуки раньше думала, что такая прическа не идет к ее низкому росту, поэтому она избегала этого. Однако, когда она действительно увидела это, казалось, что это не так. Выражение лица Акацуки невольно смягчилось.

(Ощущение онезана ... Мне нравится это звучание!)

— Как это?

— Ну ... ах.

Акацуки потеряла дар речи. Она чувствовала себя счастливой внутри, но признать это ей было бы неудобно. Она не хотела выглядеть так, будто выпендривается. В то же время, однако, было бы неблагодарно с ее стороны отрицать свои чувства после того, как Генриетта потратила на нее столько времени.

Ее одежда и макияж были продуктами, представленными на этой выставке.

— Тебе это не нравится? — Сироэ-сама, это мило, не правда ли?

— А, а?

Неуверенность Акацуки была стерта словами Генриетты. Как будто она была ошеломлена взглядом Медузы. По спине пробежал холодок. "Этого не может быть?" — тревожно подумала она.

— Мм, я думаю, ей это подходит.

Позади нее раздался глубокий спокойный голос - голос, который всегда звучал немного обеспокоенно. Это исходило от лорда Акацуки, Сироэ.

— Когда ты...

— Я только что прибыл. В конце концов, меня тоже попросили помочь.

Сироэ пожал плечами. Акацуки не могла встретиться с ним взглядом. Рот Акацуки странно дрожал, как будто это была не ее часть тела.

Не подозревая о существовавших скрытых чувствах, Генриетта спросила: «Как тебе этот образ?», — толкая упирающуюся Акацуки (которая хотела спрятаться) вперед.

Акацуки отчаянно пыталась спрятаться за спиной Сироэ, однако Генриетта нежно схватила ее и крепко прижала. Хотя Акацуки могла легко оттолкнуть Генриетту и сбежать, это было слишком экстремальным поступком.

В конце концов, Акацуки пришлось смириться со своей нынешней внешностью, она осуждающе посмотрела на Генриетту и Сироэ. То, что она считала очевидным выражением своей ненависти, для двух других выглядело как щенячьи глаза. Это было просто великолепно.

— Расслабься, Акацуки, этот образ тебе идет.

Сироэ положил руку на голову Акацуки. Когда бы Сироэ ни делал это, ее температура быстро поднималась. Акацуки ненавидела эту часть себя. Сироэ мог ответить рефлекторно или вежливо, но тем не менее Акацуки была в восторге. Это вызвало у нее конфликт.

(Ага! Я не имею права считаться шиноби!)

Акацуки отчаянно пыталась вернуть себе прежнее выражение лица. Однако сегодня ей не хватало ее обычной уверенности.

— Что мне нужно делать?

— Сироэ-сама, пожалуйста, наденьте эту одежду.

Сироэ удрученно посмотрел на одежду, которую дала ему Генриетта. Хотя они казались удобными, Сироэ они, похоже, не нравились. Акацуки обрадовалась этому факту.

(Милорд, это ваше наказание за оскорбление меня.)

Поскольку Сироэ всегда был одет в модную одежду, Акацуки захотелось увидеть, как он выглядит в повседневной одежде. Как только Акацуки собиралась открыть рот, чтобы что-то сказать, ее прервал чистый звенящий звук, раздавшийся снаружи.

Последовала короткая пауза. Затем это было прервано звуком аплодисментов, и из неизвестного источника начались аплодисменты.

Мариэль, которая появилась перед ними троими, тоже радостно хлопала в ладоши.

Это началось. Это был первый фестиваль, организованный Искателями приключений в альтернативном мире. На этой выставке, которая была одним из главных событий фестиваля, большой зал был наполнен всевозможной одеждой и аксессуарами.

— Хорошо, кто придет сегодня? Надеюсь, дела пойдут хорошо ... хотя сделать 100 штук было бы слишком много, просто постарайтесь, все!

— Шоу вот-вот начнется. Сироэ-сама, Акацуки-чан ... пожалуйста, помогите в этой половине дня. Вы двое - модели для нашего стенда, очень старайтесь, чтобы добиться хороших результатов!

Сироэ и Акацуки проиграли ярким улыбкам на лицах этих двоих. Они могли только многократно кивать в ответ.

Шел второй день праздника Весов. Занавес поднимался. Изюминка этой выставки вот-вот должна была начаться.

Часть 1.

С самого начала весь этаж был забит битком.

Были команды авантюристов, представляющих свои гильдии, девушки, делающие покупки по самым низким ценам, торговцы, стоящие в очереди, чтобы купить работы известных ремесленников, и дворяне-купцы, одетые в их великолепие.

Хотя толпа была ожидаемой, немногие гильдии предвидели, что это будет такое грандиозное зрелище. Сцена была хаотичной, различные прилавки были заняты рекламированием.

Этот большой зал был местом проведения выставки одежды.

Поскольку товары здесь ограничивались «одеждой», не все производственные гильдии устанавливали здесь киоски. Само собой разумеется, что три большие производственные гильдии, в каждой из которых было не менее 500 человек, имели разные отделы, которые обслуживали разные отрасли и нужды. Однако небольшие или средние гильдии обычно предпочитают специализироваться на конкретном типе продукции.

Например, Аменона была гильдией по производству оружия, которая была известна всем инсайдерам Акибы. Он специализировался на производстве японских мечей. Все его члены были кузнецами высокого уровня. Их самоотверженность, проистекающая из их почти причудливой одержимости качеством, позволила им заново открыть для себя методы ручной ковки в этом новом мире. У такой гильдии, очевидно, не было бы портных, и, естественно, она не участвовала бы в выставке, проводимой в этом здании.

Тем не менее, весь Фестиваль Весов был отличной возможностью для всех видов гильдий и ремесленников.

Этот этаж был рынком, который специализировался на одежде и был закрытым по просьбе женщин-авантюристов. Однако одновременно с этим на улице проводился «блошиный рынок», сосредоточенный вдоль главных улиц. В киосках под открытым небом продавали самые разные товары.

Одежный рынок проходил внутри здания, но на внешнем рынке продавалось оружие, доспехи и даже украшения. Честно говоря, сердцем фестиваля, очевидно, был «блошиный рынок», проводившийся снаружи; Тем не менее, выставка одежды также получила значительное внимание.

Главным событием вещевого рынка стал «показ мод». По сути, это было мероприятие, на котором демонстрировалась одежда, которую разрабатывали различные гильдии с таким же вниманием к деталям, как и их изобретательность. Модели носили эти модные вещи и шествовали по подиуму. Модели были авантюристами, известными в Акибе своей популярностью или внешностью. С таким количеством “звёзд”, собравшихся и появившихся на шоу, было бы неудивительно, если бы значительная часть толпы была здесь в качестве фанатов, а не покупателей.

Стенды были разделены на две категории: большие и малые.

В больших киосках было больше персонала и выставлено большее разнообразие товаров. Это были будки крупных гильдий. Они располагались у стен, что облегчало транспортировку товаров.

Пространство посередине этажа было разделено на полуоткрытые пространства для небольших кабинок. Они использовались небольшими и средними гильдиями.

Стенд Альянса Полумесяца был расположен не в хорошем месте. Оно было довольно далеко от центра пола, но и не близко к стенам. Что касается массового движения людей, то это было довольно невыгодное место, к тому же оно было далеко от подиума модного показа. Таким образом, ожидается, что за их бизнес будет ожесточенная борьба.

Однако Альянс Полумесяца отличался от чистых производственных гильдий. «Давай попробуем все, что нам интересно!» — Это была такая гильдия. Фактически, его стенд был установлен только теми членами, которые выразили заинтересованность в этом. Это не было совместным усилием всей гильдии.

Поскольку Альянс Полумесяца был дружественной гильдией, полной не менее дружелюбных авантюристов, игроки, даже члены совета, были готовы протянуть им руку, если они попросят. Однако по сравнению с чисто производственными гильдиями им немного не хватало опыта в бизнесе. Если, случайно, они получат хорошее место, обязательно появятся слухи о том, что они злоупотребляют своим положением в Совете круглого стола. В этом смысле их расположение было очень удачным.

— Скажите, разве эта толпа не смешна?

Генриетта схватила Мариэль, которая потеряла самообладание и воскликнула: «Ууу, ууу». — Она взяла лидера гильдии, обладавшего таким пышным телом, что вызвало ненависть у других, затащила ее обратно к стойке и усадила на табурет.

— Мари, ты мастер гильдии, как ты можешь так потерять хладнокровие? Сделай мне одолжение и посиди здесь тихо.

— Ты права. Просто, как бы это выразить словами, я давно не видела столько людей ...

Мариэль чувствовала беспокойство внутри и не могла успокоиться.

То, что она сказала, действительно было правдой. В первоначальном мире поездка в переполненном поезде была обычным делом. В самом центре префектуры Токио было обычным явлением видеть тысячи пешеходов, занимающихся своими делами перед вокзалами или на перекрестках.

Однако с тех пор, как они пришли в этот мир из-за Катастрофы, у них больше не было возможности видеть такие сцены. Несмотря на то, что центральная площадь Акибы была полна активности, она никогда не была переполненной из-за своей просторной открытой площади.

Это место заставляло людей вспоминать о многолюдных условиях их первоначального мира. Толпа ворвалась сразу после открытия, собираясь вокруг бесчисленных киосков, чтобы делать покупки.

Тот факт, что они все еще могли позволить себе ссору, несмотря на продолжающуюся суматоху, доказывал, что будка Альянса Полумесяца находилась вдали от основного движения толпы.

Подобно водопаду, плещущемуся по камням внизу, основная масса толпы сначала заполонила будки крупных гильдий, расположенные у стен. Впоследствии небольшие потоки людей направились к будкам малых и средних гильдий, которые располагались возле сцены.

Тем не менее, они могли позволить себе роскошь наблюдать за толпой таким отстраненным образом примерно полчаса.

После того, как большие гильдии привлекли длинные очереди, значительное количество людей начали думать следующим образом: «Разве не лучше, если бы мы посмотрели на небольшие будки, а не выстраивались в очередь сейчас?»

Генриетта изначально планировала разместить Мариэль (или, скорее, ее улыбку) на передовой, работая кассиром и бухгалтером. Однако текущие обстоятельства делали это все труднее.

Число местных было больше, чем ожидалось.

Членами Альянса Полумесяца, которые находились в этом киоске, были Мариэль, Генриетта и два портных. Помимо этой будки и показа мод, Альянс Полумесяца также открыл ресторан на открытом воздухе и оружейный магазин на блошином рынке.

Поскольку Мариэль была главой гильдии, от нее ожидали появления в каждой из их кабинок. Генриетта решила, что лучше всего оставить Мариэль здесь только до сегодняшнего дня после показа мод. Таким образом, в будке останутся только два неопытных члена гильдии.

Генриетта украдкой взглянула на вышеупомянутых двоих. Они в ответ покачали головами.

Смысл этого был ясен. «Ни в коем случае, мы не знакомы с этим!» — Двое из них выражали это своими взглядами.

Генриетта вела деловые переговоры и одновременно мысленно вздыхала.

Если бы другой участник был авантюристом, который просто хотел купить верхнюю одежду для повседневного использования, проблем не возникло бы. Поскольку все они были из другого мира, они были в равной степени незнакомы с ведением такого бизнеса. Таким образом, то, что они делали, было бы лучше охарактеризовать как просто «игровой бизнес». Но для авантюристов этого было более чем достаточно.

С другой стороны, местные были в основном купцами и торговцами.

Более того, целью их визита было не просто выбрать одежду, которая им нравится. Они были здесь, чтобы собрать информацию, установить новые контакты и, если возможно, договориться о создании линии снабжения. Следовательно, они будут наводить справки о цене, материалах и даже подробностях, например о том, как были сшиты вещи.

(Однако у меня нет ни опыта, ни ноу-хау для такой ответственности ...)

Помня об этом, Генриетта с улыбкой на лице вежливо отказалась от запросов торговцев из «местных» средних лет.

(Во время формирования Совета Круглого стола, поставив одну над тремя крупными производственными гильдиями - неужели я развила вкус к подобным ситуациям?) — Генриетта подумала про себя.

Генриетте сейчас было за 20.

Нельзя было считать ее опытной.

Хотя технически она была «профессионалом», она знала, что человек в возрасте 20 лет, как и она сама, был подобен только что вылупившемуся из яичной скорлупы цыплёнку, все еще прилипшей к его голове. Но она также знала, что для того, чтобы стать птенцом, нужно набраться опыта на передовой. Генриетта поняла это на собственном опыте.

(Я не могу просто оставить это своим младшим ... Я должна хотя бы позаботиться о проблемных торговцах, прежде чем я попытаюсь разобраться в ситуации.)

Ее товарищи по гильдии, вероятно, могли почувствовать беспокойство Генриетты.

Возможно, это было результатом их подсознательного командного духа, но пока Генриетта разбиралась с торговцем из местных, оставшиеся три члена Альянса Полумесяца выстроились в строй, чтобы справиться с авантюристом.

Неопытная пара упаковывала товары, а улыбающаяся Мариэль получала оплату. Сделка была завершена после того, как все трое поклонились в знак признательности.

Генриетта наблюдала за этой сценой краем глаза, отвечая на вопросы местных. Учитывая масштабы Альянса Полумесяца, даже заказ в 100 штук в месяц был слишком большим для них. Если нужно было отказать, нужно было отказаться - это было то, в чём Генриетта была уверена.

(Если бы я согласилась на такой контракт, я понятия не имела, каковы были бы последствия. Поскольку существует человек с таким черным как смоль характером, как Сироэ-сама, я действительно не могу позволить себе ослабить бдительность ... ах?)

Генриетта осмотрелась вокруг.

Она только что осознала, что Сироэ исчез.

Она вспомнила, как бросала ему одежду, которую он должен был носить, но теперь этого властного человека не было рядом с будкой. Не было и следа какой-то черноволосой девушки.

— Сироэ-сама?

Убедившись, что неприятные клиенты не приходят и не уходят, Генриетта выпрямила спину и осмотрела местность. Хотя Генриетта была немного выше Мариэль, бесконечный поток повозок перед прилавком закрыл ей обзор.

— Где...

— Да, на этот раз элементы являются экспериментальными. Поэтому, чтобы получить как можно больше отзывов от как можно большего числа людей, каждый покупатель ограничен двумя элементами.

— Я уже дал понять, что готов платить!

— Это не проблема.

Генриетта, вытянувшая шею в поисках, услышала мягкий голос Сироэ.

Похоже, он рассматривал чью-то жалобу. Генриетта изучила бесконечные потоки людей и наконец заметила фигуру Сироэ в будке, расположенной напротив прохода.

На Сироэ был длинный жилет без рукавов с капюшоном. В сочетании с тонкой футболкой с длинными рукавами, надетой на внутренней стороне, он выглядел «презентабельно». Он твердо стоял на ногах перед торговцем, нетерпеливым до такой степени, что выпускал пар из ушей.

В одежде Полумесяца Сироэ больше походил на обычного японского юношу, чем на персонажа из средневековья. Эта картина вызвала у Генриетты неприятное чувство, будто она заглянула в личную жизнь Сироэ в первоначальном мире.

— Извините, пожалуйста, пропустите меня!

Генриетте удалось лишь мельком увидеть его, прежде чем снова потерять его в толпе. Она прорвалась сквозь массу посетителей, наслаждающихся выставкой, и бросилась к противоположному киоску.

Это была будка гильдии Какао Браун.

Сироэ стоял среди посохов лицом к лицу с торговцем, которого трясло от отчаяния. Акацуки была рядом с ним, но казалось, что Сироэ останавливает ее, а не защищает.

Прилавок с одеждой Какао Браун, казалось, специализировался на небольших аксессуарах, продавая прекрасные драгоценные камни разных цветов, а также изысканно сделанные ожерелья и серьги.

Генриетте показалось, что экспонаты очень классные. Она уже видела их раньше, еще до открытия выставки, когда приветствовала их киоски. Кроме того, цены на предметы были шокирующе низкими, на что сотрудники Какао Браун объяснили, что «это благодарность боевым гильдиям, которые заботились о таких небольших гильдиях, как мы».

— Это как я уже говорил, не так ли? Если вы продадите их мне, ваши мастера будут известны среди местных…

— Мне очень жаль, пожалуйста, уходите.

Сироэ продолжал отклонять предложение торговца.

К этому моменту толпа поблизости заметила волнение и, естественно, образовала полукруг вокруг киоска Какао Брауна.

Этот невоспитанный торговец пытался покупать товары Какао Брауна оптом. Можно было купить только один или два предмета, но при оптовой закупке киоск не сможет продолжать свою работу до конца выставки.

Если бы их целью была прибыль или распродажа, то к тому времени какао Браун продал бы все. Но это было не так. Они искренне желали, чтобы их продукция оказалась полезной местным авантюристам Акибы. Таким образом, их политика ограничения количества товаров, продаваемых одним покупателем, не понравилась бизнесменам.

Авантюристы обладали превосходящими физическими и магическими способностями по сравнению с местными. Их уровень подкласса может позволить им достичь ремесленных способностей, сопоставимых с навыками мастера-ремесленника.

Однако торг и переговоры не зависели от физических возможностей. В конце концов, владение некоторыми навыками полностью зависит от личности и черт характера. Более того, рассматриваемая проблема не имела ничего общего с физическими возможностями, а скорее касалась навыков межличностного общения.

Вот почему вмешался Сироэ.

Он решил протянуть руку помощи.

(Этот ход рассуждений не должен быть слишком далеким от истины - ааа, этому местному совсем не повезло.)

— Не будь таким самоуверенным, малыш!

Как только Генриетте удалось протиснуться сквозь толпу, чтобы добраться до места перед Какао Браун, местный наконец сломался и попытался ударить Сироэ.

Зрители, которые ахнули, были в основном местными.

Некоторые из них даже отводили глаза.

Однако результат оказался таким, как и ожидала Генриетта.

Сироэ остановил удар пальцами.

Сироэ был магом. Как и другие статы мага, выносливость и сила чародея были ниже, чем у других классов - однако это применимо только по сравнению с авантюристом другого класса и аналогичного уровня.

С разницей в уровнях более 50 и не меньше против местных, даже в качестве мага, разница в ловкости и силе была огромной. В глазах Сироэ кулак надменного торговца был не более чем воздушным шаром.

Поскольку Сироэ поймал удар местного, это не было расценено как «нападение», и не было никаких признаков появления городской стражи.

Когда он поймал удар торговца средних лет левой рукой, Сироэ остановил Акацуки правой, вероятно, чтобы она не вытащила кинжал. Акацуки недовольно посмотрела на Сироэ.

— Тебе было достаточно? — с улыбкой спросил Сироэ.

Несмотря на его улыбку, бард Генриетта отчетливо ощущала бесформенную энергию, сосредоточенную в Сироэ.

Сироэ собирал ману в воздухе. Поскольку и барды, и чародеи были похожи в том, что они могли давать ману своей группе, Генриетта прекрасно понимала, что происходит.

Выражения лиц других авантюристов также изменились, когда они узнали о действиях Сироэ.

С дружеской улыбкой на лице Сироэ постепенно усиливал угнетающую атмосферу. Вокруг них был виден ужас.

Сироэ не произносил заклинаний.

Он просто накапливал ману, не тратя ее.

Следовательно, это не был боевой акт, и городская стража не появилась. Более того, выражение его лица было добрым и не содержало даже намека на агрессию.

И хотя местные не были так чувствительны к магии, как авантюристы, в тот момент они тоже должны были почувствовать огромное количество маны, исходящее от Сироэ.

Лицо торговца средних лет быстро побелело, и он вынул кулак из руки Сироэ.

— Это непростительно, я ухожу!

Он поспешно пробормотал эти слова и скрылся с места происшествия.

— Есть много агрессивных людей.

— Милорд, разве вы не загнали его в угол?

— Если бы вы имели дело с ним, разве он не потерял бы голову?

— После перелома всех его конечностей.

Сироэ успокоил Акацуки, приподняв лицо.

Сироэ беспомощно пожал плечами, когда участники Какао Браун поблагодарили его. На милом круглом лице девушки-гнома стояли слезы благодарности, когда она крепко держала его за руки.

— Сироэ-сама.

Генриетта была поражена, когда услышала собственный голос.

Это потому, что в нем содержался несколько недовольный тон.

— Что случилось?

— Ничего, просто ...

— Милорд, должно быть, нам пора вернуться к работе.

— Верно.

Услышав ответ Акацуки, Сироэ почесал голову, его прежняя аура полностью исчезла. Толпа поблизости тоже начала рассеиваться, как будто довольная финалом.

— Генриетта-сан?

— Да, Сироэ-сама?

— Эта выставка настолько хаотична.

Генриетта сразу же отбросила свои размышления на тему: «Почему я чувствую себя несчастной?» и рассмотрела смысл заявления Сироэ.

Хаотичная выставка.

Возмущение в этом происшествии должно быть связано с инцидентом с местными только что. Оглядываясь назад, можно сказать, что она только что провела бизнес-операцию, которая чуть не превратилась в драку. Это произошло потому, что с одной стороны был местный, а с другой - авантюрист, которому не хватало опыта ... именно это и подозревала Генриетта. Сироэ думал иначе?

(Сироэ-сама что-то видел? Если это так ...)

Генриетта сомневалась. Она не могла решить, сообщать ему о своем плохом предчувствии или нет.

— Эмм, Сироэ-сама ...

— Действительно, действия местных подозрительны, но, учитывая, что мы недостаточно знаем, мы просто не можем ничего сделать в этой ситуации.

Она поняла то, что Сироэ только что прошептал. Другими словами, он тоже испытал какую-то непонятную тревогу.

Акацуки обеспокоенно посмотрела на него.

Генриетта хотела поговорить с ним, чтобы, возможно, своей проницательностью он мог пролить новый свет на ее сомнения.

Однако Сироэ уже начал действовать. Говоря мягко, он определенно не разговаривал сам с собой, а связывался с другими посредством телепатии.

Он сосредоточился на своем секретном разговоре.

Наконец, он кивнул, повернулся к Генриетте и четко изложил свой вывод.

— Кажется, будто кто-то нападает на Акибу.

Часть 2.

Сегодня Рейнезия спешила с рассвета.

Конечно, это было не по ее собственному желанию.

Она планировала стать «похожей на растение», стать ленивым бездельником, вести себя как «избалованный ребенок», сколько душе угодно.

Однако, имея дело с почти постоянным потоком приглашений и гостей, она не могла найти время для дневного сна. Элисса суетилась по комнате, как пчела, вынимая отовсюду платья и аксессуары и придумывая, как их сочетать друг с другом.

Причина, по которой Элисса вела себя подобным образом, заключалась не в том, что она была одной из тех легкомысленных девушек, которым нравилось наряжаться.

В дворянском обществе такое событие, как званый обед или официальная встреча, было важным собранием, которое использовалось как демонстрация престижа. Простая безделушка может передавать множество значений и сообщений другим сторонам в зависимости от ее ценности, цвета и драгоценных камней, которые она содержит. Так социализировались дворяне: с тонкостью и намеком.

Например, Рейнезия была второй дочерью герцога. Однако, поскольку старшая дочь уже вышла замуж вне семьи, она считалась старшей дочерью в семье. Кроме того, хотя причина ее отправки в город была публично объявлена как «искренние и личные извинения перед авантюристами», на самом деле она была там как представитель членов «Лиги свободных городов Востока», как и Клан Корвен. Это был довольно очевидный факт.

Следовательно, в таких ситуациях, как официальный прием, она должна была быть абсолютно уверенной, что самая престижная благородная семья Истала - клан Корвен - не постыдится. С другой стороны, используя свой статус представителя в качестве щита, она могла оставлять тонкие намеки под столом. При встрече с торговцами ей приходилось надевать украшения соответствующей ценности, чтобы ее не презирали, а когда она встречалась с знатью, аксессуары, подчеркивающие происхождение и статус ее семьи, были в порядке. Если бы обе стороны знали семейные ситуации друг друга, можно было бы избежать модной оплошности, надев что-то, что противоречит одежде другой стороны, или можно было бы даже намеренно одеться, чтобы дополнить их одежду. В конце концов, это была игра сложной психологической войны.

Учитывая, что такая задача требует скрупулезного внимания к деталям и не может быть выполнена неопытными горничными, которые служили ей помощницами, выбор был оставлен за Элиссой. Она должна была быть выполнена кем-то, кто был знаком с манерами дворян, а также с обычаями клана. Хорошим кандидатом была Элисса.

Было очевидно, что она не может носить одну и ту же одежду весь день.

Ей приходилось менять одежду и аксессуары для каждого нового гостя, что делало ее очень занятой.

Дворяне очень внимательно относились к сохранению внешнего вида. Например, среди знати считалось дурным тоном сразу же отказывать в просьбе другой партии. Это было верно даже для таких случаев, когда мелкий дворянин, обращался с просьбой к дворянину более высокого класса. Даже если бы это было просто для галочки, ей приходилось следовать таким обычаям, чтобы удовлетворить требования высшего общества.

Таким образом, обращаясь с просьбой, низший дворянин должен был бы быть более осторожным: «не делать просьбу, с которой другая сторона не может согласиться», а если бы вы были дворянином более высокого класса, к которому обращались с просьбой, нужно было проявить тонкость. Подсказки, напоминающие другой стороне, чтобы она знала свое место. В этом политическом танце орудиями торговли были одежда, сплетни и подарки.

— Ах, правда ... Что мне делать с ужином? Я действительно понятия не имею, что эти авантюристы считают вкусным.

— Разве мы не можем просто придерживаться обычного?

— А что это за “обычное”, о чем вы говорите?

— Гм ... что-то лёгкое и воздушное?

— Принцесса Рейнезия, серьёзно?

Даже Элисса, похоже, не до конца понимала социальный этикет, которого придерживались Авантюристы.

В «Лиге свободных городов Востока» выражать благодарность было здравым смыслом. Но для знати, которая благодарила, вручая награды или прося кого-нибудь преклонить колени, чтобы стать рыцарем, поблагодарить авантюристов было полной загадкой. Уметь одеваться или вести себя для людей, которых ты не знал, было совершенно невозможно.

Поскольку это было так, званый обед был смоделирован так, чтобы максимально походить на то, что было популярно. Еда тоже была приготовлена таким образом, поскольку, помимо еды, которую готовили дворцовые повара из Майхамы, половина кухни была из ресторанов в окрестностях Акибы. Если бы такое мероприятие проводилось во дворце Майхамы, были бы скандалы типа «они дурачат своих гостей!» — должны были подойти. К счастью, казалось, что авантюристов такое мероприятие устроило.

Поскольку общее направление компании было ясно видно, Рейнезия не видела необходимости ни о чем беспокоиться. Для нее не было смысла обдумывать дела, которые еще даже не начались, поэтому она решила бездельничать, чтобы скоротать время. Но это был неоспоримый факт, что у Рейнезии был такой характер, потому что она жила праздной жизнью, избегая людей, насколько это возможно.

Однако ситуация изменилась.

— Это должно быть в списке - следующее, вместе с нефритовым ожерельем, пожалуйста, подождите. Помните, в прошлом году вы получили подарок на день рождения в ...

В голосе Элиссы был намек на нервозность.

— Ты права, я должна обращать внимание на статус ... верно?

Все было слишком внезапно.

Рейнезия получила уведомление о том, что западный торговец лорд Марвис собирается посетить банкет. Лорд Марвис был торговцем по профессии, но также был важным членом знати Священной Империи Вестеланда. Хотя положение ее семьи не уступало его положению, она все же не могла позволить себе беспечность. И судя по времени его визита, он определенно был отправлен сюда по приказу дворца.

(Слухи о том, что Запад изменился, безусловно, были правдой.)

Рейнезия закусила губу.

Конечно, для ее стресса была веская причина.

Около 280 лет назад архипелаг Ямато был единой страной. Имперская династия Вестеланд, которую обычно называют древней династией, управлялась королевской семьей, которая доминировала над всем архипелагом с помощью силы.

Но во время хаоса, вызванного шестью сломанными принцессами, королевская семья пришла в упадок. После своего уничтожения объединенный Ямато раскололся после потери силы, которая его держала.

Однако нынешняя знать Ямато продолжила систему «династической преемственности», использовавшуюся в древней династии. После смерти королевской семьи, являвшейся ядром прежних социальных слоев, народом Ямато правили феодалы, служившие бывшей имперской династии Вестеланд.

Для «Лиги свободных городов Востока» этот факт также имел большое значение.

Титул «Герцог» Корвенов, семьи Рейнезии и одного из двух герцогств, найденных в Ямато, был первоначально дарован во времена Имперской династии Вестеланд. Точно так же лорды «Лиги свободных городов Востока» унаследовали свое «право управлять» местными от своих предков.

Из областей Ямато, которые когда-то находились под властью имперской династии Вестеланд, две наиболее влиятельные, «Священная империя Вестеланд» и «Лига свободных городов Востока», практически разделили архипелаг на две части.

«Священная Империя Вестеланд» признала клан Ицуки наследником Императорской династии Вестеланд.

Хотя Рейнезия не слишком хорошо разбиралась в истории, она знала, что клан Ицуки был «ветвью» королевской семьи древней династии. Клан Ицуки возник в результате политической жертвы. Когда их клан перебрался на Исэ, они пережили разрушение имперской династии Вестеланд.

Естественно, клан Ицуки был выдвинут на роль лидеров Священной Империи Вестеланд, поскольку одно только их имя имело сильную апелляцию к правлению, будучи «законными преемниками» Имперской династии Вестеланд.

Однако не вся знать Ямато признавала клан Ицуки королевской семьей. Фактически, и Акиба, и «Лига свободных городов Востока», к которой принадлежала Рейнезия, не признавали клан Ицуки своими законными правителями.

В конце концов, клан Ицуки был лишь ветвью королевской родословной.

Как только клан отделился от родословной, его титул не мог быть восстановлен.

Кроме того, если бы речь шла только о королевском происхождении, то даже в клане Корвен в жилах королевской крови тёк ряд политических браков, как описано в записях, хранимых аристократией.

При таком раскладе клан Корвен не признал клан Ицуки наследником королевской родословной. Сказав, что нельзя относиться легкомысленно к тому факту, что они все еще были ветвью королевской родословной.

В иерархической системе предыдущей имперской династии Вестеланд клан Ицуки превосходил клан Корвен. С этой политической точки зрения, даже несмотря на то, что и восточная «Лига свободных городов Востока», и западная «Священная империя Вестеланд» ответвлялись от королевской линии, у них всегда были напряженные отношения.

Этот лорд Марвис, человек, которого на этот раз послала сюда «Священная Империя Вестеланд», был знатным знатоком. Рейнезия когда-то слышала, что он был главой купеческой знати и отвечал за морскую торговлю.

Хотя этот званый обед был предназначен для улучшения отношений с авантюристами, если этот человек хотел зайти, они не могли отказать ему в приглашении. Он не был из тех, кому можно было отказать, сказав «может быть, позже, когда у нас будет время».

Рейнезия покачала головой, чтобы прояснить свои темные мысли.

В конце концов, и лорд Марвис, и Рейнезия были местными, и в соответствии с культурой, оставленной королевской семьей в Ямато, они оба были дворянами.

Из-за этого можно было сказать, что они были равноправны, то есть оба должны были придерживаться норм этикета и культуры, которых требовало высшее общество.

(Как минимум...)

Что она могла сделать прямо сейчас, так это выполнить свой долг, об этом думала Рейнезия.

Как дочь клана Корвен в Акибе - называемая «Принцесса Рейнезия». Она чувствовала, что должна приложить все усилия, чтобы отплатить Акибе за спасение ее дома.

Рейнезия встала, и ее белоснежное платье развевалось вместе с ней.

Хотя она не знала намерений этого дворянина с запада, она решила быть авангардом в этой битве.

Часть 3.

— Хм ...

— Это нападение. Поскольку они используют пропаганду или психологическую войну, это действительно оставляет неприятный привкус во рту.

Сироэ мягко вздохнул.

Помимо вкуса, это было еще и невероятно скверное воспитание.

Намерение таких действий было очевидным.

Это нападение на Акибу со стороны неизвестного лица, казалось, было попыткой дискредитировать Совет Круглого стола и ослабить единство города. Однако такой подход был слишком грубым.

Из-за некомпетентности «врага»? Или же...

— ... Или высокомерие?

Акацуки повернула голову, услышав бормотание Сироэ про себя.

Он поспешно замахал руками, увидев ситуацию.

— Ничего, убери кинжал.

— Но, милорд ...

— На этот раз у тебя не будет возможности использовать это.

Акацуки неохотно спрятала ледяное оружие под юбкой. Сироэ отвел взгляд от ее бедер и посмотрел на Генриетту.

— Акиба атакована.

— Да.

Генриетта сухо и коротко кивнула.

Увидев, что Генриетта уже заметила, Сироэ решил, что будет лучше, если он поделится некоторой информацией.

— Наши враги должны использовать шум для распространения слухов. Они стремятся подорвать авторитет Совета круглого стола.

— ... Надо быстро этому противостоять, может, даже остановить фестиваль, если нужно.

—Это может быть не лучшая стратегия.

Сироэ спокойно ответил Генриетте, которая торопливо пыталась найти решение.

— Если мы остановим фестиваль, общественность будет сомневаться в способности Совета круглого стола справиться с чрезвычайными ситуациями, что приведет к потере нашего авторитета, а наши враги достигнут своей цели. Таким образом, лучшее, что мы можем сделать в настоящее время, - это сократить количество сбоев до минимума и устранить их. Фестиваль должен продолжаться.

— Верно ... в этом есть смысл.

Генриетта выглядела бледной.

Пребывание под косвенным нападением таинственных нападающих произвело немало стресса. И дело не в том, что Сироэ не испытывал такого же стресса, а скорее, поскольку Сироэ лучше понимал ситуацию, он выглядел спокойнее.

Инстинкты Сироэ подсказали ему, что за этой атакой стояли местные. Для такого предположения было множество причин, но его главной основой было «намерение ослабить авторитет правящей организации».

В том числе Сироэ, авантюристы Ямато были японцами из реального мира.

Чтобы не показаться хвастливыми, японцы не видели смысла в подрыве авторитета своего руководящего органа. Фактически, они рассматривали политиков или сотрудников полиции как людей, оказывающих услуги мирового класса. Если такие организации потерпят неудачу, им это только доставит неудобства. Поэтому большинство японцев предпочли бы предоставить эти организации самим себе. Таким образом, такие понятия, как «некомпетентность японского правительства вполне естественна», не исходили от самих японцев. Другими словами, авантюристы Акибы, которые тоже были японцами, не думали о «подрыве авторитета правящей организации».

Кроме того, необработанный способ этой атаки дал еще один ключ к разгадке.

Местные, стоящие за этим, не ожидали, что эта атака нанесет физический вред авантюристам Акибы. Этого следовало ожидать, так как это в лучшем случае приведет к срыву фестиваля и ухудшит безопасность города. Это могло привести только к критике со стороны Совета круглого стола, но не ослабило бы самих авантюристов.

Такой уровень атаки не достигнет их цели, даже если это «подорвет авторитет Совета круглого стола». Это следует рассматривать как просто этап в их плане.

В таком случае, какова была их настоящая цель? И какая им от этого польза?

Вероятно, они хотели использовать этот хаос, чтобы получить преимущество во время переговоров с Акибой.

Это должно быть целью «торговцев с запада», как упоминалось, в разговоре с Минори через телепатию. Поскольку Совет круглого стола и «Лига свободных городов Востока» подписали соглашение, естественно, местные с запада также хотели того же, чтобы предотвратить монополизацию выгод. Чтобы добиться лучших условий, они провели превентивный удар.

Если вдохновитель смог мобилизовать такое большое количество купцов, то этот человек должен быть купцом или дворянином, обладающим довольно большим богатством.

Единственный человек, который мог соответствовать этим критериям, уже вошел в город заранее, Сироэ сделал заключение после подтверждения его с Исааком.

Сироэ мог это понять.

В нынешней ситуации эта атака, безусловно, была эффективной.

Однако Сироэ чувствовал, что если это и было все, то это было слишком грубо и неэлегантно.

Они получили лишь небольшое преимущество в переговорах о цене путем запугивания и сплетен после мобилизации стольких людей. Это было пределом их возможностей.

— Значит, это запад, да ...

— Пожалуйста, пока держите это в секрете.

Сироэ попросил об этом Генриетту после того, как объяснил ей это в будке Альянса Полумесяца.

— Я не против, Сироэ-сама, но что нам делать дальше?

— Хм ...

Сироэ снова замолчал.

Сироэ был одним из одиннадцати членов-учредителей Совета круглого стола. Однако в основном это была автономная организация, которой доверяли жители Акибы. Если бы он действовал в одиночку, основываясь на собственном суждении ... Сироэ нарушил ход собственных мыслей.

Он был твердо уверен в том, что «простого решения не будет».

(Похоже, на этот раз нет необходимости в кровопролитии ... поскольку противник создает проблемы такими произвольными средствами, он также должен быть готов к нашему возмездию.)

У него тоже была эта слегка безрассудная идея.

Мы могли драться, когда нас отбивали, это было правильно и справедливо. В этом месте причинно-следственная связь будет серьезнее, чем дома. Нет, ему придётся защищаться; защита себя была правом, не нуждающимся в объяснении.

— Конечно, мы будем сопротивляться.

Ощущение не к месту, которое Сироэ чувствовал со вчерашнего "хаоса", исчезло после того, как он спросил "Комитет по связям производственной гильдии". Увеличилось количество дел, которые им нужно было рассматривать.

Споры в городе и мелкие инциденты, переросшие в ссоры, были лишь верхушкой айсберга. Например, они разделят запрос, который обычно состоит только из одной формы, на две, отнимут время сотрудников, заставляя их заполнять ненужные документы, не платить точную сумму налогов, и попытаются подкупить чиновников. Если посмотреть на них по отдельности, все они были тривиальными проблемами. Но был кто-то, кто доводил эти незначительные проблемы до предела, чтобы атаковать Акибу.

Авантюристам было трудно определить, были ли такие действия злонамеренными. Но эти глупые контакты продолжали накапливаться, пытаясь связать «Комитет по связям производственной гильдии» - и даже Совет круглого стола.

Враг безжалостно воспользуется этой уязвимостью.

На чем сосредоточили атаку «враги»?

На этом этапе они должны быть нацелены на части, связанные с административными операциями «Комитета по связям производственной гильдии». Въезд в город, складские помещения, осмотр барахолки. Подача ложных или повторяющихся отчетов, посвященных этим предприятиям, сократит административные полномочия комитета по связям.

Места, где взаимодействовали авантюристы и местные, также были целями. Противник пытался испортить праздничное настроение, разрушая эти заведения.

Чтобы разрешить эти ситуации, им придется «увеличить штат сотрудников». Основное внимание уделялось созданию эффективной и гибкой организации.

Руководящие органы, возглавляемые Советом круглого стола, были сформированы из волонтеров. Добровольцы демонстрировали способность решать проблемы выше своего обычного уровня, когда их количество и моральный дух были высокими. Но недостаточная численность приведет к усталости, что, в свою очередь, снизит их моральный дух. Без адекватной координации и руководства они сбились бы с пути.

(Мы должны реорганизовать командную систему и задействовать больше людей).

Кроме того, одного этого было бы недостаточно, чтобы остановить любые «последующие» атаки. Если бы Сироэ был на их месте, он был бы готов разыграть свою следующую карту в руке, чтобы усилить атаку. Такая схема серьезно подорвет административные возможности Совета круглого стола.

Сироэ спокойно изучил ситуацию.

(Поле битвы огромно. Каждая отдельная атака - всего лишь укол, о котором едва ли стоит упоминать ... но поле атаки охватывает всю Акибу. Огромный размах событий не позволяет мне справиться в одиночку. Даже помощи Лог Горизонта было бы недостаточно. Однако, если бы я мобилизовал Совет круглого стола, есть определенные невыгодные аспекты. Фактически, противник, вероятно, ждет именно этого шага, поэтому он может воспользоваться различными спорами с поставщиками и нарушить нашу позицию).

На данный момент приоритетом было обращение за помощью к соответствующим людям, но это должно было оставаться в рамках высшего руководства Совета круглого стола. Это предотвратило панику в обществе, для успокоения которой потребовалось бы больше людей. Атака была направлена на Совет круглого стола путем подавления «комитета по связям производственной гильдии» атаками насыщения; поспешное повышение уровня боевой готовности заставит их попасть в ловушку врага.

(На самом деле лучший способ - позволить этому инциденту разрешиться самому ...)

Сироэ начал думать о возможных результатах.

Он мысленно моделировал развертывание боевой мощи. Если одна идея не удалась, он изменил условия моделирования. Сироэ перестал дышать, отодвигаясь от окружавшего его бормотания, и тишина мира окутала его. Он ускорил симуляцию, пытаясь найти баланс, который должен где-то существовать.

Даже обеспокоенная Акацуки, наблюдающая за Сироэ, исчезла из его глаз.

Сироэ был настолько погружен в свои мысли, что свет и звуки исчезли из его чувств.

Однако ничего не было.

Сироэ не умел справляться с «врагом», который использовал такие атаки.

Казалось, что у «врага» не было мастерской стратегии. Цель командира следует понимать в целом, но каждая атака почти всегда была типом «живого» действия. Нападение было основано не на единой тщательной стратегии, а скорее на поиске возможностей для случайных атак.

Они могли узнать об атаке только после того, как противник уже закончил подготовку и начал наступление. Сироэ, который использовал подготовку как оружие, плохо справлялся с такой тактикой.

(Вау, я ненавижу таких соперников).

Несмотря на то, что Сироэ попросил Акатуски и остальных вступить в бой с противником, ситуация на самом деле была намного более сложной и разочаровывающей, чем он предполагал. Невозможно было предсказать врага, который произвольно перегруппировывался бы и атаковал бы возможные цели. Если бы противник вместо этого предпочел сосредоточить свою энергию на одной точке, их местоположение можно было бы вычислить, и защитники могли бы собраться для укрепления позиции. Небольшая группа защитников могла бы дать отпор гораздо большей армии. Однако на этот раз противник решил атаковать одновременно везде и сразу. Более того, вражеские «агенты» не обязательно имели какой-либо злой умысел, а были просто пешками, используемыми противником. Таким образом, Сироэ не мог правильно интерпретировать и предвидеть различные движения вражеских групп.

(На этот раз нет другого выхода, кроме как сдаться.)

Сироэ переключился на другую точку зрения.

Он отказался выполнять все условия.

(Некоторые вещи просто невозможно сделать. Помня об этом, мы должны вместо этого сосредоточиться на том, что мы можем сделать).

Было уже за полдень, так что не было достаточно времени, чтобы исправить ситуацию. Если в течение следующего часа не будут приняты меры противодействия, ситуация ухудшится настолько, что станет очевидной для граждан.

В этой ситуации нужно было выяснить, что можно сделать для борьбы с «противником» ...

— А, разве это не Сиро-семпай? Значит, вы были в будке Полумесяца, это имеет смысл.

Сироэ повернулся, чтобы посмотреть, и заметил своего друга, Суджиро из Бригады Западного Ветра, позади толпы. Сегодня Суджиро был одет в темно-синюю хакаму с цветочным рисунком, волосы были собраны в короткий хвост, а на талии висели два меча.

— Прошло много времени. — «Привет, мы впервые встретились». — "Кто это?" — «Это Log Horizon ...» — «Угу!»

Хор приветствий, ярких и мелодичных, раздался от девушек, сопровождавших Суджиро.

— Я пошел в магазин тортов, который посоветовал сэмпай. Их обслуживание было восхитительным! Они принесли мне шестнадцать полных пирожных. Я не успел всё съесть и поэтому нашел пару товарищей по гильдии, чтобы они мне помогли. Они приносили нам все больше и больше тортов! Такое тепло и доброта ... Ах, а?

Сироэ почувствовал, как его ноги ослабли, и он чуть не упал на месте.

Это не было услугой, это просто увеличение количества тортов, чтобы соответствовать количеству людей согласно правилам конкурса!

Ответ почти вырвался изо рта Сироэ, но в последний момент был остановлен. Суджиро оставалась полностью забывшей.

— У них закончились запасы после того, как они принесли 30 пирожных, но всем они понравились. О, мне нравится апельсиновый муссовый торт, у него отличный вкус, на вкус как лето.

(Ах ах, правда, Соджиро, этот парень ...)

Несмотря на то, что Сироэ чувствовал себя слабым, Суджиро «отомстил» за его унижение и положил руку на плечо Суджиро.

— Сиро-сэмпай? Что случилось?

— Я в порядке, Суджиро, давай, тебе есть чем заняться.

Враг вел тайную войну с атаками насыщения, но не следовал обычным правилам и предписаниям боя с насыщением.

В этом случае «непреднамеренное», что было лучше, чем «беззаконие», было бы наиболее подходящей линией защиты.

Лучший кандидат на бой был прямо перед Сироэ.

Часть 4.

Минори сжала кулак, закончив телепатический звонок.

Ее опасения сбылись.

Акиба… Минори и ее друзья подверглись нападению.

— Вы уверены в этом?

Минори кивнула в ответ Чарасину, который опешил.

— Сироэ-сан тоже разделяет эту точку зрения.

Чарасин с серьезным выражением лица прикусил ногти, просматривая документ, а потом снова задумался.

Минори пробыла в этом офисе почти восемь часов, почти не отдыхая с утра от непрерывного процесса. Большая часть горы документов исчезла, теперь они были сжаты в деревянные ящики для документов в углу комнаты.

Они начали контролировать ситуацию.

Отчеты были рассредоточены во избежание обнаружения, но количество западных торговцев превысило 15% от общего числа участников.

Дело не в количестве. Проблема заключалась в том, что 15% вызвали более 60% шторма.

Эта комната служила командным центром Фестиваля Весов.

Здесь были собраны предыдущие и последующие отчеты разведки.

Использование «отчетов» было ошибкой с самого начала. Множество различных «отчетов» подавляло административный процесс.

Конечно, документы были очень важны.

Ведение записей было железным правилом в административной работе, и в этом мире это можно было делать только на бумаге.

Однако «Комитет по связям с производственной гильдией» имел крайне недостаточную вычислительную мощность. Если они будут придерживаться изначально запланированного уровня детализации, они в конечном итоге не смогут консолидировать отчеты. Хотя у них также не было опыта в этом, главным виновником была нехватка рабочей силы.

Это стало брешью, которой могла использовать другая сторона.

Некоторые примеры включали простой осмотр привезенных товаров, разрешение на продажу на барахолке, документы, разрешающие продажу товаров, документы на аренду общего склада Совета круглого стола, разрешение на вывоз товаров на месте . Повсюду ощущалась нехватка персонала.

Задержки вызваны давлением, давление вызвало бурю.

Этот беспорядок, вызванный местными, был намного больше, чем ожидалось, и привел к неизбежному - это был непреднамеренный результат. Другими словами, они не ожидали такого беспорядка, за что также отвечал комитет по связи. Об этом размышлял Чарасин.

Но после составления отчетов реальная ситуация прояснилась. Западные купцы сознательно усложняли административную процедуру повторными обращениями.

Человек или группа пытались увеличить нагрузку на систему.

Чарасин подтвердил, что гильдии, ответственные за патрулирование города, Д.Д.Д и Чёрные Мечники, были на пределе своих возможностей, имея дело с быстрым ростом ссор и споров, в то время как голоса, критикующие Совет Круглого стола за некомпетентность, начали расти.

Когда ситуация обострилась до такой степени, Чарасин сказал Минори связаться с Сироэ, чтобы не было пробелов в информации, которые поставили бы их в невыгодное положение.

К сожалению, предсказание Минори было подтверждено отчетом Сироэ.

— Минори-чан, ты вернешься к Сироэ-доно?

Она ожидала, что Чарасин задаст этот вопрос, и покачала головой «нет», как и планировала.

— Я не вернусь к Сироэ-сан.

— А?

— Я хочу остаться здесь.

Минори еще раз подчеркнула это.

Испуганный взгляд Чарасина тоже был таким, как и ожидалось.

Когда группы подвергались нападению, они, как правило, собирались рядом с лидером. Это был защитный инстинкт как людей, так и животных, и даже гильдий тоже.

В подобных ситуациях участники собирались рядом с главой гильдии, чтобы дождаться инструкций, это была общая концепция выживания. Это было практическое правило присоединения к гильдиям. Будучи подвергнутым в одностороннем порядке неопознанной социальной агрессии, как сейчас, большинство мастеров гильдии, таких как Чарасин, только что дали инструкции, и члены были вызваны в зал гильдии.

Более того, поскольку Минори была еще молода, Чарасин считал, что она должна вернуться под защиту Сироэ.

Но вместо этого Минори решила остаться здесь.

Ее способности систематизировать документы были на уровне административного сотрудника. Конечно, в торговом центре 8-го округа было несколько таких членов, которые работали на заднем плане, но, видя, как Минори практически «искоренила» беспорядок в офисе, он не мог отказаться от ее решения остаться.

Минори намеренно сделала вид, что не видит обеспокоенного взгляда Чарасина, и глубоко вздохнула.

Это было ее поле битвы.

С ее точки зрения, эти документы и этот офис казались другими вещами.

Информация в ее сознании естественным образом переключилась на формирование нового образа.

(Другими словами, использовать тот же подход, что и раньше.)

Проблема заключалась в «недостаточной способности обработки».

Это было то же самое, что «иметь недостаточную исцеляющую способность».

Минори могла вспомнить леденящее кровь, смертоносное и удушающее напряжение. Медленно она расслабила сжатые руки, и ее тело возобновило кровообращение. Правильно, она могла представить это как рейдовый бой.

Оглядываясь назад, у нее пересохло в горле, тело остыло.

Используйте тот же подход, что и в Рагранда, Чоуши и Песчаном Листе. Подражай тому, что сделал Сироэ, следуйте по его стопам.

— Я останусь здесь и займусь складскими работами. Можно ли перевезти сюда все складские документы?

— А? Ах, ах, ах, то есть ... если ты хочешь помочь, я, конечно, очень благодарен.

Чарасин дал инструкции юноше, стоящему рядом с ним, Таро.

Этот так называемый склад был складом материалов, управляемым Советом круглого стола. Гильдии малого и среднего размера могли арендовать складские помещения за небольшую плату. Это было установлено при создании Совета круглого стола.

После того, как Катастрофа изменила мир, качество материалов повлияло на качество готовой продукции. Поэтому для производителей очень важным стало определение того, какие материалы можно покупать, а какие - не стоит.

Раньше, если продукт назывался «помидор», независимо от того, какой «помидор» использовался, качество готового блюда было одинаковым - но, конечно, все это было просто на вкус как влажные крекеры. Теперь, если использовать «помидор» худшего качества, салат из помидоров будет некачественным и станет просто отвратительной пищей. Поэтому возникла необходимость лично проверять качество товара перед покупкой.

Это привело к необходимости совершенствования системы управления крупными складами. Крупные гильдии могли использовать свои личные крупномасштабные склады, но гильдии малых и средних размеров не могли. В ответ на это Совет круглого стола создал несколько крупных складов и отвечал за управление ими.

Во время праздника Весов эти склады также были открыты для местных.

Например, местные с перегруженными вагонами нуждаются в таких услугах. Среди их продуктов большая часть из них не могла быть помещена на склад отеля или была громоздкой. Некоторые высокоуровневые предметы требовали специального хранения, например, зимняя одежда Тяньцзиня, которая была сделана эльфами и нуждалась в холодильном складе, иначе было бы почти невозможно поддерживать ее свежесть.

Но, открыв их использование для местных, сам процесс усложнился, и это было фактом. Все товары должны храниться в подробном списке, иначе они не могут нести ответственность. В дополнение к использованию склада, они первоначально предполагали, что каждое утро будет вывозиться фиксированная сумма, а вечером будут складываться остатки; они не планировали позволять предприятиям забирать товары всякий раз, когда они заключают сделку.

Откровенно говоря, такая нагрузка намного превышала возможности обработки операционного окна - именно поэтому Акиба подверглась атаке, это был наиболее наглядный пример.

— Минори, извини, что заставила тебя ждать.

— Ах, Тоя.

Тоя молча вошел в офис, Минори кивнула ему.

Общение между этими близнецами было уникальным. Из-за их постоянного желания понять друг друга, это могло быть сделано подсознательно и больше походило на настоящую телепатию, которая проходила только через мысли.

— Чарасин-сан, я здесь, чтобы помочь, я ее брат-близнец Тоя.

— Ах, ах, давно не виделись. Извини, что беспокою тебя, спасибо за помощь.

— Понятно. Тогда Минори, я вернусь.

После простого приветствия Тоя просто бросил рюкзак и вышел из офиса. Минори не спросила, куда он идет.

Где-то на этом этаже наверняка хранились разные складские товары. Как он сказал Чарасину, эти приказы об опеке получит Тоя.

Скоро документы будут доставлены в офис вдвое быстрее. Сюда же будут приносить отчеты о барахолках и распоряжения о хранении.

После очистки нынешнего места в этом офисе им придется заниматься параллельной обработкой большого количества документов.

Это было поле битвы, которое выбрала Минори.

— Чарасин-сан, это тоже для тебя.

Пока Минори разбирала документы, наиболее важные из них были переданы Чарасину. Написанное красным в правом верхнем углу файла, было «срочно». Он был несколько озадачен, но быстро кивнул, осмотрев его.

Сам Чарасин был гильдмастером, чьи практические способности высоко ценились Сироэ. Даже отслеживать припасы, такие как картофель, которые «вынимали несколько раз», с чем Минори не могла справиться, было для него легко с помощью коротких телепатических звонков. Это может всё устаканить и компенсировать ущерб.

Минори была в этом убеждена.

В этот момент возвращение к Сироэ было не лучшим подходом.

Когда фронт боя мог обрушиться, арьергарду требовалось поддерживать оборону на передовой. Целители были обязаны доверять авангардам.

(Хотя я не уверен, что могу чем-нибудь помочь ...)

Но в этот момент в этом офисе не хватало кадров; единственными присутствующими были Чарасин и два волонтера торгового центра 8-го округа, а также Минори и Тоя.

Даже если бы это был Фестиваль Весов, основной персонал насчитывал всего пять человек.

Сироэ только проинструктировал ее и Тою «встретиться».

Минори задумалась над скрытыми намерениями за этими словами.

Первоначальное мнение Минори о послании Сироэ заключалось в том, что «Акиба сейчас столкнулась с ситуацией, которая не причиняет прямого физического вреда». Если ситуация перерастет в опасную и Сироэ прикажет встретиться с ним вопреки всему, она непременно пойдет к нему в случае необходимости.

Но почувствовав себя непринужденно, она почувствовала, что сообщение давало ей разрешение действовать свободно.

Это было не просто разрешение действовать свободно. На Акибу напали. Фактически, ей была предоставлена свобода передвижения, что она интерпретировала от Сироэ, ожидающего от нее действий.

Он издалека давал ей небольшое ожидание.

Возможно, это было просто недоразумением, но этого было достаточно, чтобы Минори загорелась.

(Однако, если это действительно так ... даже если это ненадолго, если я не смогу оправдать ожидания Сироэ-сама, я ...)

Я хотела бы подражать Сироэ в этом офисе.

Минори пришла к такому решению.

Воспроизвести полный контроль Сироэ на поле боя.

Хотя наличие двух Сироэ в одном месте было бессмысленно, если бы Сироэ здесь не было, то подражание ему могло иметь значение.

Авангардными танками выступили контрштабы местных. Целителем в данном случае был Чарасин, решавший задачу, используя привезенное время.

Приоритетность рассматриваемых проблем имела первостепенное значение, чтобы предсказать, как будут развиваться дела. Сортировка мыслей позволяет вещам идти гладко, это было то, что Минори «выкладывала» для достижения цели.

(Я не могу стать авангардом или целителем.)

Несмотря на высокие идеалы, она только организовала документы, скопировав их содержимое на другие бумажные подборки. Сама Минори почувствовала, как внутри нее пылает какой-то огонь, скрывающий чувство беспомощности и раздражительности, но она попыталась заморозить такие чувства.

Она была ученицей средней школы, и ее некомпетентность была само собой разумеющимся.

В этих случаях обвинять себя и оскорблять себя на поле битвы было бесполезно, что и было учением Сироэ. Минори не хотела противоречить ожиданиям Сироэ.

— Не читайте поток, а, скорее, станьте “потоком”. — Минори вспомнила нежный полушутливый голос Сироэ.

(Будьте потоком ...)

Для нынешней Минори это так называемая борьба с потоком файлов один за другим, которые перемещались последовательно, а также через серию контактных шепотов в ожидании инструкций. Она хотела превратиться во что-то подобное.

Не волнуйся.

Не думай.

Превращение себя «в» документ, превращение себя «в» решение.

Минори погналась за смутным ощущением контакта, сосредоточившись на поставленной задаче.

Часть 5.

Место проведения званого ужина было окутано роскошной атмосферой.

Именно здесь жила Рейнезия, занимая весь первый этаж «Консульства Водяного Клена». «Консульство Водяного Клена» было местом, где Рейнезия была размещена, когда она приехала в Акибу. Оно было куплено герцогом Коэном Майхама и было одним из многих зданий, которые были реконструированы.

Первоначально он был почти в руинах, от которого сохранилась только основная конструкция здания. Теперь он был переоборудован в особняк в аристократическом стиле для местных.

Это было консульство только по внешнему виду, так как оно предлагало помещения для посетителей, а также часто использовалось для проведения встреч или изучения местных продуктов и другой практической работы. Так что, хотя это была частная резиденция Рейнезии по названию, она была значительных размеров. В нем было три больших зала, всего 80 комнат и более 30 штатных сотрудников.

Консульство будет проводить самое грандиозное мероприятие - званый ужин. Количество персонала увеличилось, так как обычные 30 человек не справятся. Прибыло больше поваров из Майхамы, но не хватало бардов и официантов, и был срочно набран кухонный персонал из профессионалов Акибы; Это была широкомасштабная мобилизация многих людей.

На самом деле, штат не ограничивался местными.

Хотя их было немного, некоторые авантюристы присоединились, чтобы готовить, подавать еду, развлекаться или работать за кулисами. Авантюристы имели высокий уровень дохода; Рейнезия использовала местных в качестве ориентира для заработной платы, поэтому она никогда не думала, что придут кандидаты из авантюристов, но это была Акиба, где были искатели приключений, которые «интересовались», и впоследствии «присоединяйтесь к веселью».

Вероятно, из-за чувства долга эти искатели приключений даже были заняты работой за кулисами этого великолепного банкета, работая бок о бок с людьми противоположного пола и знакомясь друг с другом, устанавливая очаровательные отношения и имея возможность поговорить друг с другом.

— Большое спасибо.

Рейнезия сладко улыбнулась ближайшему искателю приключений, который приветствовал ее. Молодой авантюрист выглядел холодным и равнодушным, глядя в сторону, но все же спокойно ответил, что так и должно быть.

Мальчик участвовал в кампании Песчаного Листа, работая в поддержке и осадных войнах. Рейнезия могла быть только благодарна, поэтому она устроила это мероприятие, званый обед, который должен был состояться сегодня, чтобы поблагодарить их.

— Благодаря всеобщей поддержке Майхама и Лиги Свободных Городов были спасены, пожалуйста, примите мою вечную благодарность.

Рейнезия сделала реверанс, чтобы выразить свою признательность.

Молодой человек махнул ей, чтобы она остановилась, поспешно сказав ей: «Это не стоит твоей благодарности, мы авантюристы, и что-то в этом роде - наш естественный долг ... это была простая задача».

Юноша покраснел, выпалив: «Не обращайте на меня внимания, пожалуйста, не надо!» — как он ушел в спешке.

— Я думаю, что все они очень сдержанные.

— Правильно ... это так.

Рейнезия ответила Элиссе позади нее.

Авантюристы - особенно молодые, казались в основном сдержанными людьми. Большинство рыцарей также были романтичными, но они неизбежно слишком увлекались «рыцарством» и навязывали свои собственные ценности другим.

В связи с этим юные авантюристы часто в панике убегали, когда Рейнезия благодарила их.

Когда Рейнезия впервые столкнулась с этим, она думала, что ее ненавидят или маргинализируют, но теперь она поняла, что это не так. Находясь в «Лиге свободных городов Востока», ее называли «печально красивой принцессой», и люди относились к ней как к украшению и наслаждались ее красотой. В Акибе это было так; однако было и другое восхищение.

Авантюристы смутились бы.

Элисса говорила с улыбкой: «Боже, они все застенчивы, как дети», но Рейнезия не думала, что это плохо. По сравнению с неловкой лестью, такое отношение произвело на нее более благоприятное впечатление, заставив ее улыбнуться.

Посольство вмещало около 300 гостей.

Две трети были авантюристами, остальные - местные. Местные, включенные в это, были широким кругом торговцев и руководителей городского банка. Также на торжествах присутствовали руководители Торгово-промышленных палат.

Вестибюль был наполнен очень аппетитным ароматом.

Обед был предназначен для того, чтобы все могли пообщаться и поболтать, но важно, чтобы блюда были идеальными; Повара из Майхамы приехали, чтобы показать свои таланты Райнезии, приготовив различные роскошные блюда, как бы чтобы похвастаться перед авантюристами Акибы.

Среди этих блюд были уха и говядина с малиновым соусом, образцы «переработанных» блюд. Это были традиционные блюда Песчаного Листа до революции, когда товары все еще производились через меню синтеза.

Еда с приятным вкусом оставалась лишь смутным воспоминанием, ощущение жевания резиновой посуды оставило мрачное впечатление, поскольку такой вкус нельзя было на самом деле считать едой.

Но после революции было много блюд, которые уже не были такими. Меню крафта показало список предметов, необходимых для создания товаров для синтеза, и, в более широком смысле, ингредиенты, необходимые для приготовления еды; однако знание рецепта требовалось для того, чтобы готовый продукт имел тот же вид, что и блюда из меню синтеза.

Катастрофа обнажила невежество жителей страны. Они знали, насколько запутана ситуация, что синтетические пункты меню нельзя создать вручную. Но отважные повара из Майхамы попытались использовать ингредиенты из списка и постарались превратить неизвестные методы приготовления в настоящую местную еду.

Сегодняшние гости, казалось, остались довольны, хотя это было сложно сказать. Рейнезия ходила по площадке, знакомя местных с авантюристами и авантюристов с местными.

Пока что званый ужин можно было назвать большим успехом, и все выглядело отлично. Как сказал дед Рейнезии, герцог Корвен, узы авантюристов с местными станут великим сокровищем Истала.

Рейнезия тоже так думала.

Но в этом заключалась ценность облигаций, которые они создавали каждый день, чтобы оттачивать и совершенствовать способность приветствовать результат. Рейнезия думала, что их долг - поддерживать эти многообещающие отношения.

Это должно быть причиной того, почему ее дед отправил ее в Акибу.

Но она просто хотела быть ленивой и бездельничать весь день.

— Принцесса ...

— Что случилось, Элисса?

Позади Рейнезии стояла ее горничная, воспользовавшись коротким промежутком между прибытием гостей, чтобы привлечь внимание Рейнезии. Она выглядела нездоровой; вероятно, она слышала плохие новости от горничной, которая только что шептала Элиссе на уши.

Опасаясь плохих новостей, Рейнезия мысленно взяла себя в руки.

Она уже была готова к этому, когда узнала о намерении Марвиса приехать.

Рейнезия не видела Марвиса на званом ужине. Она еще не получила известий о его прибытии, а это означало, что плохие новости будут о нем.

— Есть плохие новости.

— ... Хотя я этого боюсь, пожалуйста, скажи мне.

— Лорд Марвис доберется до вестибюля примерно через 10 минут.

— Понятно.

Как и ожидалось.

Хотя эта информация ее не устраивала, это не было плохой новостью.

— Потом...

— Что случилось?

Рейнезия притворилась спокойной и призвала ее продолжать.

— Дело в том, что лорд Марвис прибыл в порт Акиба на корабле, наполненном большим количеством товаров, которые он хотел бы отправить на склад, но ...

— В чем проблема?

— Это было слишком неожиданно, в сочетании с большим количеством товаров, которые он привёз - арендный склад - это услуга, предназначенная для авантюристов.

Элисса ответила обеспокоенным тоном.

Это было в пределах ее ожиданий. Если возникали какие-то проблемы, Рейнезия была обязана помочь Марвису. Ее работа заключалась в том, чтобы служить мостом между местными и авантюристами.

В это время шум в зале усилился.

Вероятно, прибыло большое количество послов, скорее всего, Марвиса, и Рейнезии было слишком поздно слушать какие-либо отчеты.

Рейнезия привела Элиссу с собой, авантюристы, стоящие сбоку, приветствовали ее, а оркестр играл, пока она шла через зал. В дверь вошел аристократ средних лет.

Рейнезия никогда с ним раньше не встречалась, но этот человек определенно был аристократом «Священной Империи Вестеланд» - Марвисом.

— Для нас большая честь ваше присутствие.

Рейнезия осторожно приподняла юбку и сделала реверанс.

Райнезия занимала уникальное положение в аристократическом обществе местных. Она была дочерью величайшего благородного клана Востока. Ее красота принесла ей имя «принцессы роз» в социальном мире и действительно вызывала зависть у всех людей.

Тем не менее она была женщиной. В аристократическом обществе женщины не могли заниматься иностранными делами.

Рейнезия жила в Акибе, выполняя свои обязанности, преодолевая разрыв между местными и авантюристами, предоставляя всевозможные возможности для сотрудничества. Но официальной причиной ее пребывания здесь было наказание за «поиск помощи у авантюристов без согласия Лиги свободных городов Востока».

Она была представительницей Востока для местных, находилась в Акибе, но не имела официального положения. Она была просто «дочерью клана Корвен, которую посадили в наказание». Следовательно, ей пришлось проявить глубокое уважение к великому благородному Марвису из «Священной Империи Вестеланд».

— Вау, действительно красиво. Если мне не изменяет память, ты дочь клана Корвен, принцесса Рейнезия, верно?

— Да, Марвис-сама. Спасибо, что посетили нас сегодня вечером, и за то, что оказали нам честь своим присутствием на этом Осеннем праздновании».

Рейнезия прекрасно скрыла свои эмоции и элегантно склонила голову.

По правде говоря, она произвела на него паршивое впечатление.

Это было совершенно ужасно. Марвис выглядел так, будто был сделан из белой глины. Рейнезия несколько раз сопровождала своего деда в гостях у дворян «Священной империи Вестланд», каждый раз чувствуя отвращение к ним. Марвис ничем не отличался.

Обладая древней аристократической культурой, Священная Империя Вестеланда была более консервативной, чем Восток, даже мужчины использовали духи и помаду. Некоторые подходили для этого, но с точки зрения Лиги свободных городов Востока это был устаревший обычай.

Рейнезию не интересовали ошибки во внешности других, но с Марвисом проблема заключалась не столько в его внешности, сколько в его личности.

— Этот праздник кажется живым, действительно замечательным событием.

— Да, мы очень старались.

Однако, будучи дворянкой, принцесса Рейнезия накопила опыт тысяч бесед с различными чиновниками и дипломатами. Даже если бы это было с кем-то, кого она терпеть не могла, она все равно могла бы легко разговаривать с ними, сохраняя слабую улыбку на губах. Такого рода умение требовалось от любого ребенка, рожденного из знати.

— Однако, как бы это сказать ... Я не могу не чувствовать, что это слишком беспорядочно.

— Что вы имеете в виду?

Услышав презрение в голосе аристократа, Рейнезия приподняла бровь.

— Ничего ... банкет для дворян и крестьян, это должно быть придумали люди Востока, унаследовавшие кровь варваров, хахаха ... правда, я уже давал намек, чтобы вы не подходили ко мне, шу шу.

— Мне очень жаль, мы, жители Востока, не разбираемся в таких обычаях, поэтому танцевальная вечеринка проводилась в такой форме. Не знаю, подойдет ли она вам, но вы бы хотели попробовать это вино с востока?

К такому проявлению неуважения нельзя было привыкнуть, и его было нелегко игнорировать. «Лига свободных городов Востока» состояла в основном из земель, завоеванных «династией Вестеланд» во время ее формирования. Дворяне «Священной Империи Вестеланд» из Накасу всегда считали это место варварской зоной со времен «Династии Вестеланд».

Для сравнения, Эццо воспринимался как бесплодное и малонаселенное место, на которое смотрели свысока как на нецивилизованных животных. После обретения независимости Эццо назвал себя империей, отсюда и враждебность со стороны центральных стран.

Рейнезия слегка наклонила голову, наливая вино чрезмерно одетому Мавис. Мавис мечтательно посмотрела на нее, щелкнув глазами, и внезапно коснулась ее серебряных волос.

Вокруг нее вспыхнула волна гнева.

Это исходило от ближайших к ним авантюристов. Молодой воин в доспехах с бокалом вина и самурай с мечом, вложенным в ножны на поясе, смотрел на него взглядом, который мог убить.

Их глаза передавали сообщение: «Хотите, чтобы мы зарезали эту свинью?» — Их беспокойство заставило Рейнезию улыбнуться.

Авантюристы были свободны, как птицы. Рейнезия была действительно рада понять, что они чувствовали.

Но Рейнезия глазами отвергла их молчаливое предложение. Некоторые предложения были слишком любезными, чтобы она могла их любезно принять. Было бы плохо, если бы аристократия запада пострадала, а Рейнезия ожидала такого уровня преследования со стороны таких, как он.

Если Рейнезия не справится с этим хорошо, этого дворянина в лучшем случае вышвырнут, а в худшем - убьют на месте. И для Востока, и для Запада, а также для местных и авантюристов это было бы неудачным исходом.

Если он просто хотел поиздеваться над ней, она была готова принять это спокойно.

Рейнезия придерживалась этой точки зрения.

Это произошло из-за ее лени. Она была достаточно уверена в себе, чтобы игнорировать все слова, которые слышала, и держалась на грани зевоты. Но после всего этого она была также подготовлена к лекции Элиссы.

— Эх, ладно, принцесса, пожалуйста, подготовьте склад как можно скорее. Товары, которые я привёз на этот раз, включают ингредиенты из моря, они должны быть свежими.

— Я понимаю. Я все устрою, пока, пожалуйста, подождите.

Рейнезия склонила голову и удовлетворила его просьбу.

Но Мавис с презрением прервала Рейнезию.

— Ха! Принцесса, что ты говоришь? Я уже отправил документы заранее. Копия уже отправлена герцогу Майхамы Сержаду, и я уже получил ответ.

— А?

— Вы уже подготовились к этому, верно? Мы ввозим товары высшего качества, подходящие для клана Ицуки из Священной Империи. Это не то, что вы можете оставить валяться, понимаете?

Часть 1.

Нет, ты не можешь оставить это так.

— Пожалуйста, выстраивайтесь в очередь по порядку!

— Я получил ваши документы. Да, хорошо.

Сладкие голоса звучали гармонично.

Элдер Тэйлс была игрой, поэтому героями в ней были либо красивые милые дамы, либо красивые стильные мужчины.

Следовательно, если определенное количество женщин соберется в одном месте, особенно если они будут авантюристами, это будет прекрасное зрелище. Но это было даже более элегантно.

Это был штаб противодействия, созданный у входа в холл выставки на случай чрезвычайной ситуации. Сироэ тихо вздыхал внутри.

Это был не первый раз, когда он видел женщин, усердно трудящихся для Суджиро. Говорят, что «влюбленные женщины красивее», и это было правдой. Сироэ объяснил это тем, что покрасневшие щеки, слезящиеся глаза и нежное выражение лица делали их более очаровательными.

Но последователи Суджиро ... они называли себя его личной охраной ... на этом не остановились. По всему телу у них текли сердечные знаки, и эта аура отражалась в их голосе, который звучал сладко, как мед.

Сироэ скучно осмотрел местность.

Девушки с синими нарукавными повязками поддерживали порядок повсюду, даже наблюдали за сделками между торговцами из местных и авантюристами, давая им советы.

Их движения были быстрыми и плавными, казалось, что они прошли сотни часов тренировок.

Но им было невозможно пройти столько часов тренировок.

Это были настоящие навыки, которыми обладали личные охранники Суджиро. Чтобы убедить их помочь, Сироэ пришлось изрядно постараться. Хотя по их внешнему виду нельзя было сказать, это была высокоорганизованная группа.

И их телепатическая сеть постоянно росла.

Насколько известно Сироэ, Бригада Западного Ветра, в которой Суджиро был главой гильдии, насчитывает около 30 с лишним членов. Но количество девушек на этом мероприятии было более 50.

— Тактик Сироэ.

Опрятная девушка поприветствовала Сироэ.

Похоже, Сироэ занял позицию тактика из ниоткуда. Это произошло потому, что Суджиро проинструктировал: «Когда доберешься до места, послушай приказы Сироэ-семпая».

— Приехали еще 5 человек, они могут сформировать команду и уехать.

Сироэ знал из этого краткого отчета, что она компетентна и опытна.

Только основные члены больших гильдий, таких как «Серебряные мечи» или «Армейские мотоциклы», могли сравниться с ней.

— Ах ...

Сироэ подумал, как это сказать.

Несмотря на то, что это был его план битвы, он знал, насколько сложным должно быть его выражение лица.

— Где Содзиро?

— Да. Су-сама ♥ в вестибюле ... патрулирует, в сопровождении 4-й команды.

Сироэ подсчитал время, глядя в окно. Пришло время перейти к следующему этапу.

— Свяжитесь с Суджиро и попросите его вернуться в штаб контрмер и связаться с 5-й командой. Затем продолжайте 45-минутную патрульную миссию в вестибюле. 4-я команда возьмет на себя обязанности 5-й команды, которая охраняет штаб и укомплектование прилавков ... Кроме того, сформируйте новичков в группы по 3 человека и отправьте их в патруль городской зоны ".

— Роджер. Я, я, я ...

— ...?

Неожиданно для Сироэ, лицо девушки покраснело.

— Мы, пятая команда, будем патрулировать вместе с Су-сама согласно приказу Тактика Сироэ!

Это объявление заставило нескольких заглянувших сюда личных охранников взвизгнуть от радости.

Девочки пробормотали: «Вместе с Су-сама!» — «Это мой первый раз!» —«Что мне делать, мои трусики недостаточно хороши!» — эти слова были полны поводов для возражений. Их глаза больше не были просто слезящимися, их зрачки приобрели форму сердца.

Их предположение было верным.

План Сироэ в этом раунде использовал патруль (свидания) с Суджиро как приманку для привлечения добровольцев на помощь.

Суджиро медленно патрулировал выставку одежды с 3 или 4 девушками. С инструкциями не торопиться, это было свидание. Суджиро было разрешено покупать подарки девушкам с бюджетом в 20 золотых для каждой из них. Деньги были выделены Советом круглого стола.

Когда Сироэ вспыхнул блестящим блеском и ему в голову пришла эта идея, он подумал: «Это отличный план!» — Но в то же время он парировал: «Будет ли такая тактика работать?» — Но судя по результатам, это было суперэффективно.

Хотя Сироэ не знал подробностей, личная охрана Суджиро была сплочена, как сталь (как провозгласила девушка, с которой он разговаривал). По ее словам, от секретаря Суджиро до новичков, у них была пирамидальная структура управления. Они использовали эту структуру, чтобы гибко формировать команды, самостоятельно решая все споры в данной области.

Даже когда Суджиро медленно шел по улицам с командой, остальные 6 команд также патрулировали территорию, готовясь к любой чрезвычайной ситуации. Сироэ посоветовал им без колебаний связаться с ним, если ситуация выйдет из-под контроля. Они также могли запугать торговцев, сказав им передать дело в Совет круглого стола.

Вначале Сироэ был в состоянии повышенной боевой готовности, беспокоясь о том, что, несмотря на все это, шпионы местных или торговцы обостряют проблемы. Но местные не могли заставить себя сделать это, столкнувшись с этими очаровательными дамами, и все утихло.

У девушек были удивительные мотивы.

Выражение их глаз буквально изменилось, когда они аккуратно и серьезно выполняли свои патрульные обязанности. Они справлялись с ситуациями честно и тактично, без изъянов. Они могли бы стать ближе к Суджиро, если бы вызвались для этого, это было то, что они себе представляли. Суджиро довольно часто появлялся перед ними и брал на патрулирование разные группы, мотивируя их работать усерднее.

Поскольку Суджиро мог увидеть их в любой момент, они относились к ним осторожно и уважительно. Они были похожи на любящих кошек, поскольку они сосредоточились на роли милой девушки, но Сироэ мог чувствовать от них ауру тигра.

В отличие от мотивированных девушек с высоким уровнем адреналина, дух Сироэ был на дне. Он не завидовал Суджиро и не хотел строить гарем. Но такая очевидная разница сделает любого мужчину капризным.

Суджиро был выдающимся молодым человеком. Зрелый, нежный, вежливый и надежный в бою. У него также была глупая сторона, щекочущая ваше желание защитить его ... Сироэ понял, что они описывают. Потому что во время Сумасшедшего Чаепития Ёми и Назуна потратили много времени, объясняя, почему Суджиро был для них таким очаровательным.

(Это все, что нужно, чтобы стать таким популярным?)

Статус поп-идола Содзиро заставлял людей сомневаться, было ли это какое-то заклинание. Они завидовали, но не могли сдержать гнев ... Это было так непостижимо. Сироэ пробормотал себе под нос.

— Тактик-доно, мы встречаемся впервые. Нас назначили, да, 16? Верно, 16-я команда.

Сироэ посмотрел на счастливую девушку, стоящую перед ним по стойке смирно, снова подтверждая свои непостижимые чувства.

(Почему таких девушек производят массово? Любовь так загадочна. Как бы это сказать, те, кто пользуется популярностью у противоположного пола, в какой-то степени гении, но они тоже опасны.)

Сироэ вспомнил, каким был Суджиро.

Красивый юноша, который выглядел хилым, но любил сражаться, и ему не на что жаловаться как другу. Поскольку они вместе играли в игры, они должны были быть друзьями, но с женской точки зрения это немного отличалось.

— Понятно. Команды с 9 по 18 будут выполнять обязанности по обеспечению безопасности зоны.

— Безопасность зоны? Похоже на спецподразделение полиции!

Юная леди чему-то обрадовалась, а Сироэ нежно кивнул. Сироэ понимал, что он не должен возражать или сопротивляться таким женщинам, у которых были такие эмоции.

— Хммм, милорд. — крикнула Акацуки. Она перевела взгляд с Сироэ на стойло Альянса Полумесяца. Ее неловкое выражение, вероятно, было вызвано одеждой, которую она носила.

— Что это такое?

— Эммм ... хочешь поучаствовать? Мы обещали выйти на сцену, верно?

Акацуки напомнила Сироэ о соглашении.

Он пообещал Генриетте выйти на сцену, чтобы продавать их товары. Сироэ отвечал за разные работы и был дополнительным в составе, Акацуки был главным героем, на которого они рассчитывали. Старомодная одежда, подобранная Генриеттой, которую носила Акацуки, должна использоваться для демонстрации на сцене.

Но прямо сейчас Акиба подверглась нападению.

У них действительно не было времени на это.

— Мой господин сдержит свое слово ...?

— Обязательно ...

(Подожди ... Может, нет?)

Сироэ поправил очки и задумался.

Намерение врага состояло в том, чтобы подавить административные возможности Совета Круглого стола с их атакой насыщения, вызывая потерю доверия и даже внутренние раздоры. Чтобы противостоять этому, они должны максимально приблизить расписание фестиваля Весов к своему плану. Сироэ думал так, но теперь подумывал немного изменить эту политику.

(Посторонние не будут знать, каков наш график. Если он выглядит как успешный, некоторая импровизация может пойти на пользу.)

Когда Сироэ подумал об этом, его свобода действий резко возросла.

Он перестал дышать, мысленно двигая шахматные фигуры, а в сердце - расписание. Его собственные ходы и встречные ходы других игроков. Строго классифицируя данные, которыми он располагал, и информацию, которую нужно было подтвердить, постепенно заполняла шахматную доску.

Сироэ не был богом, поэтому он не мог видеть большинство ситуаций. Но каждый ход в шахматах давал больше информации, как ожидалось, если бы противник своими высокомерными действиями обнажал их грубые планы.

Для таких существ, как люди, они ничего не могли сделать, не оставив позади свои следы.

Добавляя эти дополнительные данные, невидимая шахматная доска медленно всплывала на поверхность.

Сироэ думал, что в этом мире есть бесчисленное множество шахматистов его уровня. Для него это был способ высказать свои мысли самому себе. Было множество ситуаций, с которыми он не мог справиться.

Сироэ связался с Красти и Исааком, попросив их подавить насильственные инциденты в Акибе. Другие фигуры, которые он мог перемещать, уже были активированы. В соответствии с политикой хранения инцидентов под столом, все сцены управлялись добровольцами. Но известные главные гильдии Акибы присоединились бы, чтобы разобраться с ситуацией, собрав сильных игроков со всей шахматной доски.

Прямо сейчас Сироэ не мог справиться с передвижениями врагов в одиночку, поэтому он попросил Содзиро о помощи. Его личная охрана выдвинулась на передовую, столкнувшись с торговцами, которые создавали проблемы, решая такие проблемы, как изгнание людей. Этой способности Сироэ не было.

Это также помогло в другой области.

Сироэ вспомнил телепатический звонок своего миниатюрного компаньона из «Комитета по связям производственной гильдии».

Сироэ чувствовал ее нежные, но решительные пальцы. Хотя они все еще было маленькими и расплывчатыми, Сироэ увидел изображение щебечущей молодой птицы, расправляющей крылья для первого полета.

Скорость обработки Чарасина увеличилась, а количество входящих проблем резко сократилось. Это произошло благодаря патрулю, посланному Исааком, чтобы пресечь неприятности на корню, заработав время для личной охраны Суджиро, чтобы исправить нерешенные проблемы.

Они восстановили контроль над ситуацией быстрее, чем ожидалось.

Было еще рано, но Сироэ уже видел финал. Он был готов задействовать следующий план.

Сироэ заметил слово «свобода», вспомнив слова Акацуки. Он подумал, какие шахматные фигуры он мог бы двигать, не нарушая расписания Фестиваля Весов, и сделать мероприятие еще более оживленным.

Враг увеличивал нагрузку на систему и распространял слухи. Их цель заключалась в том, чтобы снизить единство Акибы в целом, чтобы другие подумали: «Акиба - это не проблема». — Это не имело ничего общего с фактами, это была атака на психологическом уровне. Лучшим способом контратаки было сделать Фестиваль Весов еще более оживленным, доведя до пика удовлетворение всех участников.

— ... Мой господин?

Сироэ услышал взволнованный голос Акацуки, поднял голову и улыбнулся ей. Это была улыбка, которую Генриетта назвала «безрадостной».

— А! Акацуки? Пожалуйста, попросите Генриетту подготовить костюмы. Также попросите помощи у соседней гильдии, попробуйте придумать комплект одежды, от которой у людей будет идти кровь из носа.

— А?

— Команды с 9 по 18!

— Вот!

Команды поблизости немедленно отреагировали, и Сироэ встал и бесстрашно заявил.

— Выйди и патрулируй городскую зону! Извини, что беспокою всех, пожалуйста, поддержи меня. Я угощу всех пиршеством сегодня после завершения миссии, пожалуйста, покажи Соджиро свою милую и красивую сторону!

Часть 2.

Слова лорда Марвиса заставили Рейнезию побледнеть.

Она не поняла. Она совершенно не понимала этого.

Рейнезия почувствовала обжигающий запах опасности.

— Хорошо, принцесса, пожалуйста, готовься поскорее, хорошо?

— Э, а ... об этом ...

Рейнезия обернулась за помощью, Элисса перед ней читала лекцию служанке, работающей под ее началом, пока она просматривала копии документов от приспешников лорда Марвиса.

— Принцесса.

— Как это?

— Документы настоящие ... Трудно представить, но вина может лежать на нас, лазейка в надзоре со стороны руководства.

Надзор.

Дыра в управлении.

Хотя Рейнезия слышала слова, ее мозг не обрабатывал их. Ошибка медленно проникала в ее сознание, заставляя ее чувствовать себя холодно, как если бы она касалась ледяной жидкости.

Проще говоря, лорд Марвис заранее проинформировал Рейнезию о том, чтобы подготовить для него склад, когда его корабль достигнет Акибы. Тот же документ был доставлен в Майхаму, и в ответ было отправлено согласие на помощь.

Это означало, что Рейнезия обещала подготовить склад, но забыла об этом при подготовке к фестивалю. Вот и вся история.

Но невозможно было сказать, что произошло на самом деле. Возможно, произошла ошибка доставки, приводящая к недопониманию, или ошибка администратора. Или Рейнезия была слишком занята, засунула куда-то документ и потеряла его из виду ...

Но сейчас не время пересматривать то, что произошло на самом деле.

Лорд Марвис ожидал ответа от Рейнезии, так что Рейнезия определенно промахнулась.

И Рейнезия, как хозяин, была обязана помогать гостю и угождать ему. Кроме того, дочь семьи Корвен, дислоцированная в Акибе, и знатный морской торговец с запада лорд Марвис имели разные статусы. Если принять во внимание скрытую напряженность между восточными и западными федерациями, ей ничего не оставалось, кроме как съесть скромный пирог.

Рейнезия была женщиной.

По мнению знати местных, она не имела политического образования. Но она могла узнать об этом из социального мира.

— Хм, в чем дело? Вы не собираетесь говорить мне, что не готовы ко мне? Я уже отправил запрос заранее.

— Об этом...

Было легко извиниться.

Но Рейнезия не привыкла к таким отношениям и не могла судить, нужно ли ей сейчас извиняться. Ленивая Рейнезия не подумала бы: «Мне следовало бы приложить больше усилий, чтобы учиться, если бы я знала, что такая ситуация может возникнуть». — Но она все еще думала, что с этим можно ещё что-то поделать.

Ей следовало попросить прислать сюда из Майхамы нескольких компетентных бюрократов, это должно быть очевидно. Она уже получила разрешение от своего деда с некоторыми ограничениями, чтобы выбрать нескольких последователей, чтобы привести их к Акибе, но этого все еще было недостаточно.

— Это образ действий клана Корвен? Или ваши рабочие отношения с авантюристами ... с Акибой - всего лишь иллюзия?

Его насмешливый тон заставил Рейнезию опустить голову.

Ее сердце было полно ответных возражений, но Рейнезия не знала, как правильно это сказать, или какой способ выразить это может быть опасен.

В любом случае, ей нужно было извиниться и компенсировать товары на корабле, чтобы успокоить его. О деталях она побеспокоится позже, сможет ли она утащить эту проблему и решить ее после званого обеда? — оцепенело подумала Рейнезия.

В народе ее называли красивой принцессой.

На каком бы банкете она ни побывала, она получала комплименты от рыцарей и бюрократов.

Рейнезия знала, что играла роль, которая соответствовала ее статусу в их застывшей повседневной жизни, но прямо сейчас она чувствовала, как температура ее тела падает без конца. Рейнезия не могла этого понять. Почему ее эмоции были такими неустойчивыми, что делало ее такой несчастной?

Это сожаление исходило не от Рейнезии, поскольку ей было наплевать на такие вещи. Несчастье, сожаление и раскаяние должно быть из-за этого беззаботного города ...

— Вечер!

Рейнезия, которая смотрела на роскошный ковер, натянуто поняла, что кто-то стоит перед ней из-за тени, тускнеющей по цвету ковра. Ее глаза метнулись вверх, чтобы посмотреть на спину человека в незнакомой одежде.

Рубашка из мягкой ткани, невиданной прежде местными, и жилет с капюшоном. Это был молодой человек, который столкнул Рейнезию со скалы, не имея возможности вернуться в день решающей речи в битве при Песчаном Листе, Сироэ.

— Сироэ ... сама?

— Кто это?

— Прошу прощения за то, что представился с опозданием. Я - лидер Лог Горизонта, одной из 11 гильдий, образующих Совет Круглого стола, Сироэ.

— Сироэ ... Без фамилии? Хммм ...

— Верно, потому что я авантюрист.

Молодой человек в повседневной одежде перед Рейнезией сохранял неторопливую позу, даже несмотря на то, что перед ним стоял великий дворянин Запада. Рейнезия сделала полшага вперед, хотя была ошарашена. Авантюристы не были знакомы с обычаями местных, это могло иметь серьезные последствия. Чтобы предотвратить это, Рейнезия решила стать щитом Акибы.

Но чья-то рука нежно упала Рейнезии на плечо. Эта сильная и большая мужская рука принадлежала Красти. Рейнезия повернула голову, чтобы посмотреть на Красти, который останавливал ее сзади, и Красти сказал, не глядя на нее.

— Не волнуйся.

Его очки отражали свет, поэтому она не могла видеть выражение его лица. Но она видела жестокую улыбку на лице Красти.

— Лорд Марвис, добро пожаловать в Акибу. Благодаря кораблю волшебных сил ваша судоходная отрасль процветает, и ваше имя здесь прославлено. — сказал Сироэ с улыбкой, заставляя Марвиса смотреть широко открытыми глазами. Но его ироническая улыбка осталась, когда он ответил: «Я польщен». — Согласно обычаям местных, такое отношение было сродни высмеиванию других.

Учитывая тот факт, что Сироэ представился членом Совета круглого стола, он явно высмеивал Сироэ и Совет круглого стола Акибы. Его отношение расстроило Рейнезию и заставило ее щеки вспыхнуть.

Но Сироэ совсем не возражал. В конце концов, он, вероятно, не понимал обычаев местных.

— Итак, что случилось? Элисса-сан? Где ты?

— Вот Сироэ-сан ... Это подробности.

Но слова Сироэ охладили разочарованное сердце Рейнезии.

Рейнезия могла лишь с пустым выражением лица смотреть на свою горничную, показывающую Сироэ документ. Она не знала, что они двое знали друг друга. У Элиссы было встревоженное лицо, но она по-прежнему уважала этого молодого человека.

— Ага, хм ... это так? Это возможно. Я понимаю общую картину ... Эй! Мичитака-сан!

Сироэ сэкономил время, окликнув мускулистого мужчину в холле, вместо того чтобы использовать телепатию. Человек, который неторопливо подошел к нему, услышав свое имя, был мастером гильдии “Океаническая Система”, Мичитакой, который был сложен как медведь. Мичитака поприветствовал всех, когда подошел к нему, но был прерван Сироэ, который сразу же перешел в погоню.

— Это оплошность. Вместо оплошности, это больше похоже на неуклюжесть и смущение ... Мичитака-сан, из-за ошибки принцессы Рейнезии у нас есть некоторые проблемы.

— О, я понимаю, это действительно проблематично.

Говорить об этом молодом человеке ... Сироэ не понимал общественного этикета, было не совсем правильно, скорее, он был поспешным и прагматичным по натуре. Рейнезия не умела обращаться с этим молодым человеком с тех пор, как они впервые встретились. Ей тоже было плохо с Красти, но это было потому, что Рейнезия не могла сказать, о чем думал Красти.

Но она чувствовала, что плохо справляется с этим молодым человеком, потому что «когда он принимает решение, он готов на все, каким бы нелепым он ни был, и не пойдет на компромисс». Она боялась Красти, потому что он был непонятен, в то время как она боялась этого молодого человека, потому что он был охотником, который без колебаний использовал Рейнезию в качестве приманки.

— Что ты задумал? Я состою в надзоре за Рейнезией здесь, понятно?

Сироэ с улыбкой кратко объяснил ситуацию Мичитаке после того, как лорд Марвис закончил.

Этот здоровяк здесь - Мичитака-сан, глава одной из 11 гильдий, в которую входят Совет круглого стола, Океанической Системы ... Лорду Марвису нужен склад для хранения груза, и он заранее проинформировал Рейнезию-сан, чтобы его приготовили для него. Кажется, она забыла об этом или потеряла документ, что привело к этому недоразумению.

Лорд Марвис самодовольно кивнул, соглашаясь с Сироэ.

— Это верно. Груз в этом отсеке состоит из еды и драгоценных специй. Если вы оставите его в горячем и влажном грузовом отсеке на борту, он сгниет через несколько дней.

Рейнезия хотела упрекнуть его, когда услышала его слова.

Он был полон отговорок ... Но сейчас бесполезно указывать на это.

— Похоже, вы используете эту возможность, чтобы заключить крупную сделку.

— На этот раз я пришел лично, поэтому взял с собой лучший корабль в моей компании. Ты Сироэ-кун, верно?

Дворянин средних лет, от которого пахло косметикой, смеялся, как животное. Позиция Сироэ, вероятно, ему понравилась.

— Новый Волшебный Корабль Эгиру, совершивший свое первое плавание в прошлом месяце, верно? Я слышал слухи, это красивый корабль, напоминающий людям лебедей.

— О, эта новость дошла до Акибы? Это так ... Груз на этом корабле будет потерян из-за надзора Рейнезии-жу. Мои дорогие авантюристы, вам не кажется, что это ужасное предательство?

— Это действительно прискорбно.

(Почему Сироэ-сан встал на сторону лорда ... Означает ли он, что авантюристам не нужно заботиться о местных? ... Этот вопрос, очевидно, связан с гордостью Акибы, верно?)

— В любом случае, у меня тоже есть дела к принцессе Рейнезии. Акацуки, Генриетта-сан.

— А?

Рейнезия была сосредоточена на Сироэ, поэтому она не заметила, как они двое появились без звука. Именно компетентная дама в очках и миниатюрная девушка с черными волосами подтолкнули ее на грань во время выступления в другой раз.

— Принцесса выразила готовность сделать этот фестиваль успешным, пожалуйста, помогите ей измениться.

— Ах ах?

Смущенная Рейнезия посмотрела на Элиссу справа.

Элисса покачала головой и тихо вздохнула.

Рейнезия разочаровалась в своей ненадежной подруге и посмотрела на Красти за левым плечом. Он просто пожал плечами в ответ.

В этот момент серьезная молодая девушка с черными волосами и улыбающаяся дама в очках захватили Рейнезию. Хотя их отношение было уважительным, от них исходила аура бескомпромиссности. Они потянулись за одеждой Рейнезии, не обращая внимания на то, что она была на виду у публики.

— Эх, что вы делаете? Хм? Как вы можете здесь измениться ... Постойте, это не то, у меня важный разговор с лордом Марвисом, это очень важный вопрос для защиты Акибы. Красти-сама! Пожалуйста, скажите что-нибудь, разве ты не мой рыцарь?

— ... Разве это не ограничивалось совещанием лордов?

— Как ты можешь так легко принять клятву рыцаря! Ты хочешь, чтобы я, Рейнезия, думала об этом как о шутке?

Полупаниковавшая Рейнезия в слезах умоляла Красти. Она могла видеть подлую улыбку рыцаря в очках, но он был единственным, кто мог ее спасти.

— Нам нужно будет продлить договорный период.

— Пожалуйста ... придумайте что-нибудь! Я ... я готова переодеться! Я послушно переоденусь позже, так что позвольте мне прояснить ситуацию с лордом Марвисом!

— Сироэ-кун ... так сказала принцесса, продлившая со мной контракт».

Улыбающаяся Генриетта и серьезная Акацуки схватили принцессу Рейнезию за руку с обеих сторон. В какой-то момент это волнение стало центром внимания в зале. Внутри стены из окружающих их людей Красти бросился к Сироэ, чтобы перейти к следующей фазе.

— Роджер, этот Красти-сан ... мы закончили с подготовкой на нашей стороне.

— Лорд Марвис, я понимаю ситуацию, документы уже отправлены в Совет круглого стола Акибы.

Красти, который скрывал свое выражение лица за очками, в это впечатлительное время сказал просто обычным голосом. Марвис, который внезапно услышал это предложение, произнес ничего не выражающий, но успокоил свои эмоции и ответил громким голосом.

— Что? Совет Круглого стола был проинформирован? Как это может быть ... Погодите, мы ведь здесь говорим о складе? Это что-то, что вы можете так легко подготовить? Вы не понимаете, я пришёл с огромным количеством груза. Вы пока не следите за нашим разговором?

— «Новый Волшебный Корабль Эгиру», верно? Я помню, что его максимальная загрузка составляет 500 тонн и включает в себя морозильные камеры, это современное судно.

— Вы правы, авантюристы. Где вы можете найти склад, в котором можно хранить столько товаров и где есть контроль температуры? Вы, должно быть, мечтаете сказать, что можете приготовить его прямо сейчас. — высокомерно сказал Марвис, многократно издавая языком «Тч», демонстрируя свой гордый характер.

Рейнезия почувствовала, как на нее накатывает волна холода.

Не из-за высокомерия Марвиса. Но из-за незнания Марвисом авантюристов.

Марвис был знатным местным и привык командовать людьми. У дворян Истала был такой же высокомерный характер, но они не имели власти над авантюристами. Марвис мог быть убит на месте за его насмешливое отношение.

Дворяне пользовались большим авторитетом в обществе местных, но не были бессмертными. Если бы они столкнулись с гневом авантюристов, они были бы сожжены дотла за десятую долю секунды.

Рейнезия не питала сочувствия к Марвису, но это могло спровоцировать войну, которая побудила авантюристов уничтожить их в праведной ярости ...

(Ах, ах, почему я должна волноваться об этой белой свинье!)

— Что? Итак, вы заранее проинформировали Совет круглого стола? Это здорово. Но я слышал, что ваш арендный склад забит грузом путешествующих торговцев. Даже если вы получили уведомление, то вы находитесь в плачевном состоянии.

—Прошу прощения за этот инцидент, я, Рейнезия,…

Марвис сменил цель на авантюристов и Совет круглого стола. Его дерзкая манера выразить это почти заставила Рейнезию кричать. —

«Вот документы, Мичитака-сан».

Но Сироэ вытащил лист бумаги, как фокусник, заставив всех замереть в зале. Рейнезия на мгновение взглянула на нее, она казалась идентичной копии, которую Марвис только что размахивал.

Хотя было трудно сказать наверняка, но Совет Круглого стола Акибы, похоже, получил уведомление, которого не получила Рейнезия.

Мичитака взял документ, просмотрел его содержимое и кивнул.

— ... Вам нужны вагоны для переправы товаров?

Скрытый смысл слов Мичитаки заключался в том, что он согласился на это случайно. Он мужественно усмехнулся и пожал плечами.

— Может быть ...

— Конечно, у нас есть склады ... 500 тонн, верно? Ничего подобного. Склад гильдии Океанической Системы в несколько раз больше, чем склад, открытый для аренды авантюристами для этого фестиваля. Думаете, мы будем перегружены, просто обслуживая торговые караваны? Или вы думаете, что авантюристы не помогут местным? "

— ...!

Речь Мичитаки заставила Рейнезию сжать кулак.

Авантюристы скрывали оплошность Рейнезии. Мичитака был крутым парнем, который проповедовал славу авантюристов перед полной комнатой местных в «Древнем Дворце Вечного Льда». Рейнезия не могла представить, чтобы он помогал ей так самоотверженно.

(Нет, он не делал этого для меня ...)

Рейнезия взглянула на молодого человека, положившего руку ей на плечо. Ей пришлось поднять голову, чтобы увидеть выражение его лица, поскольку они были так близко, но она не могла сказать, даже когда увидела его лицо. Но Рейнезия знала этого монстра, которого она не могла читать, с улыбающимся, но, казалось бы, несчастным лицом, попросила Мичитаку о помощи от ее имени.

— Красти-сама ...

— Именно из-за безупречной работы полиции на улицах, чтобы остановить физические столкновения, мы так поздно осознали эту проблему.

Рейнезия не поняла, о чем ей шептал Красти.

— ... Красти-сама? Об этом, я ...

— Не беспокойтесь об том, принцесса.

Рейнезия неохотно поблагодарила Красти, который не смотрел на нее. Милость, которую она оказала этому молодому человеку, продолжала накапливаться. Ее чувство вины нарастало, как снежный ком, от боли, совести и гордости. Но Красти сказал: «Вместо этого ты должна поблагодарить Сироэ-куна», — эти слова она услышала в ответ на свою благодарность.

С другой стороны, выражение лица Марвиса стало мрачным.

Цокнув языком, он впился взглядом в Сироэ. Но Сироэ не волновал взгляд Марвиса.

Великий дворянин Вестеландии попрощался с ним перед тем, как покинуть зал.

Рейнезия почувствовала, как ее ноги немеют и теряют силу. Марвис ушел. Его гордость была поколеблена, но он сохранил свою жизнь. Сторона Сироэ также избежала столкновений с Марвисом и всем западом.

Этот неожиданный финал настолько расслабил Рейнезию, что она почти превратилась в пену.

— Хорошо, все решено. Остальное я оставляю вам двоим.

— Понял Сироэ-сама.

— По вашему приказу, милорд.

Двое из них использовали мысленную ошибку Рейнезии, чтобы утащить ее. Рыцарь, который продлил с ней контракт, помахал ей на прощание. Но Рейнезия осознала это, только когда разделась до нижнего белья.

Часть 3.

Обед Рейнезии был испорчен.

Но все же это было грандиозное событие.

Главные двери консульства Махакамы в Акибе были широко распахнуты, и гости высыпали на центральную площадь. Они смешались с толпой, наслаждаясь фестивалем под вечерним солнцем, и блюда выносили на улицу, чтобы все могли насладиться.

Этого количества было недостаточно для всех, и закусочные, выходящие на центральную площадь, использовали свои кухни на полную мощность. Сироэ распространил информацию о том, что все расходы будут покрыты Советом круглого стола, вызвав нескончаемый поток еды и напитков в толпу, пока их запасы не закончатся.

Но это привело к тому, что уровень праздника оказался ниже ожиданий Рейнезии. Вместо ужина в формате «шведский стол» это было больше похоже на фестиваль или собрание для наблюдения за цветами. Но такие детали, казалось, не имели значения для авантюристов.

Когда Рейнезия появилась на центральной площади в сопровождении Красти, толпа разразилась аплодисментами. С момента выступления в экспедиции Рейнезия посещала множество публичных мероприятий, но впервые она появилась так прямо в Акибе.

Принцесса позволила рыцарю вести ее за руку, глядя немного вниз. Ее покрасневшая щека делала ее похожей на красивый цветок, завораживающий многих искателей приключений. Ее застенчивая внешность походила на красивую девушку, о которой все мечтали.

Удивительным было и ее платье.

На Рейнезии была длинная обтягивающая джинсовая юбка, светло-зеленый топ, который подходил к осеннему сезону, и короткая куртка-болеро. Ее длинная юбка была элегантной, но непринужденной, длинные серебряные волосы ниспадали на спину с черной лентой сверху.

Рейнезия всегда носила готическую одежду, которая соответствовала ее статусу аристократии "местной". Никто в Акибе не ожидал, что она будет так одеваться.

Атмосфера на центральной площади взбудораживала. По стандартам старого мира это было платье для случайного свидания авантюристов; для местных это была модная одежда, которая отражала современный вид авантюристов.

Рейнезия с напряженным выражением лица подошла к южному краю центральной площади под предводительством Красти и села на подушку элегантного стула, созданного в спешке. Делалось оно через внутриигровое меню, временный павильон тоже построили всего за 15 минут.

Солнце уже село, и площадь была заполнена факелами. «Сказочный свет» возле Рейнезии озарил ее окружение вдвое ярче, вероятно, вызванный заботливым призывателем.

Черный Мечник Исаак обнажил свой фирменный меч, заявив, что принцесса останется в этом кресле из соображений безопасности, но хотел насладиться этой праздничной ночью со всеми присутствующими. Также любой желающий может прийти в павильон, чтобы поприветствовать принцессу. Это объявление заставило толпу обезуметь.

По сравнению с авантюристами, местные были удивлены еще больше. Они, особенно шпионы, участвовавшие в заговоре, были торговцами-караванами, приехавшими из городов и деревень вокруг Акибы. Обычно они ездили на лошади или повозке, занимаясь торговлей между деревнями. У кого-то вроде них не было бы возможности увидеть принцессу так близко воочию. И у них не только была возможность взглянуть издалека, они даже могли поприветствовать ее лично, что было потрясающим опытом.

Тем не менее, лишь немногие без колебаний приняли предложение. Треть из них были местными, а остальные - японские авантюристы с осторожным характером.

Даже оркестр, нанятый Рейнезией, играл классические произведения Ямато, все сдерживались и были слишком сдержанны.

Первым был Мичитака.

Он привел с собой еще около дюжины других мастеров гильдии на элегантную кушетку в павильоне, окруженную ширмами и покрытой зонтиками. Он тепло поприветствовал Рейнезию, когда она вздохнула с облегчением. Другие гильдии тоже приняли меры, увидев это.

Когда множество авантюристов выстроились в очередь, чтобы поприветствовать принцессу, служанки, работавшие под руководством Элиссы, начали торопливо двигаться.

Сироэ наблюдал за этой сценой с небесного моста, выходящего на центральную площадь, наливая чай в стакан. В радостном событии внизу принцесса Рейнезия весело болтала с авантюристами. Другие местные и авантюристы также общались вместе, что было лучшим доказательством успеха Фестиваля Весов.

На центральной площади появились местные, благородная Рейнезия, была одета по моде старого мира. Эта акция стала сильным сигналом для всех присутствующих на этом фестивале.

Это было послание мира и дружбы. Их единство могло отразить атаку в этом раунде.

Сироэ подумал, что Акиба победила в отражении атаки.

Источником нападения должен быть дворянин Вестеланда Марвис, который ушел на вечеринку с Рейнезией.

(Но из-за его дерзкого стиля трудно увидеть в нем вдохновителя этого.)

Сироэ думал, что он был лишь одним из основных игроков в этой атаке.

Было еще слишком рано судить, закончилась ли атака. Фестиваль все еще находился в состоянии повышенной готовности, охранники под командованием Красти и Иссака стояли у входа, предотвращая любые физические изменения.

То же самое и с девушками, работавшими с Суджиро, которые во время патрулирования решали споры между торговцами своими женскими чарами.

Сироэ, назначенный тактиком, периодически получал телепатические отчеты и вопросы о том, как действовать в определенных ситуациях.

Одной из причин, по которой он остановился в этом месте с видом на центральную площадь, было удобство быстро добраться туда, куда ему было угодно.

Но Сироэ это не слишком беспокоило.

Атака на доверие и скорость работы Совета Круглого стола была главной целью привести их в замешательство. Чтобы эта тактика сработала, нужно было использовать элемент внезапности в качестве поддержки. Если для этого подготовлен Совет круглого стола, эффективность его работы будет ограниченной.

Существуют и худшие сценарии, но размышлять о них бессмысленно. Вы не могли использовать все свои лучшие ходы в некоторых битвах и были вынуждены реагировать на действия противника. Лучшим вариантом сейчас было поддержание повышенной готовности до конца фестиваля.

... Но атака рано или поздно наступит. Сироэ вздохнул, размышляя об этом, поскольку активность на площади внизу продолжалась. Толпы вокруг Рейнезии и закусочных были такими же, но к драке присоединились новые люди и музыка. Личная охрана Суджиро расчистила путь к зданию гильдии, стоя по обе стороны от тротуара.

Впереди шла Мариэль.

Ее вьющиеся зеленые волосы и яркая сияющая улыбка. Очаровательная, подпрыгивающая грудь Мариэль была покрыта стильно сшитой курткой, когда она двигалась энергичными шагами.

Это было еще не на уровне супермоделей, но она повернулась и махнула обеими руками толпе после того, как добралась до конца импровизированного подиума, действуя точно так же.

(Это действительно здорово, Мэри урожденная модель. Я не могу оставаться в настроении, даже если захочу.)

Появление Мариэль заставило Сироэ почувствовать мотивацию и в то же время спутать мысли. Следующими были Генриетта и Акацуки.

Генриетта и Акацуки всегда носили одежду секретарей и черные костюмы шиноби соответственно, как униформу. Но они изменили свой стиль только на сегодня. Они были одеты в одежду, продвигаемую Альянсом Полумесяца, которая выглядела естественной и непринужденной. Их одежда немного отличалась, что делало их похожими на сестер.

... Из-за разницы в росте они выглядели как сестры с большой разницей в возрасте, но вслух об этом лучше не говорить. Генриетта была гиперактивной, обнимала Акацуки, терлась о её лицо и элегантно кружилась. Наблюдая за ними, Сироэ с улыбкой принял решение.

Не подозревая о взглядах толпы (к счастью для Акацуки), они двое играли, прежде чем встретиться с Мариэль и пойти на центральную площадь. Мариэль проигнорировала ошеломленную толпу, направилась прямо к Рейнезии и потянула ее за руку. Это было похоже на смелость Мариэль.

Акацки прошептала что-то на ухо Рейнезии. Увидев, как лицо Рейнезии стало зеленым, она снова испугалась. Мариэль повела Рейнезию на центральную площадь точно так же, образовав круг и развернувшись вместе с Генриеттой и Акацуки.

Вместо того, чтобы проводить показ мод в помещении, они могли бы сделать это таким образом более широко. «Жар-птица» и «Молниеносный феникс», покоящиеся на вершине здания гильдии, сияли над всеми. По толпе прокатились волны аплодисментов.

Играла живая музыка из запоминающейся эстрадной песни старого мира. Немного состаренная мелодия была воссоздана с использованием классических инструментов Средневековья в этом мире.

Рейнезия не знала, что делать, и озадаченно огляделась. Но симпатичные девушки хорошо справлялись с этой ситуацией. Даже в обычном платье старого мира она идеально подходило ей, если она робко улыбалась.

— Сироэ ... сан.

— Спасибо за тяжелую работу, Минори.

Это вежливое приветствие заставило Сироэ оторвать взгляд от площади. Минори вышла из здания гильдии к соединенному небесному мосту. На ее лице было сложное выражение гордости, радости и смирения.

Сироэ не знал, о чем думает его миниатюрная спутница, но он знал, чего она достигла в этот хаотичный день. Основную административную работу она выполняла вместе с Чарасиным. Ответственность приравнивалась к ведению рейда с участием ста человек.

— Присаживайся.

— Эх, но ...

Минори колебалась, Сироэ указал рукой на деревянную скамью, на которой сидел. Сироэ достал из сумки стакан и вытер его. Затем он налил туда тот же фруктовый чай, который пил, и предложил запаниковавшей Минори.

— Эээ ...

— Спасибо, и у вас все отлично.

— Эх, да!

Минори с ее голосом на несколько октав выше и выпрямленной спиной выглядела так мило, что Сироэ улыбнулся. Он не знал, осознает ли Минори ценность проделанной работы.

Минори держала стакан обеими руками,

Их вид был освещен светом множества факелов и вызванных сияющих существ, таких как «Лампа света жуков». Благодаря им они смогли увидеть внизу оживленный фестиваль.

Часть этой праздничной атмосферы удалось сохранить благодаря усилиям Минори.

Сироэ думал, что ее руки маленькие.

Но в этих крохотных ручонках ученицы средней школы была решимость остаться на своем посту.

Когда Минори сообщила о своем намерении остаться и помочь в «Комитете по связям с производственной гильдией», Сироэ неожиданно почувствовал признание. После всего времени, проведенного Сироэ и Минори вместе, он мог почувствовать ее трудолюбивую природу, которую невозможно было подавить в ее сердце.

Ее близнец Тоя также имел страсть к самосовершенствованию, но уже раньше он был настроен сосредоточиться на борьбе и физической силе. Для сравнения, Минори колебалась, какой путь выбрать. Но однажды она обязательно найдет свой путь.

Минори добилась победы, которой Сироэ не ожидал, в выбранном ею месте.

(Она намного надежнее меня ...)

Сироэ издевался над собой и вздохнул. Он вспомнил свои несчастные дни в средней школе.

Проявление сильной воли Минори не походило на былые времена Сироэ. Сироэ вспомнил, что был типичным излишне застенчивым школьником одиночкой. Он привык считать себя особенным и непохожим на других, но не осознавал, что его «уникальность» такая же, как и у других.

Было так неловко вспоминать об этом.

— Сироэ-сан, могу я спросить ...

— Что такое?

— Разве ты не собираешься ее поприветствовать? Среди гильдий, входящих в Совет Круглого стола, только Лог Горизонт не сделала этого правильно?

Сироэ пожал плечами и неопределенно ответил.

— Мы встречались не так давно.

Их разговор на небесном мосту был заглушен приветствиями внизу. Наверное, из-за дебюта нового набора одежды какой-то гильдии? Сироэ слушал его телепатические сообщения и то и дело отвечал коротко. Через некоторое время Минори задала новый вопрос.

— Ты ... Это нарочно, правильно?

— Да уж.

— ... Мне очень жаль, Сироэ-сан.

Минори от стыда опустила голову.

— Не нужно извиняться, это не то, что я хочу рассказать миру.

— Я вмешалась без нужды, желая пригласить Сироэ-сан на званый обед ... Но если подумать об этом внимательно, в этом нет необходимости. Сироэ-сан из 11 основателей гильдии не может не получить приглашение, верно? Так ты хотел, чтобы принцесса Рейнезия недолюбливала тебя с самого начала, верно?

Это был не вопрос, а поиск подтверждения.

(Какая невероятно блестящая девушка.)

Эту тактику разглядеть было несложно, это уже осознали несколько членов Круглого стола. Эта стратегия может работать только в том случае, если его товарищи в какой-то мере ее понимают.

— Потому что Красти-сан близок к принцессе, и, имея кого-то, кого она явно недолюбливает, будет легче подтолкнуть ее. То же самое будет и в будущем.

— Принцесса находится в шатком положении. Ее красота, прямолинейный характер и честность вызывают симпатию масс, но это не продлится вечно. Хотя сейчас ей нравится Акиба, неизвестно, будет ли она продолжать это делать. Она улучшила отношения между местными и авантюристами, но трудно предположить, как долго это продлится. В будущем будет множество примеров, которые потребуют от нас занять жесткую позицию. Кризисы, которые заставят эту атаку выглядеть незначительные обязательно последуют, поэтому нам нужно разделить роли, чтобы заранее победить.

Эта тактика зависела от того, что «Красти был внимателен к чувствам принцессы, в качестве предварительного условия. Красти, который знал об этой стратегии, был сварлив по этому поводу, но ничего не поделаешь, поскольку это были назначенные роли. В конце концов, Красти был лидером Совета круглого стола в сенате, и было бы неприятно, если бы он не захотел играть эту роль.

Судя по тому, что увидел Сироэ, Красти был так же недоволен тем, что Сироэ манипулировал им. Но если оставить его в покое, Сироэ был уверен, что Красти все равно поможет принцессе.

Также...

Следуя своим плавным мыслям, Сироэ сосредоточился на границах будущего, которые он мог предсказать. В сочетании с расплывчатыми предсказаниями он мог видеть смутное будущее.

Принцессе с плохим характером был нужен Красти.

И Красти тоже нужна была принцесса ... Надеюсь.

— Сироэ-сан ... Неужели вы на это надеетесь?

— Почему ты спрашиваешь?

Часть сознания Сироэ услышала, как Минори говорила с ним, и остановила его ход мыслей. Компаньон Сироэ выказал обеспокоенное и расстроенное лицо.

— Потому как...

Минори говорила по частям, Сироэ терпеливо ждал ее продолжения, которого не последовало.

— Если речь идет о проблемах, с которыми столкнется Лог Горизонт ... Что касается этого, в какой-то момент я планировал, чтобы вождь Нянта пригласил всех навестить принцессу Рейнезию, может быть, на званый обед. Минори нужно было приодеться и на этом мероприятии. Небесно-голубое платье, которое ты носила тогда, выглядит мило на тебе ".

Речь Сироэ еще больше расстроила Минори.

Это плохой способ ответить? Сироэ почесал в затылке. Похоже, это ее не удовлетворило, или он ошибся.

— Разве тебе не будет грустно, Сироэ-сан?

— ...

Ах, вот как это может увидеть кто-то, наблюдающий со стороны. Это было выше расчетов Сироэ. Поскольку это была такая нормальная чувствительность, Сироэ даже не подумал об этом.

— Нет такого, это нормально.

— ...

Похоже, Минори было трудно принять это объяснение.

Это была лишь одна из ролей, которые им нужно было сыграть, и Сироэ как раз оказался подходящим для этой роли.

Минори, с плотно закрытыми губами, выглядела очень чопорно. Ее большие глаза выглядели так, словно вот-вот начнутся слезиться, щеки напряглись и покраснели. Брови Минори нахмурились от гнева, показывая ее нежелание отступать.

— Минори очень помогла Комитету по связям с производственной гильдией. То, что ты сделала, более ценно, чем помощь 10 сотрудников на месте. Ты отлично справилась, Минори.

Похвала Сироэ заставила Минори моргнуть.

(Это то же самое обоснование, что у Минори: то, что нужно сделать, находится прямо передо мной, я могу это сделать, и другие тоже ожидают от меня этого. Это хорошо, и мы должны гордиться этим. это полезно, я думаю, это нормально.)

Минори показала обеспокоенное лицо.

Тут ничего не поделаешь. Сироэ не сказал этого, потому что понял эту логику. Сироэ, который избегал гильдий, думая, что это беспокоит его, не имел права так говорить. Это была речь, которую мог произнести только опытный лидер гильдии, такой как Мичитака или Красти.

Но после того, как Сироэ основал свою гильдию со своими товарищами, он наконец кое-что понял. Он был просто блуждающей душой, даже если бы он стал сильнее один, это была бы пустая сила, которую бы никуда не направить. Это была сила, которую другие не смогли бы почувствовать и оценить.

Это все еще была сила, даже если он достиг ее в одиночку, но Сироэ считал, что товарищи необходимы, чтобы использовать эту силу. И вам нужен был мир, чтобы ваши товарищи полностью раскрыли свой потенциал. Хотя сейчас он все еще был расплывчатым и призрачным, Сироэ чувствовал, что Лог Горизонт был важным местом для воплощения этой теории в жизнь.

— Я буду работать так же усердно, как ты, Минори.

Минори кивнула со смесью замешательства, гнева и печали. Сироэ мог задуматься над своими действиями. В конце концов, он мог ответить только трудолюбивой ученице средней школы Минори в такой неприглядной манере.

Он чувствовал, что она его поощряет и наставляет.

... Этого нельзя было избежать.

Эта миниатюрная девушка сегодня заслужила награду. Член Лог Горизонта, который в этот день был ценным активом, сделал Сироэ счастливым. То, что однажды он руководил Минори, также вызвало у него теплое чувство в его сердце. Сироэ не грустил, хотя Минори считала его старшим или учителем.

Сироэ неловко улыбнулся и кивнул.

— Я буду усердно работать, чтобы не беспокоить Минори.

Часть 4.

Акацуки подавила свое учащенное дыхание, остановившись после того, как она взбежала по серой лестнице. Для нее было нормально подойти к нему, как обычно, но Акацуки не могла заставить себя сделать это. Потому что она не хотела, чтобы Сироэ видел ее запыхавшейся.

На ней все еще была одежда с рюшами, которую наложила на нее Генриетта. Со шнурками на концах он выглядел симпатично, но был слишком легким. Акацуки, привыкшая к боевым костюмам в этом мире, чувствовала себя обнаженной и беззащитной, гуляя по улицам в этом мире.

Кроме того, в этом было сложно прятаться и подкрадываться к Сироэ.

Акацуки спряталась в тени древнего дерева, которое пробивалось через небесный мост, чтобы успокоить ее дыхание. Она не хотела, чтобы Сироэ знал, что она бросилась сюда.

Акацуки почувствовала, что за последние несколько дней она стала ближе к Сироэ. Прошлой ночью ей даже удалось прикоснуться к волосам Сироэ на балконе их дома гильдии. Они был холоднее, чем она представляла, и отличались от ее волос - мужские волосы. Сильные и гладкие, струящиеся сквозь пальцы Акацуки.

Это был опыт, который сделал Акацуки счастливой при минимальном физическом контакте. Она намеренно вытянула лицо, сказав Сироэ, что она счастлива, что впоследствии сбило Сироэ с толку и заставило его снова попросить ее подтвердить ее чувства.

Это были счастливые времена.

Но ее решение перевести дух дало ей возможность подслушать этот разговор.

Сироэ оперся на перила небесного моста, глядя на центральную площадь, освещенную кострами. Рядом с ним была молодая женщина ... Минори, спутница Акацуки из Лог Горизонта.

Слова Сироэ и Минори разнесло ветром, который дул через Акибу, в сторону Акацуки, которая уловила его части.

— Ты ... Это нарочно правильно?

— Да уж.

— ... Мне очень жаль, Сироэ-сан.

Вначале Акацуки не понимала, о чем они говорят.

— Не нужно извиняться, это не то, что я хочу рассказать миру.

— Я вмешалась без нужды, желая пригласить Сироэ-сан на званый ужин ... Но если подумать об этом внимательно, в этом нет необходимости. Сироэ-сан из 11 основателей гильдии не может не обеспечить себе награду. приглашение, верно? Значит, ты хотел, чтобы Рейнезия недолюбливала тебя с самого начала, верно?

Акацуки почти издала звук, когда услышала это.

... Сироэ ... Планирует, что его будут ненавидеть?

Это была перспектива, о которой Акацуки никогда не думала.

Неожиданное взаимодействие между ними заставило Акацуки забыть окликнуть Сироэ, она могла только внимательно их слушать. Их диалог можно было расслышать по частям сквозь порывы осеннего ветра.

Акацуки попыталась вспомнить слова Минори о том, что ее «ненавидят». Но когда она начала понимать её значение, по ее спине пробежал холодок. Акацуки слышала о неизвестном источнике, у которого были проблемы с Акибой от Сироэ.

Хотя она не понимала смысла, она знала, что Сироэ успешно защитил Акибу.

Но она думала об этом не так, как Минори.

Акацуки не задумывался о том, как все остальные будут думать о Сироэ, как Минори.

Она также не думала о том, как все это повлияет на положение Лог Горизонта.

... Она не помогала Сироэ в его беде, как это сделала Минори.

Сердце Акацуки забилось в ее скромной груди.

Сироэ, который чувствовал себя так близко прошлой ночью, постепенно отдалялся от нее? Это вызвало у нее чистое чувство ужаса.

Точно так же, как страх ребенка, брошенного в темноте, он беззвучно стонал в груди.

Сироэ собирался так далеко.

Нет, он был далек от начала.

То, что он был рядом с Акацуки, было всего лишь иллюзией.

С того дня, как Сироэ спас Акацуки, она оставалась рядом с ним. Обращаясь к Сироэ как к господину, становясь его тенью, все это время держа за него клинок. Она также чувствовала, что Сироэ защищает ее в то же время, что ей очень удобно.

Может быть, только Акацуки думала, что они защищают друг друга.

(По крайней мере, я не понимаю моего господина до такой степени ...)

Признать это было трудно.

Она не могла сравниться с этой ученицей средней школы из той же гильдии.

Признавая, что она не может сравниться с Минори. Эта горечь и боль вызывали у нее ощущение падения, как будто земля вокруг ее ног замерзала и осыпалась.

Акацуки бессознательно схватилась за клинок дрожащими руками. Акацуки смутно это чувствовала.

Она заметила свои пределы и то, что это значит.

У ассасинов самая сильная атака среди всех 12 классов. Ради своей гордости Акацуки занималась боевым искусством. Ее сила атаки или индивидуальная боевая мощь должна быть на высшем уровне среди Авантюристов. Но среди высшего уровня она заняла середину стопки.

У Акацуки не было опыта в крупных рейдах.

Тут ничего не поделаешь. Акацуки была одиночным игроком, ведущим уединенный образ жизни без каких-либо гильдий. Чтобы соло-игроки могли участвовать в крупных рейдах, им оставалось только ждать больших гильдий, желающих заполнить рейдовые вакансии, или сформировать временный рейдовый альянс. Присоединиться к такой группе, как Сумасшедшее Чаепитие, было другим способом, но это был редкий случай. Сбор авантюристов для создания группы, не имеющей никакого отношения к гильдиям, требовал больших усилий, даже создание новой гильдии было легче для получения славы и членов.

В конце концов, для проведения крупных рейдов требовалась командная работа и обучение - сложный игровой режим. Если бы вы не сделали этого с фиксированными членами, вероятность успеха упала бы. Большие гильдии, приравненные к крупным набегам, были общепринятым фактом.

Сироэ, Нянта и Наоцугу были соло-игроками или членами небольших гильдий, но они были опытными первоклассными авантюристами на всем сервере в своей группе Сумасшедшее чаепитие.

Для сравнения, Акацуки была лучшим среди одиночных игроков, но с точки зрения оборудования, знаний и навыков командных сражений она не был на высшем уровне.

(Я ... просто подделка ...)

Она обняла себя и слегка затряслась.

Навыки, на которые она полагалась до сих пор и которые, как она утверждала, могли защитить Сироэ, были не на высшем уровне. Подтверждение этого в очередной раз полностью разрушило гордость Акацуки.

Но это не все. Основные рейды были режимом игры с высокой сложностью, и было много искателей приключений, у которых не было опыта в этом.

Но каннаги низкого уровня добрался до Сироэ так, как Акацуки никогда не думала. Акацуки, которая гордилась своими боевыми приемами и все это время жила в альтернативном мире, веря в это, была вдвойне ранена.

— ... То, что ты сделала, более ценно, чем помощь 10 сотрудников на месте. Ты отлично справилась, Минори.

Голос Сироэ эхом разнесся в ушах Акацуки.

Мало того, что эта девушка, Минори, видела мышление Сироэ, она также боролись в собственном сражении, чтобы уменьшить бремя Сироэ. Она была меньше половины уровня Акацуки, но эта девочка средней школы использовала свои таланты в полной мере и достигла более высокого уровня достижений, чем Акацуки. И все это время Минори тоже интересовалась Сироэ.

Акацуки никогда не пыталась сочувствовать Сироэ.

Сочувствие одиночеству Сироэ, о котором она никогда раньше не думала.

Этот факт поразил Акацуки. Принятие этого факта пронзило сердце Акацуки, как осколки стекла, лишив её слов, которые Акацуки так хотела сказать Сироэ.

Часть 5.

Обед естественным образом перерос в банкет на городской площади, за что горожане хвалили. Рейнезия, использовавшая всю свою выносливость, лежала на стуле в изнеможении. Пейзаж, в котором принцесса слабо машет рукой, выглядел мило и получал восторженные отзывы.

С другой стороны, Сироэ наслаждался банкетом на небесном мосту. Но Сироэ по-прежнему играл роль тактика и большую часть времени разговаривал с другими посредством телепатии, лишь изредка разговаривая с Минори.

Небо стало ярким, когда фестиваль вступил в свой третий день.

Сироэ собрал всех участников Лог Горизонта, чтобы посетить блошиный рынок в последний день фестиваля.

Блошиный рынок отличался от осенней выставки одежды и продавал в основном оружие. Здесь продавались различные предметы, такие как мебель, помещения гильдии, украшения, книги, свитки, еда и предметы, выпадающие из монстров.

Многие местные и их торговые караваны проделали весь этот путь только ради этого блошиного рынка.

Нянта и Сироэ испытали чувство ностальгии, ища товары в деревне, которую они посетили, возвращаясь из Сусукино, но не нашли ни одной. Но Нянта все же нашла отличные соленые свиные ребрышки.

Располагая таким широким ассортиментом товаров, участники отказались от своих бронирований и отправились за покупками. Тоя принес новый шлем «красной звезды запугивания», а Наоцугу закупил зелья оптом.

Сироэ принял предложение Минори и Ньянты и купил несколько ковров и общий резервуар для воды на средства своей гильдии. На зиму им нужны были всевозможные вещи, и, когда в продаже было так много вещей, их глаза заблестели, как у детей в кондитерской.

После окончания банкета Акацуки снова стала носить черную одежду. В этот 3-й день у нее было обычное выражение лица, настолько достойное, что оно выглядело угрюмым, защищая Сироэ без единого слова. Сироэ думал, что нет необходимости одеваться так жестко для фестиваля, но Акацуки была по-своему упряма.

Акацуки, которая выглядела немного уставшей утром, вернула себе бодрое настроение днем после того, как Наоцугу дразнил ее. Акацуки называла Наоцугу глупым и ударяла его коленом по лицу, что становилось обычным явлением, на которое Сироэ мог смотреть только с горькой улыбкой.

Как и ожидал Сироэ, атаки на Совет круглого стола полностью прекратились. Эти типы атак было трудно осуществить, когда были введены защитные меры. Так как они этого ожидали, группа Сироэ счастливо наслаждалась этим редким праздником.

Когда в этот третий день солнце село, Акиба перешла в фазу “после вечеринки”. Продолжавшийся с прошлой ночи банкет, теперь стал полноценным банкетом. Так как Совет круглого стола был организатором, перед зданием гильдии было поставлено много бочек с вином, из-за чего это место стало оживленным и популярным среди всех участников.

Совет Круглого стола хотел использовать эту возможность для реализации некоторых проектов, чтобы помочь маленьким гильдиям, одна из них заключалась в том, чтобы помочь им набирать одиночных игроков без гильдий, а также дать возможность отделам в больших гильдиях получить независимость. Молодые искатели приключений продолжали спорить об этом даже после того, как у них закружилась голова от алкоголя.

На эту вечеринку, освещенную кострами, Рейнезия, вероятно, придет в своем красивом платье. Столпы Совета Круглого стола, Мичитака, Красти, Иссак, Чарасин, Родрик, Мариэль и другие, также выпили бы за воссоединение старых друзей и встречу новых.

Хотя на Фестивале Весов в Акибе произошло много инцидентов, он все же закончился успехом. Товарищи из Лог Горизонта также похвалили работу друг друга на фестивале и набрались сил на завтра.

Фестиваль Весов, который стал поворотным моментом в истории Акибы, закончился так, что многие люди не знали, что за кулисами буря.

Но...

В последний день Фестиваля Весов Сироэ оставил членов своей гильдии и в одиночку отправился гулять под темным ночным небом.

Это были руины на юге Акибы. Между металлическими ставнями, заваленными мусором, бесконечно тянулась мокрая лестница. В древние времена это здание должно было быть резервуаром для воды или котельной, так как на открытой цементной стене можно было увидеть бесчисленные трубы.

Сироэ приехал сюда не зря.

Сироэ приехал сюда, чтобы навестить своего старого друга Осима. Сироэ попросил Осиму поискать информацию о Священной Империи Вестеланд, и, чтобы подготовиться к худшему сценарию, они сократили количество телепатических сообщений. Кроме того, ему нужно было что-то вернуть, поэтому Сироэ хотел обменяться с ним информацией лицом к лицу. Но это его беспокоило.

В удушающей безмолвной тьме Сироэ вызвал слабый магический свет и осторожно двинулся. Он открыл дверь с надписью «Диспетчерская» и увидел место более пригодное для проживания, чем снаружи.

— ...

— Вы Сиро-сама? Я Дариэлла, писатель-путешественник из местных ...

Но человек в комнате, ожидавший Сироэ, был не тем, кого он ожидал.

Ее волнистые черные волосы, красные губы и обсидиановые глаза сияли на ее белом овальном лице. Одеяние, образующее внутренние узоры из красных и синих нитей, покрывало ее мягкое и хорошо наполненное тело. Она сидела там, но казалось, что она медленно двигалась.

Она была красавицей, которая сразу привлекала внимание.

Определение красоты было широким; Акацуки тоже была красавицей, и женщина перед ним обладала чарами, которые не уступали Акацуки, но отличались по своей природе.

Даже Сироэ, который обычно не заботился о внешности женщин, почувствовал легкое головокружение, увидев ее очаровательное лицо, он почувствовал, как его щеки вспыхивают.

— Осима-сан, который должен был ждать Сиро-сама, сейчас не может свободно передвигаться ... Так что я пришла от его имени, чтобы передать сообщение вместо него.

Правильно, Сироэ планировал встретиться здесь с авантюристом Осимой, крохотным и подвижным дварфом, а не черноволосой красавицей.

Дариэлла / местная 2 класса / 10 уровень.

Сироэ посмотрел на экран своего статуса, собирая информацию, чтобы подтвердить свои слова. Из-за этого Сироэ, ослепленный ее сладостью, выдавил эти слова:

— ... Я никогда не слышал о такой магии. Нуреха-сан, что это за маскировка?

Темная подземная диспетчерская.

В этой маленькой комнате между женщиной на диване и Сироэ воцарилась тяжелая тишина. Красавица засмеялась и скрутила свою красоту перед напряженным Сироэ, начертив пальцем в воздухе маленький знак.

Бесчисленные маленькие голуби вылетели из ее красивых черных волос, как будто они поглощали источник света Сироэ. Эффекты полета черных птиц и слияния с воздухом должны быть неизвестным типом заклинаний.

У манящей красавицы было то же лицо, но теперь на ней было черное готическое платье из вороньих перьев. У нее были звериные уши и белый на конце хвост.

— Фуфу, фуфуфу ... Как Широ-сама узнал? Информация о «Оверлее» еще не должна была здесь распространяться».

— Это моя интуиция.

Сироэ принял твердый тон.

Дама в подвале только что определенно была Дариэллой, местной 10-го уровня. Сироэ подтвердил это на экране статуса. Согласно здравому смыслу Элдер Тэйлса, это был установленный факт, на этот счет не было двух вариантов. Единственная причина, по которой Сироэ сомневался в этом, заключалась в его инстинктах и интеллекте, которые исходили из другого канала, а не от Осимы.

Сироэ был уверен, что Нуреха в этот момент была где-то в Акибе. Он не ожидал, что Нуреха появится перед ним, но было более правдоподобным, что источник неприятностей появился вместо красивого писателя из «местных».

— Интуиция ... Но вы ведь знали мое имя?

Стоящая перед ним красавица Нуреха очаровательно улыбнулась. Хотя Сироэ знал ее личность, он не мог удержаться от взгляда на нее.

— ... Пожалуйста, присаживайтесь, ладно?

Нуреха посмотрела на Сироэ слезящимися глазами. Сироэ мог видеть белое и беззащитное горло Нурехи под этим углом, заставляя его плотно закрыть рот. Сироэ боялся, что если он этого не сделает, он продолжит смотреть.

— Не настораживайтесь. Послушайте ... Я даже не взяла с собой волшебную сумку и у меня нет оружия. Я пришла одна, чтобы встретиться с вами, Сиро-сама. — сказала Нуреха, когда Сироэ осторожно сел на офисный стул у двери.

