Глава 1

В течение нескольких дней царила невыносимая жара. Телевизионные новости неутомимо вещали о погоде. Когда я прокручивал в голове свою жизнь в Сеуле, туманные воспоминания были лишь об охватывающем меня зное, от которого я задыхался. Если бы мне предложили назвать одно преимущество жизни здесь, то это то, что мне больше не приходится терпеть истощающую как физически, так и эмоционально жару.

Пока я бездельничал, мой отец продолжал наводить суету в комнате. Хотя он и не славился спокойствием, но сегодня в воздухе витало особое чувство волнения.

— Это так здорово?

— Абсолютно!

Сегодня день, когда сбылась давняя мечта моего отца. Друг, которого он знает уже 20 лет, наконец решил приехать к нам в гости. Благодаря редким видеозвонкам, инициированным моим отцом, я уже был знаком с этим джентльменом и его семьей. В целом его можно описать тремя словами: американец, предприниматель и любитель путешествий. Он был крупного телосложения, веселым и свободным духом, поэтому я не ощущал никакого барьера в общении, несмотря на то, что он просто незнакомый иностранец. Мой отец и этот мистер поженились в одном году, вместе воспитывали сыновей и трагически потеряли своих жен в тот же год. Несмотря на значительное географическое расстояние, требующее пересечь половину земного шара для встречи, их связь являлась совершенно уникальной.

Хотя количество раз, когда они на самом деле встречались, было настолько небольшим, что я мог пересчитать по пальцам одной руки, я в некоторой степени понимал их близость благодаря историям, которые мой отец рассказывал об их приключениях.

— Мистер занят?

— Да, у него есть работа в компании, поэтому он будет здесь через два дня.

Папа постучал по земле, чтобы поправить мятые кроссовки. Следуя за ним наружу, я медленно двинулся вперед.

— Зачем выходить? Просто оставайся внутри

— Это просто жест гостеприимства

Итак, сегодня первым, кто посетит наш дом, будет его сын Эйден.

Несмотря на то, что мы ровесники, наши жизни были настолько разными, что мы вряд ли найдем общий язык. Родившись в богатой семье, он легко оказался в светском обществе. А благодаря хорошей физической форме, он пользовался популярностью как звезда школьного американского футбола. То, что он сын мистера, вызывало во мне некоторую зависть, но поскольку мы находились в абсолютно разных мирах, это гадкое чувство не пустило во мне корни. Однажды, просматривая его социальные сети, я не смог удержаться от восхищения и воскликнул: «Ууух ты!».

На фотографиях его всегда окружали разные люди, и просто глядя на энергетику, исходящую от его лица, я подумал, что он хороший парень. Эйден посетил Корею с дядей только один раз, десять лет назад. Я не мог воссоздать наше первое знакомство в голове, так как в то время лежал в больнице с пневмонией. Воспоминания оставались размытыми, а отыскать в памяти короткий миг встречи с отцом и сыном в больнице было ещё труднее.

Наши отношения крайне неопределенные, где-то между знанием и незнанием. Тем не менее, втайне я с нетерпением ждал визита Эйдена. Мысль о новом, возможном друге делала меня странным образом счастливым, и я нервно ожидал его прибытия до такой степени, что вчера не мог уснуть до поздней ночи.

«Иди в дом, поездка туда-обратно займет около двух часов. Ты будешь в порядке один?» - сказал папа, забираясь в однотонный грузовик, припаркованный снаружи. В его голосе прозвучало странное беспокойство, когда он добавил:

— Жди спокойно, и давай без происшествий

Я ответил с беспечным выражением лица: «Даже если ты вернешься через два дня, ничего не случится, верно?»

— И всё же. Не бегай и не делай ничего безрассудного только потому, что ты рад встречи с гостем.

Не было причин радоваться до надрыва, ведь я уже не ребенок.

Я просто изящно кивнул, понимая его обеспокоенность.

— Если что-нибудь случится, позвони мне

— Не волнуйся, просто поспеши. На дворе жара, и не стоит заставлять гостя ждать.

Оговоренным местом встречи стал городской автовокзал, находящийся на значительном расстоянии от леса. Папа посмотрел на наручные часы, вздохнул и завел двигатель. Я неторопливо вернулся назад и устроился на крыльце. Папа, наблюдая за мной, снял ручник. Синий грузовик, потертый от частых поездок, из-за царапин выглядел старше своего оригинального года выпуска.

«Счастливого пути!» - Я помахал рукой, притворяясь веселым, а папа от души рассмеялся. Я до самого конца не мог отделаться от лакского взгляда отца, некоторое время наблюдая за уезжающим вдаль грузовиком.

Даже в середине лета дул удивительно прохладный ветерок, словно кто-то махал веером. Ветер, создавая рябь на  воде, продолжал трепать мои волосы. Сделав неглубокий вдох и выдох, я лег спиной на холодный пол. Прошло целых четыре года с тех пор, как я поселился здесь. Из-за того, что мои легкие не выдерживают резкого воздуха Сеула, мы с папой оказались в ловушке из деревьев и живём тут одни вот уже четвертый год.

Дом представляет собой отреставрированную заброшенную церковь. Это отдаленный район, а до ближайшей деревни тридцать минут езды, до города - целый час. Я не знал, как правильно назвать это место. И просто нарёк его «лесом».

Уникальное пространство, ставшее для меня небольшим миром и хранившее мою юность. Это…это моё всё.

Глава 2

Как и сказал мой отец, примерно через два часа издалека раздался знакомый звук. Грузовик, переехав по шаткому мосту через обширную реку, вскоре ушёл в глубь леса. Солнечный свет рассеялся по мелко раздробленной земле, когда две незнакомые ноги коснулись поверхности. Наблюдая за тем, как ноги отца присоединились к этой сцене, я плавно поднялся из своего удобного положения. Двигаться медленно не являлось чем-то намеренным, скорее, мое тело, растянувшееся на крыльце, не торопилось шевелиться.

Меня сразу встретили необычайно изумрудные глаза, излучающие неведомый мне ранее оттенок. Цвет был настолько уникальным, что мой взгляд невольно оказался прикованным к нему, как будто я никогда раньше не видел ничего подобного.

—  Привет

Его низкий, мягкий голос едва щекотал уши. Мы обменялись рукопожатиями, а внимательно рассмотрел аккуратно подстриженные ногти и крепкие руки, неожиданно протянувшиеся ко мне.

—  Привет

Из-за моего неловкого приветствия губы Эйдена приоткрылись, даря ободряюще открытую улыбку. Встреча с тем, кого я видел лишь на маленьком экране вблизи, показалась мне удивительной. Он был выше, чем ожидалось, и имел сильное тело. Он выглядел даже несколько устрашающим, из-за чего сложно поверить, что мы с ним одного возраста. Будучи выше 177 см, я чувствовал себя растерянно, смотря на него снизу вверх: его слегка взлохмаченные каштановые волосы, загорелая кожа, длинная и крепкая на вид шея и широкие плечи. Боясь, что мой прямой взгляд может показаться невежливым, я быстро отвел глаза, побудив его снова раскрыть губы: «Я много слышал о тебе».

— От твоего отца? Или моего?

Он обернулся, посмотрев на отца, и заговорил: «От дяди».

Обидно, что папа обсуждал мою историю. Я вцепился в него глазами, выражая недовольство.

«Оой,ой, ой, я ничего не рассказывал. Они и так всё знают, да?» - лукаво ответил отец. Я не принял слова папы за чистую монету, но и не обратил на них особого внимания, поскольку Эйден мог всё узнать непосредственно от своего отца. То, что я находился здесь из-за болезни, невозможно было скрыть, даже если бы я захотел. Я отвел взгляд от папы и снова посмотрела на парня.

«Эйден» - имя, которое слетело с его языка, застряло у меня в ушах.

