Иллюстрации.

Обустройство лагеря.

[Суббота, 4 апреля]

Всего 5000 йен.

Такова была месячная арендная плата за комнату 106 в доме "Corona".

Corona House был деревянным двухэтажным многоквартирным домом, построенным двадцать пять лет назад. Находясь на окраине города, он был дешев, но даже тогда 5000 йен в месяц за комнату с шестью татами, кухней, ванной и туалетом были исключительно низкой платой. На самом деле, стоимость аренды других комнат в Corona House была по меньшей мере в десять раз выше. Кроме того, комната 106 была полностью свободна от залога.

Однако у этой дешевизны была своя причина. Все без исключения, кто заселялся в комнату, так же быстро выселялись. Рекорд составлял всего три часа, но даже самый долгий жилец прожил всего три месяца. Средний срок проживания составлял около трех дней. В результате арендная плата продолжала снижаться, и уже до весны арендная плата в 10.000 иен была снижена вдвое.

– Не обращайся с этой коробкой небрежно, Маккензи. Ее содержимое ценнее твоей жизни.

– Говоришь как какой-то богач, Ку. По сравнению с тобой, я всегда осторожен.

– Пока ты понимаешь. Теперь продолжай усердно работать, Маккэндзи-кун.

– Да, да. Кто кому опять помогает переезжать? Боже.

Сегодня - в субботу, 4 апреля - в это супердешевое жилье въезжал новый жилец. Его звали Сатоми Кутару, но его друг детства, Мацудаира Кэндзи, называл его Ку. В свою очередь, Кутару называл его Маккэндзи. В понедельник на церемонии открытия школы оба пятнадцатилетних мальчика официально станут учениками старшей школы.

Из-за внезапного перевода отца на другую работу Кутару с этой весны будет жить один. Выросший с одним только отцом, Кутару не хотел обременять его сейчас. Когда агент по недвижимости представил Кутару комнату 106 в "Corona House", он сразу же согласился на предложение, даже не услышав причину столь низкой арендной платы.

– В общем, Ку, хорошо, что тебе удалось найти такое замечательное место в такое время, да?

– Мне повезло. Когда на днях мой старик рассказал мне о своем переезде, я всерьез запаниковал.

Решение о переезде его отца было принято в конце февраля, как раз когда Кутару закончил вступительные экзамены в старшую школу и ждал результатов.

– Но мы ничего не могли с этим поделать. Я имею в виду, что его коллега, который должен был получить перевод, получил травму и больше не мог этого делать.

– Да, это правда.

Первоначально перевод предназначался для коллеги отца Кутару. Однако, когда тот получил серьезную травму в результате несчастного случая, вместо него пришлось ехать отцу Кутару.

– Я был удивлен такой неожиданностью, но решил, что это хороший шанс стать самостоятельным. В конце концов, я теперь ученик старшей школы.

– Как позитивно с твоей стороны.

– Да, так как насчет того, чтобы отпраздновать начало моего пути в мужскую жизнь?

– Ты о чем?

Кутару и Кэндзи вместе тащили чемодан, полный одежды. Они уже некоторое время таскали багаж туда-сюда между квартирой и фургоном для переезда.

– Мне поставить холодильник рядом с раковиной? – спросил мужчина средних лет в рабочей одежде, высунув голову из комнаты 106. Это был водитель фургона, который помогал Кутару и Кэндзи.

– Да, пожалуйста!

– Понял.

Услышав ответ Кутару, мужчина вернулся в дом, а Кутару и Кэндзи вскоре последовали его примеру.

– Так это место действительно стоит пять кусков в месяц? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой...

Мальчики прошли через открытый дверной проем, и Кэндзи издал еще один вздох.

– Завидуешь, да?

– Если бы я знал, что она стоит всего пять тысяч, я бы сам ее снял.

Комната была в несколько более старом японском стиле. Войдя через парадную дверь, вы попали в коридор с дощатым полом, ведущий во внутреннюю комнату с шестью татами. По левую сторону коридора находился кухонный блок, а по правую - ванная и туалет. Хотя квартира выглядела старомодной, она была чистой и ухоженной.

– Берегись, Ку. Чемодан сейчас ударится о стену.

– Я знаю, знаю.

– Иногда я удивляюсь... Мы проходим, мистер.

– Ох, извини за это, Очкарик-кун.

Пройдя мимо человека, устанавливающего мини-кухню, Кутару и Кэндзи направились во внутреннюю комнату. Они пробирались мимо разбросанных коробок и мебели.

– Так что нам делать с этим чемоданом?

– Хм... Давай положим его в шкаф.

– Окей.

Мальчики работали вместе, чтобы запихнуть чемодан в шкаф. Когда они закончили, в комнату вошел грузчик.

– Это был последний багаж, не так ли?

– Да, это был весь багаж.

– Хорошо, тогда я удаляюсь.

– Большое спасибо.

Кутару был воспитан в уважении к старшим, поэтому он естественно поклонился мужчине.

– Это я должен кланяться. Спасибо за ваше покровительство.

Мужчина мягко улыбнулся и глубоко поклонился в ответ. Оставив какие-то бумаги, он вышел из комнаты.

– Хорошо, с первой частью покончено, – сказал Кэндзи.

– Маккэндзи, лови.

Как раз когда Кэндзи поправлял очки, Кутару бросил ему пластиковую бутылку чая.

– Ух ты, спасибо.

Кэндзи поймал бутылку без труда. Зная друг друга уже долгое время, он привык к подобным сюрпризам.

– Он тепловатый, но за это тебе придется от меня отмахнуться. Холодильник только-только установили, – сказал Кутару, доставая из пластикового пакета свою бутылку. Напитки он купил совсем недавно в ближайшем магазине.

– Я знаю.

Оба мальчика одновременно открыли свои бутылки и сделали по глотку.

– Ахх... Я снова чувствую себя живым.

Кутару сел на стопку картонных коробок, попивая чай, а Кэндзи прислонился к дверной раме внутренней комнаты. Кэндзи посмотрел на календарь, висевший на стене.

– Время летит незаметно... Вступительная церемония послезавтра.

– Верно. Я должен распаковать все необходимое сегодня.

Кутару посмотрел на календарь вместе с Кэндзи, затем взглянул на часы, которые он повесил рядом с ним.

– Хм? А ты не можешь сделать это завтра?

– Завтра у меня подработка.

– Ты действительно подписался на эту смену? Ты мог бы хотя бы взять отгул на пару дней, чтобы переехать.

Глаза Кэндзи широко раскрылись за очками, когда он удивленно посмотрел на Кутару.

– В начале весны есть много необходимого. Не причисляй меня к тем, кто живет за счет своих родителей, как ты.

– Твой старик оставил тебе немного денег на это, не так ли?

– Я изо всех сил стараюсь не вникать в это. Вот что значит жить для себя.

– Мне все равно, как ты это называешь, но не приходи ко мне плакаться, если потерпишь крах.

– В отличие от вас, интеллигентных типов, я уверен в своей физической силе.

– Да, да. Я и не сомневаюсь.

Кэндзи пожал плечами, глядя на Кутару, который гордо выпячивал грудь.

– Итак, Ку, во сколько ты завтра начинаешь?

– Утром, как всегда.

– Хорошо, тогда я заеду за тобой, как обычно.

– Я рассчитываю на тебя.

На самом деле оба мальчика работали в одном и том же месте. После того, как их приняли в школу, они одновременно подали заявления на работу. По счастливой случайности они оба были приняты на работу и приступили к ней в прошлом месяце.

– ...Эй, Ку, ты сможешь проснуться вовремя, когда начнется школа?

– Это не должно быть проблемой.

– Это звучит не очень убедительно, когда мне приходится поднимать тебя каждые выходные, чтобы идти на работу.

– Заткнись.

Смены в выходные начинались рано, поэтому для Кэндзи стало обычным делом приходить будить Кутару.

– Начиная жить самостоятельно, я собираюсь влиться в общество как взрослый человек. Я не могу вечно вести себя как ребенок.

– Значит, мне не нужно заезжать за тобой завтра?

– Яблоки и апельсины, Маккэндзи-кун. Ты все равно должен заехать утром.

– Вот что я получаю...

Плечи Кэндзи опустились в изумлении.

– Как всегда, спасибо, старик.

– ...Я внезапно потерял всю свою мотивацию.

– Не будь таким. Ты молод.

Их разговор был прерван звонком в дверь.

– Хм?

– Гость?

Но прежде чем Кутару успел ответить, гость открыл дверь и шагнул внутрь.

– Здравствуйте! Сатоми-сан здесь? – спросил с порога девичий голос.

Этот голос...

Кутару уже слышал этот голос раньше.

– Это хозяйка дома.

– Хозяйка?

– Ах, да, иду! – воскликнул Кутару, спрыгивая с картонных коробок, на которых сидел. Кэндзи тоже встал, опираясь на дверной косяк.

– Звучит довольно молодо, – скептически заметил Кэндзи.

– Пойдем, Маккэндзи, тебя ждет сюрприз.

– Ладно...

Мальчики вместе направились к входной двери.

– Здравствуйте, хозяйка-сан.

– Здравствуйте, Сатоми-сан.

В дверях стояла девочка примерно возраста Кутару и Кэндзи, одетая в фартук поверх обычной одежды. Поприветствовав мальчиков, она грациозно поклонилась. Ее лицо сохранило очарование юности, а длинные волосы были перевязаны большой лентой. Судя по всему, она была яркой и здоровой девушкой.

– А? Хозяйка? Эта девушка?

– Да. Это хозяин Corona House. Ты удивлен, не так ли, Маккэндзи?

– А-ага...

С широко раскрытыми от удивления глазами, Кэндзи кивнул. Молодая девушка перед ним не совсем соответствовала его мысленному образу домовладельца. Он просто уставился на нее в изумлении.

– Я тоже был удивлен.

– Все поначалу удивляются. Хих... – Девушка улыбнулась и повернулась к Кэндзи. – Приятно познакомиться. Я хозяйка Corona House, Касаги Сидзука.

– Приятно познакомиться. Я Мацудаира Кэндзи.

– Надеюсь, мы поладим, Мацудаира-сан.

– Да, аналогично.

Кэндзи и Сидзука поклонились друг другу.

– Хозяйка-сан, этот парень - мой друг детства.

– Правда?

– Я уверен, что вы будете видеть его здесь время от времени, так что не стесняйтесь называть его просто Маккэндзи.

Сидзука пару раз моргнула, уставившись на Кэндзи.

– Вы японец, не так ли? С такой фамилией, как Мацудаира...

– О, да, он точно японец. Маккэндзи - это просто сокращение его полного имени, Мацудаира Кэндзи.

– Ах, я понимаю. "Ма" и "Кэндзи" вместе превращаются в "Маккэндзи".

Удовлетворенная, Сидзука закрыла рот рукой и хихикнула.

– Это просто то, как Ку называет меня.

– Тогда вы предпочитаете, чтобы я называла вас Мацудаира-сан?

– Маккэндзи - сойдёт. Я уже привык к этому.

– Тогда хорошо, Маккэндзи-сан.

Увидев, что Кэндзи пожал плечами, Сидзука снова захихикала, отчего ее лента и длинный хвост подпрыгнули.

– Хозяин-сан в этом году тоже начинает учиться в старшей школе Кисшухаруказе.

– О, какое совпадение.

– Если повезет, мы все окажемся в одном классе.

– Хихихи, надеюсь, мы сможем подружиться и в школе, – сказала Сидзука, снова вежливо поклонившись.

– Итак, хозяин-сан, вам что-то нужно?

– Ах да, чуть не забыла. Сидзука хлопнула в ладоши, затем указала на окно позади Кутару и Кэндзи. – Я случайно увидела, как фургон с вещами уезжает некоторое время назад, и решила, что самое время помочь.

– Из окна?

– Да, Маккэндзи-сан. Я вообще-то живу в комнате над этой.

– Уже ревнуешь? Я живу под одной крышей с симпатичной хозяйкой.

– О боже... – Глаза Сидзуки на мгновение широко раскрылись, прежде чем она улыбнулась. – Вы мне льстите, Сатоми-сан.

– Конечно, вы живете под одной крышей. Это же многоквартирный дом.

– Это вопрос перспективы.

– Тихи-хи, вы двое хорошо ладите... О, точно, я пришла помочь. Раз уж все тяжелое сделано, я должна быть в состоянии помочь.

– Это было бы здорово, хозяйка-сан. Ку хорошо умеет ломать вещи и устраивать беспорядок, но он плохо умеет собирать вещи и убирать.

– Эй, Маккэндзи! Не говори обо мне так!

– Это правда, верно? Ты хоть представляешь, сколько проблем ты мне доставляешь? – Кэндзи тяжело вздохнул, приподняв очки.

– Значит, это вы всегда убираете за собой, Маккэндзи-сан?

– Да, у меня ужасные времена.

– Но я благодарна за это.

– ...Не то, чтобы я когда-либо знал. О, но есть кое-что, что я хотел спросить у вас, хозяин-сан.

– О? Что именно? – Все еще улыбаясь, Сидзука кивнула головой.

– Почему арендная плата за эту комнату составляет всего 5000 йен?

– Эй, Маккэндзи! Не спрашивай так внезапно!

Кутару, который уже был в курсе всех обстоятельств, начал паниковать.

– Но я хочу знать. С такой отличной комнатой и надежным хозяином, я не вижу ничего плохого в этом месте.

– Эта квартира осталась после ее родителей и...

– Я не возражаю, Сатоми-сан.

Кутару беспокоился, что рассердит Сидзуку, но она просто спокойно улыбнулась и покачала головой.

– Маккэндзи-сан права. Кроме того... Хихихи, разве вы не видите, что он беспокоится о вас, Сатоми-сан?

– Хозяйка-сан...

– В любом случае, я ничего не могу с этим поделать.

– Д-да...

Кутару извиняюще кивнул, когда Сидзука снова повернулась к Кэндзи.

– Вообще-то, он появляется в этой комнате.

– Появляется? Что появляется?

– По слухам, это призрак.

– Полтергейст?! – Напуганный, Кэндзи поспешно оглядел комнату в паранойе.

– Сама я его никогда не видела, но каждый жилец, который сюда въезжал, видел... Из-за этого никто никогда не остается надолго.

– Призрак, да? Мне трудно в это поверить...

– Мне тоже. Но все жильцы говорили то же самое, когда съезжали, так что это должно быть правдой. – Сидзука слабо улыбнулась и опустила плечи, глядя на недоумевающего Кэндзи.

– Предоставьте это мне,

домовледелец-сан. Я не позволю какому-то призраку запугать меня.

– Я рассчитываю на вас. Пожалуйста, оставайтесь здесь достаточно долго, чтобы избавиться от всех слухов о призраках.

– Конечно!

– Но думать, что здесь есть призрак... – Все еще неубежденный, Кэндзи еще раз оглядел комнату.

– Ничего страшного не случится, если ты будешь думать об этом слишком много, Маккэндзи. Хозяин-сан здесь, чтобы помочь, так что давай начнем распаковывать вещи.

– ...Да, давайте. – По приказу Кутару, Кэндзи энергично потряс головой, чтобы вывести себя из этого состояния. – Я уверен, что ты будешь в порядке, даже если появится призрак, учитывая, какой ты тупоголовый.

– Это звучит ужасно злорадно, Маккэндзи.

– Это было намеренно.

– Фигурально... Что ж, давайте начнем, хозяин-сан.

– Конечно, Сатоми-сан... Но вы двое действительно хорошо ладите. – Сидзука начала смеяться, глядя на Кутару и Кэндзи.

– Вы так думаете?

– Хозяин-сан, пожалуйста, не говорите таких отвратительных вещей.

– Маккэндзи, тебе ведь не обязательно так выражаться, правда?

Кутару и остальные начали распаковывать коробки по одной. С помощью Кэндзи и Сидзуки комната 106 была приведена в порядок настолько, что стала вполне пригодной для жизни еще до обеда.

–Я пойду домой, но не забывай о завтрашней работе. Своди распаковку к минимуму и ложись спать пораньше, хорошо?

– Я знаю, знаю. Я не могу позволить себе проспать, верно?

– Ты так говоришь "я знаю" - это наименее убедительная вещь на свете.

Кэндзи вздохнул, надевая туфли, которые были брошены у входной двери.

– Тогда я тоже ухожу, Сатоми-сан.

– Хозяин-сан, вам не нужно называть меня Сатоми-сан. Мы станем одноклассниками послезавтра.

– Ладно, тогда... Сатоми-кун.

– Так звучит лучше.

– Хорошо, тогда Сатоми-кун.

Сидзука сияла лучезарной улыбкой, надевая свои туфли, которые она оставила аккуратно расставленными у входа. Кэндзи открыл перед ней дверь.

– Большое спасибо за сегодняшний день, Хозяин-сан, – сказал Кутару, глядя, как Сидзука и Кэндзи выходят на улицу.

– Даже не упоминай об этом. Я была рада помочь.

– Что? Никакой благодарности для меня?

– Ты больше любишь давать и брать.

– Я так не думаю...

– Ну, пока прощай, Сатоми-кун.

– До свидания, хозяйка-сан

– Поторопись и ложись спать.

– Знаю, знаю.

Кэндзи и Сидзука покинули комнату 106, как только за ними закрылась дверь.

Оставшись один, Кутару продолжил распаковывать вещи, закончив есть бенто, которое он купил в магазине.

– Хм... Что делать с этой битой?.. Я не могу обращаться с ней как с обычной битой, и я не могу просто оставить ее в подставке для зонтиков...

Кутару держал биту в руке, пытаясь придумать, куда ее пристроить. Это была не обычная битв. Это была одна из ценнейших вещей Кутару: бита, которую использовал и подписал легендарный игрок, известный как "бог биты".

– Хорошо, я найду для нее подставку. Угол пока сойдет.

Кутару положил биту и принялся открывать другую коробку.

– Что было в этой?

Отклеив пленку на коробке, Кутару заглянул внутрь.

– Ах, еще памятные вещи...

Трофеи, сертификаты, памятные таблички и его любимая перчатка. Все это были сувениры со времен средней школы Кутару.

– Упс. Я и это сюда положил?

В коробке была одна вещь, которая не сочеталась с остальными его бейсбольными сокровищами.

– Я лучше отложу в сторону...

Кутару держал в руках наполовину связанный свитер. Он аккуратно обернул его упаковочной бумагой и бережно положил в чемодан в шкафу.

– Вот и все.

Кутару хлопнул в ладоши, отходя от шкафа. В этот момент зазвонил мобильный телефон, который он оставил заряжаться в углу комнаты.

– Хм? Батя?

Среди контактов Кутару был только один человек с таким рингтоном: Сатоми Юитиру.

На маленьком экране высветилось имя его отца. Кутару взял трубку, ответил на звонок и приложил ее к уху.

– Привет, старик.

– А, вот и ты, Кутару.

Как и ожидалось, голос с другой стороны был не кто иной, как отец Кутару, Юитиру.

– Как там дела? Ты уже распаковал весь свой багаж?

– Все идет медленно, но верно. Маккэндзи и хозяин дома помогли мне, так что я могу хоть как-то устроиться.

– Понятно. Обязательно поблагодари их как следует.

– Конечно. А как у тебя там?

– Я живу в общежитии для одиночек, знаешь ли. Даже если я и пальцем не пошевелю, я все равно получаю ужин и горячую ванну. Пока я сдаю свою одежду в чистку, мне не о чем беспокоиться.

– Приятно слышать. Ты еще более беспомощный, чем я, поэтому я и сам немного волновался.

– Хахаха, это больно слышать.

Семья Сатоми состояла только из отца и сына, и Кутару выполнял большую часть работы по дому. Конечно, будучи таким грубым, как он был, он не всегда был хорош в этом. Но если бы он не взялся за дело, Юитиру наверняка умер бы от голода. Его отец был ужасным домохозяином.

– Жизнь отдельно должна стать для тебя хорошей возможностью, поэтому постарайся найти хорошего партнера.

Кутару хотел, чтобы его отец как можно скорее женился. Пока он этого не сделает, Кутару будет беспокоиться, что он может голодать или что он просто позволит грязной одежде копиться в его комнате.

– Гвахахаха, найти кого-нибудь - это немного...

Как бы Кутару ни надеялся, это вряд ли случится в ближайшее время. Юитиру все еще был влюблен в свою покойную жену. И зная его чувства, Кутару не мог пожаловаться.

– Хм, ну, кажется, все идет хорошо.

– И тебе того же, старик. Не забудь вынести мусор.

– Я знаю, знаю.

– Иногда я удивляюсь...

Именно в такие моменты Кутару понимал, что чувствует Кэндзи.

– Ну, не буду тебя больше задерживать. Мне самому еще нужно кое-что распаковать.

– То же самое. Поговорим позже, старик.

– Да. Спокойной ночи, Кутару.

– Спокойной ночи.

Их разговор прошел гладко.

– Мне было интересно, что произойдет, когда внезапно появится этот перевод, но...

Кутару отложил телефон и снова подключил его к зарядке.

– Похоже, пока что все идет хорошо.

Кутару улыбнулся про себя и сделал небольшую передышку, прежде чем снова приступить к наведению порядка в своей комнате.

– Уже одиннадцать часов...

Кутару, наконец, прекратил уборку, когда время приближалось к 11 часам вечера.

– Похоже, сегодня я лягу спать пораньше. Я никогда не услышу от Маккэндзи конца, если просплю.

Последние несколько дней Кутару был занят переездом. А теперь к тому же утром ему предстояла работа, так что лечь пораньше показалось хорошей идеей.

– Ладно, пора ложиться спать.

Кутару открыл дверцу шкафа и вытащил футон и покрывало с нехарактерным цветочным узором на нем. Сидзука была достаточно любезна, чтобы подготовить его для него.

С ворчанием Кутару отодвинул несколько коробок и бросил футон на освободившееся место. Когда он уже собирался небрежно броситься на кровать, его внимание привлекло цветочное покрывало.

– ...Наверное, мне следует постелить его как следует.

Передумав, Кутару правильно расстелил футон. Поскольку Сидзука потратила время, чтобы подготовить для него одеяло, он будет чувствовать себя виноватым, если будет обращаться с ним грубо, как он обычно делал.

– Вот так.

Аккуратно уложив футон, Кутару выключил свет и забрался в кровать.

– Спокойной ночи.

Пожелав спокойной ночи пустой комнате, Кутару закрыл глаза. Обычно ему было ужасно трудно просыпаться по утрам, но он быстро засыпал. Через несколько минут он уже крепко спал.

– Зззз...

В комнате 106 все было по-прежнему, слышались только звуки дыхания Кутару и тиканье часов на стене. Однако они были настолько тихими, что их заглушал звук телевизора, включенного в соседней комнате 105, а затем снова звук открывающейся и закрывающейся двери Сидзуки в комнате 206 наверху. Однако шум не прекращался до полуночи. К двум часам ночи все стихло настолько, что снова стало слышно легкое дыхание Кутару.

Но это был не единственный шум в комнате 106. Был слышен небольшой дребезжащий звук, и он исходил не от Кутару. Находясь в глубоком сне, он не шевелился.

Звук, казалось, исходил от окна, но не было похоже, что оно было плохо заделано или дул ветер. Окно просто продолжало таинственно дребезжать, постепенно становясь все более шумным. Через несколько минут звук стал раздражающе громким.

– Ззззззз...

Но Кутару не подавал признаков пробуждения.

– Ммм... Маккэндзи, просто извинись уже перед МакКинли.

На самом деле, Кутару начал громко разговаривать во сне. Если его не разбудил собственный голос, то уж окно точно не разбудит. Словно в ответ на голос Коутару, странные звуки внезапно затихли.

– Гве-хе-хе...

Однако, как только Кутару снова начал бормотать во сне, окно тоже начало дребезжать. Хотя это и невозможно, но это было похоже на испуг. Посмеявшись про себя, Кутару, казалось, перестал разговаривать во сне. Наступила тишина. Но хотя в течение нескольких минут ничего не происходило, аномалия была далека от завершения.

Внезапно раздался высокий звук, похожий на звук разбивающейся стеклянной бутылки. Однако, как ни странно, не было никакой видимой причины этого звука. Он, конечно, исходил изнутри комнаты, но там не было ничего, что могло бы его произвести.

Звук бьющегося стекла продолжался, а по полу татами необъяснимым образом покатился бейсбольный мяч. Странный звук доносился как будто примерно из того же места, куда катился мяч, но ни источника звука, ни причины его появления не было видно.

Новый звук продолжался с нарастающей интенсивностью. Теперь он был в несколько раз громче, чем дребезжание окна.

– Хе-хе... Что, Маккэндзи? Ты не можешь справиться с хозяйкой-ссе? Она просто прелесть, не так ли?

Несмотря на суматоху, Кутару все еще не просыпался. Он только еще больше начал болтать во сне.

– У тебя хорошая внешность, но нет мужества.

Словно пытаясь заглушить бормотание Кутару, таинственные звуки становились все громче. Словно подстегиваемые этим, другие предметы в комнате тоже начали дребезжать. В комнате воцарился хаос: мебель и ящики начали трястись и громыхать, а грохот становился все громче и громче.

Звук проходил даже прямо над ним, но Кутару просто отказывался просыпаться. Даже Кэндзи, который давно знал Кутару, не мог его разбудить, поэтому для Кутару подобное было пустяком.

– Вех-хе-хе-хе...

И снова грохот прекратился, когда Кутару издал звук.

Если это таинственное явление было вызвано кем-то...

– Хватит греметь, Маккэндзи!

Этот кто-то, должно быть, был поражен тупостью Кутару.

Том 1. Глава 2 - Подработка

— Хааа~~

— Ты меня удивляешь, Коу. Чтобы ты проснулся сам…

— В конце концов, я же лёг спать пораньше.

Котаро и Кендзи, одетые в рабочую одежду, шли бок о бок. В это субботнее утро лишь они вдвоём прогуливались по тротуару.

— Как я уже сказал, я уже самостоятельный взрослый, живущий сам по себе, Маккензи-кун.

— Надеюсь, так и останется…

— Конечно же!

— Ну посмотрим… Кстати, что там насчёт того?

— Насчёт чего?

Кендзи принял серьёзное выражение лица и понизил голос.

— Ты знаешь, того, что в той комнате появляются они…

— Появляются? Они?.. А, так ты о призраке!

Поняв причину беспокойства Кендзи, Котаро хлопнул и улыбнулся.

— Призрак вообще не появился!

— Совсем?

— Да, до вечера ничего не произошло, и ночью была тишина. Тем более, если бы призрак появился, то как ты думаешь, смог бы я сегодня проснуться вовремя?

— И то верно — если бы ты не выспался, то ни за что не встал бы сам.

Почувствовав облегчение, Кендзи расслабился.

— Хе-хе, Маккензи, не думал, что ты из тех, кто верят в привидения.

— Чего?

— Для тебя, вечно болтающего о науке, верить в призраки… — Котаро решил подколоть Кендзи; тот надул щёки и сказал.

— И что? Разве человек науки не может ненавидеть призраков?

— Если боишься их, то так и скажи!

— Ага, боюсь, очень. Есть призраки или нет, а странные вещи происходят каждый день.

— Ты слишком серьёзно ко всему этому относишься.

Котаро пожал плечами и в то же время они достигли ворот старшей школы Кицусёухаруказе — той самой, в которую они будут ходить, начиная с завтрашнего дня.

Кицусёухаруказе была в двадцати минутах ходьбы как от ближайшей станции, так и от «Короны». Отель «Корона», старшая школа Кицусёухаруказе и станция образовывали правильный треугольник, со всеми необходимыми городскими учреждениями внутри.

Кицусёухаруказе был образован несколько лет назад, после слияния соседствующих муниципалитетов, Кицусёу и Харуказе. После этого появилась необходимость в старшей школе для детей из обоих муниципалитетов. План по постройке школы обсуждался ещё до слияния, так что Кицусёухаруказе действительно стала полномасштабной старшей школой. Конечно, она была не такой большой, какие бывают в крупных городах, но для провинциальной школы она была обширной на столько, на сколько это было возможно.

«В бой! В бой! В бой! Харуказе, в бой!»

Из-за этого факта, множество студентов принимали участие в клубной деятельности, даже во время весенних каникул.