— Разве это не небрежно для лидера Запада?

— Я ни в чем не являюсь лидером.

Нуреха улыбнулась.

Ее поза, приложив указательный палец к губам, делала ее милой и молодой. Она выглядела примерно того же возраста, что и Сироэ, но могла изменить атмосферу с помощью разных действий, используя свою красивую внешность. Она может показаться очаровательной дамой, но вы также можете увидеть ее чистую и наивную сторону.

Сироэ чувствовал, что ее обаяние пугает.

Как белый цветок, гордо цветущий в темноте, сладость, которая может ошеломить ваши чувства.

В конце концов, эта женщина была гильдмастером «Плэнт Хвайден».

Известная гигантская гильдия, остававшаяся загадкой, «Плэнт Хвайден». Красавица во главе гильдии, «Советник Запада» - Нуреха.

Начало всего этого произошло в то время, когда Сироэ планировал создание Совета круглого стола.

Сироэ тогда планировал оживить и навести порядок в хаотичной Акибе, в которой царила депрессия после Катастрофы.

По совпадению, то же самое происходило с игроками в Минами, городе на западе. Был хаос, депрессия, и безопасность ухудшилась. Но некий авантюрист попытался изменить это так же, как Сироэ.

Этим человеком была беззащитная красавица, сидящая перед Сироэ, Нуреха.

Но план Нурехи на будущее и средства его достижения полностью отличались от плана Сироэ.

Нуреха обратился к клану Ицуки, который унаследовал родословную правителей древнего Ямато, династии Вестеланд, занимая первое место среди кланов в обществе знати Ямато. В отличие от востока, которым управляла «Восточная Лига городов свободы», «Священная империя Вестеланд» управлялась централизованно герцогством Ицуки в Киото.

Это правило применялось только к местным и не имело ничего общего с авантюристами. Авантюристам было наплевать на местных и их знать даже после Катастрофы.

Но Нуреха была другой. Она подошла и завоевала расположение знати и клана Ицуки. Хотя ее намерения были неизвестны, Нуреха использовала свои чары, чтобы победить местных, посеяв свои ядовитые семена.

Когда Сироэ направился к Сусукино, городская стража Минами стала личной армией Нурехи, и она использовала богатство местных для покупки зоны собора.

Мощная армия и контроль над жизнью и смертью. С этими двумя видами оружия Нуреха продолжала оставаться за кадром и спокойно и адекватно тайно строила заговоры. Она основала «Плэнт Хвайден» и медленно собирала сторонников, которые в кратчайшие сроки достигли колоссальных масштабов. Члены состояли в основном из элитных игроков Запада.

Но однажды Нуреха сделала официальное заявление.

... Все авантюристы, проживающие в Минами, должны были присоединиться к «Плэнт Хвайден».

— Правление одной гильдией, городом без дискриминации между гильдиям.

Это был стиль управления, предложенный Нурехой.

— Простите меня за резкость, но даже если вы оставите управление операциями Интикусу, Мисухе и Зерудусу, вы все равно остаетесь советником Запада.

— Я не оставила это им, хорошо? Все просто делают это так, как хотят. Я не планировала связывать всех, просто дала им дом, в котором они могут жить ... И быть защищенными. Это мое единственное желание.

Ее беглая речь походила на песню сирены, сладкий звук которой соблазнял людей слушать вечно.

— ... Скажите, пожалуйста, зачем вы пришли.

— Ты такой поспешный, Сиро-сама.

— Ты первая обманула меня.

— ... Фуфуфу, я поняла. Поскольку Сиро-сама так говорит, я буду сотрудничать с вами. На самом деле я ...

Нуреха продолжила после того, как Сироэ подтолкнул её.

— Я пришла сюда, чтобы пригласить вас. Сироэ-сама, пожалуйста, присоединяйтесь к «Плэнт Хвайден» , присоединитесь ко мне. Я хочу работать вместе с вами, я хочу, чтобы вы защищали меня.

— Почему?

— Я имею в виду буквально, я хочу вас, Сироэ-сама ... Это неловко, но я знаю о вас уже давно.

В этом не было ничего удивительного.

И Сироэ, и Нуреха были чародеями. Чародеи были непопулярным классом в Элдер Тэйлс, их количество составляло лишь половину среднего числа других классов.

Когда Элдер Тэйлс была просто игрой, на японском сервере было около 80 000 игроков, но, насколько знал Сироэ, только 2 000 были чародеями 90 уровня.

В MMORPG искатели приключений одного класса обращали внимание друг на друга.

Какое у них было оборудование? Как они прокачали своего персонажа? Как они дрались? Поскольку это была игра, лучшими объектами исследования для построения вашего персонажа и использования техник были игроки, занимающие схожие позиции. Это может показаться невежественно, но вы могли бы узнать больше от игроков, которые были лучше вас.

Это была обычная точка зрения при игре.

Авантюристы, которые присоединились к крупным гильдиям, чтобы найти отличное снаряжение после завершения рейдов, а также авантюристы, исследовавшие тактику боя, составили лишь небольшое число. Если вы ограничите всех чародеев, число будет около 100. Поскольку их было всего 100, можно было узнать все их имена.

Сироэ знал обо всех чародеях высокого уровня на сервере Японии, поэтому он знал о Нурехе.

Нуреха была похожа на Сироэ, чародея, который предпочел не вступать ни в какие гильдии. Чародеи, которые принимали участие в крупных набегах, несмотря на то, что не состояли в каких-либо крупных гильдиях, встречались реже, чем кошка Ириомотэ, которая была на грани исчезновения. Они, должно быть, встречались раньше 2 или 3 раза, индустрия в 100 человек была маленькой для такого опытного игрока, как Сироэ.

— Я знаю, о чем думает Сироэ-сама, но это не то. Я не знала о Сироэ-сама, потому что вы чародей. И я не хотела нанимать вас из-за вашего класса чародея.

— Так о чем тогда?

Нуреха не отвела взгляд.

Она посмотрела на Сироэ мечтательными глазами, как будто хотела что-то ему сделать. Она продолжала плести слова, острые, как ножи.

— Разве вы не разработали новую концепцию магии в Песчаном Листе? Я не знаю деталей, но это была магия модификации в большом масштабе ... Сироэ-сама особенный, поэтому я знала, что вы совершите такие великие дела.

— То же самое и у вас, Нуреха-сан? Я не знаю подробностей, но вам удалось перезапустить ворота междугороднего транспорта, хотя их использование все еще ограничено.

В подвале, где воздух был настолько напряженным, что его можно было разрезать ножом, Сироэ и Нуреха уставились друг на друга.

Сироэ не думал, что новости о его контрактной магии просочатся, но ему также удалось получить новости о техниках с запада. Сироэ ответил резкими словами, глядя на Нуреху.

— Сироэ-сама действительно особенный, вы все знаете ... Просто от осознания того, что все, что я скрывала за кулисами, вы увидели, мои щеки горят.

— Никаких формальностей ... Вы ведь инструктировали классифицировать всю информацию с запада?

— «Плэнт Хвайден» была строго контролируемой единственной гильдией, разделенной на множество детализированных отделов и плотно организованной.

Сироэ понимал политику Нурехи.

Устранение дискриминации больших гильдий по отношению к маленьким, восстановление безопасности в Минами, объединение их и координация их усилий по возвращению домой. Использование хорошо организованной отдельной гильдии было наиболее эффективным способом достижения их цели, это правда, лежащая в основе управления Минами, и Сироэ согласился, что у нее есть свои сильные стороны.

«Плэнт Хвайден», основанная с этой праведной целью, стала очень сплоченной и легко управляемой организацией.

Таким образом, они были очень сплочены против посторонних, и это была группа, которая не могла легко утечь информацию.

Совет круглого стола использовал либеральное самоуправление гильдий, поэтому они должны были открыто говорить о темах своей конференции. Раскрытие информации было основой совета, чтобы посторонние могли видеть их движения и тенденции в открытом виде.

С другой стороны, управление одной гильдией «Плэнт Хвайден» находилось в ведении центрального исполнительного комитета, и никто другой не знал бы о реальном положении центрального комитета. Сироэ был одним из немногих очень осведомленных в информации людей в Акибе, но «Плэнт Хвайден» был для него как лицо в тумане. Тем более что авантюристы в Акибе знали только, что это странное место, где доминирует одна гильдия.

Сироэ хотел встретиться с Осимой, чтобы узнать новости о Минами и принести некоторые предметы.

— Нет, я уже сказала это правильно? Я приняла политику свободного господства. Мисуха приняла решение ограничить распространение информации».

— Значит, атака насыщением административных полномочий Совета круглого стола в Акибе была такой же?

— Верно. Это поверхностное мышление о том, что дом лордов и Марвис выходят из-под контроля.

Сироэ не поверил этому, даже если она и не придумала этого, она ничего не сделала, чтобы это остановить. Когда Сироэ собирался заговорить, Нуреха приложила палец к его губам, как будто хотела помешать ему.

Сироэ отряхнул руку Нурехи. Он не заметил, как Нуреха подошла так близко.

— Я пришла сюда, чтобы пригласить Сироэ-сама. Вы готовы встать на мою сторону?

— Предложи это Суджиро, это не моя область знаний.

— Суджиро-сан ...

Нуреха изобразила слабый коварный вид, но в следующий момент его сменило беспокойство.

— По сравнению с Судзиро-сан, я больше хочу Сиро-сама. По сравнению с Суджиро-сан, я думаю, что Сиро-сама более особенный. Я приехала в этот город только для того, чтобы пригласить Сиро-сама, попросить Сиро-сама вступить в товарищеские отношения.

Ее речь затуманила видение Сироэ.

Сироэ не мог почувствовать искренности со стороны женщины перед ним.

Сироэ чувствовал своим инстинктом, что эта женщина создана из лжи и грехов. Но даже при том, что он понимал, от этого искушения у него все равно кружилась голова.

Сироэ чувствовал, что его иммунитет к женщинам был слишком низким.

(Никто не сказал, что я был более особенным, чем Суджиро ... как стыдно.)

— Разве ты не можешь ...?

— Не могу, ведь ты лжёшь.

— ...Я понимаю.

Нуреха посмотрела вниз и мягко ответила.

Чувство переплетения исчезло с Сироэ, сменившись чувством хрупкости и хрупкости.

— Тогда, если я скажу тебе правду, ты бы хотел прийти ко мне?

— Мне нужно услышать её, прежде чем судить.

— В правде нет ничего фантастического, правда?

Нуреха сохранила хрупкое выражение лица старой глиняной статуи, издав хриплый смех.

— ... Хорошо. Поскольку вы Сиро-сама, потому что вы особенный, потому что вы уникальны, мне нужно проявить соответствующую решимость. Да, я понимаю, потому что я все это время ждала этого ...

Нуреха продолжала повторять проклятие.

— Широ-сама, я ... уродливая девушка.

— А ...?

— Для меня большая честь удивить тебя. В любом случае, мои глаза пугающе большие, я маленькая и у меня нет фигуры ... уродливый ребенок, который только умеет жадно оглядываться.

Для Сироэ было естественным удивиться. У красавицы перед ним были слишком большие глаза, но у нее было лицо, которое можно было бы назвать соблазнительным.

Но тема шла в том направлении, которого Сироэ не ожидал.

— В начальной школе я была очень худой. Были видны не только мои ребра, даже кости в конечностях. Мои волосы были в беспорядке, моя одежда была в пятнах, я была ближе к грязной девушке, чем уродливой.

— В средней школе я подросла, но мой вес не увеличился, я все еще была худой до костей. Я думаю, что я была отвратительной девочкой, которая смотрела на свое окружение из-за своей челки.

— Я помню, как начала меняться со 2-го класса средней школы. По некоторым причинам я получила некоторую финансовую поддержку и начала правильно питаться. Хотя мое тело не привыкло к этому вначале, но моя масса тела постепенно увеличивалась ... но я все еще была тощей и хрупкой. Едва улучшалась от отвратительного тела с видимыми костями до тощего тела.

Это...

Это что-то вроде жестокого обращения с детьми? - подумал Сироэ.

Кроме того, он сомневался в правдивости ее слов.

Хотя Нуреха объявила, что с этого момента она будет говорить правду, Сироэ оставался скептически настроенным. Потому что Осимы здесь не было. Нуреха каким-то образом узнала от Осимы о его встрече с Сироэ и пришла сюда раньше него, этот факт остался неизменным.

Даже если эта женщина говорила таким скромным тоном, она все еще была главой гильдии Плант Хваден, правившей Минами.

Но Сироэ не поверил бы ей, если бы она сказала, что все это ложь. Если бы лжецы могли только лгать, они были бы на одном уровне с честными людьми.

Иногда лжецы могут говорить правду.

— Я научилась ухаживать за собой, но все еще оставалась жалкой женщиной, которую можно увидеть где угодно на улице. Моя плоская грудь, тощие конечности и простое лицо, только мои глаза были излишне большими. Чаще всего я слышала комментарий, что я была «девушкой, приносящей несчастья». Фуфуфу, наверное, не только моя внешность, ничего не поделаешь, если какие-то части внутри меня ... Но даже в этом случае были те, кто требовал от меня только потому, что я была молодой девочкой средней школы. Я не буду препираться, что это было необходимо для выживания. Когда я была счастлива, кто-то похвалил меня и стал высокомерным.

Из-за содержания ее слов Сироэ нахлынуло грубое чувство несчастья.

Это правда?

Если это было так, он был недоволен, что такие вещи происходили рядом с ним.

Это ложь?

Если так, то он все равно не был счастлив, что женщина намеренно говорила ему такие вещи.

— Сиро-сама?

Когда он очнулся от мыслей, глаза Нурехи были так близки, что он вздрогнул. Нуреха посмотрела Сироэ в глаза и тускло улыбнулась.

— Видите, разве это не было скучно? В конце концов, этот мир - не реальность. Это тело и навыки, которыми оно обладает, - все иллюзия. В этом мире реальность не имеет никакой ценности. Сиро-сама, я буду вашей любовницей, если вы хотите встать на мою сторону. Разве вы не хотите? Теперь у меня есть это тело, тело, которое все хвалят как теплое и чистое. Ты не хочешь принять такую девушку, как я?

Сироэ почувствовал привкус соли во рту, прежде чем понял, что кусает губы.

Температура поднялась, щеки горели.

Её белое декольте проступало сквозь темное платье. Ее манящие пальцы, которые нежно двигались. Ее взбалмошное выражение лица. Ее голос, казалось, таял. Ядовитый пирог, такой ароматный, что все равно хотелось откусить.

— Моё привлекательное тело не будет в состоянии угодить мужчине, так что я практиковала ... Я хорошо вру. Если Сиро сам не против лжи, я смогу убедить вас. Будь то закат или восход солнца, я буду рядом с вами до скончания веков.

— Почему?

— ... Мне нужна причина?

— Вы должны убедить меня, что это правда, иначе в этом нет смысла!

— Я уже сказала тебе просто принять эту ложь ... Все равно все придумано.

Ее персиково-розовые губы наполнили Сироэ сладкими медовыми словами. Сироэ мог видеть умоляющую и игривую загадочную улыбку Нурехи и ее нежно виляющий хвост.

— ... Это все выдумано?

— Ага, это все выдумано, это выдумка ... Это опыт сестры моего друга ... Однажды эта женщина познакомилась с Элдер Тэйлс. Этот вид развлечения далек от мира, в котором она живет. Но даже в этом случае она стала зависимой от этого. Знаешь почему?

Сироэ не знал.

Он не смог ответить.

— Потому что она могла получить идеальное тело в этой игре. Таким образом, она была бы защищена, ухаживала, дарила подарки и получала счастье, которого могла только желать. Она получила красивое лицо и манящее тело в этом мире, но ... Это это просто игра, так разве не смешно действовать таким образом?

Язык Сироэ застрял в его рту, а Нуреха продолжала.

— Ей ... не везет с мужчинами. Даже с ее небесной внешностью и фигурой, она все еще не получила того, чего хотела. Поскольку это MMO, к тебе будут относиться ласково и тепло, если ты девушка, но она все еще не получила того, на что надеялась. Мужчина, которого она преследует, мужчина, которого она желает, проигнорировал ее по неизвестным причинам. Почему? Некоторые девушки выглядят проще, чем она, но более популярны. Их любят другие только потому, что они веселые и наивные. Есть такие девушки.

Глаза Нурехи были подобны темным ямам, пожирающим Сироэ.

— Не смотри на то, какая я сейчас, я приложила много усилий, ладно ... Я выучила изящное поведение и слова, чтобы нравиться мужчинам, исследовала, какие действия привлекут парней, проводящих много времени с моими волосами и одеждой. Это может прозвучать смешно, но я даже наряжаюсь для офлайн-встреч. Это было так постыдно ... Но я все равно проиграла ... Нет, не смотри так грустно, мои усилия не были напрасными. Спасибо этим навыкам, я могу служить Сиро-сама должным образом ... Звучит хорошо, правда?

Это было сладкое, благоухающее, приятное для слуха и красивое искушение ... Но слова были гнилые. Сироэ смутили её слова.

Несмотря на то, что приглашение Нурехи было в некотором роде искаженным, оно все же имело ослепительное очарование, достаточно волшебное, чтобы пленить душу Сироэ.

— Но она ... однажды упала в бездну отчаяния, потом кто-то сказал ей: “Ты сильная” — “Даже если ты играешь соло, ты уважаешь меня” — ... Другой чародей сказал ей это. Как насчет этого, Сиро-сама? Это художественное произведение приемлемо для вас?

— Это...

Это правда? Сироэ не мог заставить себя сказать это. Сироэ не помнил, чтобы это говорил, и не мог понять, лжет ли она. Хотя он вспомнил только после того, как снова встретил ее, Сироэ и Нуреха в прошлом праздновали вместе несколько раз.

Благодаря своей славе, которую он заработал во время Сумасшедшего Чаепития, Сироэ участвовал во многих крупных рейдах в качестве подкрепления извне гильдии. Так должно быть и с Нурехой. В обычных приключениях чародеи не нужны, но в долгих битвах крупных рейдов их способности восстановления MP были очень полезны.

Сироэ не мог с уверенностью сказать, что не произносил эти слова в прошлом.

Если предположить, что он сказал их, вероятно, он сделал это не из-за недоброжелательности. В природе Сироэ не было ничего подобного, чтобы быть на стороне женщин, да и в любом случае он не умел это. Из-за этого он мог без особого размышления упомянуть о своих истинных чувствах.

Сироэ не смог спросить ее о законности этого.

Он думал, что забвение - это форма жестокого предательства.

— Сиро-сама, пожалуйста, подойди ко мне. Я подготовлю место для Сиро-сама в «Плэнт Хвайден». Я уже подготовила титул« Королевский секретарь »в семье Ицуки, который будет дарован Сиро-сама. Клан Ицуки в любом случае прислушивается ко всем моим приказам ... Сиро-сама уже добился некоторого прогресса, верно? Что касается этого резкого изменения и пути назад в наш старый мир.

От ее слов Сироэ закашлялся.

— Ах, ах, реакция ... Сиро-сама действительно особенный человек. Я тоже знаю ... Я знаю дорогу назад.

Невозможно было сказать, сколько Нуреха увидела насквозь Сироэ, когда она облизнула свои красные губы, сказав это. Сироэ отвел глаза от ее соблазнительных движений, заставив ее нахально рассмеяться, как девочка-подросток.

— Я открыла способ вернуться в наш старый мир.

— Еще слишком рано доказывать, что это средство для возвращения ... Поскольку доказательств нет, это просто удаление тела из этого мира.

— Если Широ-сама захочет помочь, мы сможем избежать таких неопределенных результатов.

Если честно, Сироэ почти согласился присоединиться к Нурехе в этот момент.

Не из-за соблазна Нурехи.

Сироэ интересовался навыками, которые приобрела Нуреха. Пребывание на западе, где доминирует Нуреха, откроет больше информационных каналов, чем пребывание в Акибе. Будь то сбор данных или разработка новых методов, было бы намного проще получить то, что он хотел, используя влияние колоссальной гильдии Нурехи. Учитывая цель вернуться в старый мир, это был наиболее эффективный путь. Это можно назвать лучшим путем на благо всех искателей приключений.

Нет, эта теория была просто отговоркой.

Условия Нурехи были слишком хорошими.

Это не относилось к красоте и телу Нурехи. Но тот, кто назвал Сироэ особенным, заставил его пробудить в его сердце одиночество, о котором он забыл. Сироэ был слаб в отклонении запросов других, из-за чего Сироэ посетил множество гильдий и получил травму в процессе.

Было очевидно, что Нуреха была дикой и опасной. Но это была причина, по которой Сироэ почти уступил ее приглашению. Независимо от того, насколько правдивы были ее слова, мог ли Сироэ быть единственным человеком, который мог ее остановить? Это было опасное ощущение, сладкое искушение разъедало сердце Сироэ.

Сироэ чувствовал себя обязанным.

Несмотря на то, что он не был причиной этого, чувство вины бурлило в его сердце. Это была эмоция, проистекающая из его чувства ответственности, чувства вины, несмотря на то, что он не виноват. Хуже всего было то, что Нуреха это поняла.

— ... В конце концов, Сиро-сама не рационален, верно?

— Рационален?

Сироэ ответил возбужденной Нурехе, которая пристально смотрела на Сироэ.

— Да, рациональный. Сиро-сама ... иррациональный человек, верно? У вас нет никаких причин встать на сторону Акибы, и нет причин встать на сторону местных, верно? Это просто смутное чувство этики, верно? Нет, это не имеет значения, это не имеет ничего общего с моим желанием быть с Сироэ-сама, но я думаю, что Сироэ-сама будет плохо из-за этого, так что ...

Нуреха придвинула губы так близко к ушам Сироэ, что они почти соприкасались, на расстоянии, на котором можно было почувствовать тепло тела друг друга.

— Пожалуйста, Сиро-сама, используйте меня, Нуреху, как оправдание. Пожалуйста, используйте меня как свою причину ... Таким образом, Сиро-сама сможет полностью раскрыть свой потенциал, правильно? Вы можете избавиться от ограничений и границ, позволяя использовать свой интеллект в полной мере, правильно? Я хочу только Сиро-сама, чтобы Сиро-сама мог использовать Нуреху как причину, как оправдание и делать со мной все, что хочешь, хорошо?

Решительные слова искушения отметили, что их пути разошлись.

Возможность использовать свой интеллект до предела была для Сироэ очень заманчивой сделкой. Однажды он проснулся и обнаружил, что находится в альтернативном мире, охваченным ухудшающейся безопасностью и конфликтами, заставляющими его проходить через ужасающие и опасные кризисы. Пройдя через это, желание Сироэ обладать своей силой было таким же сильным, как и его желание поцеловать красавицу перед ним.

Они попали в этот альтернативный мир не по вине Сироэ.

Желание обвинить мир было тем, о чем все приглашенные в этот мир авантюристы хотели кричать от души. Они хотели знать причину этого и цель, за которую им нужно бороться. Это было одинаково для всех авантюристов, их души, должно быть, горели гневом на эту необоснованную реальность.

Нуреха была права.

И это было заманчиво, потому что она была права.

Но Сироэ не мог использовать причины как оправдание. Это определенно уменьшило бы результаты всех их действий до сих пор.

Трогательные кончики пальцев, благодарная улыбка, банкет, который длился до рассвета, десерт, пришедший с обоих концов, путешествие по бескрайним равнинам со всеми ... все это уменьшится.

Если бы ему хоть немного нравилась Нуреха или он испытывал эмоции, близкие к любви, Сироэ никогда не использовал бы ее как оправдание.

Поскольку теперь у него был Лог Горизонт, Сироэ смог убедительно это утверждать.

— Ах ...

Нуреха посмотрела на Сироэ, который оттолкнул ее, ее лисьи уши смущенно корчались на ее черных волосах.

— Я решил рассматривать все твои художественные произведения как правду ... но я не могу пойти с тобой.

Нуреха приросла к земле, глядя на Сироэ, не желающего его отдавать. Она как будто умоляла даже после отказа и дрожащими губами спрашивала: “Почему?”

— Вместо того, чтобы быть вашим товарищем, лучше я останусь вашим врагом, ваше желание, скорее всего, исполнится таким образом.

Сироэ впервые по собственной воле посмотрел на Нуреху, четко произнося каждую фразу, как бы подтверждая свое убеждение. Его слова пронзили сердце Нурехи, как меч. Сироэ почувствовал её боль, коснувшись холодного лица Нурехи.

— Я решил и дальше быть твоим врагом, чтобы ты могла найти причину в будущем.

Слова Сироэ стали невидимыми цепями, которые связали Нуреху и Сироэ вместе.

Эта цепь приведет Акибу и Минами к «Небесному лабиринту Инбуриуму», а затем к «Морю нектара».

Послесловие переводчика

Благодарю читателей, которые прочли 5 том новеллы “Лог Горизонт”.

Это был мой первый опыт в роли переводчика и редактора. Я получил много нового и ценного опыта. Искренне извиняюсь перед вами за возможные ошибки, которые я пропустил при редактуре.

Послесловие Автора

Привет, прошло 2 месяца, я Мамаре.

Я благодарен вам за покупку Лог Горизонт 5, последней книги Лог Горизонт за год. Ах, это был долгий год. Хотя я хочу сказать, что "это хорошее место, чтобы остановиться!" но в издательском мире уже весна 2012 года.

Если мои уважаемые читатели работают, вы должны понимать, что производственный процесс и мерч, поступающий на полку, - разные вещи. Может быть у вас уже декабрь, когда вы держите эту книгу, но Мамаре все еще застрял в стране октября.

На улице холодает, солнечный свет немного радует людей, а кровать так и манит. Правильно, сейчас время для дневного сна. Некоторые называют это аппетитом осени, осень для спорта, но для Мамаре осень для сна.

Мамаре, который, как выяснила его семья, был автором, дома с открытым сердцем начинает вести свой безработный образ жизни. Хотя он всегда жил как безработный, но то, что он опубликовал, делает Мамаре профессиональным безработным. Профессиональный безработный (национальный предел ограничения класса 1) стоит чуть ниже офисного жилого дома безработного (международный класс 1) и женатого безработного (международный класс 2).

Безработный живет повседневной беззаботной жизнью. Фактически, Мамаре считает, что это счастливый образ жизни, когда он может писать каждый день, но на него оказывают давление со всех сторон.  он может использовать этот шанс и навести порядок в доме. Просить безработного выполнять тяжелую работу - это противоречит международной хартии безработных.

Уборка дома таким способом больше похожа на переезд, чем на генеральную уборку. Вместо того, чтобы двигаться, это больше похоже на побег в ночи, оставляя все дома. Если облысение - это освежающее чувство, то дом Мамаре очень освежает. Мамаре не понимает, как все так вышло.

Холодильника нет, запас мороженого у младшей сестры Мамаре тоже закончился. Скоро зима и не нужно запасаться мороженым, но младшая сестра Мамаре все еще в ярости. Младшая сестра Мамаре до поступления в среднюю школу всегда думала, что «Хаген Дааз предназначен только для взрослых, поэтому я буду есть его только после получения лицензии». — Нет, так её воспитала мама.

Говоря о сравнении, семья Мамаре рассматривает миску с рисом из молодых анчоусов как низшую замену миске с рисом и икрой лосося. Мама будет говорить о том, что «есть такую маленькую рыбу - грех», что делает атмосферу во время еды неудобной. Младшая сетсра Мамаре каким-то образом приняла молодой анчоус за детеныша Капелинса.

Вспоминая это, я понимаю, что мама слишком сильно давила на неё.

Причина, по которой Мамаре не ест натто, заключается в том, что мама сказала: «В Чибе есть пруд, в котором бродят бобы, и многие люди были вынуждены там работать». — Ха, какая ужасная сказка. Когда я спросил ее об этом 10 лет спустя, мама сказала с улыбкой: «Это была шутка, потому что тогда ты был очень высокомерным».

Я думал о том, как отомстить ей, но теперь я думаю об этом, Мамаре также передала много фальшивых знаний Младшей сестре Мамаре, так что я тоже виноват. Это кровные узы.

Несколько дней назад я сказал ей: «Чтобы подтвердить окончательный процесс публикации, я пойду на фабрику, чтобы скорректировать цвета, это важная обязанность автора» — и начал приготовиться к выходу из дома. Младшая сестра Мамаре сказала мне: «Не беспокойте других» — и попрощалась со мной, она не думала, что я на самом деле собираюсь на вечеринку с барбекю. Но в конце концов она узнала и ударила меня.

По этой причине я хочу позволить своему редактору Ф-та чан сыграть главную женскую роль и в моем послесловии. Если я продолжу идти этим путем, социальное давление, которое я чувствую со стороны моей сестры, возрастет, что на самом деле проявится в форме физических ударов. На этом заканчивается очередной отчет семьи Мамаре, дальше я поговорю о “Лог Горизонт 5”.

После передышки от грандиозных сражений из предыдущего тома, был эпизод кусочка жизни Акибы. История любви Сироэ постепенно начинается, две девушки Акацуки и Минори делают свои первые шаги.

Точно так же, как леди Борден не может стать заменой Хаган Дааз, подобно тому, как молодая рисовая миска с анчоусом является неполноценной заменой рисовой миски с икры лосося, это 2 совершенно разные сущности. Невозможно увидеть эту очевидную концепцию, сравнивая вещи, отличные от самих себя, эти неразрешенные чувства находятся в центре внимания этой книги. Но без этих страданий и тьмы они не смогут встретить рассвет.

Подходя к завершению, я благодарен главному издателю г-ну Сёдзи Масуда, мастеру иллюстраций Харакадзуро сенсею (извините, что потратили слишком много времени на редактирование моей работы), сенсею Хашимото Мотичи, нарисовавшему карту базы, Тамураки Хисе сэнсэю, за иллюстрацию карты фестиваля Весов, Хиракаси сенсею за рисование кулинарного гида, фирме Тсубакия за издательский дизайн, и мою женщину-редактора, миниатюрную Ф-та чан! Г-н Осако также позаботился обо мне! Спасибо всем!

8 ноября 2011 г.

Я пишу до сих пор!

Мамаре Тоуно

Начальные иллюстрации

Часть 1.

Как обычно, Акацуки вышла на узкую тропу. Эта зона в глубоком углу производственной улицы представляла собой перестроенный подвал, полный деревянных ящиков.

Это была витрина производственной гильдии Аменома, о чем свидетельствует большое количество изношенных японских мечей с отключенной функцией «подобрать». Среди множества гильдий по изготовлению оружия это была особая гильдия, специализирующаяся исключительно на японских мечах.

Члены, которые руководили этой гильдией, сами были не простыми. Из-за их энтузиазма в изготовлении ингредиенты и инструменты хлынули из огромной кузницы внутри. Даже на витрине были ящики с незаконченными лезвиями и ингредиентами, больше напоминавшие склад.

Но Акацуки это устраивало.

Когда ее засыпали приветствиями «добро пожаловать», на нее оказывалось давление, и ее отталкивал продавец, рекомендующий ее продукты. Акацуки по своей природе была застенчивой. Хотя она могла свободно общаться со своими товарищами по гильдии Наоцугу и Нянтой, и согреваясь с Тоей и Исузу, ей все равно было трудно обращаться с другими людьми, кроме них.

Акацуки была благодарна за то, что она могла спокойно просматривать товары Аменомы (из-за непринужденного характера этой гильдии.)

— Хм...

Акацуки вспомнила дорогу и подошла к углу магазина.

В этом разделе были выставлены японские мечи, которые могли использовать многие классы.

Стеклянные дисплеи были редкостью в этом мире, поэтому мечи просто вешали на стену.

Эта зона принадлежала гильдии Аменома, поэтому продаваемые предметы должны были быть не подбираемыми для других. Акацуки, которая не была членом гильдии, не могла взять предметы с собой, даже если она могла дотронуться до них. Она могла изучать товары и видеть статистику на своем экране статуса, так что это не доставляло неудобств покупателям. Им также не нужно было беспокоиться о кражах в магазинах, очень удобная система.

В этом разделе были десятки мечей.

Акацуки приметила несколько из них.

В Элдер Тэйлс условия экипировки предмета можно было увидеть на экране его статуса. Например, эта «зеленая стальная кованая рукоять Кодачи» могла быть экипирована только шестью классами: Стражами, Самураями, Убийцами, Сорвиголовами, Бардами и Каннаги.

Самурай мог в основном экипировать все мечи, но, если бы экран состояния меча не включал Самурая в свой список пользователей, они не смогли бы экипировать этот меч. С другой стороны, монахи не могли экипировать большинство мечей, но они могли экипировать те, в которых прямо говорилось, что они могут быть экипированы монахами.

Основным оружием в классе Ассасинов Акацуки были луки, мечи, клинки и кнуты. Но они также могли экипировать широкий спектр другого оружия, потому что принадлежали к оружейному классу. Акацуки использовала Кодачи с тех пор, как Элдер Тэйлс все еще была игрой, потому что она думала, что это круто, но она полюбила его из-за его практичности после Катастрофы. Благодаря своему опыту в кендо, она находила это оружие самым простым в использовании.

Выбрать оружие было непросто. Акацуки просмотрела список, с которым она была знакома после многократного использования. В Элдер Тэйлс, вероятно, были десятки тысяч или сотни тысяч единиц оружия. Но было общеизвестно, что выбор для авантюриста, ищущего идеальное оружие, гораздо более ограничен.

Что касается оружия, это были одноручные мечи, двуручные мечи, копья, топоры, древковое оружие, луки, посохи, дубинки, рукавицы, метательное оружие, кнуты и другое специальное оружие. Количество каждого типа оружия было разным, но каждый тип имел около 10% от ста тысяч доступных единиц оружия.

Другой проблемой были уровни, необходимые для экипировки оружия. В Элдер Тэйлс на каждые десять полученных вами уровней будет доступно оружие более высокого уровня. Каждому искателю приключений необходимо обновить свое снаряжение после прохождения 10 уровня, поскольку они проиграют игрокам того же уровня, если не обновят свое снаряжение. Хардкорные игроки обращали еще больше внимания на свое оборудование и часто его пересматривали. При максимальном уровне в 100 им нужно будет менять оружие 20 раз, если они будут обновляться каждые 5 уровней.

Еще стоит отметить 12 классов, доступных игрокам. Возьмем, к примеру, Кодачи. Ассасины, сосредоточенные на ловкости и силе атаки, будут рассматривать другие атрибуты по сравнению с Каннаги, концентрирующимися на магической силе и элементарной защите, и они будут выбирать разные Кодачи. Как и в случае с ассасинами, их предпочтение между более высоким уроном и более высокой скоростью атаки будет влиять на их выбор оружия.

Применение этих условий отфильтрует варианты ниже 10%, подходящих по рангу уровня. Выбор уменьшится до приемлемого количества, несмотря на подавляющее общее количество доступного оружия.

Для Акацуки было около 10 вариантов.

Здесь кроется еще одна гигантская проблема - возможность их получения.

В Элдер Тэйлс, без исключения, самое мощное оружие было наградой за крупные набеги. У Акацуки не было опыта в крупных набегах. Она была уверена в своем уровне и игровых навыках, но это был предел Авантюристов, которые участвовали только в групповых сражениях. Кроме того, 90% выпавшего рейдового оружия имело атрибут «не подлежит обмену». Это означало, что они не могли дарить или продавать предметы, полученные в ходе набегов. Если вы не участвуете в рейдах и не собираете их на месте, вы никогда не сможете их получить.

Хотя в списке желаний Акацуки было 10 видов оружия, только 2 можно было обменять, не участвуя в крупных набегах.

— ... Добро пожаловать.

Акацуки повернулась и посмотрела на источник голоса.

Там стояла девушка размером с Акацуки. Гномы как раса были ростом с человеческого ребенка, поэтому ее реальный рост мог быть выше. У них было несколько черт, которые были полезны для производственных игроков, и они были популярной расой среди производственных гильдий.

Ее звали Татара, мастер гильдии Аменомы, мастер с великолепными ремесленными навыками. Акацуки знала ее и кивнула в ответ на приветствие. Хотя она знала Татару, они еще не были знакомы на том уровне, на котором они могли бы поболтать.

Но Акацуки все еще была благодарна Татаре за присутствие. Татара имела репутацию вкладывающей всю свою любовь в свои мечи, о чем свидетельствует ее редкий подкласс Кузнеца клинков, кузнеца высокого уровня. Она была сдержанна в социальном плане, не разговаривала с покупателями, посещающими магазин, и спокойно относилась к ведению бизнеса. Она была одной из немногих, кого Акацуки не боялась.

Акацуки спросила ее о чем-то, что ее беспокоит.

— Простите, могу я спросить, что случилось с мечом, который был здесь выставлен?

Ее голос был немного жестким. Акацуки напрягалась, задавая вопросы людям, которые не были ее товарищами по гильдии. Пока Акацуки думала обо всем этом, Татара лениво ссутулилась на прилавке и ответила: «Оно продано».

Для Акацуки это было ошеломляющей новостью.

Акацуки часто бывала в Аменоме последние 2 месяца.

Высокоуровневое снаряжение, которое искала Акацуки, было ужасно дорогим, так как это редкое оружие, которое можно было продать из рейдов. Аменома продавала его после модификации, но, насколько знала Акацуки, Кодачи здесь не пользовались спросом. Вот почему через 2 месяца он остался непроданным, и Акацуки предположила, что даже если она не купит его, магазин не сможет его продать.

— Действительно?

— Да, это правда. Я помню ... Платили наличными.

— Вот как...

Она не могла подобрать слов. Это было совершенно неожиданно.

Акацуки снова посмотрела на стену и подтвердила присутствие «Мэйто-Хаганемуши», который она хотела больше всего, а также отсутствие «Сэнто-Бьякумару». У «Сэнто-Бьякумару» была способность, которую можно было активировать, вызывая урон от холода по области. Он был очень эффективен против противников с высокой физической защитой, но в некоторых ситуациях было трудно контролировать урон по площади. Она должна радоваться, что ее любимое оружие все еще доступно.

— ... Хотите купить?

— Н...

Она не могла озвучить свой ответ на этот вопрос.

(Конечно, хочу. Я так этого хочу).

Как класс, основанный на оружии, Ассасины больше полагались на качество своего оружия, чем другие классы. Вдобавок у Акацуки были личные дела. Ей нужно было лучшее оружие.

Но качественное оружие стоило очень дорого.

Оружие наверху ее списка желаний, «Мэйто-Хаганемуши», тоже могло бы быть продано, если бы она оставила его в покое. Но цена была вдвое больше, чем все состояние Акацуки.

Как бы она этого ни хотела, она не могла произнести слова «Я хочу купить».

Акацуки ежедневно сражалась с монстрами. Она придерживалась этого со времен кампании зачистки Песчаного Листа, после того как Сироэ заперся в доме гильдии. Но после Катастрофы средства для получения денег в этом мире стали ограниченными.

Сироэ, нет, может быть, Мариэль или кто-нибудь из других мастеров гильдии из Совета Круглого стола могли бы легко найти деньги, но это было тяжелым бременем для Акацуки. Она заставила себя отвести взгляд от прекрасного клинка в черных ножнах, несколько раз качая головой, чтобы выразить свое намерение.

Похоже, Татара не была так заинтересована в улучшении продаж. Поскольку Акацуки не покупала, она продолжала лежать лицом вниз на стойке. Прилавок приходился ей кроватью.

Акацуки схватилась за рукоять Кодачи, которую она экипировала, чтобы отвлечься от мыслей, и покинула Аменому.

Молодой девушке, которая хотела улучшить свои боевые способности, все еще было куда пойти.

Часть 2.

Улицы Акибы полностью приветствовали декабрьский пейзаж.

Летом в Ямато было прохладнее, чем в Японии старого мира, что также означало более суровую зиму. В декабре несколько раз шел снег. Хотя снега еще не было, ветер с каждым днем становился все холоднее.

Но Акиба была городом авантюристов.

Хотя количество Местных увеличилось, две трети пешеходов на улицах были авантюристами. У искателей приключений были крепкие тела, и они не боялись холода, но они также могли экипировать аквамариновое кольцо, которое могло регулировать температуру тела, если им становилось слишком холодно.

Акацуки мчалась по улицам в утреннем свете.

Ее целью был пригород. Акацуки затрубила на своей флейте призыва на южном краю Акибы, призвав к себе черного жеребца и вскочив на него.

(Я хочу стать сильнее ...)

Сказала себе в сердце Акацуки.

Эта мысль всплывала каждый день ... Нет, она думала об этом десятки раз в день.

Акацуки кончиками пальцев потянулась к ножнам на своей талии.

Этот меч «Пеленальная печь» был лучшим оружием производственного класса, которое было с ней до того, как случилась Катастрофа. Это был не слабый Кодачи, будучи одним из лучших видов оружия, которое вы могли получить в приключениях на уровне группы.

Акацуки думала, что она похожа на это оружие.

Она занимала первые места в групповых боях из 6 человек, отлично выполняя возложенные на нее обязанности. Но в Элдер Тэйлс были более высокие уровни, и это были крупные рейды. У Акацуки не было опыта в таких набегах. Она избегала их из-за долгого ожидания и сложных личных отношений.

Другая причина заключалась в том, что ее никто не спрашивал.

Но факт оставался фактом: у Акацуки не было опыта в рейдах. Это означало, что она не могла получить Артефакт или снаряжение класса Призрак, доступное только во время этих рейдов. Были боевые гильдии, такие как Рыцари Чёрного Меча и Д.Д.Д, которые были лучшими в своей лиге в Акибе. Должны быть высокопоставленные ассасины, которые были бы лучше Акацуки и с экипировкой, которая заставила бы ее позеленеть от зависти.

То же самое было, когда она сравнивала себя с Сироэ, Наоцугу и Нянтой.

Они были частью легендарной группы «Сумасшедшие чаепитие», в котором участвовали первоклассные авантюристы, соперничавшие с представителями крупных боевых гильдий.

По сравнению с товарищами её способности меркли.

Акацуки была компетентным убийцей, может не высшего класса, но она определенно была на пике 2-го класса.

Это была реальность, с которой столкнулась Акацуки.

Лучшая из 2-го класса.

Она была тем же оружием, которое использовала.

Когда она посетила Аменому, она думала о том, чтобы перейти к худшему из высшего класса в снаряжении, так как первоклассное оружие было для нее слишком дорого. Ей было смешно каждый день ходить в магазин.

Акацуки остановилась возле "Бёдлэнд Дувача". Она не планировала ничего зловещего, ей просто хотелось двигаться бесшумно.

После того, как она некоторое время бродила по заросшему лесу, она скрылась в чаще.

Это была хорошо пройденная лесная тропа, разработанная разработчиками так, чтобы она блуждала по ней. Это был дизайнерский прием, чтобы небольшая площадь выглядела больше, чем она была на самом деле.

"Бёдлэнд Дувача" был чем-то вроде полевого лабиринта. Несмотря на то, что он располагался на открытом воздухе, территория была ограничена извилистыми тропинками и была создана как место для борьбы с монстрами.

Но после Катастрофы стало возможно прорваться через лабиринт по прямой, а не придерживаться извилистого пути, хотя это может быть проблематично и медленнее. Чтобы подняться и спуститься по утесу, требовалось немало усилий, но для легкой и маневренной Акацуки это был более легкий путь.

«Бёдлэнд Дувача» находился примерно в 40 минутах езды на лошади от Акибы. Как зона с монстрами 80-го уровня, Акацуки 91-го уровня не сможет получить здесь EXP, но это было безопасное место, подходящее, чтобы опробовать свое оружие и навыки. Акацуки много раз посещала это место для боевых тренировок.

Группа, которую она искала, тоже тренировалась.

Пробираясь через кусты какое-то время, она услышала звуки сражений. Звук ударов железа, резкий звук ледяного воздуха и резкий шум молнии. Рыцари Черного Меча сегодня проходили групповую тренировку.

Акацуки поискала углубление в земле и легла на дно. Со своего места она могла видеть всю тренировочную площадку сквозь растительность.

Две группы Рыцарей Черного Меча вели ожесточенную имитацию битвы. Акацуки использовала свой подкласс Следопыт, чтобы скрыть свое присутствие, наблюдая за тренировкой Рыцарей Черного Меча.

Слухи о «Сверх уровне» начали распространяться примерно во время Фестиваля Весов.

Он зародился как городская легенда и начал распространяться среди населения.

В Элдер Тэйлс особые движения авантюристов выражались в форме навыков. Навыки давали Авантюристам возможность выполнять множество подвигов при определенных условиях, но обычно они были ограничены тем, на что был способен их класс. Примером может служить умение Убийца, используемое Акацуки, которое ассасины могли изучить после достижения определенного уровня. По мере повышения уровня авантюриста у него будет доступ к более высоким формам той же техники. Например, Ассасинэйт III, который пробудился на 47 уровне, был слабее, чем Ассасинэйт IV, который был изучен на 57 уровне.

Но один и тот же Ассасинэйт IV будет иметь разную силу в зависимости от того, кто его использовал. И это зависело от уровня квалификации. После достижения определённого уровня, так называемого «уровня понимания», вы можете использовать определённый навык. Хоть вы и могли его использовать, но ему не хватало мощности. Используя определенные предметы или вкладывая «очки мастерства», вы можете улучшить навык до «Новичок», «Средний», «Скрытый» или «Секретный уровень». Для среднего уровня требовалось использование «промежуточного свитка», созданного авантюристом высокого уровня того же класса. Для скрытого уровня требовался «скрытый свиток», который делался из выпадающих редких предметов, которые можно было купить по высокой цене.

Но все было иначе для «Секретного уровня», который требовал выполнения квеста на рейдовом уровне, чтобы получить «секретный свиток». Это было причиной отставания от первоклассных авантюристов в крупных гильдиях и авантюристов 2-го класса, таких как Акацуки. Эти навыки было трудно освоить.

Что касается «Сверх уровня», по слухам, он был на уровень выше секретного.

Это был уровень, которого не было до Катастрофы, когда Элдер Тэйлс еще была игрой.

По мере повышения уровня мастерства его силу можно было увидеть во многих областях.

Хотя навыки немного различались, «Убийство» было навыком атаки, поэтому оно просто увеличивало силу атаки. Из того, что помнила Акацуки, сила атаки увеличивалась на 22%, если она повышала ее с «Понимания» до «Сверх уровня». Невозможно было сказать, насколько улучшится сила, если она достигнет «Сверх уровня».

Хотя она слышала только хорошее о «Сверх уровне», однако его существование оставалось лишь слухами, потому что Авантюристов, которые могли подтвердить и сказать наверняка, было немного. Около половины жителей Акибы не верили, что существует «Сверх уровень». Другая половина по-прежнему скептически относилась к его силе. Акацуки верила в его существование только потому, что так сказал Сироэ.

(Если я смогу овладеть «Сверх уровнем», то стану сильнее ...)

Акацуки подумала об этом, обняв себя.

Большинство навыков Акацуки были на «промежуточном» или «скрытом» уровне. Этого было более чем достаточно для авантюристов группового уровня, но он был слабее по сравнению с членами крупных гильдий. Это было препятствие, с которым столкнулась Акацуки.

Но «Сверх уровень» определенно существовал.

Поскольку Сироэ так сказал, это должно быть правдой.

Из всех авантюристов в Акибе, члены Рыцарей Черного Меча будут теми, кто наиболее вероятно достигнет этого уровня мастерства. Честность и Д.Д.Д, вероятно, имели участников со «Сверх уровнем», но у элитарных рыцарей Черного Меча были более высокие шансы найти таких людей.

Хотя она не знала, как освоить «Сверх уровень», учитывая тот факт, что «Секретный уровень» был изучен через специальные квесты рейдового уровня, он должен быть таким же и для «Сверх уровня». Это она услышала на улице. Как выучить «Сверх уровень» было практически неизвестно. Без поддержки онлайн-руководств распространение знаний в Элдер Тэйлс было остановлено, и ценность знаний была чрезвычайно высокой.

Вот почему Акацуки пережила леденящий декабрь, свернувшись калачиком под деревьями, чтобы понаблюдать за тренировками Рыцарей Черного Меча. Если другой Ассасин использовал «Сверх уровень», она могла бы подтвердить его силу собственными глазами. Если его можно получить, пройдя квест, она хотела знать, как это сделать.

(Мощно ... Бой завершился едва начавшись.)

Наблюдая за ними со стороны, она могла сказать, что Рыцари Черного Меча были сильны. Помимо Ассасинов, другие классы Авантюристов также были на замечательном уровне.

— … Эй, постарайся защищаться.

— … Используйте больше силы, этого урона не хватает!

— … Ваши ноги недостаточно устойчивы!

Члены Рыцарей Чёрного Меча были элитной группой, в которую входил только 1% лучших игроков на сервере Ямато.

Их движения, координация и экипировка были потрясающими и мощными.

Просто глядя на них, Акацуки чуть не расплакалась.

Хотя она ничего не могла делать, кроме как драться.

В бою она была слабее других.

Акацуки вспомнила ту ночь фестиваля и профили ее господина и юниора, освещенные костром. Это была пара птиц, летящих высоко, вне досягаемости Акацуки.

Она хотела быть рядом с Сироэ. Очень сильно.

Но Акацуки не могла понять ход мыслей Сироэ. Так что теперь ей пришлось заплатить.

(Я хочу стать сильнее ...)

Акацуки снова сказала себе в сердце.

Но повторение этого не сделало бы ее сильнее, и Акацуки это понимала. Она также знала, насколько глупой она была, наблюдая за Рыцарями Черного Меча. У нее не было сил ничего сделать.

Акацуки, защищавшая секреты Сироэ, была самой одинокой в эту зимнюю пору.

Часть 3.

Стеклянная бутылка была настолько огромной, что было бы правильнее описать ее как стеклянный котёл. Вокруг стеклянного сосуда кружилась жидкость персикового цвета. Человек на стремянке небрежно бросил туда какие-то бледно-коричневые листья.

Хотя запах, исходящий от пара, был похож на запах какао, но нахмурившийся Родерик знал, что у него не будет никакого вкуса.

Это была исследовательская лаборатория, известная как «Мастерская Родерика».

Всего лишь одна из комнат в башне гильдии фирмы Родерик.

Башня гильдии - это еще один способ называть зал гильдии. Для фирмы Родерик, которая покупала целые здания для использования в качестве базы, это было подходящее название для этого места. Особенно для такого небоскреба.

Одна из основных производственных гильдий Акибы, Фирма Родерика, купила семь зданий в северном регионе Акибы, чтобы сделать их своими базами для гильдии. Одним из них была личная исследовательская лаборатория Родерика, которая была заполнена исследовательскими приборами из стекла.

Хотя было оборудование меньшего размера, большая часть устройства была похожа на контейнер, который он использовал.

Чтобы создать предметы в Элдер Тэйлс, вы просто использовали выбор в игровом меню, и это было бы сделано за 10 секунд. Этот метод оставался жизнеспособным в этом альтернативном мире. Но чтобы реализовать новую возможность, которую преследовал Родерик, необходимо было отказаться от игрового меню и начать с нуля.

Для массового производства им понадобятся машины побольше.

Когда был сформирован Совет круглого стола, Сироэ показал им возможность создания совершенно новых предметов.

Первой процветала пищевая промышленность, за ней последовали производство мебели и развивающийся мир моды. Мастера Акибы объявляли о новых изобретениях каждый день по мере быстрого развития технологий.

Но были некоторые технические знания, которые существовали в старом мире, но которые не могли быть воспроизведены местными мастерами. Родерик был одним из них. Он был фармацевтом, производственным подклассом, который мог создавать бальзамы и зелья, которые были распространены в играх в жанре фэнтези.

Поскольку зелья «Восстановления HP» не существовало в старом мире, он не мог использовать старый мир в качестве ссылки для приготовления такой смеси. Алхимик, Изготовитель печатей, Ювелир и другие фэнтезийные классы, столкнулись с аналогичными проблемами.

Но это не означало, что они не могли создавать новые предметы.

Но раз ингредиенты и методы старого мира не были применимы здесь, им пришлось исследовать и экспериментировать с ингредиентами, существующими в этом мире. Зелья восстановления и усиления до 50 уровня были разработаны за прошедшее полгода, также были внесены значительные улучшения в Сигилы и изготовление украшений.

Для Родерика массовое производство «незначительных зелий для сброса внешнего вида» было большим прорывом. В отличие от настоящих «зелий для сброса внешнего вида», это была слабая версия, которая могла сбрасывать только 2 из дюжины настроек, таких как пол, рост, вес, форма тела, цвет волос, цвет глаз и цвет кожи. Но благодаря широко распространенному зелью авантюристы, которые были огорчены из-за того, что их пол отличался от старого мира, теперь могли вздохнуть с облегчением.

После этого Родерик проанализировал высококачественные зелья, такие как «Амброзия», «Териака» и «Йомотсумике», массовое их производство и обратное проектирование альтернатив посредством исследований.

Фирма Родерик была одной из трех основных производственных гильдий, но направление, в котором она двигалась, и ее цели отличались от других ремесленных организаций.

Когда Элдер Тэйлс была просто игрой, предметы создавались путем выбора ингредиентов в игровом меню. Предметы, которые можно было создать, варьировались от подкласса к подклассу, и требовалось множество ингредиентов. Перед запуском в производство мастерам нужно было собрать множество «свитков рецептов».

Возьмем, к примеру, фармацевтов, они могут создать зелье мгновенного восстановления HP, зелье увеличения HP, зелье восстановления HP с течением времени, все виды агентов, усиливающих способности, 3 типа противоядий, профилактические антитоксины, десятки ядов (для применения на оружии) , зелье увеличения скорости, зелье увеличения скорости атаки ... и т. д. Были новые более сильные зелья, доступные для подкласса с каждым повышением уровня на 10, так что Родерик мог смешивать более 600 видов зелий еще в дни игры. Это было количество рецептов, которые у него были.

Но собрать все доступные свитки рецептов было непросто, особенно новичкам и обычным искателям приключений. Чтобы достичь стадии, на которой можно было бы приготовить любое зелье, потребовались огромные затраты времени и игрового богатства.

Фирма Родерик была основана с целью пополнения библиотеки свитков рецептов. Свитки рецептов можно дублировать, используя редкие ингредиенты. Мастера, работающие в гильдии, собирающей свитки рецептов, могли учиться на свитках рецептов, которые были у них под рукой, что было большим преимуществом перед другими мастерами.

Для фирмы Родерик было естественным переключить свое внимание на исследования и разработки после Катастрофы.

Пока что все, кто интересуется исследованиями и разработками, а также высококлассные мастера были собраны в Фирме Родерик.

Авантюристы, применявшие методы из старого мира, склонные к механизации и массовому производству, присоединятся к Океанической Системе. Те, кто любил вести дела и работать с Местными, собрались в торговом центре 8-го округа. У Океанической системы был собственный отдел продаж, но Фирма Родерик передала свою розничную торговлю на аутсорсинг торговому центру 8-го округа и другим торговым гильдиям. Его членами были ученые, проводившие свободное время в размышлениях о новых экспериментах.

В башнях гильдии фирмы Родерик постепенно образовывался беспорядок. Здесь было множество сложной экспериментальной аппаратуры и свитки, в которых приводятся результаты экспериментов. ММО-игры были популярны среди школьников и студентов. Поскольку они еще учились в школе, им было комфортно в этой гильдии, которая была похожа на исследовательский центр.

Большинство участников называли себя частью Исследовательской лаборатории Родерика, или сокращенно Род Лаба. Для них это было место, где они могли развлечься, занимаясь исследованиями, как в школе со слабой дисциплиной.

По сравнению с такой домашней гильдией, как Альянс Полумесяца, они шли по другому пути, привыкая к этому миру, проводя опрос популярности девочек из «дома с рисовыми шариками».

В этой гигантской комнате с высокими потолками, расположенной в центре зала гильдии, Родерик повернул голову.

Его звал молодой член гильдии. Родерик сошел с стремянки и поприветствовал своего гостя.

— Добрый день, Нянта-сан.

— Уже вечер, ня.

Родерик на мгновение задумался: (Еще должно быть утро ...)

— Ночь все равно наступит, даже если ты пропустишь обед, ня.

Нянта ответил на вопрос в сердце Родерика. Нянта с интересом осмотрелся вокруг, расчесывая усы, а затем ловко вынул из сумочки письмо для Родерика.

Прочитав письмо, Родерик забеспокоился.

Это было письмо от Сироэ из Лог Горизонта. Содержание было просьбой об исследовании и развитии мира, что соответствовало его ожиданиям. В последнее время их обмен письмами участился.

В этом альтернативном мире было бесчисленное множество растений и фауны, а также руд и минералов. Придумывать новые смеси и проверять их эффекты для создания новых предметов было невероятно увлекательно. Из материалов, необходимых для создания предметов из игровых меню в Элдер Тэйлс, они имели приблизительное представление об эффективности каждого ингредиента. Обладая такими знаниями, они смогли разработать новые интересные продукты.

Фирма Родерик была местом, где собирались фанатики исследований. Хотя они работали над разными аспектами, все члены гильдии были одинаково преданы своим отраслям.

То же самое было и с Родериком. Но погрузиться в радость исследований означало передать свои обязанности Совета за круглым столом другим мастерам гильдии и больше всего беспокоить Сироэ. Поэтому ему было трудно отклонить просьбу Сироэ.

А письма Сироэ обычно приносили пользу фирме Родерик. Родерик коммерциализирует наблюдения Сироэ и встречается с многообещающими гильдиями и авантюристами по запросу Сироэ. Он никогда не был в убытке, работая над запросами Сироэ.

Но письмо на этот раз было не таким ясным, как его предыдущая переписка.

В нем было всего несколько строк.

— Похоже, это так, ня.

— Вы знаете о содержании этого письма, Ньянта-сан?

— Нисколько.

Нянта пожал плечами ошеломленному Родерику. Нянта, очевидно, понятия не имел.

— ... Мне нужен каталог магических предметов, принадлежащих основным гильдиям, и я хотел бы изучить их эффекты. Вы сможете это организовать?

— Подождите, в любом случае ... Я не откажусь от этого запроса. Но для исследований мне понадобятся предметы уровня Призрачный и Секретный, это будет дорого. Поэтому он просит меня о помощи?

— В Лог Горизонте не так много сокровищ, ня.

— Должно быть у вас их совсем мало, верно?

— Ня-ха-ха. Многие члены нашей группы находятся в стадии развития, поэтому нам везде нужны деньги, ня.

Спокойный смех Ньянты показал твердую сторону взрослого. Его можно было описать только как джентльмена с его обычной аккуратной и стильной манерой поведения.

Родерик вздохнул, показывая свое согласие.

Поскольку Сироэ так сказал, этот эксперимент рано или поздно принесет им пользу. Хотя это исследование потребует большого бюджета, но это все еще была разумная сумма.

Задача исследования этих предметов определенно была наиболее подходящей для компании Фирмы Родерика. Большинство рецептов Ямато можно было найти здесь, и были фанатики, которых здесь больше интересовали исследования, чем еда.

— Есть несколько вопросов, по которым я хочу посоветоваться с вами. Присоединитесь ко мне на обед?

— Я уже сказал тебе, что вечер, ня.

— Тогда давайте перекусим раменом.

— Если ты настаиваешь, ня.

Родерик и его давний друг покинули исследовательскую лабораторию, в которой он находился несколько часов.

Пришла зима. Обед с горячим супом определенно будет восхитительным.

Часть 4.

Была холодная ночь.

Металлический ветерок, который был холоднее, чем вчера, пронесся по городу. Кёко громко чихнула и огляделась. Это было шумно и не вежливо.

Суджиро разочаровался бы в ней, если бы увидел это. Она продолжала тереть зудящий нос, думая об этом.

Авантюристам выше определенного уровня не стоит беспокоиться о прохладном ветерке зимой. Но они солгали бы, сказав, что не холодно. Благодаря визуальной и звуковой информации, говорящей им, что «этот холод невыносим», холод поражал их психику больше, чем тело.

Вот почему Кёко ускоряла темп и возвращалась в свой дом гильдии.

Вероятно, половина членов уже спала на мягких кроватях, закутавшись в тёплое одеяло.

Переговоры с торговым центром 8-го округа ... или, скорее, праздная беседа с ними заставили ее вернуться так поздно. Но в результате в «Сумке хранения» Кёко оказалось огромное количество вкусностей. Ей даже удалось достать 3 малосольных лосося. При этом некоторые из ее подруг обязательно пролили бы слезы счастья, ведь это был вкус их родного города.

(Если все пойдет хорошо, может быть, Суджиро-сама ...)

Кёко улыбнулась, фантазируя о Содзиро.

(Обед только для нас двоих, рисовые шарики с лососем внутри.)

— Суджиро-сама, у вас на лице рис!

— А? Где?

— На правой щеке.

— Здесь?

— Ты такой растяпа... Позволь я достану. Тогда бы она съела это. Фу-фу, что-то в этом роде.

Кёко покраснела, заходя в темный переулок.

На холодном зимнем ветру 12-камерный двигатель молодой девушки работал на полную мощность.

Атлетичная Кёко легко согрелась. Это было тело с хорошей скоростью обмена веществ. Если бы это была Ароматная Оливка, она бы уже потеряла сознание от кровотечения из носа.

— Ачжу!

Она ослабила бдительность, представив сцену за обедом. Юная девушка так громко чихала, что даже не волновалась об этом.

В средней и старшей школе ее много дразнили за ее чихание. «Почему ты ведешь себя как старик, Кёко!» Она могла вспомнить это даже сейчас, реплики своего одноклассника по кружку духовых инструментов. И этот мальчик ей тоже очень нравился. Как он посмел сравнивать девушку со стариком. Это действительно больно.

Она была девушкой, которая громко смеялась в классе, из-за чего не очень соответствовала образу девушки. Но он должен был выбрать что-нибудь другое, чтобы это прокомментировать. Например, «Я мельком увидел ваш великий талант грандиозного чиха». Нет, погоди, это еще больше возмутило бы.

Думая об этом, Кёко торопилась к дому гильдии.

Она просто заметила, что чихание в этом мире было таким же, как в старом мире. Хотя это было в пределах ожиданий, это все же показалось замечательным, когда она всесторонне обдумала это.

(Просто попасть в альтернативный мир уже невероятно.)

Она возразила сама себе.

Из-за всего этого чихания она была не в лучшей форме.

В холодном воздухе зашевелилось что-то зеленое и ледяное.

Ночной ветерок, пробивавшийся сквозь щели между заброшенными зданиями, заставлял деревья качаться. Когда она наконец заметила, перед Кёко в темноте стоял мужчина.

Ростом около 1,75 м, мужчина с длинными волосами. В черной майке без рукавов и в кожаных штанах. Его конечности были оснащены черной как смоль броней, придававшей ему странный силуэт, но этот уровень странности был обычным явлением среди искателей приключений Акибы.

Что заставило Кёко остановиться, так это безмолвный страх, который она чувствовала от него.

Холодок, пробежавший по ее спине, заставил Кёко остановиться и бессознательно отступить на шаг.

Недовольный созданным расстоянием, мужчина подошел к ней.

Бледный свет лампы «Жучки», установленной Советом Круглого стола, постепенно освещал человека, выходящего из темноты. На нем была черная маска размером с повязку на глаз, и в руке он держал зеленое лезвие, которое, казалось, втягивало свет из окружающей среды.

Глядя на клинок, который, казалось, поднимали веревки, тело Кёко отреагировало быстрее, чем ее разум.

Кёко была опытным Стражем 90-го уровня. Хотя она была известна как одна из девушек гарема Бригады Западного Ветра, она по-прежнему входила в пятерку лучших боевых гильдий Акибы.

Как капитан 2-го боевого отряда, Кёко была ветераном боя.

Но все это благодаря телу авантюриста Кёко.

Серебряная вспышка, казалось, прорезала всего в миллиметрах от ее глаза, заставив ее покрыться холодным потом. Первое, что она уловила, это грядущее за ней намерение убийства. Мужчина перед ней пытался убить Кёко. Следующим, что пришло ей в голову, был термин «ПК», от которого сразу же отказалась из-за действующей «городской зоны».

(Нет, убить кого-то в городской зоне невозможно.)

(Охранники телепортируются и остановят вас, если вы попытаетесь.)

Так что ей просто нужно было подождать, пока сюда не дойдут стражники.

Худшее, что могло случиться, - это смерть. Но даже если она умрет, она просто возродится в соборе. Это была привилегия авантюристов. Бояться было нечего. И не существовало существ, которые могли бы так легко отправить ее, игрока 90 уровня, в собор. У Стражей была самая высокая защита среди 12 классов. Хотя она не носила доспехов во время прогулки по улице, физическая защита ее тела все еще была эффективной. Нет проблем, она справится. Не нужно паниковать.

Кёко попыталась успокоиться.

Но ей это не удалось.

Мужчина атаковал так близко, что их губы почти соприкасались, улыбаясь с широко открытым ртом, позволяя ей заглянуть глубоко в его горло. На этом спокойствие Кёко рассеялось.

Слишком быстро. Даже ее динамическое зрение 90-го уровня не могло угнаться за ним. Нет, это была не скорость, а мастерство. Если она наблюдала внимательно, он извивался, как бесформенное существо, как игла, которая зашивала промежутки между вашими мыслями, мгновенно сокращая расстояние.

Она видела только первые несколько секунд удара его меча.

Кёко посмотрела на мужчину, держащего рукоять меча, выступающую из ее живота.

Ошибка.

Мужчина пронзил ее своим мечом.

Вместо крика это было похоже на то, что весь воздух из лёгких вырвало наружу. Кёко отпрыгнула.

Но мужчина с ухмылкой крутил меч, пронзив ее бедро, когда Кёко приземлилась.

Из-за плохих эффектов Кёко сильно истекала кровью. Кёко была словно раненый заяц, загнанный в угол. Она даже не могла нормально кричать, ее конечности онемели, как от лихорадки.

Но даже в этом случае Кёко ловко отбила несколько атак благодаря своему могущественному телу искателя приключений.

Кёко продолжала безуспешно кричать, пытаясь восстановить самообладание и понять, как выбраться из этого затруднительного положения.

Казалось, это было давно.

Очень долго.

Потрясенная страхом перед человеком, который любил вести бой, как ему заблагорассудится, Кёко потеряла счет времени. Ей казалось, что это продолжается слишком долго.

— Ах, ах. Ааа.

Когда он пронзил грудь Кёко, кроваво-красная пасть мужчины изогнулась в улыбке.

— Охранники не придут.

После осмысления этих слов разум Кёко был полон вопросов, гудящих, как фоновый шум. Это было против правил, раньше такого не было. Кёко махнула кулаком мужчине в ответ на это необоснованное заявление.

Из ее кулака выросло лезвие.

Это была довольно фарсовая сцена. Мужчина отскочил и остановил кулак Кёко своим пронзительным ударом. Это была скорость и техника, которые превзошли Кёко 90-го уровня.

Кёко продолжала сопротивляться, ударяя руками и ногами.

Хотя Кёко не обучалась боевым искусствам, тело Искателей приключений позволяло играть с медведем в бою. Ее атаки были поглощены мечом. Единственный клинок в правой руке мужчины, кажется, раскололся на тысячи копий, чтобы защищать его и резать Кёко.

Она не понимала.

Почему охранники не телепортировались сюда? Почему ПК разрешили в городе? Почему в Акибу проникло чудовище?

Кёко не могла даже мыслить логически, пока она боролась, движимая лихорадочным жаром. Этого человека можно было описать только как сумасшедшего. Мужчина со скользкой улыбкой, казалось, мучил или баловался, пронзая тело Кёко повсюду.

Поздняя ночная битва закончилась тишиной.

Ветер, дующий между зданиями, заглушил шум битвы.

Кёко упала с головой, полной вопросов. Острое лезвие мужчины пронзило ее шею, как он и планировал все это время. Когда свет исчез из ее поля зрения, Кёко увидела, как ее кровь, окрашивающая лезвие, кристаллизовалась на холоде и растворялась в воздухе.

Замерзшая кровь была похожа на лепестки цветка сакуры.

Раны на ее конечностях покрывали обморожения. На её глазах застыли слёзы, а конечности были сломаны и парализованы.

Кёко была отправлена в собор в соответствии с законами этого мира. Когда молодая девушка открыла глаза и подошла к дому гильдии, где ее ждали товарищи, было уже утро.

Итак, слухи об Убийце распространились по улицам Акибы вместе с пугающей зимней стужей.

Часть 5.

Ночью на улицах Акибы бродил убийца.

Весть облетела город быстрее ветра. В первую же ночь было 3 пострадавших, а во вторую ночь всего 1. На третью ночь перед Убийцей пала группа из 5 человек.

Поскольку ему проиграли и ветераны боевых гильдий, это доказывало, что боевые способности Убийцы превосходили способности Авантюриста 90-го уровня.

Первоначально считалось, что инцидент можно легко решить.

Во-первых, в этом мире Элдер Тэйла число было эквивалентно силе. Даже если бы Убийца был сильнее, чем, скажем, 3 человека, можно было бы использовать партийную систему, чтобы сформировать группу из 6 человек, для того, чтобы убить его, если в этом возникнет необходимость.

Была еще одна уникальная особенность этого мира. Хотя все жертвы погибли от рук Убийцы, они все еще были «живы». Когда авантюристы умирали, они возрождались в соборе. Так что свидетельских показаний и сведений об убийце было предостаточно.

Энбарт Неллес.

Никакой гильдии.

94 уровень, Самурай.

Голова с темно-синими длинными волосами, маска, закрывающая оба глаза. Металлическая броня, покрывающая его конечности.

С этими характеристиками расследование должно было быть простым. Инциденты произошли поздно ночью, но его поиски могли вестись и днем. Бригада Западного Ветра и Честность, которые понесли потери, вели поиск виновного.

Но после недели поисков убийцу так и не нашли, а количество убитых продолжало расти.

Авантюристы, убивающие авантюристов, были известны как ПК (Убийцы игроков). Это был один из способов ведения игры, но он был ограничен определенными зонами, окружающими Акибу, и соблюдался Советом Круглого стола.

Начнем с того, что городская зона Акиба охранялась.

Если происходили какие-либо инциденты с применением насилия, в караульном помещении срабатывала магическая тревога. Местные, одетые в специальные доспехи - охранники, выходили на место происшествия, чтобы задержать виновных. Уже на этом моменте можно было сказать, что происходит что-то странное.

Совет Круглого стола уже опросил охранников в караульном помещении во время их расследования. Результат показал, что охранники не обнаружили ничего плохого, когда происходили инциденты. С точки зрения игровой системы Элдер Тэйлс было решено, что ПК не было.

Весть об убийце распространилась по Акибе со скоростью лесного пожара.

Но это было не из-за страха перед случившимся.

Это был интерес как к паранормальному явлению.

Смерть не была опасным делом для Авантюристов.

Это лишь форма наказания, которая заключается в потере воспоминания о старом мире. Этот факт постепенно стал известен общественности по решению Совета круглого стола. Несмотря на это, большая часть населения была очень обеспокоена риском потери памяти. Это отразилось на увеличении числа авантюристов, занимающихся ремеслами в городе.

Но большинство горожан отнеслись к этой новости спокойно.

Это произошло потому, что авантюристы, которые умерли десятки раз, прокомментировали: «Потеря памяти вообще не проблема». И они продолжали нормально функционировать в городе, как обычно.

В любом случае, тот факт, что Авантюристам нужно было продолжать жить в этом мире, был неизбежен.

Даже если они упадут перед Убийцей, они не потеряют слишком много.

Другое дело, что они очень доверяли Совету Круглого стола, хотя на самом деле мало кто сказал бы об этом вслух.

Руководящий орган Акибы, Совет круглого стола, который был сформирован менее чем через месяц после Катастрофы, добился как материальных, так и нематериальных результатов. Авантюристы могли происходить из разных слоев общества в старом мире, но у них был общий опыт в этом новом. Их представители, которые откликнулись на зов долга и смогли провести такое масштабное мероприятие, как Фестиваль Весов, были гордостью жителей Акибы.

Сам термин «убийца» показал, насколько странным был этот случай.

Непостижимое происшествие, выходящее за рамки игрового сеттинга, демон, который ударил как катастрофа ... не причинил слишком большого ущерба. Это вселяло страх в сердца людей, но воспринималось, по большей части, как паранормальное явление. В конце концов его поймают, так думали горожане.

После Катастрофы произошло много странных инцидентов, и каждый день появлялись новые сообщения. Акиба, крупнейший город искателей приключений на сервере Ямато, собирал все новости региона. Здесь собраны загадочные вещи, в меру интересные события, ужасающие происшествия, тревожные события и все виды новостей.

Конечно, убийца не был пустяком, но сейчас перед Акибой стояли более насущные проблемы.

Самыми большими новостями сейчас были «набег на Семь водопадов» и «рост гигантской гильдии в Минами».

Отряд экспедиции Акибы, победивший в битве при Песчаном Листе, наконец, начал свое вторжение в Цитадель Семи Падений. Король гоблинов, коронованный в квесте «Возвращение короля гоблинов», корректировал свою силу в соответствии с активностью искателей приключений. После того, как Авантюристы проигнорировали его после хаоса Катастрофы, Король гоблинов стал самым сильным рейдовым боссом в истории этого квеста. Он даже послал армию, чтобы попытаться завоевать Песчаный Лист.

Каким бы сложным ни был квест, они были просто гоблинами. Согласно настройкам игры, они не представляли угрозы.

Но все же оставалась возможность, что знания об игре не будут полностью адаптированы к этому миру после Катастрофы. Даже если авантюристы не видели в гоблинах угрозы, гоблины могли быть смертельными для Людей Земли.

Это была причина, по которой Совет Круглого стола послал элитную армию, чтобы подчинить Короля гоблинов.

Армия из 450 человек во главе с главнокомандующим Красти.

Решение отправить армию заключалось в том, чтобы совершить набег на гоблинов, а также принести мир на северо-восток страны. В то же время эта экспедиция также была частью переговоров с Лигой свободных городов Востока.

Красти и Иссак, герои Акибы, выходят на поле боя, а Чарасин и Аканейя поддерживают их сзади.

Существенно возросла нагрузка на других членов Совета круглого стола. Ходили слухи, что они проводили свои дни в здании гильдии или в своих залах гильдии, погрузившись в работу.

Новости о нападении на Цитадель Семи падений были одним из заголовков, привлекших внимание горожан.

Армия из 450 человек уже выступила, и люди верили, что вернутся победителями. Но линии снабжения и внутренняя поддержка также имеют решающее значение, поэтому они должны быть готовы предоставить им помощь. К этому нужно было быть готовым, и игнорировать это нельзя.

Другой важной новостью стал рост Плэнт Хвайден, который доминировал на западе.

Большинство авантюристов испытывали сложные чувства по поводу города Минами.

Для игроков Ямато, выходцев из Японии, руководство в Минами было похоже на диктатуру.

Для такой игры, как Элдер Тэйлс, сосуществование бесчисленных гильдий было естественным. Хаос в Акибе, переросший в конфликты между гильдиями, был естественным процессом.

Было сложно объединить все гильдии за такой короткий промежуток времени.

Но было трудно указать, что не так в этой системе. Было слишком рано говорить, что что-то не так только потому, что это была диктатура. Судя по новостям, пришедшим из Минами, драки между Авантюристами утихали. Они собирались сделать это иначе, чем в Акибе, но казалось, что Искатели приключений жили вместе в мире и согласии.

Для искателей приключений, играющих на одном сервере Ямато, неудивительно, что старые друзья или товарищи живут отдельно в Акибе или Минами. Рассказы о приключенцах в Минами, приглашающих друзей из Акибы переехать, или об игроках в Акибе, просящих товарищей из Минами переехать сюда, были обычным явлением.

В конце концов, японцам было трудно говорить о политике в своей повседневной жизни.

С разницей в Акибе и Минами, вы можете понять новости, имея только общие знания и небольшую предысторию. Но было неловко поднимать эту тему в качестве разговорной темы, о которой знали все авантюристы.

Если говорить о разнице в численности населения, то у Акибы было больше граждан. Но авантюристов в Плэнт Хвайден было вдвое больше, чем у самой большой гильдии Акибы, Океанической системы.

Люди знали, что эта ситуация вызовет волну в будущем, но не хотели говорить об этом, создавая неловкую атмосферу.

День за днём это было объектом разговоров в Акибе. Вот почему горожане не особо задумывались об убийце, хотя знали о нем.

Убийца не появлялся на 4-й и 5-й день, но патрульная команда Честности была уничтожена на шестой день.

Совет круглого стола неуклонно повышал уровень готовности. Хотя комендантский час не был установлен, горожанам напомнили, чтобы они не выходили на улицу ночью. Было бы неплохо, если бы жертвами были только Авантюристы, но было бы очень плохо, если бы погиб кто-нибудь из Местных.

В то время ни один Искатель приключений не понимал, что значило появление Убийцы в большом масштабе.

Мумё (無明, букв. "Отсутствие света", в народе известное как "Авидья" и определяемое как "Незнание (буддийских учений)").

Часть 1.

- Ну что, может, сдашься? Давай, давай. Просто сдайся и позволь мне позаботиться о тебе. Я не буду делать ничего плохого.

- Мари. Ты говоришь как развратный мужчина средних лет.

- Ах, ах-вах-вах!

Акацуки сидела на краю дивана и смотрела на хаос, царящий в центре комнаты.

Обои в этой красивой комнате для гостей были совершенно новыми - нежного бледно-розового оттенка. Декор и обстановка комнаты были наполнены женственной элегантностью. Все это вместе с вошедшими в комнату женщинами придавало обстановке светлый и радостный вид.

Лайнезия, хозяйка комнаты, улыбалась с таким же невозмутимым спокойствием, как и всегда, но в её улыбке сквозил тонкий намек на замешательство. Что ж, этого следовало ожидать.

Наряд, который Мариэлль пыталась надеть на себя, люди называли "униформой медсестры".

Даже Акацуки считала это слишком смелым.

- Эта одежда слишком... э-эм... мала для меня...

Лайнезия покачала головой, слегка подрагивая, что сделало её похожей на кролика, но, подумала Акацуки, это была неправильная реакция. Конечно: "Не волнуйтесь! Наши швеи сшили его на заказ, и он как раз вашего размера!" заявила Мариэлль, поймав ее.

Отказ таким окольным путем не сработал с Мариэлль. На Генриетту... наверное, тоже не подействует, подумала Акацуки. Она снова покачала головой.

- Эм, вот так? Вот так, да?

- Нет, не так. Иек!

- Мари... Правда, не стоит так использовать свои руки...

- Ах-вах-вах!

Серара же была взволнована. Но даже если она колебалась, когда Мариэлль говорила ей что-то вроде: "Подай мне повязку", она послушно выполняла команду, ясно демонстрируя иерархию внутри Альянса Полумесяца.

- Вы не собираетесь её спасать?

Авантюристка, сидевшая напротив Акацуки и изящно державшая чашку с чаем, была женщиной по имени Ризэ. Девушка из высшего класса с шафрановыми светлыми волосами, она была колдуньей, связанной с D.D.D. Это была стройная, красивая девушка, и Акацуки слышал, что она была капитаном учебного подразделения.

В ответ на вопрос Ризэ Акацуки слегка покачала головой.

Ассасин была хорошо знаком с подобными ситуациями. Ведь совсем недавно она была в той же ситуации, что и Лайнезия сейчас. Хотя главным агрессором в тот момент была Генриетта, а не Мариэлль, она в общих чертах пережила саму ситуацию.

Она прекрасно понимала, что если сейчас по глупости попытаться спасти, то это приведет к вторичной катастрофе, вернее, к удвоению числа жертв. Как и все остальные, Акацуки ценила свою жизнь.

Короче говоря, в настоящее время эта комната превратилась в костюмерную, спонсируемую Альянсом Полумесяца.

- Понятно.

Особо не упрекая её за это, Ризэ опустила взгляд на свой чай.

Акацуки взяла с тарелки булочку с бобовым джемом и откусил маленький кусочек. Она была сладкой и вкусной. Одно из преимуществ этой миссии.

Странно было называть это хаотичное чаепитие миссией, но Акацуки думала именно так.

В любом случае, она была здесь, потому что Широэ попросил её прийти. Может быть, это была и небольшая просьба, но для Акацуки это была явная связь с Широэ. Прошел уже месяц, но Акацуки всё равно продолжала посещать это чаепитие.

Поначалу Акацуки была одна.

Она пила чай в неловком молчании, под пристальным взглядом Лайнезии, и через пятнадцать минут уходила. Через неделю к ней присоединилась Мариэлль. Иногда Мариэлль приходила сама, а иногда, как сегодня, приводила друзей из Альянса Полумесяца. После этого, начиная с Ризе, которая пила чай перед ней, стали приходить женщины из нескольких гильдий.

Честно говоря, это задание не вызвало у неё особого энтузиазма.

Она уже привыкла к Мариэлль, Генриетте, Сераре и другим женщинам из Альянса Полумесяца, но присутствие членов других гильдий утомляло. Она не умела разговаривать с незнакомыми людьми. Она не могла нормально говорить, и Акацуки подумала, что люди, с которыми она общается, тоже, должно быть, чувствуют себя подавленными.

Неожиданно для всех, кроме членов Альянса Полумесяца, первым человеком, с которым ей удалось поговорить, оказалась Лайнезия.

Всего на чаепитие заглянуло, наверное, около пятнадцати Авантюристок. Мариэлль посещала мероприятие довольно часто, но даже тогда это было всего два-три раза в неделю. Каждый из других участников принадлежал к своим собственным гильдиям и имел различные обязанности.

Акацуки была единственной, кто посещал мероприятие каждый день... Хотя это было связано с тем, что она хотела как можно лучше выполнить обещание, данное Широэ.

- Ну, черт возьми! Какая красивая кожа. Вот это принцесса, что надо.

- М-Мисс Акацуки. Эм, п-помогите.

- Ах-вах-вах-вах...

- Нет, нет. Говорю тебе, я не буду обращаться с тобой грубо!

Но это было потому, что они продолжали встречаться, а не потому, что стали друзьями или что-то в этом роде. Она стала способна вести с ней светскую беседу, вот и всё.

...И поэтому было неприятно, когда к ней обращались за помощью. Ведь ещё совсем недавно она сама была жертвой. Она прижалась к земле, думая, что если сделать себя маленькой и сидеть, то буря пройдет стороной. Впрочем, возможно, это придавало ей смешной вид: Она поймала взгляд Генриетты.

- Акацуки, дорогая. ♪ Почему ты прячешься?

- !

Акацуки вздрогнула, отрицая это, а Генриетта радостно рассмеялась. Однако на сегодня она, похоже, отказалась от преследования.

Выглядя измученной, Лайнезия примостилась рядом с Акацуки. Даже после того, как с ней столько возились, она сидела изящно, аккуратно сложив колени. Выражение её лица тоже было таким же, как всегда, но опущенный взгляд казался усталым.

Акацуки налила чай и в чашку Лайнезии.

Она прекрасно понимала эту усталость.

Главная нарушительница, Мариэлль, рылась в своей Волшебной Сумке, доставая новые наряды и выстраивая их в ряд. Серара была вынуждена помогать.

Настораживает, что в параде нарядов стали появляться купальники и тому подобные вещи... И это несмотря на то, что была зима. Ей стало жаль Лайнезию.

Лайнезия была по-настоящему красивой девушкой. Её тонкая шея была изящной, а сама она, видимо, была тонкокостной: Линия плеч мягко поката, лицо маленькое, а длинные серебряные волосы блестели, как шелковые нити. Она была тихой и скромной, на её лице всегда сияла улыбка, и она никогда не повышала голос в гневе. Она была настоящей представительницей высшего класса.

«О, но она же принцесса. Разве это не отличается от юной леди из высшего класса?»

Так думала Акацуки, но она удовлетворилась мыслью, что "принцесса" в данном случае - это как бы более высокий класс для "юной леди", так что это скорее как бы повышение класса.

Первая встреча Акацуки и Лайнезии была варварской.

В тот день, когда они решили отправиться в Зантлиф, по указанию Широэ она помогла Лайнезии переодеться. -Вернее, она раздела её и заставила переодеться. Это была их первая встреча. Акацуки подумала, что Лайнезия, должно быть, считает её очень жестоким человеком. Сразу после начала чаепитий Лайнезия её побаивалась, да и сейчас иногда нервничает рядом с ней.

Однако и в этом случае она не стала её избегать и обратила внимание на то, что сказал Акацуки.

Видно было, что она тщательно обдумывала каждую тему и отвечала так вдумчиво, как только могла, что это заставляло задуматься: «Так вот какая она, воспитанная принцесса.» В целом, она была приятным компаньоном, и благодаря своей хорошей памяти, после разговора с ней на определенную тему, она её понимала. Акацуки думала, что понимает, почему она популярна.

- Авантюристы вообще способны носить такие наряды с пользой?

Лайнезия заговорила с недоумением. Это был костюм медсестры. С мини-юбкой, не меньше. Лайнезия тоже не была высокой, но баланс между головой и телом был хорошим, а бюст красиво изгибался, так что ей это шло. Акацуки покачала головой, чувствуя себя довольно неловко. Как ни посмотри, лишь немногие Авантюристы носили подобную одежду ежедневно. (То, что их было немного, объясняется влиянием игровой культуры Elder Tale).

Увидев такой ответ, Лайнезия выглядела еще более удрученной.

Она была красивой девушкой, которая выглядела как идеальная картинка, что бы она ни делала, так что даже в депрессии она была очаровательна. Акацуки почувствовал себя еще более странно.

«Если бы я тоже была такой, может быть, отношения с моим господином были бы... немного другими?»

Так она думала.

Однако, с другой стороны, Лайнезия не обладала ни телом авантюриста, ни способностями ассасина. Она не смогла бы оставаться рядом с Широэ и охранять его. «Мне бы это не понравилось,» подумала Акацуки. Это было лишним. Она знала это. Однако остановить кровь, сочившуюся из раны в сердце, было невозможно.

- ...Да... Да. Это наряд медсестры... Пардон? Да. Наряд медсестры. Иными словами, форма, которую носят девушки, занимающиеся медицинским обслуживанием... Хмм.

Ризе неожиданно начала бормотать.

Телечат.

Лайнезия выглядела пустой, а Акацуки начала чувствовать себя неловко.

- Нет, ничего подобного. Она на пятнадцать сантиметров выше её колен, если вы можете в это поверить.

Видимо, Лайнезия тоже заметила её взгляд: она отчаянно пыталась натянуть подол медсестринского костюма на колени. Однако ткань не была эластичной, и она не скрывала её ноги. На самом деле, когда ткань была натянута, она только подчеркивала линии стройного тела Лайнезии.

Эм... - Лайнезия в растерянности обратилась за помощью к Акацуки с глазами, которые говорили: «Пожалуйста, сделайте что-нибудь.» Впрочем, Акацуки тоже не привыкла к подобным ситуациям. Ризэ была правильной и леди, но иногда без предупреждения становилась озорной. - Хррн, - тихо пробурчала Акацуки, укоризненно глядя на Ризэ.

Легкий, приятный смех, прижав одну руку к уху, Ризэ притворилась невинной: «Я просто шучу. Это не настоящий телечат.» Какой ужасный вкус. Лайнезия тоже смотрела на Ризэ сквозь ресницы.

Тем не менее, Ризэ слегка поклонилась Лайнезии.

- Приношу свои извинения. Я была немного завистлива.

- Что...?

- Милорд влюблён в вас, принцесса Лайнезия. Настолько, что, когда меня посылают играть - то есть, охранять вас, - меня на день освобождают от тренировок.

Тяжелая боль.

Вероятно, это было правда.

Акацуки и Мариэлль обсуждали это, и их вывод тоже был таким.

Несомненно, принцессу Народа Земли нужно было охранять. Это было вполне логично. Как показал инцидент с Фестивалем Весов, на Акибу пыталась напасть некая сила, и было ясно, что для нанесения ущерба городу эта сила без колебаний привлечет Людей Земли.

В худшем случае, даже если Авантюристы погибали, они могли возродиться в Храме, но для Людей Земли такой возможности не было. Не говоря уже о том, что если Лайнезия лишится жизни сейчас, то неминуемо возникнут большие проблемы. Например, их отношения с герцогом Сергиадом - дедом Лайнезии в городе Майхама и главным лордом Истала - испортятся, а в худшем случае и вовсе прервутся.

Естественно, принцесса Лайнезия находилась под надежной охраной рыцарей Народа Земли, присланных из города Майхама. Однако Люди Земли были Людьми Земли, и их уровень составлял около 30. Если бы Авантюристы всерьёз попытался убить принцессу Лайнезию, то им было бы трудно охранять её.

Конечно, в городе Акиба имелась система охраны и барьер, который выявлял акты насилия. Однако это была функция, предназначенная для захвата или подчинения тех, кто совершил насильственные действия, и, хотя она могла поймать преступника, если Лайнезия умрёт, у неё не было функции, которая могла бы воскресить её.

Акацуки подумала, что Широэ попросил её выполнить эту работу, потому что предвидел такие обстоятельства. Мариэлль также сказала, что её случайно просили о помощи. Теперь, когда Широэ не мог сделать ни шагу, Акацуки оставалось только использовать все свои силы, чтобы выполнить его просьбу.

Однако, когда она услышала, как точно такие же обстоятельства прозвучали из уст элегантной девушки, принадлежавшей D.D.D., они принесли с собой боль.

Она перестала смотреть прямо на Лайнезию, о которой беспокоился Широэ.

Даже Акацуки не знала, когда она стала такой слабой.

«Это не я. Я не такая.»

«Я знаю, что я не была такой.»

Ей было приятно, что Широэ рассчитывает на неё.

Тем не менее, она сравнивала себя с Лайнезией и другими женщинами, окружавшими её.

Она хотела стать сильнее. Она хотела выполнить просьбу Широэ.

Она делала все возможное, чтобы сделать и то, и другое. Но, несмотря на это, мир Акацуки почему-то всегда оставался темным и тесным. Это причиняло ей боль.

Окруженная ярким смехом, Акацуки была совершенно одна.

Часть 2.

Закат зимой наступал рано, и к тому времени, когда они покидали поместье, даже послеполуденный свет уже совсем потускнел.

Генриетта считала, что ночи в Акибе прекрасны. По сравнению со старым миром, с её родным городом Токио, они были мрачными, но по сравнению с кромешной тьмой глубокой ночи в этом мире они казались достаточно ослепительными.

Лес зданий, окрашенных в темные тона, возвышался в индиго ночи. Под ним раскинулись пологи древних вечнозеленых деревьев. Сцену мягко освещали развешанные тут и там магические светильники. Генриетта считала, что эти причудливые огоньки гораздо мягче, чем яркие неоновые вывески, и гораздо предпочтительнее.

- В наши дни сумерки наступают рано, не так ли?

- Это действительно так.

Генриетта согласилась с блондинкой, которая шла рядом с ней.

Её спутница достала из своей волшебной сумки объемный кашне(1) и обернула его вокруг шеи. Судя по тому, как лишние концы свисали вниз по спине, он, похоже, был сделан для мужчины. - Что это вообще такое? Его трудно носить. Да и громоздкий. - Девушка выглядела в этом наряде просто очаровательно: она ворчала, а Генриетта поправляла на ней кашне.

(1) Кашне́ - шейный платок или шарф, которым укрывают шею и нижнюю часть лица, включая нос, в холодную или сырую ветреную погоду.

Зарывшись нижней половиной лица в шарф, Ризэ ответила на помощь, - Большое спасибо. - Вполне возможно, что она была смущена; она отводила глаза, когда говорила.

- Нет, нет, это пустяки. - Генриетта ответила, хихикая.

Внешне её новая, более молодая подруга выглядела безупречной, правильной девушкой, и, вероятно, сама девушка хотела придерживаться этого образа, но её истинное лицо проявлялось то тут, то там, и это было очень мило. Возможно, она была моложе, чем выглядела.

- Тебе не нужно так много работать. Ты и так достаточно леди.

- Пардон?

Она улыбнулась Ризэ, которая обернулась, чтобы посмотреть на неё, и толкнула её плечом.

- Ладно, пошли. Если мы не поторопимся, они закроют прямо перед нами.

- Правда.

Таким образом, они вдвоем отправились на центральную аллею.

Генриетта была членом Альянса Полумесяца, а Ризэ принадлежал к D.D.D. Тем не менее, хотя их гильдии были разными, не было ничего необычного в том, чтобы они возвращались домой вместе с чаепития в Поместье Водяного Клёна. Мариэлль и Серара вернулись в гильдию чуть раньше, чтобы помочь с приготовлением ужина, а Генриетта и Ризэ планировали сделать небольшой крюк и купить несколько гарниров.

Возможность каждый день наслаждаться вкусной едой была для Авантюристов счастьем, которое они заново открыли для себя после Катастрофы, но в то же время она была и некоторым бременем. Для того чтобы приготовить еду, похожую по вкусу на что-либо, требовался подкласс Шеф-повар, и, насколько знала Генриетта, такие игроки составляли лишь небольшой процент населения.

После создания Совета Круглого Стола игроки перешли на другие подклассы, и этот процент вырос. Однако нередко в небольших гильдиях, состоящих из десяти и менее человек, среди членов не было ни одного повара. Естественно, что в огромных гильдиях, насчитывающих несколько сотен членов, можно было встретить поваров, но готовить еду для нескольких сотен человек каждый день было большой нагрузкой.

В настоящее время эти обстоятельства компенсируются столовой и едой на вынос, приготовленной Людьми Земли.

- Что вы хотите купить, мисс Генриетта?

- Жареный цыпленок, наверное. Мари ныла, что хочет немного.

Они дошли до торгового киоска с продуктами и, переговариваясь, стали делать покупки. Продавцы Народа Земли тоже были в этом деле опытными специалистами. Время поджимало, они готовились к закрытию своих ларьков и повышали голос, пытаясь распродать оставшиеся за день товары.

- Жареный цыпленок? Вы сказали жареный цыпленок, мисс? Купите мой! Он с чесночным вкусом, и он ваш за три золотых монеты за килограмм!

Генриетта, не жалея денег, приобрела три килограмма этого товара.

В Альянсе Полумесяца было сорок голодных Авантюристов, и такое количество не считалось большим. Они расправились бы с ним в мгновение ока.

Рядом с ней Ризэ покупала киши с лесными орехами. D.D.D. - крупная гильдия с собственным кулинарным подразделением, так что, скорее всего, это был подарок или закуска.

В торговом центре было довольно многолюдно.

Чтобы пробиться через толпу Авантюристов, пришедших за покупками, Генриетте и Ризэ приходилось внимательно следить за окружающей обстановкой. В частности, вернувшиеся из порабощения группы носили прочные доспехи и длинные посохи, поэтому они занимали больше места, чем жители старого мира.

К тому времени, когда они закончили покупать понравившиеся товары и дошли до выхода из торгового центра, впечатления Генриетты от чаепития померкли. Просто ходить по торговому центру было утомительно, и все её мысли были сосредоточены на предстоящей трапезе в зале гильдии.

Поэтому, когда Ризэ случайно пробормотала, - Акацуки выглядит так, будто она страдает, - эти слова испугали её. Впрочем, в последнее время Генриетту это тоже беспокоило.

- Вам она тоже кажется такой?

- Да, это так.

В последнее время Акацуки выглядела угрюмой. Она всегда была довольно застенчивой и сдержанной, и не была из тех, кто активно общается с другими людьми. Поскольку на первый взгляд все было в порядке, большинство людей, скорее всего, ничего не заметили бы, но Генриетта знала. В конце концов, она наблюдала за Акацуки ещё со времен Катастрофы.

Однако то, что Ризэ тоже заметила это, показалось ей несколько неожиданным. Она стала часто встречаться с Акацуки только после того, как начала посещать чаепития в поместье Лайнезии. Другими словами, прошло всего две недели или около того.

Мнение Генриетты о Ризэ несколько улучшилось.

- У Акацуки в этом больше опыта, чем у меня, не так ли?

Когда Ризэ сказала "больше опыта", она имела в виду возраст или игровой опыт? Генриетта не знала и неуверенно кивнула.

- Я-я тоже не знаю. Я слышал, что она очень опытный ассасин. Собственно говоря, я так и думал.

Когда они вышли из торгового центра и пошли по усаженной зеленью дороге в сторону центра гильдий, Ризэ продолжал что-то бормотать. В холодном зимнем воздухе белое дыхание девушки, казалось, обволакивало её слова.

- Кажется, однажды она пришла посмотреть, как D.D.D. тренируется. Вернее, я не уверена, что это было только один раз. Я хочу сказать, что лично я её однажды заметила. Она наблюдала за нашей тренировкой более четырёх часов.

- Она что...?

Это был единственный ответ, который Генриетта могла дать.

По косвенным признакам она уловила, что Акацуки переживает. Однако, что чувствовала эта девочка за те несколько часов, которые она провела, наблюдая за тренировками боевой гильдии высшего класса? Генриетта могла представить, что боль, вероятно, заставила её грудь застонать, но она не могла сказать, что понимает саму боль.

Генриетта была обычным Авантюристом, никогда не участвовавшим в рейдах. Если отбросить этот мир, то, когда Elder Tales была игрой, она никогда не входила в число первоклассных Авантюристов, чьи имена значились в рейтингах.

- Сначала мы подумали, что она хочет вступить в гильдию. Для меня это звучит как хвастовство, но мы не так уж и плохи. Когда дело доходит до сложных рейдов, у нас лучшие условия в Акибе - во всяком случае, мы старательно работаем, чтобы сделать их таковыми... Хотя наш персонал состоит из одних идиотов. Поскольку они дебилы, то, когда дело доходит до боя, они совсем как дети. Нет, они и есть дети. Больше, чем дети. Убер-дети.(2) Это дети с высоким уровнем обслуживания, и они отправляются в рейды, как американцы на барбекю... И вот мы подумали, что она хочет присоединиться.

(2) Убер-дети - если что тут пишется “Über-children.”

- Я сомневаюсь, что это так.

- В-вы правы. Мы поняли это почти сразу.

Когда Генриетта указала на это, Ризэ кивнула, не отрывая взгляда от земли.

- Мы сообщили об этом Милорду, чтобы подстраховаться. Некоторые думали, что она может быть шпионкой. Но он ответил, - Оставьте её. - Он сказал, чтобы она наблюдала без ограничений.

Некоторое время продолжался звук ботинок, ступающих по влажным опавшим листьям.

- Видимо, это очень расстроило наших гордых и ребячливых членов. Вряд ли у него были какие-то опасения на этот счет, но позже Милорд дал мне особое задание...

Выражение лица красивой блондинки было смущенным, но в то же время каким-то гордым. При виде этого Генриетта смущенно вздохнула. Не является ли наличие чувств к Красти почти актом варварства? Когда она вспомнила того здоровяка, который с невозмутимым видом разбрасывался необоснованными требованиями, она не могла не проникнуться к нему симпатией.

Однако она напомнила себе, что Акакцуки, которая влюбилась в Широэ, не отличалась.

Для сравнения, у самой Генриетты все было вполне спокойно.

Правда, когда она думала о Широэ, то испытывала слабую, приятную боль, но эта эмоция была вполне в пределах допустимого. В этом мире, где не так много развлечений, возможность наблюдать за близостью Широэ и Акацуки - или Широэ и Минори - и ощущать боль в груди была сродни подтверждению собственного счастья.

Тихая, безответная любовь с безопасного расстояния. Раз уж её это устраивало, было бы дерзостью с её стороны испытывать возмущение по поводу Ризэ и Акацуки.

- По словам Красти... То есть, господин Красти, он в каком-то долгу перед Широэ. Вот почему он разрешил Акацуки наблюдать без ограничений. Он также сказал, чтобы её приютили, если что-то случится. Нам не разрешается проявлять агрессивную доброту по отношению к ней или вербовать её, но...

Не обращая внимания на мысли Генриетты, Ризэ замолчала.

- Так вот как это было...?

Генриетта подумала, что такое может случиться.

Даже Широэ, вероятно, не знал о заботливости Красти.

Мужчины, казалось, были довольно утомительными, или, скорее, избегающими прямолинейности. Если бы он собирался быть внимательным, почему бы он просто не поговорил с ней и не выслушал то, что она хотела сказать? Однако, учитывая текущее положение Акакцуки, она думала, что разговор с ней мог бы только смутить ассасина.

«В любом случае, я думаю, что дорогая Акацуки хочет... наверное, уверенности.»

Это было сложно.

Для определенного типа людей его наличие было естественным, и они никогда не задумывались о том, как его приобрести.

Мариэлль была такой же. Подобно золотому подсолнуху, добрая подруга Генриетты озаряла окружающее пространство безграничным светом. Генриетте не хватало уверенности, чтобы так улыбаться. Она подумала, что у неё, наверное, никогда не хватит уверенности в себе, чтобы так обнять окружающих, пока она жива.

Это было нечто уникальное для Мариэлль, чего не было у большинства людей, включая Генриетту.

С другой стороны, Генриетта знала, что есть люди, которые никогда не смогут обрести ничего похожего на уверенность в себе, что бы они ни делали и как бы ни боролись. Для таких людей время, проведенное в жизни, вероятно, было страшной пыткой. Генриетта видела людей с испуганными, покорными глазами. К тому времени, когда вы достаточно повзрослели, чтобы закончить колледж, вы уже встречали несколько таких людей. Где бы они ни находились, такой человек либо устал и боится не вписаться в общество, либо агрессивно угрожает окружающим.

Рассматривая себя, Генриетта решила, что, скорее всего, она находится где-то посередине.

Она не могла обладать непоколебимой уверенностью, той уверенностью, которая позволяла ей верить, что она никогда не потеряет то, что ей дорого. Однако в результате упорного труда и опыта она могла предвидеть, что ей удастся сделать.

Например, ей, вероятно, удастся сохранить хорошие отношения с горсткой друзей.

Она сможет выполнять свою работу настолько хорошо, что это не создаст проблем для компании.

Замужество... Теперь, когда поднялась такая шумиха и браки по расчету перестали быть возможными, она, честно говоря, не думала, что у нее это получится, но даже в этом случае, если она будет работать бухгалтером в своей гильдии и при этом подглядывать за романами своих друзей, её ждет удивительно приятное будущее.

Вряд ли ей суждено сыграть героическую роль в их стремлении вернуться в старый мир, но она могла использовать полученные знания для защиты младших членов группы.

Именно так Генриетта представляла себя.

Она не могла делать то, что не могла, но могла делать то, что могла.

Ничего особенного: обычный вывод, сделанный обычным человеком.

- Вполне естественно иметь желания, которые не сбываются, - пробормотала Ризэ, наполовину спрятав лицо в кашне из мужской одежды.

Да, это было вполне естественно.

Для обычных людей это было слишком обыденно.

Для большинства людей жить - значит привыкать к тому, что ты не можешь иметь то, что хочешь.

Генриетта уже полностью привыкла к этому. Ризэ, вероятно, тоже.

Но это не значит, что боль ушла.

Вероятно, не обойтись без привыкания к отсутствию вещей. Тем не менее, это не то же самое, что привыкнуть к боли, связанной с невозможностью их иметь. Это был стазис. Если к нему не привыкнуть, то жить невозможно, а если привыкнуть слишком сильно, то можно и умереть.

Для Генриетты в Акацуки было что-то ослепительное.

У этой неловкой девушки была легко ранимая слабость, которую Генриетта заглушила в себе под предлогом роста. Это может быть слабым местом, но в то же время и преимуществом.

В то же время она знала, что эта нежность причиняет Акацуки боль.

Генриетта любила Акацуки и не хотела, чтобы та испытывала эти муки.

Однако, по её мнению, помочь в этом случае будет невозможно.

Она не знала, как ей помочь, и в любом случае, казалось, что это не то, в чем могут помочь другие люди... К тому же, оглядываясь на себя, она не понимала, как стала такой, какой была сейчас.

- Похоже, что всё, что мы можем сделать, - это просто быть с ней.

- ...Вы правы.

Ризэ, вероятно, тоже это понимала. Поэтому её ответ был коротким.

«Вот же слепой Куроэ(3)!»

(3) Я решил это перевести так, но может иметься в виду что-то другое. В анлейте его назвали “pitch-black Master Kuroe”.

Генриетта тяжело вздохнула, стараясь, чтобы Ризэ этого не заметил.

Этот молодой человек был слишком умён, но его ближайшее доверенное лицо попало в беду, и что он делал? Она думала, что Широэ обладает проницательностью, чтобы видеть всё насквозь, но, видимо, он был слеп, когда дело доходило до такой ситуации.

«А может быть, дело не в том, что у него хорошие глаза. Может быть, он просто носит телескоп, который не может снять».

Подумав, что это просто невежливо, Генриетта язвительно улыбнулась.

Она хотела быть достаточно доброй к Акацуки, чтобы загладить свою вину. Завтра она принесет одежду и для Акацуки и устроит день нарядов. Как только ей пришла в голову эта идея, настроение Генриетты мгновенно улучшилось. Составляя список одежды, которую она мысленно доставала, она оправдывала себя, думая: «Я имею в виду, я люблю его. Конечно, я от него без ума. Но. Это ради Акацуки.»

Ночь цвета индиго была по-прежнему спокойна.

Часть 3.

Была сила, которая в ту же ночь с феноменальной решимостью пыталась перекраситься.

Это была гильдия, известная как "самая яркая гильдия на сервере Ямато", "гаремная группа" и "юные леди с железной дисциплиной": Бригада Западного Ветра.

По слухам, в гильдии была самая высокая доля девушек в Акибе (хотя не все её члены были женщинами), и, как следует из её прозвища, она всегда излучала атмосферу показухи. В зале первого этажа несколько десятков членов гильдии с энтузиазмом занимались приготовлениями.

Конечно, большинство участников были девушками. Однако в атмосфере не было ничего мягкого. Там присутствовали самые разные красивые женщины и девушки, быстро подтягивая наручники и леггинсы, одетые так, будто собираются на стычку. Обмениваясь негромкими шепотками, все косвенно наблюдали за Содзиро, лидером гильдии, в его хаори в японском стиле.

Содзиро, в лице которого ещё сохранялось что-то мальчишеское, окинул взглядом зал. Сегодня ночью в Акибу собирались отправиться 24 человека: четыре группы по шесть человек, что соответствует масштабу полноценного рейда. Разумеется, каждый из них был опытен и имел уровень не ниже 90.

- Все.

Когда Содзиро заговорил, напряжение в зале возросло. Хотя в вылазке участвовали двадцать четыре человека, остальные должны были помогать с оборудованием или провожать их. В зале собралось более чем в два раза больше участников.

- Я знаю, что говорил об этом уже несколько раз, но мы не знаем, что из себя представляет враг на самом деле. Что бы вы ни делали, пожалуйста, не будьте беспечны. Поймите, что его сила больше вашей... и моей. Не сражайтесь с ним один на один. Я также запрещаю самостоятельные действия. Двигайтесь всей командой и докладывайте по мере необходимости. Надзуна останется здесь в качестве связного.

- Да. Я согласился на эту работу, так что я её сделаю, но... Не делайте ничего безрассудного, народ. Если вы вступаете в бой с целью, используйте боевое построение высшего класса и ведите бой с задержкой. В этот раз мы организовали всё так, что на команду приходится по два целителя, поэтому вам не хватит силы атаки. Не думайте, что вы сможете что-то сделать с одной командой. Ваша задача - зажать его, а потом вызвать подмогу. Вот и всё. Понятно?

*   *   *

Надзуна, одетая в свободный халат, говорила неторопливым голосом.

Команда, которая собиралась в путь, была напряжена, и этого было достаточно.

Всё будет хорошо. Она верила в своих товарищей по гильдии.

Бригада Западного Ветра была меньше, чем D.D.D. или Рыцари Чёрного Меча, но ей удалось выстоять в ожесточенной борьбе за право первой вступить в бой благодаря своей твердой сплоченности и целеустремленности.

Теперь Бригада Западного Ветра много говорила о задержании преступника.

Надзуна, чьи обильные чёрные волосы были собраны сзади, смотрела на каждого из участников, готовившихся к выходу. Не было никаких просчетов ни в оснащении, ни в стратегии. Кивнув членам гильдии, которые подняли крики, - Понятно, - Надзуна продолжила:

- Хорошо, вы поменяетесь через два часа. Мы организуем вторую ударную группу и подготовим их здесь. Когда вы вернётесь, вас будет ждать полуночный перекус, он будет вкусным. Конечно, через два часа после этого вы снова отправитесь в путь, так что не расслабляйтесь слишком сильно. Как сказал Содзи, этот парень нас опережает. Будьте осторожны с этим. Ладно, Содзи, это все ты.

- Хм. Давайте посмотрим. Думаю, вы сказали всё, что я хотел сказать. Хорошо, тогда только одно: цель убила одного из нас. - Разрубить его.

Содзиро был молодым человеком с атмосферой, подобной весеннему солнечному свету.

Его смутно-добродушная улыбка была такой же, как всегда, но эти слова, которые он произнес, не повышая голоса, заморозили воздух в зале. Словно влекомые этим холодным воздухом, плечи одной из женщин-клириков задрожали, и она закричала о своей решимости отомстить голосом, который, казалось, был вырван из её сердца. На улице уже совсем стемнело, но никто из членов клуба не обратил на это внимания.

Четыре команды отважно выскочили из зала гильдии.

Зал гильдии Бригады Западного Ветра был построен в японском стиле.

Изначально все было не так: изменения отражали вкус членов гильдии и предпочтения Содзиро. Аналогично, первый этаж был просторным местом для осмотра отряда перед отправлением в бой. Он был пустым, без мебели.

Притащив деревянный стул в этот большой зал, Содзиро сел.

На данный момент он находился в состоянии боевой готовности, но, видимо, не мог заставить себя уйти в столовую или в свою комнату.

- Слышала, что в столовой готовят мисо свинину.

Надзуна заговорила с ним, думая, что ей стоит попробовать, но Содзиро в ответ на её предложение лишь улыбнулся и покачал головой.

Надзуна взялась за подбородок и задумалась.

Она была такой и в старом мире, и для женщины была довольно высокой и полной. Она не была такой гламурной, как идол-певица, но её фигура была хорошей. Хотя ей говорили, что она "легка на подъем", на её взгляд, её тело было для неё чересчур. Очевидно, когда она стояла, расставив ноги на ширине плеч и скрестив руки на груди, она выглядела более хладнокровной, чем можно было бы предположить по её возрасту.

Она была из тех, кто умеет заботиться о людях, а поскольку она была одним из основателей гильдии и одним из самых давних её членов, окружающие ей полностью доверяли. В результате Надзуну стали рассматривать как суб-мастера Бригады Заподного Ветра. Надзуна и сама понимала, что больше занимается практическими делами, чем Содзиро, который руководил, используя свою харизму.

Все члены группы были хорошими ребятами, которые боготворили Надзуну, и Надзуна тоже считала их очаровательными. Бригада Западного Ветра была племенем Надзуны. Живя здесь вместе со времен Катастрофы, она считала их своей семьей.

Однако иногда, когда Содзиро позволял себе практичное выражение лица сквозь трещину в своей обычной мягкой маске, это заставляло её вспомнить своих старых товарищей, и тогда ей хотелось опереться на него.

Естественно, логика на этот раз была на стороне Содзиро.

Их противником был убийца, угрожавший ночи Акибы. Как одна из одиннадцати гильдий, входящих в Совет Круглого Стола, Бригада Западного Ветра несла определенную моральную ответственность за безопасность Акибы. Надзуна также признала, что основные боевые гильдии обязаны патрулировать город.

Более того, этот убийца убил члена Бригады Западного Ветра.

Конечно, Кёко ожила в Храме. То, что она потеряла в результате инцидента, включая воспоминания, было несерьезно. Хотя Кёко и боялась убийцы, но даже она не была настолько напугана, чтобы не суметь встретиться с ним снова. Она сама так говорила. Однако нападение есть нападение. Убийца нанес удар по семье Надзуны и Содзиро.

Этого нельзя было простить.

Надзуна тоже так считала.

Ей казалось, что Содзиро разделяет этот гнев. Однако, несмотря на это, его решение было слишком мягким. Это было в его характере, он был таким с тех пор, как стал членом Сумасшедшей Чайной Вечеринки. Когда вы называли его "беззаботным" или "неспешным", это звучало хорошо, но, с другой стороны, склоняло к безжалостности и жестокости.

Надзуна считала, что Содзиро вовсе не такой мягкий и добродушный, каким его считали женщины Акибы. Ну, нет, он был мягким, добродушным мальчиком, но не потому, что человек, о котором шла речь, был исключительно хорош собой.

Он был таким, потому что был таким. Вот и всё.

Содзиро был добр к женщинам. Почти без исключений.

Однако это было не потому, что они нравились ему лично. Он просто был "таким мальчиком".

Он отдавал приказ отомстить человеку, который ударил девушку из его семьи, а не потому, что испытывал какую-то особенно глубокую привязанность к Кёко. Он был просто "таким мальчиком".

Это был определенный тип правил, механическое решение, и Надзуна не могла повлиять на эту его часть. Возможно, ей удастся уговорить его временно отложить такое решение или отменить его ради чего-то другого - например, она может сказать ему: "Давай сначала встретимся с Рыцарями Чёрного Меча" или "На этот раз пусть все решает Совет Круглого Стола".

Однако она не могла ни наставлять Содзиро, ни направлять его на путь развития.

Единственными, кто мог повлиять на Содзиро на таком уровне, были Широэ и Кадзухико.

Поскольку Содзиро слишком хорошо представлял себе женщин как существ, которых нужно защищать, слова Надзуны о некоторых вещах никогда не доходили до него.

Содзиро был добр к девушкам. Это не было достоинством, это был один из его недостатков, и его нельзя было исправить.

В Бригаде Западного Ветра считали, что Надзуна - одна из любовниц Содзиро.

Однако для Надзуны Содзиро был чем-то вроде младшего брата.

Он был неуклюж и непостоянен, и она не могла оставить его одного.

То, что Содзиро смог представить себя в качестве мастера гильдии, как будто это было нормально, было просто удачным стечением обстоятельств, не имеющим никаких гарантий и ничего, что могло бы его поддержать. Надзуна считала мальчика по имени Содзиро Сэта человеком, который в любой момент может уничтожить свою гильдию.

«Я имею в виду, я люблю его. Конечно, я от него без ума. Но.»

Невольно взъерошив черные волосы Содзиро, Надзуна погрузилась в свои мысли.

Она любила его, но - говоря без страха быть неправильно понятым - парень был ненормальным.

...До такой степени, что он был примерно на одном уровне с убийцей.

Если бы он не был таким, то никогда бы не смог удержать гильдию, в которой состояло более девяноста женщин. Мало того, с помощью этой системы невозможно было бы стремиться к вершине сервера в рейдовых зачистках.

- Что не так?

Содзиро заговорил с Надзуной, глаза его были круглыми. Вероятно, он забеспокоился, потому что она долго молчала. Но даже несмотря на свои опасения, Надзуна улыбнулась ему в ответ... Он был членом семьи, и тут ничего не поделаешь. Ей придётся использовать то, что у неё есть, чтобы восполнить недостаток Содзиро. И им придётся отомстить за Кёко, ещё одного члена семьи, павшего от клинка убийцы.

Часть 4.

В тот момент, когда у её ног начал собираться белый туман, запах ветра, казалось, смягчился.

Ночь стряхнула с себя тяжесть, словно плотный занавес, постепенно становясь все более светлой и прозрачной. Это было предзнаменование рассвета.

Город Акиба всё ещё был окутан темнотой, но давящее на грудь давление глубокой ночи уже исчезло.

Небо медленно становилось прозрачно-голубым. Хотя тишина была неизменной, время текло.

Акацуки только что закончила ночное патрулирование, и она устала.

Одной ночи было недостаточно, чтобы хоть как-то повлиять на организм авантюриста, но разведка держала её нервы в постоянном напряжении, и это утомляло её больше психически, чем физически.

«Я голодна...»

Она хотела выпить горячий отвар.

Особый суп Нянты с большим количеством кукурузы.

Однако сейчас она находилась на разваливающейся эстакаде. В Лог Горизонт её друзья, вероятно, спали глубоким сном, который наступает перед рассветом. Она не могла донимать их просьбами о тепле.

Как бы то ни было, эти ночные блуждания были тайной от товарищей по гильдии. Она завидовала девушке, которая была её подругой, и хотела стать такой же сильной, как Авантюристы в рейдовых гильдиях, поэтому каждую ночь она ускользала из своего жилища и преследовала убийцу. Она не могла рассказать о подобном своим друзьям.

Посмотрев на город, который постепенно становился все светлее, Акацуки глубоко вздохнула.

Причина, по которой она не могла сказать, и причина, по которой она чувствовала себя такой усталой, заключалась в том, что она осознавала, что эти поиски были, в сущности, не более чем её собственным эгоизмом. Желание стать сильнее было просто её эго. Ни Широэ, ни Наоцугу не просили её об этом. Даже Акацуки понимала, что преследовать убийцу - все равно что пытаться ухватиться за облака.

Правда, если бы она преследовала убийцу, то, возможно, смогла бы стать свидетелем боевых действий высокопоставленных гильдий.

Если это произойдет, она сможет увидеть Тайны, которые они использовали.

Если все пройдет удачно, она даже сможет найти подсказку о ранге.

Все это было гипотетическим. Поспешные планы действий, основанные на "возможных вариантах".

Акацуки это прекрасно понимала. Именно поэтому она не могла рассказать об этом своим друзьям.

Перейдя через главную улицу, Акацуки пошла по надземному переходу в сторону центра Акибы.

К этому времени темнота покинула Акибу, и наступило раннее утро. Холодный, режущий ветер, свойственный зимнему утру, уносил тепло со щек Акацуки. Она провела всю ночь в одежде ниндзя, чтобы быть готовой к бою в любой момент, и ей стало холодно. Ночью, когда она была в состоянии боевой готовности и передвигалась, все было в порядке, но с наступлением дня, когда она безучастно смотрела на город, её словно знобило.

Настроение у неё было не очень веселое.

Акацуки подумала, что этого следовало ожидать. Она бродила по городу всю ночь напролёт, и ей нечем было похвастаться.

Она вскарабкалась на большой, поросший мхом кусок бетона, затем потянулась дальше и наконец добралась до вершины завала. В прежние времена на этом месте, вероятно, находилась платформа линии Чуо, но теперь здесь росло множество деревьев, превративших это место в висячий сад. Воздух был холодным, но благодаря тому, что ветер был заблокирован, дышать стало немного легче.

Это огромное сооружение не было отдельной зоной, это был открытый, свободно доступный объект, установленный в Акибе. Это означало, что здесь не было ни входа, ни выхода, и при желании она могла бы спрыгнуть вниз с эстакады.

Акацуки рассеянно подумала о том, чтобы спуститься по центральной лестнице и пересечь центральную площадь гильдии... но потом присела на обветшавшую скамейку.

Она не думала, что так устала.

Просто ей больше не хотелось двигаться.

Как только она села, в области живота появилась тяжесть. Казалось, что там что-то свернулось, и она не могла этого вынести.

Акацуки сама себе удивилась.

Почему она сидела на скамейке и почему смотрела в землю? Она была вынуждена признать, что просто так мучилась.

Она пнула камешек носком ноги. Камешек покатился по висячему саду, который когда-то был платформой, а теперь потрескался, осыпался, местами развалился и зарос вековыми деревьями. Она увидела, как взлетела маленькая птичка, видимо, она её испугала.

Чувствуя себя ужасно подавленной, Акацуки обнаружила, что её мысли блуждают.

О гильдии. О Широэ. О вульгарном, глупом Наоцугу. О Нянте и его вкусной стряпне, о младших, о Альянсе Полумесяца, о врагах, с которыми она сражалась до сих пор.

И о Минори.

Она считала её очень женственной девушкой. Она была опрятна. Она была добросовестной, веселой, не робкой, вежливой... Но все это не было чем-то особенным само по себе. Она была симпатичной, но лишь настолько, чтобы пользоваться легкой популярностью в классе, и склонной к излишней прямоте.

Она не умела готовить и была школьницей, поэтому, конечно, не знала всех модных магазинов в городе. Акацуки считала вкус Минори к сумкам детским. Когда она разговаривала с Широэ, то озиралась по сторонам, а голос её был очень высоким, и, наверное, Широэ это надоело.

Акацуки сильно прикусила губу.

О чём она думала?

О позоре.

Даже ей самой казалось, что она ведет себя ужасно ограниченно.

Та себя, которую Акацуки увидела в зеркале, была уродливой, вытянутой и искаженной. Горечь ревности накапливалась, как осадок, и мучила её. Что же все-таки сделала Минори?

По крайней мере, она никогда не испытывала неприязни к Акацуки. Тем не менее, в частном порядке она смотрела на Минори свысока, считая её маленьким нахальным ребенком... Хотя она знала, что на самом деле это не так. Она знала, что Минори - её любимая, трудолюбивая младшая. Но все же она не могла сдержать чувства, что эта девочка просто капризная, назойливая школьница.

Размышляя таким образом в одиночестве, она больше не могла этого выносить. Ревность, о которой она обычно забывала, находясь в толпе, затопила её сердце. Она не могла сдержать этот поток, даже если бы попыталась, и казалось, что он вот-вот поглотит её.

Акацуки сделала несколько глубоких вдохов.

Она расслабила сжатые кулаки.

Лиственные деревья засохли на зиму и сбросили листву, но хвойные деревья все ещё были тёмно-зелёными, и только их тени падали на сырой сад.

Где-то послышалось щебетание, как будто кто-то тряс маленький колокольчик.

Это была та самая птичка, которую она видела раньше.

В зимнем воздухе эта заброшенная развалина эпохи мифов обладала яркой, бодрящей красотой. Даже чистый воздух, замораживающий белое дыхание, которое она выдыхала, был важным, незаменимым элементом, подчеркивающим эту красоту.

Среди света, который был просто белым, а не ярким, Акацуки чувствовала себя чёрным пятном. Чёрное пятно, которое будет только разрастаться, если его оттереть. Даже её темные волосы, которыми она до сих пор гордилась, вызывали отвращение.

Когда она подумала, что Широэ может не понравиться её прическа, что он предпочтёт волосы более яркого цвета, как у Минори, ей показалось, что её желудок набит камнями.

...И это несмотря на то, что Акацуки прекрасно знала, что Широэ не стал бы основывать свои симпатии и антипатии на такой вещи, как цвет волос. Широэ не стал бы проявлять благосклонность к чему-то столь материальному, как локоны.

Тем не менее, из-за своей ревности Акацуки задалась вопросом: «Разве он не предпочитает светлые волосы?»

Она выплеснула мерзкую ревность на Широэ, которого уважала как своего господина.

Даже когда она сидела здесь, ревность Акацуки компрометировала Широэ.

«И я с таким языком называю его "мой господин"?»

Акацуки наконец-то поняла, почему она села на эту скамейку.

Если коротко, то Акацуки не хотела возвращаться в гильдию.

Она была похожа на школьника, который прогуливал внеклассные занятия.

Эта мысль показалась ей нелепой, и она рассмеялась. Это было по-детски.

Акацуки было холодно, больно и у неё было плохое настроение. Это было её дорогое, драгоценное место, и она была там по-настоящему счастлива, но, чтобы защитить это счастье, она не спала всю ночь, гоняясь за силой, и теперь, после всего этого, ей было тяжело возвращаться домой. Реальность, в которой она перепутала приоритеты, упрекала её.

Минори, Тоя и остальные члены младшей группы ушли на охоту с ночевкой, поэтому их там не было.

Если бы она вернулась в здание гильдии, ей не пришлось бы с ними встречаться. Она прекрасно понимала, что Нянта окажет ей теплый прием.

...И поэтому нежелание возвращаться было не выбором Акацуки, а её эго.

Даже она понимала, что не желать, чтобы её видели в таком ревнивом состоянии, — это тщеславие.

Однако она не могла отбросить его.

«Я хочу увидеть своего господина.»

Акацуки желала именно этого. Желание было настолько сильным, что у неё защемило в груди.

Она хотела увидеть Широэ. Она хотела поговорить с ним, пусть даже совсем немного. Она хотела подойти к нему вплотную и погладить его белый халат. Она хотела налить ему в чашку из буфета чай Чёрная Роза. Она хотела сидеть с ним на диване и смотреть в окно. Ей хотелось стоять рядом с Широэ, когда он смотрел на сложные документы и делал не менее сложное лицо, а потом самой подражать этому сложному лицу.

Но этого не случилось бы. Эгоистичная и тщеславная, она не считала себя вправе успокаиваться рядом с Широэ. Мало того, если она вернется туда сейчас, то уже никогда не сможет снова бежать. С этого момента она будет жить как некий бесплатный бонус, прилагающийся к Широэ.

Она думала, что это не так уж и плохо.

Она думала, что ей будет приятно быть ниндзя своего господина, как будто она загорает рядом с ним.

Однако это было обманом.

Минори научила её тому, что она опиралась на него только потому, что это делало её счастливой.

Ласточка, потерявшая способность летать, однажды перестанет следовать за Широэ. Когда это случится, им придется расстаться.

Она уже давно думала об одном и том же, снова и снова. Во всех них речь шла о "я" и "моё". Даже она сама считала это слишком эгоцентричным, и это вызывало у неё отвращение.

Наверное, не было никого, кому бы понравилась такая девушка. Акацуки и сама не хотела бы иметь подругу, которая была бы настолько эгоцентрична, что могла говорить только о себе.

...И поэтому сейчас она не могла видеть Широэ.

Это был также приказ Широэ, её господина.

- ...Сегодня я остановлюсь в гостинице, - сказала она себе.

Акацуки заставила своё тяжелое тело подняться на ноги.

Она не должна была уставать, но чувствовала себя странно вялой. Должно быть, дело в эмоциях.

Эта странная земля, ласкаемая зимним ветром, была огромна, и ни один голос не отвечал на её зов.

Часть 5.

Лайнезия плотно закрыла глаза от холода.

Естественно, что простое закрытие глаз не помогало избавиться от холода.

Она редко выходила на улицы Акибы в таком состоянии.

Даже находясь на новом месте (вернее, будучи предоставленной самой себе), Лайнезия была второй дочерью Дома Коуэнов, ведущей семьи Истала, Лиги Свободных Городов, и наследницей одного из двух оставшихся герцогств Ямато. Из-за проблем с безопасностью она нечасто выходила в свет. Если она и выходила на улицу, то, как правило только для того, чтобы провести осмотр из кареты, а по городу в повседневной одежде в таком виде она почти никогда не ходила.

Если бы Мариэлль из Альянса Полумесяца вдруг не зашла и не сказала: "Давай сегодня пообедаем в другом месте!", она бы, наверное, вообще никуда не пошла.

Обычно Элисса или стражники пресекали бы такие внезапные вылазки, но это была Акиба. Если её защищали несколько опытных Авантюристов, она была в большей безопасности, чем если бы оставалась в Поместье Водяного Клёна. К тому же, хотя Элисса и не знала, каковы были её мотивы, она так быстро подготовилась к вылазке, что не смогла её отговорить.

- Вы вся такая пушистая, не правда ли!

- Полагаю, вам тоже следует надеть шапку.

В результате Лайнезия шла по главному проспекту Акибы в сопровождении Мариэлль и Ризэ.

Для сегодняшней прогулки на ней было надето пальто длиной до бёдер, отделанное пушистым мехом.

Начнём с того, что Лайнезия была не очень хорошо знакома с содержимым собственного гардероба.

Поскольку для дочерей знати фрейлины подбирали одежду и переодевали их по нескольку раз в день, в этом не было ничего необычного, но, кроме того, Лайнезия не слишком интересовалась модой, так что её случай был крайним.

В конце концов, она была ленива. Переодевание вообще не доставляло ей особой радости. Если бы они предоставили её самой себе, она была уверена, что могла бы провести целый год в льняном платье.

Конечно, Лайнезия получила более чем достаточное аристократическое воспитание. Всему свое время, место, повод и этикет, и она прекрасно знала, какую одежду ей следует носить.

Это было неприятно, но Лайнезия понимала, что её длинные серебристые волосы - это необычно. Одежда, подходящая к этим волосам, тоже была необычной, и, к сожалению, пижамы в этом списке не было.

В результате Лайнезия не знала, какая одежда хранится в её гардеробе и сколько её там. Она лишь смутно догадывалась, что в нём есть самые разные вещи.

- Действительно, нет такого большого выбора низкоуровневого снаряжения для стойкости против холода, не так ли?

Группа шла, тесно прижавшись друг к другу, с Лайнезией в центре. Девушку, которая заговорила с ней сзади, звали Микакагэ.

Она была общительной, весёлой девушкой, ещё одной из тех, кто посещает чаепития.

- Нет, - коротко ответила Лайнезия.

Она покорно ответила, потому что Микакагэ была одной из тех, перед кем она чувствовала себя в долгу. И не потому, что она была авантюристкой. Эта женщина была шеф-поваром. Поскольку она приносила всевозможные закуски при каждом удобном случае, о том, чтобы пойти против неё, не могло быть и речи.

Лайнезия не знала подробностей, но, судя по всему, среди Авантюристов существовало два типа поваров.

Это были шеф-повара с высокими показателями мастерства, но лично довольно плохо умеющие готовить, и настоящие шеф-повара, чьи техники приготовления соответствовали их показателям мастерства... или так ей говорили. Ценности мастерства выражали кулинарное мастерство человека, и поэтому Лайнезия не очень понимала, почему говорят о "пускании сокровищ на ветер" или, наоборот, о "хорошем соответствии".

Однако, даже если она не понимала этого аспекта культуры Авантюристов, она знала, что Микакагэ был известена как "настоящий" повар, и на самом деле, закуски, которые она приносила, были очень вкусными.

Это были пирожные и конфеты, такие нежные, что она даже не представляла, как их делают: поистине драгоценные сладости. С другой стороны, хотя их приносили гораздо реже, чем сладости, Лайнезия тоже любила мисо-суп из свинины и рис с грибами.

По словам Микакагэ, сладости - это искусство, а другие блюда - развлечение. Лайнезия могла только удивляться этому. По её мнению, они были очень вкусными, с мягким ароматом.

Микакагэ взяла шарф, который Лайнезия намотала на себя, и повесила на него странный аксессуар. Маленький дух, который всегда следовал за Микакагэ по пятам, приподнялся на цыпочки, настойчиво пытаясь разглядеть. Это было маленькое чучело, щенок, и очень милый: Он был розовощеким и выглядел сонным.

- Процент не очень большой, но что вы думаете? Стало ли немного теплее?

- Да. Стало.

Люди Земли, вероятно, не могли сделать столь сложные миниатюрные чучела. Максимум, на что они были способны, - это резьба по дереву. Таким образом, Лайнезия впервые носила чучело как аксессуар. Ей казалось, что это делает её наряд гораздо более похожим на наряд Авантюристов, чем драгоценности или ленты.

- Превосходно.

Микакагэ кивнула. Мариэлль, выглянувшая из-за её спины, сказала, "Ну разве это не мило!" и ослепительно улыбнулась.

Эта женщина Мариэлль была ещё одной из тех, кто часто приезжал в Поместье Водяного Клёна.

Она всегда приносила с собой всевозможную одежду, чтобы переодеться, поэтому она решила, что та, должно быть, отвечает за одежду и аксессуары для какой-нибудь гильдии, но, когда она внимательно прислушалась, оказалось, что она - одна из одиннадцати членов Совета Круглого Стола. Глава одного из одиннадцати правящих кланов Акибы.

Поначалу Лайнезия была очень напряжена, но вскоре она привыкла к ней.

Узнав, что она принадлежит к одному из правящих кланов города, она начинала разговор, как с членом пэража(4), но каждый раз оказывалась превращенной в нарядную куклу и выслушивала городские сплетни, в результате чего это превращалось в представление.

(4) Пэраж - это сословие дворянства, состоящее из людей, обладающих знатным статусом и обычно имеющих титулы или звания, такие как герцоги, графы, виконты и бароны. В данном контексте "пэраж" указывает на высший слой общества

Мариэлль была очень жизнерадостной, любила вечеринки и всегда улыбалась.

Она первая назвала Лайнезию "Зия". В семье Лайнезию называли "Лейзи"(5), но никогда раньше не называли "Зия". Сначала это вызвало у неё замешательство, но вскоре она привыкла и к этому.

(5) Оставлю “Лейзи” т. к. оно похоже на слово из английского “lazy” - ленивый, а мы знаем какая у нас принцесса)). Правильней наверно всё же перевести это как “Лайзи”, но я оставлю первый вариант.

Чаепития с авантюристками уже стали частью повседневной жизни Лайнезии.

И если Лайнезия могла быть "зимней розой Истала", то Зия была всего лишь неопытной девушкой из Народа Земли, которую направили в город Авантюристов. Конечно, она была благородной, начинающим дипломатом, а иногда играла в торговца. Но кем бы она ни была, она не была "зимней розой Истала".

Лайнезия поняла, что девушка с волосами цвета мёда, которая шла впереди неё, подстраиваясь под нетвёрдые шаги Лайнезии, повернулась назад. Это была девушка по имени Ризэ, она управляла рыцарями в D.D.D., еще одной из одиннадцати гильдий. Она курировала Красти, заклятого врага Лайнезии. Вероятно, её ранг в гильдии тоже был высок.

Ризэ тоже часто посещала чаепития Лайнезии, и Лайнезия считала её очень благоразумной девушкой. Её поведение было самым аристократичным из всех присутствующих. Тем не менее, даже в этом случае она была гораздо более просвещенной, чем консервативные представители высшего общества Истала.

Ризэ была той, кто объяснил ей что значит быть "просветлённым".

Это означало: "Носить одежду, которая не сдавливает живот, и иметь возможность есть дораяки с заварным кремом" - маленькие сэндвичи с заварным кремом и мини-блинчиками.

Это было очень, очень хорошее слово.

С точки зрения Лайнезии, все Авантюристы казались необыкновенными существами.

Наверное, это относилось ко всем Людям Земли, а не только к Лайнезии. Даже Элисса иногда вздыхала, опускала плечи и сетовала, - Если подумать, они же Авантюристы, не так ли...

Авантюристы слишком сильно отличались от их народа, и Лайнезия с Элиссой их не понимали.

В эти дни Лайнезия встречалась со многими Людьми Земли, и почти каждый день они спрашивали её:

- Что собой представляют Авантюристы?