— Я…

«Чон Совон, не так ли?» - его корейский был исключительно чистым. Хотя его мама и была кореянкой, но Эйден всё-таки жил и рос в США, что заставило меня ожидать плохого произношения. Да и во время наших звонков он вёл себя по-особенному тихо, отчего и сложилось подобное мнение. А имя, которое он произнес, звучало точно и не нуждалось в исправлении. Я кивнул в знак согласия. Как ни странно, Эйден не проявлял по отношению ко мне никаких признаков осторожности. Волнение от ожидания резко угасло, оставив лишь мою неуклюжесть.

«Я зайду в дом первым, так что коротко поприветствуйте друг друга и входите», - сказал папа, посмотрев на нас с теплотой. Мне стало неловко, когда Эйден уловил момент, как папа дважды ласково погладил меня по голове. Взглянув на уходящего в дом отца, я тихо покашлял, пытаясь скрыть своё смущение. Тишина беспокоила меня, поэтому я заставил себя задать вопрос.

— Было трудно добраться сюда?

«Нет», - ответил Эйден, какое-то время просто наблюдая за мной. Ветер игриво взъерошил мои волосы, отбрасывая каштановые оттенки на загадочный изумруд его глаз, в которых отражался и я сам. Почему ты так на меня смотришь? Возможно, он тоже был несколько удивлен и так же, как и я, испытывает незнакомое чувство. Встреча с кем-то в первый раз, особенно если ты смутно помнишь его лицо, является чем-то непривычным. Меня накрыло новыми и неизведанными ощущениями, ведь он обладал своеобразной внешностью, которая сочетала в себе как знакомое, так и не знакомое. Возможно, это связано с тем, что он метис. Думаю, и сам Эйден разделял мои чувства, ведь до этого ему особо-то и не встречались корейцы, и мой внешний вид был для него в новинку.

Я задал вопрос, который каждый кореец не проигнорировал бы.

— Ты голоден?

Он наклонил голову и ответил: «Еще нет, хотя уже три часа дня». Он добавил, посмотрев на наручные часы. Положив свою большую руку на живот, он улыбнулся, словно желая меня успокоить. Только тогда я заметил огромный рюкзак, опирающийся на его плечи, заставив меня понять, что я причинил неудобства кому-то очень уставшему.

— О, наверное, было бы неплохо сначала отнести рюкзак. И…

Стоит ли мне показать ему дом? Или лучше предложить вздремнуть? Возможно, он устал из-за смены часовых поясов? Поскольку я редко с кем общался и имел небольшое количество друзей, в размере одного человека, существование Эйдена было для меня, как невыполненное домашнее задание, которое я не знал, как решить. Неуклюже стоя, я обдумывал свои действия, а Эйден молча наблюдал, прежде чем двинуться вперед. Он оставил рюкзак на крыльце, и пока он разминал свои уставшие плечи, я подошёл к нему. Белая рубашка, в которой было достаточно места для того, чтобы разместить с комфортом двоих меня, плавно прилегала к его телу и слегка шуршала по мере движения рук. Несмотря на то, что он наслаждался прохладой от кондиционера в машине, Эйден, вероятно, мучился от жары.

— Здесь даже летом относительно прохладно. Зайдём внутрь, должно стать легче.

Эйден посмотрел на освежающий поток листьев. Если в густом лесу расположится город, едва ли можно будет почувствовать тепло, исходящее от раскаленного асфальта.

— Выглядит немного иначе, чем на фотографиях

— Насколько?

— Думаю, что скучно точно не будет

— А ты ожидал, что будет скучно?

Вспомнив свою монотонную, повседневную жизнь, я скрестил руки на груди, как будто соглашаясь. Но Эйден спросил в ответ, как будто он не имел в виду что-то подобное: «А тебе тут скучно?».

— Хмм…Иногда действительно становится уныло

Я хотел, чтобы он больше походил на моего отца и открыто общался с другими. Однако, будь это его врожденная особенность или нежелание раскрываться, он оставался немногословным. Несмотря на то, что он способен привлечь внимание, находясь в любом месте, словно главный герой под прожекторами, он вел себя достаточно сдержанно.

Раздались звуки тишины, а проводить время таким образом лицом к лицу стало похоже на пытку. Подумав, что стоит воспользоваться помощью отца, я сменил тему.

— Может, зайдем?

Как раз в тот момент, когда я собирался взять на себя инициативу и двинуться вперед, он схватил меня за руку, как будто останавливая.

— Что такое?

Ожидая ответа, я задавался вопросом, нужно ли ему что-нибудь еще. А Эйден ответил лишь молчанием. Я был настолько занят мыслительными процессами, что не заметил, как он обнял меня всем телом и произнёс: «Я скучал по тебе». Когда его прикосновение ненадолго задержалось, я испытал небольшое покалывание в позвоночнике, а мое тело практически отпрянуло от него без сопротивления. Эйден нежно сжал мои плечи, встретившись со мной взглядом. Удивительно, что он скучал, ведь мы не настолько близки. Мистер же специально втягивал его в разговор, а единственным смутным воспоминанием стало вынужденное приветствия через экран.

Я трактовал его действия, как обычное приветствие, принятое в Америке, не придав его поступку какого-то особого значения. Мое тело напряглось от незнакомого физического контакта. Я почувствовал мимолетное ощущение исходящего от него тепла, граничащее с жаром. Беспокоясь о его возможном дискомфорте, я решил как можно скорее войти в дом и включить кондиционер. Взглянув на рюкзак на земле, я заговорил несколько нерешительным тоном: «Давай я возьму твой багаж».

Эйден, вероятно, уже знал о моей болезни, так что тонкого намёка было достаточно.

«Все нормально, я сам», - c этими словами он без особых усилий снова поднял рюкзак. Уверенно шагая, он подбежал к входной двери, как будто бывал тут раньше. А я, суетливо пройдя мимо Эйдена, быстро открыл входную дверь. Я думал, что будет уместно проявить вежливость к гостю как хозяин. Прислонившись к двери спиной, как будто придерживая, я хотел пропустить Эйдена вперед. Кажется, он заметил, что мне трудно дышать.

— Иди первым

— Нет, ты.

Возникла неожиданная конкуренция. Мое телосложение и физическое состояние указывали на то, что я достаточно слаб. Но именно Эйден сейчас нес тяжелый багаж. Хотя наша связь еще оставалась незначительной, я пойду на любые уступки ради нашей зарождающейся дружбы.

— Заходи первым

Однако Эйден оказался более упрямым, чем я ожидал. Твердый, как скала, он стоял на своем, и, учитывая его крепкое телосложение, мне не удастся легко подтолкнуть его. После нескольких мгновений обмена взглядами я постепенно отошел от двери, не в силах скрыть собственную застенчивость, и двинулся вперед.

В этот момент мой отец выбежал и схватил рюкзак Эйдена, поддразнивая: «Ты взял с собой всё, кроме кухонной раковины». Эйден выглядел смущенным, наблюдая, как мой отец переносит его рюкзак в мою комнату. Он рассказал, что часто путешествует или участвует в походах со своим отцом, поэтому отдает предпочтение рюкзаку, а не чемодану.

— Заходите скорее!

Папа бросился на кухню, когда услышал громкий звук, доносившийся из рисоварки. Сняв обувь, я поговорил с Эйденом, который все еще стоял у входной двери. Моя комната находилась справа от коридора. Эйден последовал за мной, приближаясь к моей комнате.

— Вот, где мы будем проводить время вместе - это моя комната. Эйден, казалось, не мог оторвать глаз от нее, как будто внимательно изучая.

— Тут немного тесно, а остальные комнаты больше похожи на чуланы… но…

— Я не против

В комнате находились только одна кровать, один письменный стол и полупрозрачная занавеска, закрывающая окно, а в углу расстелено толстое одеяло, которое папа привез из города. Это была маленькая, обычная комната, в которой нет ничего особенного. Тем не менее, я обнаружил, что тупо уставился на любопытные глаза Эйдена, осматривающие все вокруг. Благодаря исходящему от него теплу, я почувствовал легкий жар на затылке.

Глава 3

Эйден немного посидел под кондиционером в гостиной, а затем выключил его. Должно быть, он увидел, как я дрожу, потирая руки, и настаивал на том, чтобы я надел его кофту. Несмотря на мои пререкания и сопротивления, он не хотел ничего слышать. Короткая борьба закончилась, когда мой отец позвал нас.