— Бейсбольный клуб… Весенний турнир уже должно быть закончился, а третьегодки выпустились.

— Они выглядят довольно оживленно. Тем более, к ним ещё и первогодки пришли.

Рассматривая одетых в форму студентов, они прошли мимо главных ворот — их место работы было расположено ещё немного дальше.

— …

Проходя мимо главных ворот, Котаро не отрывал глаз от школьного двора. Подача, отбивание, пробежка и ловля… Ещё недавно Котаро занимался тем же самым.

— Слушай, Коу… Ты уверен, что не хочешь присоединиться к бейсбольному клубу? — Кендзи спросил Котаро серьёзным голосом.

— Всё в порядке. Жить в одиночку, подрабатывать и играть в бейсбол одновременно невозможно.

Котаро оторвал взгляд от площадки, и, взглянув на Кендзи, грустно улыбнулся ему.

— Коу…

— Кроме того, есть же кружок вязания, поэтому не стоит унывать.

— Чего это? Кружок Вязания?

— Мм?

— Ты серьёзно собираешься туда вступить?

— Конечно!

Котаро был приглашён и решил вступить в Кружок Вязания ещё во время оглашения результатов вступительных экзаменов.

— Ты же шутишь, правда? Это же совсем не подходит тебе, — сказал Кендзи и пристально взглянул на тело Котаро. Крупная фигура, крепкое телосложение и большие руки. Кендзи считал, что вязание и рукоделие ни коим образом не подходили Котаро — скорее, он был мастером в порче вещей.

— Вот подожди и увидишь. Я обязательно свяжу тебе шарфик, рано или поздно.

— Прекрати, пожалуйста; это отвратительно… Меня в дрожь бросает от одной мысли об этом.

— Ты прав, я ощущаю то же самое. Тогда просто свяжу один для себя.

Переглянувшись, они кисло улыбнулись друг другу.

— Признай это, твоя цель — красавица-президент клуба, завербовавшая тебя.

— Она тут совсем ни при чём.

— Правда? Не ожидал такого ответа… Я был уверен, что ты хотел пристроиться за президентом кружка… Я ошибался?

Будучи другом детства, Кендзи видел его насквозь.

— Так или иначе, я буду проводить свои юные годы в Кружке Вязания в обществе Сакурабы-семпай.

— Хм, звучит интересно… Может мне тоже стоит присоединиться?

— Брось! Если сердцеед вроде тебя приблизится к Сакурабе-семпай, то она будет запятнана.

— И что это должно значить? Не обращайся со мной, будто с какой-то бактерией!

— Вспомнить только День Святого Валентина, когда ты монополизировал весь шоколад* в классе — другие парни плакали в три ручья.

— Это была не моя вина! — Кендзи вздохнул, в очередной раз услышав тот же аргумент.

— А вот и нет, это полностью твоя вина. Не думай, что такая обида будет легко прощена!

— Но в конце-то концов, почти весь шоколад съел ты! К тому же это правда была не моя вина. Легко отдать шоколад мне, когда косвенно его дарили те-- — Кендзи остановился на полуслове.

— Мм? В чём дело?

— Нет, ничего. В самом деле, я не расскажу тебе.

— Что это должно означать?

— Мы опоздаем, если не поспешим.

— Погоди, с чего это ты помчался?!

И вскоре они оба прибыли на работу.

— Ха!!! — крикнул Котаро, откатив крупный камень.

— Котаро-чан и вправду силач! — Пожилая женщина завязала беседу. Она была одета в сельскую рабочую одежду и держала в своих маленьких руках металлический шпатель.

— Я всё ещё юный, бабушка. Но из-за этого я не так хорош в аккуратной работе, как вы.

— Хо-хо, наверное, так оно и есть. Спасибо за помощь, Котаро-чан.

— Вы всегда угощаете меня конфетами, так что будем равны!

— Как, говоришь? Равноценный обмен?

— Ха-ха, верно… Ладно, я пойду на свой участок. Ещё увидимся, бабуль.

— Ещё раз спасибо!

Котаро расстался со старушкой и направился к своему участку, в нескольких метрах отсюда.

«А теперь…» — оглянувшись на старушку, Котаро увидел, что она присела и мастерком начала снимать почву под ногами — «Хе-хе-хе… Думаю, пора снова взяться за работу. Я не могу позволить себе проиграть бабушке». Закатив рукава, он взял мастерок и начал то же самое.

Котаро работал на раскопках руин. Та старушка была его коллегой. Она часто выручала Котаро, когда он только начинал. Кендзи был занят тем же, но на другом участке, а так как площадь раскопок была велика, то Котаро не мог его видеть.

Руины, раскапываемые бригадой Котаро, обычно называли Руинами Кицусёухаруказе. Они были случайно обнаружены при подготовке к расширению зданий старшей школы Кицусёухаруказе, и, как можно уже догадаться, располагались от неё неподалёку. Школа была в нескольких минутах ходьбы, вверх по склону до середины, Руины же находились на вершине этого склона. Следовательно, пройдя дальше по склону мимо школы, можно было прийти к месту раскопок.

Поначалу, после обнаружения, эти руины были отнесены к позднему периоду эры Яёй*, и ничего ценного обнаружить там не рассчитывали. Единственными находками в начале раскопок были останки, лишь подтверждавшие это предположение. Однако, после изучения находок, руины были признаны бесценными — фактически им было 10 000 лет! Даже обыденные находки имели астрономическую ценность, если им было 10 веков — в то время был ранний период эры Дзёмон*. Керамические и бронзовые изделия образца периода Яёй в возрасте десяти тысячелетий были достаточным поводом для масштабных инвестиций. Это открытие могло перевернуть археологический мир.

Чтобы ускорить работы, нужны были люди, и для этого в больших количествах были развешаны зазывающие плакаты. На предложение откликнулись и Котаро с Кендзи, искавшие в то время подработку, тем более, раскопки были недалеко от их школы.

Сидеть на корточках и медленно снимать грунт слой за слоем было довольно утомительно, однако Котаро, бывший кетчером в средней школе, уже привык к такой позиции. Непривычной поначалу была и сама работа, но спустя месяц Котаро приловчился и к ней. «Сколько ни копай — одна грязь».

По словам археологов, территория, за которую был ответственен Котаро, содержала сооружение, используемое в религиозных церемониях. Однако даже усилиями нескольких десятков человек ничего похожего найти не удалось. «Кажется, что мы одни копаем совсем не в том месте, — с начала раскопок, Котаро не удалось найти ничего, кроме грязи — Участок Маккензи выглядит гораздо интересней, и они уже нашли там кучу всего…». Скучная и однообразная работа утомляла его.

— Котаро…

«Мм?» — Котаро показалось, что он услышал чей-то голос. «Кажется, меня кто-то звал… Думаю, это была Бабушка. Он встал и начал искать источник голоса, но не смог найти никого, кому этот голос мог бы принадлежать. Котаро был один на этом участке, а пожилая женщина была повёрнута к нему спиной. «Показалось что-ли…» — он встряхнул головой в замешательстве, и до его ушей вновь донёсся голос.

— Котаро…

«Это не Бабушкин голос… Кажется, будто он мне уже хорошо знаком… Нет, может быть, я слышу его впервые?»

— Сюда…

«Туда? На ту сторону?.. — услышав голос в третий раз, Котаро смог определить, откуда он доносится. Источник был в лесистой местности примерно в десяти метрах от него — Ну ладно…». Он положил мастерок к ногам и пошёл туда.

«Это один из приколов Маккензи или что-то ещё?».

Котаро был почти уверен в том, что это одна из шуточек Маккензи, поэтому не ощущал какой-либо тревоги. К тому же, в случае, если это была не шутка, то это мог быть кто-то в беде, и поэтому Котаро решил осмотреться поблизости, на всякий случай. «Серьёзно… Завтра мы уже будем старшеклассниками, а он тратит время на шутки… Когда я поймаю его, то заставлю признаться, чей голос он записал!». Не помня его звучания, Котаро решил, что Кендзи записал голос одной из девушек, с которыми он встречался.

«Гм, тут довольно густо…» — Котаро проталкивался сквозь растительность, шурша кустами. Из-за высоких деревьев и разросшихся сорняков, он почти ничего не видел, а дикие кустарники цеплялись за одежду, мешая идти.

— Ау, Маккензи! Ты же здесь, не так ли? Давай, вылезай сюда! — бьющиеся об Котаро ветви кустов начинали его раздражать, побуждая скорее найти Кендзи и уходить отсюда.

— Выходи и расскажи мне, что за девчонку ты подцепил?

Вдруг земля ушла из-под ног у Котаро.

— Ха?!

’’Вот чёрт, яма?!’’

К тому моменту, как он заметил это, Котаро уже был поглощён землёй.

— А-ау!!!

Из-за внезапного удара Котаро вскрикнул, ощутив острый приступ боли в затылке. С одной стороны, яма оказалась не такой уж и глубокой, однако, упав, Котаро ударился головой о камень.

— Аргх, это больно… Это всё из-за Маккензи…

Котаро поднялся, держась за болящую голову. Благодаря крепкому телу, он не получил серьёзных травм, отделавшись лишь шишкой.

«Э? Где это я?». Встав, Котаро огляделся. Даже несмотря на то, что это было дно ямы, непроглядной тьмы не было. Наоборот, было даже немного светло. Освещение походило на таковое от таблички над дверью в тёмном коридоре. Но свет был чересчур ярким, чтобы принять его за исходивший от дыры сверху. «Здесь что-то есть… Похоже, пьедестал и несколько колонн… Даже пол мощёный». Это было таинственное место, размером примерно по 10 метров во все стороны. Прочный пол был образован плоскими плитами, утопленными в землю. На полу стояли семь колонн в человеческий рост, а на вершине каждой колонны находился светящийся шар. Тусклый свет этих шаров и освещал пространство вокруг.

В окружении колонн находился единственный пьедестал. На нём была статуя человека, смотревшая сверху вниз на Котаро. «Это что, те самые руины религиозного сооружения, которые мы ищем?». Статуя на пьедестале выглядела богоподобно из-за света окружавших её шаров. Если бы кто-то сказал, что это храм, то любой поверил бы ему — такое это было загадочное место.

— Котаро…

Голос, звавший Котаро, раздался по всему пространству. «Снова этот голос…»

— Эй, здесь кто-нибудь есть? Зачем вы меня зовёте?

Удивлённый Котаро оглянулся вокруг, но не заметил ничего движущегося. Единственным, кто двигался, был сам Котаро…

— Котаро, я ждала тебя всё это время…

— Ждала? Где ты?! Кто ты?! — даже Котаро теперь не верил, что это могла бы быть одна из шуток Кендзи. Он чувствовал сомнения насчёт загадочного голоса, но не высказывался вслух.

«Вау, ч-чего?!»

Внезапно статуя на пьедестале начала светиться. Однако это был не свет, исходящий от шаров — статуя начала светиться сама. Слабый и еле заметный поначалу, свет вскоре стал довольно ярким.

— Прошли бессчётные дни и ночи; нескончаемый цикл Луны и Солнца. Сколько же я мечтала об этом моменте…

— Статуя? Это ты говоришь?

Другой свет отделился от статуи. Выглядев обычно поначалу, он постепенно начал принимать форму.

— Я не статуя, это лишь одно из подношений, дарованных мне. Хоть её чистота и позволила мне использовать её для концентрации моей силы, это не я.

В конце концов свет приобрёл человеческую форму. Это выглядело почти, как если бы сама статуя превратилась в человека.

— …Котаро, мы наконец-то встретились…

— Девушка?..

Свет перекрыл статую, обнаруживая фигуру молодой девушки со спокойными и нежными глазами.

↑Традиционно в Японии, в День святого Валентина девушки дарят шоколад парням, которые им нравятся. Также есть и обычный шоколад, который дарят друзьям и членам семьи. Спустя месяц, 14 марта, проходит Белый День, когда парни отвечают на подарки, обычно в виде печенья.

↑Японский железный век, как правило, период с III в. до н. э. по III в. н. э.

↑Доисторическая Япония, XIII—III вв. до н. э.

Вторжение

Сверху падал белый свет.

«Ч-что?!»

Проснувшись, Котаро обнаружил себя в лежащем положении, уставившемся на люминесцентные лампы на потолке.

— Почему я лежу? И где я?

— Наконец-то проснулся?

Чтобы привыкнуть к свету, Котаро проморгался, и перед ним прояснилось лицо Кендзи.

— Маккензи?

— Не выгляди так удивлённо. Я до чёртиков испугался, когда услышал, что ты внезапно свалился на работе.

— Я свалился?

— Ага, поскользнулся и упал. Видимо, там же ты и набил шишку на затылке.

— Ай, и вправду шишка.

Потирая голову, Котаро осмотрелся вокруг и обнаружил, что он лежит на больничной койке.

— Если я правильно помню, там, где раскапывала Бабушка, был большой камень… — Котаро вспоминал, что происходило перед тем, как он очнулся в больнице.

— Пожилая женщина тоже беспокоилась о тебе.

— Позже обязательно передам, что со мной всё в порядке… Итак, сдвинув камень, я пошёл обратно к своему участку…

Котаро замолчал в раздумьях, и затем продолжил.

— И что произошло после?

— Зачем спрашивать меня? Наверное, ты поскользнулся и упал там; тебя нашли в центре участка раскопок.

— Хмм…

Котаро склонил голову и задумался.

— Чего?

— Хмм… Вроде бы произошло что-то ещё, но…

Котаро чувствовал, что что-то не так, но шишка на затылке и то, что его нашли посреди участка, делали умозаключение Кендзи вполне вероятным. Однако это объяснение не удовлетворяло Котаро.

— Не глупи. Может, тебе это приснилось?

— Хмм…

Пока Котаро сидел скрестив руки и пытался вспомнить больше, в палату, толкая перед собой тележку, вошла ответственная за на него медсестра.

— Ох, ты проснулся.

— Благодаря вам.

Уже знакомый с ней Кендзи слегка кивнул.

— Хи-хи, тебе стоит быть признательным своему приятелю, — улыбающаяся сестра глянула на лицо Котаро.

— Признательным?

— Да, Кендзи-кун всё это время сидел возле тебя с беспокойным видом.

— М-мисс?!

— Не нужно смущаться, Кендзи-кун, это так мило с твоей стороны. Или, может быть, вы двое встречаетесь?

— Ни в коем случае… — холодно отверг он.

— Вообще-то, да. Мы двое — возлюбленные.

Зато Котаро быстро согласился с этим.

— Так вы действительно встречаетесь! Э-эй, а кто из вас снизу?!

— Эй…

— Идиот!

Чтобы заткнуть его, Кендзи ударил Котаро.

— Ау!

— Прекрати это, Кендзи-кун! Нельзя вот так бить своего возлюбленного по голове!

— Пожалуйста, прекратите говорить такие ужасные вещи!

Довольная реакцией Кендзи, медсестра указала на бинты на голове Котаро.

— Хи-хи, прости меня. Но, как видишь, Котаро травмирован, так что не бей его слишком.

— Мне жаль. Моя вина, Коу.

— Не беспокойся об этом.

— Так, с этим разобрались… Держи, Сатоми-кун, — сестра достала из тележки градусник и протянула его Котаро. — Сможешь измерить температуру? Просто, на всякий случай.

— Да, конечно.

— Как закончишь с этим, то можешь идти домой, но если ты заметишь какие-нибудь изменения в теле, то ты должен вернуться, ладно?

— Понял.

— Хорошо, оставлю прочее тебе, Кендзи-кун. Пожалуйста, передай карту в регистратуру по пути домой.

— Понятно. Спасибо вам.

— Тогда до свидания, вы двое.

Улыбаясь, медсестра помахала им рукой и повернулась спиной, проследовав к другому пациенту.

— Эй, Маккензи.

— Хм? — листавший карту Кендзи поднял взгляд.

— В этот раз ты нацелился на медсестру?

— Идиот!

Уже замахнувшись, Кендзи вспомнил слова медсестры и сдержался, лишь вздохнув.

— Аж не верится…

— Прости, прости.

Ухмылявшийся Котаро поставил градусник подмышку.

Покинув палату, Котаро прошёл мимо регистратуры, оставив её на Кендзи, и направился в больничную аптеку. Его травмы не ограничились одной только шишкой, так что на всякий случай Котаро пошёл за лекарствами, которые могут понадобиться.

«Здесь…», — он проследовал в направлении, указанном на висевшей в углу коридора табличке.

Аптека находилась в конце прямого коридора, но Котаро остановился, не доходя до неё. В окне он случайно заметил знакомое лицо.

«Сакураба-семпай… Что она делает в таком месте?»

Котаро увидел фигуру президента Кружка вышивания. Она сидела на скамейке в больничном дворике, чем-то занятая.

«Хмм…»

Решив оставить аптеку на потом, Котаро миновал стеклянную дверь и двинулся во двор.

Весеннее, ещё не тёплое солнце сияло, освещая внутренний дворик. Окружённый больничными стенами, он был защищён от ветра и поэтому являлся для местных детей любимым местом для каждодневных игр. Но несмотря на это, в момент, когда вошёл Котаро, дети безмолвно сидели на дорожке и внимательно слушали сидевшего на скамейке человека. Это была молодая девушка, одетая в кардиган поверх пижамы. Она была на год старше Котаро, но белоснежная кожа и тонкая фигура делали её ещё моложе.

Её звали Сакураба Харуми. Она была президентом Кружка вышивания, к которому присоединялся Котаро.

— И Северный Ветер сказал: «Своей силой я сдую одежду с путников! Я докажу, что я сильнее, чем Солнце».

В данный момент она была в процессе громкого чтения вслух для детей вокруг. Книга была раскрыта на её коленях, а сама она рассказывала со спокойным и нежным выражением.

— Однако, Солнце было не победить. Оно сказало Северному Ветру… Ох? Эй, кто это нарисовал на странице?

«Хироми, разве это была не ты?» — «Это не я!» — «Это Сая-чан, я видел её!»

— Это правда, Сая-чан?

— …Д-да…

— Ясно… Ты не должна была так делать, Сая-чан. Эта книжка принадлежит всем.

— Да… Простите.

— Хорошо. Я не буду злиться если вы знаете, что поступили плохо, и сожалеете об этом.

Лица Харуми и детей приняли яркие выражения. Котаро нашёл довольно освежающим вид прилежной, улыбающейся Харуми, разговаривающей с детьми.

Лучше не стоит её беспокоить…

Он решил не звать Харуми, и вместо этого присел позади ряда детей. По счастливой случайности, она не заметила его.

— Сестричка, продолжай!

— Хорошо, сейчас.

«Я уверена, вот тут Солнце отбивается!» — «Как там говорили по телевизору?» — «Мази-и-ила, мимо-мимо-мимо!» — «Так ему!».

— Слушайте все, вы ещё не должны смотреть такие передачи! И не становитесь такими же, когда вырастете, ладно?

— Ла-адно.

Хех… Семпай может делать и такое лицо…

Глядя на детей, играющих с Харуми, Котаро вспомнил о том, как познакомился с ней.

Впервые Котаро и Харуми встретились почти месяц назад, 1 марта. В этот день Котаро пришёл в школу чтобы узнать свои результаты вступительного экзамена. Погода стояла облачная и, вопреки началу весны, холодная.

— Футбольный Клуб приглашает новичков, мы ищем свежей крови!

— Школьный хор ищет добровольцев! В прошлом году мы взяли серебро в хоровом турнире, а в этом году нацелены на золото! Вы нужны нам!

— Мы не просто толстяки, мы толстяки, которые могут двигаться! Мы ищем тех из вас, кто обеспокоен своим весом! Добро пожаловать в Клуб Сумо!

— Кыш отсюда! Мы, Клуб Карате, здесь настоящие силачи! Брысь, и прихватите свои животы с собой!

— Это ещё что?! Ну-ка повтори!

Несмотря не погоду, школьный двор Кицусёухаруказе был разогрет горячей кровью вербовщиков. Это была битва за новых участников. В Кицусёухаруказе клубная деятельность была предметом активного участия. Более того, проводилось множество клубных мероприятий. По сути, эта деятельность стала обычной частью школьной жизни. Чем больше участников было в клубе, тем больше власти он имел в школе — вот почему каждый клуб отчаянно пытался набрать как можно больше людей. С каждым годом вербовка проводилась всё раньше и раньше, и, в конце концов, она стала начинаться в день оглашения результатов экзаменов. Мирно выжидая до вступительной церемонии, клуб рисковал остаться без новых членов. В результате школьный двор был заполнен вербовщиками, старающимися завлечь поступивших и ослабивших бдительность первокурсников.

— К-кружок Вязания приглашает… Не хотели бы вы вступить в Кружок Вязания? — одной из них была Харуми. — Ах… Прошу, только послушайте, пожалуйста…

Однако, привлечение шло не так уж хорошо. Кружок был небольшим, а вербовщица — Харуми — стеснительной и замкнутой. Её слабый и тихий голос растворялся в окружающей атмосфере хаоса.

— Эй, если я присоединюсь к Кружку Вязания, ты будешь встречаться со мной?

— Ум, это бы… Затруднительно…

Харуми была не в состоянии найти тех, кого бы желала видеть в клубе — единственными, чьё внимание она могла привлечь, были лишь никчёмные люди, заинтересованные исключительно в её внешности.

— …Хмм?

То, что её заметил Котаро, было просто совпадением. Он проходил неподалёку, когда тихий и жалобный клич о помощи Харуми достиг его ушей. Если бы тогда она зазывала так же, как и все, то он, наверное, и не заметил бы её.

— Пожалуйста, прекратите! Пустите!

— Тебе нужны люди, а мне нужна ты. Это взаимовыгодно, не находишь?

— Кружок создан не для таких вещей!

— У вас недостаток участников, не так ли? Взгляни в лицо реальности!

— Нет! Пусти меня!

Стойкий неряшливый парень и бессильная небольшая девушка, пытающаяся от него вырваться.

Девушка зазывала новых участников в клуб, а парень пытался к ней подкатить.

Определив серьёзность ситуации с одного взгляда, Котаро направился к ним.

Ты хотя бы думаешь, что творишь? Вот блин…

Эгоистичные предлоги парня раздражали Котаро.

— Добро пожаловать! Боже мой, какой красивый мужчина~

Котаро заговорил ярким женским голосом и обнял парня.

— Ч-чего?!

— Ты же вступаешь в наш клуб, не так ли? Я так рад, ты в моём вкусе!

— П-пусти! Ты кто?!

Удивлённый внезапным объятием, парень выпустил руку девушки. Заметив это, Котаро продолжил говорить с ним, отводя от девушки.

— Ах, а мне казалось, что ты хотел встречаться со мной?

— Д-да кто захочет встречаться с кем-то вроде тебя?!

— Ты хочешь кого-то, а я хочу парня. Это взаимовыгодно, не находишь?

— Это безнадёжно! Пусти меня, урод!

— Не будь так груб♪

Котаро плавно развернул и отпустил его.

— Так ты вступаешь, верно?

— Кто, к чёрту, вступит в этот обыденный, скучный клуб, когда в нём урод вроде тебя!

— Ох, мне жаль это слышать.

— Блин, чуть не блеванул… — бросив эти слова, парень развернулся прочь и убежал.

Начав беседу лишь потому, что заметил милую девушку, он исчез так же быстро, как и появился.

— Сколько же весной идиотов… Надеюсь, он не в моём классе.

Котаро сказал это вздохнув; проблема разрешилась мирно. Даже после того, как парень скрылся из виду, Котаро всё ещё продолжал смотреть в его сторону какое-то время.

— Ум, спасибо тебе большое!

– Ч-чего?! — внезапный голос застал Котаро врасплох, и он издал странный звук.

— Ах, прости, что испугала тебя!

Голос принадлежал девушке, к которой приставал тот парень. Напугав Котаро, она в отчаянии склонила голову.

— Эм, нет, извини, что так испугался. Верно, семпай тоже была здесь… — будучи раздражённым из-за парня, Котаро совсем забыл про неё.

— … Он был упорным. Ты сильно помог.

— К слову, извини. Я немного переборщил и даже прогнал возможного кандидата пока ты здесь набираешь людей.

— Нет, всё в порядке. Этот человек всё равно не был заинтересован в вязании. — девушка наконец-то расслабилась.

В её глазах читалась нежность, а сама она оставляла такое успокаивающее впечатление, что Котаро чувствовал непринуждённость лишь глядя на неё.

— Вязании?

— Да… Я — президент Кружка Вязания.

— Кружок Вязания…

Надпись на столе, за которым сидела девушка, также гласила «Кружок Вязания»

— … Уверена, что это неинтересно большинству парней…

Лицо девушки помрачнело, и она слегка опустила голову. Котаро осознал, что в кружке серьёзно недостаёт участников.

— Верно, даже я…

Котаро было уже кивнул в знак согласия, как вдруг вспомнил о драгоценном недовязанном свитере, бережно хранимом дома.

Если я вступлю в этот кружок, то смогу…

— Извини, Семпай.

— Да?

— Если я вступлю в этот кружок, то стану лучше в вязании?

— Конечно, для этого он и существует. — девушка кивнула.

— Возможно ли, для новичка, связать свитер?

— Уверена, что сначала это будет почти невыполнимо, но если ты будешь продолжать учиться, то конечно.

— Даже с такими руками?

Котаро поднял обе руки и продемонстрировал девушке свои пальцы. Взглянув на руки, девушка кивнула.

— Ты сможешь. В конце концов, тренировки и усилия важнее, чем просто ловкость.

— Это мой конёк — всё же я привык к тренировкам.

После недолгой беседы Котаро сделал свой выбор. Он больше не мог продолжать играть в бейсбол из-за внезапного переезда отца, так что проблем не было.

— Ум, т-ты хочешь вступить? — девушка оживилась, почувствовав, что Котаро может быть заинтересован во вступлении.

— Да, если это не составит проблем, я бы хотел присоединиться. Ты не против?

— Конечно нет! Д-Добро пожаловать! — обрадованная не на шутку, девушка наспех поприветствовала Котаро.

— Сюда, пожалуйста! Т-тут ещё нужно заполнить бланк заявления!

— Конечно.

Котаро последовал руководству девушки.

— Я — Сатоми Котаро. Рад познакомиться.

— Ой, верно же… — смущённая, девушка выдала небольшую улыбку, разросшуюся затем — …Я – Харуми. Сакураба Харуми, глава Кружка Вязания.

Так, Котаро и Харуми впервые встретились.

— Сатоми-кун, если ты был здесь, то следовало сказать сразу…

— Ха-ха, похоже, что Семпаю было весело с детьми, так что я не стал вмешиваться.

Сидя на скамейке, Котаро и Харуми наблюдали за оживлёнными детьми, разделившимися на группы и носящимися по дворику.

— А ты часто бываешь здесь, Сакураба-семпай?

— Да. Ещё с детства у меня было слабое здоровье, поэтому время от времени я ложусь в больницу для наблюдения. Из-за того, что завтра начинается учёба, я хотела убедиться, что всё в порядке.

— И ты играешь с детьми каждый раз, когда приходишь?

— …Да. — взгляд Харуми был спокоен, хотя она и покраснела.

«Сестричка!» — «Он тебя задирает? Нам разобраться с ним?» Дети любили Харуми. Даже из такой небольшой беседы Котаро понял это, и посчитал, что они уже давно знакомы. «Всё в порядке! Это мой друг!» — «О, ладно». — «Замётано!» — «Это взрослый…» — «Взрослый! Взрослый!» Довольные, дети снова начали играть.

— Прости, Сатоми-кун, просто они не привыкли к незнакомым молодым людям

— Всё в порядке. Я твой друг ведь, так?

— …Да, драгоценный друг.

Кивая его словам, Харуми вновь перевела взгляд на играющих детей. В её глазах читалась чрезвычайная нежность. Харуми также любила детей.

— Так почему ты в больнице, Сатоми-кун?

— Разве это так неожиданно?

— Да, ты выглядишь таким здоровым и энергичным.

— Я не болен, а травмирован. Вот, смотри… — Котаро развернулся и показал затылок.

Хотя битны вокруг его головы уже были сняты, шишка и лейкопластырь всё ещё оставались там.

– Ты в порядке? — когда он повернулся обратно к Харуми, её лицо приняло беспокойный вид.

