Глава 1. Церемония поднятия флага

Был конец сентября, и в Нинчэне постепенно становилось прохладней.

Дождь стучал в окно, а все небо затянуло темно-серыми тучами, это была идеальная погода для сна.

Ученики с задних рядов класса давно заснули. Дуань Цзя Янь, который обычно засыпал первым, в данный момент, вяло удерживая голову своей ладонью, переписывался с богиней в WeChat.

Богиня Цзян Цинянь была студенткой художественного факультета. Они уже давненько общались, так что, можно сказать, успели неплохо друг друга узнать. Цзян Цинянь написала в сообщении Цзя Яню, что к следующему уроку принесет ему стаканчик чая с молоком, чтобы вывести его из оцепенения, отчего уголки губ Дуань Цзя Яня изогнулись в усмешке.

Едва закончив набирать ответ, Дуань Цзя Янь почувствовал, как кто-то сверлит его своим взглядом. Он невольно поднял голову, и так случилось, что встретился взглядом с учителем физики, стоявшим сейчас на трибуне.

Первым уроком в этот день шла физика, и большинство учеников неизбежно погрузились в состояние летаргии. К этому-то учитель привык, но вот то, что Дуань Цзя Янь до сих пор не заснул, по-настоящему его удивило. Он уже более года был учителем этого парня, но в первый раз засвидетельствовал подобное.

- Эй! Дуань Цзя Янь, в таком случае ты ответишь на этот вопрос, - с улыбкой произнес учитель физики.

Дуань Цзя Янь встал из-за парты и посмотрел на расположенный в классе большой экран. Похоже, это были тестовые вопросы с несколькими вариантами ответа.

- Это С?

Учитель физики:

- ...

В классе раздались смешки, а сосед Дуань Цзя Яня по парте, Сун И, и вовсе, похоже, чуть не умер от смеха:

- Ха-ха-ха-ха, ты что, уже ходишь во сне? Учитель попросил тебя объяснить решение.

- Ладно, садись, - сказал учитель физики и хлопнул по трибуне, привлекая к себе внимание учеников. - Соберитесь, до конца урока осталось всего десять минут.

Как раз в этот момент из задней части класса донеслись болтающие голоса.

- ...Брат Лу, задняя дверь заперта.

- Может, постучим? Сейчас ведь физика, верно? У старины Фэн хороший характер, если он увидит, что стучались его лучшие ученики, он точно ничего нам не скажет.

- С нами староста класса, так что старина Фэн с радостью откроет нам дверь.

- Занятие скоро закончится, что мы будем делать, если войдем? - раздался легкий голос парня из-за двери. - С тем же успехом мы можем посидеть здесь и отдохнуть.

- Но в классе остались мой телефон и бутылка с водой...

- Ты что, дурак? Нас же только вчера пересадили, теперь за задней партой сидит Дуань Цзя Янь.

Услышав эти слова, парень, который первым заговорил, с некоторой опаской уставился на дверь, но тут же ему в голову пришла какая-то мысль:

- Брат Лу не боится его.

Один из стоявших за дверью, Чэнь Юэ, рассмеялся:

- Ты помрешь, если будешь чуть меньше болтать? - "Ты что, ребенок? До сих пор говоришь, что кто-то кого-то боится или нет?"

И тут прогремел звонок. Учитель физики сказал еще несколько слов и быстро отпустил всех на перемену, вскоре в классе поднялся шум. Как раз в этот миг кто-то пинком распахнул дверь.

Сделавший это Чэнь Юэ посмотрел на нервно подергивающийся рот учителя физики и озорно рассмеялся:

- Здрасьте, учитель Фэн!

- Ходили поиграть? - взгляд учителя физики скользнул по слегка покрытому потом лбу юноши. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, почему эти молодые люди прогуляли его урок.

Первые несколько раз, когда Лу Синцы прогуливал занятия, учителя десятого класса пугались, думая, что этот ученик наконец-то ступил на кривую дорожку.

И только какое-то время спустя они поняли, что юноша просто брал перерыв, чтобы немного выпустить пар. В конце концов, он был лучшим учеником. К настоящему моменту учителя полностью смирились с привычками этого молодого господина. Пока он выдавал хорошие результаты, ничто другое попросту не имело значения.

- Вы лучше всех понимаете нас, учеников, - сказал Чэнь Юэ без малейшего намека на чувство вины. - Сегодня утром нам стало так скучно, что мы пошли малость размяться и разбудить наши мозги.

Он явно говорил несерьезно, и по классу прокатился смех. Чэнь Юэ по-настоящему нравилось находиться в центре внимания, он только собирался добавить еще пару слов, когда кто-то легонько пнул его по икре и тихо сказал не стоять на пути.

Промолчав, Чэнь Юэ захлопнул рот и направился к своему месту.

- Лу Синцы, - обратился учитель физики к самому высокому юноше в этой группе, - на этой неделе ты занял первое место в тесте по физике. Проверочная явно была не из легких, но увидев, что ты получил высший балл, мы поняли, как усердно ты занимался. Это очень похвально.

Услышав, как учитель хвалит Лу Синцы, Чэнь Юэ одарил того странным взглядом.

Чтобы собака-Лу усердно готовился к тесту по физике? Учитель преподавал им уже целый год, неужто за это время он так и не понял, что в их класс затесался одаренный гений?

Как ни глянь, это было очень забавно, и несколько парней, окружавших Лу Синцы, не смогли удержаться от смеха. Однако лицо того, кому адресовалась та похвала, ни капли не изменилось, его длинные ресницы остались опущенными.

- Спасибо, учитель.

Итак, он до сих пор прикидывался образцовым студентом.

Юноши, только что закончившие тренироваться, принесли с собой наполненную жизненной силой ауру бодрости. Хотя он только-только перешел на второй курс, плечи Лу Синцы уже стали широкими, а мышцы на руках отчетливо выделялись каждый раз, как он поднимал свои книги.

Сун И, сидевший рядом с Дуань Цзя Янем, посмотрел на него так, словно в глубине души наслаждался этим:

- О, Небеса, староста класса просто услада для глаз. Его красивое лицо снова нашло путь в мое сердце.

Дуань Цзя Янь улыбнулся:

- Если он уже в твоем сердце, почему бы не приступить к действиям?

- Я доволен уже тем, что могу посмотреть на него. На него смотрит так много людей. Поступи я по-твоему, и меня наверняка будет ожидать их ревность и издевательства... - сказал Сун И. В соответствии с этим соображением, он добавил: - Впрочем, если бы он мне улыбнулся, я бы не возражал против этих проблем.

Дуань Цзя Янь не стал больше о нем беспокоиться и поднялся со своего места, чтобы выйти из класса.

По коридору проходило немало студентов. Дуань Цзя Янь лениво взирал на ползучий плющ, свисающий до самого пола, когда услышал, как кто-то прокричал его имя.

Он обернулся, и его глаза загорелись.

Это была Цзян Цинянь. Улыбаясь, она приподняла два стаканчика чая с молоком. Ее длинные, окрашенные в каштановый волосы были собраны в пучок на макушке, на губах блестела губная помада, а ее большеватую школьную форму украшал маленький белый галстук.

С юных лет Дуань Цзя Яню нравились гламурно выглядевшие девушки. И Сун И даже поддразнивал его, говоря, что у него был такой же вкус при выборе подружки.

Дуань Цзя Янь улыбнулся ей и более мягким тоном сказал:

- Почему ты принесла два стаканчика?

- Один для тебя, а второй - для старосты твоего класса.

Только она сказала это, как улыбка Дуань Цзя Яня застыла. Заострив внимание на последней части фразы, он спросил:

- Лу Синцы?

Цзян Цинянь не уловила его эмоции:

- Тот, где половина сахара - твой, а тот, где одна треть - для старосты твоего класса. Не перепутай, ему не нравится слишком сладкий.

Увидев, что Цзян Цинянь уже протянула ему оба стаканчика, он мог лишь согласиться. Цзян Цинянь продолжала:

- Дай мне знать, как только он выпьет чай с молоком, хорошо? Спасибочки!

Дуань Цзя Янь вернулся в класс с двумя стаканчиками чая с молоком.

Его взгляд окинул весь класс, после чего в нерешительности остановился на месте возле окна в четвертом ряду.

У сидящего там парня были длинные ноги и красивое тело, совсем недавно Сун И превозносил его до самых небес.

Если говорить начистоту, то его лицо на самом деле было красивым. Оно просто напрашивалось на избиение.

Дуань Цзя Янь с равнодушным видом поставил стаканчик чая с молоком на парту Лу Синцы:

- Это от Цзян Цинянь.

Без понятия, когда это произошло, но взгляды всего класса обратились к этим двоим.

Лу Синцы поднял глаза. У него были одинарные веки, длинные и густые ресницы, а его взгляд почему-то неизменно приносил ощущение отчужденности и отстранения.

Тонкие пальцы юноши провели вокруг крышки стаканчика.

- Я такое не пью.

Дуань Цзя Янь терпеливо ответил:

- Здесь всего треть сахара, он не сладкий, - не дожидаясь, пока Лу Синцы ответит, он добавил: - Если не собираешься пить, просто выброси.

Увидев, что он уходит, оставив стаканчик чая с молоком, Чэнь Юэ, что сидел рядом с Лу Синцы, издал короткое "Эм" и подался вперед.

Все, учившиеся в одном классе с ними, могли с большей или меньшей уверенностью сказать, что Дуань Цзя Янь в некоторой степени недолюбливал Лу Синцы. Чэнь Юэ сидел в наушниках, поэтому не услышал, что чай с молоком был подарком от Цзян Цинянь. Он моргнул, глядя на этот поразительный феномен, и рассеянно произнес:

- Неужто у нас здесь конец света нагрянул? Я реально сейчас говорю, что Дуань Цзя Янь принес тебе попить? Собака-Лу, как думаешь, чай отравлен?

Лу Синцы практически рассмеялся.

- Чего смеешься? - в недоумении спросил Чэнь Юэ. - Он в самом деле отравлен?

- Яда там нет, - сказал Лу Синцы, подчеркивая темы по физике, которые пропустил на предыдущем занятии, и готовясь просмотреть их, когда ему больше нечем будет заняться. - Просто мне показалось, что он выглядел сейчас до забавного мило.

Если честно, то поза, в которой только что стоял Дуань Цзя Янь, больше походила на то, что он пытался затеять драку, чем на то, что он передавал стакан чая с молоком.

Увидев, что он вернулся, Сун И больше не мог сдерживаться и задал вопрос:

- Где ты взял чай с молоком?

- Его дала Цзян Цинянь, - кисло ответил Дуань Цзя Янь.

- ... - Сун И не знал, что ему на это ответить.

Сун И и Дуань Цзя Янь знали друг друга уже довольно давно. Дуань Цзя Янь был Бетой из хорошей семьи. По части дисциплины семья не была с ним строга, и хотя его оценки не стоили того, чтобы на них смотреть, ему посчастливилось родиться с красивым лицом, отчего его жизнь протекала без особых препятствий.

Вот только, когда он пошел в старшую школу, на него словно наслали проклятие, и каждая девушка, к которой испытывал чувства Дуань Цзя Янь, в итоге влюблялась в Лу Синцы. После нескольких таких случаев Дуань Цзя Янь начал относиться к Лу Синцы, как к заклятому врагу, угрозе, от которой невозможно избавиться.

Сун И всегда полагал, что если бы тем, с кем столкнулся Дуань Цзя Янь, оказался не Лу Синцы, тот, скорее всего, недолго думая, попытался уладить эту проблему с помощью силы.

Мобильный Дуань Цзя Яня завибрировал. Это была Цзян Цинянь, которая в WeChat спрашивала его, взял ли Лу Синцы ее чай с молоком.

Дуань Цзя Янь, стиснув зубы, ответил: "Да, взял". Он глянул на Сун И:

- Позволь спросить, Лу Синцы и я... Э?

В отличие от Дуань Цзя Яня, Сун И был Омегой, а потому обладал куда большей чувствительностью к привлекательности Лу Синцы, как Альфы. Даже если Дуань Цзя Янь выглядел хорошо, ему было не сравниться в этом плане с Лу Синцы.

Конечно, он не мог произнести этого вслух. Стоит ему сделать это, как его непременно поколотит Дуань Цзя Янь, в мозгу которого аболютно отсутствовали какие-либо понятия о различии полов АВО. К счастью, Сун И знал сотню способов задобрить этого Бету:

- Хе-хе, несомненно, ты лучше. Ты куда более доступен по сравнению со старостой, который явно является Альфой и к которому мне никогда не приблизиться. Мы, сестрички, счастливы даже просто смотреть на него.

Дуань Цзя Янь:

- ...

Застигнутый врасплох термином "сестрички" Дуань Цзя Янь спросил:

- С каких это пор вы, парни-Омеги, начали называть друг друга сестричками?

Увидев, что ему удалось успешно отвлечь внимание этого предка, Сун И решил ковать железо, пока оно горячо:

- У нас, парней-Омег, хватает своих популярных терминов, ты знаешь, как называется...

Дуань Цзя Янь внезапно прищурился:

- Это я-то доступен?

Сун И:

- ...

Дуань Цзя Янь уже выпустил пар, он лениво потыкал в стаканчик с молочным чаем, переданный ему Цзян Цинянь, и пробормотал себе под нос:

- Я уже так доступен, ее что, убьет, если она немного посмотрит и на меня?

На долю секунды сердце Сун И сжалось от того, как мило он выглядел.

Только на долю секунды.

***

В понедельник проходила церемония поднятия флага, и все студенты собрались на площадке.

Дуань Цзя Янь пришел поздно и неспешно побрел к второкурсникам десятого класса. По пути девушки не оставляли попытки как можно ближе подобраться к нему.

- Только глянь, в десятом классе действительно хватает симпатичных парней.

- Ах, Дуань Цзя Янь всегда выглядит так красиво.

- Впрочем, он все же немного похож на хулигана, к тому же у него такие плохие оценки...

Юноша был высок и светлокож, однако его веки покраснели, а волосы растрепались. С первого взгляда становилось понятно, что он только-только проснулся.

- Студенты, которые еще не встали на свои места, поторопитесь! - стоя на трибуне для поднятия флага, вещал директор. - Не тратьте наше ценное время, поспешите и найдите свой класс.

Дуань Цзя Янь притворился глухим и, не обращая внимание на его упреки, прогулочным шагом добрался до десятого класса. Перед ним стоял Сун И, который оказался ничем не лучше своего соседа по парте, обогнав его на каких-то две-три минуты.

- Утречка, Сяо Дуань, - посасывая пакетик с йогуртом, обернулся к нему Сун И, его речь звучала слегка невнятно. - Почему ты не в школьной форме?

Дуань Цзя Янь издал короткое "Ах...", прежде чем добавить:

- Забыл.

Как только Сун И задал свой вопрос, в сторону их класса направились две ученицы из дисциплинарного комитета. Сун И уже было подумал, что они отметят имя Дуань Цзя Яня, ведь студенток в любом случае не волновало, что их потом ожидают проблемы. Кто бы мог подумать, что Дуань Цзя Янь коротко рассмеется и дабавит, обращаясь к студенткам:

- Уважаемые студентки, не могли бы вы на этот раз не отмечать мое имя?

Студентка как раз собиралась поставить крестик напротив его имени. Но, услышав его просьбу, остановилась.

Другая студентка тихонько пробормотала что-то себе под нос. Первый член дисциплинарного комитета обернулась и посмотрела на свою напарницу, затем снова перевела взгляд на Дуань Цзя Яня, она была не уверена, как ей следует поступить в этот момент.

Когда Лу Синцы повернул туда голову, перед ним предстала именно эта сцена.

Он не знал, что сказал Дуань Цзя Янь, но ухо девушки из дисциплинарного комитета покраснело. Дуань Цзя Янь обладал красивым лицом, парой юных, блестящих глаз, высокой переносицей и бледными губами. Стоило ему улыбнуться, как от его лица начинала исходить ленивая аура, отчего оно выглядело любящим и нежным одновременно.

Чэнь Юэ как раз перед этим напомнил ему, что члены дисциплинарного комитета слишком надолго задержались возле их класса, что могло привлечь внимание директора. А раз уж их учителя здесь не наблюдалось, он, как староста класса, был обязан найти способ отогнать от них этих студенток.

Чэнь Юэ в шутку об этом упомянул, ему было прекрасно известно, что Лу Синцы, как правило, предпочитал не лезть в чужие дела, но кто ж знал, что на этот раз он сразу же начнет пробираться к концу шеренги.

Его появление вывело студентов из патовой ситуации:

- Все же будет в порядке, если он сейчас сходит в класс за школьной формой?

Обе девушки уставились на него, затем переглянулись, они выглядели слегка застенчивыми.

Одна из студенток тихонько ответила:

- Церемония поднятия флага еще не началась, так что д-да, он может...

Лу Синцы повернулся к Дуань Цзя Яню:

- Ступай в класс, на стуле Чэнь Юэ висит его форма, пока что можешь надеть ее.

На какой-то миг Дуань Цзя Янь встретился взглядом с ним. Необъяснимым образом, но из-за той легкости, с которой Лу Синцы разрешил эту ситуацию, лопнула последняя струна в сердце Дуань Цзя Яня.

Его тело окружила аура озорства, и Дуань Цзя Янь, сдерживая улыбку, поднял глаза.

- Я тут ногу подвернул, так что мне малость неудобно идти за формой. Пробежка до класса и обратно, может ухудшить ее состояние, - произнес он, глядя Лу Синцы прямо в глаза. - Староста класса, почему бы тебе не снять свою форму и не отдать ее мне, а самому не сходить в класс за той? Неужели откажешь в помощи однокласснику,  оказавшемуся в беде?

Все в их классе знали, что эта парочка редко имела схожие мнения, и еще реже можно было увидеть, чтобы Дуань Цзя Янь был так приветлив с Лу Синцы.

Беседа этой парочки в конечном итоге привлекла к себе внимание не только их класса, но и учеников других классов, что стояли вокруг.

Лу Синцы, не отводя взгляда, посмотрел прямиком в глаза Дуань Цзя Яня.

Даже при том, что он все еще развивался, давления, что испускало тело Альфы, было более чем достаточно, чтобы заставить любого покрыться холодным потом. Хотя Дуань Цзя Янь, казалось, не пострадал от его воздействия, Сун И был более чем готов опуститься перед ним на колени.

"У Сяо Дуаня действительно одни мускулы вместо мозгов".

Он-то всегда полагал, что Дуань Цзя Янь будет противостоять Лу Синцы исключительно у того за спиной, ведя себя словно нормальный ученик у него на глазах. Кто ж знал, что он на самом деле сейчас выкинет что-то подобное?

Между ними и прежде существовали кое-какие разногласия, но обычно именно Дуань Цзя Янь напрашивался на неприятности, что, как правило, совершенно не волновало Лу Синцы.

Сун И всегда казалось, что в глазах старосты класса Дуань Цзя Янь был лишь ребенком, который не стоил его внимания, какие бы проказы он ни вытворял. На этот раз все было иначе, медвежонок повел себя дико на глазах у родителя.

Даже если они просто стояли там, в сердце Сун И для Дуань Цзя Яня уже тысячу раз прозвенели тревожные колокольчики.

Прямо у всех на глазах Лу Синцы слегка усмехнулся, и его взгляд стал игривым.

- Как удачно. А я сильно простыл. Если разденусь, мне станет хуже.

Не так давно прошел дождь, так что на площадке действительно было довольно прохладно.

Сун И ощутил чувство дежавю, когда увидел, как Лу Синцы с непринужденным видом окинул взглядом одетого в свитер Дуань Цзя Яня:

- Знаешь, а почему бы тебе не снять свитер? Тогда я сниму свою форму и поменяюсь с тобой.

Глава 2. Провокация

Насмешка Лу Синцы оказалась подлой, но в то же время не вышла за рамки приличия.

Она породила между ними весьма деликатную атмосферу.

"Вид у Дуань Цзя Яня совершенно неподобающий", - подумал Сун И, чувствуя, как у него бегут холодные мурашки по коже от фальшивой улыбки, повисшей на лице Дуань Цзя Яня. Он понятия не имел, что творилось в этот момент в голове Лу Синцы.

Губы Дуань Цзя Яня слегка шевельнулись, а уголки глаз приподнялись, словно он собирался что-то сказать.

В глубине души Сун И сказал себе: - "Вот оно, вот, того и гляди начнется битва божественных гор..."

- И что вы все здесь стоите? - внезапно прорезал воздух голос их классного руководителя.

- Все уже собрались? Церемония поднятия флага вот-вот начнется, - их классный руководитель, учитель Чжао Миньцзюнь, преподавала язык. И как только она подошла, первым человеком, которому удалось привлечь ее внимание, стал тот, чья одежда на фоне остальных облаченных в форму учеников смотрелась, как торчавший вверх средний палец, Дуань Цзя Янь. - Дуань Цзя Янь, где твоя форма?

Увидев, что появился учитель, Дуань Цзя Янь опустил глаза:

- Забыл с собой прихватить.

- Члены дисциплинарного комитета, отметьте его имя, - обратилась Чжао Миньцзинь к двум ученицам, прежде чем снова повернуться к нему. - В следующий раз не забывай. Скажи-ка мне, сколько раз за все это время ты появлялся в школе как следует одетый в свою школьную форму?

Провожая взглядом удаляющуюся спину Лу Синцы, Дуань Цзя Янь, казалось, растерял весь свой запал и только уныло прогудел в ответ:

- Угу.

Чжао Миньцзюнь училась в одном университете с его матерью. Всякий раз вспоминая об этом, его мама прибегала к Чжао Миньцзюнь, чтобы расспросить ее об успехах и поведении своего сына в школе, поэтому в присутствии Чжао Миньцзюнь Дуань Цзя Янь старался вести себя немного спокойней.

Заметив его понурый вид, Чжао Миньцзюнь тихо спросила:

- Что у вас с ним за конфликт?

Дуань Цзя Янь поднял голову.

- Не влипай в неприятности, - проворчала Чжао Миньцзюнь. - Ты ведь уже второкурсник. Хорошо?

Увидев, что он согласился, Чжао Миньцзюнь направилась к первому ряду учеников десятого класса.

Это была одна из лучших частных школ в Нинчэне, и сюда ежегодно желали поступить десятки учеников. С самого момента основания школы численность ее преподавательского состава была весьма велика, и в особенности это касалось десятого класса. Школа выделила для этого класса своих лучших преподавателей, сделав это по одной-единственной причине: в этом классе учился Лу Синцы.

Кроме этого гения, в их классе было еще несколько учеников, пробившихся сюда благодаря связям своих родителей. Обладая способностью держать под контролем подобных учеников, Чжао Миньцзюнь, как классный руководитель, явно обладала выдающимися навыками.

По крайней мере, Дуань Цзя Янь, оказавшись в ее руках, стал гораздо послушнее.

После церемонии поднятия флага Дуань Цзя Яню и Сун И не захотелось возвращаться обратно в класс. Когда его позвали с собой ученики из третьего класса, Дуань Цзя Янь решил просто пригласить еще несколько учеников из своего класса и сыграть с ними в баскетбол против парней из третьего класса.

Сыграв почти два периода, все парни почувствовали, что выдохлись, и лениво побрели к длинной скамейке, чтобы передохнуть.

Дуань Цзя Янь запрокинул голову, чтобы выпить воды, и его кадык перекатывался с каждым сделанным им глотком. Он упирался ногами в землю, но при этом все его тело казалось совершенно расслабленным.

Парень из третьего класса спросил:

- Брат Дуань, что не так с Ду Сюйчэнем со спортивного факультета? Сегодня он чуть ли не раскричался, рассказывая, как ты подкатывал к его богине, хотя он первым положил глаз на Цзян Цинянь.

Не успел Дуань Цзя Янь хоть что-то сказать, а Сун И уже рассмеялся:

- Ха, и Ду Сюйчэню не стыдно? Мы что, должны учитывать, кто будет первым, а кто вторым ухаживать за какой-нибудь девушкой? Почему бы сразу не взять номера и не выстроиться в очередь?

Все рассмеялись, в том числе и Дуань Цзя Янь.

Парень, который первым задал вопрос, тоже не смог удержаться от смеха:

- Вот потому-то я и решил первым делом рассказать об этом брату Дуань. Ду Сюйчэнь сказал, что ты давно его бесишь, и он найдет возможность тебе отплатить.

- Да разве наш Сяо Дуань испугается подобного идиота?

- Ду Сюйчэнь - осел, просто тупой осел.

- Эй, а сегодня утром Дуань Цзя Янь о чем-то поспорил с Лу Синцы? - спросил еще кто-то из группы.

- Не совсем, - ненадолго задумавшись, ответил Дуань Цзя Янь, - он просто велел мне сходить в класс за формой, а я не захотел.

- Я был неподалеку, - прервал его ученик из десятого класса, - и староста класса выглядел слегка пугающим. Я едва не покрылся холодным потом от его единственного смешка.

- Дуань Цзя Янь, а ты реально хорош, - продолжил ученик третьего класса, вспоминая сцену, увиденную им этим утром. в своем сердце он по-прежнему чувствовал некий затяжной страх. - Тебе даже хватило смелости его упрекнуть, не боишься, что он тебе это припомнит?

Сун И вмешался:

- Упрекнул? В чем еще упрекнул? Они лишь перекинулись парой фраз. Думаешь, все такие же безрассудные, как и ты? Как насчет тебя, Го Жань, сидел бы ты рядом с нами, будь у тебя такие привилегии?

- Ха-ха-ха, и то верно. Будь я хоть вполовину так невероятен, как он, я бы не только вознесся на Небеса, но и в морские пучины бы погрузился.

На перемене пропустившие урок юноши тихонько пробрались в класс. Сун И даже грыз сосиску, пока Дуань Цзя Янь с пустыми руками замыкал шествие юных прогульщиков.

Он с Сун И сидели на задней парте в предпоследнем (втором) ряду. На обратном пути к своим местам им предстояло миновать место Лу Синцы. Дуань Цзя Янь словно ненароком бросил взгляд в его сторону: похоже, Лу Синцы решал какие-то математические задачки.

Лу Синцы сидел, молча опустив голову и лениво поддерживая ее одной рукой. Погрузившись в раздумья, он неторопливо выводил на черновике какую-то формулу.

Внезапно Дуань Цзя Янь остановился перед столом Лу Синцы.

Стоя перед ним, он облизнул губы и двусмысленным тоном проговорил:

- Староста класса, я не должен этого говорить, но твой рот очень даже неплох.

Ручка Лу Синцы резко застыла.

Обычно, даже если сидевший рядом с ним Чэнь Юэ громко играл в игры на своем мобильном, Лу Синцы был в состоянии совершенно спокойно его игнорировать и закончить свою домашнюю работу. Но на этот раз по какой-то причине Дуань Цзя Яню удалось прервать ход его мыслей. И этот маленький панк по-прежнему беззащитно стоял на месте, ожидая его ответа.

Лу Синцы вдруг поднял голову, и его чернильно-черные глаза осмотрели Дуань Цзя Яня с макушки до пяток, после чего он небрежно спросил:

- Ты его уже пробовал?

Сидевший рядом с ним Чэнь Юэ не смог удержаться и громко расхохотался.

Дуань Цзя Янь:

- ...

Дуань Цзя Янь испытал настоящее потрясение. Он не ожидал, что Лу Синцы услышит его слова и даже даст ему подобный ответ. Он не знал, что на это ответить, и не желал надолго задерживаться на этом месте, поэтому отвернулся и направился к собственной парте.

Увидев его пепельное лицо, Сун И про себя покачал головой. Усевшись на свое место, Дуань Цзя Янь, похоже, целиком погрузился в раздумья, и даже когда прозвенел звонок, не пошевелился. Сун И по доброте душевной спросил:

- Предок, ты свихнулся от гнева?

Дуань Цзя Янь только нахмурился:

- Ты когда-нибудь чуял феромон Лу Синцы?

Хотя Альф и Омег было значительно меньше, чем Бет, особенно Омег, которые за последние годы стали подобны редким животным, которые находились на грани уничтожения, а оттого нуждались в защите. Однако в школе не только Омеги, но и Альфы должны были ежедневно использовать блокаторы феромонов.

Сун И подумал, что его сосед задал этот вопрос, намереваясь его поддразнить. В конце концов, хотя он и был Омегой, ему до сих пор не посчастливилось учуять аромат феромона Лу Синцы. Когда-то одна младшая ученица попыталась найти способ узнать аромат кумира всей школы, но самообладание Лу Синцы было настолько железным, что он почти никогда не терял контроль над своими эмоциями.

В тот момент, когда Сун И ожидал язвительного замечания, которое должно было последовать за вопросом, Дуань Цзя Янь тихонько пробормотал:

- Аромат был очень приятный...

Когда Чжоу Синчэнь вернулся в класс, так случилось, что он увидел девушку, усевшуюся перед Лу Синцы и Чэнь Юэ.

Во время вечерней перемены в классе было немноголюдно. Девушка собрала листы с тестовыми заданиями, которые были разложены на парте.

- Как и всегда, староста класса лучший. Тест по математике на этой неделе на самом деле выдался слишком сложным, я совершенно не понимала учителя, когда он нам это объяснял, - девушка одарила Лу Синцы улыбкой. - Но как только ты объяснил, я сразу все поняла. Спасибо тебе!

- Нет проблем, - отозвался Лу Синцы.

У этого юноши было слишком много поклонников. В обычный день ей едва удавалось перекинуться с ним парочкой слов.

Лицо юноши были чистым и красивым, и сейчас она находилась так близко, что могла бы к нему прикоснуться. Она невольно почувствовала щекотку у себя в сердце, ее разум разгорячился, и она осмелилась спросить у него:

- Если я в будущем еще что-нибудь не пойму, могу я обратиться к тебе за помощью?

Губы Лу Синцы изогнулись в усмешке, а Чэнь Юэ помог ему с ответом:

- Ах, почему бы в следующий раз не обратиться ко мне? Я тоже знаю, как решать такие задачки.

Девушка невольно бросила взгляд на Лу Синцы, который, склонив голову с ленивым выражением на лице, явно не собирался ей отвечать.

Понимая, что это был его способ ей отказать, она разочарованно прикусила нижнюю губу и сказала Чэнь Юэ:

- Тогда в следующий раз я спрошу у тебя.

- Ладно-ладно, даже если ты не найдешь меня, я сам тебя отыщу.

Едва девушка вышла из класса, Чжоу Синчэнь шлепнулся на то место, которое только что занимала она, и слегка вытянул свои длинные ноги:

- С каких это пор член школьного комитета интересуется братом Лу? Хотя, должен признать, она весьма недурна, хорошо учится и выглядит симпатично.

Чэнь Юэ, опустив голову, склонился над своим телефоном, играя в игру:

- Брату Лу даже цветок нашей школы не приглянулась. А этой девушке до нее далеко.

- Кто цветок нашей школы?

- Разве не Цзян Цинянь?

Чжоу Синчэнь издал короткое восклицание:

- А я-то думал, что это лисица моей семьи.

- Ты опять поспорил с Гу Ли?

- Ага, поспорил. Всякий раз после ссоры я гоняюсь за ней хвостом, вымаливая прощение, как будто она  с меня шкуру может спустить. Каждым своим словом я говорю ей, что был неправ. На этот раз я не собираюсь ей уступать, если откажусь от своих слов, быть мне собакой.

- Строгая у тебя женушка, - Чэнь Юэ покачал головой. - Это никуда не годится.

- Ничего ты не понимаешь. Это называется "Моя женушка лучшая". Эта уникальная привилегия, которой удостаиваются только отличные люди, - Чжоу Синчэнь обернулся, - Верно, брат Лу?

- Почему ты ему такой вопрос задаешь? - удивился Чэнь Юэ. - С каких пор ему захотелось оказаться под чьим-то контролем?

- Я бы не прочь, - рассмеялся Лу Синцы, - вот только возможности все никак не представится.

- И кто в этом виноват? Как будто не ты отталкиваешь от себя людей? - вспомнив о море девушек, которым нравился этот парень, Чжоу Синчэнь почувствовал, как его сердце взгрустнуло о них. - Когда я увижу, как ты по собственному желанию ухаживаешь за девушкой?

- Был один человек, по отношению к которому он проявил инициативу, - вдруг пришло в голову Чэнь Юэ, и он добавил: - Сегодня он вел себя настолько провокационно, что даже спросил, пробовал ли он его... "Рот".

Увидев, каким взволнованным стало лицо Чжоу Синчэня, Чэнь Юэ нарочно вздохнул, еще больше подогревая его интерес:

- Черт, это слишком провокационно, я не могу такое произнести.

Чжоу Синчэнь:

- ...

Чжоу Синчэнь:

- !!!

Чжоу Синчэнь:

- Это Омега? Хорошенькая? Из нашего класса?

Чэнь Юэ кивнул:

- Да, из нашего класса, но не Омега.

Он говорил настолько серьезно, что Чжоу Синчэнь не мог не поверить ему, и его тон тоже стал малость серьезным:

- Кто это?

Сидя рядом, Лу Синцы спокойно наблюдал, как Чэнь Юэ пудрит мозги Чжао Синчэню, но не сказал ни слова, чтобы его остановить.

Увидев, что Чжоу Синчэнь основательно заглотил наживку, Чэнь Юэ безумно расхохотался:

- Это Дуань Цзя Янь! Ха-ха-ха-ха! Он попытался сегодня спровоцировать брата Лу. Этот парень действительно интересен...

Не успел он закончить, как выражение лица Чжао Синчэня переменилось:

- О, так это он...

Чэнь Юэ заметил странности в его выражении и небрежно спросил:

- Что такое?

- Я до сих пор не могу забыть, что случилось в Цяонань, - сказал Чжоу Синчэнь. - Он так прекрасно вляпывается в неприятности, будто они сами находят его.

Глава 3. Мужской туалет

Незадолго до окончания урока языка Чжао Миньцзюнь задала им домашнее задание, попросив всех в течение этой недели выучить наизусть Ли Сао (1), а затем получить одобрение у старосты класса.

Лу Синцы был главой группы, расположившейся возле окна. Быстро взглянув в их сторону, Дуань Цзя Янь заметил, что урок только закончился, а одна из девушек уже пыталась вызубрить заданную поэму.

Естественно, Дуань Цзя Янь не собирался вбивать себе в голову какие-то там стихи.

Вытащив телефон, он, желая отвлечься, решил поиграть на нем в какие-нибудь игры. В последние дни он чувствовал себя малость неспокойно.

Вчера, когда он играл в интернет-кафе, расположенном вблизи его школы, к нему подошел какой-то знакомый и положил ему на плечо свою руку. Тот парень был Альфой, и в этот момент ему по необъяснимой причине показалось, словно каждая клеточка его тела воспротивилась его близости. Если бы он непоколебимо не сдержал этот порыв, то в итоге поддался бы искушению и оттолкнул от себя друга.

Он уже собирался запустить игру, когда получил СМС от Сун И. Дуань Цзя Яню показалось странным, что ему пришло сообщение от парня, который сейчас сидел рядом с ним. Открыв сообщение, он увидел, что в нем было фото Лу Синцы.

Похоже, Лу Синцы только завершил тренировку, его волосы были слегка влажными, а мышцы на руках, покрытые тонким слоем пота, рельефно блестели.

Он пил из бутылки воду; с этими полуприкрытыми веками над кристально чистыми глазами, казалось, словно вся фотография излучала чувство безудержной юности.

Все фото будто было пропитано феромонами и явно было сделано тайно.

Дуань Цзя Янь:

- ?

Сун И спрятал фото и повернулся, чтобы все ему объяснить:

- Я случайно отправил его не туда. Хотел закинуть в группу "Поддерживая Небо И Чжуна".

"Поддерживая Небо И Чжуна" - это название звучало до невозможности круто, но на деле в группе состояли лишь Омеги И Чжуна. Прежде Дуань Цзя Янь как-то бросил взгляд на телефон Сун И и обнаружил, что эта группа обсуждала, у кого из Альф самый могучий член. У них вообще не существовало ограничений.

- Ого, это даже снято тайком. Если у тебя есть подобные навыки, тебе стоит использовать их, чтобы выучить свою домашку, - Дуань Цзя Янь кивнул в сторону открытой книги по китайскому языку, на странице которой было написано "Ли Сао", - Даже этот Ли Сао не такой дерзкий, как ты (2).