— Ты более упрямый, чем я мог предположить

Я выразился слишком резко, не смотря на то, что это было просто проявлением заботы. Но все-таки я должен оставаться терпеливым и радушным, ведь для Эйдена наш дом все ещё остается чем-то непривычным и новым. Прорываясь сквозь холодный воздух, я направился к обеденному столу. Папа устроил для нас целый пир и гордо ждал нас с довольной улыбкой.

— Как мне вообще съесть столько?

В отличие от меня, который от удивления издал громкий звук, Эйден, казалось, выглядел невозмутимо, небрежно сев за стол. Учитывая его “скромную” жизнь, я не мог не задуматься о том, какую еду он предпочитает.

«Если вы собираетесь заниматься спортом, вам нужно поддерживать свою выносливость, поэтому ничего не оставляйте, а съешьте все!» - убеждал меня отец с блеском в глазах. Судя по его довольному виду, он пытался исполнить свое скрытое желание через Эйдена. Как человек, привыкший есть мало и медленно, я не мог удовлетворить чрезмерный аппетит собственного отца. Скрестив ноги, я поднял палочками небольшой комочек риса. А папа, сидевший рядом со мной, слегка постучал по моей ноге, сигнализируя принять более удобную позу. Эйден, взглянув на меня, слабо улыбнулся. Чувствуя себя непослушным ребенком, я выпрямил слегка сгорбленную спину.

— Спасибо за еду

«Вы часто пробуете блюда корейской кухни в США?» - Прежде чем Эйден успел поднести еду ко рту, мой отец засыпал его вопросами. Он давал короткие, но вдумчивые ответы, например, какая корейская еда ему нравится и сколько риса он обычно ест. Он утверждал, что непривередлив и питается так же, как и другие дети. Не вклиниваясь в беседу, я лишь рассеянно перебирал содержимое тарелки, слушая его ответы только краем уха.

Чапче, пульгоги, блинчики с минтаем, жареные кальмары, набак кимчи, кимчи с зеленым луком, салат, рагу из соевой пасты, рулет из омлета и многое другое - сочетание домашних и праздничных блюд с более чем тремя видами корейской капусты затрудняло принять решения, с чего начать. А глаза разбегались от всего многообразия на столе, я, взяв желтый блинчик, положил его на тарелку перед Эйденом.

«Я приготовил их утром», - уточнил я, хотя все остальные блюда сделал мой отец. Когда я украдкой взглянул на папу, Эйден, не говоря ни слова, кивнул головой. Половинка поджаренного блина, свидетельствовавшая о моих стараниях, плавно исчезла между нежно приподнятыми губами. А я с радостью зачерпнул немного риса в надежде, что мои медленные действия не покажутся грубыми. Эйден, возможно, пытаясь подстроиться под мой темп, не спеша переставлял посуду. Благодаря знакомому присутствию отца, трапеза на какое-то время стала более комфортной и непринужденной. Однако проблема заключалась в том, что в тайне я все равно испытывал некоторую растерянность.

Как вдруг раздался кашель, заметив, что я не могу остановить его так же легко, как и другие, Эйден, опешивший, резко встал, в результате чего обеденный стул упал на пол. Глаза моего отца расширились, когда он в привычной манере похлопал меня по спине. Он посмотрел на растерявшегося Эйдена, который слишком остро среагировал, а потом на меня.

«Почему, почему именно сейчас? - пробормотал я, немного сокрушаясь.

Мой отец, не уверенный, произошло ли что-то еще, кроме моего незначительного кашля, нервно огляделся вокруг. Через какое-то время я, наконец, пришел в себя.

«…Ну ничего нового», - потягивая воду с беспечным видом, добавил я, заметив, что Эйден крепко сжал кулаки.

— Ты в порядке?

— Ага, что там со стулом?

Вернув самообладание, Эйден быстро поднял его и сел. Подавив смех от комичности происходящего, я закусил нижнюю губу.

«Если тебя пугает подобная ситуация, значит без меня будет тяжело?» - Папа не скрывал причину, по которой он привез его сюда. Когда мой отец обсуждал со своим другом истории о походах, я уже понимал причину появления Эйдена здесь. Месяц назад мой отец спросил, можно ли ему и дяде вместе отправиться в поход примерно на две недели. Это будет отпуск спустя почти три года. Я не мог отказать тому, кто уехал из Сеула по причине моей болезни. Я неспособен вести достойную и самостоятельную жизнь. И больше был похож на кусок жвачки, прилипший к нему. Для моего папы это долгожданные каникулы, как и для меня. Единственная разница заключалась в том, что мне нужен был кто-то, кто позаботился бы обо мне в дни его отсутствия.

— Хочешь еще воды?

Знал Эйден о моей ситуации или нет, но с его лица не спадала тревога. Приняв предложенный стакан воды, я запоздало кивнул.

— Поешьте еще, ребята!

С этого момента Эйден не пошевелил ни одним мускулом. Мне пришлось быть особенно осторожным, чтобы не издавать резких звуков, опасаясь нового приступа кашля. Увидев его напряженное выражение лица, я почувствовал ненужное чувство вины, которое пытался всеми силами заесть. Было странно ловить на себе взволнованные взгляды. Но физический дискомфорт оказался гораздо сильнее дискомфорта в моем сердце.

Закончив трапезу, Эйден терпел как мог, не смыкая глаз, пока не зашло солнце. Даже с налитыми кровью глазами, указывающими на усталость, он вместо того, чтобы вздремнуть, тщательно осматривал мою комнату. Эйден неоднократно изучал нетронутые задачники и фотографию, сделанную моим отцом. Я быстро принял душ и сказал, сидя на кровати: «Я планирую сегодня лечь пораньше. Как насчет того, чтобы ты тоже немного отдохнул?».

Перед тем как согласиться, Эйден несколько раз помассировал затекший затылок и осторожно взял рамку с фотографией. Его хорошо сложенное тело казалось слишком прекрасным для подобного места. Ощущение присутствия кого-то в ней было для меня чем-то незнакомым, отчего я незаметно нахмурился. На мой вопрос Эйден запоздало кивнул и вышел из комнаты. Вскоре к нам ворвался отец со стетоскопом в руках.

— Разве мы не можем просто пропустить это сегодня?

Эйден мог вернуться в любой момент, а мне не хотелось выглядеть в его глазах больным. Учитывая, как он испугался моего кашля, подобные сцены могут заставить его относиться ко мне скорее как к пациенту, чем как к другу. Учитывая наши все еще непростые отношения, я надеялась, что отец поймет мои чувства.

— А чего тут стыдиться?

Положив мне на лоб прохладную звукоулавливающую головку стетоскопа, чтобы немного ее нагреть, отец сел на кровать и тут же вставил оливы в уши [1]. Честно говоря, эти ежедневные диагностические ритуалы не коррелировали напрямую с развитием болезни. Мой отец просто хотел убедиться, что ситуация не ухудшилась по сравнению с предыдущим днем. Благодаря его наблюдательности, время от времени он улавливал признаки воспаления или ухудшения состояния. Учитывая, что мои легкие, работающие лишь на половину своей мощности, производили заметный шум даже для нетренированного уха, эта практика не была полностью бесполезной. Папа, задрав мою футболку, приложил холодный стетоскоп к краю грудной клетки, прислушиваясь к звукам. В этот момент вернулся Эйден, вытирая мокрые волосы за ушами.

—  Эйден, не хочешь подойти и послушать?

Было неловко обнажать свой живот перед парнем, от момента встречи с которым не прошло и дня. Эйден немедленно, отложив полотенце, подошел к нему, опустившись на колени рядом. От его влажных волос исходил такой знакомый запах шампуня. Когда я, не осознавая этого, принюхался, отец ущипнул меня за предплечье, велев сидеть смирно.