— Это просто шишка и маленький порез. Это мелочь, правда.

— Хорошо… Но как ты поранился? — расслабившись, Харуми выдохнула и слегка качнула головой.

— На самом деле я споткнулся и ударился головой на работе. Хе-хе, думаю, я слишком энергичный.

Котаро говорил весело, с поднятыми плечами, но Харуми обеспокоенно смотрела на его голову.

— …Ты уверен, что ты в порядке?

— Я в норме. В любом случае, не похоже, что я могу стать ещё глупее.

— Если ты так говоришь…

— Хи-хи, не беспокойся так, Сакураба-семпай.

— Травмы головы довольно вредны, знаешь ли. Кроме того, ты всё же ещё и член Кружка.

— Ясно, так тебя волнует клуб?

— Клуб? Нет! Я не… — лицо Харуми вновь покраснело, пока Котаро смеялся про себя.

— Хи-хи-хи, а-ха-ха-ха!

— Ну ты, Сатоми-кун.

Пока Харуми дулась, одна из детей просунула своё лицо между ними двумя. «Ох!» — «Кья-я!» Ребёнком оказалась одна из старших девочек, забравшаяся на спинку скамейки и удивившая Котаро и Харуми.

— Я вас напугала? Ты — парень сестрицы?

— П-парень?! — не привыкшая к таким разговорам, Харуми потеряла дар речи и уставилась в изумлении.

— А-ха-ха, это было бы неплохо, но я не её парень. Если честно, я — её ученик.

— Ученик в чём?

— В вязании. Я начну учиться у неё с послезавтра.

Деятельность Кружка Вязания начиналась на следующий день после вступительной церемонии. Другими словами — в четверг, который был через два дня.

— Ясно… Всё-таки сестричка хороша в вязании. — довольная девочка улыбнулась.

Похоже, что о мастерстве вязания Харуми было известно даже в больнице.

— Эй, Коу! Ты где?! — следом за этими словами у входа во внутренний двор появился Кендзи.

«Ах…», — внезапно, Харуми немного растерялась.

— Маккензи! Сюда! — не заметив этого, Котаро махал рукой, подзывая Кендзи.

— Ты, оболтус, что там с лекарством?

— Вот чёрт, я забыл!

Спрыгнув со скамейки, Котаро побежал в сторону Кендзи.

— Эй, сестрица, — маленькая девочка прошептала это Харуми, гладя на удаляющегося Котаро.

— Да?

— Ты уверена, что он не твой парень?

— Уверена! Он мой одноклассник, и я обещала обучить его вязанию, вот и всё.

— Ты врёшь! Он единственный парень, возле которого ты не волнуешься.

— Э-Это не… — Харуми спешно отрицала это, но девочка была права.

Со дня оглашения Харуми виделась с Котаро лишь несколько раз, так что они не были так уж близки. Обычно в таком случае она бы не могла даже вести разговор.

— Разве нет?

— …Ум… — однако, как это ни странно Харуми совсем не была настороже рядом с Котаро. И сама она также недоумевала из-за этого. — С-Сатоми-кун…

Пока Харуми бормотала его имя, Котаро, добравшись до Кендзи, развернулся к ней.

— Семпай! Я сейчас ухожу, ещё увидимся послезавтра!

— Д-да! Увидимся послезавтра, Сатоми-кун!

— До свидания!

Котаро низко кивнул и покинул двор вмести с Кендзи.

— … — Харуми провожала его взглядом, держа руки перед грудью.

— …Значит, вы не возлюбленные, но он тебе интересен, так? — девочка пришла к такому заключению, наблюдая за её поведением.

— Э-э?!

Лицо Харуми залилось краской, и она потеряла дар речи. Отчаянно ища слова в оправдание, она не могла придумать ничего, что отрицало бы её чувства к Котаро.

— Всё хорошо, это будет наш секрет!

— …

В итоге, Харуми не смогла ничего сказать улыбающейся девочке. Тишина наступила вновь.

— Она ненавидит меня что-ли?

— Чего?

— Когда я тебя позвал, она внезапно разнервничалась, помнишь?

— Правда?

— …Пожалуйста, замечай хотя бы что-то настолько очевидное.

Кендзи кисло улыбнулся Котаро, залезая на свой велосипед; он оставил его в отеле. Обычно он ехал поездом до ближайшей станции, и оттуда добирался на велосипеде к Котаро. Встретившись, они вместе шли в школу.

— Я не знаю, ненавидит она тебя или нет, но, если враг всех женщин вроде тебя приблизится к Семпай, она будет запятнана. Не приближайся к ней. Кыш, кыш!

— Да ладно тебе…

Котаро улыбнулся реакции Кендзи, но вскоре вновь принял серьёзное выражение лица:

— Честно говоря, похоже, что Семпай немного застенчивая…

Котаро подметил это, хотя они и разговаривали всего несколько раз.

— Хмм, похоже, что рядом с тобой она в порядке…

— Всё же, много чего произошло, когда мы встретились.

— А, тот раз, с истинным врагом всех женщин?

— Верно. Похоже, что она благодарна за это, а позже мы ещё случайно встречались несколько раз, так что, скорее всего, поэтому.

Обычно тихая и застенчивая Харуми, наверное, относилась бы к Котаро так же, если бы не события, произошедшие при их первой встрече. По крайней мере, так думал об этом Котаро.

— Вот так вот, так что пока она не привыкнет к тебе, просто держи дистанцию, мистер Враг-Всех-Женщин.

— Ты прекратишь меня так звать?! — обычно Кендзи пользовался популярностью у женщин.

— Просто пойми, что ты будешь отвергнут, Маккензи-кун.

— Ладно, ладно.

Кендзи прекрасно знал, что это просто шутка, и иронично улыбнулся, повернув велосипед.

— Тогда давай, Коу. Завтра вступительная церемония, так что будь уверен, что ляжешь спать рано.

— Понял, понял. Не беспокойся ты так! Я просто отлично проснулся сегодня, знаешь ли.

— Тут ты прав. Тогда увидимся завтра.

— Ага, увидимся.

Кендзи начал ехать в сторону станции, а Котаро вернулся в отель.

Со щелчком замка, дверь в Комнату 106 раскрылась. Хотя сама дверь и выглядела старой, Шизука, как и следует, меняла замок каждый раз, когда въезжал новый постоялец. Будучи хорошо ухоженной, дверь открылась бесшумно.

«Я дома…» — сказал Котаро, входя безлюдную комнату.

Возвращаться в пустой дом и вправду скучно.

Вдруг, в голову Котаро пришла мысль о его матери. Это была сцена, которую он видел каждый раз приходя домой, вплоть до последних нескольких лет.

— Наконец-то ты вернулся, твердолобый!

Однако, из глубины номера раздался голос, прервав ностальгический момент. «Что?!» — Котаро быстро сбросил обувь и направился во внутреннюю комнату.

— Вчера ты ни на что не обращал внимания, но сегодня я уж точно тебя прогоню!

Во внутренней комнате Котаро увидел девочку, одетую в летнее платье. Она выглядела на несколько лет моложе него, и по её скромному телу можно было догадаться, что она — младшеклассница.

— План Первый! Начать шум ещё с вечера!

Котаро не был уверен, заметила ли она его — она начала бить по столу обеими руками, стоя посреди комнаты.

— Чего?.. — бегая туда-сюда по комнате, девочка пылко лупила по мебели и ящикам, оставляя Котаро в недоумении.

Что эта девочка делает?

Котаро был слишком удивлён тем, что она делала, чтобы думать о том, как она попала сюда.

— Было глупо пытаться испугать этого твердолобого человека ночью! Начать шум, пока он не спит — я сегодня в ударе!

Девочка бродила по комнате, сокрушая всё, что попадалось под руку.

— Как насчёт того, чтобы испугаться, твердолобый человек? Это ведь паранормальное явление!

И, наконец, девочка повернула голову к Котаро, уставившемуся на неё в изумлении; их глаза встретились.

— …

— И поэтому ты сбежишь прочь!

— …Хм?

Девочка прекратила бить мебель.

На какое-то время они уставились друг на друга.

— …

— …

— …Что ты здесь делаешь?

Котаро первым нарушил тишину. Он указал на неё, сложившую руки вместе, и, опешивши, задал вопрос.

Устав, придя домой и обнаружив девочку, исполняющую сумасшедшие танцы, любой бы чувствовал то же.

— Э-э-э?! — её глаза широко раскрылись в удивлении. — Э-эй, ты! Ты меня видишь?!

Девочка наклонилась вперёд и приблизилась к нему лицом.

— Конечно я тебя вижу. О чём ты вообще говоришь?

— Ты не просто видишь, но и слышишь меня тоже?!

— Прекрати нести чепуху и…

Не понимая, о чём говорит девочка, Котаро склонил голову в растерянности.

— Потому что вчера ты не мог меня видеть и не слышал мой голос!

— Ха? — её заявление оставило Котаро без слов, он был в замешательстве.

— Как я и говорю тебе! Что бы я не делала, ты совсем ничего не замечал – вот, что я говорю! Но почему же ты можешь видеть и слышать меня сегодня?!

— Стой, подожди, объясни нормально! Я ничего не пойму если ты будешь так говорить. Но для начала – кто ты? Как ты сюда залезла?!

— Меня зовут Хигасихонган Санаэ, и я живу в этой комнате! Я никак сюда не залезала, это ты пришёл ко мне!

— А? Живёшь здесь?.. Минутку…

— Ч-чего ещё?

Котаро оставил озадаченную девочку позади и открыл дверь чтобы взглянуть на табличку.

«Комната 106, Сатоми Котаро».

– Всё же я в правильном номере…

Удостоверившись, Котаро быстро вернулся во внутреннюю комнату. Он немного беспокоился, что случайно зашёл не в тот номер.

— Это моя комната. Я тот, кто арендует её у Хозяйки!

— Это моя комната! Я всегда здесь жила, так что проваливай!

— Я плачу за неё, так почему же я должен покидать собственную комнату!

— Заткнись, заткнись, заткнись! Если я не здесь, то мама и папа будут беспокоиться!

Разговор зашел в тупик.

— …Хмм…

Встревоженный Котаро попытался собрать ситуацию воедино. Собрав руки вместе, он проматывал в голове приведшие к этому события.

Я возвращаюсь домой, и нахожу какую-то девочку, которую никогда не видел раньше. Она настаивает на том, что эта комната давно уже принадлежит ей. Однако, её не было заметно вчера. И вряд ли хозяйка сдала бы одну комнату двум людям сразу…

— А значит, эта девочка…

— Ч-чего это ты на меня так уставился?

Для Котаро она была просто кем-то, кто проник в его номер без разрешения. К тому же, её объяснение не внесло ясности — так как он ни разу не видел её за вчера, то был уверен, что она просто выдумала всё это. Она была просто соседским ребёнком, который нашёл незапертую дверь и решил там поиграть — к такому заключению пришёл Котаро.

— Ладно, — сделав выводы, Котаро сразу же начал действовать. — Без проблем, без проблем.

— Кья-я!!! Что ты творишь?!

Котаро поднял её на руки и направился к двери.

— Дети уже скоро должны ложиться спать, так что поскорее иди домой!

— Пусти! То, что я ребёнок, ещё не значит, что ты можешь так просто…! Стой, ты касаешься меня! Как?!

— Никаких ‘как’ или ‘что’! Иди домой!

— Но вчера ведь ты не мог прикоснуться ко мне! Ты просто проходил насквозь!

— Это бессмысленно, так что просто иди домой. Сегодня много чего произошло, и я устал.

Котаро вышвырнул девочку и закрыл дверь. «Хмм, допустить, чтобы кто-то вошёл вот так просто… Нужно будет теперь проверять дверь перед уходом». Услышав щелчок, Котаро убедился, что закрыл дверь, и, вздохнув, направился во внутреннюю комнату.

— Да что это ты вообще вытворяешь?!

— Э?

Однако, во внутренней комнате он нашёл ту же девочку, которую только что проводил. Её лицо пылало от злости, и она сердито направилась к Котаро, но, будучи ребёнком с довольно милым лицом, она не смогла его испугать.

— Снова ты? Как ты сюда пробралась?

Котаро моментально взглянул на окно, но оно оставалось закрытым. К тому же, за такое малое время она бы не успела обежать вокруг дома.

— Я прошла через стену, очевидно же. — Ты прошла сквозь стену?

Котаро пристально посмотрел на стенку за девочкой, но там был лишь один только недавно повешенный белый гобелен.

— Я не вижу никаких дыр…

— Конечно! Я же при--

— Я понял! Это такой фокус, да?!

Глаза Котаро засверкали. Он видел по телевизору фокусников, проходящих сквозь стены, и поэтому ошибочно решил, что она — одна из них.

— Э?

— Ещё раз! Покажи ещё раз!

— Кья-я!!! О-Опять?! Как ты можешь меня касаться?! Никто раньше не мог этого!

— Давай, не будь занудой. Сделай это ещё раз!

Девочка вновь была поднята в воздух.

— Кья-я!!! Просто выслушай меня уже!

— Давай-давай!

Однако, Котаро совсем её не слушал. Он был убеждён, что она – фокусник-вундеркинд.

— Кья-я!!!

— Прошу тебя!

Котаро выбросил её и закрыл дверь на замок снова, с азартом ожидая того, как она вернётся внутрь.

Однако, произошло что-то неожиданное.

— Ты можешь это прекратить!!!

— Ого-о!

Внезапно, на двери выступило лицо девочки. Это было почти, как если бы открылось отверстие как раз для её лица.

— Тебе часто говорят, что ты не умеешь слушать, так ведь?!

— К-как тебе, почему ты...?!

И, на глазах у Котаро, тело девушки прошло сквозь дверь.

— А ну-ка подвинься!

— Кья-я!!! Опять?!

Котаро оттолкнул девочку и осмотрел дверь. Однако, на ней не было ни единой царапины — ничего, что позволило бы девочке пройти сквозь неё.

— Как ты это сделала?!

— Получилось! Ты удивлён! Вот, чего я ждала!

Котаро наконец-то отреагировал так, как она хотела. Это доставило ей огромное удовольствие, и на её лице возникла улыбка.

— …Ох, верно, не стоит увлекаться.

— Да кто же ты? Как ты вошла?

Девочка растянула улыбку до ушей.

— Я же ведь говорила тебе, так? Я прошла дверь насквозь, и я — Санаэ. Хигасихонган Санаэ.

— Санаэ?..

— Я — призрак, что обитает в этой комнате.

Эти слова девочки удивили Котаро даже больше, чем её проход сквозь стену.

— Чего-о-о?! Призрак?!

— Не верится, правда? Но ведь обычный человек так не может!

— Т-ты летаешь?!

— Конечно я летаю, в конце концов, я же призрак, — Санаэ подлетела к потолку и со смехом взглянула вниз на удивлённого Котаро.

Будучи незаметной для Котаро всё это время, теперь она была очень рада.

— Призрак… Я слышал рассказы от Хозяйки, но подумать, что ты существуешь…

Конечно, Котаро слышал о призраке, но не думал, что сам встретится с ним. Однако теперь прямо перед его глазами была Санаэ, и у него не оставалось выбора, кроме как поверить в это — обычный человек не может проходить сквозь стены или летать по воздуху.

— Так, значит, ты и есть тот призрак, что появляется в этом номере?

— Ты наконец-то понял! Верно, я настоящий хозяин этой комнаты.

— Что означает, что это ты прогнала всех предыдущих постояльцев?

— Верно! Всё же, это мой дом.

Санаэ приземлилась на пол.

— …Ты же призрак, так почему у тебя есть ноги?*

— Какая разница? Это не то, что должно тебя удивлять!

— Даже если ты так говоришь… Я могу видеть, слышать и прикасаться к тебе, знаешь ли. Пока ты не прошла сквозь стену, я думал, что ты просто какой-то ребёнок.

Из-за этого Котаро совсем не волновался. В конце концов, она выглядела прямо как обычная девочка.

— В-вот это я и хочу узнать! С чего это ты теперь можешь чувствовать меня?

— О чём ты говоришь?

— Вчера, когда я стояла прямо перед тобой или кричала прямо в ухо, ты совсем не замечал меня! Я даже прошла сквозь твоё тело, когда попыталась схватить тебя.

— Даже если ты спрашиваешь меня…

Другими словами, Санаэ была в комнате с Котаро ещё со вчерашнего дня, постоянно наблюдая за ним.

— …Я тоже этого не понимаю. Единственное необычное событие, произошедшее сегодня, было в том, что я упал и ударился головой, — Котаро развернулся и указал на пластырь на затылке.

— Ты ударился головой и теперь можешь видеть призраков? Прекрати нести чушь!

— Не хочу это слышать от тебя, Паранормального явления!

— Ум-м… — вспомнив, что это она здесь белая ворона, Санаэ слегка отпрянула. — Это не важно! Теперь, когда ты можешь меня слышать, перейдём к делу!

— Да ты сама это и начала…

— Заткнись! Заткнись!

— Так в чём дело?

Слова Котаро успокоили Санаэ, и она продолжила:

— Очевидно же! Это мой дом, так что убирайся!

— Я вижу… смелое заявление.

— Оно ничуть не смелое, это естественно.

После этих слов вокруг неё начали потрескивать несколько маленьких «молний», как будто она их выпустила сама.

— А что если я откажусь?

— Тогда я сделаю то же, что и всегда…

Когда Санаэ протянула свою руку в сторону Котаро, на кончиках её пальцев можно было заметить подозрительный мерцающий заряд. Это было то, что называют блуждающим огоньком, однако Котаро не знал об этом.

Эта девочка хочет сразиться, хах…

Котаро уловил жажду Санаэ к битве и пригнулся, приняв стойку.

— Сегодня я в форме, так что когда этим в тебя попадёт, одним удивлением ты не отделаешься!

Заряд на кончиках пальцев Санаэ обрёл форму шара и увеличился в размере из крохотного, со светлячка, до диаметра бейсбольного мяча.

Не хотелось бы попасть под удар этим…

Котаро не знал, что это был за свет, но инстинктивно почувствовал опасность и сглотнул слюну.

Пускай она и призрак, я всё же могу её коснуться, а это значит, что у меня есть шанс.

Обычно быстро ввязывавшийся в драку, Котаро стиснул кулаки подготавливаясь.

— …Вот совпадение, я сегодня тоже в хорошей форме.

— Ясно, какое совпадение… Хи-хи-хи, а-ха-ха-ха!

— Ва-ха-ха-ха-ха!

Смех и напряжение заполнили комнату.

Битва должна была вот-вот начаться.

Шум проехавшего мимо отеля грузовика послужил сигналом к началу битвы, и двое начали двигаться.

— Выкуси~! — Санаэ швырнула светящийся шар в Котаро.

— Уах?!

Однако Котаро быстро присел, и шар прошёл там, где только что было его лицо. Шар попал в стену и исчез, оставив за собой похожий на громкий хлопок звук.

— Ах ты ж, ловкий мерзавец!

— И это ещё не всё!

Бросившись в сторону Санаэ, Котаро быстро настиг её в этой маленькой комнатке. Он взмахнул правой рукой.

— Кья-я!!!

Однако, Санаэ уклонилась от атаки удобным для призрака способом — пройдя сквозь стену позади себя. Из-за этого единственным, до чего мог дотянуться Котаро, были кончики её волос.

— Верно, ты — призрак. Но я задел тебя, и я всё ещё способен на это!

Сразу после заявления Котаро в комнату вновь вернулась Санаэ.

— Это же опасно!

— Кто бы говорил!

— Это естественно для призрака атаковать жильцов! Отбиваться против правил!

— Как будто мне не всё равно!

— Проваливай или отхвати!

— Ни за что! Я наконец-то нашёл жилище!

Котаро не хотел и дальше обременять отца, итак вырастившего его в одиночку. А так как аренда стоила всего 5000 йен, Котаро мог обходиться одной лишь подработкой.

Единственной проблемой был призрак, смеющийся перед его глазами.

Варианта «просто уйти» у него не было.

— Как будто я сбегу из-за одного призрака! Мне нужна эта комната чтобы жить полноценной жизнью старшеклассника!

— Мне всё равно! Выметайся! Это мой дом!

Руки Санаэ начали сиять, и над каждой появился шар из света. Было ясно, что она собирается бросить оба из них в Котаро.

— Итак, наконец-то ты стала серьёзна… — Котаро принял стойку.

— В этот раз будет не так, как прежде!

Сейчас шары в её ладонях были немного больше, чем раньше. Из-за размера и мощи уклониться от этих двух станет гораздо сложнее.

Как и сказала Санаэ, риск возрос.

— Будто бы я это позволю!

Если дело в этом, то мне просто нужно удержать ее от нападения!

Котаро быстро принял решение и бросился к Санаэ, протягивая свою руку.

— Кья-я!!!

— Пойма-а-ал! — правой рукой он схватил Санаэ, заставив блуждающий огонёк выпасть из её руки на пол.

И вновь, упав на пол, шар растворился с громким хлопком.

— Эти штуки не только для метания!

Пока Котаро наблюдал за одним падающим шаром, Санаэ замахнулась в него другим. Котаро было попытался увернуться, но не успел — шар столкнулся с ним и исчез, как и два предыдущих. Однако на этот раз шар сильно зацепил Котаро — его будто бы ударило током.

— Я сделала это! Не знаю почему, но я сегодня в лучшей форме!

— Ух! — отброшенный ударом Котаро приземлился на седалище.

— А теперь завершающий!

Перед лицом упавшего Котаро Санаэ создала ещё две светящиеся сферы.

— С поражением на лице, тебя заберут в больницу, а я смогу вернуть свою комнату!

— Т-ты, эгоистка…!

Котаро всё ещё был оглушён ударом и не мог двигаться. Тем временем, Санаэ соединила два заряда, образовав один большой шар.

Всё, что оставалось Котаро – лишь наблюдать.

— Если бы ты просто ушёл, всё бы не закончилось вот так♪

Шар, который Санаэ держала над головой, рос, и теперь почти достигал размера футбольного мяча. И если прежнего было достаточно, чтобы оглушить Котаро, то мощь этого не нуждалась в объяснении.

— Это плохо! Меня ж так прибьёт!

Котаро взял себя в руки – это всё, на что он был способен перед лицом грядущей атаки.

— Мва-ха-ха-ха!

Однако, победный смех Санаэ прервала маленькая вспышка возле её ноги.

— Кья-я!!!

Отправленная в полёт взрывом, Санаэ упала, а её голова прошла сквозь стену. В это же время шар, который она сделала, с громким хлопком столкнулся со стеной. Видя это, Котаро почувствовал, как мурашки пробежали по его спине.

— А-я-я-яй…

Санаэ достала голову из-за стены и немного потрясла ею – на этот раз оглушило её.

— …На что она наступила?

Котаро заметил, как что-то взорвалось, когда Санаэ наступила на это. В поисках этой вещи, Котаро достиг того места, где она стояла.

— Ясно! Она наступила на это!

‘Успешные роды’ ‘Удача в учёбе ’ ‘Безопасность в пути’

Найденные предметы оказались кучкой оберегов, подаренных ему бабушкой. Их уже достали из коробки и оставили на полу, где на них и наступила Санаэ.

— Точно! Ты же призрак, так что талисманы — твоя слабость! — Котаро поднял их. — Ва-ха-ха! Теперь то я возьму реванш!

— Гм!

Поднявшись, Санаэ посмотрела на амулеты в его руке.

— Подумать, что у тебя были такие вещи…

— У меня такого добра много! От браслетов до Манеки Неко* — в этой комнате таких вещей с избытком!

Бабушка присылала ему не только амулеты — когда Котаро сдавал вступительный экзамен, она отправила целую кучу таких оберегов.

— Гм, насколько же ты праведный?!

— Ха-ха-ха! Это всё из-за моих добрых дел! Бог всё видит!

Котаро протянул амулеты к Санаэ, медленно приближаясь. Будучи в наступлении всё это время, теперь она постепенно теснилась к выходу с недовольным видом на лице.

— Йех! — Санаэ швырнула три огонька в Котаро.

— Бесполезно!

Коснувшись оберегов в его руках, огоньки пропали, будто бы расплавившись.

— Они не действуют?!

— Глупенькая, конечно же талисману нипочём атака призрака. Не недооценивай оберег «Для защиты семьи»! — ухмыльнувшись, Котаро вновь продолжил двигаться. — Теперь твой черёд уходить, призрак!

— Ни за что не уйду! Я непременно должна ждать здесь!

— Даже так, я — победитель!

— Ещё нет!

Со вскриком Санаэ вещи поблизости поднялись в воздух: картонная коробка, словарь, сумка с мелочами. Эти предметы начали парить в воздухе, кружась вокруг неё.

— Как насчёт этого? Парапсихическая атака!

— Ух! — окружающие Санаэ предметы посыпались на Котаро — амулеты не имели на них никакого воздействия.

Котаро пригнул голову и попытался увернуться, но часть предметов врезалась в него.

— Ау! Что ты творишь?!

— Нья-ха-ха-ха! Похоже, это действует!

— Если ты попадёшь прямо в меня, то я помру!

— Глупенький, это я и пытаюсь сделать!

— Чёрт возьми!

— Ещё разок! — Санаэ вновь подняла лежащий рядом багаж в воздух.

— Как будто я и дальше потерплю это! — Котаро схватил свою заветную биту, оказавшуюся перед ним, и приготовился защищаться.

— Как долго ты рассчитываешь выдержать под моим обстрелом в этой тесной комнате?! — Санаэ отправила несколько вещей в Котаро.

— Хм! — махнув битой, он отбил атаку. — Слишком медленно, призрак! Похоже на то, как будто бы они летают в замедленном виде.

— Чтоб тебя! — Санаэ подняла ещё несколько вещей в воздух.

Снова пять… — в воздухе находилось столько же предметов, сколько и при прошлой её атаке — Похоже, что пять предметов за раз — её предел…

Не теряя осмотрительности, Котаро приготовился к следующей атаке.

— Хм?

В это время словарь, парящий справа от Санаэ, упал на татами.

— Это…

За упавшим словарём Котаро обнаружил статуэтку Манеки Неко, лежащую на полу. Ему показалось, что словарь упал от того, что подлетел слишком близко.

Думаю, стоит попробовать

Приняв решение, Котаро вырвал один их амулетов, которые он держал с битой (им оказался амулет «Успешные роды»), и бросил его в Санаэ. В попытке защититься она сгребла парящие вещи перед собой. Амулет столкнулся с этим импровизированным щитом и упал на пол.

— Не удивляй меня так!

— Ты будешь удивлена ещё больше этим! — Котаро тут же рванул за Манеки Неко.

— Ч-что?!

— Вот он! — Котаро протянул статуэтку к Санаэ, и они встретились глазами.

— Кот?

— Взгляни вокруг!

— Ах?! — предметы, кружившие вокруг Санаэ, упали один за другим.

— Похоже, что возле него ты не можешь заставлять предметы летать!

— Талисман?!

Санаэ стиснула зубы в недовольстве и поспешила ко входу, где багаж вновь окружил её.

— А что, если я нападу на тебя отсюда?! — она отправила пластиковую коробку для салфеток в Котаро.

Хотя Санаэ и бросила лишь один предмет, летел он на очень высокой скорости.

— Бесполезно!

Даже так, по мере приближения к своей цели коробка начала клониться к земле. «Почему?!». Долетев до Манеки Неко, она потеряла всю свою мощь и, достигнув Котаро, безвредно отскочила от него.

— Теперь поквитаемся вновь, призрак! — полный уверенности, просмеялся Котаро.

— Ч-чего!? Я ещё не проигрываю!

— Ни одна из твоих атак не достигнет меня, а я всё ещё могу атаковать тебя, — Котаро выставил Манеки Неко и амулеты перед собой.

— Гм! Это не важно пока я буду держать дистанцию!

— Тогда ты ни за что не сможешь выселить меня, как ни старайся. Я победил, призрак! — Котаро триумфально провозгласил свою победу. — …Эй, у тебя больше нет шансов, так что просто сдайся и уйди. Или ещё лучше, растворись.

— Ни за что! Почему я должна сделать что-то вроде этого? Уходи ты!

Котаро уплотнил оборону в лице Манеки Неко; двое вступили в противостояние.