- Как нам следует с ними обращаться?

С тех пор как Лайнезия была направлена в город Акиба и стала посредником между авантюристами, она почти каждый день встречалась с Людьми Земли, а затем выступала посредником в торговле с авантюристами, искала авантюристов, готовых взяться за работу, и часто давала им советы. Лично ей казалось, что она совсем не справляется с этой работой, но, несмотря на это, поскольку больше некому, ей приходилось её выполнять.

Несмотря на то, что её спрашивали об Авантюристах, Лайнезия тоже не знала ответов. На самом деле, о многих вещах Лайнезия знала меньше, чем любой другой житель Земли. И более того, поскольку она общалась с Авантюристами теснее, чем кто-либо другой, с течением времени количество непонятных ей вещей всё увеличивалось.

Однако кое-что ей удалось понять.

Авантюристы были авантюристами.

Лайнезия считала, что самой главной ошибкой лордов Народа Земли на совете лордов в Древнем Дворе Вечного Льда была попытка относиться к Авантюристом как к дворянам.

Авантюристы не были дворянами, и, конечно, попытка обращаться с ними по правилам аристократии не приведет ни к чему хорошему. Точно так же Авантюристы не были подданными лордов или рыцарями. Они даже не были Людьми Земли. Поэтому было бы ошибкой обращаться с ними по правилам Людей Земли или пытаться приспособить их для своего удобства.

Лайнезия считала, что именно поэтому конференция не удалась.

Авантюристы были не более чем авантюристами. Их не следует относить ни к чему другому.

Однако, если подумать, окружение Лайнезии было полным людей, которых можно было бы классифицировать. Графы были графами, бароны - баронами, рыцари - рыцарями, камердинеры - камердинерами, граждане - жители города, а деревенские жители жили в деревнях. Охотники охотились, а дровосеки рубили деревья.

У людей были роли, и они жили в этих рамках. Это было естественно. До того, как Лайнезия стала Лейзи, она была внучкой герцога и принцессой зимней розы. В этом она никогда не сомневалась. Даже сейчас она не испытывала отвращения к этой мысли, считая её вполне естественной.

Однако она поняла, что использовать эти правила для понимания Авантюристов невозможно. Она знала только, что, даже если она не знает правильного ответа, она не должна пытаться вписать их в рамки или смотреть на них с точки зрения их класса или роли.

Конечно, было бы проще, если бы она могла найти общий язык с Авантюристами, отнеся их к широким категориям, таким как "члены гильдии Альянса Полумесяца" или "члены гильдии с кулинарными навыками". Как, например, рыцари в Рыцарях Майхамы, или фрейлины, пришедшие в замок, чтобы прислуживать, или критически настроенные молодые мужчины-аристократы(6).

(6) Речь идёт о молодых аристократах, которые проявляют скептицизм к окружающему миру или к определенным аспектам жизни.

Однако Мариэлль, Ризэ и Микакагэ были слишком замечательными для этого, и она не могла этого сделать.

Каждый Авантюрист был подобен драгоценному камню, тщательно отшлифованному богами. Каждый из них не был похож на других, они сверкали и переливались.

- Хм? Что случилось?

Мариэлль обернулась и пристально посмотрела на неё, казалось, с беспокойством.

Лайнезия улыбнулась и ответила, - Я в порядке. - Увидев это, Микакагэ спросила, - Ты уже проголодалась? - Вся группа рассмеялась. «Неужели я действительно выгляжу такой проголодавшейся?» Забеспокоилась Лайнезия. У Авантюристов всегда были маленькие сладости в карманах или сумках, и они постоянно пытались накормить её ими.

Оказавшись на широком проспекте, Лайнезия и остальные повернули на север.

- Сюда?

- Да.

Мариэлль и Ризэ, которые разговаривали друг с другом, были одеты сравнительно легко.

В отличие от Людей Земли, Авантюристы предпочитали активную одежду. Видимо, это было верно даже сейчас, в середине зимы. Мариэлль была одета в короткую юбку, обнажавшую ее стройные ноги. Она подумала, что ей действительно должно быть холодно, но собеседницу это, похоже, не беспокоило.

Ризэ была одета в пальто и кашне, но под ним была та же белая блузка и узкая юбка, что и всегда. Лайнезия и Элисса, стоявшая чуть позади неё, были одеты гораздо лучше.

По чистой случайности Лайнезия заметила Акацуки именно в этот момент.

Поскольку Мариэлль спросила Микакагэ, - Милки Маргарет вон там? - Микакагэ рысью побежала вперёд, чтобы показать дорогу, двое, обращавшие внимание на Лайнезию, отошли от неё. С облегчением вздохнув, она подняла голову и увидела Акацуки, которая выходила из здания через дверь, ведущую, по-видимому, под землю.

Акацуки прикусила губу.

Невысокая фигура, идущая по другой стороне дороги, была похожа на потерявшегося ребенка.

Внезапно Лайнезию захлестнули самые разные чувства. Это было то настроение, которое возникает после ночи, проведенной в темной комнате, где можно часами смотреть в потолок.

Лайнезия попыталась что-то сказать, но не успела, как слова прервались, словно в горле что-то застряло.

Она и сама не знала, что именно хотела сказать.

Лайнезия чувствовала себя как лоза, набравшая в свои листья дождевой воды и медленно сгибающаяся. Выражение лица Акацуки было из тех, что вытягивают из тебя силы и заставляют сердце чувствовать тяжесть. Такого выражения она никогда не видела.

«Почему-то она похожа на ребенка,» - подумала она, ни с того ни с сего.

Лайнезия думала о черноволосой девушке как о кинжале из обсидиана.

Прекрасный, как драгоценный камень, с силой, которую она не могла постичь.

Лайнезия обдумала свой следующий шаг, используя голову, которая, по её мнению, не очень хорошо работала, но затем сдалась. В любом случае, Акацуки уже не было, она растворилась в толпе. Она не заметила Лайнезию и остальных. Она просто прошла мимо.

Эта мысль вызвала у Лайнезии лёгкое, хотя и болезненное, ощущение беспокойства в груди.

...Но в этом не было ничего необычного.

Всевозможные чувства постоянно посещали Лайнезию. Большинство из них не были гостями, которых она могла бы принять, но она с детства знала, что если свернуться калачиком под теплым пледом и закрыть глаза, то они растают в темноте. Она была вполне уверена в своей способности свернуться калачиком.

Лайнезия покачала головой, пытаясь переключиться.

Это был город Акиба, и она была начинающим переговорщиком. У неё было более чем достаточно мотивации и необходимости, чтобы переключиться.

- Эй, Зиа! Что ты делаешь? Сюда!

Услышав оклик, Лайнезия перешла на осторожный бег на неустойчивых ногах.

Часть 6.

- Принцесса. Принцееесса.

Элисса позвала свою госпожу по имени.

Она позвала её, потому что всё вокруг казалось ужасно тихим. Лайнезия лежала на диване и смотрела вниз.

Казалось, она была в растерянности. Пряди серебристых волос рассыпались по её маленьким округлым плечам, стекая вниз, как водопад. От красавицы исходила такая удручающая аура, что даже суровому капралу, которого боялись орки, захотелось бы поговорить с ней по-доброму и утешить её: «Ты не должна так унывать. Я тебе помогу.»

Мадам Генриетта, наверное, сказала бы, что она "похожа на щенка под дождем".

Во всяком случае, она казалась хрупкой, одинокой и наполненной меланхолией.

Она являла собой образ той хрупкости, которая вызывает желание броситься к ней и обнять её.

Однако Элисса всё прекрасно понимала:

Это была её поза "Я устала и не хочу больше ничего делать".

- Прин-цесса.

- Элисса?

Лайнезия подняла подбородок, вскинула взгляд.

В обрамлении гладких, как вареное яйцо, щёк мерцали её влажные глаза.

Поймите правильно: её глаза были влажными не потому, что она думала о грустном, и не потому, что она была чем-то тронута, а потому, что она сдерживала зевок.

- Да, да. Вы устали, верно? Я скоро приготовлю вам спальню, подождите, пожалуйста, ещё немного. Не хотите ли чаю? Или, может быть, что-нибудь сладкое? -  спросила Элисса.

У Лайнезии был лучше аппетит, чем можно было предположить по её внешнему виду, к тому же она уже давно позавтракала вместе с группой Авантюристов. Было бы совсем не странно, если бы она вскоре почувствовала голод.

Она не знала, связано ли это с её телосложением или с чем-то другим, но независимо от того, что и сколько ела принцесса Лайнезия, она никогда не набирала вес. Мало того, даже когда она ела мясо или пирог, её кожа оставалась гладкой и мягкой, как у младенца. Она не могла понять, как грубая кожа может быть понятием(7) для кого-то. Элисса очень завидовала тому, что она может есть, не обращая внимания на свой рацион.

(7) В данном контексте фраза "Она не могла понять, как грубая кожа может быть понятием для кого-то." означает, что Лайнезия не могла понять, как для кого-то может существовать понятие "грубая кожа" или как кому-то может быть знакомо ощущение шероховатости на коже.

После Катастрофы и реформ, проведённых в Акибе, в продуктах питания всех сортов было заново открыто изобилие вкусов. Теперь, полгода спустя, изменения проникли и в общество Людей Земли, и все, от аристократов на вершине до простолюдинов внизу, наслаждались новыми ощущениями.

Революционная пища обладала подлинной глубиной вкуса, и люди часто ели слишком много. В этот момент многие дворяне Народа Земли боялись набрать вес, но Лайнезия была исключением: Она совсем не набирала вес. Элисса испытывала по этому поводу сложные чувства. Элисса старательно ограничивала себя одним куском торта раз в три дня. Она в корне отличалась от таких сверхлюдей, как Лайнезия.

- Нет...

Лайнезия слегка покачала головой, затем отвернулась в сторону, прислонившись щекой к спинке дивана, словно не в силах больше терпеть. У молодого рыцаря-ученика чье сердце пылало от тоски, от одного этого жеста, наверное, пошла бы кровь из носа.

«Но не я.»

Непринужденно подойдя к Лайнезии, Элисса подняла обутые в тапочки ноги и переложила их на диван, согнув колени. Лайнезия не сопротивлялась, она вяло села на диван боком.

Для "прекрасной принцессы Майхамы" такое поведение было довольно невоспитанным. Если бы в комнате находился мужчина, у него могло сложиться неверное впечатление. Не учитывая внутренние аспекты, Лайнезия хорошо усвоила, как должна вести себя благородная принцесса, и, как правило, даже члены её семьи не видели её в таких позах, как эта.

Элисса была единственной, кто мог видеть Лайнезию такой.

«Не то чтобы мне этого хотелось.»

Убедившись, что Лайнезия встала на ноги, она достала комнатный веник и подмела под низким столиком и диваном.

- Принцесса.

- Хмм?

- Что вы ели сегодня?

- Рагу со сливками

- Боже, Боже... В стиле Авантюристов?

- Они сказали, что это Огненный Кабан. Это было вкусно.

- В последнее время здесь оживленно, не так ли?

- Это правда.

Пока они беседовали, Элисса продолжала бодро убирать комнату.

Это была гостевая комната, которая, как правило, содержалась в чистоте. Это не требовало больших усилий. Даже если она убиралась, технически не было необходимости поднимать ноги своей госпожи на диван. Если бы она имела дело с обычным дворянином, ей, несомненно, отрубили бы голову. Она могла делать такие вещи именно потому, что имела дело с рассеянной - или, скорее, терпимой - Лайнезией.

В последнее время они устраивали чаепития почти каждый день. Если бы она вот так сразу подметала, это облегчило бы работу человеку, отвечающему за раннее утро. Завтра, вероятно, снова придут женщины-авантюристки. В частности, маленькая черноволосая девушка Акацуки приходила каждый день в течение последних десяти дней.

- Вы сегодня выглядите очень усталой.

- Да.

Лайнезия много не сказала.

Должно быть, она действительно устала. Элисса не могла её винить. Мадам Генриетта и мадам Мариэлль делали с ней всё, что хотели. После возвращения с позднего завтрака Лайнезия была подвергнута очередному турниру по переодеванию. Вспомнив голос своей госпожи, которая действительно жалобно молила о пощаде, Элисса тихонько захихикала.

В обязанности Элиссы входило одевать свою госпожу так, чтобы она могла без стеснения предстать перед публикой в любом месте.

Да, тщательно следить за одеждой Лайнезии тоже входило в её обязанности.

Ведь благодаря внешнему виду хозяйки люди обращали на неё внимание. Придумывать наряды изо дня в день было непростой задачей.

Например, если у неё была конференция с купцом, и она надела то же самое платье на конференцию после этого, её, скорее всего, будут презирать за то, что она "всегда носит одно и то же платье несмотря на то, что она дочь герцога". В результате в обязанности Элиссы и ещё одной из фрейлин входило держать под рукой различные виды платьев на каждый день, когда она переодевалась, утром, днём и вечером, а также тщательно записывать аксессуары, которые она каждый раз надевала.

Если они имели дело с дворянами и купцами из Народа Земли, то такого обычного обращения было достаточно. Это было хлопотно, требовало умения планировать, как в головоломке, но если рассматривать это как работу, проверенную временем, то ничего страшного.

А вот с Авантюристами у неё возникли проблемы. Ведь прецедента просто не было. Если речь шла об аудиенции или каком-то другом официальном мероприятии, то можно было подобрать наряд в соответствии с тематикой аудитории или требованиями этикета. Однако последние чаепития считались сугубо частным делом. Переборщив с нарядом, можно было навлечь на себя недовольство Авантюристов. И все же, даже если можно было надеть повседневную одежду, она не знала, какая одежда считается "повседневной" в соответствии со здравым смыслом Авантюристов.

В конце концов, Авантюристы носили самую разную одежду. Большинство Авантюристов различали одежду для боя и обычную одежду для города, но для некоторых грань между ними была размыта, и нередко встречались люди, проводившие большую часть времени в пластинчатых доспехах.

Была и другая проблема. Пытаясь узнать предпочтения и обычаи Авантюристов, она изучала платья и наряды, которые в Акибе трудно было бы назвать платьями, и цены на них были самыми разными. Несмотря на свое несовершенство, дом Коуэнов был великим дворянским родом. Это означало, что, хотя снаряжение Авантюристов было дорогим, они не могли приобрести повседневную одежду. Однако даже если это и так, цены были слишком непостижимыми. Обычно шелковая рубашка стоила в пятьдесят раз дороже практически такой же рубашки, висевшей рядом.

Продавец объяснил, что материалы разные.

Чем дольше она слушала, тем больше удивлялась, но в лавках Авантюристов продавались сапоги из дубленой шкуры Горгоны и бюстье из Фалнатского пуха, как будто это вполне естественно. Одежда, изготовленная путем подчинения и использования мистических зверей такого высокого уровня, стоила так дорого, что даже герцогство, обладающее одним из самых больших состояний Народа Земли, не могло позволить себе скупать её одну за другой.

Правда, турниры по переодеванию, которые проходили изо дня в день, отчасти стали результатом того, что Элисса попросила совета у Мариэлль. Расслабься и предоставь всё мне, - весело заявила Мариэлль, и благодаря принесенной ею одежде гардероб Лайнезии, подходящий для Авантюристов, постепенно пополнялся.

Ради этого проекта Элисса без колебаний предложила своей госпоже устроить кукольную вечеринку с переодеванием. В любом случае, если она не сделает ничего подобного, Лайнезия не сдвинется с места ни на йоту. Элисса считала это хорошим лекарством для нее.

Тем не менее, Лайнезию она, конечно, любила и уважала.

Когда она резко высказалась на конференции, Элиссе захотелось поаплодировать: Даже если это была её собственная госпожа, это было великолепно. Однако Лайнезия была принципиально ленивой, трусливой, легкомысленной, пуховой девушкой (то есть с набитой пухом головой).

Элисса уважала и любила её, но, если бы её спросили, сможет ли она постоянно служить ей с уважением, она бы ответила, что вряд ли.

«Ну, это, в конце концов, ради Лайнезии.»

Складывая халат, Элисса размышляла.

Дело было не только в одежде.

Иметь друзей одного пола, которые были бы её ровесниками, или чуть старше, или чуть младше, было редкостью.

Одно дело Элисса, дочь низкородного дворянина, но для Лайнезии, рожденной внучкой герцога Коуэна, найти их, возможно, даже сложнее, чем хорошего мужа.

Элисса помнила, как безупречно улыбалась её госпожа во дворце в Майхаме и в Древнем Дворе Вечного Льда. Аристократическое общество было строгим. Один дурной слух мог стать роковым, особенно для молодых женщин.

Чтобы выжить в окружении пристальных глаз сплетников при дворе, Лайнезия приобрела элегантные манеры. Маска, которую она выбрала для защиты чести своего деда и семьи, была настолько совершенна, что принесла ей легендарную славу и имя "зимней розы Истала".

Однако именно по этой причине у Лайнезии никогда не было настоящей подруги. Возможно, её отношения с Элиссой были относительно близкими, но даже в этом случае фрейлина была фрейлиной.

- Тем не менее, хотя, возможно, не мне это говорить, вы выглядели так, как будто вам очень понравилось.

- Пардон...?

- Я думаю, это хорошо, что у вас появились друзья.

Это было действительно так.

Элисса подумала, что за последние две недели выражения лица Лайнезии стали довольно разнообразными.

- Они не друзья.

Однако в ответ прозвучали совсем не те слова, которые она ожидала услышать.

- Хм? Тогда кто они, скажите на милость? Когда вы с ними разговаривали... Ну, иногда казалось, что вы в недоумении, но вы выглядели так, как будто вам было весело.

- Они Авантюристы.

Лайнезия ответила на вопрос Элиссы без особого энтузиазма.

- Пока мы разговаривали, мне было не до веселья. Авантюристы отличаются от нас. Слишком сильно отличаются. Этикет, которому я научился, не работает. Если я не выражу свои чувства словами и не передам их должным образом, они не поймут, а если не поймут, мы не сможем разговаривать друг с другом.

Вероятно, это было правильно.

Авантюристы не были особо придирчивы к социальному положению. Когда они устраивали чаепития, то приглашали даже Элиссу. С тех пор как Элисса была направлена в Акибу, у неё появилось несколько знакомых: Мадам Генриетта, которая работала так, что ей можно было посочувствовать; Ризэ, которая была очень похожа на её младшую сестру в родном городе; Серара, которая была настолько хозяйственной, что Элисса с удовольствием взяла бы её к себе в фрейлины.

Конечно, как сказала Лайнезия, Авантюристы и Люди Земли были очень разными. Иногда их взгляды противоречили друг другу, а иногда они не могли понять, что говорит другой. Однако это было не так уж плохо, если они не могли объединиться.

Элисса считала, что Лайнезия научила её этому больше, чем кто-либо другой.

Поэтому она одновременно задала вопрос, как бы подталкиваемая своими сомнениями:

- Но вы были такой...

- Если мне было хоть немного весело, я должна сказать им, что мне было весело. Если мне грустно, я должна сказать, что мне грустно, а если я счастлива, я должна выразить свою благодарность. Если я этого не сделаю, они не поймут, поэтому я это делаю. Вы ведь тоже знаете, Элисса? На самом деле я больше праздная, трусливая и... безответственная. Честно говоря, мне наплевать на модное общество и дворянство. Если бы я могла дремать каждый день, мне бы этого было достаточно. Во всяком случае, я не очень понимаю такие вещи.

В бормотании Лайнезии слышалась какая-то скука.

- Это работа.

- В-вот как.

- ...

Лайнезия отвернулась, облокотившись на спинку дивана. Выражаясь словами, это выглядело так, как будто ей это надоело, или она сдалась, или, как минимум, как безответственное отношение. Однако у красивых девушек всё было хорошо от начала и до конца, и даже эта небрежная поза была красива, как картинка, что не позволяло с ней справиться.

Элисса была единственным человеком, которому Лайнезия демонстрировала подобную позу.

В присутствии знати Народа Земли она вела себя как идеальная леди, и, естественно, так же поступала с принцессами своего возраста. Даже с Авантюристками она вела себя искренне, но при этом была кроткой, как ягненок. Возможно, это была броня Лайнезии, призванная скрывать её сердце.

«Наверное, был и такой человек...»

Элисса вспомнила крупного песочноволосого мужчину. Правда, Лайнезия, похоже, открыла своё сердце этому молодому человеку. Однако то, что Лайнезия не имела свободы выбора, в значительной степени объяснялось невозможностью солгать или обмануть его.

Разве она никогда не хотела этого?

«Если мне было хоть немного весело, я должна сказать им, что мне было весело.»

Так она сказала.

Тем не менее, разве то, что она так думает, не означает, что она признается в том, что получила удовольствие?

Даже если она уставала настолько, что дремала на диване перед ужином, Элисса считала, что если она с нетерпением ждёт каждого дня, чтобы проснуться на следующее утро без помощи горничных и подумать о том, что надеть, то, несомненно, они друзья, и это не просто работа.

Разве с тех пор, как Лайнезия приехала в этот город, полный Авантюристов, она не стала больше радоваться жизни?

Однако принцесса перевела взгляд на окно, которое уже начало приобретать цвет индиго, и, похоже, не поняла этого простого факта дружбы. Либо она избегала слова "друзья". Элисса не знала, то ли она отказалась от них где-то по дороге, то ли вообще не надеялась на них.

Элисса почувствовала нечто похожее на лёгкую жалость.

Эта девушка, Лайнезия, одарённая красотой, славой, богатством и даже статусом иногда казалось, отказывалась от чего-то раз и навсегда. Было бы печально, если бы героическое мужество, проявленное ею на совете лордов, родилось из такой вот отставки.

Принцесса смотрела в окно, выражение её лица, естественно, было красивым и хрупким, но в нём также присутствовал отпечаток скуки. При виде этого Элисса вздохнула.

Она хотела помочь своей госпоже, но понимала, что простые советы до неё не дойдут.

Прекрасная фрейлина Лайнезии прекрасно знала, что Лайнезия настолько же упряма и неразумна, насколько и ленива.

Часть 1.

Хотя никаких особых правил на этот счет не существовало, в РодЛаб люди, принадлежащие к одному подклассу и занимающиеся схожими исследованиями, образовывали фиксированные группы, становясь сообществами, которые называли себя "секциями" или "отделами".

Например, Микакагэ и другие повара проводили эксперименты по проверке возможностей и свойств новых методов приготовления пищи и самого процесса приготовления пищи на ежедневной основе. Для этого им требовалось большое количество чистой воды, ингредиентов и топлива, а также оборудование: кухни, печи, нагревательные приборы, холодильные и морозильные установки, ножи всех типов, разнообразные ёмкости, ступки, миксеры и многое другое.

Ценность объединений, называемых гильдиями, заключалась в том, что они совместно владели крупными объектами, на которые отдельному человеку было бы трудно наскрести денег. Конечно, поскольку они принадлежали группе, пользоваться ими в одиночку было невозможно, но даже в этом случае мысль о том, что, внеся небольшую сумму в гильдию, можно пользоваться первоклассной кухней, была привлекательной. В последнее время даже для таких взносов часто делались поблажки. Это было связано с тем, что их совместные проекты с 8-м Торговым районом приносили прибыль.

В лаборатории РодЛаб находилось около десятка кухонь разного размера со всевозможным оборудованием, которыми пользовались около семидесяти членов секции кулинарии. Вполне естественно, что представители одного класса связывались друг с другом для составления расписания или настройки оборудования, которое они планировали использовать.

- Элли!

Когда беззаботный молодой человек появился на маленькой кухне, был уже поздний вечер. Свет, проникавший в комнату, казался с оттенком оранжевого, но для заката было еще слишком рано.

Напуганная внезапным визитом, Элли Альраун, маленькая растительная душа, вздрогнула и вскочила на ноги. Ухватившись за эту возможность, он легко поймал её.

Этот молодой мужчина-клирик с ужасным вкусом (на нём было три рубашки с кричащими узорами, наложенными друг на друга) был Аомори. И Микакагэ, и её коллега, который несмотря на то, что был Авантюристом, не отличался надёжностью, были поварами, а по принадлежности к кулинарному сектору - оба.

Элли, державшая в каждой руке по картофелине, вздрогнула, затем начала сопротивляться, извиваясь и скручиваясь.

- Не мучай Элли, Аомори.

- Я не мучаю её. Правда, Элли?

Бойкий дух, ростом с девочку, только что поступившую в детский сад, был одет в наряд, идентичный нарядам Микакагэ. Она была застенчивой девочкой. Для Элли Аомори был как страшный дядя, который, казалось, подходит к ней, чтобы осыпать лаской, но вместо этого всегда дразнил её. Под шапочкой из макарон, как у Микакагэ, её большие глаза были мокрыми от слёз.

- А-о-мо-ри!

Когда Микакагэ отругала его, Аомори ответил как обычно, пробормотав, - Это не Аомори. Это "Синий лес", - но он опустил Элли на землю. Все ещё держа в руках свою картошку, Элли оббежала Микакагэ и присела, прижавшись к её ногам.

- Здесь есть что поесть?

Аомори пододвинул к себе стоящий рядом стул и сел, задав довольно безответственный для шеф-повара вопрос. В ответ Микакагэ указала на кастрюлю. Аомори ковылял к нему. Затем под радостные возгласы "Йо-хо" и "Вахуу" он принялся наполнять свою тарелку.

Не обращая внимания на Аомори, Микакагэ продолжала чистить картошку маленьким ножом. Каждый раз, когда она чистила одну картофелину, милая Элли протягивала ей следующую. Поскольку Элли была такого маленького роста, то, она стояла на специальной подставке, наклонившись над кухонным столом она подёргивала ушками, и это было просто очаровательно.

Микакагэ была друидом, и Элли был одним из духов природы, которых она могла вызывать, но срок этого вызова не был ограничен. Иными словами, если не приказать Элли вернуться, она останется здесь навсегда. Микакагэ считала свою миниатюрную помощницу младшей сестрой и жила с ней, не отсылая её назад. Миниатюрный поварской халат и кондитерский колпак совпадали с одеждой Микакагэ и были специально заказаны в отделе одежды лаборатории РодЛаб.

Период хаоса и неразберихи, последовавший за Катастрофой, Микакагэ провела вместе с Элли и другими маленькими помощниками. Её младшая сестра-помощница Элли. Миконид, который носил её вещи. Орхис, исполнительница колыбельных песен. Если бы их не было с ней, она бы, наверное, не выдержала. Микакагэ была рада, что стала друидом.

- Значит, это. - На голос Аомори, Микакагэ повернула свои уши (и ничего больше) в его сторону.

- Что это?

Вероятно, он имел в виду содержимое кастрюли.

Она была уверена, что это... Порывшись в памяти, Микакагэ ответила.

- Голень Рогатого Якуу и рагу из нута. Приправляется солью, перцем, сливками, маслом и несколькими видами трав.

- Правильно ли это. Я не пойму.

На откровенный ответ Аомори Микакагэ пожала плечами.

Слыша подобные вещи, она могла только навлечь на себя беду. Микакагэ и так не очень хорошо готовила.

Люди могли бы спросить: "О чем ты говоришь? Твой подкласс - повар", но Микакагэ считала себя кондитером, а поваром себя не чувствовала. Не то чтобы она совсем не умела готовить еду, но, как правило, она всё оставляла кастрюле. Скороварки были прекрасны: Достаточно было положить ингредиенты, добавить приправы, подогреть, и в большинстве случаев получалось что-то вроде еды. Микакагэ считала их великим изобретением и постоянно пользовалась ими.

- Кстати, сыр.

- А?

Аомори, который ел густое тушеное мясо, поднял голову и смущенно наклонил её в сторону. Когда она снова попросила сыр, он сказал, - О! О, точно. Да, готово, готово, - и достал из стоящего у его ног холодильника что-то похожее на тофу плохой формы.

Приняв его, Микакагэ понюхал, проверяя запах. Это точно был сыр рикотта.

Это позволит расширить ассортимент сладостей, которые она может приготовить. Стоит ли ей приготовить канноли? Или оставить все как есть и сделать торт с кремом? Она могла бы сделать его и с пудингом. Если она собиралась что-то приготовить, то хотела удивить людей.

- Спасибо.

- Ага.

Отвечая, Аомори пил воду. Он тоже не был обычным поваром.

Он был странным человеком, перешедшим на должность Пивовара, и, хотя работал над созданием всевозможных ингредиентов, сам ничего не готовил. Впрочем, в какой-то мере это было вполне естественно.

Если вы хотели нормально готовить и подавать еду покупателям, то лучше всего вступить в 8-й Торговый район и открыть магазин. Вы также можете получить финансирование в одной из второстепенных гильдий, связанных с ними. Если же вы хотите производить продукцию в больших объемах и нацелиться на рынки, рекомендуем обратиться в Океаническую Систему. В настоящее время они создают систему распределения еды, и вы сможете вести бизнес с размахом.

Это была лаборатория РодЛаб, место, привлекающее чудаков, которым нравилось исследовать и разрабатывать новые вещи.

В этом смысле между Микакагэ и Аомори не было особой разницы.

- Ты делаешь что-то другое?

- Угу.

Аккуратно выкладывая картофель в форму для выпечки, а затем посыпая его сахарным песком, Микакагэ рассеянно отвечала. По сравнению с пирожными, приготовленными из пшеничной муки, картофель и другие сырые ингредиенты, как правило, получались разными в зависимости от дня. Содержание влаги, сладость и ароматы, присущие ингредиентам, были более выражены, и они менялись. Добавляя сладость с помощью сахара, она лишь дополняла ингредиенты. Когда она думала об этом в таком ключе, ей приходилось быть осторожной.

- Подарок для кого-то?

- Угу.

- Возьми меня с собой.

- Нет

Микакагэ мгновенно ответила, наливая сливки. У Аомори был скрытый мотив. Узнав, что это чаепитие только для девушек, он десятки раз обращался с той же просьбой. Аомори - как и большинство парней - этого не понимал: Общение было важно.

Действительно незаменимый.

После прихода в этот мир Микакагэ узнала несколько вещей.

Одним из них была ценность времени, проведенного с друзьями. Здесь не было телевизоров. Не было мобильных телефонов. Не было фильмов и манги. Почти всё, что можно было назвать "развлечением", исчезло. Называя вещи "развлечениями", можно было подумать, что они не нужны, но Микакагэ могла категорически заявить, что это не так. Скорее всего, большинство Авантюристов могли это сделать.

Та жалкая атмосфера, царившая в городе сразу после Катастрофы. Даже если у них были бессмертные тела, это не было похоже на жизнь, когда они проводили свои дни в унынии, вяло поедая пищу, не имеющую вкуса. Она считала, что человеческая жизнь - это нечто лучшее, более увлекательное. Для этого было просто необходимо иметь что-то, что могло бы утешить их дух.

«Например, сладости. Или друзья, которые будут есть эти сладости.»

Если подумать, Микакагэ считала, что время, проведённое в общении с друзьями после школы, было самым лучшим в жизни.

Она помнила, как в средней школе почти каждый день по дороге из клуба заходила в гамбургерную. Они заказывали молочные коктейли по сто иен и без устали рассказывали глупые, смешные истории, пока не стемнеет. В то время ей казалось, что это вполне естественно, что у неё есть неограниченный доступ. Когда она перешла в старшую школу, то отдалилась от этих друзей и стала ходить прямо домой. Манга и игры заполняли эти часы, но, попав в этот мир, Микакагэ пересмотрела свои взгляды и теперь считала, что человеческое тепло действительно важно.

Микакагэ была довольно застенчивой, но теперь Элли была здесь. Маленькая напарница Микакагэ была гораздо более робкой и застенчивой, чем она сама. Странно, но, находясь рядом с Элли, Микакагэ могла проявлять инициативу. Она подумала, что ради Элли ей тоже нужно активно приветствовать людей. Когда она старалась не опозориться перед Элли, ей удавалось не напрягаться, даже перед принцессой Лайнезией, несравненной красавицей... Хотя, может быть, ей удалось не напрягаться, потому что она увидела её профиль, когда была застигнута врасплох.

Кроме того, сладости, которые делали Элли счастливой, делали счастливыми и всех остальных.

Придумывать новые сладости и угощать ими своих друзей было теперь самым большим удовольствием Микакагэ, и это составляло центр её повседневной жизни. К счастью, ей удавалось зарабатывать на жизнь, продавая сладости и предоставляя журналы с рецептами. В этом смысле из всего времени, прошедшего после Катастрофы, эти дни казались Микакагэ самыми насыщенными.

Новые факты, которые она обнаружила в секции кулинарии... От них ей стало немного не по себе, но исследование, похоже, принесет скромный урожай. Исследования - это весело, если к ним привыкнуть.

- Что, встреча настолько важна или что-то ещё?

На вопрос Аомори Микакагэ на мгновение задумался. Конечно, это было важно. А как же иначе?

Делать сладости.

Чтобы люди ели эти сладости.

Рассказывать бессмысленные истории.

Ничто не было так важно, как эти вещи. Проблема парней заключалась в том, что они хотели получить готовые результаты от всего. Но нельзя было торопиться ни с одним из этих элементов. Правильный нагрев, правильное время.

Микакагэ надела большую рукавицу, достала из духовки картофель, запеченный в сливках, и подала его Аомори. Она экспериментировала с новым блюдом. Аомори разразилась восторженными возгласами, но поскольку это был прототип, она пока не могла подавать его всем желающим на чаепитии. Это было лишь на пару шагов выше дегустации яда. Поэтому Аомори было достаточно.

- Да. Это действительно важно. Очень-очень. Уверена, что нет ничего важнее.

- А? Даже не твои отношения со мной?

- Это менее важно, чем выжженное, неудавшееся варенье.

Не обращая внимания на удрученного Аомори, Микакагэ стала убирать использованную кухонную утварь.

В конце концов, даже если Аомори будет фыркать, он наверняка доест картошку, а Элли, которая хоть и стеснялась, но была занятной, наверняка его утешит.

Часть 2.

Когда было объявлено о визите молодого человека, Лайнезия почувствовала нечто неожиданное.

Конечно, она знала его в лицо, и он был важной персоной, но она поняла, что никогда не представляла его в гостях у себя, да и вообще у кого бы то ни было.

В аристократическом обществе о визитах объявляют за несколько дней-месяцев, но, к счастью или к худшему, это была Акиба, и слуги в Поместье Водяного Клёна, резиденции Лайнезии, уже привыкли к внезапным гостям.

И в этот раз посетитель был проведён в гостиную ещё до того, как Лайнезия была поставлена в известность.

С помощью Элиссы принцесса немного привела в порядок волосы и переоделась. Хотя молодой человек и принадлежал к "её стороне", он не был знатным, а главное - они оба были Людьми Земли, живущими в Акибе. Решив, что нет необходимости одеваться так формально, как для званого вечера, она выбрала цельное платье с длинными рукавами и тонкими линиями.

Платье было розовым, туманным, как легкий снегопад. Его подарила Мариэлль из Альянса Полумесяца. Из всех подаренных ей нарядов это было одно из самых скромных, и Лайнезии оно втайне нравилось.

Когда она рысью, чуть торопясь, вошла в гостиную, гость уже стоял, приветствуя её.

- Прошло много времени с момента нашего последнего разговора, Леди Лайнезия.

Посетитель, вежливо склонивший голову, оказался молодым человеком. Его звали Кинджо. Он был молодым главой клана Куниэ в Акибе.

- Мне очень жаль, что я заставила вас ждать.

Лайнезия грациозно ответила ему любезностью на любезность.

Пока Элисса готовила чай, между ними повисло странное молчание.

Лайнезия мало что знала об этом молодом человеке. Напротив: То, что он был молодым главой клана Куниэ, было почти всем, что она о нём знала. Куниэ были необычным кланом даже для Людей Земли, и можно было с уверенностью сказать, что в каком-то смысле они пользовались особым влиянием в Ямато.

Ямато был условно разделён на пять территорий.

Империя Эццо, основанная в пустошах на севере. Доминион Девятихвостого, торговое государство, расположенное далеко на юге. Герцогство Фоланд, уже распавшееся и превратившееся в опасный остров, где бесчинствовали чудовища. Священная Империя Вестланда, унаследовавшая кровь императорской династии Вестланда. И, наконец, Истал, Лига Свободных Городов, пустившая корни в Восточном Ямато и включавшая в себя город Майхама, управляемый дедом Лайнезии.

На всех пяти территориях действовала одна и та же валюта. Деньги делились на половины, четверти и целые монеты, но в обиходе их называли "золотыми монетами". Лайнезия слышала, что точно такая же валюта используется не только в Ямато, но даже на континенте.

Эти золотые монеты использовались с древних времён, и именно члены клана Куниэ контролировали их оборот, или, другими словами, банки.

Они унаследовали некоторые технологии древних альвов и могли отправлять и получать товары на большие расстояния, используя метод, отличный от межгородских ворот. Клан Куниэ использовал эти технологии для управления финансовыми учреждениями, разбросанными по всей стране.

Однако они не были банковским кланом.

В их задачу входило сохранение магических технологий, оставшихся со времен древних альвов.

Наиболее типичным примером был банк, но в Истале они также отвечали за поддержание магических защитных кругов городов-барьеров. В Истале было около тридцати городов-барьеров, и под ними были построены древние сооружения, передающие магию. Эта магия предотвращала вторжение монстров, а также питала мобильную броню.

За исключением городов, принадлежащих Священной Империи Вестланд, которая опасалась восстания своих дворян, почти все города-барьеры в Ямато поддерживались кланом Куниэ.

Вот насколько тяжела была ответственность клана. В каком-то смысле можно сказать, что их клан был для Ямато важнее, чем дворяне. Даже когда Лайнезия была отправлена в Акибу, её дед должным образом отправил весточку в клан Куниэ.

Однако, с другой стороны, с древности клан Куниэ был известен своим удивительным отсутствием интереса к славе и власти. Среди знати Истала сложилось впечатление, что они передают свою миссию из уст в уста и заботятся только о её выполнении.

В целом рядовые жители Земли - и сама Лайнезия - воспринимали Куниэ как эксцентричное племя Людей Земли, странное и загадочное, но с древности отдававшее свои силы на поддержание мира.

- Пожалуйста, выпейте чаю.

Однако только по этой причине Лайнезия не знала, как с ним разговаривать. В данный момент, поскольку это казалось безопасным, она предложила ему чай, который заварила Элисса. Она поставила на низкий столик зеленый чай, который они недавно купили.

Кинджо мягко опустил полузакрытые глаза, затем поднёс чашку к губам.

Она слышала от Элиссы, что он молод, и даже сейчас, когда она стояла перед ним, не могла описать его иначе. Однако даже когда она пристально смотрела на молодого человека с фиалковыми глазами и черными волосами, одетого в официальный костюм с воротником-стойкой, его возраст не был ей понятен.

Естественно, он был старше Лайнезии, но что он мог противопоставить Красти, воину-угрозе? По гладким очертаниям его щёк можно было предположить, что он намного моложе, а по сухожилиям рук - что намного старше. Лайнезия ещё никогда не видела никого, чей возраст был бы ей так непонятен.

- Я прошу прощения за свой неожиданный визит. Произошел серьезный инцидент, я пришел объяснить его вам и извиниться.

Кинджо вернул свою чашку на блюдце и недовольно скривился, когда заговорил.

- Что это может быть?

- С поста охраны похищена мобильная броня.

- Что...?

- Мы полагаем, что вором был один из охранников, член клана Куниэ.

Она также остро ощущала, что кровь оттекает от её головы.

Наступило сильное головокружение, в глазах потемнело.

Мобильная броня - одна из реликвий древних альвов, специальная броня, предназначенная для защиты определенной зоны. Основное отличие от обычной брони заключалось в том, что в неё извне подавалась магия, и эта функция значительно улучшала физические возможности того, кто её носил.

На данный момент боевые способности Людей Земли были не так уж и сильны. Они не только не могли сравниться с Авантюристами, но и не могли противостоять монстрам среднего уровня и выше. Тем не менее, они смогли защитить свое жизненное пространство в этом мире, так как им помогали сразу несколько сторон.

Одна из них - легендарные герои Народа Земли, известные как Древние, а также Авантюристы, которые выступали в роли партизан и уничтожали врагов мира. Другая - барьерные технологии, защищающие крупные города и магистрали от монстров.

Организация охраны, имеющая мобильную броню, была элементом не менее важным, чем предыдущие.

В зависимости от ситуации Люди Земли, усиленные мобильной броней, получали способности, превосходящие возможности высокоуровневых Авантюристов. Кроме того, хотя их возможности ограничивались городами, они могли телепортироваться и сажать людей в тюрьму. Стражники использовали эти способности для поддержания спокойствия в городе.

Конечно, использование этих способностей не было неограниченным. Для работы мобильной брони требовалось огромное количество магии, и, как она слышала, использовать её можно было только в определенных городах.

- Да, все верно. Мобильная броня может использоваться только в нескольких крупных городах. Без постоянной подпитки магией из огромного магического круга, построенного под городом, владельцу трудно даже передвигаться. Это одна из отличительных особенностей брони. Кроме того, мобильная броня настроена на длину магической волны конкретного города, поэтому, если её вывезти из Акибы, она станет просто мусором.

Лайнезия была ошеломлена. Кинджо продолжал говорить, не сводя с неё глаз.

- Однако это не меняет серьёзности ситуации. Даже если снаружи это всего лишь папье-маше, в пределах города его сила не имеет себе равных.

В зависимости от настройки мобильная броня могла значительно усиливать мощность. В городе Акиба её возможности превышали 100-й уровень. Его назначение - контролировать авантюристов, совершающих насильственные действия в городе, что вполне естественно, но его боевые способности превосходили даже способности авантюристов самого высокого уровня.

На самом деле, Лайнезия, женщина, была направлена в этот город, управляемый Авантюристами, в том числе и потому, что её безопасность гарантировали мобильная броня и стража. Конечно, официальная позиция заключалась в том, что она взяла на себя ответственность за то, что спровоцировала битву за полуостров Песчаного Листа, сделав опрометчивое заявление без разрешения совета лордов. Однако это означало, что её дед был настолько предусмотрителен, когда отправлял беззащитную принцессу Народа Земли в город Авантюристов с горсткой сопровождающих.

Однако информация о боевых способностях, которые служили гарантией, попала к постороннему человеку. Эта новость указывала сразу на множество вещей.

- Но тогда... Вы не можете иметь в виду... Убийцу...

Лайнезия побледнела. В ответ на её вопрос Кинджо кивнул.

- Да, клан Куниэ причастен к этим преступлениям. Как бы ни было стыдно, но я вынужден это признать.

Скандала оказалось достаточно, чтобы заморозить Лайнезию.

Клан Куниэ, да ещё и с охраной, не должен был стать причиной подобной ситуации. Такого Люди Земли не могли себе представить даже за несколько сотен лет.

Однако если это так, то это объясняет несколько загадок.

То, что система охраны Акибы не смогла обнаружить убийства, было вполне естественно. Сеть наблюдения была предназначена для обнаружения вреда, причиняемого Авантюристами или Людьми Земли друг другу. Когда стражники вступали в бой, это не было преступлением: Они охраняли мир.

Другими словами, не было никакой возможности обнаружить убийства.

В мобильной броне преступник обладал боевыми возможностями, превосходящими возможности Авантюристов. Лайнезия не обладала боевой мощью и не знала, насколько "больше", но из слухов, которые доходили до неё в течение последних нескольких дней, она знала, что жертв было уже достаточно много.

Более того, тот факт, что клан Куниэ причастен к этому инциденту, был смертельно опасен по двум пунктам.

Во-первых, существование клана было слишком прозрачным, естественным, как воздух. Телепортационные стражи, охранявшие покой города, банковская сеть, протянувшаяся через весь Ямато... Эти системы были слишком важной частью общества, как для жителей Земли, так и для Авантюристов. Их удобство и безопасность были надежными составляющими социальной инфраструктуры.

Однако разве это не делает трещину в их фундаменте еще более страшной? Лайнезия не проходила экспертного обучения и не могла даже представить, к каким катастрофам это может привести, но при мысли об этом испытывала тревогу, словно черные тучи появились на горизонте.

Второй был более прямым: Куниэ, хотя и эксцентричные, но были Людьми Земли, и они убивали Авантюристов.

Авантюристы были совершенно иными существами, чем Люди Земли. Внешне они были похожи, но разница между их биологическими потенциалами была столь же велика, как между небом и землей. Авантюристы значительно повышали свои способности, участвуя в жестоких боях снова и снова, а когда достигали высокого уровня, то обладали такими боевыми качествами, что один из них мог сражаться с отрядом из сотни рыцарей.

До сих пор Авантюристы Акибы защищали Лайнезию. Они также поддерживали её. Однако не потому ли, что Лайнезия и её народ были слабы? Даже если дело было не только в этом, Лайнезия чувствовала, что это часть причины.

Когда это рухнет, отношения между Авантюристами и Людьми Земли могут потерпеть фатальный крах.

«Почему это происходит...?»

Разум Лайнезии наполнился сожалением и обидой.

Никак иначе нельзя было описать её настроение. Почему эта ненужная неприятность произошла именно сейчас, когда её сюда направили, когда она стояла прямо перед входом? Ведь этот инцидент не должен был произойти, не так ли? В клане Куниэ не было ни одного скандала за многие века, и она не могла понять, почему они повели себя так плохо именно сейчас, да ещё в Акибе - городе, где жила Лайнезия.

- Этот инцидент произошел по нашей неосторожности. Приносим свои искренние извинения.

- Разве... Разве клан Куниэ не может... сделать что-нибудь с этим? - спросила Лайнезия.

Она догадывалась об этом ещё до того, как спросила его, но ей пришлось спросить.

- Мне очень жаль, принцесса Лайнезия. Конечно, если мы прекратим подачу магии, мобильная броня перестанет функционировать. Но если мы это сделаем, то защитный магический круг города также потеряет свои способности, и потребуются десятилетия, чтобы вернуть его в строй. Другого ответа я дать не могу.

Чтобы защитить Акибу от монстров снаружи, магический круг нельзя было отключать.

То, что этот магический круг давал убийце силу, потрясло Лайнезию.

Часть 3.

Акацуки, которую впустили в прихожую, грела в руках чашку со спокойным выражением лица.

Ей не было особенно холодно. Просто больше нечем было заняться.

Она не знала, насколько это было случайностью, а насколько - заговором служанки Элиссы, но острое чувство Следопыта позволило ей услышать почти весь разговор в соседней комнате.

Однако, как бы она ни думала об этом, для Акацуки это было слишком сложно, чтобы справиться с этим в одиночку. Акиба переживала кризис: С этим не могла справиться ни одна крупная гильдия, кроме Бригады Западного Ветра или D.D.D., а Совет Круглого Стола, возможно, был бы вынужден вмешаться.

Акацуки решила, что ей лучше сделать вид, что она ничего не слышала, и уйти.

Прекрасная принцесса, девушка, похожая на лунный свет, раздумывала над тем, стоит ли рассказывать об этом Авантюристам. Акацуки казалось, что если бы она услышала часть истории об убийце до того, как Лайнезия приняла решение, то это слишком сильно повлияло бы на положение вещей.

В результате Акацуки решила взглянуть на лицо Лайнезии, но, подумав об этом позже, поняла, что, возможно, это было слишком капризно с её стороны. Из-за слов своего господина она решила хотя бы проверить выражение лица принцессы; причиной же её попытки было задание, данное Широэ, и не более того. В любом случае, сейчас у Акацуки не было ни малейшей возможности беспокоиться о других людях.

Она выскользнула на балкон через окно прихожей. В сочетании с однотонной повседневной одеждой она, вероятно, выглядела как крадущаяся тень. Для физических возможностей Авантюриста высокого уровня перепрыгнуть на балкон гостиной, расположенный в трех метрах, было даже проще, чем перешагнуть границу татами.

Лайнезия была там, в тени искусно вылепленной оконной рамы, за кружевной занавеской, похожей на пену. Молодой человек, который разговаривал с ней минуту назад, видимо, ушел домой: Она сидела одна на диване в гостиной, уткнувшись лицом в большую подушку.

Лайнезия всегда была спокойной, жизнерадостной, искренней и держала голову высоко. Она была из тех красивых девушек, которым нельзя не позавидовать. Даже больше, чем её прекрасные серебристые волосы и стройная шея, её неизменно скромная, любезная манера поведения создавала атмосферу, которая решительно отличалась от приключенческой. Девушка Лайнезия была способна убедить любого Авантюриста в том, что воспитание действительно определяет, кем ты становишься.

...И вот уже Лайнезия, словно выбившись из сил, наклонилась вперед, обняв большую подушку и уткнувшись в неё лицом. Она совсем не походила на Лайнезию.

- Это бесполезно.

Между ними было стекло, но она слышала этот голос.

Слабый голос был похож на серебряный колокольчик, но в нём сквозило безрассудное недоумение.

- Это действительно нехорошо.

Когда она встряхивала подушку, её гладкие серебристые волосы вздымались, как водопад.

- ...Почему сейчас? ...Почему я?

Тело Лайнезии словно завяло.

Принцесса издала долгий, протяжный вздох и превратилась в маленькую хрупкую девочку.

- Все идет не так, как я хочу.

На холодном балконе Акацуки кивнула. Она очень хорошо понимала это чувство.

В мире было слишком много сложных вещей и слишком мало того, что она могла бы сделать своими руками. Это было очень обидное, несчастное чувство.

- Не могли бы вы немного облегчить мне задачу? ...Не могли бы вы оказать мне дополнительную помощь? Может быть, вы задержитесь... немного?

Акацуки тоже загадывала такие желания.

Был ли кто-нибудь, кто не загадывал?

Но они не сбылись.

Она не думала, что есть человек, которого не подвели. Никто никогда не получал всего, чего желал. То, что, как тебе казалось, ты обрел, то, что, как тебе казалось, ты создал, то, что принадлежало только тебе... Вскоре, все они исчезали, ускользая из рук.

Все было слишком тривиально, и иногда ей хотелось думать, что, может быть, само желание было ошибкой. Все было настолько плохо, что ей казалось, будто злоба - главная стихия в мире.

- Что мне делать?

Лайнезия как будто растерялась, и Акацуки ответила ей.

- Обсудить это с Советом?

- Но, если я это сделаю, не окажемся ли мы в состоянии войны с Авантюристами?

- Тем не менее, держать это в секрете нельзя. Трудно сказать, что мы знаем достаточно о ситуации, но даже так.

Окно было чуть приоткрыто, и Акацуки проскочила через него, даже не задернув занавеску, и встала перед Лайнезией.

Она почувствовала легкую ностальгию. Она смотрела на своего господина, когда он вот так склонял голову. Теперь это время было очень далеким. Перед ней стоял не её черноволосый господин, а сереброволосая принцесса.

- Я действительно должна буду рассказать, тогда...?

- Я не знаю

- Почему эта угроза исчезла в такое время? Он всегда появлялся, когда ему не было здесь дела, а теперь... Он действительно бесполезен.

- Красти отправился в Водопад Семерых, замок Гоблинов.

- Я знаю. Но это не значит... О, нет, это не то...

- …

- Это не... это?!

Лайнезия подняла голову, как будто её ужалили. Уголки её нарисованных губ подрагивали, она отчаянно пыталась сгладить выражение лица, но уголки её глаз были слегка покрасневшими.

- Эм, ох. Я...

Лайнезия поспешно устроилась, выпрямившись. Перед ней стояла Акацуки. Поскольку высокая принцесса имела дело с миниатюрной Акацуки, то даже когда она сидела, если она сидела прямо, разница в уровне их глаз была невелика. Возможно, потому, что ей было неудобно, Лайнезия опустила взгляд. Акацуки стало стыдно за то, что он заставила её чувствовать себя так.

Акацуки не собиралась ни подслушивать, ни входить в комнату в таком виде.

- Ч-что... Вы, эм... Вы слышали...? - Лайнезия посмотрела на неё сквозь ресницы. Акацуки кивнула. Лайнезия подтвердила, - Конечно, слышали... - оставив конец фразы без внимания.

Оба, казалось, не находили слов, и время текло между ними.

Не удержавшись, Акацуки достала из сумки сладкую булочку с красными бобами, купленную на обед, и протянула её Лайнезии. Девушки сели на диван бок о бок и некоторое время они тихо наслаждались сладостью, которую они разорвали на части.

- Преступник - один из Народа Земли?

Лайнезия ответила на вопрос Акацуки с паузой.

- Да, именно так. У Куниэ, клана, отвечающего за охрану города, была украдена мобильная броня. По всей видимости, поскольку мобильная броня - это охранное оборудование, о происшествиях в городе не сообщается, и она способна наделять людей большими боевыми возможностями. Мне очень... ужасно... жаль.

- Почему?

- Пардон?

- Почему она была украдена? Кто её украл?

- Человек, укравший её, похоже, тоже пропал. Мы не знаем, является ли тот, кто сейчас использует её, тем самым членом клана Куниэ или нет. Мы также не знаем, какова его цель и где он скрывается.

- Думаю, он прячется в канализации.

- Канализации?

Акацуки поделилась с ней своими мыслями.

- Судя по тому, что я слышала, я сомневаюсь, что он скрывается за пределами Акибы. В таком случае, канализация - это единственное место, которое не было полностью обыскано, и где он будет вне поля зрения.

Судя по тому, что она слышала, убийца, похоже, обрел силу стража.

Акацуки была поражена, когда впервые услышала это, но, если это правда, это кое-что объясняет.

Боевые способности убийцы, вероятно, превышали 100-й уровень и были близки к 110-му. Авантюристы Акибы в основном были 90-го уровня, так что, конечно, они не могли ему противостоять.

В то же время, если бы он использовал силу охранников, то вряд ли покинул бы Акибу. Ведь если он уйдет, то потеряет свою боевую мощь. Таким образом, количество мест, где он мог спрятаться, было ограничено.

Однако поймать его, скорее всего, будет крайне сложно.

Для того чтобы немедленно взять под контроль преступления, совершаемые в городе, стражники имели функцию телепортации. Когда эта функция использовалась для наказания преступников, она была успокаивающей, но, когда преступник мог использовать её активно, лучшего способа сбежать было не найти.

Даже если бы одна из крупных гильдий сформировала рейд и окружила его, если бы он хотел только сбежать, он бы точно смог скрыться.

- Я поняла...

Акацуки посмотрела на стоящую перед ней девушку.

Дочь величайшего дворянского рода на востоке Ямато - Дома Коуэн.

Легендарная красавица, чьё имя было известно всему Исталу.

Посредник между Людьми Земли и Авантюристами, центральная фигура в войне на полуострове Песчаного Листа.

"Мистическая принцесса серебряной луны".

Девушка, стоявшая перед ней, не была похожа ни на одну из этих вещей. Она выглядела обычной.

На лице девушки было выражение подавленного страдания, но, несмотря на это, она откусывала от своей сладкой булочки с красными бобами. Это была обычная девушка, которую можно встретить где угодно. Мало того, Акацуки подумала, что, скорее всего, она была такой же и в глазах других женщин.

- Для вас это проблема?

- Проблема.

Когда оба кивнули друг другу, стало ясно, что ни у одного из них не осталось сил ни на что, кроме своих проблем. По крайней мере, Акацуки видела себя в этой прекрасной серебряной принцессе.

Господин Акацуки когда-то сказал:

«Защитите Лайнезию, принцессу Народа Земли.»

Акацуки восприняла эти слова как "караульная служба". Однако только сейчас она поняла, что, возможно, это было не так.

«Интересно, что мой господин хотел, чтобы я защищала...»

Если бы речь шла о физической защите Лайнезии, то не было бы необходимости приходить на эти чаепития, не так ли? Если бы другая девушка хотела, чтобы её защищали только физически, не было бы никакого смысла устраивать эти чаепития, не так ли? Не упускает ли она из виду что-то важное? То, что давно заметили Мариэлль, Генриетта и другие?

Акацуки хотела сказать Лайнезии: "Ничего не поделаешь."

Случалось много несправедливого. Было много вещей, с которыми вы не могли справиться, много желаний, которые не сбылись.

Помочь в этом случае было невозможно. У Акацуки не было возможности нарисовать Лайнезии чудо, и поэтому единственные слова, которые она могла ей сказать, были: "Ничего не поделаешь".

Если бы она могла добавить что-то ещё, то, наверное, это было бы: "Ты делаешь всё, что в твоих силах".

Акацуки видела, каких больших успехов она добилась на конференции лордов. Она также слышала, как Широэ оценил её. И вот уже некоторое время она пряталась рядом с ней, наблюдая за ней. В результате она могла сказать: "Ты стараешься изо всех сил".

Однако имела ли она право говорить ей эти слова? Девушка была дочерью дворянства, представительницей Народа Земли, и на ней лежала более серьёзная ответственность, чем на одиннадцати мастерах гильдий, входящих в Совет Круглого Стола. Акацуки сомневалась, может ли она сказать ей эти слова.

Задумавшись так далеко, Акацуки поняла, что лично она испытывает к этой серебристоволосой девушке некоторое уважение. Именно поэтому она приходила сюда каждый день и наблюдала за ней с близкого расстояния.

Даже сейчас, когда она отчаянно хотела стать сильнее, когда ей было тяжело возвращаться домой, в свой дом-гильдию, она не выходила из головы.

- Я пойду найду его.

Акацуки встала.

Если тот, кого она искала, был человеком из Народа Земли и если у него был специальный предмет для телепортации, то это давало ей возможность искать его. Возможно, днём он затаился в канализации, а ночью с помощью телепортации проник туда, откуда был виден весь город - туда, куда обычные Авантюристы попасть не могли, - и наблюдал за улицами.

- Что?

- Я выполню свой долг. Я видела, что вы выкладываетесь по полной.

Вытянутая рука Лайнезии сомкнулась на пустом месте.

Найдя подсказку, Акацуки вылетела через открытое окно и снова скрылась на улицах Акибы.

Часть 4.

Десять глаз смотрели на серебристый свет.

Скрещивающиеся клинки рисовали дорожки, похожие на падающие звезды, свет вспыхивал, но тут же исчезал.

Словно по договоренности, они проскальзывали мимо друг друга или ударялись друг о друга, с шумом отталкивания, больше похожим на осколки хрусталя, чем металла.

Надзуна и её спутники наблюдали за тем, как убийца и Содзиро сцепились в смертельной схватке.

Удары, наносимые оружием Содзиро - учигатаной, были невероятно плавными, без малейшего намека на испуг. Однако Надзуна знала, что каждый удар таит в себе неизбежный ужас для его цели: Колющие удары казались медленными только потому, что были такими изящными. Атаки Содзиро видели все уловки противника и, в отличие от их внешнего вида, были совершенно смертоносными.

Однако убийца отражал атаки Содзиро своими гротескными перчатками и доспехами.

Это не было настоящим фехтованием. Его движения были инстинктивными, а стиль боя - почти звериным. В нем чувствовалась явная радость убийства, присущая только людям.

Не успели исчезнуть искры от одной отраженной атаки, как меч убийцы нанес удар из небрежного положения.

В отличие от Содзиро, его удары не соответствовали этикету фехтования. В каком-то смысле это были грубые удары.

Однако именно потому, что они были столь бессистемными, они были быстрыми и трудно предсказуемыми.

На самом деле их жертвой стала спутница Надзуны - Кёко, а Кавара, которую Надзуна прижимала к себе, получила серьезную травму.

- Босс невероятен...

Бормотание, вырвавшееся из объятий, отражало мысли всех членов группы, ожидавших позади Надзуны.

Им действительно следовало окружить этого противника и сражаться всей группой.

Энбарт Неллс.

Уровень 94, Самурай.

Надзуна больше не думала, что этот демон, который был на один уровень выше Содзиро, был Авантюристом. Мысль о том, что он самурай, была просто нелепой.

Надзуна уже давно наблюдала за самураем (Содзиро). Правда, система специальных навыков в Elder Tales была разнообразной, и особых умений, которые мог получить класс самураев, было много. Уровень менял большинство навыков на более сложные, а их было около сорока серий. Овладеть всеми навыками одному самураю не под силу, но разница между навыками, которыми владел убийца перед ней, и теми, которыми владел Содзиро, была слишком велика.

Незнакомец не был самураем. Его манера сражаться слишком отличалась от манеры Авантюристов.

Тем не менее, поначалу они столкнулись с ним как группа.

Это произошло сразу после того, как одна из поисковых групп Бригады Западного Ветра столкнулась с убийцей и не смогла его поймать. Группа Содзиро, ожидавшая в штаб-квартире, выдвинулась в этот узкий переулок и сразилась с убийцей.

Однако план боя группы Надзуны - окружить и уничтожить его - быстро рухнул.

На этой улице, в щели между двумя развалинами, не было возможности собрать достойную формацию. Кроме Содзиро, в отряде Надзуны не было никого, кто мог бы остановить сверхъестественное фехтование убийцы.

Кавара, второй авангард, был разрублен в мгновение ока, Надзуна и заклинатели тоже получили повреждения. Если бы Содзиро не бросился вперед одним рывком и не надавил на убийцу, одного или двух из них, вероятно, уже отправили бы в Храм.

Надзуна тихо поблагодарила.

Не потому, что Содзиро спас их.

И не за то, что ему посчастливилось обойтись без жертв среди девушек, стоящих перед ним.

Атаки, которые могли бы разрезать людей звуком, если бы это было возможно, повторялись снова и снова. Вечерело, и зимний ветер становился все суше, все холоднее и холоднее. Меч убийцы мчался так, словно хотел рассечь этот воздух.

Среди пейзажа, где белый туман просачивался даже при попытке задержать дыхание, Содзиро отражал атаки.

Это была Тайна(1) Содзиро, Ясновидение.

(1) Под тайной как я понял имеется в виду тот самый “Сверх уровень”, но я, пожалуй, пока что оставлю вариант с тайной т. к. у меня на счёт этого мало информации.

Надзуна не совсем понимала, что это такое, но Ясновидение было защитной Тайной. Содзиро говорил ей, что видит траектории, проходящие по воздуху. Это была новая способность, которую он приобрел. Пользуясь ею, Содзиро продолжал отражать атаки убийцы.

Обычное спокойствие Содзиро отсутствовало.

В обычных условиях он не стал бы отражать удары. Он бы пропустил их мимо себя или парировал.

То, что он не смог этого сделать, свидетельствовало о том, насколько быстрыми и резкими были удары убийцы.

Затем последовал удар, который он не смог парировать, и один из больших рукавов доспехов Содзиро, которые делали его похожим на воина эпохи Сэнгоку, отлетел.

Другие её спутники, вероятно, не могли этого сказать, но Надзуна прикусила губу.

Эта атака разрушила защитный барьер, который она поставила Содзиро. Это было защитное заклинание, которое предотвращало повреждение HP, заранее устанавливая барьерную магию. В некотором смысле, можно сказать, что это был невидимый дополнительный HP. По поверхности бледно-голубого зеркального эффекта пробежала рябь, и он рассыпался. Даже если окружающие могли видеть, как это произошло, Надзуна, заклинательница, была единственной, кто мог точно знать, сколько урона он получил, прежде чем рассыпаться.

Очистительный барьер, использованный Надзуной, был эквивалентен чуть менее 20% от общего количества HP Содзиро. Другими словами, в тот момент, если бы не заклинание барьера, Содзиро потерял бы 20% своего здоровья. Сила атаки была эквивалентна силе атаки рейдового босса, и это заставило Надзуну забеспокоиться. Если он будет принимать такие атаки одну за другой, Содзиро долго не протянет.

Конечно, она готовилась к созданию ещё одного барьера, но это не было заклинанием, которое она могла бы использовать одно за другим. Каннаги, подобные Надзуне, сражались, комбинируя барьеры и тонкие восстановления, чтобы полностью защитить своих товарищей от опасности.

Если она будет слепо придерживаться барьеров, то потеряет больше MP, чем нужно, и вскоре битва начнет оборачиваться против них. Но и без этого было ощущение, что она ходит по натянутому канату. Если убийца перед ней почувствует, что она использует защитные заклинания, его клинок может обратиться против неё.

Однако, если бы она отвернулась от боя, то не смогла бы защитить или вылечить Содзиро.

Всё, что она могла делать, это наблюдать за ним, оценивать свои силы и продолжать доверять всё барьерам, даже если они были как папиросная бумага.

«Что это за парень? Как будто такая азартная игра может существовать!»

Некоторые вещи она понимала именно потому, что была Каннаги.

Она была главным целителем Бригады Западного Ветра - гильдии, которая уступала по численности другим высококлассным группам, но все равно продолжала бросать вызов рейду за рейдом и была одной из лучших гильдий на сервере.

И все-таки поражение в этом бою казалось практически неминуемым.

Поскольку танк, отражавший атаки противника, был Содзиро, им удавалось сохранять равновесие на волоске, но, если бы не он, Надзуна была уверена, что их бы растоптали, и на этом все закончилось бы.

Даже Содзиро не смог парировать все атаки.

Конечно, даже если бы это был рейд, невозможно было бы свести на нет все атаки огромного дракона или кровожадного голема. В большинстве рейдов в бою участвуют как минимум три, а иногда и десять лекарей, поддерживающих одного игрока в авангарде. Затем, пока авангард держал мощного противника, атакующие снижали его HP до нуля.

Однако сейчас у них не было достаточно лекарей и атакующих. В любом случае, в этом узком переулке, похожем на щель между мебелью, они не могли использовать рейдовую формацию.

Надзуна и остальные считали, что если враг - Авантюрист или, возможно, обычный монстр, то им нечего бояться. Они не думали, что убийца окажется таким демоном.

И снова—

- Гхк!

Противник проскочил сквозь атаку Содзиро.

Убийца успел перебраться на правую сторону Содзиро, прежде чем они успели это заметить. Его странный силуэт двигался как насекомое, нанося удары по голеням Содзиро. Содзиро подпрыгнул, уклоняясь от удара, но его обычная грация, похожая на танец, исчезла. У него не было такой свободы действий.

Содзиро соединял несколько атак и ломал стойку противника, старательно пытаясь создать брешь для атаки, но этот монстр использовал свои странные боевые искусства, чтобы свести удар на нет. Так случилось и сейчас.

Он проскользнул сквозь атаку Содзиро и ударил его в спину.

Если бы его можно было только атаковать, то вряд ли он отреагировал бы как настоящий рейдовый монстр, но они просто не могли попасть по нему. Даже если бы Содзиро смог оставаться таким активным, если бы все продолжалось в том же духе, у Надзуны закончился бы запас MP, и линия фронта рассыпалась бы.

И вполне вероятно, что...

«Пока мы здесь, Содзиро наверняка не убежит.»

Она была уверена в этом.

- ...Мастер Со.

- Босс.

- Это нехорошо, я не вижу!

Она услышала бормотание, в котором слышались нотки боли. Это были спутники Надзуны. Они были покрыты ранами, и технически Надзуна должна была их вылечить, но сейчас она не могла сделать это как следует. Она хотела удержать хотя бы то небольшое количество MP, которое потребуется для их исцеления.

С тревогой в сердце, но Надзуна отставила план отступления.

Содзиро не мог бежать. Отчасти потому, что он ни за что не бросил бы своих спутниц, а также потому, что убийца и без того сильно давил на него: Бегство могло бы оставить его открытым для нападения сзади.

В том же смысле, в каком Содзиро не мог бежать, Надзуна тоже не могла бежать. Если Надзуна побежит, барьер разрушится минимум через несколько секунд, максимум - через тридцать. Если барьер рухнет, то урон будет нанесен прямо по HP Содзиро. Чтобы сохранить жизнь Содзиро - то есть хоть ненадолго задержать преследование - Надзуна не могла бежать.

Но как быть с другими девушками?

Она могла позволить Каваре, Оливе и остальным идти первыми. Это был, пожалуй, единственный правильный ответ.

Однако для этого ей нужна была возможность. Если они сейчас начнут бежать сломя голову, убийца может переключить внимание с Содзиро на девушек. Конечно, роль Содзиро заключалась в том, чтобы не допустить этого, но не было никакой гарантии, что он сможет предотвратить это полностью. Демон был слишком силен.

Если бы у них был хоть какой-то шанс... Пока она думала об этом, время ускользало от неё, и становилось всё темнее. Клинок убийцы танцевал, сияя фосфоресцирующим светом. Сумерки тянулись всё дольше и дольше.

В том, как Содзиро взмахнул мечом, были заметны проблески неуверенности. Сражение было поединком. Даже если это был Содзиро, она не могла предположить, что душевное волнение не приведет к его краху.

В этот момент пронеслась ласточка.

Часть 5.

Она пробежала по ветке древнего дерева, окружавшего офисное здание гильдии, а затем спрыгнула с его верхушки.

Чем тоньше ветка, тем лучше. Ветви, которые казались достаточно толстыми, чтобы сидеть на них, чувствовали себя уверенно, но при использовании гибкости для "полёта" они были несколько неудобны.

Повторяя движения снова и снова, Акацуки бежала по городу Акиба.

В воздухе, как и на земле, были коридоры. Ветви и крыши, на которые легко было запрыгнуть. Балконы и разрушающиеся вывески. В городе Авантюристов, где сохранились руины старых зданий и древних деревьев, существовали маршруты специально для тех, кто мчался по небу.

Когда она стала способна перемещаться по воздуху по этим маршрутам, не задумываясь об этом?

Когда это была игра, такой возможности не было.

Ей казалось, что она ещё не умела этого делать, когда был создан Совет Круглого Стола. К тому времени, когда они вернулись из Песчаного Листа, она уже делала это неосознанно. Она не знала, когда именно она научилась это делать, но теперь уже не могла представить себе путешествия по Акибе без этого метода. Даже в тех местах, где она никогда раньше не бывала, она неосознанно наблюдала за течением ветра, расположением зданий, положением деревьев и стен сооружений.

Её длинные волосы развевались в потоках воздуха.

Если волосы были тяжелыми, это означало, что воздух влажный и скоро пойдет дождь.

Если ветер шатал её, значит, он был сильным, и некоторые маршруты были бы неудобными.

Обретя это чувство, Акацуки начала приобретать физические навыки, которые были далеко не самыми лучшими среди Авантюристов, использующих эти коридоры в воздухе.

Она делала всё, как всегда, но её тело горело изнутри, и её конечности были легкими.

Акацуки проследила за тем, как её вес опустился на кончик ветки, а затем взмыла в воздух. Когда она поймала ветер, осознание движений своего тела было острее, чем обычно. Она повторяла эти движения десятки раз, но почему она могла приземлиться на следующую ветку, используя вдвое меньше сил, чем обычно, а затем мысленно переходить к следующему прыжку, который должен был использовать изменение её веса?

В голове крутился короткий разговор с Лайнезией.

Акацуки не умела думать о себе в сравнении с другими людьми, не умела хорошо организовать свои мысли. Как выглядела Лайнезия. Слова Лайнезии. Её собственные чувства. Её реакция. Они всплывали внутри Акацуки, как поднимающиеся пузырьки, бились о неё, потом лопались и исчезали.

Поскольку они исчезли, не успев стать словами, Акацуки так и не поняла, что именно подтолкнуло её к действию.

Лайнезия работала не покладая рук.

Одни только эти слова тлели в её сердце.

...До такой степени, что она считала, что должна быть вознаграждена.

Вечернее солнце уходило на запад. Наблюдая за ним краем глаза, она напрягала слух, широко и тонко расправляя свои органы чувств. Навык обнаружения присутствия, который она использовала снова и снова, уловил различные голоса, доносящиеся из города Акиба.

- Давайте вернемся в гильдию и приготовим луковый суп.

- Где мы будем охотиться завтра?

- Не хочешь поужинать со мной где-нибудь? Я, эм... Я угощаю!

- Знаете, я подумываю о новом бизнесе.

- Клянусь, наш суб-ГМ(2) такой строгий!

- Интересно, смогу ли я как-то устроить свидание?

- Авантюристы едят в два раза больше, чем мы, не так ли...

- Не, в три раза больше.

(2) Суб-ГМ = суб-гильдмастер = суб-мастер гильдии.

Разговоры были действительно пустяковыми, ничего важного. В обычной ситуации она, скорее всего, даже не обратила бы на них внимания. Однако сегодня слух Акацуки почему-то улавливал их с необычайной четкостью.

Это были их секреты.

Каждый жил делами своего дня, а вечером - скромными планами провести ночь с самыми близкими людьми. Или это, или маленькие частные пожелания, которые каждый загадывал сам себе, о том, каким он хочет видеть следующий день. Конечно, это были не те секреты, которые могли бы доставить неприятности, если бы их кто-то подслушал, но в том смысле, что это были чувства отдельных людей по отношению к самим себе, шёпот считался секретом.

Акацуки не знала, но, скорее всего, для каждого из этих людей шёпот был очень важен. Сегодня она поняла эту важность.

Не зная, чего именно она коснулась, Акацуки прикоснулась к чему-то большому и необычному.

Возможно, потому, что она думала об этом, к тому времени, когда она заметила бой, она уже бросилась в него.

Прошло около двух минут с того момента, как её слух уловил скрежет мечей стражников в ближнем бою, и она изменила курс к пятнадцатиэтажному зданию, где уже увидела сам бой. Как только она увидела его, то сразу же метнулась в ущелье между двумя зданиями.

Она не просто расслабилась в свободном падении: Она ударялась ногами о стены зданий по обе стороны, пытаясь ускориться.

Положив руку на рукоять короткого меча, прикрепленного к спине, Акацуки задержала дыхание и бросилась в атаку.

Почувствовав отдачу от прорезания воздушных мембран, автоматически развертываемых магическим оборудованием, Акацуки наконец осознала ситуацию.

С черным убийцей сражался один отряд. В авангарде был самурай, а в тылу - всего один лекарь. Остальные были частично выведены из строя.

Авангардом был Содзиро, гильдмастер Бригады Западного Ветра, одной из одиннадцати гильдий, входящих в Совет Круглого Стола.

В MMO-играх то, что сделала Акацуки, называется "кражей убийств". Под этим понималась ситуация, когда одна из сторон сражается с противником, а Авантюрист, не являющийся членом этой стороны, атакует его без разрешения. Поскольку такое действие было очень близко к краже очков опыта или сокровищ, оно считалось плохим этикетом и не одобрялось.

Кроме того, вторая сторона была одной из ведущих боевых гильдий Акибы. Поскольку Акацуки не умела общаться с другими людьми, в обычной ситуации она была бы в недоумении и, скорее всего, не стала бы подходить.

Однако в этот раз всё было иначе.

Её сознание было насыщено всем, что произошло с того утра.

Казалось, что она бредит в лихорадке, но, несмотря на это, мир, через который проскочила Акацуки, выглядел в десятки раз яснее, чем обычно.

Ускоренный Клык, направленный вбок справа.

Он не дотянулся. Она знала, что не дотянется. Она ударила ногой в стену, танцуя в пространстве: Скрытный Клинок.

Она сделала сальто, уклонилась: Быстрое Нападение.

Как она уже почувствовала во время первой схватки, убийца был силён. Акацуки, скорее всего, не сможет победить.

Тем не менее, она не остановилась.

В попытке получить хотя бы маленькую подсказку: Ядовитый Удар.

Она отступила назад, когда меч противника обрушился на неё. Недостаточно. Она заставила себя отступить назад с помощью Порывистого Шага. Всё равно недостаточно. Даже когда бледный клинок проскользнул сквозь зону защиты Акацуки, заморозив её позвоночник, она шагнула вперед с пылающим спокойствием. Не обращая внимания на то, что её правая чёлка была отрезана: Ускоренный Клык.

Слишком мелко. Ещё один! Осторожно меняю траекторию, как бы подхватывая его: Ускоренный Клык.

Быстрее, быстрее, ещё быстрее.

В какой-то момент Акацуки заметила, что вокруг неё мерцает бледно-голубая рябь.

Это было барьерное заклинание Каннаги. Она могла сказать, что это было заклинание высокого уровня, в несколько раз сильнее того, что использовала Минори. Несомненно, это была поддержка целительницы, которую она видела минуту назад.

Однако Акацуки понимала, что и это не более чем незначительная страховка. Клинок убийцы всё ещё был обращён на стоящего перед ней самурая. Именно поэтому он не предпринимал многочисленных контратак против Акацуки, и именно поэтому Акацуки была ещё жива. Если бы это было один на один, то жизнь Акацуки давно бы оборвалась.

Хотя ей не хотелось признавать это, круглолицый парень, который носил волосы в хвосте несмотря на то, что был парнем, был одним из лучших авангардов на сервере, лидером Бригады Западного Ветра Содзиро Сэта. Он был крутым парнем с боевым опытом и славой, по сравнению с которой Акацуки просто меркнет, но даже он не смог сдержать черного убийцу.

- Беги!

Акацуки увидела, как уголки губ Содзиро приподнялись в ответ на выкрикнутые ею слова.

Напряженный, пронизывающий взгляд поразил Акацуки. Несмотря на то, что он выглядел моложе её, это было мужское выражение лица, причем угрожающее, и Акацуки ожидала, что оно испугает её. Однако на самом деле она проигнорировала это предчувствие и продолжала сражаться, как маленький ураган.

- Зачем?

Вопрос Содзиро был вполне естественным, и он оставил Акацуки в растерянности.

Она вскрикнула лишь на рефлексе, и даже сама не знала, зачем это сказала. Этот человек Народа Земли, который был намного сильнее Акацуки, был чудовищем.

Если подумать, то это было вполне естественно. Его уровень был выше, чем у любого Авантюриста, а его способности были усилены мобильной броней. Ещё один взгляд показал ей, что раздутый силуэт конечностей убийцы был вызван тем, что он насильно прикрепил к своему телу части защитной брони. Кусочки, похожие на светоизлучающие диоды - доказательство того, что магия все еще поступает, - образовали защитную мембрану, блокирующую атаки Авантюриста.

Акацуки, вероятно, не могла победить. Скорее всего, Содзиро тоже не сможет. Никто не мог победить убийцу в этом узком переулке. Единственный способ сделать это - окружить его большим числом Авантюристов и оказать на него давление... Но разве для этого она кричала? Хотела ли она использовать себя в качестве приманки, чтобы спасти Содзиро?

Среди насыщенных мыслей Акацуки она увидела Широэ, который смотрел на небо с озабоченным лицом.

- Почему?

- Потому что победить его и решить эту проблему - две разные вещи.

Гротескный удар обрушился на Содзиро, готовый пронзить его насквозь, и Акацуки со всей силы перехватила его:

Assassinate. Это было самое быстрое и сильное специальное умение Ассасина, наносящее более десяти тысяч единиц мгновенного урона, но даже оно могло лишь сбить с курса толстую, черную, огромную перчатку убийцы.

- Так что беги!

- Я не могу на это согласиться.

На её повторное предупреждение улыбка Содзиро стала еще шире. Он поднял меч над головой и опустил его.

Убийца уклонился, а затем нанёс сверхчеловеческий удар, от которого Содзиро уклонился, задев правую часть своей чёлки. Потеряв волосы в том же месте, что и Акацуки, Содзиро сделал шаг к скрещению мечей, нанося косой удар по лезвию, которое уже опускалось вниз.

Содзиро был силён. Возможно, в несколько раз сильнее Акацуки.

Даже из обмена, который длился не больше доли вдоха, она могла сказать это.

Однако именно поэтому Содзиро должен был понимать, что не сможет прикончить монстра здесь и сейчас... И все же он не стал убегать. Почему? «Какой упрямый мальчишка,» подумала Акацуки. Если подумать, все мужчины в этом мире были упрямы. Тоя и Рунделхаус - молодые парни в группе - были исключительно упрямы. Наоцугу был скорее глуп, чем упрям, и не мог перестроиться. Мудрец Нянта тоже был более упрямым, чем казалось. То, что он клал огурцы в салат, было тому доказательством. Акацуки казалось, что единственный, кто прислушивается к её предложениям, - это её господин Широэ.

- Слева от тебя!

Акацуки резко остановилась, и яростная масса металла пронеслась мимо кончика её носа.

Она едва успела уклониться от бокового удара, а Содзиро, продолжая следить за Акацуки, легко уклонился от него.

Акацуки смотрела, восхищаясь этим движением, и чувствовала себя странно.

Даже сейчас Содзиро одаривал убийцу и Акацуки леденящей душу улыбкой. В обычной ситуации Акацуки почувствовала бы достаточное давление, чтобы бежать прямо домой.

Но она не сделала этого.

Здесь тоже было что-то, что-то большое, чего Акацуки не понимала. Содзиро не угрожал Акацуки. Он пытался дать ей что-то, а она задела его.

Акацуки чувствовала себя виноватой за то, что не знает, какова его истинная сущность, но, даже не зная, она понимала, что это нечто ужасно важное.

- Надзуна. Иди домой раньше меня, пожалуйста.

- Понятно. Мы будем ждать вас в зале гильдии.

При этих словах Акацуки наконец поняла, что Содзиро продолжал сражаться с убийцей, которого не мог победить, чтобы защитить девушек, оказавшихся беспомощными. Почувствовав, что барьеры, которые летели на неё и Содзиро в качестве последнего акта поддержки, Акацуки почувствовала, что остальные уходят. И в это время они с Содзиро начали яростную атаку.

Ни плавные удары Содзиро, ни атаки, в которые Акацуки вложила все свои специальные навыки, не сработали против убийцы. Они нанесли несколько десятков ударов. Сам факт того, что они вдвоем смогли продержаться против убийцы так долго, отличал эту битву от предыдущих нападений этого человека, но, конечно, Акацуки не успела это заметить.

Сил не хватало, но, несмотря на это, она отчаянно замахивалась мечом.

Она также подумала, что, будучи Авантюристкой, даже если она поставит себя на кон здесь, она просто воскреснет в Храме. Что может изменить такая дешёвая жизнь? Но даже без этого Акацуки была крошечной, слабой и медлительной.

Тем не менее, она считала, что Лайнезия делает всё возможное.

Не успела она оглянуться, как драгоценные барьеры, которые они получили в качестве поддержки, исчезли. Очевидно, холодный воздух, окутавший окрестности, был вызван не только зимним ветром, но и какой-то атакой дальнего действия, исходившей от убийцы, стоявшего перед ними. Содзиро уже давно был прямой мишенью, и его HP уменьшилось примерно наполовину. Это был предел того, как долго они могли сражаться таким образом.

- Хорошо. Пожалуй, я тоже сделаю хотя бы небольшой подарок младшему своего старшего.

Содзиро пробормотал что-то невнятное, затем снова встал в позу.

Акацуки занималась кендо, и даже она считала, что это красивая средняя защитная стойка: стойка сэйган, на жаргоне кендо, меч направленый в глаза противника.

- В связи с этим я могу сказать не так уж много.

Содзиро плавно вышел перед потрясенной Акацуки и взмахнул клинком. Это была прямая атака, и в ответ на нее контрудар убийцы прорезал пространство. Он замахнулся и промахнулся.

- Смотри внимательно. Слушай внимательно.

На этот раз убийца нанес удар с костедробительной силой. Содзиро намеренно принял её, чтобы нанести противнику равноценный удар. На фоне красной крови Содзиро, застывшей в воздухе, двое разделились, а затем снова сомкнулись.

- Сильно захотеть и продолжать думать об этом. Не сдавайся, продолжай тренироваться.

Акацуки отпрыгнула и тоже отчаянно замахнулась коротким мечом.

Несмотря на то, что это было что-то очень важное, из-за того, что Акацуки не понимал его важности, он сломался.

Это было ужасно плохо. Грусть наполнила её грудь.

- ...Это жалко, едва ли объяснение, но... Это все о Тайнах.

Убийца повернулся, с бедрами в качестве фокусной точки. Он был маленьким ураганом.

Ещё нет, подумала Акацуки. Она всё ещё не понимала. Она прикоснулась к чему-то, и всё же...

Она очень сильно желала, чтобы это продлилось хотя бы немного дольше. Это было чувство разочарованного сожаления, чувство, которого Акацуки обычно не испытывала.

Это была печаль от расставания с "чем-то", что ускользало от неё.

Однако, как будто для того, чтобы разбить эти чувства вместе с ней, ревущий, стремительный клинок обрушился вниз.

Она чувствовала тоску, словно кончики её пальцев вот-вот дотянутся до чего-то. Однако в результате атаки, которая, казалось, разрушила даже это, Акацуки и Содзиро "умерли" от боли, которую они даже не могли себе представить.

Часть 6.

Не каждый раз чаепитие превращалось в турнир по переодеванию.

В то утро, когда не было хорошей погоды, настроение в гостевой комнате Лайнезии было спокойным.

Можно с уверенностью сказать, что атмосферу чаепития определяли его участники. Когда приходила Мариэлль, сразу становилось светло и оживленно. Когда была только Генриетта, атмосфера напоминала совещание.

А когда на чаепитии была она и Ризэ, настроение было спокойным и элегантным.

Сегодня, судя по всему, члены Альянса Полумесяца и Фирмы Родерика не придут. Ризэ сказала об этом Лайнезии, и Лайнезия выглядела озадаченной. Она поприветствовала стратега из D.D.D., возглавлявшего учебный отряд, они вместе пообедали, затем выпили зеленого чая, который подали из большого чайника.

За окном широкое пасмурное небо предвещало дождь.

Светловолосый авантюрист, сидевший на противоположной стороне небольшой приемной, смотрел в даль через окно.

Она была довольно хорошо знакома с Ризэ, женщиной-авантюристкой. Девушка была спокойной и вежливой, и она была из того же клана, что и Красти-угроза.

Правда, они не общались.

Впрочем, это не сильно беспокоило Лайнезию. Лайнезия была из тех, кого подобные вещи обычно волнуют, и поэтому поначалу она была настойчива и заговаривала с ней о том и о сём. Однако блондинка ясно дала ей понять, что не стоит беспокоиться, и она прекратила попытки навязать разговор.

Тем не менее, нельзя сказать, что ей было некомфортно или что она не могла с ней разговаривать. Если находилась хорошая тема, они иногда вели довольно долгие беседы. Таковы были нынешние отношения Лайнезии с девушкой по имени Ризэ.

Молчание действительно беспокоило Лайнезию, но она, конечно, не умела разговаривать ради самой беседы. Напротив, она осознавала, что у неё это плохо получается. Это означало, что отношения с Ризэ были приятными, насколько она могла судить.

К тому же, сегодня Лайнезия тоже была не в настроении.

Человек из Народа Земли - и притом страж, существо, которое должно было поддерживать закон в Акибе, - был развращен и нападал на Авантюристов. Уже есть несколько жертв. При мысли о своей маленькой знакомой, которая бросилась в сторону города, оставляя за собой загадочные слова, настроение Лайнезии становилось все хуже и хуже.

«Почему это произошло? Почему именно я?» - эти вопросы не выходили у нее из головы.

Погода казалась будто бы пытается усугубить её депрессию, и её брови нахмурились.

- В этом Токио становится довольно прохладно, не так ли? Я ожидаю, что эта зима будет холодной.

- Токио...?

Тихие слова Ризэ вернули Лайнезию к реальности.

Это древнее альвское слово означало "восточный рай". Говорят, что в Замке Золушки, где родилась и выросла Лайнезия, хранилась первобытная стальная пластина с надписью "Токио".

- О, эм. Это слово, обозначающее весь район вокруг Майхамы, Акибы и Сибуи, - сказала Ризэ.

Выслушав это объяснение, Лайнезия кивнула. Это утверждение, похоже, соответствовало её поверхностным знаниям.

- Место откуда вы родом было теплее, чем Токио, мисс Ризэ?

- Это было не "теплее, чем в Токио", это действительно был Токио, но... Да, наверное. Зимы не были такими холодными. Правда, у нас не было особой устойчивости к холоду, поэтому тогда мы носили более толстую одежду и не выходили из дома.

«...Не очень устойчивы к холоду? Оставались закрытыми в своих домах?»

Иногда она резко переставала понимать, что говорят Авантюристы.

Когда Лайнезия наклонила голову в недоумении, её глаза встретились с глазами Ризэ.

Ризэ молча поставила чашку на стол и некоторое время смотрела на Лайнезию. Лайнезия не знала, как интерпретировать этот взгляд. Затем Ризэ начала улыбаться. Это была спокойная, нежная улыбка, такой она ещё никогда не видела.

- Я родился в маленьком городке в Токио.

- Не в Акибе, вы имеете в виду?

- Именно так. Это был город под названием Киёсе. Здесь... кажется, это район вокруг округа Нобидомэ. Это такое место, где можно было бы что-то найти, но ничего нет.

- Но...

По воспоминаниям Лайнезии, район Нобидомэ был местом обитания водоплавающих чудовищ. Там не было не только города, но и ни одной деревни.

Лайнезия была поражена собственным удивлением.

- Значит, вы не дворянка, мисс Ризэ?

Она сказала это потому, что считала Ризэ ребенком из какой-то аристократической семьи, причем влиятельной. Все Авантюристы были образованы настолько, что их нельзя было назвать простолюдинами. Даже среди них Ризэ и Генриетта были дворянами, изящество и элегантность которые проявлялись в общении с окружающими. Это не было вопросом поверхностного этикета. Она считала их истинными дворянами, которые с самого рождения воспитывались в среде, где умели быть внимательными к окружающим.

Неважно, если бы это было не так, и Лайнезия не собиралась различать, кто из них простолюдин, а кто Авантюрист. Когда она задумалась о причинах своего испуга, то пришла именно к такому ответу.

- Нет, это не так. Я родился в обычной семье, росла как обычный ребенок и учился в обычной школе.

- ......

- У вас здесь тоже есть школы, верно? Это места, где собирают детей и заставляют их учиться. В том месте, где я родился, все дети в округе ходят в ту или иную школу. Это обязательно.

Она ничего не знала о Ризэ.

Не знала она и об Акацуки, и о Генриетте, и о Мариэлль, и о Сераре, и о Надзуне, и о Микакагэ, и о Ранье, и об Азукико.

...Или о Красти.

Другими словами, она действительно ничего не знала об Авантюристах.

Её заставляли убеждаться в этом снова и снова, и все же вот оно, повторилось. Лайнезия почувствовала стыд и отчаяние от собственного невежества.

Давайте посмотрим... Когда я была ребенком, думаю, что я была настоящей мальчишкой. Детское аниме... У вас здесь такого нет, да? Наверное, сказки. Я обожала их и бегала вокруг с мальчишками. Хотя, сказать по правде, я отошла от этого, когда мне исполнилось десять... После этого, давайте посмотрим... Я переусердствовала, пытаясь стать леди, потерпела неудачу и меня высмеяли окружающие. Мне нравилось учиться, и я была в этом хороша. Если у меня получалось, люди хвалили, и я становилась лучше. Конечно, не прошло и много времени, как это стало просто ожидаемым, и вскоре люди перестали меня хвалить...

- Ох...

Об этом Лайнезия тоже знала.

Она умела улыбаться и вести себя хорошо. Сидеть так, чтобы казаться взрослой и мудрой, было для неё несложно. Она делала это потому, что ей нравилось, когда её хвалили. Лайнезия любила отца, мать, бабушку и дедушку - свою семью.

Это уже стало второй натурой, и она укоренилась до такой степени, что уже не могла вести себя по-другому, но изначально она хотела, чтобы люди, которые были ей важны, улыбались. Она хотела, чтобы они были счастливы.

Я была отличницей в школе, потому что я нравилась взрослым, и потому что у меня особенно хорошо получалось учиться. Это не значит, что я отчаянно трудилась над этим; я родилась такая. Город, где я родилась, имел несколько больших больниц, и здесь было много пожилых людей. Из-за этого я, возможно, больше обращала внимание на взгляды взрослых, чем на взгляды детей... В этом смысле я рада, что пришла сюда и присоединилась к D.D.D. Я стала высокомерной, и здесь есть люди, которые меня сломали. Есть люди, которые научили меня, когда я развалилась, что это не обязательно означает конец для меня. Много—

- Я—!

Лайнезия остановила её; её тон был твердым.

Она не могла этого слышать.

Она не обладала достаточной квалификацией, чтобы услышать это.

Она считала себя сильной женщиной. Лайнезии было стыдно за то, что она считала Ризэ благородной и что она по рождению была Авантюристкой. В конце концов, разве это не означает, что она даже не пыталась её понять?

Когда она поняла это, мир, который она знала, показался ей очень мелким и узким.

Дело было не в том, что она не знала о мире, а в том, что её воспитывали как принцессу Майхамы. Мир Лайнезии был мал, потому что она не пыталась увидеть то, что находилось рядом с ней.

«Вы много работаете, Лайнезия.»

Наконец-то она поняла смысл сказанных ей слов.

Они означали: "Я была внимательна".

Лайнезия была таким ребенком, что она даже не поняла, что это было сказано.

- Я родилась в городе Майхама. Поскольку формально я принцесса, то с малых лет меня воспитывала кормилица... Я не знаю многих игр, в которые играют другие. Наверное, я была богата и счастлива. У меня была красивая одежда и много еды. Я никогда не чувствовала, что моей жизни угрожает опасность...

Лайнезия начала говорить тихим голосом.

- Когда дело дошло до моего обучения, в замке было несколько учителей. Я думаю, что образование, которое я получила, было выше среднего для Людей Земли, но с вашей точки зрения, я не уверена, насколько я могу гордиться им...

Лайнезия складывала слова вместе, не зная, что и как ей сказать.

Это была детская церемония, проходившая неуклюже, так, как она показывала это Ризэ.

- Думаю, я также притворялась более скромной, чем была на самом деле, потому что хотела, чтобы семья меня хвалила. Я... Я действительно очень ленива. Мне хотелось бы каждый день дремать и загорать, и я не понимаю и половины сложных разговоров, которые слышу. Когда мне скучно, я сдерживаю зевоту.

Ризэ была внимательна, признаться ей в этом требовало немалого мужества.

Однако, хотя Лайнезия и следила за реакцией Ризэ, она и не думала останавливаться. В конце концов, эта ласточка, скорее всего, уже улетела за пределы этой точки.

- Я приехал в этот город, потому что думала, что таким образом смогу избежать утомительных формальностей. Даже сейчас я не умею вести деловые беседы и брать на себя ответственность. Когда я сталкиваюсь с непонятными вещами, мне хочется плакать. Мне кажется, что лучше всего мне подходит есть маленькие рисовые шарики и расслабляться. Однако я... Короче говоря, я принцесса, так что я не могу этого делать, и я также думаю, что не должна. По правде говоря, я даже не знаю, так ли это на самом деле, но...

Слова не складывались, и Лайнезия начала обижаться.

Красти, вероятно, уловил бы это чувство.

Однако это, наверное, было бы нехорошо.

Между ней и этой блондинкой, и девушкой, похожей на ласточку, было что-то такое, что она не смогла бы создать или соединить таким образом.

Ей показалось, что она услышала назидательный смешок Элиссы. Мгновенно вспыхнув, Лайнезия продолжила довольно яростно, как бы выжимая из себя слова.

- Я думаю, что где-то есть что-то ужасно важное, и поскольку это важно, я должна относиться к этому так, как будто это важно. И поэтому я, гм, я думаю, что должна остаться принцессой. Н-но у меня никогда не хватает сил, так что...

- Да?

- Я бы тоже хотела, чтобы у нас с вами все было как надо, Ризэ. Не только с вами, но и с Акацуки. И с Мариэлль. Если я этого не сделаю, то вряд ли смогу быть вашим другом, или жить в Акибе... или быть достаточно самоуверенной, чтобы думать о защите чего-либо.

- "Делать всё правильно", так?

Ризэ слегка рассмеялась при этих словах, но, скрыв смущение, сдержанно произнесла, что исполняет желание Лайнезии.

- Вы правы. Всё это... Ну, когда вы уже в старшей школе, это немного смущает. Поскольку мы имеем дело друг с другом напрямую, то... В таком случае сначала небольшой совет: “Делать вещи правильно” - это сложный способ выразиться. Слишком сложный. Давайте будем друзьями, Лайнезия. Я - Авантюрист, но если вы не против...

Это был единственный фрагмент чего-то важного, переданный принцессе-бездельнице из совершенно неожиданного источника.

Примечание переводчика:

К сожалению, это конец главы. Также, я хотел бы сказать вам, что следующая глава скорее всего выйдет в октябре, а если всё будет хорошо, то может быть, переведу и загружу её ещё в сентябре. Наконец, я хотел бы пожелать всем хорошего дня.

Примечание переводчика:

М-да, получилось у меня загрузить эту главу только в октябре, а не в сентябре, как хотелось. Прошу прощения, что так затянул, но на это были причины. Я умудрился заболеть на чуть больше недели. После этого мне нужно было догнать сверстников по учёбе, и на это ушло не мало времени. Кроме того, у меня были и другие дела, помимо учёбы, из-за чего у меня не оставалось так много времени на перевод. Следующая глава будет либо в ноябре либо в декабре посмотрим как получится. Напоследок я хотел бы пожелать всем приятного чтения.

Мо́ре Споко́йствия (лат. Mare Tranquillitatis)  — море на видимой стороне Луны. Это первое место на другом небесном теле, которое посетил человек.

Часть 1.

Толпа внезапно зашевелилась, как будто кто-то толкнул её. Задумчивая Акацуки почувствовала, как на неё нахлынула волна людей. Не желая этого, девушка тоже шагнула вперед. Она уже забыла, о чём думала. В мрачном настроении она быстро шла по огромному перекрестку.

Вокруг неё проносились высокие тени. Где-то неподалеку она услышала звук клаксона. Скорее всего, это был водитель грузовика. Его машина была уже на полпути к перекрестку, но он не мог проехать дальше.

Резкий, пронзительный звук раздавался снова и снова, но никто не обращал на него внимания. Может быть, только Акацуки сжималась внутри себя, когда слышала его? Ей казалось, что он её за что-то наказывает.

С одной стороны, ей хотелось, чтобы кто-то исправил ситуацию, но с другой стороны, она знала по опыту, что никто ничего не сделает. Стена, окружавшая её, была непреодолимой. Мужчины и женщины, сотрудники компаний, студенты, люди всех возрастов и профессий механически шли вперёд.

Некоторые люди разговаривали на повышенных тонах. Кто-то ожесточенно обсуждал что-то по мобильному телефону. Кто-то кричал на сотрудника. Акацуки вздрогнула от этого звука. Откуда-то до нее донесся приятный девичий голос, соглашающийся на свидание. Однако Акацуки знала, что женщина, так мило говорившая в наушник, вовсе не улыбается. Она просто знала это. Она не могла видеть лица окружающих её людей. В такой толпе у неё не было возможности разглядеть их. Было слишком тесно - даже если бы она подняла голову, то ничего бы не увидела. Она просто шла вперед, подталкиваемая, торопимая другими. Почему-то она чувствовала себя раздраженной, злой и немного испуганной.

Улицы были заполнены суетой, отовсюду доносились самые разные звуки. Вдалеке завывала сирена скорой помощи. Гудки автомобилей. Выхлопные трубы ревут, как свирепые звери. На заднем плане голоса людей, разговаривающих по телефонам, гудели как реки, смешиваясь с какофонической музыкой, льющейся с экранов, заливая все вокруг, как вязкая, бесцветная жижа.

Акацуки шла, опустив голову. Она не различала ни слов песен, ни разговоров, обрывки которых доносились до нее. На нее давило нагромождение звуков. Изредка какая-нибудь фраза или обрывок предложения выделялись среди других, но нахлынувший поток информации тут же уносил их с собой. Это было похоже на бурный поток. Девушка не тонула во всем этом только потому, что научилась игнорировать зрительные и слуховые ощущения. Но течение все равно уносило ее, так что она, в сущности, мало чем отличалась от тех, кто тонул.

Волна людей перенесла Акацуки под надземный переход и стала проталкиваться вверх по склону, между зданиями. Куда они все шли? Небоскребы из стекла и бетона упирались в небо; толпы людей постоянно вливались в их двери.

Этот гигантский, подавляющий город, подобно деформированному великану, то заглатывал, то выплевывал одну за другой волны людей. Акацуки и остальные двигались только для того, чтобы здания попеременно поглощали и извергали их.

Вечнозеленое дерево, посаженное у дороги, было покрыто красной пылью. Оно казалось грязным, деформированным, не вписывающимся. Используется исключительно для создания видимости. Как будто его попросили сказать: "Вот здание компании, которая заботится об окружающей среде".

Хотя толпа не могла опрокинуть и растоптать дерево, оно вынуждено было выдерживать натиск огромной массы людей восемь тысяч семьсот шестьдесят часов в году и уже даже не пыталось сохранить свою былую красоту. Оно просто стояло, усталое, с опущенными ветвями.

Акацуки бросила на него мимолетный взгляд и пошла дальше. Не сбавляя скорости и двигаясь так же быстро, как тени вокруг, - такова была стратегия выживания в этом городе. Сбиться с этого ритма означало стать изгоем.

Девушка шла с опущенными взглядом. Перед ней бесконечно тянулся асфальт, методично истоптанный тысячами пар обуви. Несмотря на то, что вчера вечером прошел дождь, сегодня дорога, казалось, снова была в запустении и грязной. То тут, то там валялись одноразовые палочки, непонятные листовки, объявления, столовое серебро и даже разбухший от грязи и никому уже не нужный брелок. Акацуки увидела их впервые, но не успела она о них подумать, как они исчезли под ногами толпы, и для нее, постоянно движущейся вперед, они ушли в прошлое. Однако, несмотря на свою уникальность, время от времени они появлялись перед ней во все новых и новых местах на улице.

Пластиковый пакет служил, вероятно для того, чтобы принести покупки из одного из магазинов, но как мусор на тротуаре давно перестал быть чем-то особенным. Теперь, растоптанный и исцарапанный тысячами ног, он уже ничем не отличался от других пластиковых пакетов, которые через пять минут снова появятся где-то. Все так видели, и Акацуки тоже.

С одной стороны, время мчалось вперед, с другой - тянулось как улитка. Звуки рекламы, доносящиеся отовсюду, неравномерно и внезапно, как рев приближающейся бури, делили время на отрезки. Они задавали ритм жизни Акацуки, управляли ею, хотела она того или нет. Хотя сама она не была особенно занята, время сверху донизу было разделено на короткие отрезки. В них нельзя было ни учиться, ни играть, поэтому все быстро занимались теми мелкими делами, которые умещались в эти промежутки.

Для окружающих это были, например, крики по мобильному телефону или трата непомерных сумм денег в играх для смартфонов. Для Акацуки, не интересующейся подобными вещами, мелко нашинкованное время было подобно мрачной тюрьме сознания. Ей приходилось стискивать зубы и как-то терпеть это бездействие. Злость давно прошла, сменившись отвращением к себе. Жить от одного минимального отрезка времени до другого - это не жизнь. Это было следование за стадом овец. И то, что она не могла оттуда вырваться, лишь подтверждало, что она тоже принадлежит к этому стаду.

Толпа, как по команде, остановилась перед пешеходным переходом. Светофор несколько раз мигнул и сменился на красный, давая возможность проехать машинам, стоявшим перед массой людей. С визгом шин машины сорвались с места, словно за ними кто-то гнался, и пронеслись перед глазами Акацуки. Они находились в центре города, до следующего светофора оставалось не более пятидесяти метров. Даже если там был зеленый свет, то на следующем или даже через один раз эти машины снова должны будут остановиться. Так почему же они с такой силой давили на газ? Почему они так ускорялись? У Акацуки не было водительских прав, может быть, поэтому она не могла этого понять.

Оторвав взгляд от наступающих машин, водители которых явно ненавидели открытые пространства на дороге, Акацуки чихнула. Ей показалось, что с тех пор, как она оказалась в этом городе, она стала чихать чаще. Она потерла нос и тут же пожалела об этом. Это не был женственный жест. Она пыталась избавиться от этого, но у нее ничего не получалось. Кислый запах дыма постоянно раздражал ее, и она не могла перестать чихать.

Она пошла быстрым шагом и вышла на передний край волны. Хотя "вышла" было не совсем подходящим словом - она делала небольшие шаги, так что это больше напоминало бег трусцой.

Внезапно она начала задаваться вопросом, куда же она, собственно, идет. Раз уж она терпела все это и шла вперед, значит, у нее была какая-то цель. Может быть, она хотела с кем-то встретиться? Может быть, она должна появиться где-то в определенное время? Да. Она определенно действовала по расписанию. Шла ли она в школу? Вероятно, туда, где она училась. В университет? Но почему-то осознание этого пункта назначения не приходило.

Она не чувствовала растерянности, скорее бессилие. Она была ошеломлена. Ее одолевал страх, что в этом городе, работающем как конвейер, ей некуда идти. Смех. Какофония электронных голосов, призывающих ее делать покупки. Визг тормозов. Эхо станционных объявлений. Акацуки почувствовала, как в груди нарастает боль, а мир перед глазами расплывается. Ей отчаянно хотелось остановиться, но она боялась, что этим создаст проблемы для окружающих, и поэтому продолжала двигаться. Она пересекла пешеходный переход под мигающими лампочками, прошла мимо круглосуточного магазина, свернула возле банка и, увлекаемая знакомой толпой, продолжала идти вперед. Вперед. Куда-то еще. Но не сюда. Может быть, у этих людей и вправду не было никакой цели, и они циркулировали, как в той рекламе. Может быть, и Акацуки тоже. Возможно, ее в любой момент мог заменить кто-то другой. Но для Акацуки ее индивидуальное существование было незаменимым, и она жаждала доказательств, подтверждающих это. Даже если она нигде не могла его найти.

Не успела она опомниться, как уже поднималась по бетонной лестнице, перескакивая через каждую ступеньку. Холодная, обшарпанная пожарная лестница навевала мысли о заброшенном жилом доме.

Ей казалось, что она хорошо знает этот вид, но не могла определить, что это такое. Самое главное было добраться до вершины. Акацуки быстро побежала вверх по лестнице, но не потому, что чувствовала волнение. Она убегала от чего-то.

Она не знала, от чего. Однако она знала, что если попытается представить себе это, то что-то её настигнет. Может быть, перед этой сеткой? Затоптанный толпой, вырванный и мокрый пакет прилип сначала к спине Акацуки, а потом к подошвам её ботинок, когда они поднимались по ступенькам, и теперь шуршал при каждом шаге. Хотя, напрягая слух, девушка ничего подобного не услышала. Пакет совсем не прилипал к ней. Тем не менее, Акацуки не могла заставить себя смотреть на собственные ноги и продолжала бежать. Чудовищное напряжение, необходимость спешить, ползли по спине, вгоняя ледяные иглы в позвоночник.

У нее появилась одышка. Ей было трудно дышать, как будто не хватало кислорода. Она чувствовала, что поступает неправильно, но не знала, как ей поступить, и не могла остановиться. Она взбежала по лестнице, спрыгнула на антресольный этаж, развернулась, подхваченная силой импульса, и стала подниматься на следующий этаж. Пустые усилия, нелепые - она крутилась, как хомяк в катушке. Она услышала звук сверления. Она стала убегать от него, как будто ей вдруг захотелось освободиться от этой лестницы. Но ей пришлось бежать вверх по ним, чтобы спастись. Когда же наконец разорвется этот замкнутый круг?

Пройдя десятки, а может быть, и сотни антресольных этажей, она встала на следующий. И тут она увидела, что это вовсе не платформа. Ее ноги натолкнулись на серую жижу. Она сделала шаг, поскользнулась и, привлеченная образом толпы, окутанной выхлопными газами, начала падать. Звук гудков. Какофония рекламы. Неразборчивые слова. Падая в пучину криков и рёва ветра, Акацуки могла поклясться, что перед её глазами снова промелькнула тот самый пластиковый пакет.

Часть 2.

Белый песок. Прозрачное небо, простирающееся до бесконечности. Голубая волнистая бескрайность, тонко очерченная, словно акварелью. Акацуки шла по пляжу. Одинокая фигура посреди бескрайних просторов безлюдного зимнего побережья.

Хруст песка под ногами испугал её. Она посмотрела вниз на свои ноги. Один шаг, другой. Ещё один отпечаток, выгравированный на этой безупречной белизне. Вдалеке она заметила тень в небе. Наверное, это была морская птица.

Она слышала только звук своих шагов и шум голубых волн, омывающих пляж. Ей было холодно, поэтому она плотнее закуталась в пальто и пошла дальше. Медленно, не спеша.

Она подняла голову. Её ослепили солнечные лучи, сверкающие на поверхности моря. Зимний свет не был теплым, только интенсивным. Звук шагов разносился по воздуху, и крошечные ступни Акацуки образовывали на песке узкую цепочку. Каждый раз, когда её босые ноги погружались в воду, частицы света поднимались в воздух и улетучивались.

Акацуки не знала, где она находится, но беспокойство, охватившее её всего несколько минут назад, полностью исчезло. Это не было целью её путешествия, однако она чувствовала, что здесь ей ничего не угрожает. Прогуливаясь по этому прекрасному пляжу, она чувствовала себя спокойно. Как долго она шла?

Она прошла над линией воды, коснулась ногами голубых волн, повернулась в одну сторону, потом в другую. Поскольку никто не мог её видеть, она пробовала все новые и новые вещи, как всегда, с серьёзным лицом. Отпечатками ног на песке она рисовала узоры, подражая танцу пчел. Это было очень забавно, и она даже тихонько рассмеялась. Её верные следы следовали за ней, куда бы она ни пошла. Они напоминали записи из дневника и даже радовали её.

Вдруг на горизонте мелькнул чей-то силуэт. Акацуки пришлось прищуриться, чтобы разглядеть его. На берегу стоял высокий мужчина. Он смотрел на море, слегка покачиваясь будто от растерянности.

Акацуки поняла, что бежит. Её удивила легкость собственного тела. Она преодолела расстояние между ними гораздо быстрее, чем ожидала. Через несколько шагов она начала замедляться.

Она была не из тех, кто в такие моменты бросается на других и крепко обнимает их. Но, подталкиваемая сентиментальным чувством, она робко подняла глаза.

Увидев её, Широэ радостно улыбнулся. Обычно на его лице читалось упрямство, поэтому Акацуки была очень рада, когда видела эту улыбку. Слегка смущенная, неловкая, но лучезарная.

Чародей на мгновение замешкался, а затем, подав Акацуки знак взглядом, стал прогуливаться по пляжу. Девушка двигалась за ним, как бы догоняя подол его плаща. Широэ шел медленно, вероятно, ради неё. Он молчал. Она тоже молчала. Было что-то величественное в этом пляже, где только шум волн и ветра доносился до них. Никому из них не хотелось нарушать это спокойствие.

«У него очень большие руки» - подумала Акацуки, наблюдая за тем, как Широэ почесывает голову, а затем поправляет очки на носу. Когда она увидела, что он прячет руки в карманы своего белого халата, она ускорила шаг. Хотя нет, надо было идти медленнее. Тогда у неё будет повод схватить его за пальто. Размышляя таким образом, она сжала губы в узкую линию. Но ей не удалось изобразить гримасу недовольства. Она начала танцевать на берегу, выделывая пируэты, чтобы не выдать своего счастья. Подол её коричневого плаща развевался на ветру, и она не могла сдержать улыбку. Широэ оглянулся через плечо и остановился, чтобы подождать её.

Затем они снова отправились по пляжу. Песок под ногами хрустел, как коричневый сахар, с каждым шагом принимая разные формы. Прохладный ветер обдувал щеки Акацуки, но её это уже не волновало. Где-то в глубине груди она, несомненно, ощущала тепло. Все это не только удивляло, но и радовало её. Большие ботинки Широэ с хрустом погрузились в песок. Даже такие глубокие следы радовали её. Особенно забавно выглядел подол плаща Чародея, развевающийся при каждом сильном порыве ветра.

Акацуки подумала, что ей тоже хотелось бы спрятать руки в эти карманы, которые, наверное, в пять раз больше, чем карманы её собственного пальто. Но она не смогла. Вместо этого она оглянулась через плечо. Вид длинного ряда следов Широэ, рядом с теми, что оставила она, вполне удовлетворял её.

Она почувствовала укус холода на носу. Она расширила глаза от удивления. С неба бесшумно падали белые хлопья. Они таяли, едва коснувшись её кожи, и она не успевала почувствовать их холод. Шел снег.

Она посмотрела на Широэ. Она хотела сказать ему об этом, но он лишь кивнул, мягко улыбнувшись. Он помог ей натянуть капюшон плаща, и они пошли дальше. Они прошли уже, наверное, очень большой кусок пути, но Акацуки не чувствовала усталости. Голубое небо постепенно становилось темно-синим, то тут, то там на нем появлялись маленькие пятнышки, сверкающие, как драгоценные камни. Прозрачная вода искрилась и слегка рябила, вбирая в себя падающие снежинки.

- Я не думал, что здесь так спокойно, - прошептал Широэ и остановился.

Оказалось, что они дошли до небольшого ручья.

- Угу - кивнула Акацуки.

Она хотела бы ответить более красноречиво или по-девичьи, но ничего не приходило на ум. Однако Широэ не выглядел раздраженным. Он смотрел на море, над которым сгущалась ночь.

Дзинь. Стук.

Издалека донесся странный звук, как будто два огромных кристалла мягко столкнулись. Словно эхо сигнала, переданного издалека, с другого берега бескрайнего моря.

Затем Акацуки что-то почувствовала. Новое осознание. Но это ощущение исчезло так же быстро, как и появилось. Как будто что-то невидимое, не являющееся Ассасином, пронеслось сквозь её тело. И хотя это нечто не было частью её самой, когда оно ушло, Акацуки охватила огромная печаль.

Она почувствовала руку Широэ на своем плече. Кажется, он пытался её утешить. После этого жеста Акацуки поняла, что он пережил то же самое. Его лицо приобрело серьёзное, хотя и не строгое выражение.

Он достал откуда-то нож для бумаги и неумелым движением отрезал прядь волос, упавших на лицо. Совсем чуть-чуть. Волосы здесь светились странным, ярким светом.

Акацуки взяла у него нож и отрезала конец своего хвостика. Она не знала, зачем это делает, но чувствовала, что так надо. Они оба отбросили пряди волос в голубые волны, омывающие их ноги.

Где-то вдалеке, словно в знак похвалы, снова зазвенели кристаллы, и в воздухе закружились снежинки. Именно тогда Акацуки окончательно поняла, что эти сверкающие осколки - фрагменты человеческой памяти.

Смерть не отнимала у Авантюристов воспоминания. Сами Авантюристы приносили их здесь в жертву, что позволяло им вернуться к жизни. Даже если они не помнили этого, они делали это сознательно, потому что в глубине души хотели возродиться.

- Удивительно, не правда ли? - сказал Широэ.

Акацуки мысленно согласился с ним.

Сколько воспоминаний было скрыто в этих снежинках? Сколько людей стояло на этом берегу и решило бороться дальше?

При одной только мысли об этом числе у Акацуки закружилась голова. Она поняла, что реинкарнация - это не какая-то привилегия, обещанная им сверху, а невероятная удача. Благословение. Как и Широэ рядом с ней.

- Умерла?

Акацуки на мгновение задумалась, а затем кивнула.

Она умерла. Пронзенная мечом убийцы. Не страшно. И вовсе не потому, что она возродится в Соборе. По собственной воле она вступила в битву. Она проиграла, но не жалела об этом поражении.

Однако осознание того, что она умерла, пробудило в ней воспоминания. О том, как она выбежала из резиденции Лайнезии, как она мчалась под открытым небом. О том, какие ценные вещи показал ей Содзиро. О серьезном выражении лица Каннаги, которая защищала его. О чем-то очень важном, что передали ей Ризэ, Генриетта и все остальные девушки на чаепитиях...

Здесь наступал конец. Чем было это 'что-то'? Она не знала, не могла это назвать. Она пережила тот бой, но все равно не сделала ни одного шага вперед. Она была разочарована своим недостатком понимания.

У нее было чувство вины перед другими. Она хотела заплакать. Она уже касалась этого 'чего-то'. Она уже заметила это, но всё равно не знала, что это такое и что ей следует делать. Она понимала, что это ценно, важно. Однако она не могла этого использовать. Несмотря на то, что получила это в подарок от других.

Она хотела рассказать об этом Широэ. Объяснить ему, что она нашла что-то красивое, что-то великолепное. Это было где-то рядом, хотя она не знала названия этого 'чего-то'. Она знала, что это было ей подарено, но не могла это описать. У нее не было слов.

Внезапно, охваченная горькой печалью, она начала плакать. Ей казалось, что она разрушает этот замечательный подарок, потому что не может его определить. Она не могла этого вынести. Ее ужасало, что из-за своей неспособности она умаляет его ценность

И все же что-то там было. Она об этом знала. В глазах Лайнезии. В бесстрашной улыбке Содзиро. Она потерпела неудачу не потому, что умерла. Она потерпела неудачу потому, что уже касалась этого 'чего-то', но не смогла его ухватить. Может быть, оно все это время было перед ее носом? Если это так, то ее жизнь давно стала цепью неудач. Потому что она не могла разглядеть. Никто не должен был указывать ей на ошибку, она сама это осознала. Из ее глаз не переставали текти слезы. Она плакала из-за своей неспособности. Из-за нее она умерла, не достигнув ничего.

- Понимаю. Я думаю, что я тоже... умер.

Широе положил руку на ее голове. Акацуки подняла глаза на него. Он улыбнулся мягко, как бы немного смущенный. Она поняла, что он волновался за нее. Эта застенчивая улыбка часто появлялась на его лице, когда он обращался к ней.

- Господин, ты тоже?

- Да.

Между ними воцарилась тишина. Акацуки почувствовала, что его рука неуклюже гладит ее по волосам. Он хотел что-то сказать, но не знал, что. Иногда у него бывали такие неловкие моменты. Они не беспокоили ее, но он явно пытался избежать их из-за нее.

– Я сделал ошибку. Я ошибся в своих оценках... или, вернее, не смог полностью поверить.

Он не жаловался. Он повторял это про себя, как урок на будущее.

- Мне трудно оценить.

Поэтому и она воздержалась от жалоб. Бесчисленные снежинки медленно падали.

- Но это странно. Я не думал, что встречу тебя здесь, - наконец сказал он тихим голосом.

Эти слова ее удивили. Это действительно было странно. Ведь они давно не виделись. Тем не менее, она искренне желала его увидеть. Ей вспомнилось, как сильно она хотела, чтобы он погладил ее по голове, похвалил. Тем более встреча с ним здесь показалась ей удивительной. Кто бы мог подумать, что они встретятся в таких обстоятельствах? До сих пор она об этом не задумывалась.

Она не знала, где они находятся, но чувствовала, что это не обычное место. В душе она благодарила чудесному стечению обстоятельств, которое привело их обоих сюда.

- Да, это действительно удивительно, господин

Ей вспомнился белый пляж, по которому она шла, и бирюзовое море. На горизонте, в этом светлом, незагрязненном пейзаже, она увидела Широэ. Он обернулся к ней с улыбкой, и когда она подбежала к нему, он погладил ее по голове своей большой рукой.

Это было всего лишь случайностью, но для Акацуки это было благословением. Она больше ничего не желала. То, что ей не удалось ухватить, наверняка где-то существовало, ждало своего момента. В сотнях возможных мест. В тени, где она не могла это увидеть. В улыбках, которые она не замечала, потому что даже не пыталась их заметить.

В своем высокомерии она считала, что счастье, которым она уже обладает, — это нечто само собой разумеющееся. Она говорила себе, что если она не может обладать каким-то счастьем, то это потому, что его просто не существует. А между тем в разных уголках мира ее ждали радости, новые встречи, поддержка. Они ждали, когда она откроет их для себя.

- Поэтому я хочу попробовать ещё раз.

- Я тоже попробую. Это то, чему я научился у других.

Акацуки схватила край плаща Широэ. Она чувствовала, что это воспоминание не выдержит, рассыпется, словно песок под их ногами. Поэтому она крепко сжимала ткань, изо всех сил, хотя знала, что помнёт его. Она хотела почувствовать её в своих руках, потому что, вероятно, снова будет разлучена с Широэ.

Но её надежда оказалась напрасной. Песчаные дюны, напоминающие белый пух, осветились мощным светом. Шум волн постепенно утихал вдали, унося с собой подаренные кудри волос. Голубое небо раскинулось, мир закружился, и Акацуки почувствовала, что начинает падать.

Часть 3.

Все хорошо. Все ещё сжимая пальцы, Акацуки улыбнулась. Она медленно приходила в себя. Все хорошо. Она все еще чувствовала прикосновение ткани к своей руке. Все хорошо. Но когда она открыла глаза, то увидела, что крепко сжимает перед собой вытянутый кулак, словно сжимая что-то. Воспоминания стали улетучиваться, как песок на ветру. Лежа на холодной каменной скамье, она почувствовала, как по щеке потекла теплая слеза - и вместе с ней исчез призрак сна, который ей только что приснился.

Словно сбрасывая горе и чувство вины, которые остались во сне, Акацуки вытерла слезу оцепенелой рукой, затем поднялась и села на мраморной скамье.

Ей казалось, что она посетила какое-то необычное место. Спокойное, грустное, но мягкое и чистое. Она прошла через него, встретила кого-то, а затем пришла в себя и встала на ноги. Она разговаривала с этим кем-то о чем-то важном. Она хотела сохранить этот разговор в своем сердце. У нее всё еще было ощущение, что что-то касается ее руки, это, должно быть, был какой-то материал. Ей приходилось держать его в руках. Однако это ощущение быстро улетучивалось, вместе с остатками тепла, которое оно несло с собой.

Акацуки пыталась изо всех сил удержать в памяти тот сон, хотя знала, что ей это не удастся. Звук кристаллов удалялся все дальше и дальше. Но она смогла унести оттуда хотя бы одну вещь. Возможно, самое важное, она сохранила в своем сердце.

Она проверила свое состояние. Оказалось, что она не потеряла ничего из своей экипировки. Слезла со скамьи и осторожно сделала шаг. Это была её первая смерть с момента Катастрофы. Из правил Elder Tale и рассказов тех, кто уже пережил смерть в этом мире, она знала, что реинкарнация приводит к утрате части опыта и некоторых фрагментов памяти. Но на этом этапе ей еще не удавалось определить, что именно она забыла.

Она помнила свою гильдию, Широэ, своих товарищей. Воспоминания о старом мире - о семье, школе, детстве - тоже казались нетронутыми. Конечно, если бы она начала копаться в них, то обнаружила бы, что чего-то не хватает, но на это нужно время.

Физически она не почувствовала уменьшения опыта. Это не была потеря, которая могла бы вызвать понижение уровня, но другие игроки говорили, что после реинкарнации они чувствовали себя усталыми и вялыми. Акацуки, однако, не могла судить о том, затекло ли ее тело от потери опыта или скорее от лежания на жесткой мраморной скамье. Другими словами, этот дискомфорт не был слишком неприятным.

Она огляделась по интерьеру Собора. В помещении было несколько каменных скамей, а стены были построены из белого мрамора и украшены простыми барельефами. Она бывала здесь во времена игры, хотя и нечасто.

Она поправила крепление кодати и двинулась вперед. У нее было много дел. Идя по коридору, она смотрела в окно на небо. Зимнее солнце пробивалось между тучами. Судя по его наклону, было уже за полдень. Она начала борьбу с убийцей около полуночи, так неужели на оживление уйдет целых полдня? Нет, это невозможно. Вероятно, в момент реинкарнации из нее ушло все напряжение, и она просто уснула. При таких обстоятельствах неудивительно, что ее тело местами болело.

Она пересекала район с собором, который оказался гораздо больше, чем казался снаружи. У неё было дело. Дело, которое ей нужно было сделать любой ценой. Она не сдастся только из-за одного поражения. Наконец-то до нее дошло, насколько она была ленивой до этого момента. Она думала, что сражалась изо всех сил. Считала, что старалась гораздо больше, чем другие. Но все это время она обманывала саму себя. Искала оправдания. Ведь она могла сделать так много, но все время уклонялась от того, к чему на самом деле должна была посвятить себя. Она занималась только тем, что приносило ей удовольствие, и убеждала себя, что это был огромный труд с её стороны.

Она вышла из каплицы, в которой свет проникал через витражи, и направилась дальше. Достаточно было спуститься по широкой лестнице, и она сразу же окажется в Акибе. Но у подножия лестниц её ожидал неожиданный вид.

- Все ли у тебя в порядке? Зажили ли твои раны?

Она была недостаточно бдительна. Кто-то схватил её на руки. Глаза Акацуки расширились от удивления. Генриетта прижалась щекой к её лицу, издав протяжное "Кавааиий!". Все еще держа Акацуки, она грациозно крутанулась на месте. Наверное, только благодаря силе Авантюриста ей удалось поднять с земли взрослую девушку, пусть и маленькую, но сейчас она этого совершенно не замечала.

- Так я и думала, что ты скоро проснешься, - отозвалась Ризэ. Она стояла, прислонившись к перилам каменной лестницы. За ее спиной с извиняющимся выражением лица склонилась очень грубо одетая Лайнезия. Позади них, скрестив руки на груди, стояла женщина с лисьими ушами и нахально улыбалась. Акацуки узнала в ней Каннаги из Бригады Западного Ветра, которую она видела во время ночной битвы.

- Ммм...

Ассасин поджала губы. Она почувствовала, что ее лицо ожесточилось. Дело было не в том, что ей не нравились эти девушки. Она не знала, как ей следует реагировать. У нее никогда не было подруг ее возраста. Однако она знала, что должна сделать. Это было единственное, что ей удалось извлечь из сна, который уже затерялся в ее памяти. Поэтому она крепко пожала руку Генриетте, обнимавшей ее сзади. Она задумчиво посмотрела на удивленного Бухгалтера, потом на Ризэ, на девушку с лисьими ушами и на Лайнезию, которая выглядела самой обеспокоенной из всех.

Когда Генриетта поставила её на землю, Ассасин низко поклонилась.

- Я знаю, что это нагло с моей стороны, но, пожалуйста, научите меня, как получить кудэн. Я хочу поймать этого убийцу.

Каннаги подняла брови. Генриетта тихо захихикала. Лайнезия выглядела огорченной.

- Кудэн... секретная техника? Господин Содзиро овладел ею, верно, Надзуна? - заговорила Ризэ.

- Угу - ответила женщина с лисьими ушами, которую, видимо, звали Надзуна.

- Но это все равно не помогло.

- Верно.

- Так почему же она тебя так интересует? - Ризэ повернулась к Акацуки.

Ассасин прикусила губу. Она не могла этого объяснить. Девушки, наверное, подумали, что это просто высокомерная прихоть. В груди Акацуки зародилось сожаление, но она не знала, как еще выразить свое желание.

- Акацуки.

В этот момент ее взгляд встретился со взглядом Ризэ. Волшебница, вероятно, такого же возраста, как и она сама, смотрела на нее с холодным спокойствием. Она была членом гильдии, более многочисленной, чем Акацуки могла себе представить, женщиной сильной и независимой. Как и Надзуна, и Генриетта, и Лайнезия: у каждой из них было свое место, где они выполняли возложенные на них обязанности и таким образом устанавливали связи с другими людьми.

Прежняя решимость вновь оживила Акацуки. Если бы она отступила сейчас, то уже ничего бы не изменила. Она будет продолжать пытаться, проигрывать и говорить себе, что сделала все, что могла. А ведь в жизни ее ждали битвы, которые она не хотела проиграть. В которых она должна победить. Стена, которую нужно разрушить, даже если для этого придется отбросить гордость и молить других о помощи.

- Я хочу избавиться от убийцы, - повторяла она с мукой в голосе. К своему отчаянию она так и не смогла найти нужных слов. - Дело не только в кудене. Если есть способ победить его, я прошу вас, скажите мне. Я знаю, что прошу очень многого.

- Думаешь, ты сможешь с ним справиться? - бесцеремонно спросила Надзуна, целительница из Бригады Западного Ветра, которая поддерживала Содзиро до самого конца.

Акацуки заговорил раньше, чем она успела подумать.

- Я не знаю. Но даже если я выиграю, даже если я одолею его, это не закончится. Нужно что-то сделать, чтобы положить этому конец... Я думаю. Я должна хотя бы попытаться.

Акацуки покачала головой, пытаясь отогнать раздражение, вызванное собственной неумелостью. Не выдержав, она отчаянно продолжила:

- Мой господин... несомненно, сможет. Поэтому... я должна...

Она почувствовала на себе вопросительные взгляды. Девушки не понимали, что она только что сказала. Хотя Акацуки уже приняла решение, ее слова текли медленно и с трудом.

- Моего господина... нет... в Акибе.

Это был секрет, который она и Лог Горизонт должны были хранить. Широэ уехал из города. История о том, что после ухода D.D.D. у него было много дел, связанных с Советом, и он сидел в своем кабинете, заваленном бумагами, была ложью. Скорее всего, он отправился куда-то, чтобы сделать что-то, что мог сделать только он. Акацуки не знала, что именно, но Широэ попросил её присмотреть за Акибой в его отсутствие.

Поэтому ей нужно было защищать город от бедствия, от которого он, безусловно, защитил бы его. Она пообещала ему.

- Надзуна спрашивает, достаточна ли ты квалифицирована.

Акацуки вздрогнула, услышав голос Ризэ. Она не должна была давать такое обещание. Она не могла дать никакой гарантии, что выполнит его. Она не хотела, чтобы от нее этого ждали.

- Я не могу сделать это в одиночку. Поэтому помогите мне... пожалуйста.

Открыто признать, что она ребенок, что она бессильна - эта боль была для нее невыносима. Ощущение того, что со своим маленьким телом она все равно никогда не сможет сделать больше, стало мучить ее как проклятие. Но Широэ, стоявший рядом, тоже поклялся попробовать еще раз.

Акацуки удивленно дернулась, когда Генриетта снова крепко обняла её. Надзуна мягко и как бы лениво улыбнулась.

- Я ожидала этого. С тех пор, как Содзи сказал, что уходит. В компании Широэ, похоже, одни упрямые ослы. Вы двое - идеальная пара.

- Вы уже на полпути. Наш отдел обучения рекомендует вам продолжить серию тренировок. К настоящему времени мы открыли восемь секретных техник в D.D.D. с помощью нашего метода... Милорд разрешил мне рассказать вам о них, - сказала Ризэ.

- Я тоже... Мне нужно кое-что сделать, - вдруг заявила доселе молчавшая Лайнезия. Она заметно побледнела.

- Эх... Не думала, что мне придется снова проходить среднюю школу в Тельдезии, - тихо вздохнул Ризэ, как бы завершая формирование их команды.

Хотя их группа была небольшой, её создание стало для Акацуки огромным шагом вперед.

Часть 4.

Микакагэ откусила кусок бутерброда с рисом. Вторые завтраки, поставляемые магазином Энмусуби, имели много поклонников в Лаборатории Рода. Хотя никто не вел статистику, ходили слухи, что поставки из Энмусуби составляли более половины обедов, потребляемых членами гильдии Родерика.

За спиной Микакагэ приветливая девушка из Народа Земли в треугольной косынке раздавала пронумерованные заказы. Её блестящие чёрные волосы были подстрижены в ровный боб чуть выше плеч, и она очаровательно улыбалась всем клиентам. Вероятно, её звали Каэдэ.

В магазине онигири Энмусуби работало более двадцати десятков сотрудниц, а пять их исполнительниц достигли статуса идолов в Акибе. Особой популярностью девушки пользовались в Лаборатории Рода, где даже был создан фан-клуб. Каэдэ, которая как раз раздавала бутерброды, конкурировала с другой девушкой, Кудэлией, за первое место. Микакагэ вспомнила лица девушек по плакату, висевшему в научном крыле.

«Сейчас у меня нет на это времени. Есть более важные дела.»

Микакагэ нахмурила брови и вгрызлась в свой бутерброд. Когда как, но сегодня она не могла позволить себе радостно разглядывать симпатичных продавщиц. Отчасти она была виновата во всей этой суматохе. Не в полной мере, конечно, поскольку она только объявила о результатах своего открытия и о возможностях, которые, по её мнению, оно сулило. За само явление она не отвечала. Так она твердила себе, но это нисколько не рассеивало сомнения в её сердце.

Микакагэ передала Элли, забравшийся по её ноге онигири. Фея схватила обертку обеими руками и принялась с удовольствием её поедать. Вид маленькой альруаны успокаивал расшатанные нервы Повара.

Она огляделась по сторонам. Это огромное полукруглое помещение в форме глиняной миски называлось в гильдии “аудиторией”. Почти три четверти мест были сейчас заняты. Пришло время обеда, и собравшиеся доставали из сумок и рюкзаков второй завтрак или раскрывали разданные онигири. Обычно большинство людей выходило пообедать в столовую или на улицу, но сегодня немногие были готовы к этому из-за предстоящей встречи. Планировалось, что собрание займет весь утро и день, хотя утренняя сессия скорее приняла форму презентации результатов исследований отдельных департаментов, так что не исключено, что и после обеда всё останется по-прежнему.

Лаборатория Рода напоминала университет, поэтому большинство встреч здесь обычно заканчивалось презентацией последних открытий и научных достижений.

В зале царила атмосфера подавленности. Никто не выглядел бодрым, чувствовалась усталость. Хотя люди не были разочарованы - скорее, наоборот, всеми силами старались подавить свое волнение. Даже сейчас то тут, то там они переговаривались тихими голосами с товарищами по одной специальности. Создавались группы, которые ожесточенно дискутировали с представителями других департаментов. Таково было потрясение от одного из открытий, представленных на утреннем заседании.

- Ну я думаю, это хорошо, - сообщил Микакагэ Аомори.

Его щеки были набиты бутербродом с рисом.

- Ты бы сказал, что это хорошо?

- Ну да. Наверное.

Услышав этот ответ, Микакагэ неопределенно кивнула головой. В общем-то, он был прав. Нельзя однозначно сказать, что это неправильно.

Во время утреннего заседания Микакагэ объявила о результатах своих исследований. В связи со структурой их гильдии каждый месяц проводилось множество презентаций. В них принимал участие и кулинарный департамент Микакагэ. Однако, поскольку целью Поваров было приготовление вкусных блюд, презентации, как правило, проходили в форме дегустаций.

Поэтому Микакагэ потратила всю свою энергию на сегодняшнее выступление. Ей редко приходилось использовать в своих выступлениях бумажные материалы, и она почти никогда не произносила длинных речей, так что сегодняшнее утреннее выступление её вымотало. Коллегам, которые скинули на неё всё это, она хотела сказать несколько ласковых слов.