Сун И рассмеялся, а затем, как будто вспомнив о чем-то, закинул руку на плечи Дуань Цзя Яню:

- Сегодня младший соученик похвалил твою красивую внешность. Он сказал, что, будь ты Альфой, он бы точно за тобой приударил. То, что за этим последовало, просто... Ах, Дуань Цзя Янь, твоя популярность тоже не то, над чем стоит смеяться.

- Тогда можешь передать тому младшему, - проговорил Дуань Цзя Янь, загружая игру, - что если он хочет побегать за мной, то вперед, Дуань Цзя Янь будет ждать его прямо здесь.

Сун И принял слова Дуань Цзя Яня за шутку и не обратил на них особого внимания. Он мог болтать что угодно, но Сун И знал его с малых лет и понимал, что Дуань Цзя Яню нравились только девушки.

Омегам из его группы, похоже, действительно приглянулся Дуань Цзя Янь, так как они до сих пор неустанно превозносили его. Сун И оставалось только молча покачать головой.

***

Занятия во второй половине дня Дуань Цзя Янь по большей части проспал.

Сегодня он чувствовал себя особенно сонным, казалось в его теле совершенно не осталось энергии. У них оставался еще один, последний урок, после которого их должны были отпустить из школы на ужин. Дуань Цзя Янь вяло поплелся к туалету.

После сна он был как будто в тумане, однако все окружавшие его люди держались бодрячком. Особенно когда время от времени по коридору проносился легкий ветерок, делавший исходящий от его тела аромат еще более ощутимым, что заставляло некоторых студентов оборачиваться и провожать его взглядом.

- Почему от Дуань Цзя Яня исходит аромат феромонов?

- Разве после тесного контакта с Омегой не нужно использовать блокатор феромонов?

- В конце концов, босс он и в Африке босс, такой самонадеянный.

Дуань Цзя Янь смутно, обрывками, улавливал разговоры о феромонах, но из-за того, что чувствовал себя плохо, не пытался прислушиваться. Ему казалось, что он задыхается. Он думал, что всему виной то, что он выпил слишком много воды, поэтому он поспешил в уборную. Но даже после того, как он облегчился, особо лучше ему не стало. По-прежнему накатывало головокружение, а все тело будто сжигало изнутри лихорадкой.

Дуань Цзя Янь потер виски, и как раз в этот момент мимо него кто-то прошел. Этот человек принес с собой чистый и освежающий аромат. Ростом Дуань Цзя Янь доставал только до мочек ушей этого человека, поэтому он неосознанно поднял глаза, желая посмотреть, кто это был.

Этим человеком оказался Лу Синцы, и Дуань Цзя Янь тут же почувствовал, что желание о него потереться в значительной степени поутихло. Как ни странно, стоило Лу Синцы приблизиться, как лихорадка в теле Дуань Цзя Яня, казалось, еще больше усилилась. Как будто внутри него засело нечто взрывоопасное, только и ожидая возможности вырваться на свободу.

Дуань Цзя Янь приглушенно фыркнул. Его ноги настолько обмякли, что почти не слушались. Он поспешил к туалетной кабинке и уже было взялся за ручку двери, когда Лу Синцы остановил его.

Он сверху и донизу осмотрел Дуань Цзя Яня, а затем с некой неуверенностью в голосе спросил:

- Ты Бета?

Услышав его пропитанный сомнениями вопрос, Дуань Цзя Янь рассмеялся:

- А сам как думаешь?

Лу Синцы увидел, как уверен в себе Дуань Цзя Янь, и на краткий миг подумал, что действительно мог ошибиться. Если бы не покрасневшие, наполнившиеся слезами глаза Дуань Цзя Яня и не его слегка дрожащие руки, судорожно сжимавшие ручку двери, Лу Синцы, вероятно, потребовалось бы больше времени, чтобы подтвердить свои выводы.

Он бы никогда не подумал, что когда-нибудь Дуань Цзя Янь будет выглядеть таким уязвимым.

Его редко волновали дела других людей, но Лу Синцы все же решил сообщить эту новость Дуань Цзя Яню:

- От тебя исходит феромон Омеги.

Дуань Цзя Янь на миг задумался:

- Ты завидуешь?

- ... - за все прожитые им годы Лу Синцы впервые встретил человека с таким странным образом мыслей. Чтобы остановить мысли Дуань Цзя Яня от очередного диковинного поворота, он решил сразу расставить точки над "i": - Возможно, тебе стоит еще раз пройти медицинский осмотр. Этот феромон исходит от тебя, и ты ведь не чувствуешь его аромат?

На этот раз Дуань Цзя Янь моментально понял, что происходит, и почувствовал изумление. Не успел он оправиться от того факта, что мог оказаться Омегой, как услышал, что Лу Синцы, все это время пристально смотревший ему в лицо, медленно произнес:

- Иди в кабинку и подожди там меня.

- ...Черта с два, - на этот раз Дуань Цзя Янь по-настоящему испугался. Он настороженно посмотрел на Лу Синцы: - Что ты задумал? Какие бы мысли ни вертелись сейчас у тебя в голове, просто пристрели их на месте, иначе мы оба окажемся в проигрыше.

- Твой феромон вот-вот хлынет через край. Я вернусь в класс и принесу тебе ингибитор.

Дуань Цзя Янь просто не мог поверить своим ушам.

Когда Лу Синцы увидел, что Дуань Цзя Янь встал в такую позу, словно приготовился от него отбиваться, он не удержался от желания его поддразнить.

У Дуань Цзя Яня холодные мурашки побежали по коже, когда взгляд Лу Синцы скользнул по его железе, он был словно рыба на разделочной доске, которую того и гляди выпотрошат.

Он услышал, как Лу Синцы многозначительным тоном проговорил:

- Если хочешь, я мог бы и по-другому тебе помочь...

Дуань Цзя Янь:

- Видишь эту дверь? Староста класса, пожалуйста, выйди в нее и не оглядывайся.

Лу Синцы:

- ...Тогда можешь и дальше изнывать от желания.

Лу Синцы проглотил улыбку и лениво продолжил:

- Даже если у меня когда-нибудь появятся подобные мысли, то героем их точно будешь не ты.

Не привыкший молча сносить оскорбления Дуань Цзя Янь возразил:

- Что ж, так совпало, что даже будь ты по уши влюблен в меня, я бы не позволил тебе откусить даже кусочка от этого пирога.

Услышавшему эту наполненную провокацией фразу Лу Синцы захотелось лишь слегка рассмеяться. Он уже собирался отправиться обратно в класс, когда почувствовал, что кто-то дернул его за край рубашки, рывок был не слишком сильным, но и не слабым.

- Я не... - поначалу Дуань Цзя Яню сложно было заставить себя это произнести, однако, стоило ему увидеть, каким спокойным и непринужденным взглядом смотрит на него Лу Синцы, как он почувствовал раздражение. Эта застенчивость наверняка выглядела чертовски глупо. Поэтому он постарался вести себя решительней: - Я не впал в эструс, ты можешь просто сходить и принести мне блокатор для феромона?

В конце концов, Лу Синцы был Альфой, откуда ему знать, что происходит с Омегами?

Пусть Дуань Цзя Янь никогда не впадал в эструс, он прошел обучение по физиологии и понимал, что на данный момент его ситуация не слишком серьезна. У него просто слегка подкашивались ноги и кружилась голова.

Кивнув, Лу Синцы направился в класс. Только вернувшись туда, он вспомнил, что у него нет блокатора феромона. Чэнь Юэ и Чжоу Синчэнь тоже были Альфами, а небрежная просьба могла бы вызвать только еще больше вопросов. Подумав об этом, он подошел к парте Сун И и, понизив голос, быстро спросил:

- У тебя есть блокатор феромона?

Сун И на какое-то время оторопел, пока наконец не кивнул.

Хоть Дуань Цзя Янь и сказал, что не нуждается в чем-то подобном, Лу Синцы все же на всякий случай спросил:

- А ингибиторы?

Продолжая кивать, Сун И вытащил из парты две маленькие коробочки и протянул их Лу Синцы.

Увидев, как Лу Синцы, поблагодарив его, вышел из класса, Сун И наконец-то почувствовал, что просыпается от этого наваждения.

Черт, его настолько поглотило восхищение при виде этого лица, что он совершенно забыл спросить, зачем Лу Синцы понадобились те штуки!

Сун И потянулся к своему мобильному и вошел в чат группы "Поддерживая Небо И Чжуна".

С разрывающимися сердцем и легкими он прокричал толпе: "Сестренки!!! Староста класса только что попросил у меня блокатор Омега-феромона!!! А еще ингибитор!!!"

"Черт! Неужели мой бог-мужчина стал смертным?"

"Мой бог???"

"Лу Лу, с кем ты там собрался покувыркаться? Мама не разрешает! А-а-а-а-а!"

***

Вернувшись, Лу Синцы застал возле двери мужского туалета парня, который собирался заглянуть внутрь.

Похоже, этот парень был со спортивного факультета. Лу Синцы был с ним знаком, вот только никак не мог вспомнить имя.

Увидев, что к нему приближается Лу Синцы, Ду Сюйчэнь тоже здорово удивился. Он только сегодня узнал, что тем, кому Цзян Цинянь передала чай с молоком, как и парнем, который ей нравился, был тот самый Лу Синцы. При виде своего соперника в любви Ду Сюйчэнь испытал сложные чувства.

Лу Синцы отличался от Дуань Цзя Яня. Он мог спокойно ругать Дуань Цзя Яня перед другими, но не посмел бы спровоцировать Лу Синцы.

Заметив, что Лу Синцы сохраняет молчание, Ду Сюйчэнь решил первым заговорить:

- Внутри находится впавший в эструс Омега?

Лу Синцы ничего не ответил. Этот парень загородил ему дверь в туалет. Но если он просто отодвинет его и войдет, то этот человек непременно увяжется следом за ним. Он не мог сказать наверняка, но догадывался, что Дуань Цзя Яню не хотелось бы, чтобы другие узнали, что он Омега.

Вспомнив полные слез глаза Дуань Цзя Яня, Лу Синцы невольно слегка нахмурился.

Ду Сюйчэнь принял его молчание за знак согласия. Он припомнил, что у Лу Синцы не имелось ни парня, ни девушки, поэтому решил, что тот пришел сюда, чтобы тоже присоединиться к веселью, и его взгляд слегка изменился:

- Должен заметить, что его аромат и правда хорош.

- Никогда бы не подумал, что ты тоже заинтересуешься... - Ду Сюйчэня привлек сюда аромат феромона. Ему еще никогда не приходилось чуять настолько нежный и легкий аромат. Он походил на невесомый обволакивающий туман, и хотя аромат был едва ощутим, он все равно был способен пробудить в Альфе жажду завоевания.

Его так одурманил аромат, что он заговорил, ни о чем не задумываясь:

- Он сделал это нарочно, верно? В школе полно Альф, а он даже ингибитором феромона не пользуется. Как будто только и ждет, когда его...

Не успел он закончить фразу, как Лу Синцы внезапно сгреб его за воротник и потащил прочь от двери в туалет.

Ду Сюйчэнь издал какой-то протестующий звук, и тут в его голове прояснилось. Возможно, Лу Синцы был выше него, но, в конце концов, он был со спортивного факультета. По сравнению с другими Альфами его тело было более крепким и мускулистым. Он и представить себе не мог, что Лу Синцы сможет в одной рукой оттащить его от двери к подоконнику, при этом его ноги двигались, не прилагая особых усилий.

Оглянувшись, Лу Синцы удостоверился, что отсюда не видно дверь в туалет, и только тогда разжал свою руку.

- Этот аромат показался тебе приятным? Тогда стой здесь и вдыхай, сколько захочется. Но если сделаешь хоть шаг вперед... - Лу Синцы красноречиво уставился на него. - Почему бы тебе не сделать шаг и не посмотреть, чем для тебя это закончится?

Взгляд Лу Синцы испугал Ду Синчэня. Его противник явно носил ту же школьную форму, и он явно больше подходил на роль школьного хулигана, чем этот парень, однако по необъяснимой причине он боялся даже пошевелить своими ногами.

Прежде он по секрету частенько болтал, что Лу Синцы из десятого класса только с виду такой внушительный, но со своими хорошими оценками он попросту не посмеет вляпаться в какие-нибудь неприятности. Он бы никогда не подумал, что, когда станет серьезным, этот парень будет выглядеть так устрашающе. Он совершенно не походил на ученика.

Увидев, что Ду Синчэнь решил промолчать, Лу Синцы направился обратно в уборную и плотно закрыл за собой ее дверь.

Спустя несколько минут Ду Сюйчэнь, наконец, вышел из состояния оцепенения. Стоило ему понять, что, хотя его противника уже и след простыл, он столько времени проторчал в этом углу, как внутри него вспыхнула ярость. Нахмурившись, он подошел к туалету и, словно пытаясь кому-то что-то доказать, поднял руку и толкнул дверь.

Только чтобы понять, что она заперта изнутри.

Не в силах поверить своим глазам, Ду Сюйчэнь еще раз попытался открыть эту дверь, и его руки при этом легонько дрожали.

Лу Синцы сошел с ума? Он посмел играть по-крупному прямо в школе?

Заметки автора:

Дверь заперта, входа нет.

_________________________________________________________________

1. Ли Сао ( 离骚 ) - китайская поэма, написанная Цюй Юанем.

2. "离骚都没你骚。" - Дуань Цзя Янь придумал каламбур на название Ли Сао, так как там те же иероглифы, что и в слове "дерзкий", "провокационный".

Глава 4. Схватка

В тот миг, когда Лу Синцы вернулся, Дуань Цзя Янь почувствовал, что его разум помутился.

Изначально после ухода этого парня головокружение и чувство, будто он ступает по облакам, значительно уменьшились. Но стоило только Лу Синцы вернуться, и Дуань Цзя Янь почувствовал, будто в его теле вновь включился скрытый переключатель, и он невольно ощутил желание приблизиться к Лу Синцы.

Ему вспомнилось, как Сун И когда-то сказал ему, что одного вида Лу Синцы достаточно, чтобы инстинктивно захотеть стать ближе к нему. Тогда он еще посмеялся над плохим самоконтролем Сун И.

Он ошибался, еще как ошибался.

Дуань Цзя Яню до крайности не нравилось это чувство утраты контроля, поэтому он забрал блокатор феромона из руки Лу Синцы и, немного поколебавшись, быстро и тихо сказал:

- Спасибо.

Предмет, что сейчас находился в его руке, походил на аэрозольный баллончик; прежде ему уже приходилось видеть, как его использовал Сун И. Направив на себя, Дуань Цзя Янь несколько раз нажал на него. Так как он не ощущал запаха собственных ферономов, ему пришлось попросить Лу Синцы о помощи.

- Все еще пахнет?

Аромат Омеги постепенно заместился блокатором, блокатор феромона у Сун И был с запахом молока. Посмотрев на него, Лу Синцы ответил:

- Мне так не кажется.

Этот парень стоял слишком далеко от него, поэтому от его слов Дуань Цзя Яню сильно не полегчало.

Похоже, в состав блокатора феромона входили и успокаивающие ингредиенты. Выпрыскав на себя почти половину баллончика, он обнаружил, что у него перестала кружиться голова, и он почувствовал себя весьма посвежевшим.

- Ты стоишь так далеко и еще что-то учуять пытаешься? - Дуань Цзя Янь приспустил воротник и указал на свою железу. - Может, подойдешь и принюхаешься как следует?

Лу Синцы продолжил молча сверлить его взглядом.

Дуань Цзя Янь только что обнаружил, что он - Омега, поэтому сам еще толком не осознавал смысл своих действий, однако Лу Синцы было прекрасно известно, что когда Омега просит Альфу понюхать его железу, это можно было воспринимать как совершенно очевидное приглашение.

- Никакого запаха нет, - все так же стоял на своем Лу Синцы.

Увидев, что тот абсолютно в этом уверен, Дуань Цзя Янь решил не настаивать. Он поправил свою школьную форму и направился к выходу из туалета.

Снаружи никого не оказалось. Дуань Цзя Янь вытащил свой телефон и посмотрел на время, обнаружив, что уроки практически завершились.

Сейчас Дуань Цзя Яню больше всего хотелось узнать, что же произошло с его телом, поэтому он сунул блокатор феромонов в руки Лу Синцы.

- Я собираюсь поехать в больницу. Помоги мне вернуть эту штуку Сун И, - распорядился Дуань Цзя Янь, а затем пробормотал: - Это так по-детски, использовать блокатор с запахом молока.

Лу Синцы посмотрел на него. Едва произнеся слово "молока", Дуань Цзя Янь рассмеялся.

Этот смеющийся над другими парень и сам еще недостаточно повзрослел.

Немного поразмыслив, Лу Синцы все же решил напомнить ему:

- Дуань Цзя Янь, не позволяй другим учуять твой феромон.

Дуань Цзя Янь не принял его слова близко к сердцу.

Охранник школы И Чжун узнал Дуань Цзя Яня, поэтому, несмотря на то, что занятия еще не закончились, позволил ему покинуть школьную территорию. Поймав такси, Дуань Цзя Янь вскоре добрался до центральной больницы.

Не желая тратить слишком много времени на ожидание, он зарегистрировался как пациент с экстренным состоянием. К счастью, в эти часы по будням здесь было мало народу, поэтому очень быстро подошла его очередь.

Врач, к которому его пригласили, оказался женщиной, и Дуань Цзя Янь кратко изложил ей, что же с ним приключилось. Узнав его возраст и задав еще несколько вопросов, касательно его физического развития, она спросила:

- Как ты понял, что можешь оказаться Омегой?

- От своего одноклассника, я попросил его понюхать меня.

Лежавшая на мышке рука женщины на миг замерла:

- Альфу?

Дуань Цзя Янь утвердительно хмыкнул в ответ.

- В таком случае этот одноклассник, похоже, по-настоящему хороший человек, - доктор выписала ему счет. - Для начала оплати это, а затем проведем твое обследование.

Припомнив сказанное ранее Лу Синцы, Дуань Цзя Янь почувствовал, что что-то было не так. Покинув кабинет доктора, он вытащил телефон и отыскал в нем номер Шэнь Чиле.

Шэнь Чиле и Сун И были его друзьями с начальной школы. После перехода в старшую школу Шэнь Чиле оказался в четвертом классе. Шэнь Чиле был Альфой, и Сун И даже когда-то прежде шутил, что они втроем могли бы создать ABO группу.

Дуань Цзя Янь отправил ему сообщение: "Если Омега попросит тебя понюхать его, что ты почувствуешь?"

Шэнь Чиле, похоже, как раз игрался со своим телефоном, потому что его ответ пришел очень быстро.

"Я почувствую себя на вершине блаженства".

Дуань Цзя Яня никак не покидало смутное ощущение чего-то неправильного, так что он отправил в ответ цепочку из вопросительных знаков. При виде следующего ответа Шэнь Чиле Дуань Цзя Янь почувствовал, что его мозг на грани ядерного взрыва.

"Омега просит Альфу понюхать себя, как думаешь, какое здесь еще может быть значение?"

"Разве это не явное и незатейливое соблазнение?"

- ...

Дуань Цзя Янь довольно долго простоял как вкопанный перед аппаратом для самостоятельной оплаты, чувствуя, как горят его уши.

Затем тихонько выругался себе под нос.

***

Тем же вечером Дуань Цзя Янь получил свое медицинское заключение.

Согласно его результатам, уровень гормонов Омеги в его теле уже превышал средний уровень, и ему, похоже, еще было куда расти. Он бесспорно являлся только что проявившимся Омегой.

Доктор тоже впервые встретила Омегу, проявившегося в столь позднем возрасте; она увидела, как на красивом лице юноши появилось очень сложное выражение. После того как он отошел от первого потрясения, она внимательно проинструктировала Дуань Цзя Яня о мерах предосторожности, которые ему следовало соблюдать, и прописала ингибиторы и блокаторы феромона.

Еще врач напомнила Дуань Цзя Яню не забыть изменить свои личные данные в правительственном реестре с Беты на Омегу.

Когда Дуань Цзя Янь вернулся домой, едва открыв дверь, он случайно встретился с Фу Юань.

Похоже, у нее появилось какое-то срочное дело. Она стояла посреди гостиной, разговаривая по телефону, и на ее обычно спокойном лице отражался намек на беспокойство:

- ...Хорошо, я скоро приду.

- Мам, - окликнул ее Дуань Цзя Янь, - уже так поздно, куда ты идешь?

- Сяо Юнь снова в больнице, - ответила Фу Юань. - Дядя Хэ уже там вместе с ним. Здоровье этого ребенка никогда не было хорошим. Доктор говорит, что если он сможет продержаться до десяти лет, то его состояние постепенно улучшится. Если у тебя появится время, навести его, ты ему очень нравишься...

Дуань Цзя Янь издал звук в знак согласия.

Фу Юань продолжала о чем-то говорить и только спустя какое-то время осознала, что в это время Дуань Цзя Янь должен был заниматься самообучением в школе.

- Почему сегодня ты так рано вернулся?

- Я был на медицинском осмотре.

Он протянул Фу Юань медицинское заключение. Просмотрев результаты, Фу Юань с недоверием оглядела Дуань Цзя Яня.

- А-Е, ты... - она на мгновение, собираясь с мыслями, замолчала. - С тобой все в порядке? Не чувствуешь дискомфорт? Ты сможешь принять случившееся самостоятельно?

А-Е - это было детское прозвище Дуань Цзя Яня. Его придумала Фу Юань, когда он был еще совсем маленьким, оно звучало ласково и в то же время было запоминающимся. Длинная череда вопросов вместе с озабоченным выражением лица женщины заставили уголки губ Дуань Цзя Яня изогнуться в слегка дерзкой улыбке.

- Со мной все в порядке, - успокоил ее он. - Омега или Бета - невелика разница.

Брови Фу Юань так и остались нахмуренными. Изначально она считала, что этот ребенок слишком хорош собой, но с таким резким характером, будучи Бетой, он точно не окажется в проигрыше. Кто же мог знать, что он окажется поздним цветком, и ему так не повезет стать Омегой?

- Если ты не против, то все в порядке, - сказала она. - Нам нужно найти время, чтобы изменить твои личные данные. Я буду свободна на следующей неделе...

Снова зазвонил ее телефон. Судя по голосу собеседника, ее просили поторопиться, и Фу Юань на какое-то время заколебалась, не зная, как ей сейчас поступить. Заметив ее сомнения, Дуань Цзя Янь произнес:

- Можешь не беспокоиться, я могу и сам изменить свою личную информацию или попрошу Сун И съездить со мной. Тебе сейчас лучше поторопиться в больницу.

Кивнув, Фу Юань начала переобуваться. Когда она повернулась к нему спиной в коридоре, Дуань Цзя Янь с кажущимся безразличием задал вопрос:

- Дядя Хэ и Юньшэнь сейчас в городе Нин (ранее Нинчэн). Ты все еще собираешься переехать туда?

Фу Юань небрежно ответила:

- Дядя Хэ купил квартиру в Синь Хуай, это довольно близко к И Чжуну. Ты ведь не против через месяц переехать туда?

Дуань Цзя Янь застыл на месте от потрясения.

- А-Е, ложись спать пораньше, - уже стоя на пороге, сказала ему Фу Юань. - Возможно, этой ночью я не смогу вернуться домой. Обязательно поставь себе будильник. Не опоздай завтра в школу.

После ее ухода Дуань Цзя Янь в полном молчании уставился на закрытую дверь и пробормотал себе под нос:

- ...Но я не хочу жить с ними, я хочу жить только с тобой.

Его голос был очень тихим, и в этом просторном пустом доме он прозвучал слегка одиноко.

Возможно, потому, что он только-только проявился как Омега, этой ночью Дуань Цзя Яню плохо спалось; сон пришел лишь под утро. Он забыл поставить будильник и в результате проспал два первых урока.

К тому времени как Дуань Цзя Янь появился в школе, перемена уже подходила к концу. Он только сел на свое место, как к нему обратился Сун И:

- Бро, у нас тут важные новости, - Сун И положил телефон, на котором просматривал информацию, и посмотрел на Дуань Цзя Яня. - Не знаю, чего там обкурился Ду Сюйчэнь, но он утверждает, что видел, как вчера Лу Синцы развлекался с Омегой. Он говорит, что Омега, скорее всего несовершеннолетний, и Лу Синцы принудил его. Если это действительно было по принуждению, то это незаконно...

В современном мире соотношение полов АВО составляло примерно 3:6:1. Естественно, Омеги встречались редко, поэтому закон был особенно суров в отношении причинения вреда Омегам.

В этот момент Дуань Цзя Янь почувствовал, как его утренняя сонливость постепенно сходит на нет. Подняв голову и посмотрев вперед, он увидел, что место Лу Синцы пустует.

Сун И услышал, как Дуань Цзя Янь спросил у него:

- Лу Синцы тебе ничего не сказал?

- Сказал что?

Увидев растерянное выражение на лице Сун И, Дуань Цзя Янь понял: тот не знал, что его блокатор феромона использовал вчера он. Он подумал о случившемся вчера и осознал, что настолько зациклился на необходимости сходить в больницу, что ни не словом не обмолвился Лу Синцы, можно ли рассказать остальным, что он оказался Омегой.

Поэтому Лу Синцы никому и ничего не сказал.

Это означало, что... он пытался его защитить?

- Где он сейчас?

- Без понятия. Кажется, куда-то ушел.

Дуань Цзя Янь хмыкнул. Вскочив с места, он пошел в сторону спортивного класса.

Десятый класс располагался в дальнем коридоре слева, а спортивный класс - в дальнем справа. Дуань Цзя Янь направился прямиком к задней двери спортивного класса.

Именно здесь должен был сидеть Ду Сюйчэнь. Едва приблизившись к классу, он услышал как тот смеется и шутит со своими одноклассниками. Его голос звучал очень громко.

- На этот раз Лу Синцы тупо прокололся, осмелившись заниматься таким прямо в школе. Если он и дальше будет валять дурака, то даже его семье не удастся его защитить; нельзя так легко спускать ему это с рук, - ученик повернулся к стоявшей рядом с ним девушке. - У вас, Омег, ведь есть свой форум, я прав? Этим форумом пользуются Омеги нескольких лучших школ города Нин, почему бы тебе не выложить пост об этом на форуме?

На лице девушки остазилось легкое колебание.

Вчера вечером Ду Сюйчэнь зашел настолько далеко, что даже отправил рассылку с сообщением об этой новости всем своим друзьям. Но, проснувшись утром, она увидела, что он удалил все сообщения, словно испугался, что его на этом поймают.

Тоже не желая влипать в неприятности, она неопределенно ответила:

- Подождите-ка, разве это дело еще не расследуют?

- А чего еще ждать? Вся школа в курсе, что он заперся вместе с кем-то в мужском туалете. Даже учитель сказал, что в туалете остался след феромона Омеги, - причмокнув губами, заявил Ду Сюйчэнь. - Но нельзя возложить всю вину за это на плечи Лу Синцы. Этот Омега оказался слишком распутным, он даже не стал использовать свои ингибиторы или блокаторы феромона. Разве это не говорит о том, что он просто ждал, когда его поимеют?

Недовольная услышанным девушка нахмурила брови:

- Порой Омегам тяжело контролировать свои феромоны. Неужели ты действительно так считаешь?

Увидев, что она расстроилась, Ду Сюйчэнь поспешил успокоить ее:

- Нет, я не это имел в виду. Вы с ним относитесь к совершенно разным типам Омег. Ты не такая, как этот парень. Его тип... - махнув рукой, он злорадно закончил: - просто напрашивается на то, чтобы его трахнули.

Едва он сказал это, как задняя дверь распахнулась.

Место Ду Сюйчэня было прямо возле двери, поэтому его сильно ударило. Его стул покачнулся, и он чуть не свалился на пол. Он обернулся, собираясь спросить, что за идиот решил так распахнуть дверь, и увидел стоявшего на пороге Дуань Цзя Яня.

Схватив парня за ворот рубашки, Дуань Цзя Янь с силой потянул его вверх. В итоге он выволок Ду Сюйчэня из класса. Даже не учитывая, что Дуань Цзя Янь был Бетой, уже одно то, что его так легко вытащили вон на глазах у стольких людей, было до ужаса унизительно.

Увидев, что парень пытается сопротивляться, Дуань Цзя Янь его отпустил. Как только его отпустили, Ду Сюйчэнь заорал:

- Черт! Дуань Цзя Янь, ты свихнулся?

Дуань Цзя Янь схватил один из стульев, стоящих в зеадней части класса, и что было сил обрушил его на голову Ду Сюйчэня. Потрясенный Ду Сюйчэнь почувствовал, как теплая жидкость стекает у него по лицу, и лишь когда пришла боль, понял, что то была кровь.

Все застыли в оцепенении.

Так случилось, что как раз в этот момент Лу Синцы вышел из кабинета учителя, став невольным свидетелем этой сцены. Дуань Цзя Янь отбросил в сторону стул и впился взглядом в только что побитого им Ду Сюйчэня. Парень выглядел абсолютно разъяренным, но на лице его сияла улыбка, которая, однако, не доходила до глаз.

- Я - тот Омега, который, по твоим словам, только и ждет, когда его поимеют, - Дуань Цзя Янь встретился глазами с наполненным недоумением взглядом Ду Сюйчэня. Его голос прозвучал необычайно холодно и угрожающе: - Скажи-ка мне, я выгляжу так, будто хочу, чтобы меня трахнули?

Заметки автора:

У меня нет ответа на этот вопрос, пусть ответит Лу Синцы.

Глава 5. В учительской

На миг коридор погрузился в полную тишину.

Прошло некоторое время, прежде чем ученики смогли хоть как-то отреагировать, и окружающую тишину сменили приглушенные шепотки. Ду Сюйчэнь так и вовсе уставился на него с открытым ртом, не в силах выдавить из себя ни единого слова.

Если Дуань Цзя Янь действительно Омега, то для него случившееся становилось еще более унизительным. В конце концов, он Альфа, а Омега не только вытащил его за шиворот, но и огрел стулом по голове.

- Черт! - возразил он, не в силах сдержать гнев в своем сердце. - Да какой из тебя Омега?..

Не успел он договорить, как Дуань Цзя Янь поднял его и швырнул в стену.

Зрачки Ду Сюйчэня сократились, но в тот самый момент, когда он собирался поздороваться лицом со стеной, Дуань Цзя Янь одной рукой сжал его шею, а другой схватил за волосы.

- Что, неужто теперь не похоже? - Дуань Цзя Янь усмехнулся ему в ухо. - Разве не ты только что рассказывал всем, что я очень похотлив? Эх, Ду Сюйчэнь, ты так высоко меня оценил, неужели втайне запал на меня?

Он говорил очень тихо, но так как в коридоре стояла мертвая тишина, почти все услышали каждое его слово.

Кто-то в толпе не смог больше сдерживаться и залился смехом.

Все лицо Ду Сюйчэня покраснело от гнева. Поначалу, услышав, как Дуань Цзя Янь называет себя Омегой, он подумал, что у того рука не поднимется ему отомстить, но не тут-то было. Кто бы мог подумать, что Дуань Цзя Янь поведет себя как законченный псих? Ду Сюйчэнь принялся яростно сопротивляться, крича:

- Убирайся! Дуань Цзя Янь, тебе лучше не связываться со мной!

Едва он договорил, как Дуань Цзя Янь вмазал его головой в стену. Голова Ду Сюйчэня уже пострадала от предыдущего удара, теперь же от боли он едва не лишился сознания. На мгновение в нем пробудилась надежда, что кто-нибудь придет и остановит этого сумасшедшего, не забыв преподать ему хороший урок.

Дуань Цзя Янь увидел уродливое выражение, появившееся на лице Ду Сюйчэня, и уже собирался еще раз как следует его приложить, когда кто-то подошел сзади и схватил его за запястье. От этого человека исходил необычайно чистый аромат, он пах как первый снег в зимнюю пору. Дуань Цзя Янь неосознанно отступил назад и врезался в твердую грудь этого человека.

- Учитель почти здесь, - сказал Лу Синцы. - Хватит драться.

Дуань Цзя Янь попытался освободить свое запястье, но хватка Лу Синцы оказалась чересчур крепкой. Лу Синцы обладал просто ужасающей силой. Оказавшемуся схваченным им Дуань Цзя Яню оставалось лишь сдаться.

- Что здесь троисходит?! Ребята, что вы творите? - крикнул учитель второго класса, постепенно проталкиваясь через толпу.

Отпущенный Дуань Цзя Янем Ду Сюйчэнь тяжело дышал. Когда он заметил, что Дуань Цзя Янь отвлекся на учителя, выражение его лица тут же переменилось, и он украдкой потянулся к отброшенному в сторону стулу.

Однако в тот самый момент, когда он собирался его схватить, кто-то подошел и еще дальше отшвырнул стул.

- Тебе еще недостаточно? - спросил Лу Синцы, перекрывая своим голосом скрип, с которым стул заскользил прочь по полу. - Прекрати уже искать проблемы на свою голову.

Его взгляд был леденяще-холодным, а в сочетании с высоким ростом выглядел он по-настоящему устращающе. Ду Сюйчэнь мигом убрал руку.

Учитель пришел в ярость, увидев, что ученики устроили драку. Однако он проглотил свой гнев и обратил взгляд на Лу Синцы, после чего в его взгляде появилось сомнение. Он действительно понятия не умел, как уладить случившееся.

- Ты тоже в этом замешан?

- Он здесь ни при чем, - поспешил ответить Дуань Цзя Янь. - Это мы с Ду Сюйчэнем подрались.

Лу Синцы посмотрел на него.

Задав еще несколько вопросов и убедившись, что в драке действительно участвовали только Дуань Цзя Янь и Ду Сюйчэнь, учитель смог вздохнуть с облегчением и быстро увел их обоих в учительскую.

Чжао Миньцзюнь и представить себе не могла, что так скоро встретится с Дуань Цзя Янем.

Ранее она уже вызывала на беседу Лу Синцы. Обучая его на протяжении года, она, естественно, не поверила, что тот мог бы поступить так, как утверждалось в жалобах, и принудить к чему-то Омегу. Но так как расследование необходимо было произвести, ей пришлось пригласить его в кабинет и задать ему пару вопросов.

По словам Лу Синцы, с его одноклассником произошел несчастный случай, и он просто передал ему блокатор феромонов. Пока он объяснял, каждый учитель в учительской слышал его, поэтому когда она попросила его назвать имя пострадавшего ученика, Лу Синцы произнес его тихим шепотом.

Справившись с потрясением от услышанного, она первым делом собиралась позвонить Дуань Цзя Яню и попросить его прийти в школу, так как это дело стало чересчур громким. Она даже слышала, что Ду Сюйчэнь намеревался доложить о случившемся прямо в полицию, поэтому ей нужно было собрать всех причастных и разобраться в этом деле, причем чем раньше, тем лучше.

Однако Лу Синцы остановил ее, сказав, что Дуань Цзя Янь только проявился как Омега и сейчас, возможно, чувствует себе не лучшим образом, и даже если он не сможет прийти в школу сегодня, у них всегда будет завтра.

Раз уж сам Лу Синцы, казалось, совершенно не волновался, Чжао Миньцзюнь и так практически поверила ему на слово. Ей тоже казалось, что Дуань Цзя Янь должен был чувствовать себя нехорошо, ведь его сущность Омеги только-только проявила себя и он наверняка должен был страдать от упадка сил. Вот почему она почувствовала потрясение, когда в кабинет привели Дуань Цзя Яня, который вышагивал вперед с высоко поднятой головой, и Ду Сюйчэня, у которого, похоже, была ранена голова.

Из раны Ду Сюйчэня все еще шла кровь, поэтому изначально учителя хотели отправить его в больницу. Однако парень, который был зол как черт, сразу же отказался, заявив, что это лишь поверхностное ранение. В итоге ему просто наложили два пластыря, после чего он настоял на том, чтобы остаться здесь и обвинить своего обидчика, в противном случае в больницу он не поедет.

Дуань Цзя Янь и Ду Сюйчэнь примерно рассказали всем о случившемся.