Им обоим не хватало критического удара. Каждая атака Санаэ была остановлена Манеки Неко. Своей парапсихической атакой она могла задевать его мелкими вещами, но урон от этого был ничтожный. Большие и тяжёлые вещи нейтрализовались Манеки Неко прежде, чем могли нанести какой-либо вред. Да и сама Санаэ не могла приблизиться к статуэтке, что означало невозможность прямой атаки на Котаро.

В то же время, Котаро не был способен победить Санаэ. Он мог прикоснуться и даже схватить её, мог отбросить в сторону, кинув амулет. Однако Санаэ могла проходить сквозь стены, что делало все его атаки бесполезными. И так как она не могла приближаться к Манеки Неко или к амулетам, то двигалась вдвойне быстрее.

И самое главное — Котаро не знал ни одного способа заставить её исчезнуть. Сколько раз он не выбрасывал её из комнаты или сбивал с ног амулетами, она просто возвращалась.

— Да зачем тебе вообще нужен этот номер?!

— Какая разница! В любом случае, я не намерена уходить! Это мой дом! — Санаэ бросила смятую бумажку в Котаро, но он легко поймал её и кинул обратно.

— Блин, ты прямо как ребёнок.

— Нельзя быть призраком, не ведя себя по-детски!

— …Впечатляющий аргумент.

— Не держи меня за дуру!

— Ты сама так сказала!

И вот так, они разделили комнату пополам и продолжили перебранку. Время от времени один бросал мятый комок бумаги в другого, но серьёзные атаки прекратились.

— Раз уж всё пришло к такому, то пусть это станет испытанием духа! Я буду преследовать тебя пока ты не сдашься и не дам спать ночью тоже.

— Вперёд, если думаешь, что сможешь! Я был закалён бейсболом и мой дух неукротим. Тем более, невозможность спать относится к обеим сторонам!

— Ты совсем не милый!

— Кто бы говорил!

Так они смотрели друг на друга часами. Ночь настала уже давно.

И прежде, чем они осознали это, раздался дверной звонок.

—Хм?

— Кто это там, в такой важный момент?

За звонком последовал громкий непрерывный стук в дверь.

— Вставай, Коу! Ты опоздаешь на вступительную церемонию! — голос с той стороны двери принадлежал его старому другу, Кендзи.

— Это Маккензи!

— Маккензи? А, этот парень в очках.

— Ох! Уже утро?! — глядя на висевшие на стене часы, Котаро выпучил глаза.

Было уже 7:30 утра. Путь в школу занимал примерно 20 минут, так что Котаро должен был выйти в 8:00 чтобы успеть вовремя. И, так как сегодня была церемония вступления, было бы лучше добраться туда заранее.

— Я не могу просто сидеть здесь!

— Эй, ты!

— Продолжим, когда вернусь! Сначала мне нужно в школу! — Котаро открыл гардероб и достал форму с портфелем.

– Эй, Коу, ты проснулся?

— Проснулся, проснулся! Уже иду!

— О, так ты не спишь.

Котаро сгрёб статуэтку Манеки Неко и амулеты в сумку и начал переодеваться.

— Постой, прежде чем ты уйдёшь в школу, нам же нужно это разрешить, верно?

— У меня нет на это времени, закончим это позже! Я единственный, кто проживает здесь, так что я имею право пойти в школу! Тем более, кто мне поверит, если я скажу, что не пришёл из-за призрака?!

— Э-э-э?! — целиком отвергнутая Санаэ надула щёки и уставилась на Котаро.

— Не шали пока меня нет, ладно? Уладим это когда я вернусь!

— Поняла. Я тоже не хочу создавать здесь каких-либо проблем.

— …Хотя ты и есть проблема…

— Это ты проблема! До тебя у меня не было проблем!

— Понял, понял. Я понял, так что сиди тихо пока я не вернусь, хорошо?

Санаэ неохотно кивнула на его слова:

— Я поняла, так что не задерживайся и возвращайся скорее.

— Ага!

И вот так, временное перемирие продлится до вечера.

↑В японском фольклоре призраки обычно описываются полупрозрачными или не имеющими ног.

↑Скульптура (буквально – приглашающий кот), которая, как полагают, приносит её владельцу удачу

Хм... Вторжение?

Котаро громко зевнул.

— Выглядишь сонным, Сатоми-кун.

— Я не смог хорошо выспаться прошлой ночью.

— Это странно для тебя, Коу.

Котаро, Кендзи и Шизука вместе шли в школу. Все втроём они были одеты в новенькую форму и теперь собирались принять участие во вступительной церемонии в старшей школе Кицусёухаруказе.

— Да уж, было одно дело вчера.

— Что-то произошло, Сатоми-кун?

В речи Шизуки не чувствовалось хозяйского тона — скорее, был дружеский оттенок. Её тон переменился, когда вчера она начала называть Котаро «Сатоми-кун». Сам Котаро, не друживший с формальностями, с радостью приветствовал это изменение.

— Вообще-то, Хозяйка, то существо появилось…

— Существо? Ты имеешь ввиду…

— Призрак появился?!

— Да. Я тоже сначала не поверил, но это, несомненно, призрак.

Шизука и Кендзи были изумлены ответом Котаро.

— Вот, значит, почему вчера было немного шумно…

— Так… Так ты в порядке, Коу?!

— Успокойся, Маккензи. Это сущий пустяк — объявился призрак и произошла пара необычных явлений — вот и всё.

— О-ох… Ну, если ты так говоришь…

Видя, что Котаро ведёт себя так, будто ничего и не произошло, Кендзи вздохнул с облегчением. Сам он не любил страшные истории.

— Так с тобой всё нормально, Сатоми-кун? Думаешь, что сможешь и дальше жить там?

Как хозяйка отеля «Корона», Шизука не просто разделяла беспокойство Кендзи — у неё были и свои заботы. Если Котаро съедет сейчас, то репутация отеля упадёт ещё ниже.

— Всё в порядке, Хозяйка. Не о чем беспокоиться, всё будет решено за пару дней.

— Ясно. Ты надёжный, Сатоми-кун.

— Положись на меня. Я разберусь с этим!

Взявшись за дело, Котаро постучал по груди, и Шизука расслабленно улыбнулась. Глядя на эту улыбку, Котаро вновь утвердился в своём решении никогда не бросать эту комнату.

— Но подумать, что там и вправду был призрак…

— Я уверен в этом как-- Хм?

Иронично улыбаясь Кендзи, Котаро заметил тень кого-то, кто следил за ними из-за электрического столба.

— В чём дело?

— Посмотри, там девчонка на нас уставилась…

— Верно, но такой прикид безусловно выделяется в толпе…

— Обычно я так не говорю, но… Её не стыдно ходить в этом?

Это была девушка, с виду примерно одного возраста с Котаро. Несмотря на то, что большая часть её тела была спрятана за столбом, этого не было достаточно чтобы скрыть яркость её наряда. Она была одета в пёстрое пышное платье, как будто бы принадлежащее персонажу из аниме.

«Ах», — хотя голос и не достиг Котаро, по её губам можно было прочесть, что она сказала. В тот же момент девушка развернулась и побежала прочь, скрывшись за углом невдалеке.

— Что это было?

— Кто знает…

Будучи в недоумении, друзья услыхали звук столкновения в углу, куда убежала девушка.

— Кья-я?!

— Дура! Не выпрыгивай так внезапно перед велосипедом!

— Простите! Извините! Я не специально!

— И что с этим нарядом? Если ты собралась баловаться, то делай это в другом месте!

— Простите! Мне так жаль! Я не балуюсь, это часть моей работы!

Из-за угла была слышна перебранка.

— Что это было?

— Кто знает…

— Интересно, если это та самая девчонка…

Троица достигла угла. «…Кто бы знал, что сейчас у молодёжи на уме…». Однако, заглянув за угол, они увидели только лишь мужчину средних лет, поднимающего свой велосипед. Девушку же нигде не было видно.

— Скорее всего, она выскочила и врезалась в велосипед… — подытожил Кендзи, взглянув за угол.

— Вижу. Интересно, всё ли с ней хорошо… — Котаро оглянулся на всё больше удалявшийся от них угол.

— Я уверена, она в порядке, Сатоми-кун — если бы нет, то она там бы и лежала.

— И то верно, — обеспокоенный Котаро слегка улыбнулся после слов Шизуки.

— И всё же, это была довольно странная девчонка….

— Весна же, в конце концов…

— Кстати, разве чудаки не вылезают толпами по весне?

И троица как ни в чём не бывало продолжила свой путь к школе.

После участия в церемонии вступления и знакомства с классным руководителем Котаро направился к своему участку. Там он проработал до заката, где-то семь часов. Из-за этого и Котаро, и Кендзи оба были истощены к тому моменту, когда добрались до «Короны».

— Я скорее домой и спать.

— Хотел бы и я так же… – Котаро вздохнул перед усевшимся на велосипед Кендзи.

— Будь уверен, что отоспишься, ладно? Ты заснул на церемонии и не должен повторять это на занятиях!

— Хорошо, сделаю. Увидимся позже, Маккензи.

— Ага.

Они махнули друг другу на прощание и направились по своим сторонам: Котаро — к отелю, Кендзи – на станцию. «Ну что-ж, пора приступать к делу», — Котаро оглянулся на Кендзи и похлопал себя по щекам чтобы взбодриться.

— Какого?!

Когда Котаро открыл дверь, в его глаза бросилась гора из мебели, сваленной перед дверью.

— Я помогаю тебе с отъездом, а заодно и строю барьер для защиты от захватчиков! — улыбнувшись сказала Санаэ, выглядывая сквозь гору вещей.

— Без разницы, убери это.

— Да ладно!

Однако Котаро продемонстрировал ей свой рюкзак и она тут же скрылась в комнате — Манеки Неко и амулеты были всё ещё внутри.

— Что за ребячество… Ну да, ты же ведь ребёнок, — сняв обувь, бормотал Котаро, перебираясь через мебель.

Поскольку это была обстановка для комнаты всего в шесть татами, то и самих предметов было не так уж много.

— Если не хочешь шалостей, приходи домой раньше! Было скучно просто ждать! К тому же ты сказал, что только примешь участие во вступительной церемонии и всё! Почему ты вернулся так поздно?!

— Виноват, я работал после церемонии. В отличие от тебя, мне нужно зарабатывать на жизнь. Не хочу создавать проблем своему старику.

Котаро начал уборку с телевизора, вернув его в комнату.

— Хмм… Значит, тебе тоже приходится непросто?

— Вот почему я не собираюсь покидать этот дешёвый номер!

— Но я заставлю тебя уйти!

Комната была абсолютно пустынна. Вздохнув, Котаро опустил телевизор возле антенного кабеля. «Отлично, теперь…». Расположив телевизор, Котаро прошёл мимо лежащей в ожидании Санаэ и продолжил путь ко входу чтобы перенести следующий предмет мебели.

— Постой! Разберёшься с этим попозже, ладно? Что насчёт меня?! Тем более, ты всё равно можешь решиться уйти.

— Призрак, вместо пустой болтовни лучше помоги мне перенести это обратно. Я не собираюсь ничего с тобой обсуждать пока всё не вернётся на свои места.

— Ладно, тут уж ничем не помочь… — Санаэ без особого желания прислушалась к его словам.

Время от времени она бывает довольно послушной

Глядя на то, как Санаэ неохотно помогает ему, Котаро впервые ощутил к ней положительные эмоции.

— Ещё что-то осталось?

— Нет, это последняя, — кивнув головой, Санаэ ответила на вопрос Котаро, перенося в это время картонную коробку по воздуху.

— Отлично, — услышав ответ, Котаро остановился на пути ко входу. — Хорошо, передай мне коробку, Санаэ… Санаэ?

Котаро протянул руку за коробкой, но Санаэ изумлённо глазела на него с удивлённым выражением лица. На её глаза навернулись слёзы.

— Что случилось? — спросил Котаро, заметив, как она спешно вытирает глаза.

— Ничего! Просто грязь в глаз попала.

— А, ясно.

Так как Санаэ была призраком, то грязь никак не могла попасть ей в глаза, но Котаро, не думавший о таком, поверил ей.

— Ладно, Санаэ, давай её сюда.

— В-вот!

Санаэ поднесла коробку к его руке, и он направился к гардеробу. «Он назвал меня Санаэ…» — прошептала она, глядя ему вслед. Никто не звал Санаэ по имени с тех пор, как она стала призраком несколько лет назад. Из-за этого Санаэ не напала на Котаро, повёрнутого к ней спиной с занятыми коробкой руками, а вместо этого пялилась на его спину, переполняемая загадочным чувством.

— Вот и всё, — закрывая гардероб, Котаро развернулся к застывшей Санаэ. — Хм, в чём дело?

— Н-ни в чём! Верно, нам всё ещё нужно уладить дело!

— Ага, нужно, — Котаро уже почти забыл об этом, пока они с Санаэ передвигали обратно мебель. — У меня нет намерения покидать эту--

Звук разбивающегося окна прервал его на полуслове.

— Кья-я!!!

— Чего?!

Изумлённые Котаро и Санаэ смотрели на окно, и в это же время что-то, разбившее стекло, влетело в комнату. «Кья-я-я!!!» Это что-то приземлилась на своё лицо и с криком прокатилось по полу. Врезавшись лицом в стену, оно остановилось.

— Ч-то произошло?!

— К-кто знает…

Переглянувшись, Котаро и Санаэ перевели взгляд на то, что влетело в комнату.

— Похоже на человека…

— Угу…

Это была девушка, с виду примерно одного возраста с Котаро. На макушке у неё красовалась большая шишка.

— Но что с этим цветастым нарядом?

— Ей не стыдно ходить вот так? Отсюда почти видно её грудь.

Тем, что Котаро с Санаэ нашли странным, была её одежда — платье, обильно украшенное оборками и кружевами. Красочный стиль включал в себя множество розовых оттенков, а само платье было довольно откровенным. Как и сказала Санаэ, рельефная грудь девушки выглядела так, будто собиралась вот-вот выскочить наружу. Но самой заметной вещью была метла, на которую она опиралась. Без ошибки, это была метла, но предназначена она была не для уборки. Метла тоже была яркой и хорошо украшенной и, по всей видимости, ценилась больше за внешний вид, чем за пользу.

— Она выглядит так, будто бы пришла из сказки — как старая ведьма, раздающая ядовитые яблоки… Кроме того, что эта девушка красивее.

— Чем-то она и напоминает ведьму, но разве её одежда не похожа на что-то вроде наряда героини из аниме?

— Значит, это косплей…

— Вот как!

Они пришли к заключению, ведь если принять это за косплей, то тогда такой вид имеет основание.

— Но зачем косплейщице влетать через окно?

— Кто знает… Может, это всё из-за весны?

— Весны… А! — Котаро вспомнил утренний инцидент. — Я думаю, что она — та самая, кого я видел утром.

— Утром?

— Я видел её по пути в школу! Она пряталась за столбом, так что я не уверен полностью, но было бы странно нескольким людям сразу разгуливать в таком виде. Должно быть, это она!

— Что значит, она разгуливала в этом прикиде с самого утра?

— …Совсем чокнутая…

— Да уж…

Санаэ пару раз тыкнула в неё ногой, но лежа в бессознательном состоянии, та никак не отреагировала. Большая шишка на макушке и широко раскрытый рот придавали ей жалкий вид.

— Мы не можем просто так оставить её здесь. Я достану футон, а ты принеси воды.

— Ладно, поняла.

Забыв о разногласиях, они принялись ухаживать за девушкой. Сама же девушка очнулась после того, как Котаро вновь, уже в четвёртый раз сменил мокрое полотенце у неё на лбу. Прошло больше трёх часов, и уже наступило 23:00.

— Мм-м…

— Эй, похоже, что она приходит в себя.

— Правда?

Санаэ подскочила к футону Котаро пока девушка моргала.

— Э-э?

И, когда её зрение вновь сфокусировалось, перед ней предстали лица Котаро и Санаэ.

— Эй.

— С добрым утром!

Девушка вновь моргнула.

— Э? Ум… Эх? — её никак не удавалось понять, что происходит.

— Слушай, недавно ты влетела в моё окно, врезалась в стену и отключилась… — Котаро указал на прикрытое газетами окно, а затем на стену.

— …И мы вдвоём позаботились о тебе и убрали осколки.

Слушая Санаэ, девушка широко раскрыла глаза, окончательно придя в чувство.

— Ах! Простите! Мне так жаль! — девушка шустро подскочила и принялась кланяться. — Я это не нарочно!

Слушая её извинения, Котаро полностью убедился в том, что это была та же девушка, что и утром — её голос звучал так же, как и тогда.

— Если бы ты это нарочно, мы бы тебя уже давно выпроводили… Неважно, ремонт оплатишь ты.

— Извините! Мне так жаль! У меня нет денег!

— Тогда входи через дверь! Зачем тебе было влетать через окно?!

— Простите, я спешила!

Находясь под атакой Санаэ с самого момента пробуждения, девушка выглядела так, будто сейчас расплачется. Видя это, Котаро решил протянуть её руку.

— Не напирай так, Санаэ. У неё должны были быть свои причины для этого.

— Но она разбила моё окно, знаешь ли!

— Будешь сердишься потом. Начнём с того, что выслушаем её.

— Ты даже не выслушал меня! — Санаэ, похоже, была готова вспыхнуть.

— Ээ… В любом случае, давай узнаем, что ей есть рассказать!

— Ладно, но не думай, что это конец…

После напористого расспроса Санаэ всё же отступила, и они вдвоём уставились на девушку.

— Так зачем ты пришла в эту комнату? Или это случайность или вроде того?

— Ух-мм… — девушка вздрогнула под их взглядом.

— …Разве это не просто её хобби?

— Помолчи, Санаэ.

— Хм! — надув лицо, Санаэ отвернулась от Котаро

В это время девушка похлопала себя по щекам чтобы оживиться: «В бой! Юрика! В бой!»

— Вообще-то, эта комната в опасности – её голос и взгляд были намного серьёзнее чем прежде, что было видно по её выражению.

— В опасности? В какой?

— Объясни по-человечески!

— Некие люди собираются украсть эту комнату для себя!

— Украсть для себя?

— Это…

Котаро и Санаэ показали пальцем друг на друга и синхронно выдали:

— Ты про Санаэ? — Ты про Котаро?

— Это не я! Это моя комната!

— О чём ты? Я здесь живу!

Пока они начали спорить, девушка почала головой в стороны:

— Нет, это не один из вас.

— Нет?

— Это не Котаро?

— Нет. Это совсем другая группировка. — кивнув, утвердила девушка.

— Кто они?! Им тоже нужен этот дешёвый номер?!

— И-или они хотят присвоить себе такого милого призрака?

— ...Такому никогда не бывать.

— Почему нет?! Не будь так груб!

— Ни то, ни другое. Им нужна аномальная сила, сконцентрированная в этой комнате, так что поторопитесь и убегайте! Это опасно! Они точно появятся здесь в считаные дни!

— Сила? Опасно?

— Что это должно значить?

Разъяснение девушки оставляло этих двоих в недоумении — для них это была полная бессмыслица.

— Пожалуйста, объясни всё как следует. Даже если ты говоришь мне бежать, я не намерен вот так просто собраться и уйти.

— Ага. Для чайников, что это за сила, о которой ты говоришь?

— Я тоже хочу знать!

Когда Санаэ с Котаро начали требовать ответы, её взгляд принялся блуждать.

— Ух-мм… Это можно назвать естественно-избыточной или… эм-м… сверхъестественной силой…

Её убедительный настрой начал понемногу исчезать и она стала путаться в словах. На лбу у неё появились капельки пота и девушка заставила себя улыбнуться. «Ха, хе-хе, а-ха-ха-ха…»

Может, не стоило спрашивать? — такое впечатление оставила её поддельная улыбка у Котаро.

— Я ничего не поняла из такого объяснения! Не используй расплывчатые понятия, вроде «силы», и скажи конкретно, что происходит?

— Э-это обязательно?

— Да, пожалуйста. Это может быть трудно для тебя, но сейчас я уже готов услышать что угодно.

— Однако, ты не стал слушать меня…

— Сейчас я тебе верю, так что первым делом хочу услышать её историю с самого начала.

— Т-только не подумайте, что я сумасшедшая или шучу, ладно? — беспокойный взгляд девушки несколько раз переметнулся между лицами Котаро и Санаэ.

— Не бойся.

— Ладно, обещаю.

— Х-хорошо, тогда я расскажу… — сглотнув слюну, она кивнула.

И, ещё раз взглянув их лица, она наконец раскрыла рот:

— …На самом деле, сила в этой комнате… — хотя она и начала объяснять, её голос быстро становился всё тише и тише, и самую важную часть уже невозможно было расслышать.

— Какая сила?

— Я не слышу тебя!

— Я г-говорю, что сила, наполняющая комнату, — вол…

Девушка действительно не хотела произносить это вслух и её слова вновь растворились в тишине, а лицо краснело.

— Не бойся, мы не будем смеяться, так что, пожалуйста, скажи нам.

— Правильно. Если ты ничего не расскажешь, то ничто и не произойдёт.

Слыша эти слова, девушка вновь подбодрила себя: «В бой! Юрика! В бой!» — и после этого уставилась прямо на Котаро с Санаэ. Активно и размашисто жестикулируя, она начала объяснять:

— Вы оба, пожалуйста, послушайте! На самом деле, в этой комнате собрано большое количество магической силы!

— Э?

— М-магической?!

— Если магическая сила продолжит копиться с такой же скоростью, то вскоре здесь объявятся злые волшебницы, собирающиеся злоупотребить ею! И тогда это место превратится в поле битвы! Так что, пожалуйста, по возможности спасайтесь сейчас! — громко объявила девушка, взяв в руки метлу и начав вращать ею. — Я — принцесса любви и отваги, Девочка-волшебница Юрика! Я сохраню мир в этом городе!

Сочетание причудливой позы и твёрдого, но милого голоса на секунду выбило Котаро и Санаэ из колеи.

— Эм, ну что тут можно сказать… Верно, Санаэ?

— Я совершенно точно знаю, что ты хочешь сказать. Это, должно быть, худший из возможных вариантов.

— Весна же, в конце концов…

— Похоже, что так.

Выйдя из оцепенения, первым делом они переглянулись и глубоко вздохнули.

— Э? Что? О чём вы говорите?

— Да так, пустяки. Мы просто говорим о том, как теперь — весной — потеплело, честно.

— Так и есть, — сказав это, Котаро взял на руки одетую в цветастый костюм Юрику, Девочку-волшебницу.

— Что? Зачем ты схватил меня?

— Просто так, просто так, — улыбаясь ей, Котаро направился прямо ко входу.

— Верно: просто так, просто так, — Санаэ, так же улыбаясь, несла её метлу используя свою сверхспособность.

— Эх? Чего? Что мы делаем?

— Это тебе реша-ать! — открыв дверь, Котаро выбросил Юрику наружу.

— Кья-я!!! — приземлившись на лицо, Юрика стала катиться вплоть до встречи с бетонной стеной отеля.

— Вот, ты забыла это, — Санаэ подержала его, бросив в неё метлой.

— Ай!

Метла попала ей по голове, однако ни Котаро, ни Санаэ не потрудились оглянуться.

— Ух…

— Господи...

Быстро закрыв дверь, Котаро с Санаэ вздохнули.

— Весна, всё же …

— Это не из-за того, что прошлая зима выдалась холодной?

— Верно. Это правда, что так внезапно потеплело…

Оба они были уверены в том, что Юрика — всего лишь косплеерша с бурным воображением. Даже допуская существование паранормальных явлений в лице Санаэ, магия и девочки-волшебницы были совсем иным делом. У всякой веры есть свои границы.

— Извините, пожалуйста, откройте дверь! Пожалуйста, послушайте, что я хочу сказать! И вообще, почему вы выбросили меня?! — по ту сторону двери вместе с громким стуком были слышны протесты.

Вопреки их надеждам, Юрика не сдавалась.

— Успокойся, косплеерша! Если ты собираешься провести косплей-вечеринку, то делай это в другом месте!

— Ты слышала его! Из-за таких людей как ты, не обращающих внимания на окружающую обстановку и раздражающих людей вокруг себя, портится репутация всех косплееров! Как насчёт вместо этого подумать о своих действиях?

Услышав это, Юрика слабо стукнула по двери и утихла. Взамен лишь раздалось её рыдание.

— У-у-у-у… В-вы не должны были так говори-и-ить! Вы хотели, чтобы я сказала это, и обещали, что поверите, вот я и рассказала, хоть и не хотела! Пожалуйста, поверьте мне!

— Да кто тебе поверит, если ты говоришь о магии, разгуливая в таком виде!

— Я з-знаю! Я тоже не хочу этого! Когда я перевоплощаюсь в этот костюм, все парни таращатся на меня! Он не прикрывает полностью мою грудь и попу! — стук сменился скрежетом. — Но в волшебной стране приказали мне надеть её и действовать смело, иначе я буду плохо принята горожанами, так что у меня не было выбора! — плачущий голос понемногу становился громче. — Я и так знаю, что не подхожу для этой работы и что никто мне не поверит! Я не сумасшедшая! Уа-а-а-а!!! — её плач перерос в громкий рёв. — Уа-а-а!!! Это слишком жестоко!!! Уа-а-а!!! Откройте дверь! Это несправедливо! Верьте мне!!! Уа-а-а!!!

Даже сквозь закрытую дверь, её плач был слышен так, будто она была прямо перед ними.

— Эх… — и Котаро, наконец потерявший терпение, опустил ладонь на дверную ручку.

— Котаро, ты правда поверил в историю этой дурочки?

— Неважно, верю я ей или нет — сейчас она доставляет неудобства соседям.

Если Котаро мог так отчётливо слышать её голос, то, скорее всего, его было слышно и в других комнатах. Более того, была уже почти полночь, и если это так и продолжится, то его могут выселить отсюда.

— Я не собирался участвовать в этом.

— Тут уж ничем не помочь…

И, открыв дверь, он вновь вздохнул.

— Я не вру, я на самом деле девочка-волшебница!

— Я понял, ладно? Так что прекрати плакать.

— Верно, Юрика. Ты восхитительна; немногие могут верить так, как ты.

Даже в стенах номера Юрика не переставала плакать. Котаро и Санаэ пытались успокоить её, но удавалось им это не очень.

—Это з-значит, что вы верите мне? Что это место в опасности? И что магия существует?

— Э-это немного…

— Я знала, что вы мне не поверите! Это всё пустые слова! Уа-а-а-а!!! Вы считаете, что я просто какая-то извращенка!!!

— Ты дура, Санаэ! В таких случаях нужно сказать, что веришь ей, даже если это ложь!

— Уа-а-а!!! Вы и в самом деле мне не верите! Вы просто пытаетесь обмануть меня!

— Гляди, что ты натворила своим ненужным замечанием!

— Это не только моя вина!

Посреди комнаты Юрика заливалась горючими слезами, а Котаро и Санаэ имели тревожный вид — ситуация становилась всё хуже с каждой минутой.

— Вот, вытри слёзы, ладно?

Санаэ использовала свою силу, чтобы передать по воздуху полотенце хнычущей Юрике. Увидев парящее перед ней полотенце, Юрика внезапно прекратила плакать и широко раскрыла глаза.

— М-магия?! Ты тоже владеешь ей?!

— Э? Я?

— Да! Это же магия, так ведь? Почему ты не веришь мне, когда сама можешь ею пользоваться?! — лицо Юрики во мгновение вновь засияло — она была рада найти другую волшебницу.

— А, это? Это не магия, — однако, Санаэ прямо опровергла это.

— Это не… магия? — Юрика сделала удивлённое лицо и начала часто моргать; затем в её глазах вновь начали появляться слёзы.

— Это просто паранормальное явление.

— Паранормальное… явление?

— Да, я все же ведь призрак. Гляди, — Санаэ раскрыла полотенце в воздухе и пролетела сквозь него.

— Э-э-э?! — это оставило Юрику без слов. — Ты и вправду п-п-призрак?!

— Да, как ты можешь видеть. Вот твоё полотенце.

Приземлившись спиной к ней, Санаэ передала полотенце. Оно пролетело её насквозь и зависло перед девушкой.

— …

— Что? — Санаэ смотрела на остолбеневшую Юрику.

— А-а-а, у-у-у… — Юрика дважды моргнула.