Эйден положил стетоскоп на ладонь, пытаясь нагреть его до температуры собственного тела. Это было похоже на проявление заботы, поскольку металл на голой коже мог казаться слишком холодным. Методично следуя указаниям папы, Эйден осторожно приложил стетоскоп к моему телу. Я опустил футболку, которую отец беспардонно поднял, прикрывая живот. Эйден тихо сказал: «Попробуй подышать». Прошло много времени с тех пор, как чужие руки касались моего тела. А кончики пальцев, держащие стетоскоп, слегка щекотали кожу. Посмотрев на меня, он закрыл глаза, еще немного сосредоточившись. Мне предоставился шанс внимательно рассмотреть его необычайно красивые черты лица. Среди всего великолепия, самым прекрасным выглядела длина его густых ресниц.

— Ты что-нибудь слышишь?

— Да

Папа и Эйден продолжили разговор, исключив меня из беседы. Слова отца варьировались от просьбы связаться с ним, если что-то изменится, до советов избегать холодного ветра или простуды. Эйден внимательно слушал, как мне казалось, утомительные нотации. Хотя он и вытащил стетоскоп из ушей, но кончики его пальцев остались где-то на моем животе. В итоге мне стало скучно, и я, зевая, вытер влагу в уголках глаз. Эйден, запоминая все рекомендации отца, ненадолго задержался взглядом на мне. Возможно, из-за нашей близости его и без того покрасневшее ухо, горело сильнее.

— Включай вентилятор только тогда, когда Совона нет в помещении

Мне нужно было заверить его, что нет необходимости так переживать из-за моего состояния. За последние несколько лет мое здоровье не претерпело каких-либо кардинальных изменений. Прошлой ночью я вообще не мог заснуть, поэтому мне казалось, что важнее закрыть веки прямо сейчас, чем слушать его долгие лекции.

—  Папа, хватит. Я очень хочу спать.

— Хорошо, не будем торопиться. У нас еще есть время

—  Чтооо, разве это не все?

Эйдену не было нужды так старательно обо мне заботиться только потому, что он являлся сыном папиного друга. Я аккуратно намекнул отцу, что если возникнут какие-то проблемы, я первым это замечу.

— Накройся одеялом и спи

— Ух, какой ворчливый...

Папа, закусив губ, пригрозил мне за грубость. Вскоре, встав на ноги, он еще раз осмотрелся и вышел.

Я немедленно лег на кровать, а рука Эйдена естественным образом покинула мое тело. Не зная, что делать со стетоскопом в руках, он аккуратно положил его обратно в коробку, которую принес отец. Обратив внимание на его слегка покрасневшее ухо, я указал на все еще влажные волосы Эйдена: «Тебе стоит высушить их».

Приготовленное спальное место было накрыто мягким одеялом, но оставалось неясным, будет ли ему комфортно. И в без того небольшую комнату поместить отдельную кровать было практически нереальным. Когда он достал фен, я, повышая голос, спросил: «Ничего, если ты будешь спать на полу? Или будем делить кровать?».

— Все в порядке.

Покачав головой, Эйден включил фен, как бы давая мне знак не беспокоиться о нем. Его длинные пальцы взъерошили нежно каштановые, мягкие волосы. Внезапно для самого себя я сравнил его со щенком. И с этой мыслью стыдливо натянул тонкое летнее одеяло до шеи.

[1] Cтетоскоп состоит из трубки, ушных олив и головки, которая прикладывается к коже. Звукоулавливающая головка стетоскопа похожа на открытую ракушку или колокол – без дополнительной мембраны. С помощью устройства врач выслушивает низкочастотные звуки, исходящие от легких, сердца, бронхов, кишечника.

Глава 4

Я проснулся после глубокого вздоха за несколько часов до рассвета. Повернув голову и следуя за слабым светом, мягко озаряющим комнату, я увидел, как Эйден копошится в телефоне. Меня осенило, что он общается со своими друзьями, ведь в Соединенных Штатах наступил день. Парень, казалось, был полностью поглощен сообщениями.

— Что делаешь?

— Прости, я разбудил тебя?

Причиной пробуждения стала сухость в горле, но Эйден решил, что это его вина. Когда он потянулся, чтобы нажать кнопку питания, я успокоил его быстрым взмахом руки.

— А нет, не из-за тебя, продолжай

— Тогда хочешь воды?

Он протянул бутылку воды, как будто приготовленную заранее. С несколько озадаченным видом я кивнул, и, когда Эйден открыл крышку, я сделал глоток.

— Раз уж я все равно проснулся, можно к тебе?

Я сполз на пол, как моллюск, глядя на постоянно мигающий экран от уведомлений, и устроился под одеялом Эйдена. Он плавно накрыл меня, как если бы это делал старый друг. Не в силах сдержать любопытство относительно повседневной жизни популярного человека, я лег рядом, украдкой подсматривая. Он либо подумал, что я плохо понимаю по-английски, либо имел какую-то другую причину, поскольку не удосужился скрыть содержание диалогов и не выказывал никаких признаков недовольства, а лишь слегка придвинулся боком ко мне, поднимая телефон.

— Любопытно?

Неужели настолько очевидно? Надеясь, что желание подружиться не является односторонним, я схватил свой мобильник и включил его.

— Ну, знаешь, у меня не так много друзей

В то время как количество моих подписчиков в социальных сетях едва достигло пяти, Эйден легко превысил тысячу. Учитывая сотню людей из школы, знавших его, и популярность, благодаря красивой внешности и спорту, причина лежала на поверхности. Бросалась в глаза колоссальная разница между его подписчиками и подписками - явный признак того, что ему уделяется слишком много ненужного внимания. Рядом с ним я выглядел совершенно не впечатляюще. Когда я попыталась заблокировать экран, Эйден забрал мой телефон.

— Могу я тоже посмотреть?

Он казался достаточно храбрым, несмотря на время от времени застенчивый взгляд. Без колебаний он проверил и мою страничку, указав на Минхёка.

—  А кто он?

Заинтересованность в таком обычном человеке, как я, странно обнадеживало.

— Он сын владельца ближайшего деревенского супермаркета, учится в одном классе со мной. Сейчас вместе со своей семьей отдыхает за границей. Вероятно, вернется где-то через неделю.

— А он? Младший брат Минхёка. Мы дружим, а разница в возрасте всего один год.

Третьим был папа, а последняя — бывшая одноклассница. Хотя на данный момент мы не поддерживаем связь, я, скорее всего, добавил ее по высветившимся рекомендациям.

"И" в конце ее имени “Джиан-и” смотрелось несколько неуместно. Если бы Эйден услышал, то точно рассмеялся бы. Ведь между нами возник небольшой инцидент. Но я не смог продолжить свое повествование не только из-за воспоминаний, но и дискомфорта, вызванного давлением на грудь.

— Э-э, дай мне минутку

Немного поворочавшись, я лег на спину. Наблюдая за тем, как из меня вырывались два последовательных и глубоких вздоха, Эйден подпер подбородок рукой, изучая мое лицо. Когда его мягко освещенные глаза встретились с моими в темноте, он понизил голос.

— Почему ты перестал говорить?

— Просто мне нужно сделать перерыв

Я подождал некоторое время, надеясь на то, что разговор сойдет на нет. Но у меня не было возможности победить, так как я находился на расстоянии от него меньше кулака. Несмотря на мою инертность, Эйден искренне захотел услышать мой рассказ.

— Ты действительно хочешь узнать?

Естественно, он кивнул в знак согласия. Возможно, мне следовало остановиться, но по какой-то причине я почувствовал себя обязанным раскрыть все свои тайны. В моей жизни это неожиданное событие, а для Эйдена же - банальная история любви. Я начал описывать эпизод из далекого прошлого, опуская как можно больше подробностей.

— Джиан призналась мне, но мы так и не начали встречаться

— Ч-что?

Эйден, как будто усомнился в услышанном. Хотя и существуют культурные различия в свиданиях, а также разница в выражении признаний между США и Кореей, он не проигнорировал мои переживания.

— Но, видишь ли..

«…..»

«Я не рассматривал Джиан в романтическом плане, ведь слишком слаб, чтобы защитить ее».

Эйден, выслушав объяснение, слегка прищурился.