Классного руководителя спортивного класса звали Ван И. Дуань Цзя Янь слышал, что этот учитель был очень близок со своими учениками, всегда вставал на их защиту и старался вытащить их из неприятностей, если те попадали в беду.

Выслушав их объяснения, учитель Ван произнес:

- Выходит, Дуань Цзя Янь полез в драку первым? Несмотря ни на что, бить кого-то неправильно.

Ду Сюйчэнь тут же принялся поддакивать:

- Я ведь просто пару раз пошутил, а в следующее мгновение он, словно псих, набросился на меня.

В конце концов, именно он был здесь жертвой, и каждый учитель мог видеть, насколько жалко он выглядел. А увидев, что за всю драку он ничем не отплатил обидчику, они почувствовали, что, возможно, Дуань Цзя Янь зашел чересчур далеко.

Ду Сюйчэнь увидел, что все склоняются на его сторону, и продолжил:

- Верно, Дуань Цзя Янь на этот раз ты зашел слишком далеко. Ты так сильно избил меня, что...

- Ты все еще смеешь болтать? - Дуань Цзя Янь искоса взглянул на него.

Заметив обращенный к нему пристальный взгляд Дуань Цзя Яня, Ду Сюйчэнь мигом закрыл свой рот. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он сейчас в учительской, где ему ничто не грозит. Он никак не мог понять, на чем зиждется эта уверенность Дуань Цзя Яня.

- Почему ты ему угрожаешь? - нахмурилась Чжао Миньцзюнь.

Учитель Ван выглядел так, словно готов был рассмеяться:

- Учитель Чжао, у вас такие норовистые ученики.

Дуань Цзя Янь:

- Он первый начал болтать обо мне.

Чжао Минцзюнь:

- Что такого он мог сказать? Неужто все было так плохо? Стоило ли из-за этого набрасываться на него с кулаками?

Дуань Цзя Янь:

- ...

Он всегда мог бы произнести слова, сказанные о нем, перед учениками своего возраста, но, оказавшись перед группой учителей, он внезапно осознал, что не может выдавить из себя ни единого слова.

Только все они зашли в тупик, как послышался стук в дверь учительской.

- Входите.

В кабинет вошел Лу Синцы вместе с какой-то ученицей.

Эта девушка показалась Дуань Цзя Яню смутно знакомой. Похоже, это была та самая девушка-Омега, которая раньше разговаривала с Ду Сюйчэнем.

- Учитель Чжао, учитель Ван, Ду Сюйчэнь ранее высказал очень оскорбительные слова в адрес Омег, - сказал Лу Синцы и отступил в сторону, оставив ученицу под взглядами всех собравшихся в учительской. - Сунь Мэн может это подтвердить.

Поначалу учителя считали, что этот ученик просто обругал другого, и то были всего лишь слова. Но если они касались пола, причем оскорбляли этот пол, то дело принимало совершенно иной оборот. Это была откровенная дискриминация.

Учитель Ван потрясенно застыл. Как только здесь появился Лу Синцы, он больше не смел бездумно защищать Ду Сюйчэня и сразу же спросил у девушки:

- Сунь Мэн, Ду Сюйчэнь действительно произнес такие слова?

- Да, так и было. Он сказал... - девушка заколебалась. - ...Это тяжело повторить.

Девушка, словно ища поддержки, посмотрела на Лу Синцы, и когда тот кивнул ей, продолжила:

- Не только я, но и Жэнь Цзюэ, Сюй Хайбинь и другие тоже слышали это, как и прочие проходившие мимо ученики. Ду Сюйчэнь действительно оскорблял Дуань Цзя Яня, а тот услышал это, поэтому и началась драка.

Затем Лу Синцы передал учителю телефон, на экране которого был скриншот вчерашнего сообщения Ду Сюйчэня.

- Ду Сюйчэнь запостил это сообщение на своем аккаунте в соцсетях, и там упоминается кое о чем...

Он замолчал, позволив учителям самостоятельно прочитать то, что было отображено на скриншоте.

Внимательно посмотрев на него, учитель Чжао и учитель Ван тут же нахмурились.

В написанном шутливым тоном сообщении Ду Сюйчэнь утверждал, что принц этой школы вытворял неописуемые вещи в школьном туалете. А также упомянул о пострадавшем Омеге, при этом в его словах имелся явный сексуальный подтекст.

Пусть не упоминалось никаких имен, любому было понятно, что под "принцем" подразумевался Лу Синцы.

Ду Сюйчэнь с недоверием уставился на скриншот. После напоминания друга он явно его удалил, к тому же Лу Синцы не числился среди его друзей, как он смог заполучить этот скриншот?

Как раз в это время вернулся учитель, которого отправили провести расследование по делу Лу Синцы.

- Я все проверил. Как выяснилось, два ученика из класса учителя Чжао вошли в туалет один за другим с промежутком в несколько минут...

Со всем, что они узнали сегодня, случившееся там становилось кристально ясным.

Лу Синцы, на которого обрушились все эти обвинения, оказался целиком и полностью невиновен. Чжао Миньцзюнь смогла вздохнуть с облегчением. Если бы Лу Синцы действительно оказался замешан во что-то подобное, семья Лу непременно начала бы давить на школу, в итоге именно она оказалась бы меж двух огней.

Обсудив все с учителями и узнав мнения учеников, они в итоге решили вынести им обоим предупреждение, наказав обоих написанием объяснительной из трех тысяч слов, кроме того, эти двое должны были принести друг другу свои извинения.

После сухих слов извинения Ду Сюйчэня настала очередь Дуань Цзя Яня.

Тот долго смотрел на противника, после чего медленно произнес:

- Ох, мне так жаль, что я слишком сильно ударил и ранил тебя.

Пусть его извинение было насквозь пропитано фальшью, учитывая то, что Дуань Цзя Янь был Омегой да еще и подвергся оскорблениям, Чжао Миньцзюнь решила, что этого будет достаточно, и ничего ему не сказала. Вот только она не ожидала, что Лу Синцы тоже внесет свою лепту.

- Я тоже поступил неправильно, - обратился он к Ду Сюйчэню. - Мне следовало остановить его раньше. Если бы я сделал это, ты пострадал бы чуть меньше.

Дуань Цзя Яня так позабавили эти слова, что он едва сдержал улыбку в присутствии учителей, быстро добавив:

- Верно, почему ты не остановил меня раньше?

Уголки губ Лу Синцы приподнялись в легкой улыбке.

Этот парень был рожден с возвышенной внешностью и естественным образом сохранял дистанцию по отношению к окружающим. Даже его извинения казались неискренними.

И правда, способность Лу Синцы доводить до белого каления окружающих ни капельки не разочаровала Дуань Цзя Яня:

- Просто я впервые увидел, как Омега избивает Альфу до такой степени, что тот оказывается не в состоянии дать ему сдачи. Эта сцена настолько меня потрясла, что я не успел вовремя отреагировать.

Произнося эту фразу, он даже пару раз сочувственно похлопал по плечу Ду Сюйчэня. Последний, казалось, уже дрожал от ярости.

- Я извиняюсь. Пожалуйста, прояви ко мне снисхождение.

Он произнес это искренним тоном, но почему-то создавалось впечатление, что фраза "Пожалуйста, прояви ко мне снисхождение" косвенно оскорбляла Ду Сюйчэня.

После ухода из учительской Дуань Цзя Янь шел рядом с Лу Синцы, пока они вместе возвращались в свой класс. И тут ему впервые показалось, что на этого парня приятно смотреть.

- Почему та девушка неожиданно мне помогла? Кроме того, как тебе удалось раздобыть тот скриншот, который ты показал учителям на своем телефоне?

- Сунь Мэн добрая девушка, она увидела, как тебя увели в учительскую, и сама ко мне подошла. А скриншот кое-кто прислал мне вчера, - произнес Лу Синцы, и улыбка на его губах стала немного заметнее, когда он подумал о том, как забавно Ду Сюйчэнь копал собственную могилу. - Никогда бы не подумал, что этот парень сам себя загонит в могилу.

Суть выщесказанного заключалась в том, что даже если бы Ду Сюйчэнь не вляпался сегодня в неприятности, Лу Синцы все равно не собирался так просто его отпускать.

Дуань Цзя Яню на мгновение показалось, что парень, который сейчас шел рядом с ним, был немного пугающим. Но этот краткий миг быстро прошел, как только он вспомнил, в какую ярость пришел Ду Сюйчэнь из-за слов Лу Синцы, и он невольно весело рассмеялся.

- Я должен признать, староста класса, - обратился к парню Дуань Цзя Янь, - ты действительно что-то с чем-то.

Не дожидаясь ответа Лу Синцы, он сразу добавил:

- После этого я больше ничего тебе не должен.

- ?

- Ты ведь не рассказал Сун И для кого предначались те ингибиторы и блокатор феромонов, так? Ты вообще никому об этом не рассказал. На самом деле мне без разницы, Омега я или Бета, но я не дурак и догадался, что ты сделал это ради меня, - Дуань Цзя Янь увидел, что парень смотрит на него со слегка ошеломленным выражением на лице и подумал: - "Я не настолько темный человек, ясно тебе?"

Он прочистил горло:

- В любом случае я избил его, и теперь все узнали, что он нес про тебя полную чушь.

Он просто взял и напрямую избил этого парня. Кроме как выпустить свой гнев и презрение, он специально сделал это у всех на глазах, так как знал, что даже если учителя попытаются все замять, не знающие сути дела ученики продолжат сплетничать у них за спиной.

Теперь это дело стало настолько громким, что каждый, кто слышал те сплетни, узнает, что единственная настоящая задница здесь - Ду Сюйчэнь.

- Не благодари. В конце концов, я так люблю помогать другим людям. Но если тебе действительно охота меня отблагодарить, то в слудующий раз, когда Цзян Цинянь даст тебе стаканчик чая с молоком, пожалуйста, откажи ей и отправь прямо ко мне.

- Ты запал на Цзян Цинянь? - они уже почти дошли до своего класса. Лу Синцы увидел, как Дуань Цзя Янь кивнул в ответ. - Она отказала тебе? Тогда у нее, должно быть, очень хороший вкус.

Дуань Цзя Яню потребовалось какое-то время, что осмыслить слова Лу Синцы, и он тут же стиснув зубы, подошел почти вплотную к нему:

- Ты что... на взбучку нарываешься?!!

Еще до того, как он договорил, Лу Синцы распахнул дверь в класс.

Проводивший урок учитель нахмурился и закричал на Дуань Цзя Яня:

- Ты чего разорался?! Дуань Цзя Янь, сейчас же иди к доске и напиши решение этой задачи!

Дуань Цзя Янь:

- ...

Лу Синцы, этот парень действительно чертовски хитер.

***

Заметки автора:

Сегодня наш Сяо Лу подчищает беспорядок за своей женушкой.

Глава 6. Играя в баскетбол

По оценкам Дуань Цзя Янь всегда оказывался практически на последнем месте, поэтому написанная на доске задачка на пространственную систему координат находилась далеко за пределами его знаний.

Он три минуты простоял возле доски. Раздраженно посмотрев на его невинное, не обремененное мыслительным процессом лицо, учитель математики тяжко вздохнул:

- Садись на свое место.

После чего Дуянь Цзя Янь тихо уселся за свою парту.

Едва он сел, как Сун И мигом пододвинулся к нему и сказал:

- Мой предок! Что ты творил вчера со старостой класса? И как вы оказались вместе сегодня?

Перед этим, увидев, как Дуань Цзя Янь в полном молчании вышел из класса, он решил, что тот всего лишь отправился в туалет. Откуда ему было знать, что спустя десять минут Шэ Чиле отправит ему цепочку восклицательных знаков, а следом за этим чаты десятого класса и "Поддерживая Небо И Чжуна" просто взорвутся.

Обе группы принялись с безумным волнением обсуждать, как Дуань Цзя Янь взмазал в стену голову Ду Сюйчэня, и что Омегой, якобы вступившим вчера в туалете в некоторые интимные действия с Лу Синцы, тоже оказался Дуань Цзя Янь...

Дуань Цзя Янь!

Сун И выругался про себя. С их последней встречи прошла одна ночь, а его старый добрый друг успел за это время свой пол изменить? В таком случае может ли он теперь называть Дуань Цзя Яня своей сестренкой?

- Хочешь узнать, как я стал Омегой? Чем мы с Лу Синцы занимались в туалете? И что стало с Ду Сюйчэнем?

Сун И было до смерти любопытно.

Дуань Цзя Янь:

- Тогда помоги мне написать объяснительную на три тысячи слов.

Сун И:

- ...

Дуань Цзя Янь:

- Как только закончишь, маленький Дуань поведает тебе эту захватывающую историю.

Сун И:

- ...Брысь отсюда.

Прозвенел звонок, объявивший об окончании урока. Телефон Дуань Цзя Яня тут же яростно завибрировал. Бросив на него взгляд, он понял, что это Сун И добавил его в новый групповой чат. Прокрутив вверх, он увидел название: "Поддерживая Небо И Чжуна".

[Приветствуем новичка!!!]

[Это студенка по обмену? Разве к нам сейчас переводили какую-нибудь О?]

[Добро пожаловать, маленькая милашка!]

Сун И: [Это Дуань Цзя Янь].

Групповой чат надолго замолк, прежде чем снова взорваться.

[Братец Дуань!!! Я так благодарна тебе, братец Дуань!!! Какое счастье, что именно ты стал Омегой, оказавшейся там с Лу Синцы!!!]

[Услышав твое имя, я почувствовала невероятное облегчение, наш Лу Лу все-таки не изменил своей мамочке!!!]

[Верно, дедушка Дуань подарил мне чувство безопасности, которого я не испытывал прежде. Он заставил меня поверить, что даже если он и принц школы переспят, на следующее утро она все равно смогут поддерживать чистые отношения одноклассников.]

Про себя Дуань Цзя Янь считал все это полной бессмыслицей, какой еще братец или дедушка? Но эта группа Омег была такой страстной, и Дуань Цзя Яню показалось, что будет не очень вежливо их проигнорировать, поэтому он ответил:

[Спасибо?]

[Даже его благодарность прекрасна. Поистине достойно величайшего тирана И Чжуна.]

- Черт, - Дуань Цзя Янь рассмеялся. - Все в твоей группе что-то с чем-то.

- Все в нашей группе, - поправил его Сун И. - Ты теперь тоже Омега. Но пробудиться в шестнадцать-семнадцать... Твое половое созревание явно запаздывает.

***

Для большинства учеников старших классов урок физкультуры, как правило, был самым долгожданным занятием на неделе.

Ярко светило осеннее солнце, само по себе делавшее людей ленивыми. Поэтому после нескольких кругов бега по стадиону учитель физкультуры позволил всем заниматься тем видом спорта, которым им хочется.

Чэнь Юэ хотелось поиграть в футбол, а так как Лу Синцы тоже нечем было заняться, они собрали еще несколько парней из класса, после чего отправились в подсобку для хранения инвентаря, чтобы взять мяч.

В обычное время лишь некоторые из парней занимались игрой в футбол. Большинство предпочитали другие виды спорта, вроде баскетбола и бадминтона. В тот самый момент, когда Лу Синцы собирался взять мяч, в подсобку, болтая на ходу, вошли еще два ученика.

- Десятый класс и спортивный правда опять на ножах?

- Ду Сюйчэню действительно не сидится на месте. Ране на его голове только полегчало, а ему уже не терпится сыграть в баскетбол.

- Скорей всего, он просто пытается сохранить репутацию. В конце концов, Дуань Цзя Янь знатно отделал его на днях, поэтому ему просто не терпится вернуть должок...

Руки Лу Синцы застыли в воздухе. Спустя несколько секунд он все-таки подхватил белый футбольный мяч из корзины и вышел из подсобки. На баскетбольной площадке он заметил стоящих лицом к лицу Дуань Цзя Яня и Ду Сюйчэня, которые, казалось, говорили о чем-то. Игра еще даже не началась.

Старшая школа И Чжун занимала огромную площадь. На стадионе имелась не только баскетбольная площадка, но и большое открытое место для игры в футбол неподалеку от детской площадки.

Увидев выходящего из подсобки Лу Синцы, Чэнь Юэ взволнованно помахал ему рукой, чтобы он поскорее к ним подошел.

- Они только-только закончили делать ставки. Проигравшая команда должна будет подняться на трибуну к флагу и станцевать там сквэр-данс (1) - едва узнав о ставке, Чжу Юэ подумал, что предложение Дуань Цзя Яня действительно было не лучшим. - У Дуань Цзя Яня хватает забавных идей, но если наш класс и правда проиграет, ему придется забраться туда и станцевать.

Чжоу Синчэнь, который тоже наблюдал за происходящим со стороны, произнес:

- Не говоря уже об остальном, одно исполнение сквэр-данс способно привлечь внимание окружающих.

Новость о споре быстро разлетелась, и многие ученики сбежались посмотреть на соревнование. Вскоре собралась толпа, в которой были не только ученики десятого и спортивного классов, но и множество других учеников, проведавших о споре Дуань Цзя Яня и Ду Сюйчэня. Эти парни уже и так занимали верхнюю строчку рейтинга тем для обсуждения в каждом классе, но никто даже подумать не мог, что эти двое снова столкнутся лбами так скоро.

Их явно ожидало отличное представление.

Пока они болтали, атмосфера на баскетбольной площадке накалялась все больше. Все парни из спортивного класса были высокими и мускулистыми, а двое из пяти учеников, стоявших сейчас на площадке, и вовсе играли за школьную спортивную команду.

Парни из десятого класса тоже были отнюдь не слабаками. Они отлично играли вместе с Дуань Цзя Янем и были по большей части из тех детей, что использовали свои деньги, чтобы попасть в десятый класс. У этих парней не было особого таланта к учебе, но в спортивных играх они были хороши.

Признаться честно, игра была очень захватывающей.

Они договорились сыграть четыре периода, если же за это время не удастся выявить победителя, то у них будет еще пять минут овертайма.

Самым сильным игроком в спортивном классе был смуглый парень. Несмотря на высокий рост, у него была невероятно быстрая скорость реакции. Тогда как в десятом классе лучшим игроком несомненно являлся Дуань Цзя Янь, его скорость заброса мяча в корзину была просто потрясающей. Стоило ему вытянуть руку и взмахнуть ей, как мяч с поразительной точностью влетал в корзину противника. От такого напряжения на площадке толпа болельщиков буквально сходила с ума.

Противники шли ноздря в ноздрю, разница в счете была минимальной. На последних минутах первого периода Дуань Цзя Янь снова завладел мячом и без малейшего колебания забросил его в корзину.

Этот трехочковый позволил их команде превзойти команду противника. Болельщики десятого класса тут же разразились восторженными криками и аплодисментами.

- Вот черт! - не сдержался Чэнь Юэ. - Такой красивый бросок! Он внезапно стал слишком крут!

Лу Синцы выдал "Мм" и посмотрел в сторону Дуань Цзя Яня, который стоял в окружении парней на площадке. После победы в первом периоде все пребывали в приподнятом настроении.

Чэнь Юэ взволнованно произнес:

- Как думаешь, если бы он на первом году обучения принял участие в соревнованиях по баскетболу, наш класс бы не уступил первое место спортивному классу?

Чжоу Синчэнь вздохнул:

- Он всего лишь неплох.

Чэнь Юэ:

- Не стоит врать с широко открытыми глазами. Несмотря ни на что, его навыки обращения с мячом реально хороши.

Чэнь Юэ, Чжоу Синчэнь и Лу Синцы были основными игроками от десятого класса, выступавшими на соревнованиях по баскетболу. Спортивный комитет изначально считал Дуань Цзя Яня очень хорошим игроком и хотел пригласить его в команду, однако едва тот услышал, что ему придется играть вместе с Лу Синцы, как тут же наотрез отказался.

Чэнь Юэ, казалось, настолько увлекся соревнованием, что на мгновение даже забыл о вражде между Дуань Цзя Янем и двумя парнями, сидящими рядом с ним.

Он открыл бутылку с минеральной водой и, отхлебнув из нее, обратился к Лу Синцы:

- Сяо Дуань действительно достоин того, чтобы испытать особенный туалетный опыт с тобой. Только взгляни, то, что он вытворяет с мячом...

Он так и не смог придумать подходящее прилагательное, поэтому решил скрыть заминку глотком воды. Лу Синцы неторопливо поднял руку и сжал бутылку.

От давления вода хлынула наружу. Не успевший отреагировать Чэнь Юэ в итоге наглотался воды.

Непрестанно кашлявший Чэнь Юэ посмотрел вверх с мрачным лицом:

- Собака Лу... кхе-кхе, почему ты вредительствуешь?

- У тебя так хорошо получается придумывать всякие небылицы. Тебе стоит пойти и написать новеллу, - Ли Синцы пристально посмотрел жалкое лицо Чэнь Юэ, и уголки его губ слегка приподнялись. - Особенный туалетный опыт?

- ... - в глубине души Чэнь Юэ подумал: - "Почему с этой собакой Лу Синцы стало так сложно поладить?"

Начался второй период.

Так как победа в первом периоде досталась им, ученики десятого класса были в отличной форме.

Чэнь Юэ и Чжоу Синчэнь наблюдали за происходящим со стороны, время от времени обмениваясь комментариями.

Чэнь Юэ:

- Ду Сюйчэнь довольно неплох. Передача ему мяча - то же самое, что закинуть этот мяч в нашу корзину.

Чжоу Синчэнь:

- А защитник из их команды, позволять ему выходить на площадку - настоящее преступление.

Чэнь Юэ:

- Мне кажется период проходит очень стабильно.

Чжоу Синчэнь:

- Да, более-менее стабильно.

Едва они договорили, как смуглый парень сбил с ног легкого форварда из десятого класса как раз в тот момент, когда тот пытался перебросить через него мяч.

Парень упал на покрытие и согнулся от боли, прикрывая рукой колено.

Действия смуглого Хэй Пи (2) признали фолом. Кто-то прошептал, что видел, как он ударил форварда локтем в живот. Атмосфера между двумя классами сразу же накалилась.

Один парень из десятого класса тоже вышел из себя и толкнул Хэй Пи:

- Ты ведь сделал это нарочно, я прав? Нарываешься на проблемы?

- Проблемы здесь лишь у тебя, - Хэй Пи указал пальцем ему в лицо. - Это я-то нарываюсь? Да я совершенно случайно столкнулся с тем парнем.

Колено пострадавшего парня стало сине-багровым и все еще кровоточило. Он временно потерял способность ходить, что уж говорить про игру.

Дуань Цзя Янь осмотрел бедного форварда и рассмеялся:

- Случайно?

Хотя на его губах сейчас сияла прекрасная улыбка, в наполненных холодом глазах стоял едва сдерживаемый гнев.

Когда школьный хулиган так улыбался, все понимали: вот-вот что-то произойдет.

- Дуань Цзя Янь, - вдруг пискнул сбитый с ног паренек, - со мной все в порядке. Не стоит с ними связываться. Они просто ищут предлог, чтобы устроить здесь драку.

Прошло всего несколько дней с его стычки с Ду Сюйчэнем, если бы Дуань Цзя Янь сейчас снова оказался замешан в драке, то даже Чжао Миньцзюнь не удалось бы ему больше помочь.

Хэй Пи снова заговорил:

- Не бросайся обвинениями без каких-либо доказательств. И вы, парни, слишком обольщаетесь, это всего-навсего игра в баскетбол.

- Ты, убирайся с площадки, - холодно произнес Дуань Цзя Янь. - Замените его кем-нибудь.

- Брат мой, стоит ли так далеко заходить?

Дуань Цзя Янь не удостоил его ответом.

Хэй Пи встретился с ним взглядом, затем насмешливо фыркнул и развернулся, уходя с баскетбольной площадки.

Их легкий форвард тоже не мог больше продолжать, поэтому игра была приостановлена, чтобы противники могли заменить своих игроков. Увидев, что им не хватает игрока, Сун И предложил:

- Сяо Дуань, может, возьмешь меня?

Можно сказать, что Сун И вполне сносно играл в баскетбол, к тому же обычно он занимал позицию легкого форварда, однако его тело было слабовато, да и скорость реакции оставляла желать лучшего.

Дуань Цзя Янь посмотрел в сторону спортивного класса. Покинув площадку, Хэй Пи заменил худшего в их команде защитника и еще двух парней. Теперь состав их команды был в точности таким же, как на соревнованиях по баскетболу среди первокурсников.

Дуань Цзя Янь действительно не хотел, чтобы Сун И становился частью их команды лишь ради того, чтобы терпеть издевательства этих парней. Однако он не знал, кто еще мог бы им с этим помочь.

Пока он колебался, кто-то подошел к нему и подобрал с земли мяч.

- Я его заменю, - сказал Лу Синцы.

Толпа болельщиков тут же разразилась громкими обсуждениями. Едва стало известно, что Лу Синцы будет играть, даже девушки, которые после звонка направились к своим классам, мигом примчались обратно.

Такое зрелище можно было увидеть лишь раз в году.

Школьный идол и тиран объединились, чтобы сыграть вместе в баскетбол.

При виде подходящего Лу Синцы на лицах у некоторых парней из десятого класса появились счастливые выражения, тогда как другие бросали на Дуань Цзя Яня наполненные тревогой взгляды. Способности Лу Синцы были известны любому, просто у них не было уверенности в том, что Дуань Цзя Янь согласится играть с ним в одной команде.

Под нетерпеливыми и предвкушающими взглядами своих товарищей по команде Дуань Цзя Янь неожиданно произнес:

- Ты ведь в курсе, что в случае проигрыша нам придется танцевать сквэр-данс, верно? Делать это у всех на глазах очень неловко.

- Знаю, - Лу Синцы передал ему мяч, давая знак, что настало время продолжить игру. - И я точно не собираюсь его танцевать.

"Такой спокойный и в то же время высокомерный".

Дуань Цзя Янь усмехнулся и пару раз ударил мячом по земле. Услышав, что новый член команды противника еще не начал играть, а уже принялся их дразнить, спортивный класс захотел ответить тем же, но как только парни поняли, что это Лу Синцы, им пришлось стиснуть зубы и проглотить свой гнев.

Сидевший за пределами площадки Хэй Пи заявил:

- Брат Лу, даже если ты хорошо играешь, это не значит, что твои товарищи по команде так же хороши. В конце концов, это командный вид спорта.

Пока парни из спортивного класса смеялись над этим замечанием, Лу Синцы посмотрел на него и небрежно бросил:

- Мой товарищ по команде уже выставил тебя с площадки. Как думаешь, он хорош?

- ...

Итак, игра продолжалась.

Хотя личные сильные стороны Дуань Цзя Яня и Лу Синцы были весьма хороши, они никогда прежде не играли друг с другом, поэтому молчаливого взаимопонимания между ними не существовало. С другой стороны, совершенно иная ситуация сложилась в команде противника. Вероятно, спровоцированные предыдущими действиями Дуань Цзя Яня они произвели замену игроков так, что на площадке оказались все игроки из школьной команды по баскетболу.

Один из парней спортивного класса особенно хорошо забивал трехочковые, словно мог забросить мяч в корзину с любого угла. Изначально в счете немного лидировал десятый класс, но на последней минуте этот парень забросил трехочковый, перебив их счет на одно очко.

Они как будто заново переигрывали случившееся в первом периоде с той лишь разницей, что на этот раз победитель и проигравший могли поменяться местами.

Спортивный класс ликовал, заранее празднуя собственную победу. Но в тот момент, когда все уже было решили, что победа в этом периоде достанется спортивному классу, Дуань Цзя Яню удалось отобрать мяч у защитника команды соперника. Развернувшись, он помчался к корзине спротивного класса.

При виде этого Ду Сюйчэнь едва не расхохотался. Он находился на трехочковой позиции десятого класса и даже поленился бежать к собственной корзине.

До окончания периода оставались секунды, Дуань Цзя Янь в своей слепой надежде забить действительно решил, что сможет совершить чудо?

Дуань Цзя Янь ловко обошел нескольких парней, когда его остановил центровой соперников.

Этот парень был из тех, кто только что присоединится в игре, и был очень хорош в блокировании. Если он, сломя голову, понесется на него с мячом, скорее всего, тот его заблокирует.

Дуань Цзя Янь слегка занервничал. В этот решающий момент именно его выбор мог определить, которая из команд победит в этом периоде. Окинув взглядом площадку, он обнаружил, что все остальные парни из его команды остались позади и только Лу Синцы удалось не отстать от него.

Стоит ли ему передать мяч Лу Синцы?

Можно ли ему доверять?

...

- Эй! - с этим криком Дуань Цзя Янь бросил Лу Синцы мяч. Рядом с ним тоже имелись блокирующие его парни, но он моментально увернулся, обойдя их всех, на всех парах бросившись к корзине противника.

Из-за инерции Лу Синцы пересек боковую линию, но перед этим он под сложным углом бросил мяч, и тот, оттолкнувшись от щита, полетел к корзине.

Под пристальными взглядами всех присутствующих мяч ударился об обруч, чтобы в конечном итоге провалиться в корзину и упасть на площадку.

Это был просто невероятный бросок от щита!

Легендарный!

Этот мяч принес им два очка, что вкорне переломило ситуацию. А затем кто-то прокричал:

- Время вышло!

Все болельщики тут же вскочили на ноги. Даже те, кто совершенно не разбирался в баскетболе, понимали, что Лу Синцы только что вырвал победу для десятого класса.

Парни из десятого класса радостно рассмеялись:

- Наш брат Лу потрясающий, верно?!

Не дожидаясь, когда ответят другие парни, несколько сидевших рядом с ними девушек закричали:

- Потрясающий~! Очень-очень потрясающий! Староста нашего класса такой красавчик! Кья-а-а-а!

Чэнь Юэ рассмеялся и нарочито громко сказал:

- Собака Лу такой впечатляющий! Хорош и в спорте, и в командной работе, не хочешь и мне дать пару советов?

После этих слов в толпе раздался еще один взрыв смеха. Тем временем спортивный класс выглядел не ахти хорошо, в особенности Хэй Пи, выражение лица которого стало более чем уродливым.

Практически без остановки проиграв два периода, все решили взять перерыв. Чэнь Юэ уже собирался спросить Лу Синцы, не желает ли тот сделать глоток воды, когда заметил, что к нему подошел Дуань Цзя Янь с неоткрытой бутылкой минеральной воды.

- Держи, крутой игрок, - Дуань Цзя Янь испытывал поистине глубокое уважение к броску с сиреной, который чуть раньше провернул Лу Синцы. - Это был изумительный бросок.

Чэнь Юэ еще не успел отойти от потрясения, вызванного тем, что Дуань Цзя Янь принес его другу бутылку воды, когда услышал ответ Лу Синцы:

- Ты тоже неплохо обходишь противника.

Дуань Цзя Янь этого не понимал, но Чэнь Юэ было прекрасно известно, как сложно было добиться от этого парня хоть слова похвалы.

Дуань Цзя Янь явно не ведал, что значит быть скромным:

- Да, неплохо, обычно я так и играю.

Говоря это, Дуань Цзя Янь небрежно потянул за ворот своей футболки, чтобы отереть ей пот со своего лба. От этого нижний край футболки поднялся вверх, обнажив стройную и гладкую талию.

Лу Синцы бросил взгляд на нее.

Обнаженная талия этого парня казалась очень плотно обтянутой твердыми мускулами.

Это выглядело очень красиво.

***

Заметки автора:

Ну как, Лу Лу, на это приятно смотреть?

________________________________________________________

1. Сквэр-данс (буквально "квадратный танец") - народный танец, который появился в США. Танцевальные фигуры, принятые в сквэр-дансе, заимствованы из традиционных народных танцев, привезенных в Соединенные Штаты эмигрантами из Европы. Среди этих танцев - моррис, английский танец "кантри" и кадриль. Анлейтер поделился ссылкой, где можно посмотреть, как его танцуют: https://www.youtube.com/watch?v=y-5iZZzdoPs

2. Хэй Пи - анлейтер превратил прилагательное "смуглый" в имя, так как автор этому персонажу решил его не давать. Считайте его прозвищем, поскольку в след. главе его называют по имени.

Глава 7. Угроза

Десятый класс победил в двух периодах, и все, что им оставалось сделать, - выиграть еще в одном, чтобы завершить матч, одержав в нем безоговорочную победу.

После начала третьего периода, возможно, из-за слишком большого разрыва в счете, ученики спортивного класса начали вести себя несколько нетерпеливо, и их движения стали не настолько отточенными.

С другой стороны, благодаря последнему броску в предыдущем периоде, Дуань Цзя Янь почувствовал, что между ним с Лу Синцы существует некое молчаливое понимание, отчего по мере того, как продолжался матч, они сотрудничали все лучше и лучше, в итоге разница в счете продолжала нарастать как снежный ком.

Атмосфера на площадке стала более напряженной.

В отличие от взрывного противостояния в начале игры, теперь спортивный класс понимал, что они, скорее всего, проиграют, поэтому они начали действовать отчаянно, причем самым безудержным среди них был Ду Сюйчэнь.

Он бы предпочел пропустить мяч, лишь бы как-нибудь усложнить жизнь Дуань Цзя Яню.

Во время игры в баскетбол не было ничего необычного в столкновении игроков, но по тому, как делал это Ду Сюйчэнь, Дуань Цзя Яню становилось очевидно, что этот парень из кожи вон лезет, лишь бы достать его.

К сожалению, он был слишком медлительным, и Дуань Цзя Яню требовалось только быть немного внимательней, чтобы с легкостью избежать столкновения.

С победой в этом периоде игра официально подошла к своему завершению.

44 - 23.

Вот вам и кровавое насилие.

- А-а-а! Братья из спортивного класса, - первым среди сидящих на трибунах болельщиков закричал Чэнь Юэ, - как насчет сквэр-данс на трибуне для поднятия флага?

Некоторые из учеников спортивного класса до сих пор чувствовали себя опустошенными из-за результатов прошедшего матча. Когда они услышали, как их просят подняться на трибуну и станцевать, на их лицах отразились колебания - они явно не желали выполнять свою часть соглашения.

Увидев, что проспорившие хотели отказаться от выполнения наказания, парни из десятого класса этому не обрадовались:

- Вам хватило смелости бросить нам вызов и устроить эту игру, а свою часть спора исполнить кишка тонка? Думаете, что, даже проиграв, являетесь хозяевами положения?

- Не вы ли, парни, раньше были так непреклонны? - кто-то обратился к Хэй Пи по его настоящему имени: - Цзян Линь, что не так с твоим классом?

- И то верно. Ты ведь не из тех, кто, поджав хвост, сбегает, не выполнив обещание, правда, Цзян Линь?

Всем парням свойственно иметь определенный уровень чувства собственного достоинства, в особенности Хэй Пи, который был из тех парней, что всю жизнь стремились создать себе в обществе репутацию праведного и честного человека. Услышав, как его называют по имени, он почувствовал, что противник относится к нему с уважением и позволяет сохранить репутацию.

- Идем танцевать, - Хэй Пи, стиснув зубы, посмотрел на своих товарищей по команде. - Я пообещал это перед всеми, и не могу нарушить свое обещание. Давайте не будем дрейфить, выставляя себя на посмешище.

Лица всех парней из спортивного класса приобрели пепельный оттенок, когда они услышали, как Дуань Цзя Янь и Лу Синцы обсуждают, какую лучше поставить песню: "Моя женушка лучше всех" или "Семь прекрасных небесных фей". Всех шокировали музыкальные предпочтения Дуань Цзя Яня.

Лу Синцы не смог удержаться от смеха, когда увидел, какие песни предлагает Дуань Цзя Янь:

- Я не очень хорошо разбираюсь в этом, поэтому тебе выбирать.

У Дуань Цзя Яня было поистине черное сердце. Он почувствовал, что раз уж этим парням предстоит танцевать сквэр-данс, то они все еще могут увильнуть, заявив, что не знают движений. Когда он осмотрелся по сторонам, его голову посетила следующая идея:

- Парни, почему бы нам не пригласить девушек, которые занимаются аэробикой? Вы должны как следует изучить все движения!

Он указал в сторону, где у первоклассников проходил урок физкультуры. В данный момент группа учениц танцевала под музыку, которую играл их учитель, и это выглядело весьма юно и освежающе.