Она ударила Аомори ногой, а затем украла кусок курицы из его коробки с обедом и быстро передала Элли.

- Что ты делаешь?!

- Элли, тебе нравится?

Застенчивая фея ничего не ответила, а спряталась за спину своей хозяйки, увлеченно жуя кусок мяса. Выглядела она очаровательно, и Микакагэ сразу стало лучше.

Во время своего сегодняшнего выступления она объявила, что даже Авантюристы, не имеющие профессии Повара, постепенно приобретают кулинарные навыки.

В настоящее время в этом мире существует два способа приготовления пищи. Первый предполагает использование меню для приготовления пищи. Собрав все продукты, необходимые для приготовления "выученного" рецепта, игрок должен был встать на кухне или в другом месте, где есть кухонная утварь, и открыть меню. Затем он выбирал блюдо, которое планировал приготовить, - и всё. Весь процесс занимал около десяти секунд, независимо от того, какое блюдо было выбрано.

Этот метод имел ряд преимуществ. Во-первых: время. Несмотря на то, хотел ли игрок приготовить рагу или что-то с использованием дрожжей, это занимало всего десять секунд. Во-вторых: минимальное использование ингредиентов. Рецепты блюд, приготовленных в меню, требовали не более пяти продуктов, и это с учетом специй. Например, для приготовления никудзяги(1) - блюда из отварной говядины с картофелем - требовалось всего три картофелины, одна порция говядины и одна мерка крепкого соевого соуса. Ни лук, ни мирин в рецепте не требовались. Хотя в готовом блюде все эти ингредиенты присутствовали. Как будто они появились из ниоткуда.

(1) Никудзяга — блюдо японской кухни, представляющее собой мясо, тушённое вместе с картофелем и луком, приправленное сладким соевым соусом, иногда также с добавлением аморфофаллус коньяк и овощей.

Однако у этого способа был и недостаток, причем огромный. Независимо от используемых ингредиентов и рецепта, готовое блюдо всегда имело вкус бумаги. Вернее, оно вообще не имело вкуса. Блюдо, приготовленное по этому меню, напоминало размоченный сухарь, не доставляло удовольствия и не возбуждало аппетита.

Второй способ предполагал приготовление пищи в традиционном понимании этого слова. В этом случае блюдо должно было быть приготовлено так, как оно было бы приготовлено в реальном мире. Никаких ограничений в виде рецепта не было, и вкус блюда зависел от того, сможет ли его приготовить сам повар. Также необходимо было заранее собрать все ингредиенты, ничего не появлялось на пустом месте. Более того, степень свежести и состояние продуктов влияли на конечный результат. Всё как в реальной жизни.

Оба способа кардинально отличались от способа приготовления пищи в реальном мире тем, что здесь еду могли готовить только люди с побочной профессией(2) Повар. Кроме того, большое значение имел уровень развития кулинарных навыков, независимо от того, готовил ли человек через меню или вручную.

(2) В дальнейшем “подкласс” будет переводиться как “побочная профессия”.

При использовании меню - если уровень Повара был ниже указанного в рецепте - вероятность успешного завершения процесса падала.

При традиционной готовке невозможно было проверить, какой уровень необходим для приготовления блюда, но, если блюдо было очень сложным или требовало приготовления на пару либо во фритюре, затея часто заканчивалась неудачей. В любом случае результат, как и во времена игры, напоминал обугленные останки или неидентифицируемую жижу.

Авантюристы, не имевшие профессии Повара, не умели готовить. Даже если на Земле они были мастерами кулинарии, в этом мире они не могли приготовить даже салат. Так всё выглядело после Катастрофы. Но положение дел начало меняться. Теперь и те Авантюристы, у которых не было профессии Повара, могли добавлять простые специи или резать ингредиенты. Теперь они могли приготовить салат.

Как это стало возможным? Неизвестно. Невозможно даже объяснить, что такое Катастрофа, не говоря уже о том, чтобы оценить, чем вызвано именно это изменение. Однако нетрудно было предсказать, что её последствия будут колоссальными.

Ни Микакагэ, ни другие Повара не знали, когда произошло это изменение. Совет Круглого Стола и жители Акибы довольно быстро заметили, что для создания предметов вручную необходима особая побочная профессия. Ба(3), именно это открытие привело к возникновению самоуправления Авантюристов.

(3) Кто читал новеллу “Во всеоружии”, вспомнит кое-кого))) (для не знающих: в той новелле существует персонаж, который относительно часто говорит: “Ба”)

На этом основывалось и разделение Лаборатории Рода на департаменты, объединяющие людей с одинаковыми профессиями. Поэтому Микакагэ была окружена одними Поварами, к тому же высокого уровня. Более того, по всей Акибе уже укоренилось осознание ограничений на предметы ручной работы. Жители привыкли к тому, что еду либо готовил гильдийский Повар, либо её приходилось покупать в одном из трактиров, управляемых Поварами. Поэтому никто не заметил, как произошли изменения.

Недавнее исследование, проведённое Микакагэ и её товарищами, показало, что теперь почти половина Авантюристов способна с высокой вероятностью приготовить такое простое блюдо, как салат. Даже те, кто потерпел неудачу, утверждали в процессе приготовления, что у них есть шансы на успех.

Поэтому можно было с уверенностью сказать, что что-то изменилось. Однако неизвестно, было ли это связано с расширением возможностей Авантюристов, независимо от усилий самих участников, или, возможно, была нарушена какая-то защита в игре. Аналогичное явление произошло и у туземцев(4). Даже Элли уже умела готовить что-то простое.

(4) Туземцы = люди Народа Земли

Однако настораживало то, что эти изменения не ограничивались кулинарией. Например, до сих пор плотники обладали монополией на изготовление мебели. Это ни у кого не вызывало сомнений, поскольку именно так функционировал местный мир. Однако во время выступления Микакагэ раздались голоса, что ситуация начала меняться и для других профессий. Плотницкое или ремесленное дело не так близко современным людям, как кулинария, поэтому провести масштабные исследования и получить неоспоримые доказательства пока не представлялось возможным. Однако было собрано достаточно случаев, чтобы поставить под сомнение прежние теории о том, как устроен этот мир.

Микакагэ была не единственной, кто был взволнован. Аомори, присутствующие в зале Авантюристы и все члены Лаборатории Рода подсознательно почувствовали, что что-то случилось.

Внезапно наступила тишина. Микакагэ подняла голову. На трибуне появился Родерик. Собравшиеся выжидающе смотрели на него. Теоретически обеденный перерыв ещё продолжался, поэтому у большинства слушателей рты были набиты рисом или бутербродами.

Родерик был одет в свободный белый халат, на его лице, обычно спокойном и расслабленном, была написана усталость. Он почесал голову, а затем заговорил.

- A... Я знаю, что вы еще едите, но мы только что получили отчет, и, похоже, нам придется немного изменить тему обсуждения сегодня после обеда, поэтому я взял на себя смелость прервать вас. Мы продлим обеденный перерыв на час, но мы меняем тему обсуждения, потому что нам нужно подумать, как со всем этим справиться.

После этих слов по залу пробежал ропот. Половина присутствующих была удивлена серьёзностью вопроса и тем, что нужно искать средства защиты. Другая половина была удивлена тем, что болезненно осторожный Родерик решил во что-то ввязаться.

- Послушайте меня, пожалуйста. Вы можете пока поесть. У меня есть три вещи, которыми я хочу с вами поделиться. Во-первых, вопрос о зелье сброса внешности и о различиях между полом пользователя и его персонажа в игре. Я уже говорил, что многие случаи... или, скорее, все случаи подтверждают, что тело влияет на характер. Однако, похоже, что оно влияет и на голос. Мы пока не знаем, связано ли это со строением голосовых связок. Но голос Авантюристов, которые в реальной жизни - мужчины, а в игре - женщины, постепенно становится более женским.

Откуда-то донесся звук удара ручки о скамейку. В аудитории наступила абсолютная тишина. Не было слышно ни одного шороха.

- Тогда вопрос об оптических измерениях... здесь у нас пока нет конкретных доказательств, мы будем проводить дальнейшие исследования, но лично я думаю, что феномен действительно имеет место... Похоже, что расстояние между Акибой и горой Фудзи увеличивается. То есть, между любыми двумя точками. Не на много, конечно, но они начинают удаляться друг от друга.

Это заявление подействовало на большинство собравшихся как ведро холодной воды.

- Извините... - робко поднял руку один из Кузнецов. Родерик молча кивнул, и юноша задал вопрос, который не давал покоя всем присутствующим в зале.

- Это касается любых мест? То есть... Весь Ямато расширяется?

- Думаю, да - ответил Родерик.

Собравшиеся замерли.

- Наконец, я хотел бы упомянуть о результатах исследования, проведенного по заказу одной из внешних гильдий... Однако я считаю, что вы должны о них знать. Оно касается флэйвор текстов(5). Мы выяснили, что в некоторых случаях эти описания действительно работают.

(5) В английском и польском переводе это называется “flavor text”. “flavor” переводится как “вкус” или же “аромат”, но я не знаю, как именно это перевести на русский. Может это вообще не нужно переводить. Поэтому я пока оставлю именно такой вариант перевода.

Микакагэ изумленно выпучила глаза. Флэйвор тексты действительно работают? Как это так? Данное магическое оружие может иметь, например, следующие статы: "Урон +5%, дополнительный урон огнем 180–216 пунктов, STR +15(6)". Это определяло магическую силу оружия. Помимо стандартной эффективности, такая вариация статов могла придать оружию особый эффект и дополнительно усилить его.

(6) STR = Strength = Cила

Однако описания флэйвор текстов были выполнены в следующем стиле: "Это огненное копьё когда-то было подарено отважному рыцарю, служившему в армии Вестланда. Оно украшено клыками огненного дракона, и в нём дремлет сила пламени. Говорят, что с его помощью великий Рога Зари разжигал боевой дух своих подчиненных готовя тех к битве". Короче говоря, они содержали характеристики или информацию о происхождении предмета и, хотя могли дать пользователю общее представление о том, какая сила связана с этим предметом, не влияли на игровой процесс. Они служили лишь для создания мира „Elder Tale" и поддержания атмосферы.

Слово "flavor" в "flavor text" означает "вкус", и именно такими были эти описания - они существовали для вкуса. Никакого конкретного действия они не имели. По крайней мере, до сих пор.

Но Родерик утверждал обратное. Микакагэ не поняла слов своего гильдмастера. Она взглянула на Аомори, но тот, очевидно, тоже ничего не понял, так как ответил ей неуверенным взглядом.

Большинство людей в зале реагировали схожим образом. Родерик закрыл веки и тяжело вздохнул. Видя это, собравшиеся поняли, что услышали ещё не всё.

- Это не какие-то независимые явления. Я не хочу верить в их полную случайность. У них, безусловно, есть что-то общее. Похоже, что мир здесь сейчас переживает трансформацию. Катастрофа ещё не закончилась. Именно поэтому я призываю всех нас приступить к тщательному исследованию этого процесса.

Слова Родерика эхом прокатились по аудитории. Собравшиеся были слишком потрясены, чтобы отреагировать. Большинство жителей Акибы ещё не знали о колоссальных переменах, произошедших в этом мире.

Часть 5.

Акацуки и Лайнезия чопорно сидели на пятках. Напротив них стояли Ризэ и Генриетта, по всему кабинету сновали торопливые слуги, а Надзуна, удобно растянувшись посередине, ела дайфуку с клубникой.

Девушки привели Акацуки сюда прямо из Собора. Они подали ей завтрак (вернее, уже обед), а затем велели объяснить ситуацию. Акацуки не знала, что и как объяснять. Она неуверенно посмотрела на Лайнезию. Заметив это, Генриетта предложила принцессе присесть рядом с Ассасином. Лайнезия послушно выполнила её просьбу.

Великолепный ковер, на котором они сидели, имел мягкий ворс, что делало его очень удобным. Кроме того, Акацуки каждый день жила в японской комнате и привыкла сидеть в позе сейдза. Но как же Лайнезия? Казалось, она совершенно не знакома с этой позой, но с серьёзным выражением лица она изо всех сил подражала Акацуки.

- Мы примерно разобрались в ситуации. Убийца - туземец и член клана Куниэ. Исключительную силу ему придаёт мобильная броня, а магическую - круг, генерирующий барьер вокруг города. Можно предположить, что нападавший обладает боевыми способностями уровня босса в малом рейде.

Услышав слова Ризэ, Лайнезия повесила голову. Очевидно, она объяснила всю ситуацию девушкам, присутствующим на чаепитиях. Это застало Акацуки врасплох.

Ведь принцесса боялась открыть правду о том, что именно туземец убивал Авантюристов. Но в глазах Лайнезии, смотревших прямо на Ризэ и Генриетту, светилась непоколебимая решимость. В них не было и следа уныния.

Хотя, если так подумать, Акацуки не стоит удивляться. В конце концов, она сама ранее решила, что хочет помочь Лайнезии. Она знала, на что способна эта принцесса. В конце концов, она сама прилетела в Акибу на спине грифона, чтобы собрать добровольцев для битвы на Песчаном Листе.

- Если правда станет известна, отношения между Авантюристами и туземцами в Акибе значительно ухудшатся. Клан Куниэ потеряет доверие, что затруднит повседневную жизнь в городе. Этого вы и боялись, я права? Поэтому Акацуки, вместо того чтобы убить убийцу, хотела как-то решить эту проблему. Правильно?

Ассасин на мгновение задумалась, затем кивнула. Да, это было хорошее заключение. Она не стала долго раздумывать, отправившись прямо в ночь на поиски нападавшего. Она просто хотела, чтобы люди знали, что Лайнезия ни в чем не виновата. Ей казалось, что если она остановит убийцу, то сумеет это как-то донести. Хотя, возможно, сейчас она просто объясняла это себе таким образом, а тогда ей просто хотелось выместить на ком-то свои эмоции. Может быть, ей просто нужно было выместить злость на весь мир за то, что он не пытается понять ни её, ни принцессу. Однако она не стала об этом говорить и лишь молча смотрела на Ризэ.

- Я понимаю, что вами двигало. Это не та проблема, которую можно скрыть, но я согласна, что ее быстрое решение помогло бы смягчить возможную реакцию общественности.

- В конце концов, этот парень уже избил немало людей, - отрезала Надзуна, доставая из сумки бутылку сладкого саке.

- Планирует ли Бригада Западного Ветра обнародовать этот случай?

- Нет, сказал Содзи, он умывает руки. Мы не собираемся ни поднимать эту тему, ни мстить. Возможно, не все девушки из гильдии согласятся, но Содзи их как-нибудь успокоит. У нас всегда так. Я отвечаю за то, чтобы убирать за другими. Хотя сейчас этот вопрос находится в руках двух наших коллег-женщин.

- Но...

- Не расспрашивайте лишний раз, просто проучите их!

После этих слов Надзуны Ризэ и Генриетта тяжело вздохнули. Может быть, они и не хотели исключать её из разговора, но они бы явно предпочли, чтобы Надзуна больше придерживалась условностей. Однако её это, похоже, нисколько не волновало. Она лежала на диване в расстегнутом кимоно с декольте, прикрытым тонкой кольчугой, и была похожа скорее на большую ленивую кошку, чем на лису. От напряжения и сосредоточенности, которые она демонстрировала во время боя, не осталось и следа, но в глазах Акацуки Надзуны она вела себя совершенно естественно. Возможно, это и было её истинное обличье.

«Хотя, возможно, такого понятия, как "истинное обличье", вообще не существует...»

Тот Широэ, который гладил её по волосам, вероятно, был настоящим Широэ. Но и тот Широэ, который рвал на себе волосы из-за горы бумаг или поддерживал своих товарищей на поле боя, тоже был настоящим. И хотя Акацуки было больно это признавать, тот Широэ, который хвалил Минори или улыбался Мариэль, тоже был настоящим.

Как и Лайнезия, сидевшая рядом с ней. Куда-то улетучилась её меланхоличная покорность, исчезла беспомощная усталость. Теперь принцесса смотрела на собравшихся девушек серьёзным взглядом, и глаза её пылали решимостью.

Ни одно из этих обличий не было ложным. Единственной правды просто не бывает. В этом мире, который немного расширился в её глазах и приобрел свежесть, Акацуки поняла это впервые. Истин было много.

- Итак, если я ничего не пропустила... - Сложив руки на груди, Генриетта повернулась лицом к Ассасину и Лайнезии и продолжила тихим голосом. - Вы оба думали, что сможете решить эту проблему в одиночку. Но вам следовало посоветоваться с другими. Неужели вы настолько уверены в себе? Неужели вы думаете, что вас окружают одни идиоты?

Озорная искорка, всегда присутствовавшая во взгляде Генриетты, исчезла без следа. Бухгалтер была серьезной.

Акацуки не знала, что ответить. Генриетта была права. Вчерашнее происшествие ещё можно было объяснить. Она могла бы возразить, что кровь ударила ей в голову, и именно поэтому она бросилась в погоню за убийцей. Но у неё не было оправдания тому, что до этого момента она всегда пряталась в тени Широэ.

Она избегала контактов с другими людьми. Потому что не хотела усугублять свои проблемы. Если кто-то был ей не нужен, она мысленно вычеркивала его из своей жизни. Даже с членами своей гильдии она почти не общалась. С Нянтой или Наоцугу - еще ладно, но когда речь заходила о Минори или всей младшей группе... Она действительно могла бы разговаривать с ними чаще.

Естественно, она поддерживала их во время тренировок. Она наблюдала за молодыми из-за кулис и помогала им собирать вещи. Она проводила разведку и затем выбирала хорошие зоны для тренировок. Но она избегала прямых разговоров с товарищами, не действовала вместе с ними, да и причин для этого у неё практически не было. Она говорила себе, что это не её роль. В глубине души она понимала, что бежит, и это осознание причиняло ей боль.

- Как долго ты собираешься делать всё сама? Неужели ты думаешь, что Широэ тебе достаточно? Ты собираешься полагаться на него всю свою жизнь?

Услышав порицающий тон Генриетты, Акацуки опустила голову. Она не могла отрицать этого. Бухгалтер была права. Она все время полагалась на Широэ, а когда его не стало, обнаружила, что не может ничего сделать сама. Ей хотелось хотя бы выполнить его просьбу, но она не могла сделать даже этого. Ведь именно ей он доверил эту миссию, и больше никому.

- Ты каждый день приходила в поместье, чтобы присматривать за Лайнезией?

Акацуки подняла голову. Этот вопрос прозвучал так, словно Генриетта читала её мысли.

- Ты не единственная, кому поручено такое задание. Расположиться в Поместье Водяного Клёна и присматривать за принцессой. Это и моя работа. И Ризэ.

Услышав эти слова, Акацуки залилась румянцем. От стыда и унижения. В конце концов, это было очевидно. Всё, что ей нужно было сделать, - это подумать об этом. Лайнезия была одним из самых важных людей в Акибе, никто не доверил бы её безопасность исключительно в руки Акацуки. Именно Широэ приказал организовать эти чайные встречи.

Как она раньше не догадалась об этом? А ведь ей казалось, что Чародей рассчитывает на неё. В глазах Акацуки стояли слёзы грусти и сожаления.

Но сейчас ей нельзя было плакать. Акацуки пыталась защитить Лайнезию, и не в качестве телохранителя, следящего за её безопасностью. Вчера, в тот момент, она почувствовала, что хочет защитить благородное желание этой девушки, которая несла на своих плечах бремя представления всех туземцев.

- Акацуки, она просто... эээ... ууу... - Лайнезия попыталась вмешаться, но Ризэ жестом руки заставил её замолчать.

- Тем не менее, я прошу вас дать мне силы. Без вас я не справлюсь. - Акацуки отчаянно подбирала слова.

- Конечно. И я, и Ризе поможем тебе. Как и обещали. Но кто, по твоему мнению, должен быть адресатом этих слов?

Этот вопрос был слишком сложным для Акацуки. Кому? Генриетте и Ризэ. Или Надзуне? Или Микакагэ и другим девушкам, которых сейчас здесь не было? К кому ей обратиться за помощью? К кому она должна обратиться? Имеет ли она право полагаться на других?

Она чувствовала, что в словах Генриетты было что-то более глубокое. Дар, который Акацуки не могла определить одним словом. Она заметила это нечто тогда, в том сне, который потеряла. Оно растворилось на рассвете и теперь мучило её. Она уже держала его в руке, сжимая вместе с подолом плаща Широэ. Однако, когда она проснулась, рука была пуста. Она так и не смогла вынести вещь из сна. Эта пустота расстроила её.

Она не могла произнести слова, которые, в конце концов, были где-то внутри неё. Она чувствовала их в глубине души, но не знала, как донести их до девушек. Она готова была разорвать свою грудь на части, лишь бы сказать им о том, что так важно для неё. Но девушки не увидели бы этого, даже если бы она действительно это сделала.

Раздосадованная собственной неспособностью, Акацуки сжала веки, чтобы прогнать слёзы.

- Акацуки - моя подруга! - гневно произнесла Лайнезия, не обращая внимания на то, что Ризэ пыталась заставить её замолчать.

Ошеломлённая Акацуки посмотрела на принцессу. Затем она почувствовала, как внутри неё заполняется пустота. Это было слово, до сих пор ускользавшее из её рук. Путь, который она старалась не замечать. Ключ к двери, за которой она скрывалась. И вот теперь оно прозвучало из уст среброволосой принцессы, от которой она никогда бы этого не ожидала. И это дало Акацуки тепло и силу.

- Лайнезия делает всё, что может. Вот почему я хочу помочь ей. И чтобы вы тоже... чтобы вместе... потому что мы друзья...

И на этот раз она не смогла найти слов. Её переполняли стыд, беспомощность и раскаяние. Но, несмотря ни на что, она чувствовала, что должна действовать. Чтобы вырваться из этого раздражающего бессилия, она сделала полшага вперед. Это был маленький шаг вперёд, поэтому она не могла сказать "целый шаг".

Из-за её нерешительности слово "дружба" так и осталось у неё в голове. Но в глубине души Акацуки начинала понимать. Эта Лайнезия, мягко улыбавшаяся и казавшаяся далекой, была настоящей Лайнезией. Но и эта злая Лайнезия, сидящая сейчас рядом с Ассасином, тоже. Генриетта, всегда обращавшаяся с Акацуки как с куклой, была такой же реальной, как и Генриетта, наказывающая её сейчас. Так же, как и Ризэ, задумчиво рассматривающая платья туземцов, и Ризэ, командующая на поле боя. Достаточно было оглянуться вокруг, и Акацуки сразу же увидела бы, как много людей заботятся о ней. Даже если у неё что-то не получалось, это ещё не означало, что она фальшивка. Эта Акацуки, которую сама Ассасин не могла простить, была настоящей. Она не смогла победить убийцу, погибла от его меча, и все же она была дорога стольким людям.

Ризэ вздохнула. Ей придется заново проходить среднюю школу. Именно так оно и было. Уровень средней школы. Или вообще начальной школы, потому что, раз Акацуки только сейчас начала изучать такие вещи, она была хуже Минори. Однако эта мысль больше не вызывала у неё паники. Действительно, она не могла сравниться с Минори. Но здесь с ней были те, кто заботился о ней.

- Я понимаю. Есть способ решить этот вопрос. Мы уже предприняли соответствующие меры. Мы обратились в Совет Круглого Стола с просьбой ввести комендантский час. Люди не могут ходить по ночам одни. Через три дня мы поймаем убийцу.

Акацуки почувствовала, как слова Ризэ успокоили её. На этот раз она не ошибётся.

Часть 6.

Генриетта смотрела на Акибу с вершины лестницы. Город в основном был покрыт деревьями, которые в это время года уже сбросили листву, но кое-где виднелись и вечнозеленые растения. Такой красочный акцент на фоне серых руин приятно успокаивал взгляд. Здесь, в Павильоне Гильдии, располагалась штаб-квартира Альянса Полумесяца, поэтому Генриетта хорошо знала этот вид. Однако сейчас она смотрела на него с гораздо более высокого места.

Зал их гильдии находился на четвёртом этаже Павильона. Генриетта поднялась на девятый и направилась на последний этаж, где располагалась штаб-квартира Совета Круглого Стола.

Лифты в этом мире не работали, поэтому хождение вверх-вниз по такому высокому зданию могло показаться настоящей пыткой, но организм Авантюристов мог выдержать многое. Генриетта могла дважды подняться по этой лестнице, неся деревянные ящики, и ничуть не устать. Не смущал её и мрачный вид голого бетона разрушенных ступеней. Она без колебаний добралась до места назначения.

Она поздоровалась с женщиной, являющейся туземкой, которую знала в лицо, и вошла в Секретариат. Именно здесь находилось сердце Совета Круглого Стола. Хотя сам Совет состоял из одиннадцати сенаторов - мастеров гильдий, представляющих Акибу, именно Секретариат контролировал управление и выполнение их решений.

В связи с тем, что одиннадцать гильдий определяют направление развития города, им необходимо иметь собственные офисы, в Секретариате была подготовлена канцелярия для каждого объединения. Однако гильдии в большинстве своем были влиятельными объединениями, известными на весь город, поэтому их мастера уже имели собственные кабинеты в штаб-квартирах, где они ежедневно работали. Так было даже в среднем по размеру Альянсе Полумесяца: в зале их гильдии находился кабинет, причудливо оформленный Мариэлль.

По этой причине офисы в Павильоне Гильдии рассматривались в основном как контактные пункты, где сенаторы размещали своих сотрудников, чтобы те принимали сообщения в их отсутствие. Однако у Альянса Полумесяца было не так много свободных мест, поэтому Генриетта время от времени заглядывала в офис Павильона и разбирала стопку документов и корреспонденции.

В Секретариате работало несколько туземцев. Сенаторы поручали им мелкую административную работу, но также хотели воспользоваться возможностью поэкспериментировать и проверить, смогут ли туземцы работать бок о бок с Авантюристами. Возможно, они могли бы также поручить им роль офицеров связи, но решение об этом пока откладывалось. У туземцев и так было полно дел - доставка корреспонденции и переговоры с сотнями гильдий по всему городу.

Генриетта кивнула в знак приветствия сотрудникам Секретариата, вошла в кабинет и издала стон отчаяния. Её стол в очередной раз утопал в потоке документов. Казалось бы, она уже должна была привыкнуть к этому, но боевой настрой всегда покидал её при виде этого. А обязанностей у Альянса Полумесяца по-прежнему было сравнительно немного. Бухгалтер предпочитала не думать о том, как выглядят офисы других гильдий.

В мгновение ока она начала классифицировать документы и раскладывать их по принесенным коробкам. Могло показаться, что количество бумаг непомерно велико, но в основном это были отчёты и подтверждения. Документы, которые не стоило относить в гильдию, Генриетта ловким движением подписывала в знак того, что прочитала, и клала в ящик, предназначенный для "решенных вопросов". Во время этой несложной работы она начала мысленно анализировать события последних дней.

После того памятного разговора дело пошло быстрее. Ризэ показала отличные командирские способности, но остальные девушки ни в чем ей не уступали. В конце концов, Надзуна, Кёко и Азукико уже участвовали в рейдах в прошлом, ещё до Катастрофы. Они вполне могли действовать в организованной структуре.

Временным командным пунктом стала гостиная Лайнезии, где был установлен письменный стол, принесенный Ризэ из гильдии. Все собравшиеся там девушки были заняты не меньше, чем сотрудники Секретариата Совета - перегружены процессом сбора данных, проверки и корректировки. Это доставляло огромную головную боль Авантюристкам во главе с Генриеттой, которая, в конце концов, выросла на Земле в эпоху всеобщей цифровизации.

Женщины, участвовавшие в операции против убийцы, называли её "Захват" или "Поимка". Поскольку штаб-квартира находилась в поместье Лайнезии, в неё входили только девушки, приглашенные на чайные встречи. Генриетта и Мариэлль, разумеется, тоже причисляли себя к ним.

Акацуки и Лайнезия были ключевыми фигурами во всей этой затее. Обе девушки, однако, были неопытны в подобных действиях и, вероятно, тоже не очень подходили для них. Всё происходящее было для них в новинку, что заставляло их в ужасе перебегать с места на место. Итак, Акацуки и Лайнезия выступили инициаторами, но на них нельзя было положиться при групповом маневрировании, поэтому фактически рулевыми стали Ризэ и Генриетта. Другого выхода просто не было.

Утомленная сортировкой документов, Генриетта опустилась в кожаное кресло и уставилась в потолок. Никто, кроме членов Альянса Полумесяца, не входил в кабинет, если их не вызывали специально. Поэтому она позволила себе расположиться в более расслабленной позе, чем обычно.

Когда она была в гильдии, её постоянно окружали веселые и разговорчивые компаньоны с Мариэлль во главе, так что у неё даже не было времени спокойно подумать. Генриетта глубоко вздохнула, поправила очки, затем потянулась к своему потрепанному футляру и достала карточку.

Это была обычная карточка с несколькими строчками рукописного текста - реквизитами банковского счёта. Она позволяла получить доступ к счёту в единственном в мире „Elder Tale" финансовом учреждении, отделение которого, кстати, находилось в этом Павильоне. В игре таких карт доступа не существовало. До Катастрофы банк здесь не был похож на земные банки - это была просто организация, в которой игроки хранили свое золото и предметы. Даже не столько организация, сколько просто одна из функций системы.

Персонаж в „Elder Tale" в момент создания, а значит, и в начале игры - сразу имел закрепленный за ним банковский счет. Его не нужно было создавать. То же самое относилось и к гильдиям - счёт ассоциации присваивался гильдии при её создании. Этот процесс происходил автоматически, так что пользователю не нужно было лично идти в банк, но и отказаться от создания счёта он не мог. По этой причине в игре не существовало ни карт, ни банковских книжек. Система с идеальной точностью идентифицировала пользователей и управляла их активами без подобных приспособлений.

Однако карточка, которую держала Генриетта, предназначалась для чего-то другого. Это была одна из трёх карт, предназначенных для внутренних комитетов Совета Круглого Стола. Счёт, к которому она была привязана, не был ни личным счетом, ни счетом гильдии. Он также скрывал возможности, о которых Авантюристы в Ямато, вероятно, даже не мечтали.

- Вот почему я надеялась, что здесь будет тишина и покой...

Генриетта повертела карту в пальцах и закрыла глаза. Она чувствовала, что Широэ покинул Акибу. Никто не сказал ей об этом прямо, но она догадалась, когда он доверил ей карту.

На данный момент она не имела никакого значения. Она ничего не давала, и на счёте, к которому она была привязана, пока что не было золота. Он был просто открыт, и всё.

Однако в будущем это могло открыть такие возможности, от которых голова шла кругом. Генриетта знала это. При одной мысли о том, для чего может быть использована эта карта, её пробирала дрожь.

Существование этого счёта ещё не было официально объявлено, так как на данный момент карта не имела никакого значения. Её возможности ещё изучаются, поэтому делать официальные заявления пока рано. По крайней мере, так сказали Генриетте, а о том, что ей не сказали, она догадалась сама.

Широэ откладывал официальное заявление, опасаясь утечки информации. Тот факт, что Акацуки скрывала его отсутствие, только подтверждал это. Красти, Широэ и Мититака готовились к "проблемам, которые могут возникнуть". Среди этих проблем, скорее всего, будет существование врага. К сожалению, они должны были готовиться к тому, что это может быть кто-то из членов Совета.

Генриетта чувствовала, что Плэнт Хвайден наблюдает за ними с запада. Её также беспокоила фракция гильдии с Минами, группа Оддисея, о которой она в последнее время слышала всё больше и больше - даже если она была ещё не очень многочисленной.

«Как они могут думать, что вернутся на Землю, если просто умрут достаточное количество раз?»

Генриетта никак не могла понять этих требований. Но эти дела были не по силам Бухгалтеру мелкой гильдии. Ей они были бы не по плечу. Но кто же тогда сможет? Широэ? Поручить всё ему было легко, но имели ли они на это право? Широэ был младше неё.

«Верно. Этот Ядовитый Очкарик ещё ребенок!»

Широэ не интересовался ею как женщиной. Ничего из того, что он делал, он не делал для неё. Однако она чувствовала, что не может отгородиться от всего коротким "Я оставлю это Широэ, он справится". Это означало бы бросить Чародея.

Подумав об этом, она убедилась, что ей тоже следует принять участие в операции против убийцы. Если Ризэ поддержала Акацуки на поле боя, то она должна сделать это и в другой области. В связи с этим она прикроет этого упрямого Чародея. В конце концов, она может ему немного помочь.

В тот день, когда они вместе танцевали в Древнем Дворце Вечного Льда, Генриетта поняла, что помощь ему ей совсем не мешает. Такая роль её вполне устраивала. Кто-то должен был поддерживать Акацуки и Широэ, оставаясь в тени.

Ризэ тренировал Ассасина, а также проводила тренировки по координации для всех девушек. Целыми днями они отрабатывали техники кудэн. Не только Акацуки, но и несколько других желающих. Таким образом, информация о секретных навыках распространялась чуть больше.

После этого они ужинали, собирали вещи и отправлялись на улицы Акибы. Разделившись, они патрулировали как можно большую территорию и выслеживали убийцу.

Ризэ, после тщательной беседы с Акацуки и Надзуной, пришла к выводу, что в ближайшие несколько дней противник вряд ли покинет укрытие. Генриетта согласилась с ней и была благодарна за эту передышку. Акацуки и Содзиро нанесли убийце больше повреждений, чем кто-либо другой. Ему потребуется время, чтобы залечить раны. Он не был Авантюристом, и поэтому на это уйдет не одна ночь.

Генриетта обратилась к Совету с просьбой запретить прогулки по городу в тёмное время суток. Они согласились с Ризэ, что это позволит выманить убийцу и избежать новых жертв. Акацуки и другие девушки патрулировали улицы до рассвета, а утром отсыпались от ночных обходов.

Генриетте тоже пора приступить к работе. Она поднялась с кресла. В голове у неё уже был список людей, с которыми ей нужно было поговорить. Она бросила оставшиеся бумаги в ящик, даже не сортируя их, а затем вызвала Хиэна через телепатию.

В первом порядке - Мититака. Затем - Карасин. И все сенаторы Совета Круглого Стола. Разговор с ними мог послужить своего рода дымовой завесой для плана Широэ. Генриетта не была уверена, насколько Чародей предвидел развитие событий, но она озорно улыбнулась.

- Господин Широэ, в дело вступили женщины. Нельзя сказать, что всё пойдет так, как вы хотите.

Часть 1.

Мужчина двигался в кромешной тьме. С усилием он вытянул конечности, а затем приподнял тело. Откуда-то доносилось тихое журчание загрязненной воды. Сточные воды в этом мире отличались от сточных вод в Токио. Здесь вода текла ручьем шириной не более пальца, а подземные ходы образовывали настоящий лабиринт. Именно сточные воды Акибы и стали местом его укрытия. Спал он на куче поношенной одежды, которую украл у Авантюристов. Он встал и принялся пальцами исследовать свой живот. Он чувствовал засохшую кровь, шершавую, как ржавчина. Дыра в его черной одежде осталась, но рана уже затянулась. Казалось, к нему вернулись силы.

Его стальной шлем, похожий на маску, тускло светился. Он обладал необычным свойством - позволял видеть ночью.

Мобильная броня была неразрушимой магической броней, созданной много веков назад. Термины "магический предмет" и даже "артефакт" не в полной мере передавали их уникальность. Это были доспехи иллюзорного класса, наследие древних времен. Они были плодом древних технологий, по сравнению с которыми меркли достижения туземцев, цивилизация Авантюристов и всё, что имел клан Куниэ.

В слабом зелёном свете человек стал рассматривать своё тело. Его раны уже полностью затянулись. Он был очень вынослив. Мобильная броня значительно увеличивала физические возможности носящего её человека, в первую очередь выносливость. Она увеличивала количество очков здоровья в три раза по сравнению с исходным состоянием. Однако способность к регенерации не повышалась. Предполагалось, что носитель мобильной брони никогда не будет ранен. Защитные коэффициенты этой брони сводили на нет практически все атаки, а поскольку человек в ней всё равно не пострадает, то ему и не нужна была способность к исцелению. Рана, нанесенная мужчине в последнем бою, выявила этот - удивительный - недостаток мобильной брони. Для мужчины это было ещё и оскорблением его чести.

Однако, кроме доспехов, у него было и другое оружие. Он потянулся к ножнам с мечом. Внутри футляра лежал Сэнто-Бьяккомару. Хотя в крупной мужской руке он выглядел неприметным, это было оружие, принадлежавшее когда-то Лугриусу, Герою Ледяной Стены. Оружие наделяло того, кто им владел, силой легендарного героя, и чем больше крови выпивал Бьяккомару, тем больше эта сила возрастала. Об этом свидетельствовали его руки, увеличившиеся в размерах почти вдвое. Меч, звенящий в ножнах, требовал новых жертв.

Мужчина зашипел, затем начал идти, не оглядываясь. Он не был привязан к этому месту. Он выбрал его только потому, что здесь можно было спрятаться и спокойно отдохнуть. Это место находилось под обрушившимся зданием. Сюда поступал свежий воздух, значит, она была как-то связана с поверхностью, но, насколько он мог судить, здесь не было коридоров, по которым люди могли бы войти или выйти. Для него это не было проблемой, так как он мог телепортироваться, но если бы туземец или Авантюрист захотел попасть сюда, то ему пришлось бы прорыть большой кусок земли.

В его сознании возник образ Акибы. Город, который он так долго охранял. Он знал его планировку наизусть. Авантюристы недавно отремонтировали и расширили многие здания, но план улиц остался прежним. Он выбрал место, куда хотел телепортироваться.

Воздух вокруг него завихрился. На него налетел порыв ночного морозного ветра, но он совсем не почувствовал холода - свойство мобильной брони фактически нивелировало его. На самом деле ветер был для него как освежающий напиток, который только разжигал аппетит перед продолжением пиршества.

С вершины разрушающегося здания он наблюдал за пустынной улицей с магазинами. Внизу то тут, то там тускло светились фонари. Он улыбнулся при виде этого жалкого заменителя света. Его охватила радостная дрожь. Он облизнул губы и склонил свое тело за край крыши.

Мужчина вытащил меч из ножен. Декабрьский воздух закружился вокруг него, а затем весь холод рассеялся. Он демонически захихикал. Его душа кристаллизовалась, отчего по ней пробежала дрожь удовольствия и боли.

Он был зимой. Он был морозным ветром. Бушующая буря не чувствует холода, поэтому он тоже, не задумываясь, сбросил с плеч свое чёрное пальто.

В бледном свете фонарей лежащей внизу Акибы его фигура могла показаться нездоровой. Он был стройным, но лишенным привычной мускулатуры. Он был одет в чёрный топ и кожаные штаны, только на плечах и икрах имелись элементы металлической брони. Поножи и перчатки были ему совершенно не к лицу. Сброшенный им грязный плащ теперь летел по улицам Акибы, словно чёрная птица. Мужчина был смертоносным орудием.

Под металлическим слоем доспехов пролегали плотные серо-коричневые волокна, способные накапливать ману и смягчать удары. Они почувствовали приток магической силы из круга под городом и бесшумно пришли в движение. Вокруг ног и рук мужчины появилось несколько защитных барьеров, а все его тело окружило силовое поле.

В его памяти вновь возник образ борьбы с великаном на замёрзших полях северных земель. Это были не его воспоминания. Они принадлежали Лугриусу.

Лугриус, Древний, когда-то был членом Ордена Изумо. Чтобы защитить улыбки жителей Сусукино, он более ста лет сражался с грозными великанами. Он загнал их в Нефритовый Сад в глубине гор Оуу и почти сумел запечатать их. Вот чем прославился Лугриус. Внезапное чувство гордости вспыхнуло в его сердце, разбушевавшись, как снежная буря.

Если бы только Суту Инав, Госпожа Весны, не предала его. Если бы она не дала ему отравленный напиток, он был бы жив и сейчас, бессмертный, как все Древние, и по-прежнему защищал бы народы севера. Если бы только не эта девушка...

Его переполняла ярость и желание окутать всё вокруг льдом. Из центра ножен вырвался вихрь снежинок. Клинок отвечал на гнев своего хозяина. Он жаждал выплеснуть всю мощь ледяного проклятия. Гнев и скорбь Лугриуса требовали, чтобы люди склонились перед ним и отдали ему свои жизни.

Мужчина покачал головой. Он не был Лугриусом. Он был туземцем, членом клана Куниэ. Гордый защитник Акибы. Но никто не ценил его, никто не проявлял к нему уважения, которого он заслуживал. Вместо этого все относились к нему как к машине. Хотя он был сильнее Авантюристов, в лучшем случае его считали стражем уличного порядка, в большинстве случаев - сторожевым псом, явным элементом, приставленным к городу.

Предложенного им воина из племени рабов.

От всего этого его сердце наполнялось горечью. Темная печаль смешалась с белоснежной яростью. Возможно, именно поэтому Лугриус выбрал его. Чтобы убить ту, кто предал его - Госпожу Весны.

Без тени колебаний мужчина спрыгнул со здания и с грохотом приземлился на землю. Прыжок с пятого этажа даже не поколебал защищавших его барьеров. К тому же большинство улиц в Акибе не были вымощены, а состояли из мягкой черной земли, поросшей мхом. Мужчина раздавил своим весом ветки и торчащие корни под собой.

Он огляделся. Он не чувствовал ничьего присутствия. Поблизости не было никакой дичи. У него возникло подозрение. Неужели они все сбежали?

Он обладал множеством уникальных способностей, но не был всемогущим. У него были определенные слабости, главная из которых - поиск противников. Ведь охранники клана Куниэ обычно сидели в караулке, и только когда сигнализация фиксировала преступление, один из них отправлялся в мобильной броне ловить преступника.

Таким образом, обнаружение противника было функцией стражи, сами туземцы таким умением не обладали, а мобильная броня также не могла его усилить.

Поэтому обнаружить врагов в городе он был не в состоянии. Но даже если так - сегодня он казался ещё более неестественно пустынным. Жители этого мира засыпали с наступлением ночи, но в Акибе всё было несколько иначе. Авантюристы, в силу их выносливости, требовалось гораздо меньше времени на отдых, чем туземцам, и ложились они позже. В конце концов, они могли легко защитить себя, даже если на них нападут ночные чудовища.

Соответственно, Авантюристов можно было встретить на улицах Акибы и после наступления темноты. Например, тех, кого мужчина до сих пор приносил в жертву Бьяккомару.

Редко случалось, что на улицу никто не выходил. Однако сейчас он не чувствовал ничьего присутствия.

Он в отчаянии рассекал мечом воздух. Налетел порыв снега, облепивший растущие рядом кусты. Мужчина пнул их ногой и разбил в мелкий мак. В поисках добычи он двинулся на север по главной улице.

Способность к телепортации, предоставляемая мобильной броней, была ограничена только зоной Акибы. Магический круг, созданный под городом, обеспечивал броню энергией. Поэтому, если бы Авантюристы скрылись за границами Акибы, мужчина не смог бы их догнать.

Кроме того, телепортация не позволяла пересекать зоны, т.е. отдельные, ограниченные участки, создающие небольшие защитные барьеры. Примером тому могут служить койки в гостиницах. Комната, в которой едва помещались две кровати, становилась отдельной зоной с помощью поставленной в ней двери. Чары изолировали её от внешнего мира, и, хотя физически она находилась в Акибе, не считалась частью города.

То же самое можно сказать и о штаб-квартирах гильдий, которую использовали Авантюристы. Все их базы, расположенные в Павильоне, который выглядел так, словно был выкован из обсидиана, функционировали как отдельные пространства. Многие здания, отстроенные Авантюристами, также стали такими зонами.

Мужчина не мог попасть в эти места с помощью телепортации. Даже если бы он отправился туда пешком, то, скорее всего, не попал бы внутрь - заклинание, защищающее зону, определяло, кто может в неё войти. Поэтому он не смог бы добраться до дичи, укрывшейся в этих местах.

Мужчина прикрыл рот, чтобы подавить смех. То есть они забаррикадировались. Авантюристы, напуганные силой, которую он унаследовал от легендарного героя, складывали оружие и прятались. Задыхаясь от смеха, человек бродил по улицам в поисках добычи. Он заглядывал в переулки, разбивал вывески, как будто одно только размахивание мечом доставляло ему удовольствие. И хотя сам он, наверное, не признался бы в этом, но вел он себя именно как кровожадный убийца.

Однако долго ждать ему не пришлось. На его пути внезапно возникла маленькая фигурка. Его рот искривился в улыбке. Маленький, мягкий кусочек мяса. Фигура шла к нему, распространяя тонкий аромат цветов.

Мужчина двинулся. Ледяной клинок в его руке требовал жертв. Пусть улицы этого города вновь ощутят гнев и голод павшего героя.

Часть 2.

Тело Акацуки напряглось в момент удара. Противник был монстром. Она не могла позволить себе ни секунды невнимательности. Хотя даже максимальная концентрация не изменила бы того факта, что у неё не было шансов победить его.

Она была не танком, предназначенным для отражения атак противника, а дамагером, задачей которого было нанесение урона. Кроме того, согласно разработанному плану, она должна была выйти на позицию только третьей. Таким образом, было два человека, которые лучше подходили для прямого столкновения, чем она.

Однако именно она пришла скрестить клинок с убийцей. Отчасти все решила случайность. Площадь Акибы составляла два квадратных километра. Город не был огромным, но и не маленьким. Они не знали, где появится нападающий. Одного отряда было бы недостаточно, чтобы создать патрульную сеть для поиска убийцы. Поскольку у них не было неограниченного количества людей, руководитель всей операции Ризэ приказал патрулировать группами по два-три Авантюриста. Они планировали максимально рассредоточиться и таким образом покрыть сетью как можно большую территорию.

Однако Акацуки нашла убийцу и благодаря своей побочной профессии и боевому опыту. Следопыты были наделены навыками, позволяющими обнаружить присутствие чужаков, а также другими, весьма полезными при поиске на обширных территориях. По способности выслеживать врагов Ассасин не уступала четырём командам Авантюристов. Поэтому то, что именно она наткнулась на Энбарта, не было полной случайностью.

Без единого слова она атаковала слева. Серебристая полоса Быстрой Атаки прорезала темноту ночи. Акацуки знала, что этот удар не собьет убийцу с ног, но она использовала силу техники, чтобы прыгнуть вперёд. Быстрая атака усиливала силу и ловкость ног пользователя. С их помощью Ассасин хотела найти безопасное место где-нибудь в стороне от противника.

Лезвие её кодачи, высоко поднятое, отскочило назад, отбитое ударом и обжигающим холодом. Она ожидала этого, но всё равно издала болезненный стон. Она перекатилась вперёд и встала на ноги. Ей показалось, что она успела спрятаться в его слепой зоне, но он погнался за ней.

- Акацу... Ааа! - Мариэлль с силой закрыла лицо руками. На неё налетел порыв ледяного ветра. Тем не менее, она успела произнести заклинание. За спиной Акацуки вспыхнул исцеляющий свет. Это было автоматическое заклинание исцеления, тип заклинания, присущий только Клирикам. У всех профессий Целителей были свои заклинания: у Друидов - Исцеление Ударом Сердца, у Каннаги - Нивелирование Урона.

Почувствовав магическую волну, такую же теплую, как руки Мариэлль, Акацуки двинулась вперёд. Уклоняясь от атакующего клинка то влево, то вправо, она продвигалась всё дальше и дальше.

Перед ней стоял убийца, которого она так и не смогла победить в тот день. Главный источник проблемы, которая мучает город. С язвительной улыбкой он ждал её нападения. На нём была зловеще блестящая мобильная броня, или, по крайней мере, её части. Коэффициенты защиты этой брони должны были соответствовать коэффициентам магических доспехов класса иллюзии(1). Однако Акацуки не отступала.

(1) В прошлом это переводилось как “Призрачный”, но сейчас это будет переводить как класс “иллюзии”.

Порыв зимней вьюги на мгновение покрыл льдом главную улицу Акибы. На другой стороне улицы стояли здания, как всегда, неподвижные. Ассасин быстро соображала - радиус действия вызванной убийцей метели составлял пять, максимум десять метров. Начало ей положил морозный воздух, исходящий от меча, который он держал в руках.

Он атаковал её новыми техниками. В предыдущем поединке она не сталкивалась с ними. Уклоняясь от ударов, Акацуки придумывала, как парировать их. Это был первый урок, который преподала ей Ризэ: изучить противника. Наблюдать за тем, что он может делать, а что нет, четко разделять эти две категории. Она должна была найти время для этого, даже в разгар самой ожесточенной битвы. Акацуки закусила губу и послушно занялась анализом.

Однако она не могла остановить атаку и перейти в оборону. За её спиной стояла Мариэлль, всегда лучезарно улыбающаяся лидер Альянса Полумесяца. Подруга Широэ. Акацуки не хотела допустить, чтобы ей причинили вред. Ни как шиноби, ни как игрок.

Мариэлль была Целительницей, и для того, чтобы она могла выполнять свою роль, воин на переднем крае должен был привлекать внимание противника. Хотя Акацуки и не была танком, в сложившейся ситуации никто другой не смог бы справиться с этой задачей. Поэтому она должна была сделать всё возможное, чтобы направить ненависть противника на себя.

Она почувствовала такое напряжение в теле, что едва не лопнули ноги и руки. Она хотела громко закричать, но сдержалась и резанула мечом. Для начала - Ускоренный Клык Она знала, что промахнется. Она воспользовалась импульсом техники и применила её снова. Она поцарапала перчатки противника. Она услышала пронзительный скрежет и почувствовала запах гари. Она дважды использовала один и тот же прием, чтобы сбить убийцу с толку, а затем низко присела на корточки, как бы прижимаясь к земле.

Бывшая Акацуки наверняка подпрыгнула бы вверх. Раньше ей казалось, что для того, чтобы придать атаке силу, нужно быть выше противника. Но в этот раз она поступила иначе. Ассасин была маленького роста - если бы она перекатилась прямо под носом у противника, то его собственные конечности закрыли бы ему обзор. Превратить свои комплексы в силу бывшая Акацуки не смогла бы. Всё это заслуга девушек.

Смертоносное Жало. Удар пришелся убийце ниже колена. Атака не оказала на него никакого негативного эффекта, но смогла на мгновение выбить его из равновесия. Противник отбил удар мечом, но Акацуки успела заблокировать его своим кодачи. Звуки лязгающей стали громким эхом разнеслись по окутанной ночью Акибе.

Удар убийцы отбросил Акацуки на пять метров назад. К моменту приземления она была вся в поту. Даже ледяные атаки противника не охлаждали её тело, разогретое напряжением и чередой непрекращающихся ударов и блоков. Руки болели. Обычно она держала кодачи в левой руке, но сейчас, отражая атаки убийцы, она поддерживала рукоять и правой. Иначе она не смогла бы отразить удар. Но на самом деле это усугубляло повреждения, полученные её руками.

В Elder Tale, если два удара пересекались в идеальный момент, они сводили на нет силу друг друга. Однако это не означало, что данный эффект можно было вызвать в любой момент, когда это было необходимо игроку. Кроме того, нейтрализовалось только то количество урона, которое соответствовало силе атаки. То есть эффект не нейтрализовал полностью мощные удары, а все равно наносил некоторый урон. Точно так же, как абсурдно мощные атаки убийцы лишь ослабляли Акацуки.

Но Ассасин всё равно слегка улыбнулась. Её больные, распухшие руки светились золотым сиянием исцеляющего заклинания. Автоисцеление активировалось, когда атака противника достигала вас, и автоматически восстанавливало некоторое количество очков здоровья. Оно исцеляло урон, наносимый пятью-десятью ударами, а поскольку срабатывало каждый раз, когда противник наносил удар, это было поистине феноменальное заклинание. Акацуки и Мариэлль впервые участвовали в рейде, но знание того, что они могут заранее наложить заклинание Автоисцеления, давало им большой душевный комфорт.

Однако у этого заклинания был недостаток. Оно исцеляло только после нанесения удара, поэтому не гарантировало защиту от смертельных ударов или мощных атак, способных, скажем, отрубить руку. Кроме того, навыки Мариэлль были не так развиты, как, например, у Клириков из D.D.D. Акацуки, правда, регенерировала, но количество очков здоровья было далеко от максимума.

Несмотря на это, Ассасин бросилась бежать. Она покатилась по земле. Искусственное Движение. Она поднялась, оттолкнулась правой ногой и сделала еще один полуоборот. Этим несколько вынужденным движением ей удалось подойти к противнику сбоку. Парализующий Удар.

Она ещё не умерла. Она всё ещё была здесь.

- Акацуки!

Атака убийцы снова настигла её. Она почувствовала, как от неё отлетают куски брони. Удар, словно вихрь, пронёсся прямо над сердцем Ассасина. Но она была ещё жива. Её тело горело от жажды битвы, а ведь всего неделю назад она могла лишь прятаться за спиной Содзиро.

Ситуация складывалась не в её пользу. Очки здоровья падали, несмотря на Автоисцеление и дополнительные лечебные заклинания. Однако всё было очевидно. Она сражалась с убийцей. Противник уровня рейдового босса, а не мелкий монстр, которого легко завалит член небольшой гильдии. В конце концов, даже Содзиро, гильдмастер Бригады Западного Ветра, не смог бы с ним справиться. Но у Акацуки была причина сражаться. Даже если её минуты были сочтены. Эта причина придавала ей сил.

На правой руке она носила перчатку утренней звезды. Её изготовили сёстры Лаки Дайс. Этот матовый защитник создавал силовое поле и имел гораздо более высокий показатель защиты, чем можно было предположить по его внешнему виду. Он не смог защитить Акацуки от очередного порыва снежной бури, но тут активировалось заклинание чернильно-пепельного предмета, и Ассасин успела уклониться.

С присущей Акацуки ловкостью она воспользовалась брешью, от души поблагодарив за новое снаряжение. Это снаряжение повышало различные показатели и в несколько раз повышало защиту от стихий по сравнению с прежней одеждой Ассасина, но при этом было ничуть не тяжелее. Все новые вещи Акацуки были подарены ей девушками с чаепитий.

"Оно тебе пригодится?"

"Размер не подходит. Сейчас поправлю".

"Ешьте клубнику, я принесла её для всех".

"Я добавила секретный ингредиент, хи-хи".

Весело улыбаясь, девушки заботились об Акацуки, как сёстры. Ассасин подозревала, что отчасти это было снисходительно, но они без колебаний оказывали ей поддержку. Больше половины снаряжения, которое защищало её сейчас, было их подарками. Старые предметы потеряли свою прочность во время предыдущей схватки с убийцей, и она не смогла бы использовать их снова.

Акацуки помнила лица всех этих девушек, хотя с большинством из них она даже не разговаривала. Она также не была уверена, что они слышали её рассказ об убийце и кризисе, в котором оказалась Акиба. Тем не менее, они говорили ей теплые слова поддержки и делились лакомствами.

С одной стороны, это пробудило в ней старое раздражение, которое она испытывала всякий раз, когда кто-то обращался с ней как с ребёнком. С другой стороны, это принесло утешение, которого она никогда раньше не испытывала. Наконец, она сама склонила перед ними голову и попросила о помощи. Неудивительно, что в какой-то степени они относились к ней как к ребёнку. Ей пришлось смириться с этим. Она не была достаточно сильна, чтобы победить Неллеса. Попросить у девочек поддержки - значит признать свое поражение. Но, конечно, в этом бессилии, в признании поражения был какой-то смысл. Некоторые вещи человек видит, только смирившись со своими слабостями. Одним из них было успокаивающее чувство в груди Акацуки.

К тому же, как она сейчас думает, ей стало ясно, что у девушек, предлагавших ей помощь, не было никаких дурных намерений. Они помогали Ассасину по доброте душевной. Она же, напротив, обнажила клыки и попыталась укусить их в ответ. Хотя они вовсе не хотели принижать её достоинство. Это осознание смутило её, но она сумела смириться.

Удары Акацуки стали более уверенными. Она даже перестала беспокоиться о падающей полоске HP. Она снова атаковала, пытаясь наложить на убийцу дебафф и замедлить его. Не для того, чтобы продлить свою жизнь, а чтобы показать, что она верит в их план.

- Еще десять... пять метров! - крикнула Мариэлль.

Акацуки улыбнулась. Мариэлль упомянула, что для неё это тоже было впервые. Это был первый раз, когда они участвовали в рейде.

Часть 3.

Ризэ, получившая сообщение по телепатии, немедленно сообщила об этом другим командам.

- Цель найдена. Он идёт по главной улице в сторону бывшего района Огава. На него напал отряд Акацуки, два человека, включая одного Целителя. Команда D, ваш выход! Остальные ждут приказов.

Ризэ на повышенных тонах давала указания, а затем сама бросилась бежать. Рейд наконец-то начался. Через телепатию она передавала один приказ за другим. На улицах Акибы их было двадцать четыре человека - четыре команды по шесть человек, полноценный рейд. Однако на этот раз они не могли принять такой строй. Четырёх отрядов было недостаточно, чтобы патрулировать весь город. Нужно было рассредоточиться. Поэтому Ризэ разделила подчиненных на отряды по два и по три человека, что дало около десяти групп.

Ей самой тоже был назначен напарник. За её спиной бежала Кёко, Защитник девяностого уровня. Одна из жертв убийцы.

Разрозненные девушки не представляли собой сильные группы. Даже если команда D доберется до Акацуки, их будет всего четверо. Такое количество Авантюристов не сможет убить рейдового босса.

Ризэ и Кёко до этого патрулировали окрестности канала. Теперь они, запыхавшись, бежали вдоль перил по направлению к главной улице. К сожалению, путь предстоял долгий, около километра. Им пришлось срезать путь через Акибу по косой. Тем не менее, с их телами Авантюристов они должны были добраться туда менее чем за две минуты.

Они миновали остатки бывшего рекламного щита и побежали по заросшей дороге так быстро, как только могли.

- Акацуки, значит?

-Да. Кёко, ты в порядке?

- Конечно. Я боюсь этого парня, но я лучше буду драться с ним сама, чем попрошу господина Содзиро сделать это снова. Я не только физически крепкая!

- И в этом вся суть!

- Мы его поймаем!

Ризэ ничего не ответила, только кивнула. Они словно пролетели через привокзальную площадь, приведённую в порядок волонтёрами Акибы, чтобы насладиться свежим воздухом. Они вбежали в Павильон Гильдии и стали подниматься по бетонной лестнице, как будто у них выросли крылья.

Ризэ закусила губу и мысленно проанализировала план. Скорее всего, они уже раскусили все возможности противника. Он уже не должен их ничем удивить.

Противником был воин-нежить Лугриус. Вернее, некто, похожий на него. Он был боссом в рейде "Слава Минувших Дней", появившемся в десятом расширении игры - "Сердце Иллюзии". Сценарий "Слава Минувших Дней" предполагал полноценный рейд, то есть двадцать четыре человека, но особой сложности почему-то не представлял. Поначалу некоторым было сложно, но, получив достаточно информации о боссе, игроки проходили его без особых проблем. На самом деле этот квест был вступлением к другому, гораздо более сложному - "Девять Подземелий Хелота". Поэтому он не мог быть слишком сложным.

Лугриус погиб в Империи Эдзо, и именно там он появился в виде воина-нежити, рейдового босса. Ризэ понятия не имела, почему он напал на Акибу. Но и думать об этом она не собиралась. Причина была бы важна, если бы они хотели найти способ предотвратить его появление в этом городе. Однако сейчас для этого было уже слишком поздно. В сложившейся ситуации их могла спасти только организованная военная операция.

Ризэ тщательно допросила всех Авантюристов, ставших жертвами убийцы. Из полученной информации она сделала вывод, что их врагом был Лугриус или кто-то, обладающий такой же силой, как он. Однако это заняло некоторое время, так как убийца не сразу раскрыл все свои способности. Или не смог этого сделать.

Это был рейдовый босс, к тому же вооруженный мобильной броней. Таким образом, они сражались с монстром, в распоряжении которого было два совершенно разных вида силы. Они не сразу поняли это, так как два источника маскировали друг друга.

Ключом к разгадке тайны оказался меч, которым пользовался убийца - Сэнто-Бьяккомару. Акацуки узнала его во время последней битвы. Кодачи был маленьким и трудноразличимым. Ризэ не смогла бы угадать название оружия, просто взглянув на него. Однако Акацуки ежедневно пользовалась короткими мечами, и раз уж она подтвердила, что это Бьяккомару, то не верить ей не было причин.

После этого всё пролетело как один миг. Имя Бьяккомару напомнило Ризэ о том, что это был любимый меч Лугриуса, и о квесте, в котором сражались с павшим героем.

Возможно, это звучало преувеличенно, но это оружие было проклято. Из доклада Микакагэ Ризэ узнала, что флэйвор тексты этого предмета стали правдой. В описание своего любимого клинка Лугриус вложил всю ненависть и скорбь о том, как ему пришлось умереть. Теперь слова проклятия стали реальностью и владели тем, кто обладал Бьяккомару.

«Какой абсурд.»

Ризэ прикусила губу. Она снова почувствовала, как её охватывает разочарование. Флэйвор тексты нападают на людей. На первый взгляд, это было похоже на кошмар, и это внушало панический страх. Но разум Ризэ, женщины, которой был доверен учебный корпус D.D.D., отбросила эти опасения и сосредоточился на разработке стратегии.

Если противник обладал силой Лугриуса, то его умения делились на три категории. Во-первых, увеличение количества очков здоровья. Максимальный уровень HP босса зависел от того, сколько человек находилось в одной локации с ним. В "Славе Минувших Дней", когда вы сражались с Лугриусом в подземной гробнице, вместе с ним в локации находилось около пятидесяти туземцев, которых он похитил. Только благодаря им количество его очков здоровья увеличивалось в три раза по сравнению с минимальным.

Если бы на улицах Акибы было столько же людей, сколько обычно, уровень HP убийцы, вероятно, увеличился бы в несколько сотен раз, и никто не смог бы победить такое чудовище. Даже D.D.D. или Бригада Западного Ветра.

Поэтому Ризэ пришла в голову идея. Вместе с Генриеттой они ввели комендантский час. Как раньше в игре нужно было сначала вывести туземцев из зоны Лугриуса, так и теперь они превратили Акибу в поле боя, где остались только члены рейда. Это было основным требованием, если хотелось сразиться с павшим героем.

Во-вторых, характеристики и умения Лугриуса увеличивались в зависимости от количества людей рядом с ним. Сила атаки, способность к уклонению, коэффициент защиты или точность - всё это увеличивалось в зависимости от количества Авантюристов, находившихся в радиусе пятидесяти метров от него. Именно по этой причине Лугриус смог победить Содзиро. И именно по этой причине Ризэ максимально рассредоточила силы своего отряда.

В игре они поступали так же. Они оставляли только самую сильную команду из шести человек, а остальным восемнадцати поручали вывести туземцев в безопасное место и одновременно отбиваться от злых духов, приманенных глубокой ненавистью Лугриуса. Только в этом случае босс терял достаточно сил, чтобы быть побежденным.

И наконец - ледяные атаки по площади. Убийца мог вызвать снежную бурю, которая ухудшала видимость и наносила ледяной урон. Это было не слишком сложное умение, но именно поэтому нейтрализовать его можно было только с помощью оборудования, защищающего от этой стихии.

"Чем больше живых окружает его, тем больше растет его сила. Он замораживает всё живое". - Ненависть и горечь, охватившие Лугриуса после смерти, были заключены в описании павшего героя. Это был не обычный противник, каких сотни бродят по подземельям или полям, это был рейдовый босс со своей историей, а значит, обладающий уникальными способностями.

Эти три фактора - секретные способности Лугриуса - сделали борьбу с ним в городе пугающе сложной. Несколько неудобств, которые должны были усложнить игровой процесс во время внутриигрового рейда, здесь, в переполненном городе Акиба, произвели ужасающий эффект.

То, что к навыкам Лугриуса добавилась ещё и мобильная броня, делало ситуацию ещё более безнадёжной. Убийца мог в любой момент сбежать или телепортироваться туда, где было много людей. Пока что он нападал только ночью, но неизвестно, сохранится ли это в дальнейшем. Может быть, потому что в игре с ним боролись и после наступления темноты, а может быть, потому что ему просто так больше нравится. Это может быть и простым совпадением.

Ризэ обдумала худший из возможных сценариев. Она опасалась, что убийца с силой Лугриуса мог уже выйти за рамки уровня враждебного NPC. По словам очевидцев, за нападениями стоял самурай Энбарт Неллес. Это означало, что, хотя на него и пало проклятие, он был человеком мыслящим. А это, в свою очередь, означает, что он способен к обучению.

Рейды были частью игры. Сложные, так как игроки иногда умирали, не пройдя их, но они были придуманы для того, чтобы удовлетворение от победы было больше. Ризэ это хорошо знала - ведь она состояла в самой большой рейдовой гильдии на сервере. У пользователей, влюбленных в безудержные рейды, и разработчиков игр были особые отношения, своеобразная смесь любви и ненависти.

Однако времена игры прошли, и Ризэ и остальные уже не были просто виртуальными аватарами. Этот рейд вовсе не обязательно должен был быть в итоге пройден. Это было даже очень вероятно. Увеличится ли эта вероятность? Если они столкнутся с убийцей, он узнает об их плане. Возможно, он найдет ещё более коварный способ нанести Акибе более серьёзный урон. Ненависть, которую питал Лугриус, и способность к телепортации составляли смертельно опасную комбинацию. Когда Ризэ задумалась о том, к каким последствиям это может привести, ей представились сцены из самого ада. Конечно, она разработала план, чтобы иметь шанс на победу. Однако ничто не гарантировало ей победу.

После Катастрофы законы игры перестали действовать в этом мире. Поэтому никакие планы и стратегии не гарантировали успеха. Осознав это, Ризэ вздрогнула. Казалось бы, она лишь выразила словами то, что уже чувствовала, но всё равно ощущение было такое, будто какой-то ледяной демон вцепился ей в спину. Она не могла перестать дрожать.

Не помогли ни её положение руководителя операции, ни звание командира учебного корпуса. Скорее, они только усугубили её страх. Ведь это означало, что она несёт ответственность за жизни других людей. Ошибки, которые она допустит, могут стоить им жизни. Она почувствовала, что ноги подкашиваются, но взяла себя в руки и побежала дальше.

Страшно. Вовлечение других, но неспособность взять на себя ответственность за них. Ризэ подумала о Лайнезии. Ей этот страх был знаком с раннего детства, и всё же она пробилась на встречу в Древний Дворец Вечного Льда, а потом на спине грифона вместе с милордом полетела в Акибу. Ризэ была поражена её смелостью.

Эта принцесса удивительна. Так же, как Широэ, Красти, сенаторы Совета Круглого Стола или Акацуки. Сколько мужества нужно было иметь, чтобы попытаться что-то изменить, когда ничто не гарантировало успех?

Ей было стыдно за эти мысли, взятые прямо из дневника подростка. До сих пор она оставалась в безопасном, как ей казалось, месте и смотрела на других свысока. Ей было стыдно за своё поведение. Однако именно поэтому она не могла отступить.

Она предусмотрела девять сценариев. Она объяснила девушкам, что они должны действовать гибко, в зависимости от ситуации. Но то, что она не смогла придумать хотя бы один возможный план, свидетельствовало о её неумелости как солдата. Но даже если так — это все равно лучше, чем провал.

- Вот мы и пришли! - Кёко с грохотом распахнула стальную дверь.

Перед ними простиралось небо, на котором сияла полная луна. Внизу виднелось бетонное строение, а под ветвями вечнозелёных деревьев, наполовину закрывавших обзор, находилась центральная площадь Акибы.

Обдуваемые воем ветра, они оказались на вершине обсидиановой крепости - Павильона Гильдии, гордости Акибы. В древние времена это здание было гораздо выше, но теперь оно заканчивалось на четырнадцатом этаже, словно разбитое ударом кулака великана.

- Ризэ, будь внимательна.

Ледяной ветер яростно трепал половинки плаща Волшебницы. Кёко схватила её за пояс, и они оба спрятались в тени колонны. Затем они открыли меню телепатии и из этого положения бросились в бой.

Часть 4.

В это же время в одной из подземных комнат Павильона Гильдии шло сражение, которое постепенно достигало своего кульминационного момента.

Выцветшие голубые обои на стенах в сочетании с тусклым светом создавали впечатление, что комната находится на дне океана. Лайнезия вспомнила запутанный комплекс коридоров, ведущих сюда, и громко сглотнула слюну. Такое поведение не подобает принцессе, но Лайнезия не могла сдержать страха, нарастающего в её сердце.

В своей жизни она встречала разных представителей дворянского сословия. Эти встречи вызывали у неё раздражение, но никогда ни на одной из них она не испытывала такого напряжения, как сейчас. Дело было не в теме разговора. Впервые в жизни Лайнезия узнала, что такое "подавляющая атмосфера". Это место наполняло её страхом. Это был совсем другой страх, чем тот, который она испытывала перед своим дедушкой или дьяволом Красти.

Она крепко сжимала платок в руках. Она попыталась расслабить пальцы. Ей пришлось приказать себе это сделать, иначе даже к этой ткани она отнеслась бы как к последнему средству.

Вдруг она почувствовала тёплую руку Генриетты на своём плече. Объятия одной из самых известных женщин Акибы придали Лайнезии сил. Ей захотелось обернуться и поблагодарить Бухгалтершу, но она подавила этот порыв. Сейчас ей нужно было сосредоточиться на разговоре с мужчиной, сидевшим напротив неё.

На лице молодого главы клана Куниэ появилась слабая улыбка. Кинджо выглядел полностью расслабленным. Не осталось и следа от той раскаянной, извиняющейся позиции, которую он занял во время визита в Поместье Водяного Клёна. Однако это не была вызывающая улыбка человека, уверенного в своём всемогуществе.

Лайнезия почувствовала, что, видимо, это естественное выражение лица Кинджо. Возможно, он просто притворялся покорным во время их последней встречи. Лайнезия не собиралась критиковать его за это, поскольку сама часто вела себя подобным образом - за что и получала нагоняй от Элиссы, - но удвоила бдительность.

- Уверена ли принцесса? Нужно ли прекратить подачу магической энергии в броню?

-Да - ответила Лайнезия.

Она повторяла это с тех пор, как попала сюда, в подземную резиденцию клана Куниэ из Акибы.

Кинджо принял это к сведению. Слуги в чёрных одеяниях, несомненно, уже начали процесс. Его вопрос был всего лишь просьбой подтвердить это.

- Если мы прекратим подачу энергии, то круг, защищающий город, перестанет работать. Пройдут десятилетия, прежде чем мы сможем восстановить его работоспособность.

Лайнезия кивнула в ответ на вопросительный взгляд Кинджо.

- Я знаю об этом.

- Система охраны также перестанет функционировать.

- Да, перестанет.

- Город станет уязвимым.

- Да, - без колебаний подтвердила она.

Была ли она уверена в своём решении на все 100 процентов? Конечно, нет. Может быть, сейчас она казалась спокойной, но на самом деле ей хотелось плакать от страха и горечи.

«Почему я? Почему именно сейчас?»

Если бы она могла, она бы убежала, под каким угодно предлогом. Это естественный рефлекс. Но она решила прийти сюда и попросить остановить магический круг.

Наконец-то она поняла, почему Кинджо посетил её в тот день. Он ожидал, что она примет решение. Он свалил всю ответственность на неё и ушел домой. Наверное, с той же улыбкой, что и сейчас. Очевидно, он всё предвидел.

Ей захотелось послать его к чёрту. Куниэ были ответственны за эту ситуацию, они должны взять на себя всю ответственность и найти решение. Только они, никто другой. Решить проблему, а затем выплатить компенсацию жителям.

Если единственным выходом было остановить поток магической энергии, то Кинджо мог, по крайней мере, сделать это сам. Как человек, ответственный за весь этот инцидент. Если через некоторое время из-за этого возникнут проблемы, жители Акибы смогут его, по крайней мере, линчевать.

Но если задуматься, разве она не хотела поступить так же? Когда она узнала обо всей этой истории, ей сразу же захотелось сообщить об этом дедушке и побежать со слезами на глазах к Красти. В конце концов, это было не более чем желание переложить ответственность на них. Поэтому она не могла сказать, что никогда не вела себя как Кинджо. Напротив, до сих пор она поступала так всегда. Лидер Куниэ был точно таким же, как она.

Когда Акацуки вышли на улицы Акибы, Лайнезия подумала: "Удачи". Если бы дело о мобильной броне стало известно, отношения Авантюристов с туземцами могли бы резко ухудшиться. Как дочь семьи Коуэн, принцесса Ямато, Лайнезия должна была не допустить этого. Но она не знала, что делать. И пока она - как обычно - сидела в унынии, Акацуки решил перейти к действиям. К радости Лайнезии, Ассасин сама проложила путь к решению проблемы. Дело сдвинулось с мёртвой точки благодаря одному Авантюристу, подслушавшему её разговор, и это ещё до того, как Лайнезия поднялась со своего места.

Эти мысли действительно в какой-то момент промелькнули в её голове. Поэтому, когда Кинджо переложил на неё ответственность, принцесса поняла, что до сих пор, всю свою жизнь, она сама перекладывала ответственность на всех вокруг. Она обиделась на лидера Куниэ, но на самом деле ей следовало бы обидеться на саму себя.

На этот раз она спросила совета у Ризэ и Генриетты, и они изложили суть дела Совету Круглого Стола, но решение оставалось за Лайнезией. Она просто не могла полностью возложить ответственность на Совет. Не в последнюю очередь потому, что она была обижена на Кинджо за такую игру. И Кинджо, и Лайнезия были туземцами. Они не могли ожидать, что Авантюристы будут жертвовать собой ради них.

Авантюристы и туземцы были диаметрально противоположны. Туземцы слабее Авантюристов, и поэтому определенные границы переходить нельзя. Если они спрячутся за свою слабость и оставят все проблемы на усмотрение Авантюристом, то тем самым признают, что они не только слабее, но и просто неполноценны. Тогда они точно не смогут создать сообщество с жителями Акибы. И не смогут стать друзьями. Слова Элиссы ожили в сердце Лайнезии.

Принцесса перестала врать самой себе, а затем сердито посмотрела на Кинджо.

- В этом инциденте виноваты не только клан Куниэ, но и все туземцы. Мы были недостаточно внимательны. Это надо признать открыто. Я решил, что единственное, что мы можем сделать в этой ситуации, - это остановить магический круг.

Кинджо не ответил.

- Мы должны сделать всё возможное, чтобы загладить свою вину перед Авантюристами, а это значит остановить поток магической энергии.

- Этим мы можем нанести им ещё больший ущерб.

Это замечание застало Лайнезию врасплох. Неудивительно. У принцессы не хватило сил взять на себя ответственность за все последствия, которые повлечёт за собой остановка магического круга. Наверное, никто не смог бы взять на себя бремя решения, поставившего на карту сотни жизней. Лайнезия подумала, что, наверное, божества. Впрочем, сейчас подобные философские рассуждения были ей ни к чему.

Именно аристократы были вынуждены брать на себя ответственность, с которой другие не могли справиться. Они должны были проявить мужество, даже если потом их за это побьют камнями. Этому её научил любимый дедушка. Как и вера в богов, эти учения были нематериальны, но они говорили правду и прочно укоренились в сердце Лайнезии. Принцесса медленно - как несмазанная машина - кивнула головой. А потом ещё раз. Это не было изящным движением.

- Не пугайтесь, - неожиданно заговорила Генриетта - из-за спины Лайнезии. Бухгалтер была одета в официальное одеяние с накидкой представителя Совета Круглого Стола. Она продолжила сильным, ясным голосом. - Совет уже поставлен в известность о сложившейся ситуации. Мы согласны приостановить работу магического круга.

- Значит, у принцессы есть сторонники в Совете?

- Дело не в сторонниках. Просто мы все - жители Акибы и объединились, чтобы как-то решить эту проблему. Я бы сказала, что клан Куниэ тоже входит в число этих жителей... или я ошибаюсь?

- Это Широэ сказал тебе использовать этот аргумент?

- Нет.

Лайнезия почувствовала, что голос Генриетты стал твёрже. Принцесса не знала, что скрывается за их словами, но в любом случае не собиралась отступать. Она смотрела на Кинджо с твёрдой решимостью.

- Я понимаю. Какова бы ни была причина, именно наша невнимательность привела к такой ситуации, с этим я соглашусь. Магические круги и система защиты городов веками работали безупречно, а теперь мы пошатнулись. Новости с континента ослабили мою бдительность, и я недооценил угрозу с запада. Это всё моя вина.

- Господин Кинджо?

Лайнезия не понимала почти ничего из того, что он говорил. Его слова звучали загадочно, и, хотя они вызывали у принцессы неопределенные чувства, она не могла уловить их смысл.

«Ведь они отличаются от остальных наших людей...»

- Как сказала принцесса, мы должны сделать всё, что в наших силах. Мы не должны отгораживаться от проблемной ситуации, но должны сделать шаг вперёд. Ваше Высочество, простите меня, пожалуйста, за то, что я подверг Вас испытанию. Вы можете считать, что мы в долгу перед вами из-за этого случая. - Кинджо серьёзно посмотрел на Лайнезию.

Она впервые видела такое выражение на его лице. Но тут же он снова вернул ей эту неопределенную улыбку и негромко добавил виновато:

- Хотя позвольте мне отплатить за это кому-нибудь другому.

Похоже, Кинджо проверял её. Лайнезия наконец поняла это. Их предыдущая встреча была испытанием. Она понимала это, хотя и не знала, с какой целью он это сделал и как она сама себя проявила. Ей это очень не нравилось. Она ни капли не подходила для этой работы, и всё равно кто-то постоянно сваливал на неё огромную ответственность - то Кинджо, то этот Ядовитый Очкарик(2), или преследующий её мозгоед.

(2) Речь о Широэ.

Молодой слуга что-то прошептал на ухо главе клана Куниэ.

- Всё готово - сообщил Кинджо Лайнезии.

Не дождавшись ответа, принцесса впервые посмотрела на Генриетту, которая держала её за руку. Медововолосая Авантюристка смотрела куда-то вдаль, шепча себе под нос отрывистые слова.

- Ещё десять... пять... я понимаю. Через минуту.

Она закончила говорить через телепатию, затем кивнула. Увидев это, Лайнезия заявила сильным голосом:

- Хорошо. В связи с этим я официально прошу вас остановить магический круг, защищающий Акибу, и прекратить подачу энергии на охрану.

Через минуту по всему городу бесшумно прокатилась прозрачная волна, похожая на лёгкий вздох великана. Система городской стражи Акибы, действовавшая на протяжении многих веков, была остановлена.

Часть 5.

- Десять метров... пять... Столкновение! - раздался изящный голос, и на дороге возник огромный каменный голем. Акацуки увернулась от него, как будто прекрасно знала, где он появится. Гранитное чудовище взмахнуло руками размером с автомобиль.

Убийца, видимо, решил, что даже он не сможет остановить удар. Он начал уклоняться. Атаки големов имели большой радиус поражения и разрушали любые линии обороны, но были довольно медленными. От них легко было уклониться.

Однако Акацуки тоже предвидела это. Когда убийца увернулся от удара, она использовала Роковая Засада, прицеливаясь в бок врага. Как указывает слово "Засада" в названии этой техники, её применение требовало много времени, поэтому трудно было попасть по быстрым противникам. Акацуки приготовилась атаковать в слепой зоне убийцы, пока тот был занят големом.

Её усилия были вознаграждены количеством урона, нанесённого врагу. Раздался яростный рёв. Акацуки отклонилась, чтобы избежать снежного порыва. Он прошёл мимо неё всего на несколько десятков сантиметров. Это было слишком маленькое расстояние, чтобы защититься от поверхностной атаки, но Ассасин снова использовала голема. Она спряталась за ним, чтобы избежать ледяного воздуха. Однако атака попала в голема. Раздался треск, и гигант замёрз, покрытый льдом.

Големы, как и следовало из их внешнего вида, обладали большим количеством очков здоровья, но это по сравнению с другими существами, которых могли вызывать Призыватели. Уровень боевого мастерства призванных существ составлял треть от того, что могли сделать Авантюристы того же уровня. Это касалось и очков здоровья магических существ. Голем мог быть неуязвим и иметь высокий коэффициент защиты, но по количеству HP он уступал даже Акацуки.

Тем не менее, ему удалось выдержать атаку убийцы в течение пяти секунд. И этих пяти секунд оказалось достаточно для того, чтобы Ассасин и Мариэлль двинулись дальше.

- Исцеление Ударом Сердца! И хоп!

Стоя на остатках машины, Микакагэ взмахнула посохом в форме метлы и наложила на Акацуки уникальное заклинание Друидов - Исцеление Ударом Сердца.

Грудь Ассасина озарилась ярким зелёным свечением, и с тихим „бум-бум” заклинание начало исцелять. Количество очков здоровья Акацуки стало расти в ритме пульсирующего звука.

У ног Микакагэ маленькая фея Элли делала точно такие же жесты, как и она. Альрауны, как и другие призванные, могли поддерживать Авантюристов в бою и, кроме того, могли увеличить эффективность исцеляющего заклинания, наложенного их хозяином. Маленькая Элли крепко сжала веки и подняла ложку, которую держала в руках. Фея не боялась - она концентрировала свои силы, чтобы как можно лучше помочь своей хозяйке.

К исцелению ударом сердца Микакагэ добавила заклинание поверхностного исцеления и заклинание мгновенной регенерации. В типичном для Друидов стиле она объединила несколько техник в комбинацию, чтобы таким массированным исцелением излечить Акацуки, получившую ранения в кровопролитном бою. Не обращая внимания на собственные очки магии, Микакагэ восстановила восемьдесят процентов HP Ассасина.

У Акацуки не было времени поблагодарить её. Ей было приказано отбить все атаки убийцы и пробежать по главной улице Акибы. Единственный способ выразить свою благодарность - выполнить это задание. Она прекрасно понимала это. Никогда в жизни она не была так сосредоточена как сейчас.

Её поле сознания расширилось, чистое, как поверхность воды, позволяя ей охватить обстановку вокруг. За её спиной бежала Мариэлль, постоянно произнося заклинания, чтобы Автоисцеление на Акацуки не прерывалось ни на мгновение. К ним присоединились Монахиня и Клирик из Бригады Западного Ветра.

Акацуки почувствовала покалывание тепла на коже и бросилась в противоположную от Монахини сторону. Бьякко, вызвавшая ранее гранитного голема, теперь с помощью огромного магического круга вызывала Ланс Дисир, деву с небесным копьём. Облачённая в белоснежные доспехи, женщина-воин метнула в убийцу семь сверкающих копий. Это была одна из разновидностей заклинания вызова Принцесса Меча - самого мощного атакующего заклинания, доступного Призывателям. Однако этого оказалось недостаточно, чтобы нанести убийце смертельный удар. Неудивительно. Одно заклинание Авантюриста, каким бы мощным оно ни было, не смогло бы свалить рейдового босса. Но вода и камень точит. Они должны были атаковать без передышки.

Акацуки и Мариэлль прошли мимо Микакагэ и Бьякко, которые по очереди произносили атакующие и исцеляющие заклинания, а затем двинулись дальше. Останавливаться было нельзя. Во-первых, нужно было заманить убийцу в заранее оговорённое место, а во-вторых, если девушки будут продолжать читать заклинания в том же темпе, то их магические очки закончатся в любую минуту.

- Удачи! - крикнула Микакагэ весёлым голосом, совершенно не подходящим для ожесточённой битвы.

За спиной убийцы, преследующего её, как адский демон, Акацуки заметила Повара, машущего ей на прощание. Ассасин почувствовала тепло в груди, и, конечно, не только благодаря Исцеление Ударом Сердца.

- Ещё десять метров.

Услышав, как сзади её поддерживает Мариэлль, Акацуки вскочил в верх - чёрный силуэт на фоне яркой луны. Они миновали - уже область Микакагэ и Бьякко. До следующего оставалось десять метров. Сила Лугриуса возрастала в зависимости от количества Авантюристов, находившихся в радиусе пятидесяти метров от него. Поэтому в такой зоне можно было размещать только небольшие отряды.

Однако, чем дольше затягивался бой, тем быстрее эти отряды уставали и истощали свой запас MP. Кроме того, малочисленный отряд не мог нанести противнику достаточного урона, что затягивало бой и, как следствие, ускоряло истощение бойцов. Настоящий замкнутый круг.

Чтобы разбить их, Ризэ разработала следующий план: она разделила район Акибы на круги радиусом пятьдесят метров таким образом, чтобы они не пересекались. Отряд Акацуки должен был перетаскивать убийцу из одного круга в другой, чтобы девушки, находящиеся в каждой зоне, могли одновременно наносить ему урон и лечить Ассасина.

Акацуки мчалась вперёд, мысленно анализируя расположение оставшихся зон. Она поклялась себе, что будет бегать хоть до утра. Она чувствовала, что поддержка Мариэлль ослабевает. Ассасин подбирала свои навыки в бою, так чтобы сэкономить MP. В худшем случае она могла нанести меньше урона и немного затянуть бой. Однако Мариэлль была Целительницей. Она не могла экономить очки магии, иначе Акацуки умерла бы мгновенно.

Именно потому, что она возлагала на них такую большую ответственность, Ассасин хотела защитить девушек. Она не хотела проигрывать. Ведь и снаряжение, которое она носила, и различные баффы или исцеляющие заклинания, она получила от других.

Чтобы отплатить за эти драгоценные дары, она продолжала бежать вперёд. Она старалась двигаться ещё более ловко и наносить более быстрые удары.

Затем что-то внутри неё испугалось. Она опустила центр тяжести и затаила дыхание. Образ, возникший в её голове, когда она приняла это положение, активировал навык - Скрытая Тень, специальную технику Следопытов. Обычно её нужно было выбрать в меню, но Акацуки доработала её до такой степени, что она могла активировать её лишь движениями своего тела.

Ассасин вдруг почувствовала, что её сознание ослабевает, покидает тело и рассеивается. Акацуки остановилась, пытаясь понять, где она находится, но увидела вспышку проклятого меча, несущегося к ней. А затем и себя, закрывающую её от этой атаки. За всем этим наблюдала другая Акацуки, откуда-то из другого места. Её Скрытая Тень превратилась в Затаившаяся Тень, и отделившиеся от её сознания двойники Ассасина промелькнули мимо неё через поле боя.

Акацуки бежала, уворачиваясь от ледяных потоков. Она и тени, принявшие её облик, существовали в разных местах. Как бы в подтверждение сказанного, мерцающие фигуры Акацуки, словно фантомы, возникали из снежной бури, сводя на нет все атаки убийцы.

Ассасин почувствовала, что ускоряется. Она приземлилась за спиной своего врага. Она не могла долго сохранять это состояние. Она знала, что этот навык будет действовать только в течение короткого мгновения, пока она задерживает дыхание и сохраняет спокойствие в сердце. Техника, которую она обычно использовала во время миссий по проникновению или для того, чтобы спрятаться от монстров, теперь была принудительно активирована во время боя. Это был кудэн, который открыла Акацуки.

«Ничего особенного.»

Ассасин рубила мечом со скоростью ласточки. Неожиданная атака сзади оставила на шее убийцы неглубокую рану. Хотя её клоны нанесли ему множество ударов по жизненно важным точкам, он всё же сумел избежать смертельного пореза. Его силе не было предела.

«Ничего особенного.»

Приобретение секретной техники не обрадовало Акацуки. Она снова затаила дыхание и активировала Затаившаяся Тень. Она прикрылась иллюзией самой себя, и ей удалось увернуться от трёх атак противника. Она отпрыгнула назад. Она отклоняла ледяные глыбы, летевшие в её сторону. Она почувствовала, что снова ускоряется. Она подпрыгнула и закружилась на лезвии убийцы.

Кудэн, который открыла, работал против законов Elder Tale. Так же, как и проклятый меч Лугриуса. Таким образом, сила, которую так желала Ассасин, ничем не отличалась от одержимого демона. Акацуки было стыдно, что она так страстно желала этого.

С каждым ударом сердца грудь Ассасина вспыхивала зелёным свечением. Всё тело Акацуки было окутано золотистым сиянием. В её перчатках была сила, чёрный наряд, в который она была облачена, защищал её от травм. Но самое главное - рука, помахавшая ей на прощание, слова поддержки, нежные улыбки - всё это наполняло её теплом.

Вы могли овладеть секретной техникой только после того, как в достаточной степени изучили систему Elder Tale. Это был результат ваших постоянных усилий в этом мире после Катастрофы. Она требовала не только идеи, но и постоянных тренировок. Акацуки не удалось освоить ни одной из восьми техник, открытых в D.D.D., о которых ей рассказала Ризэ. Подобно тому, как блюда, приготовленные Нянтой, представляли собой сочетание его побочной профессии и навыков самого Нянты, так и остальные кудэны рождались из идеи и формировались в процессе работы и тренировок.

Их нельзя было изучить после того, как кто-то рассказал о них. Их также нельзя было освоить сразу, как только это позволяла игровая система, по принципу получения более высоких уровней. Техники кудэн ждали в конце пути, полного испытаний и тяжелой работы. Их нельзя было освоить только благодаря желанию.

Надзуна сказала, что если Акацуки описывает кудэн как ,,ничего особенного”, то она достигла поистине секретного уровня. Ассасин хранила эти слова в сердце. Не для того, чтобы похвастаться перед другими, что она тоже вступила в ряды элитных Авантюристов. Но потому, что в тот день она прикоснулась к чему-то драгоценному. Чтобы показать это, Акацуки побежала. Стараясь не поддаваться наивности, которая подсказывала ей, что нужно искать силу, она плавным движением вынула кодачи из ножен. Этот бой не закончится, пока она не уничтожит этот проклятый меч. Даже если это будет стоить ей жизни.

Затаившаяся Тень - секретная техника, открытая Акацуки, произошла от скила Следопыта Скрытая Тень. В игре его нельзя было активировать во время боя. Однако в мире после Катастрофы Ассасину удалось сделать это силой, а в сочетании с Дорожный Мираж и Искусственное Движение она дополнительно создавала своих иллюзорных двойников. Для неё они были как крылья, которые она обрела самостоятельно.

Клинки столкнулись с пронзительным звуком. Несмотря на всю поддержку и все бонусы, она всё равно не могла сравниться с противником по силе. Одержимый жаждой крови, убийца жестоко отразил её атаку.

«Я должна выйти из зоны его досягаемости.»

Она мысленно проанализировала план, а затем, используя мощный, точный удар Скрытный Клинок, ушла от огромного мужчины. Он уже много раз видел эту атаку, и наверняка уклонится от неё, повернув тело влево. В этот момент Акацуки должна была отступить...

Но...

- Это всё?!

Убийца истерически смеялся. Кодачи вонзился ему в бок. Он позволил ей ударить его. В обмен на потерю очков здоровья он сократил разделяющее их расстояние. Ассасин почувствовала чудовищный холод. Атака снежной бури консолидировалась в лёд, заморозив рану в боку мужчины вместе с торчащим из неё любимым мечом Акацуки.

Ассасин потеряла свой единственный кодачи. А затем мощный удар мужского кулака повалил её на землю.

Часть 6.

- Я в порядке. - Акацуки взяла себя в руки. Одно мгновение невнимательности стоило ей почти всех очков здоровья. У неё осталось всего пять процентов HP. Но она всё ещё была жива. Мариэлль подбежала к ней, чтобы исцелить, но это мало что дало. Очки магии Клирика были на исходе.

- Мне жаль... правда, мне очень жаль.

Отчаяние в её голосе ранило Акацуки. Мариэлль ни в чём не была виновата. Она впервые участвовала в рейде, и, кроме того, её выбрали главной Целительницей Ассасина, хотя раньше они никогда не играли в одной команде. Акацуки хотела утешить её, но не находила слов. Поэтому она лишь с силой повторила:

- Я в порядке.

Отчасти она притворялась суровой, но это было не всё. Она искренне хотела успокоить близкого человека, и её слова исходили из этого. Она не лгала. Она хотела выразить свою благодарность Мариэлль. Однако у неё не было времени проверять, удалось ли ей это. Она сорвалась с места, чтобы снова начать бежать. И тут она увидела, как, вращаясь в воздухе, к ней летит продолговатый предмет.

- У меня всё получилось. Вот, пожалуйста - сказала двадцать пятая участница рейда, которая, подняв очки, вышла из своей мастерской.

Ножны, которые схватила Акацуки, были ещё горячими. В её руках, окостеневших от ударов снежной бури, оно излучало тепло новорождённой жизни.

- Мэйто-Хаганэмуси...?

- Нет. Это Хаганэмуси-Татара. Я перековала его.

Акацуки осмотрела оружие. Оно казалось короче и по-другому лежало в её руке. Оно было подогнано под Ассасина. Кроме того, оно имело другой флэйвор текст.

- Мне нечем заплатить за это - прошептала Акацуки со слезами на глазах.

- Просто победи - решительно ответила обычно сонная и задумчивая Татара. - Победи это чудовище моим мечом.

Она указала на убийцу. С ним как раз сражалась Кавара из Бригады Западного Ветра. Раненная осколками льда, она была вся в крови, но с мужественным видом атаковала врага без отдыха.

Акацуки была главной целью убийцы. Даже сейчас он всё ещё смотрел на неё. И всё же Кавара, чтобы защитить раненую Акацуки, атаковала его, используя свои навыки Монаха.

- Акацуки, я готова - заговорила Мариэлль, закончив произносить заклинание исцеления.

Ассасин кивнула. Время пришло. Им не нужно было больше слов. Акацуки вскочила со своего места, как стрела, выпущенная из тетивы. Она вызвала своих двойников с помощью Затаившаяся Тень и атаковала. Она резала новым кодачи. Ускоренный Клык. Хаганэмуси-Татара сцепилась с Сэнто-Бьяккомару. Клинки пронзительно скрежетали. Образ Акацуки замерцал и исчез.

Ассасин выскочила из-за спины убийцы. Она направила Удар Венома ему в голову. Быстро крутанувшись, мужчина сбил ядовитую атаку с пути, скрутил своё тело и нацелил удар на Акацуки, находившуюся в воздухе.

Если бы он попал, то наверняка убил бы её. Однако Ассасину удалось избежать этого. Она пробила воздух, и под её ногами словно появилась какая-то платформа.

Прибыло подкрепление.

- Ближе к концу ты сдаёшься(3). Вполне в духе Широэ. - Надзуна, как пуля, упала в центр поля боя.

(3) Не уверен, что я правильно перевёл.

С грацией, которую в босоножках на высоком каблуке никто бы не заподозрил, она развернулась и подпрыгнула в воздух. Изящно изогнувшись в воздухе, она отразила удар убийцы ногой, приземлилась и стала бежать рядом с Акацуки. Она улыбалась, чувствуя на себе пристальные взгляды, но взгляд её оставался настороженным.

- Подопечная Широэ - моя подопечная. Я помогу тебе, иначе Содзи будет беспокоиться.

Акацуки кивнула.

Убийца нёсся вперёд, как лавина. Они свернули с главной улицы и побежали между кирпичными зданиями. Их настигла снежная буря, но барьер Надзуны нейтрализовал повреждения. Вместе с Акацуки они пронеслись мимо без передышки.

- Что случилось? - неожиданно заговорила Каннаги. Она говорила очень тихо - до того тихо, что трудно было поверить, что они находятся в центре ожесточенной битвы. Удивлённая, Акацуки подняла голову.

- Почему ты плачешь? - с заботливой улыбкой спросила Надзуна. Ассасин молча вытерла слёзы. Она не могла сказать: "Ничего страшного".

Она была счастлива. Хоть она едва избежала смерти, и враг даже сейчас наступал ей на пятки. Она больше не боялась потерять что-то ценное. Поддерживаемая своими многочисленными друзьями Акацуки принимала участие в рейде. Впервые в жизни она почувствовала тепло в сердце от осознания того, что рядом с тобой находятся твои товарищи по оружию и сражаются бок о бок с тобой.

Окутанная ночью, Акиба превратилась в поле битвы. Это была сцена для Акацуки, Лайнезии и других девушек из Виллы Водного Клёна. Это было настолько трогательное событие, что даже повлияло на её привязанность к Широэ. Конечно, ей нравился этот мягкий, умный человек, которого она выбрала своим господином. Но теперь она обрела уверенность в том, что испытывает к нему ещё более глубокие чувства. Создать место, где другие могли бы жить с улыбкой на лице, было признаком большого благородства, но это было также очень трудно. Её господин понимал эту трудность, он также понимал, насколько она ценна. Именно поэтому он заслужил любовь Акацуки.

- Осторожно!

С этим криком Акацуки и Надзуна одновременно вскочили вверх. Бесчисленные электрические выстрелы пронеслись по узкой улице в сторону убийцы. Атаки Ассасинов специализировавшихся на снайперских атаках, были гораздо сильнее тех, кто делал упор на проникновение и комбинирование техник.

Убийца взвыл и бросился за девушками. Акацуки и Надзуна буквально бежали по воздуху. Под их ногами появились пятисантиметровые квадраты - полупрозрачные платформы голубого цвета. Это была секретная техника Надзуны Небесный Путь. Она была заимствована из заклинания Каннаги Барьер Очищения, снижающего урон. Надзуна бросила эти барьеры в воздух. Они образовывали небольшие платформы, которые не смогли бы защитить их от какой-либо атаки, но в этот раз они были предназначены не для этого. Надзуна использовала защитное заклинание, чтобы облегчить передвижение. Она создала для них платформы - буквально из воздуха.

После бешеной погони они, наконец, прибыли на главную площадь Акибы. Сердце города, площадь, окруженная руинами вокзала, перилами, несколькими массивными зданиями и подвесным переходом. Акацуки встала перед небоскрёбом обсидианового цвета, затем повернулась, ожидая убийцу.

Она глубоко вдохнула. Зимний воздух обжигал лёгкие. Но, несмотря на боль в груди, прохлада освежила её и обострила чувства.

Убийца заметил, что Акацуки остановилась, потому что сам он прекратил бег и медленным шагом, с хрустом стальных голенищ, вошел на площадь. У Ассасина оставалось двадцать процентов очков здоровья. У убийцы тоже, но на практике это означало, что у него в сто с лишним раз больше HP, чем у неё. Тем не менее Акацуки стояла уверенно, сжимая в руках рукоять своего нового меча. Она приняла позицию „прямого удара”. Та самая, которую она отрабатывала тысячи, десятки тысяч раз с тех пор, как пришла в этот мир.

- О, мы больше не убегаем? - спросил убийца с язвительной улыбкой.

Акацуки покачала головой.

- Ну что ж, пора... УМЕРЕТЬ!!!

Мужчина шагнул вперёд и взмахнул Сэнто-Бьякумару, чудовищно разросшимся из-за покрывавшего его льда. Когда оно висело на витрине в Аменоме, то по размерам не отличалось от Мэйто-Хаганэмуси. Однако сейчас оружие Акацуки выглядело хрупкой веткой рядом с могучим суком.

Затем с неба на высоко поднятого Бьяккомару обрушился водопад. С помощью своего воображения Акацуки увидела своих спутников, окружающих площадь. Её способность обнаруживать людей на большой территории позволяла ей это делать. Если бы девушки приблизились к убийце ближе, чем на пятьдесят метров, то все их усилия, направленные на то, чтобы добраться сюда, оказались бы напрасными. Пятьдесят метров - это больше, чем радиус действия любого атакующего или исцеляющего заклинания. Таким образом, девушки, стоящие за пределами этого круга, не могли принять участие в поединке.

Однако одну слепую зону они всё же обнаружили. Это место находилось на высоте не более пятидесяти метров, прямо над четырнадцатым этажом небоскреба. На краю поля, которое она смогла почувствовать, Акацуки обнаружила Ризэ и удерживающую её Кёко. Волшебница атаковала убийцу заклинанием Морозильная Облицовка. Это было атакующее заклинание, которое смывало противника гигантской волной воды, несущей ледяные сосульки. В подземельях или на полях радиус действия заклинания не превышал двадцати метров, но если произнести его с высоты небоскреба, то под действием силы тяжести вода обрушивалась как водопад.

Волна Морозильной Облицовки поглотила ледяной воздух, созданный Бьяккомару, и замёрзла, ударившись об убийцу.

- Что...?!

Повреждения были незначительными. Человек потерял, возможно, один процент очков здоровья. Но ледяная тюрьма полностью сковывала его движения. Разъярённый убийца попытался телепортироваться, но тут его ждал ещё один сюрприз. Он не мог этого знать, но Лайнезия уже покинула подвал Павильона Гильдии и теперь в напряжении наблюдала за ним.

Не имело значения, сколько у него осталось HP. Они притащили убийцу сюда, чтобы ослабить его силу, раскрыть его уловки и дать ему ложное ощущение, что он побеждает. Ризэ обратила его боевые способности против него самого, а затем заточила его в ледяную глыбу.

Акацуки лёгким шагом подошла к убийце. Она начала с простого - Смертельный Танец. Она низко присела на ноги и нанесла удар снизу вверх. Затем ещё один. И ещё. Техника была не очень мощной, но у неё было очень короткое время восстановления - одна секунда, и с каждым ударом количество наносимого урона увеличивалось.

Снова и снова Акацуки резала Бьяккомару, торчащего из ледяной гробницы. Мэйто-Хаганэмуси - оружие, которое можно было приобрести в рейде и перепродать, обладало особой способностью уменьшать силу оружия противника. Великолепное кодачи, уничтожающее оружие, оно лучше всего действовало в схватках один на один. Правда, после преобразования Татарой оно утратило свои способности класса иллюзий, но по эффективности всё равно значительно превосходило прежний меч Акацуки.

Однако не сила Хаганэмуси-Татара придавала сейчас Ассасину мужества. Акацуки защищала нечто менее ощутимое, но гораздо более ценное.

Татара, несравненная Мечница Аменома, выковала этот меч специально для неё, маленькой и неуклюжей Акацуки. И в описание оружия она включила следующие слова: „Пусть эта серьёзная храбрая девушка никогда не сходит с выбранного пути. Пусть она и этот меч поддерживают друг друга, чтобы вместе бороться со злом и болью этого мира”.

Флэйвор текст защищал Акацуки и придавал ей сил. В нём были чувства и желания, в нём был смысл и история. И всё это было не просто для „вкуса”. Для того, кто читал такое описание, он сразу становился чем-то важным, чем-то незаменимым. По этой причине убийца потерпел поражение. И по этой же причине Акацуки открыла в себе новую силу.

Пронзительный звон сталкивающихся клинков эхом разносился по улицам Акибы. С решимостью ласточки, нашедшей своё место, Акацуки нанесла более двадцати ударов.

Солнце ещё не взошло, но над городом уже начинало светать. В сером свете утра никто из девушек уже не сомневался в своей победе. Ни Микакагэ, подбежавшая к ним, ни Азукико, ни Генриетта, ни Мариэлль. Ни Ризэ, которая каким-то образом разбила себе нос, ни поддерживающая Лайнезию Кёко. Все они с замиранием сердца следили за тем, как ломается проклятый меч, а убийца падает на землю.

Никто не кричал от радости. Собравшиеся на площади девушки вздохнули с облегчением, а затем застенчиво улыбнулись. Эта битва выявила слабые стороны каждой из них, поэтому им пришлось положиться на своих товарищей. Многие из девушек совершали ошибки.

Однако это было первое настоящее столкновение команды Водяного Клёна. Их маленький, необученный отряд выполнил свою миссию. Победа стала для Акибы не только сигналом, возвестившим о наступлении Второй катастрофы, но и благословением на дальнейший путь.

Уставшие девушки собрались в поместье Лайнезии, где до полудня занимали гостиную, устраивая пижамную вечеринку. Однако о том, что произошло во время этой вечеринки, знала только Элисса.

Карта рейда в Акибе

Drei-Klauen - https://en.wikipedia.org/wiki/Three_crows#cite_note-3

Глоссарий

Результаты голосования

От Автора

Доброе утро, это Мамарэ Тоно. Добро пожаловать после... полтора года? О, Боже! Простите, что так долго. Тут кое-кто немного запутался, и вовсе не Акацуки, а автор. Видимо, надо платить головой. Я очень, очень извиняюсь перед всеми читателями, что вам пришлось так долго ждать следующего тома новеллы. Я постараюсь вернуться в форму, обещаю!

Большое спасибо за покупку книги "Log Horizon 6 - Потерянное дитя рассвета". На улице всё ещё холодно, но к тому времени, когда вы получите эту книгу в руки, должно стать немного теплее. В последнее время много чего происходит. „Maoyū Maō Yusha” дожила до аниме-адаптации, а я тем временем участвовал в различных радиопередачах. Благодаря этому я познакомилась со многими людьми. Спасибо вам большое за всё!

"Log Horizon” также уже вошел во вторую часть саги, и, как я уже сообщал ранее, с этого тома героиней послесловия вместо юной(1) Тоно становится редактор F.

(1) Речь идёт о сестре Мамарэ Тоно.

Вы можете спросить: "Почему такое изменение?”. Причина в рейтинге популярности персонажей, который мы составили после выхода четвёртого тома (большое спасибо за ваши голоса!). В этом рейтинге юная Тоно заняла двадцать второе место, а редактор F - пятнадцатое. Может быть, пятнадцатое место и не кажется чем-то феноменальным, но если сравнить с тем, кто оказывается на таких местах в других рейтингах, то можно увидеть, что это действительно неплохое достижение. А юная Тоно заняла двадцать второе место, так что осталась далеко позади.

Поэтому я решил воспользоваться возможностью и превратить героиню послесловия в человека, в которого стоит вкладывать деньги. Это не потому, что я слишком много дразнил юную Тоно и стал объектом серьёзных психологических атак. К тому же, знаете ли, думать наперёд и избегать рисков - это тоже обязанность взрослого человека. Я просто хотел донести эту мысль.

Некоторые из вас, вероятно, задаются вопросом, кто такой редактор F. Она главный редактор "Log Horizon”. Она прекрасно справляется со своей работой, носит очки, но при этом невысокая. Правда, она размером с бутылку для воды. Она фея-коротышка, хищница. Во время наших встреч она обычно сидит на столе в позе сэйдза, но, когда её что-то радует, она смешно подпрыгивает. В целом, она очень милая и отлично справляется со своей работой, но, как я уже сказал, хищница. В прямом смысле этого слова.

Однажды после встречи мы зашли в паб, и, зная пристрастие миссис F к мясным блюдам, я сказал: "О, у них специальное предложение на бургеры!”. За что получил замечание, что фарш - это не мясо. В другой раз мы пошли на корейское барбекю. Когда я предложил взять несколько салатов, мне сказали: "Я не буду есть траву! АРГХ!”. Редактор F. говорит, что все женщины любят мясо. В целом, юная Тоно тоже проявляет такие наклонности.

Вот какой разговор состоялся у меня однажды с миссис F:

- Появился человек, который хочет сделать аниме по "Log Horizon”.

- Правда?

- Да, NHK.

- Это определенно мошенничество.

- Правда? Я тоже так думаю. Никто не собирается снимать по этому сериал.

- Давайте забудем об этом и сосредоточимся на работе.

- Отличная идея. Почему бы нам не накинуться на мясо?

И мы забыли об этой теме примерно на полгода, после чего стало ясно, что производство аниме действительно идёт полным ходом. То есть мы оставили вопрос кипеть, и он созрел, как выдержанная говядина. Сериал должен выйти в эфир осенью 2013 года, то есть примерно через полгода, а пока производство идёт полным ходом. К тому времени, когда вы возьмете в руки книгу, вы, вероятно, уже будете слышать то-то и то-то. По слухам, аниме выйдет на национальное телевидение, так что я верю, что вы его посмотрите. И я буду очень рад, если вы сядете перед телевизором вместе со своими братьями и сёстрами или даже всей семьёй. Кроме того, в связи с трансляцией наверняка будут проводиться различные рекламные кампании, так что есть чего ждать.

Редакторы "Log Horizon” уже празднуют в баре, но я все ещё не могу поверить, что аниме будет сделано. Как только всё немного уляжется, надо будет организовать какую-нибудь вкусную мясную еду.

Именно такой случай произошел во время работы над "Log Horizon 6”. В сериалах о любви часто можно услышать тексты типа "Мне тебя достаточно”, но лично я думаю, что на практике такой подход вряд ли реален. Даже если мы хотим быть только с одним человеком, в конце концов, мы неизбежно входим в маленькое сообщество этого человека - встречаем его знакомых, семью, друзей. У меня даже складывается впечатление, что только в общении с ними нам удается по-настоящему приблизиться к нашему близкому человеку.

Акацуки пыталась установить отношения только с одним человеком - Широэ, но в какой-то момент, вероятно, поняла, что может сделать это лишь в ограниченной степени. Поэтому ей пришлось обратиться к другим людям, которые её окружали. Именно этому и посвящен данный том. Поэтому на этот раз рассказ ведется с точки зрения девушек. Некоторые отношения можно построить только тогда, когда человек действительно отдает им всего себя. Именно это я и хотел донести до читателя в этой части. И, видимо, все девушки любят мясо.

И в этот раз мы собрали описания предметов в начале каждой главы с помощью кампании в Twitter в феврале 2013 года. Были отобраны предложения от следующих пользователей: 291to230f, carduus06, ebius1, hakuhai, hpsuke, kane_yon, kuroyagi6, luck_29, makoto TRPG, mizu_to, momon_call, ro_ki_, root425, sawame_ja, tepan00, yamaneeeeee. Большое спасибо! А также всем пользователям Интернета, которые прислали свои работы несмотря на то, что мы не смогли их опубликовать. В этот раз мы также получили много сообщений от новых читателей. Кто знает, может быть, когда аниме начнёт выходить в эфир, наш коллектив станет ещё больше!

Для получения более подробной информации - не только о "Log Horizon ” - приглашаю вас посетить сайт http://mamare.net. Там же вы найдёте упоминания о различных комиксах! Я очень рад, что на основе "Лога” было создано так много манги. Хара-сэнсэй, Мацу-сэнсэй, Коюки-сэнсэй, Сочу-сэнсэй - большое, большое вам спасибо!

И, наконец, я хотел бы поблагодарить господина Сёдзи Масуду, господина Казухиро Хару за иллюстрации (Элли выглядит великолепно!), фирму Tsubakiya за дизайн, а также маленького редактора F.! Воистину, без вас этот том не был бы создан. Спасибо вам за всё! Мне жаль, что вам пришлось так долго ждать. Мне остаётся только пожелать нашим дорогим читателям приятного времяпрепровождения!

Просматривая сценарий первого эпизода аниме "Log Horizon”

Мамарэ Тоно

От переводчика

Спасибо всем, кто прочитал 6 том новеллы "Log Horizon”.

Это был мой первый опыт в роли переводчика, редактора, клинера и тайпера. Я получил много нового и ценного опыта. Искренне извиняюсь перед вами за возможные ошибки, которые я пропустил при редактуре.

По поводу 7-го тома

1 глава 7-го тома выйдет либо где-то в декабре, либо где-то в январе из-за того, что у меня сейчас проблемы со здоровьем и нужно много чего решить на счёт учёбы.

Возможно, мне вообще придётся забросить этот тайтл из-за нехватки времени.

Наконец хочу ещё раз поблагодарить всех, кто прочитал 6 том новеллы и пожелать всем хорошего настроения.

Начальные иллюстрации

Часть 1.

В роскошном зале тлело неяркое красное пламя Лисьего Огня. Их свет был слабее, чем у распространенного в Акибе Светлячка, и поэтому не достигал самых дальних уголков комнаты. Дрожащий, мерцающий огонь отбрасывал на стены тень, которая местами даже углубляла темноту помещения.

Комната казалась пустой, но внутри кто-то находился. Женщина с длинными волосами. Она лежала, сгорбившись, в темноте, завернувшись в одеяло.

Комната не выглядела запущенной, скорее наоборот. Стены были украшены дамастом, интерьер украшала изящная мебель: диван, обитый нарядным шелком, кровать с балдахином, стол из белого мрамора. Однако ни одна из этих вещей не производила впечатления того, что ими ежедневно пользуются с особой осторожностью. Они стояли на своих местах надменно и равнодушно, как будто кто-то приказал им это делать.

Свернувшись калачиком в холодной тени мебели, Нурэха проводила очередную бессонную ночь. Она увидела, что с маленького столика, как водопад, падает груда бумаг. То тут, то там на густо исписанных документах виднелись красные следы, похожие на лепестки цветов. При более внимательном осмотре оказалось бы, что это винные пятна. В тускло освещённой комнате Нурэха напрягла взгляд. При таком слабом свете ей не удавалось бы различить мелкие буквы на документах. Но в данный момент её хватало лишь на сосредоточенный взгляд на документы и видения, появляющиеся из темноты комнаты.

Из темноты выползали всевозможные существа. Большинство из них напоминали белых призраков с человеческими очертаниями. Очертания их были размыты. Фигуры смотрели на неё и хихикали, что-то шептали между собой, но Нурэха не могла разобрать ни одного слова. Она чувствовала лишь презрительные взгляды неясных, мутных лиц. Она сжала окостеневшую холодную руку и с ненавистью посмотрела на призраков.

Изредка из темноты появлялось и нечто более осязаемое. Страшные, деформированные руки. Они хватали Нурэху за волосы и пытались силой затащить её между белыми фантомами. В такие моменты женщина издавала низкое звериное ворчание. Она знала, что это отпугнёт их, и призраки исчезнут. Она закрывала уши, чтобы не слышать проклятых, шепчущих голосов, и так проходили долгие часы.

Все шестнадцать комнат в штаб-квартире гильдии предназначались для личного пользования Нурэхи. Кроме неё, доступ в них имели только десять человек. В это время суток, после захода солнца, туда не пускали никого, кроме слуг, несущих вечернее дежурство.

Нурэха лежала в одиночестве в пустой, погруженной во тьму комнате, не зная, когда настанет конец ночи. Она не помнила, чтобы занималась чем-то конкретным, и тем не менее ощущала огромную усталость. Замерзшие конечности тяжело лежали, словно мешки с песком. Мир казался мрачным и давящим, как если бы она находилась на дне океана.

В этом не было ничего необычного. Так было всегда. По ночам её одолевало парализующее одиночество, и это не изменилось даже в этой реальности несмотря на то, что она обрела тело Авантюриста.

Она вытянула руку перед собой. Её длинные белые пальцы, гладкие и соблазнительные, выглядели словно вырезанными из мрамора. На их кончиках бледно-розовые ногти блестели. Кожа Нурэхи была безупречна. Изящное плечо, хотя и лишенное тепла, манило бархатистой мягкостью.

Во тьме, полной ненависти и отторжения, Нурэха вдруг ощутила волну горькой радости. Её эйфория перешла в гангрену. Она не считала своё тело ценным, но знала, что других оно сводило с ума. Она пошевелила тонкими пальцами - гораздо более соблазнительно, чем раньше, в реальном мире, - словно поглаживая тьму.

Нурэха, с её низким, мягким голосом, сладким цветочным ароматом и манящим телом, была объектом желания. При этой мысли она почувствовала, как в ней поднимается бесстыдное, похотливое удовлетворение.

Белые тени, столпившиеся вокруг бумаг, насмешливо захихикали, но женщина бросила на них убийственный взгляд. Призраки недовольно заворчали, но ситуация уже изменилась. Нурэха, которая ещё мгновение назад была подавлена страданиями, исчезла.

Всё ещё завернутая в одеяло, она издала зловещий рык. Она не стала бы так выражаться ни перед молодым главой клана туземцев, ни перед Рорейлом, командиром её телохранителей. Да и перед Зелдисом или Накарунадо тоже. Ни перед кем она не позволила бы себе такого хриплого крика. Ежедневно она гипнотизировала всех своим бархатистым, медово-сладким голосом. Она всегда так делала и будет делать.

Она считала это жалким. Глупым. Но именно такая Нурэха - жалкая и глупая - была нужна людям. Они были у неё на побегушках, сражались за неё, обращались к ней с мольбами, принижали друг друга и делали всё, чтобы показать, что они лучше других. И это её очень веселило. Те, кто раньше презирал её, теперь были готовы пожертвовать всем, будь то имущество или жизнь, по её слову. Это было оружие Нурэхи. Доспехи против долгих одиноких ночей. Только безумие этих нелепых людей, убивающих себя ради её благосклонности, позволяло ей хотя бы на мгновение забыть о муках, которые её терзали. Только осознание того, что они относятся к ней - совершенно никчемной - как к божеству, как к драгоценнейшей жемчужине, давало ей ощущение тепла, успокаивало чувства и наполняло приятной сладостью.

Только глядя на них, она испытывала настоящий восторг. Вид их жалких театральных танцев вокруг неё убеждал её в том, что этот мир так же ничтожен, как и она сама.

Она зарычала, вспомнив, что сказал ей однажды бледный от страха Авантюрист: “Этот мир - не игра. Мы должны бороться, чтобы выжить здесь.”

Нурэха поняла, что на её лице появилась кривая улыбка.

«Придурок. Вот это открытие. И что же он получил, говоря такую чушь?»

Парень, который рассказал ей об этом, теперь был одним из членов Плэнт Хвайден и каждый день рисковал своей жизнью ради объединения. Неужели вступление в гильдию и работа на неё были для него той самой мнимой борьбой за выживание?

«Нелепость.»

В течение нескольких часов после Катастрофы Нурэха грабила всех, кто приближался к ней, забирая деньги, снаряжение и еду. Всё шло как по маслу. Напуганные люди верили любой её лжи, даже самой абсурдной.

Через несколько дней, благодаря их самоотверженности, она открыла секрет выживания в этом новом мире. Люди были настолько ошеломлены, что перестали соображать и ждали, что кто-то возьмет дело в свои руки. Поэтому, когда она решила управлять ими, они сдались без колебаний. Благодаря ласковым словам Нурэхи, она организовала их по-своему и уже через несколько недель стала самой богатой Авантюристкой в городе. Через месяц после Катастрофы она освоила секретную технику оверскилл и взяла под контроль систему городской стражи Минами.

Не успели все опомниться, как Нурэха совершила переворот. Сформировав отряд первоклассных воинов, она начала переговоры с местной знатью и кланом, управляющим администрацией. В результате она ещё больше приумножила свои богатства. С такими ресурсами захватить Собор в городе было проще простого.

Именно так. По-детски просто. Именно об этой предполагаемой борьбе за выживание и говорил Авантюрист. Он пришел к ней через несколько месяцев после Катастрофы с таким выражением лица, словно объявлял о величайшей тайне этого мира. На самом же деле борьба была пустяковой, почти для идиотов. Наивность парня вызывала у Нурэхи отвращение. ,,Этот мир - не игра". Когда она услышала это, по её телу пробежала дрожь радости. На самом деле она была благодарна ему за эти слова. Если люди так наивны перед лицом неожиданного несчастья, значит, в этом мире полно телят, ожидающих, когда их зарежут.

Увидев непоколебимую решимость на юном лице парня, Нурэха почувствовала искушение выплеснуть на него все тёмные эмоции, затаившиеся внутри неё. Но она сдержалась и ни на секунду не перестала изображать из себя заботливую старшую подругу. Она понимала, что, ведя себя подобным образом, вызывает сильнейшее желание. Но её грудь дрожала от неудержимого смеха.

«Я знаю это, парень. Я знаю это уже давно.»

Нурэха никогда не относилась к “Elder Tale” как к игре. Она никогда, даже в самом начале, не считала её просто развлечением. В те времена, когда для большинства пользователей “Elder Tale” была просто очередной MMORPG, для Нурэхи она была полем для убийства. Если она перестанет проливать кровь, если перестанет кричать, её забудут.

А быть забытым — значит навсегда исчезнуть из мира.

Если ты не важен для кого-то, если люди перестают тебя хотеть и заботиться о тебе, ты можешь просто умереть. Нет, это было гораздо страшнее, чем смерть. Смерть означала мирный уход, конец. Жизнь в качестве никчемного куска мусора, от которого все отвернулись, вовсе не была концом. Жизнь в качестве неполноценного, расходного материала была сродни аду, который никогда не кончится.

Нурэха тщательно анализировала, что ей нужно сделать, чтобы люди хотели её, любили и заботились о ней. Для неё вся жизнь была борьбой за выживание, в которой не было места веселью. Нурэха знала, что такое ад. Она знала, что такое одиночество, разъедающее её внутренности. Даже если борьба сопровождалась лишениями и болью, это было лучше, чем жить в забвении. Наконец её усилия принесли результат. Она научилась заставлять людей влюбляться в неё одним словом, одним жестом. А потом она отвергала предложенную любовь как мусор.

Это была её месть. Ритуал, в котором она демонстрировала всем и каждому, что чувства, проявляемые к ней, не имеют для неё никакого значения. Игроки стекались к ней с затуманенными вожделением глазами, а она со смехом топтала их любовь. Это приводило её в восторг.

“Мы должны бороться за выживание.”

«Вот дурак.»

Значит, по его словам, в реальном мире за это не нужно было бороться? Может, ему и не пришлось. Видимо, ему очень повезло. Размышляя об этом, Нурэха почувствовала, как в её груди среди приступов смеха начинает подниматься вязкая ненависть.

Для неё каждый миг был борьбой за выживание. Нет разницы, в этом мире или в том.

Отработать механизм, найти слабые места, усыпить бдительность других, обмануть их, завоевать их доверие, предать и забрать все, что у них есть. Именно так работал мир. Насколько надо быть отсталым, чтобы объявить всем об этом факте?

Нурэха прекрасно понимала, почему подчинение Минами далось ей так легко. Она планировала это с самого начала. Из десятков тысяч Авантюристов, попавших в игровой мир, только Нурэха всегда относилась к нему как к реальности. Для неё такая жизнь была повседневной реальностью. После Катастрофы она просто функционировала, как и прежде, в “Elder Tale". Точно так же она делала людей счастливыми, сеяла любовь и раздор. Точно так же она получала то, что ей причиталось. Именно поэтому люди полюбили её, и она стала сердцем Плэнт Хвайден. Этот мир выбрал её. Наконец-то она была счастлива. Она обрела всё!

Она прислушивалась к своему хриплому дыханию, с ненавистью глядя на тени. Она была избрана. Так почему же её терзают такие неимоверные страдания? Она обняла свой хвост и прижалась к нему, дрожа всем телом. Почему каждую ночь она лежала, стиснув зубы, сгорбившись и испугавшись, как раненый зверь?

Вдруг она навострила свои лисьи уши. Она услышала какой-то звук. Она подняла взгляд. Дверь в комнату распахнулась, прочертив в темноте прямоугольник света, на фоне которого расплывался силуэт служанки.

- Госпожа Нурэха.

Нурэха проигнорировала её и отвернулась. В дверях, одетая в наряд горничной, стояла Индикус, которая заботилась о фактической деятельности Плэнт Хвайден. С одной стороны, она была доверенным лицом Нурэхи, но с другой - Нурэха мало интересовалась ею. По сути, можно сказать, что Индикус была похожа на плохой талисман, который привязался к ней и постоянно кружил вокруг.

- Вы снова спите на полу.

Нурэха ничего не ответила и только смотрела на служанку, стоящую на свету. Обычно на лице Индикус было холодное, равнодушное выражение, но сейчас женщина слегка улыбалась. Нурэха была единственным человеком, который когда-либо видел эту улыбку, и при виде её у нее всегда сводило живот. Она вызывала в ней те же чувства, что и руки, тянувшиеся к ней из темноты комнаты, сколько бы раз она ни отталкивала их и куда бы ни бежала. Оно было липким, как грязь, которую невозможно оттереть.

- Неужели госпожа думала о Широэ?

Нурэха молча бросила на служанку полный ненависти взгляд. Но Индикус не испугалсь её и не развеялась, как те призраки.

Все ещё улыбаясь, Индикус прошла по комнате и присела рядом с Нурэхой. Чародейка закусила губу. От Индикус исходил резкий запах холодной стали. Запах полированного лезвия, который не подобает женщине.

- Так я права?

- Не смей упоминать о нём, - сердито ответила Нурэха, но служанка проигнорировала её слова.

Так было всегда. Индикус никогда не исполняла её просьбы - кроме одной. Нурэха отказалась от всего в обмен на это единственное желание.

- Говорила же, что это бессмысленно, верно? Говорила. Разговор с ним ни к чему не приведет. Он не умеет привязываться. Никогда не умел. Он не игрок, а всего лишь искажение, у которого есть всего несколько развитых навыков. Верно? Ну... Госпожа Нурэха?

Боль и страх затуманили взор Чародейки.

- Тебе не удастся его завоевать. Хоть он и предатель, но умный. Он обсессивный перфекционист. Для него всё должно быть идеальным. А ты воняешь мусором.

Даже если она ожидала их, даже если она была к ним готова, слова Индикус ранили Нурэху, как удар кулаком в живот. Воспоминания, которые она так старательно пыталась подавить во тьме, теперь вернулись, словно мстительные призраки, и пытались затянуть Нурэху обратно в адские глубины. Именно об этом шептали ей белые фантомы, хотя в тот момент она не могла разобрать их слов. О прошлом, которое она оставила на Земле, от которого убежала и сделала вид, что его не было.

- Неужели ты думаешь, что кто-то проявит к тебе нежность? От тебя несёт грязью, эгоизмом, жалостью. Ты источаешь ложь, всё в тебе фальшиво. В конце концов, любой, кто посмотрит на тебя, увидит, что твоя жизнь — это одна большая сточная канава. Я помню твою отвратительную улыбку и жадные взгляды, которые ты бросала в мою сторону.

Нурэха почувствовала, как в ней зарождается парализующий страх. Еда на пластиковых тарелках. Суп с гниющими остатками. Воспоминания о том, как она пряталась в тесном чулане и молилась, чтобы её никто не нашел. Как у неё отобрали вещи, и ей пришлось идти босиком по улице посреди зимы. Как она спала в кустах, чтобы спрятаться от своей семьи. Воспоминания о различных неудачах.

- Пойми, наконец. Перестань надеяться, что найдешь близкого человека. Никто, кроме меня, не захочет заключать сделку с такой жалкой, отвратительной женщиной, как ты.

Нурэха попыталась справиться с подступающей тошнотой. Это получилось. К счастью. Чтобы скрыть эту минутную слабость, она мобилизовала все свои силы и широко раскрыла глаза.

Индикус была права, осуждая её. Нурэха лучше всех знала, что она - изгой. Никому не нужно было напоминать ей об этом. Однако одно дело - осознавать это, а другое - слышать из уст другого человека.

- Тем не менее, ты идеально подходишь для того, чтобы за тобой наблюдали издалека. Как принцесса в золотой клетке. - Индикус протянула руку и больно дёрнула Нурэху за лисье ухо, совершенно не обращая внимания на ненависть в её глазах. - Вот почему я не желаю, чтобы ты тайком уходила в Акибу, ну... Госпожа Нурэха. Имей в виду, что Плэнт Хвайден больше не является твоей игровой площадкой. Ты должна была собрать кукол и подготовить для них замок, чтобы потом я могла захватить весь сервер Ямато. На этот раз точно. Мы ведь так договаривались, госпожа Нурэха?

Просьба Нурэхи. Её желание, ради которого она рисковала всем, чтобы никогда не возвращаться в прошлое. Она сделает всё, чтобы не возвращаться туда. Всё, что угодно. Именно поэтому она объединилась с Индикус. Плэнт Хвайден стал дворцом Нурэхи. Замок, полный огней и сладких речей, замок, где никогда не наступает ночь.

- Ты хочешь создать своё место, не так ли?

Чтобы не показать слабость, Нурэха собрала все свои силы и кивнула головой.

- Кстати, Совет Десяти уже собрался. Хотя для тебя это, наверное, не имеет значения.

После этого заявления Индикус, казалось, потеряла всякий интерес к Нурэхе. Чародейка и так редко появлялась на заседаниях Совета, в конце концов, управление гильдией её совершенно не касалось.

- Позволь мне передать остальным то, что им нужно. Нурэха, в конце концов, ты наша принцесса. Незаменимая гильдмастер нашей гильдии.

Бросив на прощание несколько отрывистых слов Чародейке, Индикус покинул комнату. Эхо её шагов вскоре затихло.

Нурэха, переполненная ненавистью к себе и призраками прошлого, обхватила себя руками и сгорбилась. Её руки и ноги были ледяными, как будто метаболизм перестал функционировать. Одеяло, в которое она завернулась, не давало ни капли тепла.

Её сердце колотилось как бешеное, а мир перед глазами потемнел. В ней ожили страшные воспоминания, а призраки прошлого пытались утащить её обратно на Землю. С этими чудовищами, преследующими её по приказу Индикус, ей всегда приходилось сражаться в одиночку.

Тем не менее Нурэха слегка улыбнулась.

“Никто, кроме меня, не захочет заключать сделку с такой жалкой, отвратительной женщиной, как ты.”

Неправда. Всё изменилось. Хотя это нельзя назвать “соглашением”, скорее обещанием. Незначительный на первый взгляд обмен, как улыбки двух прохожих. И всё же в жизни Нурэхи теперь было нечто большее, чем просто договор с Индикус.

“Как твой враг, я выполню твоё желание лучше, чем как союзник.”

Эти слова человека, которого Индикус презирала, теперь были для Нурэхи как драгоценный талисман.

Где-то вдали раздался низкий металлический звук, объявляя двадцать первый час. Стрелки часов двигались невыносимо медленно, а ночь тянулась бесконечно. Организмы Искателей легко функционировали даже при недостатке сна, но эта их привилегия была как оковы, сковывающие Нуреху в темнице ночи. Она чередовала моменты беспокойного сна с пробуждениями от сильного испуга.

В этой комнате, где она ежедневно сражалась с тьмой, как молитву, она беззвучно произносила слова, которые никогда не осмеливалась произнести раньше.

- Когда-нибудь... обязательно...

Нурэха погрузилась в неглубокий сон.

Часть 2.

Комната для заседаний выглядела довольно курьезно, но как драпировки на стенах, так и резные колонны, изысканные цветочные композиции, а даже столы и стулья, инкрустированные золотом, блекли по сравнению с захватывающей яркостью собравшихся в ней людей. В комнате сидели восемь очень странных фигур, и каждая из них сопровождалась своей свитой.

- Где Индикус? - спросил мужчина в очках, аккуратно одетый как клерк.

- Она ушла за принцессой, скоро вернется. Куда ты так спешишь, Зелдис? - ответила женщина в военной форме.

- Согласованное время "когда восходит луна", вероятно, давно прошло?

- Принцесса, как всегда, в форме, - отозвался молодой, надменный голос.

- Они должны пожениться, и дело с концом - хихикнул другой.

Комната имела форму постепенной лестницы, высота каждой ступеньки составляла около четырех сантиметров. Или даже не столько лестницу, сколько конструкцию из низких площадок. И каждая платформа имела свой собственный стиль и характер.

На большинстве из них стояли диваны или кожаные кресла, на некоторых - письменные столы или небольшие книжные шкафы. Всего в комнате было десять платформ. Арки, возведенные в четырех углах комнаты, различались по высоте, и, судя по расположению выходов, положение помоста определяло, какую позицию занимает человек, пользующийся им. Таким образом, комната отражала иерархию внутри Совета.

Кадзухико сидел на низком стуле, обхватив рукоять своего меча, и осматривал комнату. В ней собирался Совет Десяти. Члены Совета занимались административными делами Минами, а на практике являлись командным центром Плэнт Хвайден. Их называли просто "Десяткой" или генералами.

В этот момент в комнате отсутствовали ещё два человека. Нурэха, гильдмастер Плэнт Хвайден, и Индикус, которая отправилась за ней. Индикус, вероятно, скоро объявится, но что касается Нурэхи, то это было не так очевидно. Их принцесса не интересовалась тонкостями управления гильдией и редко посещала собрания. Плэнт Хвайден давно стал гигантской, самостоятельно функционирующей машиной и не нуждался в решении своего основателя по каждому незначительному вопросу. Члены Совета привыкли к частым отсутствиям Нурэхи.

Сегодняшнее заседание должно было стать обычным совещанием. Кадзухико не слышал, что планируется обсудить какие-то особо важные вопросы. Однако это не означало, что он не должен был сохранять бдительность.

Между генералами были сложные отношения хотя бы потому, что Плэнт Хвайден был создан необычным способом. Все Авантюристы из Западного Ямато были насильно включены в гильдию Нурэхи. Таким образом, это было не обычное объединение дружественных игроков, как большинство гильдий в "Elder Tale", а мощная организация, поглотившая множество мелких группировок. Целью Плэнт Хвайден была взаимопомощь и всестороннее сотрудничество в местном мире. Поэтому они сразу же были созданы с учётом общих интересов.

Хотя Плэнт Хвайден функционировала как единая гильдия и проповедовала всеобщее равенство, на самом деле внутри организации существовало несколько постоянно враждующих фракций. Об этом знал каждый, кто был хоть немного знаком с делами гильдии.

Кроме того, Плэнт Хвайден был уникален и по другим причинам. Нурэха почти сразу же подчинила себе систему стражи в Минами. Стража в этом городе находилась под юрисдикцией клана Ицуки. Это означало, что на момент основания у гильдии уже были очень тесные отношения с кланом Ицуки.

Таким образом, Нурэха, гильдмастер Плэнт Хвайден, Генеральный Канцлер Запада, получила и власть, и положение. Сенат туземцев, который всегда управлял Западным Ямато вместе с кланом Ицуки, напротив, проявлял большой интерес к гильдии и постоянно пытался добиться её расположения.

Таким образом, Плэнт Хвайден и Минами в целом существовали на основе хрупкого равновесия между соперничающими фракциями, включая клан Ицуки и сенат туземцев.

Кадзухико также принадлежал к одной из таких фракций. Его организация, Волки Мибу, была подразделением Плэнт Хвайден, которое следило за безопасностью в Минами. Она также занималась борьбой с коррупцией и разного рода мошенничеством. В Волки Мибу входили люди, которые хотели хоть немного остановить прогрессирующее деградирование Минами, но на практике группа функционировала как частная армия Кадзухико. Волки Мибу не пользовались особым влиянием в городе, но, как одна из фракций Плэнт Хвайден, они имели право на место в Совете Десяти.