— Значит, тебе никто никогда не нравился?

— Ага

Его, казалось, не интересовала глубокая психология, лежащая в основе моей неспособности любить. Бессознательно ища утешения, я не мог скрыть своего мрачного вида, обнажившего хаос прошлых ран. Подумав о чем-то некоторое время, он открыл пухлые губы, улыбнувшись, и выдал совершенно нестандартное предположение.

— Ну... тогда тебе нужен тот, кого не придется защищать

Еще до обсуждения потенциального партнера я уже осознавал, что простое наличие романтических чувств может быть обременительным. Хотя я не из тех, кто, как в омут с головой, бросается в любовь, но осознавал: какой вес несут такие сложные чувства.

«Я до сих пор не совсем понимаю, что значит любить кого-то… и вряд ли такое произойдет», - я просто признался, что никогда не испытывал влюбленность, не говоря уже об отношениях. Пока я тихо бормотал, Эйден поджал губы. Поскольку он родился и вырос в США, моя жизнь казалась ему настолько чистой, насколько и суровой. И я отчасти понимал, почему он хранил молчание.

После неловкого отказа у нас не получилось продолжить дружеское общение. Девочка совершенно не сидела в социальных сетях, и я надеялся, что она просто отпишется. Вскоре я увидел, как Эйден бесстыдно заблокировал аккаунт Джиан с нехарактерно беспокойным лицом.

— Что ты делаешь?

Я задавался вопросом, совестно ли ему из-за собственного поступка. Считал ли он, что сделал мне большое одолжение, разорвав связь с ней?

«Все нормально, не волнуйся», - прошептал я, намекая на незначительность происходящего. Эйден с облегчением опустил глаза. В недолгой тишине ритмичный шум лопастей вентилятора стал более отчетливым. Осматривая медленно покачивающуюся занавеску, я смело схватил его телефон.

— Теперь твоя очередь

Парень небрежно кивнул, намекая на отсутствие секретов. Причиной популярности стали его участия в турнирах по американскому футболу. Он утверждал, что среди более чем тысячи подписчиков лишь немногие являлись настоящими друзьями, и среди них он мог пересчитать близких по пальцам одной руки. Но никакие слова не способны облегчить мое убожество. Я просто завидовал, поэтому и любовался его фотографиями с ещё большей уверенностью, чем раньше. По совпадению, я заметил нескольких чирлидерш.

«Квотербеки обычно встречаются с девушками из группы поддержки, как в кино?» - пытаясь сохранить непринужденный тон, я слегка постучал по его крепкому предплечью. Эйден немного усмехнулся и откинулся назад.

— Не совсем

— Действительно?

—..Нет

Эйден, которому не удалось уклониться, выхватил телефон. Думаю, это действовало ему на нервы, ведь я продолжал поднимать руки. Не в силах скрыть волнение, я спросил: «А ты?». Парень равнодушно наклонил голову и добавил: «Никогда».

— Ты вообще ни с кем не встречался?

— Ага...

Если на его месте окажусь я, то точно почувствую себя не в своей тарелке, но он, похоже, оставался абсолютно спокойным. Возможно, такие девушки просто не в его вкусе.

«Почему? Чирлидерши красивые! Гибкие и, э-э, гибкие…» - оборачиваясь на Эйдена, я вдруг разглядел в темноте багровость его щек, отчего резко остановился на полуслове.

— Тебе нравятся гибкие?

— Может быть?

Трудно сказать. Бесспорно, гибкость сексуально привлекательная. Более того, растяжка - единственное упражнения, которое я мог себе позволить. Поскольку мне больше нечем похвастаться кроме гибкости, я хотел продемонстрировать хотя бы это.

— Я могу сесть на шпагат. Хочешь увидеть?

— Я тоже так умею

— Хочешь, я тебе покажу?

— ...Не надо

Эйден не позволил мне сбросить одеяло, прижав его рукой и не оставляя мне ни единой попытки вырваться. Он аккуратно надавил руками на мой позвоночник. А жар его ладоней передавался даже через футболку. Он выглядел весьма смущенным, не смотря на то, что мы одного пола.

— Ну, я очень хочу показать

— Все в порядке, я верю

Не желая, чтобы меня сдерживали одной рукой, я изогнул тело. Но Эйден плотнее схватил меня за талию обеими руками, не прикладывая больших усилий. В результате, я оказался обездвижен, чувствуя себя сбитым с толку.

— Нужно ли заходить так далеко?

— Все-все-все, сдаюсь

—...Хорошо

Из-за исходящего тепла от его объятий, я в конце концов, перестал сопротивляться. Ведь такая по-дурацки детская ситуация может вызвать легкий стыд, если вдруг у него раньше не было друзей вроде меня. Как только я успокоился, Эйден убрал руки, почесав затылок. Не имея возможности выставить напоказ свои умения, я вернул телефон Эйдену и взглянул на свой, заметив, что количество моих подписчиков сократилось с 5 до 4.

Внезапно мне в голову пришла мысль.

— Интересно, каково это — жить, как ты

Я никогда не бегал до потери дыхания. Да и сложно понять такую фразу, как «легкие горят», потому что в моей груди всегда душно, словно ее сжимали в тиски. Спортсмены, доводящие свое тело до предела, естественно, являлись для меня объектом восхищения.

Конечно, я никогда не получал столько внимания от других людей. Взаимодействие и общение с ничтожным количеством друзей в сочетании с постоянной болью оставили меня без единого примечательного аспекта, способного разукрасить мою жизнь. Находиться в центре мира, как Эйден - что-то максимально несбыточное. Я никогда не испытаю и не переживу подобное, только если перерожусь. Я утешал себя тем, что у каждого человека своя уникальная жизнь. Однако социальные сети Эйдена, наполненные трофеями, страстью и энергией, заставляли его казаться незнакомым, будто прибывшим из другого измерения. Если бы не необыкновенная связь между отцами, наши судьбы никогда бы не перемешались, подобно воде и маслу.

Эйден, предугадывая мои мысли, любезно произнес: «Мне тоже интересно, как ты живешь». - протянул руку, желая погладить по голове, но, возможно, посчитав это невежливым, остановился. Благодаря чему, я смутно осознал, что он не будет враждебно относиться ко мне. Я искренне ценил то, что он проделал долгий путь и проведет половину своего отпуска со мной.

— Пока ты здесь, обязательно расскажи побольше историй

Выражение благодарности - одна их форм проявления близости.

«Хорошо», - отвечая, Эйден накрыл меня скомканным одеялом.

Глава 5

Проснувшись на рассвете, я заметил аккуратно сложенное одеяло и, одиноко лежащую на столе, записку. Изучив слегка кривые линии, я, сложил ее и убрал в ящик. Похоже, Эйден ушел слишком рано, чтобы даже сообщить об этом моему отцу. Лето закончится, а предстоящие матчи требуют хорошей физической подготовки, из-за чего ему необходимо постоянно тренироваться. В день нашего знакомства, он так и не смог заняться спортом, отчего я почувствовал беспокойство.

С кухни доносились суетливые звуки, которые отец воспроизводил раз за разом, готовя завтрак. А мой новый друг, по идее, должен уже вернуться. Подойдя к окну, в попытке выглянуть наружу я заметил маленькую дырочку в туго сплетенной москитной сетке, что позволяло проникнуть комарам. Размышляя о том, как починить, я рассеянно сунул указательный палец в отверстие, поняв, что оно достаточно большое. Как вдруг вдалеке я увидел бегущего к дому Эйдена. Не заметив моего присутствия, он схватил воду, стоявшую на столе, и жадно выпил ее. Его прямая, мускулистая фигура энергично двигалась, резко контрастируя со спокойным лесом. Я стоял, как зачарованный, наблюдая за ним. Струи пота стекали по его насквозь мокрому лицу. В глухой тишине леса вспыхнула неожиданная сцена, нарушившая обыденность уединенного мира. Когда он отдышался и приготовился сесть на скамейку, наши глаза встретились. Он шел прямо ко мне, и я прочел по губам: «Что делаешь?». Вероятно, не в силах сдержать собственное любопытство, Эйден повторил свой вопрос уже вслух.