Но просить этих парней вертеть талиями, размахивать руками и кружиться в танце наравне с девушками было просто ужасно.

- Сможете спуститься с трибуны, как только освоите правильные движения. Тем, кто не сможет, придется танцевать там, пока не закончится песня, - после начала выступления небрежно предложил Чэнь Юэ, но как только прозвучала эта идея, ее единогласно одобрили все ученики десятого класса.

Теперь у тех, кто хотел поскорее покончить с позорным выступлением и тех, кто собирался просто лениво следовать за танцем остальных парней из спортивного класса, не оставалось иного выбора, кроме как старательно танцевать.

- Хэй Пи! Брат Хэй Пи неплохо танцует!

- Я тоже так думаю! Его танец не хуже национального уровня!

Дуань Цзя Янь с видом императора лениво прислонился к дереву. Услышав, как остальные нахваливают парня, он великодушно кивнул. Любому увидевшему это захотелось бы хорошенько его избить.

- Тогда пусть Цзян Линь спускается первым.

Хэй Пи смог вздохнуть с облегчением.

После него еще несколько парней один за другим получили помилование и смогли покинуть команду по аэробике. Неизвестно, вышло так преднамеренно или случайно, но в конце концов танцевать остался один Ду Сюйчэнь.

Раньше, когда вокруг него стояли другие ученики, все было еще ничего, но теперь, когда рядом с занимавшимися аэробикой девушками в танце вертелся лишь Ду Сюйчэнь, у зрителей появилось чувство, будто они смотрят забавное представление.

Десятый класс изо всех сил старался сдержаться и не залиться смехом, и даже спортивный класс едва сдерживал смешки.

Кто-то хмыкнул:

- Вот черт, это слишком прикольно.

- Ду Сюйчэнь слишком смешной, и в баскетбол он ужасно играет.

- Черт, почему я вообще согласился играть за его команду?..

Чэнь Юэ заметил, что Лу Синцы все время возится со своим телефоном и, подойдя, нагнулся, чтобы взглянуть:

- Собака Лу, что творишь?

- Ничего, - отозвался Лу Синцы.

Он посмотрел на Ду Сюйчэня, который спускался с трибуны после окончания танца. Видимо, тот понял, что Дуань Цзя Янь спецально нацелился на него, поэтому пристальный взгляд, которым он одарил парня, был пропитан злобой.

Когда все разошлись, Лу Синцы сказал Чэнь Юэ, что у него есть кое-какое дело и он придет позже, и попросил первым вернуться в класс.

Посмотрев вслед другу, он направился туда же, куда убрел Ду Сюйчэнь.

Ду Сюйчэнь вошел в туалет. Так как уроки все еще продолжались, кабинки оказались пусты. Услышав у себя за спиной шаги, Ду Сюйчэнь обернулся, желая посмотреть, кто это был, а затем содрогнулся от страха:

- Брат Лу?

- Мне нужно переговорить с тобой кое о чем.

Ду Сюйчэнь слегка растерялся:

- О чем же?

Лу Синцы экраном протянул ему телефон, на котором проигрывалось видео с танцем Ду Сюйчэня. Должно быть, он начал снимать его позже, так как в объектив камеры попал только Ду Сюйчэнь. Его неуклюжие движения в сочетании с музыкой для аэробики выглядели попросту смехотворно.

Ду Сюйчэнь невольно потянулся рукой, пытаясь выхватить телефон.

Но Лу Синцы, словно предвидя это действие, отдернул руку, умело и с легкостью уклонившись от его хватки.

Увидев, что его попытка провалилась, он не посмел дальше бороться с Лу Синцы и быстро изменил свое отношение.

- Да ладно тебе, брат Лу, удали его, - изобразив на лице легкую улыбку, сказал Ду Сюйчэнь. - Какой смысл его сохранять? В интернете всегда можно найти массу смешных видео. Если хочешь посмотреть, я тебе позже скину другие. Точно, мы же еще не добавили друг друга в друзья. Раз уж нас уже можно считать добрыми знакомыми, почему бы не добавить друг друга? Тогда мы сможем продолжить общение...

- Если ты пообещаешь мне кое-что, я его удалю.

- Что это? Надеюсь, будет не слишком сложно, иначе я все равно не смогу этого сделать, - стоило Ду Сюйчэню услышать, что Лу Линцы готов удалить видео, как он начал исходить от нетерпения. - Ах, только не будь ко мне слишком суров. Я уверен, что если ты этого не сможешь сделать, то у меня и подавно не выйдет.

- В этом нет ничего сложного, - улыбнулся Лу Синцы. - Я удалю видео, если ты перестанешь создавать проблемы Дуань Цзя Яню.

Ду Сюйчэнь оторопел. Он стоял, открывая и закрывая рот, не с силах выдавить из себя ни единого слова.

Лу Синцы заметил в его глазах колебание и, приподняв бровь, небрежно проговорил:

- Для тебя это слишком сложно? Тогда я сохраню видео. Оно довольно забавное, и, я думаю, стоит поделиться с остальными своим весельем.

Если Лу Синцы разошлет это видео, то он окончательно утратит свою репутацию.

- Нет-нет-нет! - Ду Сюйчэнь всегда бережно охранял свою репутацию, иначе ему не удалось бы подбить своих одноклассников на баскетбольный матч против десятого класса. - При следующей встрече с Дуань Цзя Янем я обойду его за полверсты, я перейду на другую сторону дороги. Нет, я перебегу на другую сторону, хорошо? Разве я могу хоть пальцем коснуться человека, находящегося под твоим покровительством?

Лу Синцы кивнул и дважды нажал на экран своего телефона.

- Удалено.

- Брат Лу, могу я?..

Лу Синцы посмотрел на него:

- Ты мне не доверяешь?

Из-за одинарного века его взгляд казался очень пронзительным, когда он пристально на кого-то смотрел.

Этот взгляд перепугал Ду Сюйчэня, поэтому он предпочел прикусить язык и подобострастно улыбнулся ему:

- Как я могу? Я просто хотел взглянуть, чтобы удостовериться, не случилось ли ненароком какой ошибки, и окончательно успокоить себя.

Не сказав ни слова, Лу Синцы протянул телефон, показав свою галерею видео Ду Сюйчэню.

Видео действительно оказалось удалено.

Ду Сюйчэнь смог вздохнуть с облегчением.

Теперь, когда угроза миновала, его до предела натянутые нервы наконец-то смогли расслабиться. Про себя он подумал, что этот молодой господин, Лу Синцы, слишком наивен, ведь он с такой легкостью поверил ему на слово. Да, в будущем он не посмеет тронуть и волоска на голове Дуань Цзя Яня у всех на глазах, но это не значит, что он не сотворит ничего у него за спиной...

Как раз когда он размышлял об этом, Лу Синцы, похлопав его по плечу, направился к выходу из туалета:

- Не забудь свое обещание. Ведь если забудешь, мне придется отыскать способ, который заставит тебя все вспомнить. Это будет хлопотно для нас обоих.

Неизвестно, сделал Лу Синцы это случайно или намеренно, но в тот момент, когда его ладонь коснулась плеча Ду Сюйчэня, Лу Синцы выпустил огромное количество феромонов Альфы. Содержащаяся в них в этот момент агрессия была подобна сбросу бомбы на плечо Ду Сюйчэня.

Потребность в подавлении была естественна для любого Альфы, как и их инстинкт противостоять друг другу. Из вежливости и уважения к другим представителям своего вида Альфы ежедневно пользовались блокаторами феромонов.

Ду Сюйчэнь оказался совершенно подавлен феромонами Лу Синцы и не мог сдвинуться с места, пока тот не отошел достаточно далеко.

Только после этого он заметил, что неизвестно когда, но все его тело залил холодный пот.

***

Когда Лу Синцы подошел к десятому классу, он увидел, что все ученики, вернувшиеся раньше него, с несчастным видом, словно брошенные собаки, стоят возле дверей. Они держали в руках тетради с упражнениями и усиленно размышляли.

Лу Синцы вспомнил, что сейчас у них шел урок химии.

Учитель, который вел эти занятия, обладал взрывным характером, был сварлив и безжалостен по отношению к своим ученикам. Едва увидев эту сцену, Лу Синцы понял, что учитель химии выгнал всех прогульщиков вон из класса.

Чэнь Юэ подошел к нему и помахал задачником:

- Учитель сказал, что хотел использовать время занятия на заполнение наших тетрадей с упражнениями, но так как почти весь класс пропустил большую часть занятия, это означает, что нам достаточно получаса для решения задач по двум главам учебника. Так что, если мы не решим все задачки до конца урока, нам придется полностью законспектировать содержание этих двух глав.

Чжоу Синчэнь уже явно смирился с судьбой:

- Какие там были главы? Дай-ка я посмотрю, много ли придется писать.

Лу Синцы знал, что учитель химии был раздражительным, но не предполагал, что настолько.

Однако, в конце концов, больше половины класса, около двадцати парней и девушек, пропустило урок, и смотреть с трибуны на класс, должно быть, было почти так же, как видеть перед собой практически опустевшие десны пожилой леди.

Достаточно одного взгляда, чтобы разочароваться.

Увидев, что Лу Синцы замолчал, все почувствовали себя плохо от того, что потащили его вниз за собой. Кто-то предложил:

- Староста класса, ты можешь постучать в дверь, учитель непременно впустит тебя.

Даже Дуань Цзя Янь не стал возражать против этого предложения.

Чэнь Юэ заранее прихватил с собой задачник Лу Синцы. Пролистав его, Лу Синцы сказал:

- Главы седьмая и восьмая, верно? К концу урока я закончу с задачами к одной главе. Парни, вы сможете найти информацию к оставшейся главе с помощью своих телефонов?

Все стоявшие вокруг ученики почувствовали себя настолько тронутыми, что едва не расплакались.

Что это за сила такая? Достаточно было всего нескольких слов, чтобы подарить несравненное чувство безопасности всем присутствующим.

Вот она - мощь лучшего ученика.

Эта тетрадь была написана учителем химии специально для учеников школы И Чжун. К каждой главе прилагалось лишь несколько задач, но их сложность была высока, а найти на них ответы в интернете было практически невозможно. Можно было только отыскать похожие задачки и вычислить ответы самостоятельно.

Все студенты, которые учились более-менее хорошо, разделили между собой оставшиеся задачи и принялись искать для них решения.

Дуань Цзя Яню, которому не доверили ни одной задачи, хватило наглости подлить масла в огонь:

- Битва между человеком и машинами началась! Кому удастся решить задачи за последние пятнадцать минут до того, как прозвенит звонок? Будем ли мы поздравлять команду Смартфоны или же превозносить Лу Синцы~

Лу Синцы, подняв на него взгляд, покрутил ручку в руке:

- Откуда у тебя такой талант к болтовне?

Дуань Цзя Янь:

- Мой рот обладает собственным разумом. Он любит поболтать, и я не могу заставить его прекратить.

Взгляд Лу Синцы опустился на его губы, и Дуань Цзя Янь почему-то почувствовал себя так, словно его душу подцепили крючком.

Ему показалось, что по его позвоночнику пробежал электрический ток.

Он решил, что это какой-то новый способ его спровоцировать, и Дуань Цзя Яню захотелось вернуть назад провокацию:

- Что ты смотришь, как будто в первый раз видишь такое?

Лу Синцы:

- Я действительно вижу это впервые.

Его слова внезапно прозвучали так дружелюбно, что Дуань Цзя Янь невольно почувствовал, что что-то не так, а следом Лу Синцы медленно произнес:

- Если у тебя такой рот, почему бы не использовать его, чтобы помочь нам с решением задачек по химии?

Дуань Цзя Янь:

- ...

***

Записки автора:

Для этого у него все еще имеешься ты, ах.

Глава 8. Больница

Когда Лу Синцы закончил решать задачи к своей главе, у него в запасе оставалось еще четыре минуты.

Вскоре и остальные ученики, использовавшие для поска решений свои мобильные телефоны, закончили с задачами к своей главе. Они сфотографировали свои тетради и отправили фотографии в чат своего класса, чтобы поделиться ответами. Среди них царила довольно приятная атмосфера.

Когда учитель химии вышел из класса, он увидел тетради с задачами, аккуратно разложенные на полу и словно ожидающие его проверки. Его пристальный взгляд первым делом обратился к Лу Синцы, прежде чем пробежаться по остальным:

- Закончили?

Ученики кивнули ему один за другим, и учитель попросил, чтобы кто-нибудь из них отнес все тетради на его стол в учительской.

- Если большая часть ответов окажется верной, тогда будем считать, что вы хорошо усвоили материал, и забудем о случившемся. Но если там будет слишком много ошибок, вам все равно придется законспектировать эти главы.

Несколько девушек-учениц поспешили сказать:

- Спасибо, учитель!

- Заходите в класс, - сказал учитель. - И помните, что следующего раза не будет. Если вам, ребята, так хочется пропустить пару занятий, позаботьтесь, чтобы это были не мои уроки.

Все вошли в класс.

Сун И отвинтил крышку с бутылки с водой, стоявшей на его парте, и сделал большой глоток. Дуань Цзя Янь искал зарядку для своего телефона, когда услышал слова Сун И:

- По-моему, староста нашего класса очень даже неплох.

Не поднимая головы, Дуань Цзя Янь произнес:

- Как будто раньше ты так не считал?

- Это другое. Раньше у меня на глазах были розовые очки поклонника. С его способностями и харизматичной аурой, я восхищался им, как кумиром. Но после случившегося я понял, что и характер у него весьма неплохой.

Дуань Цзя Янь ничего не ответил.

- Чувак, он тебе до сих пор поперек горла? - повернув голову к Дуань Цзя Яню, спросил Сун И.

Он увидел, что друг уже отыскал зарядное и поставил свой телефон подзаряжаться, а затем, словно вспомнив о чем-то, лениво поджал нижнюю губу.

Сун И услышал, как Дуань Цзя Янь двусмысленно произнес в ответ:

- И то верно.

***

Когда Лу Синцы в пятницу вечером вернулся домой, Цзян Яо только-только закончила играть в маджонг с другими женами состоятельных людей. Она приказала тетушке прибраться на столе.

Увидев Лу Синцы, некоторые из жен не удержались от комментариев:

- Когда Лу Синцы вырос таким высоким?

- Этот ребенок растет таким же красавцем, как его мать.

- Он и учится на отлично, верно? Я слышала, как Юань Юань из моей семьи говорил, что Лу Синцы на вступительном экзамене занял первое место, - с яркой улыбкой сказала одна из дам. Отчасти завидуя, отчасти восхищаясь им, она обратилась к Цзян Яо: - Как тебе удалось так хорошо его воспитать?

- Мне не пришлось его воспитывать, - добродушно отозвалась Цзян Яо. - Он с самого детства вел себя очень разумно.

Цзян Яо всегда оставалась стройной и обладала красивым лицом. За исключением нескольких морщинок в уголках глаз, они ничем не напоминала женщин своего возраста.

Проводив подруг, Цзян Яо направилась к Лу Синцы, но почувствовала исходящий от него едва заметный запах табака и остановилась:

- Ты курил?

- Зашел по пути в интернет-кафе, - сказал Лу Синцы. - Я вообще не курю.

- Мм, - ответила Цзян Яо, продолжив: - Вчера вечером твоя бабушка неудачно упала, и сейчас находится в больнице Наньшань.

Лу Синцы слегка удивился:

- Это серьезно?

- Нет, я только сегодня навещала ее, и она была в очень даже неплохом настроении. Скорей всего, к этим выходным ее уже выпишут, - Цзян Яо воспользовалась этой возможностью, чтобы передать ему пожелание бабушки: - Она сказала, что соскучилась по тебе. Если у тебя есть свободное время, почему бы не съездить в Наньшань и не навестить ее?

- Тогда я схожу к ней завтра, - ответил Лу Синцы.

- Хочешь, чтобы я пошла вместе с тобой?

- Не нужно. Разве ты завтра не занята? Я уже давно не говорил по душам с бабушкой.

Едва положив школьную сумку, он заметил, что Цзян Яо смотрит на него с широкой улыбкой, спрашивая:

- Случалось ли в школе что-нибудь интересное?

Лу Синцы усмехнулся:

- Не думаю. Что вообще можно считать интересным?

По его непринужденному ответу Цзян Яо догадалась, что услышанные ей ранее сплетни были не более чем ерундой. Отпустив сжимавшее ей сердце беспокойство, она тоже решила пошутить:

- А может, ты недавно встретил в школе красавицу-Омегу?

Изначально она всего лишь небрежно задала этот вопрос. С самого детства Лу Синцы не проявлял ни малейшего интереса к вертящимся вокруг него Омегам, но на этот раз ее любимый сын ничего не ответил.

Она почувствовала небольшое любопытство и, слегка прищурившись, посмотрела на него:

- Тебе действительно показалась красивой Омега?

Внезапно перед его внутренним взором появился образ некого человека. Ответ Лу Синцы прозвучал несколько двусмысленно:

- Полагаю, что так.

Всего несколько дней назад этот парень даже не считался Омегой.

Хотя Цзян Яо все равно пришла в восторг и от такого ответа:

- Если тебе кто-то понравился, следует познакомиться с ним поближе. Вначале, когда твой отец начал за мной ухаживать, если бы не его настойчивость, мы бы каждый день не встречались...

Лу Синцы не знал, смеяться ему или плакать. Он всего лишь сказал, что встретил красивого человека, и гляньте, куда его завел этот разговор.

Увидев, что его мама заходит все дальше и дальше, он быстро отыскал предлог, чтобы сбежать:

- Я собираюсь принять душ.

Цзян Яо еще не закончила, но ей оставалось только его отпустить.

***

В субботу в больнице Наньшань

Дуань Цзя Янь вместе с Фу Юань отправился в больницу, чтобы навестить Хэ Юньшэня. Фу Юань и Хэ Чэн, возможно, и были женатой парой, но из-за работы у них почти не было возможности провести время наедине. До недавнего времени Хэ Чэну приходилось постоянно приезжать в город Нин вместе с Хэ Юньшэном.

Фу Юань была повторно вышедшей замуж Омегой. По словам врачей, основная причина плохого здоровья Хэ Юньшэна заключалась в том, что Фу Юань уже однажды пришлось удалить свою метку. И из-за этого Фу Юань постоянно терзало чувство вины перед младшим сыном.

Хэ Чэну с Фу Юань нужно было ненадолго уехать, поэтому они на время оставили Хэ Юньшэна под присмотром Дуань Цзя Яня. Ребенок постоянно просил отвести его на улицу, поэтому у Дуань Цзя Яня не оставалось иного выбора, кроме как отвезти младшего брата в сад, разбитый возле больницы.

- Старший брат, я хочу кока-колы со льдом.

- Нет, хорошие дети не пьют кока-колу.

- ...

- И не смотри на меня так, это не сработает, - Дуань Цзя Янь присел на корточки и с ленивым видом посмотрел на ребенка. - У твоего брата каменное сердце.

- ... - Хэ Юньшэн надул губки и несчастно потянул за краешек его рубашки.

Они целых десять секунд смотрели друг другу в глаза, пока Дуань Цзя Янь не проиграл эту битву.

- Я принесу тебе кока-колу, но теплую, и тебе позволено сделать только один глоток, - Дуань Цзя Янь, подняв вверх один палец, посмотрел на него. - Если выпьешь больше, твой отец расстроится и сегодня же вечером отшлепает тебя по заднице, понял?

- Понял, - счастливо воскликнул Хэ Юньшэн. - Старший брат самый лучший!

Дуань Цзя Янь невольно почувствовал себя довольным этой похвалой. Он уже собирался встать и уйти, когда услышал смех.

Оглянувшись, Дуань Цзя Янь увидел Лу Синцы, стоявшего с другой стороны клумбы, возле которой они остановились.

Сегодня на нем были белый свитер и темные повседневные брюки, которые ему очень шли.

Как только он избавился от школьной формы, стало очевидно, что фигура юноши уже начала приобретать черты взрослого мужчины. Он воплощал собой прекрасное сочетание зрелости с юностью.

Дуань Цзя Янь решил, что парень смеялся над тем, как по-детски он уговаривал маленького ребенка, и невольно нахмурился:

- Что ты здесь делаешь?

- Пришел навестить бабушку, ее положили в больницу два дня назад, - Лу Синцы подошел к ним. - А это твой брат?

Дуань Цзя Яню внезапно вспомнилось, как по пути в больницу Фу Юань жаловалась ему, что в больнице Наньшань сейчас находится какая-то важная персона. Главный врач больницы лично принял ее и даже собирался освободить для нее весь пятнадцатый этаж стационара. К счастью, та пациентка не захотела по отношению к себе такого особенного отношения, иначе им тоже пришлось бы сменить палату.

Похоже, на самом деле той важной персоной оказалась бабушка Лу Синцы.

Неподалеку стоял торговый автомат. Дуань Цзя Янь, кивнув, попросил Лу Синцы:

- Можешь немного за ним присмотреть? Я только куплю бутылку колы и сразу вернусь.

Услышав утвердительное хмыканье Лу Синцы, Дуань Цзя Янь сразу же развернулся и направился к автомату. Как только он отошел достаточно далеко, Лу Синцы спросил:

- Дуань Цзя Янь - твой старший брат?

Хэ Юньшэн мило кивнул в ответ, и Лу Синцы опустил голову, задумчиво посмотрев на лицо ребенка.

Дуань Цзя Янь быстро вернулся с уже открытой бутылкой неохлажденной колы в руках.

Он еще раз подчеркнул, что Хэ Юньшэну можно сделать только один глоток, и мальчик послушно ограничился одним глоточком.

Когда эти два родственника оказывались рядом, разница в их внешности становилась еще более очевидной. Два брата внешне полностью отличались друг от друга. Лицо Дуань Цзя Яня было настолько прекрасно, что вполне могло принадлежать какой-нибудь знаменитости, тогда как Хэ Юньшэн обладал бледной кожей, и хотя он был симпатичным мальчиком, черты его лица можно было назвать только обычными.

- Давай, я провожу тебя наверх? - Дуань Цзя Янь посмотрел на свой телефон, куда только что пришло сообщение от Фу Юань. - Твой отец уже возвращается. Он спрашивает, где ты.

- Старший брат, а ты не останешься на обед?

- Нет, я... - заметив разочарование в глазах Хэ Юньшэна, Дуань Цзя Янь повернулся к Лу Синцы. На него снизошло озарение, позволившее ему мигом придумать себе оправдание: - Я не смогу остаться на обед, потому что обещал погулять с одноклассником.

Похоже, Лу Синцы догадался, какие отношения были у братьев. Увидев, что Дуань Цзя Янь с легкостью использовал его в качестве оправдания, он решил ему подыграть.

- Тогда старший брат сможет поиграть со мной на следующих выходных? - спросил Хэ Юньшэн.

Дуань Цзя Янь честно ответил ему:

- Скорей всего, нет.

Хэ Юньшэн, похоже, что-то осознал и тихо проговорил:

- Папа сказал, что купил большой дом неподалеку от твоей школы. Когда меня выпишут, давай всей семьей переедем туда? Так мы сможем хотя бы ужинать вместе.

Дуань Цзя Янь на мгновение заколебался:

- В следующем месяце старшему брату, возможно, придется переехать в школьное общежитие, поэтому я не смогу остаться с тобой. Ты знаешь, каково быть старшеклассником? У нас огромная учебная нагрузка, из-за которой мы постоянно на нервах...

Хэ Юньшэн, этот мелкий сопляк, был очень проницательным, и Дуань Цзя Янь опасался, что тот заметил, что что-то не так, поэтому поспешил снова прикрыться Лу Синцы:

- Можешь спросить у моего одноклассника. Мы ежедневно погребены под горами книг и домашних заданий, нам не хватает времени даже в туалет сбегать, верно я говорю?

Подумав, что этот парень даже с домашним заданием не справляется, Лу Синцы не смог удержаться от смеха:

- Да, твой брат учится очень прилежно.

Кто бы мог подумать, что едва он произнесет эти слова, как Хэ Юньшен, бросив на него взгляд, повернется к Дуань Цзя Яню и у него на глазах сразу же выступят слезы.

Этот ребенок всегда был чутким, поэтому смог догадаться, что Дуань Цзя Янь отвергает его.

Увидев выражение его лица, Дуань Цзя Янь на миг ошеломленно застыл, а затем задумался, как бы успокоить его:

- Не плачь, я не считаю, что моя учеба важнее тебя... Я тоже хочу жить с тобой, только не плачь, не плачь, хорошо?

Обычно Хэ Юньшэн не плакал и не беспокоил людей, поэтому Дуань Цзя Янь понятия не имел, как его успокоить. У него не имелось особого опыта в этом деле. Услышав, как Дуань Цзя Янь пытается ласково его убедить, Хэ Юаньшэн не смог сдержать эмоции и заплакал по-настоящему.

Дуань Цзя Яня это застигло врасплох, он совершенно не понимал, почему после того, как он попытался утешить его, мальчик всерьез расплакался. Он вспомнил, что здесь в любой момент мог появиться Хэ Чэн. Если тот придет и увидит, что Хэ Юньшэн плачет, Дуань Цзя Янь не мог представить себе, что он подумает.

Он растерялся, не зная, что делать дальше, и мог лишь посмотреть на Лу Синцы, прося помощи у него.

Хотя самому Лу Синцы еще никогда не приходилось никого успокаивать, у него имелись маленькие двоюродные братья и сестры. Немного помолчав, он ласково погладил Хэ Юньшэна по голове:

- Веди себя хорошо и не плачь.

Мальчик еще сильнее залился слезами.

Дуань Цзя Янь:

- ...

Дуань Цзя Янь уже готов был взорваться:

- Лу Синцы, ты точно знаешь, что делаешь? Почему он заплакал еще сильнее?!

Лу Синцы:

- ...

Лу Синцы вдруг пришла на ум какая-то мысль. Он подумал о том, как Дуань Цзя Янь только что ему нагрубил, и уголок его рта изогнулся.

- Есть у меня один способ, но я не уверен, что он сработает. Если мне удастся успокоить его?.. - неожиданно спросил Лу Синцы.

У Дуань Цзя Яня уже голова шла кругом от рыдания Хэ Юньшэна, он поторопился сказать:

- Если ты сможешь успокоить его, то я тебя отцом назову.

Едва у него вырвались эти слова, он тут же о них слегка пожалел, но Лу Синцы уже поднял на него глаза, тихо произнеся:

- Ты сам это сказал.

Присев на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с Хэ Юньшэном, он посмотрел на мальчика и прошептал ему что-то на ухо, как будто делился с ним величайщим секретом.

Изумленный Хэ Юньшэн задрал голову, и заплаканными глазами посмотрел на Дуань Цзя Яня. При этом слезы, стоявшие у него в глазах, словно начали втягиваться обратно.

Дуань Цзя Янь с недоверием уставился на Лу Синцы. Он как раз собирался спросить, что за черную магию тот применил, когда услышал звук торопливо приближающихся шагов.

Он обернулся и, увидев быстро идущего Хэ Шэна, позвал его:

- Дядя Хэ.

- Доктор уже говорил, что такая вредная еда ему совершенно противопоказана... - Хэ Чэн забрал бутылку с кока-колой из рук Хэ Юньшэна. Заметив, что рядом находится посторонний, Лу Синцы, он прошептал на ухо Дуань Цзя Яню: - Он еще ребенок и не понимает этого, но почему ты играешься с ним?

Дуань Цзя Янь опустил голову:

- Мне очень жаль.

Хэ Чэн удивился, когда услышал его извинение.

Заметив напряженную атмосфу, Хэ Юньшэн поспешил вмешаться:

- Старший брат не виноват, пап. Это я попросил у него колу.

Увидев, что Дуань Цзя Янь стоит с опущенными глазами, Хэ Чэн пояснил:

- Я тебя не виню, но доктор уже говорил, что такая еда плохо повлияет на его здоровье. Обычно мы не позволяем ему даже прикасаться с таким вещам. Я слишком поторопился...

Дуань Цзя Янь просто кивнул.

Атмосфера стала еще более неловкой.

- Я слышал от твоей мамы, что ты останешься с нами на ужин? - спросил Хэ Шэн.

- Нет, я собираюсь прогуляться со своим одноклассником. Дядя Хэ, вам с Юншэном лучше вернуться в палату.

- Тогда, ребята, развлекайтесь, но будьте осторожны.

Дуань Цзя Янь кивнул в ответ.

Когда они уходили, сидевший в инвалидной коляске Хэ Юньшэн несколько раз оборачивался, чтобы на них посмотреть. Только после того, как отец с сыном скрылись из вида, выражение лица Дуань Цзя Яня постепенно начало изменяться.

Оно вернулось к своему обычному беспечному виду. Увидев, что Лу Синцы на него смотрит, Дуань Цзя Янь приподнял бровь и непринужденно спросил:

- Что ты ему сказал? Это сработало, он моментально перестал плакать.

Лу Синцы, слегка прищурившись, какое-то время изучал его лицо, после чего в его голосе прозвучал намек на что-то неуловимое:

- Я сказал, что если он продолжит плакать, его брат расплачется вместе с ним.

- ... - Дуань Цзя Янь никогда бы до этого не додумался.

- Он сразу же прекратил. Вполне разумный ребенок, - Лу Синцы, как будто о чем-то вспомнив, добавил: - А что насчет тебя? Может, тебе тоже следует вести себя разумно?

- Что?

Увидев, что он уже совершенно выбросил из головы собственные слова, Лу Синцы великодушно решил помочь Дуань Цзя Яню и напомнить об этом:

- Не хочешь назвать меня папочкой или отцом?

"Скорее я прикончу тебя", - в глубине души подумал Дуань Цзя Янь.

- Мне кажется...

- А мне кажется, что ты не из тех, кто отказывается от своих слов, верно? - с намеком на предупреждение произнес Лу Синцы.

Дуань Цзя Янь почувствовал, что Лу Синцы нарочно посадил его в эту глубокую лужу, но из-за его слов ему стало слишком стыдно жульничать.

Называя кого-то отцом, Дуань Цзя Янь чувствовал, что теряет собственное достоинство. Но под пристальным взглядом этого парня ему оставалось только убедить себя в том, что он называет его прозвище. Ему нужно лишь пошевелить губами, и этот кошмар закончится.

"Обычное прозвище, без малейших эмоций".

"Ничего больше!"

- ... - Дуань Цзя Янь пошевелил губами, но понял, что не может выдавить из своего горла ни единого звука.

Зато почувствовал, как горит его лицо.

Лу Синцы подошел еще ближе, не отводя взгляда с Дуань Цзя Яня.

Этот парень изначально был выше него, а в сочетании с исходящим от него чистым и холодным ароматом Альфа-феромона у Дуань Цзя Яня появилось отчетливое чувство нависшей над ним опасности.

Он приказал:

- Говори.

Дуань Цзя Янь тихонько пробормотал, и голос его прозвучал не громче, чем писк комара:

- Отец.

- Что ты сказал? Я не слышу, - небрежно подняв взгляд к небу, произнес Лу Синцы. - Говори громче.

Дуань Цзя Янь тут же вспылил:

- ...Отец! Папа! Папочка! Папочка Лу! Ну что, теперь услышал меня?!

- Да, услышал, - увидев, насколько он энергичен, Лу Синцы невольно улыбнулся. - Можешь повторить еще раз? Я хочу на телефон записать.

Глава 9. Стрессовое расстройство

Дуань Цзя Янь не желал с ним возиться. Он уже собирался попросить его заблудиться, когда по его телу словно пробежала волна электричества.

Возбуждение, прокатившееся по его позвоночнику, заставило все его тело напрячься. Дыхание Дуань Цзя Яня становилось все более учащенным, а его шея покраснела, словно цветы персиковых деревьев.

Из его тела, подобно внезапно распустившемуся цветку, вырвался сладкий и соблазнительный аромат феромона.

Феромон Дуань Цзя Яня оказался слишком силен. Он настолько сильно возбудил Лу Синцы, что в нем невольно пробудилось свирепое собственничество Альфы, укоренившееся в самих его костях. Его взгляд сам собой скользнул к затылку Дуань Цзя Яня.

Его гладкая, белая шея была так красива.

Инстинкты подсказывали ему, что перед ним стоял еще никем не помеченный Омега, и в его мозгу как будто щелкнул переключатель, отчего дикое желание обладать этим человеком забурлило в его крови.

Лу Синцы с трудом оторвал от него взгляд и нерешительно спросил:

- У тебя?..

Пока он молчал, все было еще терпимо. Но стоило ему заговорить, как аура, принадлежащая исключительно Альфе, стала куда более подавляющей. Дуань Цзя Яню едва удалось справиться с нахлынувшей на него волной желания.

- Я в уборную, - бросив эту фразу, Дуань Цзя Янь сразу же поспешил в сторону ближайшего туалета.

- Постой, - увидев, что Дуань Цзя Янь остановился, Лу Синцы вздохнул и хриплым голосом произнес: - Я пойду вместе с тобой.

Дуань Цзя Янь знал, что сейчас находится в опасности, и разгуливать в одиночку было бы не лучшей идеей. Пойти вместе с Альфой было бы куда безопасней. Больше ни о чем не заботясь, он торопливо кивнул.

Лу Синцы, держась на безопасном расстоянии в один метр, отправился следом за ним.

Но даже так феромоны людей, которых они встретили по пути, не могли заглушить аромат парня, который шел у него за спиной. От этой пугающей и непреодолимой ауры, которая вызывала у него притяжение, которое нельзя было отрицать, у Дуань Цзя Яня начала кружиться голова, его шаги стали неустойчивыми, и он даже едва не споткнулся, когда открыл дверь.

Его половая принадлежность только-только проявила себя, и эструс все еще возникал совершенно не регулярно. Поэтому Фу Юань на всякий случай сказала ему взять с собой ингибитор.

Дуань Цзя Янь испустил вздох облегчения, когда нащупал ингибитор в кармане брюк. К счастью, хотя это случалось и редко, на этот раз он послушался свою маму.

Вытащив ингибитор, Дуань Цзя Янь задался вопросом, как использовать эту штуку. Пока он раздумывал, запечатанная упаковка с ингибитором выскользнула из его руки и упала на пол.

Дуань Цзя Янь тихо выругался себе под нос, а затем наклонился и поднял ее.

Отделенный от него перегородкой Лу Синцы услышал какой-то звук и спросил, все ли в порядке. Дуань Цзя Янь невнятно ответил, что все хорошо.

Лу Синцы долго ждал, когда Дуань Цзя Янь использует ингибитор, но его Омега-феромоны, витавшие в воздухе, так никуда и не делись. Напротив, они усилились. Не удержавшись, он спросил:

- Ты уже закончил?

- Я понятия не имею, как этим воспользоваться, - в голосе Дуань Цзя Яня прозвучали нотки недоумения и отчаяния. - Почему эта крышка не открывается?

"Разве не потому, что ты сейчас совсем обессилел?"

- Передай мне ингибитор.

- И как мне это сделать?

- ... - Лу Синцы, которого изначально сильно возбудил феромон Дуань Цзя Яня, от такого глупого вопроса просто оторопел. Благодаря этому ему слегка полегчало, и он со смехом сказал: - Почему бы не открыть дверь и не высунуть руку? Просто немного ее приоткрой.

Дуань Цзя Янь тоже осознал, насколько глупый вопрос он задал. Приоткрыв дверь, он через щель протянул ему ингибитор.

Державшая ингибитор рука была очень красивой, и, возможно, виной всему был эструс, но даже кончики ее пальцев покрылись румянцем.

Лу Синцы не стал слишком долго заглядываться на нее и быстро вернул ингибитор, отвинтив с него крышечку.

Взяв открытый ингибитор, Дуань Цзя Янь сразу же вонзил себе в руку иглу. Он моментально подействовал, и неестественный жар в его теле в мгновение ока пошел на спад.

Слегка успокоившись, Дуань Цзя Янь выбросил использованный ингибитор в мусорное ведро.

Открыв дверь и сказав Лу Синцы, что он уже в полном порядке, парень направился прямиком к раковине, чтобы умыться. Вместе с этой холодной водой он смыл со своего лица все намеки на обуревавшее его желание, затем он повернулся и посмотрел на Лу Синцы.