За спиной Кадзухико стояли два охранника в чёрных хаори. Многие генералы приходили на встречи с телохранителями. Телохранители не принимали участия в обсуждениях, но создание видимости было важной частью игры между фракциями.

Кадзухико внимательно осмотрел первый ярус, самый высокий в комнате. На нём стоял элегантный, искусно украшенный трон, словно перенесенный из сказочного королевства. Это был трон Нурэхи - в настоящее время пустой.

На этаж ниже стояла серебряная тележка с чайным сервизом и круглый стульчик, практически не использовавшийся. Хотя сейчас оно пустовало, это было так называемое Второе Место Совета, принадлежавшее служанке Нурэхи и фактическому председателю президиума, Индикус. Женщины всё ещё отсутствовали, но обсуждение, вероятно, начнётся, как только появится Индикус.

На третьей платформе сверху стояло кресло и стол, по бокам которого сидели два секретаря. За столом сидел высокомерный молодой человек в очках и молча записывал что-то на листе бумаги. Время от времени он поднимал глаза, а затем с насмешливой улыбкой бросал какое-нибудь ироничное замечание. Он занимал Третье Место в Совете. Это был Зелдис, Авантюрист, известный также как Сторожевая Башня(1), поистине расчётливый политик. Он следил за развитием и финансами Плэнт Хвайден.

(1) В анлейте у него псевдоним “the Watchtower.” В польском “Strażnica” что можно перевести как “Каланча” (Каланча́ — наблюдательная башня при пожарной части. Устаревшее значение — дозорная, сторожевая башня.), но я пока что оставлю такой вариант. Если вам больше по душе вариант с каланчой, то напишите и я может быть изменю.

На этаж ниже, среди бутылок со спиртным, сидела удобно вытянувшаяся женщина в военной форме - Мизуфа Труд, Генерал Востока, самый влиятельный военачальник в туземском сенате и один из лучших туземских генералов в Священной Империи Вестланда. Она занимала Четвёртое Место.

- Ещё один день и ни капли крови. Я гнию от этого спокойствия. Я могу ждать здесь столько, сколько потребуется, лишь бы оказалось, что мы идем на войну.

Ей было больше тридцати лет, и, хотя в красоте ей нельзя было отказать, вместо военной строгости она излучала холодную жестокость. Её руки удобно откинулись на спинку двухместного дивана.

- Всем известно, что ты здесь только из-за алкоголя, - фыркнул огромный Авантюрист, сидевший на кожаном кресле этажом ниже Мизуфы.

Он был Защитником, которому принадлежало Пятое Место в Совете, Генерал Юга Накарунадо. В подтверждение своей профессии он носил тяжелую броню, по форме напоминающую строительную машину.

- Верно - без смущения признала Мизуфа.

- Некоторым людям это полезно - проворчал Накарунадо и поднял опустевший стакан. Из теней появились слуги, которые, словно призраки, подошли к Защитнику и наполнили его напитком.

Мизуфа, возглавляющая туземцев, и Накарунадо, возглавляющий армию Авантюристов, в Плэнт Хвайден решали военные вопросы, включая вооруженные экспедиции. Все Авантюристы в Совете знали, что Мизуфа занимает более высокое положение, чем Накарунадо, просто благодаря своим связям в Сенате. Накарунадо был гораздо лучшим командиром. Во времена игры он возглавлял самую могущественную гильдию в районе Кансай - Воющие. Так что даже в Совете влияние различных фракций было хорошо заметно.

- Я уже засыпаю. Кто-нибудь может объяснить мне, почему мы созываем собрания в такой час? - Человек, занимающий Шестое Место, широко раскинулся. Это был Куон, Певец Пророчеств.

- Ты всегда хочешь спать. Независимо от времени, - проговорил Зелдис сверху, даже не поднимая глаз.

Куон был одет в рубашку и джинсы, в которых мог бы с легкостью ходить по улицам земного города. Только накинутый на плечи толстый плащ выглядел как элемент фантастического мира.

- Потому что я наготове на случай вызова GM.

Услышав эти слова, остальные собравшиеся разразились хохотом.

У Куона не было ни амбиций, ни способностей, чтобы баллотироваться в Совет. Но до Катастрофы он был игровым мастером, работавшим на создателей "Elder Tale". Как и Авантюристы, игровые мастера создавали своих аватаров и погружались в виртуальный мир, чтобы решить различные проблемы. Можно сказать, что они представляли службу поддержки.

Куон работал на F.O.E, поэтому хорошо знал игру и разбирался в вопросах управления ею. Во время Катастрофы он вошел в игру не с оборудования компании, а со своего личного компьютера, поэтому сейчас он не мог использовать большинство способностей мастера игры, но его знания всё равно часто оказывались полезными. Именно поэтому ему было предоставлено место в Совете.

Вызов GM был одним из навыков мастера игры, который Куон сохранил даже после Катастрофы. Он заключался в том, что Куону показывали информацию о любых событиях, происходивших в Ямато. Кроме того, ему могли звонить из F.O.E, хотя он утверждал, что никто из компании не связывался с ним после Катастрофы, а уведомления о событиях были ограничены только теми, которые имели временные рамки или были запущены.

- Ты хочешь сказать, что связь с высшим миром ослабевает? - насмешливо спросил старик, сидевший на восьмом этаже, чуть ниже Кадзухико.

- Заткнись. В конце концов, именно Совет приказал следить за вызовами.

Старик захохотал, услышав обиженный тон Куона. Он казался весёлым, но в его глазах таилась жестокость.

Восьмое Место в Совете занимал Джеред Ган, Волшебник Зеркального Озера, крупнейший авторитет в области магии и истории этого мира среди туземцев. Благодаря своим знаниям и способностям он и Зелдис вместе разрабатывали новые технологии.

- Значит, принцесса сегодня тоже не появится? - прошептал Рорейл Доун, капитан телохранителей Нурэхи, занимавший Девятое Место в Совете, когда Индикус вошла в зал. Одетая в одежду слуги, чертовски умная красавица уверенно шла впереди, и её шаги отдавались эхом, как колокол, возвещающий о начале заседания.

- Мы начнём с отчётов о благосостоянии жителей Минами - объявила Индикус. Без лишних слов она перешла к делу. Она всегда начинала заседания с этой темы.

Кадзухико втянул воздух, словно ныряя глубоко под воду, и постарался сохранить спокойствие.

Теоретически Минами был городом мира и изобилия, но только потому, что опирался на внешне незаметную эксплуатацию туземцев. Сейчас в западной столице проживало около десяти тысяч Авантюристов и в три раза больше туземцев. Многие из них работали в трактирах и тавернах, но большинство были слугами.

"Слугами" называли туземцев, нанятых Авантюристами для оказания различных услуг. Среди Авантюристов был большой спрос на работников, которые избавляли бы их от пустяковых дел, а туземцы были рады возможности хорошо заработать. Однако на самом деле такая ситуация порождала множество правонарушений. Дорога к славе Минами была вымощена многочисленными искажениями и грязными делами, которые тщательно скрывались. Мысли Кадзухико блуждали, а обсуждение продолжалось.

Самым крупным мероприятием, которое теперь проводилось в рамках внутренней политики Минами, была выдача гильдпассов. Авантюристы, принадлежащие к Плэнт Хвайден и туземцы, живущих в Минами, могли получить гильдпассы, подготовленные в офисе гильдии. Существовало несколько категорий таких пропусков, и в зависимости от ранга владельцы пропусков получали право на бесплатную еду в специально отведенных ресторанах или трактирах. Благодаря этому членам Плэнт Хвайден не нужно было носить с собой деньги. Кроме того, пропуска не покупались, а брались бесплатно на три месяца с возможностью продления, что могло внести существенный вклад в развитие Минами.

Услышав эту замечательную новость, Кадзухико только сильнее укрепился в своем убеждении. Это должно было привести к дальнейшим, ещё большим злоупотреблениям. Система гильдпасс имела очевидные преимущества, в значительной степени облегчая жизнь тем Авантюристом, которые избегали сражений с монстрами. Кроме того, это позволило бы Плэнт Хвайден лучше управлять ресурсами и реализовывать различные, более эффективные стратегии. Но самой большой жертвой системы гильдпасс стали бы туземцы.

Волки Мибу существовали для защиты справедливости в городе, другими словами, для защиты слабых. Кадзухико и его товарищи боролись за облегчение страданий туземцев, которых многие Авантюристы открыто игнорировали.

Не успел он опомниться, как они уже обсудили отчеты из зон рейдов и перешли к текущей ситуации в Накасу и Акибе.

- Значит, Акиба отправил армию на северо-восток? - спросила Индикус.

- Похоже на то, - сказал Накарунадо. - Армия насчитывает пять легионов, и командует ею Берсеркер Красти. С ним также Чёрный Меч, Шляпник и Старый Дракон. Вот что сообщает Первый.

Акиба также развивала отношения с туземцами, хотя иным образом, чем Минами. Если Минами устанавливала контакты с лидерами туземцев, такими как Ицуки, то Акиба начала сотрудничество с Лигой Свободных Городов Истала, туземной организацией, управляющей северо-восточными землями Ямато. Многие члены Совета считали, что именно в этом заключается разница в скорости изменений, происходящих в этих двух городах.

Минами восстанавливало стабильность значительно быстрее, чем Акиба. Кроме того, оно достигало гораздо лучших результатов практически во всех областях, будь то в повседневных услугах, разработке новых технологий или обеспечении стабильных условий для жизни - что так важно для всех Авантюристов, застрявших в этом мире. Это было настоящим счастьем для жителей столицы Запада.

- А Ядовитый Очкарик исчез - проговорил Десятый Член Совета, снимая повязку с глаз. До этого момента он спокойно спал в своём деревянном шезлонге.

После заявления Преображающегося Шута в зале воцарилась тишина.

- Ядовитый Очкарик исчез - повторил Шут в ответ на молчание собравшихся. А затем с не столько насмешливой, сколько опасной улыбкой добавил:

- Я не знаю, отправился ли он с экспедицией на север, но в Акибе его нет.

Этот тощий Волшебник в пальто назывался KR, и он был спутником Кадзухико ещё со времен Сумасшедшей Чайной Вечеринки, когда они бок о бок путешествовали по всему Ямато.

КР с улыбкой посмотрел на Кадзухико, а затем на Индикус.

− И что теперь, Индикус? Это "извращение", которое всегда мешает тебе, опять исчезло и готовит что-то.

Часть 3.

Наоцугу закрыл массивную деревянную дверь и отряхнул доспехи от снега. Он бы не назвал метелью то, что происходило снаружи, но горные ветры то и дело поднимали порывы белого пуха. Хоть было уже за полдень, но на улице было темно и холодно. Небо было затянуто свинцовыми тучами.

Благодаря холодостойкому снаряжению Наоцугу не страдал от сильного мороза, но сугробы значительно затрудняли его передвижение. Как и любой Защитник, он носил тяжелую полную броню. Броня совершенно не подходила для преодоления снежных завалов, и только исключительная сила тела позволяла Наоцугу нести патрулирование в такую погоду.

- Это ты, Наоцугу? - раздался голос Широэ из глубины хижины.

- Да, я вернулся! - ответил Защитник. Он расстегнул пояс и снял перчатки.

Перчатки, которые он носил, были новейшей разработкой среди предметов производственного класса. В игре "Elder Tale" их не было. У них было гораздо более широкое применение, чем у тех, которые Наоцугу с его девяностым уровнем зарабатывал в рейдах, и за это они ему нравились, но, поскольку они были созданы только после Катастрофы, их нельзя было снять через меню. По весу они больше походили на оружие, чем на аксессуар. Наоцугу наконец разобрался с этой частью доспехов, а затем стал снимать с себя все больше и прятать в волшебный мешок. В конце концов на нём осталась только оджеда, похожая на ту, в которой он ходил по дому на Земле.

На улице было холодно, но тот, кто строил эту горную хижину, хорошо знал климат этого региона. Стены были сложены из двух рядов деревянных брёвен, утеплённых соломой, что в сочетании с толстым гобеленом обеспечивало приятную температуру внутри.

Наоцугу стянул с себя шерстяные зимние носки и сунул ноги в тапочки. Некоторые подшучивали над ним, что он ведет себя как настоящий папочка, снимая носки, как только входит в дом, но он отвечал, что пусть отстанут, ведь он так делает с самого детства.

- И как?

- Всё нормально. Снег падает, ветерок дует.

- Не думаю, что даже слёзы помогут.

- Плач - это для маленьких девочек.

- Не разговаривай с людьми свысока.

По японским меркам, площадь комнаты составляла около десяти матов(2). В камине полыхало красное пламя. Широэ сидел на толстом ковре, а вокруг него были разложены карты(3) и расставлено множество карт. На первый взгляд, их было несколько десятков. Некоторые из них Наоцугу узнал - карты, изображающие местность. На них красными чернилами были нацарапаны примечания и комментарии, подводившие итог его отчетам за неделю.

(2) 1 мат = 90 см х 180 см

(3) В том моменте речь идёт о “maps” что в переводе с английского значит “карты”.

В хижине было тепло и приятно, но прошла уже неделя с тех пор, как они оставили своих спутников в Акибе. Тяжело вздохнув, Наоцугу огляделся.

- Где старик?

- Он не такой уж и старый, в конце концов, ему всего лишь около тридцати.

- Но он ржет, как старый дед.

Широэ куда-то повесил свой характерный белый плащ. Теперь он сидел в своем домашнем наряде и что-то сосредоточенно строчил на листе бумаги, не поднимая взгляда ни на секунду.

- Нужна помощь?

- Не нужно, спасибо. Я уже заканчиваю.

- Хорошо.

Чародей выглядел до предела сосредоточенным. Наоцугу не хотел мешать ему, поэтому молча присел на меховой коврик.

Сделав несколько заметок, Широэ достал толстую тетрадь и начал что-то в ней писать. В этом мире не было ни компьютеров, ни пишущих машинок. Заклинатель часто упоминал, что это затрудняет организацию и сортировку информации, но каждый раз отказывался, когда кто-то предлагал ему помощь. Широэ всегда был очень упрямым.

На самом деле это было ещё в те времена, когда они познакомились. Как-то, примерно в то время, когда он сам присоединился к Сумасшедшей Чайной Вечеринке, Наоцугу предложил сходить вместе в паб. Члены их группы были разбросаны по разным уголкам Японии (что не редкость для MMO-игроков), так что пойти всей командой у них бы не получилось, но пять человек, живущих в Канто, всё-таки удалось собрать.

На первой встрече Широэ заказал красный чай. Когда Наоцугу спросил, чем он отличается от зеленого чая, Широэ начал тридцатиминутную лекцию, которая закончилась обсуждением политической ситуации на Тайване и чайной индустрии в целом. В то время в Европе был финансовый кризис, поэтому даже студентам обязательно нужно было знать, что происходит на свете.

С этой совместной встречи началась дружба Наоцугу и Широэ. Во многом благодаря тому, что в то время они оба учились, а кроме того, жили в часе езды на велосипеде друг от друга. Это было здорово - иметь друга не из университетского круга. Наоцугу также часто брал Широэ с собой в дальние поездки.

Не говоря уже о нелепых выходках, затеваемых Канами. Наоцугу, честно говоря, хотелось врезать ей по затылку, когда она решила, что они поедут на фабрику сурими в Одавару. Но на месте все оказалось очень мило, а вкус сурими превзошел все их самые смелые ожидания. Надо признать, что у Канами был нюх на такие вещи, да и её врожденная харизма тоже сделала своё дело.

Таким образом, Наоцугу и Широэ были знакомы уже много лет. Защитник уже привык сидеть и отдыхать, пока Чародей молча анализирует что-то. Такое случалось с ними и на Земле, и здесь, в штаб-квартире Лог Горизонт.

Тепло, исходящее от камина, согрело ноги Наоцугу, замерзшие после долгого патрулирования по снегу. Он почувствовал легкое жжение, когда онемение начало спадать, и наконец вновь ощутил пальцы ног.

Он откинулся назад и потянулся к волшебной сумке. Из нее он достал чашки и металлический термос с молоком мога. Это молоко, полученное путём раздробления плодов мога, напоминало по вкусу земное банановое молоко.

С коротким "м-м-м" Наоцугу протянул Широэ чашку с напитком. Широэ поблагодарил его таким же "м-м-м", даже не поднимая глаз. Они молча попивали сладкое молоко. В этом и заключалась дружба. В один день можно было бесконечно говорить обо всём на свете, а в другой - молча попивать молоко.

Тем не менее, Наоцугу наконец заговорил. Не для того, чтобы поддразнить Широэ - просто ему больше нечем было заняться.

- Заперт в горах с тобой и стариком. Какая судьба.

- Ты скучаешь по людям? - спросил Чародей.

- Для курорта здесь слишком много разрухи.

- Верно, настоящая деревня.

Хижина, в которой они остановились, действительно была отдельной зоной, но она находилась в заснеженных горах, посреди большого открытого пространства площадью около шестидесяти квадратных километров. Наоцугу, когда он отправился в патруль, был единственным Авантюристов в этой отдельной зоне. Он знал это, потому что, благодаря своим навыкам Пограничника, перед тем как войти в хижину, проверил количество людей в зоне. Это была даже не деревня, а сплошная дикая местность. Скалистые Слёзы напоминали необитаемый остров посреди континента Ямато.

- Широэ, откуда ты родом?

- Вообще-то, из Токио.

Защитник вздохнул, услышав ответ. Городской. Неудивительно, что он не мог отличить полную разруху от деревни, где ещё можно жить. Смирившись, Наоцугу лёг на пол, подложив под голову руку.

Около десяти дней назад Широэ сказал ему, что покидает Акибу на некоторое время, и попросил присмотреть за Лог Горизонт. Наоцугу сразу же отказался и в результате оказался здесь. Он не спрашивал Чародея, куда и зачем они идут, но чувствовал, что их ждет нечто непростое. И не то, что нужно всем, а то, что, по мнению Широэ, необходимо. Одного взгляда на лицо друга было достаточно, чтобы Наоцугу догадался об этом.

Если бы речь шла о чём-то, что остальные тоже считали необходимым, Широэ поручил бы это кому-нибудь другому, следуя принципу: "Раз это нужно всем, то и участвовать должны все". Если же он брался за дело в одиночку, то только потому, что не мог объяснить остальным важность затеи.

Наоцугу надеялся, что эта склонность Чародея действовать в одиночку немного поутихла после событий с Полумесячными Бургерами, но, видимо, врожденные предубеждения нельзя исправить так быстро.

Защитник покачал головой на ослиное упрямство своего друга, но он знал, что Широэ просто такой. К тому же, хотя у Чародея и были некоторые дурные привычки, он обладал и множеством качеств, которые с успехом их компенсировали. Проблема заключалась в том, что сам Широэ не осознавал всего этого. Поэтому Наоцугу считал, что должен сопровождать своего блестящего, пусть и немного глупого друга, чтобы в случае необходимости наставить его на путь истинный. Он считал, что, будучи давним другом Широэ, вполне справится с этой задачей. Возможно, даже лучше, чем другие. Кроме того, он знал, что после каждой безумной авантюры Чародея мир менялся к лучшему. И если так будет и сейчас, Наоцугу не собирался отказываться от места в первом ряду. Он хотел видеть всё в подробностях.

- Может быть, ты наконец объяснишь мне, почему мы сидим запертые в хижине посреди снежного нигде?

- Мы не заперты, мы просто сидим.

- Кажется, я понял, почему тебе не везёт с девушками.

- Я хотел тишины и покоя.

Хуже всего, что в случае с Широэ даже шутки были настоящими.

- Мы сидим здесь, потому что никто не может нас здесь найти. Я не могу допустить, чтобы кто-то разгадал мои планы. - наконец начал объяснять он. - Всё дело в золоте. Я должен раздобыть много золота и убедить определенного человека предоставить его в моё распоряжение.

- Тот пенсионер? - Наоцугу имел в виду низкорослого туземского эльфа, который пришел сюда вместе с ними. Он как раз сидел запертым в соседней комнате.

- Нет, Ре Ган участвует в акции вместе с нами. Я пригласил его, чтобы он помог мне вести переговоры. В одиночку мне, скорее всего, не удастся завоевать доверие человека, с которым мы будем разговаривать. Ре Ган(4) - довольно известная личность.

(4) Тот же “Реган”, но я буду использовать этот вариант.

- Не похоже.

- Титул "Мудрец Зеркального Озера" тебе о чем-нибудь говорит?

Наоцугу кивнул головой. Мудрец Зеркального Озера был одним из самых известных НИП-ов в "Elder Tale". Хотя нельзя сказать, что Наоцугу когда-либо видел его на экране. Мудрец фигурировал в основном в слухах и легендах, ходивших в игре. Он также фигурировал в описании рейда "Девять Подземелий Хелота", через который Наоцугу и остальные прошли ещё во времена Сумасшедшей Чайной Вечеринки.

- Значит, он действительно существует?

-Да.

- Собственно, почему ты ищешь золото в этих горах? Разве ты не можешь просто взять в долг у Совета?

-Хммм. - Сидя со скрещенными ногами, Широэ смущённо вздохнул. - На этот раз мне нужно немного больше.

Наоцугу чувствовал, что у него вот-вот разболится голова. Он прекрасно понимал, что "немного" вовсе не означает "немного". Даже когда он собирался купить Павильон Гильдии Широэ, он был менее смущён, чем сейчас.

- И сколько же?

- Около восьмидесяти триллионов.

Это была астрономическая сумма. Она превышала общее состояние всех Авантюристов на сервере Ямато примерно в десять тысяч раз. Впрочем, не только на сервере. Широэ не смог бы собрать такую сумму, даже если бы конфисковал золото всех Авантюристов в этом мире.

Наоцугу уставился на своего друга с открытым ртом. Заклинатель, ещё более смущённый, чем обычно, издал неопределённое "уух".

Однако, услышав стон Наоцугу, он понял, что Широэ не шутит и не делает всё это просто по прихоти. Он искренне считал, что ему нужна эта сумма.

- Существует ли вообще такое количество золота?

- Мы не получим всё сразу. Нужно разделить его на несколько траншей, постепенно, понемногу...

Неважно, как её разделить, это была не та сумма, которую можно собрать "понемногу". Тем не менее Широэ смущенно улыбнулся.

- Звучит космически. Расскажите мне побольше о своём плане.

- У меня нет плана. Придётся просто умолять. И убедить его, несмотря ни на что.

- Кого? Как?

В этот момент дверь соседней комнаты открылась, и в ней появился эльф.

- Господин Широэ, похоже, наш гость прибыл.

Маг с лукавым взглядом сухо рассмеялся и похлопал Наоцугу по плечу. Это было проявлением доверительного отношения к Авантюристом, чего Защитник никак не ожидал от туземца. Однако Ре Ган не обратил внимания на удивление Наоцугу и свободно продолжил:

- Смотрите внимательно, господин Наоцугу. У нас нет времени на объяснения. Переговоры, которых так желает господин Широэ, начнутся с минуты на минуту. Это будет нечто чудесное. Стратегическая магия, да, даже национальная магия!

Наоцугу уже хотел спросить, что это за "национальная магия", но не успел.

Раздался стук в дверь.

Ещё двадцать минут назад в радиусе нескольких десятков километров не было ни одного Авагтюриста. Может ли быть, что их гость - туземец? Но разве туземцы смогут забраться так глубоко в заснеженные склоны Скалистых Слёз?

Наоцугу достал из волшебной сумки меч и, провожаемый взглядами Широэ и Ре Гана, двинулся к двери.

Часть 4.

- Широэ, у нас гость!

Не успел Наоцугу договорить эти слова, как Чародей уже убрал карты и бумаги в сумку. Видно было, что он с нетерпением ждал визита; он даже заранее поставил на стол чайный сервиз.

«Пришли» - подумал он при виде человека, которого смущённый Наоцугу проводил в комнату. Широэ ожидал увидеть кого-то другого, но этот человек тоже был в списке его потенциальных гостей.

- Добро пожаловать. - Чародей указал на дубовый стул. Он чувствовал угрызения совести за то, что так проигнорировал своего друга, но сейчас ему нужно было в первую очередь заняться новоприбывшим.

- Нелегко было взобраться на эту гору - сказал Кинджо из клана Куниэ, отряхивая рукав, на котором не было ни одной снежинки. Затем он сел и устремил взгляд фиалковых глаз на Широэ.

- Давно мы не виделись, - сказал Чародей.

- Это зависит от того, как на это посмотреть.

Широэ тяжело вздохнул. Атмосфера уже становилась напряженной.

Он просидел в этой горной хижине больше недели только для того, чтобы поговорить с кем-то из клана Куниэ. Было несколько причин, по которым он выбрал это безлюдное место. Одна из них заключалась в том, что, скорее всего, именно в этом регионе находилась штаб-квартира Куниэ.

«Ну и повезло же мне.»

Широэ был действительно встревожен. С самого начала он был уверен, что переговоры с Куниэ будут не из лёгких.

До недавнего времени он знал об их клане лишь то, что они управляют банковской сетью. Банк, один из удобных элементов системы "Elder Tale", позволял игрокам хранить предметы и золото. Более того, оставленные в тайниках предметы можно было получить в любом банке на территории Ямато. Таким образом, у Куниэ была технология телепортации даже иного типа, чем межгородские врата или заклинание Зов Домой, используемое Авантюристами.

Однако этот загадочный клан предоставлял не только услуги по хранению вкладов. Кроме всего прочего, они предлагали курьерские услуги и держали базар, где люди могли покупать и продавать различные товары. Они также заботились о системе стражи в городах.

Для пользователей "Elder Tale" возможность пользоваться этими услугами была чем-то само собой разумеющимся, как и пользование общественной инфраструктурой. Когда во время создания Совета Круглого Стола Широэ пытался донести до остальных, что Авантюристы не смогут функционировать в этом мире без туземцев, он думал в первую очередь об этих услугах. Правда, в то время он ещё не знал, что их оказывает клан Куниэ. После создания Совета сенаторы - с Широэ во главе - начали искать контакт с таинственными туземцами. Им это удалось довольно быстро, и именно тогда Чародей впервые встретился с Кинджо, возглавлявшим ветвь клана, действовавшую в районе Акибы. Но их встреча не принесла конкретных результатов.

Широэ узнал, что Куниэ контролируют работу различных учреждений по всему Ямато, и именно они оказывают незаменимые услуги Авантюристом. Ему также удалось обменяться любезностями с Кинджо. Но на этом всё и закончилось.

Кинджо не проявлял враждебности к Чародею и не игнорировал его, но красноречиво и с мягкой улыбкой отклонял любые попытки выведать информацию.

Широэ предположил, что если Авантюристы не могли функционировать без туземцев, то туземцы без Авантюристов, вероятно, справились бы. Возможно, они не смогли бы развить цивилизацию, как на Земле, учитывая ужасающих монстров, обитавших в этом мире, но в зонах, исключенных из боевых действий, и при поддержке магических технологий им бы удалось как-то выжить. Клан Куниэ был лучшим примером этого.

Даже если все Авантюристы исчезнут из этого мира, Куниэ, несомненно, сумеет выжить. Но даже в этом случае переговорные карты в руках Широэ были ограничены. Чародей хотел получить их больше, поэтому попытался выудить информацию у Кинджо, проживающего в Акибе. Но представитель Куниэ оказался опытным политиком. Вероятно, он разгадал намерения Широэ и держал в тайне все подробности о клане: от структуры, фактической численности, тайных знаний, местонахождения штаб-квартиры и вплоть до целей и взглядов.

Собственно, всё, что Широэ знал о Куниэ и имеющихся в их распоряжении средствах, он узнал от Ре Гана.

- Это Ре Ган. Мудрец Зеркального Озера, которого вы, вероятно знаете.

- Конечно, мне очень приятно с вами познакомиться. Меня зовут Кинджо, и я представляю клан Куниэ.

- Доброе утро и добро пожаловать. Кто бы мог подумать, что мне удастся встретить одного из вас! - Ре Ган с широкой улыбкой поднял руку в знак приветствия.

Кинджо тоже слегка улыбнулся.

- Это действительно особенный день. Встретиться лицом к лицу с лидером Лог Горизонт, магом Чайной Вечеринки, господином Широэ, и, кроме того, с господином Ре Ганом, Мудрецом Зеркального Озера... Спасибо за приглашение, господин Широэ. Для меня большая честь присутствовать на этом знаменательном событии. Немногие из моего рода удостаивались такой славы. Мои предки, вероятно, даже не представляли, что такой день когда-нибудь наступит.

Ответ Кинджо огорчил Широэ.

Этот человек не был настроен враждебно по отношению к Авантюристам. Он казался немногословным, но это было не потому, что он не понимал тем, которые поднимали Авантюристы. Он просто не раскрывал информацию, которую не хотел раскрывать, а иногда даже скрывал её под пышными, театральными заявлениями - как, например, сейчас.

Широэ был полон сомнений относительно хода этих переговоров. Ему нужно было поговорить с представителем клана Куниэ - он прямо попросил Кинджо передать это сообщение своему начальству. Но он не предполагал, что именно он во плоти явится в Скалистые Слёзы.

Тем не менее, Широэ видел в этой ситуации определенный потенциал. Но, прежде чем он успел подумать об этом, Ре Ган начал болтать с Кинджо на повышенных тонах.

- Момент, который стал ещё более запоминающимся благодаря вашему присутствию. Куниэ... какой загадочный клан! Вы наблюдаете за землями Ямато из тени, вы являетесь наследниками технологий могущественных магических цивилизаций, и вы, один из лидеров, пришли сегодня сюда лично. Это позволяет нам возлагать на вас большие надежды!

- Ожидания?

- Да. Ведь господин Широэ любит удивлять.

- Ну хватит!

«Закончите уже этот спектакль.»

Широэ бросил косой взгляд на Ре Гана, но на истощенном лице туземца играла улыбка, полная восхищения. Он заметил взгляд Чародея. Тот вовсе не собирался ему помогать. А ведь он остроумен.

- Хо-хо...

- Хи-хи-хи.

Широэ смерил хихикающего Ре Гана раздраженным взглядом, а затем решил присоединиться к разговору.

Как я уже писал в своем письме, у меня к вам просьба, - обратился он к Кинджо.

- Речь идёт о займе, не так ли?

Проблема была проста. Широэ нужно было золото.

- Да. Я рад, что мы понимаем друг друга.

- Я думал, что облегчу вам жизнь.

- Большое спасибо.

Широэ предпочел бы провести этот разговор в Акибе. Большинство ключевых членов Совета - с Красти во главе - ушли в крепость Семи Водопадов, так что для охраны самого города оставалось мало людей. Широэ чувствовал неладное. Конечно, Содзиро был на месте, и он наверняка примет соответствующие меры, если что-то случится, но Чародей всё равно не хотел покидать Акибу.

Он пришел в эти горы только потому, что, попытавшись начать переговоры в городе, встретил сопротивление со стороны Кинджо. Хотя молодой лидер Куниэ не прогнал его, он втянул его в долгую, запутанную беседу, избегая при этом какой-либо конкретики. Широэ был всего лишь студентом, и у него не было никаких шансов выиграть словесную дуэль с таким ветераном. Поэтому он был удивлён, что сегодня Кинджо сразу перешел к делу. Но он также был благодарен представителю Куниэ.

- Пожалуйста. Важно избавить себя от трудностей. В нашем клане это прекрасно понимают.

- Ага...

- Раз уж вы проделали такой путь, полагаю, вы знаете, где находится наша штаб-квартира?

- Я слышал от господина Ре Гана.

- Значит, у Мудрецов Зеркального Озера есть такая информация? Похоже, я их недооценил.

- Я подумал, что в порядке вещей знать немного о своем собеседнике, - ответил Широэ с серьезным лицом.

Дело было вовсе не в этикете. Когда они с Ре Ганом анализировали старые манускрипты, то обнаружили, что штаб-квартира Куниэ находится где-то в этом районе. Широэ использовал это как один из козырей. "Я знаю, где ты живешь" - это звучало как реальная угроза. Широэ мог представить, что чувствует человек, услышавший подобное. Он не собирался колебаться или отказываться от этого метода, но это не означало, что ему нравилось его использовать.

Во время призыва Совета его охватил гнев. Ему хотелось кричать, чтобы крупные гильдии объединились и перестали игнорировать проблемы в городе. Ему было плевать, что он угрожает им.

Но клан Куниэ просто выполнял свой долг, который был возложен на них с древнейших времен.

- Я всем сердцем желаю помочь вам и Совету Круглого Стола, но не могу выполнить эту просьбу.

- Почему?

- Потому что это было бы нарушением правил, установленных нашими предками.

Широэ тяжело вздохнул. Он с самого начала знал, что этот разговор будет непростым. Поэтому он обратился за помощью к Ре Гану и провел тщательное расследование. В хрониках не нашлось ни одного упоминания о том, что банк клана Куниэ когда-либо ссужал деньги посторонним или вкладывал их куда-либо. Учреждение принимало золото на хранение, а затем выдавало его владельцу. И больше ничего.

Широэ вспомнил разговор с Кинджо в Акибе. Соотношение заёмного капитала к собственному, кредит, трастовый фонд - эти термины, знакомые всем клиентам банков на Земле, были совершенно чужды Кинджо. Конечно, когда ему объясняли, он понимал их смысл, но не более того.

Банк в Акибе не был банком в земном понимании этого слова, заключил Широэ. Эта организация служила лишь хранилищем, совмещенным с курьерской службой, и капитальные операции в широком смысле слова вовсе не являлись её целью.

Поэтому один вопрос не давал Широэ покоя. Отсутствие банков (в земном понимании) ещё можно было понять, но невозможность занять деньги - это казалось совершенно неестественным. Широэ не был экспертом в этом вопросе, но, насколько он помнил, история финансового кредитования уходила корнями в глубокую древность. Если в здешнем мире, вдохновленном средневековьем, денежного кредитования не существовало, значит, цивилизация была более отсталой, чем предполагал Широэ.

Когда он спросил об этом Ре Гана, то получил недоумевающий взгляд и ни одного внятного ответа. Элисса же утверждала, что аристократы иногда давали более бедным дворянам или фьефам различного рода ссуды, но это случалось крайне редко и, более того, не происходило в народе.

Поэтому здесь купцы не имели большого влияния. Большинство сделок заключалось между дворянами, а купцы выступали лишь в качестве посредников и отвечали за транспорт. Предполагается, что были и туземцы, которые происходили из аристократического сословия, но занимались торговлей.

Более того, княжеские или аристократические семьи вовсе не гарантировали надежность валюты в этом мире. Не правители производили золото, обращающееся в обороте. Его находили после победы над монстрами. Чем больше монстров было убито, тем больше денег выходило на рынок, а значит - увеличивалось предложение денег. Концепция, согласно которой государство отвечает за стабильность валюты, в этой реальности не существовала.

Откуда, следовательно, бралась доверенность этой валюты? Из её общепринятости. Здесь в обращении была всего одна валюта. Она делилась на золотые монеты, половинки и четвертинки, но у неё не было конкретного названия. В отличие от Земли, где существуют йены, доллары, евро и другие валюты, здесь не было необходимости выделять валюту конкретным именем. Просто говорили на неё "золото", "gold" или "золотые монеты". Широэ подозревал, что этой валютой пользовались не только на сервере Ямато, но и на всех других серверах, коротко говоря, во всем мире "Elder Tale".

Так что отсутствие страха, что все ваше богатство однажды превратится в гору ничего не стоящего железа, объяснялось не авторитетом государства, а тем, что в этом мире не существовало другой валюты. В некотором смысле это была более стабильная система, чем земная, где валюта могла потерять свою ценность, если страна, которая её выпускала, разваливалась. Золотые монеты, заработанные в Майхаме, сохранили бы свою ценность, даже если бы Лига Свободных Городов Истала или Священная Империя Вестланда были уничтожены.

Конечно, такой драгоценный слиток, как золото, имел ценность сам по себе, но превращение его в монеты, вероятно, требовало участия кузнеца? Широэ подумал, что сила местной валюты объясняется именно её общепринятостью.

Оставался ещё вопрос о банке, которым управлял клан Куниэ. Хоть на деле это был всего лишь сейф, он обладал высокоразвитыми средствами защиты. Золото, хранившееся в нём, охранялось со всех сторон. Большинство филиалов банка располагались в отдельных зонах, которые дополнительно охранялись стражей. Кроме того, в учреждении использовалась технология идентификации личности, и золото, оставленное в одном отделении, могло быть немедленно изъято в другом. Кроме того, банк был оснащен своеобразным платежным механизмом, включая рынок и расходы, связанные с содержанием приватных зон. Все эти передовые системы были применимы только для торговли золотом. Они были удобны и независимы, что, вероятно, и определило тот факт, что правители этого мира не чеканили собственные монеты.

- Золото здесь зарабатывается после победы над монстром, верно, господин Кинджо?

- Верно.

Широэ решил идти до конца.

- В некоторых сундуках в подземелье вас ждут сотни и даже тысячи золотых монет.

- Удача благоволит храбрецам.

- Раз клан Куниэ не даёт взаймы, почему бы мне не найти того, кто кладёт золото в такие места, и не забрать его прямо из источника?

Часть 5.

Ре Ган не мог сдержать своей радости. Он подружился с Широэ из Лог Горизонта в Древнем Дворце Вечного Льда, и именно по приглашению Чародея посетил эту встречу. От волнения он едва мог усидеть на месте. Ему казалось, что внезапная буря изменила весь пейзаж вокруг.

Ре Ган очень ценил этого твердолобого юношу, который так тщательно скрывал своё прошлое и свои намерения. Чародей был архимагом невероятного таланта. За одну ночь он понял корни и последствия Мирового Сдвига - явления, изучению которого Ре Ган посвятил всю свою жизнь до этого момента.

Ре Ган смотрел на профиль Широэ так пристально, что почти разучился дышать. Этот молодой человек был Авантюристом, а значит, магия была неотъемлемой частью его жизни. Авантюристы, существа невероятной силы, превосходили туземцев почти во всех отношениях. Будь то воины или шпионы, целители или волшебники, они были превосходны в своих областях. Однако это не означало, что все Авантюристы высокого ранга заслуживали, по мнению Ре Гана, звания архимагов. Они обладали исключительными способностями, это факт, но слишком многие использовали эти дары исключительно в бою. Для истинного мага, сознательно постигающего тайны мира, боевая магия должна быть лишь дополнением. Среди этих немногих магов-Авантюристов Широэ был достоин даже титула "архимага".

В феодальном Ямато знания и технологии должны были охраняться. Знания, которыми владел человек, тайно передавались следующему поколению в виде секретных учений и во многих случаях не выходили за пределы строгого круга просветленных. Ре Ган считал, что в этом мире существует четыре пути, чтобы стать настоящим мудрецом. Каждый из них отличался друг от друга; они никогда не пересекались.

Одним из них был путь обучения туземцев, которому следовал и сам Ре Ган. Сюда входило как открытое обучение - например, в магической академии в Цукубе, - так и тайное, которое практиковали мудрецы Зеркального Озера. Как один из них, Ре Ган был обязан охранять Зеркальное Озеро, озеро забытых манускриптов. Он был наследником учёных, бросивших вызов законам, управляющими этим миром.

По другому пути пошли Авантюристы. Туземские учёные во главе с Ре Ганом считали, что Авантюристы владеют совершенно иной магией и знаниями, чем коренные жители Ямато. Магия, необыкновенно сильная, все же имела некоторые общие черты с магией туземцев. Но знания Авантюристов, казалось, исходили из совершенно иного источника.

Может ли быть так, что Авантюристы оставляли фрагменты своих душ в каком-то другом мире? Исследования Ре Гана говорили об этом, и теперь Мудрец был в этом уверен. Более того, имелись признаки того, что этот другой мир каким-то образом связан с Эпохой Богов. Все чудеса и открытия, которые Авантюристы совершили здесь после Катастрофы, имели четкую связь с уникальными технологиями того времени. И Ре Ган с учеными Цукубы уже не сомневались в этом. Они называли это наследием.

Третьим путём получения знаний были способности, которыми обладали Древние. В глазах туземцев они имели статус героев, которые, как и Авантюристы, намного превосходили по мастерству обычных жителей Ямато. Хоть все они представляли один и тот же вид - люди, эльфы, гномы, полуальвы, котолаки, племя волчьих клыков, лисохвостые и ритуальная раса, - Древние и Авантюристы проявляли куда более развитые способности, чем обычные туземцы.

Более того, считается, что Древние с незапамятных времён передавали друг другу тайные знания и, будучи рыцарским орденом - то есть закрытым обществом, - следили за безопасностью этого мира.

И, наконец, четвёртый путь - клан Куниэ. Они были окутаны аурой таинственности, и даже Ре Ган мог лишь строить о них догадки. Конечно, это были туземцы, но они не принадлежали ни к ассоциации учёных Цукубы, ни к Мудрецам Зеркального Озера. Считалось, что Куниэ - наследники древних технологий Альвов, и их влияние распространилось не только на Ямато, но и на материк.

В том, что касалось сбора и хранения древних знаний, Куниэ чем-то напоминали Мудрецов Зеркального Озера, но, в отличие от учёных, клан Кинджо не распространял эти знания. Именно этот герметизм больше всего отличал Куниэ от туземских учёных. Куниэ не искали прямых контактов с другими туземцами, более того, они даже не проводили никаких исследований. Они не были охвачены научным любопытством и избегали тесных связей с внешним миром.

На протяжении многих лет Мудрецы Зеркального Озера, жаждущие знаний в самых разных областях, не раз пытались установить контакт с кланом Куниэ. Однако не сохранилось ни одной записи, свидетельствующей об успешности этих попыток обмена информацией.

Но теперь представитель таинственного клана сидел за одним столом с Широэ и Ре Ганом. Поэтому волнение Мудреца не должно было никого удивить.

Было очевидно, что слова Широэ произвели на молодого предводителя Куниэ сильное впечатление. Кинджо резко втянул воздух, но тут же вновь обрел самообладание и принял маску безразличия. Он долго молчал, пока наконец не спросил:

- Вы думаете, это возможно, господин Широэ?

Чародей посмотрел на Ре Гана и слегка кивнул. Мудрец понял, что теперь настала его очередь. Стараясь сдержать бешеное сердцебиение, он начал говорить:

- Господин Широэ поднимает вопрос, над которым никто никогда не задумывался. Но если задуматься, в конце концов, это действительно одна из великих загадок этого мира. И в каком-то смысле она дополняет концепцию духа. Монстры постоянно перерождаются. Оставим в стороне вопрос о душе - но откуда берётся золото, которым они наделены? Должен быть какой-то механизм, который обеспечивает их им. Если взглянуть на это под новым углом, вы обнаружите, что в книгах нашего братства есть множество подсказок на этот счёт. Я знаю, потому что читал их внимательно.

Ре Ган рефлекторно поднял пальцем аметистовую диадему, которую носил, и почесал лоб. Это магическое украшение наделило его исключительной памятью и проницательностью, но всё же это был металлический обруч. Ре Ган совсем недавно получил его от своего предшественника и всё ещё не мог к нему привыкнуть. Хотя он должен был признать, что без этой диадемы он не смог бы так быстро изучить тему, о которой его попросила Широэ. Тем не менее книги и записи, оставленные бывшими мудрецами, оказались крайне важны. Без них он не нашел бы ни одной зацепки.

- В книгах я также нашел информацию о местонахождении Куниэ. И о золоте, принадлежащем клану, тоже.

Кинджо не ответил. Его лицо напоминало непроницаемую маску.

Ре Ган просто задавал вопросы. Он всегда так делал. Члены братства Зеркального Озера накапливали знания. Любая полученная информация порождала новые вопросы. А ответы на них расширяли копилку знаний. И они порождали еще больше вопросов, которые решали мудрецы. И так далее, и так далее.

- В книгах говорится, что на самом дне Бездны Пальм лежит огромное месторождение золота. Там есть забытый подземный сад и бурная река, а золото появляется из ниоткуда и рассыпается в воздухе. Повелитель мёртвых создал свою армию именно для того, чтобы добыть это золото. Так гласят манускрипты. Мой предшественник, живший пятнадцать поколений назад, участвовал в обороне месторождения, и именно он запечатал Бездну Пальм.

Не раз Мудрецы Зеркального Озера оказывали помощь другим. Вместе со знаниями братство приобретало и всевозможные магические предметы. Некоторые из них были прокляты, некоторые - нет, но все они могли оказаться очень опасными, если их использовать не по назначению. Те, кто доверял мудрецам эти предметы - а многие из них принадлежали к знати, - хотели, чтобы они были запечатаны в надёжном месте.

Выполнение подобных просьб помогло прославить Зеркальное озеро, а заодно и расширить базу знаний братства. Более того, получив доступ к уникальным артефактам, Мудрецы обзавелись предметами для изучения. Они углубились в искусство запечатывания из чисто прагматических соображений и использовали его не только для хранения предметов, но и для запечатывания регионов или конкретных мест.

- Давным-давно, в приключении под названием "Девять Подземелий Хелота", я приобрел так называемый Ключ Вечной Тьмы. Это предмет, созданный Мудрецами Зеркального Озера, верно? - вмешался Широэ.

Ре Ган кивнул.

- С помощью этого ключа мы смогли выполнить задание в Девяти Подземельях. Эта область была запечатана давным-давно Мудрецом Зеркального Озера... хотя я не знаю, в каком поколении. Есть и другие запечатанные зоны. Ту, о которой говорит Ре Ган, мы проверили лично.

По спине Ре Гана пробежала дрожь. Он был учёным, его боевая магия не была на высоком уровне. Правда, он мог справиться с рыцарями какого-нибудь мелкого феодала, но с Авантюристами у него не было ни малейшего шанса. Тем не менее в сопровождении Широэ и своего близкого друга Наоцугу он отправился в самые глубины подземного лабиринта.

В книгах братства говорилось лишь о том, что печать поставлена, но ничего не говорилось о том, как её снять, и о предметах, связанных с ней. Прибыв на место, они обнаружили массивные бронзовые двери высотой десять метров, которые действительно были запечатаны. Ре Ган смог открыть их без особых проблем, поскольку способ наложения печати относился к тайным искусствам, которыми он овладел как Мудрец Зеркального Озера.

Он не знал, что Широэ имел в виду под "нереализованными зонами", но, исследуя рукописи, обнаружил, что в Ямато существуют десятки таких запечатанных дверей. И хотя не все они были запечатаны членами братства Ре Гана, во многие здания и места по каким-то причинам вход был запрещён.

- Вы хотите приобрести золото на этом месторождении?

- Да.

- И вы утверждаете, что наш клан имеет какое-то отношение к этому месторождению?

- Да.

Кинджо, видимо, пришел в себя, потому что продолжил говорить.

- Взять золото с месторождения будет равносильно краже. Значит, Совет Круглого Стола намерен украсть это золото? - холодно спросил лидер Куниэ.

Эти слова вселили в Ре Гана уверенность. На дне Бездны Пальм находилось вращающееся месторождение золота. Клан Куниэ, с другой стороны, был каким-то образом связан с ним. Ре Ган догадался об этом, прочитав манускрипты, но у него не было конкретных доказательств, подтверждающих связь между золотом и Куниэ. Он поделился этими опасениями с Широэ, и тогда Чародей предложил им самим выяснить, кто из них в этом замешан. Так они получили ответ на один из мучивших их вопросов.

Куниэ был связан с тайной концепции духа. Реакция Кинджо подтверждала это. Хотя Ре Ган ещё не получил весомых доказательств, он уже мог сказать, что тайны, скрываемые кланом, доходят до самых глубоких загадок устройства этого мира. Ре Гану захотелось прыгать от радости. Концепция духа была его величайшим достижением. Сейчас он не мог пить, но с удовольствием выпил бы кубок вина.

Однако в голосе Широэ слышалась горечь.

- Именно поэтому я попросил о встрече. Мы не хотим иметь врага в клане Куниэ, вы очень важны для нас. Даже если я получу это золото, без вашей помощи в будущем мне не достичь своей цели.

-Как... Для чего вы планируете использовать золото, господин Широэ?

- Если я раскрою свою цель, могу ли я рассчитывать на ваше сотрудничество?

- Нет. Закон есть закон.

- Господин Кинджо...

Широэ сжал губы в узкую линию, как будто боролся с сильной болью. Тем не менее он не сдавался. Он отчаянно пытался сохранить тонкую нить понимания.

- Господин Кинджо, я понимаю, как много значит воля предков. Возможно, как Авантюрист я не в состоянии постичь всё, но я понимаю, что эти правила действуют с Эпохи Богов. Я не собираюсь просить вас нарушать их. Я не хочу заставлять вас делать то, что было запрещено. Я просто хочу, чтобы вы рассмотрели варианты, которые лежат за рамками, установленными этими правилами.

Кинджо продолжал молчать. Неподвижный, с закрытыми глазами, он напоминал стальную статую.

- В конце концов, после Катастрофы правила изменились. Наступила новая эра. Мир не стоит на месте, он продолжает меняться, поэтому, несомненно...

Слова Широэ не дошли до Кинджо. Радость Ре Гана начала тускнеть, словно солнце, скрывшееся за тучами. Он не до конца понимал, что происходит на его глазах. Он с детства изучал только теорию магии и различные феномены, поэтому не мог полностью осознать происходящее, но чувствовал, что что-то рушится.

Если бы кто-то захотел дать этому явлению название, то, скорее всего, оно звучало бы как "переговоры". Но, по мнению Ре Гана, этого слова было недостаточно, чтобы описать, насколько важным было это дело, которое сегодня закончилось неудачей. Из четырёх мудрецов этого мира трое собрались за столом и ничего не добились? Он даже не заметил, как крепко сжал кулаки.

Часть 6.

Несмотря на пылающий в камине огонь, в комнате царила ледяная атмосфера. Наоцугу наблюдал за спиной Широэ, который, сгорбившись, подкладывал дрова в очаг. Они уже убрали со стола и расстелили на полу два спальных мешка.

Переговоры с Кинджо ни к чему не привели.

«У него спина кривая» - подумал Наоцугу.

Широэ был подавлен. Он подправлял кочергой расположение дров. Возможно, он делал это потому, что они собирались ложиться спать, но с таким кислым лицом казалось, что он просто бесцельно долбит огонь.

После сегодняшнего фиаско на переговорах Широэ, вероятно, было о чем подумать. Наоцугу внимательно слушал весь разговор, впервые за долгое время видя своего друга таким загнанным в угол. Чародей выглядел гораздо более беспомощным, чем в день создания Совета.

- Широэ.

- Хм?

- Отдохни уже и ложись спать.

- Угу.

Широэ подошел к спальному мешку, но вместо того, чтобы лечь, сел на него по-турецки, как и Наоцугу. На Земле спальные мешки изготавливались из высококачественного волокна, что делало их тонкими и легкими. В этом мире, однако, таких современных теплоизоляционных материалов ещё не изобрели, поэтому большинство спальных мешков шили из войлока. Они защищали от холода не так хорошо, как земные изделия, но были вполне удобны благодаря толщине материала. В сочетании с длинным ворсом ковра они служили отличной поверхностью для сидения.

- Выпьешь? - Наоцугу указал на кружку, в которую налил глинтвейн.

Широэ ещё раз сморщил нос, словно нюхая воздух, и ответил:

- Нет, спасибо.

«А должен» - подумал Наоцугу, но не собирался принуждать друга.

По мнению Защитника, в такие вечера лучше всего упиться до бесчувствия, растянуться поудобнее и хорошенько выспаться, но у Широэ был другой подход. К тому же Наоцугу знал, что если оставить его на время в покое, то Чародей со временем вернёт своё настроение. Не нужно было навязывать ему компанию.

- Не вышло, да?

- Угу - ответил Широэ с мрачным лицом.

Хотя Наоцугу считал, что Чародей вовсе не потерпел неудачу. Не зная деталей плана, он понимал, что Широэ нужно огромное количество золота. Такое, которое он не сможет получить от Авантюристов. Очевидно, что источники и способы получения этих средств были ограничены.

Слушая разговор с Кинджо, Наоцугу примерно догадался, что задумал Широэ. Он пытался использовать системные настройки "Elder Tale" в своих интересах.

Убив монстра, Авантюристы получали золото, которым обладал монстр. Оно доставалось не только разумным человекоподобным монстрам, вооруженным инструментами или охраняющим сокровища, но и всем остальным, даже животным, например диким собакам.

За этим не стояло никакой глубокой философии. В "Elder Tale" геймплей был основан на том, что сила героев возрастала после того, как они убивали монстра и забирали всё, что у них было. Поэтому из противников выпадало золото. Именно так и работала игра.

Однако система должна быть как-то обоснована, иначе "Elder Tale" перестанет быть интересной. Поэтому создатели вносили в представленный мир различные элементы. Например, тем, о чём сегодня шла речь: теорией о существовании мощного древнего магического механизма, наделяющего души возрождённых монстров золотом.

Это звучало абсурдно, но, если слитки действительно выпадали из монстров, это должно было быть чем-то обусловлено. В конце концов, они видели это собственными глазами. Теперь Широэ пытался использовать эту связь. Наоцугу чувствовал, что, по крайней мере, в этом отношении его друг преуспел.

- Поэтому давайте встретимся там. В забытом подземном саду у бурлящей реки, где золото появляется из ниоткуда и рассыпается в воздухе. Но чтобы добраться до него, вам понадобится множество отважных воинов. Как же вы доберетесь до источника, расположенного на самом дне бездны? Ответ нашего клана будет зависеть от результатов вашей экспедиции, господин Широэ.

Это были последние слова молодого лидера Куниэ. Кто живёт мечом...

Широэ узнал, что в неизвестном районе глубоко под землёй находится огромное месторождение золота. Он собрал доказательства, провёл разведку, даже снял печать и подтвердил, что туда можно проникнуть. Затем он сообщил об этом клану Куниэ, который, вероятно, владел этим месторождением. Уже тогда Широэ добился успеха. Наоцугу даже считал, что его другу вовсе не нужно было идти и разговаривать с Кинджо. Они обнаружили подземный участок, знали, что там есть сокровища и что до них можно добраться. Оставалось только сделать это и забрать золото. Сделав это, они получили бы огромное богатство.

«То есть Широэ должен быть подавлен по какой-то другой причине.»

Ответ был очевиден. Его проблемный товарищ хотел поговорить с Куниэ, хотя ему это было совсем не нужно. "У меня нет плана. Придется просто умолять. Убедить его, несмотря ни на что". - Так сказал Широэ, прежде чем они начали переговоры. "У меня нет плана". Тогда Наоцугу показалось, что Чародей говорит это из врожденной скромности, но на самом деле, похоже, он не разработал никакой стратегии.

«Неуклюжий из него парень.» - Наоцугу усмехнулся.

Чтобы достичь своей цели, Широэ всегда планировал всё заранее и тщательно готовился. В этот раз он тоже готовился долго - Наоцугу лично сопровождал его в экспедиции в самые глубокие зоны Бездны. Но, судя по словам Ре Гана, весь процесс начался гораздо раньше. Каждый вечер Широэ сидел в своём кабинете, собирая и анализируя различную информацию. Судя по всему, часть из них была просто подготовкой к сегодняшнему разговору.

Чародей нуждался в этом золоте. И все его усилия привели к тому, что сегодня клан Куниэ дал обещание. Теперь им оставалось только пробиться в новую подземную зону и получить золото. Однако Широэ хотел чего-то большего. У него была какая-то большая и отдалённая цель.

Когда ему была важна чья-то дружба, Чародей не строил планов. Он был искренен до крайности. Он не хотел насильно проникать в подземье и красть золото, не хотел застать Куниэ врасплох, не хотел никого обманывать. Короче говоря, он хотел подружиться с Кинджо и был подавлен тем, что ему это не удалось. Наоцугу знал обо всем этом, поэтому мог только сказать: "Не вышло".

- Но у меня сложилось впечатление, что ты совсем не в себе.

- В смысле?

- Мне показалось, что ты не можешь выразить свои мысли. Как будто ты кружишь вокруг темы.

- Ага.

Наоцугу это бесконечно раздражало, поэтому он обратил на это внимание своего друга. Однако тот, вместо того чтобы спорить, просто неосознанно согласился с ним.

«Он замыкается в себе.» - Наоцугу тяжело вздохнул.

Следовало ожидать, что из сегодняшних переговоров мало что получится. Куниэ были загадкой и никогда ничего о себе не рассказывали. Широэ же вообще не стал объяснять, почему ему так нужно золото. Не признался он и в том, что очень хотел заставить собеседника понять его позицию и уступить просьбе. Как у одной, так и у другой стороны было слишком много секретов.

В такой ситуации у переговоров не было шансов на успех. Даже Наоцугу знал это, хотя работал в торговле всего первый год.

Если бы речь шла - как это всегда бывает - о продаже перца оптом по две тысячи четыреста пятьдесят иен за килограмм, дело было бы простым. Вы принимаете заказ, доставляете товар и выписываете счёт-фактуру. Никаких переговоров для этого не нужно. Но всё обстоит иначе, если вы хотите предложить кому-то новый товар или заключить долгосрочный контракт. Для этого нужно хорошо знать своего делового партнера и подробно изложить ему свою ситуацию. Не думайте только о себе, а обсудите вместе потребности и надежды обеих сторон. Это очень важно. Всё остальное - вопрос доброй воли. Очевидно, что если вы хотели убедить партнера в своих доводах, то и сами должны были пойти на некоторые уступки.

Поэтому было предсказуемо, что сегодняшние переговоры провалятся. Широэ и Кинджо упорно скрывали свои карты. И от Наоцугу тоже - Защитник так и не понял, зачем Широэ понадобилось золото. И почему он так торопился.

Чародей может приоткрыть завесу этой великой тайны.

- Широэ, о чем ты сейчас думаешь?

- Хм...

- Я знаю, что это ещё не конец, так что выкинь это из головы. Всё, что тебя беспокоит.

- Что меня беспокоит... Что меня беспокоит... - пробормотал Широэ, как заведённый. Затем он тяжело рухнул на спину и застонал:

- Наоцугуу.

- Да?

- Кинджо сказал, что нам понадобится много храбрых воинов, чтобы добраться до золота, верно?

- Ну - уклончиво ответил Защитник. Он не понимал, к чему клонит Широэ. Они знали, где находится золото. Он думал, что Широэ беспокоится о том, как улучшить отношения с Куниэ. Так почему же он упомянул этих воинов?

-Похоже, нам нужно готовиться к рейду. Очевидно. Поэтому... ну, это будет тяжело.

- Почему?

- Потому что у нас нет людей.

-Что...? - Наоцугу выпучил глаза. Даже он предвидел необходимость рейда. В "Elder Tale" неисследованные зоны, лежащие глубоко на дне подземелья за таинственными вратами, обычно означали рейдерские зоны. Завоевать их было хоть и сложно, но всё же возможно. Авантюристы были бессмертны, а в распоряжении Широэ и Совета, в конце концов, имелись огромные людские и материальные ресурсы. Экспедиция могла занять некоторое время, но это была единственная проблема.

- Почти все гильдии-члены Совета находятся под наблюдением. Ситуация чудовищно нестабильна, и теперь мы не можем избавиться от этой слежки. Минами не может понять, что я делаю, по крайней мере пока.

Наоцугу раздвинул губы. Широэ не хотел использовать силы Совета в своих интересах. Он не хотел, чтобы Минами узнала об этой акции. Он не мог раскрыть конечную цель. Получается, что он практически играл со связанными руками? Кроме того, они были ограничены во времени. Поскольку Широэ не хотел, чтобы Минами узнала правду, медлить было нельзя. Наоцугу наконец понял, почему его друг тайно покинул Акибу. Все, кроме членов Лог Горизонта, думали, что Чародей сидит, заваленный бумагами, в своём кабинете. Они должны были выполнить задание до того, как люди поймут, что Широэ исчез. С самого начала их время было ограничено!

- Ты мазохист - пробормотал Наоцугу.

- Мне это совсем не нравится, - отрицал Чародей, всё ещё лежа на спальном мешке. - Напротив, я всё ещё придумываю, как облегчить себе жизнь здесь.

Наоцугу вздохнул. Однако он знал, что Широэ не лжёт. Чародей действительно так думал. Для достижения цели он всегда использовал самый быстрый способ с наибольшими шансами на успех, и так было ещё во времена Сумасшедшей Чайной Вечеринки. Если метод казался проблематичным и надуманным, это означало, что сама проблема чудовищно сложна.

Поэтому этот запутанный и извилистый путь на самом деле был самым коротким. Все планы Широэ выглядели именно так. Когда он ставил перед собой цель, то никогда не шёл на компромисс. Даже если это означало, что ему придется ворчать, как сейчас.

«Хотя половина его размышлений - это беспокойство сверх меры. В конце концов, есть так много людей, готовых помочь ему, если только он наконец расскажет, что его беспокоит.»

- Ага, ну что ж, значит не получится - ответил Наоцугу, несмотря на то, что на самом деле думал.

Широэ был из тех людей, которые в конце концов понимают то, что нужно понять. Он не упускал из виду действительно важные вещи. И если бы возникла такая угроза, Наоцугу лично ударил бы его по затылку.

Казалось, Широэ торопится. Однако Наоцугу знал, что даже в такой спешке его друг должен дать себе достаточно времени, пока не будет уверен в своём решении. И так было не только у него - у всех мужчин. Наоцугу тоже случалось добиваться чего-то с одержимым упрямством. Несмотря на то что он создавал проблемы другим, он был полон решимости сделать всё сам. Он считал, что такие усилия необходимы всем - и в первую очередь Широэ.

Все считали Чародея стратегом и мыслителем, но Наоцугу знал, что его друг на самом деле довольно неуклюж. Поэтому ему нужно время, чтобы всё обдумать и разобраться со своими проблемами. И Наоцугу просто сопровождал его во время этих размышлений. Ему не нужно было ни о чём беспокоиться. Широэ сделает всё возможное, чтобы достичь результата, который его порадует. Именно таким человеком он и был. Он делал всё, что мог, и ничего не делал наполовину.

- Поэтому нам нужно собрать команду для рейда. Не волнуйся, всё будет хорошо.

-Я знаю, будет ли это... - пробормотал Чародей.

- Будет! - весело крикнул Наоцугу, а затем с широкой улыбкой похлопал друга по спине. Он верил, что даже при самом плохом раскладе всё можно как-то исправить, хотя вслух этого уже не говорил.

Кроме того, Широэ обязательно застанет солнце, поднимающееся над горизонтом. Во времена Чайной Вечеринки это было обязательным условием успеха любой из их экспедиций. Наоцугу решил с нетерпением ждать этого зрелища.

За долгие годы знакомства с Широэ у них не раз случались подобные ночи.

Часть 1.

В отличие от обычных командных экспедиций, в которых участвовало до шести человек, в рейдах участвовали более крупные группы Авантюристов, чтобы вместе выполнить конкретное задание. В "Elder Tale" многие пользователи брались за эти чрезвычайно сложные испытания. Кроме того, в конце самых сложных квестов часто ожидали рейдовые сражения.

Существовали различные типы рейдов, основное отличие которых заключалось в количестве участников. Самым большим был так называемый рейд легиона, в котором участвовало девяносто шесть человек, но на Ямато лишь несколько квестов требовали такого большого количества участников.

Наибольшей популярностью пользовались полные рейды. Они считались эссенцией того, что делало сражения особенными. Полный рейд проводился четырьмя командами по шесть человек, и его прохождение давало прекрасную возможность заявить о себе на сервере. Когда "Elder Tale" ещё была игрой, каждые выходные появлялись прогнозы о том, чего добьются крупные гильдии в этот раз, а затем и их реальные достижения. Пользователи всегда с нетерпением ждали этих новостей.

Сумасшедшая Чайная Вечеринка, к которой когда-то принадлежал Широэ, также принимала активное участие в полноценных рейдах. Отчасти это объяснялось тем, что в рейдах легиона, где с подкреплением требовалось более сотни участников, у Чайной Вечеринки не было шансов против самых крупных гильдий. Но не менее важно было и то, что именно полные рейды вызывали интерес всего сервера и давали отличный шанс выделиться.

Вопреки распространенному мнению, мощное снаряжение было вовсе не самым важным в этих кампаниях. Если бы для завершения рейда требовались предметы или особые навыки, которые можно было бы получить только в рейдах, мало кто смог бы присоединиться. Даже самое сложное задание планировалось таким образом, чтобы его можно было выполнить. Иначе разработчикам было бы не для кого вводить этот продвинутый контент.

Рейды должны быть сложными, чтобы подогреть амбиции пользователей, но при этом не должны быть непроходимыми. Поэтому подготовка такого приключения потребовала от разработчиков большого мастерства и опыта.

Так каковы же черты хорошего рейда?

В одном из дизайнерских писем или сообщений, регулярно рассылаемых пользователям, было написано: "Хороший рейд даёт вам возможность расти вместе с вашими товарищами".

Широэ согласился с этими словами.

Рейды — это очень сложные сценарии, которые группа игроков с определенным снаряжением и определенными уровнями проходила путём интенсивных тренировок. В ходе тренировок отрабатывался механизм рейда, анализировались характеристики врагов, разрабатывалась соответствующая стратегия и отрабатывалась координация действий для её реализации.

Разумеется, навыки персонажа пользователя также имели огромное значение. С ними рейд можно было пройти хотя бы силой. Но рано или поздно такой игрок выбивался из колеи на элементе, который требовал размышлений и должной практики. Для того чтобы пройти эти испытания, требовалось общее понимание цели и общение, иными словами, человеческая связь, которая выходила далеко за рамки снаряжения или навыков персонажа.

Одним словом, если вы всерьёз собирались завершить рейд, вам нужны были компаньоны и даже друзья, на которых можно было положиться. Координация требовала времени. Если вы вступали в бой в составе случайной группы Авантюристов, сложность задачи и стресс только усугубляли и без того непрочные отношения между вами, а это могло привести к распаду группы.

Именно по этой причине Широэ сейчас отправился в путь. В ходе кампании на полуостров Песчаного Листа он приобрёл много новых друзей. Он и так был широко известным ветераном "Elder Tale" в свои игровые годы, но Катастрофа и Совет Круглого Стола расширили круг его общения настолько, что он и не ожидал. Но теперь он не мог воспользоваться своей сетью связи. Если бы он обратился к крупным рейдерским гильдиям - например, к D.D.D., Рыцарям Чёрного Меча или Бригаде Западного Ветра, - миссия имела бы наибольшие шансы на успех, но он должен был предположить, что все основные силы в Акибе сейчас находятся под присмотром Плэнт Хвайден и других групп. На самом деле ему не нужно было гадать - он был уверен в этом. Поэтому он не мог воспользоваться помощью друзей из гильдий.

Конечно, в Акибе было много опытных одиночных игроков. Но рейд создавался с учётом особенностей групп, и слаженность действий участников была неотъемлемым условием его завершения. У команды, собранной наспех, было гораздо меньше шансов на победу. При обычных обстоятельствах Широэ мог бы вдумчиво подбирать себе компаньонов и следить за развитием отношений между ними, но в этот раз у него не было на это времени. Задание нужно было выполнить как можно быстрее, поэтому о формировании отряда с нуля не могло быть и речи.

«Если бы только Сумасшедшая Чайная Вечеринка всё ещё существовала...»

Эти сорванцы без сомнений пошли бы на любой рейд. Широэ по-прежнему, как будто это было вчера, видел Нурукана или Тори, выходящих в бой с весёлыми выкриками. Канами и её товарищи в самом безумном вызове видели только возможность выделиться. Для этой задачи они подходили бы идеально. Действительно жаль.

- Хорошо. Я в деле.

Услышав этот ответ, Широэ вздохнул с облегчением. Сидящий перед ним сереброволосый мужчина без колебаний выполнил его просьбу.

Они находились в Сусукино, одном из пяти городов игроков в Ямато. Он соответствовал земному Саппоро, столице Хоккайдо. Большой бар в центре Сусукино теперь служил штаб-квартирой гильдии Серебряного Меча.

Здание с высокими потолками было очень просторным, и в нём не чувствовалось тяжелого сырого воздуха, который обычно царит в барах. На деревянной скамейке, больше похожей на диван, сидел Уильям Массачусетс по прозвищу "Мифриловые Глаза". Его волосы были завязаны, и он пристально смотрел на Широэ.

- Спасибо. Ты уверен, что не хочешь узнать подробности?

- Держу пари, ты расскажешь мне всё, даже не спрашивая.

Сидя напротив гильдмастера Серебряного Меча, Чародей перебирал в голове то, что хотел донести до него. Уильям уже согласился, и теперь Широэ оставалось только объяснить ему план и закрепить их партнерство.

После встречи, посвященной созданию Совета, Широэ уже знал, что Уильям не из терпеливых. Поэтому с объяснениями не стоило затягивать. Они разделились с Наоцугу, чтобы ускорить процесс вербовки, и Широэ хотел вернуться из штаб-квартиры Серебряного Меча с хорошими новостями.

- Цель - новая рейдовая зона, в которую можно попасть с самого глубокого уровня Бездны Пальм. Мы уже провели первичную разведку, это задание для полноценного рейда. Мы исследовали эту зону и сняли печать в рамках квеста. Уровень врагов начинается с восемьдесят девятого, поэтому я предполагаю, что уровень сложности будет очень высоким.

- Ага.

После разговора с Кинджо Широэ и его спутники снова отправились на дно Бездны Пальм. Печать всё ещё была действующей, но Ре Ган изменил её так, чтобы через врата могли пройти те, кто получил его разрешение. Таким образом, Чародей смог исследовать подземелье и подтвердил свои подозрения: за дверью находилась рейдовая зона.

Внутри находились древние руины с очень высокими сводами, так что местность выглядела как подземное продолжение Бездны Пальм; это было причудливое сочетание скальных арок, пустот и руин многочисленных храмов. То тут, то там его освещали светящиеся кристаллы.

Чудовища, которых они видели издалека, напоминали коричневато-желтые желе. Такие существа неопределенной формы часто встречались в запечатанных подземельях. Эти были восемьдесят девятого уровня. В обычных условиях с чудовищем такого уровня справились бы Широэ или Наоцугу, но враги в этой зоне имели рейдовые ранги и предназначались в качестве противников для полноценной группы, а именно двадцати четырёх Авантюристов восемьдесят девятого уровня. Поэтому Чародей и его спутники отступили, так и не начав бой. Более того, как и предполагал Широэ, в зоне было ограничение на количество людей - двадцать четыре Авантюриста. Очевидно, это было сделано для того, чтобы предотвратить штурм подземелья более многочисленной группой.

Уильям слушал лаконичное объяснение Широэ со слабой улыбкой. Несомненно, из этих нескольких предложений он извлёк много полезной информации и на их основе сделал анализ, достойный настоящего ветерана рейдов.

- Что за противники? Приблизительно.

- Судя по тому, что мы видели, в основном слизь. Более пяти метров в диаметре. Основываясь на легендах и конструкции подземелья, я предполагаю, что можно ожидать гигантов или мифических зверей, но это только моё предположение.

- Гиганты, хм?

В “Elder Tale” были представлены всевозможные монстры. По сути, единственным ограничением в этом плане была фантазия создателей. Поэтому монстры делились на несколько категорий. К одной из таких категорий относились, например, сахуагины или гоблины, с которыми Авантюристы сражались на Песчаном Листе. Была также категория нежити, в которую входили, например, скелеты и могучие мифические звери - драконорождённые.

Одна из таких групп состояла из гигантов и, как следует из названия, включала в себя гигантских человекоподобных существ. Это были противники, довольно часто встречающиеся на архипелаге Ямато; их логова располагались в основном к северу от Канто. Гиганты делились на разные виды, такие как циклопы или ледяные гиганты, но все они проявляли некоторые общие черты: высокий уровень HP, большая сила атаки и низкая ловкость. Вопреки распространённому мнению, гиганты продвинутого уровня также могли использовать мощные магические атаки и были гораздо более сильными противниками, чем, например, дикие звери типа волкодлаков или дендроидов.

- Отлично. Мы обходим их стороной с тех пор, как оказались в Сусукино - сказал Уильям.

Широэ кивнул головой. Собственно, это была одна из причин, по которой он решил обратиться за помощью к Серебряному Мечу. Через местный Хоккайдо - то есть империю Эдзо - проходила линия фронта войны между туземцами и гигантами. Поэтому, покинув Акибу, гильдия Уильяма перебралась в город, который был переполнен квестами на истребление этих чудовищ, и была одной из немногих групп, способных справиться с такой задачей. Широэ знал об этом, поэтому и обратился к Серебряному Мечу.

- Но это будет не так просто - предупредил Уильям со своим привычным упрямым выражением лица. - В Серебряном Мече сейчас перерыв. Нам не хватает людей.

- Что?

- Многие не справлялись с рейдами. Другие решили, что останутся в гильдии, но уйдут из рейдов, а третьи решили, что поселятся в Сусукино навсегда.

Это была тревожная новость.

- Отставка, если уж на то пошло. В лёгком рейде мы ещё могли бы справиться, но в сложном - шансов нет. И вот тут-то и начнутся настоящие трудности. Мы достигли девяносто пятого, но всё равно будет нелегко. И я наберу максимум двадцать человек.

- Это из-за потери памяти?

Широэ задался вопросом, не отпугнула ли членов Серебряного Меча перспектива потерять свои воспоминания, но Уильям отрицательно покачал головой.

- Для меня это выдумка. Никто здесь не верит в эту потерю памяти. Люди боятся не этого. И монстров тоже.

- Что же тогда?

Широэ был поражен. Он понимал, что люди могли бояться сражаться. Даже если Авантюристы возрождались в этом мире, перспектива потерять свою жизнь вызывала у них страх. Авантюристы испытывали не только боль от потери более половины очков здоровья, но и лёгкое покалывание в мышцах, и даже в момент смерти это не было невыносимым ощущением. Однако вид стального клинка, вонзённого в собственную грудь, вывел бы из равновесия даже самого уравновешенного Авантюриста. Можно было сойти с ума, глядя, как зверь раздирает когтями кожу или поедает внутренности. Смерть внушала страх, как ничто другое.

Даже самые сильные гильдии не брались за самые сложные рейды со времени Катастрофы. Прежде всего - значительно вырос уровень их сложности. Уже во время обычных сражений у Авантюристов возникали проблемы с полем зрения или контролем статусов, а многие сообщали, что не могут победить монстров того уровня, с которым они легко справлялись в игре. По этой причине главные гильдии также предпочли менее сложные рейды.

«Поэтому я бы понял, если бы люди отказывались от рейдов из-за страха смерти.»

- Чего они боятся?

- Ши... Господин Широэ...

- Достаточно Широэ.

- Хорошо. Сколько раз ты умирал с тех пор?

Чародей признал, что "с тех пор" означает Катастрофу. Он признавал это не единожды. Услышав такой ответ, Уильям скривился и посмотрел в сторону. Он не выглядел раздражённым, скорее растерянным.

- Это трудно объяснить тому, кто не прошел через это сам.

- Что это значит?

- Ты увидишь, когда умрёшь сам. Ты увидишь, насколько ты слаб. Жалкий и ничтожный. Если ты умрёшь сто раз, сто раз ты это поймёшь. Некоторые люди не выдерживают и сдаются.

Уильям прикусил губу. Он выглядел как обычный мальчик. Перед Широэ стоял молодой предводитель рейдов, которого мучила какая-то невыносимая печаль. Чародей чувствовал в этом мальчике что-то такое, что ему следовало бы попытаться понять. Однако он не стал раздумывать над этим.

Где-то за его спиной раздался грохот. Широэ обернулся и увидел знакомого мужчину, несущегося на него, как разъярённый бык.

Часть 2.

В это же время Наоцугу и Ре Ган бродили по улицам столицы Эдзо.

Был декабрь. Зимний Сусукино сверкал серебром под ясным голубым небом. Наоцугу и Ре Ган шли по широкой улице города. Они посещали в основном рестораны, иногда скверы. Они пытались набрать участников для рейда несколько иным способом, чем Широэ.

В "Elder Tale" достаточно было взглянуть на человека, и на экране сразу же появлялись его имя, профессия и уровень. Принятие человека в рейдовую группу определялось и другими факторами: гильдией, к которой принадлежал Авантюрист, его снаряжением, поведением, манерой речи. Широэ утверждал, что создание команды из одиночек может затруднить прохождение рейда, но ведь и Чайная Вечеринка изначально была собранием одиночек. Наоцугу считал, что в конечном итоге следует доверять интуиции, поэтому они с Широэ решили разделиться для поиска в городе.

- Вы набираете людей? - спросил присевший на корточки учёный у Наоцугу.

- Именно так. Двадцать человек сразу, конечно, не наберётся, но я хотел хотя бы потенциально кого-то подцепить.

- Неужели это так просто? Найти смельчаков, готовых рискнуть?

- Иногда просто, иногда нет, - уклончиво ответил Наоцугу, а затем огляделся по сторонам.

В Сусукино было гораздо спокойнее, чем во время их последнего пребывания на севере. Это больше не был захудалый городишко, где Авантюристы смотрели друг на друга с завистью или ненавистью. Очевидно, присутствие Серебряного Меча благотворно сказалось на общей ситуации. Наоцугу немного слышал об этом от Широэ. Гильдия Уильяма покинула Акибу и двинулась на север в поисках удобного места для рейдов, и это в значительной степени повлияло на атмосферу в самом Сусукино. Серебряный Меч спас город, который к тому времени уже практически превратился в зону беззакония. Гильдия Уильяма, возможно, и не входила в Совет Круглого Стола, но у неё было так много членов и так много власти, что её пригласили стать кандидатом в потенциальные сенаторы. Это были Авантюристы совсем другого калибра, нежели распутные разбойники, царившие в Сусукино как на своей собственной территории. Хотя их уровень был схож - девяностый - члены Серебряного Меча были настоящими воинами, проходившими серию тренировок.

Широэ объяснил Наоцугу, что присутствие даже одной элитной боевой гильдии благоприятно сказывается на ситуации в городе.

Пожилая туземка в меховом пальто и круглой шапочке шла с покупками в бумажном пакете, ведя за руку ребенка. Вероятно, в пакете были продукты. Женщина ласково улыбалась, а ребёнок весело подпрыгивал. Значит, дела у них шли не так уж плохо. Они шли бодрым шагом, но это, наверное, из-за декабрьского холода.

Дороги в городе - по крайней мере, в этом районе - были очищены от снега, по обочинам лежали небольшие сугробы. На взгляд Наоцугу, это был гармоничный, безмятежный пейзаж, даже если холод немного давал о себе знать. С крыш свисали блестящие сосульки, отчего город казался украшенным сверкающими кристаллами.

Наоцугу и Ре Ган вышли из поселения, населённого туземцами, и оказались на широкой дороге, ведущей в центр Сусукино. Как и во время майского путешествия, окружающие здания напоминали руины могучих крепостей, но на этот раз, как показалось Наоцугу, они гораздо лучше вписывались в окружающую обстановку. Возможно, здания в этом северном краю предназначались в первую очередь для защиты от холода, поэтому никто не уделял особого внимания украшению их фасадов.

- А ты уже был в Сусукино?

- Несколько раз.

- Боюсь, тебе придётся присматривать за городом в наше отсутствие.

- Я готов к этому. Исследуя подземелье, я буду только мешать вам - ответил Ре Ган с ноткой сожаления в голосе.

С монстрами в зонах, предназначенных для команд, сражались пять или шесть Авантюристов. В зависимости от уровня сложности, Широэ и Наоцугу смогли бы исследовать такую зону, защищая Ре Гана. В конце концов, именно с Мудрецом Зеркального Озера они проводили разведку в Бездне Пальм. Однако в рейдовой зоне, рассчитанной на двадцать четыре высокоуровневых Авантюриста, следовало ожидать действительно ожесточенных сражений. Поэтому они договорились, что Ре Ган будет ждать возвращения команды именно в Сусукино.

- И все-таки немного жаль тебе, да?

- Ну, это дело касается одного из величайших секретов клана Куниэ. Информация, которую я бы мог там получить, стоит горы золота.

- Мы принесём тебе столько историй, сколько сможем, - пообещал Наоцугу.

- Но, пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. Это удел Мудрецов Зеркального Озера. Кроме того, в Сусукино тоже есть немало интересных объектов для исследования. В конце концов, вы Авантюристы совершают здесь настоящую революцию. Пока вы будете исследовать тайны подземелья, я узнаю то-то и то-то о столице Севера. Я потираю руки при мысли о том, как много здесь нового. - Ре Ган с улыбкой огляделся по сторонам.

Очевидно, что любопытство буквально пожирало его. Ре Ган напоминал Наоцугу аспиранта, который слишком долго просидел в лаборатории. Он говорил очень любезно, но, возможно, они были одного возраста. По своей природе Защитник находил его интересным человеком, с которым можно было свободно поговорить. Он начал понимать, почему Ре Ган так хорошо ладил с Широэ.

- В общем, всё правильно. В Сусукино тоже есть на что посмотреть.

- Так вот. Я собираюсь исследовать эти межгородские врата при случае.

- Нга! - Внезапный звук прервал их разговор.

Наоцугу рефлекторно обернулся и увидел, что рядом с соседней хижиной из сугроба торчат ноги. Надо сказать, что несчастный мужчина - или, скорее, несчастная женщина - упала с необыкновенным изяществом. Наоцугу не мог разглядеть лицо девушки, так как оно было скрыто снегом, но он отчетливо видел стройные ягодицы, обрамленные короткими шортами.

- Отличные трусики! - Он с улыбкой поднял большой палец вверх.

Выпуклость стройных бёдер сливалась в стройную линию с бёдрами цвета слоновой кости.

- С этим действительно трудно не согласиться.

Увидев улыбку на лице Ре Гана, Наоцугу подтвердил свою уверенность в том, что они станут приятелями. Может, туземец и был учёным типа Широэ, но в нём определенно было больше мужского инстинкта, поскольку в такие моменты он без колебаний соглашался с мнением Наоцугу.

- Я, конечно, не очень хорошо знаком с культурой Авантюристов - продолжил Ре Ган, - но мне кажется, что этот предмет одежды больше похож на короткие шорты. Он не вполне соответствует определению трусов.

- Жаль исключать их из уважаемой группы. Главное, есть ли у вас трусики в сердце, внешний вид вторичен!

- Хорошо сказано.

- Помогите мне!

Сугроб внезапно разорвался, и освобожденная девушка оказалась прямо перед Ре Ганом и Наоцугу. Казалось, она не поскользнулась, а упала с крыши. Хотя она, должно быть, застряла довольно глубоко в сугробе, лишь кончик её прелестного носика слегка покраснел. Очевидно, стойкость тел Авантюристов иногда пригождалась и в таких ситуациях.

- Мы смиренно просим прощения!

- Мы засмотрелись на стройные ягодицы.

Видя, что двое мужчин ничуть не жалеют о своём поведении, девушка угрожающе произнесла:

- Если с моим прекрасным лицом что-то случится, пострадают тысячи поклонников по всему миру!

Наоцугу бросил взгляд на пострадавшую, которая едва достигала ему до груди. Девушка была крошечной, худенькой и очень красивой. На ней была футболка с галстуком, а также жилетка, короткие шорты, подчеркивающие форму ног, и высокие чулки, потрясающе контрастирующие с белизной её бёдер. Верхняя часть наряда Авантюристки выглядела как фрагмент какой-то формы, а нижняя беспощадно подчеркивала её привлекательность. На такой вид каждое сердце мужчины неудержимо ускоряло свои сокращения. Наоцугу почувствовал, что он краснеет, хотя из приличия пытался сдерживаться. Однако выражение этой красотки в вызывающем наряде и с маленькой шелковистой шляпкой на волосах не оставляло иллюзий.

Наоцугу никогда в жизни не видел человека, настолько самодовольного и уверенного в своих силах. Выражение лица девушки выражало непоколебимую уверенность в том, что мужчины от неё без ума. Она действительно считала, что одно пятно на её красоте скажется на психическом здоровье тысяч "поклонников".

Девушка действительно была красива. Наоцугу с болью в сердце вынужден был это признать. Однако объявлять всем, что у неё тысячи поклонников, было, на его взгляд, небольшим преувеличением. Однако, увидев блестящие, манящие губы Авантюристки, он не стал говорить ей об этом прямо.

- Я думаю, что на счёт поклонников это немного преувеличено.

Ре Ган не стал скрывать этого.

«Я всё больше и больше уважаю этого типа.» - Наоцугу был впечатлён.

- Фи! И что с того? - ответила девушка. Она споткнулась о собственные ноги, но быстро восстановила равновесие.

- Да ладно, она может стоять - весело усмехнулся Ре Ган. Ему явно нравилось тонко дразнить девушку.

Авантюристка гневно покраснела, но гордое выражение не покидало её лица ни на минуту. Для такой красавицы она проявляла слишком мало скромности, но даже это можно было считать по-своему очаровательным. Ведь нельзя было не согласиться с тем, что девушка, как она сама себя называла, действительно была прекрасна.

- Ну, красивая, красивая, но из-за задумчивого лица признаваться в этом совсем не хочется. Кроме того, когда я принимаю во внимание все факторы, я нахожу, что в общей оценке - и по размеру, и по белью - Мари выигрывает! Я сказал!

- Что?!

К счастью, комментарий, вырвавшийся у Наоцугу, ни девушка, ни Ре Ган не поняли. Защитник нервно взмахнул рукой, чтобы скрыть то место, куда он только что смотрел, затем достал из сумки полотенце и бросил его Авантюристке. На ней был скудный наряд, и, похоже, магическая сумка к нему не относилась.

- Хорошо, хорошо. К поклонникам я отношусь с пониманием.

Не сдержавшись, она вытерла полотенцем остатки снега с тела. Неуклюже стряхивая снег с маленькой шапочки на голове, Наоцугу проверил её статус.

- Так тебя зовут Тетора?

- Зови меня Теторка!

Пленительная улыбка девушки заставила Наоцугу на мгновение задохнуться. Тетора, как и он сам, была девяносто второго уровня, что говорило о том, что она опытный Авантюрист, и даже после Катастрофы она не уклонялась от сражений. Она принадлежала к гильдии Светлого Индиго и была Клириком.

- Ну ладно, думаю с тобою будет легче.

- Если говорить такие вещи вслух, это не поможет! - заметил Наоцугу, но Тетора с проворством котёнка подскочила к нему и вцепилась в его левую руку.

- Ты так думаешь? Не поможет? Прикосновение к моему телу не помогает? — спросила Клирик с бесстрастной улыбкой. Было видно, что подобное для неё не впервой. Наоцугу хотел крикнуть "Нет!", но, к его отчаянию, мужская природа взяла верх. Он не мог сердиться на изящную девушку, прижавшуюся к нему, даже если знал, что она над ним смеётся. К тому же Тетора пахла так же сладко, как апельсины.

- О-о-отпусти меня!

- Г-г-господин Наоцугу, не будьте таким!

Он не знал, когда она проверила его статус. Однако в этом мире тот факт, что незнакомец мгновенно узнаёт ваше имя, уже никого не удивлял.

- Я обожаю обниматься с такими паникёрами. Но я терпеть не могу, когда они прижимаются ко мне, я сразу предупреждаю!

- Я говорю о-о-отпусти меня!

Наоцугу отчаянно изгибался. Тетора грациозно повернулась, запрыгнула ему на спину и обняла за шею, а затем поднялась выше, до самых плеч. Однако - возможно, из-за уникальности тел Авантюристов - Наоцугу почти не ощущал её веса.

Обхватив голову Защитника, смеющаяся Тетора была поистине восхитительна. Поскольку графика игры корректировала внешность персонажей, красивые женщины и красивые мужчины не были редкостью в "Elder Tale". Однако системные исправления касались только внешности, аура, распространяемая человеком, не поддавалась никакой ретуши. Тетора излучала положительную энергию, и из всех Авантюристов, с которыми Наоцугу до сих пор встречался, она была самой привлекательной.

- Как грызун, взбирающийся на дерево - оценил Ре Ган.

- Господин Скелет не очень-то вежлив! - ответила Тетора.

- Вот я и стал скелетом. - Мудрец Зеркального Озера явно получал удовольствие.

- Ты даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь мне! Ты знаешь, сколько парней в мире будут рыдать, если я поцарапаю свой нос? Хотя сам факт того, что ты нашёл меня вверх ногами, может разрушить мою карьеру.

- Ну, да, ноги вверх, трусики наружу.

- Не трусики, а шорты!

- Короткие шорты... в такой холод... тебя случаем не бросила подруга?

- Ты, наверное, с ума сошёл!

- Разве?

- Хотя снизу дует...

- Да ну.

- Заткнись, гнусный скелет!

Пока Тетора продолжала обхватывать его голову, Наоцугу поднял руки, подхватил девушку под мышки и поставил её на землю. Он почувствовал на себе пристальный взгляд Ре Гана. Он сразу же понял, что происходит. Они оба думали об одном и том же: "Может, она подойдёт?

Наоцугу решил, понаблюдать за навыками Теторы в рейдах.

В рейдах Клирики занимали позицию на самом фронте. Они должны были лечить основного танка, а потому носили самое тяжелое снаряжение из всех Целителей.

Строго говоря, наряду с Защитниками (такими, как Наоцугу) и Самураями (такими, как Содзиро), Клирики были одной из трёх профессий, представители которых могли носить полную металлическую броню. Кроме того, они могли экипировать щиты, а по коэффициенту защиты, получаемому от экипировки, уступали только Защитникам.

Поэтому роль Клириков заключалась в исцелении основного танка на фронте. В этом они полагались в первую очередь на своё снаряжение. На главного танка же возлагалась самая сложная задача в рейде - отводить атаки всех врагов. Причём эти атаки включали в себя не только удары мечом или топором, но и огонь дракона или мощные АОЕ атакующие заклинания.

По понятным причинам дальние атаки часто задевали не только Защитников, но и стоящих рядом Клириков. Нахождение рядом с танком позволяло эффективнее использовать мощные заклинания исцеления, но всё равно - фронт был страшным местом. Клириков, которые мужественно переносили этот риск и брали на себя столь ответственную роль, часто называли "крутыми целителями".

Наоцугу прошёлся взглядом по снаряжению Теторы. Она выглядела довольно легковооружённой. Возможно, это было не её боевое снаряжение, а просто набор для повседневного использования, но это ещё ни о чём не говорило. Широэ, вероятно, сумел бы разглядеть магический потенциал, скрытый в её скудном жилете, но Наоцугу не владел подобным искусством. Он просто не мог оценить снаряжение Теторы. К тому же для рейда нужен был опытный Клирик.

Правда, Наоцугу не хотел вести девушку в подземелье, где она могла подвергнуться смертельной опасности.

- Знаешь, такая крошка, как я, распространяет феромоны повсюду. - Тетора гордо выпятила грудь и затрепетала ресницами с изящным "хохохо", словно не могла устоять перед силой собственного очарования.

Наоцугу внимательно посмотрел на неё, и она явно не поняла его намерений. Защитник тяжело вздохнул, но Тетора взяла себя в руки и начала пританцовывать на месте, напевая: "Феромоны, феромоны, я уже знаю, что у тебя на уме!". Наоцугу не понимал, что её так радует, но ему нужно было следить за тем, чтобы она снова не вцепилась в его руку. Он отчаянно пытался уклониться.

- Мне кажется, что из выставленных напоказ ягодиц выходят газы, а не феромоны - заметил Ре Ган, задумчиво потирая подбородок.

Эти слова привлекли внимание Теторы.

- Чего?! - словно парализованная, девушка на мгновение потеряла равновесие. Однако она быстро выпрямилась и прорычала:

- Айдолы не пускают газы!

- И не писают? - рефлекторно спросил Наоцугу.

- Нет!!! - ответила Тетора с восхитительными рефлексами.

- Ладно, ты сдала.

- Что?

- Ты сдала. Слушай, я знаю, что это довольно внезапная просьба...

Как он и сказал Ре Гану, в конечном итоге важнее всего была интуиция. Кроме того, Тетора напоминал Наоцугу его бывших товарищей. Товарищей, которые с радостью шли вперёд, не заботясь о том, победят они или нет.

Таким образом, Наоцугу успешно завербовал нового члена для рейда.

Часть 3.

- Я восхищён тем, что у тебя хватило смелости появиться здесь!

Перед глазами Широэ стоял кипящий от ярости Демикас. За его спиной виднелись опрокинутые столы и стулья и разбитые тарелки с едой. Члены Серебряного Меча смотрели из стороны в сторону на разъяренного мужчину, а затем на Широэ, с которым их лидер сидел за одним столом.

Эта зона находилась в Сусукино, и, по понятным причинам, драки в ней были запрещены, поэтому никто из членов гильдии не доставал оружия. Один из Авантюристов заметил испуганную туземку и посоветовал ей взять перерыв выйдя на улицу.

Услышав эти слова, Широэ слегка улыбнулся. Что ж, достойная гильдия.

А вот полный ярости Демикас истолковал эту улыбку совсем иначе.

- Как всегда беззаботен, да?

- Давненько мы не виделись, Демиквас.

Крупный, мускулистый мужчина выглядел точно так же, как и полгода назад. Правда, можно было заметить, что он сменил снаряжение на более качественное, но его плечи по-прежнему были огромными, как брёвна, а глаза налитыми кровью. Этот мир многое взял из "Elder Tale", и даже его обитатели не сильно изменились со временем. Это было очевидно для Широэ, но в то же время немного разочаровывало.

На самом деле он ожидал этой встречи. Как только он заявил, что они отправятся в Сусукино, Наоцугу сразу же спросил, что они будут делать, если столкнутся с гильдией Демикаса. Широэ и его спутники сражались с ними сразу после Катастрофы, когда прибыли в Сусукино, чтобы спасти Серару. С помощью насилия они освободили члена Альянса Полумесяца из лап Бригандии, которая в то время управляла столицей Эдзо. В этом мире смерть вряд ли была сдерживающим фактором, поэтому победа команды Широэ над Бригандией, скорее всего, не привела к радикальным переменам в Сусукино. Однако им удалось спасти Серару, задев при этом гордость гильдии, которая всё решала с помощью насилия.

- Давай выйдем, Широэ!

Демикас стукнул по дубовому столу кулаком, похожим на стальную глыбу. Как верно предсказал Наоцугу - что, в общем-то, никого не должно было удивлять, - Демикас не забыл о том, что произошло полгода назад, и явно не собирался оставлять это дело.

- Зачем? - Чародей спросил чисто риторически. Он прекрасно знал, чего ожидать, но условности нужно было соблюдать. Очевидный ответ на очевидный вызов. Широэ лично заслужил его, поэтому убегать не собирался. Кроме того, он не мог проявить слабость перед Уильямом, не сейчас, когда тот пытается собрать людей на рейд.

- Ты предпочитаешь мясной фарш или бургер?

- Я предпочитаю тофу.

- Отлично, размазанная масса. Вот что я сделаю из тебя, когда мы выберемся отсюда.

Но тут в разговор вмешался Уильям.

- Деми, заткнись. Он мой гость.

- К чёрту твоих гостей, у меня с ним счёт на...

- Ты проиграл, не так ли?

- Нгх...!

- Ты проиграл, так что не хнычь теперь.

- Но...

- Потому что на этот раз я надеру тебе задницу - ледяным голосом предупредил Уильям.

Широэ поправил очки кончиком пальца, напряженно размышляя. Из предоставленных ему отчётов он знал, какова ситуация в Сусукино. После отъезда Широэ и его товарищей шесть месяцев назад хаос и беспорядки на улицах не прекратились. Совет Круглого Стола несколько раз отправлял караваны на север, чтобы переправить людей, желающих сбежать из города, в Акибу. Затем Серебряный Меч взял Сусукино в качестве своей базы, и, хотя в нём всё ещё чувствовалась жажда битвы, он начал нормально функционировать как город местных игроков. Одного присутствия элитной ассоциации, совершавшей самые сложные рейды на всём сервере, было достаточно, чтобы восстановить спокойствие в столице Эдзо, которая ранее была зоной беззакония, сопровождавшегося постоянными стычками между вооружёнными гильдиями.

По уровню мастерства и боевых навыков Серебряный Меч уступал только D.D.D. и Рыцарям Чёрного Меча. Хотя люди Уильяма не пытались навести порядок в Сусукино силой, они не терпели беспорядков со стороны наглых хулиганов. В глазах Серебряного Меча разбойники, притесняющие более слабых туземцев, да ещё целыми группами, были достойными порицания слабаками. В этом Широэ убедился на собственном опыте.

Из-за кухонной стойки торчали три пары кошачьих ушей. Трое туземцев-котолюдей наблюдали за ситуацией в таверне и, хотя выглядели немного встревоженными, не испугались.

Серебряный Меч завоевал доверие туземцев Сусукино. Во время действия игры эти районы уже были передовой линией войны с гигантами, и город был основан в глуши как база для жаждущих битвы крутых парней, которые приезжали сюда. Однако в конечном итоге это можно рассматривать как благо для местных жителей.

Конечно, Серебряный Меч тоже был сборищем вооружённых крепких парней, но организованным, выполнявшим роль защитников Сусукино. Теперь жители могли вздохнуть с облегчением и потихоньку забыть о тех временах, когда Бригандия и другие деструктивные гильдии безнаказанно хозяйничали в городе.

После резких слов Уильяма Демикас стиснул зубы и послал Широэ убийственный взгляд.

- Его ты всё равно не сможешь победить.

- Я тоже улучшил своё снаряжение в рейдах!

На самом деле поножи из виверн на ногах Демикаса выглядели гораздо лучше. Да и другие потрёпанные части его снаряжения свидетельствовали о том, что за последние полгода Демикасу не раз приходилось участвовать в тяжёлых битвах. И на высоком уровне. Мантия Короля Зверей доставалась в рейде "Повелитель Полей Десяти Побед", рассчитанном на игроков девяностого уровня. Если Демикас смог заполучить его в этом мире после Катастрофы, то он действительно заслуживал признания.

- Вот почему ты никогда не победишь его. Ты слишком сильно полагаешься на предметы.

- ...!!!

Уильям ни на секунду не терял самообладания, хотя Демикас буквально кипел от ярости. Широэ не знал, какие отношения связывают этих двоих, но кое о чём догадывался. В бою, скорее всего, победит тот, кто сильнее. И судя по тому, как покорно Демикас прятал язык за зубами, Уильям сделал ему хорошую взбучку.

- Так Бригандия потеряла половину своего состава. И что удивительно, о них позаботились какие-то котолюди, которые даже не состояли ни в одной гильдии. Я бы тоже собрала свои вещи. Однако, их пушистый Лондарк оказался где-то в Кансае.

- Красиво ли так говорить, леди звезда?

- Не упоминай о какашках, это повредит твоему имиджу.

- Я ничего не говорила о какашках, в жизни бы не сказала! Этими губками?

- Может быть, ты какая-то немного бедная айдол?

- Я самая красивая и большая звезда в галактике! И это такая огромная галактика, что даже Вояджер её не охватит!

- Тогда, думаю, тебя в ней вообще не видно. Лучше расскажи мне о Демикасе.

- Меня видно! Бригандия стала дочерней гильдией Серебряного Меча... вернее, Серебряный Меч принял её вместе с Демикасом. Благодаря этому в Сусукино вернулся покой. Меня видно, понятно? Хотя это всё наполовину благодаря жене Демикаса. Меня видно!

К столу Уильяма, Широэ и Демикаса, где атмосфера была напряжена до предела, внезапно донёсся весёлый голос. Он становился всё громче и громче, казалось, что его обладательница всё ближе. И, вероятно, она вовсе не собиралась его снижать.

Лицо Демикаса покраснело, но на этот раз не от гнева.

- Подожди, что?! Жены?!

- Так он женат? Это замечательно.

- Сам он в этом не признаётся, но мои туземские информаторы сообщают, что штаб-квартира Бригандии элегантно убрана, простыни чистые и накрахмаленные, все получают три порции еды регулярно, а члены его гильдии от неё просто в восторге. Ну, и что управление Бригандией перешло к жене Демикаса, дочери туземского дворянина.

- Что...?

- Демикас похитил её, потому что хотел сделать из неё слугу, но она, видимо, сама обвела его вокруг пальца. Обычная история, как из какой-нибудь порно-игрушки. И, Наоцугу, ты бы, наверное, хотел, чтобы я так же о тебе заботилась, да? Хе-хе. Мы можем поговорить об этом, я же звезда, в конце концов.

- Скорее падающая!

Широэ услышал, как сладкий девичий голос переходит в не слишком девичий хохот. Более того, два других голоса принадлежали ему хорошо знакомым мужчинам.

- И вот Демишка совсем недавно превратился в плюшевого мишку. О, пожалуйста, он даже сидит здесь.

Демикас поднялся в воздух без какого-либо разбега. Удар Виверны. Характерный атакующий навык монахов - удар ногой в воздухе со скольжением с дальностью около пяти метров.

Демикас, вероятно, выполнял навык только своим телом, ему не нужно было активировать его в меню, но с первого взгляда было очевидно, что он сделал это гораздо быстрее, чем полгода назад.

Глава Бригандии атаковал без предупреждения, но Наоцугу не растерялся и со скоростью света блокировал удар щитом. Лёгкий звук удара подтвердил, что Демикас не нападал всерьёз. В противном случае страж из клана Куниэ уже был бы здесь.

Наоцугу тоже не проявил желания сражаться. Он просто перекинул щит на плечо и в качестве предупреждения подсунул его под ногу Демикаса.

Однако цель атаки - маленькая девочка, прижавшаяся к шее Наоцугу, - была явно шокирована. Она вцепилась в Защитника, как медвежонок, и уставилась на них с открытым ртом.

Тараторщиками были Наоцугу, Ре Ган и Клирик. Наоцугу, вероятно, узнал, что Демикас захочет напасть на Широэ и прибыл с поддержкой. Только, к сожалению, Демикас услышал, как они обговаривали его.

Может, они и не хотели ничего плохого, но, услышав всё это, шеф Бригандии пришёл в ярость. Впрочем, Широэ ничуть не удивился этому. Если люди говорят о чём-то подобном на публике, а тем более раскрывают такие вещи, когда он в самом разгаре драки, то этого следовало ожидать. Может, удар ногой и был небольшим преувеличением, но для Наоцугу он всё равно не представлял никакой угрозы.

Защитник обладал богатым опытом в отбивании ударов Акацуки. Будь то удар в пол-оборота или удар коленом в воздухе, Наоцугу был, пожалуй, самым большим экспертом Акибы по прерыванию. Учитывая, что он блокировал около пятидесяти процентов её ударов, Акацуки, должно быть, соперничала даже с Монахами в ловкости ударов.

- Какой удар!

- Не пользуйся ситуацией, убери эти лапы, н-н-не держись на мне, тяжело!

- Когда-нибудь я вырву у тебя этот язык, Тетора!

Благодаря бессвязному обмену мнениями всех троих, в трактире воцарился ещё больший хаос.

Судя по всему, Клирика, висящая на шее Наоцугу, звали Тетора. Красивое имя. Широе проверил её уровень, гильдию и понял, что Наоцугу привёл её сюда как потенциального участника рейда. Ещё один-два помощника, и - включая Широэ и Наоцугу - они как-нибудь соберут двадцать четыре человека. Чародей уже собирался вздохнуть с облегчением, когда до него донёсся смеющийся голос Уильяма:

Отлично, с этой Целительницей и Демикасом у нас будет комплект. Раз уж ты так полон энергии, то используй её во время рейда, заодно поквитаешься с Широэ. Хахаха.

Услышав этот ироничный смех, Широэ почувствовал, что всё облегчение бесследно исчезло. Похоже, рейд в самые глубины Бездны Пальм станет для Широэ испытанием во всех отношениях.

Часть 4.

Подготовка к путешествию прошла без сучка и задоринки. Авантюристы обычно хранили свои вещи в личных комнатах, штаб-квартирах гильдий, банковских сейфах или в собственной сумке.

Кроме того, у каждого ветерана была как минимум пара магических сумок, чтобы компенсировать вес предметов, поэтому нередко Авантюристам приходилось постоянно носить с собой всё снаряжение или предметы, необходимые для похода.

Это касалось и игроков из Серебряного Меча, которая была опытной рейдовой гильдией. Для её обученных членов сражения были повседневным делом. Уильяму достаточно было отдать приказ, и его люди были полностью готовы к бою в тот же день.

В этом мире после Катастрофы время, казалось, текло в двенадцать раз медленнее, чем в игре. Более того, магические круги не работали, а значит, долгие экспедиции могли затягиваться на недели. Чтобы попасть из Сусукино в Бездну Пальм, нужно было пересечь Липортский Пролив. По пути на север Широэ, Наоцугу и Ре Ган пересекли его на спинах грифонов, но в составе группы из двадцати четырёх человек они не смогли бы сделать то же самое.

Как рейдовая гильдия, участвовавшая в борьбе за господство на сервере Ямато, Серебряный Меч имел много членов с летающими маунтами, но не у всех они были. Похоже, если бы они напряглись, то смогли бы найти достаточно, но Уильям просто решил путешествовать по суше. Широэ согласился с этим решением. Серебряный Меч принадлежал Уильяму, и было вполне уместно, чтобы он взял на себя командование экспедицией. И Широэ, и Наоцугу понимали это, поэтому послушно приняли приказ.

Из-за этого Демикас и Тетора начали ныть. Демикас, вероятно, из-за своей врождённой гордости, не мог подчиниться никому без единого слова возражения. Тетора же вцепилась в Наоцугу и стонала, что хочет стать айдолом, бороздящим небеса.

«Ну вот, как быстро она к нему привязалась» - подумал Широэ. Судя по всему, несмотря на зиму в жизни Наоцугу, весна уже приближалась.

Поскольку они решили идти по суше, у них был только один путь - по туннелю под проливом Липорт. Как и большинство подземных зон в "Elder Tale", туннель под названием Z539 тоже был подземельем, но для полного отряда со средним уровнем девяносто третьего он не представлял никакой опасности. Его можно было пройти даже в одиночку, достаточно иметь хотя бы сороковой уровень.

Отряд, возглавляемый Уильямом, двинулся прямо в подземелье, проходящее под проливом.

Основной боевой единицей в групповых сражениях в "Elder Tale" была команда из шести человек. На их основе создавался и полный рейд. Он состоял из четырёх команд по шесть человек, и каждой команде присваивался номер.

Рейды были очень разнообразны, поэтому не существовало какой-то одной правильной формации. Однако было принято, чтобы первая команда полагалась на оборонительные коэффициенты, а вторая строилась так, чтобы быть максимально мобильной и гибкой. Основной задачей третьей и четвёртой команды, напротив, было наступление, поэтому их члены подбирались в соответствии с их атакующей силой.

Сформировать подходящий отряд было первой серьёзной задачей в любом рейде. Члены разных команд подбирались в первую очередь исходя из их основных профессий. Например, команда номер один была первой линией обороны и должна была отбивать атаки противника на протяжении всего рейда. Для этого её членам требовались высокие коэффициенты защиты и большое количество очков здоровья. Кроме того, в их распоряжении должны быть мощные таунты(1), чтобы сосредоточить ненависть монстров на себе. Все эти условия лучше всего выполняли Защитники. Самураи также иногда рассматривались в качестве кандидатов, но Защитники могли экипировать щиты, что давало им больше стабильности.

(1) Таунт (oт aнгл. taunt – “нacмeшкa”) - oбoбщeннoe нaзвaниe cпocoбнocтeй пepcoнaжa, пoвышaющиx aгpo у мoнcтpoв пo oтнoшeнию к пepcoнaжу игpoкa.

Однако это было лишь распространённое мнение. Ведь могло случиться и так, что самурай превосходил Защитника по уровню или просто имел лучшее снаряжение. Кроме того, гораздо важнее уровня или предметов был характер Авантюриста, назначенного в команду защитников. Его члены оказывались в центре ожесточённой битвы и должны были принимать на себя атаки врагов в течение очень долгого времени. Такая позиция влекла за собой огромную умственную нагрузку. От Авантюриста, занимающего её, ожидали не только отличной техники, но и ментальной стойкости, а также крепких связей с товарищами. Кроме того, некоторые Защитники предпочитали атаковать, а не прикрывать других членов команды. Такие больше подходили для командиров или для третьей или четвёртой команды нападения.

Одним словом, создание отряда напоминало сложную головоломку, в которой нужно было учитывать не только профессии или уровень участников, но и их характеры. Только собрав всю эту информацию, можно было найти наилучшую комбинацию. А если добавить к этому тот факт, что каждый монстр имел свои слабости, вёл себя по-разному и требовал разной стратегии, то таких комбинаций возникали сотни. Это была огромная трудность, с которой лидеры рейдов сталкивались на протяжении двадцати лет.

Широэ догадывался, что вопрос формирования отряда был одной из причин, по которой Уильям решил отправиться в путешествие по суше. Он хотел узнать характер и привычки своих новых товарищей, чтобы учесть их при распределении задач перед настоящим сражением.

«Хотя я не знаю, насколько ему это удастся.»

Широэ был назначен командиром второй группы, в которую входили он сам, Защитник Наоцугу, Клирик Тетора, Друид Войнен, Фехтовальщик Федерико, Монах Демикас.

Войнен и Федерико были ветеранами Серебряного Меча, и они приняли Широэ гораздо теплее, чем ожидал Чародей. Проблема, конечно, заключалась в Демикасе, который, как только начинался бой, выпрыгивал вперёд и сметал всех монстров, как будто выплёскивал на них свою агрессию. Уровень монстров колебался между тридцатым и сороковым, поэтому неудивительно, что Демикас с девяносто третьим уровнем резал их как бумагу. Но через эти прыжки было совершенно невозможно оценить его отношение или отработать командную работу. Широэ несколько раз пытался поговорить с ним, но короткие и резкие ответы Демикаса не давали возможности завязать полноценную беседу.

- Не думаю, что спешка что-то даст нам - с мягкой улыбкой произнёс Войнен.

- Хорошо бы успеть до конца года.

Войнен был прав, думая так. Ни один рейд нельзя было пройти за один день. Даже в игре "Elder Tale" такие зоны кишели обычными монстрами (но с рейдовым рангом), к тому же в каждой из них поджидало от пяти до десяти боссов. Даже при столкновении с обычными монстрами секундная невнимательность могла стоить жизни всему отряду. А в схватках с боссами Авантюристы могли погибнуть до десятка раз, прежде чем отработают все их техники и найдут слабое место, с помощью которого можно их победить. Если Авантюристы погибали во время рейда, они не возвращались в Собор в базовом городе. Они возрождались у входа в зону. Таким образом, входы в рейдовые зоны, как и Соборы, выполняли функцию точек реинкарнации.

Итак, после смерти можно было сразу вернуться в игру, но даже возрождение поблизости не облегчало задачу. Предположение о том, что на прохождение рейда в Бездне Пальм уйдёт около месяца, следовало признать обоснованным.

По приказу Уильяма и Широэ отряд подготовил примерно месячный запас еды и предметов. Болезненно осторожный Широэ пошёл дальше и до предела нагрузил свою волшебную сумку различными материалами и инструментами, чтобы при необходимости выжить в подземелье и два месяца.

С одной стороны, такая ситуация была ему на руку, ведь так он мог легче скрыться от слежки. Сусукино, хоть и находился в глуши, был, в конце концов, городом Авантюристов. Кто-то мог заметить его. Поэтому безопаснее было укрыться в зоне, которая ещё не была широко известна. По крайней мере, так считал Широэ, хоть и не был уверен в этом на сто процентов.

С другой стороны, он не хотел слишком затягивать всё это дело. Чем дольше они сидели в подземелье, тем выше был риск утечки информации о его действиях. Если он не ошибался, простое бегство в другую зону не обманет следящих за ним наблюдателей. В Акибе Нянта и Акацуки позаботились о его алиби, но он не был уверен, как долго оно будет действовать. Поэтому он должен был достичь своей цели как можно скорее.

Широэ понял, что в этом жгучем порыве тлеет и тоска.

«Кто бы мог подумать.»

Чародей почесал щёку. Казалось бы, они прожили вместе всего полгода, но он уже тосковал по дому их гильдии, укрытому ветвями древнего дерева. Ему хотелось услышать безмятежные голоса товарищей в столовой с ароматным деревянным полом, который сделал для них Мититака. Посидеть на террасе и полюбоваться закатом, попивая чай. Именно поэтому он должен был выполнить это задание.

«Теперь я гильдмастер» - напомнил он себе и почувствовал прилив новых сил.

- Ooo!

Странный возглас вывел его из задумчивости. Это была Тетора, смотревшая на него большими глазами.

- Что такое? - спросил Наоцугу.

- Он улыбнулся! Я видела, как он улыбался! Сам себе!

- С ним это тоже иногда случается.

- Правда? Я бы и не подумала.

Тетора и Наоцугу, без малейших зазрений начали обсуждать Широэ в его присутствии.

- Потому что, знаешь, Широэ это... этот... тайный развратник.

- Ага... О боже, бедняжка, ему приходится прятаться. Широэ, хочешь посмотреть, какое на мне нижнее бельё?

- Ты, как знаменитость, наверное, не должна показывать свои трусики налево и направо?

- Я не показываю, я просто спросила. Из чистого любопытства. Если бы я хотела показать, я бы сделала вид, что это был несчастный случай. А потом послала бы полицию за подглядывающим.

- Ты действительно хуже всех.

- Я знаю, что ты не можешь устоять передо мной. Но прими, что я никогда не буду только твоей.

Широэ был искренне поражён этим обменом репликами.

- Ты мне совсем не нужна! - сказал Наоцугу.

- Боже, какой фригидный, настоящий цундэрэ! Я прыгаю. - Тетора, ничуть не смущаясь, снова забралась на Защитника.

«Они хорошо ладят.»

При виде их стычки Широэ забыл о прежних поддразниваниях и улыбнулся ещё шире. В конце концов, они познакомились только вчера. У Теторы не было времени увидеть его улыбку. На самом деле они до сих пор совершенно не знали друг друга.

Тетора что-то сказала и, должно быть, перегнула палку, потому что внезапно бросилась бежать, а Наоцугу пустился за ней в погоню. Широэ не собирался их останавливать. Вдвоём они легко справятся с монстрами в этом подземелье, к тому же Демикас уже вырубил всех врагов поблизости. Чародей лишь бросил им прощальное "Берегите себя", но тут сзади раздался голос:

- Похоже, им на всё наплевать. - В полной броне и с огромным луком за спиной Уильям стоял рядом с Широэ, провожая шумную парочку острым взглядом.

- Они не столько не беспокоятся, сколько веселятся, - ответил Чародей.

Уильям лишь усмехнулся. За последние несколько дней Широэ убедился, что суровое, нарисованное лицо Уильяма вовсе не отражает его эмоционального состояния. Лидер Серебряного Меча не был особенно раздражён. Просто у него было такое лицо. То же самое можно сказать и о его улыбке: вроде бы ироничная, но на самом деле не скрывающая никакого глубокого смысла. Уильям был таким, и точка.

Настоящий лидер рейда должен был знать, чего ждут его люди, и хорошо их знать. Иначе он не смог бы ни повести их за собой, ни сформировать эффективный отряд.

С другой стороны, участники рейда должны были знать и понимать своего командира. Слепого подчинения приказам было недостаточно. Только когда они начнут вникать в смысл приказа и его намерения, они смогут реагировать так быстро, как того требует командная работа.

С тех пор как Уильям поставил его во главе второй группы, Широэ изо всех сил старался понять своего нового товарища. Он уже обнаружил, что, хотя лидер Серебряного Меча выглядел вечно несчастным, он всегда думал о своих людях. Это, впрочем, никого не должно удивлять. Если бы Уильям не мог так поступать, он не смог бы возглавить гильдию, занимающую высокие позиции в рейтинге сервера.

- А он выглядит так же, как всегда. - Уильям бросил взгляд на разделывающегося с монстрами Монаха. Из всех членов второй команды Демикас был наименее сговорчивым.

- Я немного волнуюсь - извиняющимся тоном признался Широэ. Но Уильям лишь улыбнулся, потёр подбородок и заявил:

- Но помни, он тоже присоединился к рейду. Он поймет. Все рано или поздно поймут, так было со мной и остальными имбецилами. А если он не поймёт, мы будем знать, что он недостоин.

Это высказывание, полное недосказанности, Широэ пока не смог правильно истолковать.

Часть 5.

Прошло три недели, а их отряд почти не продвинулся вперёд. От плана пройти весь рейд за месяц остались лишь воспоминания, а будущее становилось всё более туманным.

За две недели они победили только двух боссов. А ведь они ещё даже не узнали планировку всей зоны. Атмосфера в отряде становилась всё хуже и хуже, чувствовалась усталость.

- Да пошли вы! - прорычал Демикас.

Мысленно проклиная крики Монаха, Войнен произнёс заклинание Исцеляющее Сердцебиение. С помощью этого заклинания HP Демикаса будет постепенно восстанавливаться на определенную величину в течение двадцати секунд. Тело верзилы окуталось зелёно-оранжевым пульсирующим светом.

Демикас пустился в штурм, который был его особенностью, и нанёс мощный удар по бронзовому монстру. Молниеносный Выпад. Эта техника подразумевала атаку всем телом, слегка наклонившись вперёд. Оно плавно пронзила желеобразное существо, но Войнену хотелось закричать, что это всё равно ничего не даст.

Удар пришёлся прямо по оркусу(2), разбрызгивая во все стороны куски его липкой плоти. Слизь начала плавиться и источать резкий, вонючий запах, а из рук Демикаса повалил белый дым. Прямая атака на оркуса, чьё тело отличалось повышенной кислотностью, наносила физический урон и самому нападавшему. Несмотря на это, слизистая тварь длиной более пяти метров казалась совершенно невредимой.

(2) В анлейте их звать “Orc Jellies”, в польском переводе “Orkus”(Оркус) и речь, судя по всему, об этих слизнях - (https://www.dndbeyond.com/monsters/16967-ochre-jelly). В D&D на русском их звать “Золотистый студень” (https://dnd.su/bestiary/8-ochre_jelly/). Пока я буду их называть “Оркусами”.

- Я говорил!

Войнен двинулся к Монаху. Из-за этого бессмысленного штурма Демикас вышел за пределы двадцатиметрового радиуса действия заклинаний исцеления. Предварительно наложенное Исцеляющее Сердцебиение всё ещё действовало, но не могло полностью восстановить его. Если бы Войнен не дополнил это заклинание заклинаниями мгновенной регенерации и мелкими исцеляющими заклинаниями, Демикас умер бы снова. Друида уже начинало раздражать то, что Монах продолжает нарушать строй и усложнять работу команды.

Из труб, идущих по бокам, с тяжелым звуком выползали новые оркусы. На поле боя царил полный хаос.

Рейдовый отряд под крылом Уильяма состоял из четырёх команд, но только две - первая и вторая - обладали достойными оборонительными возможностями. Первая команда специализировалась на обороне и удержании противника на месте, поэтому её члены должны были привлекать внимание наступающих оркусов на самом переднем крае. Третья и четвёртая команды специализировались на нападении. Их задача заключалась в том, чтобы уничтожать врагов, но из-за этого они не могли защищаться. В конце концов, они должны были сосредоточиться только на уничтожении монстров, которых привлекла первая команда.

С другой стороны, задачей второй команды, то есть Войнена, была поддержка остальных. Если монстров было так много, что первая команда не могла их всех остановить, вторая должна была им помочь. А если, например, многие противники нападали на отряд врасплох, второй отряд должен был сосредоточиться на прикрытии плохо вооружённых третьей и четвёртой команд.

Первая команда была в центре внимания, поскольку именно ей предстояло сразиться со страшными боссами рейда, но и члены второй команды, от которых требовалась быстрая реакция и гибкость, выполняли важную функцию. Все её члены должны были хорошо понимать, что от них требуется, иначе отряд не смог бы эффективно работать.

Монстры нападали со всех сторон. Первая команда сражалась на самом переднем крае и не могла отступить. Демикас, видимо разъярённый застоем на поле боя, бросился в их сторону. Это был самый неудачный момент для появления вражеского подкрепления - оркусы окружили практически беззащитных третью и четвёртую команды с тыла. Особенно плохо были вооружены маги, атаковавшие издалека. Если бы в них что-то попало, они бы погибли в мгновение ока.

«Хотя сейчас я должен беспокоиться о себе!»

Войнен двигался позади Демикаса, который галопом скакал впереди. Ноги Друида отбивались от земли невыносимо медленно. И тут он увидел нечто, напоминающее желеобразную грязно-оранжевую стену.

«Вот чёрт!» - Как только он об этом подумал, справа от него вспыхнула серебряная броня.

- Якорный Вой!

Рядом с Войненом возник Защитник и мощным рёвом, от которого лопались барабанные перепонки, привлёк внимание монстра к себе. Это был товарищ Войнена из второй команды, Наоцугу. Друид вновь ощутил благоговение. Наоцугу принадлежал к небольшой (хоть и известной) гильдии, но было видно, что во время рейда он чувствовал себя как рыба в воде.

Чудовище затрясло своим отвратительным телом и бросилось на Наоцугу. Парень поднял щит. Он уже знал, что если будет атаковать сам, то может получить рикошет от кислотной слизи. Он умело использовал таунты и щит, чтобы свести к минимуму получаемый урон. Технически он был даже лучше, чем главный Защитник Серебряного Меча Динкурон.

Ещё один оркус начал приближаться слева. Чудовище, очевидно, намеревалось окружить Наоцугу. Тварь подняла своё желеобразное тело, потянувшись вверх, и вдруг замерло. Войнен сразу понял, что это было заклинание сна, наложенное их Чародеем, Астральный Гипноз. Ему даже не нужно было слышать слова заклинания. Загипнотизированный техникой, монстр застыл в полной неподвижности на двадцать секунд. Правда, из-за того, что он был всего лишь спящим - если его атаковали в таком состоянии, он тут же просыпался и возобновлял нападение. Тем не менее тот факт, что они могли хотя бы на время сократить количество атакующих врагов, был очень приятен. Все монстры, появляющиеся в этой зоне, повышались до ранга рейда, что делало их более сильными, чем их собратья в обычных зонах. Поэтому и время действия Астрального Гипноза в их случае было короче - сон длился около четырёх секунд. Однако и четырёх секунд было достаточно, чтобы проскочить мимо распростёртого существа и выйти на передовую линию боя.

- Прибыло вражеское подкрепление, запрашиваем поддержку! Оркусы на восемь часов! - раздался голос Широэ, который несколькими мгновениями ранее применил Астральный Гипноз.

После этих слов третья и четвёртая команды сменили цель. Первой атакой, поразившей монстра, стал Стремительный Выстрел Уильяма. Хрустальная стрела рассекла воздух, словно падающая звезда, и пробила в боку оркуса брешь размером с кулак. А затем одно за другим на чудовище обрушились заклинания огня, льда и молнии.

У каждого монстра в рейде было много очков здоровья, поэтому даже дюжина человек не смогла бы сразу свалить такого противника.

Оркус, обездвиженный Широэ, уже очнулся, но четырёх секунд паузы хватило Наоцугу, чтобы сосредоточить на себе достаточно ненависти. Войнен увидел, как легковооружённая Клирик взмыла в воздух.

Несмотря ни на что Тетора тоже справлялась неплохо. Войнен никогда не слышал о Гильдии Светлого Индиго, но девушка адаптировалась к отряду за неделю. В отличие от большинства Клириков, она не носила полную броню, но осознавала риск и сражалась так, чтобы не выдать своих слабостей. А для этого требовалось неплохое чутьё.

Перепрыгивая с места на место, Тетора наложила на нескольких человек Реактивное Исцеление и проскользнула за спину Наоцугу, когда оркус уменьшил своё тело. Она использовала Защитника как стену, защищающую её от мощных АОЕ атак монстров.

- Наоцугу, ты справляешься?

- Конечно, мы разгромим эти желешки!

- Вау, ты лучший!

- Ты сделала из меня щит, да?

- Я исцелю тебя, так что не бойся жертвовать собой ради меня!

Войнен улыбнулся, услышав очередной обмен фразами между ними. Ни Широэ, ни его спутники, которых он привёл с собой, ни на мгновение не утратили своего резонанса. Войнен был впечатлён.

Под высоким сводом этой зоны светились странные огоньки. Должно быть, они были либо результатом действия какого-то заклинания, либо исходили от люминесцентных грибов. Поэтому, несмотря на то что они находились под землёй, в этом мягком сиянии можно было разглядеть элементы окружения. По пути сюда они также использовали Светлячков.

Однако, несмотря ни на что, они застряли в нескольких сотнях метров под землёй. Из самых глубоких слоёв Бездны Пальм они попали в рейдовую зону под названием Глубокая Шахта, а это означало, что над их головами лежат миллионы тонн валунов, гравия и песка. Для Авантюристов, которые, в конце концов, были обычными школьниками или сотрудниками компаний в повседневной жизни, это было огромной психической нагрузкой.

Ситуация усугублялась тем, что подземелье напоминало настоящий лабиринт, полный сточных вод. Невозможно было предугадать, откуда нападут монстры. Ситуация складывалась не лучшим образом. Несмотря на то, что они не облажались, зона оказалась сложнее, чем предполагал Войнен.

Каждый день они проводили в боях от восьми до десяти часов, а всего сражались не более чем с десятью монстрами. Каждый из них был чрезвычайно трудным, а восстановление занимало много времени. Территория, которую они могли считать исследованной, расширялась удручающе медленно.

И всё же трое присоединившихся к ним не теряли бодрости. Хотя ситуация заставляла даже членов элитного Серебряного Меча терять терпение. По уровню энергии и эффективности Широэ и его спутники значительно превосходили обычных Авантюристов. И дело было не в их уровне, навыках или снаряжении, а скорее - в характере.

- Вот и я. Я иду. Прости, если ты влюбишься в меня.

- Неважно, просто сделай это.

- Хмф! И вот, в ответ на ваши молитвы... Специально для вас! Исцеление Авроры.

Радужный свет вспыхнул и начал исцелять раны Авантюристов вокруг. АОЕ атаки оркусов обрушились не только на первую команду в самом начале, но и на тех, кто наносил урон мечами или топорами на расстоянии ближнего боя. Очки здоровья Федерико, товарища Войнена по команде, уже упали ниже половины. В свободное время Целители должны были бы лечить и атакующих, но в сложившейся ситуации приоритетом было сохранение жизни танков.

Тетора использовала этот мощный навык с длительным произнесением заклинания, чтобы заполнить брешь, оставленную Войненом, который двигался впереди за Демикасом.

- Получилось! Красивая и умная, я ходячий идеал!

- Да, да, и такая скромная! Но за это исцеление спасибо! Хаааа!

- Сосредоточьтесь на наступлении! Хватит АОЕ навыков!

Широэ наложил на Тетору заклинание поддержки. К этому времени Федерико, раны которого немного затянулись, вернулся в бой. Услышав за спиной весёлые голоса, Войнен торопливо произносил одно исцеляющее заклинание за другим.

Похоже, эти оркусы были особенно сложным противником для Мастеров Оружия и Воинов. Кислотная слизь брызгала всякий раз, когда эти чудовища наносили удар с близкого расстояния, а Авантюристы получали урон от рикошета.

Угрозу представляли также АОЕ атаки и негативные эффекты, вызванные сильным кислотным дымом. С одним оркусом они как-то справлялись, но иногда твари нападали группами по четыре-пять особей, как сейчас, что сильно осложняло бой.

- Демикас, отступи!

- Грёбаная слизь! - выругался Демикас. Используя Призрачный Шаг, он отпрыгнул назад. Из обеих рук Монаха шёл едкий белый дым. Его оружие тоже выглядело потрёпанным.

- Чёрт возьми, исцелите меня!

- Я слышу тебя, можешь не кричать.

Войнен начал произносить заклинание Исцеление. У Демикаса оставались лишь крохи очков здоровья. Если он снова бросится в атаку, то умрёт мгновенно. Возможно, он знал об этом и поэтому отступил, но его бунтарское поведение действовало Войнену на нервы.

Демикасу, напротив, явно не понравился ответ Друида, потому что он зарычал:

- Если ты слышишь меня, то делай это быстрее!

Войнен глубоко вздохнул.

Демикас был невыносим. Он должен взять себя в руки, хотя бы ради всей команды. Его постоянные произвольные броски мешали Целителям. Монах рвался вперёд, совершенно не обращая внимания на досягаемость исцеляющих заклинаний, и это растягивало строй то и дело подставляло их всех под удар.

Сам Демикас тоже умирал несколько раз. В рейдовом отряде всегда были Целители, которые могли мгновенно оживить упавшего на поле боя товарища. Опытные Авантюристы относились к такой смерти скорее как к временному обмороку, но всё равно - пока игрок был мёртв, он не мог совершать никаких действий. С точки зрения боеспособности смерть во время рейда значительно снижала эффективность всего отряда.

Это понял даже Демикас, который недавно начал отступать, увидев, что через мгновение может погибнуть. Однако и это оказалось неэффективным. Фронт удерживала первая команда. Пока Демикас ждал исцеления, танкам пришлось удвоить усилия, чтобы компенсировать его временное отсутствие.

Короче говоря, все вокруг подстраивались под него и приспосабливались к его выходкам. Иначе весь отряд полностью развалился бы.

Пробегая мимо возвращающегося Демикаса, Войнен произносил заклинания Исцеляющий Ветер и Исцеляющее Сердцебиение.

Хотя, если смотреть объективно, Демикас заслуживал похвалы. Они уже три недели находились глубоко под землёй и каждый день вели изнурительные сражения. Ещё не случилось так, чтобы весь их отряд был уничтожен, но многие члены уже были убиты более десяти раз. Неудивительно, что человек, оказавшийся в такой ситуации, попытается выместить свой стресс на окружающих. Но именно Широэ и его товарищи оказались на высоте, поскольку смогли сохранить хорошее настроение в таких условиях.

Войнен считал себя элитным игроком, когда дело касалось рейдов. В конце концов, он сам служил под началом Уильяма. Он был ветераном, который, можно сказать, прошёл через ад. Впрочем, не только он, но и все члены Серебряного Меча. Они считали себя сильнейшими на сервере. Тем не менее даже у их могущественной рейдовой гильдии были свои проблемы. Число активных членов сократилось примерно до сорока. Теперь в Серебряном Мече было всего двадцать процентов людей по сравнению с тем, что было до Катастрофы. Кроме того, некоторые люди, хоть и остались в гильдии, категорически отказались от участия в рейдах. Каким бы жестоким он ни был, в этом мире рейд был непростым испытанием, особенно в зонах, которые по уровню соответствовали Авантюристам.

То, что D.D.D., считающая себя первой среди рейдовых гильдий, тратила время на забавы в Семи Водопадах, где уровень боя составлял всего пятидесятый, только подтверждало это.

Войнену и его спутникам хотелось смеяться. Кучка Авантюристов девяностого уровня, бегающих по зоне с пятидесятым уровнем. Это была уже не гильдия рейдеров, а гильдия клоунов.

Однако именно из-за этой гордости Войнен не имел права критиковать Демикаса. Этот великий Монах не отличался особым умом, не понимал правил сотрудничества, никого не слушал и создавал проблемы всем вокруг. Он вёл себя ужасно. Природа, по сути, лишила его всех качеств, необходимых для эффективного сотрудничества в коллективе.

Но он не был трусом.

В этом чрезвычайно сложном рейде девяностого уровня, на который не решилась бы даже D.D.D., в хаосе, полном насилия и смерти, этот самовлюбленный Монах не останавливался ни на минуту. Он не убегал от сражения с монстрами. Он не отворачивался.

Войнен знал, что главной причиной этого была ревность Демикаса к Широэ и гильдии Серебряного Меча. Но, в конце концов, чтобы преодолеть страх, который внушали бои в рейдах, требовалось нечто большее. Неужели Демикас бросался на желеобразные массы, в несколько раз превышающие его размеры, или на кровожадных зверей, исключительно благодаря упорству?

Войнен наложил на себя и Монаха защитное заклинание. Всё это выглядело плохо. Исследование зоны не продвигалось ни на йоту. Это, вероятно, было самым сложным полем боя на всём сервере, способным подорвать самоконтроль даже опытных в рейдах людей Уильяма. Но Войнен не мог оставить этого самовлюбленного Монаха на милость монстрам. Он должен был выполнять свою роль Целителя в отряде и поэтому сейчас бежал изо всех сил, чтобы уберечь товарищей от беды.

Часть 6.

Однако Уильям, которому люди безгранично доверяли, испытывал настоящие муки. После целого дня боёв, уже в лагере, который - как для временного - выглядел на удивление прилично, он бросил отчёт с результатами разведки и растянулся на раскладном кресле, едва не перевернув его.

- Это нехорошо.

- Ты прав.

Его сопровождал Широэ из Лог Горизонт. Этот молодой человек рисовал прекрасные карты, с которыми не могли сравниться каракули Уильяма. Лидер Серебряного Меча расставил ноги и начал раскачивать кресло вперёд и назад. Наконец он глубоко вздохнул. Даже ему было видно, что брови Широэ сведены вместе.

- Как думаешь, сколько ещё?

- Хм... - Широэ провёл пальцем по огромной карте. - Три... нет, четыре.

Они обсуждали предполагаемое количество боссов. Рейдовые зоны бывают разных типов, но эта зона выглядела как самое классическое рейдовое подземелье с множеством уровней, которые нужно было преодолевать пешком. Рейдовые подземелья представляли собой более разветвлённые версии обычных подземелий, рассчитанных на команды, с соответственно более сложным контентом. В них было множество коридоров и комнат, иногда с ловушками или головоломками. В самых важных частях лабиринта обычно находились огромные пространства или пещеры, которые охранялись могущественными боссами.

Проблема заключалась в боссах. Для победы над ними требовались совершенно иные тактики и навыки, чем для сражения с обычными монстрами.

До сих пор в этой зоне они прошли только Вандемьера из Первого Сада и Эль Райду из Пятого Сада. Оба они были не только сильны, но и обладали исключительными способностями, что делало сражения с ними сложными и изнурительными.

- Сложный случай.

- С двумя предыдущими нам тоже пришлось немало повозиться.

Стычки с рейд-боссами всегда выглядели именно так. Атаки мощным отрядом было недостаточно для победы над этими противниками, часто даже не хватало для достойного боя. Правда, ни в одном из столкновений они не теряли всю команду - не случалось, чтобы они погибали все сразу. С другой стороны, более двадцати раз выжившим бойцам приходилось отступать, чтобы вернуть к жизни павших товарищей в безопасном месте. Если учесть оживление на поле боя, то члены отряда действительно погибали много раз.