— Ты в порядке?

И, когда обеспокоенный Котаро подошёл поближе, она зашевелилась.

— Кья-я-я!!! Не-е-ет!!! П-призрак! Только не призрак!!!

Юрика внезапно подскочила, схватила метлу и стала озираться по комнате. Заметив гардероб, она рванула к нему.

— Ч-что?!

— Э-эй, в чем дело?

— Не захватывай меня, пожалуйста! Умоляю! Я боюсь призраков! Если ты собираешься овладеть кем-то, то выбери его! — запрыгнув в гардероб, она в спешке закрыла раздвижную дверь. — Не подходи ко мне! Не захватывай меня! Моя смерть не принесёт пользы! Лучше высоси жизнь из этого энергичного лица вон там, пожалуйста!

Жалкие мольбы раздавались сквозь дверь гардероба.

— И что это значит?

— К-кто знает… Но, вероятно, она боится тебя.

Оставленные позади, Котаро и Санаэ в недоумении смотрели на гардероб.

— Т-точно. Обычно, когда люди натыкаются на призрак, то ведут себя именно так. Совсем забыла, пока общалась с тобой.

— Все предыдущие постояльцы были такими же?

— Ага, что-то вроде того, — посмотрев на Котаро, Санаэ кивнула. — Но разве это нормально для девочки-волшебницы любви и отваги — убегать вот так? Она даже бросила тебя, оставив взамен себя как жертву.

— Ну, она ведь просто косплейщица. Даже если она и хотела выдать себя за настоящую волшебницу, то не смогла.

— Ты прав.

Парочка продолжала посылать холодные взгляды в сторону гардероба.

— Простите! Извините! Вам больше не нужно верить в волшебство! Только, пожалуйста, на захватывай меня!

Не ведая об их взаимоотношениях, Юрика отчаянно умоляла за свою жизнь.

— Так что нам с ней делать?

— А что здесь можно сделать? Нам просто нужно заставить её выйти.

— …Да уж.

Котаро и Санаэ вновь переглянулись и тяжело вздохнули.

Глава 5 - Вторжение❤

Четверг, 7 апреля, 7:30

— …В конце концов, она так и не вышла…

— Если ты оставишь её здесь со мной, то она точно не выйдет.

Котаро остановился с ботиком в руке и развернулся лицом к комнате. Юрика не вылезала из гардероба с того момента, как запрыгнула туда. Обиженная и испуганная, она отказывалась выходить, сколько бы они её не уговаривали. Котаро уже собирался оставить всё как есть до вечера и направиться в школу.

— Она сама вылезет, когда проголодается.

— Надеюсь. Но в таком случае мы ни к чему не придём…

— В этом ты прав…

Котаро надел оба ботинка и, поднявшись, выдавил из себя улыбку.

— Поскорее возвращайся, ладно?

— Ага. На сегодня у меня нет работы, так что я буду дома раньше, чем вчера.

— Хорошо, возвращайся невредимым.

Меня провожают…

— Ага. До свидания.

А я прощаюсь…

Парочка, сражающаяся за комнату, обменялась этими словами. Как ни странно, но это не звучало наигранно.

Выйдя наружу Котаро заметил ставившего свой велосипед на велопарковку перед отелем Кендзи.

— Эй, Маккензи.

— Утра, Коу.

Пристегнув велосипед, Кендзи подошёл к зевающему Котаро.

— Ааа-а-а…

— Чего, опять сна лишили?

— Вроде того. Было трудно уснуть…

— Призрак?

— Не только.

Котаро почувствовал внезапное дрожание.

— Э?

Поначалу он решил, что это из-за того, что он движется, но, даже остановившись, он продолжил трястись.

— В чём дело?

— Разве не трясёт?

— Хм? Угу, теперь, когда ты сказал об этом, действительно, немного трясёт.

— Землетрясение?

— Наверное. Вряд ли сейчас что-либо строят.

Они взглянули на землю и через несколько секунд дрожание прекратилось.

— Похоже, прекратилось.

— Видимо, так и есть.

Пока они болтали на ходу, сверху раздался голос Шизуки.

— Доброе утро, Сатоми-кун, Маккензи-кун!

Котаро с Кендзи подняли взгляд на неё; Шизука находилась в проходе второго этажа и сейчас запирала дверь.

— Доброе утро, Хозяйка!

— Доброе утро, Касаги-сан.

— Сегодня чудесная погода.

Шизука спустилась по лестнице.

— Я вас задержала?

— Я совсем не спешу, Хозяйка.

— Я тоже только-что пришёл.

Сегодня в Старшей школе Кицусёухаруказе начинались занятия. К счастью, все трое из них были определены в один класс, так что они решили ходить в школу вместе.

— О, замечательно. Тогда идём, так?

— Верно!

— Ладно. Но Коу, несомненно, ты необычно вежлив с Касаги-сан.

— Ты прав, Маккензи-кун. Хоть даже я и зову его Сатоми-кун, он использует формальности и зовёт меня хозяйкой.

— Это в порядке вещей — высоко ценить своего домовладельца.

— Его воспитали ценить тяжёлую работу, так что он всегда такой к тем, с кем работает вместе.

— Ясно… хи-хи.

Втроём, они направились в школу.

Считая вступительную церемонию, это был второй день занятий и класс был спокоен. Было несколько болтающих компаний, но в большинстве своём это были те, кто учился в одной средней школе. Скорее всего, ученикам понадобится ещё несколько дней чтобы привыкнуть друг к другу.

— Сатоми-кун!

В молчаливом кабинете голос Шизуки был слышен отчётливо. Она несла картонную коробку и двигалась в сторону мест Котаро и Кендзи.

— В чём дело, Хозяйка?

— Хи-хи, прошу, не зови меня Хозяйкой в школе, Сатоми-кун. О, верно, держи.

— Что это?

Котаро принял от неё маленькую коробочку.

— Я поговорила со своей одноклассницей из средней школы, которая много знает о таких вещах, и после того, как я объяснила ей ситуацию, она дала мне всё это.

Открыв коробку, Котаро увидел в ней много табличек, наклеек, верёвок и оригами.

— Обереги…

Кендзи, чьё место располагалось прямо перед местом Котаро, тоже подсмотрел внутрь и огласил содержимое коробки прежде Шизуки.

— Обереги?

Не поняв, Котаро переспросил Кендзи.

— Да, взгляни на это. Тут написано «Прочь, злые духи».

— Ты прав.

— Подумать только, здесь собраны предметы стольких разных религий. Синтоизм, Буддизм, Христианство, Ислам… Вау, даже Вуду.

— Зачем ты отдаёшь всё это мне, Хозяйка?

— Это потому, что ты сказал, что в комнате появился призрак. Я решила, что это может помочь.

— Аа…

Котаро наконец вспомнил:

Верно, я же сражаюсь с ней за комнату.

Из-за вчерашнего появления Юрики, на это совсем не осталось времени.

— Разве всё это не обойдётся в копеечку, Касаги-сан?

— А, насчёт этого, Маккензи-кун. Они уже вот-вот просрочатся, так что я получила их за даром.

— Просрочатся?! Талисманы?!

Кендзи пришёл в изумление, услышав эти слова из уст Шизуки.

— Она сказала так. Она ещё говорила, что срок годности уже близится к концу, так что нужно их использовать как можно скорее.

— …Подумать только, прогресс повлиял даже на такие вещи.

Кендзи взял в руку подозрительный оберег, маленький и высушенный, и присмотрелся к прикреплённой этикетке.

‘Срок годности: шесть месяцев. Дата изготовления указана на упаковке.’

— Мир близится к концу…

Таким был честный взгляд Кендзи на это.

— Это поможет, Хозяйка.

— Надеюсь, от них будет польза.

— Я найду им применение!

— Выложись по полной, Коу; я верю в тебя!

— Тогда помоги мне!

— Нет уж. Ты знаешь, я плох в таких вещах.

— Ну, раз так…

Кендзи ненавидел любые оккультные вещи. Хоть он и был образованнее, но боялся их больше, чем Котаро. Когда его спрашивали, он отвечал, что ненавидит их потому, что ничего о них не знает.

— Ладно, тогда--

Котаро остановился на полуслове, вспомнив, что есть ещё кое-кто, кого ему нужно выдворить из Комнаты.

Самопровозглашённая Принцесса Любви и Отваги: Девочка-волшебница Радужная Юрика.

Та неловкая, чрезмерно увлечённая косплеем девушка.

— Эй, Маккензи.

— Я не буду помогать, сколько бы раз ты меня не просил!

— Не это. Есть кое-что, о чём я хочу спросить.

— Хм? О чём?

Кендзи кивнул и повернулся к Котаро, указывавшему на картонную коробку.

— Призраков можно изгнать этими предметами, верно?

— Ну да.

— Тогда что нужно использовать, чтобы изгнать косплееров?

Котаро серьёзно посмотрел на него.

— Ты дурак? Нет такой вещи!

— Брось, я серьёзно.

Вчера ему пришлось иметь дело только с призраком, а сегодня ещё и с косплещицей. Котаро был серьёзен.

— Серьёзно, косплееры — просто обычные люди. Не глупи.

— То есть я могу просто использовать грубую силу?

— Делай что хочешь!

Кендзи с раздражённым видом поправил очки.

— Хмм…

И, когда Котаро скрестил руки, погружаясь в мысли, Шизука, наблюдавшая за ними двумя, засмеялась.

— Хи-хи-хи, вы двое действительно отлично ладите.

— Только потому что так давно знакомы…

— Не выставляй это в неблаговидном свете, Маккензи!

— Хи-хи, на самом деле ты не пренебрегаешь этим. Верно, Маккензи-кун?

— Я действительно ненавижу это!

— Ты нечестен, Маккензи-кун, так?

— Хозяйка, он всегда пытается действовать жёстко.

— Коу! Нарываешься на драку?!

— А-ха-ха-ха!

Смех Шизуки заполнил кабинет, но, несмотря на этот бурный хохот, Котаро думал о чём-то совершенно другом.

Я действительно хочу выгнать Санаэ?

Это внезапное сомнение оказалось неожиданностью для Котаро.

Продежурив после занятий, Котаро отправился в здание клубов. Всевозможные кружки и общества находились там в каждой из комнат. По сути это можно было назвать многоквартирным домом для клубов.

«Ну, технически это кружок, так что…»

Котаро направился на второй этаж южного крыла — все кружки располагались там. Спортивные клубы были собраны у входов; в глубине здания почти не было людей. Лишь его шаги раздавались в тишине коридора.

«Вот он».

Котаро остановился напротив кабинета в самом конце коридора.

Кружок Вязания.

Это был кружок, в который он вступил в день оглашения результатов.

— Привет?

Котаро постучал в дверь. Из-за того, что она была сделана из дерева, с алюминиевой рамкой, стук разнёсся по всему коридору.

— …Д-да! — ответил слегка испуганный голос.

Немного спустя, дверь открылась и оттуда высунулось лицо девушки.

— Кто т-- Аа…

Девушка поначалу выглядела серьёзной, но, увидев Котаро, она расслабилась.

— Привет, Семпай.

— Добро пожаловать, Сатоми-кун.

Этой девушкой была Сакураба Харуми, глава кружка и единственный его участник помимо Котаро.

Даже основы вязания трудно давались новичку Котаро. Например, накидывая на спицу петли, обычно затягивают их не сильно. Со временем это становится легко, однако для неуклюжего и забывчивого Котаро этот процесс оказался довольно хлопотным.

— Семпай, что делать здесь?

— Тянешь вправо, затем оборачиваешь вокруг вот тут.

— А, точно, теперь вспомнил…

Иногда он останавливался, чтобы посмотреть на Харуми, прежде, чем продолжить. И хотя Котаро практически переколол спицами пальцы по неосторожности, всё же вязал он тщательно.

— Не нужно торопиться, Сатоми-кун. Я не против, если будешь делать это медленно — сегодня просто тренировка.

— Д-да. Прости, я неуклюж.

— Ничего страшного, в первый раз у всех так.

Харуми выглядела счастливой, приглядывая за Котаро. Обычно тихая и замкнутая, сейчас она была оживлённой и разговорчивой, вероятно, потому, что занималась любимым делом.

— Даже у тебя так было, Семпай?

— Да. Раньше я даже колола пальцы спицами.

Харуми с нежностью вспоминала прошлое. Однако, в тот момент Котаро не видел её лица. Если бы он взглянул на него, то не смог бы забыть той улыбки до конца своих дней.

— Делать это вот так и… Хах, чувствую себя мотивированным, зная, что даже семпай терпела неудачи прежде.

— Когда ты так говоришь, похоже, будто ты дразнишь меня. Хи-хи, но ты до сих пор не укололся, так что ты, может быть, лучше, чем была я.

— Ха-ха, надеюсь.

Даже смеясь, Котаро продолжал старательно работать спицей, не отрывая взгляд от рук.

Действительно, так неожиданно… Что кто-то, вроде Сатоми-куна, будет работать настолько усердно…

Сидевшая напротив Котаро Харуми не могла не находить это загадочным. Её было известно о том, что она — единственная, кто получает удовольствие от вышивания. И Харуми не ожидала, что спортивно сложенный парень вроде Котаро решит проявить интерес к таким вещам. С какой-то стороны она даже беспокоилась, что у него могли быть свои скрытые мотивы, как у того парня в день объявления результатов.

— Семпай, ничего, если я здесь немного затяну петли?

— Ах, да, так можно. Но если перетянешь, то бока станут неустойчивыми, так что будь осторожен.

— А, ясно. Понял.

— Хорошо.

Почему он так усердно старается?..

На самом деле, конечно, это не было причиной. Котаро настоятельно продолжал работу и всерьёз пытался научиться вязанию. Харуми ничего не оставалось, кроме как считать это загадкой.

— Сатоми-кун…

— Да, что случилось?

Услышав голос Харуми, Котаро прекратил вязать и поднял взгляд. Столкнувшись с этим взглядом, к Харуми самую малость вернулись её обычные стеснительность и скромность.

— Ты не против, если я спрошу кое-что?

— Всё в порядке, спрашивай что угодно.

— В т-таком случае…

Приведя ум в порядок, Харуми сглотнула слюну и задала свой вопрос Котаро.

— Сатоми-кун, что заставило тебя выбрать вязание?

— Выбрать вязание?

Он слегка усмехнулся и приложил руку к голове.

— Оно ведь мне совсем не подходит, верно? Ха-ха…

Котаро было известно то, как он выглядел для окружающих.

— Э-это не то, что я имела ввиду! Я хотела сказать, ну, разве парню не будет скучно заниматься этим?.. Просто это и удивляло меня…

Слыша его смех, Харуми покраснела и опустила взгляд. Глядя на неё, Котаро решил рассказать о своих обстоятельствах. Он чувствовал, что Харуми сможет понять его, и, так как она была его учителем, он посчитал, что всё же было бы справедливо дать ей знать об этом.

— Не похоже, что ты будешь сплетничать, так что я расскажу…

— Сатоми-кун…

Харуми вновь взглянула на Котаро; его лицо было серьёзней, чем она ожидала.

— Вообще-то, у меня в Комнате есть недовязанный свитер…

— Свитер… Ах…

Харуми вспомнила слова Котаро при их первой встрече: «Возможно ли, для новичка, связать свитер?»

— Всё же я бы хотел закончить его своими руками. Хах, хотя, кто знает, сколько времени это займёт…

Должно быть, этот свитер содержит воспоминания о ком-то важном для него.

Так подумала Харуми, глядя на улыбку Котаро. Его слегка смущённое, смеющееся выражение было необычно мягким.

Значит, вот почему он так старается… Должно быть, он думает, что, завершив свитер… Ясно, вот оно как…

Преисполненная облегчения, в глубине сердца Харуми почувствовала радость.

— Я понимаю, Сатоми-кун. И я удостоверюсь, что ты сможешь закончить этот свитер!

— Правда?!

— Да!

Харуми была действительно счастлива, что Котаро принимал вязание всерьёз, и что ей удалось найти хорошего товарища.

— Поработаем вместе, Сатоми-кун!

— Да!

Необученность Котаро совсем не была проблемой — Харуми ничего не думала об этом.

Интересно, кто же связал этот свитер…

Харуми задавалась этим вопросом, но вскоре и он покинул её голову.

Неважно! Давай поладим, Сатоми-кун!

Она была довольна, найдя верного спутника — для Харуми это было действительно радостное событие.

«Здесь вот так, а тут…». Котаро повторял полученные знания по пути к отелю. Странным образом жестикулирующий юноша в городе, окрашенном лучами заката — воистину сюрреалистическое зрелище.

И всё же, Котаро был серьёзен. Он двигал пустыми руками, продолжая воображаемую практику.

— Хмм? — вернувшись к отелю, Котаро услышал звук, раздававшийся в саду. — Интересно, что это.

Обойдя бетонную стену, он увидел Шизуку, одетую в фартук поверх школьной формы, с большой бамбуковой метлой в руках. Она была в процессе уборки в саду.

— С возвращением, Сатоми-кун.

— Я вернулся, Хозяйка.

Шизука поприветствовала его улыбкой.

— Я убираюсь в саду.

— Вижу.

Возле её ног находилась маленькая кучка вырванных с корнем сорняков — метлой Шизука собирала их вместе после прополки.

— Хочу сохранять его настолько красивым, насколько это возможно.

Шизука улыбнулась и прищурилась, взглянув на утопающее в лучах заката здание.

Отель Корона был прекрасен. Несмотря на старомодный дизайн, 25-летнее здание ничем не выдавало свой возраст. Причиной этого было то, что Шизука никогда не пренебрегала его обслуживанием.

— Хозяйка, вы сказали, что этот дом был оставлен вам родителями, — Котаро также посмотрел на отель.

— Верно, так и есть. Поэтому я и хочу, чтобы он простоял как можно дольше, хотя, скорее всего, в конечном счёте его снесут.

— Я позабочусь о бережности, пока буду здесь жить.

Котаро мог понять чувства Шизуки. Это были те же чувства, что Котаро питал к неоконченному свитеру.

— Спасибо, Сатоми-кун.

— Ну, время от времени нужно ведь вести себя круто.

— Это было бы как будто кино, не скажи ты этого. Хи-хи.

— А-ха-ха-ха!

И под дружный смех по багровому небу пронёсся маленький голубой огонёк.

— Ах, падающая звезда.

— Ага, это она.

Звезда пролетела здание отеля и предстала перед ними.

— …Желаю, чтобы Сатоми-кун не проиграл призраку.

Шизука сложила руки вместе и загадала желание. Как только она закончила, звезда тотчас же исчезла.

— Я не сдамся. К тому же, у меня много религиозных оберегов, которые вы мне дали.

— На всякий случай, Сатоми-кун. Хи-хи-хи.

— Мне совсем не доверяют…

— Я тебе верю…

— Вы просто притворяетесь!

— Боже, боже. Ха-ха-ха

— А-ха-ха-ха!

Пара весело беседовала, однако их настроение оставалось радостным лишь потому, что они не знали, каким событиям ещё предстояло произойти.

Стоя напротив Комнаты 106, Котаро достал из кармана ключ; изнутри раздавались голоса.

— Не-е-ет! Прошу, не подходи ближе!

— Хе-хе-хе, какая разница, в чём дело?

— Я ненавижу призраков!

— В чём дело, девочка-волшебница Радужная Юрика?

Тем, что он слышал, были испуганный голос Юрики и игривый — Санаэ. «…Что они делают?» Котаро отпёр замок, вернул ключ в карман и открыл дверь.

— С-спаси меняя!

— Оу…?!

В тот же момент Юрика выскочила из комнаты в коридор и задрожала, укрывшись за спиной Котаро.

— Г-госпожа призрак, если в-вы хотите захватить кого-нибудь, в-возьмите его!

— Да ладно тебе, для кого-то, кто называет себя Волшебницей Любви и Отваги…

Котаро малость опешил.

Ну, это вполне естественно — в конце концов, она же косплейщица.

Пока Котаро размышлял об этом, другая персона достигла входной двери.

— С возвращением.

— Спасибо, я пришёл.

Котаро ответил на приветствие Санаэ, снял обувь и вошёл в комнату. Дрожащая Юрика проследовала за ним.

— Санаэ, не задирай её чересчур, она здесь не при чём.

— Я тут при чём!

— Я знаю, что прямо она к этому не относится, но, если она закатит здесь косплей-вечеринку, то я молча стоять не буду.

— Я здесь не ради таких вечеринок! Злые волшебницы… Враги приближаются!

— …Похоже, что до вечеринки рукой подать.

— Правда?

— Прошу, послушайте, что я вам говорю, пожалуйста!

— Ладно, ладно.

— Мы знаем, знаем. Приближается опасность, верно?

— Должно быть, неплохо для того, кто только и развлекается...

— Угу, похоже на то…

— А-а-а, вы совсем не слушаете!

Пройдя в комнату, Котаро бросил свою сумку в угол и повернулся к Санаэ.

— Санаэ, давай пока что оставим в покое эту девушку.

— Ага, поняла.

— Не оставляйте меня, пожалуйста! Это важно!

— А тем временем, уладим наш с тобой конфликт.

— Ага… — внезапно, улыбающееся лицо Санаэ потемнело. — …Верно, мне же нужно было выжить тебя из Комнаты, не так ли?

— Я не могу позволить себе этого, так что вынужден изгнать тебя.

— Верно, так оно и было.

Таковы были их намерения до вчерашнего дня. И всё же, понемногу эти амбиции ослабевали.

— Пожалуйста, выслушайте же меня!

— Ты можешь успокоиться? Сейчас не время для игр!

— Прости, я поиграю с тобой попозже.

— Не-е-ет, я не хочу играть с призраком!

— …Ты хочешь, чтобы тебя выслушали, или нет? Реши уже!

— Эй, Котаро… — тихо произнесла Санаэ.

Прежде её голос всегда был громким и полным энергии, так что это привлекло его внимание.

— Хм?

— …Ты меня ненавидишь?

— Э?

— Если всё же--

Санаэ прервал громкий звук.

— Кья-я!!? — прокричала Юрика, и в тот же момент татами напротив входа в комнату был отправлен в полёт.

Находившаяся в то время на нём Юрика грохнулась лицом вниз. «Почему всегда я?!» Прокатившись по полу и врезавшись в стену, она прекратила движение.

— Ой-ой-ой-ой-ой…

— ЧТО?! Что только что произошло?!

— Котаро, смотри, под татами! Кто-то вылезает!

— Какого?!..

Котаро отвёл взгляд от улетевшего татами, развернулся и увидел, как в том месте, где лежал татами, появлялся человек — круглая дыра в половых досках была достаточно большой, чтобы кто-либо смог пройти сквозь неё.

— Очень приятно с вами познакомиться. Прошу прощения за неожиданность.

Из-под земли показалась девушка, на вид слегка старше Котаро. Она была высокого роста, а её ясные глаза создавали атмосферу спокойствия. Её формальный вид можно было бы назвать «правильным».

— Моё имя — Кириха. Потомок жителей Земли рождённый в семье Курано, что властвует над заклинаниями и предсказаниями.

Однако, её одежда была странной — редкое, старомодное одеяние со множеством украшений, будто из учебников по истории, напоминало наряд древнеяпонской мико*.

— Кириха?

— Чего это с ней?!..

И таким образом, четверо человек собрались в маленькой комнате: Котаро, Санаэ, Юрика и Кириха.

И почему сюда продолжают стекаться люди?..

Появление Кирихи озаботило Котаро меньше, чем вновь увеличившееся число людей в его Комнате.

Котаро, Санаэ и Кириха сидели за чайным столиком в центре комнаты. Юрика всё ещё лежала возле стены у окна, без движения и без сознания.

— Позвольте вновь представиться. Моё имя — Курано Кириха. Так как Курано — имя моего клана, я бы предпочла, чтобы вы звали меня Кириха.

— Я — Сатоми Котаро.

— Я — Санаэ.

— Котаро и Санаэ. Хоть это и лишь до тех пор, пока мы не закончим с моим делом, надеюсь, что мы сможем поладить.

Услышав их имена Кириха вежливо поклонилась.

— Как вежливо.

— Д-давай поладим.

Котаро и Санаэ также ответили поклоном.

— В первую очередь, я хотела бы принести извинения. Прошу прощения за такое появление — я лишь хотела избежать лишней суматохи.

— Пожалуйста, поднимите голову, Кириха-сан.

Котаро также был любезен с Кирихой, всё ещё вежливо склонившей голову.

— Мы бы хотели выразить признательность за ваше великодушие. Спасибо вам, Котаро.

Кириха подняла голову с улыбкой на губах. Её искренняя манера поведения и любезная поза развеяли насторожённость Котаро.

У неё странная одежда и твёрдый тон, однако, по крайней мере, похоже, что она может должным образом поддержать беседу.

Вчерашнее столкновение с Юрикой и позавчерашнее с Санаэ были катастрофой, но появление Кирихи оставило хорошее впечатление.

— Итак, Кириха-сан, какое у вас здесь дело? И почему вы вошли из-под--

— Эй, Котаро!

— Ох, в ч-чём дело, Санаэ?

Мрачная физиономия Санаэ вклинилась между беседующими, прервав Котаро.

— Твоё отношение к ней совсем не такое, как при встрече со мной и с Юрикой!

— Конечно. Всё же, отношение другой стороны тоже отличается.

— …Ага~ Я вижу тебя насквозь~

— Ч-чего это?

— Это из-за той большой груди, не так ли? Извращенец!

— Э? Разве у Кирихи-сан большая грудь?!

— Если не заметил, то и не смотри-и-и!

Англо-японский словарь, отправленный в полёт Полтергейстом Санаэ, быстро достиг головы Котаро.

— …Н-не будь так безрассудна!

— Обычно мы всегда так поступаем!

— Тогда и не злись, когда тебя выкинут из беседы!

— Грр… Я всё ещё чувствую, что что-то здесь нечисто! Хм, неважно, мне всё равно!

Будто не желая слушать снисходительные поучения Котаро, Санаэ угрюмо отвернулась.

— …Я могу продолжить?

Кириха, в изумлении наблюдавшая за парочкой, прочистила горло лёгким кашлем и поправила позу.

— Простите, Кириха-сан.

— Ничего. Я здесь единственная, кто безрассуден — появляясь в такое странное время из такого странного места. Не стоит беспокоиться.

— Я ценю ваши слова. Кириха-сан, спрошу снова: в чём причина вашего прибытия сюда? И почему вы вошли из-под пола?

— Чтобы объяснить это, мне нужно начать с объяснения о том, кто я.

Кириха уставилась прямо на Котаро и смело начала говорить.

— Я из жителей Земли, и, как вы уже могли догадаться, мы живём в этой планете.

— Хм… Но разве не все такие?

Котаро не понимал, о чём говорит Кириха, и потому ответом ей было выражение недоумения на его лице. Как правило, все люди живут на планете.

— Это не то что я имела ввиду. Мы живём не на планете, а — буквально — внутри неё.

— Э?! Это значит, что ваши люди живут под землёй?

— Верно. Для простоты можешь звать нас подземными людьми. Мы живём под землёй, причём вполне самодостаточно.

— Ты же не…

— П-подземные люди?!

Не только Котаро, но и Санаэ, прежде глядевшая в сторону, уставились на Кириху в изумлении.

— Что кому-то вроде тебя понадобилось от нас?!

Санаэ с грохотом опустила руки на чайный столик и наклонилась в её сторону.

— Успокойся, Санаэ. Я ещё не разложил вещи, так что здесь очень тесно. Не дёргайся чересчур.

— Ах, п-прости…

Получив выговор от Котаро, Санаэ вернулась на своё место.

— Цель нашего визита сюда не в вас и, даже, не в этом здании.

— Что это значит?

— Изначально наше племя жило в горах этой местности. Однако, когда ваши предки начали массово использовать металл и добывать его из нашей горы, нам пришлось переселиться под землю.

— И так вы стали подземными людьми?

— Да, это было последствием. Спустившись под землю, наше племя планировало вернуться на поверхность в кратчайшие сроки. Тем не менее, они неожиданно нашли подземелье удобным для жилья. Часть племени решила остаться под землёй — эти самые люди и были моими предками.

— Хмм…

В свете появления из-под земли, слова Кирихи звучали довольно убедительно. Оставленная в полу дыра, казалось, вела в самые глубины Земли.