Когда Дуань Цзя Янь тихо и быстро пробормотал слова благодарности, Лу Синцы заметил, что его ушки до сих пор красные, тогда как в туалете продолжал витать аромат его феромона. Двум людям разного пола не подобало оставаться наедине, поэтому он предложил:

- Может, выйдешь отсюда первым?

Дуань Цзя Янь кивнул.

Но едва он покинул уборную, как почувствовал, что что-то не так.

Почему-то он стал очень чувствительным к запаху чужих феромонов, и воздух вокруг него наполнился запахом разных Альф. От всех этих запахов у него волосы на голове встали дыбом, а по всему телу забегали болезненные мурашки.

Чем ближе он подходил к оживленному месту, тем хуже становилось Дуань Цзя Яню.

Изначально, увидев, что Дуань Цзя Янь вернулся в туалет, Лу Синцы решил, что тому захотелось над ним подшутить. По потом все открытые участки кожи Дуань Цзя Яня начали краснеть.

На его шее и щеках образовались ненормальные розовые пятна, отличавшиеся от нежного румянца, который появлялся у него при эструсе. Похоже, у него проявилась аллергическая реакция.

- Тебе следует показаться врачу, - Лу Синцы понял, что с Дуань Цзя Янем происходит нечто странное. Как только он сказал это, Дуань Цзя Янь обернулся и посмотрел на него, при этом взгляд у парня был слегка затуманенный.

Лу Синцы протянул руку, желая дотронуться до красного пятна на тыльной стороне ладони Дуань Цзя Яня, чтобы проверить, не припухла ли кожа. Но едва его рука приблизилась к парню, как тот схватил ее своей рукой. В тот момент, когда произошел физический контакт, они оба застыли от потрясения.

Дуань Цзя Янь даже не подозревал, что может ощущать такой комфорт от прикосновения к кому-либо. Он чувствовал себя так, словно набрел на оазис посреди раскаленной пустыни или заюзал банку ХП, когда оно уже готово было упасть до нуля.

Более того, розовое аллергическое покраснение на его руке начало исчезать со скоростью, видимой невооруженным взглядом.

- Я сейчас же отправлюсь к врачу, - сказал Дуань Цзя Янь. Отчаянно не желая отпускать руку Лу Синцы, он выдавил из себя: - ...Ты не мог бы пойти вместе со мной?

***

Первые два доктора ничем не смогли ему помочь, поэтому отправили его к дерматологу.

Осмотрев его, врач-дерматолог сказал, что ему, похоже, придется обратиться к специалисту по АБО. Когда они добрались до нужного места, доктор его осмотрел и сразу же попросил Дуань Цзя Яня пройти кое-какое обследование.

Пока Дуань Цзя Янь проходил тесты, Лу Синцы ожидал его за дверью.

Их путь до этого кабинета можно было назвать взрывоопасным. Дуань Цзя Янь с огромным трудом справлялся с яростью, возникавшей всякий раз, как мимо них кто-нибудь проходил. Если бы Лу Синцы его не сдерживал, он бы уже давно вляпался в неприятности.

Спустя какое-то время терпение Лу Синцы начало истощаться. Скользнув взглядом по лицу Дуань Цзя Яня, он спросил:

- Ты можешь вести себя хоть немного спокойней?

Дуань Цзя Янь и сам чувствовал себя очень несчастным:

- Я хотел бы, но как только рядом со мной появляются все эти люди, мне до зуда в кулаках хочется их побить.

При виде выражения его лица Лу Синцы едва не рассмеялся от раздражения:

- Значит, когда я приближаюсь к тебе, ты и меня хочешь побить?

Чего он не ожидал, так это того, что Дуань Цзя Янь моргнет и скажет:

- Тебя я побить не хочу.

В ожидании, пока Дуань Цзя Янь закончит обследование, Лу Синцы слегка заскучал, поэтому он достал свой телефон, чтобы на нем поиграть. Тут ему позвонила Цзян Яо.

- Бабушка сказала, что ты ушел от нее два часа назад, почему ты еще не вернулся домой? - голос Цзян Яо звучал очень нежно. - Тетушка Су купила нам сегодня лосося. Осенью лосось очень жирный и вкусный. Она уже приготовила рыбу на пару, и мы ждем только тебя, чтобы сесть за стол и отведать его.

- По пути я встретил своего одноклассника, - Лу Синцы лениво вытянул ноги и помассировал склоненную вниз шею. - С ним кое-что произошло, поэтому я проводил его к врачу.

- Это серьезно? В какой вы больнице? Если в Наньшань, вам стоит...

- Все в порядке, - ответил Лу Синцы. - Он уже почти закончил обследование.

- Хорошо, - сказала Цзян Яо. - Тогда я не буду тебя торопить, можешь не спешить.

В ответ Лу Синцы произнес "Мм" и закончил звонок. Как раз в этот момент к нему подошла медсестра.

- Здравствуйте, вы Лу Синцы?

Лу Синцы кивнул.

Когда он поднял голову, медсестра увидела его лицо, и ее голос сразу же немного смягчился:

- Ваш друг просит вас пройти в кабинет для консультаций врача.

В кабинете его уже ожидали Дуань Цзя Янь и мужчина-доктор. Увидев, что он вошел в кабинет, врач спросил Дуань Цзя Яня:

- Это тот самый студент, о котором ты упоминал?

Дуань Цзя Янь кивнул.

Выражение лица парня было не особо приятным, а его тело, словно лишившись костей, развалилось на стуле, но хотя бы красные пятна исчезли.

Бросив взгляд на Лу Синцы, доктор попросил его сесть.

Затем он обратился к Лу Синцы:

- У твоего одноклассника Альфа-стрессовое расстройство. Поскольку его половая принадлежность проявилась чересчур поздно, его тело слишком долго пребывало в подавленном состоянии. В период эструса любое взаимодействие с Альфа-феромонами вызывает у него боль. А если к нему прикоснутся, это и вовсе может привести к разнообразным аллергическим реакциям.

Лу Синцы ошеломленно застыл.

Эструс у Омеги обычно случался один-два раза в месяц и длился три-четыре дня, а порой даже неделю. У кого-то, вроде Дуань Цзя Яня, который только что проявился как Омега, эструсы обычно возникали нерегулярно, причем могли начаться в любое время.

- Существует какое-нибудь лечение? - спросил Лу Синцы.

- К настоящему времени еще не найдено способа справиться с таким состоянием. Обычно мы рекомендуем Омегам полную изоляцию на время эструса, это примерно три-пять лет. Когда Омега вырастет, его стрессовое расстройство постепенно пройдет само по себе.

- Он все еще должен посещать школу и просто не сможет постоянно сидеть в изоляции, - сказал Лу Синцы.

Дуань Цзя Янь тихонько согласился с ним:

- Мм.

Лу Синцы бросил на него взгляд, и Дуань Цзя Янь добавил:

- Я немного тронут, ты наконец-то заговорил человеческим языком.

Лу Синцы проигнорировал его комментарий:

- Неужели нет другого выхода из сложившейся ситуации?

- Один есть, и именно поэтому тебя пригласили сюда, - доктор посмотрел на него с интересом, как на редкий образчик, который следовало бы затащить в лабораторию для исследований. - Возможно, мне придется взять у тебя кровь на анализ. Согласно тому, что сказал твой одноклассник, у него нет аллергии только на твой феромон. Процент подобных случаев до крайности низок, но за рубежом такое уже случалось. Если ваши феромоны совместимы друг с другом на 95 и выше процентов, то ты мог бы помочь ему справиться со стрессовым расстройством.

Если бы для лечения расстройства требовался только его феромон, на лице Дуань Цзя Яня сейчас не красовалось бы настолько гадливое выражение.

Нутром чувствуя, что здесь что-то не так, Лу Синцы спросил:

- И каким образом я должен буду ему помочь?

- Поцелуи, продолжительные объятия, временные метки... - доктор заметил, что с каждым произнесенным им словом, выражение глаз юноши становится все более и более непроницаемым, но все же добавил: - Или даже постоянная метка.

Хотя Дуань Цзя Янь уже второй раз слышал эти слова, он все равно почувствовал, что его уши горят.

"Какого черта?.."

"В какую же ужасную кучу дерьма я вляпался?"

Подняв голову, он случайно встретился взглядом с Лу Синцы.

Дуань Цзя Янь как раз раздумывал, как бы разрядить эту неловкую атмосферу, когда увидел, что красивые темные глаза Лу Синцы прищурились.

Затем он услышал, как Лу Синцы сказал:

- Мне вдруг пришло в голову, что изоляция для него не такая уж плохая идея.

Заметки автора:

Мамочка даст тебе еще один шанс, а ты хорошенько подумай, что хочешь сказать.

Глава 10. Школьная форма

Результаты анализа крови пришли очень быстро. Исходя из этих данных, оказалось, что совместимость феромонов Лу Синцы и Дуань Цзя Яня достигала поразительных девяноста девяти процентов.

В ожидании результатов анализа крови Дуань Цзя Янь искал в интернете информацию об этом расстройстве.

Ему удалось выяснить, что Альфа-стрессовое расстройство встречалось относительно часто. Но большинству Омег было слишком сложно отыскать Альфу с достаточно высоким уровнем совместимости, поэтому из соображений безопасности им оставалось только изолироваться на время эструса.

Но если удастся найти Альфу с совместимыми феромонами, то это состояние можно было эффективно лечить путем обмена этими феромонами.

Дуань Цзя Янь прокрутил вниз страницу со статьей, желая узнать, что означал так называемый "обмен Феромонами":

- Проводить более чем одну ночь в одной постели;

- Обмен слюной при поцелуях;

- Временная метка;

- Постоянная метка;

- Совместное использование предметов, на которых остается феромон Альфы, также может до определенной степени облегчить симптомы.

- ...

Примечание: Если одного из вышеперечисленных способов оказывается недостаточно для облегчения симптомов стрессового расстройства, рекомендуется использовать сразу несколько, чтобы их эффекты могли накладываться друг на друга. К примеру, временная метка и поцелуи либо поцелуи и объятия.

Каждый последующий метод лечения казался ему еще более диким, чем предыдущий. Поначалу Дуань Цзя Янь сильно растерялся, но потом как следует все обдумал.

Он относился к тем людям, которые очень быстро подстраиваются под обстоятельства, так что, если ему удастся избежать изоляции ценой получения временной метки, он вредпочтет выбрать временную метку.

Взяв бланк с результатами обследования, Дуань Цзя Янь, пытаясь прощупать почву, нерешительно задал вопрос:

- Почему бы тебе не поставить мне метку?

Лу Синцы ответил ему не тяжелым и не легким тоном, и по его голосу невозможно было понять, какие он испытывает эмоции:

- А почему бы тебе не посидеть в изоляции?

Дуань Цзя Янь понял, что эта соломинка не собирается спасать утопающего, и на мгновение ему захотелось с ним хорошенько подраться. Его так и подмывало ухватить Лу Синцы за воротник и заставить его прокусить свою шею.

Вот только у него не было уверенности, что он сможет совладать с Лу Синцы.

Дуань Цзя Янь накорню задушил в себе этот безрассудный порыв и постарался поразмыслить обо всем рационально.

- Отец Лу, - Дуань Цзя Яню удалось смягчить свой голос и даже добавить в него намек на почтение, - не могли бы вы меня укусить?

- ...

Лу Синцы действительно не ожидал, что Дуань Цзя Янь прибегнет к подобному методу убеждения.

- Всего один разок; раз - и готово.

- ...

После десятисекундного пристального взгляда, направленного в эти наполненные ожиданием глаза, Ли Синцы отвел взгляд и очень тихо проговорил:

- Ты осознаешь, какое воздействие оказывает временная метка?

Стоит только Альфе поставить метку Омеге, неважно, временную или постоянную, как инстинкт вызовет у него сильное желание защищать и контролировать эту Омегу, отчего Альфа может даже начать поступать безрассудно.

Дуань Цзя Янь увидел, что Лу Синцы уже готов пойти на попятную, поэтому с самым искренним видом польстил ему:

- Я не думаю, что с твоим самообладанием ты позволишь инстинтам взять верх над собой, в конце концов, ты замечательный человек.

- ... - Лу Синцы снова посмотрел на него. Прошло немало времени, прежде чем уголки его губ слегка приподнялись, показывая некий намек на улыбку, значение которой невозможно было бы разгадать. - Тогда вперед.

Глаза услышавшего его ответ Дуань Цзя Яня сразу же загорелись.

Дуань Цзя Янь мигом скинул куртку и начал расстегивать рубашку. Похоже, он уже все решил, поэтому решил сделать все как можно скорее.

Лу Синцы остановил его:

- Идем в уборную (Прим. пер.: Похоже, мы с вами знаем, по каким памятным местам эти двое будут ходить на свои юбилеи, хе-хе).

Ему начало казаться, что позднее проявление пола пошло на пользу Дуань Цзя Яню. В противном случае, учитывая неразумное поведение этого парня, он сомневался, что Дуань Цзя Янь вообще смог бы дожить до своих лет.

Дуань Цзя Янь прекратил расстегивать рубашку и посмотрел на него с таким видом, словно говорил: "Чего ты заморачиваешься?" Когда Лу Синцы увидел его таким, у него невольно появилась иллюзия, что это он - Омега, ожидающая, когда ему поставят его первую метку.

***

Уборная в больнице

Все помещение было заполнено запахом дезинфекции, отчего воздух в нем казался влажным. Лу Синцы запер дверь.

- Повернись ко мне спиной и обопрись о стену.

- Незачем, - обернувшись, отозвался Дуань Цзя Янь. - Я смогу твердо стоять на ногах.

Лу Синцы решил не настаивать, и его взгляд опустился на шею Дуань Цзя Яня.

Кожа на шее Омеги была нежной и гладкой, чуть ниже виднелись стройные плечи юноши.

Волосы и зрачки Дуань Цзя Яня сами по себе были очень светлыми. Когда он только перешел в старшую школу, их классный руководитель даже решил, что он покрасил свои волосы и попросил Дуань Цзя Яня вернуть им черный цвет. Его кожа тоже была очень белой, как будто этому парню не хватало пигмента.

Чем ближе к нему он склонялся, тем сильнее становился аромат его феромона Омеги.

Дуань Цзя Янь прождал столько времени, но так и ощутил укуса. К тому же Лу Синцы находился так близко к нему, что его кожа совершенно отчетливо ощущала тепло его дыхания.

Не удержавшись, он начал его уговаривать:

- Почему ты не... Вай!

В тот момент, когда его кожа оказалась прокушена, тело Дуань Цзя Яня застыло. Он неосознанно начал сопротивляться и, не в силах сдержаться, ткнул назад своим локтем.

Однако стоявший у него за спиной человек уже держался настороже. Лу Синцы с силой схватил его за запястье и сжал его неугомонную руку. Чтобы избежать повторной атаки Дуань Цзя Яня, Лу Синцы завел за спину и крепко схватил обе его руки.

Теперь-то Дуань Цзя Янь по-настоящему осознал разницу в силе между Омегой и Альфой.

По крайней мере, ставя ему метку, Лу Синцы мог с легкостью контролировать его только одной рукой.

Процесс маркировки занял немало времени, и разум Дуань Цзя Яня начал нагреваться, подчиняясь реакции его тела.

Когда метка уже была близка к завершению, и Лу Синцы в последний раз ввел свой феромон в его железу, глаза Дуань Цзя Яня широко распахнулись.

Он почувствовал, что в тот момент, когда этот парень должен был отстраниться, кончик языка Лу Синцы то ли случайно, то ли намеренно лизнул его шею.

Дуань Цзя Янь:

- !

Это действие вместе с влиянием завершенной метки заставило подкоситься ноги Дуань Цзя Яня, и тот едва не упал.

Лу Синцы вовремя его подхватил.

В донесшемся сзади голосе парня прозвучали непринужденность и намек на улыбку:

- Разве я не говорил тебе опереться о стену?

***

Когда Дуань Цзя Янь вернулся домой, там его уже ждала Фу Юань.

Увидев, как медленно он переодевается в домашние тапочки, Фу Юань налила ему стакан воды со льдом.

- Я слышала от твоего дяди Хэ, что ты отправился на прогулку со своим одноклассником?

Дуань Цзя Янь уже решил, что не станет рассказывать Фу Юань о том, что у него стрессовое расстройство и что единственным, кто может ему с этим помочь, оказался Лу Синцы. Иначе, зная характер Фу Юань, та не только начнет за него беспокоиться, но и притащит к ним домой Лу Синцы, чтобы как следует отблагодарить этого парня.

Дуань Цзя Янь обернулся:

- Мам, начиная со следующего месяца, я собираюсь жить в кампусе.

Сначала Фу Аюнь удивилась, а зетем легонько нахмурилась:

- Сможешь ли ты привыкнуть к жизни в кампусе?

- Сун И тоже живет в общежитии. Он живет один в комнате, где есть еще три пустующие кровати. Я собираюсь поселиться там вместе с ним.

- Но дом твоего дяди Хэ...

- Возможно, я не смогу привыкнуть жить с дядей Хэ, - Дуань Цзя Янь пристально вгляделся в воду, которую только что пил.

Фу Юань поджала губы:

- Ах, я все равно беспокоюсь. Ты никогда раньше не жил в общежитии, и если ты остановишься в кампусе, я не смогу узнать, как у тебя дела.

- ...

Увидев, что он отмалчивается, Фу Юань в глубине души тяжко вздохнула.

Она знала, что с тех пор, как она второй раз вышла замуж, между ее мужем и старшим сыном возникло некое отчуждение. Теперь, когда этот ребенок вырос, он понял, что у нее появилась новая семья, поэтому по собственной воле решил спокойно от них отделиться.

Фу Юань это немного расстроило, но она знала, что меньше всего он хотел помешать ей наладить личную жизнь, поэтому не могла на него давить. Она тихо произнесла:

- У тебя ведь скоро ежемесячные экзамены? Если результаты твоих тестов окажутся лучше, чем раньше, я позволю тебе переехать в кампус.

Когда Дуань Цзя Янь понял, что она не против, его глаза заблестели. Но, посмотрев на Фу Юань, прежде чем радоваться, он решил для начала узнать условия своей матери:

- И насколько хорошо я должен сдать эти экзамены?

Фу Юань об этом задумалась и поняла, что она действительно не обращала особого внимания на учебу Дуань Цзя Яня. Было бы неплохо стимулировать его интерес к обучению, чтобы отвлечь Дуань Цзя Яня и заставить его лучше себя вести, не вляпываясь в неприятности на каждом шагу.

- Как насчет того, чтобы занять пятидесятое место с конца? - Фу Юань попросила его о том, что нельзя было даже просьбой считать. - Будет еще лучше, если ты станешь пятьдесят первым с конца.

Дуань Цзя Янь на миг призадумался:

- Это действительно очень сложно.

- ...

***

На следующий день ему нужно было идти на занятия в школу, где соберется целая уйма Альф. Поэтому, чтобы проверить, надежна ли метка Лу Синцы, Дуань Цзя Янь позвонил Шэнь Чиле и попросил друга прийти и встретиться с ним возле его дома.

Дуань Цзя Янь с Шэнь Чиле жили в одном районе и порой вместе возвращались домой. Едва они встретились, как Дуань Цзя Янь бросился обнимать Шэнь Чиле. Тот не стал спрашивать о причине. Он просто принял это и раскрыл свои объятия:

- Сынок! Позволь, папочка обнимет тебя!

Дуань Цзя Яню пришлось задушить в себе желание до смерти поколотить Шэнь Чиле. Вытянув руку, он сжал плечо Шэнь Чиле и дотронулся до его шеи.

Шэнь Чиле:

- ...

Шэнь Чиле:

- ...Сынок, ты чего это чудишь?

Шэнь Чиле:

- Став Омегой, ты наконец-то осознал мою красоту и величие, поэтому решил нырнуть в широкие объятия своего папочки?

Дуань Цзя Яню было слишком лень что-либо ему объяснять. Он потерся о него пару раз.

Шэнь Чиле:

- Даже если это ты, тебе лучше так не хулиганить со мной.

Феромон Шэнь Чиле не вызвал у него отторжения. Похоже, метка Лу Синцы на славу сработала.

Дуань Цзя Янь поднял веки:

- Отлично, а теперь катись отсюда.

Услышав это, Шэнь Чиле на какой-то момент действительно развернулся и отправился восвояси. Но уже в следующую секунду у него появилось чувство, словно им воспользовались и тут же выбросили на помойку:

- Дуань Цзя Янь, я твой чертов дядюшка! Ты посреди ночи позвонил мне и попросил прийти сюда. А теперь, когда я пришел, ты говоришь мне топать отсюда, и думаешь, что я так просто уйду?

Оглянувшись, Дуань Цзя Янь продемонстрировал ему демоническую улыбку:

- Тогда чего же ты хочешь? Решил со мной пошалить?

Шэнь Чиле содрогнулся от этой улыбки:

- Ни за что. По-моему, еще не родился Альфа, способный тебя контролировать.

- Хорошо, что ты это понимаешь, - Дуань Цзя Янь лениво развернулся, но внезапно о чем-то задумался и, повернув голову, посмотрел на него. - Увидимся завтра, мой послушный сынок.

- ... - увидев, как решительно он воспользовался своим преимуществом, Шэнь Чиле слегка усмехнулся.

Избавившийся от всех сомнений Дуань Цзя Янь этой ночью спал особенно хорошо.

***

Наутро в понедельник их как обычно ожидала церемония поднятия флага.

Вскоре должны были начаться ежемесячные экзамены. В ожидании начала церемонии поднятия флага многие ученики сжимали в руках свои записные книжки, стремясь выучить самое основное.

Дуань Цзя Янь смешался с толпой. Он сам не знал, было ли это психологическим эффектом, но он чувствовал легкую боль во всем своем теле.

Это чувство возникало время от времени: оно то появлялось, то исчезало. Он как раз задавался вопросом, не слишком ли много себе напридумывал, когда стоявший возле него Сун И вдруг похлопал его по плечу.

- Смотри, брат, твоя богиня идет.

Подняв взгляд, Дуань Цзя Янь увидел проходящих мимо учеников из класса искусств. Поверх школьной формы на Цзянь Цинянь был надет свитер. Сегодня ее длинные волосы свободно ниспадали на плечи, отчего она выглядела особенно нежно.

Дуань Цзя Янь улыбнулся Цзян Цинянь, и та в ответ помахала ему рукой.

Сразу после этого девушка, идущая рядом с Цзян Цинянь произнесла:

- Так как мне теперь известно, что Дуань Цзя Янь - Омега, он уже не кажется мне таким уж свирепым.

Цзян Цинянь улыбнулась:

- У него изначально был неплохой характер, ведь так?

Еще несколько девушек присоединились к их обсуждению:

- В тот день я видела, как он до крови избил Ду Сюйчэня. Но с учетом того, что он Омега, он на самом деле кажется мне... чуть-чуть милым?

- Нянь Нянь, тебе стоит подумать об этом: Омеги очень редки. Теперь ты можешь похвастаться тем, что целый год встречалась с Омегой.

- Какое там хвастовство? - с улыбкой ответила Цзян Цинянь. - Если я и стану с кем-то встречаться, то только потому, что он мне понравился. Это не имеет ни малейшего отношения к полу.

После ухода учеников из класса искусств боль в теле Дуань Цзя Яня ничуть не уменьшилась, а напротив, стала еще более ощутимой. Постепенно он начал чувствовать жжение в шее, казалось, она покраснела.

Так как железа Омеги располагалась на шее, это место было наиболее чувствительно к феромонам. Дуань Цзя Янь осознал, что на него, похоже, снова влияет его стрессовое расстройство.

На спортивной площадке собралось слишком много народу, и все стояли впритык друг к другу. Только вблизи Дуань Цзя Яня терлось четыре-пять Альф.

Он неосознанно отыскал взглядом фигуру Лу Синцы, который тоже оказался неподалеку, в заднем ряду. Дуань Цзя Янь хотел было позвать его, но внезапно понял, что поступить так будет неправильно.

Даже если Лу Синцы узнает, что ему нехорошо, разве он сможет у всех на глазах схватить этого парня за руку и попросить об объятиях?

Не стоило даже думать об этом.

- ...

"Ох, верно".

Дуань Цзя Янь вспомнил ту статью: использование предметов, на которых остался феромон Альфы, тоже могло облегчить симптомы. Он мог бы придумать способ выпросить у Лу Синцы его форму.

Он как раз собирался повернуться к нему, когда заметил директора, который направлялся к десятому классу вместе с членом дисциплинарного комитета.

Их директор Цзян был средних лет мужчиной, который свято соблюдал все школьные правила. Он попросил внести в список имена всех учеников, явившихся сегодня без формы, а этим ученикам велел отойти в сторонку от хороших овец из десятого стада.

Кто-то из стоявших рядом с ним учеников пробормотал:

- Старина Цзян сегодня как с цепи сорвался. Всех, кто не надел форму, наказали пятью кругами по стадиону. Ребята из первого класса уже начали бегать.

Сун И невольно повернул голову к Дуань Цзя Яню.

Конечно же, на том не было школьной формы.

Дуань Цзя Янь фыркнул.

У него уже вошло в привычку не носить школьную форму. Если бы на нем сейчас была форма, он бы нашел способ поменяться ей с Лу Синцы, но, поскольку это было не так, он почувствовал, что ему слишком стыдно просить ее у Лу Синцы, тем самым подставляя его.

Может, просто взять и улизнуть?

Директор Цзян стоял сразу за шеренгой из учеников десятого класса, поэтому, если он решит сделать ноги, старина Цзян непременно поймает его.

Дуань Цзя Янь почувствовал легкое раздражение. Он решил, что сможет пробежать несколько кругов по стадиону, раз уж там немного людей...

Пока он размышлял об этом...

На нем оказалась школьная форма.

Дуань Цзя Янь на рефлексах посмотрел в ту сторону и увидел Лу Синцы, который, без единого слова накинув на него свой пиджак, развернулся и направился в конец шеренги из учеников десятого класса.

Школьная форма Лу Синцы была пронизана ароматом его феромона. Когда Дуань Цзя Янь оказался окутан ароматом Лу Синцы, его до предела натянутые нервы потихоньку начали расслабляться.

Дуань Цзя Янь не мог придумать названия этому аромату, но в нем присутствовал запах зеленой травы, смешанный с каплей чистейшей и освежающей кислинки.

Это было словно напоенный лимоном лес, покрытый тонким слоем чистого снега.

Сун И с широко распахнутыми глазами наблюдал, как Лу Синцы отдает свою форму Дуань Цзя Яню, а затем спокойно направляется к группе наказанных учеников, которым предстояло бегать по стадиону.

Застывший с глупым видом Сун И не смог удержаться и задал вопрос:

- Староста класса... Что это значит?

Глава 11. Фруктовый чай

- Почему он отдал тебе свою школьную форму? Ему что, захотелось побегать по стадиону вместо тебя? - Сун И широко распахнутыми от недоверия глазами оглядел Дуань Цзя Яня с макушки до пят. - И когда это ты со старостой класса успел заключить эту тайную сделку?

- У меня стрессовое расстройство.

Как Омега, Сун И тоже слышал об этой болезни. Он посмотрел на Дуань Цзя Яня со сложным выражением на лице, не зная, что сказать, чтобы утешить бедного парня.

Но спустя мгновение Сун И почувствовал, что что-то было не так.

Почему Дуань Цзя Янь не самоизолировался?

- У меня высокая совместимость с феромонами Лу Синцы. Он может помочь мне с излечением от стрессового расстройства, - Дуань Цзя Янь потряс рукавами пиджака. - Так что это и метод лечения, и своего рода тайная сделка. Тебе обязательно все так преувеличивать?

Сун И, словно в трансе, сказал:

- Как бы мне тоже хотелось пострадать от стрессового расстройства. Как думаешь, тогда староста класса и мне отдаст свою школьную форму?

Дуань Цзя Янь:

- ...

Дуань Цзя Янь резко прекратил трясти рукавами и посмотрел на Сун И таким взглядом, будто видел перед собой сумасшедшего.

Сун И внезапно кое-что осознал:

- Постой-ка. Стрессовое расстройство - это очень серьезно. Невозможно с помощью одной только школьной формы облегчить симптомы. Неужели ты...

Увидев, что голос Сун И повышается, а выражение его лица постепенно постепенно искажается до крайнего ужаса, Дуань Цзя Янь тут же руками прикрыл ему рот.

Сун И:

- ...М-М-м-м-М-м-м!

Дуань Цзя Янь:

- Успокоился? Говори немного потише.

Сун И отчаянно закивал.

Дуань Цзя Янь отпустил его.

- Сяо Дуань! - едва обретя свободу, Сун И зашептал ему на ухо. - Ты правда не человек! Ты просто зверь!

Стиснувший зубы Дуань Цзя Янь так же тихо прошипел ему в ответ:

- Да пошел ты. Проснись! Он просто меня укусил.

Сун И:

- Он в самом деле тебя укусил?! Ты пострадал от стрессового расстройства, но в итоге оно привело к такому радостному событию?!

Дуань Цзя Янь:

- ...

Сун И и сам понял, что отреагировал, как незрелый подросток. Притянув Дуань Цзя Яня поближе к себе, он украдкой ему прошептал:

- Это было хорошо? Староста класса крут?

Дуань Цзя Янь:

- ...

Он действительно не знал, как ответить на этот вопрос.

Директор Цзян был знатоком в том, что касалось использования подвернувшихся возможностей. Иначе он бы просто не смог занять свою должность.

Эта его способность проявлялась во всем. И раз уж сегодня ему попались нерадивые ученики, то он был просто обязан на глазах у остальных учеников школы И Чжун безжалостно исправить их плохие привычки, на примере этих несчастных всем показав последствия того, что они не носят школьную форму.

Он использовал уникальный подход к наказанию, заставив учеников бежать кругами по стадиону в группах по двадцать человек, одна группа должна была бежать после другой. Это не только позволяло избежать неразберихи, но и отчетливо разглядеть каждого, кто бежал, что придавало происходящему эффект публичного наказания.

Церемония поднятия флага уже подходила к своему завершению, когда Сун И бросил взгляд в сторону бегунов:

- Очередь успела добраться лишь до седьмого класса, когда же закончится этот чертов забег? Похоже, к тому времени уже настанет год обезьяны.

Мальчики должны были пробежать пять кругов, а девочки - три. Всего в школе было более двадцати классов, а это означало, что бегать предстояло более чем двум сотням человек.

Так случилось, что с того места, где они стояли, как раз было видно на беговой дорожке финишную черту. Несколько парней, пробежавших свои круги, поддерживали друг друга, с трудом переставляя ноги и выглядя не менее уставшими, чем дохлые псы.

Увидев это, Сун И обернулся к Дуань Цзя Яню:

- Ты собираешься уйти сразу же по окончании церемонии?

Дуань Цзя Янь тоже наблюдал за теми парнями.

Если бы не Лу Синцы, он, скорее всего, сейчас тоже находился бы среди тех, кто нарезает круги. Хотя он не обязательно честно их пробежит, если просто взять и уйти, это будет выглядеть слишком бессовестно.

- Я пойду и куплю ему чего-нибудь попить.

После завершения церемонии поднятия флага все ученики упорядоченно покинули стадион и разошлись по своим классам. Дуань Цзя Янь же потопал в противоположном направлении от толпы.

Там, возле кафетерия, находился магазинчик, торговавший чаем с молоком. Благодаря замечательному вкусу, богатому разнообразию представленных вкусов и выгодному расположению в пределах территории школы И Чжун (переводится как "Первая Среднеобразовательная Школа"), его можно было считать самым популярным магазином в городе Нин. Ученики частенько закупались здесь чаем с молоком.

Изначально Дуань Цзя Янь собирался взять белый персиковый улун, но затем краем глаза заметил рекламку с новым продуктом.

Он указал на рекламное объявление.

- Мне стаканчик с цитрусовой маракуйей, большой, поменьше сахара.

Когда Дуань Цзя Янь вернулся на стадион, уже настала очередь для забега десятого класса.

Директор Цзян стоял на финишной черте и отмечал тех, кто отбегал свое. Дуань Цзя Янь уже больше года сражался с ним в битвах остроумия и отваги, поэтому директору Цзян он был прекрасно знаком. Наблюдая за беззаботным приближением этого парня, он бросил на него несколько подозрительных взглядов.

Однако Дуань Цзя Янь просто стоял на месте и наблюдал, как бегают ученики, не устраивая никаких неприятностей. Он редко носил школьную форму, но сейчас, когда он стоял с краю спортивной площадки, на нем, как и полагается, был пиджак. Если посмотреть на то, как он выглядел в данный момент, этот юноша совершенно не походил на великого бунтаря из И Чжуна.

Дуань Цзя Янь взглядом отыскал Лу Синцы.

Они бежали уже третий круг. Одетый в темную футболку Лу Синцы беспечным взглядом смотрел перед собой и казался немного рассеянным.

По сравнению с остальными, которые быстро уставали, как собаки, Лу Синцы можно было назвать довольно расслабленным. Он бежал впереди основной группы, и его обгоняли только два-три человека.

Когда Лу Синцы пробегал мимо Дуань Цзя Яня, тот окликнул его:

- Поднажми, староста класса, - сказал Дуань Цзя Янь. - У тебя вот-вот отнимут твое первое место.

Лу Синцы бросил на него взгляд, но не стал ускоряться, продолжив бежать с той же неизменной скоростью, что и раньше.

Позади Лу Синцы бежали несколько парней-бездельников из десятого класса. Все они были прекрасно знакомы с Дуань Цзя Янем, поэтому оживленно поприветствовали, увидев его.

- Брат Дуань, кому это ты попить принес?

- Конечно же, это мне. Благодарю, братец Дуань.

- Ха-ха-ха-ха, тебе?

На последнем круге те несколько человек, что бежали впереди Лу Синцы, окончательно выдохлись и замедлились.

Дуань Цзя Янь увидел, как Лу Синцы, используя все тот же стабильный темп, обогнал их и первым пересек финишную черту.

Директор Цзян, похоже, совсем заскучал, наблюдая за пробежкой учеников, поэтому не поленился найти на своем телефоне секундомер, чтобы засекать время забега:

- Ничего себе! Новый рекорд!

Дуань Цзя Янь:

- ...

Рассмотрев, что только что прибежавшим человеком был Лу Синцы, директор Цзян мгновение помолчал, после чего улыбнулся и произнес:

- Не забудь в следующий раз надеть школьную форму. Сам видишь, сколько времени было потрачено впустую на то, чтобы пробежать эти огромные круги.

Лу Синцы кивнул.

Дуань Цзя Янь заметил, как Лу Синцы после бега вытирает свой пот и решил, что после таких упражнений он должен был более-менее почувствовать жажду, и это время прекрасно подходило, чтобы отдать ему принесенный напиток.

Лу Синцы отдал ему свою школьную форму, а он отплатит ему, принеся прохладительный напиток.

Вот такой заботливый Сяо Дуань!

Однако, когда он уже собирался к нему подойти, то увидел, как к Лу Синцы подбежала стайка девушек, которые затем остановились перед ним. Одна из них показалась ему очень знакомой.

Это была Цзян Цинянь.

Он наблюдал за тем, как Цзян Цинянь протягивает Лу Синцы спортивный напиток, и тот принимает его.

Принимает его.

Принимает его.

И даже ее благодарит.

"Что за черт? Как ты посмел это принять?"

Дуань Цзя Янь чуть не взорвался от ярости.

В голове Дуань Цзя Яня вертелись мысли о том, что девушка, которая ему нравилась, не только считала Лу Синцы своим идеалом мужчины, но и бросилась за спортивным напитком, едва увидела, что ему пришлось бегать по стадиону, а затем дожидалась его на финише и даже так мило ему улыбалась.

В этот момент он совершенно забыл, что хотел отплатить Лу Синцы за оказанную ему услугу, после такого это вовсе вылетело из его головы. Так уж совпало, что в этот момент ему самому захотелось пить. Отыскав в сумке соломинку, он уже было собирался воткнуть ее в стаканчик...

- Разве это не для меня?

Дуань Цзя Янь поднял голову. Он не знал, когда Лу Синцы успел к нему подойти.