Конечно, они смогли извлечь из этого какие-то плюсы. Из появлявшихся на пути монстров - оркусов, грифонов-мутантов, ядовитых гортензий или кровожадных минотавров - они получили множество высококлассных предметов, которые можно было получить только в рейдах: грязь начала, кожу для изменения формы и пластину из звёздной стали. Эти предметы наверняка пригодился бы ремесленникам Акибы, а поскольку из них можно было создавать предметы с очень высокими параметрами, они стоили целое состояние. Кроме того, в битвах с Вандемьером и Эль Райдой они приобрели в общей сложности семь элементов снаряжения класса иллюзии.

Именно такие награды были главной мотивацией для рейдовых гильдий, соревнующихся на сервере. Более того, предметы, которые они получили в этот раз, никто раньше не видел. Они выглядели как улучшенные версии прежних предметов класса иллюзии, и, что ещё важнее, их получение было достижением, которым Серебряный Меч мог похвастаться с чистой совестью.

Широэ наливал кофе из простого чайника диаметром около двадцати сантиметров. Уильям молча наблюдал за происходящим, подсчитывая в уме оставшееся время.

- Десять дней... наверное, не получится.

Уильям беспокоился о припасах. Чем дольше сражались Авантюристы, тем больше изнашивалось их снаряжение. Хуже того, после смерти владельца предметы получали больше повреждений, чем обычно, и это нельзя было исправить никакими заклинаниями воскрешения. Чтобы поддерживать снаряжение в хорошем состоянии, его нужно было регулярно ремонтировать.

Это было общеизвестно в "Elder Tale", и Уильям учитывал этот факт с самого начала. Сохранение снаряжения было одной из самых больших проблем во время многоуровневых рейдов ещё во времена игры. Среди членов их отряда были Кузнец, Оружейник, Портной и Плотник. Каждая крупная гильдия выделяла время между битвами для поддержания своего снаряжения.

Для этого, однако, нужны были соответствующие материалы. Здесь у них не было должным образом оборудованной мастерской, поэтому сырьё, необходимое для обслуживания предметов, исчезало с пугающей скоростью. Кроме того, в Серебряном Мече, как и во многих других элитных гильдиях, большинство членов использовали снаряжение иллюзорного класса, и для его ремонта требовались материалы того же ранга.

Проблема касалась не только изношенного снаряжения. Воющие кристаллические кометы - взрывающиеся стрелы, которые использовал Уильям, - изготавливались лучшими мастерами из материалов иллюзорного класса. Опытный мастер мог изготовить пятьсот таких стрел из единицы радужного кварца. Однако в постоянных схватках пятьсот стрел исчезали в мгновение ока. Уильям приготовил для рейда почти десять тысяч воющих комет, но уже израсходовал более двух тысяч из них. Аналогичная ситуация сложилась и с другими расходными материалами - зельями, мазями, талисманами и свитками.

Это создавало замкнутый круг на рейдах. Чтобы поддерживать приобретённое в рейдах снаряжение в хорошем состоянии, требовались материалы, которые можно было получить только в рейдах, что, в свою очередь, позволяло участвовать в следующих, более сложных рейдах. В более сложных испытаниях приобреталось ещё более продвинутое оборудование. Но чтобы иметь возможность постоянно использовать его, нужно было продолжать участвовать в сложных рейдах.

Чтобы сбалансировать эти требования, опытные гильдии регулярно проводили рейды, которые не отличались особой сложностью, но давали возможность приобрести хорошие материалы. Именно для пополнения запасов. Однако теперь магические круги не действовали, и отправляться в рейдовые экспедиции по разбросанным по всему миру рейдовым зонам стало гораздо сложнее. И не считая этого препятствия - Серебряный Меч был амбициозной гильдией. Они избегали экспедиций в лёгкие зоны, даже под предлогом получения припасов.

После Катастрофы Уильям ни на минуту не прекращал сражаться. Он не жалел о принятом решении, но дело было в том, что он уже израсходовал большую часть предметов и материалов, накопленных за долгие годы. Он считал свою гильдию самой сильной полно рейдовой на сервере. Однако нельзя было отрицать, что их финансы и ресурсы находились в плачевном состоянии.

- У меня с собой есть запасы, которые я приготовил в Акибе.

- На сколько их хватит?

- Они дадут нам ещё десять дней, так что в общей сложности мы протянем двадцать.

Ответ Широэ причинил Уильяму боль. Лог Горизонт была крошечной гильдией, состоящей всего из восьми человек. То, что она смогла подготовить достаточно ресурсов, чтобы поддерживать элитных воинов Серебряного Меча в течение десяти дней, было достойно восхищения, но это не меняло их положения. На победу над двумя боссами у них ушло три недели. За двадцать дней они не смогли бы одолеть ещё четверых. Тем более что, как подсказывал опыт, самые сложные противники всегда поджидают в конце.

Кроме того, Уильяма беспокоило ещё одно обстоятельство - молодой человек в очках, который стоял прямо перед ним, склонив голову. Чародей что-то скрывал. Это была не обычная зона. Вандемьер из Первого Сада. Эль Райда из Пятого Сада. С остальными боссами они не встречались, но Уильям мог с уверенностью предположить их имена. Мезаракурау из Второго Сада. Ибура Хабура из Третьего Сада. Тарутауруга из Четвёртого Сада. Боссы, охраняющие эту зону, были названы и выглядели почти так же, как грозные противники из "Девяти Подземелий Хелота". Правда, некоторые различия всё же были заметны. В "Девяти Подземельях Хелота", рейде, представленном в дополнение "Сердце Иллюзии", эти боссы назывались "Вандемьер из Первого Подземелья" и "Эль Райда из Пятого Подземелья". Первый выглядел как крылатый змей, а второй - как белый конь. Здесь они появились вновь, с несколько изменённой внешностью и именами и, как и следовало ожидать, более сильные, так что старые стратегии на них не действовали.

Повторное использование модели персонажа или врагов не было редкостью в играх. Поэтому то, что происходило в этой зоне, было просто одним случаем из многих, безусловно, хоть как-то оправданным. Вернее, было бы оправдано, если бы этот мир всё ещё оставался игрой.

Уильям не знал, что и почему скрывает Широэ. Кроме того, он не имел права судить других. Сам он не считал, что поступил неправильно. Он не жалел, что покинул Акибу или что участвовал в многочисленных рейдах на северных землях. Он не жалел, но ему казалось, что Серебряный Меч слишком отдалился от других Авантюристов. Постоянно пытаясь избежать ошибок, человек не мог прогрессировать. Уильям не хотел ощущать это на себе. Ему хотелось верить, что, пока он продолжает заявлять всем о том, что его гильдия - самая сильная, эти слова станут реальностью. Он думал, что даже если его товарищи потеряют уверенность, ему будет достаточно развеять их сомнения одним боевым кличем. Однако он обнаружил, что это срабатывает лишь до определённого момента. Из-за своего упрямства он, вероятно, совершил ошибку. В тот день он отклонил приглашение Широэ присоединиться к Совету Круглого Стола.

Уильям хотел поговорить об этом. Однако ему казалось, что Чародей сейчас скрывает какую-то огромную тайну, которая к тому же тяготит его. Уильям был ещё не настолько взрослым, чтобы в такой ситуации склонить голову перед Широэ и попросить его о поддержке. К тому же он не хотел становиться таким взрослым. Какой-то внутренний голос высмеивал его за глупую, детскую гордость. Другой, однако, спросил: "А что в этом плохого?

Припасы были на исходе, и, кроме того, у них не было возможности выбраться из подземной рейдовой зоны. Что мог сказать Уильям своим товарищам из Серебряного Меча в этой полной безнадёжности? Что мог сказать им такой неудачник, как он, посвятивший всю свою жизнь только одному - "Elder Tale" - что он мог им сказать?

Ничего. Он мог только притворяться, что сильнее других, но даже это он никак не мог обосновать.

Это было его единственное оружие. Он размахивал им, как ребёнок, устраивая представления. Но поскольку у него было только одно оружие, ему ничего не оставалось делать, как использовать его. Уильям был игроком, и он это прекрасно понимал.

- Что ты думаешь, Широэ?

- О чём?

Уильям почесал голову. Он не знал, что ответить на этот вопрос. Ему нужен был шанс. Неважно, победят они или сдадутся. Ему нужен был шанс доказать, кто он есть и кем хочет стать. Чем Серебряный Меч отличался от Демикаса, который бродил по улицам и избивал всех, кто ему не нравился?

С другой стороны, эта возможность лежала прямо перед ним, в бою. Уильям решил поступить именно так. Именно поэтому он должен был двигаться вперёд, несмотря на все трудности.

Часть 1.

- Что-то плохо получается - пробормотал Наоцугу себе под нос. Он протёр Доспехи Серебряной Клятвы и Щит Львиного Сердца потрёпанной тряпкой, которую достал из сумки. Ундины, вызванные несколько минут назад Призывателем, промыли снаряжение водой. Кровь и другие физиологические жидкости монстров были вредны для оружия и щитов, поэтому после битвы всё снаряжение нужно было тщательно вычистить.

- Что плохо получается, Наоцугу?

Рядом с ним сидела Тетора и полировала свою волшебную палочку. В силу того, что они были в одной команде, в последнее время они много времени проводили вместе. Демикас был угрюм и всегда ходил в одиночку, а Войнен и Федерико держались рядом с другими членами Серебряного Меча, обычно беседуя или тренируя слаженность. Широэ же отводилась роль консультанта - точнее, стратега - в отряде, и Уильям то и дело обращался к нему.

Поэтому, по необходимости, Наоцугу обычно оставался только с Теторой.

- Всё дело в том, что эта дрянь не сходит? Может, это проклятие?

- Для знаменитости ты говоришь довольно мерзкие вещи.

- Это благодаря моей врождённой харизме у меня так много поклонников. Врождённое обаяние - смертельно опасная комбинация.

- Допустим, я тебе верю.

Они ещё не закончили исследовать зону на сегодня. Было уже за полдень, и они сделали перерыв на еду, которая как раз готовилась. Наоцугу занялся снаряжением, в основном потому, что ему временно нечем было заняться.

- Я не говорю об оружии.

- Ясно. Значит, речь идёт обо мне?

- Вовсе нет - без колебаний отрицал он.

Если бы его спросили, нравится ли ему Тетора, он бы, наверное, ответил "да". Прежде всего, они хорошо общались. Он чувствовал себя рядом с ней комфортно. Он ценил её присутствие, особенно в те моменты, когда они шутили. Это освежало: иногда можно было пошутить и ни о чём не думать. Наоцугу считал, что дурачество действует на человека успокаивающе. Тем не менее, он не говорил так много о женском нижнем белье только из-за своего хобби.

- Если у тебя депрессия, то может показать тебе мои трусики?

- Нет.

- Может, мне стоило надеть мини-юбку вместо шорт?

- Оставь эту тему.

- О нет, я с удовольствием подержу её - довольная Тетора нависла над Наоцугу, зловеще хихикая.

- Отстань!

Он решительно отстранил её от себя. Ему не нравилось, когда она так висела на нём. Она была маленькой, лёгкой и гибкой, поэтому всегда заставала его врасплох. В конце концов, он не мог ударить её, поэтому ему приходилось каждый раз пассивно защищаться.

Тетора же знала, что Наоцугу ничего ей не сделает, и специально дразнила его. Короче говоря, она просто дразнила его. Она прекрасно понимала, что очень красива.

«И это подло.»

- В конце концов, вид женского белья всегда улучшает настроение.

Тетора сказала это так естественно, что Наоцугу на мгновение задохнулся.

- Э-э-э... что?

- Стоит только моргнуть, и ты уже чувствуешь себя счастливчиком, верно? А если это нижнее бельё такой красавицы, как я, то ты получаешь заряд бодрости на весь день.

Тетора не пыталась шутить. Она говорила совершенно искренне, и Наоцугу был с ней полностью согласен. Ба, он не мог не согласиться - в конце концов, всё было именно так, как она утверждала. Хотя ему не хотелось признавать это вслух.

- Даже если так, то...

- Я разбираюсь в этих вопросах лучше, чем кто-либо другой! В конце концов, я звезда с рождения! Упади от восторга.

С громким "Хмф!" Тетора обнажила зубы. Видя это, Наоцугу был вынужден признать, что эта девушка действительно удивительна. Если не принимать во внимание недостатки её характера, она практически не переставала улыбаться. И это было самое прекрасное в ней. Наоцугу твёрдо верил, что улыбка - величайший дар, который женщина может преподнести окружающим.

Кроме того, Тетора напоминала ему Мариэлль. Одними лишь улыбками. Они обе всегда сияли. Но даже без Теторы Наоцугу часто думал о Мариэлль. И вовсе не потому, что тосковал по мягкому прижатию её тела к своему плечу.

На Земле всё было бы просто. Наоцугу нашёл работу, и его жизненная ситуация в целом стабилизировалась. У него уже давно не было девушки, так что никто не мешал им. Жизнь Авантюриста, напротив, была крутой и интересной, но слишком уж безумной, когда дело касалось таких вещей. Она была совершенно беспорядочной. Но, в конце концов, чувства Мариэлль были важнее всего. И, конечно, не стоило слишком затягивать этот вопрос. Наоцугу смущённо почесал щёку.

- Аааа, я не об этом хотел!

- Иик! Почему ты так кричишь?!

Тетора, которая опять набросилась на него, испуганно подпрыгнула и упала на холодный каменный пол подземелья. Наоцугу извиняюще протянул руку и пробормотал под нос: "Ничего такого, не бери в голову, извини" - и помог Клирику подняться. Пытаясь скрыть то, о чём он только что думал, он добавил:

- Ну, в жизни всё бывает по-разному.

- У тебя выражение лица, как будто ты после контрольной в начальной школе признался в любви своей прекрасной учительнице, но все услышали и высмеяли тебя.

- Что это за странный комментарий?!

- Хихихи. Ну что? Что случилось? - спросила Тетора с выражением лица: "Я не позволю тебе уйти от ответа".

Наоцугу внутренне обрадовался, что она, будучи не в курсе, вернулась к предыдущей теме, и с удовольствием принял этот поворот.

- Честно говоря, речь о Широэ - сказал он, специально нахмурив брови.

Гордое лицо Теторы засветилось ещё больше, словно она сказала: "Я задала ключевой вопрос! Я гениальна!". Клирик положила руки на бёдра и триумфально выпятила грудь. Она выглядела невероятно глупой.

Но Наоцугу не мог позволить ей постоянно его утешать и поднимать настроение. Кроме того, ему действительно казалось, что дела идут плохо. Но он не знал, как выразить свою тревогу словами.

- Эй, обед готов!

В этот момент подошел Федерико и начал раздавать им блюда в форме коробок. Внутри оказался коричневый гуляш и горсть спаржи. Задумчивый Наоцугу не сразу отреагировал, а Тетора с блаженством приняла их порции с громким "Спасибо, Федерико!" и широкой улыбкой на лице.

Как и подобает звезде, даже самопровозглашённой, Тетора быстро стала популярной в отряде. Люди Уильяма моментально приняли и полюбили её. Некоторые стали настоящими фанатами. Словно в подтверждение этого факта, бородатое лицо Федерико расплылось в лучезарной улыбке.

- Не за что! - весело ответил он и ушёл. Наблюдая за тем, как Федерико раздаёт обеды, Наоцугу пришёл к выводу, что Головорез Серебряного Меча, вероятно, гораздо более общителен, чем он мог предположить. Демикасу и Войнену, вероятно, тоже скоро принесут еду. Федерико и Войнен занимались в лагере такими мелкими делами. Наоцугу не ожидал от них такого и понял, что первое впечатление не всегда бывает верным.

- Давай скорее поедим, Наоцугу. Потом ты расскажешь мне, что тебя беспокоит.

- Ага - неосознанно ответил Наоцугу, ища подходящее место, чтобы присесть.

Они находились в одном из бесчисленных маленьких помещений Глубокой Шахты. Хотя оно было маленьким только по сравнению с огромным подземельем в целом. Это напоминало квадратный спортзал со стороной в пятнадцать метров. Здесь царила атмосфера, подобная святилищу; стоящие тут и там колонны были неумело украшены рельефами. Куполообразный потолок был высок, и под ним горел слабый свет.

Таких помещений в округе было несколько десятков. С самого утра они обследовали их одну за другой, попутно уничтожая монстров, стоявших на их пути.

Наоцугу и Тетора присели на обломок гранитной колонны, идеально подходящий в качестве скамьи.

- Приятного.

- Приятногоооо!

Защитник выловил из гуляша удивительно большой кусок мяса. Он запихнул его в рот и задумался. Он не знал, как донести до Теторы свои опасения. Проблема действительно касалась Широэ, но то, что дела идут неважно, Наоцугу почувствовал инстинктивно.

Если говорить доступным языком: Чародей выглядел обеспокоенным. Действительно, Широэ постоянно о чём-то беспокоился и взваливал на себя кучу обязанностей. Поэтому большинству людей он казался постоянно расстроенным. Однако Наоцугу знал, что на самом деле всё обстоит несколько иначе. Несмотря на слегка кислое лицо, Широэ умел радоваться многим вещам. Он мог быть ленивым, иногда флегматичным, и не раз бывало, что он даже засыпал за своим столом.

В глазах людей, не знавших его очень хорошо, он выглядел вечно озабоченным, поэтому мало кто замечал, когда Чародея действительно что-то тревожило. Он часто ворчал про себя, но в конце концов почти всегда находил подходящее решение проблемы, поэтому мало кто мог заметить, когда он достигал предела своих возможностей. И Наоцугу не знал, как им это объяснить.

Он не мог объяснить, как он различает, какое кислое лицо у Широэ было стандартным, а какое свидетельствовало о настоящем кризисе. Он просто чувствовал это.

Теперь Чародей был встревожен гораздо сильнее, чем можно было предположить по его виду. Но и об этом Наоцугу мог только догадываться. Он не мог объяснить, откуда взялось это предчувствие.

- Кажется, Широэ... - медленно начал Защитник - стоит перед стеной.

- Кажется?

- Угу.

- Что ж, тогда мы должны ему помочь - признала Тетора, помахивая спаржей, насаженной на вилку.

- Это будет не так просто, как ты думаешь, - ответил Наоцугу. - Люди называют его Ядовитым Очкариком, но вся эта расчётливость - лишь видимость. На самом деле он постоянно думает: "Справлюсь ли я с этим?", "Могу ли я обратиться за помощью к другим?". Он задает себе эти вопросы без остановки.

- Ага. Значит, он хикки(1).

(1) Хикикомори (яп. 引きこもり, букв. «нахождение в уединении»), или, в просторечии, хикки — японский термин, обозначающий людей, отказывающихся от социальной жизни и зачастую стремящихся к крайней степени социальной изоляции и уединения вследствие разных личных и социальных факторов. Такие люди часто не имеют работы и живут на иждивении родственников.

- Что ж, отрицать это невозможно.

- Ему нужна в жизни айдол!

- Нет, пожалуй, ему такое не нужно.

- А почему мы, собственно, полезли в эту подземную дыру?

У Наоцугу уже вертелось на языке "Потому что ему нужны деньги", но он понимал, что такой ответ ничего не объяснит. Широэ был не из тех, кто копит золото только для того, чтобы на него смотреть. Для него деньги были инструментом для достижения какой-то цели. То же самое можно сказать и о баре Полумесяца. Возникал вопрос: зачем Широэ понадобилось золото? Но ответа на эту загадку Наоцугу не знал.

В предыдущий раз речь шла о выкупе зоны с банком. Однако целью Чародея не был контроль над самим учреждением. Ему нужен был аргумент, чтобы заставить Авантюристов Акибы занять свои места за столом переговоров.

Что Широэ собирался делать с подземным золотом? Какова была его цель во всём этом? Если подумать, Наоцугу ни разу не спросил об этом Чародея. Да ему и не нужно было спрашивать, ведь он всё равно доверял ему. Они были друзьями. Но он не мог объяснить это посторонним, таким как Тетора.

«Причина... По какой причине...»

Наоцугу наклонил голову в знак глубокой задумчивости. Внезапно слова обрушились на него как откровение.

- Потому что ему нужно защитить свой дом. Я думаю.

- Дом?

- Не здание. Место, где он живёт, вот о чём речь.

- Значит, гильдия?

- Думаю, не только гильдия. Но я не уверен. - Наоцугу сымпровизировал, откусив кусочек хлеба, обмакнутого в гуляш.

- Чтобы выжить, нам нужна еда и крыша над головой. А также компаньоны. Нам нужно обеспечить место, где мы могли бы жить вместе с ними. На Земле у нас были семьи, а здесь - друзья или гильдии.

Последние шесть месяцев Наоцугу наблюдал за Мариэлль и Альянсом Полумесяца. Место, где каждый чувствует себя в безопасности. Где утром встают, работают, а вечером вместе ужинают, дурачатся и желают друг другу спокойной ночи. Драгоценное, тёплое место. И нежные улыбки, которые делают всё это возможным.

- Но гильдиям тоже нужно своё место.

- Что?

Тетора явно не понимала, что он имеет в виду. Наоцугу должен был как-то убедить её. Он и сам не был уверен в том, что хочет сказать, поэтому пустил слова прямо из сердца.

- Ну, дом для дома... то есть... Акиба. Какой смысл иметь свою гильдию, если вокруг будет пустота? Всё так или иначе связано. Гильдии также нужно своё место, роль, которую она должна выполнять, другие друзья гильдии. Место, где всё это объединяется... Не знаю, как сказать... ну, за ним нужно ухаживать.

Кажется, именно в этом и дело. Именно поэтому Широэ всеми силами боролся за создание Совета Круглого Стола.

- Город - это как огромный дом. Если в нём не будет счастья, то и все те маленькие домики, которые он объединяет, - гильдии - тоже не будут счастливы. Не будут счастливы и люди, живущие в них. Вот почему Широэ, чтобы защитить свой дом, будет сражаться даже с целым городом. И не только, если понадобится.

- Своё место, да?

Наоцугу взглянул на Тетору, не зная, дошло ли до неё его объяснение. Но на лице Клирика появилось выражение, которого он никак не ожидал. Гордая, довольная, сильная, но нежная улыбка.

- Защищать своё место - очень важное дело! Для нас, волков, самая важная. Должно быть, Широэ действительно особенный, если ты ему так доверяешь. Именно так, как я слышала. И даже более того. Мы в нашей гильдии сами не знаем, что делать.

- У вас в Светлом Индиго какой-то кризис? Признаться, я мало слышал о вас, после Катастрофы вы потеряли людей или что-то ещё?

- Нет, ничего подобного. Кроме того, Светлый Индиго - совсем не тот дом, о котором ты говоришь, у нас нет никаких особых уз. Это скорее офис или комната ожидания.

- Что это значит? Это какое-то агентство по подготовке айдолов? - растерянно спросил Наоцугу. Тетора отложила квадратное блюдо с громким "Спасибо!", а затем ущипнула Защитника за щёку.

- Что-то в этом роде. Мы все - знаменитости, защищающие дома в сердцах сотен поклонников. Хорошо, что я к вам присоединилась! Мой датчик харизмы верно подсказал мне. Даже без Светлого Индиго, я обещаю, что останусь с тобой, пока мы не закончим рейд!

Наоцугу не совсем понимал, что скрывается за этими словами гордо улыбающейся Теторы, поэтому мог только ответить: "Спасибо, мы на тебя рассчитываем".

Наоцугу не совсем понимал, что скрывается за этими словами гордо улыбающейся Теторы, поэтому мог только ответить: "Спасибо, мы на тебя рассчитываем".

Часть 2.

- АПЧХИ!

- Ой, какой недевичий чих.

- У меня безумно чесался нос.

Мариэлль и Генриетта сидели за столом в тёплой столовой Альянса Полумесяца. Гильдмастер огляделась по сторонам, подозревая, что появился сквозняк, но в комнате было абсолютно тихо.

Столовая была очень просторной и была спроектирована таким образом, чтобы все члены альянса могли обедать в ней вместе. Альянс Полумесяца насчитывал уже более сорока членов и превратился в полноценную гильдию среднего размера. Конечно, уместить всю компанию в одном помещении было нелегко, но в столовой были установлены два шестнадцати местных стола, и с помощью дополнительных стульев им как-то удавалось разместиться вместе.

Во время еды в комнате было шумно, но вечером здесь находились только Мариэлль и её подруга Генриетта. Наконец-то они могли расслабиться.

Со дня Катастрофы жизнь в Акибе была полна самых разных событий - и неприятных, и таких, от которых хотелось прыгать от счастья. Происходило много всего, но постепенно, примерно к Фестивалю Весов, город наконец начал вспоминать, каким он должен быть и как функционировать. Жители уже не ходили с таким восторгом, как сразу после создания Совета Круглого Стола, но на их лицах читалось счастье и ощущение того, что они живут в стабильности и процветании. Зима здесь была суровее, чем на Земле, но в Акибе дни проходили спокойно.

А также для Мариэлль. У неё, как у гильдмастера, было много причин для стресса в течение почти шести месяцев после Катастрофы, но недавно её наконец-то начало отпускать. Точнее, после замечания Генриетты о том, что если она сейчас будет постоянно ходить в напряжении, то останется такой и в старости. Мариэлль до сих пор помнила, как члены гильдии отвели взгляды и начали хихикать. Она даже не заметила, что все эти месяцы была такой раздражённой. Она решила, что нужно это изменить.

Казалось, что даже Генриетта немного расслабилась. Асука помогала ей следить за финансами. Хоть Генриетте приходилось часто отлучаться по делам Совета Круглого Стола, она могла позволить себе немного расслабиться после обеда - как сейчас.

Итак, двое подруг сидели в столовой, попивая какао и грея руки о керамические кружки.

- Эм...

В дверях стояла маленькая девочка.

- О, Нанами, что-то случилось? - спросила Генриетта.

Девочка вбежала в помещение. Она обошла Генриетту на расстоянии и, явно смущаясь, остановилась рядом с Мариэлль, робко оглядываясь по сторонам.

Нанами совсем недавно присоединилась к Альянсу Полумесяца и была ещё очень застенчива. Одна из причин этой застенчивости - Генриетта - сидела, опустив глаза, и как ни в чём не бывало потягивала какао, но уголки её рта подрагивали, и это не ускользнуло от внимания Мариэлль.

В тот день, когда Нанами вступила в гильдию, Генриетта пришла в неистовство от радости и сначала с энтузиазмом подхватила девочку на руки, а затем принялась её наряжать. Мариэлль не знала, на каком наряде всё закончилось, потому что к тридцатому она перестала считать. В конце концов Нанами разрыдалась, Хиэн, Ассасин их гильдии, чудовищно расстроился, а Генриетте пришлось поклясться, что она станет лучше контролировать свои порывы.

Но даже если Бухгалтерша сдержала себя, всё пережитое Нанами, похоже, слегка травмировало её. Поэтому в присутствии Генриетты она всё ещё чувствовала себя неуверенно.

- Хочешь на колени?

Мариэлль обхватила девочку и ловким движением усадила её на свои ляжки. Это позволило маленькой Нанами хорошо видеть весь стол. Как и подобает предмету мебели, рассчитанному на шестнадцать человек, он был длинным и широким. На нём лежали долото Мариэлль и другие столярные инструменты, кленовые опилки, бухгалтерская книга Генриетты, две кружки какао и полотняные мешочки. Для безопасности Генриетта положила долото обратно в мешочек. Как всегда, она безошибочно угадывала мысли Мариэлль, и гильдмастер была ей за это очень благодарна.

Обняв Нанами, которая ёрзала от любопытства, Мариэлль почувствовала, как на её лице появляется улыбка. Хотя она не могла сказать почему, её вдруг захлестнула волна умиления.

В тёплой столовой, освещённой мягким магическим светом, было тихо. Через широкий вход можно было увидеть часть кухни, где два Повара как раз готовили ужин. Если напрячь слух, можно было уловить разговоры людей, болтающих в коридоре, весёлые возгласы товарищей, возвращающихся из экспедиций, и радостные голоса, приветствующие их.

От Нанами пахло свежевыстиранной одеждой. Мариэлль, вероятно, тоже. Для гильдмастера это был символ семейных уз.

- Не хочешь ли ты выпить какао? Ты ищешь Хиэна? - спросила Генриетта, протягивая Нанами чашку. Девочка вздрогнула, посмотрела на Генриетту, потом на какао и снова на Генриетту. Наконец она неуверенно перевела взгляд на Мариэлль, и гильдмастер с улыбкой предложила ей угоститься. Нанами потянулась к чашке обеими руками. Она была великовата для неё, но в конце концов она осторожно отпила глоток какао. Сладость напитка, должно быть, удивила её, потому что Нанами замерла с широко раскрытыми глазами.

Эта девочка была воплощением невинности для Авантюристов. Для неё всё было ново и удивительно, всё хотелось узнать. Её детское любопытство не давало покоя членам Альянса Полумесяца, поэтому они полюбили маленькую Нанами и позволяли ей всё. Сама Нанами, однако, больше всего привязалась к Хиэну, которого встретила первым. Он был для неё как старший брат, и когда она теряла его из виду, то становилась пугливой и тревожной, поэтому постоянно искала его взглядом.

Девочка понюхала какао, и, видимо, запах ей понравился, потому что она пила дальше, держа чашку как самое драгоценное сокровище.

«Так, потихоньку, пусть привыкает» - подумала Мариэлль, обнимая Нанами, чтобы та не соскользнула с её колен.

Девочка пила и пила, пока вдруг не замерла. Испуганно заглянула в чашку. В ней оставался только один глоток напитка. На её лице было написано: "О нет, я всё выпила, а это Генриетты, что же теперь делать?!". Смутившись, она посмотрела на Мариэль, но гильдмастер Альянса Полумесяца мягко улыбнулась.

- Не бойся, Юмеко(2) не обидится.

- Но обидится на то, что её называют Юмеко - ледяным голосом вмешалась Генриетта.

(2) Генриетту на Земле звали Юмеко Миянозака.

С низким "Угу" Мариэлль притворилась, что задыхается от страха. Нанами, мотая своими большими глазами от одной к другой, выглядела очаровательно, и в конце концов обе женщины разразились хохотом. В этот момент Мариэлль поняла, что Генриетта тоже испытывает такое же тёплое блаженство, как и она, и очень этому рада.

«У нас замечательный дом. Я горжусь им.»

- Ну и холод на улице! - раздался неожиданно весёлый голос.

Нанами вскочила, как пружина, и принялась оглядываться по сторонам.

- Это Хиэн. Он, наверное, в холле - быстро заметила Генриетта, хотя крик её товарища нельзя было назвать стандартным приветствием вернувшегося члена семьи.

Нанами кивнула в знак признательности. Генриетта, вероятно, надеялась, что она сможет заработать очки(3), но, не обращая на это внимания, девочка спрыгнула с колен Мариэлль. Она ещё раз обняла гильдмастера и, слегка шатаясь, побежала в сторону зала.

(3) Имеется в виду изменить отношение Нанами к Генриетте в лучшую сторону.

- Эх.

- Что случилось?

- Хиэну так повезло, что я ему завидую.

- Это не вопрос удачи. Ты не должна была травмировать малышку, Юмеко.

- Маарииии!

Они хихикали. Мариэлль была счастлива, что может так беззаботно дразнить свою подругу.

- А то чихание, наверное, потому, что господин Наоцугу думает о тебе?

- Чтооо?!

Однако блаженство длилось недолго. Тёплая улыбка на лице Генриетты, свидетельствовавшая о том, что как женщины и подруги они хорошо понимают друг друга, сменилась озорной гримасой. Она не собиралась отпускать это.

- Интересно, думает ли он о тебе? Может быть, он даже говорит о тебе?

- Откуда мне знать?!

Даже в этом мире, полном магии, такие вещи невозможно было разгадать.

- Хорошо, тогда я удостоверюсь в этом телепатически.

Генриетта с ловкостью настоящего ветерана фантастических приключений прижала Мариэлль к стене, и гильдмастер в сотый раз задумалась, не совершает ли она ошибку, когда попросила у подруги совета в сердечных делах. Генриетта была компетентной, добросовестной и выполняла огромный объём работы каждый день, но снимала стресс с помощью хобби. Прежде всего она наряжала красивых девушек и дразнила Мариэлль. Она была ужасающей. Как типичная тёща.

- Нееет, прекрати!

- Почему?

Смущённая Мариэлль отвернулась, бормоча себе под нос: "Ну что я тебе скажу, почему – нельзя, и всё". Но наконец она собралась с силами и, покручивая пальцы, начала:

- Ну, потому что...

- Да?

- Мы разговариваем раз в день, после ужина, в девять часов вечера.

В столовой воцарилась тишина. Генриетта медленно переваривала только что услышанные слова. Наконец она вышла из оцепенения:

- Что?!

- Как что, не заставляйте меня повторяться! - ответила Мариэлль. Ей посчастливилось увидеть редкое зрелище, как у её подруги от изумления отвисла челюсть.

- Н-ну, потому что Наоцугу сейчас на рейде! Это тяжёлая работа! Вопрос жизни и смерти, д-даже если мы не умираем! ...И он наверняка сражается изо всех сил! И Широэ наверняка о многом думает, я не могу им мешать. Вот почему мы пообещали себе, что будем разговаривать только по вечерам, когда они разместятся в лагере...

Генриетта сжала пальцами виски, словно пытаясь избавиться от головной боли. По-видимому, добрые намерения Мариэлль совсем не доходили до неё.

- Я не об этом спрашиваю. Я имею в виду, может быть, об этом... но... Каждый день?

- Да. - Мариэлль кивнула головой. - Я рассказываю ему, что происходит в Акибе и как дела у Акацуки. Вчера я также рассказала ему о Нанами. О том, как мы заказали для неё новую футболку. И как мы купили ей туфли, и как она танцевала в зале с Хиэном. А ещё о том, как я налегала на новую курицу тандури. И мы вздыхали, как хорошо было бы съесть её вместе. И я сказала ему, что при его размерах, уверена, он съест не меньше трёх тарелок, а он мне ответил, что острую - все четыре! А потом я вспомнила, что манговый ласси там тоже очень вкусный, и мы снова заговорили о том, как хорошо было бы пойти вместе, и в итоге засиделись допоздна. Скажи, Генриетта, тебе ведь тоже понравилась курица, правда?

- Эм.

Генриетта вскочила со своего места с таким выражением лица, словно её внезапно затошнило.

- Что с тобой?

- Мне нужно отнести кое-какие вещи в Комитет Связи до ужина.

- Ага...

- Если я буду сидеть здесь ещё дольше, ужин точно не съем. Мари, кстати говоря, ты... как бы это сказать... - Генриетта развела руками. Взяв бумаги под мышку, она направилась к выходу из столовой, а Мариэлль помахала ей на прощание. В последнее время в Альянсе Полумесяца дни проходили именно так.

Хотя Мариэль этого не осознавала, она поднялась на одну позицию выше в воображаемом рейтинге Генриетты. И это соперничество было таким же жарким, как и битвы в рейдах.

Часть 3.

Согласно докладам разведчиков, в центре гигантского колизея неподвижно стояло на коленях нечто, напоминающее тёмно-фиолетовые японские доспехи. Cтрелок из их отряда воспользовался способностью Фиксация на Цели и с расстояния более ста метров определил, что рост существа составляет примерно шестнадцать метров. Должно быть, это был голем или какой-то другой вид гигантов.

Рейдовые боссы обладали особым, очень большим полем обнаружения чужаков. Бой, скорее всего, начался бы сразу, как только Уильям и его отряд ступили в этот колизей.

Его противником был Рузето из Седьмого Сада. Он выглядел почти так же, как Рузето из Седьмого Подземелья, с которым Уильям не раз сражался во время рейда "Девять Подземелий Хелота". Следовало ожидать, что способности и умения босса были значительно усилены. По словам разведчиков, у этого Рузето также было два режима - Белый и Чёрный Рыцарь. В бою он переключался между ними и жонглировал различными техниками атаки. Он был очень сложным противником.

Уильям поднял руку на уровень плеча. Этого оказалось достаточно, чтобы взгляды всех участников рейда сфокусировались на нём.

Они уже провели боевое совещание. Разведчики несколько раз атаковали врага и, жертвуя своими жизнями, добыли много ценной информации. На основе этих данных они разработали план, который, по мнению Широэ, имел пятьдесят процентов шансов на успех. Для первого подхода это были многообещающие оценки.

Уильям почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь возбуждения. И в этот момент он резко опустил руку. По этому сигналу отряд устремился вниз по каменному склону, словно река, прорывающаяся через треснувшее дамбу. Во главе с первым отрядом Авантюристы почти скользили по трибунам, всё быстрее и быстрее.

Дальность атаки монстров была пропорциональна их размерам. Например, дальность удара кулака гоблина, рост которого не превышал полутора метров, составляла несколько десятков сантиметров. Если добавить к этому удары ногами или копьями, то он достигал менее метра. Однако в случае с троллем двухметрового роста радиус действия булавы, которой он сражался, должен был составлять около трёх метров. Исходя из этого, следовало предположить, что дальность атак этого рейдового босса будет такой же, как и он сам, - гигантской.

По совету Широэ последние несколько дней члены Серебряного Меча учились физически и визуально оценивать расстояния в десять, пятнадцать и двадцать метров, чтобы во время боя безошибочно определять дальность действия техник Рузето.

Впрочем, об этом они подумают, когда нанесут ему удар. Прежде всего, команда с основным танком должна была выступить вперёд, а слабые Маги и те, кто атакует издалека, должны были занять позиции в безопасных зонах вне досягаемости противника. Ход боя, конечно, заставит их менять эти позиции, но в любой момент они должны расположиться так, чтобы попадать по Рузето и не попасть под его удар. Кроме того, нужно было умело использовать слепые зоны противника, иначе они неизбежно погибнут от его атак. Удары рейдового босса были очень мощными.

Бегущий во главе отряда Динкурон вошёл в двадцатиметровое поле обнаружения противника. Рузето внезапно встал, словно механическая броня, в которую что-то вдохнуло жизнь. В зазоре шлема вспыхнул багровый свет, и босс взмахнул своей гигантской алебардой. Уильям увидел, как Динкурон поднял щит и, стиснув зубы, приготовился отразить удар. Ему это удалось. Облачённый в тяжёлую броню, Защитник Серебряного Меча остановил первый удар рейдового босса.

Он почти не пострадал, потеряв не более десяти процентов очков здоровья. Однако это вовсе не означало, что атаки Рузето были слабыми. Перед началом боя их лучший Каннаги наложил на Динкурона заклинание Барьер Очищения - заклинание, нивелирующее четыре тысячи пятьсот единиц урона. Поэтому Динкурон получил урон, несмотря на защищающий его барьер. Если бы не он, он, вероятно, потерял бы более тридцати процентов HP.

Сила Рузето была ужасающей. Но они ожидали этого. Динкурона тут же окутал ещё один барьер. Будучи ведущим Защитником первой команды, он был как стальной наконечник стрелы для отряда. Под защитой последующих заклинаний Целителей он оказался прямо у ног Рузето и тут же применил свои таунты - сначала Якорный Вой, а затем Дразнящий Крик.

Настоящая битва только начинается.

В атаку! - крикнул Уильям. Он сам возглавил третью команду.

На Рузето обрушилась разноцветная лавина заклинаний и атакующих техник, усиленных баффами, исполненными Бардами. Во время столь жаркой битвы проверить это было невозможно, но на босса непременно накладывался целый ряд негативных эффектов. Это была одна из причин, по которой в полнорейдовый состав отряда были набраны представители всех двенадцати профессий. Действие дебаффов одного типа (за редким исключением) не кумулировалось, но массированная и разноплановая атака различных классов была способна ослабить даже самого сильного противника.

После атаки в воздух поднялись клубы дыма, ненадолго заслонившие Авантюристом обзор. Внезапно раздался сильный грохот. Земля задрожала.

Рузето взмахнул своим огромным оружием, сметая всё в радиусе нескольких метров. В результате этой атаки погибли два члена отряда, а HP тех немногих, кто непосредственно атаковал босса, упало почти до нуля. Удар был настолько сильным, что даже Динкурон потерял половину очков здоровья. Однако формация Серебряного Меча не разрушилась.

Заклинание Каннаги Молитва за Душу возвращало к жизни павших товарищей, причём делало это в том месте, где стоял тот, кто его произносил. Таким образом, это была очень полезная техника, которая не только воскрешала, но и телепортировала ожившего в безопасное место. Один из Призывателей, который ранее вызвал карбункула, также применил Фантомное Исцеление - необычное для этой профессии заклинание исцеления. Хотя его сила не могла сравниться с заклинаниями Целителей, ему удалось хотя бы немного облегчить их бремя.

Кроме Каннаги, все Целители в отряде сосредоточились на лечении своих раненых товарищей. Всё это время Динкурон не делал ни шагу назад от атак Рузето. Вероятно, этот мощный взмах алебардой был одним из особых умений босса. Члены Серебряного Меча запомнили его. Прямо рядом с Уильямом избитый Призыватель схватил за загривок мягкого, пушистого карбункула и громким голосом начал считать. Все внимательно слушали его.

У каждой атаки рейдового босса были определённые условия применения. Одним из главных, в свою очередь, было то, что Авантюристы называли временем повторного применения. Мощные техники нельзя было активировать постоянно, каждую из них можно было использовать только через определённое время. Они не знали, как долго длится время отката техник Рузето, может быть, десять или тридцать секунд, но оно определённо существовало.

Как они и договаривались во время совещания, Призыватель начал обратный отсчёт времени, чтобы измерить его. Разумеется, в это время он не переставал произносить атакующие заклинания и реагировать на происходящее на поле боя.

В игре такой отсчёт обычно вёлся с помощью внешней программы или просто секундомера в углу монитора. Все движения рейдового босса анализировались секунда за секундой на основе видеозаписей, на которых был запечатлён игровой процесс. Сопоставив этот анализ с имеющейся заранее информацией, игроки выясняли всё об этом боссе: количество урона, наносимого отдельными атаками, атрибуты, дальность, время повторного применения, анимации, шанс на попадание или критический удар.

Участники рейда обменивались подобной информацией в Интернете, обсуждали её в чатах и подходили к последующим сражениям с новой, более эффективной стратегией.

- Восемнадцать, девятнадцать, двадцать, двадцать один....

Немного хриплый, но всё ещё мощный голос раздался среди звука столкновения стали, рёва молний и пламени, пронзающего воздух.

Члены отряда напрягали все пять чувств, чтобы слова Призывателя не ускользнули от них, и в то же время - чтобы не потерять из виду врага. В этом погружённом в хаос мире Серебряный Меч продолжал совершать рейды, неуклюже и примитивно воссоздавая свои старые стратегии. Возможно, они были лишь тенью былой могущественной гильдии. Замазанные грязью, избитые... но в голосе, уверенно отсчитывающем секунды, звучало неприкрытое желание победить.

Как только Призыватель досчитал до двадцати шести, Рузето снова взмахнул своей мощной алебардой. Страшная атака повторилась.

Но спутники Уильяма не сдавались. Ассасин и Головорез подпрыгнули в воздух. Барды и Друиды отпрыгнули назад, словно ошпаренные. На Воинов, которые предпочли остаться на месте, Клирики накладывали один защитный бафф за другим.

На этот раз всё прошло лучше. Когда воющий вихрь прекратился, Уильям убедился, что по крайней мере никто не умер после этой атаки. Некоторые потеряли много очков здоровья, но команда Целителей тут же залечила эти повреждения.

Они сделали первый шаг: им удалось избежать вражеской атаки. Рот Уильяма искривился в жуткой улыбке. Это было ещё не всё. У этого рейдового босса, который выглядел как ходячая стальная броня, наверняка было в запасе ещё много адских приёмов. А ведь он ещё даже не сменил режим. Тем не менее ситуация выглядела не так уж плохо.

«Пока что у нас неплохо получается» - подумал Уильям, натягивая тетиву. Тем временем из его горла совершенно непроизвольно вырвался рёв:

- Повысить дпс! Не медлите, атакуйте чаще, его нужно ослабить!!!

Град стрел обрушился на врага. Авантюристы бросились в атаку, едва не разорвав строй на части. Темноту прорезало пламя атакующего заклинания, которое мгновенно окутало Рузето.

Уильяму было хорошо известно, что боссы в рейдовых зонах имеют столько очков здоровья, что у Авантюристов голова шла кругом при одной только мысли о них. HP Динкурона, лучшего Защитника Серебряного Меча девяносто четвертого уровня, составляло почти восемнадцать тысяч единиц. У рейдовых боссов их было в тысячу, а иногда и в десять тысяч раз больше.

Если бы где-нибудь отображался счётчик очков здоровья Рузето, они бы увидели, что, хотя команды нападения атаковали его без устали, потери HP босса были незначительными, почти незаметными для невооружённого глаза. Но чтобы победить его, Авантюристам ничего не оставалось, как постоянно поддерживать наступление.

- Смотрите под ноги! - раздался пронзительный крик Федерико.

Рузето резко затормозил, и из-под его ног появилось нечто чёрное, не туман и не слизь. Ползучим движением оно пронеслось по земле и мгновенно распространилось по всей территории колизея.

- Это что-то ядовитое, оно наносит урон! Нгх... ограничивает движение... Плюс снижает силу и скорость атаки - услышали они доклад Динкурона. Чёрная, искрящаяся жижа покрыла сапоги Защитника.

Уильям на мгновение замешкался. Слизь наносила урон, хоть и незначительный. Оно искрилось подобно электрическому разряду. Вероятно, этот эффект возникал, когда атака слизи встречала барьер, сводящий на нет урон. Маленькие вспышки молний вспыхивали снова и снова, но раз они не смогли пробить барьер, значит, атака была несильной. Даже Авантюристы, сражавшиеся рядом с Рузето - хоть коэффициент защиты у них был ниже, чем у Динкурона - не получили серьёзных повреждений.

Атака, которая наносит мало урона, но замедляет и затрудняет движение... Уильяма охватило дурное предчувствие. В этот момент Рузето из Седьмого Сада тяжёлыми шагами двинулся вперёд. Динкурон попытался остановить его очередным Якорным Воем, но безуспешно. В способ доселе невиданный, техника отскочила от доспехов Рузето и полетела вниз.

АОЕ навык обездвиживания, наносящий незначительные повреждения. До Уильяма наконец дошло, что задумал враг.

- Защитные баффы и лечение! Массово! - прокричал он.

Отряд немедленно начал действовать. Целители начали создавать полупрозрачные куполообразные барьеры, мягко мерцающие защитные заклинания и оранжевые автоисцеления.

Однако Рузето сметал всё одним ударом. Благодаря своему металлическому телу, движущемуся вперёд, босс напоминал скорее гигантскую машину для убийства, чем живого монстра. Внезапно, с непостижимой ловкостью, он начал прыгать по арене. Его алебарда, словно коса, срезающая урожай, сносила одного члена Серебряного Меча за другим.

Тем не менее больше половины отряда уцелело, и сильный голос, хоть и дрожащий от страха, продолжал считать.

- Целители из первой команды лечат танка! Вторая, отступайте и восстанавливайтесь! Третья, четвёртая, атакуйте на семьдесят процентов, сосредоточьтесь на лечении!

Уильям почувствовал, как его тело задрожало от радости. Он облизал губы, пробуя на вкус кровь, которая текла у него из носа. Он жаждал именно этого металлического привкуса. Для него это был вкус рейда.

Противник оказался ещё более сильным, чем они предполагали. Но они всё ещё стояли на своём. А ведь бой только начинался.

Часть 4.

Призрачным Шагом Демикас отпрыгнул на десять метров назад и, выпустив из лёгких обжигающий воздух, исцелил себя с помощью скилла Стойкость. Бой зашёл в удручающий тупик. Демикас стиснул зубы и с ненавистью посмотрел на своего противника.

Когда доспехи Рузето из Седьмого Сада светились тёмно-фиолетовым, им нужно было атаковать, пытаясь увернуться от его убийственных ударов. Они уже знали об этом заранее, и в этом отношении у них даже неплохо получалось. Авантюристы ближнего боя - в том числе и Демикас - без передышки наносили удары по могучей броне Рузето, пробивая её и прокладывая в ней трещины. Но когда трещины покрыли всю броню, вырисовывая узор, похожий на ветви дерева, Рузето сбросил броню, как скорлупу варёного яйца. Под ней Рузето оказался белым, как больничный потолок.

Сброшенные им доспехи слились с жижей у его ног. Мгновением позже из неё возникли искажённые фигуры - худые силуэты без выражения, орудующие огромными смертоносными косами. Окутанные чёрным, воины казались сотканными из тени, но были одномерными, словно вырезанные из бумаги фигуры.

Белый Рузето внезапно выпустил луч света. Демикас уклонился. По сравнению с предыдущими атаками, эта казалась сделанной неохотно.

Демикас уже исцелился и был готов к новой атаке. Члены Серебряного Меча попытались воспользоваться моментом слабости босса и атаковать волнами, но их остановили призрачные воины. По сравнению с Рузето сила и дальность их атак не представляли особой угрозы, но количество этих существ нельзя было игнорировать. Их было уже более десяти.

Отряд Уильяма начал уничтожать фантомов одного за другим, одновременно уклоняясь от ленивых атак Рузето. С таким количеством противников не мог справиться даже их феноменальный танк Динкурон. Всем пятерым Воинам нужно было сосредоточить внимание врагов на себе, в том числе и Наоцугу, которого Демикас не переваривал.

Призрачные существа устремились к ним, словно насекомые, привлечённые сладким ароматом. Демикас направил Удар Виверны прямо на их рой. Дальность удара, выполненного со скольжением по воздуху, составляла около ста пятидесяти метров. Демикас изучил все тонкости этой уникальной техники, позволяющей одновременно двигаться и атаковать. С её помощью он одним прыжком падал прямо в центр монстров. При обычных обстоятельствах это было бы глупостью. От атак такого мощного противника, как Рузето, было не так-то просто уклониться, и, если бы Демикас вышел за пределы досягаемости Целителей в тылу, он оказался бы в опасности. Но мрачные призраки перед его глазами были всего лишь мелкими ничтожествами. Для Монаха, которым был Демикас, противники с большим оружием были идеальной мишенью.

С пронзительным криком Демикас превратился в тёмно-зелёный метеор. Он пронёсся над ареной, как сноубордист, ударил одного из призрачных воинов в грудь, а затем направил на него Кулак Тигриного Эха.

Шумный монстр, словно прощаясь, снова взмахнул своей огромной косой. Демикас отразил удар тыльной стороной кулака, затем подтянул правое колено к груди и нанёс Бестеневой Удар.

Враг разлетелся на куски, как брошенный на землю арбуз. Но когда призрачный воин умер, Рузето поглотил оставленную им тень и тем самым восстановил часть своих очков здоровья. Таким образом, Белый Рузето смог исцелить себя. Поэтому, делая шаг вперёд, они обязательно должны были сделать и шаг назад.

Босс создал призрачных воинов, чтобы обеспечить себя катализаторами для ускорения регенерации. Вполне вероятно, что через некоторое время он наберёт достаточно сил для новой атаки. Его броня снова приобретёт тёмный цвет, и он будет наносить удары с ужасающей силой, без малейшего следа усталости, как будто они только что начали бой.

Отряд Уильяма пережил бы этот штурм, если бы противником был сам Рузето. Но если они оставят призрачных воинов танку, которого чёрный Рузето лишил более половины HP, то они неизбежно будут убиты их косами.

За здоровьем рейдового отряда следили Целители. Но ни Каннаги, ни Клирики не могли бесконечно использовать свои барьеры и автоисцеление. У них едва хватало сил, чтобы сражаться с Рузето.

Поэтому они не могли позволить себе игнорировать его подчинённых. Однако, убивая их, они способствовали его регенерации. Не успели они оглянуться, как призрачных воинов стало уже двадцать, и судьба их отряда повисла на волоске.

К отвращению Демикаса, именно Широэ вывел их из тупика.

- Он создаёт столько бойцов, сколько людей нанесли ему урон, когда он был в чёрном режиме!

Это открытие вдохнуло новую силу в Серебряный Меч. Они решили, что Целители и ослабленные члены рейда будут воздерживаться от атак, а тяжёлые атаки возьмут на себя дамагеры. Таким образом, когда Рузето снова перейдёт в белый режим, ему удастся создать лишь около десяти существ.

Этот трусливый Чародей, отдающий приказы в тылу, был заклятым врагом Демикаса. Это Широэ растоптал его гордость, это из-за него развалилась Бригандия, над созданием которой Монах так долго трудился. Если бы только вместе с этим Защитником и котолаком они не появились в Сусукино, Демикас и его спутники сумели бы найти своё место в этой реальности. Если бы только не Широэ...

Котолака он ещё мог простить. Он столкнулся с Демикасом с рапирами в руках. Но за весь поединок жалкий трус ни разу не взглянул ему в лицо. Кажется, он даже не вспомнил его имени.

Перед глазами Демикаса всё ещё было лицо Широэ, когда они снова встретились. Когда Чародей увидел его, он не выглядел испуганным. Как бы то ни было, Демикас знал, что Широэ сильный, он убедился в этом во время этого рейда. И всё же он надеялся показать ему презрение или хотя бы чувство превосходства. Но на лице Широэ в той таверне Демикас увидел лишь уныние. Как будто говоря: "Головная боль пришла".

Демикас выместил свой гнев на призрачных воинах. Молниеносный Выпад, словно он хотел пронзить их насквозь. Призрачный Шаг, чтобы избежать контратаки. Воздушный Удар, чтобы подбросить тварей в воздух. Удар Виверны в их открытые бока. И ещё раз, чтобы добить.

В глазах Широэ Демикас стоил только этого. Гнев и унижение пожирали его заживо. Ему было недостаточно просто убить Чародея. Он поклялся причинить ему такую боль, что Широэ пожалеет о том, что вообще пришёл в этот мир. Но не сейчас.

Хотя Демикасу не хотелось признавать это, ему всё ещё не хватало мастерства. После всего увиденного даже он должен был признать силу Широэ. Он превосходил Демикаса не только в снаряжении, но даже в мастерстве.

Изначально Монах присоединился к этому рейду, потому что намеревался нанести удар в спину Чародею. Рубка монстров была идеальной подготовкой к этому и, вероятно, привела его в излишнее возбуждение. Тело Демикаса казалось более лёгким, чем обычно. Его удары сбивали с ног одного монстра за другим. Точно так же, как сейчас они разрывали в клочья призрачных воинов.

Как только он подумал, что освоился в бою в рейде, он заметил крошечный значок меча, кружащий вокруг его запястий. Это был Острый Край Широэ... Демикасу только показалось, что он стал сильнее. На самом деле его силы прибавились благодаря баффу, наложенному этим человеком. И не один раз. Атаки Демикаса стали быстрее благодаря Ускорению, сильнее благодаря Истинному Проводнику.

Даже сейчас. Призрачный воин перед глазами Монаха поднял огромную косу. Демикас не мог пошевелиться, так как только что использовал Удар Виверны. Это состояние продлится ещё полсекунды. Слуга Рузето мог бы атаковать его в этот момент, но не стал.

В начале рейда Демикас не смог бы это заметить, но Широэ использовал технику Шока Разума - едва ощутимую ударную волну, которая ошеломляла противника. Хотя эффект от этого умения длился всего секунду для монстров в этой зоне, но этой секунды хватило Демикасу, чтобы с помощью Обезьяньего Шага выскочить из зоны атаки противника, занять позицию и нанести Замах Хвостом Дракона - мощный удар в пол-оборота.

Широэ предугадывал все движения и атаки, на которые Демикас потратил столько сил. И сейчас тоже. И прыжок, и удар - Широэ знал, что Демикас хочет это сделать, и великодушно позволил ему это сделать.

Чародей не обладал такой силой и мощными атаками, как Монах. Всё, что он делал, - это отвлекал противников и накладывал вспомогательные заклинания. С такими жалкими приёмами он не смог бы сбить с ног сильного монстра.

Но хуже всего для Демикаса было то, что Широэ читал его как открытую книгу и мог помочь ему так, что сам он этого даже не замечал. Чародей предугадывал каждое его движение. А Демикас уже достаточно натренировался за время экспедиции, чтобы понять, что означает такое умение.

«Я убью его. Когда-нибудь обязательно. На глазах у всех. Я буду бить его бледное лицо, пока он не завопит о пощаде. В этом рейде я получу предметы класса иллюзии. Я подниму уровень, отточу свои навыки...»

Демикас скакал по арене, сбивая с ног одного противника за другим. Его профессия относилась к классу Воинов. Монахи обладали мощной атакой и были приспособлены к долгим, затяжным схваткам. Хотя в ближнем бою они не могли сравниться с Мастерами Оружия, они значительно превосходили их по количеству очков здоровья и устойчивости к негативным статусам. Именно поэтому они могли броситься в гущу монстров и выжить, а также попасть в зону прямой досягаемости рейдового босса и атаковать его без передышки. Тело Демикаса горело жаждой битвы. Он нападал, наносил удары, пинал и атаковал, используя все известные ему навыки.

Они медленно продвигались вперёд. Моральный дух, ослабевший на некоторое время, теперь возрождался благодаря пламенным приказам Уильяма: "Поддерживайте фронт объединенными силами танков и Целителей, ослабляя противника". Если ядро строя сработает как надо, они не погибнут так легко. После этого им придётся просто приспосабливаться к ходу битвы на лету, уничтожая призрачных воинов и снижая HP Рузето.

Это должно было занять время. Такие долгие сражения требуют бесчисленных решений, и каждое из них должно быть принято с хладнокровием, точностью, безупречностью и, кроме того, скоростью. Рейды как раз и состояли из последовательности таких манёвров.

Демикас был похож на пламя. Как огонь. Он сосредоточился только на том, чтобы уклоняться от ударов, атаковать и снова и снова пробиваться вперёд. Наконец он бросился на чёрного Рузето. Он начал осыпать броню босса градом кулаков.

Постепенно сознание Демикаса заполнила пустота. Он полностью погрузился в битву, побуждаемый к действию лишь жаром, который почти сжигал его тело. Он был погружен в битву гораздо больше, чем когда сражался с Нянтой. Гораздо больше, чем когда-либо в дни, проведённые в злом Сусукино.

Поэтому Демикас понял, что произошло, только когда услышал позади себя отчаянные крики. Трудно винить его. Даже для Авантюристов, имеющих опыт рейда, всё произошло слишком быстро.

Огромные железные решётки на восточной и западной стене колизея внезапно поднялись. Из тьмы с одной стороны вышел гигант с белыми зрачками и осыпанными инеем бородой Тарутауруга из Четвёртого Сада, а с другой — извивающаяся огненная змея Ибура Хабура из Третьего Сада. Секундой позже на Авантюристов обрушилась лавина льда и пламени. Целью была четвёртая команда, сосредотачившаяся на атаке Рузето. В мгновение ока все её члены погибли, а остальные члены группы получили тяжёлые повреждения.

При виде этой сюрреалистической сцены желчь поднялась у Демикаса к горлу. Это уже слишком. Их врагом был Рузето из Седьмого Сада. Боссы проходили один за другим.

Они бросили все свои силы на Рузето и его призрачных приспешников. Даже в схватке с ними им приходилось отчаянно бороться, чтобы сохранить равновесие, ведь даже незначительное увеличение числа противников грозило уничтожить всю их команду. Наконец-то им стало удаваться лучше! Хотя они ступали по тонкому льду, поскольку шансы на победу всё ещё были невелики.

Эти два босса были столь же могущественны, как и Рузето. Даже Демикас знал это. Им не победить. Тактика и планы больше не имели значения. Перед лицом такой мощи любые приготовления и договорённости сводились к нулю. Для борьбы с этими тремя боссами требовался не полный рейд, а целый легион.

В голове Демикаса вдруг раздался лишённый эмоций голос: "Этот мир больше не игра. Те времена закончились. И ваше время здесь тоже".

Демикас понял, что, пока Авантюристы разрабатывали стратегию прохождения зоны, эти монстры покинули свои укрытия, чтобы накопить силы. Он поступил бы так же, если бы ему поручили охранять подземный лабиринт. Он объединил бы усилия со своими товарищами, чтобы уничтожить нарушителей.

И именно это и произошло. Воздух над ареной, который, казалось, застыл перед лицом этой ужасающей реальности, внезапно разорвали крики. Демикас был удивлён, что человек способен издавать такие звуки.

Над ними нависло лицо размером с лицо с киноэкранов. Ледяной гигант наклонился и обрушил огромный кулак прямо на одного из Авантюристов. Раздался вязкий звук, и от Призывателя осталось лишь мокрое пятно посреди арены.

Отсчитывающий голос, который так успокаивал Демикаса, умолк. С диким криком Монах двинулся вперёд, а затем ударом ноги отправил ошеломлённого Широэ далеко в сторону. Чародей три или четыре раза перекувыркнулся, пока Наоцугу не поймал его, но при этом он приземлился вне досягаемости скрученной дубины гиганта.

«Получи, чёртов трус» - скривил губы в улыбке Демикас.

Удар Тарутауруги раздробил Демикасу левую ногу, но вид ошеломлённого лица Широэ всё компенсировал.

Монах сплюнул.

«Попробуйте прикончить нас, вы, ублюдки!»

Но ни Демикас, ни Широэ не смогли защититься от огненного дождя, который обрушил на них извивающийся Ибура Хабура из Третьего Сада. И не только они. Наоцугу, Тетора, Уильям, доблестные Авантюристы Серебряного Меча, обрушивавшие на Демикаса удары всякий раз, когда он бросал им вызов - охваченные пламенем и невообразимой болью, весь отряд из двадцати четырёх человек был мгновенно выведен из строя.

Часть 5.

Красти слегка сморщил нос и вышел из вонючей хижины. В гильдии поговаривали, что вместо лица он носит железную маску, но даже он с трудом выдерживал вонь гоблинского логова. Такаяма, сопровождавшая его, тоже не выглядела в восторге, её глаза горели от вони.

По сравнению с полным грязи и покрытым мхом хижиной, стоять на зимнем холоде казалось привлекательным. Кроме того, тела Авантюристов были устойчивы к перепадам температур.

Красти пошевелил плечами, чтобы расслабиться, а затем двинулся прочь от гоблинской хижины. Им больше нечего было здесь делать. В округе они видели множество подобных примитивных сооружений. В неглубоком углублении, вырытом в земле, гоблины устанавливали деревянные столбы, а в качестве крыши закрывали их травами или ветками, собранными в лесу. Это была одна из десятков гоблинских деревень в местных горах. Каждая такая деревня насчитывала в среднем пятьдесят хижин и, вероятно, насчитывала около трехсот гоблинов.

Однако сейчас большинство поселений зияли пустотой. Легион Акибы, возглавляемый Красти, уничтожил около тридцати процентов монстров. Они предполагали, что оставшиеся семьдесят собрались в крепости Семи Водопадов, где обитал король гоблинов.

С момента начала экспедиции прошёл уже месяц. За это время Красти, Такаяма и другие члены легиона обследовали окрестности, определяли местоположение гоблинских поселений и время от времени совершали на них нападения. Медленно и осторожно они продвигались всё дальше и дальше.

Сенаторы Совета единогласно согласились, что проникнуть в Семь Водопадов и победить короля не составит особого труда. Конечно, в период после Катастрофы гоблины в Истале размножились как никогда, что не давало туземцам покоя по ночам, но для Авантюристов Акибы - по крайней мере, членов боевых гильдий, достигших девяностого уровня - эти существа не представляли особой угрозы. Они, правда, организовали рейд для нападения на Семь Водопадов, но Красти утверждал, что нескольких десятков отборных Авантюристов будет достаточно, чтобы захватить крепость и свергнуть короля за два дня. Миса Такаяма была согласна с этой оценкой.

Настоящей целью этой экспедиции было вовсе не убийство короля гоблинов, а обеспечение безопасности туземцев, живущих на северо-востоке Ямато. Ведь этой безопасности угрожали десятки тысяч гоблинов, размножившихся в местных горах. Авантюристы могли победить короля, но, если монстры потеряют своего предводителя и, запутавшись, распространятся за пределы Серебряного Массива, миссия Легиона будет провалена.

Поэтому командование экспедиции, возглавляемое Красти и Такаямой, приняло решение о медленном, постепенном уничтожении гоблинских деревень. Отряд из десятков Авантюристов рассредоточился по Серебряному Массиву, выискивая и спонтанно нападая на поселения монстров.

Это было похоже на ловлю рыбы в сети. Многие гоблины бросали свои деревни и бежали к Семи Водопадам, вероятно, думая, что таким образом они соберут силы против Авантюристов. Однако это тоже было частью плана - загнать всех тварей в одно место и перебить их там.

По указанию Красти Такаяма двинулась в сторону долины с ручьём. Остальные члены D.D.D. осматривали деревню и окрестности, хотя, скорее всего, гоблинов здесь не было. Это была всего лишь рутинная проверка, поэтому Авантюристы подошли к ней полностью расслабленными.

Красти и Такаяма двигались по узкой протоптанной тропинке, срезая по пути ветки. Вероятно, именно по этой дороге гоблины из поселения ходили за питьевой водой. Однако эти существа в среднем достигали ста сорока сантиметров в высоту. Более высоким людям приходилось прокладывать себе дорогу самостоятельно, так как ветки или кусты то и дело били их по лицу.

Когда они наконец достигли берега реки, резкий порыв ветра заставил их обоих прищуриться. Для Такаямы этот морозный ветерок был приятной переменой по сравнению со спёртым воздухом деревни, но Красти не был в восторге.

Такаяма уже заметила это в период после Фестиваля Весов, но Красти становился всё более и более мрачным. До сих пор её это не беспокоило, хотя Ризэ, например, грызла ногти от волнения. Такаяма полагала, что их предводитель уже взрослый мужчина и, возможно, не хочет, чтобы кто-то за него переживал.

«Нет, возраст не имеет значения. Мужчины вообще слишком чувствительны к этому.»

Она считала так, основываясь на своём опыте на работе.

Кроме того, она давно знала Красти и примерно догадывалась, что его беспокоит. Поэтому она хотела воспользоваться моментом, когда они остались вдвоём, вдали от остальной команды, чтобы немного расспросить его.

- Милорд?

Красти не ответил сразу.

- Хм, в чём дело? - наконец обратился он к Такаяме с отсутствующим выражением лица.

- В последнее время ты какой-то встревоженный. Что-то беспокоит тебя?

- Хм... - Красти приложил ладонь к губам и снова задумался.

Вместо привычных адамантиевых перчаток сегодня на нём были тонкие кожаные перчатки. На нём также была лёгкая броня, которая только подчёркивала мускулатуру его тела.

Их гильдмастер действительно выглядел хорошо. Конечно, он уже обманул не одного человека, но надо признать, что привлекательная внешность была полезна для командования организацией. Подумав так, Такаяма решил спросить напрямую:

- Тебе скучно?

Красти косо посмотрел на неё. Он продолжал молчать. Ради маскировки он ещё пытался галантно выпрямиться, но в конце концов рассмеялся и покорно поднял обе руки, словно в знак капитуляции.

- Что поделать... Мне скучно.

- Тебе нужно как-то вытерпеть это.

- Я терплю каждый день на протяжении месяца.

Такаяма глубоко вздохнула. Её подозрения оказались верными. Красти был умным человеком с привлекательностью молодого ученого, который всегда следовал логике. Он обладал врождённой харизмой и талантом вести за собой людей, а также мог похвастаться тем, что основал самую большую гильдию на сервере Ямато, которой управлял и по сей день. D.D.D. насчитывала более тысячи семисот членов и была больше многих компаний в реальном мире. Но у Красти было и другое, менее официальное лицо. Хотя его считали исключительным талантом и даже доверили возглавить Совет Круглого Стола, Красти был, по сути, большим озорником, которому было очень легко скучать.

Только Такаяма и несколько ветеранов D.D.D. знали о том, что их гигантская организация была создана по прихоти. Однажды Красти просто решил, что хочет создать гильдию и посмотреть, что из этого выйдет. На самом деле D.D.D не была гильдией, а лишь одним из элементов системы обмена талантами, которую придумал Красти.

Однажды Красти сказал: "Elder Tale" - это игра, которая действительно предлагает многое. Но чтобы ощутить это в полной мере, вам нужны компаньоны, которые отправятся в приключение вместе с вами. Разработчики это прекрасно понимают, они даже сами это признали. Именно поэтому они оснастили игру различными системами поиска таких компаньонов. А вот если бы пользователи создали свою собственную систему, гораздо более продвинутую, и через неё проходили все рейды - вот это было бы интересно!

Поэтому и была создана D.D.D. Так что их организации вовсе не обязательно было принимать форму гильдии. Красти просто использовал этот шаблон, потому что в "Elder Tale" такая система существовала уже давно и была удобной. Во времена, предшествовавшие Катастрофе, члены D.D.D общались в основном в чатах или через сайт штаб-квартиры, и Красти был инициатором этих методов. А также регулярные собрания правления и система распределения людей по отрядам, в основном рейдовым.

Командование никогда не интересовало его. Он хотел создать полностью автономную организацию, в которой, по его словам, "каждый отдел делал то, что хотел, и добивался результатов". Именно поэтому даже сейчас в D.D.D., несмотря на значительный рост, сохранилась отличная внутренняя коммуникация. Во всех отделах каждый мог высказать своё мнение и быть услышанным.

Это состояние не изменилось даже после Катастрофы. Красти воспользовался созданием Совета Круглого Стола, чтобы расширить и сделать D.D.D. ещё более независимой. Тем самым он удовлетворил своё любопытство, "посмотрел, как это", но в результате всё стало функционировать само по себе, и всё меньше вопросов требовало его непосредственного участия. Короче говоря, ему стало нечего делать.

Такаяма прекрасно понимала, что чувствует её друг и к каким последствиям это может привести. Красти был человеком со многими талантами - слишком многими - что осложняло отношения с ним. Его зашкаливающий потенциал доставлял массу неприятностей всем окружающим. И хуже всего, если Красти было скучно.

Конечно, он не был вспыльчивым и во всём руководствовался логикой, так что конечный результат обычно оказывался в пользу гильдии. Однако от количества работы и путаницы, которую влекли за собой идеи Красти, у Такаямы и других членов объединения начинала болеть голова. На мгновение Миса подумала, что с приходом Лайнезии проблема скуки была решена, но она явно переоценила возможности туземной принцессы.

«Ну, и не стоит сваливать все на неё...»

Чем больше Такаяма думала об этом, тем больше ей становилось жаль Лайнезию. Она решила, что должна как поговорить с Красти. Она ускорила шаг и поравнялась с гильдмастером, который кружил по берегу ручья. Вдруг он наклонился, внимательно изучая лежащие на земле камни.

- Что-то случилось?

- Нет...

Красти поправил очки на носу, затем поднял что-то и показал Такаяме. Это было похоже на сломанный наконечник копья.

Здесь протекал ручей, образуя широкую дугу. Прямо посередине, в самом глубоком месте, лежали разбросанные камни размером меньше детского кулачка. Местность здесь образовывала пологий мыс, сейчас, правда, местами покрытый снегом, но летом это было бы идеальное место для барбекю.

Красти кончиком ботинка отодвинул несколько камней. Очевидно, он обнаружил какой-то след.

- Вероятно, здесь у них было тренировочное поле.

- Тренировочное поле? Вот почему это место выглядит убранным - сообразила Такаяма.

Когда она внимательно посмотрела, она заметила, что все камни были перемещены под деревья, а между ними лежали сломанные ветви и обломки оружия. Гоблины, должно быть, долго пользовались этим местом.

Такаяме и в голову не приходило, что эти монстры могут организовывать какие-либо тренировки, но раз они готовились к войне, это было вполне объяснимо. Однако она не думала, что это сильно повысит их боевые навыки. По сравнению с Авантюристами гоблины были очень низкого уровня.

Она уже собиралась оставить эту тему, но тут заметила затуманенный взгляд Красти. И когда она начала анализировать его, до неё наконец дошло: гоблины готовились к битве.

Такого ещё не случалось. Точно так же, как Авантюристы пытались пройти рейд в Семи Водопадах совершенно иначе, чем во времена игры, гоблины придумывали совершенно новые методы нападения и защиты. Это уже не было "Elder Tale". Раздражённая собственной неумелостью, Такаяма начала думать, когда же она наконец поймёт.

- Милорд, мы должны немедленно вернуться и сообщить остальным.

- Да. Мы должны приказать обыскать тренировочное поле и обсудить возможные последствия.

- Да.

После этого краткого обмена словами они повернули обратно к поселению. Там они должны были сначала встретиться с Ричу и Кугелем из разведывательной группы. Только после этого они вернутся во временный штаб, который находился по другую сторону горного хребта.

Торопясь, Такаяма слишком поздно почувствовала, как дрожит её боевая коса. Внезапно раздался пронзительный металлический звук, и оружие вспыхнуло красным светом.

В последнее время такое случалось часто. Коса Такаямы не потеряла своих характеристик, наоборот, казалось, что параметры её атаки возросли, так что в ремонте она не нуждалась. Но на поле боя она иногда вдруг начинала дрожать и нагреваться.

Поэтому и на этот раз Такаяма снял оружие со спины и с удивлением стала его разглядывать. Просто так, даже не задумываясь.

Но тут её руку пронзила невероятная боль, словно что-то пыталось её раздавить. Почувствовав, как трещат кости, Такаяма широко раскрыла глаза. Она увидела, как Красти подбежал к ней и выхватил оружие из её рук. А затем, словно искривлённое сферическое пространство, его окутала чёрно-красная сфера.

Светящаяся кровавым светом коса стала притягивать к себе всё вокруг, словно причудливое магнитное поле. В центре этой деформированной сферы оказался гильдмастер D.D.D., который ещё минуту назад жаловался на скуку.

Свободной рукой Красти оттолкнул от себя Такаяму, хотя она его об этом вовсе не просила. В отчаянии она бросилась к нему и потянулась правой рукой внутрь сферы. Но раздался лишь звук разрезания, а затем всё стихло.

Такаяма осталась одна посреди ночи. Её правая рука исчезла вместе с её близким другом и косой, чьё имя предвещало беду.

Гильдмастер

Часть 1.

Была глубокая ночь. Однако улица не была окутана тьмой — фонари отбрасывали на асфальт белый свет, который также удлинял тень Широэ. Лишь опущенные жалюзи в витринах магазинов и нехарактерная, почти тягостная тишина дали ему понять, что время уже после заката.

Он миновал Макдональдс, телефонный магазин и, не поднимая взгляда, прошёл под вывеской цветочного магазина. Он знал это место, поскольку много раз ходил этим путём. Но сейчас он не мог заметить ни одной живой души. Здесь царила абсолютная тишина.

Это был коммерческий район, расположенный менее чем в часе езды от Икэбукуро. Он был построен вокруг небольшой железнодорожной станции, пользователи которой утверждали, что она находится в районе Токио. Рядом находились станции с похожим названием, только с добавлением "Север" или "Юг". Короче говоря, это были окраины столицы, которые постепенно превратились в один из спальных районов Токио.

Широэ родился и вырос здесь. Однако этот город, фальшивый и искусственный, всегда казался ему чужим. Поскольку он был относительно молодым, в нём жило много людей. Жизнь здесь была комфортной, инфраструктура не оставляла желать лучшего. Тем не менее из-за относительной близости к центру города все, кто хотел отправиться за покупками — будь то одежда, бытовая техника или другие мелочи — ехали прямиком в Токио. Поэтому здесь не было ни одного магазина, заслуживающего внимания. Таким был этот район. Казалось бы, здесь удобно и можно купить всё, но когда вы начинали искать что-то конкретное, то никогда не могли этого найти. У города, а точнее, у района, присоединённого к Токио, не было своего сердца.

Родители Широэ переехали сюда вскоре после свадьбы. Они поселились в одноэтажном доме, не маленьком и не особенно просторном, на улице, где стояло множество одинаковых домов. Такие жилые районы, маленькие станции, остатки полей и засаженные деревьями дороги встречались в Японии повсюду. Они были совершенно заурядными, ничем не выделялись и ушли в прошлое.

В этом бессердечном городе не было ничего, что стоило бы защищать, поэтому он стремительно менялся. Ни в убогом здании вокзала, ни на торговой улице не было ни одного магазина с традициями. Одни арендаторы через некоторое время уезжали, а на их место приходили другие. То же самое касалось и жителей. И друзей Широэ.

В начальной школе, которую он посещал, — слишком большой, на его взгляд — треть классов постоянно пустовала. Видимо, когда её строили, предполагали, что учеников будет много. Может, бюджет администрации решил, Широэ не знал подробностей. Но и в начальной, и в средней, и в старшей школе его одноклассники менялись, как в калейдоскопе. Теперь он знал, что так работает своеобразный метаболизм этого искусственного города. Однако в то время он казался ему хрупким, нестабильным. Он привык к тому, что всё может исчезнуть в любой момент без предупреждения. И все могут исчезнуть.

«А на самом деле...» — Широэ поднял голову.

Он вспомнил, что в этом районе есть паб, где, что весьма необычно, подают карри с баклажанами. Кажется, это было где-то рядом с овощным, кожгалантерейным и кондитерским магазинами. Этот дешёвый паб ассоциировался у Широэ с годами учёбы в университете; он не раз сидел там с друзьями. Однако нигде он не заметил вывески сомнительного качества с рисунком индуса.

Широэ растерялся, но тут же с грустью вспомнил, что паб с карри давно обанкротился. На его месте появилось причудливое кафе с гюдоном. Через несколько месяцев оно тоже исчезло. На его месте появился рамен-бар. Бар имел красочную вывеску и был частью сети ресторанов, которые неплохо зарабатывали в центре столицы. Широэ вспомнил, что видел его однажды, когда приезжал из университета на каникулы.

Один раз он зашёл туда за супом, но он оказался отвратительным на вкус, и он не собирался идти туда во второй раз. В конце концов заведение разорилось, но Широэ продолжал скучать по этому карри-бару. Их странный шеф-повар выглядел так, будто имел арабские корни, говорил по-японски с акцентом из Иокогамы и, конечно же, не был индусом. Карри, которое он готовил, тоже не было похоже на индийское, а скорее на домашнее японское карри (на вкус как соус из порошка, который иногда покупала мама Широэ), но оно было доступным по цене и подавалось с солидной порцией баклажанов. Широэ любил туда иногда заглядывать.

«Жаль, что они обанкротились.»

Он вздохнул и поднял взгляд. Перед ним висела кричащая чёрно-красная вывеска сети ресторанов рамена. Широэ остановился и начал внимательно присматриваться к надписи. На жалюзи было написано, что по средам заведение было закрыто. Обычно забегаловку украшали разноцветные флажки, но сейчас она казалась серой и заброшенной. На растянутой маркизе(1) должно было быть видно название бара, но почему-то оно размылось, и Широэ не мог его разобрать.

(1) Марки́за(Awning) — термин французского происхождения, называющий архитектурный элемент фасада здания; лёгкий, крытый железом или стеклом колпак или навес, иногда устраиваемый над входными дверями зданий и защищающий их от дождя и снега.

Он почесал щёку и наконец понял.

«Ага, так вот как выглядит потеря воспоминаний.»

Он забыл название заведения, где подавали рамен.

— Вот так.

Он не был удивлён. Он ожидал чего-то подобного; кроме того, он не считал это значительной потерей памяти. Человеческие воспоминания со временем блекли и выцветали, уходили в небытие, как содержимое давно не открывавшейся консервной банки.

В памяти Широэ ожили воспоминания о том моменте, когда погибли члены Серебряного Меча. Он знал, что если отправится в рейд, то, скорее всего, в какой-то момент погибнет. Такие квесты проходили методом проб и ошибок. Нужно было сделать несколько подходов, накопить опыт и только потом понять, какая стратегия принесёт победу. Это были не битвы с сахуагинами или гоблинами, в которых вы сражались с противниками слабее себя. Поэтому следовало ожидать, что будут потери, одним из которых окажешься ты сам.

Широэ почувствовал слабый укол одиночества. Знакомое чувство. Оно сопровождало Кея Широгане — почти всю его жизнь. И в начальной школе, и в средней, и позже тоже. Не успел он опомниться, как уже шёл, неся его в своём сердце.

★★★

Он мог чётко различить названия лишь пятой части магазинов, хотя родился в этом районе и хорошо знал его. Он регулярно посещал его, когда ещё учился в старшей школе. Постоянно меняющиеся арендаторы оставляли небольшой след в жизни Широэ и вскоре исчезали. Но с их точки зрения, скорее всего, исчез именно он. Они общались друг с другом какое-то время, а потом оставляли после себя неизгладимые воспоминания. В конце концов, даже оно исчезло.

По правде говоря, именно Широэ был тем, кто забывал, а магазины и арендаторы — теми, о которых забыли. И всё же где-то в глубине души он чувствовал себя преданным. Когда он задумался почему, его охватил стыд.

Его одноклассники из начальной и средней школы наверняка уже забыли его. Кто помнит мальчика, который то и дело сбегал с уроков, не успевал акклиматизироваться в классе и целыми днями сидел в библиотеке? Он и сам их не помнил. Память о бывших одноклассниках потускнела, как и воспоминания о старых магазинах, заставив его почувствовать угрызения совести. Как он мог держать на них обиду? Он сам виноват, что не смог ничего оставить после себя в городе, где родился.

Он медленно шёл по тихим улочкам, освещенным ртутными лампами. Не успел он оглянуться, как покинул торговый район, пересёк современный, хотя уже и обветшалый мост и вышел на усаженную деревьями аллею, ведущую к начальной школе.

Он был здесь совсем один, но издалека доносился шум грузовиков, мчавшихся по автостраде. Он напоминал отдалённое завывание ветра. Широэ опустил взгляд и пошёл дальше.

Он только что миновал огромный парк. Без особой причины он решил зайти в него и повернул. Белый свет фонарей пробивался между деревьями, но, как и предполагал Широэ, здесь никого не было.

В парке был вырыт большой детский пруд, дно которого было выложено плиткой с рисунками рыб. Но сейчас водная гладь стояла неподвижно, плавно отражая свет. Широэ присел на скамейку, с которой можно было наблюдать за этим.

Он решил, что всё это, должно быть, было чем-то вроде посмертного опыта. Он погиб во время рейда вместе с гильдией Серебряный Меч. По правилам "Elder Tale" он должен был возродиться у входа в рейдовую зону, но это произойдёт позже. Сейчас он бродил во сне, который ему показала смерть.

Широэ прислонился к скамейке и посмотрел на небо. На нём не было ни одной звезды.

«И вот я снова здесь.» Он горько рассмеялся. Он не раз проводил ночь на этой скамейке. Оба его родителя работали, дома редко кто оставался, и он с раннего детства проводил долгие вечера в парке. Защитники прав детей, скорее всего, не были бы в восторге, если бы услышали об этом.

Он приходил сюда не потому, что ему нравился этот парк. Просто ему некуда было идти. Его дом был вечно пустым, а он не мог этого вынести. Даже прятаться под одеялом не помогало. А по торговому району ходило много нарядных людей, которых он боялся. Он ходил только в начальную школу, и чтобы убежать от этих негативных эмоций, он бродил по городу ночью, пока ноги не онемели от усталости, а потом садился на эту скамейку. Он не знал другого способа.

Он почувствовал боль в груди. Не такую пронзительную, как в детстве, когда он сворачивался калачиком и закрывал глаза, но её было достаточно, чтобы понять: он снова потерпел неудачу.

Широэ уже не раз бывал в этом месте. С ранних лет он слышал, что для своего возраста очень развит. Действительно, с детства он проявлял исключительный ум, ответственность и необычайную дисциплинированность. Но из-за этого его сверстники казались ему совершенно дикими. Нелепыми. Он добровольно стал избегать их и тем самым совершил множество ошибок.

Он растоптал доброжелательность, проявленную к нему одноклассниками. Он безжалостно отталкивал протянутые в его сторону руки. Он презирал доброту других. Он убежал, когда должен был остаться и встать на борьбу. Он даже не пытался понять своих родителей и оценить то, что они для него делали. Всё это были маленькие, но необратимые промахи.

После каждого из них он садился на скамейку, плакал и обещал себе, что как-нибудь их исправит. Иногда у него что-то получалось. Тогда он думал, что, в конце концов, не так уж плох. Но потом он снова терпел неудачу и возвращался на скамейку, убеждённый в том, что он неудачник. Что он бесполезен.

«Ты увидишь, когда умрёшь сам. Ты увидишь, насколько ты слаб. Жалкий и ничтожный. Если ты умрёшь сто раз, сто раз ты это поймёшь. Некоторые люди не выдерживают и сдаются.» — Широэ вспомнил слова Уильяма.

Его уже не удивляло, что люди из рейдового отряда уходят. Потеря памяти была ничем по сравнению с ощущением пустоты. С этой пронзительной болью. Широэ хорошо знал эти чувства. Он знал, на что они указывают.

Если он должен попадать сюда каждый раз, когда он умирает как Авантюрист, это означает, что в том городе, где он вырос, он тоже когда-то умер. Если это и есть смерть, то Широэ уже не раз её испытал.

В ту ночь, когда он выбросил свою самую дорогую тетрадь, в ту ночь, когда он оттолкнул руку доброго одноклассника, в ту ночь, когда он попрощался с родителями с фальшивой улыбкой, в ту ночь, когда он перестал ходить в библиотеку. Смерть наступала в тот момент, когда вы думали, что хотите умереть.

Широэ было знакомо это чувство, даже если оно уже немного угасло в нём. Теперь оно вернулось. И дело было не в ощущении неудачи, а в том, что гноилась рана, которая теоретически уже давно затянулась. О том, что он снова и снова совершал одну и ту же ошибку. Сколько раз он проходил через это? Он не знал, но так часто, что ему не хотелось переживать это снова. Однако он снова не выдержал и вернулся на ту скамейку. Может быть, он уже никогда не сможет покинуть её, сколько бы лет ни прожил в этом мире? Страх, что это произойдёт, навис над ним, как тень, которую он не мог стряхнуть.

Будущее казалось ему чем-то невообразимо долгим. Оно длилось десятилетиями. Так неужели ему придется прожить эти бесконечные десятилетия, повторяя одни и те же ошибки снова и снова?

Широэ вспомнил, как Демикас со всей силы оттолкнул его. Он не понимал, почему Монах так поступил. Он не помнил, чтобы заслуживал его помощи в чём-то. А потом слова Уильяма. Он протянул ему руку со словами: "Хорошо. Я в деле".

Широэ не понимал, почему гильдмастер Серебряного Меча согласился одолжить ему свою силу. Ведь когда-то он высмеивал его и его гильдию. Он ничего не понимал, и ему было горько от собственного невежества.

То же самое можно сказать и о Наоцугу. Они якобы были друзьями, и, несмотря на то, что они зашли так далеко, Широэ так и не открыл ему всей правды. И всё-таки он боялся не Минами. И не шпионов Нурэхи. Он уже давно догадался, кем они могли быть. Он боялся кого-то другого, какого-то неизвестного третьего лица.

Он посмотрел на кулаки, которые непроизвольно сжал, и постепенно расслабил их. Широэ догадывался, что в этом мире есть кто-то ещё, кроме Авантюристов и туземцев. Сначала он подозревал, что это клан Куниэ, но теперь понял, что это не они. Значит, это должен быть кто-то другой.

Предположим, что Ре Ган был прав, и Авантюристы действительно попали в эту реальность в результате глобального магического заклинания. И — по полному совпадению — этот мир напоминает игру, в которую когда-то играли Широэ и остальные. Неужели такое возможно? Вероятность была не нулевой, но должно было быть и другое, более убедительное объяснение.

Последние несколько месяцев Широэ боролся с тревожными предчувствиями — практически с того момента, как Ре Ган изложил ему свою теорию о душе. Опираясь на это — вполне разумное — объяснение, Широэ бродил во тьме неизвестности, полагаясь только на силу своего разума.

Для проведения различных исследований он использовал связи Совета Круглого Стола.

Родерику было поручено изучить флэйвор текста предметов, Содзиро — изменения в экологии монстров. Мититака изучал распространение растений на юге, а Карасин записывал народные поверья и мифы, бытующие среди жителей Лиги Свободных Городов Истала. Каждое из этих исследований предоставило Широэ множество доказательств того, что в этом мире вообще не было никакой "третьей стороны". Это только усиливало его подозрения. Все эти истории, которые люди теперь как бы случайно вспоминали, по мнению Широэ, свидетельствовали об обратном.

«Но это не оправдание. Я пустил всё на самотёк, струсил и перестал пытаться.»

Он мог бы сделать больше для Демикаса. И для Уильяма. Он должен был открыть всю правду Наоцугу. И Нянте тоже. Широэ не хотел их беспокоить, но в результате только создал им проблем. Он уже столько раз проходил через это, но так ничему и не научился.

Его близкие, конечно, ждали его сейчас, как ждали в ту ветреную ночь, когда он создал для них гильдию. Они доказывали, что до сих пор именно он отталкивал людей своей трусостью и нерасторопностью.

Он решил встать со скамейки и вернуться к ним. По крайней мере, он был им обязан. А ещё он должен извиниться перед Кинджо. Когда они встретились в той заснеженной хижине, Широэ не смог довериться ему и не открыл правду, хотя должен был приложить все усилия, чтобы объяснить, чего он хочет. Убедить Кинджо, во имя того будущего, в которое он верит в глубине души. Осознать, что это дело касается всех, а затем вместе с ним склониться над проблемой.

Он не мог этого доказать, но постоянно чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. С самого начала, с момента Катастрофы. Он поднялся со скамьи и в этот момент услышал откуда-то знакомый голос. Шёпот, который был объявлением о встрече.

Часть 2.

Мир закружился, и Широэ почувствовал себя так, словно его телепортировали. Когда он пришёл в себя, то увидел, что стоит на широком белом пляже. На поверхности моря сверкали солнечные блики.

С тихим шумом волны накатывали и отступали, рисуя на берегу ажурный узор из пены. Голубая вода соприкасалась с белым песком, и эта граница уходила далеко за горизонт.

Широэ сделал шаг вперёд. Хруст под ногами застал его врасплох. С благоговейным трепетом он ступил на нетронутый пляж. Стоять на месте не было смысла. Кроме того, у него было ощущение, что что-то толкает его вперёд.

Прохладный ветерок коснулся его щеки. Широэ поднял взгляд. Из-за его спины вынырнула тень и понеслась по небу.

«Какие красивые крылья. Может быть, это морская птица?»

Белое существо нашло своих собратьев и теперь танцевало с ними на фоне темнеющего неба. Они плавно скользили по воздуху, и их вид напомнил Широэ новеллу Ричарда Баха. Как чайки из той истории, птицы трепетали крыльями, способные лететь куда угодно.

«Удивительное место...»

Для человека, не имеющего посмертного опыта, это место казалось смутно знакомым. Широэ начал задумываться, не был ли он здесь раньше, например в детстве. Однажды он прочитал в одной статье, что люди не теряют память, а просто в определённый момент перестают её вспоминать. Тогда он задумался над абстрактными вопросами: если человеческая память похожа на зашифрованное сообщение между синапсами(2), то, если человек теряет способность расшифровать его, возможно, это всё-таки можно считать "потерей"?

(2) Си́напс (греч. σύναψις, от συνάπτειν — соединение, связь) — место контакта между двумя нейронами или между нейроном и получающей сигнал эффекторной клеткой.

Так или иначе, он не помнил, чтобы бывал здесь раньше. Однако это не отменяло того факта, что место было исключительно красивым. Пляж уходил далеко в горизонт, раскинувшись под ясным зимним небом. Чистый кремовый песок создавал впечатляющий контраст с ультрамариновым цветом волн.

Широэ в одиночестве шёл по берегу. На песке, выглядевшем нетронутым за сотни лет, его следы образовывали длинную цепочку. Словно летопись, в которой верно записан ход его путешествия.

Он не знал, оставил ли он их на скамейке или их поглотил серебристый песок, но чувство беспомощности, которое ещё минуту назад таилось в его груди, исчезло. Зато осталось слабое чувство вины. Осознание долга, который ему придется вернуть, когда он возродится.

Приведя свои мысли в порядок, он долго шёл вдоль берега, пока наконец не посмотрел на море. Вокруг его ног плясали частицы света. Он услышал странный звук, похожий на звон двух кристаллов.

Небесное тело, возвышающееся над пляжем, напоминало лазурную сферу, украшенную мраморными облаками. До сих пор Широэ видел её только на фотографиях. Сначала он подумал, что это луна, но потом понял, что это голубая планета.

«Я на Луне?» Широэ огляделся. Похоже, он был прав. Песок цвета высушенных костей динозавра, бирюзовые волны, омывающие его, — всё это было похоже на картинку из сна.

Широэ поспешно проверил название зоны и понял, что попал на четырнадцатый сервер, о котором до этого слышал только рассказы.

Зона называлась Mare Tranquillitatis. Очевидно, это название ещё не было зарегистрировано в системе автоматического перевода. Дословный перевод гласит: "Море Спокойствия".

Широэ подозревал, что это тестовый сервер, на который Atharva загружала контент, находящийся в стадии разработки. Однако он не знал, был ли он перенесён в этот мир из-за Катастрофы или по какой-то другой причине. Выяснить это у него тоже не было возможности, поэтому он просто мысленно поблагодарил за то, что может дышать. И тут он погрузился в глубины своей памяти.

Мир "Elder Tale", созданный по подобию Земли Проектом Half Gaia, был разделён на тринадцать серверов. Четырнадцатый сервер, тестовый, не был включён в официальное деление. Однако это не означало, что он не был публичным сервером.

Игроки могли создавать на нём персонажей — их просто нельзя было перенести на официальные игровые сервера. Персонажи с тестового сервера могли лишь исследовать бесконечные лабиринты подземного мира, который предлагал сервер.

Эта система давала преимущества как разработчикам игры, так и самим пользователям. Игроки, обладающие базовыми знаниями о "Elder Tale", были отличными тестерами. Бесплатно играя на четырнадцатом сервере, они проводили для разработчиков тестирования контента, который ещё находился в разработке. Отзывы пользователей также давали ценную информацию о балансировке скиллов и оружия, гораздо более достоверную, чем данные, полученные в процессе симуляции.

С другой стороны, для игроков тестовый сервер был местом, где они могли познакомиться с элементами, которые вскоре будут официально введены в игру, гораздо раньше остальных. Введение изменений в баланс, новых скиллов, предметов или монстров оказывало значительное влияние на игровой процесс. Чтобы как можно быстрее понять, что изменилось, лучше всего было принять участие в отладке тестового сервера. Именно благодаря такой взаимовыручке и стал возможен четырнадцатый сервер.

Американская компания Atharva Inc, создатели "Elder Tale", разработали систему для работы над обновлениями игры и привлечения помощи пользователей в создании контента, который будет доступен всему миру.

У Широэ также был побочный персонаж на тестовом сервере. Это была Призывательница, и, видимо, ему повезло, что во время Катастрофы его затянуло в игру в качестве основного персонажа.

Но даже Широэ, хоть и знал кое-что о тестовом сервере, не думал, что на нём есть какая-то поверхность. На англоязычных сайтах, посвящённых игре, такой информации тоже не было.

Тестовый сервер — как и следовало из названия — был средой, предназначенной для тестирования. Широэ всегда представлял себе его как череду старых и новых подземелий (некоторые из которых так и не попали в игру), гигантский подземный лабиринт, в котором зоны плавно сливались и не имели названий, только порядковые номера.

Кроме того, если ему не изменяла память, в течение целой недели до выхода дополнения было невозможно зайти на тестовый сервер, поскольку его администраторы также были заняты работой над расширением.

Широэ ещё раз проанализировал всю имеющуюся у него информацию, но никакой новой теории в голову не пришло. Он никогда не слышал, чтобы игроки после смерти попадали на тестовый сервер. Может быть, остальные Авантюристы не знали, что это именно то место? Он не мог исключить такую возможность. На зарубежных форумах он видел пару записей, поднимающих тему о том, что, поскольку Проект Half Gaia не затрагивал тестовый сервер, то, возможно, его территория находилась на Луне. Однако эта теория так и не получила распространения среди игроков в Японии.

Если бы не обрывки информации, полученные с иностранных сайтов, Широэ и не догадался бы, что Mare Tranquillitatis означает Море Спокойствия. В конце концов, он не знал латыни.

Погрузившись в свои мысли, Широэ вдруг заметил, что за ним кто-то наблюдает. Он прищурился и сквозь неожиданное искажение образа увидел, что это не кто иная, как его товарищ по гильдии — Акацуки.

Девушка, одетая в коричневое пальто, смотрела на него с лёгким замешательством, неуверенностью, но и надеждой. Она напоминала ему соседскую кошку, которая никогда не позволяла себя полностью приручить, но всегда оставалась рядом.

Широэ кивнул, и этот жест явно успокоил Акацуки. Ассасин обычно выглядела серьёзной, но Широэ знал, что, когда она улыбается, её лицо приобретает нежное выражение. Сейчас она тоже ответила ему улыбкой — довольной, счастливой и немного смущённой.

Широэ снова двинулся вдоль берега, молча приглашая девушку следовать за ним. Если они останутся здесь, то больше ничего не узнают, к тому же Акацуки то и дело бегала по берегу, танцевала среди набегающих волн и явно испытывала желание двигаться дальше.

Они долго шли по пляжу вместе. Это место было для них совсем новым. Они не чувствовали здесь ни дружелюбия, ни враждебности. Широэ внимательно оглядывался по сторонам, но Акацуки выглядела спокойной. Оглянувшись через плечо, он заметил, что она пристально смотрит на следы, которые они оставили на пляже. Он остановился, чтобы подождать её. Акацуки бежала к нему лёгким шагом и грациозно крутила пируэт.

Затем они снова начали идти вперёд. Ассасин время от времени продвигалась вперёд, окуная ноги в волны и указывала на птиц, порхающих в небе. Маленькая и проворная, как ласточка Акацуки, она выглядела очень мило в своём коричневом плаще. Возможно, ей было немного холодно, потому что щеки её раскраснелись, и время от времени она выбегала вперёд, словно догоняя Широэ.

Это, несомненно, был мир "Elder Tale". Ветер шумел под совершенно ясным небом. Теперь он смешивался с шумом волн, но это, несомненно, был фоновый звук этого мира. Его нарушал только хруст их шагов по песку.

Акацуки вдруг начала замедлять шаг, словно испугавшись чего-то. Широэ шёл медленно, ожидая её, когда это было необходимо. Это ожидание не было для него неприятным.

Неизвестно когда с неба начали падать белые мерцающие частицы. Они напоминали снег. Эти нежные, безупречные крупинки бесшумно падали на песок, на волны, на Широэ и Акацуки.

Удивившись, Широэ протянул руку и, коснувшись пальцем одной из крупинок, почувствовал, как его грудь пронзила боль от осознания того, что всё это было мимолётно. Как сон. Как в детстве, когда пытаешься поймать снежинки и уже думаешь, что у тебя получилось, а когда разжимаешь руку, обнаруживаешь, что они исчезли.

Акацуки изумлённо расширила глаза. Широэ кивнул головой. Они оба смотрели на это странное явление, переживая нечто невероятное. Это вызывало у него смутное чувство покоя и удовлетворения.

Страх, гнев, печаль — всё рассеялось на этом зимнем побережье. Широэ и Акацуки стояли молча, позволяя тишине и чистоте омыть и их.

— Не думал, что здесь так спокойно — прошептал Широэ, остановившись на берегу небольшой бирюзовой бухты.

— Угу — кивнула Акацуки.

Это был короткий ответ, но Широэ услышал в голосе своей спутницы благоговение и страх, которые он сам испытывал.

Где-то далеко, на другом берегу моря, раздавался тихий звон колокольчиков. Широэ ассоциировал его с сигналом, передаваемым каким-то неизвестным племенем, которое веками жило в уединении и теперь пыталось установить контакт с другими. Он не мог этого доказать, но чувствовал, что эта бухта — особое место.

Акацуки, стоявшая рядом с ним, слегка вздрогнула, а затем печально вздохнула. В этот момент Широэ впервые пришло в голову, что его спутница тоже пережила смерть.

Даже если это не означало окончательного конца для Авантюриста, смерть всё равно остается смертью. Для Акацуки она, безусловно, была болезненной и оставила свой след. Это были страдания и унижение. Тем не менее сейчас девушка выглядела более взрослой и, похоже, более сильной, чем раньше.

Если Уильям был прав и смерть действительно чему-то их учила, они обязаны были запомнить этот урок. Широэ не знал, откуда взялось это убеждение, но поклялся себе, что сохранит его в сердце. И если взамен ему придётся потерять часть своих воспоминаний, он с радостью заплатит за это.

Он чувствовал, что это необходимо для того, чтобы стать лучше, чем был вчера, чтобы преодолеть сожаления и приблизиться к осуществлению своих желаний.

Широэ достал из кармана маленький нож и по собственному желанию отрезал прядь своих волос. Увидев это, Акацуки тоже отрезала конец своего хвоста и бросила его в море.

И падающий с неба снег, и бирюзовое море — всё здесь было создано из осколков человеческих воспоминаний. Частицы бесчисленных душ обрели видимую форму и, превратившись в жидкую энергию, заиграли симфонию волн. Море впитывало слёзы даже тех Авантюристов, которые так и не добрались до этой бухты. Это не было домыслом, в этом Широэ был уверен. Он видел перед глазами теорию духа.

Маленькая рука схватила его за плащ.

— Удивительно, правда? — прошептал Широэ, не отрывая взгляда от волн.

Акацуки кивнула головой. Широэ смотрел на море, пока учащённое сердцебиение в его груди не утихло.

— Ты умерла?

Этот вопрос, вероятно, удивил её, но через мгновение она снова кивнула. Затем она посмотрела на него и открыла рот, но почти сразу же закрыла его. Она пыталась что-то сказать, но не могла найти слов. Она сжала губы в узкую линию. В её глазах стояли слёзы. Широэ почувствовал, что это были слёзы не печали, а горечи. Но Акацуки решила сама справиться с этим страданием и не стала раскрывать ему его причину.

Увидев её слёзы, Широэ почувствовал боль в груди. Акацуки столкнулась с огромной проблемой и проиграла. Он хотел помочь ей, спасти от поражения, но тогда его не было рядом.

— Я понимаю. Мне кажется, я тоже... умер.

— Господин, ты тоже?

— Да.

Широэ закрыл глаза, и в нём ожили воспоминания. Громкий отсчёт времени, который вёл Призыватель Серебряного Меча. Звенящий звон, жар пламени и ледяной воздух. Он не жалел, что проиграл. Он сожалел о том, что не сделал всё возможное для победы. Он не сделал того, что должен был сделать.

Однако глаза Акацуки горели решимостью. Пусть она потерпела неудачу, но это её не сломило. Широэ не знал, что случилось с его спутницей, но, глядя на неё, чувствовал, что они прошли через одно и то же. Эта боль стала для Акацуки сокровищем. Она дала ей повод вновь обрести гордость того, кто решил сражаться дальше. Поэтому Широэ не было нужды утешать её.

— Я совершил ошибку. Я ошибся в своих расчётах... Вернее, я не смог до конца поверить в это.

Он не сказал тех слов, которые должен был сказать. Он не протянул руку. Он не отдал всего себя.

— Мне трудно судить.

Она, должно быть, пыталась его подбодрить, но слёзы душили её. На языке Широэ вертелись слова: "Всё в порядке. Я знаю, что ты старалась изо всех сил. Я вижу, как ты стараешься. Когда-нибудь ты тоже это поймёшь. Возможно, сейчас ты чувствуешь себя потерянной, но ты должна пройти этот путь, даже если он будет извилистым". Но он не мог этого сказать. Пока не мог. Акацуки всё ещё сражалась. И он тоже. Рейд, в котором они участвовали, всё ещё продолжался.

— Но это удивительно. Я не думал, что встречу тебя здесь.

— Да, это действительно удивительно, господин.

Поэтому он просто погладил её по голове. Он вознёс молитву к этой бухте, чтобы все те слова, которые он не произнёс вслух, дошли до Акацуки.

Ошибки прошлого невозможно стереть. Но как Авантюристы, они могли подняться после падения и снова сражаться.

— Вот почему я хочу попробовать ещё раз.

— Я тоже попробую ещё раз. Это то, чему я научился у других.

Над их головами опускались бесчисленные светящиеся частички. Этот мир был похож на горизонт, простирающийся в бесконечность, где были записаны тысячи человеческих воспоминаний. Когда Широэ осознал это, пейзаж ещё сильнее засиял в его глазах. Издалека доносился шум моря. На побережье вдруг взметнулась волна света, обдав ноги обоих.

Широэ улыбнулся Акацуки. Он чувствовал, что их время здесь подходит к концу, но они обязательно снова встретятся. Он едва заметно шевельнул рукой, которую держал на волосах Акацуки. Он не знал, что делать. Обычно после долгой паузы она била его коленом и кричала, чтобы он не относился к ней как к ребёнку. Но на этот раз удар не пришёлся, а Акацуки смотрела на него серьёзно, поэтому он не убрал руку.

Акацуки пыталась что-то сказать ему. За усиливающимся шумом волн он не расслышал её слов, но это его не беспокоило. Пальцами он по-прежнему ощущал её гладкие, шелковистые волосы. Эта мягкость была его спасением.

Часть 3.

Уильям открыл глаза и увидел свод, такой высокий, что его вершина терялась где-то во тьме. Из его измученного горла вырвался хриплый стон. Он прекрасно понимал, как жалко выглядит сейчас, но не мог сдержать рвущегося наружу стона. Он судорожно потёр глаза. Влажность, которую он ощущал на руках, не оставляла сомнений. Он плакал, как ребёнок. Отчаяние пылало в его груди.

Вокруг него раздавались тихие стоны. Один за другим оживали члены Серебряного Меча. Они находились у входа в Глубокую Шахту, в самом начале зоны. Они возродились здесь после того, как весь их отряд был уничтожен.

Подобные ситуации часто случались во время рейдов, но эта была не похожа на другие. Три рейдовых босса объединили свои силы и уничтожили свою команду. Это заставило Серебряный Меч осознать две вещи. Первая: они никогда не выиграют этот бой. Рейды были построены так, что игроки побеждали с небольшим перевесом и до самого конца не знали, удастся ли им это сделать. Побеждали те гильдии, которые собрали нужное снаряжение, подготовились и натренировались как следует, но даже в этом случае бой был похож на хождение по тонкому льду. В этом и заключался смысл рейда. Поэтому, если в этом приключении они столкнутся сразу с тремя боссами, их шансы на победу, вполне реально, будут равны нулю. Чем больше у человека было опыта в рейдах, тем лучше он это понимал. Они не победят. Это было просто невозможно. Отчаяние чёрной волной поднялось в груди Уильяма. Во-вторых — и это ещё хуже — если боссы научатся объединять силы и это явление будет происходить во всех квестах, Серебряный Меч больше никогда не сможет пройти ни одного рейда в этом мире.

Возможно, в низкоуровневом задании — скажем, пятидесятого уровня — они смогли бы справиться сразу с двумя боссами. Однако в глазах Уильяма и его спутников такие квесты не были рейдами. Они не тренировались и не собирали отряд, чтобы гоняться за мелкими существами, а потом издеваться над ними.

Уильям и его гильдия хотели сражаться с противниками своего уровня, вести ожесточённые бои, от которых кровь закипала в жилах. Теперь это желание было жестоко растоптано.

Уильяма обдало холодным потом. Его охватила всепоглощающая слабость. Его спутники, несомненно, чувствовали то же самое. Бессильные, полные скорби стоны не прекращались. Все члены Серебряного Меча знали то же, что и Уильям. Они поняли это ещё до того, как оказались в нокауте, в тот момент, когда из ворот арены появились другие боссы. Этот мир отверг их гильдию.

Уильям с усилием поднялся. Он посмотрел на своих людей — побеждённых и униженных. Никого уже не волновало, что его соратники увидят его в плачевном состоянии. Простой проигрыш в бою не привёл бы к подобному. Члены Серебряного Меча сломались. У них не было сил даже подняться. Они лежали на земле, некоторые скорчившись, опустошённые, без всякого желания сражаться. Физическая боль не ассоциировалась у Авантюристов со смертью. Но осознание того, что они потеряли своё место в этом мире, нанесло удар по их душам. Откуда-то донёсся всхлип. Жалобный звук — плач взрослого мужчины.

Уильям прекрасно понимал причину этих слёз. Он сам только что пережил то же самое. Потеря памяти не была угрозой. Он мог сказать это с гораздо большей уверенностью, чем D.D.D., действовавшие консервативно, чем Рыцари Чёрного Меча, гордившиеся своей элитарностью, чем Честность с их тупоголовыми требованиями равенства и мира. Только Серебряный Меч, который из всех рейдовых гильдий выбывал из игры наибольшее количество раз, мог с уверенностью подтвердить: именно этот момент на грани смерти и возрождения, когда ты осознаёшь все свои ошибки и несовершенство, эта волна воспоминаний, к которым не хочется возвращаться, ранит душу Авантюриста больше, чем что-либо другое. Им не обязательно было всегда побеждать. Даже если они проигрывали, они извлекали уроки из своего поражения, знали, что могут стать лучше. Это давало им силы попытаться снова. Однако ошибки, совершённые в прошлом, невозможно стереть. Невозможно избавиться и от сожалений, которые они вызывали.

В Уильяме ожили воспоминания.

"Для чего тебе это?"

"Игра? М-да... Пффф."

"На компьютере? У тебя что, нет телефона?"

"Значит по выходным ты сидишь дома?"

«Да пошли вы все» — выругался Уильям про себя.

"Впрочем, тебя, скорее всего, никто никуда не пригласит."

"А, то есть ты разговариваешь с компьютером? Ха-ха."

"Найди себе какое-нибудь хобби, которое пригодится тебе в жизни."

"Что ж, о вкусах не спорят."

«Да пошли вы все!»

Уильям судорожно вытер лицо. Он попытался подняться на ноги, но, к его огорчению, колени его подвели. Он хотел что-то крикнуть, чтобы подбодрить своих товарищей, но не нашёл слов утешения. Что он им скажет? Что в следующий раз они победят? Ведь это невозможно. Он только обманет их. А может, заявить, что они откажутся от этого рейда и попробуют свои силы в другом? Тогда им придется отсюда бежать. Такого варианта не было. Или махнуть рукой и бросить: "Пусть болтают, что хотят?". Этого он тоже не мог сделать. Его товарищи лежали на земле сломленные, такие слова до них не дойдут.

С открытым ртом, словно потерявшийся ребенок, Уильям пробежал глазами по членам своего отряда. Он взглянул на Динкурона. Токо. Дзюндзо. Элтендиска.

Он оглядел всех по очереди и только потом опустил голову. Его гильдия была на грани развала, и он даже не знал, что сказать своим людям. Они потерпели полное фиаско, которое заставило их безжалостно осознать свои слабости и нерасторопность. В разорванной груди Уильяма не осталось ничего, что он мог бы передать своим товарищам. Он отчаянно искал слова. Но в своём слабом, испуганном сердце он не нашёл абсолютно ничего.

— Значит, это конец? — услышал он откуда-то шёпот.

Он не знал, кто это сказал, но наверняка кто-то из его гильдии. Голос доносился откуда-то из угла площади. После этих слов члены Серебряного Меча затаили дыхание. В них отразилось то, о чём все думали, но в чём никто не хотел признаваться вслух.

Уильям чувствовал на себе пристальные взгляды. Они задавали вопрос, от которого он не мог уйти. Что же дальше? Вернутся ли они в Сусукино и станут гильдией добрых самаритян, поддерживающих порядок в городе? Туземцы наверняка будут им благодарны. В этом мире царил закон джунглей; в частности, в Эдзо постоянно обитали монстры. Все силы жителей уходили на то, чтобы защититься от них. Авантюристу достаточно было быть вежливым и учтивым, и в Сусукино он сразу же понравился бы им. Они смогут подружиться с туземцами, а может, даже завязать с ними отношения. Они могли бы отдохнуть от рейдов. У Серебряного Меча было достаточно сил и умений, чтобы выполнять задания по защите города в окрестностях Сусукино.

Уильяму стало так противно от всего этого, что желчь подступила к горлу.

— Возможно, да. Наверное да, я думаю... И что? Да пошли они все! — гневно воскликнул он.

Уильям не думал, что скажет дальше. Он просто позволил словам течь самим собой. Такая жизнь, возможно, была бы совсем неплохой. Спокойно существовать в этом другом мире, держаться подальше от проблем и наслаждаться свободой. Но это означало бы, что все эти нахалы со своими "советами" взрослых были правы.

— Мы проиграли. Нас всех вырезали. Может быть, это конец. Наверное, мы сражались зря. Возможно, мы идиоты, за которых нас считают, и только зря тратим время на глупости. Мы — игроки, зависимые от игр. Полный человеческий провал. Ну и что? Что с того? Мы знаем это давно. Знаем, но всё равно делаем своё. Потому что мы любим игры. Потому что мы так выбрали.

«Всё может закончиться» — подумал Уильям.

Но даже если они проиграли, даже если всё кончено, было кое-что, о чём они не должны были забывать. То, что они не могли просто так игнорировать.

Почувствовав, как в нём поднимается жар и по позвоночнику пробегает дрожь, Уильям продолжил:

— Да что такого произошло? Мы проиграли в рейде. Не в первый раз. Что в этом шокирующего? Мы не поднимемся выше в рейтинге. Игры — для детей. "Взрослейте"? "Вернитесь в город и устройте свою жизнь"?... Я не буду вам такого говорить. Я не позволю никому так говорить. Может, мы проиграли, может, мы никчёмные, но никому, даже Богу, я не позволю говорить, что всё это было зря.

Для Уильяма рейд был чем-то особенным. Сердцем "Elder Tale" и, как следствие, сердцем всего мира.

— Кто-то может спросить: а есть ли смысл в серверной статистике? Да, есть. Я так решил. Я решил, что это что-то прекрасное, что-то особенное. Но те, кто верят, что только Бог может решать, что ценно, никогда этого не поймут. Они скажут вам, что то, во что вы верите, пустое и плохое. Но они никогда не поймут! Даже если другие считают нас идиотами, даже если в их глазах мы фальшивые, важно только то, что думаем мы. Если я... Если МЫ верим, что то, что мы делаем, ценно, то так оно и есть! И мы будем этого придерживаться! Я так решил, я выбрал этот путь и по своей воле сегодня здесь! — воскликнул он, хотя невообразимая боль разрывала ему сердце.

Для Уильяма эта решимость была подобна священной клятве, и он никому не позволит насмехаться над ней.

Не успел он опомниться, как члены Серебряного Меча начали медленно подниматься, некоторые уже сидели и смотрели на своего лидера.

— Вспомните, сколько времени мы провели вместе в "Elder Tale". Когда появляется сильный противник, мы берём мечи или луки и идём в бой. Мы бросаемся на врага с криком, как дети. Иногда мы выигрываем, иногда нет. Да, разница в том, что иногда мы прыгаем выше в рейтинге, а иногда ниже. Кто-то спросит: "ну и что?". То, что нас это заводит! Вот что нам важно! Вспомните, сколько раз мы отмечали победу в рейде! Как мы делились добычей! Или как после поражений мы сидели до утра и разбирались, кто что сделал неправильно. Пусть говорят, что всё это ничего не стоит! Что это просто игра. Чушь! Но для нас это важно! Мы так решили, этому мы посвящаем себя! Для нас это настоящее, потому что мы так решили!

Уильям кричал, вкладывая в слова гнев и обиду, жгущие его грудь. Но он мог сделать только это. Жар, толкающий его к действию, превратился в пламя, которое охватило его душу и тело, а затем погасло. Победа и поражение были частью каждой битвы. А рейды были самой священной из всех битв. Никто не имел права их осквернять.

Любой, кто утверждал обратное, попирал все усилия и время, которые Уильям и его люди вложили в них за эти годы. Теперь они проиграли в этой битве. Они потерпели поражение. Изменить этот факт они не смогут. Поэтому Уильям больше не мог найти слов утешения для своих товарищей. У него не было ничего, чем он мог бы поднять их дух. Тем не менее, опустив голову, он продолжал говорить шёпотом:

— Вот кто мы такие, верно? А те, у кого есть всё, пусть идут к чёрту! Те, кто подлизывается к другим, лишь бы жить комфортно. Они ни в чём не нуждаются, поэтому им не нужно бороться... А вы? Есть ли у вас то, что есть у них? Умеете ли вы находить общий язык и ладить со всеми? Вы хвастаетесь умом? Внешностью? Вы всегда улыбаетесь и шутите? Ну же, у вас есть то же самое, что и у всех этих людей, которые в реальной жизни везде сияют? Потому что у меня нет. У меня нет ничего подобного.

Это уже не было никакой великой тайной, скрытой в священных битвах. Хотя эти слова были правдивы, они меркли по сравнению с величием "Elder Tale". Они казались бессмысленными. Это было лишь тихое признание Уильяма.

Ему больше нечего было сказать своим людям с гордо поднятой головой. И всё же гильдмастер Серебряного Меча не собирался сдаваться.

Часть 4.

— Слушайте... я никогда вам этого не говорил, не мог вам этого сказать, но вы для меня — друзья. Если бы не эта игра, у меня бы никого близкого не было. Я никчёмный, жалкий... Но я смог дойти до этого места именно благодаря "Elder Tale". И благодаря "Elder Tale" я понимаю, что вы думаете, что вы чувствуете. Когда я играю, я думаю, "О, он хочет, чтобы его вылечили". "Этот замкнулся в себе, хотя очень хочет идти вперёд". "Тот стесняется признаться, но ему бы пригодился предмет, усиливающий заклинание". И не только это! Я вижу, когда вы думаете о своих товарищах по команде. Когда вы выкладываетесь по полной, даже если вам страшно. Когда кто-то устаёт, но собирается с силами и заходит в игру вечером. Правда, я замечаю всё это!

Уильям пытался собрать воедино слова, которые рождались в его сердце. Он говорил неуклюже, бессвязно, но максимально искренне. Он использовал тлеющие остатки сожаления в своей душе.

"Elder Tale" многому научила Уильяма. Иначе такой интровертный старшеклассник, как он, никогда бы не смог стать лидером гильдии.

"Он не понимает других. Заносчивый. Ни грамма эмпатии. Не умеет ни с кем работать. Нетерпеливый. Не понимает атмосферу. Не пытается приспособиться к окружению."

Он был отвергнутым обществом парнем, который часто слышал подобные комментарии. Однако "Elder Tale" дало ему шанс построить настоящие связи. Он очень заботился о них, делая всё возможное, чтобы их защитить. "Elder Tale" была первым другом, которого он обхватил своими хрупкими руками, и каждый раз, когда он прислушивался, он открывал ему множество секретов.

Первое — это сыгранность. С одними людьми он играл лучше, с другими — хуже. Некоторые пользователи были очень хороши, другие — плохи. Постепенно Уильям начал понимать, что нужно делать, чтобы ужиться с ними. Короче говоря, он должен был приспособиться к ним. Он обнаружил, что некоторые из них были слишком слабыми, но на самом деле он просто не понимал, чего хотят эти люди. Всё, что ему оставалось, — это приспособиться, понять стили игры, и оказалось, что с большинством людей он всё-таки может ужиться.

Со временем Уильям начал принимать участие в рейдах. Они требовали ещё лучшей координации, но он не сдавался. Постепенно он подружился с игроками, с которыми можно было поговорить на разные темы. Познакомившись с ними поближе, он обнаружил, что в большинстве своём они действительно нормальные.

Второй секрет: в те вечера, когда они шутили и говорили о глупостях, дела у них шли гораздо лучше. Уильям понял, что в шутках и смехе есть необыкновенная сила, которая притягивает победы на рейд. Он познавал всё больше и больше.

У игроков были и хорошие, и плохие дни. Многое зависело от состояния их здоровья, поэтому постепенно он начал интересоваться и личной жизнью своих товарищей. Кто-то из них был энергичен, кто-то менее энергичен. У каждого из них были свои проблемы. В этом нет ничего удивительного, но только в "Elder Tale" Уильям обнаружил, что другие такие же, как он. Так он научился понимать их желания. Они оказались несложными. Они собрались, чтобы принять участие в рейде, и, очевидно, хотели победить в нём.

Кого теперь лечить? На каком противнике сосредоточить атаки? Идти напролом или чередовать и экономить силы? Идти до конца или только на семьдесят процентов?

Даже если на пути к победе у них возникали разногласия, все они хотели как лучше. Просто само исполнение не совсем им удавалось. Поэтому они обсуждали каждое недоразумение, разрешали один конфликт за другим. Наконец им удалось одержать маленькую победу. И они прыгали от радости.

Третий секрет вызвал у Уильяма слегка горькое послевкусие. Он научился слушать и спрашивать мнение других. Признаться, только после того, как его спутники пережили одну из его вспышек ярости, он усвоил должные уроки. Он понял, что должен пережить это.

Многие рейдовые гильдии просуществовали очень недолго. Более двадцати Авантюристов раз за разом вступали в тяжёлые битвы, неоднократно терпя поражение. В каждой попытке они находили какие-то сокровища, но никогда не было гарантии, что они получат нужные им предметы класса иллюзии, даже если пройдут весь рейд. Кто-то всегда был недоволен, иногда отношения между членами объединения становились напряжёнными. По этой причине большинство рейдовых гильдий распадалось примерно через полгода после своего образования.

Серебряный Меч овладел искусством вести внутренний диалог и научился решать такие конфликты — свойственные всем рейдовым гильдиям — до того, как они вызывали катастрофические последствия для всего отряда. Уильям научился доверять своим людям и честно с ними разговаривать, а его подчинённые поняли, что их лидер, хоть и был вспыльчивым, но не хотел зла. Это был ценный опыт для всей гильдии.

С одной стороны, Уильям иногда упрекал себя, что должен был понять это раньше. Но с другой — постичь такую тайну в полной мере можно было только тогда, когда ты сам всеми силами сражался за спасение своей гильдии. К тому времени, когда он узнал, что значит иметь компаньонов, Серебряный Меч начал приобретать всё бóльшую известность как молодая и энергичная рейдовая гильдия.

— Поэтому теперь я тоже понимаю... Вы думаете, что всё кончено. Game over. Что всё провалилось, что нет смысла больше пытаться. Может быть. Может, так оно и есть, но...

Уильям прекрасно понимал, какое чувство безнадёжности охватило его людей. Они потеряли рейд, который был для них всем, и сидели беспомощные, как побитые собаки. Они даже не могли смотреть в глаза своим товарищам.

— Скажу честно: я был рад, когда мы приехали сюда. Уверен, вы тоже, хотя бы немного. Готов поспорить, среди нас нет ни одного человека, который бы всей душой ненавидел эту реальность. В конце концов, это "Elder Tale". Мир, которому мы посвятили сотни часов. Мир рейдов. И в рейдах мы лучше, чем кто-либо другой. Я подумал про себя: может быть, именно здесь у меня будет по-настоящему хорошая жизнь. Но больше всего я был рад тому, что оказался здесь, с вами, ребята. Вы ничуть не изменились, и я тоже. Ну и что? Самое главное, что мы можем вместе пойти на рейд. Никто не будет смеяться над нами в этом мире.

Уильям шмыгнул носом. Опытный командир, меткий стрелок по прозвищу "Мифриловые глаза", уже бесследно исчез.

— Нельзя убегать только потому, что мы проиграли. Кто знает, может, у нас и правда нет шансов на победу? Скорее всего, нет! В девяноста процентах случаев мы потерпим поражение. Но мы не можем с этим смириться! Потому что если мы сейчас отступим, то что дальше? Вы вернетесь домой? И что вы будете делать? С чем мы останемся, если у нас отберут наши рейд? Ведь мы вложили столько души в эту игру, что другие просто смотрят с открытыми ртами! Последние два года я жил исключительно "Elder Tale". С утра до ночи я думал об игре, ел и спал, лишь бы иметь возможность продолжать играть. Я даже ходил на занятия, чтобы стать лучшим игроком. Пусть говорят, что у меня нет жизни. Да, я ботаник без жизни. Изгой общества, который может не спать всю ночь, радуясь тому, что получил редкое кольцо в игре. Но я не могу смириться с этим. И я не собираюсь сдаваться, потому что мне подкинули пару боссов. Что даст вам побег? Куда вы отправитесь дальше? Оставите ли вы "Elder Tale" и будете ли высмеивать других за то, что они играют в игры? Найдёте ли вы друзей, если откажетесь от рейдов? Вы будете идиотски смеяться: "Хе-хе, столько времени потратил на это дерьмо"? Потому что если так, то идите к чёрту!

Уильям понимал, что болтает лишнее. Они собирались остаться здесь и продолжать умирать? Сколько ещё раз? До сих пор они всегда справлялись, потому что верили в победу. Но после этого поражения у них не осталось ни капли надежды.

Всё, что он говорил, напрашивалось на комментарии: "Вы, ребята, просто веселитесь. В другом мире вы только и делаете, что играете. Вы бесполезны. И даже в своих играх вы ничего не можете добиться". Как им было противостоять такой реальности?

— Я ... однажды сбежал. Это мучило меня, но в конце концов я понял. После первого собрания Совета Круглого Стола в Акибе. В то время я наслаждался новой реальностью и думал только о том, как пройти через какой-нибудь рейд. Именно поэтому я отказался участвовать в Совете. Я хотел посвятить себя рейдам. Я действительно хотел. Я не лгу. Но в то время я также думал про себя: "Что они пытаются сделать? Они дураки, у них нет ни единого шанса. Пустая трата времени". Я смеялся над ними. Я совершил то, что сам ненавидел. Я вёл себя точно так же, как все те, кто высмеивал меня в прошлом. Это было жалко с моей стороны. Сейчас я понимаю, что просто сбежал. Я набросился на них, потому что решил, что то, что они делают, бессмысленно.

Но были Авантюристы, которые никогда ни от чего не убегали. Бывшие кумиры Уильяма. Легендарная группа, которая сражалась на равных с великими гильдиями в самых сложных рейдах, хотя никогда не называла себя гильдией.

Уильям был всего лишь начинающим игроком, но с трепетом следил за их достижениями. Он пообещал себе, что всеми силами постарается добиться того, чтобы они приняли его в свою группу, даже несмотря на то, что он был полным изгоем.

Но когда он наконец достиг девяностого уровня, эта группа распалась. Уильям почувствовал себя жестоко обманутым. Они не дождались его. Более того, они разделились и вернулись к одиночной игре, даже не создав собственных гильдий. Он не понимал, почему они отказались от своего наследия. Для чего были нужны все эти удивительные достижения?

Один Авантюрист не сдавался и сражался до конца.

— Но Широэ победил. Он прошёл через этот рейд, который, на мой взгляд, был бессмысленным, без шансов на успех, и создал Акибу. Задача состояла в том, чтобы создать город! Представляете? Я склоняю голову. Вот это командир!

Это укрепило Уильяма в мысли, что ветеран, которым он когда-то восхищался, был таким же особенным, как он всегда думал.

— Когда он пришёл ко мне с просьбой о помощи, я с радостью согласился. Я знал, что шансы на успех невелики. Ведь это было задание от Ядовитого Очкарика! С самого начала было ясно, что нас ожидает треш. По его губам видно, что он садист! Но... Я также подумал, что это звучит круто. Что будет круто победить. И знаете почему? Потому что мы ботаники! И мы любим рейды!

Уильям почувствовал, что атмосфера немного оживилась. Подняв взгляд, он встретился с глазами своих спутников, которые, как и он, были в отчаянии от того, что потеряли свою цель.

Может быть, если они попробуют ещё раз, то смогут победить. Они уже начали так думать. Уильям разжёг угли в их сердцах. Однако у него не было чувства победы или удовлетворения. Он лишь чувствовал давление и груз ответственности. Он был гильдмастером и только что пытался затащить своих товарищей на верную смерть. Ни Красти, ни Айзек не приняли бы такого решения. Может, они и командовали боевыми гильдиями, но у них было достаточно ума, чтобы понять смысл Совета Круглого Стола и помочь Широэ.

«Я полный дурак.»

Уильям сильно прикусил губу, которая начала дрожать. Он почувствовал знакомое послевкусие железа, но ему было всё равно. Он отчаянно искал способ победить. Никогда прежде он не жаждал победы так, как сейчас. И не ради собственной славы. Он хотел сделать всё, чтобы подарить победу своим людям.

Часть 5.

Широэ медленно приходил в себя — словно небо медленно светлело от лучей рассвета. Затем до него донеслись слова, пронзившие его, как свет сквозь поверхность воды. Шёпот, похожий на отчаянный крик. Хриплый голос человека, не желающего смириться с абсурдностью ситуации.

Признание Уильяма прозвучало очень тихо, но это не ускользнуло от Чародея, который уже полностью проснулся. Под влиянием этих слов Широэ начал вести внутренний диалог с самим собой. С его интровертными наклонностями это часто случалось с ним, и подобные внутренние диалоги были частью его натуры.

Тот факт, что он сам отвечал на вопросы, доказывал, что он вновь обрёл власть над своим сознанием.

Он начал с того, что оценил текущую ситуацию и обдумывал, что делать дальше. Выйдя из ступора, в который его ввергла реинкарнация, он принялся анализировать обстановку и разрабатывать тактику действий.

В первые пятнадцать секунд он понял, что положение у них сложное. Вернее — безвыходное. В той зоне могло быть только двадцать четыре игрока, и этого было недостаточно, чтобы они могли победить объединившихся боссов.

Рузето из Седьмого Сада они, вероятно, смогут победить. На самом деле они его уже хорошо изучили. В Чёрном режиме он использовал мощные одиночные атакующие техники, отражал урон, наносимый с близкого расстояния, и применял АОЕ навыки. В Белом режиме он исцелял себя и вызывал помощников.

Все рейдовые боссы обладали какими-то особенностями. Они выполняли особые приёмы или что-то в них менялось в зависимости от времени и запаса HP. Чтобы пройти такого босса, нужно было в первую очередь выяснить эти особенности, а затем выстроить на их основе свою стратегию.

Поэтому, что касается Рузето, они уже проанализировали его. Хотя это и не означало, что они сразу же одержат над ним победу, но давало ощущение, что ещё несколько тренировочных подходов, и они, вероятно, смогут претендовать на победу. Эти "подходы" не предполагали убийственной схватки до смерти. Идея заключалась в том, чтобы, например, попытаться атаковать и, если фронт будет прорван, отступить и восстановиться. В любом случае шансы на победу были.

Однако с ледяным Тарутауругой и огненным Ибурой Хабурой дела обстояли совсем иначе. Разведчики отряда ещё даже не успели рассмотреть этих боссов. Широэ не был уверен, насколько он может полагаться на характеристики их прототипов — Тарутауруги из Четвёртого Подземелья и Ибурры Хабуры из Третьего Подземелья, — но атаки, от которых погибли члены отряда, несомненно, были обычными АОЕ атаками. Они наносили огромный урон, а время восстановления должно было составлять порядка пятидесяти-ста пятидесяти секунд. В них не было ни особых техник, ни каких-либо особенностей, которые Авантюристом пришлось бы отрабатывать. Так что, по сути, они ещё даже не приступали к прохождению этих боссов.

Кроме того, Тарутауруга и Ибура Хабура атаковали одновременно. Более того, существовала вероятность, что другие боссы этой зоны тоже решат вступить в бой. Как ни посмотри — шансов на победу у них не было.

Чародей услышал, как внутренний голос сказал ему: "Не ищи причину неудач, ищи решение". Он был благодарен за эти слова, но чувствовал, что всякий раз, когда он вспоминал их, задачи становились всё сложнее.

В своём воображении Широэ разложил синие карты перед собой справа. Это были аргументы в его распоряжении. Сильные стороны и оружие. Опыт Серебряного Меча, наличие друзей, поддержка Совета Круглого Стола. Информация, которую он собрал, факты, которые он подтвердил.

В глубине он разложил карты с изображением трудностей, которые им предстояло преодолеть. Рузето, Тарутауруга, Ибура Хабура, боссы, которых они ещё не видели. Они уже исследовали большую часть подземелий в этой локации, карта была почти готова. Оставалось три, может быть, четыре босса.

Он разработал несколько стратегий и расставил их по степени вероятности успеха. Они казались совершенно нелепыми, но он немного перетасовал их и попытался увеличить шансы на успех. На данный момент они выглядели практически неосуществимыми.

Любые изменения в этом мире ограничивались способностями отдельных людей. Например, даже если кто-то изобретал новый рецепт, удавалось ли его приготовить другим, зависело от уровня их кулинарных способностей. В бою эти ограничения проявлялись гораздо сильнее. В "Elder Tale" было много мощного оружия, но использовать его могли только игроки с нужным уровнем. Даже если бы сейчас перед Широэ была картечница или миномёт, он не смог бы их использовать. ППоэтому, вместо могущественных заклинаний или оружия, им был нужен способ пробиться сквозь стену, перед которой они оказались. Он понимал, что выдаёт желаемое за действительное, но в лексиконе нынешнего Широэ слова "отступление" не существовало.

Затем он начал анализировать трудности, с которыми они столкнулись, и слабые стороны отряда. Большинство рейдовых боссов атаковали по установленной, привычной для них схеме. В каждой мощной атаке находилась лазейка, даже если на первый взгляд она была незаметна или не выглядела как недостаток. Широэ почувствовал, как где-то в глубине его сознания зажёгся огонёк. Он ухватился за эту мысль.

Где бы ни находились эти гиганты — в подземельях или в садах, — они что-то охраняли. Раз уж они обрели в этом мире собственную волю, то тем более должны были знать о своей миссии. Тарутауруга и Ибура Хабура присоединились к бою, но почему только тогда, когда Рузето начал проигрывать? Широэ чувствовал, что это их шанс. Хотя, возможно, он просто заблуждался.

Он отбросил эти призрачные надежды и сосредоточился на разработке более реалистичной стратегии. Однако даже после десятков раундов размышлений ничего более правдоподобного в голову не приходило.

Этот план, полый, как решето, имел наибольшие шансы на успех. Широэ не мог даже приблизительно оценить эти шансы, но чувствовал, что попробовать стоит.