—  Что делаешь?

Какое-то время я стоял в растерянности, и немного погодя, выпалил: «Москитная сетка продырявилась»

— Но зачем ты суешь туда палец?

— О, просто потому что

Стыдливо почесав затылок, я, естественно, стал искать материал, которым можно подлатать сетку. Роясь в ящике стола в поисках ремонтной ленты, я ощущал незнакомых взгляд, устремленный прямо на меня сквозь открытое окно. А громкое, сбивчивое дыхание звучало так близко, будто Эйден находился рядом.

«Насколько далеко ты ушел?» - спросил я.

«Я бегал до вершины».

— Что? До нее? Хоть я и живу в лесу уже долгое время, но там я ни разу не был.

Внутри теплился восторг от мысли, что он сходил туда и обратно, не затратив на это и дня. Поход по неизвестным тропам, да еще в одиночку? Я небрежно похвалил его, подняв большой палец, а затем продолжил рыться в вещах. Записка, которую я ранее положил внутрь, зашуршала под моим прикосновением.

— Я починю чуть позже

— Нет, я наше. Вот!

Я вытащил ленту из самого дальнего угла ящика, ощутив укол вины за то, что попросил его о помощи. Я, разорвав ленту, снова подошел к москитной сетке. От внезапно сократившегося расстояния Эйден робко опустил голову.

— Шорты?

— Ага

Под развевающимися на ветру шортами, которые я использовал вместо пижамы, обнажалась белизна кожи. Пытаясь подчеркнуть удобство, я поднял одну ногу, сгибая и разгибая колено. Вероятно, он и не хотел видеть подобную сцену, отчего смутился пуще прежнего. Почесав мягкие бедра, похожие на желешку, я залатал дырку. Однако, как бы я ни старался, лента не приклеивалась.

— Почему оно не прилипает?

Я пробормотал, но ответа так и не последовало. Починка оказалась нетривиальной задачей, с которой я никогда в жизни и не сталкивался.

Внезапно послышался звук смятой бутылки. Когда я снова посмотрел на Эйдена, его глаза уже давно покинули меня и теперь сосредоточились на каком-то темном углу возле окна.

Более того, меня больше беспокоила его мокрая верхняя часть тела, которая все еще вздымалась вверх от прерывистого дыхания.

— Жарко, не стой там. Давай заходи

Эйден ускорил шаг. Полагая, что он естественным образом войдет в мою комнату, я медленно приблизился к двери, прислонившись к стене. Он без колебаний снял футболку и направился в ванную. Но заметив мое присутствие, тут же смущенно прикрылся. А я лишь, игриво подразнивая его, рассматривал блестящий от пота пресс с крупицей зависти.

— Я в душ

Эйден, наблюдавший за моей реакцией, повернул ручку двери. Задаваясь вопросом, почему ему стыдно, я отвернулся, понимая, что мое поведение может показаться невежливым.

Пока парень принимал душ, папа уже ушел, чтобы встретить мистера, который присоединится к нам за ужином. Осознание того, что я скоро столкнусь с еще одним незнакомцем, заставило инстинктивно напрячься. Вскоре я обнаружил, что стою возле дома, как и накануне. Закончив, Эйден тщательно высушил волосы и последовал за мной. Я не понимал, уменьшился ли лес или он слишком высокий, отчего наклонил голову. Он прошел через двор и сел на скамейку примерно в метре от меня, скрестив ноги.

Вечером мы общались, как близкие друзья, о чем свидетельствовало то, что я обнажал перед ним собственную неуверенность. Однако во время наших разговоров всплывала неловкость. Хотя мы продолжали непринужденно болтать, но внезапно возникающая атмосфера, естественным образом, волновала нас. Прошло всего два дня с нашей встречи, так что спешить некуда. Однако приближающийся день, когда мы останемся наедине, заставлял испытывать легкий трепет.

— Хм...

Намеренно вздохнув, Эйден смотрел на меня со спокойным глазами, которые только недавно бегали то тут то там, сторонясь зрительного контакта.

— Я здесь ждал вашего с папой прибытия

— Да, я увидел тебя, как только вышел из машины

— А…да, тогда я был немного сонным

Чувствуя смущение, я осторожно почесал подбородок. А Эйден сверкнул фирменной красивой улыбкой. Попытки завязать беседу, похоже, сработали, и он, плавно сбросив тапочки, сел лицом ко мне. Поскольку до приезда гостя оставалось два часа, нам нужно как-то скоротать время. Я собрался с духом и заговорил первым: «Разве тебе не надо тренироваться? Если прекратить, то все приложенные ранее усилия будут напрасны. Вероятно, тебя тяготил весь этот путь сюда».

— Я занимаюсь не потому, что хочу стать профессиональным спортсменом

Тело Эйдена оживилось, уменьшая дистанцию между нами.

— О, но все же мой отец и твой…

— Думаешь, я приехал сюда против своей воли?

Не в силах признаться в собственных заблуждениях, я лишь повернул голову в сторону

— Не совсем, но...

— Я здесь, потому что так захотел. Кроме того мне необязательно проходить все эти изнуряющие тренировки

Его точный и ясный ответ сбивал с толку. Теребя мочку уха, ни с того ни с сего я обратил внимание на ползающего жука. А Эйден в очередной раз сократил расстояние между нами. Он постепенно подкрадывался, словно приведения из страшных, школьных историй. Как только мы оказались достаточно близко, чтобы наши колени соприкоснулись, Эйден обратил внимание на мои гладкие икры. На долю секунды поджав губы, он вернул их в исходное положение.

Если бы это был отец, он бы погладил мою мокушку, аккуратно похлопывая и читая лекцию о том, как легко простудиться, нося одни шорты. Но поскольку он сейчас отсутствует, все, что мне нужно сделать, это надеть длинные штаны до его приезда. Я взглянул вверх: ветер оставался теплым, а нежный солнечный свет просачивался сквозь листву.

«Окей, и как мне развлекать тебя? - продолжал рассуждать я. - интернет медленней улитки и мест, куда можно сходить, почти нет. Папа купил старую игровую приставку, но я к ней так и не притронулся. Друзей, которые прибежали бы по зову, тоже нет, да и просто выйти на встречу с кем-либо занимает не менее тридцати минут». Неповторимо красивые изумруды были устремлены прямо на меня.

— Тебе правда не о чем беспокоиться.

Кончики его пальцев, коснулись моей челки, закрывающей лоб. Я почувствовал что-то щекочущее, и немного нахмурился, как будто съел кислый фрукт. Находя мою реакцию забавной, он улыбнулся и быстро убрал руку....

Опять стало немного не по себе. Я, громко прочистив горло, сделал вид, что все в порядке. Бесконечный цикл от напряжения до легкости повис в воздухе рядом с нами. Часы ожидания пролетели слишком быстро, и до нас донесся отдаленный звук грузовика. На самом деле я был поглощен настоящим без остатка, поэтому сложно сравнивать подобное с бессмысленной тратой времени. Услышав шум колес, царапающих землю, я похлопал парня по колену и встал.

Я хотел проявить максимальное гостеприимство.

— Похоже, они прибыли

Эйден тоже поднялся, а его тень упала мне на плечи. Он аккуратно положил руку мне на спину, пока мы оба всматривались в сторону леса, в поисках приближающегося грузовика.

— Вы ждали нас?

Смех раздался громким эхом, когда папа открыл дверцу машины. По дороге сюда они, кажется, оживленно общались. Я оторвался от теплой руки и сделал несколько шагов вперед.

— Здравствуйте

Я смотрел на него с изумлением: платиновые темные волосы, ослепительно бледная кожа и выразительные, изумрудные глаза. Его лицо отличалось от лица Эйдена и казалось более резким.