Только-только после пробежки его волосы немного увлажнились от пота. Лу Синцы был выше него, и когда он смотрел вниз, его глаза становились четко очерченными, отчего выглядели очень красиво.

- Изначально я купил это для тебя, но разве тебя уже не успела угостить Цзян Цинянь? - Дуань Цзя Янь бросил вгляд на бутылку спортивного напитка, которую тот держал в руке, напоминая себе быть добрее... добрее...

"А к черту все".

Дуань Цзя Янь больше не смог этого выносить. Он просто посмотрел на Лу Синцы с улыбкой, которая таковой не являлась:

- Я подумал, что ты, скорее всего, не сможешь в одиночку прикончить оба напитка.

Лу Синцы словно не почувствовал агрессивности в его словах, и его поведение осталось все таким же естественным:

- Что это?

- Чай, цитрусовая маракуйя.

- Тогда я выпью его.

Дуань Цзя Янь улыбнулся:

- Ты видишь солнце над своей головой? Чего это ты грезишь наяву среди бела дня?

Лу Синцы ничего не ответил.

Он выразительно глянул на школьную форму, в которой сейчас был Дуань Цзя Янь, а затем, слегка приподняв бровь, посмотрел парню прямо в глаза.

Дуань Цзя Яню показалось, что это была молчаливая угроза.

Нет, ему действительно угрожали.

Он вытащил короткую соломинку, не говоря уже о том, что он действительно никак не мог обойтись без феромона Лу Синцы. Дуань Цзя Янь с тяжким вздохом закинул трубочку обратно в сумку и протянул стаканчик ему.

- Не ты ли в прошлом всегда отказывался, когда она приносила тебе попить? - Дуань Цзя Янь до сих пор не забыл тот случай, когда Цзян Цинянь попросила его передать Лу Синцы чай с молоком, и этот парень сказал: "Я такое не пью", причем таким раздражающим образом, словно напрашивался на избиение.

Дуань Цзя Янь попытался прощупать почву:

- Она ведь тебе не нравится, верно?

Его янтарные глаза с надеждой посмотрели прямиком в глаза Лу Синцы. Он словно говорил своим взглядом: "Просто скажи, что не любишь ее".

Когда Лу Синцы увидел его таким страстным, у него вдруг необъяснимо испортилось настроение.

"Неужели он так сильно влюблен в Цзян Цинянь?"

Прикусив соломинку, он дал ему неопределенный ответ:

- Если кто-то не нравился мне раньше, это не означает, что он не может понравиться сейчас, верно?

Дуань Цзя Янь:

- ...

Раньше Лу Синцы игнорировал все проявления чувств Цзян Цинянь, но та все равно продолжала его так сильно любить. Если Лу Синцы тоже заинтересуется ей, останутся ли у него хоть какие-то шансы?

- Ты можешь кого-нибудь полюбить, но не мог бы ты... выбрать кого-нибудь другого для проявления своих чувств? - Дуань Цзя Янь задумался, как бы его отпугнуть. - Глянь на себя. Она лучшая ученица, а ты вообще не учишься. Ребята, у вас не будет даже общей темы для разговора.

- Мне нравится сам человек, а не табель его успеваемости.

- ...

"Значит, у тебя об этом такое ясное представление?"

- Я пошутил, - Лу Синцы посмотрел на опустошенное выражение у него на лице и усмехнулся. - Просто ее подруги наблюдали за этим со стороны.

Юные девочки особенно впечалительные и легкоранимые. Если бы она всего лишь выразила ему свою привязанность, он бы прямо отверг ее, но если бы он под взглядами стольких людей не принял ее напиток, это стало бы болезненным ударом для самолюбия Цзян Цинянь.

Обработав полученную информацию у себя в голове, Дуань Цзя Янь понял, что этим поступком Лу Синцы всего лишь защищал чувство собственного достоинства Цзян Цинянь.

Скольких же людей он успел отвергнуть, чтобы стать таким опытным в этом деле?

Лу Синцы засунул в крышку соломинку и сделал глоток.

"Кисло-сладкий, должно быть, туда не добавили много сахара".

Увидев, что он отпил, Дуань Цзя Янь непринужденно спросил:

- Как оно?

- Неплохо.

- Не думаешь, что твой и его ароматы чем-то похожи? - улыбнулся Дуань Цзя Янь. - Оба с кислинкой.

Лу Синцы какое-то время в недоумении смотрел на него, но вскоре понял, что Дуань Цзя Янь говорил о его феромоне. У него был аромат лайма. Он понятия не имел, что за обоняние было у Дуань Цзя Яня, чтобы тот подумал, будто их ароматы похожи.

Ему это показалось немного забавным.

Всего мгновение назад его разум едва не сошел с рельсов из-за одной этой фразы.

К тому времени, когда они вернулись в класс, только-только завершился второй урок.

Большая часть класса успела заметить Лу Синцы в составе группы, бегавшей по стадиону в качестве наказания. Всем показалось это в новинку: сам Лу Синцы, за весь год не совершивший ни единой ошибки, в самом деле оказался наказан.

Лу Синцы едва успел сесть, как парни, сидящие перед ним, развернулись и спросили:

- Брат Лу, веселая вышла пробежка? Мы слышали, что директор Цзян даже время твоего забега засек. Как думаешь, он проводит Олимпийские игры?

- Ха-ха-ха-ха-ха, руководитель Цзян так и сделал?

- Брат Лу сегодня в таком устойчивом темпе отбегал свои круги, - встрял еще один парень из группы наказанных. - Он установил новый рекорд, а директор Цзян в шоке уставился на него, думая: "Это уровень, которого может достичь наказанный ученик?"

- Ничего себе, так ты профи? Тогда стоит свключить тебя в нашу команду для участия в соревнованиях по забегам на длинные дистанции, проходящих в этом году, - рассмеялся Чэнь Юэ. Он вдруг заметил стоящий на столе Лу Синцы фруктовый чай и наклонился поближе, чтобы его рассмотреть. Это показалось ему несколько странным. - Что это? Фруктовый чай? Ты ведь не любишь его, верно?

Лу Синцы с улыбкой дал ему неопределенный ответ:

- Сегодня полюбил.

Он произнес это не особенно громко, но Сун И, который, сидя в сторонке, внимательно прислушивался к их разговору, очень отчетливо услышал его слова. Когда Дуань Цзя Янь подошел и, отодвинув свой стул, уселся возле него, Сун И, словно получив повеление свыше, со скоростью молнии обеими руками набирал сообщение на своем телефоне.

В следующий момент в чате группы "Поддерживая Небо И Чжуна" появилось от него сообщение:

[Сестры, впредь, когда будете приносить напитки, выбирайте фруктовый чай! Староста класса только что это сказал. С сегодняшнего дня он любит пить! Фруктовый! Чай!]

...

Ниже потянулась череда ответов, в которых говорилось, что его сообщение получено и принято к сведению.

Дуань Цзя Янь только фыркнул:

- Вот нарцисс!

Он прожил столько лет, но впервые повстречал человека, которому так нравился аромат собственного феромона.

Глава 12. Обучение

По мере приближения ежемесячных экзаменов атмосфера в классе становилась все более и более напряженной.

Сун И вошел в дверь десятого класса и увидел, что несколько учеников, которые в обычные дни не особенно увлекались учебой, пытались хоть что-нибудь вызубрить.

- Где мой учебник по физике? ...Куда он пропал? Я что, его потерял? В последний раз я видел его перед предыдущими ежемесячными экзаменами.

- Можете немного потише? Я пытаюсь запомнить "Убийство Цзин Кэ правителя Цинь", а вы тут орете рядом со мной. Так охота с кем-нибудь поцапаться?

Весь путь до парты показался ему хаосом с летающими курицами и скачущими собаками.

Поэтому, когда он увидел, что Дуань Цзя Янь тоже уткнулся к учебник по химии, Сун И подумалось, что весь мир внезапно сошел с ума.

"Надо же".

Сун И посмотрел на Дуань Цзя Яня и подумал, что ему привиделось.

- Сяо Дуань... - Сун И какое-то время поразмыслил, а затем продолжил, спросив: - У тебя дома случилось что-то плохое?

- ... - Дуань Цзя Яню всегда казалось, что у Сун И какой-то сказочный образ мыслей.

- Ага, - отозвался Дуань Цзя Янь, - мои родители обанкротились. Если я не смогу как следует заниматься, то в будущем мне останется только устроиться на стройку и таскать кирпичи, чтобы заработать себе на жизнь.

- ... - неважно, насколько потусторонним был образ его мыслей, даже Сун И догадался, что это шутка. Он ответил: - Таскать кирпичи на стройке - пустая трата твоих талантов. Ты сам по себе - гора золота, так что тебе следует проявить чуть больше находчивости.

- Хватит чушь нести, - с улыбкой сказал Дуань Цзя Янь. - Я обещал маме, что на этих ежемесячных экзаменах окажусь выше пятидесятого места снизу рейтинга.

- И что здесь сложного? В И Чжуне столько групп для подготовки к экзаменам, или хочешь, я дам списать?

Дуань Цзя Янь:

- Ни за что.

Сун И:

- ???

Дуань Цзя Янь:

- Обманывать нехорошо.

Сун И:

- ...

Из уст Дуань Цзя Яня подобные слова звучали в особенности забавно.

Дуань Цзя Янь:

- Я обещал маме, что не стану хитрить.

Он сказал это, продолжая читать свою книгу по химии. Сун И вспомнил, что Дуань Цзя Янь и впрямь из тех, кто выполняет свои обещания. Если уж дал слово, то точно не отступится от него. Сун И только было подумал, что и у этого парня имеются кое-какие достоинства...

- Какого черта? - Дуань Цзя Янь без всякого выражения на лице швырнул на стол учебник по химии. - Почему у каждого элемента столько валентностей? Они что, ими собираются драться?

Сун И едва не помер от смеха.

Невероятно, но большую часть дня Дуань Цзя Янь провел, читая учебники. Сун И решил проверить, какие результаты принесло его обучение.

У Сун И тоже были плохие отметки, но по сравнению с Дуань Цзя Янем он все же немного лучше учился. По крайней мере, он знал, что валентности нужны не для того, чтобы драться.

Он задал Дуань Цзя Яню несколько основных вопросов.

Тот не смог ответить на них.

Сун И посоветовал:

- Так у тебя ничего не получится. Почему бы тебе не найти одного из лучших учеников, чтобы тот разъяснил тебе ключевые моменты? На прошлых ежемесячных экзаменах Чэн Чи смог подняться в рейтинге на сотню мест только потому, что супер умная подруга подтянула его.

Дуань Цзя Яню показалось, что в словах Сун И имеется смысл.

Он как раз раздумывал, где бы ему отыскать отличника, способного вытащить его из этой беды, когда в класс вошла Чжао Миньцзюнь.

- Ребята, давайте подготовим класс к завтрашнему ежемесячному экзамену, - она изобразила на доске расстановку посадочных мест. - Тем, кто сидит у задней двери, нужно выйти в коридор, а оставшиеся в классе ученики переставят парты.

Все принялись двигать парты.

Дуань Цзя Янь окинул взглядом весь класс, и первым, кто попался ему на глаза, оказался Лу Синцы.

Во-первых, потому, что он был высоким, а во-вторых, потому, что на парте перед ним почти не лежало учебников. В отличие от многих других учеников, сложивших перед собой рабочие тетради в несколько стопок, он мог с легкостью переместить свою парту.

У Дуань Цзя Яня загорелись глаза, словно он увидел перед собой своего спасителя.

Если выбирать среди отличников, кто может быть лучше Лу Синцы?

"Только взгляните на Лу Синцы, на парте перед ним лишь пара учебников. О чем это говорит? Это знак мастера; как говорится, все знания у него в голове".

Дуань Цзя Янь подтащил свою парту к парте Лу Синцы, а затем посмотрел на Чэнь Юэ, который сидел рядом с ним:

- Я хочу сесть здесь.

Чэнь Юэ увидел, что Лу Синцы никак на это не отреагировал - это означало, что он не против. Тогда Чэнь Юэ сказал:

- В таком случае садись?

Довольный Дуань Цзя Янь поставил свою парту возле парты Лу Синцы.

Чэнь Юэ переместил парту, поставив ее позади Дуань Цзя Яня, и подумал, что он не только сидит на странном месте, но и стал стал свидетелем странных событий.

Он услышал, как Дуань Цзя Янь спрашивает:

- Староста класса, как ты думаешь, сможет ли человек, который обычно не учится, но затем вечером накануне экзамена решает прилежно учиться, совершить чудо?

- Все зависит от того, что это за чудо.

- К примеру... подняться вверх в рейтинге на пятьдесят-шестьдесят мест?

Заметив, что этот парень сначала передвинул свою парту, а затем принялся ходить вокруг да около, Лу Синцы почти наверняка догадался, что пытался провернуть Дуань Цзя Янь.

- Если человеком, который не учился, являешься ты, то это возможно. В конце концов, у тебя на удивление огромный простор для самосовершенствования.

Он смутно припоминал, что с тех пор, как Дуань Цзя Янь поступил в старшую школу, его оценки болтались где-то в худшей десятке класса, причем очень стабильно.

Дуань Цзя Янь сделал вид, будто не заметил его сарказма, и обеими руками протянул ему свою тетрадь:

- В таком случае, не заинтересован ли ты в том, чтобы помочь мне добиться этого удивительного прогресса?

Чэнь Юэ:

- ???

Чэнь Юэ обернулся и посмотрел на Сун И, который теперь сидел у него за спиной. Он тихонько спросил:

- У Дуань Цзя Яня дома случилось что-то плохое?

Сун И:

- ...

- А ты сам-то считаешь, что меня это интересует? - риторически спросил Лу Синцы.

- Я считаю тебя лучшим учеником, всегда готовым прийти на помощь окружающим, у тебя добрая душа и горячее сердце.

- Ты явно переоцениваешь меня, - Лу Синцы закинул ноги на горизонтальную перекладину под своей партой и ленивым тоном протянул: - Я - лучший ученик, не желающий приходить на помощь окружающим, у меня недобрая душа и вовсе не горячее сердце.

Дуань Цзя Янь:

- ...

Когда до Дуань Цзя Яня дошло, что мягкий подход здесь не сработает, тон его голоса мигом остыл:

- Лу Синцы, как ты можешь просто стоять и смотреть, как моя жизнь летит под откос? Ты хоть знаешь, как много я сделал у тебя за спиной, чтобы тебя выбрали старостой этого класса?

- ?

Дуань Цзя Янь не соврал. В день, когда проводились выборы старосты десятого класса, он просто заснул, а сидевший с ним рядом Сун И помог ему проголосовать за Лу Синцы.

- Я отдал свой драгоценный голос тебе, - Дуань Цзя Янь чуток помолчал. - Поэтому...

- ...Что?

Дуань Цзя Янь снова протянул ему тетрадь со словами:

- Ты должен нести отвественность за каждого ученика, вверившего в твои руки свою судьбу.

Наблюдавший за их общением Чэнь Юэ едва в голос не расхохотался.

Если бы не Дуань Цзя Янь произнес такие слова, поставив свою парту рядом с партой Лу Синцы, то он бы решил, что кто-то решил внаглую позаигрывать с ним; такой низкий прием.

Больше не в силах сдерживаться, Чэнь Юэ рассмеялся у них за спиной:

- Парни, вы только-только уселись вместе, а уже обсуждаете, кто за кого должен нести ответственность? Не слишком ли вы торопитесь?

Услышав это, Дуань Цзя Янь осознал, что только что ляпнул. На миг ему показалось, что ему сдавило горло, а его рот, который только сейчас болтал без умолку, больше не мог издать ни единого звука.

Ли Синцы какое-то время смотрел на обеспокоенное лицо Дуань Цзя Яня, и уголки его рта слегка приподнялись.

- Что ж, тогда я за тебя отвечаю, - медленно, будто шутя, произнес он, при этом в его голосе как будто слышались нотки искреннего удовольствия.

Только когда Лу Синцы приступил к проверке знаний Дуань Цзя Яня, чтобы узнать, какой нужно заполнить пробел, он осознал, насколько беден запас знаний этого парня.

У него появились подозрения, что, вполне возможно, Дуань Цзя Янь практически не открывал учебники после окончания начальной школы. Но при этом в голове Дуань Цзя Яня все равно вертелось немало идей, он отказывался добросовестно следовать задаваемому им ритму и время от времени просто не мог удержаться от того, чтобы задать какие-нибудь вопросы.

Почему-то Дуань Цзя Янь не знал даже, как решить задачку по биологии, которая в частности относилась к крупной теме по генетике.

Лу Синцы бегло ее просмотрел. Это был типичный вопрос по генетике. Он подумал, что они могли бы его обсудить. Приглашающим жестом указав Дуань Цзя Яню на первый вопрос:

- Если скрестить красную dd хромосому и белую dd хромосому, какого цвета будет их потомство?

Дуань Цзя Янь тут же ответил:

- Розового. Я чуть раньше читал аналогичный вопрос.

Немного помолчав, Лу Синцы спросил:

- Это был вопрос, что будет, если смешать красный цвет с белым, а в ответе был розовый?

Дуань Цзя Янь:

- Ага.

Лу Синцы отложил ручку и посмотрел на него:

- По-твоему, ты сейчас отвечаешь на вопросы по живописи?

Дуань Цзя Янь:

- ...

Дуань Цзя Янь как раз собирался удариться в объяснения, когда внезапно прогремел звонок, извещающий о начале самообучения. Чжао Миньцзюнь объявила с трибуны:

- Все три вечерних урока будут отведены на самостоятельное обучение. В классе должна стоять тишина, каждому следует сосредоточиться на собственном обучении. Не мешайте друг другу учиться.

Дисциплина десятого класса во время вечернего самообучения всегда оставалась на высоте. Лу Синцы был старостой класса, но ему не нравилось кем-то командовать. Все ребята в классе ходили по струнке, поэтому на вечерних занятиях по самообучению никто не шумел. Те же, кто не желал учиться, либо сидели, уткнувшись в свои телефоны, либо напрямую прогуливали занятия.

После ухода Чжао Миньцзунь в десятом классе повисла тишина.

Вдруг по классу пролетел маленький комочек бумаги, упавший на парту Лу Синцы.

После перестановки парт для экзамена, каждая из них оказалась на расстоянии в метр от соседних. Дуань Цзя Янь, сохраняя молчание, жестом показал парню, что сидел в метре от него, развернуть эту бумажку.

Лу Синцы развернул маленький бумажный шарик и прочитал накарябанный на нем текст:

[Я посмотрел в ответах: оно должно быть красным. А еще, что означает диаграмма во втором вопросе?]

Лу Синцы:

- ...

Его тронула упорная жажда знаний Дуань Цзя Яня.

Оторвав клочок от черновика, он написал подробное объяснение ответа и бросил обратно. Дуань Цзя Янь долго рассматривал этот листок, после чего бросил ему очередную записку. В ней была задача по математике, за которой следовали три вопросительных знака.

Лу Синцы сразу же вписал туда все моменты, которых, возможно, не знал Дуань Цзя Янь.

Закончив все расписывать, Лу Синцы поразмыслил и приписал снизу еще одно предложение. Он перебросил записку обратно Дуань Цзя Яню, который поймал ее и уже было собирался развернуть...

Когда в класс внезапно вошел директор Цзян.

Направившись прямиком к Дуань Цзя Яню, он выхватил у него из рук записку, которую тот еще не успел развернуть, и строгим тоном сказал:

- Я уже давно наблюдаю за вами через окно. Вы не только отлыниваете от самостоятельного обучения, но и смеете перебрасываться записками?

Весь класс посмотрел на него. Директор Цзян с запиской в руках посмотрел на сохранявшего молчание Лу Синцы, который, казалось, не знал, что сказать. Он почувствовал еще большую уверенность в своей догадке.

"Если вы молчите, значит, виновны".

Еще когда он увидел, как Дуань Цзя Янь в тот раз принес Лу Синцы попить, он уже тогда заподозрил, что между этими двумя учениками необычные отношения. Он был не в курсе истории отношений Дуань Цзя Яня с Лу Синцы. Ему было известно только, что один из этой пары учеников был Альфой, а другой - Омегой.

Альфа и Омега. Они не только приносили воду друг другу, но и перекидывались записками.

Разве это не щенячья любовь?

Если Лу Синцы решит рано влюбиться, учителя закроют на это глаза. Однако если его избранником станет Дуань Цзя Янь, все несколько усложнится.

Проблемный ученик-первогодка. Если Дуань Цзя Янь собьет этого молодого господина с правильного пути, тогда...

Дуань Цзя Янь быстро объяснил:

- Директор, вы все неправильно поняли. Мы всего лишь обсуждали решение задачи.

Директор Цзян фыркнул.

- Это правда, - подтвердил Лу Синцы.

Если бы он ничего не сказал, все было бы в полном порядке. Но он все-таки заговорил, и сердце директора Цзян пропустило удар.

- Ребята, разве я не смогу узнать, не натворили ли вы чего, если просто прочитав эту записку? - сказал директор Цзян, перед всем классом разворачивая клочок бумаги. - Что у нас здесь? Если как икс, так и игрек...

Это действительно оказалось подробное пошаговое решение задачки по математике.

В классе послышались один-два ехидных комментария, и директор Цзян немного смутился. Заметив приписанную внизу строчку, он просто прочитал и ее: - "Подстановка х" означает всего лишь подстановку этого х назад в исходное уравнение. Как можно быть таким глупым?"

Не сдержавшись, Чэнь Юэ первым тихонько хихикнул. Однако этот звук словно запустил фейерверк, и вскоре весь класс наполнили сдавленные смешки.

Даже директора Цзян развеселило содержание этой записки. Положив бумажку на парту Дуань Цзя Яня, он по ней постучал:

- Больше не повторяй эту ошибку.

После его ухода весь класс содрогнулся от громкого хохота.

- Что за черт?! Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Я помру со смеху. Целый день обмениваться записками, только чтобы узнать решение задачки по математике...

- Вы видели выражение, что появилось на лице старика Цзян, когда он прочитал написанное в конце той записки? Он как будто сомневался во всей своей жизни. Он реально... Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Это было потрясно!

Сун И с широкой улыбкой держался за свой животик, который едва не лопнул от смеха:

- Сяо Дуань, как ты можешь быть таким глупым?

Дуань Цзя Янь опустил голову. Его уши пылали, но он сам не мог сказать с уверенностью, что покраснел.

Вышло ужасно неловко.

Теперь он понимал, почему Лу Синцы не заговорил сразу: вовсе не из-за смущения, а из-за этой лишней строчки в записке.

Бросив взгляд в его сторону, Дуань Цзя Янь случайно заметил, что уголки глаз Лу Синцы изогнулись.

"У этого парня еще хватает совести улыбаться?"

"Вот негодяй".

"Так бы и прикончил тебя".

Глава 13. Ежемесячный экзамен

Спустя несколько минут раздался звонок, ознаменовавший конец урока.

Дуань Цзя Янь спокойно и сдержанно произнес:

- Было смешно?

Лу Синцы:

- Неплохо.

Дуань Цзя Янь:

- А мне показалось, что вы так мило улыбались до самых ушей.

Лу Синцы чуть-чуть помолчал, и улыбка на его лице малость померкла.

"Он даже использовал уважительное обращение. Ах, похоже, здорово рассердился".

Уголок губ Дуань Цзя Яня дернулся, а его тон прозвучал холодно и утонченно:

- Я очень глуп. И для меня огромная честь, что я могу вас развлечь.

Его убийственную ауру насквозь пропитала агрессия. Сидящий позади него Сун И перепугался до полусмерти:

- Вот, это оно. В последний раз, когда я видел его таким, он в одиночку уложил четверых.

Чэнь Юэ:

- ...

Лу Синцы знал, что ему не стоило так поступать, поэтому искренним тоном спросил:

- Что мне сделать, чтобы поднять тебе настроение?

Дуань Цзя Янь:

- Видишь микрофон, оставленный на трибуне госпожой Чжао? Возьми его, выйди из класса, поверни налево и трижды прокричи в него: "Я глупый гусь", тогда я великодушно прощу тебе твое недостойное поведение.

Лу Синцы:

- ...

Дуань Цзя Янь без малейшего смущения, но с необъятной смелостью, продолжал убеждать его:

- Топай давай, маленький гусь.

На этот раз Чэнь Юэ даже для троеточия не смог раскрыть рот.

Сун И с трудом проговорил:

- ...А староста класса... способен избить кого-нибудь?

Чэнь Юэ:

- ...Если нужно.

Едва прозвучали эти слова, Лу Синцы всем телом подался вперед, его безучастные веки слегка опустились, а взгляд устремился прямиком на Дуань Цзя Яня.

Сун И пнул стул Чэнь Юэ:

- Вот, это оно! Сейчас староста класса начнет его избивать!

Чэнь Юэ:

- Не пинай меня. Я не посмею его остановить.

Когда этот парень приблизился к нему, Дуань Цзя Янь напрягся, и все волосы на его теле встали дыбом.

Альфы оказывали естественное давление на окружающих. В особенности после того, как Лу Синцы поставил ему метку, неважно, что думал по этому поводу сам Дуань Цзя Янь, его тело признавало в нем Альфу.

Инстинкт заставлял Дуань Цзя Яня починиться этому парню. Глядя в темные, невыразительные глаза Лу Синцы, он постоянно чувствовал, как что-то в его подкорке кричит...

Слушайся его.

Подавив свои беспорядочно метавшиеся мысли, Дуань Цзя Янь мрачно улыбнулся.

"Конечно".

"Пытаешься подчинить меня своей меткой?"

"Мелкий ублюдок, смеешь так грязно играть со мной? Сегодня твой папочка даст тебе понять, что значит..."

- Я виноват, - сказал Лу Синцы. - Мне не следовало называть тебя "глупым".

"...инстинкт, эта чушь собачья, перед лицом истинного насилия... Э???"

Дуань Цзя Янь на миг остолбенел.

Пока до него не дошло, что здесь произошло.

Лу Синцы извинился.

Длинные ресницы юноши опустились вниз, их нельзя было считать особо загнутыми, а надбровные дуги казались отчетливыми, что делало его брови глубокими и аккуратными.

Видимо, ему редко приходилось произносить такие слова, поскольку, договорив, он слегка нахмурился.

Пережив изначальное удивление, Дуань Цзя Янь на мгновение почувствовал себя слегка польщенным, и его уши внезапно запылали от жара. Затем он пришел в себя и мигом выбросил из головы эмоцию, которой ему не следовало испытывать.

Лу Синцы! Перед ним! Извинился!

Радость победы с головой захлестнула Дуань Цзя Яня, он чувствовал себя так, словно одержал полную победу в этом бою.

"Даже если ты так говоришь, я не могу простить тебя", - подумал Дуань Цзя Янь, чувствуя себя все более и более довольным. Он сказал:

- В таком случае по возвращении домой не забывай ежедневно размышлять о совершенных тобой ошибках и напоминать себе больше не совершать их до конца этой жизни.

- Я позволил тебе встать на ступеньку выше, но тебе и этого мало? - Лу Синцы снова откинулся на спинку стула, в его голосе не звучало ни малейших эмоций.

- ...

- Тебя слишком избаловали, - подытожил Лу Синцы.

***

Первый предмет, который проверяется на ежемесячных экзаменах, - родной язык.

За двадцать минут до экзамена в классе царила встревоженная суматоха. Сун И решил убедиться в последний раз:

- Брат, ты уверен, что не хочешь сесть на автобус? У тебя еще есть время купить билет, так ты наверняка сможешь сделать большой скачок в рейтинге этих экзаменов.

- Нет, - коротко отказался Дуань Цзя Янь.

В класс вошла Чжао Миньцзюнь, которая попросила всех учеников покинуть класс и разойтись по своим экзаменационным классам. Перед уходом Дуань Цзя Янь ткнул пальцем Лу Синцы.

Когда тот обернулся, Дуань Цзя Янь, зажав между ладонями три заточенных карандаша, отвесил ему церемониальный поклон.

Удостоившийся столь великой чести без всякой на то причины Лу Синцы застыл, не зная, смеяться ему или плакать:

- Это что, такой новый способ наложить на кого-то проклятие?

Дуань Цзя Янь:

- Поклон богу обучения перед началом экзамена должен подарить мне благословение, поэтому я хотя бы на минимум сдам экзамен.

Услышав это, Лу Синцы понял, что его действительно заботят результаты этих экзаменов. Он спросил:

- Ты по древней поэзии все выучил?

- Я наугад вызубрил несколько фраз. Теперь все будет зависеть лишь от удачи.

- Постарайся написать как можно больше в сочинении.

- Хорошо. Я напишу о своем старосте класса Лу Синцы. Даже если он малость глуповат, этот староста класса всегда готов прийти на помощь, у него добрая душа и горячее сердце, - сказал Дуань Цзя Янь и продолжил: - Стоит мне только подумать о мирных голосе и улыбке нашего старосты класса, как на меня снизойдет вдохновение и я в мгновение ока закончу свое сочинение.

- Мирные голос и улыбка - так описывают мертвых людей.

- ...

- После такого твои баллы по языку наверняка обнулятся.

- ...Свали в туман.

После этого Дуань Цзя Янь взял несколько карандашей и, даже не прихватив учебник, неторопливо направился к последнему экзаменационному классу.

Глядя в спину Дуань Цзя Яню, Чэнь Юэ подождал, пока тот отойдет подальше, а затем похлопал Лу Синцы по плечу:

- Брат, с каких это пор между вами такие хорошие отношения?

Он еще не договорил, когда к ним подбежал взъерошенный Чжоу Синчэнь. Слегка повысив в голос, он внаглую заглушил вторую половину слов Чэнь Юэ:

- Брат Лу! Как думаешь, какие строки из древней поэзии встретятся на экзамене? Я запишу их на руке.

Лу Синцы глянул на него:

- А раньше ты чем занимался?

- Это не имеет значения, я просто положусь на твое чутье, - с озорной улыбкой ответил Чжоу Синчэнь. - Куда ты укажешь, на то я и сделаю свою ставку.

Лу Синцы произнес несколько строк, которые могли встретиться на экзамене, а закончив, посмотрел на Чэнь Юэ:

- Что ты там до этого говорил?

После столь долгой задержки мимолетный интерес Чэнь Юэ уже угас, поэтому он просто сказал:

- Ничего.

Он всего лишь подумал, что Лу Синцы проявляет завидное терпение, когда дело касается Дуань Цзя Яня.

Порой он даже настолько терпелив, что все выглядит так, будто он уговаривает этого парня.

Учеников не всех скопом запускали в экзаменационный класс, поэтому, когда туда вошел Дуань Цзя Янь, несколько парт еще оставались незанятыми.

На его счатье, Цзян Цинянь оказалась в одном экзаменационном классе с ним, и ее место оказалось наискосок впереди от него.

В октябре на севере по-прежнему было довольно тепло, и на Цзян Цинянь был только светлого оттенка свитер.

Взгляд Дуань Цзя Яня остановился на ней.

Вырез свитера был немного великоват, отчего казалось, будто на плечах вот-вот выглянут бретельки от лифчика.

Увидев, что Цзян Цинянь играет на своем мобильном, сидевший за ней парень внезапно пнул ее стул. Когда она обернулась, этот парень с ухмылкой указал на валявшуюся у ее ног стирательную резинку.

- Я стиралку уронил. Не поможешь поднять?

Цзян Цинянь без всякой задней мысли нагнулась, подняла стирательную резинку и положила ее на парту этого парня. Все это время наблюдавший за ними Дуань Цзя Янь заметил, что глаза парня не отрывались от груди Цзян Цинянь, скользя вниз вдоль бретельки ее лифчика. Время от времени у него на лице проявлялось просто гнусное выражение.

Увидев, что этот парень нарочно уронил к ногам Цзян Цинянь теперь уже карандаш, Дуань Цзя Янь больше не смог спокойно оставаться на месте.

- Я снова уронил, только теперь карандаш, - сказал парень. - Прости, что беспокою тебя.

- Да что с ним не так? - пробормотала себе под нос Цзян Цинянь. Она уже собиралась нагнуться и поднять его карандаш, когда Дуань Цзя Янь внезапно подошел к парню и схватил его за волосы на затылке.

С приглушенным стуком он резко прижал к парте голову парня. Тот, широко раскрыв глаза, принялся извиваться всем телом в попытке вырваться из его хватки.

- Что ты творишь?! Эй-эй, ты что, совсем съехал с катушек?!

Все в экзаменационном классе ошеломленно застыли.

Дуань Цзя Янь наклонился к парню и настолько тихо, чтобы слышали лишь они вдвоем, прошептал:

- Посмотришь на нее еще раз, и я вырву тебе глаза.

Его угроза прозвучала очень тихо, но парень настолько перепугался, что не решился больше сдвинуться с места. Ругательства, которые он изначально собирался произнести, так и не сорвались с его языка.

Он знал, кто такой Дуань Цзя Янь, а также слышал слухи, что ходили о нем.

Кто ж не узнает такую важную персону из десятого класса?

Он лишь заметил, что Цзян Цинянь была очень красива. А увидев, как она играется со своим мобильником, подумал, что она не обратит внимания на его действия, и решил этим воспользоваться.

Одной рукой прижимая парня к парте, другой рукой Дуань Цзя Янь протянул Цзян Цинянь под партой свой форменный пиджак.

Он ничего не сказал, но Цзян Цинянь и без того поняла. Он склонила голову и посмотрела на свой вырез и выглядывающие бретельки от лифчика. Ее личико слегка покраснело, после чего она тихонько приняла пиджак Дуань Цзя Яня.

Как раз в этот момент в класс вошел учитель, который должен был наблюдать за проведением экзамена. Увидев эту необычную сцену, он поспешно сказал:

- Ученик, что это ты делаешь? Живо убери от него свои руки!

Едва Дуань Цзя Янь его отпустил, как парень тотчас же выпрямился и первым заговорил:

- Учитель! Дуань Цзя Янь взбесился. Я ничего не сделал, а он просто подошел и ударил меня.

Вопросительный взгляд учителя обратился к Дуань Цзя Яню.

Дуань Цзя Янь промолчал.

Случившееся могло скомпрометировать Цзян Цинянь. Если девушка столкнулась с подобным, он не имел права рассказывать, не получив на это ее согласие. Даже если бы проверили записи камеры видеонаблюдения, все равно было бы сложно заметить и понять, что именно тайком проворачивал этот парень.

Он уже приготовился молча принять незаслуженное наказание, когда кто-то сидевший в углу внезапно поднялся:

- Учитель, он первый принялся причинять другим неприятности, а не Дуань Цзя Янь.

Дуань Цзя Янь обернулся и слегка удивился, когда увидел, кто за него заступился.

Это оказался тот загорелый парень из спортивного класса.

"Как там его звали?" Дуань Цзя Янь не смог вспомнить. Он только помнил, что этот парень был слишком доверчивым и слегка упрямым. Заметив, что Дуань Цзя Янь на него смотрит, загорелый парень ему кивнул, и у него на лице нарисовалось выражение, будто бы говорящее: "На этот раз я на твоей стороне".

Дуань Цзя Янь:

- ...

Дуань Цзя Янь спросил себя, почему этот парень так интересуется им.

В это время Цзян Цинянь тоже заговорила:

- Учитель, это он первым начал устраивать проблемы.

Увидев, что никто из этих двоих серьезно не пострадал, а обе стороны конфликта выдают противоречивые заявления, учитель посмотрел на время.

- Ладно, все возвращайтесь на свои места. Экзамен вот-вот начнется. Если еще кто-нибудь посмеет устраивать в классе неприятности, тут же вылетит с экзамена.

***

Когда Лу Синцы покинул свой экзаменационный класс, в коридоре уже стояло несколько учеников, сдавших свои экзаменационные работы раньше него.

Когда он спускался по лестнице, позади него оказались две девушки, которые казалось сильно взволнованными, отчего их разговор звучал несколько громковато.

- Эй-эй, разве идущий перед нами парень не из десятого класса?..

- Тс-с, говори тише! - одна из девушек легонько толкнула другую, но та, не сдержавшись, тихонько ахнула:

- Такой красавчик.

- В десятом классе собрались самые красивые парни. Дуань Цзя Янь тоже очень красив.

- Ты до сих пор от него без ума? Слышала, он снова вляпался в неприятности.