— И недавно мы совершили историческое открытие.

— Историческое открытие? Что именно?

— По случайности была обнаружена одна книга. В ней было указано место алтаря, где покоились души наших предков. Мы искали его бесчисленные годы.

— Значит, вы вышли на поверхность ради поисков алтаря?

Кириха кивнула в ответ.

— Верно. Однако, расположение алтаря было дано точно, так что нужды в поиске нет.

— Значит, твоё дело почти завершено.

— Повезло вам, Кириха-сан.

— Всё не так просто, — Кириха с грустью опустила брови и покачала головой. — Больше всего нам бы хотелось восстановить наш алтарь. Однако, есть проблема с его местом.

— Местом?..

— У меня плохое предчувствие…

Санаэ скорчила недовольную мину.

— На самом деле, наш алтарь был бы расположен в центре этой комнаты.

Слова Кирихи полностью подтвердили опасения Санаэ.

— Что означает, Кириха-сан…

— Да, Котаро. Не могли бы вы, пожалуйста, отказаться от этой Комнаты ради нас? Это важно, чтобы алтарь был в том же месте.

— Я знала! — подскочила Санаэ. — Конечно же мы не отдадим её! Я не позволю тебе строить здесь какие-то непонятные алтари!

Санаэ была против того, чтобы кто-либо строил алтарь у неё дома.

— Мы не станем насильно выселять вас. Наше племя имеет свою гордость и традиции. Мы не хотели бы перекладывать на вас свои проблемы, так что готовы предложить в обмен достаточную компенсацию, чтобы найти другое жилище. Карама, Корама, пожалуйста, внесите.

— Ясно-хо*!

— Понял-хо, сестрица!

Две маленькие тени появились из дыры.

— Ч-что это?!

— Х-ханива*?

— Хо~

— Хо-хо~

Это были две маленькие ханива, примерно по 30 сантиметров ростом, с гладкими телами и очаровательными мордашками. Вдвоём они несли блестящую золотом металлическую глыбу. «Хей!» — «Хо~» — «Хей!» — «Хо~». Издавая странные звуки, эти двое тащили глыбу в сторону замерших Котаро и Санаэ.

— Какие милашки!

— Ч-что они такое?!

— Не стоит удивляться. Эти двое – мои слуги. Они похожи на тех механических кукол, которые используют ваши люди.

— Хо-! Я — Карама-хо!

— Привет-хо! Я — Корама!

Опустив глыбу перед Котаро, двое радостно помахали.

— Подумать только, что это — роботы…

— Привет, Карама-чан, Корама-чан!

Котаро и Санаэ были изумлены. Если верить словам Кирихи, то эти двое были роботами. Однако, в них ничто не выдавало механической сущности — несмотря на то, что их тела, похоже, и были сделаны из керамики, они свободно могли двигать конечностями. В контрасте с симпатичным внешним видом, они, должно быть, были сделаны с применением продвинутых технологий.

Сердце Санаэ было похищено милыми роботами.

— Увидь это Маккензи, он бы рыдал от счастья.

— Котаро, Санаэ. Эта металлическая глыба — чистое золото. И, хотя в процессе отливки было примешано немного платины, я не думаю, что это снизит её ценность. Мы предлагаем это вам взамен за передачу Комнаты.

— Это з-замечательная сумма, Кириха-сан!

Узнав о том, что металл перед ним — золото, Котаро был вновь шокирован. Золото стоит по несколько тысяч йен за грамм, а здесь должно быть не меньше десяти кило.

Это означало, что всё это золото будет стоит несколько десятков миллионов йен.

А это была сумасшедшая цена за Комнату.

— Это лишь ради доказательства серьёзности наших намерений. Если это создаст какие-либо неудобства, мы можем перевести сумму в японские йены, как насчёт такого? Вы были бы готовы отказаться от этой комнаты ради нас?

— Столько золота… Что я делаю?! Нет! Это невозможно! Это, ведь, мой дом! Котаро, скажи что-нибудь тоже!

— Хмм…

Санаэ немедля отказалась, однако с другой стороны Котаро скрестил руки в глубоком раздумье.

— Эй! О чём это ты размышляешь?!

— Ну, зная её обстоятельства, думаю, что может было бы и неплохо сотрудничать с ней.

— Котаро! Ты уверен?!

Услышав его ответ, Кириха просветлела от радости и поднялась. Украшения на её одежде пронзительно прозвенели — как и металлическая глыба, по всей видимости они были изготовлены из золота.

— Так ты не только за грудь, но ещё и за деньги продался?!

— Ты не права! Я не могу принять столько… Хотя, если я перееду, то мне всё же нужны будут хоть какие-то деньги — если я не смогу выживать после переезда, то это будет бессмысленно.

— У тебя есть на это право.

— Когда я велела тебе убираться, ты отказался! Почему ты слушаешься эту грудастую женщину? Разве большая грудь настолько хороша?!

— Не делай из меня какого-то извращенца! Я не против сотрудничать только потому, что её мотив и подход приемлемы!

— С чего это?!

На тот момент Котаро не видел ничего плохого в сотрудничестве с Кирихой. Она была очень вежлива и чётко разъяснила свои мотивы. Также она сказала, что предоставит необходимую компенсацию для переезда. К тому же её притязания имели серьёзную причину — восстановление алтаря для поклонения своим предкам.

У него не было причин отказывать кому-то, кто лишь хотел отдать дань почтения пращурам.

— Санаэ, скорее всего ты не захочешь переезжать, но разве нельзя найти какой-нибудь компромисс? Даже если ты останешься здесь, алтарь ведь не будет причинять неудобства, верно?

— Мм… Ну, мешать-то он не будет, но…

Санаэ мельком глянула на Кириху — кроме этой большой груди, у Санаэ не было причин ненавидеть её. Таким образом, под уговорами Котаро, её мнение понемногу начало меняться.

— Так что, простишь её? Она-то не собирается проводить здесь вечеринки, в отличие от некоторых.

— Я поняла… Переживу, — и Санаэ наконец сдалась.

— Ах! Значит, вы согласны! Котаро, Санаэ!

Выражение Кирихи просветлело ещё больше.

— Да.

— Мне это действительно не нравится, но что поделаешь — таковы обстоятельства.

Теперь Санаэ предстояло сосуществовать с алтарём.

— Спасибо вам обоим! Так мы сможем перейти ко Второй части немедленно!

— «Второй части»?

— Что это?

Оба Котаро и Санаэ склонили головы в удивлении после слов Кирихи.

— Операция по вторжению на поверхность. Активировав алтарь, мы сможем концентрировать большое количество духовной энергии! А с ней будет возможно массовое производство духовного оружия, вроде Карамы и Корамы!

— Ч-ЧЕГО-О-О?!

— ВТОРЖЕНИЕ НА ПОВЕРХНОСТЬ?!

— Верно. Не стоит волноваться — вы, двое благодетелей, будете приняты как гости. Здесь абсолютно не о чём беспокоиться.

Кириха приняла их удивление за беспокойство о самих себе. Конечно же, это не было действительной причиной их паники.

— М-минуточку! Всмысле?! Вы хотите восстановить алтарь на памятном месте ваших предков для того, чтобы захватить поверхность?!

— Верно… А что здесь не так?

Удивлённая неожиданной реакцией Котаро, она удивлённо смотрела на него, лишь моргая.

— Никаких ‘что’ или ‘как’! Я забираю свои слова обратно! Я никогда не отдам вам комнату!

— Отлично сказано, Котаро!

— Котаро?! Что случилось? Мы же так хорошо сотрудничали буквально минуту назад!

— Я безоговорочно отказываю! Я не могу взвесить на себя ответственность за допущение захвата поверхности планеты!

Глядя на Караму и Кораму, даже он, не будучи профессором, мог понять — производство чего-то, вроде этого, требует высокоразвитой технологии. Если эти люди захватят поверхность, кто знает, что они предпримут. Котаро не хотел даже представлять себе это.

— Я думал, что по крайней мере ты будешь благоразумна! Но вот — просто так — сболтнуть такую глупость!..

— …Ясно. Такое сопротивление от тебя… Ну, у меня есть другой план.

— Собираешься использовать силу?!

— Ну, кто знает…

В отличие от Котаро, демонстрировавшего свой разъярённый вид, Кириха не вздрогнула перед ним. Вместо этого её губы собрались в подозрительную улыбку.

— Котаро, красная банка в ящике с приправами — это соль?

— Да…

— Всё же это была она…

Котаро нарезал капусту для ужина. Напротив него стояла Кириха в фартуке. Она ловко мешала содержимое сковородки и в то же время встряхивала соль в маленькой красной солонке.

— Котаро, тебе больше нравится, когда сильно посолено или слабо?

— …Мне больше нравится, когда сильно.

— Солёная пища вредна для здоровья. Давай постепенно начнём уменьшать её количество с завтрашнего дня. Ты живёшь сам, так что должен заботиться о себе.

Ласково улыбнувшись, Кириха продолжила помешивать сковороду — сейчас она жарила на ней овощи. Капусте, кромсаемой Котаро, вскоре также предстояло к ним присоединиться. Более того, в комнате работала рисоварка. Чуть ранее Кириха промыла рис. Сегодняшний ужин Котаро состоял из риса, небольшого количества мяса и жареных овощей.

— Ты закончил с капустой?

— Д-да.

— Тогда, пожалуйста, добавь её сюда.

Кириха уменьшила огонь и махнула Котаро.

— Не думала, что ты умеешь готовить, Котаро.

— Мой старик ничего не умел сам, так что…

Котаро выложил капусту на сковороду, и, когда оставшийся сок перемешался с маслом, раздалось громкое шипение. Это шипение пробудило в Котаро ностальгию.

Как же давно я в последний раз стоял на кухне вместе с кем-то…

В его голове пронеслось воспоминание о нём, стоявшем возле своей мамы на кухне. У неё всегда была ласковая улыбка на лице, прямо как у Кирихи.

— Котаро, в следующий раз, когда будешь крошить капусту, режь мельче. Будет трудно есть её так.

— …Ага.

Картина улыбающейся матери в его голове добавляла эффекта улыбке Кирихи, и Котаро послушно кивнул.

— Приготовь тарелки, я скоро закончу.

— Ага.

Котаро кивнул ещё раз и направился к полке. Звук сковороды и расставляемой посуды наполнил комнату — и продолжался, пока Кириха не потушила пламя. Затем, в своей обычной манере, она, продолжая улыбаться, позвала Котаро.

— Котаро, тарелки готовы?

— Готовы.

— Рис доварен?

— Ещё пару минут.

— Ясно. Передашь эту Комнату?

— Сей-- Конечно же нет! — из-за простого и привычного тона, Котаро чуть было не кивнул инстинктивно.

— Ясно. А жаль.

Она упоминала это так, как будто это была любая другая простая тема — умело и невзначай, в нужный момент, и Котаро не раз был близок к тому, чтобы согласиться с ней.

— Я не попадусь на такие уловки!

— Ты довольно сильный противник, Котаро.

Хотя Кириха и терпела неудачу в своих попытках, её это, похоже, не волновало.

— Хи-хи, похоже, что это будет долгая война.

— Что ты пытаешься провернуть?

Котаро был озадачен её атаками. В отличие от Санаэ, не имевшей каких-либо причин вовсе, или же Юрики с её невнятными мотивами, военный план Кирихи — попытаться достигнуть его разума и заставить согласиться — был проблемой.

— Я же говорила, разве нет? У нас есть своя честь и традиции. И использование грубой силы идёт наперекор им обеим.

— В таком случае, почему бы вам просто не бросить идею захвата поверхности?

— Мы просто возвращаем то, что по праву наше. Я же сказала – у нас есть честь и традиции. Желая вернуть свои территории, мы не держим обиды на местных. Мы знаем боль потерь, так что не будем атаковать здешних людей. Наш противник гораздо больше.

— И что, думаешь, я просто соглашусь с тобой?

И самой главной проблемой было то, что её внешний вид и убеждения были в высшей степени корректны. Для Котаро было бы гораздо проще, если бы это был кто-то, кто просто пытался проложить себе дорогу силой.

— Я заставлю тебя согласиться. У нас ещё много времени впереди.

Кириха прижала его своим выдающимся бюстом и провокационно глянула снизу вверх.

— Ч-чего?!

Между её подозрительным выражением и ощущением большой, мягкой груди, Котаро невольно отпрыгнул назад, а его сердце забилось сильнее.

— Мы прожили миллениум под землёй.

— И ч-что с того?

— Хе-хе, это значит, что мы ждали тысячу лет. Но на сколько хватит твоего терпения? Полгода? Год? Я сделаю всё, чтобы ты кивнул.

И она беспечно отправила ему воздушный поцелуй.

— Ух…

Курано Кириха. Таинственная девушка, пришедшая из-под земли.

Появился серьёзный противник.

Сейчас она была сильнейшим из врагов Котаро.

— Это ещё что?! Выпятила свою огромную грудь! И Котаро тоже! Зарделся от такой простой нападки!

Санаэ, заглянувшая в прихожую, чтобы разглядеть обстановку, неистовствовала. Она желала выпроводить Котаро, но имела сильную неприязнь к методам Кирихи, которыми сама воспользоваться не могла.

— Если ты передашь Комнату за что-то такое, я никогда не прощу тебя!

Из-за этого Санаэ не хотела, чтобы Котаро выселила Кириха; она уже давно забыла свою первоначальную цель.

— П-простите… — обратился кто-то к Санаэ.

— Чего?!

— И-и-и! П-простите, извините, я зря!

Голос принадлежал только что очнувшейся Юрике. Напуганная Санаэ, она расплакалась.

— Я не специально! Я просто хотела знать, что происходит!

— …Ах, верно, ты же тоже была здесь.

— Не-е-ет! Про меня совсем-совсем забыли!

— Достаёшь в такой важный момент… Прекрати же уже рыдать… Мда.

Парящая в воздухе Санаэ приземлилась перед Юрикой с уставшим выражением лица. Неохотно, она начала объяснять ситуацию.

— Эта женщина появилась из-под татами и теперь, не принимая во внимание меня, пытается заполучить этот номер. Она что-то рассказывала о подземных людях, захватывающих поверхность и собирающихся использовать этот номер в качестве базы.

— П-подземные люди?! Правда?!

— Зачем удивляться тому, что люди живут под землёй, верно? В отличие от тебя, она вполне порядочный человек.

— Ты ошибаешься! Это всё предубеждения! Почему вы мне не верите?! Вы же верите в подземных людей-захватчиков поверхности?!

— А ты пощупай свою грудь да спроси саму себя!

— Грудь?.. Хочешь сказать, что причина в большой груди?

Бросив взгляд на свою грудь, Юрика оглянула Кириху с Санаэ и расслабленно улыбнулась. Она была рада —тому, что занимала не последнее место.

— …Вспомни про грудь ещё раз, и ты не доживёшь до рассвета.

— Кья-я! П-прости! Мне жаль! Это всё моя вина!

Под угрозами Санаэ испуганная Юрика умчалась к гардеробу и в спешке задвинула дверь.

— …Все пришло в такой бардак.

Изначально всё, чего она хотела — выгнать Котаро. Однако, теперь ситуация начала развиваться в неожиданном направлении.

— В любом случае, Котаро, если ты клюнешь на уловки этой женщины, то пожалеешь!

Неизвестные чувства зарождались в её маленькой груди. Не зная об этом, Санаэ сжимала зубы, наблюдая за отношениями Котаро и Кирихи.

Котаро закончил расставлять тарелки и его желудок проурчал.

— Наконец-то, ужин…

Уже было почти десять часов вечера — не было ничего необычного в том, что его желудок урчал.

— Я извиняюсь, Котаро. Ради меня…

Одна из причин позднего ужина, Кириха, присела справа от Котаро.

— Если тебе действительно жаль, то убирайся отсюда.

— Этого я не могу… Кстати, Котаро, почему бы нам не поужинать вместе?

Перед ней были выложены обжаренные овощи, мясо, рис и мисо суп.

— Не хочу быть в долгу — нельзя терять бдительность, тем более — рядом с тобой.

— Хи-хи, ты и впрямь серьёзен. Похоже, что пора приняться всерьёз.

Котаро разделял ужин с Кирихой потому, что она помогла его приготовить.

— Эта женщина всего лишь помогла, а ты уже отдаёшь комнату? Здесь не за что быть в долгу (но если что, то считай наоборот)!

Напротив него сидела недовольная Санаэ. Ей не нравилось то, что Котаро и Кириха начинали ладить.

— Это неправда, я просто хотел укрепить нашу дружбу…

— Хмм, ну посмотрим.

Возле неё не было тарелки — призраки ведь не могут есть.

— Выглядит гораздо лучше, чем лапша в пакетах… — сказала Юрика, заливая свой стакан кипятком. Несмотря на большую величину расходов на проживание, лапша в стаканах продавалась довольно дёшево — по 98 йен.

На её грустную фигуру нельзя было смотреть без слёз.

— …Не хочешь немного?

— Э?!

И из-за этого Котаро почувствовал в себе милосердие.

— Я н-не помешаю?

— Ю- Юрика! Вода! Вода переливается!

— Кья-я! Простите!

Отвлёкшись на предложение Котаро, она забыла про свой стакан, и вода перелилась через край. Юрика положила чайник на столик и спешно вытерла горячую воду тряпкой.

— Какая же ты беспомощная…

— Простите, мне жаль! Я глупая и неуклюжая!

— Это неважно... Так что насчёт ужина — ты будешь?

— Ты всё ещё поделишься со мной после того, что я натворила?!

Почти плачущая Юрика посветлела и поспешила с уборкой разлитой воды.

— Да, можешь взять немного.

— Спасибо большое!

— Не нужно благодарить. Но взамен тебе придётся уйти после того, как поешь.

После этих слов её руки остановились, а улыбка застыла на лице.

— Я н-не м-могу уйти, так что поем лапшу…

Плечи Юрики разочарованно опустились. Однако, как будто ребёнок, она продолжила таращиться на блюдо Котаро.

— …Похоже, она сожалеет о своём решении.

— Не нужно сдерживаться. Можешь наесться досыта, а затем уйти.

— Ммм… — Юрика проглотила слюну, — Нет, Юрика! Ты не можешь проиграть этому искушению! Юрика, сражайся!

Она отчаянно пыталась переубедить саму себя, но запах вкусной еды продолжал искушать её. Она уже давно не ела ничего кроме лапши, и теперь искушение было невыносимым. Таким образом, Юрика продолжала глазеть на еду Котаро, пуская слюни.

— Просто сдайся. Всё, что тебе остаётся — убраться из этой комнаты.

— А-а-а! Рис! Мисо суп зовёт меня! Как жестоко, эта пытка чересчур!

Её живот громко проурчал, а тело, похоже, уже поддалось искушению.

— …Обед…

Глядя на снующих туда-сюда Котаро и Юрику, Санаэ оглядела все остальные блюда.

— Я не ела годами…

— В чём дело, Санаэ?

Котаро чувствовал, что с ней что-то не так, однако Санаэ не отвечала прямо. Спустя пару секунд она начала говорить.

— …Эй, Котаро и Юрика… Любой сойдёт, но…

— Что?

— Да-да, что?

Ответ Котаро был беспечным, Юрики – нервным.

— Можно мне овладеть вами?

Следующие слова Санаэ были неожиданностью.

— Овладеть?

И всё же, более неожиданным для Котаро была её серьёзность. Поэтому он не был так удивлён и хотел услышать подробное объяснение.

— НЕ-Е-ЕТ!!!

Однако, Юрика совсем не разделяла чувств Котаро.

— Я на хочу быть одержимой призраком, ни за что! Если ты хочешь кем-то завладеть, то пускай это будет Сатоми-кун, пожалуйста!

Оставив стакан с лапшой, Юрика поспешила закрыть дверь гардероба изнутри.

— Ну, как ты видишь, я — призрак, верно?

— Ага.

Не ожидая ничего более со стороны Юрики, Котаро с Санаэ продолжили беседу как ни в чём не бывало.

— Поэтому я не могу есть пищу, так?

— Верно. Ближе всех к этому будут подношения.

— Но, если я овладею кем-то, то смогу почувствовать вкус еды, которую тот ест.

— Санаэ, этот метод сработает лучше, если выбрать кого-то с той же длиной волны, что и у тебя. Не будет ли лучше взамен завладеть мной или Юрикой?

Прежде лишь наблюдавшая Кириха вступила в разговор.

— Это правда, но Юрика есть Юрика, и, Кириха, я отказываюсь делать это с тобой!

— Почему?

— Я знаю, что пожалею, если стану должником кого-то, вроде тебя!

— …Ну, я и не настаивала… — Кириха криво улыбнулась Санаэ.

— Вот так вот, так что, Котаро, пожалуйста!

— А что мне с того? К тому же, я не позволю тебе просто овладеть, а потом избавиться от меня.

Санаэ сложила руки и склонила голову.

— Пожалуйста! Я не буду избавляться от тебя! Я просто хочу вновь ощутить вкус еды!

— …Правда?

— Да! — она подняла голову и поспешно закивала. — Единственное, что я прошу — стерпеть боль в плечах.

— Боль?.. Не стоит говорить такое тому, кем собираешься завладеть.

— И если ты позволишь мне овладевать тобой пока ты ешь, то я не против перемирия! Так пойдёт, верно? Если твои плечи затекут, то я сделаю массаж!

— Перемирие…

Это было заманчивым предложением для Котаро. Оно означало, что число людей, от которых ему предстояло избавиться, уменьшится до двух, а самая агрессивная — Санаэ — будет сохранять покой.

И это всё за затёкшие плечи?.. Ладно

— Хорошо, я принимаю эти условия.

— Правда?!

— Ага, начинай. Я готов.

Сказав это, он похлопал по своим плечам.

— Угу!

Внезапно, Санаэ запрыгнула на Котаро.

— Ух?!

— Спасибо, Котаро!

Пускай её и называют приведением, кажется, что она почти как ребёнок… Хотя, думаю, она и есть ребёнок.

Вот, что он чувствовал, глядя на Санаэ.

В то же время дверь гардероба раскрылась, и изнутри показалось красное лицо Юрики. «…». Она тихо вернулась к чайному столику. Юрика чувствовала, что ситуация утихла, но стыдилась своего поведения.

— Итак, всё, что мне нужно — есть как обычно?

— Да! Подожди минутку, сейчас я завладею тобой!

Однако ни Котаро, ни Санаэ не обращали на неё никакого внимания — как и Кириха, наблюдавшая за ними двумя. Обычно, к этому времени Юрика уже начинала жаловаться, но, к счастью, сегодня было исключением.

— Оп! — Санаэ развернулась вокруг и прижалась к его спине, охватив руками шею, — Вперёд!

— Это и есть одержимость? Я представлял себе это совсем по-другому…

Котаро чувствовал её маленькое тельце на своей спине. Оно было тёплым, и он ощущал дыхание Санаэ возле своего уха.

Она питала слабость к богам удачи, могла ходить сквозь стены и атаковать Полтергейстом.

Без ошибки, она была призраком, но понемногу Котаро начинал думать о ней, как о чём-то большем.

— Угу! Ешь, Котаро!

В отличие от него, Санаэ была в очень весёлом настроении.

— Ладно, начнём есть.

— Да, начинай… Кажись, это не моя реплика.

— Хе-хе, чего это ты.

С Санаэ на спине, он приступил к еде.

С чего бы это…

Как ни странно, на тот момент Котаро не испытывал к ней ничего плохого.

— Ах, Котаро, вот этот просто восхитителен!

— Для меня большая честь принять твою похвалу.

— Эту сделала Кириха.

— Мм~ Пускай твоя одежда и странная, но похоже, что готовить ты уж точно умеешь… Хотя, вкус слишком сильный.

— Разве?

— Это вредно для организма.

— Смотри, Котаро, даже Санаэ так считает. С завтрашнего дня будем класть меньше соли.

— Хм.

Кириха присоединилась к ним, и они продолжили.

— …Выглядит вкусно… — печально наблюдала Юрика. — И, в сравнении с этим, я ем лапшу…

И грустью на лице она подняла крышку со стакана вермишели. Изнутри раздался аромат синтетических приправ.

– Ах…

Разочарованная этим запахом, Юрика дёрнула рукой и сорвала крышку наполовину. Она тут же попыталась оторвать и оставшуюся половину, но часть крышки всё же осталась, ещё более ухудшив вид стакана.

— …Сегодня было просто ужасный день…

После этих слов её одноразовые палочки лопнули, приняв разной длины формы.

— Котаро! Мисо суп! Мисо суп!

— Я слышу, так что успокойся.

— Он горячий; будь осторожен.

Глядя на получавшую удовольствие троицу, Юрика протянула палочки к кружке.

— Почему всегда я…

Жалея саму себя, она втянула лапшу.

— Она ещё и сырая…

Лапша за 98 йен чувствовалась чуть более солёной, чем обычно.

— Ну, а теперь пора возвращаться к делу.

— К делу?

Кириха задала вопрос, наливая себе чашку послеобеденного чая.

— К делу выставления тебя отсюда!

Санаэ усмехнулась над ней, расположив подбородок на плече Котаро.

— Санаэ, ты хочешь остаться жить здесь, поэтому и выгоняешь всех остальных, так?

— Да. Ну, сейчас у нас с тобой перемирие.

— Верно, и тебе, Кириха-сан, нужна эта комната ради восстановления алтаря.

— Это правда.

— И Юрика, ты хочешь провести здесь косплей-вечеринку с друзьями.

— Ты неправ!

— А я живу здесь, так что тоже не хочу переезжать. Да и нигде больше я не найду места с такой дешёвой арендой. Кроме того, если я просто передам эту комнату, то это приведёт к различным последствиям.

Если Котаро съедет, то продолжат плодиться слухи о призраках. Или же здесь начнётся вторжение или ежедневные косплей-вечеринки. Как друг Шизуки, он хотел предотвратить это любой ценой.

Понимаю, почему это место так ей дорого.

— Прошу, послушайте меня! Опасность на самом деле приближается!

— И никто не хочет получить её в бою… Хоть я и неплохой боец.

— Калечить людей — не моя цель.

— Всё же у нас сейчас перемирие.

— Я не буду проводить никаких вечеринок!

— И никто из нас не намерен отступать.

— Конечно.

— Это мой дом!

— Это опасно! Прошу вас, все, убирайтесь отсюда как можно скорей!

— Раз так, то нам нужно как-то это разрешить, Котаро. Помимо наших затяжных переговоров, в этой комнате находятся ещё двое. Такими темпами прогресс и вовсе остановится. Совершенно очевидно, что так мы никогда не придём к пониманию, так что нужно решить это путём, с которым смогут быть согласны все.

— Да, верно… Но этот способ…

Соглашаясь с Кирихой, Котаро огляделся вокруг.

Вот если бы сейчас здесь был Маккензи…

Для Котаро, бывшего человеком дела, а не слова, не было другого такого момента, когда он хотел бы заполучить мудрость Кендзи сильнее, чем сейчас. Но, с другой стороны, не мог же он просто вызвать копов. Если бы он завёл речь о призраках, подземных жителях и косплеерах, то они решили бы, что он сошёл с ума.

Котаро не мог положиться на других.

— Пожалуйста, послушайте! Я просто не могу принять это! Почему бы вам мне не поверить?! Волшебная энергия, собирающаяся здесь, опасна!

— У кого-нибудь есть хорошие идеи? Способ, с которым согласятся все…

— Это не так уж просто…

— Хмм… честный способ… Эй, Котаро, что насчёт такого? Сыграем в какую-нибудь игру, и проигравшему придётся уйти.

— Как я уже сказала, я не могу принять это! Прошу, послушайтесь меня!

— Справедливо решить этот вопрос за игрой — хорошая идея. Если оглянуться, в истории было множество примеров битв за территорию через игры.

— Секундочку! Я не хочу, чтобы такая важная вещь решалась игрой.

Кириха была на одной волне с Санаэ, чего нельзя было сказать о Котаро. Причиной этого было лишь то, что Кириха была умна, а Котаро — нет.

— Котаро, по-твоему лучше будет избить друг друга или продолжать бесконечный диалог?