— Широэ, уже проснулся? — Наоцугу склонился над ним.

— Угу.

Чародей приподнялся, чтобы размять онемевшие мышцы, и увидел, что лежит на мраморной платформе, накрытой одеялом.

Он не знал, для какой цели она служит, но кто-то явно положил его на неё, пока он спал.

Широэ поправил очки на носу. Наоцугу, видимо, успокоил этот жест, потому что он повернулся, чтобы посмотреть на площадь. Рядом с ним сидела Тетора, обняв колени. Очевидно, они вдвоём ждали, когда он проснётся.

Откуда-то доносился прерывистый голос Уильяма. Он не был похож на голос командира могущественной, известной на весь сервер гильдии. Однако в этом голосе, пусть и дрожащем, всё ещё звучала гордость.

Широэ слышал, как он говорил, когда лежал на платформе. Он также слышал, всхлипы и беспомощные стоны. Поэтому он решительно кивнул.

На площади перед ними члены Серебряного Меча начали медленно поднимать головы и обращать взоры на своего гильдмастера. При обычных обстоятельствах Широэ и его спутникам не следовало слушать слова, обращённые к членам другой гильдии. Наоцугу, вероятно, понял это, и Широэ был благодарен ему за то, что тот отодвинул его в самый дальний угол помещения. Но Чародею также было необходимо услышать слова Уильяма. Они напомнили ему о том времени, когда ему самому было шестнадцать лет.

"Elder Tale" причиняла Широэ много боли. Другие игроки оценивали его, он был для них ценен лишь своими навыками, никто не пытался взглянуть на него самого или понять его. Однако "Elder Tale" подарил ему величайшие дары. Нянта, Нурукан, Айхиэ. Замечательные друзья. Благодаря Канами он понял, что значит "на расслабоне". Кадзухико научил его сдержанности. Наоцугу помог ему понять, как важно верить в друзей.

Наблюдая за Серебряным Мечом со стороны, Широэ убедился, что они — достойная гильдия, а Уильям — великий гильдмастер. При мысли о том, что они поднялись с колен после столь сокрушительного поражения, у Широэ сжалась грудь. Сможет ли он это сделать? Возможно, он и встанет на ноги, но сможет ли он подбодрить своих товарищей в бою такими проникновенными словами? Он не был уверен.

Что бы он сказал Минори и Тое, если бы увидел, как они горюют? Сможет ли он что-то сделать для Исузу или Руди? Он не был уверен в этом.

Он подумал об Акацуки, но тут же услышал в голове её сердитый голос: "Защищать вас — моя задача, так что не лезьте на рожон, вас никто об этом не просил". Широэ тихо фыркнул. Она обязательно отругает его.

Люди были такими сложными. Широэ знал, что Акацуки заботится о нём. Его маленькая послушная спутница беспокоилась о нём гораздо больше, чем остальные. И он знал, что она сейчас сражается далеко отсюда. У него не было времени сидеть здесь и жалеть себя.

— Ты ведь хочешь помочь им победить, не так ли? — тихо спросила Тетора, слегка покачиваясь.

Широэ не мог видеть её лица, только спину, но ответил уверенно: "Да". И тут он с удивлением осознал кое-что. Он хотел помочь Серебряному Мечу победить. Он хотел, чтобы они все вместе, как один отряд, преодолели это препятствие. Слова Теторы попали прямо в сердце Широэ и превратились в чёткое решение.

— Ты знаешь, что и когда говорить — заметил Наоцугу.

— В конце концов, я айдол мирового класса.

Они оба посмотрели на Уильяма. Они обменялись всего двумя фразами, но чувствовали одно и то же. Они не знали, что именно означает "победа" в данном случае, но не собирались позволить Серебряному Мечу развалиться на части. В этом они были солидарны. Оставалось только придумать, как добиться этой победы.

— Так что же нам делать? У тебя есть идеи, господин стратег? — спросил Наоцугу уверенным, бодрым тоном. Он вроде бы задал вопрос, но на самом деле знал на него ответ. Он верил, что Широэ что-нибудь придумает, что он найдет выход. Он даже не сомневался в этом.

Поэтому Широэ поправил очки на носу и ответил:

— Наоцугу, мне нужно тебе кое-что сказать. И тебе, Тетора. И Уильям. Всем вам. Почему мы должны пройти через этот рейд. Что ждёт нас в конце, и почему я так хочу выиграть золото. Я должен был объяснить это сразу. Я вёл себя как говнюк, пытался разобраться во всём сам. Так что... если вы меня простите... У меня есть план чуть получше. Но действительно "немного". Шансы на победу — около пятнадцати процентов.

— Ну, это как раз то, что нужно.

— Прекрасно.

— Кинджо и его клану, надо сказать, тоже. О нашем желании. О Ямато. На этот раз я посмотрю ему в глаза и всё объясню.

Золото Куниэ

Часть 1.

Команда, находившаяся в Глубокой Шахте, готовилась целую неделю. Они укрепили лагерь и провели десятки вооруженных рекогносцировок(1). Кроме того, они уничтожили как можно больше мелких противников. Они подготовили себя всеми возможными способами и только после этого снова отправились на встречу с Рузето.

(1) Рекогносциро́вка (от лат. recognosco — осматриваю) — разведка о расположении и силах неприятельских войск, визуальное изучение противника и местности в целях уточнения принятого на карте решения.

Федерико осознал, что его дыхание участилось. Он заставил себя сделать медленный, глубокий вдох. Перед ним раскинулся вид, почти такой же, как и неделю назад. В центре огромной круглой арены стоял на коленях ужасающий гигант в тёмно-фиолетовых доспехах — Рузето из Седьмого Сада. В колизее царила абсолютная тишина. Не осталось и следа от той убийственной битвы, что произошла здесь неделю назад.

Федерико ждал сигнала от лидера их команды, Широэ. За последнюю неделю молчаливый молодой человек сильно изменился. После того унизительного поражения он стал больше разговаривать с ними. Федерико давно знал, что Широэ — искусный Чародей, но за последние несколько дней он стал ценить его способности ещё больше. К этому времени члены отряда уже привыкли к виду нового посоха, который Широэ извлёк откуда-то из глубин магической сумки.

Они больше не могли жаловаться. Они должны были сделать всё возможное, чтобы увеличить свои шансы на победу. Федерико считал, что Широэ умело пошёл навстречу их желаниям. Кроме того, благодаря ему удалось решить продовольственный кризис. Не раздумывая ни минуты, Чародей и его друзья поделились припасами, которые хранили в магических сумках, так что теперь весь отряд ел больше и лучше. Войнену — как начинающему Повару — пришлось взять на себя заботу о пропитании их команды, так что он был искренне благодарен за это. Были, конечно, и замечания: “Неужели нельзя было сделать это раньше?", но они быстро смолкли.

Ведь надо признать, что и Серебряный Меч до сих пор не относился к Широэ и его друзьям как к своим. Вина лежала по обе стороны. То, что все они погибли на одном поле битвы, имело большое значение для изменения их отношений.

Смерть — травмирующий опыт, но иногда она сближает людей. У Федерико были хорошие друзья среди школьных и университетских товарищей, но эти отношения не шли ни в какое сравнение с теми узами, которые связывали его с рейдовым отрядом Серебряного Меча. Хотя, учитывая, что все они разделяли один и тот же тяжёлый опыт, ему следовало бы называть остальных Авантюристов “товарищами по оружию", а не "знакомыми" или "друзьями".

«Вы вряд ли подружитесь с человеком, которого терпеть не можете.»

Федерико прикусил губу.

«Но ты должен преодолеть эти чувства в себе, иначе вы не сможете сражаться бок о бок.»

Это относилось и к Широэ, и к Демикасу.

Азалеа слегка приподнял правую руку. До сих пор он сидел с закрытыми глазами. Казалось, он медитирует, но на самом деле он использовал особый скилл Призывателей Овладение Душой, с помощью которого он брал под контроль разум вызванного им зверя и проводил разведку в его теле. Видимо, он уже закончил, потому что два-три раза покачал головой, а затем коротко доложил Уильяму:

— Ждёт на том же месте, что и раньше. Ни следа других врагов.

Это совпадало с информацией, полученной от других разведчиков за последние несколько дней. Здешние боссы научились сотрудничать, но они по-прежнему думали по-своему, имели свои предпочтения и не были идеальными. За последнюю неделю Широэ не раз повторял это. Он казался задумчивым, спокойным парнем, но — если верить слухам из Акибы — был гением, способным манипулировать даже легионами ада.

«Меня устраивает и то, и другое» — признал Федерико.

Действительно, Чародей выглядел замкнутым, и кислое лицо отделяло его от остальных невидимой стеной. Он был дотошен до мелочей и всё подробно объяснял, но это нельзя было считать серьёзным недостатком. Кроме того, члены Серебряного Меча не имели права критиковать других. Они сами были собранием изгоев с большими или меньшими причудами. Может, Широэ и был необычным человеком, но он прекрасно вписывался в их компанию.

Широэ произнёс короткое заклинание Эликсир. Этот Чародейский бафф увеличивал эффективность исцеляющих заклинаний, наложенных на цель. Войнен поднял левую руку вверх, а затем использовал Исцеляющее Сердцебиение в качестве теста. Мягкое тепло и зелёный свет окутали Федерико. Действительно, заклинание теперь восстанавливало больше очков здоровья. Федерико с благодарностью наблюдал, как Широэ по очереди накладывает бафф на остальных членов отряда.

Они закончили свои приготовления. Наступило время Серебряного Меча. Настало время продолжения той ночи, когда Уильям кричал изо всех сил. Последовал короткий обратный отсчёт. Как только выпал “ноль”, Наоцугу бросился вперёд. Защитник из второй команды побежал прямо на Рузето, оставив остальных членов отряда далеко позади.

«Ещё нет. Не сейчас...»

Уильям вытянул руку горизонтально. Федерико и остальные терпеливо ждали. Все они смотрели на спину удаляющегося танка и ждали сигнала к первой атаке.

— Каменный Замок!!! — проревел Наоцугу. Он резко остановился перед ногами босса и поднял щит.

Это была уникальная техника Защитников, которая на десять секунд сводила на нет весь наносимый им урон. Благодаря этому мгновению Наоцугу удалось пережить первую мощную атаку Рузето — Звон Смерти при Свете Луны.

—  Сейчас! —  Уильям с криком двинулся вперёд.

Федерико почти наступал ему на пятки.

Звон Смерти при Свете Луны и Замах Тёмного Серебра(2) были специальными атаками, которые Рузето использовал в режиме Чёрного Рыцаря. Чтобы защититься от них, даже Динкурону потребовалось бы иметь полный запас HP и баффы. Наоцугу, друг Широэ, нейтрализовал обе техники с помощью Каменного Замка. После предыдущего столкновения они уже знали, что время восстановления Звона Смерти при Свете Луны составляет девяносто секунд. Значит, ещё восемьдесят семь секунд Рузето не сможет использовать этот навык. Теперь в его распоряжении не было ни одной мощной АОЕ атаки. С другой стороны, Замах Тёмного Серебра был ужасающей техникой, но он поражал только одну цель. Воспользовавшись этой брешью, Федерико и остальные смогли благополучно добраться до своих позиций.

(2) Я не знаю как это нормально перевести. В англ — “Kneel Before the Dark Silver Post”, в польском — “Kneeling Dark Silver Swing”

Это была стандартная схема действий рейдового отряда, но Федерико не смог сдержать улыбку, увидев, как идеально её исполнил Защитник из маленькой гильдии.

Они по-прежнему боялись смерти, но эмоции толкали их вперёд. Моменты, когда они шли плечом к плечу со своими товарищами или когда им удавалось скоординировать сложный манёвр, заставляли сердце Федерико прыгать от радости, как бумажный самолётик, кружащийся на ветру. “Серьёзные взрослые” наверняка посмеялись бы над ним или сказали, что он ведёт себя по-детски, но — цитируя гильдмастера Серебряного Меча — пусть они идут к чёрту! Как Уильям бросил вызов этому миру той ночью, так и они бежали сейчас, потому что сами выбрали этот путь.

Фредерико умирал много раз после Катастрофы. Каждый раз ему приходилось возвращаться к своим мрачным воспоминаниям, заново переживать боль и чувствовать утрату.

Но его товарищи из Серебряного Меча ни разу не появлялись в этих воспоминаниях. И они подтвердили, что в своих посмертных воспоминаниях они тоже никогда не видели никого из гильдии. Это очень обрадовало Федерико. Кто-то может спросить: "А чего ты ожидал? В конце концов, вы же здесь просто дурачитесь". Однако, по мнению Федерико, это доказывало, что его друзья в Серебряном Мече — люди, которых ему не нужно стыдиться. Гильдия стала для него домом.

"Друзья". Он уже давно не использовал это слово. В его возрасте никто не хотел анализировать, кто был просто знакомым, а кто уже настоящим другом. Кроме того, даже если дать определение, отношения между людьми всё равно подчинялись своим законам. Федерико, как начинающий сотрудник, считал, что и близкие отношения, и избегание кого-то одинаково невыгодны.

Поэтому он и сам удивился, когда их гильдмастер, — который, в конце концов, ещё учился в старшей школе — произнёс слово "друзья", его глаза загорелись. Очевидно, Федерико не до конца понимал свои собственные чувства.

Может быть, однажды они найдут дорогу обратно в старый мир. Может быть, Федерико вернётся к повседневной рутине, кружась между домом и офисом, и когда он вспомнит тот день, вся эта борьба насмерть покажется ему смешной. Возможно, именно так и произойдёт. Но это вовсе не означало, что они должны сдаться сейчас. Ни в коем случае. Они находились в рейдовой зоне. Они были рейдовой гильдией.

— Удар Гадюки!

Федерико подпрыгнул, приземлился на тёмно-фиолетовую перчатку и вонзил свой фламберг в плечо Рузето. Навык Удар Гадюки не наносил большого урона, но накладывал на босса дебафф, который вызывал кровотечение и снижал точность его техник на четыре процента.

Четыре процента давали очень много в рейдах. Это означало, что именно столько процентов целебных заклинаний они смогут сэкономить, столько очков магии они сохранят и смогут сражаться дольше. Возможно, он переоценивал свою роль, но, по его искреннему мнению, это значительно повышало их шансы на победу.

Динкурон, сменивший Наоцугу в роли главного танка, вышел вперёд. Этот Авантюрист был уникален даже среди членов Серебряного Меча. Одетый с ног до головы в доспехи класса иллюзии, он своими защитными способностями соперничал с самим Айзеком из Рыцарей Чёрного Меча. Всегда спокойный и уравновешенный, Защитник сейчас издал крик, от которого могли лопнуть барабанные перепонки. Боевой Клич. Эта техника повышала устойчивость окружающих Авантюристов к негативным дебаффам. Диапазон её действия расширялся с помощью предметов.

Федерико почувствовал, как по его телу прокатилась волна энергии. Он проскользнул за спину Рузето, который теперь казался ему совсем нерасторопным, и наносил удары снова и снова. В этом и заключалась роль ДД(3) — атаковать со всех сторон, без передышки, чтобы нанести как можно больше повреждений. Учитывая их сегодняшнюю стратегию, им нужно было обеспечить себе наилучший старт.

(3) ДД или дэмэдж дилер (англ. damage dealer)

В западной части колизея — примерно в десяти метрах от места сражения с Рузето — послышался приглушённый металлический звук. Он раздался дважды. Самурай Серебряного Меча, Рагомару, использовал свою технику Зантецукен.

По словам разведчиков, одно из прутьев железной решётки было успешно перерезано, создав брешь, достаточную для того, чтобы человек мог проскользнуть на другую сторону ворот.

Федерико атаковал, краем глаза наблюдая за действиями Рагомару.

«Недостаточно!»

Дамагеры удвоили свои усилия. Массированная атака должна была нанести боссу значительный урон. Рузето уже ничего не мог сделать. Мощные техники, на которые он полагался, были нейтрализованы Наоцугу, и у гиганта не было ни одного навыка, с помощью которого можно было бы пробить железную защиту Динкурона.

Если бы Рузето сейчас привёл других боссов, Федерико и остальные были бы в мгновение ока отправлены в нокаут. Но босс ещё не потерял и десяти процентов очков здоровья. Он точно не будет звать на помощь... Федерико повторял это про себя, чтобы подавить поднимающийся в груди страх.

Однако такой гарантии у них не было. Тарутауруга и Ибура Хабура могли появиться в любой момент. Или какой-нибудь другой неизвестный им босс. У них не было никаких гарантий. Они полагались лишь на догадки о том, как гиганты действуют сообща, и на карту зоны, составленную разведчиками.

Время безжалостно тянулось. Федерико и другие ДД атаковали в ожидании начала операции. Они хотели победить. Только это горячее желание давало им силы неустанно наступать.

Дыхание Муспеля, любимый меч Федерико, благодаря огромной силе своего владельца закрутился как торнадо и снова и снова наносил удары по доспехам Рузето. Под натиском этих яростных ударов поверхность причудливых доспехов покрылась трещинами, а разлетающиеся осколки ранили Федерико в лицо. Но он не обращал на это внимания.

Раньше он об этом не подозревал, но за последнюю неделю обнаружил, что ему небезразлично торжество справедливости. Он не хотел победить, чтобы уничтожить этого стального гиганта, получить славу или сокровища. Он не испытывал ни гнева, ни ненависти. Он хотел победить, потому что они заслужили приз. Уильям мечтал о победе в этом рейде до такой степени, что проливал слёзы.

Здесь столько раз гибли члены Серебряного Меча. Федерико не хотел допускать мысли, что всё это было напрасно и что они сами, как дураки, потратили время на бессмысленное испытание. Это разбило бы ему сердце.

Он не испытывал ненависти к Рузето. Более того, он испытывал к нему уважение.

Просто и Федерико, и Серебряный Меч в целом нуждались в подтверждении. Что-то, что доказало бы им, что они не ошиблись. Что они сражались правильно и становились всё сильнее.

— Кульминация!!! — завопил Уильям.

Услышав его, Целители и бафферы двинулись со своих мест. Рузето из Седьмого Сада начал меняться. Он сбросил свои потрескавшиеся доспехи, постепенно переходя в режим Белого Рыцаря. Его доспехи стали белыми, как снег. Остатки тёмных доспехов растворились в теневом болоте, а из него, в свою очередь, возникли призрачные воины. Эта техника-засада затрудняла движения всех Авантюристов, попавших в зону её действия. Это была атака по площади в виде мази, облепляющей ноги. Отряд Уильяма сменил строй, чтобы не оказаться в ловушке.

— Быстрее! Команда Широэ вперёд!

По приказу Уильяма вся вторая команда двинулась к туннелю, который проходил за щербатыми решётками. Там, в глубине, их ждал Ибура Хабура из Третьего Сада.

С этими словами Федерико и его спутники перешли в контратаку.

Часть 2.

Демикас тоже был во второй команде, попавшей в западный коридор. Гранитный туннель тянулся в глубину, его высокий сводчатый потолок поддерживали массивные колонны. Из донесений разведчиков они уже знали, что в огромной яме в конце туннеля поджидает огненный Ибура Хабура. Демикас быстро осмотрелся, а затем снова двинулся за Наоцугу, который бежал впереди.

Закованный в металлические доспехи Защитник напоминал Демикасу неповоротливую черепаху. Может, он и мчался изо всех сил, но не был и вполовину быстрее легковооружённого Монаха. Демикас, если бы захотел, одним Призрачным Шагом или Ударом Виверны оставил бы Наоцугу далеко позади. Но если бы он это сделал, то попал бы прямо в Ибуру Хабуру. Поэтому, пусть и с неохотой, ему пришлось остаться за спиной у черепахи.

Двое из них бежали впереди. Динкурон и остальные члены первой команды остались в самом конце и медленно отступали назад, отражая атаки Воинов Тени. Ускориться им не удалось. Поэтому, пока основной отряд оборонялся в тылу, Демикасу и его группе пришлось занять место на передовой.

Эта часть плана была проста. В прошлый раз, когда их отряд потерпел сокрушительное поражение, Ибура Хабура из Третьего Сада и Тарутауруга из Четвёртого Сада появились после того, как они открыли решётки, закрывающие туннели.

Именно так — при их размерах им не удалось бы проскользнуть ни в одну щель. Кроме того, эти гигантские ворота можно было открыть только со стороны туннелей.

В обычном рейде обе решётки поднялись бы только после победы над Рузето из Седьмого Сада. Однако этот рейд не был обычным.

План заключался в том, чтобы использовать планировку подземного лабиринта в интересах Авантюристов. Другими словами, главная задача состояла в том, чтобы изолировать Рузето и заманить его в ловушку в колизее. Таким образом, он не сможет открыть решётку или войти в туннель со стороны арены. Он не сможет преследовать Авантюристов, сбежавших в западный коридор. Хотя они не были уверены, что он не проникнет в туннель силой, они предприняли этот манёвр, когда он находился в режиме Белого Рыцаря, а значит — тогда в его распоряжении не было никаких мощных атак. Они также учли тот факт, что, пока они не уничтожат призрачных воинов, белый Рузето не сможет двигаться.

С помощью зверей они провели заблаговременную разведку всего коридора. План предусматривал несколько сценариев, но наиболее благоприятный для отряда заключался в следующем: Рузето не сможет ни пройти сквозь решётки, ни разрушить их, что фактически будет означать его бессилие. Тарутауруга в восточном туннеле может открыть свои ворота и войти в колизей, но в западный туннель он не попадёт по тем же причинам, что и Рузето. Поэтому оба они выбывают из борьбы. Демикас и остальные члены команды победят Ибуру Хабуру, пройдут дальше, достигнут самой глубокой зоны и пройдут подземелье.

Однако никто из членов отряда не верил, что всё пройдет так легко. Даже если они победят Ибуру Хабуру, не было никакой гарантии, что дальше их не ждёт другой босс. Более того, Широэ утверждал, что при таком расположении лабиринта Тарутауруга сможет добраться до логова Ибуры Хабуры, даже не открывая восточных ворот, хотя это и займёт некоторое время. Если бы огненному змею стала угрожать опасность, ледяной гигант, несомненно, немедленно отправился бы ему на помощь.

Предположение о том, что ни Рузето, ни Тарутауруга не смогут разрушить решётку, выдавало желаемое за действительное. Следовало предположить, что им это удастся и врата задержат их лишь на короткое время. А если это произойдет, то решётки исчезнут навсегда, и Авантюристы не смогут применить эту тактику во второй раз.

Именно так. Демикас и остальные каждый раз возвращались к жизни, но ситуация постоянно менялась. Второго такого шанса у них не будет. Именно поэтому члены Серебряного Меча сейчас бежали по туннелю в крайнем напряжении.

«Чёрт!»

Но, в конце концов, это было очевидно. Будущее никогда нельзя предсказать. Это знали даже дети начальной школы. В каждом плане были скрыты неизвестные, и всегда существовала опасность, что кто-то встанет у вас на пути. Утром в воскресенье встану и позавтракаю, смотря телевизор — но сколько раз ему удавалось сделать это без проблем? В жизни на каждом шагу встречались препятствия.

Однако в этом мире Демикас забыл об этой банальной истине. Убеждённый в том, что это всё ещё игра, он верил, что всё пойдёт так, как ему хочется. Он тешил себя надеждой, что если он может всё, то ему всё дозволено. И тут Широэ спустил его на землю.

В тот день Демикас понял, что этот мир не всегда работает так, как ему хочется, и что эта реальность настолько реальна, насколько это вообще возможно. Однако он не избавился от своих иллюзий. Его обманул внешний вид этого мира, который до боли напоминал игру. Так было и на этот раз. Он сотни раз повторял себе, что будет начеку. Но всё же его бдительность незаметно улетучилась. Он снова дал себя застать врасплох.

«То есть я проиграл, потому что не был бдителен. Потому что я недооценил мир... Я проиграл, потому что считал других дураками.»

Он вспомнил, как худенькая девушка положила руки на бёдра и посмотрела ему прямо в глаза. Она выглядела недовольной. Вероятно, она его презирала. Для Демикаса это было очевидно. Он ужасно обидел туземцев. Он не убил ни одного из них, но он бил их, продавал как рабов и заставлял работать до самой смерти. У них не было причин любить его. Они не бросались на него с кулаками только потому, что он был сильнее их.

Девушка напоминала тощую курицу, в ней не было ни капли сексуальности. Она неотрывно смотрела на него сверкающими глазами, а на её губах играла ироничная улыбка.

— Если ты думаешь, что крутая рожа сделает из тебя большого человека, то просто убей меня. — Так она часто говорила. — А если ты не собираешься меня убивать, то уйди с дороги. Ты мешаешь мне убираться. — Так она однажды сказала и ему. А потом он с треском проиграл.

Туземцы умирают в прямом смысле этого слова. Они знают это и рискуют единственными жизнями, которые у них есть. Они ставят их на кон, чтобы получить то, что им дорого. По сравнению с этим жизнь Демикаса ничего не стоила.

Он не ценил этот другой мир, считая его просто игрой. Поэтому Широэ и победил его. Он не извлёк из этого никаких уроков, поэтому и проиграл туземцам, которые, в конце концов, были совершенно бессильны по сравнению с ним.

Он также проиграл Серебряному Мечу. Они издевались над ним, когда он впервые встретил их в таверне, и потом ещё несколько раз. От Бригандии практически ничего не осталось.

Он также проигрывал рейдовым боссам. Возможно, это обстоятельство не так уж и подкосило бы его, если бы не тот факт, что Уильям превзошёл его даже в качестве гильдмастера. Отряд под его командованием был полностью разгромлен, но даже при этом двадцать человек решили, что будут продолжать стоять и сражаться бок о бок с ним. Они последовали за таким занудой. У Демикаса не осталось совсем ничего.

★★★

Скалистый туннель резко оборвался. Перед ними простиралась огромная впадина, свод которой находился высоко-высоко, где-то на высоте пятиэтажного дома. Яма имела круглую форму радиусом около тридцати метров. Склон, на котором они стояли, состоял из коричневато-жёлтых камней, кое-где отмеченными ярко-оранжевыми пятнами. Вниз вела извилистая дорога шириной в несколько метров. Лужи, видневшиеся то тут, то там, были голубого цвета. Огромную яму странного цвета освещал белый свет.

— Этот запах... — начал Широэ, стоявший сзади.

— Да. Как тухлые яйца — ответил Наоцугу.

Демикас тоже учуял этот запах. Сера. Это объясняло цвет стен. Скалы в яме были окрашены серой и другими химическими соединениями.

Отряд двинулся по извилистой дороге. На дне ямы лежал Ибура Хабура, погружённый в сон. Несомненно, это было его положение бодрствования.

Как они и договаривались во время совещания, Наоцугу перепрыгнул через последний участок дороги и побежал прямо к змее. Они оказали ему небольшую поддержку, но времени на то, чтобы подготовиться получше, не было. Они бросились вперёд со всем, что у них было.

Окутанный исцеляющими заклинаниями Теторы и Войнена, Наоцугу двинулся к боссу. В его движениях не было заметно ни малейшего колебания. Демикасу пришлось признать, что его действия заслуживают признания.

Монах взял себя в руки и прыгнул в воздух. За ним последовали члены Серебряного Меча. Один за другим они вступали в бой.

Тут же разгорелась яростная битва. В глубине ямы открылся ещё один туннель, ведущий вниз. Вероятно, это был он. Путь к финишу, самая глубокая зона этого подземелья. Однако она не была огорожена никакими решётками, так что на этот раз им уже не удастся заманить босса в ловушку и сбежать. Им придётся победить Ибуру Хабуру из Третьего Сада. И это ещё до того, как Тарутауруга придёт ему на помощь.

Команда, атакующая издалека, видимо, запаниковала, потому что направила в босса серию ледяных заклинаний. Демикас выругался под нос, но Наоцугу каким-то образом удалось привлечь внимание змеи к себе. Перед стеной бушующего пламени, больше похожей на горящее строение, чем на монстра, бронированная черепаха обнажил меч и с громким криком Якорный Вой яростно взмахнул им, чтобы разжечь ненависть Ибуры Хабуры. Даже Демикас понимал, что в самом начале боя накопленная танка ненависть ещё не стабилизировалась. Дамагеры, вероятно, хотели атаковать как можно быстрее, но излишняя спешка могла привести к тому, что босс сменит цель, что закончилось бы трагически для всех.

— Стойка Крепости! Я испытаю новый щит и броню! — Наоцугу присел, словно на его спине лежал огромный груз. Из-под его ног вырвался голубой свет.

Это был особый навык Защитников. В таком положении Наоцугу мог использовать свой щит, чтобы блокировать противника и одновременно атаковать его длинным мечом, оставаясь при этом скрытым. Эта техника ограничивала мобильность, но значительно повышала коэффициент защиты. Искусные Монахи — такие как Демикас — не имели таких скиллов. Вместо этого они обладали такими навыками и ловкостью, о которых Наоцугу мог только мечтать.

— Хаааааа! Сабля Ауры! — Демикас наёс удар ногой, который вызвал золотисто-светящуюся ударную волну.

Удар, подобно гигантскому топору, обрушился на горящую чешую змеи. Должно быть, навык возымел действие. Сабля Ауры была особой техникой, которая наносила урон независимо от коэффициентов защиты противника. Кроме того, Энергетическая Защита, наложенная одним из Друидов, частично защищала Демикаса от огненного урона. Он мог атаковать, не опасаясь, что пламя, бьющее из чешуи, поставит его на грань смерти.

Ибура Хабура взмахнул хвостом размером с автобус. Демикас увернулся от удара, сделав Призрачный Шаг. Он подпрыгнул в воздух и тут же нанёс Удар Виверны, почти не оставив после себя следов.

Ещё один Удар Виверны. И ещё один. Сквозь подошвы тяжёлых, окованных сталью ботинок он ощущал мощные удары, от которых по всему телу пробегала дрожь. Такой чередой ударов в Сусукино мог в одно мгновение превратить огромное здание в груду обломков. Демикас, наседавший на противника, словно зелёный метеор, был не единственным атакующим Авантюристом. Рядом с ним Федерико без устали рубил своим фламбергом. Остальные члены отряда ближнего боя тоже не расслаблялись. С точки зрения Ибуры Хабуры, они, наверное, выглядели как стадо гномов, осаждающих его.

Внезапно ноги Демикаса окутало серебристое сияние. Это был бафф Широэ — Острый Край.

«Ублюдок!»

Демикас раздражённо щёлкнул языком. Ему захотелось сплюнуть, но от жара, исходящего от Ибуры Хабуры, во рту стало совсем сухо. Вместо этого он решил выплеснуть свой гнев на извивающуюся перед ним змею. Кулак Тигриного Эха. Эта техника отличалась невысокой точностью, но она без проблем поражала таких гигантских монстров. Белесые(4), полные ненависти глаза рептилии внезапно обратились к Демикасу.

(4) Тусклый и светлый до белизны.

— АОЕ атака, отступаем! — прорычал Уильям.

По этому приказу вся линия фронта отхлынула от босса. Демикас, однако, остался на месте. Он крепко стоял на двух ногах и скрестил руки перед лицом. Он намеревался таким образом защититься от огненной атаки Ибуры Хабуры.

Не потому, что он недооценил силу босса, напротив. То, что Демикас принял удар, было выражением его собственной решимости. Когда бушующее пламя Ибуры Хабура охватило его, он даже не вздрогнул.

Часть 3.

Наоцугу смотрел, как перед ним вырастает стена огня. Она выглядела совсем иначе, чем на экране монитора. Алое пламя охватило его, опутывая тело, словно ядовитая лоза. Но даже перед лицом этой адской сцены Наоцугу лишь щурился и продолжал стоять, наклонившись вперёд.

На самом деле, ему было очень жарко. Ведь он был охвачен пламенем. Однако ощущения были сравнимы с тем, как если бы он лежал голым на горячем асфальте в жаркий летний день. Его кожа горела, но это было терпимо.

Пламя Ибуры Хабуры набегало волнами, подгоняемое каким-то течением. Наоцугу спокойно наблюдал за ними, а когда видел, что они прерываются, глубоко вдыхал воздух, словно нырял под воду. Он сделал это, чтобы защитить свои лёгкие от ожогов, но, похоже, даже если он проглотит немного огня, это не будет для него смертельным.

«Ну вот, этот самоуверенный Монах всё же кое-что умеет.»

Наоцугу был окутан заклинаниями Целителей. Тетора наложила на него заклинание самоисцеления, Войнен — Исцеляющее Сердцебиение, а Токо добавил барьер, чтобы свести на нет урон. Таким образом, каждый из них использовал заклинание, характерное для его профессии. Атака по площади Ибуры Хабуры — Банкет Беспощадного Чистилища — была чрезвычайно мощной. Барьер Каннаги поглотил около шести тысяч единиц урона, заклинание Теторы восстановило Наоцугу около девятисот очков здоровья. Однако этого урона всё равно было мало. Такая атака должна была поставить его на грань смерти.

Часть урона вместо Наоцугу получил Демикас. Вероятно, он использовал Прикрытие — технику, которая позволяла ему принимать на себя часть урона, наносимого находящимся поблизости Авантюристом. Как Монах, Демикас обладал более высокой сопротивляемостью к элементальным атакам, чем Наоцугу, и, кроме того, у него было много очков здоровья. Разделив получаемый урон, Защитник сможет дольше оставаться на передовой. Демикас немного поднялся в его глазах.

— Так, ещё раз! Дразнящий Удар! — Наоцугу направил свою специальную атаку на Ибуру Хабуру, чтобы получить больше ненависти.

Эта гигантская змея была поистине ужасающей. Удар её головы мог сравниться с ударом грузовика, а вид её черно-красной пасти напоминал внутренности печи. А поскольку она атаковала со скоростью мчащегося поезда, в глазах темнело, а колени непроизвольно подкашивались.

Наоцугу же, словно отрезав себя от этих эмоций — изогнул губы в улыбке. Он создавал видимость. На самом деле сейчас ему было не до смеха.

Вопрос о том, сможете ли вы найти время для чего-то, всегда оставался открытым. Если вы думали, что не можете найти, то не находили; если думали, что можете найти, то как-то справлялись. Например, в длинные выходные у вас могло быть много свободного времени, но его никогда не хватало, чтобы вымыть пол на кухне. А на работе, даже если дело упиралось в бюджет, у вас всегда находилась минутка, чтобы забежать в магазин и попробовать новый пудинг, который они недавно представили. Всё происходило примерно так.

Поэтому достаточно было улыбнуться, и время и энергия находились сами собой. А если их не было, то их всё равно можно было как-то притянуть.

С этой мыслью Защитник снова взмахнул мечом. Выкрикнув название таунта, он поднял щит и занял оборонительную позицию. Он не отступал ни на дюйм. Он лишь улыбнулся. Вот что значило для него быть первым танком в рейде.

— Сейчас!

Этого короткого восклицания было достаточно, чтобы остальные догадались, что делать. Уильям подал команду из заднего ряда:

— Обойдите его слева и атакуйте!

Наоцугу улыбнулся ещё шире. Как он и предполагал, Уильям понял его намерения.

Они находятся в Глубокой Шахте уже более трёх недель. За это время они постепенно начали понимать друг друга. Так, например, Наоцугу догадывался, что сделает Уильям. А Уильям знал, чего ожидает Наоцугу.

На тело Защитника было наложено множество исцеляющих заклинаний, постепенно восстанавливающих его жизненные силы. Несмотря на жертву Демикаса, HP Наоцугу уже упало до тридцати процентов. В отличие от Монаха, который мог прыгать на передовую и отступать, когда только хотел, на Наоцугу непрерывно обрушивались мощные обычные атаки Ибуры Хабуры. То и дело в него вонзались острые чешуйки змеи. Целителям приходилось компенсировать нанесённый ими урон и готовить Наоцугу к новой мощной атаке. От исцеления танка зависела безопасность всего отряда. Поэтому Наоцугу без стеснения принимал эту помощь.

В разгар ожесточённой битвы на него нахлынули воспоминания. Конечно, по сравнению с тем, что происходило здесь, в этой воплощенной в реальность игре, старые времена казались не более чем забавой, но Наоцугу был главным танком в Сумасшедшей Чайной Вечеринке. У него был опыт участия в рейдах. В конце концов, Чайная Вечеринка славилась тем, что проходила один рейд за другим. Канами было всё равно, выиграют они или проиграют. Для неё такие сценарии были как препятствия в экскурсии, которые нужно преодолеть. Однажды они даже попали в квест на чужом сервере, потому что Канами "захотелось посмотреть на новые достопримечательности". Вот это уже что-то.

— Ну же, рептилия!

Наоцугу поступил правильно, надев свои новые Доспехи Серебряной Клятвы. Они идеально сидели на нём, и он чувствовал себя в них превосходно. Ни одна деталь не выделялась и не бросалась в глаза. Щит Львиного Сердца тоже работал отлично. Сила блокируемых ударов, которые Наоцугу принимал на плечо, заметно ослабла. С таким снаряжением он мог сражаться несколько часов. Если ему только удастся расположить центр щита напротив источников света, мелькающих перед его глазами, он даже сможет отразить атаку змеиного хвоста. Защитник почувствовал, что его оборонительные возможности значительно возросли.

— Это ещё не конец! Приложите немного усилий! — хрипло крикнул он.

— Ого, ты сегодня в форме, да? — сказала Тетора, которая неизвестно когда вернулась на фронт.

Наоцугу шагнул ещё дальше вперёд, чтобы прикрыть Клирика от огня, и бросил только:

— Пустяки! Оставь это мне!

Тетора взобралась на плечи Защитника и крикнула остальным ясным голосом:

— Как силы, господа?

Борьба была настолько ожесточенной, что никто не успел ей ответить. Однако все смотрели на неё. Это вполне объяснимо. Когда они атаковали Ибуру Хабуру, им приходилось следить за Наоцугу, который привлекал внимание босса. А Тетора просто сидела на плечах танка и обращалась ко всем на поле боя.

Яма наполнилась звоном и лязгом стали. Только так Авантюристы, сражающиеся насмерть, могли ответить на обращение крошечного айдола. Мечи и топоры падали снова и снова, воздух рассекали ледяные и электрические заклинания, направленные на гигантское чудовище.

Услышав эти звуки, Тетора улыбнулась и с решительным выражением лица, направила свою палочку вверх.

— Хорошо! Поехали! Вперёд, мальчики! Вы спра-ви-тесь!

Сильный голос Теторы прозвучал так отчётливо, что на мгновение они забыли о том, что застряли в подземелье — он был таким чистым и звонким, что, казалось, пронзил толщу камня и устремился в небо.

Воздух озарился сиянием радуги. Занавес света задрожал, его прорезали сотни падающих звёзд, а откуда-то полилась нежная музыка. Исцеление Авроры было уникальным заклинанием. Можно сказать, что это единственное исцеляющее заклинание в “Elder Tale”, которое было адаптировано для использования в рейдах. Оно действовало на всех Авантюристов, оказавшихся под светом авроры. Даже если сражающихся было сотни, оно приносило утешение всем.

— Прекрасный вид!

— Всем известно, что я ангел, спустившийся с небес!

Миниатюрная Клирик с широкой улыбкой произносила одно заклинание за другим. По скорости произнесения заклинаний она превосходила даже опытных Целителей Серебряного Меча. Пусть её и поддерживали баффы Широэ, но она всё равно демонстрировала навыки первоклассного рейдера. Наоцугу позволил увлечь себя этой волне энергии и тоже атаковал без отдыха.

Пока что у них всё получалось. Как и предсказывал Широэ, Ибура Хабура из Третьего Сада имел меньше HP, чем Рузето из Седьмого Сада, и не мог менять форму, чтобы регенерировать. Похоже, его отличительными чертами были АОЕ атаки и бьющее от него тепло, которое наносило урон, если кто-то подходил слишком близко.

Впрочем, они ожидали этого, поэтому заранее сменили снаряжение на огнестойкое, а теперь ещё и накладывали на себя соответствующие баффы. У Ибуры Хабуры был очень высокий начальный уровень HP, но он уже потерял половину очков здоровья. Если они сохранят интенсивность своих атак, то смогут одолеть его.

«Но мы всё равно должны быть бдительны.»

Наоцугу внимательно следил за движениями змеи, осматриваясь по сторонам.

— Ну и отлично!

— Да, просто предоставьте это мне!

Однако Наоцугу обратился с этими словами не только к Теторе. Тем самым он передал послание всем членам отряда: пусть верят в своего танка, ведь он ещё многое переживёт. Они могут доверять ему.

Если бы все проблемы решались криками “Мы победим!” или “У нас точно всё получится!”, жизнь была бы проще. Тогда бы им не понадобился план Широэ. Но если вас одолевали мысли “Мы проиграем, нам конец”, они могли негативно повлиять на ход рейда. Когда ты мысленно сдаешься, ты проигрываешь. Наоцугу был готов кричать изо всех сил и устраивать театральные представления, если это поднимет боевой дух его товарищей.

Он почувствовал, как от рук Теторы, лежавшей на его плечах, по телу разливается мягкое тепло. Это было совсем не похоже на обжигающее пламя боссы. Заклинание Клирика начало действовать. Чтобы в полной мере использовать целительные способности своего класса, девушка вышла на самую линию фронта, превратившуюся в огненное инферно, и встала рядом с Наоцугу, ни на мгновение не теряя спокойствия.

Тетора также понимала, что их глупые фразы дают остальным силы продолжать борьбу. Наоцугу стало намного легче от осознания этого. На этот раз он улыбнулся искренне. Искренне, и не только для того, чтобы успокоить остальных.

— Наоцугу, ты влюбился в меня?

— Ни в коем случае!

— Уверена, ты можешь умереть от любви здесь и сейчас.

— Ты понимаешь, что только что испортила всю атмосферу?

Щит указал ему на световое пятно, позволившее блокировать атаку острого хвоста Ибуры Хабуры. Отбиваясь от шуток Теторы, Наоцугу начал сомневаться, понимает ли она на самом деле, что такое поднятие боевого духа. Он бросил на девушку косой взгляд, требуя, чтобы она вернула ту тёплую атмосферу, которая окутывала их несколько минут назад.

— Наоцугу, я должна тебе кое в чём признаться.

— Сейчас?! А позже нельзя?!

— Сейчас, потому что иначе я не осмелюсь.

Тетора озорно опустив взгляд, начала вертеться на месте, хотя вокруг бушевала битва. Отбивая серные камни со всей силы, чтобы они не задели Клирика, Наоцугу наконец спросил:

— Что ты хотела?

— Вот что я думаю, я собираюсь присоединиться к Лог Горизонт.

— Чё?!

Наоцугу больше не косился на Тетору.

Она ухмылялась, довольная, как всегда, но на этот раз на её лице также был лёгкий румянец

— Я не верю в это.

— Я серьёзно!

— Почему?

— Чтобы я могла почаще с тобой играть! — хихикнула самопровозглашенный айдол, стреляя заклинанием Исцеления как из винтовки. Настроение у неё было отличное. Единственное, что раздражало Наоцугу, так это то, что каждый раз, произнося заклинание, она, словно дразнящаяся кошка, постукивала его палочкой по боку.

— Кто, казалось, дал на это разрешение?

— Широэ.

— Широэ! Ты с ума сошёл?!

Однако времени на шутки у них уже не оставалось. Ибура Хабура внезапно выпрямил своё тело во всю его чудовищную длину, открыл пасть и сделал мощный глоток воздуха, который начал бурлить внутри него, смешиваясь с треском пламени. Он готовился к убийственной АОЕ атаке.

Защитник и Уильям закричали почти одновременно:

— Наступает!

— Первая линия отступает! Федерико, останься, поддерживай дебаффы! Снизить урон!

Отряд снова сменил строй. Воины в первой линии отхлынули назад, как отступающий прилив.

Манёвр был направлен на то, чтобы выйти из зоны действия огненной атаки и снизить потери подопечных. Это было важно по двум причинам: экономия работы для Целителей и снижение расхода очков магии.

Однако смена строя пошла не по плану. Азалеа, Призыватель, атаковавшая издалека в составе четвёртой команды, споткнулась и упала на землю, выглядевшую как открытая площадка, а затем что-то закричал. Наоцугу не разобрал его слов, но Уильям отреагировал мгновенно:

— Динкурон, назад!!!

Не успел отряд занять свои новые позиции, как разгорелась новая битва. Из этой подземной ямы было два выхода. Один — гранитный туннель наверху, по которому Наоцугу и остальные пришли сюда. Другой — подземный коридор за спиной Авантюристов. Из него только что вышел закутанный в меха бледный гигант. Тарутауруга из Четвёртого Сада.

Часть 4.

Сказать, что вид Тарутауруги не потряс Авантюристов, было бы ложью. После того, что им пришлось пережить, их вряд ли можно было удивить. Тем не менее крики Уильяма мгновенно вывели весь отряд из оцепенения.

Динкурон, словно из рогатки, бросился на покрытого инеем гиганта, используя Каменный Замок. Он отразил удар булавы Тарутауруги длиной в несколько метров, словно отгоняя муху, а затем занял позицию у входа в туннель. Как и подобает настоящему ветерану рейда, каждое его движение было точным и отточенным.

Широэ поправил очки, сползшие от удара, и вытер пот, стекавший по лбу. Ещё одна его догадка оказалась верной.

Рузето из Седьмого Сада не смог открыть железные решётки. Однако Ибура Хабура и Тарутауруга, охранявшие западную и восточную стороны, могли не только проникнуть в колизей, но и перемещаться в свои логова иными окольными путями. Широэ подозревал, что даже если Авантюристам удастся сбежать от Рузето, им всё равно придётся столкнуться с Ибурой Хабурой и Тарутауругой одновременно. В обычной ситуации у них не было бы ни единого шанса. Не было ни одного полнорейдового отряда, способного выдержать мощный натиск двух рейдовых боссов. Их атаки были слишком мощными.

Но так ли это на самом деле? Широэ сомневался в этом с тех пор, как очнулся после реинкарнации, и, исходя из этого, разработал сегодняшний план.

Одной из причин их поражения в предыдущей битве в колизее стало то, что появление других боссов застало их врасплох, вызвав хаос в рядах и полный развал строя. Однако главная причина заключалась в том, что на них обрушились сразу две техники — огненая АОЕ атака Ибуры Хабуры и ледяная АОЕ атака Тарутауруги. Даже одно из этих умений было способно вывести из строя Авантюристов в задних рядах, не говоря уже о двух сразу. Но танк, скорее всего, сможет пережить удар одной из этих техник.

Широэ всё ещё помнил об атаках Рузето, и не думал, что другие боссы в этой зоне значительно превосходят его по силе. Возможно, немного, но уж точно не в два раза. Поэтому Широэ пришёл к выводу, что выжить после атаки и Ибуры Хабуры, и Тарутауруги вполне возможно. Он предположил, что, пока диапазон их умений не пересекается, танки смогут их пережить. Исходя из этого, он разработал целую стратегию.

В этой подземной яме было достаточно места, чтобы держать боссов на расстоянии. У юго-западной стены Наоцугу блокировал атаки Ибуры Хабуры, а у входа в северо-восточный коридор Динкурон отбивался от Тарутауруги. Оба сменили позиции, чтобы защитить друг друга от атак по площади.

Всё было устроено очень быстро. Хотя с каждым из парней был кто-то из Целителей, но нельзя сказать, что этого было достаточно. Остальные Целители должны были бегать между одним Защитником и другим и помогать им, но их задача сильно усложнялась тем, что Наоцугу и Динкурон стояли далеко друг от друга. Безопаснее было держаться на максимально возможном расстоянии, чтобы АОЕ атаки боссов не пересекались, но так ребята оказывались вне зоны действия исцеляющих заклинаний.

Однако если Наоцугу и Динкурон выстраивались в линию, отряд терял гарантию того, что в логове образуется безопасная зона, куда не доберется ни атака Ибуры Хабуры, ни атака Тарутауруги. Магам и стрелкам в задних рядах приходилось то и дело менять позицию, чтобы избежать АОЕ атак. Тем не менее, выслушав план Чародея, Уильям храбро улыбнулся и ответил:

— Широэ, мы победим.

Теперь, словно в подтверждение своих слов, Мифриловые Глаза отдавал одну команду за другой, выпуская стрелы с такой скоростью, что они образовывали в воздухе непрерывную линию. Широэ тоже сражался так, словно ему нечего было терять. Нельзя было терять время.

Им удалось остановить удар сразу двух боссов, но только потому, что Динкурон использовал свою особую технику Каменный Замок. Именно поэтому он не использовал её против Ибуры Хабуры раньше. Чтобы стабилизировать ситуацию на поле боя, Целителям приходилось постоянно исцелять обоих танков. Это означало, что очки магии всех шести Целителей в отряде будут падать с угрожающей скоростью. Они ожидали этого, поэтому до сих пор экономили заклинания, но теперь они больше не могли себе этого позволить. Иначе они потеряют Защитников. Они балансировали на канате, и потеря даже одного танка приведёт к тому, что строй распадётся, а значит, и весь отряд будет выбит из строя. И тогда последняя надежда на прохождение этого подземелья будет потеряна.

— Федерико, дебафф на его силу и дальность атак.

— В процессе.

— Тетора, ускорься с лечением.

— Я больше не могу.

— Я помогу тебе. Шаг Силы!

Широэ наложил на Тетору специальное заклинание поддержки, которое сокращало время повторного применения её техник, которые только что отсчитывались. Правда, всего на двадцать процентов, но в рейде даже такие показатели имеют значение. Время восстановления Исцеления Авроры составляло шестьсот секунд. Если эффект Шага Силы не прекратится, Тетора сможет использовать эту мощную технику всего за четыреста восемьдесят секунд. Это, конечно, потребовало бы значительных затрат MP, но Широэ воспользовался Сифоном Маны. Это заклинание позволяло передавать часть очков магии заклинателя его компаньону.

В обычных командных экспедициях MP всех членов восстанавливалось, когда они отдыхали. Поэтому многие игроки недооценивали значение Чародеев и их способность контролировать и восполнять уровень MP. Однако Широэ любил эти уникальные умения и кропотливо развивал их.

Хотя внезапная потеря очков магии на мгновение ошеломила его, Широэ продолжал яростно атаковать, планировать и пополнять MP своих товарищей. Он накладывал баффы на Тетору и Войнена, чтобы увеличить их целительную силу, на Федерико и Демикаса — чтобы увеличить их атакующую силу. Всеми своими чувствами он охватывал поле боя и улавливал детали.

— Здесь!

Войнен сунул руку в пахнущую серой лужу и начал долго читать заклинание. Это было самое уникальное из всех заклинаний вызова, имевшихся в распоряжении Друидов. Из кожаной перчатки Войнена вверх вырвался столб зелёного света и внезапно принял форму дерева. Все Друиды могли призывать себе на помощь фей или силы природы, но навыком Секвойя Жизни овладевали только те, кто прошёл определённый высокопродвинутый рейд.

— Четвёртая команда, сблизиться!

Маги собрались под раскинувшейся короной ещё до того, как раздался крик Уильяма.

Заклинание Секвойя Жизни вызвало мощное дерево с широкими листьями и магическими свойствами. Его ветви излучали яркий зелёный свет, который постепенно повышал HP всех Авантюристов в округе. Хотя уровень исцеления у этого заклинания был ниже, чем у Исцеления, используемого самими Друидами, тот факт, что все собравшиеся под ветвями секвойи оставались под действием заклинания в течение длительного времени, был огромным преимуществом.

Широэ начал вычислять. Применив Полный Контроль, который также пыталась использовать Минори, он обострил зрение и попытался заглянуть в будущее.

Отряд из двадцати четырёх человек был в четыре раза больше, чем та команда, с которой работала Минори. В свою очередь, это означало десятки, сотни комбинаций техник и моделей поведения. Один за другим Широэ анализировал каждую возможность, исключал её, восстанавливал, сопоставлял с другими и расшифровывал. Он учитывал каждый взмах оружия своих товарищей, каждую каплю исцеления.

Он размышлял об изменениях в угрозе, исходящей от врагов, которые происходили за счёт ослабления их дебаффами, накладываемыми волнами, как нарастающий гнев. Невидимые невооруженным глазом, остатки ненависти и гибкость игровых возможностей, которые им остались. Постоянно меняющийся уровень HP его товарищей был для Широэ отправной точкой для расчетов. Он чувствовал волны и складки на временной линии боя и тщательно анализировал каждый сегмент.

— Наоцугу, быстрее!

— Приказ!

— Болоньез(5), отойди!

— Да, сэр!

(5) Вот тут я не понял, ибо в польском тут говорят отойти какому-то “Bolognese”, а в анлейте отойти Войнену. Кого ошибка, я не знаю, так что пока оставлю это так.

Это были всего лишь слова. Слова, которые складывались в предложения с определённой целью. Где-то в своем воображении Широэ видел лицо Наоцугу. Он слышал смех Теторы, фырканье Уильяма. Голоса Федерико, Войнена, Демикаса. Он видел членов Серебряного Меча. Он непроизвольно начал энергично кивать головой. Даже он понял, что сказал Уильям своему отряду.

Бой разворачивался перед Чародеем, как связная история. Боевая песня, тронувшая сердца тех, кто уже начал сдаваться. Широэ коснулся того, что Уильям назвал тайной. Это было похоже на ностальгическое чувство спокойствия, которое окутывало его в Сумасшедшей Чайной Вечеринке

Он полностью проработал все расчёты и исследования, которые он назвывал Полным Контролем. Он пробормотал заклинание, и из его Белого Посоха Крыльев Разрушения выстрелило заклинание. Карма Драйв прорезал воздух, словно скользящая птица, и ударил прямо в Ибуру Хабуру, вызвав десятки сверкающих иконок.

«Пятнадцать процентов... шестнадцать... восемнадцать процентов...»

Широэ прикусил губу и сосредоточился на своих мыслях.

Секвойя Жизни Войнена была хорошей идеей. С помощью этого умения десять Авантюристов смогут восстановить более трети очков здоровья.

Время повторного применения Банкета Беспощадного Чистилища Ибуры Хабуры составляло около ста восьмидесяти секунд. Следующей атаки они избегут благодаря Дождю Милосердия и Всплеску Жизни Войнена. Следующая атака произойдёт через триста шестьдесят секунд. Эту атаку они нейтрализуют с помощью Каменного Замка Наоцугу, у которого как раз закончится время восстановления. После третьей атаки, через пятьсот сорок секунд, они исцелятся с помощью Исцеление Авроры Теторы.

Широэ сосредоточился так сильно, что у него чуть не потемнело в глазах, и стал читать дальше.

Они смогут победить Ибуру Хабуру до того, как он нападёт в четвёртый раз, за семьсот двадцать секунд. Брошенный Чародеем Карма Драйв восстановил MP Авантюристов, которые нанесли критический удар по боссу. Если они сохранят текущий темп атаки, им удастся убить Ибуру Хабуру не позднее чем через семьсот секунд. Затем они бросят все свои силы на Тарутауругу.

Учитывая оставшиеся у них ресурсы МР, он не думал, что сражаться с ледяным гигантом будет легко, но шансы на победу у них были минимальные. Минимальные, но важно было, чтобы они существовали. Поэтому Широэ не прекращал своих расчетов до самого конца. С сердцем, почти пылающим от жара, он окружил ледяную глыбу и воскликнул:

— Поддерживайте текущий уровень урона!

— Вы слышали его?! Продолжайте давить, мы добьём этого монстра! Не останавливайтесь!

Как только Уильям выкрикнул эти слова, на середину арены упала зловещая чёрная глыба.

Взмах. Взмах.

Масса начала растекаться, постепенно принимая форму причудливого существа, держащего в руках оружие. Воин Тени, появившийся из Рузето Седьмого Сада. Хотя по силе фантом не мог сравниться с боссом, он мог успешно сражаться с несколькими Авантюристами одновременно.

Широэ подавил поднявшийся в нём крик и тут же посмотрел вверх. Под сводчатым потолком пещеры лежала тёмная масса, выползающая из туннеля, соединяющего логово Ибуры Хабуры с колизеем. Сверху на него падали тяжёлые маслянистые капли, из которых возникали призрачные существа.

Рузето, вероятно, не смог прорваться сквозь железные прутья колизея. Однако созданные им гуманоидные воины пробились через брешь в решётке так же, как Широэ и члены Серебряного Меча. И теперь они пришли поддержать Ибуру Хабуру.

Часть 5.

Широэ в какой-то мере ожидал такого развития событий. Призраки были слугами Рузето из Седьмого Сада — раз уж Авантюристы затеяли с ним драку, очевидно, что они начали преследовать их отряд. Однако он ожидал увидеть горстку воинов, избежавших поражения. Пятно, расстилавшееся по потолку, было огромным, а теней было слишком много.

Рузето создавал столько бойцов, сколько человек наносили ему удары, когда он находился в чёрном режиме. Это утверждал и сам Широэ. Прежде чем начать бой с Ибурой Хабурой, они вырубили всех преследовавших их фантомов. Поэтому у Рузето больше не должно быть слуг. А поскольку весь отряд Авантюристов переместился в другое место, в колизее не осталось никого, кому можно было бы продолжать наносить урон боссу. Рузето никак не мог продолжать создавать Воинов Тени. Как их появилось так много...

Широэ внезапно осенило.

Рузето добровольно пронзил себя алебардой. Тем самым он нанёс себе урон и создал одного фантома. Затем этот фантом и Рузето снова ударили по чёрной броне босса, оживив ещё двух воинов. И так далее. Произошло нечто, что до сих пор было совершенно немыслимо: Рузето пожертвовал своими HP, чтобы создать себе армию. И эта армия в виде чёрной массы как раз выползала из туннеля.

— Усилить фронт! — Широэ крикнул быстрее, чем думал.

Ещё чуть-чуть. Даже не семьсот секунд. Шестисот хватит, чтобы победить Ибуру Хабуру. Тогда у них освободятся ресурсы для боя.

«Мне нужно выиграть для нас эти несколько минут.»

Широэ судорожно анализировал ситуацию. Сколько времени прошло с тех пор, как они прошли через туннель? Как долго они сражались с Ибурой Хабурой? Если Рузето создавал воина примерно каждые двести секунд, то сколько их уже успело появиться? Тридцать один? Может быть, даже шестьдесят три? Цифры мелькали перед глазами Чародея. Второй вариант не оставлял им никакой надежды, но при первом у них ещё мог быть шанс. Они могли — и только. Ему было стыдно за свои мысли, но тем не менее он крикнул:

— Подстрелите их!

Это была самоубийственная тактика. Широэ только что приказал своим спутникам привлечь внимание Воинов Тени и бежать от них, нанося урон с расстояния. Дзюндзо из Серебряного Меча двинулся было исполнить приказ, но один из Авантюристов опередил его и с рёвом бросился на призраков.

— Хаааааа! С дороги! Призрачный Шаг! Удар Виверны! Аааа! Дразнящий Крик!!!

Демикас подпрыгнул вверх, а затем ещё выше, как будто отскочил от чего-то в воздухе. Он летел как ракета, вращаясь вокруг своей оси с диким криком. Это был таунт навык Воинов, предназначенный для привлечения внимания противника. Широэ увидел, как фантомы, словно по команде, повернулись к Демикасу.

Все члены рейда, с Чародеем во главе, смотрели на длинноволосого монаха. Демикас на мгновение застыл в воздухе, а затем начал отступать назад. Казалось, он искал Широэ в толпе своим гневным взглядом. Однако это длилось всего секунду: Чародей неожиданно потерял равновесие. Он не знал, что произошло, но почувствовал, что летит назад с пугающей скоростью.

— ...Нгх!

Наоцугу что-то крикнул ему, но Широэ слишком быстро удалялся и не смог разобрать слов. Казалось, что какая-то мощная сила размахивает им вокруг ямы Ибуры Хабуры. Широэ кружил по арене, попеременно то замедляясь, то ускоряясь.

Внезапно перед ним возник теневой призрак. Он с удивлением увидел, как существо подняло косу, но тут же что-то отбросило её назад. Чародей понял, что это был удар ногой в огромных скрюченных поножах. Мир закружился перед глазами, и его затошнило.

— Проклятье. Призрачный Шаг!

Убегая от роя Воинов Тени, Демикас снова вскочил на ноги. Широэ лежал у него на спине, лицом к преследующим его существам. Монах крепко держал его за шиворот.

— Что ты дела...

— Заткнись! Удар Виверны!

Горячая кровь, прилившая к его лицу, вернула Широэ к действительности. Он не знал, пытается ли Демикас внести хаос в отряд и таким образом отомстить ему, или же у него есть какая-то другая цель во всём этом. Но он держал его в железной хватке и тряс, как загнанного зверя.

«Хотя... это можно использовать...»

Если так подумать, то у Широэ была идеальная позиция для атаки. Поэтому Чародею оставалось только одно. Он начал бросать заклинания во все стороны. Те самые, которые представители других профессий считали слабыми.

Широэ предположил, что Демикас использовал Перетаскивание — технику, которую он обычно применял, чтобы привлечь внимание одного из врагов, независимо от уровня его ненависти, и затем протащить его по полю боя. Однако не исключалось и то, что он просто использовал силу своего тела выше девяностого уровня и, не прибегая к помощи каких-либо навыков, бросал Широэ как мешком. Оба варианта были одинаково вероятны. Однако в данный момент важно было лишь отвлечь призрачных воинов от отряда Уильяма.

— Беги к северо-восточному туннелю.

— Отвали.

— Ментальный Удар.

— Ты, чёртов колдун! — Демикас выругался под нос, но послушно изменил курс. Пинаясь и прорезая чёрные, одномерные силуэты наступающих тварей, Монах помчался к туннелю.

Широэ начал анализировать мелькающие перед глазами картины. Он насчитал не менее двадцати Воинов Тени, а если учесть тех, кто находился вне поля его зрения, то их должно было быть около тридцати. Если Демикас остановится сейчас, то при поддержке исцеляющих заклинаний он продержится около пятнадцати секунд. Без исцеления — вдвое меньше. Широэ даже не собирался считать, сколько времени он сам простоял бы на ногах. Он прекрасно знал это ещё в те времена, когда только начинал играть в “Elder Tale”: в лучшем случае он продержится всего три секунды.

— Эй, Широэ!

Голова призрака, который уже протягивал к нему свою косу, внезапно взорвалась.

Уильям сразил воина одним выстрелом.

— Не надо меня прикрывать, одолейте Ибуру Хабуру!

— Но...

— Уильям! Победи босса!

Широэ не знал, сколько информации и каких чувств удалось передать его голосу этому гордому гильдмастеру. Уильям посмотрел на него с беспокойством, но тут же закрыл глаза и крикнул:

— Наступательные команды, сосредоточьте свои атаки на Ибуре Хабуре! Волшебники! Не медлите! Одолейте его!

Мир перед глазами Широэ расплылся, когда он уклонился от гигантской булавы Тарутауруги. Чародей инстинктивно вздрогнул, почувствовав, как удар пролетел мимо него. И тут он заметил, что под их ногами начало подниматься нечто, напоминающее белую мембрану.

— Это Белая Ночь Тарутауруги. Ограничивает передвижение, необходимо использовать огонь...

— Не моя проблема. Прыжки Рыси!

Демикас проигнорировал совет Широэ и устремился вперёд, словно ему было наплевать на ледяное заклинание. Прыжки Рыси придали Монаху ловкость дикой кошки. Когда огромная булава Тарутауруги опустилась, Демикас вскочил на неё, проскакал по ней вверх, к массивному плечу гиганта, взобрался на его плечо и двинулся дальше. От дыхания Тарутауруги поднимались клубы белого дыма. Демикас провёл ногой по его щеке, а затем ещё больше ускорился. Казалось, он начал скользить по абстрактной трассе, как американские горки без защиты, все пассажиры которых в день открытия парка аттракционов должны были оказаться в больнице.

Оборот. Торнадо. Слалом(6). Демикас бежал как сумасшедший, таща за собой десятки призрачных воинов на невидимой нити ненависти.

(6) Сла́лом (норв. slalåm, лыжный след на склоне) — спуск с горы на лыжах по трассе длиной 450—500 м, размеченной воротами (ширина ворот 3,5—4 м, расстояние между ними от 0,7 до 15 м).

Где-то вдалеке Широэ услышал крики. Он не мог разобрать слов, но предположил, что они призваны подбодрить. В конце концов, что ещё могли кричать Авантюристы Серебряного Меча товарищам, бросавшимся в пасть смерти?

Демикас и Широэ попали в туннель, окутанный тьмой. Звуки битвы с боссом постепенно затихали. Отряду в яме предстояло ещё пятьсот восемьдесят секунд сражаться с Ибурой Хабурой, прежде чем отправиться на помощь Динкурону, столкнувшемуся с Тарутауругой.

Именно поэтому двое Авантюристов, оказавшихся в тёмном туннеле, не могли оставить его ни на минуту.

Широэ атаковал без передышки, используя всё, что у него было. Астральная Привязка. Сфера Кошмаров. С помощью парализующих и ограничивающих движения техник он смог задержать преследование Воинов Тени как минимум на несколько секунд. Дебаффы действовали только на некоторых призраков, но ему всё равно нужно было как-то ослабить их импульс. В противном случае Демикас, бежавший в поту, потеряет HP. Что ещё хуже, очки магии Монаха тоже падали, причём очень быстро. Такова была цена за вынужденный уход с поля боя. Но несмотря ни на что — им повезло, что они успели забежать в убегающий вниз туннель и оба остались живы. Коридор продолжался в темноте.

★★★

— Пока не используй Удар Виверны.

Демикас не соизволил ответить на эту просьбу. Широэ мог видеть перед собой авангард преследователей, но до ближайшего Воина Тени было около тридцати метров. Чародей решил на время отказаться от атак, поскольку противник всё равно находился вне зоны досягаемости, и сосредоточиться на восстановлении уровня MP Демикаса. В этой ситуации им пришлось отдать предпочтение мобильности, а не силе атаки. Широэ сосредоточился на баффах, а Демикас без отдыха бежал вперёд, неся Чародея прямо во тьму.

Широэ не понимал, почему Монах забрал его с поля боя. Конечно, благодаря этому удалось увести Воинов Тени, но Чародей не был уверен, что Демикас всё это как-то спланировал.

Он совершенно не понимал процессов, происходящих в голове этого бандита, и не мог понять его подход. Даже сейчас, несмотря на то что они провели вместе столько недель на рейде, он испытывал неприязнь к Демикасу.

Этот человек причинил немало вреда туземцам Сусукино. Конечно, нельзя сказать, что он один во всём виноват. В хаосе, вызванном Катастрофой, он, вероятно, жил в убеждении, что этот мир всё ещё остается “Elder Tale”. Возможно, его напугала вся эта ситуация, и он начал вымещать злобу на более слабых. Кроме того, позже Широэ узнал, что Бригандия уже во время игры имела репутацию гильдии хулиганов. Поэтому вполне возможно, что их бескомпромиссные методы были вызваны тем, что внутри самой ассоциации им постоянно приходилось бороться за то, чтобы быть сильнее.

Широэ понимал, что все эти причины складываются в достаточно стройное обоснование. Он понимал, чем вызвано поведение Демикаса. Но принять его он не мог.

Монах издевался над туземцами, нарушал их права и, по слухам, продавал некоторых из них в рабство. Вдобавок ко всему ему приглянулась Серара, и он напугал её. Широэ не понимал такого поведения и не собирался его прощать. Он не терпел Демикаса. С тех пор как они познакомились.

В этих размышлениях Чародей провёл ещё несколько минут. Перед ним были лишь стены туннеля, уходящие в бесконечность. Он не знал, насколько далеко они отстали от Воинов Тени, но держать слишком большую дистанцию было неосмотрительно. Демикас использовал разнообразные таунты и атаки, так что слуги Рузето вряд ли забудут о своей ненависти к нему, но Широэ должен был предвидеть разные варианты развития событий. Если бы Воины Тени вернулись в логово Ибуры Хабуры, рейд закончился бы катастрофой. Даже сейчас они не были уверены, что им удалось захватить с собой всех фантомов.

— Остановись. Мы слишком далеко. Подожди немного.

Но Демикас бежал дальше, словно не слыша слов. Раздражённый, Широэ стал кричать, чтобы он остановился. Через некоторое время он наконец сделал это.

— Что ты творишь? — Нервы Чародея сдали. — Если так пойдёт и дал...

Но не успел он закончить, как Демикас повалил его на землю перед собой. Широэ покатился и остановился только тогда, когда его спина ударилась о стену туннеля. Потирая ушибленное плечо, он прищурился.

— Скажи моё имя, колдун — внезапно заговорил Демикас.

Широэ почувствовал волну гнева и почти хотел оскорбить его, назвав Демикаса Демиголасом(7). Но он прикусил язык и молча посмотрел на гиганта. Он имел ощущение, что смотрит на него впервые в жизни. Он не знал, что ответить.

(7) В анлейте он хотел назвать его “Dental Care” (в анлейте его имя “Demiquas”) — “Стоматологом”, в польском “Demigolas” что возможно является отслыкой на: Демиглас (фр. demi-glace) — один из основных соусов французской кухни.

Демикас склонился над ним с суровым, непримиримым выражением лица. В его выпученных глазах читалась какая-то твёрдая решимость, и, вероятно, от этого и исходили эти слова. Широэ хотел было отчитать его за то, что у них нет времени на подобные разглагольствования, но опустил руки, увидев лицо Демикаса.

Как и Уильям, все они таили в себе какие-то желания, от которых не могли отказаться. И Широэ тоже. Иначе он бы и по сей день не состоял ни в одной гильдии. Демикас тоже чего-то хотел.

Время шло, а Широэ всё размышлял, строил догадки, пока наконец не обнаружил, что гнев, охвативший его, на самом деле был презрением к самому себе. Катастрофа вызвала в нём чувство непреодолимого бессилия. Он попытался избавиться от него и выплеснул его на Демикаса, который от бессилия прибегал к насилию.

Монах поступил предосудительно, это правда. Из-за его действий пострадала Серара, и Широэ пришлось спасать её. Но мог ли он осудить Демикаса? В этом он не был уверен. Он был тем, кем был, и не занимался законотворчеством.

«И даже если бы у меня было право судить его... Никто не имеет права отнимать чужое имя.»

Он понял, что никогда не хотел обращаться к Демикасу по имени. Потому что он считал себя выше. Потому что не признавал его таким, каким он был.

— Демикас.

— Мм?

— Я тебя терпеть не могу.

— Я тебя тоже, Широэ из Лог Горизонт.

И в конце концов они пришли к взаимопониманию. Они пришли к соглашению, что никогда не поймут друг друга.

— Поэтому... — Широэ хотел продолжить, но не смог.

Демикас ударил его в грудь. Он сделал это вроде бы нехотя, но тело Широэ подбросило в воздух, а затем несколько раз пронесло по туннелю. Обмякший Чародей подпрыгивал, как мячик, пока наконец не приземлился под тяжёлыми стальными воротами.

— Ты можешь там умереть, Широэ. Я буду занят этими ублюдками.

Не дав Чародею времени возразить, Демикас бросился бежать. В глубине тёмного коридора он промелькнул, как зелёный метеор, раз, второй, третий, пока наконец не исчез.

Широэ остался в туннеле совсем один. Его сердце переполняли сложные чувства, которые он не мог выразить словами ни за что на свете.

Часть 6.

За дверьми расстилался сад, окутанный ослепительным светом. В нём вращались огромные зубчатые колёса, диаметр которых был почти в десять раз больше, чем рост Широэ. Они выглядели, как построенные из чистых каркасов. Расположенные в сложной последовательности, они соединялись с маховиками и рычагами, запуская гигантский механизм.

Лишь один взгляд был достаточен, чтобы понять, что циркулирует в этом механизме. По тропинкам, которые можно было бы принять за произведение Эшера(8), текли миллионы золотых монет.

(8) Ма́уриц Корне́лис Э́шер — нидерландский художник-график.

Поршни и шестерёнки образовывали огромный механизм, который управлял этой золотой рекой. А посередине, между элементами механизма, пролегал бульвар из белого мрамора. Его пересекали маленькие ручейки, украшенные растительностью, а кое-где даже росли цветы. Широэ двинулся вперёд. Время от времени он пересекал низкие мостики, перекинутые через пруды, полные слитков. Как и предполагал Широэ, сад в глубинах Бездны Пальм представлял собой бурлящее месторождение золота.

Внезапно раздался звук, похожий на бешеный звон тысяч колоколов. Чародей обернулся. Он увидел, как клубок цепей опрокидывает железный ящик размером с автобус. Бесчисленные золотые монеты высыпались из ящика прямо на круглую платформу, где и были распределены дальше. Звон, который услышал Широэ, был металлическим звуком, издаваемым монетами, ударяющимися друг о друга.

От открывшегося вида захватывало дух. Достаточно было набить один мешочек золотом, текущим по этим механическим ручьям, и Широэ удвоил бы всё своё состояние в мгновение ока. Он начал прикидывать, сколько же золота находится в этом подземном саду, но быстро отказался от этой мысли. Такое количество невозможно было сосчитать.

Широэ взял с собой контракт, и, хотя он считал его важным, его значение меркло по сравнению с тем, что он увидел здесь. Ещё год назад Чародей, скорее всего, потерял бы уверенность в себе и сбежал. Но сейчас всё было иначе. Он был полон решимости. Именно поэтому он прошёл через Глубокую Шахту и добрался сюда, на самый глубокий уровень Бездны Пальм.

★★★

— Здравствуйте, мне выпало приветствовать вас, хотя я бы предпочёл этого не делать.

Широэ поднял взгляд. На платформе, выступающей над гигантским золотым озером, его ждал Кинджо. Или, по крайней мере, кто-то, похожий на него. Чародей прищурил глаза и внимательно посмотрел на туземца. Он не видел никакой разницы между ним и посетившим его Кинджо. За спиной предводителя Куниэ виднелось нечто, напоминающее большого кристального ангела.

Это был Уру из Девятого Сада. Последний рейдовый босс, охраняющий Глубокую Шахту. Рост ангела составлял около четырёх метров, так что он был меньше остальных стражей в этой зоне, но, конечно, не уступал им в силе. Отряд Серебряного Меча мог бы как-то справиться с ним, но атаковать такого босса в одиночку означало самоубийство. Хотя вполне возможно, что и вся их команда не справилась бы, учитывая, что они прибыли сюда измотанными после предыдущих сражений. Однако Широэ отмахнулся от этих мыслей и внимательно посмотрел на стоящего перед ним человека.

«Его воротник другого цвета, но это всё. Их действительно невозможно отличить друг от друга.»

Этот Кинджо выглядел точно так же, как Кинджо, который навещал Широэ в горной хижине. Он также был похож на того Кинджо, с которым он здоровался на приёме в Акибе. И на того Кинджо, который контролировал работу банка в Сусукино. Очевидно, именно таким человеком был Кинджо. И именно такими были Куниэ. Широе предполагал, что начало клану Куниэ положили NPC, обслуживающие банк и следящие за его работой, для которых были подготовлены специальные модели и наряды. В глазах Кинджо, стоящего на платформе, Чародей прочитал страх, настороженность и гордость.

«Неудивительно, что он напуган. Ведь Авантюристы посягнули на его владения. Правда, у него в распоряжении Уру, но это, должно быть, такая же отчаянная борьба для него, как и для нас.»

Широэ попытался поставить себя на место Кинджо. Отряд из двадцати с лишним бессмертных воинов вторгается на вашу территорию. Это напоминало набег зомби. Вроде бы их можно выбить, но каждый раз они возвращаются и постепенно продвигаются всё дальше и дальше. Это было ужасающе. Неудивительно, что Кинджо боялся и не доверял им. Тем не менее гордость заставляла его идти навстречу им. Гордость, проистекающая из желания защитить туземцев и весь Ямато.

Куниэ веками охраняли архипелаг, строго следуя заветам своих предков. Широэ, будучи современным японцем, не мог постичь ни безграничности этой преданности, ни прочности уз, которые их связывали.

— Я пришел поговорить с вами, господин Кинджо.

— А я обязан выслушать вас, раз уж вы зашли так далеко.

Чародей напрягся, услышав ледяной голос туземца. Но это было наказание за его недоверие во время разговора в хижине, которое привело к ненужному напряжению между ними. Тогда Широэ решил, что Кинджо настроен враждебно. Он упрекал себя за это и считал, что обязан всё объяснить туземцу.

— Правильно ли я понимаю, что вижу здесь?

— Да. Как мы и обещали, мы открываем это для вас. Всё золото Ямато создаётся здесь и возвращается сюда. Его пускает в оборот древний механизм, который даже мы не понимаем и не можем контролировать. Из этого вихря золото отделяется и отправляется либо в подземье, либо к чудовищам. Этот механизм — один из великих секретов древнего Ямато, запретное знание, которое мой клан охранял сотни лет.

Услышав эти слова, Широэ понял ещё одну вещь. С точки зрения обычных туземцев или, например, Лиги Свободных Городов Истала, тот факт, что Куниэ контролировали механизм, мог быть расценён как предательство. Местные жители могли бы обвинить клан в финансировании гоблинов или орков.

Широэ, хорошо знакомый с игрой “Elder Tale”, так не считал, ибо знал, что так требует система, и подобный расклад не должен рассматриваться с точки зрения правильности или неправильности. Но как отреагировали бы на эту новость туземцы, всю жизнь сражавшиеся с человекоподобными монстрами? Если бы правда всплыла наружу, не исключено, что народ Ямато объявил бы бойкот Куниэ. Возможно, начались бы беспорядки и даже самосуд. Опасения Кинджо оказались верными. Это Широэ недостаточно хорошо продумал ситуацию с кланом.

— Мы никому не откроем секретов этой зоны. Ни я, ни мои спутники — пообещал Чародей, хотя и не был уверен, насколько убедительно это прозвучало.

Кинджо проигнорировал его.

— Согласно закону наших предков, вы можете взять золото, раз уж преодолели весь путь сюда — роботизировано ответил туземец, по-прежнему холодным и недоверчивым тоном. — За многие века мы потеряли некоторые записи наших отцов, поэтому сейчас даже мы не знаем, можно ли забрать отсюда тысячи или миллионы золотых монет. Но легенды однозначно передают волю предков.

На этот раз Кинджо послал Широэ взгляд, способный извергать пламя. Хотя никто из них не доставал оружия, это была одна из самых тяжёлых битв, в которых до сих пор сражался Чародей. Чувствуя, что взгляд Кинджо сжигает его дотла, Широэ с трудом сглотнул слюну, в пересохшем горле. Он осознал свою слабость. Во время созыва Совета Круглого Стола он был расслаблен и уверен в себе, но сейчас едва держался на ногах.

Но тут же он вспомнил голос Уильяма, полный боли. Глаза Акацуки, смотревшей на него с беспокойством. Наоцугу, который всегда пытался подбодрить его. Заботливого Нянту. Минори, Тоя, Исудзу и Рунделхаус, которые безгранично доверяли ему. То, что он чувствовал сейчас, не было слабостью.

“Ты ведь хочешь помочь им победить, правда?” — спросила его Тетора.

Он хотел победы для других. Он старался изо всех сил, потому что знал, какую боль приносят несбывшиеся мечты. Тот одиночка Широэ, который ни за что не отвечал, потому что винил только себя, давно исчез. Теперь Широэ хотел получить результат больше, чем кто-либо другой. Он не мог правильно понять чувства своих близких, поэтому это был единственный способ отплатить им.

— “Золото Куниэ — это дар и проклятие. Богатство, которое не является богатством. Запомни эти слова, иначе зверь внутри тебя превратит мир в руины”.

Широэ мог по-разному истолковать слова Кинджо. Они звучали как зловещее пророчество, но Чародей решил воспринять их как благословение. Где-то в глубине души он почувствовал тепло. Счастье, что ему удалось добраться сюда.

Широэ и Кинджо молча смотрели друг на друга, окруженные звоном тысяч колокольчиков. Очень медленно Чародей достал из своей магической сумки контракт и разорвал его на две части. На глазах у удивлённого Кинджо разорванный пергамент загорелся и сгорел, а его остатки порхали на ветру, словно бабочки.

Из воздуха посыпался водопад золота.

— Это...

— Контракт заключен и выполнен. Совет Круглого Стола не желает золота — с нежной улыбкой начал Широэ.

Именно это он хотел сказать Кинджо. То, в чём он так и не смог признаться в той заснеженной хижине.

— Нам даже не нужно право на Павильон Гильдии. Думаю, у нас и так достаточно сил, чтобы поддерживать мир в Акибе. Я благодарен системе... механизму, который позволил нам это сделать, но пришло время положить этому конец. Мы поняли, что даже если в Акибе снова возникнут проблемы, решать их нужно по-другому. Церемония заключения контракта завершается подписанием и последующим уничтожением контракта.

Кинджо не совсем понял его, тем не менее Широэ гордо выпрямился. Это была не только его гордость, но и гордость всего Совета Круглого Стола, от имени которого он пришёл сюда сегодня.

— Мы передаём право собственности на Павильон Гильдии, Собор, все коммерческие учреждения и всю Акибу серверу Ямато. Уничтожение контракта закрепляет это право, как бессрочное.

Широэ, должен был провести много долгих бесед и сложных приготовлений, чтобы сегодня произнести эти слова. Некоторые люди утверждали, что добровольно отказываться от приобретённых зон — крайняя глупость. Но, взвесив все “за” и “против”, в конце концов они приняли именно такое решение. Скупка зон, которые могут быть использованы в качестве санкционной меры только потому, что у кого-то хватило на это денег, ни к чему хорошему не приведёт.

Само по себе обладание зоной не сулило никаких особых выгод. Но знание того, что кто-то другой может купить её и использовать в своих целях... иными словами, напасть на вас, требовало, чтобы вы купили её первыми. Поэтому Совет пожертвовал почти всем своим бюджетом, а также занял у крупных гильдий и купил права на Собор, торговые учреждения и всю зону Акибы на поверхности. Однако содержание всего этого стало обходиться очень дорого.

Сам Павильон Гильдии пока не представлял особой проблемы. Однако содержание всех владений Совета, включая Акибу, обходилось уже более чем в десять миллионов золотых монет в месяц. Это было гигантское финансовое бремя.

Поскольку существовала угроза нападения, очевидно, необходимо было вкладывать средства в оборону. Но фракция вокруг Широэ и Генриетты начала искать способ уменьшить это бремя. Они рассматривали различные варианты, часто обсуждали их, и в результате была организована экспедиция в Глубокую Шахту.

— Итак... вы хотите сказать, что это золото, которым вы заплатили за все эти учреждения?

— Да. “Всё золото Ямато создается здесь и возвращается сюда”, верно? Контракт был выполнен, и в ответ средства, использованные для покупки зон, вернулись сюда. Как я и предполагал.

— Вы пришли сюда, чтобы объяснить мне это?

— В некотором роде.

— Так для чего вы попросили взаймы?

Широэ поправил упавшие на нос очки.

— Это основная причина, по которой я здесь. Мы хотели бы выкупить все зоны на поверхности Ямато — леса, горы, озёра, окружающие острова воды... И как только мы их купим, мы сразу же уничтожим контракт и вернём право на них, так же как я только что сделал.  Вы сами видели - когда я передам права на зоны серверу, золото вернётся сюда. Я считаю, что земли Ямато должны принадлежать Ямато.

Кинджо сжал кулаки, вероятно, чтобы справиться с дрожащими руками. Костяшки пальцев побелели.

— Небольшие зоны или здания можно пока оставить как есть, думаю, это не будет проблемой. Но, по крайней мере, все открытые зоны должны быть защищены таким образом, чтобы никто не мог ими завладеть. Также... туземцы не могут покупать зоны. — Это было занозой в сердце Широэ в течение долгого времени. — Я думаю, это нездоровая ситуация. Совет Круглого Стола не хочет провоцировать войну. Мы не отказываем никому в праве владеть землёй. Но мы считаем, что достаточно соглашений между людьми. Система, позволяющая покупать зоны, нам сейчас не нужна. Поэтому я прошу клан Куниэ одолжить Совету средства для осуществления этой передачи. Я прошу золото, чтобы мы могли вернуть его на это месторождение и тем самым избежать разрушений, которые мы навлечём на себя.

Часть 7.

Уильям лежал на грубой, пропахшей серой земле. Глупо было отдыхать в таком месте, но всё же он лёг и уставился на свод. Повернув голову, он увидел разбросанные вокруг измазанные наконечники стрел и лоскуты ткани странной расцветки. Возможно, это было чьё-то снаряжение, оказавшееся в таком полном беспорядке.

Уильям весь пылал и распухал от усталости. Один только поворот головы из стороны в сторону стоил ему немалых усилий. В яме стояла жуткая тишина. Капающая вода и звуки, издаваемые маленькими гейзерами, извергающими пар, отдавались сверхъестественным эхом.

Вокруг него всё воняло. Уильям был измучен, истощён, вял и чрезмерно счастлив. Его руки, уставшие от постоянного натягивания тетивы, отказывались сотрудничать. Что-то стекало по его лицу, и он знал, что это не кровь, но даже не пытался вытереть её. Кроме того, лежащие рядом спутники Уильяма тоже проливали слёзы.

Победа.

Они израсходовали чудовищное количество ресурсов, некоторые члены отряда были полностью выведены из строя. В какой-то момент им приходилось постоянно возрождаться или хромать. Когда окровавленный Демикас вывалился из туннеля, преследуемый ордой Воинов Тени, Уильям решил, что всё кончено. Но Ибура Хабура из Третьего Cада был уже мёртв, и это спасло их. Вторая команда направилась в туннель, чтобы остановить врага, и каким-то чудом им удалось выйти победителями из хаоса.

Больше они ничего не сделают. Если бы Рузето в режиме Чёрного Рыцаря появился сейчас в логове, он бы снёс их, как муравьёв. Члены Серебряного Меча лежали на земле, засыпанные грязью, израненные пламенем и льдом, обессиленные. И всё же они сияли великолепным блеском.

Уильям с трудом поднялся и окинул взглядом яму.  А потом он начал смеяться. Он задыхался, но его смех эхом разносился по всей арене.

Они победили. Они были великолепны. Он был так счастлив, что не знал, что сказать. Чувство сожаления, угнетавшее его раньше, угрызения совести, беспокойство, страх неудачи — всё это исчезло без следа.

— Мы потрясающие! — воскликнул он в порыве эмоций. Он смутился из-за своего скудного словарного запаса, но лишь на мгновение.

«Это что-то! Потрясающе! Мои друзья — самые лучшие!»

Федерико, всё ещё лежавший на земле, посмотрел в сторону Уильяма и махнул рукой. Динкурон опустил руку в лужу, чтобы охладить её. Его взъерошенные волосы портили весь образ прирождённого красавца. Один лежал на животе; он размахивал палочкой, как флажком. В воздухе появились маленькие альрауны. Они робко огляделись по сторонам, но тут же принялись доставать из своих ранцев фляги и вручать их Авантюристам.

Лишь немногие члены отряда были ещё в состоянии двигаться, да и те сидели обессиленные. Можно было с уверенностью сказать, что Серебряный Меч был всего в одном шаге от полного уничтожения. Но, несмотря на это, они победили.

«Это действительно было нечто.»

Уильям мог только повторять: “Потрясающе, потрясающе!”, как поломанная шарманка. Его глаза щипало, и он не мог смотреть прямо на своих спутников, хоть и утверждал, что это вовсе не слёзы.

— Мы победили.

— Да.

— Мы сделали это.

— Мы победили.

В яме раздавался шёпот и короткие ответы. Это доставляло Уильяму огромную радость. Он и сам не отличался разговорчивостью, но его спутники тоже повторяли одно и тоже. Его забавляло, что они совсем не отличаются друг от друга.

— Босс — прохрипел Федерико.

— Что случилось?

— Смотри. — Их Головорез с трудом поднялся на ноги и указал подбородком на гору сокровищ. Это был дроп, оставленный Ибурой Хабурой и Тарутауругой. Гора золота, а кроме того, драгоценные камни и другие предметы, которые можно было обменять на деньги, множество редких ингредиентов, оружия и снаряжения класса иллюзии. Они победили целых двух боссов, так что награда была действительно богатой.

Большая часть этого снаряжения представляла собой предметы, которые нельзя было перепродать. Уильям, как командир, должен был временно собрать их, а затем распределить между своими людьми.

Разделить добычу можно было разными способами. Можно было использовать систему очков, заработанных участниками в предыдущих рейдах, и устроить аукцион, или выбрать группу, состоящую только из тех Авантюристов, которые могут экипировать определенный предмет, и распределить добычу по очереди. Можно было также положиться на удачу и устроить турнир по игре камень-ножницы-бумага между желающими. Каждая рейдовая гильдия методом проб и ошибок разрабатывала свой собственный способ.

Предметы класса иллюзии были чрезвычайно мощными, и рейды часто устраивались исключительно ради их получения. Эти предметы с их уникальными эффектами и атрибутами нельзя было получить никаким другим способом. Их приобретение заслуживало признания всего сервера, и они часто становились гордостью гильдии — как в случае с Рыцарями Чёрного Меча, чьё название происходило именно от меча класса иллюзии.

Многие объединения распались из-за споров о том, как следует делить добычу. Учитывая это, оставшиеся гильдии придавали большое значение тому, как распоряжаться наградами.

В Серебряном Мече с самого начала игры использовалась система баллов. Члены гильдии получали очки за участие в рейдах, а затем могли использовать их для покупки предмета. Однако в гильдии было принято, что при первой победе над неизвестным боссом его дроп не распределялся по очкам. Права на все предметы переходили к Уильяму, и именно он распоряжался распределением наград. Система начисления очков была удобной, и члены гильдии не жаловались на неё, но всегда существовала вероятность, что предмет достанется тому, кто может позволить себе его за очки, хотя с точки зрения боевых навыков он не является лучшим владельцем.

Доверение Уильяму назначать награды имело целью выдать новое снаряжение тем, кому оно могло бы наиболее пригодиться. В то же время это способствовало повышению эффективности отряда в будущих рейдах.

Наконец Уильям восстановил силы, чтобы встать, и подошел к горе сокровищ. Над многочисленными предметами, выпавшими с двух боссов, были вывешены окна с описаниями. По одним только названиям было понятно, насколько мощными были добытые предметы.

Неудивительно. Они первыми в этом мире совершили рейд выше девяностого уровня, и сервер вознаградил их усилия. Уильям взобрался на вершину горы предметов, которые так отчаянно хотел получить. Он удивился собственному спокойствию.

Глаза Линкея. Клинок Льда и Огня. Чешуя Уробороса. Все эти предметы завораживали. Каждый член рейда мог видеть их описание, сидя на своём месте. Один за другим Авантюристы начали подниматься. Они проверяли содержимое окон, выставленных в воздухе, а затем поднимали глаза на Уильяма. Почувствовав на себе ожидающие взгляды, сереброволосый гильдмастер на мгновение задумался, а затем снова повернулся к своим спутникам.

— Вот Талисман с Цветком Лунной Кацуры. — Уильям поднял искусно выгравированный предмет. Четыре золотых элемента, стилизованные под лепестки цветка, были расположены по кругу, напоминая гордо распустившийся цветок. — Я намерен отдать его Ядовитому Очкарику.

Уильям почувствовал, что атмосфера в логове внезапно разрядилась. Напряжение — или даже чувство враждебности — которое присутствовало в них с момента входа в зону, улетучилось. Федерико пошевелил носом, словно принюхиваясь к воздуху. Затем он прошептал:

— Как-то теплее стало.

В этот момент члены отряда ясно почувствовали, что рейд закончен. Теоретически они ещё не победили Рузето из Седьмого Сада, но в этом уже не было никакой необходимости. Враждебное отношение к Уильяму и его людям покинуло подземелье; оно превратилось в безопасную зону.

— Я думаю, он сделал то, что должен был сделать — сказал Динкурон, зачёсывая назад свои покрытые пылью волосы.

Он не ошибся. Широэ удалось победоносно завершить переговоры, о которых он их предупреждал. Уильям с самого начала знал, что Чародей добьётся своего. Однако осознание того, что он действительно добился успеха, вызвало на его лице улыбку.

— Послушайте, это действительно первоклассная вещь. Оно повышает выносливость и производительность. Вот почему я собираюсь отдать его Ядовитому Очкарику. Хотя он и не член Серебряного Меча, он сражался на нашей стороне.

Логово наполнилось криками одобрения. Гордо выслушав этот хор, Уильям принялся распределять оставшуюся добычу.

Часть 8.

Прошло четыре дня с тех пор, как они расстались с Серебряным Мечом. Широэ, Наоцугу и Тетора приземлились на покрытом зеленью виадуке. Летать на грифонах можно было только ограниченное время. Они помахали зверям на прощание, а затем медленно двинулись по древней асфальтированной дороге.

— Наоцугу, ты такой скупой!

— Я не скупой. Я же сказал, моя броня весит тонну, я не мог нагружать бедного грифона лишним весом.

— Опять ты за своё. Держу пари, ты зарезервировал это место для кого-то особенного.

— Эй, что за тёрки?

— Хихихи. Я айдол, так что мне можно.

Прислушавшись к весёлым голосам Наоцугу и Теторы, Широэ поднял голову. Зимнее небо было спокойным и ясным. Через час-другой солнце наверняка сядет, но пока оно всё ещё освещало путь Чародея и его спутников тёплыми, ласковыми лучами.

После встречи с Кинджо Широэ и остальные члены отряда покинули Бездну Пальм и вернулись в Сусукино. Они путешествовали в приятной, радостной атмосфере, совсем не похожей на ту, что была в начале экспедиции.

Демикас пережил некую внутреннюю трансформацию. Он всё ещё был груб, но перестал конфликтовать с членами Серебряного Меча. Хоть он ни слова не сказал Широэ и его спутникам, но Чародея это ничуть не беспокоило.

Поэтому с Авантюристами из гильдии Уильяма они болтали всю дорогу назад. Обычно они обсуждали практические темы, обменивались информацией о том, что изменилось в этой реальности после Катастрофы. Они не делились личными делами и переживаниями.

Серебряный Меч примерно знал, что происходит в Акибе. В этом мире работала телепатия, поэтому информацию о дальних регионах можно было легко получить от знакомых, живущих там. Однако гильдия Уильяма не располагала самыми свежими новостями об изобретениях и производстве предметов в городе Совета. Широэ чувствовал, что утаивать эту информацию не стоит, и с радостью поделился ею со своими новыми товарищами по оружию. Члены Серебряного Меча, в свою очередь, рассказали ему о невиданных ингредиентах и предметах, на которые они наткнулись во время рейдов в Империю Эдзо.

В основном, однако, они говорили о предметах, которые приобрели в Глубокой Шахте. Часть из них забрал Широэ, но они решили, что львиная доля останется в Серебряном Мече. Если люди Уильяма захотят, то 8-й Торговый Район и Грандиозность(9) смогут посетить Эдзо и поторговать с ними. В конце концов, Серебряному Мечу пришлось бы продать часть трофеев, чтобы пополнить запасы, израсходованные во время рейда.

(9) Раньше переводилось как гильдия “Великолепие”, лидер гильдии Вудсток.

Каждый вечер они сидели у костра, делили оставшуюся еду и разговаривали. О добыче, о том, какое новое снаряжение можно из неё сделать, о том, что принесёт будущее... В общем, вроде бы о том же, о чём они разговаривали и в игре. Но все члены отряда, с Широэ во главе, чувствовали глубокое удовлетворение. Они победили в чрезвычайно трудном рейде. Это не требовало слов.

Наоцугу весело напевал, полируя своё новое снаряжение. Тетора сидела на камне и весело шевелила ногами. Даже Демикас присоединился к костру. Он лежал, подложив руку под голову, с кислым лицом. Широэ бросил на них взгляд, а затем вернулся к разговору с Серебряным Мечом. Это был единственный подарок, который они могли сделать себе во время этого короткого путешествия. Всё это сопровождалось чувством подлинной победы.

★★★

Когда они прощались, Широэ перекинулся парой слов с Уильямом. Гильдмастер Серебряного Меча планировал остаться в Сусукино. В окрестностях Эдзо бродили гиганты, с которыми приходилось сражаться в рейдах по открытой зоне — как и в “Elder Tale”, но ходили слухи, что среди противников время от времени появлялись новые монстры. Уильям вкратце объяснил, что его объединение намерено восстановить силы, выбив таких врагов, а затем готовиться к новым рейдам. В заключение он добавил, что беспокоится о безопасности Сусукино.

Услышав его слова, Широэ кивнул. Уильям принял правильное решение. Кроме того, он был отличным гильдмастер и знал, что делает.

— Добавь меня в список друзей — попросил Мифриловые Глаза.

Регистрация в списке друзей не требовала согласия обеих сторон. Если вы добавляли кого-то в список, это не означало, что другой человек добавит вас. Достаточно было зарегистрировать пользователя в своём списке, и вы могли связаться с ним, когда захотите. Поэтому обычно вы не просили другого человека зарегистрировать вас в качестве друга. Если вы хотели связаться с кем-то, всё, что вам нужно было сделать, — это просто сделать это.

Поэтому Широэ увидел в этой просьбе второе дно: “Сообщите мне, если вам что-нибудь понадобится”. Возможно, Уильям постеснялся сказать об этом прямо. Его лицо было более растерянным, чем обычно.

— Я уже добавил тебя — ответил Широэ.

— Что ж, это хорошо — сказал Уильям и поднял руку в знак прощания.

И вот их совместная акция подошла к концу. Лог Горизонт рассталась с Серебряным Мечом.

Только некоторые элитные игроки в “Elder Tale” участвовали в подобных сценариях. Даже самая крупная гильдия могла послать лишь несколько отборных команд, поэтому количество рейдеров было ограничено. На сервере Ямато их было, пожалуй, пятьсот. Однако их число было не настолько мало, чтобы все они постоянно держались вместе. Они существовали бок о бок, и в любой момент могли снова встать вместе, чтобы сражаться. Этому Широэ научился у Уильяма.

Вероятно, это относилось и к миру после Катастрофы, и к игре. Такие связи существовали всегда, хотя Широэ и не знал о них, когда жил на Земле. Он просто не чувствовал этого, но было много людей, которые сражались так же, как и он, хотя он их ещё не встречал. И это стало для него огромным открытием. Как и сейчас — у него появилось много новых товарищей, хотя они совсем не принадлежали к одной гильдии.

★★★

Главная причина их возвращения в Сусукино — Ре Ган — уже окончательно обосновался в городе, и в своей комнате в гостинице он собирал различные бумаги и материалы. Он сидел, окружённый непонятными записями, которые сделал сам, бухгалтерскими книгами, которые неизвестно откуда взялись, и, казалось, был в своей стихии.

Ре Ган решил остаться в Сусукино ещё на некоторое время. Судя по всему, он добился успехов в исследовании межгородских ворот. Поэтому Широэ и его спутники попрощались с мудрецом и покинули северную столицу. Наверняка Ре Гану когда-нибудь придётся исследовать ворота и в других городах, и тогда они снова встретятся с ним в Акибе.

★★★

Путешествуя на спинах грифонов, они наконец добрались до Лесволла. Через полчаса, максимум через час, они бы добрались до Акибы, но на зверях можно было путешествовать только определённое время, а его у них сейчас было в обрез. Впрочем, расстояние до города было не настолько велико, чтобы разбивать здесь лагерь на ночь.

Они пройдут немного пешком, чтобы размять затёкшие тела, затем вызовут лошадей и доберутся до Акибы не позднее заката. Наоцугу и Тетору это совершенно не волновало.

— Сей... Подожди, не лезь на меня!

— А если я подожду, можно? Не увиливай от ответа!

— Ты как ребёнок.

— Дети не пахнут так сладко, хихи.

— Откуда ты берешь эти тексты... А? А, точно.

Наоцугу оттолкнул Тетору коротким “Сори!” и взлетел в воздух, как из рогатки, жалея времени на призыв лошади. Клирик приземлилась на дорогу, но тут же взяла себя в руки и подбежала к Широэ с недовольным выражением лица.

— Всё идет плохо. Возможно, мне не хватает обаяния? — она крутанула пируэт.

— Я думаю, тебе нужно немного перестать дразниться.

— Если я перестану, станет скучно. — Тетора гордо выпятила грудь, излучая уверенность.

Широэ развёл руками.

— Кстати, когда ты собираешься сказать ему, что ты парень(10)?

— Подожду, пока он сам догадается. Это будет смешнее.

(10) Я это ещё раньше знал, но всё равно подавился...

— В общем, сейчас для него наступил важный момент — отметил Широэ. В своих мыслях он добавил, что из-за Мариэлль.

Наоцугу ни разу не заикнулся об этом, но о том, что между ним и Мариэлль что-то происходит, Широэ и Нянта знали уже давно и молча болели за них. Впрочем, это была лишь моральная поддержка, никто из них не собирался вмешиваться.

— Знаю! Предоставьте это мне! — воскликнула Тетора, ухмыляясь от уха до уха.

Он уже знал, что Тетора способна чувствовать обстановку, но это вовсе не означало, что она захочет ей подчиниться.

Чародей сам принял её в гильдию, хотя это решение было принято под влиянием момента, и у него было смутное ощущение, что тем самым он доставил своему товарищу ещё больше проблем. Впрочем, что уж там, Тетора заслуживала того, чтобы её приняли в Лог Горизонт — и по характеру, и по способностям. Она сама хотела вступить в их ряды, к тому же её рекомендовал друг Широэ.

— Чтобы было понятно, я приехала в Сусукино не по указанию господина Кадзухико.

— Я верю.

— Ты, Широэ... вероятно, сможешь сделать для других больше, чем я.

— Только Лог Горизонт не является благотворительной организацией...

— Возможно, но ты знаешь, что мир ещё не настолько бездушен, чтобы молча смотреть на человеческие страдания. Я не соглашаюсь с такими вещами.

Широэ, удивлённый этой неожиданной жизненной мудростью Теторы, в душе признал, что она права. Он сам купил права на Павильон Гильдии, пытаясь защитить Акибу от — в то время ещё не определённой — опасности. Позже сенаторы купили ещё несколько зон, так как одной оказалось недостаточно.

Однако расходы на содержание начали превышать их возможности, поэтому они решили лучше расторгнуть контракты и превратить зоны в не пригодные для приобретения. Широэ предложил навсегда исключить право собственности на земли сервера Ямато из системы купли-продажи.

Само предположение было простым и логичным. Система покупки зон могла в будущем принести катастрофические последствия. Все осознавали это. И Широэ верил, что если он сам однажды воспользовался этой системой в своих целях, то он также обязан был положить конец всей процедуре на благо общества.

Однако это заняло много времени и потребовало множества разговоров. В итоге пришлось даже ехать в Эдзо и пробираться под землю. Воистину, ничто в этом мире не было простым.

«Но, в конце концов, я знаю об этом уже давно.»

То же самое происходило, когда он был членом Сумасшедшей Чайной Вечеринки. Когда они начинали действовать, всегда происходили события, которых они не ожидали. Каждый раз происходило что-то, что заставляло его осознать собственные слабости. Хотя это было давно, сейчас он ясно видел это. Он также вспомнил слова слишком спокойного KR: “Видимо, ты родился под такой звездой. Выше нос!”.

— A!

Когда они обогнули обвалившийся край виадука и гору обломков, перед ними открылся прекрасный вид. Взволнованная Тетора указала на что-то пальцем, а затем бросилась бежать. В нескольких шагах от неё группа людей в плащах разных цветов махала руками в сторону Широэ. Клирик на полной скорости врезался в неё, а затем нависла над Наоцугу, который резко начал что-то объяснять.

Широэ улыбнулся и медленно пошёл дальше. Он чувствовал, как в груди поднимается жар. Навстречу ему вышли. Нянта, Минори, Тоя, Рунделхаус и Исудзу. Среди них были даже члены Альянса Полумесяца.

Паникующий Наоцугу, с одной стороны которого прижимается Мариэлль, а с другой — Тетора. Генриетта, слегка поклонившаяся с нежной улыбкой. Смеющаяся Серара рядом с Нянтой. Сорью и Хиэн.

Широэ уже собирался подойти к ним, как вдруг почувствовал чьё-то присутствие позади себя. Он оглянулся.

— Кажется, ты чуть-чуть подросла?

— Господи, ты ужасен!

Он уже сразу её разозлил. Но у него действительно сложилось впечатление, что Акацуки выглядела более взрослой. Она накинула поверх своего наряда шиноби накидку, которую он никогда раньше не видел, и выглядела как-то более мягко и солидно, чем тогда, на побережье.

Широэ не мог понять, почему. Он долго смотрел на милое личико Акацуки, но девушка наконец-то спряталась за его спиной с раздраженным видом: “Не подобает так пялиться, господин!”. Знакомая картина её исчезновения под его рукой наполнила его теплым чувством.

Акацуки сражалась в своей битве. И она что-то вынесла из этого, что-то получила, как он почувствовал на том белом пляже. Она стала немного сильнее.

Мир не стоял на месте. Пока Широэ выкладывался на полную, его друзья тоже сражались. Хотя он не мог их видеть, он чувствовал, что они бегут рядом с ним, как и Уильям. Это придавало Чародею сил, это была опора для него. Он вернулся из своего долгого путешествия и снова смог стать единым целым со своими товарищами, которые ждали его в Акибе.

Широэ хотел как-то выразить эти чувства, но он был так счастлив, что не мог найти слов. Но спокойно, не торопясь. У него ещё наверняка будет время поделиться ими.

Акацуки смотрела на него снизу вверх, видимо, ожидая, что он заговорит.

— Я вернулся, Акацуки.

— Добро пожаловать домой, господин.

Потерявшаяся ласточка, чьё желание защитить близких помогло ей найти самое дорогое сокровище, наконец-то смогла сесть на ветку и дать отдых своим уставшим крыльям.

Упрямый, как осёл, гильдмастер — несмотря на различные оплошности — сумел исполнить своё желание и благополучно вернуться из экспедиции. Как дети, показывающие друг другу сувениры, привезённые из путешествия, они приветствовали друг друга и радовались возвращению домой.

Рейдовые Q&A

Карта Elder Tale (восточная часть)

Глоссарий

Послесловие

От Автора.

Приветствую снова всех, кто возвращается после перерыва. Приветствую также всех, кто впервые знакомится с "Log Horizon"!

"Привет, привет. Что это за бестолковые приветствия? Ты должен был выпустить следующую часть осенью!" (самоирония). Да, я искренне сожалею. В последнее время извинения стали для меня привычкой. Хотя я сам этого заслужил. Пророки прогнозируют, что, когда вы получите эту книгу в свои руки, мир уже будет готовиться к Рождеству. Так что вполне возможно, что вы найдете мои труды под ёлкой.

Некоторые, наверное, спросят, почему я приветствую новых поклонников в седьмом томе. Да потому, что по телевизору начали показывать аниме "Log Horizon". И когда выйдет этот том, мы уже пройдём половину сезона. Сериал действительно замечательно сделан, и я уверен, что среди наших зрителей есть люди, которые только начинают знакомство с "Логом".

Спасибо за покупку "Log Horizon 7 — Золото Куниэ". Я искренне надеюсь, что эта книга попадёт в руки и наших новых читателей. Хотя если она и попадёт, то не благодаря моим молитвам, а благодаря совместным, напряжённым усилиям издательства Enterbrain, типографии, посредников и книжного магазина.

В любом случае, пришло время для истории, связанной с главной героиней второго сезона уголков "От автора" — редактором F, которая пристально следит за мной и моей работой.

Знаете ли вы, какими бывают встречи писателей с редакторами? Это ожесточённые дискуссии о сюжете и о том, как писать, которые иногда перерастают в конфликты, хотя мы всегда стараемся как-то договориться (рекомендую "Moeyo Pen" в качестве библиографии). У нас с редактором F. всё по-другому.

— Хм.

— Хм.

— Дождь.

— Уныло.

— Ты уже ела?

— Да. Но я бы с удовольствием съела что-нибудь.

— Может, пойдём?

— Пойдём.

И вот я думаю, что решение о том, что есть, не основываясь на времени, а на основе того, хочешь ли ты ещё что-то в себя впихнуть — это секрет вечной молодости. И нет, я совсем не ускользаю от работы таким образом.

Кстати, в предисловии предыдущего тома я процитировал слова редактора F. о том, что все женщины любят мясо. Это вызвало огромный резонанс. Я спросил примерно двадцать девушек, правда ли это. Все согласились.

Серьёзно?

Правда?

Я испытал культурный шок. Я не думал, что женщины настолько плотоядны. В каком-то смысле, конечно, я ожидал, что некоторые из них любят мясо. Но я не думал, что это подтвердят сто процентов опрошенных. Я решил, что для уверенности спрошу и юную Тоно, которая ест в основном редис, и она призналась, что ей нравится мясо, которое кто-то кладёт ей на обед. Так что теперь я всегда беру её с собой на мясные блюда. Человек учится всю жизнь.

А что касается историй о редакторе F.: недавно она купила себе новый ноутбук. Macbook Air, замечательная машина. Она использует его как на наших встречах, так и в свободное время.

— С ним ты выглядишь как настоящая успешная женщина.

— Правда?

— Да.

Таптаптап. КЛИК. (Она гордится собой.)

— Круто.

Таптаптап. КЛИК. (Она очень гордится собой.)

— Очень круто.

Эта пауза, когда она нажимает ENTER, и торжествующее выражение её глаз, когда она заканчивает печатать что-то, делают её идеальной для работы в корпорации. Кстати, я никогда в жизни не работал в одном офисе с женщинами в деловых костюмах, так что "корпоративная женщина", о которой я здесь пишу, чисто воображаемая.  Она любит мясо, сидит на чашках кофе и кричит "АРГХ!".

Аргх. Вот и все новости. Представляем вашему вниманию седьмой том "Log Horizon"!

Дружбу найти непросто, а когда школьные и студенческие годы остаются позади, это становится ещё сложнее. Друзей трудно найти и трудно сохранить. Часто даже трудно признать, что кто-то является нашим настоящим другом. Будучи студентом, я думал, что мы становимся друзьями, когда я делаю что-то для кого-то, а кто-то делает что-то для меня. Я думал, что дружбу нужно как-то доказывать.

Но когда человек взрослеет, он понимает, что на самом деле мало что может сделать для своих друзей. Он не сможет взять на себя их страдания, не сможет решить за них какие-то проблемы. Он испытывает горечь от собственного бессилия и поэтому не считает себя вправе называть другого человека другом.

Широэ не мастер заводить друзей, но это не значит, что он не может о них позаботиться. Вместе с Наоцугу и новой героиней Теторой он постепенно расширяет свой круг общения. Для мужчин стать друзьями — это простое и неприятное дело одновременно. Достаточно сходить на совместный рейд, и они уже нравятся друг другу.

Даже если вы ничего не можете сделать для другого человека или он для вас, ничто не мешает вам называть друг друга другом. В начале знакомства мы ещё незнакомы друг с другом и не сможем разделить все трудности. В крайнем случае мы можем вместе сходить в паб и угостить собеседника ужином. Желательно мясом.

В этом томе мы также собрали описания предметов в начале глав из кампании в Twitter, которую мы проводили в августе 2013 года. Мы использовали идеи пользователей: Dateryu, IGM_masamune, RN_oinu, SakamotoRiji, ebius1, haniwatw, hige_mg, hpsuke, iron007dd22, kane_yon, kuroyagi6, makiwasabi, makotoTRPG, me_pon, momon_call, roqku, sig_cat, yamaneeeeee. Спасибо вам большое! А также тем людям, которые прислали свои работы, хотя мы не успели их опубликовать. Более того, я даже получил твитты из-за границы. У "Log Horizon" есть поклонники в самых разных странах!

За последними новостями, не только о "Log Horizon", я приглашаю вас посетить сайт http://mamare.net. Я также пишу о анимационном сериале. Кстати, скоро выйдет и игра "Log Horizon TRPG".

Наконец, я хочу поблагодарить господина Сёдзи Масуду, продюсера (он часто присутствовал на встречах по поводу сценария), господина Кадзухиро Хару (Тетора — супер-милая), Цубакию за дизайн и маленького редактора F.! Спасибо также госпоже Осако, господину Косуде и господину Ниши из типографии, которым, кажется, на этот раз пришлось по-настоящему попотеть. Прошу прощения за то, что так задержался с отправкой текста.

Поэтому я отдаю эту книгу в руки голодных читателей. Наслаждайтесь!

«Мечтаю заказать новый ноутбук и потренироваться в "клацанье"» Мамарэ Тоно

От Переводчика

Что ж, этот том оказался немного трудным для перевода, но мне он понравился. Восьмой том я хочу уже выкладывать на новой версии сайта, а она выйдет наверное летом, так что вид глав немного изменится, и я сообщу, что именно будет выглядеть иначе в новой версии. Восьмой том я, скорее всего, начну выкладывать где-то летом, так как хочу сделать небольшой перерыв из-за учёбы.

В седьмом томе я решил делать апскейл иллюстраций, так что и дальше вас будут ждать сочные иллюстрации в хорошем качестве :)

Пока, кстати, я работал над седьмым томом, успел заболеть пару раз. Причём, работая над шестым, я тоже пару раз заболел. Дошло до того, что у меня ухо в таком состоянии, что при пренебрежительном отношении к нему я могу и вовсе потерять слух на это ухо или по крайней мере буду просто плохо им слышать. К нынешнему состоянию уха привело не то, что я пару раз простудился тогда (хотя может немного и повлияло, я уже не помню точно), а то, что я очень часто сидел в наушниках последние года, плюс сказалось то, что я часто слушал музыку, смотрел фильмы, играл в игры на повышенных тонах. Поэтому я и писал о проблемах со здоровьем в послесловии шестого тома. Ещё у меня, походу, проблемы со зрением, так как стал замечать последнее время, что после длительного чтения текста на телефоне буквы расфокусируются, поэтому нужно будет к окулисту сходить.

Подытожим сказанное: не сидите много в наушниках, если читаете, то лучше через специальные электронные книги(букридеры) т.к. глаза на них устают значительно меньше, чем при чтении с монитора.

Спасибо всем, кто прочитал "Log Horizon 7 — Золото Куниэ" в моём переводе.

Начальные иллюстрации

Жизнь совершенно обычной старшеклассницы

Часть 1.

Прижимая к груди лютню, Исудзу ступила на низкую платформу. Её сердце билось как сумасшедшее. С одной стороны, ей хотелось съёжиться от страха, с другой — броситься в бегство. Однако она медленно шла вперёд, целенаправленно делая шаги, пока её глаза не встретились с её нынешним партнёром, Тоей. Мальчик радостно улыбнулся, а затем в знак приветствия легонько стукнул ногой по барабанной установке, импровизированной из жестянок и ящиков.

Исудзу изобразила на лице самую бесстрашную улыбку, какую только могла себе представить, а затем слегка приподняла свою лютню. Это была Ода к Радости, лютня играющих духов, сделанная Мариэлль и доработанная членами Фирмы Родерика.

Стоя посреди маленькой, совсем крошечной сцены, Исудзу оглядела помещение. Оно имело форму квадрата со стороной около десяти метров. Это был интерьер Блум Холла, одного из многочисленных баров, появившихся на главной улице Акибы.

Ещё несколько месяцев назад здания в этом районе представляли собой обычные лачуги. Однако со временем они стали объектом экспериментальных ремонтных работ, организованных Океанической Системой, и после ремонта гильдия передала их другим Авантюристам. Бар Блум Холл позже подвергся дальнейшим перестройкам и теперь принадлежал гильдии Седьмой Марширующий Оркестр. Тем не менее большинство персонала здесь составляли туземцы. Авантюристы, как правило, были слишком заняты, чтобы заниматься магазинами или офисной работой, поэтому в Акибе недавно появились симбиотические таверны, в которых совместно работали Авантюристы и туземцы.

Бар был оформлен в деревенском стиле и обильно освещён магическим светом. В его сиянии Исудзу низко поклонилась. Раздались аплодисменты.

В зале было около семидесяти мест. В данный момент почти все они были заняты. Рядом с тяжёлыми, обтянутыми брезентом диванами стояли светло-коричневые столики. На стенах висели меню, а кое-где и рукописные расписания культурных мероприятий. Обычный бар, которым управляют Авантюристы и туземцы, случайно встретившиеся в Акибе. Они обустроили его так хорошо, как только могли. В пабах на Земле акцент делался на эффективном планировании пространства и безопасном, но безвкусном декоре. Но в местном мире каждый штаб гильдии, дом, магазин или ресторан был уникален.

Эклектичный(1) Блум-холл вмещал сцену размером с небольшой балкон и совмещал в себе ресторан, фастфуд-бар и музыкальный клуб. В фэнтезийных романах, вероятно, его бы назвали "таверной", но Авантюристы из Акибы не употребляли столько алкоголя, сколько герои таких книг. На самом деле их больше интересовала еда, чем выпивка. Блум Холл также соответствовал этой тенденции, и здесь царила весёлая, жизнерадостная атмосфера.

(1) Эклекти́зм — способ построения философской системы путём сочетания различных положений, заимствованных из других философских систем. Я думаю и сами поймёте, что именно там имеется в виду

★★★

Пытаясь побороть страх перед сценой, Исудзу окинула взглядом зал. Среди гостей она увидела несколько знакомых лиц, и это помогло ей взять себя в руки. Волнение — хорошая вещь. Если превратить его в мотивацию, то можно даже улучшить свои результаты.

Исудзу решила сыграть первую ноту. Хватит размышлять и анализировать. Она знала, что как только начнётся концерт, она будет поглощена музыкой.

Ей был отведён блок из шести песен, что составило около получаса. Это было достаточно времени, чтобы сбылись мечты, но в то же время это был краткий миг, который пролетел как мгновение.

Сердце Исудзу, полное радости и надежды, колотилось как сумасшедшее. Ей казалось, что его биение сливается с ритмом, который Тоя начала отбивать ногой на барабане. Девушка улыбнулась этой мысли, и из-под её пальцев потекли бодрящие звуки.

Коготь Янтарного Дракона — предмет производственного класса, полученный ею от Широэ — скользил по струнам. Это был не классический способ игры на лютне, скорее экстравагантный, но он придавал исполнению особый темперамент.

Исудзу чувствовала себя как на пляже и покачивалась под шум моря. Радость накатывала на неё волнами, как вода, омывающая берег. Всякий раз, когда она касалась туго натянутых струн, она чувствовала их сопротивление и дрожь, распространявшуюся от пальцев к запястью. Это было похоже на покалывание от газированной воды, но гораздо сильнее. Для Исудзу это было чистым счастьем.

Сам факт того, что она держала инструмент в руках, вызывал на её лице улыбку. И вот уже лютня в ответ на её желание издала свой крик, звонкую фразу. Задача Барда было развить её.

С чувством, словно приветствуя новорождённого ребёнка, Исудзу разомкнула губы и начала петь. Её голос, который она всегда считала совершенно средним, зазвучал в Блум Холле гораздо чище, чем она ожидала. В этом мире не существовало электроакустических преобразователей, поэтому ей приходилось полагаться только на собственные силы, и всё же ей удалось наполнить пением весь зал. В такие моменты она всегда задавалась вопросом. Как могло случиться, что она — совершенно обычная деревенская девушка — могла издавать такой звучный голос? Неужели он всегда был у неё внутри?

Исудзу выступала в Блум Холле последний месяц или около того. Можно было по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз она уже выступала перед публикой. Более того, до Катастрофы она всю жизнь прожила в пригороде, так что её сценический опыт был ничтожно мал. Её родной город состоял в основном из полей и пустырей, а единственное шоу, которое она могла дать, проходило в придорожном караоке-баре, напоминавшем примитивный бар.

Именно поэтому её каждый раз удивляло, что её голос звучит так сладко и легко.

Однако удивление длилось один вдох, максимум два. Сразу же после этого все мысли и колебания Исудзу исчезли, унесённые потоком музыки. Почти пылая, она точно перебирала струны и из глубины дрожащего горла вырывался самый чистый голос, на который она была способна.

Она исполняла типичную рок-песню, каких на Земле было немало. Когда Исудзу была маленькой, отец часто ставил ей записи его любимых групп, и именно тогда она вспомнила эту песню. Теперь она пела и играла эту хорошо знакомую ей песню, полностью погружаясь в момент. Тоя, окутанный аурой Барда, созданной Исудзу, играл на барабанах, но, кроме этого, их не сопровождали никакие другие инструменты. По земным меркам они даже не заслуживали звания группы, и их выступление наверняка сочли бы хаотичным и совершенно дилетантским.  Но это маленькое чувство вины совершенно теряло значение перед огромным счастьем, которое наполняло сердце Исудзу, словно летние грозовые облака.

В сиянии волшебных огней Исудзу превратилась в кого-то другого. Исчезла где-то та худощавая старшеклассница с растрёпанными волосами. Её место заняла уверенная в себе и весёлая Бард Исудзу. Радость, раздувающая грудь, делала её видение гораздо яснее.

Гости, уже до отказа заполнившие Блум Холл, смотрели на неё. И все они улыбались. Даже хозяин бара — гном, с которым Исудзу уже успела познакомиться — весело настукивал пальцами ритм, хотя лицо его было как всегда, искривлено, и он вздыхал сквозь зубы с не громким “пффф”. Исудзу в ответ изящно изогнула тело, провела лютней широкую дугу и послала ему чистый звук Фа.

Сидящие за стойкой Нянта и Серара повернулись, чтобы посмотреть на эту сцену. Щёки юной Авантюристки пылали очаровательным румянцем, а Нянта приветливо улыбался. Серара сжимала перед собой руки так интенсивно, что они даже дрожали — она выглядела действительно восхитительно. Среди всех подруг Исудзу, Серара была определённо самой девичьей. Как всегда спокойный и обаятельный Нянта подтянул свои серебряные усы, явно наслаждаясь выступлением.

Наслаждение, которое охватило их обоих, также заразило и Исудзу. Оно наполнило её полностью и сделало звук её лютни ещё более чистым.

★★★

Первая песня подошла к концу. Большинство людей, собравшихся в баре, постукивали пальцами по столам в такт ритму, отбиваемому барабанами, всё громче и громче, словно подыгрывая Тое. Исудзу чувствовала себя так, словно находилась внутри басового барабана. Она резко повернулась, проводив взглядом кончик собственной косы, и начала готовиться ко второй песне.

Она почувствовала беспокойство. Действительно ли она умело передаёт свои эмоции? Делят ли другие её радость?

У Исудзу закружилась голова. К счастью, несмотря на это, лютня всё равно прекрасно воспроизводила аккорды.

Они были партнёрами. После победы над Хамелином(2) Исудзу вновь обрела свободу, но не знала, что делать с собой дальше. Именно тогда, в Альянсе Полумесяца, она нашла эту лютню. Судя по всему, Мариэлль когда-то сделала её в рамках плотницких упражнений. Конечно, с тех пор инструмент претерпел множество изменений и потерял свой первоначальный вид, но это не меняло того факта, что лютня облегчала одиночество, мучившее Исудзу после её изгнания в эту реальность. Она почти никогда не выпускала её из рук.

(2) Хамелин — гильдия в "Elder Tale" и главный злодей арки Круглый Стол.

В этом мире не было ни школ, ни каких-либо дополнительных занятий, поэтому Исудзу проводила дни, занимаясь делами в штаб-квартире гильдии, путешествуя со своими спутниками или просто играя на своей лютне. Здесь не было ни телевидения, ни интернета, ни кинотеатров, поэтому, если она хотела послушать музыку, ей приходилось играть самой.

От лютни отходило несколько лентообразных волнистых проводов. На их концах размещалось нечто, напоминающее маленькие шарики в ракушках и издающее звуки. Это были искусственные феи, которые улавливали вибрации из коробки инструмента и усиливали их — модифицированные версии предмета раковина русалки Фирмы Родерика, позволявшие призывать мобов низкого уровня. Как древний инструмент, лютня обладала тонким, изысканным звучанием. Эти предметы значительно расширяли диапазон её возможностей, и, хотя лютня выглядела несколько причудливо, именно за эту уникальность Исудзу полюбила её всем сердцем.

Она встретилась глазами с магическим сферическим светом, который слегка мерцал, и улыбнулась. Исдузу кивнула головой.

Я забыла. Спасибо.(3)

(3) Теперь так будут отображаться мысли героев. Раньше они были в кавычках — «Спасибо».

Какая песня уже звучала? Голова кружилась, и она не могла определить. Третья или четвёртая. Она была разогрета, полна энергии — как будто ей подарили крылья. Она не чувствовала ни малейшего намёка на усталость. Может быть, это объяснялось выносливостью тела Авантюриста? Нет, скорее всего, силы ей придавало что-то другое.

Она чувствовала себя так, словно её подключили к источнику питания. Ритмичные удары барабанов, постукивания наполняющий весь бар — всё это наводняло её волнами радости, как бушующая лавина. Исудзу заиграл лёгкую, весёлую рок-песню. Один из старых номеров из коллекции её отца.

Её выступление, конечно, не заслуживало того, чтобы называться профессиональным. В конце концов, у неё не было музыкального таланта, и её отец говорил об этом десятки раз. Кроме того, она была обычной деревенской девушкой. Она научилась играть на инструментах лишь настолько, чтобы напевать что-то на школьном фестивале. Её певческий опыт сводился к завываниям в караоке после уроков. Она никогда не брала уроков. Её отец, настоящий музыкант, не шёл с ней ни в какое сравнение. Но всё это потеряло значение перед лицом этого чудесного момента.

Радость не была каким-то неопределённым, эфемерным чувством. Это была конкретная форма энергии. Обычно её нельзя было увидеть или потрогать, но каждый человек носил её в себе. Исудзу, Тоя, Нянта, Серара и все остальные собрались в Блум Холле.

Именно эта энергия сейчас заливала сцену, текла через Исудзу и приводила в движение струны лютни. Поэтому талант или способности здесь ни при чём. Тот факт, что все наслаждались и веселились, подтверждал это.

У входа в бар, видневшегося вдали, она заметила вспышку золота. Покраснев от волнения, красивый мужчина с волосами, достойными золотистого ретривера, помахал ей обеими руками.

От одного только взгляда на него лютня в руках Исудзу зазвучала чище, приобрела новый уровень лёгкости. Переполненная эмоциями, которым она не могла дать названия, Исудзу позволила себе широко улыбнуться и в знак признательности помахала парню грифом инструмента. Она чувствовала себя неловко, немного смущённо, но ничего не могла с собой поделать. Ноты, летавшие вокруг неё, были розового цвета.

К следующей песне, думаю, она лопнет от радости. Это будет медленная баллада, которую Рунделхаус Код — друг Исудзу, её спутник, личный носильщик и принц — просто обожал.

Бард не смогла устоять и решила, что сыграет это произведение специально для Рунделхауса в качестве подарка. Она глубоко вздохнула. Магические огоньки слегка приглушились, прекрасно уловив её настроение. В их приглушённом сиянии Исудзу начала петь.

Все произведения, которые она представила сегодня, были исключительными. Но эта была самой необычной.

Часть 2.

— У няс неожиданно тёплый вечер.

— Это правда.

Достаточно было выйти из бара и пройтись немного, и Акиба открывала свой тихий, ночной облик.

В этом мире, где не было ни электронной рекламы, ни автомобилей, ни даже поездов, городская суета была чем-то непривычным. Хотя во время Фестиваля Весов Акиба заметно оживилась, сейчас, в начале февраля, по утрам и вечерам всё ещё стоял мороз, и на улицах города было тихо.

Исудзу, Тоя, Рунделхаус, Нянта и Серара с улыбками покинули Блум Холл и возвращались в свои гильдии. Широкая улица местами освещалась молочным светом Светлячков, а их группа всё ещё следовала за дополнительно вызванным Волшебником Магическим Светом.

Все были в прекрасном расположении духа. Рунделхаус, шедший впереди, о чём-то увлечённо беседовал с Тоей. Серара и Нянта тоже выглядели бодрыми. Исудзу шла в конце, лёгким шагом, в несколько эйфорическом настроении.

У Тои и Рунделхауса было много багажа, но она несла только лютню. Все они были одеты в повседневную городскую одежду, и никто не взял с собой оружия. Когда они вошли в Лог Горизонт, хаос, вызванный Катастрофой, ещё не прекратился, а ситуация в Акибе была нестабильной, поэтому у молодых Авантюристов было мало снаряжения и личных вещей. Однако теперь у каждого из них была своя комната в штаб-квартире гильдии, а повседневная одежда постепенно прибывала. Ведь с момента битвы за Тёси прошло уже более полугода.

— Мисс Исудзу, вы в порядке? Вы не устали? — обеспокоенно спросил Рунделхаус, повернувшись к ней.

— Ничуть. Я в полном порядке!

Исудзу шла медленно, и парень явно не понял её медленного шага. Она не устала. Она просто хотела немного понаблюдать за своими друзьями, наслаждаясь сладким чувством выполненного долга.

— Давайте вернёмся в гильдию, пока мы не замяурзли — посоветовал Нянта.

— И нам нужно размяться после еды! — добавил Тоя.

Вот так, беседуя, они миновали небольшой перекрёсток.

Рунделхаус и Исудзу уже полностью освоились в Лог Горизонте. В гильдии царила спокойная, тёплая атмосфера. В лице одной из участниц, ныне отсутствующей Минори, Исудзу нашла отличную подругу. Хотя они встретились совсем недавно, у неё было ощущение, что с этой смелой и ответственной девушкой они знакомы уже много лет. То же самое можно сказать и о Сераре, которая сейчас с блаженной улыбкой шла рядом с Нянтой. Исудзу искренне нравилась юная Друид.

Даже её друг Рунделхаус в последнее время казался менее напряжённым, чем во время обучения в лесу Рагранда. Как и следовало ожидать, Волшебник очень быстро нашел общий язык с Тоей. Как и подобает молодым парням, они подружились и стали вместе производить много шума. Исудзу ещё раз подтвердила своё убеждение, что, когда парни действуют в группе, их умственный возраст быстро уменьшается.

Постепенно она также углубила свои отношения с членами старшей команды: Широэ, Нянтой, Наоцугу и Акацуки. Нянта, самый старший во всей гильдии, был очень добрым и открытым. Он славился своим самообладанием и врождённой галантностью, а его сферой деятельности в Лог Горизонте была кухня. А так как он попадал в самое нежное место молодых Авантюристов — набивал им животы — то быстро завоевал их сердца.

С Наоцугу Исудзу познакомилась в основном через Тою и Рунделхауса. Защитник шутил при каждом удобном случае и считался весельчаком, однако Исудзу полагала, что он также был очень заботливым. Если у вас возникали проблемы с экипировкой или снаряжением гильдии, лучше всего было обратиться к нему за помощью.

В последнее время Наоцугу, Тоя и Рунделхаус (а иногда и Нянта) устраивали мужские вылазки, которые они называли “специальными тренировками”. Исудзу и Минори находили их несколько ребячливыми, но делали вид, что ничего о них не знают. Мальчики часто ходили за Наоцугу в разные места, а потом возвращались, смеясь и перемазанные грязью с ног до головы. Девочки с беспомощной улыбкой готовили для них ванну.

Неразговорчивая и загадочная Акацуки поначалу казалась немного замкнутой. Исудзу думала, что, возможно, она стеснительная, потому что всякий раз, когда она пыталась с ней заговорить, получала резкий ответ.

После присоединения к Лог Горизонту она не сразу сошлась с Акацуки. Однако со временем она поняла, что Ассасин — мягкий человек и даже обладает чувством юмора. Она любила убираться и часто устраивала большую уборку втайне от всех. Если вы на мгновение отворачивались, а на веранде на верёвке висели свежевыстиранные простыни, то это непременно была заслуга Акацуки.

После Нового Года к их гильдии присоединилась и Тетора. Похоже, этот Клирик не знала, что такое стеснительность, потому что на первой же встрече она обняла всех членов Лог Горизонта, кроме Акацуки, которая тут же сбежала от неё. Задорная Тетора стала душой компании и вмиг покорила всю гильдию.

Исудзу долгое время не могла привыкнуть к их гильдмастеру Широэ. Во время еды он обычно сидел без сознания, вяло раскладывая приправы или передавая тарелки, и она совершенно не понимала, что в нём такого особенного. Когда он дремал на диване в гостиной, то выглядел измотанным жизнью. Когда ему нужно было сходить за покупками или убраться, Наоцугу или Акацуки тут же прогоняли его в комнату, безжалостно комментируя, что он ни на что не годен.

На улицах ходили только нелестные слухи о Широэ. Что у него кривой взгляд, что он коварный интриган, что он монстр, который держит Акибу железным кулаком, что он серая элита Альянса Круглого стола и так далее. С кривым взглядом Исудзу соглашалась, но в остальное как-то не могла поверить.

К тому же Минори, знавшая Широэ дольше Исудзу, утверждала, что Чародей на самом деле замечательный человек. Нежный, заботливый, умный, галантный, “ну, просто идеал”. Образ, который складывался из этих рассказов, предполагал, что у Широэ могло быть раздвоение или даже расстроение личности.

В глазах Исудзу их гильдмастер был суровым молодым человеком, стоящим на перекрёстке в Тёси. Она никому не говорила об этом, но Широэ ассоциировался у неё с судьёй, хотя она никогда не видела судью вживую. Впрочем, это не отменяет того факта, что он спас Рунделхауса, и уже за одно это заслуживал уважения. Она почувствовала тень сочувствия к нему в тот день, когда Нянта сказала ей, что клеймо единственного сына тяготит Широэ. Именно тогда она поняла, что Чародей был невероятным, до болезненности, перфекционистом, и, хотя в некоторых областях он проявлял выдающийся талант, во многом был крайне неуклюж. Благодаря тому, что Исудзу наконец-то смогла немного понять его, она теперь могла с чистой совестью болеть за Минори.

Так шло время, и Бард постепенно привыкала к Лог Горизонту. Для неё повседневная жизнь была чем-то особенно обязательным. Даже если ничего не делать, утром, днём и вечером хотелось есть, а когда хотелось, надо было что-то готовить. В Лог Горизонте, правда, был свой повар — Нянта — но это не означало, что они могли свалить всю работу по приготовлению еды на котолака.

Готовить в этом мире было очень сложно. Здесь не было ни нарезанных овощей и фруктов, ни специй, ни блюд быстрого приготовления, которые на Земле можно было увидеть в каждом магазине. Приготовление даже чуть более сложного блюда требовало целого дня подготовки. Да и просто покупка ингредиентов занимала уйму времени, ведь в этой реальности не было ни интернет-магазинов, ни курьеров.