- Что? Снова подрался?

- Они не подрались, но он действовал так жестоко, что пришлось вмешаться учителю, - сказавшая это девушка задумалась. - Похоже, всему виной девушка. Как ее там звали?.. Цзян или как-то так... В последнем экзаменационном классе у меня друг, так он сказал, что Дуань Цзя Янь жутко пугающий, когда разозлится. Он просто взял и прижал парня к парте.

- Это была Цзян Цинянь?

- Точно, она, - услышав, как подруга подсказала ей верное имя, девушка еще сильнее разволновалась. - На самом деле мне тоже кажется, что Дуань Цзя Янь весьма красив. К тому же рядом с ним чувствуешь себя в безопасности. Если бы я оказалась на месте Цзян Цинянь, то, возможно, после такого тоже бы влюбилась в него.

- ...

Шаги Лу Синцы остановились на миг.

***

Автору есть что сказать: Ему следует быть очень терпеливым со своей женушкой.

Глава 14. Ямочки на щеках

После обеда Дуань Цзя Янь вошел в учебную аудиторию десятого класса.

Следующий экзамен начинался ровно в три часа дня, поэтому у них оставалось еще какое-то время, прежде чем им придется снова разойтись по экзаменационным кабинетам.

Вести о героическом подвиге, совершенном Дуань Цзя Янем с утра пораньше, уже разлетелись повсюду. Когда он вошел, сидящие в классе ученики не смогли удержаться от того, чтобы еще несколько раз взглянуть на него.

На парте Дуань Цзя Яня лежал пакетик чипсов, а на спинке его стула висел пиджак, который он одолжил Цзян Цинянь.

Догадавшись, что сюда заглядывала Цзян Цинянь, Дуань Цзя Янь улыбнулся и, отодвинув свой стул, уселся за парту.

После обеда прошел экзамен по математике.

Ключевые моменты и формулы, которые объяснил ему прошлым вечером Лу Синцы, похоже, действительно пришлись очень кстати. Дуань Цзя Янь смог разглядеть их во многих вопросах. И пусть он по-прежнему не мог вспомнить, как решается большинство из них, по крайней мере, все прошло куда лучше, чем на его прежних экзаменах, когда он, наугад проставив ответы в бланках, сразу же засыпал.

Дуань Цзя Янь уже предвкушал сладкий вкус победы.

Завтра им предстоял объединенный экзамен по естественным наукам. Он только собирался попросить Лу Синцы изложить ему основные моменты, на которые следует обратить внимание, когда тот сам повернулся к нему и передал собственные учебные материалы:

- Вот, пролистай их и прочитай все подчеркнутые строки и заметки.

Дуань Цзя Янь решил, что этот парень тоже собирается повторить пройденный материал, в конце концов, естественные науки изучать было нелегко, поэтому не стал больше беспокоить его.

Большую часть предназначенного для самообучения времени Дуань Цзя Янь потратил на чтение материалов. Значительную долю он смог более-менее переварить, но было семь-восемь моментов, которые никак не укладывались у него в голове. Он чуть не сломал себе голову, пытаясь осмыслить их. Но кто бы мог подумать, что когда он по окончании занятий обернется, то увидит...

Как Лу Синцы и Чэнь Юэ рубятся на своих телефонах в “Fight the Landlord (1)”.

- Староста, - крикнул ему Дуань Цзя Янь, - когда доиграешь бой, не найдется ли у тебя минутка вытащить из адского пламени своего одноклассника, который преклоняется пред тобой?

Лу Синцы ответил, даже не подняв головы:

- Если всегда будешь полагаться на других, ища короткий путь, так и не добьешься прогресса.

- ... - Дуань Цзя Янь. - Вчера ты не был таким.

- Значит, сегодня я изменился.

- ... - Дуань Цзя Янь увидел, что он все так же неторопливо перебирает свои карты, словно и не собирается ему помогать. Тогда он обратился к Чэнь Юэ: - С кем играете? Вместе с другими одноклассниками?

Чэнь Юэ:

- Добираем рандомных игроков в каждой игре.

Дуань Цзя Янь вытащил свой мобильник:

- Пригласи меня в группу. Я тоже хочу сыграть.

Результат был таков: Чэнь Юэ добавил к ним в группу Дуань Цзя Яня.

В игре "Fight the Landlord" имелась одна функция, позволяющая бросать предметы в персонажа другого игрока. Едва прогрузившись, Дуань Цзя Янь принялся закидывать помидорами персонажа Лу Синцы, за помидорами последовали яйца, пока наконец он не принялся поливать беднягу водой.

От начала и до конца раунда лицо персонажа Лу Синцы ни разу полностью не очистилось.

Чэнь Юэ:

- ...

Чэнь Юэ чувствовал возмущение, которое испытывал Дуань Цзя Янь даже через экран своего телефона. По окончании этого раунда Дуань Цзя Янь превратился из работника на неполный рабочий день в наемного рабочего, а Лу Синцы стал маленьким богачом.

Увидев, что после раунда Лу Синцы покинул комнату группы, Чэнь Юэ спросил:

- Не хочешь больше играть?

- Если сыграю еще раз, меня просто забьют помидорами, - с невозмутимым выражением на лице отозвался Лу Синцы и посмотрел на Дуань Цзя Яня. - Эй, давай учиться, наемный рабочий.

Дуань Цзя Янь увидел, что тот раскрыл учебные материалы и приготовился дать ему личную консультацию.

- Повнимательней со своими словами, - Дуань Цзя Янь обрадовался, увидев, что этот парень наконец-то готов ему помочь. - Пусть я и наемный рабочий, мой договор заключен не с тобой, поэтому тебе не следует меня так называть.

- Тогда как мне тебя называть? - уголок рта Лу Синцы приподнялся, отчего он стал выглядеть немного насмешливым. - Самый богатый помидорами господин?

- ...

С помощью Лу Синцы Дуань Цзя Янь снова принялся с легкостью нагонять пропущенный материал. Ему показалось, что этот вечер он провел весьма плодотворно, что позволило ему преисполниться уверенности в сдаче завтрашнего экзамена.

По окончании трех дней, посвященных ежемесячным экзаменам, все ученики расставили свои парты по прежним местам, и Дуань Цзя Янь с Сун И снова благополучно объединились.

Дабы отпраздновать окончание ежемесячных экзаменов Сун И решил сбежать с посвященных самостоятельной подготовке занятий и засесть в интернет-кафе с несколькими парнями из третьего класса. Дуань Цзя Янь тоже отправился с ними.

Но он забыл в классе свой телефон, поэтому после обеда ему пришлось вернуться за ним.

Чтобы срезать путь и быстрее добраться до десятого класса, Дуань Цзя Янь прошел по коридору с классами отделения нравственного воспитания. Уже почти добравшись до двери в свой класс, он увидел стоящих в закутке коридора и разговаривающих о чем-то двоих человек.

Больше поблизости никого не было. Обычно, за исключением членов школьного совета, сюда никто не заглядывал. Но сейчас все они были у себя на уроках, а свет горел только в коридоре, отчего освещение казалось несколько приглушенным.

У Дуань Цзя Яня было отменное зрение, поэтому он с легкостью разглядел и узнал этих двоих.

Прямо к нему была обращена высокая и стройная спина Лу Синцы. У него была подтянутая фигура. Тогда как за его спиной почти полностью скрылась Цзян Цинянь, но ее длинные светло-каштановые волосы все равно бросались в глаза.

Дуань Цзя Янь от удивления замер на месте. Он уже собирался было, словно ничего не заметил, продолжить свой путь и подойти к ним, когда следующая фраза, сказанная Цзян Цинянь, заставила его снова остановиться.

- Я уже четыре года в тебя влюблена, - когда она заговорила, в ее голосе прозвучала легкая грусть. - Со второго года средней до второго года старшей школы. Я и сама не ожидала, что эти чувства сохранятся так долго.

Она и Лу Синцы были одноклассниками еще с младших классов, точнее со средней школы, и вместе учились в средней школе И Чжун.

В средней школе Лу Синцы был из тех мальчиков, которые привлекали к себе много внимания. Она же в то время была совсем юной, и за ней многие пытались ухаживать. Но она считала, что Лу Синцы куда более великолепен, чем все остальные.

Если она будет лучше к нему относиться, возможно ли, что она ему тоже понравится?

- Когда я училась в средней школе, ты уже однажды отверг мое признание. Когда же я спросила тебя о причине, ты ответил, что пока еще сам не знаешь, какой человек может тебе понравиться. Если у тебя до сих пор не появилось такого человека... не мог бы ты дать мне шанс?

Так много говорить в его присутствии ей доводилось не часто.

Раньше, с перехода в старшую школу, ей никак не удавалось выгадать подходящее время, что задать ему этот вопрос. К тому же после того, как Дуань Цзя Янь помог ей во время экзаменов, по всей школе начали с энтузиазмом распространяться слухи о ней и Дуань Цзя Яне.

Она непрестанно чувствовала, что расстояние между ней и Лу Синцы со временем лишь увеличивается. И если она сейчас ему не признается, ей, вполне возможно, больше никогда не предоставится подобной возможности.

Лу Синцы с опущенными веками, избегая наполненного ожиданиями взгляда Цзян Цинянь, до конца выслушал ее речь.

А затем прошептал извинения.

Свет в глазах Цзян Цинянь мало-помалу померк. Дуань Цзя Янь увидел, как она через силу улыбнулась и что-то тихо сказала, а затем сразу же сбежала вниз по лестнице.

*Цок-цок.*

После этого послышался только стук каблучков девушки, эхом разносящийся по безлюдному коридору. Когда она отошла достаточно далеко, Лу Синцы вдруг обернулся.

Застигнутый врасплох Дуань Цзя Янь оказался с ним лицом к лицу, они встретились взглядами.

Дуань Цзя Янь слегка смутился, когда его поймали на горячем. Однако, вспомнив о том, что на нем по-прежнему стоит метка Лу Синцы, он подумал, что тот, скорей всего, с самого начала знал, что он их подслушивает.

- Ты уже дважды ей отказал, - Дуань Цзя Янь одарил Лу Синцы вопросительным взглядом. Он сам не знал, завидовать этому парню или им восхищаться. - Ты в самом деле дважды ей отказал.

- Потому что я ее не люблю, - тихо согласился Лу Синцы.

Если бы Дуань Цзя Янь прежде услышал от него эти слова, он бы подумал, что этот парень так раздулся от гордости, что ему нужна хорошая трепка.

Но он только что собственными глазами видел, как Лу Синцы отверг Цзян Цинянь. Это было по-настоящему изящно, бессердечно и достаточно откровенно, чтобы человек перестал питать на его счет еще какие-то несбыточные надежды.

"Чистая работа", - от души оценил Дуань Цзя Янь.

- Какой тип тебе по душе? - спросил Дуань Цзя Янь. - Я помогу тебе с поиском.

- Поможешь мне с поиском? - повторил за ним Лу Синцы.

- Я знаком с многими людьми. Ты предпочитаешь Омег и Бет? Есть предпочтения относительно парней или девушек? - когда Дуань Цзя Янь понял, что упомянутые им критерии не вызвали у того ни малейшей реакции, на него снизошло внезапное озарение: - Ты же не хочешь сказать, что ты приверженец А...

"А-А отношений?"

Возможно ли, что Лу Синцы нравятся более захватывающие отношения, и для него куда привлекательней Альфы?

Чем дольше он над этим раздумывал, тем более правдоподобным казалось ему это предположение. Он пробормотал себе под нос:

- Лады, я поспрашиваю, есть ли здесь Альфы с такими наклонностями.

Лу Синцы по-прежнему стоял, пустым взглядом уставившись на него. Дуань Цзя Янь решил, будто этому парню тяжело говорить о таком, так что по редкой доброте душевной утешил его:

- Хотя у тебя немного особенная сексуальная ориентация, с твоими-то данными не составит труда найти кого-нибудь, кто тебе приглянется... - это будет проще простого.

Не успел он закончить последнюю фразу, как Лу Синцы его перебил:

- Это вообще не проблема. Потому что единственное, что мне нравится, - это учеба.

- ...

"Тогда у тебя поистине особенная сексуальная ориентация".

Перед тем как войти в класс, Дуань Цзя Янь заглянул в окошко и неожиданно для себя обнаружил, что Чжао Миньцзюнь, стоя на трибуне, наблюдает за вечерними самостоятельными занятиями.

Как правило, после ежемесячных экзаменов учителя весь вечер напролет проверяли их бланки. Дуань Цзя Янь заглянул туда еще раз и подметил, что несколько мест за задними партами остались незанятыми.

Дуань Цзя Янь какое-то время поколебался.

Уже десять человек сбежали с занятий, и ежели он снова внаглую прогуляет уроки, сделав это прямо на глазах Чжао Миньцзюнь, велика была вероятность, что та выйдет из себя и в приступе ярости позвонит его маме.

Оценки за экзамены еще не объявили, и если он их завалит...

Поразмыслив над этим, Дуань Цзя Янь решил, что лучше не рисковать. Он тихонько позвал Лу Синцы, который уже уходил:

- Староста класса, протяни мне руку помощи.

Лу Синцы оглянулся и посмотрел на него.

- Ты не мог бы вернуться в класс, а затем, притворившись, что тебе нужно в туалет, принести мне мой телефон?

- Ты опять собираешься прогулять?

- Это стратегия: после ежемесячных экзаменов нужно расслабиться, чтобы завтра приступить к учебе с новыми силами, - Дуань Цзя Янь указал на занимающую трибуну Чжао Миньцзюнь. - Госпожа Чжао здесь. Если зайду туда, мне будет слишком неловко сбегать.

- Просто зайди туда и скажи ей, что это твой способ расслабиться после ежемесячных экзаменов, - сказал Лу Синцы. - Она непременно войдет в твое положение, ты ведь столько стараний положил во имя учебы.

Дуань Цзя Янь спросил напрямик:

- Так ты поможешь мне или нет?

Лу Синцы ответил еще более прямо:

- Иди туда сам.

Дуань Цзя Янь прищурился. Невозможно было точно определить, что за эмоции притаились в его янтарных глазах. В такой напряженной атмосфере он пристально смотрел на Лу Синцы целых десять секунд.

Атмосфера стала еще более напряженной.

Дуань Цзя Янь зашагал вперед.

Лу Синцы приподнял бровь.

Затем Дуань Цзя Янь схватился за школьную форму Лу Синцы и, дергая за нее, заканючил:

- Ты можешь мне помочь? Можешь принести мой телефон?

- ...

Он добавил:

- Пожалуйста.

- ...

На мгновение в голове Лу Синцы зависли все мыслительные процессы.

Его язык скользнул по кончикам зубов, а глаза потемнели. Он совершенно не ожидал, что Дуань Цзя Янь поведет себя так. Свирепому в обычной жизни человеку обычно сложно проявить малейшую слабость, но, когда это все-таки происходит, то оказывает такое...

такое...

мощное влияние.

Настроение Альфы было подобно острию иглы, наполненному ароматом опасности. Дуань Цзя Янь почувствовал исходящее от него агрессивное желание, его взгляд в этот момент можно было вполне принять за распутный, отчего Дуань Цзя Янь ощутил внутренний трепет.

Решивший, что он все равно не желает ему помогать, Дуань Цзя Янь утратил терпение. Он уже сделал и сказал все, что мог.

- Не хочешь, как хочешь, - Дуань Цзя Янь направился к классу.

Лу Синцы подошел сзади и положил руку ему на плечо.

Почему-то в его голосе прозвучала легкая хрипотца:

- Подожди меня здесь.

Получивший желанный ответ Дуань Цзя Янь развернулся и одарил его довольной улыбкой.

Лу Синцы же обнаружил, что, когда этот парень улыбается, крошечные ямочки появляются у него на щеках.

- Тогда поторопись, - Дуань Цзя Янь похлопал его по плечу. - Сун И уже внизу, и ему не нравится долго ждать. Стоит задержаться, и он будет вечность бухтеть.

Лу Синцы смахнул с себя его руку.

Его взгляд скользнул по тыльной стороне ладони, а затем на мгновение задержался на лице Дуань Цзя Яня. Неизвестно что подразумевая под этим, он произнес:

- Какой сильный характер.

Кто знает, к кому относилась эта фраза.

___________________________________________________________

1. Fight the Landlord - китайская карточная игра для мобильных.

Глава 15. Клубничные конфеты

Школа И Чжун славилась скоростью, с которой проверялись экзаменационные бланки.

На следующее же утро после окончания экзаменов стали известны результаты большей части тестов, а ко второй половине дня была составлена и вывешена сводная таблица успеваемости учеников вместе с их общими баллами.

Дуань Цзя Янь отправился посмотреть результаты.

Обнаружив, что от его места до конца списка больше ста человек он не поверил своим глазам и дважды моргнул, чтобы убедиться, что ему не привиделось.

Сун И это тоже показалось невероятным:

- Ты что, тайком у меня за спиной прокрался в учебный автобус?

- Какой еще автобус? Не было такого, - Дуань Цзя Янь ткнул пальцем в результаты экзаменов, приклеенные к стене класса. - Это результат моих собственных усилий.

- ...

Сун И поднял взгляд к верхней части списка.

Лу Синцы по-прежнему занимал первое место на их параллели.

- Небеса, - Сун И при виде его оценки просто оторопел. Даже при том, что он давно к такому привык, его это все равно удивило. - Общий балл старосты класса превосходит мой более чем в два раза.

- Это твоя проблема, и тебе следует хорошенько о ней поразмыслить, - небрежно отозвался Дуань Цзя Янь. Он вытащил свой телефон, сфотографировал таблицу с результатами и отправил фотографию Фу Юань.

Фу Юань быстро ответила ему в WeChat.

Увидев, какого успеха он добился на этот раз, Фу Юань удивилась и парой слов подбодрила его, а затем поинтересовалась, по-прежнему ли он хочет остаться и жить в общежитии.

Дуань Цзя Янь ответил ей утвердительно.

Увидев, что он настроен решительно, Фу Юань согласилась и позволила ему переехать в общежитие, написав, что если ему требуется помощь, она попросит дядю Хэ помочь ему с багажом. Однако Дуань Цзя Янь предпочел вежливо отказаться.

После каждого ежемесячного экзамена их пересаживали в классе на другие места.

Чжао Миньцзюнь уже определилась, как их пересадит. Она решила рассадить учеников, которые частенько болтали друг с другом, а еще подкорректировала некоторые места в соответствии с пожеланиями самих учеников.

Пока они менялись местами, Чжао Миньцзюнь объявила с трибуны:

- На следующей неделе в школе пройдут осенние спортивные соревнования, все желающие принять участие, как только пересядут, могут пойти и зарегистрироваться в спортивном комитете.

Класс отозвался разрозненными возгласами. Чжао Миньцзюнь с улыбкой произнесла:

- В прошлом году нам не хватило всего несколько очков, чтобы занять первое место. Ребята, если вы еще чуть больше постараетесь в этом году, то, вполне возможно, мы сможем обогнать спортивный класс.

Несколько парней подняли руки:

- Учитель Чжао, а это правда, что классный руководитель победившего класса получит премию?

- Так и есть, - смело подтвердила Чжао Миньцзюнь. - И если вы поможете мне ее получить, я приглашу вас куда-нибудь отпраздновать это событие вкусной едой.

Едва она это сказала, как мальчишки принялись шумно переговариваться:

- Давайте все вместе как следует постараемся ради угощения учителя Чжао.

- А кто побежит на дистанции в 3 000 метров? Как насчет тебя, Чжао Синчэнь? В прошлом году тебе удалось второе место занять.

- Брат Лу, может поучаствовать в эстафете. На него всегда можно положиться.

- Староста класса непременно поучаствует в множестве разных соревнований, - Сун И похлопал по плечу Дуань Цзя Яня. - И наш Сяо Дуань тоже неплох. Сяо Дуань, не хочешь проявить себя в прыжках в длину или высоту?

Кто-то еще добавил:

- Объединение школьного отличника с школьным хулиганом станет мощной боевой единицей.

За этим высказыванием последовал взрыв смеха.

При пересадке места Дуань Цзя Яня и Сун И не изменились, но двум парням, которые сидели в ряду за ними пришлось пересесть. Сун И с любопытством спросил:

- Куда вас переместили?

Не успели эти двое мальчишек и рта раскрыть, как их прервал мужской голос. Чэнь Юэ к ним обратился:

- Здесь куча книг. Вам помочь их перенести?

- Нет-нет, - увидев, что их спрашивают, поспешно ответил один из мальчиков. - За два захода мы точно управимся.

Уставившись на оставшегося неподвижно стоять Чэнь Юэ, Сун И внезапно кое-что осознал.

Посмотрев в сторону, он увидел, что Лу Синцы тоже перетащил свою парту и стул, а теперь, облокотившись на парту, без всякой спешки ожидает, пока двое мальчишек переедут на новые места.

Как только пришел в себя, Сун И спросил Чэнь Юэ:

- Вы собираетесь пересаживаться сюда?

- Ага, - кивнул Чэнь Юэ. - Никогда не сидел в последнем ряду. Здесь безопасно рубиться в игры на мобильнике?

- Безопасно, вообще без проблем, - Сун И наблюдал за тем, как Лу Синцы располагает свою парту позади Дуань Цзя Яня, и в его глазах чуть ли не сияли яркие звезды.

Как только все пересели, он поспешил притянуть к себе Дуань Цзя Яня, и, как ему казалось, хотя в действительности это было вовсе не так, тихим голосом прокричал:

- Староста класса сидит за нами!

- ... - Дуан Цзя Янь. - Твой папочка уже это заметил.

- Скажи... стоит ли мне покороче подстричь волосы на затылке? - Сун И настолько разволновался, что повернулся к Дуань Цзя Яню и обратился к нему с такими словами. - Сяо Дуань, вот у тебя на затылке волосы очень короткие. А ты знаешь? Сзади на шее у Омег имеется железа. И она обладает абсолютной привлекательностью для Альф, полностью притягивая их внимание, ничуть не меньше, чем аромат абсолютной зоны за воротником.

- Раз уж на то пошло не стоит ли еще надушиться? - холодным тоном отозвался Дуань Цзя Янь. - Ты мог бы побрызгать духами на свою абсолютную зону.

- Брат, какая замечательная идея, - Сун И посчитал, что это прекрасная мысль. - Как ты додумался сделать так?

- ...

Дуань Цзя Яню было слишком лень обращать на него внимание. Он плохо спал прошлой ночью и уже было собирался улечься на парту, чтобы наверстать упущенное, когда вдруг заметил, что Сун И, держа в руках телефон, прикидывается, будто делает селфи. Но на самом деле несколько раз щелкнул то, что находилось у него за спиной.

Дуань Цзя Янь:

- Что делаешь? Селфи?

Сказал он это вовсе не тихо. Тайком пытавшийся сфотографировать Лу Синцы Сун И замер как вкопанный. Чувствуя себя слегка виноватым, он жестом попросил Дуань Цзя Яня говорить тише.

Дуань Цзя Янь проявил сговорчивость и постарался понизить голос:

- Ты втихаря сфоткал его?

- Я хочу сделать пару фото, чтобы поделиться ими с сестрицами из нашего чата. Мы договорились, что будем делиться удачей. Если только один человек сможет наслаждаться видом прекрасного лица старосты класса, это будет похоже на преступление.

Дуань Цзя Янь:

- ...

Дуань Цзя Янь совершенно не разделял восторга Сун И и его "сестриц". Он просто хотел сказать: "Давай, снимай уже", когда увидел, что Сун И хмурится.

- У меня не получается полностью захватить в кадр его лицо с этого места... - сказав это, Сун И посмотрел на Дуань Цзя Яня, который сидел прямо перед Лу Синцы. Его глаза загорелись. - Не мог бы ты...

- Нет, не мог, - тотчас же перебил его Дуань Цзя Янь. - Сяо Дуань не станет делать тайком подобные вещи.

- ... - все надежды Сун И оказались полностью сокрушены Дуань Цзя Янем. Немного поразмыслив, знающий Дуань Цзя Яня как облупленного он с точностью ударил по его слабому месту. - Ты ведь в ближайшие дни собираешься переезжать в общежитие? Если поможешь мне потихоньку сделать его фотографию, я подготовлю и застелю для тебя постель в день твоего переезда.

Дуань Цзя Янь с самого детства ни разу не застилал себе постель и в действительности даже понятия не имел, как это делается.

Ему было сложно даже думать об этом.

Дуань Цзя Янь:

- А поможешь мне затащить наверх чемодан?

Сун И:

- Не вопрос, или ты считаешь, что этот лаоцзы будет просто стоять в сторонке и наблюдать, как ты волочишь свой чемодан? Шэнь Чиле и я вместе поможем тебе переехать.

Дуань Цзя Яня это вполне удовлетворило, и он хмыкнул в знак согласия.

В следующее мгновение.

- Лу Синцы, - повернулся к нему Дуань Цзя Янь, - дай-ка я тебя щелкну.

Сун И:

- ...

Прямота Дуань Цзя Яня поразила Сун И.

Лу Синцы, который с опущенной головой игрался на своем мобильном, поднял на него взгляд и выключил телефон:

- Зачем тебе?

- Потому что ты очарователен и красив, - невозмутимо проговорил Дуань Цзя Янь. - Я никогда не встречал парня красивее тебя. Если мне не удастся сделать твою фотографию, то с сегодняшнего дня камера на моем телефоне будет страдать аутизмом, отказываясь еще кого-либо снимать.

- Мне стоит ее пожалеть?

Лу Синцы непринужденно рассмеялся. Когда он смеялся, то переставал казаться таким отстраненным. Когда его глаза слегка изгибались, выражение его лица становилось особенно нежным и мягким. Дуань Цзя Янь подумал было, что он согласился, когда этот парень, Лу Синцы, неожиданно перестал улыбаться, а в следующее мгновение произнес:

- В таком случае пусть страдает своим аутизмом.

- ... - Дуань Цзя Янь на миг задумался, а затем добавил: - Все потому, что мне хочется запечатлеть твою красоту. Может, все-таки предоставишь мне такую возможность?

Чэнь Юэ в этот момент держал учебник. Стоило ему услышать эти слова, как книга, выскользнув из его рук, упала на пол. Сун И не хватило смелости и дальше смотреть на эту ужасную сцену. Закрыв глаза, он принялся медитировать, проговаривая про себя мантру Цинсинь и великую мантру сострадания.

Воцарилось молчание.

Затем Лу Синцы протянул "О" и поднял свой телефон. Когда он неторопливо заговорил, сложно было определить, шутит он или все-таки произносит это всерьез:

- Тогда я тоже хочу запечатлеть твою красоту.

- ...

- Если позволишь мне себя сфотографировать, я тоже разрешу тебе щелкнуть меня.

При виде того, что произошло, Чэнь Юэ не смог сдержаться и все-таки усмехнулся:

- Почему бы вам просто не сфотографироваться вдвоем?

Несколько минут спустя.

Сун И выложил новое фото в группу "Поддерживая небо И Чжуна".

[Небеса! Сун И сидит в одном ряду с Лу Лу? Сколько добрых дел ты сотворил в прошлой жизни, чтобы удостоиться чести сидеть перед этим красавчиком?!]

[Я чувствую. Это лицо так прекрасно сочетается с лежащими на парте учебниками и исписанными черновиками. Я действительно ощущаю это потрясающее чувство неудержимой юности!]

[Разве это не лучший его снимок? На фотографии прекрасно видно все лицо. У брата Сун И глаз-алмаз.]

[Не думаю, что это фото сделано тайно. Он смотрит прямо на камеру.]

[Похоже на групповое фото. Человек, что находится рядом, обрезан? Мне кажется, или я действительно вижу часть руки этого человека?]

В чате группы разгорелись жаркие споры. Дуань Цзя Янь, которого отрезали с фотографии, посмотрел на оригинальное фото, оставшееся на экране его мобильного телефона. Поразмыслив, он все-таки его сохранил.

После этого Дуань Цзя Яня еще сильней потянуло в сон. Затем в классе прозвенел звонок, словно бальзамом пролившийся ему на душу.

Со звонком сидящие вокруг демоны и призраки тут же затихли, и весь класс наполнил лишь читающий лекцию голос учителя.

Стоя на трибуне, учитель физики терпеливо разъяснял что-то про заряды электронов и электрические поля...

Это звучало словно гипнотизирующая музыка для слуха Дуань Цзя Яня.

Его голова медленно склонилась, а затем он просто улегся на парту, отчего та самая "абсолютная зона", как ее называл Сун И, у него на затылке оказалась во всей красе выставлена перед глазами Лу Линцы.

Веки Лу Синцы дрогнули, а взгляд невольно обратился к этой слишком притягательной шее.

Она была такой белой и стройной.

Из-за того что он наклонился, позвонки Дуань Цзя Яня стали видны более отчетливо, отчего он казался еще стройнее.

Лу Синцы какое-то время смотрел на него, затем отвел взгляд.

***

Наступил вечер, отбросивший на парты блики теплого золотистого света, попадающего в класс через окна.

Настало время расходиться по домам. В десятом классе осталось не особо много людей. Гу Ли увидела Чжоу Синчэня, присевшего на парту Чэнь Юэ, и подбежала к ним.

Она заметила бланк для регистрации на столе Лу Синцы, где за именами Лу Синцы, Чэнь Юэ и Чжоу Синчэня следовало по меньшей мере одно соревнование.

Увидев ее, Чжоу Синчэнь погладил девушку по голове:

- Подожди минутку, Гу Ли. Мы только обсудим, кто побежит в эстафете, а затем пойдем ужинать.

Гу Ли пару раз хмыкнула. Чэнь Юэ понаблюдал за любовью этой маленькой парочки и, невольно улыбнувшись, спросил:

- Когда вы в последний раз поссорились, кто попросил прощения первым?

Чжоу Синчэнь:

- Я.

Гу Ли:

- Он.

Их ответы прозвучали одновременно. Чжоу Синчэнь добавил:

- Я бы даже к ее руке притронуться не смог, если бы не стал ее умасливать. У меня на руке кожа зудела все эти дни.

На лице Гу Ли отразилось смиренное выражение:

- Эта метафора слегка отвратительна.

Чжоу Синчэнь:

- ...

Гу Ли перевела взгляд, посмотрев на человека, который до сих пор ничего не сказал, и нежно спросила:

- Брат Лу, вчера кто-нибудь фотографировался с тобой?

Лу Синцы написал под своим именем забег на 800 метров, после чего посмотрел на нее и кивнул.

Чэнь Юэ это показалось немного странным:

- Как ты узнала?

Гу Ли:

- У Омег И Чжуна есть своя группа. Я видела фото в групповом чате. И что же за парень сфотографировался вместе с братом Ли?

Гу Ли ни словом не обмолвилась о безумных домыслах о том, какой такой везучей сестрице посчастливилось сфотографироваться с школьным кумиром, и о том, как вся группа через силу, со слезами на глазах выражала ей свои поздравления.

Чэнь Юэ совершенно не понимал, что было у нее на уме, поэтому небрежно ответил:

- Дуань Цзя Янь.

Гу Ли:

- !!!

Положив руку на грудь, Гу Ли постаралась держать себя в руках:

- Могу я взглянуть на ту фотографию?

- Она на телефоне собаки Лу. Он покажет тебе, - закончил Чэнь Юэ, только тогда посмотрев на Лу Синци, будто требуя подтверждения своим словам. - Ты ведь ее не удалил?

Лу Синцы отыскал в фотоальбоме нужную фотографию и передал ей телефон.

Гу Ли:

- О, Небеса, а-а-а-а-ах...

"Какая красивая свадебная фотография!"

Она использовала всю свою выдержку, чтобы не выкрикнуть в лицо Лу Синцы: "Какая красивая пара!"

Способность не выдавать себя перед господином - базовый навык фаната любой CP (couple - парочки).

Но Гу Ли оказалась больше не в состоянии сохранять на лице невозмутимое выражение: уголки ее рта приподнялись в улыбке, а глаза загорелись от предвкушения:

- Брат Лу, можешь переслать мне эту фотографию?

Чжоу Синчэнь мигом насторожился:

- Тебе-то она зачем?

Гу Ли:

- Я - поклонница брата Лу и Дуань Цзя Яня, и мне нравится видеть их вместе.

Чжоу Синчэнь:

- ...Брат Лу, не отправляй ее ей. Она вообще думает обо мне?

Гу Ли уже собиралась что-то ответить, когда кое-кто вошел в класс.

Это был высокий и стройный парень со светло-коричневыми волосами и радужками, подобными прозрачному янтарю.

При себе у него был баскетбольный мяч, а на стройной белой руке красовался защитный браслет. Дуань Цзя Янь направился прямиком к своей парте и взял с нее свой телефон.

Гу Ли переводила взгляд с Дуань Цзя Яня на Лу Синцы и обратно. И чем больше она смотрела на них, тем более приподнятым становилось ее настроение.

Эти двое парней прекрасно подходили друг другу.

- Дуань Цзя Янь, - неожиданно заговорил Лу Синцы, - ты будешь участвовать в эстафете?

Дуань Цзя Янь обернулся:

- А кто уже записался?

- Чэнь Юэ и я. Нам не хватает еще двоих человек.

Дуань Цзя Янь на миг задумался, а затем согласился:

- Пожалуйста, припиши мое имя.

Он уже собирался было снова уйти, но, не пройдя и пары шагов, остановился и вернулся назад.

Вспомнив кое о чем, он вытащил из своей парты коробку конфет и положил ее на парту Лу Синци.

- Они очень вкусные, - сказал Дуань Цзя Янь, глядя ему прямо в глаза. - Я забыл сказать тебе это раньше: выделенные тобой ключевые моменты здорово мне помогли, спасибо тебе.

После его ухода Гу Ли увидела, как Лу Синцы развернул одну конфетку и положил ее себе в рот. Она на мгновение не сдержалась:

- Свадебные конфеты?

Чжоу Синчэнь почувствовал, что его вот-вот сведет с ума эта девушка:

- Дорогая, прошу, больше не надо так говорить. Ты хоть понимаешь, над кем пытаешься подшутить?

Эта фраза заставила Гу Ли очнуться от наваждения. При виде того, как Лу Синцы с улыбкой смотрит прямо на нее, она содрогнулась и неосознанно захотела перед ним извиниться.

- Не пугай ее, - произнес Лу Синцы, отводя взгляд и посасывая конфетку во рту. - Все в порядке, не переживай.

Конфетка оставила у него во рту чистый и легкий ягодный вкус. Благодаря мяте конфета оставляла приятный холодок на кончике языка.

Она была со вкусом клубники.

Глава 16. Спортивный фестиваль

Заявление на проживание в общежитии, поданное Дуань Цзя Янем, очень быстро одобрили. Сун И и Шэнь Чиле помогли ему переехать туда накануне спортивного фестиваля.

У него хватало вещей, а комната располагалась на шестом этаже. Если бы не помощь друзей, Дуань Цзя Янь подумал бы, что здесь и встретит свой бесславный конец, таская гору своего багажа.

Кроме Сун И, в комнате 601 больше никто не жил. После переезда туда Дуань Цзя Яня, это место словно превратилось в пространство для них двоих. Шэнь Чиле с улыбкой спросил:

- Вы решили съехаться и стать парочкой?

- Пусть Дуань Цзя Янь и хорошо выглядит, этот парень не любит Омег, - рассмеялся Сун И.

Дуань Цзя Янь:

- Ты и сам можешь подать заявление на проживание в общежитии. Я не буду в обиде, если ты своим присутствием разбавишь наш мирок для двоих.

- Забудь, моя сестра, скорей всего, будет против. Эта малышка становится ужасно раздражающей, принимаясь шуметь, - сказал Шэнь Чиле, ставя принесенный чемодан возле двери. - Я оставлю твой чемодан на полу, - сказав это, он размял запястья, но ему никак не удавалось выбросить из головы чемодан Дуань Цзя Яня. - Ты что, в свой чемодан оружия напихал? Он слишком тяжелый.

- Не спрашивай, а если спрашиваешь, значит, силенок у тебя маловато, - даже не оборачиваясь, отозвался Дуань Цзя Янь.

Шэнь Чиле:

- ...

Во всех комнатах общежития кровати располагались над письменными столами. Сун И забрался на кровать:

- Шэнь Чиле, подай мне простынку со стула.