— Драка… Диалог…

Глядя на Санаэ с Кирихой, Котаро отбросил идею с дракой. И, бросив взгляд на Юрику, идею с диалогом тоже.

— Хм, похоже выбора нет…

Несмотря на их битву при первой встрече, по какой-то причине сейчас Котаро не хотелось бить Санаэ. Обереги, полученные от Шизуки, были всё ещё в своей коробке.

Он недоумевал, имели ли слова Кирихи смысл или нет. Также он не думал, что диалог с Юрикой приведёт к чему-либо.

— Игра… Игра, ха…

Плечи Котаро на мгновение поникли, но он тут же опомнился и посмотрел на Санаэ.

— Ладно, Санаэ, если мы будем играть, то во что?

— Как насчёт чего-то простого, вроде камень-ножницы-бумага?

Она подняла палец, слегка кивнув. Но Кириха лишь покачала головой на это предложение.

— Камень-ножницы-бумага не подойдёт. Она слишком простая, и удача здесь будет играть слишком большую роль. Думаю, все согласятся, что нам нужна игра, где в центре будут способности человека.

— Значит, нам нельзя выбрать сёги или шашки? У всего есть плюсы и минусы.

— Я не играла ни в то, ни в другое.

— Игра, где сможет играть даже начинающий, где есть элемент удачи, но и где умения игрока выплывут наружу через несколько партий… Это классика, но что насчёт карточных игр?

— Карточных игр… вроде “козла”?

— Ну, это не обязательно должен быть “козёл”.

— Я не против. Я уже играла с Мамой и Папой.

— …Ладно… Называйте это косплеем или как угодно… Если вы исчезните отсюда, то сойдёт всё…

Котаро взглянул на них троих и глубоко вздохнул.

— …Отлично. Похоже, что мы договорились, так что остановимся на этом. Моя комната на кону, и я хочу как можно скорей покончить с этой нелепостью.

Котаро не мог ударить Санаэ, всё ещё висевшую у него на спине.

Он не мог переубедить Юрику.

И он совсем не был уверен в том, что сможет и дальше выдерживать хитрости Кирихи.

Котаро не оставалось выбора, кроме как согласиться.

— Возражений нет. Так что, Котаро, в какую именно игру мы будем играть?

— Посмотрим…

— Котаро, как насчёт того, чтобы мы вчетвером по очереди выбирали игру? Так будет по-честному.

— В таком случае, нам придётся ввести очки для мест.

— Действительно. В конце концов, придётся продолжать, пока очередь не дойдёт до каждого.

— У-у! Всё равно, никто не слушает моё мнение.

— Эй, Котаро, у нас ведь перемирие, так что давай работать вместе. Так будет легче, и после нам останется просто решить всё на словах.

— Валяй. Если я буду просто играть, то, скорее всего, продую Кирихе.

— Такое часто происходит в спорах за территорию. Хи-хи, похоже, что нельзя расслабляться. Не стоит ли нам двоим работать вместе, чтобы одолеть их?

— Д-да, пожалуйста!

Таким образом, игра на определение хозяина комнаты началась.

↑Служительница (жрица) синтоистского храма, занимается различной работой в храме, проводит религиозные обряды, там же и проживает. Традиционное одеяние мико состоит из длинной белой рубахи с широкими рукавами и красной юбки.

↑Эти «-хо» ханив — просто вербальный тик, вроде «-десу» или «-с» в русском («Извольте-с, а где барин, мы не знаем-с»)

↑ Глиняная фигурка, использовавшаяся в ритуалах и погребаемая вместе с покойниками. Считается, что внутри неё будет пребывать душа человека.

Император Огненных Драконов и Серебряная Принцесса

Воскресенье, 10 января

— Пошли, Юрика.

Лезвие меча Котаро сияло ярко-белым светом. Это был заветный меч Сагуратин, который Тия одолжила Котаро вместе с доспехами, которые он носил. Она сказала другим актерам в спектакле, что копия была сделанна по специальному заказу, но правда заключалась в том, что это был настоящий клинок. Тем не менее, благодаря барьеру, созданному вокруг лезвия, можно было никого не порезать при желании.

— Ни за что!

Но даже так противник Котаро — Юрика — боялась его. Несмотря на неоднократные попытки заверить, что лезвие на самом деле не причинит ей вреда благодаря барьеру, Юрика просто не могла в это поверить, когда увидела лезвие, так блестящее на свету.

— Меня зарежут! Сатоми-сан точно меня зарежет!

Юрика плакала, съежившись в своем громоздком костюме. Она была одета как дракон, который должен был сразится с Котаро на сцене. Император Огненных Драконов, Алунайя, был самым сильным врагом, с которым сражался Синий Рыцарь. Не случайно это стало изюминкой спектакля.

Когда кастеры обсуждали, кто будет играть роль, имя Юрики всплыло как имя человека, у которого был хороший послужной список ролей животных. Она проделала такую потрясающую работу в качестве задней части лошади в последней пьесе, что никто не мог угнаться за ней. На этот раз это не было соревнованием. И хотя Юрика была вне себя от радости, когда она подумала, что наконец пришло ее время сиять, эта радость длилась только до тех пор, пока они не начали репетицию.

— Не будь эгоисткой, Юрика! Есть люди, которые ждут твоего выхода на сцену!

— Мне все равно!

Мало того, что меч выглядел острым, Котаро выглядел как сильный рыцарь, когда размахивал им. Тренировки Котаро с Тией во время зимних каникул явно были не просто шоу.

— Меня разрежут пополам!

Юрика со слезами, все еще текущими по ее щекам, представила, как ее разрезают пополам вместе с ее костюмом. Только усугубил ее страх фортортский фильм, который она смотрела с Тией и Котаро, чтобы подготовиться к спектаклю. Рыцарь, появившийся в фильме, разрубил врага прямо пополам, и это ранило бедняжку Юрику. Образ врезался в ее сознание.

— Юрика, что за драконий император так себя ведет? Соберись!

— Ува-а-а-а-а, это невозможно! По крайней мере, сделай что-нибудь с этим мечом!

— Этого не произойдет!

— Не-е-е-ет!

Тия яростно кричала на Юрику с будки суфлера, но этого было недостаточно, чтобы ее мотивировать. Император Огненных Драконов покачал головой и удалился со сцены. Если бы она играла испуганного дракона, она была бы идеальна... Глядя, как она уходит, Тийя перестала быть разочарованной и вместо этого почувствовала себя несколько впечатленной.

— Юрика-тян, ты не можешь вести себя так. Во всяком случае, ты должна изо всех сил стараться победить Сатоми-куна!

— Победить Сатоми-сана?!

Изменили мнение Юрики слова президента драмкружка, работающего режиссером.

— Верно. Мне нужно только побить его, прежде чем он побьет меня! Я просто должна победить его, прежде чем он порежет меня!

Благодаря поддержке режиссера Юрика смогла набраться храбрости и преодолеть страх быть разрубленной пополам. Она просто победит Котаро, прежде чем он зарубит ее. Так что ей нечего было бояться.

— Хе-хе-хе! Аррраах! Гррроааар!

Гигантская фигура Императора Огненных Драконов приблизилась. Ее движения были совершенно другими, чем прежде. Вполне подходящее имя, такое как Император Огненного Дракона Алунайя, казалось, что каждый ее шаг вызывал дрожь на сцене.

— Ах, Котаро, похоже, Юрика нашла мотивацию.

— Это поможет.

— Ага. Но, похоже, это может быть неправильная мотивация...

— Я его побью! Я побью Сатоми-сан! Тогда мне не придется бояться!

Глаза Юрики налились кровью, и она что-то бормотала себе под нос. Цепляясь за свою маленькую надежду, Юрика подняла голову Алунайи и зарычала.

— Юрика, дерись! Юрика, сражайся!

Но все это было заблуждением. Надежда, которую она испытывала, на самом деле была просто отчаянием. Это был первый день репетиций после зимних каникул. Хотя между Рождеством и Новым годом возникли некоторые сложности, Котаро и остальным удалось собраться этим днем.

Цель репетиции состояла в том, чтобы пройти пьесу от начала до конца. Но это было не столько для того, чтобы подтвердить способности каждого отдельного актера, сколько для того, чтобы коллектив почувствовал ход пьесы. Было бесчисленное множество вещей, которые нужно было проверить, кроме актерской игры. Это были декорации, костюмы, спецэффекты, свет и многое, многое другое.

— Ар-р-р-р!

— Ниджино-сан, ты сможешь!

— Предоставьте это мне, Сакураба-семпа... Кьяааааааааааааааааааааа!

— Эй, не беги, Юрика!

Костюм Императора Огненных Драконов, который был одет на Юрику, был одним из самых важных вещей, которые нужно было проверить. Было еще много вещей, которые нужно было подправить в отношении ее внешнего вида, но они также должны были подтвердить, что приспособления внутри функционируют. Потому что спектакль планировался на конец месяца, им нужно было торопиться и закрыть все механические вопросы.

— С-Сатоми-сан, ты ведь собирался разрубить меня пополам, не так ли?!

— Конечно. Это то, что я должен делать в этой сцене.

— Ты злодей, так что просто прими свою судьбу и будь разрублена пополам.

— Сатоми, отруби хвост подальше.

— Понял.

— Неееет!

Внутри костюма Алунайи были приспособления, которые позволяли хвосту костюма отрываться при разрезании или позволяли дракону извергать огонь изо рта. С помощью проводов актер мог даже летать по воздуху. Команда реквизитора полностью снабдила костюм всевозможными спецэффектами благодаря объединению навыков и тяжелой работы. Вот как они были взволнованы предстоящим спектаклем.

— Хм, если не считать мужества Юрики, костюм, похоже, работает нормально.

— Хорошо. Этот костюм Алунайи — отличный предмет для школьного спектакля.

— Я слышал, что съемочная группа провела над ним несколько ночей.

В этот момент меч Котаро отсек хвост костюма. Увидев, что устройство работает безупречно, Тия удовлетворенно кивнула из-под сцены.

— Вы все отлично поработали! Гордитесь своей работой! Вам моя похвала!

— Хорошо, это успех!

Реквизиторы аплодировали, наблюдая за происходящим вместе с Тией. Это был момент, которого они ждали, и вся их кровь, пот и слезы окупились. Увидев их лица, Тия еще раз удовлетворенно кивнула.

— Похоже, приготовления идут по плану, Ваше Высочество, — крикнула Рут неподалеку.

— Да. Все, что мы можем сделать сейчас, это возложить наши надежды на актеров.

Костюм Алунайи работает, репетиция шла хорошо. Так как они готовили спектакль во второй раз, все костюмы и декорации были подготовлены, а проверка освещения прошла гладко. Как и сказала Тия, теперь остались только актеры.

— Э-это было… действительно страшно!

— Хорошая работа, Ниджино-сан.

Когда ее часть закончилась, Юрика свернулась в клубок, дрожа и держась за колени. Харуми нежно утешала ее. Издалека казалось, что гигантский дракон плачется принцессе, но с улыбкой Харуми это выглядело довольно очаровательно.

— В последнее время было трудно сказать «нет» Сакурабе-семпай.

Шизука так и сфотографировала Харуми и Юрику, пока разговаривала с Котаро. Поскольку сцена приближались к кульминации второй половины, до роли Шизуки в качестве горничной было еще далеко, и у нее оставалось достаточно времени, чтобы сделать снимки для отчета о деятельности.

— Ты так думаешь?

— Думаю, можно сказать, что она отлично справляется с ролью принцессы. Кажется, она тоже привыкла вести себя перед людьми.

— Ну, я могу согласиться, похоже, она привыкла к этому.

Котаро всегда тренировался с Харуми, так что он не мог понять, насколько она изменилась. Он видел, как медленно разворачивается весь процесс, поэтому у него было другое видение этого, чем у Шизуки, которая не видела ее в течение нескольких месяцев после последней пьесы.

Но оглядываясь назад на то, какой она была той весной, Харуми определенно стала намного лучше общаться с людьми. Теперь она не так нервничала, разговаривая с незнакомцами, и время от времени улыбалась даже им. Было ясно, что Харуми сильно выросла с тех пор, как впервые ступила на сцену.

— Эй, Тия.

— Что?

— Поскольку Сакураба-семпай уже привыкла ко всему, не следует ли нам вернуть роль Синего Рыцаря Маккензи?

Первоначально Котаро выступал только в роли Синего Рыцаря, потому что Харуми боялась сцены с кем-либо еще в качестве главного героя. Но после того, как она так выросла над собой, Котаро почувствовал, что больше не о чем беспокоиться. Вот почему он предложил вернуть роли к их первоначальному составу, имея в виду Кенджи в роли Синего Рыцаря.

— Абсолютно нет! Ты хорош как Синий Рыцарь!

Однако Тия выглядела ужасно удивленной и с силой покачала головой.

— Почему нет? Он выглядит лучше.

— Н-ну... — Тия не могла ответить сразу, но не потому, что у нее не было ответа.

«Мои единственные рыцари - ты и Рут» — ... Тия больше не могла представить себе другого рыцаря, кроме Котаро. Только Котаро и Рут могли носить титул «рыцарь Тиии». Это было твердое убеждение, которое она хранила в глубине своего сердца. Однако она не могла сказать этого вслух. Она слишком боялась того, что ответит Котаро. Вот почему ее взгляд, естественно, переместился на Харуми, стоявшую позади Котаро.

— Может быть, это и правда, но уже слишком поздно для этого, Сатоми-сама. — Увидев, что ее госпожа обеспокоена, Рут ответила вместо нее. — Мы уже начали рекламу. И кроме того, если мы вдруг поменяем роли, я не думаю, что Маккензи-сама сможет взять на себя роль Синего Рыцаря за то короткое время, что у нас осталось.

Реклама спектакля уже началась. Листовки были разбросаны по территории и расклеены на досках объявлений. Эти листовки, конечно же, включали список актеров. Если бы они что-то изменили сейчас, им пришлось бы исправить все эти листовки. А поскольку спектакль был назначен на конец месяца, у Кенджи было всего около двух недель, чтобы выучить все сцены Синего Рыцаря. По этим двум причинам Рут была уверена, что смена актерского состава сейчас нереальна.

— Понятно... А я тут подумал, что можно расслабится...

— Тогда перестань думать о глупостях и возвращайся на сцену! На очереди твой бой с министром и придворным магом!

— Ага-ага. Как пожелаете, моя принцесса.

Kотару слабо и горько улыбнулся и снова поднялся на сцену.

— Как пожелаете, моя принцесса, а?

«Хотелось бы, чтобы эти слова не были сказаны в шутку…» — В отличии от легких шагов Котаро, когда он уходил, чувства двух оставшихся девушек были совсем не такими.

Голоса Котаро и остальных наполняли зал, где они тренировались, и все приближалось к кульминации. Котаро столкнулся с министром, который был злым вдохновителем государственного переворота.

— Сволочь! Ты пытаешься уничтожить Фортортэ?!

— Ха-ха-ха, вот что значит развалить страну!

Искусно замаскированный сложный сенсор записывал их и преобразовывал отснятый материал в голограмму, прежде чем отправить кое-куда.

— Будь ты проклят, фальшивый Синий Рыцарь.

Человек, смотрящий на голограмму на другом конце, был никем иным, как Клэн, второй принцессой Фортортэ, которая должна была заполучить Тию и Котаро. Она пряталась в тени в комнате для снаряжения рядом со спортзалом, глядя на свой браслет, который был очень похож на браслет Тии. Он проецировал голограмму с сенсора, как будто она смотрела кукольный спектакль, разыгрываемый специально для нее.

— Еще больше раздражает то, что его игра стала лучше…

Темный, острый взгляд Клэн был прикован к Котаро. Она собиралась отомстить ему за то, что он помешал ее предыдущей атаке. Ее обида на него даже превзошла то, что она чувствовала к Тие. Клэн не чувствовала реальной необходимости убивать Тию, пока она могла вместо этого просто саботировать свое испытание, но она чувствовала, что должна убить Котаро, несмотря ни на что.

Девушка была очень гордой, как и Тия, и, как фортортианка, она также испытывала сильные чувства к Синему Рыцарю. Так что то, что простолюдин с малоразвитой планеты направил на нее меч, будучи одетым как Синий Рыцарь, и, что еще хуже, победил ее таким образом, было совершенно неприемлемо.

— Но я просто не могу найти лазейку. Как раздражает!

Вот почему Клэн теперь постоянно наблюдала за Котаро. Она ждала подходящего момента, чтобы наброситься, но подходящего случая еще не представилось. Отчасти потому, что Котаро почти никогда не был один, но также и потому, что у Клэн было очень узкое представление о том, каким должен быть этот идеальный сценарий.

Клэн хотела, чтобы Котаро знал, кому он проиграл, когда падет, и сожалел о том, что когда-либо поднял свой меч против нее. Вот почему она хотела победить Котаро только после того, как откроется ему. Если бы она не сделала хотя бы этого, ее уязвленная гордость никогда не заживет. Из-за этого она могла атаковать только тогда, когда Котаро не было с Тией и остальными, и когда он был в месте, где не было бы других людей. Конечно, в случае с Котаро такое случалось редко. Из-за этого Клэн ждала все это время.

— Хм?

Внезапно девушка заметил, что Котаро сходит со сцены и направляется обратно за спортзал с Харуми. Судя по кадрам, которые она могла видеть в комнате, казалось, что они взяли небольшой перерыв перед финальной сценой.

— Вот и все! Это идеальный шанс передать ему привет!

В ее глазах за очками горел огонь. За спортзалом пространство было достаточно изолировано, и единственным человеком там была Харуми. Теперь у нее была возможность раскрыться так, как понял бы только Котаро, и, возможно, даже победить его тут же.

— Мой шанс наконец-то выпал!

Клэн быстро нажала на свой браслет и выключила запись, прежде чем выпрыгнуть из темной комнаты с оборудованием и выскочить из здания в направлении Котаро. Ее шаги были легкими, почти как у танцовщицы. Она была взволнована тем, что у нее наконец появился шанс отомстить.

«Подожди, фальшивый Синий Рыцарь! Я скоро буду!» — Клэн была похож на девушку, радостно бегущую на свидание со своим первым парнем.

Пробежав несколько метров, Клэн мягко оттолкнулась от земли. Когда она это сделала, у нее словно выросли крылья. Она взлетела в небо и не выказала признаков удивления, продолжая подниматься все выше и выше. Скорость, с которой она поднималась, была намного выше, чем когда она бежала, и она в одно мгновение взлетела над крышей спортзала.

Это была сила нового ее изобретения. Защитные барьеры, которые использовали Клэн и Тия, работали, контролируя гравитацию, отталкивая входящие атаки. А поскольку устройство обладало способностью контролировать гравитацию, с помощью нескольких тонких настроек его можно было использовать для полета. Именно это и сделала Клэн. Она изменила свой собственный барьер, чтобы быть способной бросить вызов гравитации.

Тем не менее, у устройства были свои недостатки. Всякий раз, когда девушка взлетала, потребление энергии увеличивалось в геометрической прогрессии, а защитная сила барьера сильно уменьшалась. Ее нынешний барьер был вдвое слабее, чем раньше. Но Клэн не возражала против этой жертвы. Поскольку барьер не мог остановить меч Котаро, когда они сражались в прошлый раз, она решила, что вместо этого лучше улучшить свою подвижность. Действительно, ее движения в воздухе были довольно впечатляющими, она грациозно меняла позу и порхала почти как фея из кино. Это был совсем другой уровень, по сравнению с полетом дракона Юрики с использованием проводов.

«Вот он!»

Как только она заметила Котаро и Харуми, Клэн осторожно коснулась своего браслета. Когда она это сделала, ее внешний вид слился с голубым небом. Это была еще одна контрмера против Котаро. Установив поле, пропускающее свет через ее тело, она стала невидимой. Нравится ей это или нет, но когда она летит по воздуху, она должна выделяться, так что это было неотъемлемой частью ее стратегии.

Более того, Клэн вытащил из дыры в подпространстве большой, странно выглядящий пистолет. Это была еще более улучшенная версия пушки, которую она использовала раньше. Поскольку она собиралась использовать его в небе без опоры, пистолет стал меньше, его управляемость была улучшена, а отдача от выстрела значительно уменьшилась. Компромисс заключался в том, что он мог стрелять только очень ограниченное количество раз, но, учитывая его полезность, это был подходящий дизайн. В прошлом он был просто слишком большим, чтобы поспевать за скоростью Котаро.

«Давай начнем с небольшого приветствия!»

Клэн взяла оружие обеими руками и направила дуло на Котаро. Когда она это сделала, прицел, синхронизированный с ее браслетом, автоматически прицелился. Хотя стрельба с неба была нестабильной, прицел ничуть не колебался. Подготовка Клэна была идеальной.

«Если есть что-то, что ты можешь сделать в этой ситуации, тогда покажи мне, фальшивый Синий Рыцарь!»

Мрачная улыбка появилась на губах Клэн, когда она нажала на курок. Она не собиралась убивать Котаро своей внезапной атакой. Если Котаро умрет, не зная, кто его победил, она не будет удовлетворена. Она целилась в правую руку Котаро, чтобы он не смог использовать свой меч. Увернуться от этого никак нельзя! Наслаждайся, фальшивый Синий Рыцарь!

Из дула винтовки вылетили раскаленные частицы тяжелого металла. Луч состоял из тяжелого металла, нагретого электромагнитным полем внутри ствола, и он приближался к Котаро с пугающей скоростью. Поскольку он был запущен из ручного оружия, он не шел ни в какое сравнение с выстрелом из космического корабля, но был намного быстрее любого ружья, использующего порох. Этого было достаточно, чтобы Клэн была уверена в победе.

Котаро разговаривал с Харуми и стоял спиной к Клэн. Он полностью ослабил бдительность. Клэн, летящая и невидимая, выстрелил в него со столь близкого расстояния, что шансов, что она промахнется, не было. Более того, Котаро не показывал никаких признаков активации барьера на своей броне.

С какой стороны не посмотри, Клэн была уверена, что без проблем сможет отстрелить правую руку Котаро. И после этого Котаро будет практически беззащитен без своего меча. Тогда она сможет делать все, что ей заблагорассудится. Рыцарь, не могущий пользоваться мечом, ей не ровня.

И все же... случилось неожиданное. За мгновение до того, как луч попал в Котаро, он врезался в полупрозрачную белую стену и рассеялся. Котаро был совершенно невредим.

«Невозможно!» — Увидев, что ее выстрел заблокирован, Клэн поспешно подтвердил данные о цели через свой браслет. «Это не барьер? Тогда что это?!»

Сначала Клэн подумала, что броня среагировала на луч и автоматически поставила барьер, чтобы защитить его. Однако ее браслет не мог обнаружить никаких гравитационных искажений. Это означало, что это должен быть барьер, в котором не использовалась фортортианская технология.

«И фальшивый Синий Рыцарь даже не заметил?! Тогда что… Ха?!» — Просмотрев данные, Клэн оглянулась на Котаро. Он и не заметил, что в него стреляли, но здесь была еще девушка, с которой он разговаривал.

«Может ли это…»

По спине Клэн пробежала дрожь. Харуми, стоявшая лицом к Котаро, смотрела прямо на Клэн, как будто она могла видеть ее. Могло ли быть так,что фальшивая Серебряная Принцесса что-то сделала?!

Клэн и Харуми уставились друг на друга. Взгляд Харуми был спокоен и не колебался, а ее глаза сияли силой воли. При виде этого, интуиция Клэн подсказала ей, что это Харуми заблокировала ее атаку. Это не было логичным выводом, но когда Клэн посмотрел в глаза Харуми, это было единственное, о чем она могла думать.

«Нет никаких сомнений. Эта девушка, эта фальшивая Серебряная Принцесса…»

Как только Клэн пришла к такому выводу, Харуми подняла правую руку над плечом Котаро. Ее ладонь была направлена прямо на племя.

— Соберитесь, духи света. Приблизьтесь, ослепляя своей жарой и танцуйте, танцуйте...

«Она контратакует?! А это...?!»

На ладони Харуми появился маленький шарик света. Не было сомнений, что это была какая-то реакция на нападение Клэн. Сфера света быстро выросла до размера теннисного мяча и начала излучать мощный свет. Но не это удивило Клэнн.

«Древний язык Фортортэ?! Кто эта девушка?!»

Функция автоматического перевода ее браслета интерпретировала то, что говорила Харуми. Это был язык, который не использовался более тысячи лет, теперь известный как древний язык Фортортэ. Она даже говорила специальные слова, используемые только людьми выше определенного статуса при совершении ритуалов.

Не обращать внимание на того, кто может использовать ключевые слова из древнего языка Фортортэ, слишком опасно! Но Клэн не оцепенела от удивления. В тот момент, когда она поняла, что столкнулась с неизвестной угрозой, она повернулась и убежала. Девушка не была настолько глупой, чтобы пытаться принять две неопределенности одновременно.

— Развевающаяся завеса…

Когда она это сделала, Харуми замолчала на полуслове, и светящаяся сфера в ее ладони исчезла. Увидев это, Клэн почувствовала облегчение.

— Она отпустила меня...?

Пока Клэн улетала от Котаро и Харуми на полной скорости, она несколько раз оглядывалась. Она хотела убедиться, что Харуми не собирается ее преследовать. Вот насколько она была удивлена и обеспокоена.

— Но все же... Что происходит? Этот барьер, древний язык... Подумать только, что это был не только Синий Рыцарь... Даже эта фальшивая Серебряная Принцесса - загадка. Мне нужно придумать больше контрмер прямо сейчас. — Клэн быстро перешла от чувства облегчения к разработке новых планов против нового врага.

Когда Котаро закончил проверять свои реплики и поднял голову, он увидел Харуми, смотрящую в небо с протянутой по какой-то причине рукой. Но когда Котаро посмотрел через плечо в том направлении, куда она смотрела, он не увидел ничего, кроме зимнего неба.

— ...Что ты делаешь, Сакураба-сэмпай?

— Хм?

Когда Котаро что-то сказал Харуми, она моргнула два или три раза, прежде чем, наконец, пришла в себя.

— Ч-честно говоря, я не...

Не понимая, что она делает сама, Харуми растерялась. Она покраснела и поспешно опустила руку, прежде чем вспомнить, что произошло.

«Мм, мы пришли в заднюю часть спортзала, чтобы повторить наши реплики для следующей сцены и сделать перерыв. Я читала сценарий с Котаро, а потом... а потом... А?»

Харуми в замешательстве склонила голову. Последнее, что она помнила, — это чтение своих строк. В следующий момент Котаро спросил ее, что она делает. Она совершенно забыла, почему подняла руку к небу.

— ...Что я сделала?

— Почему ты спрашиваешь меня об этом? Ахахаха!

Котаро очень позабавил неожиданно глупый ответ Харуми. Затем ее лицо покраснело на несколько градусов, когда она начала взволнованно придумывать оправдания.

— Это из-за актерской игры! В последнее время я слишком вжилась в свою роль!

— Слишком увлеклась, да? Ну, ты что-то бормотала под нос. Пф-ф...

Котаро продолжал смеяться. Это было так весело для него, что в уголках его глаз выступили слезы.

— Сатоми-кун, ты подлец! Я серьезно!

Харуми надула щеки, как ребенок, сложив руки перед грудью. Она посмотрела на Котаро вызывающим взглядом. Но видя, как якобы благородная и элегантная Серебряная Принцесса ведет себя вот так, Котаро не мог молчать.

— Ва-ха-ха-ха-хах! Аха-ха-ха-ха!

Сценарий в руках Котаро дрожал, он так сильно смеялся. Металлическая карточка, которую он использовал в качестве закладки, мерцала каждый раз, когда текст двигался и попадал на свет.

— Ах, не смешно. Нисколько.

Однако, поняв, что он становится слишком истеричным, Котаро с силой закрыл глаза и рот, чтобы попытаться сдержать себя.

— Я была так занята своими обязанностями! Я просто немного устала!

Но это было последней каплей. Котаро снова заржал.

— Бва-ха-ха! С-сэмпай, твои обязанности...? Т-ты говоришь как настоящая принцесса! Ва-ха-ха-ха!

— Боже, Сатоми-кун!

Харуми отчаянно пыталась сгладить ситуацию, но все ее усилия лишь раздули пламя смеха Котаро.