— Привет, Совон! Ты сильно вырос

Как и ожидалось, мужчина безупречно говорил по-корейски. Я на мгновение пожал ему протянутую руку, обмениваясь любезностями. С другой стороны, Эйден не выразил никакой радости. После краткого зрительного контакта он настойчиво положил руку мне на спину, почти скомкав футболку. Похоже, они не в хороших отношениях. Несмотря на свой большой рост, внутри он все еще оставался ребенком. Возможно, между ними случилась типичная ссора, поэтому я попытался успокоить друга, проявляющего осторожность, которой не было даже в наше первое знакомство. Обнять его за плечи было невозможно, поэтому я медленно обвил руками его талию и похлопал по боку. В ответ он удивленно повернулся. Я зашел слишком далеко? Мы еще не стали настолько близки, верно?

Всего минуту назад я пребывал в смятении, а теперь самостоятельно инициирую интимный контакт. Однако, желая подчеркнуть, что я на его стороне, я не убрал руку. Папа усмехнулся нашему общению, а мистер странно окинул взором сына. Довольно необычная комбинация — мой отец, мистер, Эйден и я. Однако в тот момент я случайно подумал, что даже диссонансе может быть гармония.

— Папа принес мяса, которое тебе так нравится, Совон.

Он встряхнул здоровенную черную сумку, сделав громкое заявление. Думая о том, что меня снова выгонят, пока они будут жарить мясо, я глянул на Эйдена. Он все еще напряженно прожигал отца леденящим взглядом, которого он никогда раньше не показывал. Раздался спокойный голос мистера: «Давайте зайдем внутрь».

Я подтолкнул вперед Эйдена, все еще погруженного в свои сложные чувства.

Глава 6

Когда папа жарил мясо на углях во дворе, мне каждый раз приходилось бегать в огород по различным поручения. Возможно, он опасался, что дым может навредить легким, да и в целом это хоть какая-то физическая нагрузка. Огород располагался в добрых 200 метрах от дома. Из-за моего затрудненного дыхания и медленного темпа, он начал подгонять меня еще задолго до готовки.

— Салат и перец. Понял?

— Да

Мистер и папа пили пиво средь бела дня на скамейке. К счастью, истории двух людей, которые мирно делились друг с другом, не дошли до нас. Зайдя на некоторое время в комнату с Эйденом, я наблюдал за происходящим через окно.

— Хочешь пойти вместе?

Как только я закончил говорить, он нетерпеливо вскочил в легком предвкушении от нашей совместной прогулки. Когда я собирался встать с кровати, он подхватил меня, словно поддерживая.

— Не переусердствуй сегодня

— Да знаю, знаю

Эйден не отпускал моей руки, пока я полностью не выпрямился. Я задумался, когда же будет подходящее время узнать об их отношениях с Мистером. Сейчас Эйден выглядел спокойным, как будто никакого напряжения и не было вовсе.

Идя рядом с ним, я незаметно оглянулся, ненадолго встретившись глазами с Мистером, на что он лишь улыбнулся. Он не выглядел плохим человеком, только, возможно, немного суровым. Хотя любопытство и волнение еще сохранялись, я решил не спешить с поспешными выводами. Эйден продолжал двигаться в привычном темпе, но пока мы спускались с горы, я постепенно начал задыхаться. Оказавшись на залитой солнцем тропе, у меня на шее выступили капельки пота. В конце концов я заметно замедлился, отчего Эйден спросил: «Тебе тяжело?». В вопросительном голосе ощущались те же нотки беспокойства, как и у отца. Проглотив свою гордость, я склонил голову набок и попытался отмахнуться: «Не совсем».

— Вот, ты весь вспотел

Эйден небрежно провел большим пальцем по моей ключице. Мягкое касание задело выступающую кость, заставив бессмысленно почесать шею в ответ на внезапный жест.

— Ах, с чего ты вдруг?

Не было причин так бурно реагировать. Просто моя шея немного чувствительна. Эйден, отдернув руку, смущенно пробубнил.

— Ты ведь тоже прикасался ко мне

— Это другое, и вообще ничего не значит

«Я поступил так, чтобы поддержать тебя», - я похоронил свою мысль где-то внутри себя. Спросить прямо о причинах его испортившегося настроения казалось чем-то невозможным из-за собственной интровертной натуры.

— Ну раз ничего не значит, я тоже могу?

— Почему ты продолжаешь хвататься за соломинку?

Эйден некоторое время робко изучал мои нерешительные движения. Видимо понимая, что нет смысла продолжать бессмысленный спор, он пробормотал: «Ну раз ничего не значит, то ладно. Все в порядке», - и с невозмутимым видом взглянул на мою, покрасневшую от энергичного почесывания, шею. Задыхаясь, я слушал жужжание цикад, их звук пронзал уши, как безжалостный барабан.

— Я хочу услышать что-нибудь…

— Ты о чем?

— Что-нибудь о тебе…

Кажется, он выглядит немного расстроенным. Ведь нам потребовалось пятнадцать минут, чтобы пройти расстояние, которое не должно занимать больше пяти. И ему приходится подстраиваться под мою черепашью скорость.

— Обо мне?

Я не совсем понял, что он имел в виду, и обвел взглядом каменистую землю, рассеянно дергая подол футболки. Внезапно парень поднял меня на руки, словно минуя возможные пререкания. В следующий момент я увидел лоб Эйдена, поспешно схватив его за затылок, чтобы восстановить равновесие.

— Ах, я сейчас упаду!

— Не упадешь

Я никогда не находился в подобной ситуации с тех пор, как вырос. Даже малейшее движение заставляло дрожать от страха. Он нес меня, как ребенка: ноги оказались прижаты к его бокам, а крепкие руки придерживали мои бедра.

— Я теряю равновесие..

— Не волнуйся, я буду держать тебя крепче

Поскольку он футболист, вероятно, у него хорошая ловкость. Даже если бы я упал, то точно не катался бы по земле. С некоторым недовольством я расслабил свое затекшее тело и, как и ожидалось, не рухнул. Удивительно, что можно вот так запросто нести мальчика моего возраста. Эйден устремился вперед без намека на усталость. Положив руки на его шею, я испытал иллюзию, что иду в том же темпе, что и он. У меня возникло приятное, щекочущее ощущение в груди, отчего перехватило дыхание. Чувство похожее на то, когда вы сидите в быстро движущемся автомобиле… А ветер касался щек, позволяя понять, что и у воздуха есть свой вес. Однако было так сложно начать разговор.

— Там болит…

— Там?

Мы мгновенно спустились по склону. Шепча на ухо, на случай, если кто-нибудь услышит, я произнес, нахмурившись, поскольку кожа на внутренней части бедра немного натерлась.

— У меня болит промежность

Когда я без всякой причины похлопал его по твердому плечу, он приподнял брови, как будто не поверил услышанному. Его щеки покраснели, и он увеличил скорость вместо того, чтобы опустить меня на землю. Затем, в мгновение ока, мы добрались до места. Пока я размышлял, мои ноги благополучно коснулись земли.

— Мы здесь.

Удивительно, что он стал таким багровым. Судя по тому, что я видел и слышал, Эйден ведь американец, а они обычно ведут более вольную жизнь, по сравнению с корейцами. Я ожидал, что он поймет меня без слов, поскольку у нас одна и та же проблема. Но он смутился пуще прежнего, когда я озвучил свои мысли. Раньше я думал предложить ему вместе принять прохладную ванну. Но осознав, что мы будем полностью нагие, резко отбросил эту затею. Да и реакция Эйдена доказывала, что мы все-таки не настолько близки.

—… Так, нам нужно собрать немного перца

Войдя в огород, парень сел посреди участка и старательно снимал стебли и листья. Парень, казалось, не знал, что делать, не решаясь прикоснуться к еще зеленому перцу.

— Ты же не любишь острое? Так что возьмем немного

Эйден, примерно прикинув необходимый размер большим и указательным пальцами, слегка кивнул. Затем умело собрал перцы и аккуратно положил их в пакет, осторожно перевязав его. Он справился со всеми поставленными задачами меньше, чем за пять минут. После чего мы вышли из огорода и посмотрели на длинную, идущую вверх тропу. Эйден, естественно, снова захотел нести меня на руках. Поразмыслив, залезать на него или нет, я небрежно обвил руками его шею.