Шэнь Чиле приподнял бровь, чувствуя, что этот молодой господин Дуань Цзя Янь неплохо устроился:

- Ты и постель застилать ему помогаешь?

Сун И:

- До этого я попросил у него фотку старосты класса. В обмен я согласился помочь ему застелить кровать.

Шэнь Чиле:

- ...

Шэнь Чиле:

- Уже больше года прошло, а ты по-прежнему мечтаешь о Лу Синцы? Сдавайся скорей, только из мечтающих о нем симпатичных девчонок можно выстроить очередь от самой школы Ичжун до центра города. Твоя позиция в этом рейтинге не особенно высока.

Сун И:

- Я всего лишь любуюсь. Наслаждаюсь красотой. И даже если моя позиция в рейтинге невысока, есть те, у кого она куда выше.

Шэнь Чиле:

- О чем это ты?

Сун И дернул подбородком, указав на Дуань Цзя Яня:

- Что ж, у него на теле до сих пор стоит метка старосты класса.

- ...Мой сын??? Моего сына пометили?! - изумился Шэнь Чиле.

Дуань Цзя Янь:

- Поправочка, твоего отца.

Шэнь Чиле:

- Черт, этот Лу Синцы что, совсем без царя в голове? Разве он не может просто поиграться с тем, с кем захочет? Зачем ему понадобилось взваливать такую головную боль себе на спину?!

Сун И:

- ...

Дуань Цзя Янь:

- ...

Дуань Цзя Янь с трудом задушил в себе желание поколотить его:

- У меня стрессовое расстройство. Как оказалось, у нас с ним высокая совместимость. Он всего лишь помогает мне излечиться от этой болезни. Да и что со мной не так? Неужто я могу убить его или что-то типа того?

Не успевший прийти в себя Шэнь Чиле невольно выпалил правду:

- Ты выглядишь так, будто тебя совсем не заботит собственная семья.

Сун И:

- Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Дуань Цзя Янь:

- ...

Теперь уже Дуань Цзя Янь просто не выдержал и пнул его по икре.

Какое-то время спустя Шэнь Чиле отставил шутки в сторону и, с более-менее серьезным выражением на лице посмотрев на него, наполовину серьезно спросил:

-  А ты точно уверен, что он больше ничего для тебя не значит?

Альфа никогда не стал бы с бухты-барахты ставить метку на кого-нибудь Омегу. И даже если не по любви, он точно не будет испытывать неприязни по отношению к этому человеку.

Более того, Лу Синцы совершенно не походил на человека, способного поставить кому-нибудь метку ради любезности, лишь потому, что его одноклассник пострадал от стрессового расстройства.

"Но он все же помог Дуань Цзя Яню. И мне кажется, что он сделал это не из сочувствия, а по собственному желанию. А если это действительно так..."

"Это может стать немалой проблемой".

Сун И озвучил его мысли:

- На самом деле мне тоже кажется, что это не похоже на старосту класса. Только взгляни на то, как он отказывает всем вокруг, и чтобы он внезапно смягчился...

На лице Шэнь Чиле появилось столь редкое для него серьезное выражение:

- Верно, не связывайся с ним, разрыв между вами слишком велик. И будь осторожен, иначе и не заметишь, как он дочиста обглодает все твои кости.

- Вы оба слишком много себе напридумывали, - без всякого выражения на лице отозвался Дуань Цзя Янь. - Вы хоть знаете, с каким с трудом я заполучил эту метку? Мне его своим "отцом" пришлось назвать.

Сун И и Шэнь Чиле на мгновение переглянулись друг с другом.

А затем дико расхохотались.

Этим вечером перед сном Дуань Цзя Яню в WeChat пришло сообщение от Фу Юань.

Фу Юань спрашивала его, хорошо ли он устроился в общежитии, а заодно сообщала, что Хэ Юньшэня выписали из больницы. Услышав, что сегодня его брат переезжает в общежитие, он захотел помочь ему, и дяде Хэ пришлось здорово постараться, чтобы остановить мальчика.

Прочитав это, Дуань Цзя Янь подумал, что Хэ Юньшэн - довольно милый ребенок. Он сфотографировал свое общежитие и отправил фотографию Фу Юань.

На следующий день начинался спортивный фестиваль, и Дуань Цзя Яня разбудило вещание школьного радио.

Дуань Цзя Янь впервые ночевал в общежитии, а его кровать оказалась куда меньше, чем дома. Ему было несколько неудобно, поэтому он уснул только под утро.

Прозвучавший по радио голос директора Цзян сочился энтузиазмом:

- Ученики, в этот прохладный и свежий осенний сезон мы рады поприветствовать открытие восьмидесятого спортивного фестиваля школы Ичжун!

Пребывающий в сонном оцепенении Дуань Цзя Янь пробормотал:

- Сун И, это твой будильник звонит? Скорей отключи его.

Сун И уже успел встать с постели:

- Проснись, это трансляция, которая передается по радио.

Дуань Цзя Янь:

- Ты такой нарцисс, у тебя даже вместо будильника записан собственный голос.

Больше не в силах этого выносить, Сун И во весь голос прокричал ему в ухо:

- Предок! Вставай! Сегодня нельзя опаздывать!

Дуань Цзя Яня ошеломил этот рев, и до него внезапно дошло, что это совсем не будильник. А тем временем директор по радио продолжал весьма красноречиво вещать, пока его голос звенел от эмоций:

- Спортивный фестиваль не верит слезам, но, выложившись на полную, вы сможете сотворить чудо...

Дуань Цзя Янь пробудился ото сна, но его глаза по-прежнему оставались ужасно сонными. Он потер виски:

- Если он продолжит это вещать, то я расплачусь прямо здесь и сейчас, в общежитии, в собственной спальне.

Подгоняемый Сун И Дуань Цзя Янь медленно спустился с кровати. Они чуть опоздали, и большая часть учеников уже стояла на площадке, выстроившись в шеренги. Руководство школы толкало речи, одну за другой.

Директор, заместитель директора, представители судейской бригады...

От речей, которые следовали волна за волной, у Дуань Цзя Яня уши едва в трубочки не свернулись. Он уже собирался сладко зевнуть, когда вокруг поднялся восторженный гам.

Настала очередь представителей учеников.

У поднявшегося на трибуну парня было привлекательное лицо, а узкие черные брюки и белая рубашка делали его еще более высоким и стройным.

Представителем десятого класса был Лу Синцы. В соответствии с требованиями, представители должны были одеться официально. Черно-белая гамма в одежде придавала человеку вид опрятный и чистоплотный.

Сун И потянул Дуань Цзя Яня:

- Если я сегодня помру на площадке, то меня наверняка убил наповал староста класса!

Дуань Цзя Яню настолько хотелось спать, что у него слезились глаза:

- Нет уж, ты помрешь от тоски.

Сун И:

- ...

Лу Синцы поднял микрофон, и Дуань Цзя Янь увидел, как стоящая сразу за ним девушка из девятого с приоткрытым ртом и широко распахнутыми глазами вытаскивает свой мобильник и включает запись видео.

Из динамиков раздался голос Лу Синцы:

- Всем привет. Однокашники и учителя. В этом осеннем сезоне мы открываем восьмидесятый спортивный фестиваль старшей школы Ичжун. Спортивный фестиваль не верит слезам, но, выложившись на полную, вы сможете довести своего противника до слез...

Дуань Цзя Яню показалось, что эти несколько слов прозвучали как-то знакомо. Стоило ему послушать еще, как до него внезапно дошло:

- Его речь, он что, списал ее с речи старины Цзяна, которую тот толкал поутру? Он так злобно ее изменил.

Сун И:

- Так прекрасен, так прекрасен, так прекрасен!

Дуань Цзя Янь:

- ...

- Неважно, какой нас ждет результат, этот двухдневный спортивный фестиваль останется замечательным воспоминанием о наших школьных деньках. В первую очередь дружба, во вторую - соперничество. Я надеюсь, что в последующих за этим состязаниях все выложатся на полную и покажут свои лучшие результаты.

Речь Лу Синцы оказалась очень короткой, но вдохновляющей.

Но крики, раздавшиеся после нее, едва не перевернули вверх дном стадион школы Ичжун. Дуань Цзя Янь даже неотчетливо разобрал, как кто-то прокричал: "Я люблю тебя!"

Словно на чертовом концерте какой-нибудь знаменитости.

После того как Лу Синцы покинул трибуну, Сун И взглянул на большой экран и с огромным интересом сказал:

- Началось предваряющее состязания шоу.

Дуань Цзя Янь промычал в ответ, пытаясь собрать в себе хоть немного энергии.

Это шоу было уникальной традицией спортивного фестиваля средней школы Ичжун. В соответствии с изначальной задумкой, ученики должны были хвалить и подбадривать друг друга. Однако неизвестно, когда это началось, но во время интервью кое-какие классы, затаившие немалую обиду, любили обмениваться друг с другом вызывающими посланиями. В итоге вместо гармоничного подбадривания это превратилось в шоу, где классы взаимно высмеивали друг друга.

Что ж, подобные конфликты перед состязаниями тоже могли повысить моральный дух и сплоченность в классах. Поэтому, пока ученики не переходили черту, учителя тоже веселились, наблюдая за этой суматохой.

Настроение в первых выступающих классах оказалось еще ничего, и их ответы были наподобие "соревнования, в которых мы наиболее уверены в своих силах...", "самые многообещающие спортсмены..." вместе с высказываниями на прочие гармоничные темы.

Но, стоило дойти до спортивного класса, как стиль резко переменился.

- В прошлый раз, играя в баскетбол, я проиграл десятому классу. На этот раз я собираюсь дать им понять, что наш класс просто чуть хуже играет в баскетбол, - улыбка на лице Хэй Пи свидетельствовала о его уверенности в себе. - Наш класс занял первое место на первом году старшей школы. Теперь мы не менее уверенно отодвинем на второе место десятый класс.

Камера повернулась.

И сфокусировалась на лице Лу Синцы.

Тот самый парень, который только что призывал ставить на первое место дружбу, а на второе - соперничество, на камеру показал себя с совершенно иной стороны.

Дуань Цзя Янь совершенно отчетливо увидел, как после выпадов Хэй Пи уголки его губ чуть приподнялись, демонстрируя легкую усмешку.

Такую прекрасную и шутливую, но вовсе не миролюбивую.

- Уверенность в себе - хорошая штука, но после того баскетбольного матча именно им пришлось склонить головы. И если сегодня им так и не удастся их поднять, то, я надеюсь, они не расплачутся прямо на стадионе, - Лу Синцы замолчал, жестом показав, чтобы камера двигалась к следующему человеку, и добавил: - Дуань Цзя Янь, прекрати пинать мою парту, что ты там хочешь сказать?

Изначально девушка, которая брала интервью, нацелилась на Дуань Цзя Яня. В конце концов, интервью с ним вышло бы куда интереснее. Однако из-за громкой славы этого школьного тирана она немножко опасалась к нему подходить. Теперь же, получив возможность, она мигом направила камеру на него.

- Что же хочет сказать Дуань Цзя Янь?

- Что ты слишком чувствительный, я вообще случайно ее ногой задел... - пробормотал Дуань Цзя Янь. Но, посмотрев на наполненное предвкушением лицо девушки, он понял, что если ничего не скажет, то не оправдает ожиданий.

Поразмыслив, Дуань Цзя Янь произнес:

- Наш классный руководитель сказала, что если мы победим, она пригласит нас на ужин, - взгляд Дуань Цзя Яня устремился прямо в камеру, при этом на его лице по-прежнему красовалось сонное выражение. Когда он медленно заговорил, в его голосе послышалась естественная для него провокация: - Госпожа Чжао, я хочу пость в Хайдилао (1).

Видео на миг застыло на его лице, а затем резко остановилось.

А весь десятый класс содрогнулся от дикого смеха:

- Святые ежики! Ха-ха-ха-ха-ха!

- По сравнению с волнами, которые подняли брат Лу и Дуань Цзя Янь, даже насмешка божественного уровня никуда не годится.

- Госпожа Чжао! Я тоже хочу в Хайдилао!

Стоящая перед десятым классом Чжао Миньцзюнь услышала, что они вконец расшумелись, поэтому повернулась и попросила их вести себя тише.

- Тишина! - крикнула Чжао Миньцзюнь, а затем не удержалась и рассмеялась сама. - Если сможете завоевать первое место, то поедите в Хайдилао завтра же вечером.

Стоящая возле нее девушка с легким беспокойством спросила:

- Госпожа Чжао, приз за первое место составляет всего три тысячи юаней. Если наш класс отправится в Хайдилао, разве это не обойдется дороже?

- Мы могли бы снять свою стипендию, - предложила другая девушка. - Там еще немало осталось.

- Не нужно никаких стипендий, - улыбнулась Чжао Миньцзюнь. - Неужели учитель не сможет позволить себе заплатить?

У учителей средней школы Ичжун хватало работы, но и зарплата была весьма достойной.

В действительности такая сумма была сущим пустяком для Чжао Миньцзюнь. Девушка показала язычок и прошептала:

- У нас такой добрый учитель.

После собрания официально стартовали различные соревнования спортивного фестиваля.

В основе спортивного фестиваля средней школы Ичжун лежала система очков. За победу в каждом соревновании участники, занявшие первое, второе и третье места, получали различное количество очков. В итоге класс, заработавший наибольшее их количество, становился чемпионом соревнований.

Дуань Цзя Янь подписался на прыжки в высоту и участие в эстафете. Эстафета была заключительным соревнованием фестиваля. Это означало, что сегодня Дуань Цзя Яню предстояло поучаствовать только в прыжках в высоту.

Пока он разминался, Шэнь Чиле, который тоже участвовал в прыжках в высоту, разогревался возле него. Наблюдающий за тем, как он делал растяжку, Шэнь Чиле внезапно прищурился:

- Эй-эй, не двигайся, у тебя волос на шее.

Дуань Цзя Янь замер на месте, позволив ему убрать волосок, а когда палец Шэнь Чиле дотронулся до его шеи, он ощутил легкий зуд.

Проходивший неподалеку Чэнь Юэ остановился и подтолкнул локтем Лу Синцы:

- Там Дуань Цзя Янь? Он участвует в прыжках в высоту, верно?

Проследив за взглядом Чэнь Юэ, Лу Синцы обернулся.

На площадке для прыжков в высоту стояли двое высоких юношей, причем один из них касался шеи другого.

- Парень, что рядом с ним, кажется, Шэнь Чиле? Кумир четвертого класса, - сказал Чэнь Юэ. - Вот уж не ожидал, что эти двое настолько близки.

Лу Синцы прищурился.. Он долго стоял там, пристально наблюдая за взаимодействием этих двоих.

Шэнь Чиле что-то сказал, и Дуань Цзя Янь, вытянув руку, отвесил юноше подзатыльник. Побитый им высокий Альфа совершенно не рассердился. Напротив, он с усмешкой закинул руку ему на плечо.

Плечом к плечу, спина к спине.

Они выглядели так, будто очень близки.

- Друг, ты чего там застыл? - Чэнь Юэ заметил, что он неподвижно стоит на месте. Он понятия не имел, что на уме у этого парня, поэтому просто напомнил: - Скоро будут проводить перекличку участников в забеге на восемьсот метров. Ты ведь не хочешь пропустить собственное соревнование, верно?

- И не пропущу.

Лу Синцы с небрежным видом отвел взгляд. Неожиданно ему вспомнилось, что временная метка, которую он поставил Дуань Цзя Яню, должна была исчезнуть по прошествии стольких дней.

Если Альфа вот так прикоснется к затылку Омеги, он оставит свой запах на нем.

Запах другого Альфы.

Кончиком языка он провел по верхним зубам, внезапно ощутив, как у него пересохло в горле.

А еще зачесались зубы.

___________________________________________________

1. "Хайдилао"（海底捞）- всемирная сеть ресторанов китайской кухни, специализирующихся на котле хого. Только в Поднебесной заведения этого бренда есть в 72 городах - а это более 300 точек.

Хого - китайский самовар, в котором варят мясо и овощи, имеет два дна и встроенную печь для разогрева.

Глава 17. Забег на три тысячи метров

За исключением Шэнь Чиле, в этой дисциплине у Дуань Цзя Яня не было других конкурентов.

Соревноваться в финале действительно остались только он с Шэнь Чиле.

Внешне они оба были видными парнями. Один из них был школьным тираном, о котором гуляли всевозможные слухи. Посмотреть на них собралась большая толпа, при этом у многих девушек при виде их заблестели глаза.

На последней перекладине Дуань Цзя Янь лишь слегка задел ее, тогда как Шэнь Чиле определенно ее задел.

Разница между победителем и побежденным оказалась совсем мала.

Шэнь Чиле совершенно не возражал ему проиграть. Он даже подошел и закинул ему руку на плечи:

- Мой сын по-прежнему очень силен.

Дуань Цзя Янь от него отмахнулся:

- Отойди от меня. Твои феромоны так и лезут наружу.

Шэнь Чиле:

- Запомни этот аромат. Так пахнет твой папочка.

Дуань Цзя Янь:

- Потеряйся.

Закончив с прыжками в высоту, Дуань Цзя Янь отправился в уборную, чтобы умыться, а затем направился туда, где обосновался десятый класс. Еще не доходя до места, он увидел, что там собралось немало людей.

Похоже, что-то пошло не так.

- В чем дело? - подойдя, спросил Дуань Цзя Янь.

- Чжоу Синчэнь просто брел, играясь на своем телефоне и по неосторожности подвернул ногу, - обеспокоенно ответила девушка, оказавшаяся возле него. - Скорей всего, он не сможет поучаствовать в забеге на три тысячи метров.

Дуань Цзя Янь посмотрел в ту же сторону, куда смотрела она.

Чжоу Синчэнь сидел на стуле, пока Лу Синцы расспрашивал его, пытаясь оценить его состояние. Дуань Цзя Янь увидел, как Чжоу Синчэнь кивнул.

Взгляд Лу Синцы тотчас же омрачился. Ничего не выражающим, монотонным голосом он произнес:

- И как ты собираешься бежать? Все еще надеешься пересечь финишную черту с вывихнутым голеностопным суставом? Если тебе и впрямь такое удастся, то судьям придется вручить тебе особую награду, как калеке, обладающему несгибаемой силой воли.

- ... - все собравшиеся вокруг ученики переживали из-за травмы его ноги. Чжоу Синчэню и так было стыдно, а после того, как его отчитал Лу Синцы, он еще сильней приуныл.

Лу Синцы мгновение пристально смотрел на него, а затем протянул свою руку:

- Давай мне свой номер.

- Не нужно, брат Лу. Ты же только что пробежал забег на восемьсот метров, - Чжоу Синчэнь покачал головой. - Позволь Чэнь Юэ пробежать за меня, и все будет в порядке. Кстати, где он?

- На перекличке по толканию ядра.

- ... - Чжоу Синчэнь на миг замолчал. Он не хотел передавать свой номер Лу Синцы. Увидев это, один парень вызвался добровольцем:

- А что, если побегу я? Однако я бегаю не так быстро, как Чжоу Синчэнь, поэтому на призовое место рассчитывать не придется.

- Забей, брат. С твоей скоростью любой может решить, что это не забег, а соревнование между черепахой и кроликами, - сказал другой парень, подходя, чтобы забрать номер.

- Черепахой? Ты реально считаешь, что бегаешь быстрее меня? А кто в прошлый раз, пробежав тысячу пятьсот метров, желал просто лечь и помереть прямо на стадионе?

- ...

- Я тоже мог бы побежать, но, боюсь, спортивный класс мне не обогнать...

- За забеги на три тысячи и тысячу пятьсот метров дается до пяти очков, верно? Наравне с эстафетой, это самые важные мероприятия на соревнованиях, - увидев, как много они болтают, одна из девушек проанализировала ситуацию с точки зрения логики. - Девушкам из нашего класса определенно не превзойти спортивный класс. Мы просто обязаны выбрать сильного парня для дистанции в три тысячи метров.

- Весь вопрос в том, где нам отыскать этого супермена. До начала забега всего десять минут...

- Я побегу вместо тебя, - Дуань Цзя Янь, зашагав вперед, подошел прямо к Чжоу Синчэню. - Давай мне свой номер.

При виде него у нескольких находящихся здесь девушек загорелись глаза:

- Да, верно. Дуань Цзя Янь сможет выиграть этот забег!

Парни тоже очнулись от своих заблуждений:

- А ведь и правда. Как мы могли забыть о брате Дуане?

Лу Синцы обернулся и взглянул ему в лицо.

При виде него глаза Чжоу Синчэня на какое-то время забегали по сторонам. Разум подсказывал ему, что лучшего выбора, чем отдать свой номер Дуань Цзя Яню, и быть не могло, но его сердцу было нелегко принять помощь этого парня.

- Победителю забега на дистанцию в три тысячи метров достанется 5 очков, за второе место - 3 очка, а за третье - 2, - внезапно с легким намеком на провокацию в глазах заговорил Чжоу Синчэнь. - Если побегу я, то смогу, по крайней мере, занять третье место. А какое место сможешь заполучить ты?

Дуань Цзя Янь лениво поднял на него взгляд:

- Я заберу 5 очков.

- Ты ведь в курсе, что в спортивном классе есть особенный ученик, атлет из провинциальной спортивной команды?

- Выходит, в соревновании будет такой участник? - Дуань Цзя Янь замолчал, глядя на Чжоу Синчэня, все выражение лица которого как будто спрашивало: - "Теперь понимаешь, насколько силен твой противник?", а затем неторопливо продолжил: - Я все равно заберу пять очков.

- ...

Чжоу Синчэнь на миг оторопел. Он оказался просто не в состоянии осознать, как этот парень может быть настолько высокомерным. Стоящий возле него Лу Синцы просто снял с рубашки Чжоу Синчэня значок с номером.

- Подойди, - сказал он Дуань Цзя Яню.

Чжоу Синчэнь почувствовал себя преданным. У него неосознанно вырвалось горькое:

- Брат Лу...

Лу Синцы глянул на него.

Одного этого взгляда хватило, чтобы на корню задушить все остатки сопротивления Чжоу Синчэня. Наблюдавший за этой сценой Дуань Цзя Янь не удержался от смешка и на редкость покорно подошел к Лу Синцы.

Когда ему на грудь прикрепили значок с номером, он обратился к Чжоу Синчэню:

- Извиняй, но твой брат Лу считает меня более надежной кандидатурой.

Чжоу Синчэнь:

- Знаешь, как это называется?

Дуань Цзя Янь:

- Мелким злодеям достаются все почести? Хитрый лис, чтобы добиться своего, использует силу тигра? Неважно, как ты это назовешь, вскоре именно я буду стоять на пьедестале, а ты будешь мне рукоплекать.

Чжоу Синчэнь:

- ...

- Эй, если я помогу тебе занять первое место, разве не должен ты мне тоже с чем-то помочь? - внезапно спросил Дуань Цзя Янь.

Несчастный Чжоу Синчэнь отозвался:

- Я поддержу тебя аплодисментами, разве этого недостаточно?

- Недостаточно, - Дуань Цзя Янь приподнял подбородок. Он знал, что Чжоу Синчэнь недолюбливает его. Получив такую редкую возможность, если он не достанет этого парня, то ни за что не отступит. - Видишь вон ту трибуну? Мне придется попросить тебя написать речь на 800 иероглифов, взяв за основу слова: "Дуань Цзя Янь - самый надежный парень", которую ты будешь изо всех сил кричать оттуда, поддерживая меня.

Чжоу Синчэнь еще никогда не встречал настолько бесстыжего человека. Он все еще стоял с разинутым ртом, когда Лу Синцы поторопил Дуань Цзя Яня:

- Ступай на перекличку. Он напишет речь в твою поддержку чуть позже.

Чжоу Синчэнь:

- Э-э??? А мое мнение здесь никого не волнует???

- А у тебя есть какие-нибудь возражения? - Лу Синцы обернулся к нему, и уголок его рта приподнялся. Его улыбка оказалась слегка угрожающей. - А если и есть, можешь не утруждаться, произнося их.

Под таким взглядом Лу Синцы Чжоу Синчэнь побоялся даже пискнуть. Увидев это, полностью удовлетворенный Дуань Цзя Янь потопал на перекличку.

Когда Дуань Цзя Янь удалился, Чжоу Синчэнь, не удержавшись, спросил:

- Брат Лу, почему ты на его стороне?

Окинув взглядом недоумевающего Чжоу Синчэня, Лу Синцы усмехнулся:

- В следующий раз, если сможешь в целости и сохранности оказаться на стартовой линии, то я не только буду на твоей стороне, но и напишу сочинение на восемьсот иероглифов, чтобы тебя поддержать.

- ...

- Идем. Будешь сочинять кричалку в его поддержку.

- Серьезно? Я думал, что ты согласился, только чтобы задобрить его.

Лу Синцы лениво приподнял бровь и переспросил:

- Задобрить его?

- ...Я сейчас же этим займусь.

Едва прозвучал выстрел, ознаменовавший начало забега на 3 000 метров, как по всему стадиону раздались восторженные выкрики.

Стоящая на трибуне для объявлений Гу Ли, которая отвечала за чтение кричалок, написанных в честь участников соревнований, как раз получила сочинение Чжоу Синчэня. Как и прежде, она принялась читать его приятным, наполненным воодушевлением тоном:

- Проявить слабость во время забега на дистанцию в 3 000 метров то же, что непростительный грех. Но мы всегда можем положиться на Дуань Цзя Яня, потому что он никогда не отступит, совершив преступление против чести и совести.

Чэнь Юэ, который в этот момент держал ядро, едва не уронил его себе на ногу, когда услышал эти слова.

Закончив свой раунд, он подошел к Лу Синцы:

- Что за идиот написал эту речь? У меня чуть ядро из рук не выпало.

- Чжоу Синчэнь.

- ...Он наконец-то свихнулся?

Из динамиков снова полился, отдаваясь во всех закоулках кампуса, голос Гу Ли:

- Одноклассник Дуань Цзя Янь из десятого класса, когда ты стоишь на старте, собираясь бежать на 3 000 метров, в реальность твоей красивой, блистательной фигуры даже сложно поверить! Мне сложно в это поверить, даже если я вижу тебя своими собственными глазами! Как ты оказался на этой грешной земле?!

- ...

- ...

Чэнь Юэ с Лу Синцы переглянулись. Лу Синцы с недоверием спросил:

- Неужто Гу Ли написала это сама?

После двух волн заоблачного превознесения, разнесшихся по всему стадиону, ученики из других классов тоже подтянулись и принялись громко болеть за спортсменов из своих собственных классов.

Под конец забега впереди оказались Дуань Цзя Янь и особый ученик из спортивного класса, тогда как остальные сильно отстали от них. До финиша оставалось еще полтора круга, когда Дуань Цзя Янь почувствовал, как у него утяжелилось дыхание вместе с легкой болью в груди.

Когда до конца остался последний круг Хэй Пи встал на финише и закричал:

- Брат Линь! Вперед! Пусть ты не так красив, как он, разве можно еще и в беге ему проиграть?! Что станет с нашей репутацией, как учеников спортивного класса?!

Дуань Цзя Янь:

- ...

После этого крика особый ученик, на которого возложил все свои надежды спортивный класс, тут же взбодрился и понесся вперед так, словно подошвы его кроссовок намазали маслом.

Увидев, что он сильно ускорился, Дуань Цзя Янь стиснул зубы и тоже начал набирать скорость, едва вспомнил, как невыносимо рисовался перед Чжоу Синчэнем.

Два парня бежали ноздря в ноздрю.

Они бежали настолько быстро, что умудрились на целый круг обогнать всех прочих участников. Дуань Цзя Янь не отставал, вместе с особым учеником из спортивного класса пронесшись мимо третьего бегуна...

Все зрители взревели.

Столь отчаянная борьба у всех на глазах вызвала волнение среди зрителей, и все ученики, присутствующие на стадионе, принялись следить за их напряженным соревнованием. Дуань Цзя Яню еще никогда не приходилось бегать на длинные дистанции на столь высокой скорости. Он просто чувствовал, что его сердце того и гляди взорвется.

Неужели он проиграет?

Особый ученик из спортивного класса оказался чересчур быстр. Они уже пробежали половину стадиона. Но стоило Дуань Цзя Яню подумать о том, какую чудовищно глупую речь он заставил написать Чжоу Синчэня, как он изо всех сил помчался вперед.

Если он проиграет, Чжоу Синчэнь будет три дня, днем и ночью, насмехаться над ним.

"Да ни за что. Здесь нет ни двери, ни чертового окна, чтобы сбежать. Я не собираюсь на всю оставшуюся жизнь становиться посмешищем для этого дурака... Беги-беги-беги, быстрее!"

"Беги быстрее!!! Постарайся, и ты победишь!!!"

Увидев, что расстояние между двумя бегунами становится все меньше и меньше, Сун И, стоя на финишной черте, прокричал:

- Сяо Дуань!

Какой-то парень из десятого класса тоже закричал:

- Школьный тиран!

Даже Чжоу Синчэнь не смог удержаться:

- Дуань Цзя Янь, беги!!! Неужели ты хорош только болтать?!! Одержи победу, и я признаю, что ты очень силен!!!

Бегущий к ним парень покраснел. Обычно он был очень бледен и неизменно привлекал внимание, стоя в толпе.

Он был такой красивой и стройной Омегой. Если бы он просто спокойно стоял на месте, то никто бы не догадался, что перед ним стоит знаменитый школьный тиран.

Но та свирепость, с которой он рвался вперед, невольно поразила нескольких человек, ожидавших на финише. Дуань Цзя Янь выглядел так, будто все поставил на кон. В последние пару секунд он снова резко ускорился и пересек финишную черту.

- Кто? Кто победил?! - Чэнь Юэ подергал за локоть Лу Синцы. - Я не смог толком разглядеть. Не пугай меня!

- Мы победили.

В голосе Лу Синцы прозвучала некая двусмысленность. Внезапно он двинулся вперед. Шэнь Чиле, который находился чуть дальше от финишной черты, увидел, что Дуань Цзя Янь вконец обессилел, поэтому рванул к нему, собираясь ему помочь.

Однако кое-кто оказался на шаг впереди и подхватил Дуань Цзя Яня, который едва не упал на колени.

- Черт!!! Я одержал эту чертову победу?!!

- Бог спустился в мир смертных! И победил, идя против ветра!

- Брат Чжоу, какой слоган у нашего класса?

Чжоу Синчэнь чувствовал себя настолько взволнованным, что без раздумий выпалил:

- Вы всегда можете положиться на Дуань Цзя Яня! Дуань Цзя Янь великолепен!

Совершенно выбившийся из сил Дуань Цзя Янь просто упал в объятия оказавшегося возле него человека.

Аромат лимона.

И свежей зелени.

Он был одновременно чистым и освежающим. Он оказался в окружении феромона, который так ему нравился.

Не удержавшись, он ухватился за рукав Лу Синцы, чей аромат так фатально его привлекал. Лу Синцы совершенно не волновало, что Дуань Цзя Янь залит потом, он просто еще сильнее обнял все еще дрожащего парня.

Стоящая на трибуне Гу Ли, которая наблюдала этим потрясающим соревнованием, теперь стала свидетельницей столь прекрасной сцены и неосознанно воскликнула:

- А-а-ах... Как ми-и-ило...

Ее голос разнесся по всему кампусу, и только когда весь стадион застыл от этого повторяющегося эхом сладкого голоска, Гу Ли пришла в себя.

Она мигом выключила микрофон и быстро сказала ведушему мероприятия, удивленно застывшему возле нее:

- Простите, у меня по руке ползал какой-то жучок.

Ведущий:

- ...

Человек, которого он сжимал в объятиях постепенно перестал дрожать; пальцы, вцепившиеся в его рукав, тоже медленно расслабились. Лу Синцы прикинул, что Дуань Цзя Янь уже должен был прийти в себя и на ухо ему прошептал:

- Не стой на месте. Я пройдусь полкруга по стадиону вместе с тобой.

- Нет, - вяло отозвался Дуань Цзя Янь. - Хочу присесть. У меня вообще сил не осталось.

- Если не пройдешься, у тебя вскоре может начаться головокружение или даже случится шоковая реакция.

- Тогда просто позволь мне отключиться. И не забудь вызвать скорую, - Дуань Цзя Ян расслабил ноги с таким видом, будто готов усесться прямо на беговую дорожку. Лу Синцы не знал, когда этот парень так размяк, будто в его теле вообще не имелось костей. Он мигом подхватил готового упасть Дуань Цзя Яня, закинул его руку себе на плечи и заставил идти вперед.

Ослабевший Дуань Цзя Янь, навалившись ему на плечо, протянул:

- Лу Синцы, отпусти.

Он даже похлопал Лу Синцы по плечу, но был настолько слаб, что это больше походило на ласковое царапанье:

- Если я сделаю еще хоть шаг, мои ноги сломаются. Готов ли ты ответить за это?

- Не сломаются.

- Уже сломались.

- Тогда пусть ломаются. Вот пройдем полкруга, и я верну тебя обратно.

Дуань Цзя Янь возмутился:

- Какой смысл вести меня назад со сломанными ногами? Это вообще-то неприятно.

Лу Синцы ничего не мог поделать с таким Дуань Цзя Янем. Ведя его вперед, он краем глаза посмотрел на него и непринужденным тоном заговорил:

- Хочешь почувствовать нечто приятное?

"Слишком близко".

Когда он это произнес, Дуань Цзя Янь практически ощутил, как перекатывается его адамово яблоко.

- Я позволю тебе... - Дуань Цзя Янь резко остановился на месте, вдруг осознав, что все как-то неправильно. - Ты что, пытаешься мной воспользоваться?

Изначально Чэнь Юэ пришел, чтобы принести им попить чего-нибудь для восстановления сахара в крови. Услышав это, он сунул бутылочку в руку Лу Синцы и рассмеялся:

- Продолжайте-продолжайте. Не стану вам мешать.

- Скорей, - Дуань Цзя Янь похлопал Лу Синцы по плечу и властным тоном распорядился, - открой ее для меня. Мне ужасно хочется пить.

Чжоу Синчэнь изначально подошел, собираясь принести свои поздравления. Но, увидев это, застыл, ошеломленно посмотрев на Чэнь Юэ.

В этом мире действительно существовал человек, которому хватало смелости приказывать Лу Синцы?

Чэнь Юэ пожал плечами, давая понять, что и сам не вполне понимает, что происходит.

Дуань Цзя Янь забрал открытую бутылочку из рук Лу Синцы. Мигом вызорив ее, он, сжимая опустевшую бутылочку в своей руке, продолжил наслаждаться феромоном Ли Синцы.

- Эй, Лу Синцы, - Дуань Цзя Янь внезапно окликнул его.

Так как ему было очень комфортно, Дуань Цзя Янь снова повис на нем, а теперь и вовсе еще ближе прильнул.

Выдохнув ему в ухо, он неосознанно облизнул губы:

- Я потрясающий?

Звук, с которым он облизнул губы, совершенно отчетливо уловил слух Лу Синцы.

Пот, жара и слегка разлившийся в воздухе феромон, принадлежащий Омеге...

Это был цветочный аромат, сводящий с ума.

Лу Синцы казалось, будто он очутился в поле цветов, а в следующий миг все эти цветы расцвели у него на глазах.

- Ты потрясающий, - Ли Синцы опустил взгляд. Взглянув на белокожее лицо Дуань Цзя Яня, с которого уже успел сойти весь румянец, он медленно произнес: - Никто не способен тебя превзойти.

Страница книги Я люблю твои феромоны в интернете

Table of Contents

Глава 1. Церемония поднятия флага

Глава 2. Провокация

Глава 3. Мужской туалет

Глава 4. Схватка

Глава 5. В учительской

Глава 6. Играя в баскетбол

Глава 7. Угроза

Глава 8. Больница

Глава 9. Стрессовое расстройство

Глава 10. Школьная форма

Глава 11. Фруктовый чай

Глава 12. Обучение

Глава 13. Ежемесячный экзамен

Глава 14. Ямочки на щеках

Глава 15. Клубничные конфеты

Глава 16. Спортивный фестиваль

Глава 17. Забег на три тысячи метров

О книге