— Пф... Аха-ха... С-сэмпай, у тебя есть удивительно забавная сторона, ха-ха-ха-ха-ха!

— Пожалуйста, забудь все, что только что произошло!

Разум Харуми опустел. Она была искренне огорчена, неохотно глядя на Котаро, забыв обо всем остальном.

— Если ты еще будешь смеяться, я рассержусь! Даже если это ты, Сатоми-кун!

— П-пожалуйста, обязательно! Разозлись!

— Эй!

Тем не менее, Харуми не могла понять, пока не легла в постель той ночью, как долго она ждала этого момента, и насколько классно это было на самом деле.

Идеальный Рыцарь

Воскресенье, 17 января

"Сатоми-кун, Сатоми-кун".

"Да?"

Котаро повернулся, чтобы посмотреть на Харуми, когда она позвала его. Пока он это делал, ее тонкие белые пальцы ткнулись в его щеку.

"Хихихи, пора".

"...Сенпай, почему ты играешь в такие детские шалости?".

Полуизумлённый, с пальцем Харуми, всё ещё тыкающим в его щёку, Котаро рассмеялся.

"Прости. Просто это то, что я всегда хотел попробовать".

Харуми улыбнулась и слегка наклонила голову, прежде чем схватить подолы своего платья и повернуться. Она быстро поднялась по лестнице и сбежала на сцену.

"Боже..."

Доспехи Котаро издали лязгающий звук, когда он вздохнул, и он почесал голову, глядя на Харуми. Но он был не единственным, кто смотрел на неё сейчас. Многие участники спектакля тоже наблюдали за ней с улыбкой.

Сакураба-сенпай в последнее время стала выглядеть гораздо больше как принцесса...

Харуми была в приподнятом настроении. Когда до спектакля оставалась всего неделя, и все были на взводе, Харуми была единственной, кто все еще вел себя как обычно. Более того, казалось, что она совсем не волнуется по поводу своего выступления. Мягкая атмосфера, которую она создавала вокруг себя, казалось, уменьшала стресс всех остальных, и в результате она задавала настроение всей команде.

"Тея, вот как, значит, я пошел".

Подкачав себя, Котаро окликнул Тею, прежде чем подняться по лестнице на сцену и погнаться за Харуми.

"Да..."

Подготовка к спектаклю шла довольно хорошо. Игра актеров, декорации, освещение и спецэффекты находились на последнем этапе настройки для представления на следующей неделе. По сравнению с прошлогодним спектаклем, подготовительная работа шла без заминок. Хотя они нервничали, все были полны уверенности и мотивации.

"Держитесь вместе и делайте все, что в ваших силах..."

Только у Тейи было мрачное выражение лица.

"Лорд Велтлион, с этого момента этот меч будет защищать тебя. От любого врага и любого испытания".

Держа меч в обеих руках, Харуми вручила его Котаро, произнося свою фразу. Тон ее голоса был спокойным и мягким, но язык ее тела указывал на болезненно-печальный смысл, стоящий за ее словами.

"Тогда я использую свою жизнь и этот меч, чтобы защитить тебя, принцесса Алайя".

Котаро, опустившись на колени, принял меч и все, что он обозначал. Котаро понял, какие чувства скрываются за мечом и словами Харуми. Но даже несмотря на это, он все равно не ответил на них. Он не мог.

"Эти двое прекрасны..."

"Я хочу испытать такую любовь..."

Юрика и Сидзука, которые вместе смотрели на сцену, вздохнули. Юрика постоянно рассказывала о своих сёдзё-мангах, а Сидзука обожала любовные истории, поэтому обе девушки испытывали сильное чувство восхищения, наблюдая за разворачивающейся сценой.

Котаро и Харуми сейчас разыгрывали сцену, в которой Серебряная принцесса Алайя вручала Синему рыцарю Лорду Велтлиону священный меч Сигналтин, который передавался в королевской семье на протяжении многих поколений. Поскольку сражения становились все более ожесточенными, а Велтлион уже пережил несколько смертельных схваток, Алайя просто не выдержала. Она подарила ему величайшее сокровище королевской семьи, священный меч, чтобы защитить его.

Для Алайи это был поступок, равносильный признанию в любви к Велтлиону. Неважно, какой силой обладал меч, неважно, насколько Велтлион был опорой для возрожденной армии Фортфортиан, но подарить величайшее сокровище королевской семьи простому рыцарю было неслыханно. Сам этот жест показал, что Алайя действительно чувствовал.

Но даже тогда никто из них не говорил о своих чувствах. Они просто не могли. Принцесса и рыцарь. Несмотря на то, что они оба были дворянами, между ними была непреодолимая пропасть. Это была любовь, которая никогда не будет разрешена или реализована.

"Похоже, пока мы можем расслабиться", - прошептала Рут Тее, наблюдая вместе с ней за сценой.

В пьесе было три поворотных момента, и эта сцена была одним из них. В прошлом говорили, что качество истории зависит от качества этих трех сцен. И, к счастью, эта была достаточно хороша. Это был хороший знак, если не облегчение, и именно это имела в виду Рут, когда говорила, что они могут расслабиться.

"Это... правда, но..."

Однако, казалось, что Тея все еще была неудовлетворенной. Она смотрела вверх на сцену с меланхоличным выражением лица.

"Было ли что-то, что тебе не понравилось?".

"Да..."

Когда Рут спросила ее об этом, Тея начала выражать то, что она действительно чувствовала внутри, но это было то, в чем она могла признаться только Рут.

"Синий Рыцарь и Серебряная Принцесса... Они достигли достаточного уровня для любителей, но... чего-то...".

"Чего-то не хватает?"

"..."

Тея молча кивнула. Она не могла выразить словами сложные чувства, шевелящиеся внутри ее маленькой груди.

Спектакль близился к завершению. Харуми освоилась в роли Серебряной принцессы, а Котаро вел себя как Синий рыцарь, которого Тея себе представляла. Но когда она смотрела на Котаро, ей казалось, что чего-то не хватает. Это ощущение становилось все более и более выраженным каждый раз, когда она видела, как он играет роль Синего Рыцаря.

"Это странно. Его действия в роли Синего Рыцаря достаточны, но я не могу отделаться от ощущения, что чего-то не хватает", - нетерпеливо сказала Тея.

Она снова подняла взгляд на Котаро на сцене. С каждым наклоном головы, когда она ломала голову, ее золотые волосы развевались.

"Ваше Высочество..."

Увидев Тейю в таком состоянии, Рут на мгновение выглядела изумленной, прежде чем вернуться к улыбке. Ее выражение лица напоминало старшую сестру, проверяющую домашнее задание своей младшей сестры. Рут точно знала, что чувствует Тея, и хотела немного помочь ей.

"Ваше Высочество, это, вероятно, потому, что человек наверху - Синий Рыцарь".

"Что ты имеешь в виду?"

На этот раз Тея была единственной, кто посмотрел на Рут с удивлением.

"Это просто то, что я сказала. Ты, вероятно, недоволен, потому что человек, стоящий сейчас на сцене, - это Синий Рыцарь, Ваше Высочество".

"Какая глупость. Конечно, он Синий Рыцарь. Он главный герой этой пьесы".

Тея отвергла слова Рут и снова посмотрела на сцену. Ее выражение лица все еще было пронизано нетерпением. Видя это, Рут поняла, что она была права.

Это правда, ваше высочество. Вы недовольны, потому что он - Синий Рыцарь...

Это было скрытое желание, которое сама Тея еще не осознавала, но которое Рут смогла определить после того, как они вместе выросли как сестры.

Изначально Тея восхищалась Синим Рыцарем, потому что хотела, чтобы такой же великолепный рыцарь, как он, помогал ей и ее матери. Самый сильный рыцарь, о котором знала Тея, был Синий рыцарь, и именно поэтому она хотела получить его помощь. Сценарий, который она написала и который позволял самому сильному рыцарю сиять, был отражением этого.

Но теперь представление Тейи о сильнейшем рыцаре менялось - она начала думать о ком-то другом. И поскольку она хотела, чтобы в ее пьесе был самый сильный рыцарь, то на сцене должен был быть именно он, а не Синий Рыцарь. Вот с чем боролась Тея.

И есть еще кое-что... Героиня не должна быть Серебряной принцессой, верно, Ваше Высочество?

Идеальным рыцарем для Теи был тот, кто стоял на ее стороне и работал вместе с ней, чтобы защитить ее мать, нынешнюю императрицу. И поскольку этот идеальный рыцарь сейчас был с Серебряной принцессой вместо неё, Тея никак не могла быть довольна таким сценарием.

"Другими словами, Её Высочество хочет быть с Сатоми-сама...".

"Ты что-то сказал?"

"Нет, вообще ничего".

Однако Рут не поделилась этим выводом с Теей. Это был ответ, к которому Тея должна была прийти сама. Если бы кто-то другой сказал ей об этом, это не имело бы никакого значения.

Рут пыталась склонить Котаро на сторону своего малодуховного хозяина. Хорошо это или плохо, но прямо сейчас он был источником энергии Теи.

"Сатоми-сама, полотенце".

"Спасибо, Рут-сан".

Рут использовала передачу полотенца как предлог, чтобы подойти к Котаро. Не подозревая о ее намерениях, Котаро выразил свою благодарность за ее внимание и принял полотенце.

"И для вас тоже, Харуми-сама".

"Спасибо."

Она также протянула Харуми полотенце. Хотя Котаро был тем, с кем она хотела поговорить, Рут была особенно внимательной девушкой.

"Извините за все эти хлопоты, Рут-сан".

"Нет, в конце концов, это моя работа".

Что не так с Теей?

Пока Рут разговаривала с Харуми, Котаро смотрел на Тею. Она сидела на большой картонной коробке в углу спортзала, ее плечи были ссутулены, а ноги безжизненно свисали вниз. Она слегка наклонилась вперед, уставившись в землю под ногами.

Котаро привык к тому, что Тея всегда налетала на него, как только он сходил со сцены, поэтому нынешнее поведение Теи показалось ему довольно необычным. Размышляя об этом, рука, которой он вытирал полотенцем пот со лба, перестала двигаться.

"Сатоми-сама, у вас есть минутка? Есть кое-что, о чем я хотел бы поговорить!"

В этот момент Рут, закончившая разговор с Харуми, повернулась к Котаро. Она уже давно хотела поговорить с ним, поэтому говорила довольно быстро и энергично.

"Извини, Рут, мы можем поговорить позже. Мне нужно кое-что сделать...".

Однако ответ Котаро был совсем не таким, какой хотела услышать Рут. Он даже начал уходить.

"Ах, подождите минутку, Сатоми-сама!"

Рут хотела поговорить с Котаро о чем-то очень важном для нее. Это было то, что она не хотела игнорировать или откладывать, поэтому Рут повысила голос и попыталась остановить его.

"Это очень важно... А..."

Однако Рут остановилась на середине предложения, когда поняла, куда Котаро клонит.

"Сатоми-сама, вы..."

Рут положила руки на бедра и испустила большой вздох. Была ли она удивлена, счастлива или и то, и другое, единственное, что вырвалось из ее рта, был этот вздох.

Как ты так хорошо нас понимаешь?

Сначала Рут разозлилась, когда Котаро попытался отложить ее, но на самом деле Котаро уже пытался помочь Рут в этом важном деле еще до того, как она успела заговорить с ним об этом.

"Действительно... Вот как ты превзошел роль Синего Рыцаря...".

Рут наполняло теплое чувство, когда она смотрела, как Котаро уходит. Радость, заполнившая ее грудь, была одновременно глубокой и интенсивной. Хотя на мгновение она разозлилась, сейчас она была так счастлива, что могла танцевать. В конце концов, Котаро шел к Тее.

Пожалуйста, позаботьтесь о Ее Высочестве, Сатоми-сама...

Конечно, на самом деле она не могла пуститься в пляс здесь и сейчас. Она не могла испортить важный момент для своего любимого мастера. Вместо этого Рут поджала губы и сжала кулаки, словно пытаясь сдержать свою радость.

"Эй, чего ты тут разлегся?".

Пройдя весь путь до Теи, Котаро небрежно потянул обеими руками за её щёки.

"А...?"

Взгляд Теи медленно переместился вверх, на Котаро.

"Что? Я ничего не делаю".

"Это не то, что говорит твое лицо".

Услышав ответ Тейи, Котаро честно начал волноваться.

Это может быть серьезно...

Котаро все еще тянулся к щекам Теи, но она совсем не жаловалась. Как обиженный ребенок, она просто отвернула лицо и смотрела в землю. Учитывая ее гордость, одного этого действия было достаточно, чтобы Котаро понял, что что-то не так.

"Это мое лицо, так что позволь мне делать с ним все, что захочу".

"Поговори со мной. Я не смогу понять, что происходит, если ты будешь просто хмуриться".

Котаро перешел от потягивания за ее щеки к разминанию их ладонями. Хотя его действия не имели никакого смысла, он чувствовал, что это лучше, чем просто позволять ей хмуриться.

"Тебе нечего сказать. Просто тот факт, что ты делаешь это именно в данный момент, дает понять, что проблема не решена".

"Хм? И что это должно означать?"

Услышав, что сказала Тея, Котаро перестал двигать руками и вместо этого посмотрел ей в глаза.

Ах...

Поскольку Котаро все еще держал ее лицо, она не могла отвернуться, но быстро отвела глаза.

"Я не хочу говорить".

"Скажи мне. Если ты не скажешь, я просто продолжу это делать".

Поскольку Тея не ответила ему, Котаро снова начал двигать руками. Мягкие щеки Теи меняли форму в его ладонях.

"Хорошо, хорошо, я скажу тебе, так что просто прекрати".

"Хорошо. Раз уж мы разобрались с этим..."

Поскольку Котаро был слишком настойчив, Тея, наконец, уступила. Она вздохнула, прежде чем начать объяснять, в чем дело, как только могла.

"Прошло девять месяцев с тех пор, как я прилетела на эту планету. Но ты ни разу не отнесся ко мне с уважением. Если уж на то пошло, ты относишься к Сакурабе Харуми больше как к принцессе, чем ко мне".

Для того чтобы Тея смогла завершить свое испытание, Котаро должен был поклясться ей в верности. Однако он не проявил никакого интереса к этому. И для Теи это выглядело так, будто Котаро был готов стать рыцарем Харуми больше, чем кем-либо другим.

Именно так. Она тоже беспокоилась о чем-то подобном на Рождество...

Услышав ее слова, Котаро вспомнил переживания Теи на рождественской вечеринке. В то время она беспокоилась о своем положении и способности заставить людей следовать за ней.

Однако на этот раз ее настоящее беспокойство отличалось от того, что беспокоило ее на рождественской вечеринке. При этом Котаро не был достаточно острым, чтобы понять это. Из-за этого Котаро и Тея сейчас были не совсем на одной волне. Но поскольку у Котаро не было интуиции Рут, это было неизбежно.

Однако даже в этом случае между ними все еще оставалась определенная степень взаимопонимания, и Котаро честно высказал свое мнение.

"Это неправда. Я полностью проявляю к тебе уважение. Ты просто смотришь на это неправильно".

Котаро покачал головой. Тея подняла взгляд, но ее глаза были полны сомнения.

"Не лги. Ты хоть понимаешь, что ты сейчас делаешь?".

"Я играю с твоим лицом".

"И это то, как ты проявляешь уважение к принцессе?!" яростно крикнула Тея.

Подняв свои хорошо очерченные брови, она выглядела негодующей. Если бы Котаро действительно относился к ней как к принцессе, он бы не стал так возиться с ее лицом. Это было ее доказательством того, что он не проявляет к ней никакого уважения, но это не ограничивалось только сейчас. В школе, в городе, в квартире и на борту "Синего рыцаря" Котаро всегда обращался с ней грубо. И он всегда кричал о том, что она не может сделать его своим вассалом против его воли.

Поэтому то, что сейчас Котаро отрицает это и ведет себя так, будто он действительно относится к ней уважительно, только подогревало недовольство Теи.

"В конце концов, ты вообще не видишь во мне принцессу Тейамиллис!"

"Так вот что это было? Я сожалею об этом".

Коутару снова перестал двигать руками.

"А...?"

Котаро отдернул руки от лица Теи. Затем он сел на картонку рядом с ней.

"Привет, Тея".

"Что?"

Тея звучала несчастной, и она отвернула свое лицо от Котаро, когда отвечала ему. Она все еще не успокоилась.

"Есть причины, по которым я не могу поклясться в верности или передать тебе комнату прямо сейчас... Но не может быть такого, чтобы я не считал тебя принцессой".

"Ты лгунья! Не изрыгай такую откровенную ложь в мой адрес!"

Тея обернулась, чтобы на мгновение взглянуть на Котаро, и рявкнула на него, прежде чем снова отвернуться. Казалось, она не верила ни единому слову Котаро.

"Ты все это время называл меня бесполезной принцессой или жалкой принцессой!"

"Это правда, именно так я и чувствовал себя поначалу".

Первая встреча Коутару и Тейи прошла ужасно. Тейя считала население Земли только неандертальцами, а Котаро считал Тейю злым инопланетянином, настроенным на вторжение на планету.

"Я никогда не мог представить, что поклянусь тебе в верности".

"Видишь? Все так, как я и говорил!" Тейя сплюнула и несколько надула щеки.

Одна только эта реакция показала, насколько она изменилась, но Тея не могла этого оценить. Она потеряла хладнокровие. В прошлом она, вероятно, вытащила бы свое оружие и разнесла бы весь спортзал.

"Но в последнее время я все чаще стала видеть в тебе принцессу".

"А...?"

Как лопнувший воздушный шарик, надутые щеки Теи внезапно сдулись. Эти неожиданные слова из уст Котаро заставили Тею почувствовать, что сама земля под ней задрожала.

"Это ложь!"

Выражение лица Теи неоднократно менялось, пока она смотрела на Котаро косым взглядом. Если бы Рут была рядом, она, наверное, смогла бы различить в ней одновременно беспокойство, радость, сомнение и ожидание.

"Как будто я могу в это поверить!"

"Я понимаю, что ты чувствуешь. И это потому, что я чувствую то же самое".

Котаро оперся локтем на колено и положил подбородок на ладонь, прежде чем вздохнуть.

Это верно. Когда я думаю об этом, я все еще не могу в это поверить...

Сначала Котаро был полон решимости никогда не клясться в верности Теи, несмотря ни на что, но его решимость колебалась в течение тех девяти месяцев, которые они провели вместе. После их интенсивных ежедневных столкновений Котаро смог уловить проблеск того, кем на самом деле была Тея. Теперь он знал, что за ее волевой маской скрывается нежная и одинокая девушка. Благодаря этому он больше не думал о ней так плохо.

Но не только это изменило мнение Котаро. Когда Котаро, Санаэ и Кириха попали в беду, Тея пришла им на помощь, хотя вначале она была соперницей каждого из них. В то время она казалась неохотной, но теперь было очевидно, что она серьезно беспокоилась за них.

Помимо того, что Тея подружилась со своими противниками, она пыталась выиграть комнату 106 почетным способом, подобающим королевской особе. Когда Котаро увидел это, он уже не мог отрицать, что она действительно принцесса. Но правда заключалась в том, что он пришел к этому выводу только потому, что они оба повзрослели. Тея достаточно повзрослела, чтобы измениться, а Котаро достаточно повзрослел, чтобы осознать это.

"Тея, ты изменилась. Ты совершенно не такая, какой была этой весной. Прежде чем я понял это, ты перестала быть какой-то жалкой принцессой или Тюльпаном".

"Ах..."

В этот момент Тея поняла, что прошло много времени с тех пор, как Котаро в последний раз называл ее Тюльпаном.

Когда...? Когда Котаро начал называть меня Теей?

Сердце Теи заколотилось, и она просканировала свои воспоминания в обратном направлении, подтверждая каждый раз, когда Котаро называл ее Теей. Возможно, первый раз, когда он назвал ее так, был знаком того, что он начал думать о ней как о принцессе. Эта надежда яростно всколыхнула ее эмоции. И каждый раз, когда она отчетливо вспоминала, как Котаро называл ее Теей, ее сердцебиение учащалось, а кровь становилась горячее.

С каких это пор...?

Поразмыслив немного, она вспомнила один случай.

"Тея! Мне нужно, чтобы ты доверяла мне сейчас! Я ведь твой рыцарь, не так ли?!"

Это было незадолго до представления первой пьесы, когда Клан напал. Она специально вспомнила, что Котаро крикнул ей, когда она потеряла самообладание. И с тех пор Котаро перестал называть ее Тюльпаном и начал называть ее Теей.

Именно так. Тогда я тоже перестала!

То же самое было верно и для Теи. С того дня она перестала называть Котаро "плебсом". Это было потому, что в тот день она признала Котаро человеком, достойным быть ее вассалом. Фактически, именно в ту ночь она посетила Котаро во сне и по собственному желанию сделала его своим рыцарем, в том числе наградила его мечом, названным в ее честь, Сагуратином.

Какая глупость! Как я мог не заметить?! Это был день, когда мы оба признали друг друга!

Вероятно, они оба не заметили этого из-за собственной незрелости. И поскольку оба они были такими упрямыми, единственное, что действительно изменилось после признания друг друга, это то, как они друг друга называли. То же самое было и сейчас. Поскольку им было трудно разговаривать вот так, лицом к лицу, Котаро присел рядом с Теей.

"Так что если ты действительно настолько против того, как мы относимся друг к другу, то я не против это изменить".

Руки Котаро потянулись к лицу Теи и снова начали мять ее щеки.

"Изменить то, как мы относимся друг к другу...?"

"Думая об этом, я всегда поступаю грубо, как сейчас".

Потирая щеки Теи, Котаро посмотрел на то, что он делает.

Всё верно. В отличие от Сакурабы-сенпая, который только играет в принцессу, Тея - настоящая...

Единственная причина, по которой они так грубо обращались друг с другом, - это то, как неудачно прошла их первая встреча. Но на самом деле Тея была иностранной - точнее, инопланетной - принцессой. С ней следовало обращаться более вежливо. Кричать на нее или играть с ее щеками - это не то, что ты делаешь с принцессой.

Это грубо. Это глупо...

Осознав это, Котаро наконец-то понял неизмеримую пропасть в их статусах.

"Коутару..."

Глаза Теи широко раскрылись от удивления, но Котаро все еще гладил ее по щекам. Обычно она бы отшлепала его руки и сказала, чтобы он не принижал ее. Но когда Котаро спросил ее, хочет ли она, чтобы он прекратил, идея оттолкнуть его руки даже не пришла ей в голову.

Значит... наши отношения изменятся? Те, что у нас есть сейчас, закончатся?

При этой мысли Тея ощутила глубокое чувство потери. Еще мгновение назад она хотела, чтобы Котаро относился к ней как к принцессе, но теперь она изменила свое мнение.

В голове Теи один за другим всплывали воспоминания о днях, которые она провела с ним. Кулачный бой, разгоревшийся после того, как Котаро украл ее гарнир на ужине. Игровая сессия на всю ночь, родившаяся из простого, упрямого соперничества. Теннисный матч, который длился до полного изнеможения. Их тренировка, которая продолжалась без перерывов, несмотря на их жалобы.

Они конфликтовали почти ежедневно. Однако когда им это было действительно необходимо, они протягивали друг другу руку помощи. Казалось, что воспоминаниям, которые они пережили вместе, нет конца.

Если Котаро начнет относиться ко мне как к принцессе, то подобные вещи прекратятся...

Если бы Котаро действительно относился к Тее как к принцессе, которой она была, она бы никогда не испытала ничего подобного. Она была принцессой, не говоря уже о том, что она была инопланетянкой. Если бы он уважал это, их отношения никогда не стали бы прежними. Пропасть между ними была бы просто слишком велика.

Нет! Я не хочу этого!

Тея не могла с этим смириться. Она хотела больше воспоминаний, подобных тем, что у нее были. Ей была невыносима мысль о том, что она больше никогда не сможет играть или сражаться с Котаро так же, как раньше.

Что со мной не так? Хотя я хочу, чтобы Котаро стал моим рыцарем, я не хочу, чтобы он обращался со мной как с принцессой...

И с этой мыслью Тея поняла, что то, чего она хотела от Котаро, на самом деле не было обращением как с принцессой. Это было что-то похожее, но совершенно другое.

"I-"

Тея пыталась что-то сказать, но даже она не знала, что.

"I-"

В ее маленькой груди бурлили противоречивые эмоции. Она хотела, чтобы Котаро относился к ней с уважением, но не относился к ней как к принцессе. Поскольку она не была уверена, почему, она не могла заставить себя сказать ему об этом.

Что же это такое? Что я на самом деле хочу от Котаро...?

И как раз в тот момент, когда Тея была на пике охваченности своими чувствами...

"...Вообще-то, я бы не хотел".

Когда Котаро сказал это, он вдруг сжал руки вместе, крепко зажав голову Теи между ними.

"А?"

И прежде чем Тея успела задать вопрос, Котаро начал качать головой.

"Ч-что ты вдруг делаешь?!"

Раздраженная, Тея крикнула на Котаро, сверкнув взглядом. И с этим криком она как будто выплеснула все смятенные эмоции внутри себя.

"Эта фигня с высшим классом мне не по зубам. Я просто не могу придумать элегантный способ развеселить тебя".

Язвительно улыбаясь, Котаро продолжал качать головой Теи.

В конце концов, я простолюдин...

Котаро знал, что ему следует просто относиться к Тее как к Серебряной Принцессе. Ему оставалось только вести себя как Синий Рыцарь из пьесы, но он просто не мог представить себя на этом месте.

Наверное, даже зная, что Тея - принцесса, я все равно хочу, чтобы она оставалась Тюльпаном...

Котаро не мог сдержать горькую улыбку, которая закралась на его губы, когда он уставился на золотые волосы Теи, развевающиеся между его рук.

"Н-никого, независимо от статуса, это не развеселит!"

"Правда? По-моему, сейчас ты выглядишь довольно энергичным".

Кроме того...

Котаро издалека взглянул на Рута. Покачивая головой Теи, он вспомнил предыдущий разговор с ней. Однажды она сказала, что хочет, чтобы Тея жила как обычная девушка столько, сколько сможет на Земле. Но если Котаро действительно начнет относиться к ней как к принцессе, этому придет конец. И, учитывая это, Котаро считал, что лучше просто продолжать их отношения в том виде, в котором они были сейчас.

"Это совсем не то! Аааарррр!"

"Видишь? Ты полон энергии".

Тея боролась между руками Котаро. Теперь все казалось нормальным. Не такими, какими они были, когда они впервые встретились, а такими, какими они стали в последнее время.

Так все хорошо. Ну, я все еще злюсь, но это кажется правильным...

Тея все еще не нашла ответа, но она знала, что хочет, чтобы все оставалось так, как есть. Поэтому, хотя ее раздражало то, что ее трясут, она одновременно испытывала облегчение и радость по этому поводу.

Единственный человек, который действительно понимал, чего хочет Тея, спокойно наблюдал за ней издалека.

"Еще один шаг, Ваше Высочество. Просто сделай еще один шаг и сразу прыгай...".

Если бы Тея осознала свои чувства и честно рассказала о них, Котаро обязательно ответил бы ей. Не было случая, чтобы он этого не сделал. Рут была уверена в этом. Счастливо наблюдая за ними двумя сейчас, она была полна надежд на их совместное будущее.

Но Рут была не единственной, кто смотрел на них в этот момент. Недалеко от того места, где она стояла, послышался тихий шепот.

"Так это же принцесса Тейамиллис, владелица Сагуратина..."

Голос принадлежал Харуми. На ее лбу светился гребень в форме меча, когда она смотрела на Котаро и Тейю. Ее внешность была достойной и красивой, и от нее исходила таинственная притягательность, как и тогда, когда она стояла на сцене.

"И... Принцесса Котаро-сама..."

Однако никто вокруг не услышал ее. В отличие от ее необыкновенного присутствия, ее шепот казался тихим.

Страница книги Захватчики шести татами?! в интернете

Table of Contents

0 Иллюстрации.

1 Обустройство лагеря.

2 Том 1. Глава 2 - Подработка

3 Вторжение

4 Хм... Вторжение?

Глава 5 - Вторжение❤

5 Император Огненных Драконов и Серебряная Принцесса

6 Идеальный Рыцарь

О книге