Поэтому было бы несправедливо нагружать Нянту всей этой работой. Поэтому члены Лог Горизонта договорились, что на завтрак они будут есть то, что можно приготовить заранее, и, кроме того, Нянта имеет право на два дня отпуска в неделю.

У каждой гильдии были проблемы с готовкой, поэтому большинство заведений в Акибе — это рестораны и закусочные. В частности, здесь было много суповых кухонь и баров быстрого питания, где можно было получить еду практически сразу после входа. Возможно, это связано с тем, что значительную часть жителей составляли игроки. Во многих заведениях подавали сытные, качественные блюда, которые надолго заполняли желудок. В последнее время появились кондитерские, фастфуд на вынос и киоски с закусками. Лишь несколько ресторанов можно отнести к разряду эксклюзивных или достаточно элегантных, которые подходят для свидания.

Места, торгующие готовыми товарами, были многочисленны с самого начала, но теперь их ассортимент стал гораздо шире, а ситуация наладилась по сравнению с тем, что было сразу после Катастрофы, благодаря деятельности 8-го Торгового Района. Гильдия Карасина организовала торговые лавки в деревне, а под руинами железнодорожного виадука Акибы был создан торговый район.

Поэтому в дни, когда Нянта был свободен, члены Лог Горизонт закупались в таких магазинах или питались вне дома.

Однако перед концом года в этом их обычае произошло небольшое изменение. Примерно во время Сноуфелла(4), Праздника Зимы, туземцы праздновали новый год.

(4) В обоих переводах оно имеет название “Snowfell”.

Именно тогда Исудзу совершенно случайно выступила в Блум Холле, где ей очень понравилось, и с тех пор она раз в неделю даёт небольшие концерты, подобные этому.

Хотя навыки Бардов не улучшали и не развивали способность петь или играть на инструментах, Авантюристы, не имеющие профессии Барда или связанной с ней побочной профессии, не могли использовать свои музыкальные таланты здесь, даже если они проявляли их на Земле. Они автоматически начинали фальшивить и переставали попадать в ноты.

Чтобы избежать подобных ограничений, нужно было найти подходящую побочную профессию, например, Певица. Тогда ничто не мешало, и Авантюрист мог петь так же хорошо, как и раньше. Барды также могли снять такие ограничения с людей в своём непосредственном окружении. Поэтому Исудзу во время выступлений часто просила Тою, Минори или Серару аккомпанировать ей на ударных или других инструментах. К сожалению, Рунделхаус не проявлял никаких музыкальных способностей, поэтому его роль обычно сводилась к моральной поддержке.

— Жаль, что Минори не пришла.

— Было бы неплохо.

— Что поделаешь, она работает.

— Она помогает Карасину, не так ли?

— Мисс Минори — успешная женщина.

— Хахаха.

— Но я думаю, что она скоро закончит свою смену.

— Скорее всего, она вернётся домой вместе с Широэ.

Сердце Исудзу, бешено колотившееся в музыкальном вихре, начало замедляться и возвращаться к своему обычному ритму, успокоенное разговорами идущих впереди друзей. Оно имело оттенок грусти, тоски по уходящей мечте, но в то же время оно оставляло ощущение счастья, которое ничто не могло стереть.

Я никогда не стану профессиональным музыкантом, как отец, но иногда выходить и играть на лютне очень весело.

Выступая на сцене, она поняла, что любит музыку гораздо больше, чем думала раньше. Она с нежностью погладила инструмент, который держала в обеих руках. Его выпуклая грушевидная часть была звуковой коробкой. Исудзу всегда играла на контрабасе, и ей казалось, что лютня звучит гораздо изысканнее и несколько древнее, чем он.

Хихихи.

Контрабасы, подобные тому, который она когда-то использовала, производились массово (и по-прежнему стоили непомерно дорого для обычной школьницы), но эта лютня была сделана Мариэлль, а значит — единственная в своём роде. По обе стороны от струн располагалась изящная перламутровая мозаика. С тех пор как инструмент достался Исудзу, он претерпел различные изменения, но этот орнамент, в форме дельфина, сохранился до сих пор и очень ей нравился.

Бард считала, что у каждого уважающего себя музыканта должен быть хотя бы один любимый инструмент. Для неё таким инструментом стала лютня, которую она назвала Летающий Дельфин.

— Исудзу, что с тобой? — спросил Тоя.

— А?

— Исууудзууу!

Она поняла, что все смотрят на неё.

— Что? Где?

— Ты ухмыляешься про себя.

— Это неправда!

— Она не ухмыляется, а мило улыбается.

Исудзу коснулась своего лица, чтобы проверить, и действительно — её щёки разгорелись и слегка порозовели.

— Мисс Исудзу до сих пор вспоминает это выступление.

— Я говорю нет! — прорычала она, наклоняясь к Рунделхаусу. Волшебник с одновременно удивлённой и нежной улыбкой обернулся к остальным за поддержкой. Затем Тоя добавил:

— Неудивительно, ты действительно была потрясающей.

— Вовсе нет, ничего особенного. Просто в доме всегда были инструменты, и я немного научился играть.

— Не будь такой скромняцай. Все слушали, как зачарованные. — Даже Нянта начал делать ей комплименты, а Серара рядом с ним охотно кивала. Исудзу почувствовала, что краснеет. И в этот момент Рунделхаус, её так называемый доверенный друг, решил ещё подлить масла в огонь.

— Ведь Мисс Исудзу — артистка, перед которой меркнут даже ангельские хоры, а звуки её небесной музыки усиливают сияние ночи. С Исудзу путешествие, в которое мы отправимся через неделю, будет таким же восхитительным, как... Хм? Что случилось, Мисс Исудзу?

— Руди, ты это серьёзно?! — Смущённая Исудзу не выдержала и пустилась в погоню за Волшебником.

Его слова порадовали её, но ей стало ещё более стыдно смотреть остальным в глаза. В прохладе февральской ночи их преследование продолжалось до самой двери штаб-квартиры Лог Горизонт.

Часть 3.

Из всех заброшенных зданий Акибы, подвергшихся реконструкции в первые месяцы после Катастрофы, Павильон Гильдии претерпел наибольшие изменения.

На первом этаже Павильона находились приёмная, банк и холл. Этажи с второго по шестой чем-то напоминали гостиницу — длинные коридоры с дверями-порталами в штаб-квартиры, которые гильдии могли арендовать для собственного пользования. На четырнадцатом этаже располагался зал заседаний Рукуиндже(5), где был учреждён Совет Круглого Стола.

(5) Рукуиндже (六傾姫ルークインジェ, буквально "Шесть падших принцесс"), (https://log-horizon.fandom.com/wiki/Ruquinjé) — здесь инфа насчёт них. Раньше оно переводилось как "Шесть падших принцесс" в томе 3 главе 4.

Этажи с седьмого и выше когда-то не использовались. В игре “Elder Tale” они были просто пустыми, неиспользуемыми помещениями. Такое положение дел сохранялось некоторое время после Катастрофы, но Совет, выбравший Павильон в качестве своей штаб-квартиры, быстро нашёл применение пустующим помещениям в здании.

Теперь здесь располагались офисы различных организаций, связанных с Советом, начиная с Комитета Связи Ремесленных Гильдий, который был создан незадолго до Фестиваля Весов. Совет был органом самоуправления Акибы, но нельзя сказать, что он проявлял выдающиеся лидерские качества. Он не мог похвастаться большим авторитетом и уж точно не обладал большой исполнительной властью. То, что он вообще смог управлять Акибой, объяснялось несколькими причинами: во-первых, большинство жителей города принадлежали к одной из огромных гильдий-членов; во-вторых, Авантюристы дали Совету кредит доверия. Кроме того, жители Акибы были игроками на Земле и никогда не возлагали слишком больших надежд на руководящие органы. К тому же, благодаря некоторым альтруистам, в городе процветало волонтёрство.

В Акибе царил явный дух свободы. Авантюристам, как правило, не составляло труда позаботиться о своей безопасности или материальном положении в этом мире, поэтому в городе каждый жил так, как ему заблагорассудится. Те, кто хотел фармить, отправлялись в пригороды, те, кто предпочитал заниматься производством, уединялись в мастерских, а те, кто искал социальные контакты или возможности для торговли, открывали различные заведения. Поэтому большинство жителей полагали, что пока местные власти не беспокоят их ежедневно, они могут существовать.

Конечно, так всё выглядело только с их точки зрения. На самом деле Совету Круглого Стола предстояло проделать гораздо больше работы, чем принято было считать. Люди в Акибе считали, что достаточно позволить им делать то, что они хотят, но даже такой, казалось бы, пустяк, как предоставление Авантюристу прав на использование определённого здания (или руин), автоматически порождало конфликты с несколькими другими людьми, претендующими на это же место.

Несмотря на то, что дела могли показаться пустяковыми, их количество росло с угрожающей скоростью. Справиться с такой лавиной претензий — задача каждой организации местного самоуправления, и Совет в этом отношении не был исключением.

★★★

— Эй, Очкарик, я закончил.

— Я тоже.

В углу огромной, ярко освещённой столовой на подземном уровне Павильона Гильдии двое воинов поздравляли друг друга после тяжёлой битвы. Это были гильдмастер Лог Горизонт Широэ и гильдмастер Рыцарей Чёрного Меча Айзек.

Несмотря на то, что это место рекламировалось как “столовая”, оно оказалось просто общей зоной, предназначенной для ужина. С высокого потолка светились огни Светлячков, а в комнате были расставлены чистые столы на две и четыре персоны, образуя геометрический узор. Пространство было разделено на несколько секций, а в глубине имелись даже небольшие комнаты для приватных бесед и небольших совещаний. Здесь работали четыре паба, которые делили между собой две кухни, расположенные на этом уровне. Клиенты обслуживали себя сами и с подносами садились за столы в главной зоне, где можно было спокойно поесть.

Широэ и остальные расположились за столом на восемь персон в углу столовой. На столе лежали карты, документы и всевозможные канцелярские принадлежности. Из сумок на пол высыпались различные инструменты, в том числе и для измерений. Вообще-то им не следовало бы так занимать место для потенциальных клиентов, но они делали это уже не в первый раз, поэтому никто не обращал на них внимания.

— Айзек, какой ещё “закончил”? Большую часть твоих бумаг мне пришлось осилить самому — сказал молодой человек с обиженным тоном, разминая руки. Это был адъютант Айзека, Резарик.

— А, придираешься к мелочам! — Чёрный Меч махнул рукой, громко хохоча. Сегодня даже он отказался от брони, в которой обычно ходил, и надел мундир Совета Круглого Стола. На плечи он накинул серый плащ. Казалось, что в официальной одежде он чувствует себя вполне комфортно — по крайней мере, такое впечатление сложилось у Широэ.

Сам он носил свою любимую водолазку. Для работы с бумагами он предпочитал удобную одежду, не стесняющую движений.

В последнее время Широэ много работал с Айзеком и пришёл к выводу, что Чёрный Меч ни капли не подходит для офисной работы. Запершись в офисе, он тут же пытался сбежать, поэтому они обязательно встречались либо в пабах, либо в командной палатке Рыцарей Чёрного Меча. Однако частое пребывание в торговых заведениях было не слишком вежливым по отношению к их владельцам, поэтому общее пространство в подвале Павильона стало настоящим спасением для Широэ и его товарищей.

— Что-то вроде этого подойдёт? Не то чтобы я в этом разбирался...

— Да, будет хорошо. Прости, что это свалилось именно на тебя.

— Для меня это не проблема.

— Наш дорогой Айзек, может, и не выглядит так, но он счастлив от этой мысли — заверил Резарик.

— Как всегда, ты мелешь белиберду. И не надо “дорогой”.

Широэ рассмеялся, услышав этот обмен словами, а затем принялся собирать ненужные документы.

— Но кто бы подумал, что мне придется проводить тренировки для рыцарских орденов в этом мире.

— Рыцари Чёрного Меча — это тоже рыцарский орден.

— Ну, да — пробормотал Айзек, но лицо его было весёлым. Он с интересом рассматривал документ, который держал в руке. Его заголовок гласил: “План первого обучения туземских рыцарей”.

— Как я уже говорил на собрании, речь идёт также об интеграции.

— Но всё же было бы полезно иметь конкретную цель. Сколько уровней они должны получить?

— Примерно два или три... ну, потихоньку — ответил Широэ, не поднимая глаз. Он продолжал раскладывать бумаги.

Он попросил Рыцарей Чёрного Меча провести в Майхаме курс обучения для туземных рыцарей. Хотя занятия должны были проходить в столице Лиги, в них вызвались участвовать воины, служащие землевладельцам со всего восточного Ямато. Таким образом, мероприятие получило официальное название “Обучение рыцарей Лиги Свободных Городов Истала”.

— Немного бедновато, если это продлится так долго.

— Помни, что это тренировка для туземцев. Не жди от них чудес.

— Не ждать? — Айзек повернулся к Резарику, стоявшему за его спиной. Тот, в свою очередь, ответил:

— А что, ты планировал power leveling? Для туземцев?

Термин “power leveling” использовался игроками для описания частично принудительного процесса быстрого повышения уровня. Пользователь с высоким уровнем выбирался в качестве лидера команды, который уничтожал монстров с большим количеством очков опыта и проводил серию сражений. Компаньоны с более низким уровнем оставались на безопасном расстоянии и подходили, когда их лидер побеждал монстра, получая за это большое количество EXP. Это позволяло эффективно повысить уровень за короткое время, поэтому не было чем-то необычным в MMO-играх.

— Айзек, нет. Power leveling не улучшит их реальные навыки — предупредил Широэ.

Многие игроки были против этой идеи. Power leveling позволяло получать очки опыта и уровни, но не давало возможности основательно отточить боевые и физические навыки игрока, который просто слишком быстро прогрессировал. Даже если сила атаки или выносливость человека увеличивались, он не улучшал свои боевые приёмы и не изучал стратегии, и это было пагубно.

— Упёртый ты, Очкарик. В конце концов, я могу чередовать боевые тренировки и power leveling. Ладно, больше тренировок, специально для тебя. С этими лодырями, наверное, и так будет масса проблем — громко рассмеялся Айзек.

Широэ понял, что больше ничего не добьётся. К тому же он не был полностью против power leveling'а. Не один опытный игрок использовал этот метод, чтобы быстро развить своего второго или третьего персонажа.

Как бы то ни было, на этот раз Чародей остановился в Акибе. На спине грифона он действительно мог добраться до Майхамы меньше чем за час, но тренировками должен был заниматься Айзек. Вмешиваться в его планы означало бы отрицать саму идею разделения ролей.

— Только помни, что это должно быть на показ, так что не используй всю силу.

— Понял. Хм... охрана, что ли? Айзек задумчиво почесал голову и на мгновение замолчал.

Был вечер. В столовой располагались филиалы различных ресторанов, и, по идее, она уже должна была заполниться клиентами, но на практике было занято, наверное, только десять процентов мест.

Вряд ли это удивительно. Это помещение в основном служило столовой для Авантюристов и туземцев, работающих в органах Совета Круглого Стола. Самые занятые сенаторы Совета также имели свои гильдии и в основном работали в собственных штаб-квартирах. Это относилось и к Широэ, Мититаке или Карасину.

Поэтому в этот час в общей зоне находились либо исключительные случаи, как Широэ и Айзек сегодня, либо трудоголики, которые могли бы с тем же успехом жить в Павильоне Гильдии. А таких было немного.

— Красти всё ещё не удосужился выйти на связь?

— К сожалению, нет. Через список друзей тоже нет с ним контакта.

— Что ему в голову взбрело, так исчезать? Гильдия развалится.

— Думаю, ещё не всё так плохо — заметил Широэ.

Прошло почти три месяца с тех пор, как Красти исчез во время экспедиции в горах Оуу. Как справедливо заметил Айзек, такого срока хватило бы, чтобы гильдия развалилась.

Гильдии в играх MMO RPG были очень хрупкими образованиями, так как основывались не на договорах или трудовых отношениях, а на простом желании поиграть вместе с кем-то. Социальные связи, базирующиеся на общении в виртуальном пространстве, не были связаны ничем материальным — как, например, дружба соседей или школьные товарищества, обусловленные физической близостью — и, хотя в некоторых аспектах они могли казаться более искренними, чем знакомства в реальном мире, на практике они оказывались чрезвычайно деликатными.

Если член гильдии приходил к выводу, что больше не хочет принадлежать к группе, остановить его было практически невозможно. Такие гильдии, как Хамелин, которые процедурно не позволяли своим членам покидать группу, были исключением. Центром большинства гильдий был их лидер. Именно он определял направление развития объединения и обычно отвечал за создание атмосферы внутри него. Кроме того, именно ему приходилось решать любые внутренние проблемы и споры. Поэтому лидер был необходим для функционирования гильдии.

После исчезновения Красти люди стали покидать D.D.D. Вероятно, они перестали чувствовать себя стабильно в организации, которая потеряла своего лидера. Их нельзя было винить в этом. Сообщалось, что за эти три месяца ушло около пятидесяти человек. Игра стала реальностью, и люди стремились попасть в группы, которые могли бы обеспечить их безопасность и помочь выжить. До сих пор остаётся чудом, что, несмотря на сложную ситуацию, в которой оказалась D.D.D, из неё ушло всего пятьдесят человек.

Широэ узнал об этом от Волшебницы Ризэ. Она выглядела подавленной, но он похвалил её управленческие способности, и сделал это вовсе не для того, чтобы извлечь выгоду для Совета Круглого Стола. Он искренне считал, что D.D.D была исключительной гильдией.

— Ты беспокоишься, Очкарик?

— А ты нет?

— О чём? Это же Берсерк. Наверняка он цел и отлично проводит время, где бы ни оказался.

— Угу... — без особого убеждения кивнул Широэ.

Он хотел согласиться со словами Айзека. Он также предположил, что в результате неожиданной телепортации Красти оказался на сервере за пределами Ямато или в зоне, где он не мог использовать телепатию. Подобные события уже случались даже в игре “Elder Tale”. Но это не меняло того факта, что ситуация была серьёзной и Красти мог оказаться в опасности.

В одном Айзек точно не ошибался — если в Совете и был кто-то, кто смог бы вернуться живым после самых непредсказуемых трудностей, так это Красти. Беспокойство здесь не поможет.

— Наверняка скоро появится — заявил Айзек, кстати, второй человек, которого Широэ считал “тем, кто справится”.

— Беспокоюсь не о Красти, а о D.D.D и Совете — признался Чародей.

D.D.D. действительно была независимой гильдией, которая функционировала даже без своего лидера. Но одно дело — “функционировать”, а другое — “обеспечивать своим членам чувство безопасности”. Некоторые обеспокоенные люди уже ушли, хотя пока их немного. Однако вероятность того, что D.D.D развалится на части, была не настолько мала, чтобы ею пренебречь.

Более того, D.D.D. оставалась самой крупной и хорошо организованной боевой ассоциацией. Если нужно было пройти рейд или выполнить боевой квест, то гильдии, которые могли это сделать, в Акибе были как звёзды на небе, начиная с Рыцарей Чёрного Меча Айзека и заканчивая Бригадой Западного Ветра Содзиро.

Для ведения масштабных сражений требовалось нечто большее, а именно военная организация и отработанная структура командования. В этом отношении ни одно объединение не могло сравниться с D.D.D.

Если гильдия Красти ослабнет или развалится, Совет и вся Акиба пострадают от последствий.

Широэ считал Совет Круглого Стола хорошей самоуправляемой организацией, но отнюдь не идеальной. Если в совете, состоящем из влиятельных гильдий, произойдет какой-либо раскол, он может оказаться неожиданно хрупким.

Айнс, вероятно, не остановится...

Исследования Честности в области магических кругов шли полным ходом. Однако в Акибе ими почти никто не интересовался — всё из-за безумной технологической революции.

Открытия, сделанные в городе, постепенно опровергали известные по игре “Elder Tale” ориентиры в виде уровней. Времена, когда высокий уровень означал достаток, уходили в прошлое.

Создание Совета Круглого Стола и произошедшие в результате этого перемены изменили этот мир. Наступила эпоха, когда каждый мог разбогатеть, если только у него была идея и необходимые навыки для её воплощения.

Многие Авантюристы по-прежнему отправлялись на охоту, но даже они обеспечивали себе определённую защиту. Например, игроки на девяностом уровне охотились в зонах восемьдесят пятого уровня. Таким образом, они, конечно, могли заработать золото, но не могли поднять свой уровень. Некоторые боевые гильдии всё ещё брали на себя сложные задания, но это было исключением. Кто не повышал уровень, не развивал боевые навыки, а в этом мире это было равносильно закреплению разницы между Авантюристами. Многие в Акибе выражали недовольство этой ситуацией.

Присутствие Красти было важно хотя бы потому, что оно объединяло жителей. Именно по этой причине Широэ был глубоко обеспокоен его исчезновением. Он уже думал, что после победоносных переговоров с Куниэ и решения вопроса с золотом ему удалось справиться с потенциальными опасностями, а тут ещё одна головная боль. Чародею захотелось заплакать. Единственным утешением было то, что Родерик с помощью Нянты проанализировали флэйвор текста предметов чтобы найти самые опасные, и официально запретили использование этих проклятых предметов.

К сожалению, у них не было никакой гарантии, что им удастся избежать бедствий, вызванных проклятыми предметами. Даже те предметы, в описании которых не было прямого указания на проклятие, могли поспособствовать какой-нибудь трагедии. Хотя они не жалели средств на исследования и вскоре должны были подготовить список наиболее опасных предметов, это не означало, что им удастся предотвратить все проблемы.

— Широэ!

— О, пожалуйста, Айзек и Широэ! Вы закончили свою работу? Мы принесли вам ужин.

До столика подошли Карасин и Минори, которая временно работала в Комитете Связи Ремесленных Гильдий. Шеф 8-го Торгового Района был в своём обычном костюме, но молодая Каннаги была одета в повседневную одежду для города. Она выглядела как школьница, возвращающаяся с занятий, и с улыбкой смотрела на Широэ.

— Дарова. Садитесь. — Айзек указал подбородком на диван.

Этот жест мог показаться довольно пугающим, но Карасин с радостью принял приглашение, весело ответив: “А пасиба, пасиба”. Широэ подумал, что дружелюбие — главное оружие этого парня. Тем временем Минори заняла место рядом с Чародеем. Ловким движением она убрала бумаги, развалившиеся на столе, а затем поставила на стол купленные ими бутерброды и напитки.

— Пожалуйста, Широэ, имбирный эль, но для тебя.

— Спасибо. На работе всё в порядке?

Минори кивнула. Чародей заметил, что Карасин смотрит на них с улыбкой.

— Послушай, Широэ, я знаю, что это немного глупо просить, но может быть, ты бы передал нам Минори на 8-й Торговый Район? Она действительно толковая девушка.

Широэ не знал, как реагировать, но Айзек выручил его. Глава Рыцарей Чёрного Меча громко рассмеялся, хлопнул Карасина по плечу и сказал:

— Ты берёшься за старшеклассницу? Должно быть, ты сильно голоден.

Запаниковавший Карасин решительно отрицал это.

— Я не это имел в виду! Я говорил только о работе!

Минори хихикнула. Видимо свободные высказывания Карасина были для неё обыденностью.

Широэ вздохнул с облегчением, затем сделал глоток имбирного эля и улыбнулся. Все напитки в Акибе были домашнего приготовления. Имбирный эль, приправленный свежим имбирём и мёдом, приятно охлаждал горло.

У него было много дел, и перспективы не радовали. До ушей Широэ доходили тревожные новости. Семь Водопадов, оплот Короля Гоблинов, всё ещё не был захвачен. По этой причине Совет Круглого Стола потребовал от всех низкоуровневых жителей Акибы поднять уровень хотя бы до тридцатого.

Однако на этот раз Чародей хотел реализовать другую идею, и пора было начинать подготовку к этому. Поэтому он обратился к Айзеку и Карасину с новыми просьбами по поводу обучения туземских рыцарей.

Часть 4.

Ризэ была завалена работой. Конечно, в учебном корпусе, который она курировала в рамках своих повседневных обязанностей, всё шло своим чередом, но исчезновение Красти вызвало беспокойство в D.D.D, что, в свою очередь, наложило на неё множество новых, мелких обязанностей.

Внутренние сообщения перестали попадать туда, куда нужно, и Ризэ приходилось проверять каждое из них лично. Она также проводила много времени, давая советы, выслушивая проблемы или просто утешая членов гильдии.

Но хуже всего было то, что она не знала, насколько всё это необходимо. Она совершенно не понимала, что ей нужно делать и насколько активно участвовать, чтобы эффект был достаточным. В этой неопределённости она пыталась разобраться в различных сферах управления гильдией, но объём информации обрушился на неё, как лавина.

Возможно, ей следовало бы просто забыть об этом, но, движимая внутренним беспокойством, она работала на пределе своих сил и тем самым создавала проблемы для всего окружения.

Она запуталась в расстановке приоритетов и уже не понимала, куда, собственно, идёт. Все, что она делала и не делала, казалось ей неудачей, и каждый вечер её преследовали мысли о том, что она только мешает управлять гильдией.

Она плохо спала и часто просыпалась ночью. Она потеряла способность воспринимать всё с должным расстоянием, и совершенно мелкие вещи в её глазах разрастались до огромных проблем, которые могут разрушить D.D.D, и она почти дрожала от ужаса.

В то же время она преуменьшала важность вопросов, требующих быстрого решения, и порой лишь сеяла тем самым новые разрушения.

Если не принимать во внимание чувства, которые она испытывала к Красти, она всегда считала, что является человеком, наиболее близким к гильдмастеру, а значит, хорошо знакомым с его работой, как и другие девушки Drei Klauen. Теоретически именно такое положение они занимали в организации. Но как только Красти исчез, стало очевидно, что она не знает ни как управлять D.D.D, ни как распределять обязанности, ни даже как работает система отчётности.

Введённый Красти административный механизм гильдии был основан на сети автономно управляемых подразделений и функционировал безупречно. В противном случае, за этот месяц, когда Такаяма была полностью отстранена от обязанностей, D.D.D начало бы разваливаться. Тот факт, что им удалось пережить эти шокирующие первые недели, был безусловно заслугой организационной структуры, созданной Красти.

Однако по мере прохождения Сноуфелла Ризэ начала чувствовать усталость. Без всяких перспектив на улучшение она чувствовала, что погружается во тьму.

В эти трудные дни ей помогали друзья во главе с Генриеттой.

— Ты снова бледная.

— Правда...?

Сегодня Генриетта почти насильно притащила Ризэ в штаб-квартиру Альянса Полумесяца.

Просторная столовая была украшена растениями в горшках, кое-где висели картины и сидели плюшевые игрушки. Казалось бы, в комнате царил хаос, но каждое из украшений дышало теплом тщательно выполненной ручной работы. Деревянный стол был простого бежевого цвета и прекрасно сочетался с чуть оранжевым освещением.

В столовой Альянса Полумесяца царила блаженная семейная атмосфера. Ризэ пригласили сюда под видом позднего обеда. На стол подали сливочное рагу, приготовленное главным Поваром гильдии Гирофом. Февраль подходил к концу, но дни были ещё холодными, и Ризэ с радостью приняла согревающее угощение.

Они ели в тишине. Члены Альянса Полумесяца, судя по всему, поели раньше, во всяком случае, почти половина из них вышла и взяла второй завтрак на вынос.

Вторая половина дня в гильдии прошла спокойно. Откуда-то доносились приглушенные разговоры, с кухни доносились звуки уборки. Ризэ решила, что так звучит жизнь этой гильдии. Это приятно успокаивало её расшатанные нервы.

— У тебя унылый вид. Совсем как мой хозяин — сказала Акацуки, которая тоже сопровождала их сегодня.

Миниатюрная черноволосая Ассасин смотрела на Ризэ с лёгким недовольством в круглых глазах. Только когда они стали друзьями, Волшебница поняла, что этот взгляд означает беспокойство.

— Не волнуйся. Я всё ещё держусь.

— Но помни, что в конце концов тебе придётся отступить — мягко напомнила ей Генриетта.

А сама она сидела, крепко обняв Акацуки, которая сидела у неё на коленях.

— Акацуки, тебе ведь двадцать лет?

— Хм? Да.

— А тебе Генриетта двадцать во...

— ЭХЭМ.

После выразительного покашливания Ризэ решила, что не будет уточнять. В мире существовало много вещей, которые не стоит выяснять.

— Мне исполнилось двадцать — повторила Ассасин. Казалось, что она немного погрустнела, но Ризэ всё равно была ей благодарна за эти слова.

— Хорошо.

Акацуки комплексовала по поводу своей юной внешности и старалась во что бы то ни стало показать себя зрелой. Однако, по мнению Ризэ, молодая внешность была не только не проблемой, но и поводом для зависти, ведь это означало, что человек полон энергии. Тем не менее Ризэ предпочитала не говорить об этом вслух. Она сама всё ещё училась в старшей школе, и это, скорее всего, только разозлило бы Акацуки.

— Как-то с трудом верится...

Волшебница с удивлением поняла кое-что. Акацуки было двадцать лет, и она была студенткой. Генриетта взрослый человек работала в крупной корпорации. Микакагэ училась на кондитера в школе гастрономии, Минори ходила в младшую школу, Надзуна была ассистентом в стоматологическом кабинете.

— Что мне столько лет?

— Нет... Просто на Земле мы бы, наверное, никогда не стали друзьями.

— Возможно — ответила Акацуки со смущённым выражением лица. Смущённый взгляд Генриетты был настолько забавным, что Ризэ впервые за долгое время искренне улыбнулась.

Она почувствовала, как уголки её рта приподнялись, и это её несказанно удивило. Вероятно, за последние несколько недель она пережила гораздо больший стресс, чем думала.

— Ничего подобного! Красота притягивается, Акацуня, мы бы обязательно познакомились при тех или иных обстоятельствах!

— Спасибо за этот лишний комментарий.

— Ну, а в последнее время ты даже не кусаешься, когда я тебя глажу. Ааах, какое счастья!

Это была типичная сцена с их участием — Генриетта, забавляющаяся до крайности, и покорная, но не обязательно сердитая Акацуки. Может, она и не была в восторге от этих навязчивых ласк, но протестовать уже давно перестала. Ризэ предполагала, что Ассасин всё ещё чувствует себя обязанной проявлять послушание после событий последнего года, но не протягивала ей руку помощи. Она чувствовала, что тепло чужих прикосновений — это то, что нужно Акацуки.

Так или иначе, время, проведенное в компании двух друзей, наполнило Ризэ умиротворением. Она улыбнулась и почувствовала, как напряжение и усталость в шее постепенно уходят.

— Тебе, наверное, тяжело без вашего жуткого очкарика? — спросила Акацуки, съёжившись, как кот, под натиском нападок Генриетты.

— Да. Я осознала, насколько мы полагались на господина Красти.

Это была огромная проблема, с которой сейчас сталкивалась Ризэ.

— Мой господин тоже это почувствовал.

— Неудивительно. Красти был лицом Совета в вопросах дипломатии. Пока это не имеет особого значения, но со временем обязательно начнёт приносить проблемы, — вставила Генриетта.

— Мне очень жаль, но я не могу взять на себя ещё и обязанности, связанные с Советом.

Самоуправление Акибы тоже пострадало из-за исчезновения Красти, но Ризэ не сможет принять на себя и это. Наконец-то она достигла той стадии, когда может честно признать это.

Как руководитель учебного корпуса она могла отдавать приказы на рейдах. Она также могла планировать операции. Но всё это касалось лишь прохождения игры. Если она и была чем-то довольна, так это тем, что стратегии эпохи “Elder Tale” успешно применялись при обучении её людей и в этом мире.

После катастрофы Красти часто повторял: “Ничего не изменилось. Мы будем управлять гильдией, как и раньше. Наша жизнь здесь ничем не отличается от жизни на Земле”. Многие в D.D.D. считали, что это просто ещё одно непонятное высказывание их лидера, но Ризэ знала, что Красти действительно так думает и ничуть не преувеличивает.

Например, когда он сказал, что мир после Катастрофы так же неинтересен, как и их реальность. Возможно, именно это он и имел в виду. Красти жил той же жизнью, что и раньше — он просто поменял земную повседневность на жизнь в D.D.D.

Широэ, которого Акацуки называла своим “господином”, тоже был достойным восхищения человеком. Гильдмастер Лог Горизонт использовал техники, освоенные им в “Elder Tale”, и “прошёл” Катастрофу полностью, как если бы он проходил босса в игре.

Разложенные на составляющие его методы и образ мышления имели смысл. MMO RPG были играми, основанными на общении. Поэтому, если кто-то призывал к чему-то изо всех сил, почти рискуя жизнью, он действительно мог бы применить техники прохождения игры в реальном мире. Ризэ понимала этот способ действий, но не предполагала, что кто-то действительно попробует его использовать.

Но было ли это действительно так странно? Широэ и Красти действительно казались исключительными. Однако Мититака из Океанической Системы, Родерик из Фирмы Родерика, Карасин с 8-го Торгового Района и, наконец, Содзиро, Айзек, Айнс, Мариэлль, Генриетта, Кушиятама(6) и многие другие — все они в каком-то смысле были такими же, как и до Катастрофы.

(6) Бывшая участница D.D.D и Drei Klauen. Инфа насчёт неё здесь, но там спойлеры к 10 тому. https://log-horizon.fandom.com/wiki/Kushiyatama

Они боролись с этим постоянно меняющимся другим миром, и то, что они оставались самими собой, было их главным оружием.

Красти и Широэ взяли новую реальность штурмом, но и остальные с непоколебимой уверенностью применили свой прежний опыт и решили возникшие проблемы. В этом они ничуть не уступали лидерам D.D.D и Лог Горизонт.

Если подумать, Ризэ сейчас находится на том же месте, что и Акацуки в конце прошлого года.

Если Волшебница будет придерживаться привычных по “Elder Tale” игровых схем и методов, постоянно анализируя, правильно ли она поступает и достаточно ли усилий прилагает, она не сможет победить. С каждым днем её будет мучить всё большее беспокойство. Как и Акацуки, которую мучил её уровень и отсутствие экипировки класса иллюзии.

Вместо этого Ризэ следует больше сосредоточиться на своей воле, на своих решениях, на своём собственном образе жизни. Мититака или Айзек, не говоря уже о Красти, сильны тем, что сосредоточены именно на этом.

Хотя я не думаю, что так быстро обрела бы уверенность в себе...

— Я точно создаю вам много проблем, а будет ещё хуже — сказала Ризэ.

— Да не волнуйся. Мы понимаем, как вам сейчас тяжело. К тому же я уверена, что господин Широэ что-нибудь придумает.

— Господин вовсе не считает тебя проблемой. Кроме того, даже если ты перестанешь просить его о помощи, он сам начнёт тебе её оказывать.

Ризэ не ожидала такой реакции. Генриетта с весёлым лицом заверила её, что всё будет хорошо, а миниатюрная красавица, которую она обнимала, сияла бесстрашной улыбкой. Акацуки, как правило, не проявляла эмоций, но когда она улыбалась, то расцветала, как цветок.

Она изменилась после того боя. И сама Ризэ, конечно, тоже изменилась. Она должна сделать шаг вперёд сама. Не потому, что она напряжена или встревожена, а потому, что пришло время взглянуть в лицо тому, что она так долго откладывала. Если они с Такаямой будут продолжать обвинять друг друга, ничего не изменится.

Красти больше нет, и D.D.D. теперь нужны свои Drei Klauen.

Часть 5.

В этом мире существовали различные магические предметы. Они принимали самые разные формы — оружие, доспехи, аксессуары, манускрипты, иногда даже мебель. После Катастрофы количество магических предметов, которые могли получить Авантюристы, увеличилось в геометрической прогрессии, но со времён “Elder Tale” все больше всего жаждали сумки.

Точнее, их следовало бы называть “контейнерами” или “ёмкостями”. Это были предметы, способные вместить другие вещи, и имели они разнообразные формы — от удобных мешочков и сумочек, до деревянных ящиков, сейфов и даже шкафов.

Вместимость обычных контейнеров ограничивалась их физическими размерами. Магические же контейнеры обладали таким количеством свойств, что их трудно сосчитать: они уменьшали вес спрятанных в них предметов, вмещали вещи гораздо большего размера, чем они сами, и даже позволяли вносить некоторые изменения в то, что в них помещалось.

Магическая сумка Дазанэга — это магический контейнер, доступный Авантюристом сорок пятого уровня и выше. Существовали магические ёмкости и более низкого уровня, но они были непопулярны из-за своей малой вместимости и сложности приобретения.

Сумка Дазанэга вмещала до двухсот килограммов, что было более чем достаточно для повседневного использования, если только человек не был ремесленником, запасающим материалы или перевозящим товары для торговли. Кроме того, многочисленные высокоуровневые квесты позволяли улучшить свойства сумки, поэтому многие Авантюристы пользовались ею почти всю свою карьеру.

Поэтому магическая сумка Дазанэга была предметом, на который претендовали практически все игроки среднего уровня “Elder Tale”, и была почти необходимым введением в тему магических контейнеров в мире Тельдезии.

★★★

— Все готовы? — Наоцугу заглянул в гостиную.

— Да, сэр! — гордо ответил Тоя, который вместе с Минори, Исудзу и Рунделхаусом готовились к походу в большой комнате.

С магической сумкой Дазенэга сбор вещей прошёл бы гладко, но ни у кого из младших членов группы Лог Горизонт её пока не было. Да и вообще — они как раз отправлялись за сумками. Квест на получение предмета — “Получить магическую сумку” — становился доступным, когда Авантюрист достигал сорок пятого уровня. Уровневые ограничения на экипировку предметов существовали в этом мире даже после Катастрофы, хотя особого смысла в них уже не было.

Тоя и остальные члены команды планировали добыть ингредиенты для пошива магических сумок, и для этого они впервые отправлялись за пределы региона Канто.

— Наоцугу, карета уже ждёт — сообщила Минори. Она держала в руке блокнот и была явно озабочена подготовкой к экспедиции.

Местом их назначения были Красные Скалы — горы в ста шестидесяти километрах от Акибы. Поскольку они собирались путешествовать на конной повозке, дорога туда и обратно, вероятно, займёт около двадцати дней. Тоя содрогнулся при мысли обо всё ещё неизвестных ландшафтах и горных хребтах.

Тоя не испытывал радости. Он не мог вспомнить, когда в последний раз совершал какое-либо путешествие на Земле. Он вообще редко выходил из дома. Однако на этот раз их было только пятеро, и они собирались провести ночи под открытым небом. Это обещало быть гораздо интереснее школьных поездок. А то, что они планировали путешествовать в конном экипаже, только добавляло очарования всей поездке.

Они расположили сумки на полу и под пристальным взглядом Минори начали упаковывать одежду на смену, долговременную пищу и медицинские материалы, хотя Тоя лично считал, что им не обязательно подходить к этому так серьёзно. Конечно, нельзя сказать то же самое о нарядах, сшитых вручную, но предметы экипировки из игры “Elder Tale” обладали высокой прочностью, которая автоматически уничтожала грязь и пятна. Поэтому, если бы он хотел всегда ходить в доспехах, то на смену мог бы взять только бельё, и этого было бы достаточно. То же самое касалось еды: в этом мире можно было выжить на быстрых, простых блюдах, если кому-то не очень нужны были кулинарные впечатления.

Однако Тоя знал, что лучше держать эти мысли при себе. Минори очень старалась, и это его радовало. Как старший из братьев и сестёр — даже если его сестра претендовала на роль старшей — он обязан был присматривать за ней.

— Хммм...

Рунделхаус, стоя на коленях рядом с Тоей, что-то искал в сумках.

— Что-то не так?

— Хм, хм, хм. Моя расчёска пропала. По-настоящему элегантный Авантюрист должен всегда заботиться о своём внешнем виде.

— А? — отозвался Наоцугу. Кажется, он хотел добавить что-то вроде “Серьёзно?”, но Рунделхаус проигнорировал его и продолжил:

— Что теперь? Это очень важный предмет. Он обошёлся мне в сотню золотых монет.

— Рунделхаус — неожиданно вмешалась Исудзу. Она опустила на пол свой холщовый рюкзак и ловким движением вытащила из разбросанных вещей Рунделхауса синий мешочек. — Это в твоей косметичке. И соберитесь наконец.

— Ах, мисс Исудзу! Как хорошо, что вы его нашли!

Улыбаясь, Рунделхаус принялся наводить порядок.

Сердце Тои согревалось, когда он наблюдал за этими двумя. Рунделхаус и Исудзу были его близкими товарищами из Лог Горизонт, фактически он уже относился к ним как к родным братьям и сёстрам.

В детстве Тоя часто играл в футбол. Оглядываясь назад, он не сказал бы, что так уж любил футбол, но у него всегда было много энергии, и он любил бегать по полю со своими друзьями после школы. Одного мяча было достаточно, чтобы они отлично проводили время.

Даже после аварии, когда он перестал ходить, он всё равно несколько раз появлялся на сборках друзей. Однако через два месяца он сдался. Не потому, что завидовал парням или испытывал горечь. Друзья не хотели доставлять ему неудобства и перестали играть при нём в мяч, а он не мог этого вынести. Его мучили угрызения совести. И вот постепенно он начал отдаляться от своих друзей. Потому что он хотел, чтобы они продолжали жить счастливо, независимо от его ситуации.

Никто из членов семьи не проявил отчаяния, узнав, что ему придётся передвигаться в инвалидном кресле. Тоя знал, что его любят. Однако его родители иногда становились угрюмыми или сжимали зубы. Он и сам не хотел, чтобы люди заставляли себя подавлять перед ним свои истинные чувства. Это ранило его больше всего. Поэтому, когда он видел счастье на лицах Рунделхауса, Исудзу или Минори, ему становилось легче.

Кроме того, он очень уважал Широэ. Тогда, на улицах Тёси, Чародей спас не только жизнь Рунделхауса, но и улыбки всех них, и шанс на счастливое совместное будущее. Он совершил нечто особенное, о чём Тоя до сих пор не мог даже мечтать.

— Хихихи.

Исудзу наконец справилась с упаковкой, сложила вещи в аккуратную стопку, а затем, с огоньком в глазах, начала нежно гладить чехол с лютней.

Младшая группа отправится на поиски материалов для магических сумок Дазенэга — при появлении этой идеи Тоя, пожалуй, обрадовался больше всех, но Исудзу тоже чуть ли не прыгала от счастья. Хотя, если честно, он не совсем понимал, почему она тоже.

— Исудзу, ты тоже радуешься?

— Ну конечно. Здорово, что мы едем все вместе. Прямо как турне!

Турне?

Остальные молодые Авантюристы и Наоцугу не совсем понимали о чём речь.

— Только представьте! Мы будем ехать на телеге! Брень, брень, бадэньк! — Исудзу встала и, всё ещё обнимая футляр, сделала движение, как будто играла на струнах. Её косичка весело подпрыгивала. Казалось, что она отражала настроение девушки.

— Это называется концертный тур. Когда муррыканты объезжают страну и выступают в разных её уголках. Самые известные иногда объезжают весь мир, а менее известные путешествуют за свой счёт — объяснил Нянта. Котолак только что вышел из кухни, неся поднос с чашками чая, и подошёл к кофейному столику, рядом с которым стоял Наоцугу.

— Концертный тур! Через всю галактику! Отличная идея!

— Только на этот раз галактика заканчивается в Нагано.

Вслед за Нянтой в комнату вошла Тетора и тут же бросилась к Наоцугу, а за ней последовали Акацуки и Широэ, которые незаметно пытались её остановить. Таким образом, все члены Лог Горизонт собрались в комнате.

Тоя утвердительно кивнул, слушая объяснения Нянты. Хотя сам он никогда не был в концертном зале или на стадионе, он видел различные видео в Интернете.

Он, Минори, Исудзу, Рунделхаус и Серара из Альянса Полумесяца. Они впятером сядут в повозку и отправятся в путь. Раньше он никогда не задумывался об этом, но теперь такая перспектива казалась ему невероятно захватывающей.

— Концертный тур! Дум, бух, дзынь! — Тоя начал похлопывать по рюкзаку открытой рукой, как будто играл на барабанах.

Исудзу сначала удивилась, но тут же улыбнулась и начала крутить пируэты, издавая звуки различных инструментов.

— Турне, говорите... Я о таком не слышал, но звучит здорово. Может, посетим все деревни по пути?

— Нет, я не думаю, что так много... Минори?

— Согласно карте Широэ... на пути к Красным Скалам есть примерно четыре или пять деревень.

— Что ж, отлично, давайте заглянем! Нам всё равно придётся пополнить запасы воды и провизии — усмехнулся Тоя.

Перспектива подняться в горы и сразиться с маленькой виверной казалась заманчивой, но не менее привлекательной была перспектива посетить туземцев и дать для них концерт. В конце концов, если они окажутся в каком-нибудь поселении, то наверняка остановятся там на ночь, а если есть возможность сделать и то, и другое, то это обязательно нужно сделать.

Все хором согласились, и Исудзу с сияющей улыбкой воскликнула:

— Ух ты! Турне! Настоящее турне!!!

— Ладно, тогда давайте я вас проведу — предложил Рунделхаус, вставая. Он тоже излучал жизнерадостность.

Тоя ничего не знал о музыке, но у него было достаточно сил, чтобы отстукивать ритм на барабанах. Серара, похоже, умела играть на простых клавишных инструментах, а Минори научилась у Исудзу игре на лютне. Их нельзя назвать настоящими артистами, но в качестве поддержки Исудзу они вполне справятся и получат массу удовольствия.

— Я так счастлива! — воскликнула Бард, после чего схватила Рунделхауса за голову и принялась ерошить ему волосы. Волшебнику, самому высокому и старшему в их группе, не нравилось такое третирование(7), но возразить Исудзу он тоже не мог, поэтому покорно капитулировал.

(7) Третировать — обращаться с кем-либо пренебрежительно, свысока, враждебно и агрессивно; не считаться с кем-либо.

Тоя рассмеялся и хотел уже сказать: “Руди, соберись, а то стыдно”, но передумал. В конце концов, он сам не умел возражать, когда Минори его опекала. Он не имел права подкалывать других.

В этом путешествии Тоя и Рунделхаус должны будут продемонстрировать свою мужественность. Молодой Самурай вспомнил, как Наоцугу скрестил руки на груди и заявил: “В моменты кризиса парень должен показать, на что он способен!”.

Кроме них двоих в группе были одни девушки. Конечно, Тоя знал, что можно полагаться на их навыки Авантюристок, но, как и Рунделхаус, чувствовал, что как мужчины должны защищать девушек.

— Минори, Минорриии! Мне нужно докупить струны! Сделаю целый запас!

— Эх, нет на тебя управы!

С этими мыслями Тоя наблюдал за смеющимися товарищами по гильдии.

Часть 6.

В “Elder Tale” всегда существовало несколько типов конных экипажей, но революция, произошедшая в Акибе после Катастрофы, привела к нововведениям и в этой области. В некоторых роскошных каретах уже использовались рессоры, но недавно появились более современные рессоры и детали шасси, а также более лёгкие материалы.

Фирма Родерика постоянно удивляла жителей Акибы инновационными продуктами, в которых не скупились на причудливые технологии. Никто не знал, зачем кому-то повозка с аэродинамическим плавником, но такие творения, являющиеся результатом экспериментальных безумств некоторых Авантюристов, постепенно начали появляться на рынке и по вполне доступным ценам.

В Акибе производились самые разные товары, но один из них, который пользовался большим спросом у туземцев — это повозки. Уроженцы Ямато имели низкий уровень MP и не могли использовать многие магические предметы, предназначенные для Авантюристов. Они также не понимали смысла большинства предметов, воссозданных для достижения того же уровня удобств, который был известен Авантюристом на Земле. Туземцы смотрели на эти изделия и недоумевали: “Зачем?”. Кроме того, существовала разница в доходах, и то, что было дешёвым для Авантюристов, не обязательно было таковым и для туземцев. Хотя землевладельцы или аристократы из Лиги Свободных Городов Истала могли позволить себе покупать предметы роскоши, но это не сильно увеличивало спрос.

С этой точки зрения, повозки нового поколения были идеальным продуктом. В некоторых из них, конечно, использовалась магическая сила, но были и такие, где уровень комфорта повышался за счёт механических улучшений, и эти повозки могли использоваться туземцами без препятствий. Хотя слишком сложная функциональность требовала Возниц более высокого уровня, к счастью, Возницы и Купцы были очень популярными профессиями среди туземцев, поэтому не существовало угрозы нехватки квалифицированных людей.

Повозки стоили дорого, но изнашивались не так быстро, как потребительские товары. Для среднего покупателя стоимость транспортного средства окупалась довольно быстро, к тому же фермеры обычно покупали их не для собственного использования, а коллективно для всей деревни. Поэтому высокая цена не была таким уж препятствием. Таким образом, наряду с инструментами из хромомолибденовой стали, повозки были самым популярным товаром, который покупали туземцы Акибы.

Исудзу и её спутники только что купили одно из таких транспортных средств. Хотя специально для Авантюристов существовали роскошные и дорогие кареты, они выбрали более дешёвую и классическую. Им не нужно было транспортное средство восьмидесятого ранга с защитой от огня, льда и электрических разрядов. Всё, что им было нужно — это прочное, манёвренное, компактное транспортное средство, в котором могли бы разместиться пять-шесть человек. Некоторое время они раздумывали над тем, чтобы купить повозку, запряженную лошадьми, но в итоге остановились на более простой, покрытой парусиной (хотя и потратились на водонепроницаемую). Ночевать они всё равно планировали в палатках, поэтому повозка не должна была быть удобной в качестве возможного убежища.

Кроме того, они выбрали относительно лёгкий транспорт. Нянта и Родерик посоветовали им, что, поскольку они находятся только на промежуточном уровне и дорога к месту назначения будет довольно ухабистой, лучше ехать на чём-то не слишком тяжелом.

Вся группа платила поровну, так что карета во всех отношениях стала собственностью Исудзу и её друзей. Серара и Минори купили на рынке клетчатые подушки и разложили их под полотном. Багажное отделение было накрыто непромокаемым брезентом, так что даже если их затопит, вещи внутри вряд ли пострадают. Тоя предложил написать на боку повозки “Лог Горизонт”, и все охотно согласились с его идеей. Минори, правда, потом захотела нарисовать что-то ещё, и Исудзу пришлось насильно её оттаскивать, но оставим это в стороне.

Они запрягали лошадей в повозку, вызываемую с помощью флейты, типичной для игроков “Elder Tale”. Флейты были одним из колдовских предметов, с помощью которых Авантюристы могли призывать различных зверей к себе на службу. На более высоких уровнях флейты приобретались для вызова мифических зверей или летающих существ, таких как грифоны, но существовали и различные виды более простых флейт, предназначенных для вызова лошадей. Они различались, помимо прочего, породой вызываемого животного, его способностями, сроком пребывания у Авантюриста, количеством разрешённых применений и тем, что можно назвать временем повторного призыва. Всё это, разумеется, влияло на цену.

В этом мире также существовали обычные лошади, которых чаще всего держали туземцы — хозяйственные животные, которые не появлялись по звуку флейты и не убегали, когда их время использования заканчивалось. За такими лошадьми нужно было ухаживать, обеспечивать их кормом, и они не всегда делали то, что им приказывали. Поэтому использование запряжённых лошадей, призываемых с помощью флейты, казалось более безопасным выбором.

Исудзу и её товарищи приобрели флейту под названием Лошади-близнецы Лаймана. Для своей повозки им нужно было две лошади, и было выгоднее купить один предмет, призывающий двух животных, чем две отдельные флейты. Но значение имели также название предмета и внешний вид самих лошадей – слово “близнецы” ассоциировалось у всех с Тоей и Минори, а призванные животные (хотя и описывались как “вьючные”) выглядели сильными и выносливыми... просто супер!

★★★

— Уиии! Вау!

Издавая нечленораздельные радостные звуки, Серара скормила капустные листья лошадям. Конечно, призванные не нуждались в кормёжке, но сейчас этот вопрос не имел значения.

Исудзу подошла к Рунделхаусу, который ловко вытирал шею животного тряпкой, и тихо заговорила:

— Руди...

— Да, мисс Исудзу? Почему вы шепчете?

— Могу я его потрогать?

— Конечно. Они очень дружелюбные, и сейчас довольно спокойные.

Лошадь бросила мимолётный взгляд на Исудзу, но быстро потеряла к ней интерес и вернулась к капусте, которую подавала Серара. У Исудзу мелькнула мысль, что, возможно, они вовсе не дружелюбны, а просто прожорливы, но любопытство взяло верх.

Бард сглотнула слюну и дрожащей рукой коснулась скакуна. Конечно, однажды она уже ездила на таком, когда они отправлялись в летний лагерь в Тёси, но сейчас она отчётливо ощущала под ладонью твёрдые мышцы. Прикосновение к большому животному было трогательным, хотя трудно сказать, почему.

Лошадь переминалась с ноги на ногу неохотно, но этого было достаточно, чтобы Исудзу почувствовала силу её мышц. Она поняла, что взаимодействует с живым существом. Ей не хотелось оправдываться, но она не имела дела с другими существами. Наверное, не многие старшеклассницы ежедневно находились рядом с крупными животными. А что касается физического контакта, то в этом возрасте уже даже обниматься с родителями было неприлично. Исудзу иногда дурачилась со своими подругами, но даже если они обнимались, то не прикасались к коже друг друга.

Она кивнула ещё и ещё раз, ощутив пульсацию под рукой. Живые существа, однако, были чем-то удивительным.

— Мисс Исудзу, с вами всё в порядке? Вас это не напугало? — Рунделхаус с беспокойством посмотрел на неё.

— Нет. — Исудзу покачала головой. — Мне совсем не страшно. Они просто очаровательны.

— Ага. Ну, это хорошо.

Исудзу положила руку на волосы Рунделхауса и расчесала их. Парень неохотно заёрзал, что немного смутило её, но она всё равно продолжила теребить его светлые волосы, успокаивая себя: Да, я не боюсь. И собак тоже.

Прикосновение лошади тронуло и смутило её, и теперь она пыталась скрыть это, расчёсывая волосы Рунделхауса. Она видела, что он недоволен, но ничего не могла поделать со своими рефлексами.

Исудзу чувствовала себя некомфортно в компании парней. Если бы не то, что она оказалась в этом мире, она бы тоже чувствовала себя неуютно рядом с такими большими лошадьми (ведь это животные!). Другие создания, гораздо крупнее её... она не знала, что они думают, и это вызывало у неё страх. Но не у Рундлехауса. Это не удивительно. Этого следовало ожидать от её личного золотистого ретривера, спутника утренних прогулок.

— Исудзу, хочешь попробовать их покормить?

Бард с радостью решила воспользоваться предложением Серары, чтобы заглушить свои мысли.

— Да, хочу! Руди, и ты попробуй!

— Я не должен.

— Ну давай, не отказывайся! Они тоже будут членами нашего турне! — закричала Исудзу, скрывая своё смущение.

Конь, вероятно, испугался её крика, потому что фыркнул и дико на неё посмотрел.

— Лошади пугливы, нельзя рядом с ними кричать! — рассердился Рунделхаус.

Глаза Исудзу округлились, как блюдца. Пугливы? Она снова взглянула на животное, но оно уже не смотрело на неё, а внимательно слушало окружающие звуки.

— Прости — обратилась она к коню, который выглядел рассерженным.

Она не хотела, чтобы этот благородный, мощный спутник путешествия её невзлюбил

— Извинись как следует.

Это было нелегко. Извинение перед лошадьми не входило в репертуар Исудзу. В этой ситуации ей не оставалось ничего другого, как обратиться к мягкой натуре Рунделхауса.

— Действительно прости! Руди, ты тоже извинись!

— Эх... руки опускаются. Прости, дорогой конь.

Благодаря усилиям Волшебника и Барда, а также нескольким морковкам, животное, наконец, успокоилось.

Через некоторое время Рунделхаус снова был в хорошем настроении и продолжал ухаживать за лошадьми вместе с Минори и Серарой. Солнце уже клонилось к закату, когда они отводили лошадей к штаб-квартире гильдии. Они даже дали им имена (милые, даже аппетитные). И так, не успели они оглянуться, как наступил день отъезда.

В путь

Часть 1.

В день отъезда, что весьма необычно для этого времени года, утро выдалось безоблачным. Старшие члены гильдии сопровождали Минори и её друзей до самого Древнего Дворца Вечного Льда, где юные Авантюристы сели в повозку и отправились прямо на запад.

По левую руку от них находилось Высокое Побережье Восьми Каналов, рядом с которым они пересекли реку. На Земле её называли рекой Тама, и, как в их родном мире, в Тельдезии она тоже широко разливалась. Младшая группа из Лог Горизонта хорошо знала эту местность, поскольку она была одной из их тренировочных площадок. Она находилась менее чем в двух часах езды верхом от Акибы и кишела монстрами.

Однако земли на другом берегу реки были для них совершенно незнакомыми. После недолгого путешествия они попали в более отдалённые от города земли, которые не выбирались в качестве цели однодневной поездки, но они не нервничали, а скорее радовались.

Через некоторое время название зоны изменилось на "Зуландские Поля". Здесь чередовались природные пустоши и луга с травой, достигающей Минори до пояса. Густые, высокие травинки колыхались под порывами ветра. То тут, то там виднелись руины небольших зданий. В основном необитаемые, увитые лианами, они стали логовами для животных.

— Там что-то похожее на корову.

— А? Где, где? Покажи!

Из закреплённых под полотном задних сидений доносились голоса Исудзу и Серары. Минори, сидевшая рядом с Тоей, проверила, что он держит поводья, затем обернулась назад. Исудзу указывал на луг, где виднелось стадо крупных четвероногих животных.

— По-моему, это зелёные лоси — сказала Каннаги. Знания, которые Широэ дал ей о монстрах и их особенностях, уже начали пригождаться.

— Они опасны?

— Уверяю вас, нет. И уж точно не с такого расстояния.

Монстры в “Elder Tale” были противниками для Авантюристов, но разные их виды проявляли разный уровень агрессии. Когда они начинали её проявлять, зависело от расстояния. Некоторые нападали сразу, как только Авантюрист появлялся в их поле зрения. Некоторые вообще не реагировали даже на близком расстоянии, если вы сами не пытались причинить им вред. Зелёный лось принадлежал к этой группе.

Повозка юных Авантюристов ехала по грунтовой дороге. Местами проглядывали фрагменты асфальта, но в основном тракт(1) был глинистым, с колеями, выжженными колесами других транспортных средств. Они двигались вперёд со скоростью примерно в два раза выше, чем если бы шли пешком.

(1) Тракт — устаревший термин для обозначения транспортной дороги.

Ветер был прохладным, но не таким пронизывающим, как ледяной зимний воздух. Он освежал и, казалось, нёс свежее дыхание наступающей весны.

Минори обнаружила, что эта местность, хоть и безлюдная, но по-настоящему красивая. Дорога вела через луг, делая пологий поворот. Дорога шла на юго-запад, теоретически параллельно побережью, но море, находящееся в нескольких километрах, было скрыто от их взора за зарослями пышной травы.

Каннаги вспомнил лекции Широэ. Дорога, по которой они ехали, называлась на Земле национальной дорогой номер один, а когда-то её называли Токайдо, или “путь на восток вдоль моря”. Минори, конечно, слышала о национальных дорогах, но никогда не задумывалась о них. Она просто представляла их себе как широкие улицы с множеством полос и ещё бóльшим количеством машин.

Широэ объяснил ей, что это были крупнейшие артерии Японии, которыми управляло государство. Из всей сети дорог по всей стране именно эти главные дороги находились под надзором правительства, а меньшие, соединяющие их между собой — под контролем региональных самоуправлений. Этот эффективный раздел возник, по-видимому, ещё во времена Мэйдзи.

Национальная дорога номер один была первой дорогой, обозначенной в транспортном плане того времени, и соединяла токийский Нихонбаси с Осакой. Минори почувствовала историческую ценность, слушая это объяснение.

Здесь, в Тельдезии, был свой эквивалент этой дороги, хотя она, конечно, не могла сравниться с безупречно ухоженной четырёхполосной трассой. Это была тропа из красной глины, по которой как раз проходили юные Авантюристы.

— Минори, погода хорошая, почему бы нам не ускориться? — весело предложила Исудзу.

Каннаги начала листать свой блокнот.

— Мы справимся? — спросила она.

— Конечно, справимся!

— Давайте попробуем!

— Перед Рунделхаусом Кодом любая дорога открывается по его команде!

— Оооокей!

Воодушевлённая возгласами своих спутников, Минори тоже воскликнула: “Хорошо, мы попробуем!”.

★★★

Это было ошибкой. Вместо того чтобы заехать в деревню Карубе, как они изначально планировали, они поспешили по дороге дальше, и вдруг поздним вечером упряжь, в которой шли лошади, порвалась. Животные громко заревели, а затем галопом понеслись вперёд и исчезли на горизонте.

Минори ошарашенно смотрела на своих друзей, после чего все они разразились хохотом.

Дневной лимит времени на использование флейты Лошади-близнецы Лаймана — шесть часов — истёк. Юные Авантюристы посмеялись над тем, что все забыли об этом ограничении, но и удивились, что лошади так эффектно сбежали.

— В конце концов, они ели капусту из моей руки!

— И из моей тоже!

— Вот предатели. Обошлись с нами по-свински.

— Это же кони.

— Ну и что? Не по-свински, а по-конски?

— Но они... так внезапно... пффф... ха-ха-ха!

Исудзу и Серара заливались смехом в повозке. Остальная тройка присоединилась к ним.

Бард чувствовала себя явно обманутой, но на самом деле даже Минори поддалась на милые взгляды животных и с удовольствием их кормила.

Так что лошади получили то, что хотели, и, как только время истекло, умчались со всей скоростью. Надо сказать, что они были весьма прыткими, что не позволяло не любить их. У Минори сложилось впечатление, что этим двум животным в мире лучше, чем ей и Тое.

Солнце уже садилось, и они остались только с повозкой без упряжи. Они были в затруднительном положении, но так искренне смеялись, что забыли обо всех своих заботах.

— Что ж, тяжело. Минори, пойдём. — Тоя взял хихикающую сестру за руку, и они все вместе спустились с повозки. Из-за долгой езды по ухабам Каннаги не могла удержать равновесие, но Тоя удержал её. Он был слишком идеальным младшим братом.

Той ночью, когда она осознала, что любит Широэ, и в отчаянии плакала в темноте, Тоя не оставил её ни на мгновение. Минори была очень горда своим братом-близнецом, хотя не сказала бы ему это напрямую.

— Лошади ушли от нас, но и в этом есть свои прелести. — Рунделхаус потянулся, огляделся по сторонам и спросил:

— Как вы думаете, где мы находимся?

Благодаря карте они поняли, что каким-то образом застряли на полпути между постоялым двором в Карубе и деревней Вистория. Однако когда они доберутся до любой из этих деревень, будет уже глубокая ночь. Конечно, по истечении времени восстановления они смогут снова запрячь лошадей, но для этого им понадобится восемнадцать часов. Значит, они смогут сделать это не раньше десяти часов следующего утра. Они решили, что должны провести ночь здесь.

Вместе они отогнали телегу на обочину, чтобы не мешать торговцам и другим Авантюристом, путешествующим по этой дороге, а затем начали разбивать лагерь.

★★★

Мягко говоря, всё прошло трагично. Из-за недостатка мастерства весь процесс занял гораздо больше времени, чем они ожидали. Серара, одетая в фартук молодой замужней женщины, очень старалась приготовить рагу для всех, но к тому времени, как она закончила, уже совсем стемнело.

Для Минори, современной школьницы средних классов, шестнадцать часов (время, когда убежали их лошади) означали лишь поздний полдень. Но они почти час прочёсывали окрестности в поисках места для лагеря, поэтому за приготовление еды взялись только тогда, когда солнце начало садиться.

Разведение костра и установка палатки тоже дались с трудом. Около восьми часов вечера они наконец справились с задачей, но результат был далеко не впечатляющим.

Тоя старался изо всех сил, но плохо сбалансировал палатку, в результате чего она немного перекосилась в правую сторону. Все пятеро рассмеялись над этим зрелищем. Все они были измазаны травой и землёй, но даже это их забавляло, поэтому они просто весело тыкали пальцами.

Рагу, приготовленное Серарой, было водянистым и, несмотря на искренние намерения, нельзя было назвать вкусным. Когда Рунделхаус в какой-то момент выловил два кусочка моркови, соединённых остатками кожуры, Друид запаниковала и начала извиняться, но никто не держал на неё ни малейшего зла.

До сих пор слово “природа” ассоциировалось у Минори с городскими парками. В лучшем случае — с походами в горы в Озе, куда она однажды отправилась со своим классом. У неё был только такой опыт, поэтому сейчас её удивило, что открытые пространства вовсе не такие плоские и ровные, как ей казалось раньше.

На лугу, где они разбили лагерь, тоже то тут, то там торчали бетонные фрагменты руин, а земля местами выпирала, подталкиваемая корнями деревьев.

Тоя сел, скрестив ноги, но тут же вскочил с болезненным “Ой!”. Палатка тоже была неровной, так что даже в спальных мешках они вряд ли смогли бы удобно лечь.

Но при этом они не теряли юмора. Смеясь, они ели тёплое рагу под звёздным небом. Они делились сладкими бобовыми булочками, которые собрали в дорогу, вспоминали бессердечное поведение лошадей, возились у костра, раздувая сотни искр, проверяли ходовую часть при свете магического света — и так проходило время до глубокой ночи.

Начало их экспедиции нельзя было назвать похвальным, пока что ничего не получалось так, как ожидалось, но это было их первое в жизни одиночное путешествие, имеющее реальное значение. При мысли о том, что в радиусе нескольких километров они больше никого не найдут, сердце Минори забилось быстрее, а тревога, смешанная с волнением, не давала ей усидеть на месте.

Каннаги хотела стать сильнее, чтобы хоть немного приблизиться к своему любимому Широэ. То, что она и её друзья могли отправиться в путешествие, чтобы обрести эту силу, наполняло её радостью. Даже проблемы, с которыми они столкнулись сегодня, или ошибки, которые они совершили, казались почти благословением в эту весеннюю ночь. Если бы Минори была одна, она бы, наверное, отказалась и захотела вернуться домой, но, сидя у костра, они шутили над этими неудачами и понимали, что они только добавляют красок экспедиции.

— Давайте потренируемся! — воскликнула Исудзу. Она достала свою лютню и начала наигрывать чудесную мелодию. Остальные подхватили её, и через некоторое время они уже весело напевали.

Только когда небо стало серым, до них дошло, что им давно пора лечь спать.

Часть 2.

На третий день путешествия Тоя и его друзья прибыли в город Сазан. Как они и планировали, в город они прибыли на закате, поэтому, весело помахав из повозки туземцам, они направились прямо к трактиру, отмеченному вывеской с изображением лошади.

Дорогу, по которой они сюда приехали, местные жители называли “Трактом на запад”. В понимании туземцев “тракт” означал одну из главных артерий Ямато, пользующуюся исключительной популярностью. Поселения вдоль него были крупнее обычных рыбацких или фермерских деревень и являлись главными пунктами товарооборота в регионе. Иногда в таких городках устраивались рынки, поэтому их посещало множество купцов и торговцев, а значит, здесь должен был стоять трактир. Хотя Тоя и его друзья знали об этом, это путешествие уже научило их одному — у всего есть причина.

Глядя на карту, они недоумевали, почему была построена такая извилистая дорога, а не прямой путь к цели, как будто это линия. Но когда они увидели всё своими глазами, то поняли, что из-за большого количества впадин на местности, густых лесов и холмов проложить прямую дорогу было бы невозможно ни при каких обстоятельствах. Может быть, с помощью современных инженерных технологий, но в средневековой реальности это было просто невозможно.

Расположение каждой деревни также имело свои причины. Наличие водоёмов, важность дороги, плодородие полей, удалённость от леса или других источников сырья — все эти факторы определяли место основания поселения. И если оно жило исключительно хорошо, то количество жителей увеличивалось, и со временем такая деревня превращалась в город. Так было и в Сазане, куда они только что прибыли — благодаря наличию сырья, рельефу местности, важности торговли и относительно безопасным окрестностям он стал одним из крупнейших туземских поселений в этом районе.

На первом этаже трактира теоретически располагался бар, но он больше походил на дом собраний, чем на таверну или столовую. Здание было построено из массивных деревянных брёвен, а общий зал был больше и выше, чем обычный школьный класс. Пол был выложен блоками, похожими на кирпичи, а примерно половина была покрыта деревянными досками.

Ресепшн трактира был одновременно и кассой, а заказы на еду громким голосом передавал весёлый пожилой туземец, сидевший у камина. У его ног лежала огромная собака. Дедушка — даже если он слегка спал — передавал просьбы клиентов своим внучкам, которые управляли трактиром.

За большим столом сидели сильно загорелые мужчины с пивными кружками, похожие на моряков или рыбаков. В меню трактира были в основном морепродукты. А также алкоголь.

Юные Авантюристы вошли в трактир и уже через тридцать минут играли концерт, причём за самым большим столом.

В деревнях туземцев было не так много развлечений, и, поскольку Тоя и его друзья не требовали непомерной платы, трактирщицы охотно согласились на их выступление. Серара играла на игрушечном педальном органе, Тоя отстукивал ритм по деревянной коробке. Исудзу и Минори обменялись лютнями, и кто как считал нужным, тот так и пел. На настоящий концерт это не походило, скорее на любительское выступление школьников, но собравшиеся в таверне туземцы всё равно хорошо провели время.

Внучки хозяина (а их было немало!) с раскрасневшимися лицами деловито разносили кружки, вероятно, побивая рекорды продаж. Их дедушка, с седыми и густыми, как у козла, бровями, объявил: “Вам, ребята, не нужно платить ни за еду, ни за кровати!”, чем несказанно обрадовал юных Авантюристов. Тосты произносились беспрерывно, и многие туземцы окружили Исудзу осыпая её комплиментами.

Тоя так веселился, что в какой-то момент потерял контроль и ударил слишком сильно. В результате коробка, в которой изначально хранилась одежда, сломалась. Минори отругала его за это, но сама не смогла сдержать смех.

Рунделхаус якобы принадлежал к туземской аристократии но — вопреки представлениям Тои об аристократах — даже он прекрасно проводил время на этом роскошном празднике. Как бы то ни было, именно Волшебник первым заговорил с хозяином и объяснил, что они — группа странствующих Авантюристов, которые хотят устроить здесь сегодня музыкальное представление. Затем он поднялся на сцену и представил всех по очереди, начиная с Исудзу, а когда они начали играть, устроился в углу, где, тряся золотыми бровями, прыгал и махал им с улыбкой, как будто смотрел величайший концерт в мире.

Тоя считал Рунделхауса потрясающим. Когда стало ясно, что сам он больше не будет играть в футбол, он не мог болеть за своих друзей с такой искренней улыбкой. При этой мысли у него сжалось горло, и он стал сильнее бить по коробке. Исудзу, наверное, не заметила никакой разницы, но это не страшно. Достаточно было того, что парни разделили между собой это выражение уважения.

В тот вечер они выступали до поздна. Они пели все песни, которые приходили на ум, и играли так хорошо, как только могли. Конечно, они делали перерывы между выступлениями, хотя бы для того, чтобы поесть, но в эти перерывы прибывали всё новые и новые группы туземцев и нехотя спрашивали, закончилось ли шоу. Специально для них юные Авантюристы снова вставали и играли “ещё только одну песню”, потом “последнюю”, пока наконец сам хозяин не встал и не сказал: “На сегодня хватит, все устали, а завтра нам ещё и работать! Идите домой! Разойтись!”. И это было примерно через пять часов после захода солнца.

★★★

— Тогда мы идём спать. Руди, не забудь одеться потеплее.

— Тоя, Рунделхаус, спокойной ночи.

— Пока-пока!

С этими словами девушки, уже переодевшись, отправились в свою комнату.

В трактире не было бани, но внучки хозяина вскипятили тёплую воду, чтобы Авантюристы могли вытереть тело и вымыть волосы. Тоя и Рунделхаус слегка отряхнули одежду от пыли и решили привести себя в порядок завтра.

Они попрощались с девушками в коридоре, а затем прошли в свою комнату. Это была простая спальня, как и следовало ожидать от постоялого двора, предназначенного для купцов, и немного маленькая, чем они себе представляли. Но на деревянных кроватях лежали толстые клетчатые одеяла, и по сравнению с расстеленными на камнях спальными мешками перспектива заснуть на них казалась прекрасной.

— Магический Свет.

При свете, вызванном Рунделхаусом, они быстро просмотрели взятые из повозки вещи, а затем уселись на свои кровати.

В горле у них пересохло, они переели, а руки болели от перенапряжения. Всё из-за безумного праздника, но, тем не менее, в тихой комнате они всё ещё наслаждались счастливым послевкусием вечеринки.

Тоя представлял себе путешествие за шкурой виверны иначе, но то, как проходила их экспедиция сейчас, нравилось ему гораздо больше. Пересекать пустоши, полагаясь только на силу группы, имело свой шарм, но разбивать лагерь в дикой природе оказалось гораздо сложнее, чем он думал раньше. Тоя считал себя городским парнем во всех отношениях, хотя и не хотел признаться в этом вслух.

В любом случае, идея выступать в деревнях по пути следования была тепло принята и оказалась фантастическим опытом. Не только из-за атмосферы фестиваля, но и из-за того, что пятеро из них просто сияли в бликах огней, это был захватывающий опыт.

Он растянулся на кровати, но голова всё ещё гудела от пережитых эмоций, и, хотя в комнате было тихо, он никак не мог заснуть.

— ...хихи

— А... Это... Я знала!

Из-за стены доносились прерывистые голоса девушек. Тоя не знал, о чём они болтают, но узнал Серару и Исудзу. Минори, похоже, тоже принимала участие в разговоре. Все трое тихонько хихикали.

— А у них много энергии — весело заметил Рунделхаус.

— Слишком много. — Тоя приподнялся на кровати.

— Интересно, о чём они говорят?

— Не хочешь послушать, Руди?

— Конечно нет! Я бы не опустился до того, чтобы подслушивать дамские разговоры! Меня просто поражает, что у них никогда не иссякают темы для разговоров.

— Ну, знаешь, девчонки — со смехом ответил Тоя, хотя это был не ответ.

Он вспомнил времена, когда ходил в школу. На девчачьи разговоры, как только они начинались, просто не было сил. Ни Тоя, ни его одноклассники не понимали, как можно целый день обсуждать узоры на носках. Минори была одной из самых тихих девочек, но даже её невозможно было остановить, как только она начинала. Однажды Тое пришлось полдня слушать монолог о новом пудинге из магазина рядом со станцией, хотя он потерялся в самом начале беседы.

Однако весёлое настроение девушек, похоже, передалось и Рунделхаусу. Хотя он утверждал, что не понимает всех этих девичьих разговоров, он сидел с улыбкой на лице и полировал Перчатки Мага.

— Ты и сам не выглядишь особенно усталым.

— Снаряжение требует ухода. Они требуют ежедневного ухода.

— Да? Тогда, может, и я что-нибудь сделаю — признал Тоя, затем достал из сумки доспехи и принялся задумчиво осматривать их кожаные ремни.

Прежде чем отправиться в путь, ремесленники Эремитской Пещеры тщательно проверили снаряжение всей их группы. Это было всего несколько дней назад, и за такое короткое время снаряжение не успело бы износиться. Поэтому “уход” Тои и Рунделхауса на двадцать процентов был обусловлен реальной необходимостью заботиться о предметах, а на восемьдесят — желанием произвести впечатление.

Было уже за полночь. Они оба устали, и им совсем не нужно было проверять своё снаряжение. Так почему же они не легли спать? Им было стыдно признаться в этом, но они просто не хотели.

Ночь была волшебной. Тоя и Рунделхаус чувствовали, что ещё не открыли всех сокровищ, которые она скрывает, поэтому им было жаль тратить время на сон, и они продолжали разговаривать.

О повозке, о лошадях, о путешествии. О еде и походах. О сражениях — перед тем как добраться до этого поселения, они столкнулись со свирепыми кабанами, но быстро с ними справились. Минори, конечно, была бдительна на протяжении всего пути, но монстры, встречающиеся в местах вдоль тропы, не представляли для них особой угрозы, так что беспокоиться было не о чём. И снова — о спутниках.

Рунделхаус вздохнул, а затем спросил со страдальческим выражением лица:

— Скажи мне, Тоя, как это возможно, что мисс Исудзу так беззаботна и невежественна?

— Неужели? — Молодой Самурай не считал её ребёнком. Конечно, она не грешила самообладанием и не была выдающейся интеллектуалкой, но вела себя подобающе своему возрасту. Она старалась не обижать других, и Тоя ничуть не удивился, что Минори подружилась с ней.

— Ну, потому что... минута невнимания — и она уже обнимает меня или расчёсывает мои волосы.

— Α...

А ведь правда. Однако это происходило с ней только по отношению к Рунделхаусу. К Тое она так не приставала.

— У меня такое чувство, что она относится ко мне свысока... Не смейся, я серьёзно!

Пытаясь сдержать свой смех, Тоя упал на кровать и схватился за живот. В уголках его глаз стояли слёзы. Он вытер их и стал искать ответ. Но не нашёл. Он не знал, что сказать, и на ум приходили только шутки.

— Эээ... это, это...

— Да?

— Это значит, что ты... особенный для неё... — наконец промолвил он. Он представил себе Исудзу, стоящую с руками на бёдрах и заявляющую: “Руди — мой слуга! Он особенный!”. Он не мог перестать смеяться.

— Особенный?

— Она делает это, потому что ты заставляешь её чувствовать себя лучше. Ей нравится проводить с тобой время.

— Неужели?

— Угу.

Рунделхаус сложил руки на груди с тихим “хммм”. Он явно пытался убедить себя.

— Но мне кажется, что она имеет в виду не “исключительно красивый”. Ни “исключительно недосягаемый”, ни “исключительно рыцарственный”. И из-за этого я не могу понять, что она обо мне думает. Вы, Авантюристы, как-то странно выражаете свои чувства.

Руди, ты со своей "красотой" тоже немного странный для нас — подумал Тоя, но оставил это при себе. Этот сбитый с толку в данный момент Волшебник был его дорогим другом, а также товарищем по оружию и Авантюристом.

— Руди, ты и Исудзу часто ходите куда-нибудь вместе, не так ли?

— Как я могу отпускать её одну? Для таких нежных белых девушек таится множество опасностей.

Тоя почувствовал, что его губы дрожат, но мужественно сжал их. Он похвалил себя за самообладание. Он обожал этого золотоволосого парня. Ему казалось, что он снова слышит музыку, которую они играли на концерте. Энергия бурлила в нём, и ему захотелось пуститься в бега.

— Неважно, мы все друзья — уклончиво ответил он, упорно сохраняя серьёзное выражение лица.

— Ну... правда... — признал Рунделхаус, хотя это объяснение явно не вполне его убедило.

Затем они сменили тему и стали обсуждать планы своей группы. Они намеревались продолжить путь по глинистой дороге, пока не достигнут руин замка Ариба. Маршрут на запад, соединяющий Акибу с Минамии, пролегал не вдоль побережья, а пересекал равнины архипелага со стороны Тихого Океана. Чтобы добраться до места назначения — Красных Скал — им пришлось бы отклониться от маршрута у руин Арибы на менее посещаемые дороги или начать подъём через районы, где дорог вообще не было.

Тоя в основном наслаждался боями. Конечно, иногда он боялся, испытывал отвращение или боль, но в то же время он укреплял связь с друзьями и осознавал, что чего-то добился. Стычки с монстрами были реальностью Авантюристов. И если человек хотел выжить в ней, он должен был привыкнуть к сражениям.

— Завтра мы входим в регион Сакава.

— Да, я не могу дождаться!

— Нам лучше лечь спать, Тоя. Усталость — проклятие в путешествии.

Они легли на свои кровати и уснули, довольные насыщенным днём.

Часть 3.

Низинный регион Сакава соответствовал землям Одовары на Земле. Минори никогда не была знатоком географии, но в этом мире она необычайно быстро усваивала знания в этой области. Одна только мысль: “Сейчас мы едем сюда”, вызывала у неё интерес и помогала лучше понимать текущее положение их команды.

Минори знала — благодаря тому, что рассказал ей Широэ, а также из информации, которую она сама проверила ещё в Акибе — что этот регион является богатым водой сельскохозяйственным районом. Здесь было много деревень, жители которых выращивали в основном рис и пшеницу. Что касается монстров, то чаще всего здесь встречались противники природного типа — дикие собаки, кабаны или растительные монстры, но даже они обычно обитали в лесах и горных районах. Хотя низины и деревни не были полностью свободны от монстров, противники там были довольно низкого уровня и появлялись относительно редко.

Тем не менее, войдя в Сакаву, Минори и её друзья подсознательно обострили свои чувства. Они почувствовали разницу. Едва заметная, но запах ветра или шелест деревьев подсказывали им, что произошли перемены. И действительно — за несколько часов они дважды заметили вдали бегущие стада чудовищ, а один раз им пришлось сражаться, хотя это была быстрая стычка.

Они, конечно, не получили никаких ранений, но всё это означало, что идиллия осталась позади.

— Даже большая крыса нам попалась.

— Это меня очень удивило!

Разговаривая таким образом, они погнали повозку по всё более крутой дороге, поднимавшейся на холм.

На вершине склона перед глазами Минори и её друзей предстал пейзаж, окутанный первозданной белизной. Сначала они подумали, что это снег, но потом до них донёсся мягкий, сладкий аромат, и вскоре они поняли — перед ними море цветов.

— Вишни! Это же цветущая вишня! — Исудзу наклонилась над краем повозки.

— Нет... Это сливовые деревья! — сказала Серара, придерживая подругу, чтобы та не выпала.

Перед ними раскинулся фруктовый сад из сливовых деревьев, гордо цветущих, несмотря на лёгкую прохладу ранней весны.

— Как же они прекрасно пахнут!

Хотя цветы имели очень тонкий аромат, его можно было отчётливо почувствовать на этом открытом пространстве. Перед нисходящим склоном возвышались каменные стены, образующие террасы. Здесь явно чувствовалась рука человека. В свою очередь, на полях росли сливовые деревья — вероятно, их посадили на этой стороне холма ради достаточного количества солнечного света.

Минори и её спутники снова отправились в путь по дороге, которая слегка огибала холм. Они немного отклонились к западу, но чуть дальше их ждала широкая река, и нужно было найти брод(2).

(2) Брод — неглубокое место в реке или ручье, по которому можно пересечь их пешком, верхом или на автомобилях.

Пейзаж, полный белых сливовых деревьев, продолжал сопровождать их. Исудзу и Рунделхаус смотрели на них как зачарованные, а Серара рассказывала им о деревьях. Оказывается, в прошлом году, сразу после создания Совета Круглого Стола, они вместе с Нянтой купили сливы и сделали из них соленья и варенья.

Этот пейзаж наполнил юных Авантюристов покоем. Ветер был ещё прохладным, но внутри повозки приятно потеплело. Повозка скользила по дороге, залитой солнечным светом. Когда они приблизились к реке, в воздухе стала ощущаться сырость, но даже когда они въехали в тень леса, ничто не нарушало их спокойствия.

Откуда-то доносились звуки туземцев. Возможно, это были крестьяне, работающие на полях. Молодые Авантюристы с улыбкой прислушались.

★★★

Атмосфера изменилась только тогда, когда они стали кружить по краю прибрежного леса, выискивая место для переправы. Между деревьями, заслонявшими солнечные лучи, раздался пронзительный крик, а затем взрыв. Напряжение, которое не покидало Минори с тех пор, как они вошли в этот район, сразу же усилилось. Каннаги схватила посох.

— Минори, я иду на разведку. Там что-то есть!

— Тоя! Я не могу пойти с тобой...

— Что это? Что происходит?!

С криком, а точнее, со свистом, словно пытаясь набрать воздуха, из леса выкатился туземец. Мощного телосложения, он был одет в коричневую и серую утеплённую одежду. За ним из тени вышли и другие мужчины, вероятно, его спутники. Тоя спрыгнул с повозки и побежал к ним, в несколько раз быстрее, чем двигались они сами.

— Враги! Приготовиться! — крикнула Минори, после чего взмахнула посохом и бросила в брата Барьер Очищения.

Из-за деревьев доносилось пыхтение дикого зверя. Он был всё ближе и ближе. Огры.

Они были одним из видов враждебных человекоподобных монстров. По классификации они занимали место, сходное с гоблинами, с которыми Минори и остальные сражались в Тёси. Однако они были сильнее, мощнее и выше ростом. Они ходили сгорбившись, а когда выпрямлялись, то сравнялись с ростом Тои. В отличие от гоблинов, они не умели работать в группах и плохо владели инструментами. Гоблины же, если их уровень был достаточно высок, могли обращаться с оружием или приручить волка, а некоторые — хотя их было немного — могли также произносить заклинания.

Огры, даже высокого уровня, почти никогда не носили доспехов. Они просто становились всё больше и больше с каждым уровнем, а их физическая сила и сопротивляемость также возрастали. Они также могли использовать странную магию, называемую “чёрной магией”. В квестах встречались огры, которые даже имели собственные имена, например Ooe, так что это была довольно распространённая раса.

И огры, и гоблины существовали на разных уровнях сложности — от низкого до среднего. Кроме того, в “Elder Tale” ареал обитания того или иного вида человекоподобных монстров зависел от региона. В открытых зонах от Канто до Тохоку гнездилось большинство гоблинов. К западу от Чубу — огры. На Сикоку обитали в основном ящеролюди, а на Кюсю — орки. Поэтому в каждом регионе были свои характерные расы монстров, что, в свою очередь, отразилось на типичных для этих мест квестах.

Минори узнала всё это от Широэ. Он также рассказал ей, что уровень монстров, встречающихся на трактах, был довольно низким. Правда, Чародей предупредил, чтобы они были начеку, поскольку неизвестно, изменилось ли что-нибудь со времён “Elder Tale”. Но то, что они столкнулись с ограми посреди дня, всё равно показалось Минори странным. Монстры были двадцать первого уровня. Это был не тот противник, с которым они не могли справиться, но разве они не должны находиться в более отдалённых местах, например в горах?

Беспокойство Минори переросло в чувство опасности.

— Волчонок! — Серара спрыгнула с повозки и вызвала фамильяра. Это был очаровательный маленький волчонок с пушистым серым мехом. Окутанный магическим сиянием, он подбежал к группе туземцев и встал на их защиту.

— На всякий случай — объяснила Друид с решимостью в глазах. Она тоже почувствовала, что что-то не так, но не стала настаивать на том, чтобы бежать за Тоей. Вместо этого она использовала одну из популярных техник, чтобы перестраховаться. Таким образом она будет иметь возможность двигаться вперёд.

— Мисс Минори, как обстоят дела?

— Из леса идут огры и преследуют туземцев. Их нужно защитить! — крикнула она, переходя на бег. Она миновала мужчину, шедшего впереди группы, который от усталости слабо держался на ногах. Тоя тем временем уже пробрался между деревьями и сражался с ограми. Их было трое. Уровни двадцать два, двадцать два и двадцать один.

По счастливому совпадению, монстры были того же уровня, что и скелеты, с которыми юные Авантюристы столкнулись в лесу Рагранда. За полгода, прошедшие после летнего лагеря, Минори и её друзья значительно повысили своё мастерство. Воспользовавшись своей силой на пятьдесят четвёртом уровне, Каннаги произнесла заклинание Мистическое Зеркало. Перед ней появилось магическое зеркало, из которого вырвались светящиеся снаряды. Они пронзили красную кожу изувеченных монстров, одновременно заживляя царапины Тои. Парень атаковал сбитого огра своим Идзунагири. Воспользовавшись импульсом техники, он сделал полуоборот и выпустил Плавучий Лодочный Переход, а затем Лезвие Каши. Эти навыки обладали меньшей точностью и силой, чем техники Мастеров Оружия, но Тоя знал, как это компенсировать. Рассеивая свои атаки, он сумел ограничить поле зрения монстров и занять позицию, с которой мог защитить Минори.

— Минори, с лесорубами всё в порядке! — раздался сзади голос Серары.

В то же время идеально нацеленное заклинание Морозное Копьё пронзило воздух и отсекло руку одному из огров.

Ситуация выглядела не так уж плохо. Они могли справиться с тремя монстрами, используя едва ли половину своей силы. Минори и её друзья поднялись на ступень выше, став Авантюристами. Они были достаточно сильны, чтобы победить.

Внезапно из глубины леса раздался незнакомый, но звонкий голос:

— Это ещё не конец! Пятнадцать на подходе!

Ещё одна группа противников появилась между деревьями. Они напоминали призраков, окутанных тёмным туманом. Минори никогда раньше не видела таких монстров.

Обученная строгим тренировкам, которые проводили Широэ и Наоцугу, она отставила одну ногу назад, приняв положение полной готовности, и проверила статистику врагов.

Слуги мрачных призраков. Сороковой уровень. Гораздо мощнее огров. Кроме того, их было пятнадцать. Минори мгновенно начала рассчитывать.

Мрачные призраки, как следовало из названия, были монстрами призрачного типа. По своей природе они обладали высоким сопротивлением к атрибутному урону. Призраки, связанные с тьмой, были дополнительно неуязвимы к ядам и психическим техникам, а также к атакам, вызывающим мгновенную смерть.

Слово “слуга” в названии врагов указывало на роль или положение в иерархии монстров данного вида, а также предполагало, что эти монстры обладали относительно низкими боевыми способностями по сравнению с другими мрачными призраками. Но даже в этом случае противник сорокового уровня был в среднем всего на десять уровней ниже Минори и её друзей. Недооценивать их было нельзя, и уж точно не в этом мире после Катастрофы.

Вероятно, у них были шансы на победу. Однако лесорубы могли пострадать. Врагов было слишком много, чтобы Авантюристы могли одновременно сражаться и прикрывать лесорубов.

— Испытание Самурая! — воскликнул Тоя, не раздумывая.

Он поручил Минори командовать группой.

— Рунделхаус, сконцентрируй атаку и добей огров! Исудзу, сосредоточься на обороне!

— Делаю. Шар Лавы!

— Прочная Пастораль!

Вероятно, они просто ждали её сигнала. Мгновенно созданный Рунделхаусом огненный шар полетел вперёд, убив двух огров. Тоя воспользовался моментом и сделал десять шагов назад. Он поступил правильно, так как их строй был слишком растянут.

В то же время Тоя и Минори пробивались вперёд, а позади них всё ещё оставалась группа туземцев. Конечно, Исудзу и Серара присматривали за ними, но, несмотря на это, брат и сестра не могли отступить слишком далеко.

Окутанные туманом призраки атаковали Тою, но мальчик умело защищался мечом. Может, он и не сражался на уровне кэндоки(3), но его хорошо обучили Наоцугу, Акацуки и Содзиро, и он умело парировал атаки противника.

Минори огляделась по сторонам. Женщина, предупредившая их о призраках, наверняка была в лесу. Может, ей тоже нужна помощь?

(3) Как я понял речь идёт про начальные уровни в кэндо. Знатоки меня поправят если я ошибся.

Опасения Каннаги оказались беспочвенными. С грохотом ломая ветки, между деревьями вывалилась очкастая Авантюристка. Её белоснежный плащ развевался на ветру, а из кончика посоха, который она держала в руках, бесшумно вырвался поток магической энергии. Он ударил в двух призраков и окутал их радужным сиянием. Затем женщина подняла посох и крикнула:

— Призыв! Принцесса Рейф!

Заклинания призыва были основной атакующей техникой Призывателей. Они заключались в вызове существа-слуги, а поскольку время такого вызова было неограниченным, сила Призывателя на практике складывалась как из его собственной силы, так и из силы фамильяра. Таким образом, Призыватель соответствовал боевым способностям представителей других классов того же уровня. Фамильяры без хозяина были не так сильны.

Однако всё это приобретало особое значение только тогда, когда Призывателю приходилось сталкиваться с противником своего уровня.

Эта женщина, напротив, была девяностого уровня, и, окутанная магическим сиянием, она вместе со своим фамильяром неслась по полю боя, убивая одного монстра за другим. Призыватели не могут похвастаться мощными атакующими заклинаниями, но эта Авантюристка прекрасно использовала сильные стороны своей профессии и смертоносные волны энергии, которые бросала её Принцесса Рейф. Один за другим они уничтожили всех приспешников мрачных призраков.

На глазах у потрясённых туземцев и ошеломлённых Минори и её друзей женщина игриво поправила очки на носу, а затем громко заявила:

— Позвольте представиться. Я Роэ2. Призыватель. И... ну, скажем так, странствующая Вампанелла(4), которая случайно попала на юг.

Авантюристка с улыбкой посмотрела на молодёжь из Лог Горизонта.

(4) Побочная профессия похожая на вампира. Дальше будет объяснение.

Часть 4.

Туземцы объяснили, что огры напали на них во время работы. Минори и остальные разделились, чтобы найти инструменты лесорубов — мужчины бросили все свои тяжёлые топоры и деревянные носилки, когда убегали.

Хотя туземцы могли бы и сами отправиться за снаряжением, но, скорее всего, в лесу всё ещё таились монстры. И хотя юные Авантюристы вовсе не обязаны были помогать лесорубам, они вполне естественно взялись за дело. Минори считала, что раз уж они сказали А, то должны сказать и Б, и будет неловко, если спасённые туземцы окажутся ранеными в лесу.

Тем временем Роэ2 — женщина, которая так эффектно вступила на поле боя — лежала под брезентом на повозке. Она была совершенно измотана. Хотя настроение у неё было приподнятое, она утверждала, что солнце плохо на неё влияет. Видимо, до этого момента она всегда ходила по лесистой или горной местности.

Как раз когда юные Авантюристы собрали свои инструменты и собирались продолжить путь, они поняли, что произошло несчастье. Красный луч света, выпущенный одним из слуг мрачных призраков, отскочил от защитного барьера, установленного на Тое, и рикошетом попал в лошадей, запряжённых в повозку. Животные были ранены, что заставило их броситься в бегство. Даже на флейте Лаймана появились трещины.

Время восстановления ещё не прошло, поэтому Минори и её друзья не могли вызвать лошадей и проверить, в каком они состоянии. Кроме того, они боялись делать это, пока не починят флейту.

В результате Тое и Исудзу пришлось толкать повозку до деревни. Тела Авантюристов оказались очень полезны в этой ситуации, несмотря на то что они не были даже шестидесятого уровня. Если им не важна была скорость, они могли без проблем тянуть повозку.

Лесорубы, возглавляемые человеком по имени Хэйз, всё равно шли пешком. Учитывая, что они решили отправиться в поход вместе, всё даже сложилось благоприятно.

Во главе шла Серара со своим фамильяром. Волчонок — маленький пушистый комочек — бегал, полный любопытства, и то и дело обнюхивал придорожные заросли, а затем возвращался к Друиду и мило попискивал, будто докладывая ей, что нашёл.

Тоя тянул повозку, а по бокам его прикрывали Хэйз и его три помощника. Сзади повозку в основном толкала Исудзу. Ей помогал Рунделхаус, который утверждал, что дам не следует заставлять заниматься физическим трудом. Однако, несмотря на то что они были на одном уровне, разница в профессиях оказалась безжалостной, и Бард, принадлежащая к Мастерам Оружия, значительно превосходила Волшебника в физической силе.

— Отдохни. Просто садись в повозку.

— Немыслимо.

— Тогда просто прогуляемся.

— Мисс Исудзу, я не могу понять, почему у тебя такое хорошее настроение.

— Потому что мы на прогулке.

Минори слышала их разговор изнутри кареты. Она зашла внутрь, потому что чувствовала необходимость позаботиться о Роэ2. Призыватель всё ещё лежала, раскинувшись.

— Нет, не делай этого. Я не люблю исцеляющие заклинания.

— Не любишь...?

— Потому что я Вампанелла. — Лениво, Роэ2 засунула палец в рот и потянула за уголок, обнажая ряд зубов. Спереди блестели впечатляющие клыки.

При виде их Минори вспомнила, что существует побочная профессия, похожая на вампирскую. Широэ как-то рассказывал ей о ней, причём совершенно случайно. Это была одна из многих побочных профессий, введённых в игру в рамках какого-то события. Судя по всему, она была очень плохо сбалансирована. Ночью умения Вампанеллы усиливались, и во время ближнего боя они позволяли ей регенерировать очки здоровья, высасывая их из противника. Днём же они ослабевали, а исцеляющие заклинания не только не помогали Авантюристке, но и наносили урон. Такая профессия не очень подходила для игры в команде.

Роэ2 сказала, что она была Призывателем. Она была примерно одного роста с Минори, но обладала очень женственной фигурой. Тонкий свитер, который она носила, подчёркивал форму её пышной груди. Кроме того, она была очень красива.

В этом мире практически все выглядели симпатичными или очаровательными. Авантюристы здесь, конечно, сохранили тень своего земного облика, но с помощью графики “Elder Tale” они выглядели очень привлекательно. Тем не менее некоторые всё равно выделялись особой красотой. Они просто обладали уникальной способностью притягивать к себе окружающих. Возможно, это определялось их жестами, поведением или общей аурой.

Возьмём, к примеру, Акацуки, соратницу Минори по гильдии. Она была красива, но это ещё не всё — она также излучала исключительное обаяние. Так же, как Генриетта, Мариэлль, Миса Такаяма или Надзуна из Бригады Западного Ветра, у которой Минори недавно брала уроки. И самой выдающейся из всех была принцесса Лайнезия. Минори видела её всего несколько раз, но могла с уверенностью сказать, что никто и никогда не производил на неё бóльшего впечатления.

От всех этих женщин и девушек исходила аура настоящих красавиц, которые одной лишь улыбкой заставляли сердца других — в том числе и Минори — биться сильнее.

Роэ2 также принадлежала к этой группе. Её мягкие волосы, хотя и казались взъерошенными, блестели и, казалось, были уложены в художественном беспорядке. Несмотря на то, что она выглядела ленивой, глаза за круглыми очками смотрели остро, излучая неопределённое, завораживающее обаяние.

Её белый плащ и угловатая сумка Призывателя были сшиты на заказ, без лишних украшений, и в сочетании с несколько мужественной манерой речи Роэ2 она производила впечатление мальчишки-сорванца. Однако, конечно, никто не принял бы её за мужчину — она была очаровательной женщиной.

У Минори появлялись комплексы от одного только взгляда на неё. С тех пор как она узнала, что такое любовь, она всё чаще впадала в депрессию, потому что знала, что сама выглядит в лучшем случае средне.

Естественно, она старалась изо всех сил и одевалась как можно красивее, особенно когда отправлялась куда-нибудь с Широэ. Она советовала Исудзу, как выбирать наряды, чтобы не выглядеть по-детски, но и не перегибать палку. (Как выразилась Исудзу: “Минори — это способ быть леди”).

И всё же, идя рядом с Широэ, она чувствовала себя глупо и стыдливо. Она понимала, что не подходит ему, что она просто ребёнок, который ничего не понимает. В такие моменты она совершенно не знала, о чём с ним говорить, и даже прогулка вдвоём становилась обременительной. Она оказалась трусливее, чем думала. Но когда Широэ оборачивался, чтобы подождать её, эти мрачные мысли тут же развеивались, и она бежала к нему чуть ли не вприпрыжку от радости. Она не думала, что может быть такой лицемерной.

В тот вечер она призналась Тое, что не сделала абсолютно ничего. Поэтому она пообещала себе, что всеми силами будет пытаться заполучить Чародея. Однако её “всеми силами” оказалось крайне недостаточно. Широэ был взрослым, а она — несмотря на то, что в этом мире не существовало школ — оставалась всего лишь ученицей средней школы.

При мысли о том, как мало она значит и что она ничего не может сделать, у неё сжалось в груди. И всё же она не хотела, чтобы жгучая боль уходила.

— Что это за уныние на лице?

— Эээ... что?!

Голос Роэ2 вернул Минори в реальность.

— Это... Звёздная Мантия Духов? — наконец спросила она.

— Хм? А, да. Впечатляет, что ты её узнала.

— Мой... то есть... мой учитель Широэ тоже носит такую(5).

— О? Значит, он Маг?

— Да. Чародей.

— Эта мантия действительно обладает отличными свойствами. Она устойчива к повреждениям и прекрасно подходит для повседневного использования. К тому же, её удобно носить. Видишь? Даже после долгого путешествия она выглядит прекрасно.

(5) В конце тома будут подробности про предметы Роэ2. По сути просто улучшенная версия плаща Широэ.

Роэ2 была права. На плаще не было ни следа грязи или повреждений. Хотя она и ходила по горам в одиночку, как Авантюрист девяностого уровня она, конечно, знала, как выбирать маршруты, чтобы не изнашивать снаряжение. Но даже с учётом этих достоинств профессия Вампанеллы должна была её раздражать. В конце концов, это затрудняло передвижение днём.

— Откуда ты пришла? И куда ты направляешься?

— “Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идём?”...Это очень философский вопрос.

— Э... Я не в этом смысле...

Роэ2 со смехом махнула рукой, как бы говоря: “Нет-нет, я понимаю”. Очевидно, что она просто смеялась. Улыбка обезоружила Минори, и она прервалась на полуслове.

Очевидно, Роэ2 была женщиной с гораздо большим чувством юмора, чем могло показаться на первый взгляд.

— Я путешествую из окрестностей Оуу... Кажется, прошло уже три месяца? Ужасно. Я и не думала, что буду так мучаться.

— Из... Оуу?

Минори на мгновение задумалась. Район Оуу находился на северо-востоке и соответствовал японскому региону Тохоку. Широэ посетил эту область в конце прошлого года, и в настоящее время там всё ещё продолжалась кампания против короля гоблинов. Смертельная битва, в которой Минори и её друзья сражались на улицах Тёси, также стала следствием изменений, произошедших в районе Оуу. Таким образом, можно сказать, что этот регион был не чужим для юных Авантюристов.

— Ранее я находилась в ещё более отдалённой зоне, но Рокировка(6) перебросила меня в Оуу.

(6) Рокировка — синоним "перестановка". На вики более подробная инфа.

—  Ага... это тот навык Призывателей, верно? Который позволяет вам мгновенно поменяться местами со своим призванным существом?

Рокировка, специальное заклинание телепортации, позволяло Авантюристу поменяться местами со своим фамильяром или существом, с которым у него был контракт. Очевидно, Роэ2 поменялась местами со своим слугой, который в тот момент находился в Оуу.

В игре “Elder Tale” призванные существа не могли сильно удаляться от своего хозяина, но в этом мире существовали способы, благодаря которым такой слуга мог переместиться даже на другой сервер. Это уже была практически общеизвестная информация. Честность, одна из гильдий-членов Совета Круглого Стола, использовала эти методы в своих исследованиях магических кругов.

— Ну, да... фамильяр... скорее брат. Скажем так, брат. Я поменялся местами со своим братом. — Роэ2 слегка покраснела от смущения, а затем поспешно добавила. — С тех пор я брожу по горам, чтобы избежать солнечных лучей. И сейчас я направляюсь в Икому. Там мне удастся избавиться от этой глупой Вампанеллы.

— Значит, ты выполняешь квест, чтобы избавиться от этой профессии? — Минори всё поняла.

Побочную профессию обычно можно “переписать”, то есть избавиться от неё, получив другую побочную профессию. Так Минори превратилась из Портного в Подмастерье.

Однако были и такие профессии, для которых эта “отмена” не работала. Чаще всего это касалось побочных профессий, получаемых за выполнение дополнительных квестов или специальных событий. Если кто-то хотел избавиться от такой профессии, ему приходилось полностью сбрасывать её, используя квест на удаление профессии.

Вампанелла была очень проблематичной. Широэ объяснял Минори, что теперь мало кто выбирал эту профессию. Очевидно, именно эта побочная профессия больше всего осложняла путешествие Роэ2. Неудивительно, что женщина хотела сменить профессию, если была такая возможность. А эту возможность, судя по всему, предлагал квест в Икоме.

— Точно! Серьёзно, кто выбирает такие глупые профессии... А... наверное, мой брат... Это его вина. Вампанелла — это только для показа и ничего больше! То есть, на Луне она была даже полезной, но он мог бы подумать о том, что меня ждёт, когда я спущусь на землю.

Минори мало что поняла из этих откровений и уже собиралась задать Роэ2 вопрос, но в этот момент повозка заколотилась и остановилась.

— Эй, госпожа Авантюристка, что внутри! Мы прибыли в наш город, Коюруги. У нас тут есть отличная гостиница, так что вы сможете отдохнуть. Потом мы придём и должным образом поблагодарим вас!

Минори выглянула из-под брезента и увидела, что перед ними река разделялась на два рукава, образуя широкую дельту. А посреди неё, окружённое плодородными полями, образующими цветной лоскутный ковёр, находился город. Дым из труб поднимался на фоне лучей заходящего солнца, словно тепло приветствуя Минори и её друзей.

Часть 5.

Они без проблем получили номера. Февраль был ещё слишком ранним для торговли. Исключение составляли лишь неистовые торговцы в Акибе — они трудились всю зиму — но торговля сельскохозяйственной продукцией должна была начаться только с приходом весны.

Молодые Авантюристы оставили свои багаж в комнате, напоминающей дачный домик, и вернулись в столовую, взяв с собой только снаряжение и ценные предметы. Комната, которую им выделили, предназначалась для купцов, и кроме кроватей для всех пятерых, в ней не хватало места для многого другого. Если бы они планировали сразу лечь спать, это бы их не беспокоило, но солнце ещё не полностью зашло.

Поэтому Исудзу и её товарищи вернулись в столовую, где их уже ждал хозяин их жилья.

Закусочная представляла собой низкое деревянное здание. Колонны внутри и потолочные балки сохранили свой естественный характер — они выглядели так, словно были сделаны только из грубо обработанных стволов деревьев. Самой яркой особенностью были белые стены. В лампах использовался не парафин, а фосфоресцирующие камни — магический предмет, изобретённый в Акибе. Подвергаясь воздействию солнечных лучей в течение дня, эти камни накапливали свет, который затем медленно высвобождался в течение четырёх-пяти часов. Это была отличная и более дешёвая альтернатива чисто магическим лампам.

В трактире стояло несколько диванов, окрашенных в светло-зелёный цвет, а рядом с ними — низкие столики. У колонн были расставлены декоративные растения, отчего помещение больше напоминало гостиную, чем столовую.

На одном из диванов сидела Роэ2, вытянув ноги. Исудзу и остальные решили подойти к ней. Они не знали здесь никого другого, а сидеть в другом месте было бы неудобно. Роэ2 слегка улыбнулась и жестом руки пригласила их войти. Тоя бодро сел напротив неё. К нему присоединились Исудзу и Рунделхаус, а Минори и Серара присели рядом с Роэ2.

Женщина попивала пурпурный напиток. Когда Серара спросила, что это такое, она ответила, что это, мол, сливовый сок.

— Роэ2, ты тоже сняла себе комнату?

— Ага. Хочу наконец-то принять ванну. Говорят, у них здесь есть баня.

— Они так и сказали! — подтвердила Исудзу. Даже в её собственном голосе слышалось волнение.

Большая часть снаряжения Авантюристов — это предметы, которые сами себя ремонтируют и чистят. Эта функция автоматически удаляла грязь и пыль, и предмет снова выглядел как новый. То же самое касалось и тел Авантюристов — даже если они потели, пот быстро высыхал, поэтому, если они не получали серьёзных повреждений, здесь не нужно было мыться так часто, как на Земле.

Однако это не меняло того факта, что потребность искупаться была у них в подсознании. Даже если тело было чистым, они чувствовали себя грязными и хотели помыться. Исудзу, как типичный подросток, чувствовал это вдвое острее, чем большинство. Серара или Минори, конечно, тоже.

Им подали еду, хотя они ничего не заказывали. Обслуживающий мальчик объяснил, что это было сделано за счёт лесорубов, которые хотели оказать им ответную услугу. Видимо, даже мэр городка прислал свою благодарность. Так что на ужин Авантюристы получили удивительно богатый донбури. На дне миски лежал толстый слой пропаренного риса, сверху были навалены помидоры и сосиски, всё это было покрыто двумя жареными яйцами.

По всей видимости, это блюдо было главным в этом трактире, так как подобные донбури были и на других столах.

Обрадованный Рунделхаус начал оглядываться по сторонам. Заметив это, Серара, как по команде, достала из своего мешочка несколько колб со специями.

— Передайте соевый соус.

— Сейчас, сейчас.

Тоя и Минори были из тех людей, которые во всё подливают соевый соус. Исудзу бесцеремонно сунула Рунделхаусу второй флакон.

— Спасибо, мисс Исудзу.

— Отдашь, когда нальёшь себе.

Исудзу и Рунделхаус, напротив, предпочитали Вустерский соус. В её семье папа всегда предпочитал сладкий соус, а мама — соевый. В Акибе с Рунделхаусом они обычно щедро поливали блюдо соусом терияки, но сейчас она уже не могла противиться. В общем, в эти дни ей нравилось всё. По сравнению со временем после Катастрофы и жизнью в Хамелине в плане еды последние несколько месяцев казались Исудзу раем.

Донбури, которые приземлились перед ними, были немного необычными, но это её ничуть не смущало. Именно такие незамысловатые и недорогие блюда нравились Исудзу больше всего на свете. А всё потому, что они были родом из кулинарной культуры Авантюристов.

Возможно, это блюдо тоже придумал кто-то из них. Если бы им подали шикарные блюда, сервированные на изысканной посуде, они, скорее всего, сочли бы их безвкусными.

Еда, приготовленная вручную, редко соответствовала внешнему виду блюд, приготовленных по нажатию кнопки в меню. Поэтому, если на стол подавалось что-то неуклюжее, это было признаком того, что блюдо было придумано Авантюристом и обладает настоящим вкусом.

Тот же принцип применим и к этим донбури. Может, они и не дотягивают до уровня терияки-бургеров из Бара Полумесяца, но всё равно сулят неплохие результаты.

Рунделхаус, конечно, тоже так думал. Закрыв веки, он ждал знака “Приятного аппетита!”, но Исудзу почти видела, как он подметает пол своим невидимым хвостом.

—  И хоп, и хоп. —  Серара с блаженной улыбкой наливала себе майонез из кувшина с крышкой. В дороге всё якобы становится вкуснее, и Исудзу была готова с этим согласиться.

Роэ2 сидела в ступоре, пока наконец Минори не сказала:

— Это соевый соус, а это соль. Вот Вустерский соус, а вон тот красный — кетчуп. Что бы ты хотела?

— Э... эээ.

Роэ2 с изумлением потянулась к бутылкам, а потом налила себе всего понемногу.

Исудзу считала, что смешивать соевый соус с Вустерским кощунственно, но, в конце концов, о вкусах не спорят. К тому же с людьми было так, что даже самый большой пустяк мог превратиться в войну. Особенно когда речь шла о жареных яйцах. Исудзу знала это ещё по дому. Не раз ей хотелось отругать отца за то, что он добавляет к ним цитрусовый соус.

Наконец все были готовы к трапезе.

— Приятного аппетита!

К блюдам прилагались ложки, но у Исудзу и Рунделхауса были с собой палочки для еды. Волшебник уже даже научился ловко ими пользоваться.

Половина мест в трактире была занята. За столами сидели в основном ремесленники и торговцы, которые обменивались последними новостями из здешних мест. В этой поездке Исудзу поняла, что в деревнях и небольших городках трактиры и бары служили не только торговыми пунктами, но и своеобразными домами собраний. В них люди не только ели и пили, но и собирали последние новости о близлежащих поселениях, разговаривали, а иногда и принимали решения, важные для всей общины.

Лучи заходящего солнца проникали в окна, и Исудзу со своими спутниками ели в весёлой атмосфере.

Трапеза на свежем воздухе была довольно вкусной (если только Серара не набивала себе шишки), но всё же есть в тишине, когда можно поговорить с другими за столом, было очень весело.

Исудзу откусила рисовое зёрнышко, прилипшее к щеке Рунделхауса, и налила всем по чашке прохладного чая из котелка.

— Ладно, наконец-то я поняла. Эта чёрная густая штука — Вустерский соус, а эта чёрная жижа - соевый соус? — Пробормотала Роэ2, затем добавил ещё и того, и другого.

Исудзу и Минори обменялись взглядами. Они думали об одном и том же. Битва между сторонниками соевого и Вустерского соусов была ожесточенной.

— Я поняла. Я способная ученица.

— С майонезом он тоже хорош. — Серара, казалось, пыталась перетянуть Призывателя на свою сторону. Роэ2 осторожно добавила в свою тарелку и майонез. Исудзу начала волноваться, но ничего не сказала. Вопросы, касающиеся жареных яиц, требовали дипломатии высочайшего уровня. Сам факт того, что вы вслух высказали свои предпочтения, мог вызвать настоящую гражданскую войну.

★★★

— Говорят, они развернулись на полпути.

— Может, проблема с проездом?

— Но те, кто торгует в одиночку, должны как-то справиться...

Рядом путешественники тихо разговаривали с ремесленниками и высокопоставленными людьми из городка. Это было не обычное сплетничание, а обмен информацией, которая, возможно, окажется ключевой для дальнейшей судьбы города.

Исудзу услышала несколько вздохов. Она подняла взгляд и заметила, что у торговцев мрачные лица.

— Здесь что-то случилось? — неуверенно спросила она. Услышав её голос, молодые Авантюристы начали оглядываться по трактиру. Несмотря на тёплую атмосферу столовой, многие ремесленники казались подавленными, а торговцы выглядели так, словно застряли здесь на долгое время.

— К западу отсюда лежит горный регион, известный как Боксрут. Там есть красивое озеро, а территорией управляет лорд, который разбогател на пошлинах. Но в последнее время, говорят, там кишат чудовища — объяснила Роэ2, кладя в рот ложку, полную риса, смешанного с желтком. Она узнала об этом, пока Исудзу и остальные оставляли багаж в комнате.

— В основном это монстры двадцатого-тридцатого уровня, как и те, что мы встретили сегодня. Похоже, в горах идёт какая-то борьба за власть. Более сильные монстры с вершин спускаются ниже, прогоняя более слабых, и в результате их территории смещаются, как костяшки домино.

— Роэ2, ты что-то видела по дороге? — спросила Минори.

— Ну да, всё-таки я долго шла через леса, — ответила женщина, после чего, как ни в чём не бывало, отставила тарелку с коротким “Спасибо”. Неизвестно когда, но она закончила ужин быстрее всех.

Такая красавица, а ест как пылесос — отметила про себя Исудзу. Она сразу почувствовала симпатию к Роэ2.

— Нам всё равно, но торговцам, должно быть, тяжело — заметила Минори.

Эти слова заставили Исудзу задуматься.

— Да, в конце концов, в большинстве регионов монстры, появляющиеся у дорог, имеют уровень около десяти. Особенно на глиняных трактах, потому что они защищены от монстров древними технологиями — проговорил Рунделхаус, чьи мысли, очевидно, шли по схожему руслу.

— Купцы выбирают маршруты, исходя из такого предположения. Если на них внезапно нападёт монстр с двадцатым уровнем, у них возникнут большие проблемы — закончила Исудзу.

Сидящие в трактире торговцы, вероятно, застряли здесь, потому что не могли перейти через горы.

— У нас тоже есть проблема — заметила Серара. — Наши лошади ранены.

Исудзу вспомнила, что это действительно так. В этом городе была лишь малая вероятность того, что в нём найдется лавка, где продаются принадлежности для Авантюристов, и то, что они найдут мастера, способного починить их вещи, граничило с чудом.

— Лошади? О, они ушли от вас. Что ж, призовите себе таких же. — У Роэ2 было прекрасное настроение, возможно, потому, что она поела. Призывателю легко говорить об этом, но группа Исудзу не имела таких возможностей. Видимо, остальные думали о том же, потому что Тоя бодро спросил:

— А вы можете это сделать мисс Роэ2?

Однако ответ, прозвучавший из уст Роэ2, был не таким, каким ожидала Исудзу.

— “Мисс”?! Что за “мисс”?! Разве ты не можешь называть меня “сестрёнкой”?

Исудзу почувствовала, что атмосфера начинает становиться странной, но прежде чем она успела кого-либо остановить, посыпались ответы:

— “Сестричка”?

— Хочешь, чтобы мы обращались к тебе как к сестре?

— Может, вместо “мисс” лучше было бы “леди”? А, нет, скорее... “Сестра Роэ2”?

Роэ2, с дрожащими руками, будто не могла сдержать эмоции, несколько раз кивнула головой, а затем глубоко вздохнула раз и другой.

— “Сестричка”... да. “Сестричка”. Это слово даёт мне ощущение, что вы не боитесь на меня положиться.

Исудзу хотела вставить, что одно с другим не особо связано. Даже Минори пыталась что-то сказать, замерев, наклонившись вперёд с вытянутой рукой.

Но Роэ2 не дала им договорить. С сияющим лицом она продолжила приподнятым тоном:

— И чувство, что кто-то на меня полагается, даёт мне толчок. Сестра... это звучит гордо. Я хочу быть для кого-то сестрой. Я хочу, чтобы мной восхищались, как старшей сестрой! Решено, я присоединяюсь к вам. Вы можете рассчитывать на мои навыки в бою. А я позабочусь о ваших лошадях. Таких, каких ещё никто не видел. Целый табун. Взамен я буду играть роль вашей старшей сестры! Что скажете?

С величественным лицом и позой Призыватель говорила вещи, которые Исудзу вовсе не считал величественными. Однако ни один из них не смог прервать эту пламенную речь.

Часть 6.

— О, Боже, он очень большой!

— Вау! Так круто!

В свете Светлячка, вызванного торжественным звуком, перед ними предстал каменный бассейн, наполненный парящей водой. Они слышали, что рядом с покоями есть купальня, но ожидали увидеть крошечную ванну, втиснутую в угол где-нибудь на постоялом дворе. Тем временем сзади здания, в нескольких минутах ходьбы по гравийной дорожке, находилась обширная впадина, укрытая деревьями, как ширмой. Холодная вода из реки и горячих источников стекала в бассейн, образуя небольшие водопады. На самом деле это была не баня, а настоящий горячий источник, созданный путём соединения воды, текущей из подземного источника, и холодной воды реки Рикуарт.

Здесь была построена небольшая хижина, служившая раздевалкой. Серара, очарованная открывшимся видом, вошла внутрь вместе с Минори и Исудзу.

Ни в бассейне, ни в раздевалке не было ни единой живой души. Большинство туземцев ложились спать довольно рано. Конечно, котолаки могли видеть ночью, фосфоресцирующие камни можно было купить на рынке, а парафиновые лампы использовались на значительной части ферм. Однако их нужно было сначала правильно подготовить — а для этого нужно было купить парафин или масло — и всё равно света было недостаточно. Кроме того, заходить в горячий источник с лампой было просто неудобно.

Поэтому, чтобы не утруждать себя подготовкой освещения, большинство туземцев выполняли свои дела в течение дня и быстро ложились спать.

Хозяин жилья объявил Сераре и остальным девушкам, что горячий источник будет принадлежать только им, и — хотя этого следовало ожидать — так оно и оказалось.

Серара, признаться, немного дрожала при мысли о том, что они останутся одни в этой темноте, но они могли пользоваться магическим светом, так что ничто не должно было помешать им наслаждаться купанием.

★★★

Исудзу быстро скинула с себя одежду, обернулась полотенцем и собрала волосы. Она направилась к выходу. Серара старалась поторопиться, но у неё это получалось с трудом. Хотя здесь были только они трое, для человека с мягким телосложением(7) раздевание перед другими, даже подругами, требовало много смелости. Хотя на самом деле, вероятно, никто не обращал на неё внимания, а всё это было только в голове стеснительной Серары.

(7) Имеется в виду, что она пухленькая.

Она связала волосы так быстро, как могла, затем прикрылась полотенцем и неуверенно направилась к источнику. Нужно было быть настороже — кто знает, что может поджидать в этом ином мире.

Минори ждала у бассейна.

— Она не очень горячая. Рядом выложили настил, может, там ополоснёмся?

Непринуждённая улыбка младшей подруги придала Сераре уверенности. Она кивнула, и они направились к настилу.

Из Акибы они привезли с собой “Лучший натуральный шампунь с кондиционером” и “Прототип кремового мыла”. Эти средства не были такими изысканными, как земные косметические продукты, и, конечно, действовали хуже. Однако в глазах местных жителей они считались роскошью и, что самое главное, выполняли свою задачу. Девушки использовали полотенца и сушеную люффу, и даже помыли волосы.

В такие моменты Серара осознавала, насколько сильно изменилась с момента Катастрофы. Раньше она была медлительной и всё валилось у неё из рук. Может, совместное купание не является большим достижением, но во время школьных поездок она всегда проводила больше всего времени в ванной, доставляя неудобства подругам.

Она не знала, изменилась ли благодаря своей профессии Домохозяйки или жизни в этом мире. Уже на Земле ей нравились домашние дела, такие как уборка или стирка, и она часто бралась за них. Но нельзя сказать, чтобы у неё был к ним какой-то особенный талант.

Однако здесь, после Катастрофы, она занималась в основном обязанностями Домохозяйки и, похоже, наконец-то набралась опыта. Она искренне надеялась, что это произошло благодаря упорной работе над собой, а не бонусам, которые давали за освоение ещё одного уровня профессии.

Хотя она ещё не стала специалистом, Серара чувствовала, что сделала значительные успехи, и это её радовало. Заботливая, решительная... как молодая жена, которая прилежно ведёт дом.

Они помыли друг другу спины с Минори, а затем смыли шампунь с волос.

— Серара, я уже закончила.

— Я тоже!

Они переглянулись, хихикнули и набросились на ничего не подозревающую Исудзу, начав мыть её голову.

Распущенные локоны Барда доходили до пояса. Она сама утверждала, что ей не хватает женственности, что она слишком худая, веснушчатая и совершенно обычная, но даже Серара заметила, что Исудзу особенно заботилась о своих волосах. Хотя она и ругалась каждый раз, когда приходилось их мыть, делала это неспешно и тщательно. А Серара и Минори только ждали момента, когда смогут к ним прикоснуться.

— Мы будем их рассчёсывать до тех пор, пока они не станут мягкими!

— Мы даже принесли два гребня.

— Да бросьте, я сама справлюсь.

— Нееет, это тоже часть работы Домохозяйки!

— Подмастерье не боится никакой работы!

— У тебя нигде не чешется?

— Прекрати, Серара!

— Исудзу, не говори ничего, а то проглотишь пену.

— Минооори!

— Серара должна готовиться к будущему!

— К какому?

— К роли жены.

— ЧТООО?!

После полушуточного заявления Минори начались шутливые препирательства: “Но как это?”, “А когда?”, “Я ничего не знаю!”, и их смех звонко разносился над поверхностью горячего источника. Несмотря на всё это, Серара не сдавалась. Она хорошо знала, сколько хлопот доставляет мытьё длинных волос, и, кроме того, они с Минори всегда хотели поиграть с кудрями Исудзу. И было замечательно, что во время этого путешествия у них наконец появилась такая возможность.

★★★

Над головой весело кружились волшебные огоньки. В их сиянии Серара погрузилась в горячий источник до плеч. Тепло разлилось по телу, наполняя его блаженными ощущениями. Минори и Исудзу сидели рядом с ней с такими же блаженными лицами.

Каменный бассейн был около пяти метров в квадрате и гораздо шире, чем замысловатые ванны на ножках, которые часто встречаются в элегантных и дорогих туземских домах. Когда человек вытягивал ноги, вода доходила ему до подбородка. Были и ещё более глубокие места.

В бассейне было два течения воды — тёплое и холодное. Девочки нашли место с оптимальной температурой и удобно расположились в нём.

— Ммм, как здорово! — мечтательно произнесла Исудзу.

Минори и Серара тоже улыбались. Они были счастливы.

На небе виднелась луна в четверти, а под ней кружились магические огоньки. Девушки посмотрели вверх и без особой причины начали хихикать.

Тела Авантюристов были уникальны. Несмотря на походную жизнь и долгие путешествия, их мышцы вовсе не болели, они даже не чувствовали физической усталости. Однако психологическое напряжение всё же немного их беспокоило. Серара немного испугалась, когда услышала, что во время путешествия им придётся ночевать под открытым небом. Поэтому она обрадовалась, что они нашли гостиницу с горячим источником, где у них была возможность спокойно отдохнуть.

Минори говорила, что этот регион на Земле был популярным туристическим местом. Он изобиловал вкусной рыбой и славился сушеными закусками, которые из них готовили. Серара решила, что обязательно должна когда-нибудь приехать сюда с Нянтой.

— Тёпленькая.

— Это да.

— Угу.

Все трое чувствовали себя полностью расслабленными.

Даже Исудзу, которая, как правило, была полна энергии, сейчас сидела, лениво улыбаясь, словно дремлющая кошка. Это зрелище очень рассмешило Серару. Чтобы не рассмеяться, она погрузила рот в воду и стала пускать пузыри. Это тоже доставило ей немало радости.

Интересно, все ли люди, принимающие такую расслабляющую ванну, становятся похожими на кошек? Сераре тоже захотелось вздремнуть. Возможно, у неё уже даже выросли кошачьи уши.

С кошачьими ушками и усиками она могла бы стать котолаком! Хотя на самом деле нет, ведь женщины-кошки и так были кошками. Как насчёт... девочка-кошка? Так она ещё на шаг приблизится к своей цели. Она с радостью болтала ногами в тёплой воде, погрузившись в видения идеального будущего.

— Серара, чего ты такая мечтательная?

— Потому что я девочка-кошка!

Она ничего не могла с собой поделать, что говорила всякие странности. Расслабляющее тепло наполнило их до кончиков волос, поэтому они не были в состоянии думать ни о чём серьёзном. По крайней мере, она так себя оправдывала.

Однако Исудзу одним ударом развеяла эту блаженную атмосферу.

— Наверное, хотела бы купаться с Нянтой, да? — спросила она с лёгкой язвительностью, словно мстя за нападение на свою шевелюру.

— Н-ничего подобного.

— Но признай, Нянта тебе нравится?

— Потому что он красивый, галантный и элегантный!

Серара защищалась изо всех сил, в то время как Исудзу, широко улыбаясь, толкнула Минори локтём. Каннаги с лёгким смущением поглядывала то на Серару, то на Исудзу, но Бард выглядела уверенной, что она на её стороне.

— Ты смеёшься надо мной, но лучше признайся, что у тебя с Рунделхаусом!

— Хм? А что должно быть? Руди — просто друг для прогулок.

Этот беззаботный ответ удивил Серару. Всем было очевидно, что Исудзу и Рунделхаус ведут себя как пара — и это в гораздо большей степени, чем Серара и Нянта. Однако сама Исудзу, казалось, этого совершенно не замечала.

А жаль. Они так подходят друг другу.

Серара была уверена, что эти прогулки — их утренние свидания. У неё самой были свидания на кухне с Нянтой (по крайней мере, ей хотелось в это верить), поэтому она не могла себе представить, что Исудзу живёт в таком неведении. Но, возможно, она считала свои встречи с котолаком свиданиями потому, что просто очень сильно желала Нянту.

Тут же она поняла, что выражение "вожделение" не слишком подходит для девочки-подростка, и ей стало жарко. По крайней мере, не потому, что они сидели в парном источнике.

Чтобы скрыть это, ей пришлось снова окунуться в воду по самый нос.

Тем более что через мгновение Минори добавила:

— Серара, из тебя обязательно получится прекрасная жена.

— Да, а ты, Минори, будешь прекрасной помощницей Широэ — вмешалась Исудзу.

— Эээ... вовсе нет.

— Ну, зато вы друг друга прикрываете. Я болею за вас.

Серара была счастлива, что объектом её интереса стал кто-то другой.

Исудзу, наверное, шутит, но Серара считала Минори особенной девушкой. Она сменила профессию на Подмастерье, а в те дни, когда они не охотились, работала на 8-й Торговый Район. Обычная школьница. Благодаря их дружбе Серара уже видела и милую, и неуклюжую сторону Минори, но она искренне восхищалась её чувством долга и надёжностью. И особенно за скорость, с которой она работала. Будь то уборка или обустройство лагеря, Минори всегда заканчивала работу первой. Однако это не означало, что она торопилась во время работы. Просто она очень плавно переходила от одного задания к другому и старательно готовилась ко всему. Серара чувствовала, что не может сравниться с Минори не только по темпу работы, но и по интеллекту. Каннаги казалась удивительной во всех отношениях.

Конечно, она была немного младше её, но в этом мире, где не существовало школ, это теряло смысл. Серара относилась к подруге как к ровеснице.

— Минори, с такой помощницей, как ты, жить стало бы проще.

— Вовсе нет, я просто хочу быть полезной, хотя бы немного.

— А ты опять за своё!

— Исудзу, кажется, Минори что-то сказала, ты слышала?

— Серара, Минори такая милая!

Исудзу уселась по одну сторону от Минори, Серара — по другую, и они обе начали толкать подругу в спину, громко смеясь. Как странно. В Сусукино Серара и подумать не могла, что когда-нибудь снова будет так весело смеяться. Казалось, что с тех пор прошли годы.

Прижавшись к Минори со смеющимся лицом, Серара решила на этот раз перевести тему разговора на Исудзу.

— Исудзу, кем бы ты хотела стать в будущем?

— Э?

Бард, казалось, удивилась такому вопросу. Но сразу же приняла серьёзное выражение лица и ответила:

— Ничего особенного не планирую. Если нам удастся вернуться на Землю, после учёбы, вероятно, попаду в какую-нибудь корпорацию. А если останемся здесь, буду фармить, выполнять квесты, задания для Совета и, конечно, каждую неделю петь в Блум Холле.

— То есть станешь певицей?

— Что? Нет, ни в коем случае! — Исудзу со смехом отрицательно покачала головой. — Это невозможно. Певицами становятся девушки, которые выделяются. А я не являюсь чем-то особенным, поэтому мне больше подходит играть для удовольствия. Делать саундтрек, пока все остальные хорошо проводят время, что-то в этом роде. Вместе с Руди.

В тоне Исудзу не было ни капли сожаления или горечи, из чего Серара сделала вывод, что её подруга говорила искренне. В принципе, ей не следовало удивляться. Не все музыканты стремились стать знаменитыми артистами. Исудзу любила музыку, но карьера на сцене явно ее не интересовала.

— Планы на будущее, да?

Все трое вскочили на ноги, как вдруг совсем рядом раздался женский голос. Они не думали, что кто-то ещё пользуется этим источником. Роэ2 кивнула раз и второй. Её запотевшие очки слегка блеснули.

— Ну да, вы ещё молоды — мягко сказала она.

Серара невольно кивнула. Роэ2 была странной женщиной — временами она вела себя как ребёнок, но в то же время проявляла самообладание и понимание взрослого человека, который уже многое испытал в жизни.

— Роэ2, ты...

— Конечно, как старшая сестра, я имею преимущество перед тобой в плане физических качеств.

Это заявление удивило Серару. А вот для Исудзу удивление на этом не закончилось. Бард сидела с открытым ртом.

Весь образ Роэ2 как компетентной старшей сестры, который они создали в своих головах, в одно мгновение лопнул.

— Ээ... то есть... это...

— И у меня большая грудь.

Лицо Исудзу исказилось в болезненной гримасе, а Минори в одно мгновение потеряла всякий юмор. Серара хотела как-то поднять им настроение, но не могла найти хороших слов, поэтому сосредоточилась на посыле положительной энергии. Она поддерживала их от всего сердца — Исудзу была стройной и пропорциональной, а Минори выглядела идеально для своего возраста.

— У меня большая грудь — повторила Роэ2.

В этой ситуации Сераре было трудно утешить подруг.

Поначалу девушки попытались протестовать, но вскоре сдались. Они начали обсуждать любовные темы, потом перешли к разговору о мире, а в конце концов заговорили о родных местах.

— Роэ2, а ты откуда родом?

— Из малонаселенного региона. Можно сказать, почти вымершего.

— Ты жила одна? Как здорово.

— В конце концов, я ведь взрослая. Тем более, что развитие коммуникаций настолько продвинулось, что расстояние между людьми постепенно теряет значение.

Ага... в общем-то, это правда — подумала Серара.

Она сама встретила Нянту благодаря онлайн-игре, которая стала реальностью. Возможно, физическое расстояние действительно перестало иметь значение в знакомстве с новыми людьми.

Время пролетало незаметно, но темы для разговора у них не заканчивались. Серара давно заметила, что в компании Исудзу и Минори ей никогда не бывает скучно, а Роэ2 легко влившись в их общество, напомнила ей Пеппи Длинныйчулок с братьями и сёстрами Сеттергрен. Они вместе отлично проводили время. Однако любая хорошая забава имеет свою цену, и в этом случае все четверо сильно перегрелись.

Страница книги Покорение горизонта в интернете

Table of Contents

1 - 0

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

2 - 0

2 - 1

2 - 2

2 - 3

2 - 4

2 - 5

2 - 6

2 - 7

3 - 0.5

3 - 1

3 - 3

3 - 4

3 - 5

3 - 5.1

3 - 5.2

3 - 5.3

4 - 1

4 - 2

4 - 3

4 - 4

4 - 5

5 - 1

5 - 2

5 - 3

5 - 4

5 - 5

5 - 6

5 - 6.1

0 Начальные иллюстрации

6 - 1

6 - 2

6 - 3

6 - 4

6 - 5

5.1 Карта рейда в Акибе

6 - 5.2

5.3 Глоссарий

5.4 Результаты голосования

6 - 5.5

0 Начальные иллюстрации

7 - 1

7 - 2

7 - 3

4 Гильдмастер

5 Золото Куниэ

5.1 Рейдовые Q&amp;A

5.2 Карта Elder Tale (восточная часть)

5.3 Глоссарий

5.4 Послесловие

0 Начальные иллюстрации

1 Жизнь совершенно обычной старшеклассницы

2 В путь

О книге