Вернувшись домой,  я заметил, что на столе лежала груда шипящего и испускающего пар мяса. Воздух был как обычно освежающим и создавал комфортную атмосферу. Папа, лицо которого покраснело от алкоголя, мастерски нарезал говядину небольшими кусочками. Тем временем Мистер вымыл собранные нами овощи и положил их на стол. По часовой стрелке мы с папой, Эйденом и Мистером заняли свои места. Хорошо приготовленное мясо выглядело слишком аппетитно. Я растерянно взял большой кусок и попытался порвать его палочками для еды. Эйден, заметив мою нелепую борьбу, взял на себя инициативу и помог разрезать мясо пополам ножницами.

— Спасибо

Я быстро обмакнул говядину в кунжутное масло и положил в рот. Пикантный вкус соков распространялся по языку. Оглядываясь по сторонам, я заметил, как Мистер и Эйден продолжают вести холодную войну.

«А вы знаете как мы познакомились?» - внезапно папа привлек мое внимание.

— Ага…

— Эйден, ты тоже знаешь?

Не было необходимости снова выслушивать эту длинную и запутанную историю. Однако охмелевший отец захотел немного поностальгировать. Мистер посмотрел на него с таким выражением, которое говорило, что он не сможет его остановить. Честно говоря, это была красивая история с одним единственным выводом: им безумно повезло встретить друг друга. Папа, случайно отправившийся в путешествие по Сантьяго с плохо подготовленным снаряжением, попал впросак в первый же день. А через неделю он уже был готов потерять сознание от голода, и вот тогда он встретил Мистера. Опытный путешественник с радостью помог непутевому человеку, у которого не было ничего, кроме фасоли. Папа оказался глубоко тронут этим моментом, ведь друг отдал ему все, что имел.

«Если бы не ваши мамы, мы бы не смогли так хорошо подружиться!» - а вот эта часть мне больше всего не нравилась. Судя по еще по двум каменным лицам, это явно не только моя проблема.

«Да-да, в то время вы еще встречались», - когда я саркастически перебил его, намекая на то, что не хочу продолжать беседу, мой отец закатил глаза. Мне все еще было трудно долго выносить рассказы о матери, поэтому я нарочно добавил грубым голосом следующее: «Лучше поведай нам, каким некомпетентным ты был тогда...В свое первое путешествие, с потертым рюкзаком, без умения читать карту, без знания языка...». Пока я перечислял все его косяки, отец начал запихивать мне в рот каштаны.

— Ах!

Я почувствовал, как Эйден рефлекторно вздрогнул. Несмотря на мой хрупкий вид, я не настолько беззащитен.

— Хватит. Что знают дети?

Я с тревогой бросил быстрый взгляд, призывая отца остановиться. Он резко замолк, будто вернулся к реальности, затем тихо налил пиво в одинокий стакан. Такой его вид внезапно напомнил и ему и мне о том, что он вдовец. От обрушившейся тишины меня прошиб холодный пот. К счастью, хор цикад и лягушек наполнял тяжелый, влажный воздух под шелест сумеречного ветра.

— А чем занимается Эйден, он спортсмен?

Папа снова воодушевленно защебетал, запихивая в рот лист салата с мясом. Когда тема сменилась, я расслабился и украдкой взглянула на парня, который внезапно стал мрачнее тучи. А Мистер, который рассеянно почесывал подбородок, теперь нахмурился. Я ждал их ответа, задумчиво пережевывая еду.

—  Он отстранен от занятий

Прямо сообщил Мистер, и одновременно еда плавно скользнул ему в горло. Папа усмехнулся, по-видимому, не в силах понять. А мужчина продолжил делиться подробностями: «Он подрался с другим учеником».

—  Учеником?

Трудно поверить, что Эйден, будучи таким добрым и невинным, смог кого-то ударить. Казалось, что он не будет реагировать на колкие замечания и идти на конфликт, тем более, применять силу.

— Многие дети в школе дерутся

Но попытка моего отца разбавить атмосферу с треском провалилась.

— У мальчика сломан нос, и вывихнуто плечо

Уставший слушать ругань Мистера, Эйден смотрел на меня, пока я не находил себе место. Он спокойно нарезал мясо и положил его поверх моего риса, как будто бы речь шла не о нем.

— Если хочешь знать, то спроси у него наедине

Сказав это, Мистер сурово зыркнул на собственного сына. Теперь я понял, что произошло между ними, и почему у них такие натянутые отношения. Очевидно, что Эйден, рожденный в ином мире, практически ничем не отличается от любого другого человека. Хоть мне и любопытно, но я не настолько глуп, чтобы спрашивать в лоб, так еще и при свидетелях. Приятное впечатление, которое я испытал от первой встречи с Мистером, угасало тенью ушедшего дня.

«Он наказан, поэтому я и привез его сюда. Совон, ты тоже не будь с ним слишком мил», -  добавил он, поглаживая меня по голове. А я лишь кивнул на автомате. Мысль о том, что пребывание со мной является своего рода наказанием, сильно удручала. А Мистер оказался далек от того образа, который я себе представлял, да и Эйден хранил свои секреты. У людей столько разных граней, и я не считал подобное чем-то негативным. Я не был разочарован тем, что Эйден ничего мне не рассказал. Я игриво толкнул его ногу в качестве невербального ответа на упреки Мистера, спрашивая, не обеспокоен ли он. Эйден не решался схватить меня за колено, а лишь едва продемонстрировал, что в нем еще осталась некоторая игривость. Когда мы закончили обедать, папа сообщил: «Мы продолжим отдыхать уже в доме, а вы что планируете?».

— Мы спустимся к ущелью

— Но солнце же скоро сядет

«Все в порядке мы не надолго» — добавил я, поглаживая сильные бедра Эйдена – в конце концов, мы пойдем вместе, так что все точно будет в порядке». Он неловко коснулся моих пальцев, и я, пристально посмотрев на него, спросил: «Ты пойдешь или нет?». Мое терпение было на исходе. Если нужно услышать о произошедшем, то только от него и в уединенном месте. Прочитав любопытство на моем лице, Эйден кивнул с несколько смущенным видом.

— Не окунайте ноги в воду. Возьмите с собой одеяло и используйте средство от насекомых. Пока я, заткнув уши, качал головой, Эйден еще раз внимательно выслушал все инструкции. Быстро заскочив в дом, взял все необходимое и вернулся во двор. Неосознанно протягивая руки, чтобы снова понести меня, он сказал: «Пойдем».

Я ответил с легким шлепком по его коже: «Я могу идти сам».

Глава 7

Случайно выбранное название не совсем точно описывало место, куда мы с Эйденом отправились. На самом деле «ущелье» являлось рекой, которая в сезон дождей выходила из своих берегов. Когда метеосводки прогнозировали сильные ливни, папа всегда отводил нас в укрытие, построенное за домом. И мы проводили там несколько дней. В нынешнюю жару уровень воды значительно упал, оставив лишь разбросанные камни и небольшой поток реки. Благодаря чему, мы сможем спокойно сидеть, созерцая пурпурное, постепенно темнеющее сквозь падающие листья, небо.

Несмотря на наставления отца, я, естественно, опустил ноги в воду, оставив тапочки в стороне. Эйден спокойно наблюдал за мной, затем осторожно накинул одеяло мне на плечи..

— Но ведь еще жарко...

— Жар костей не ломит

Не желая участвовать в споре, я закутался в оделяло с недовольным видом. Эйден, предвидя все мои вопросы, резко оборвал тишину обеспокоенным вздохом, прежде чем выпустить все свои горькие эмоции. Он хмурился, вспоминая всю ту несправедливость, с которой столкнулся.

«Этот ублюдок… - Затем, будто опомнившись, испуганно поправил себя. - Он первым наступил на лодыжку моего товарища и сломал ее».

Как будто не имея ни малейшего желания что-либо объяснять, он так нервничал, что мне стало его немного жаль.

— Игроки рикошетят друг друга, бьются, а затем…

— И ты случайно ударил его?

Эйден, прищурившись, покачал головой. Оказывается, он способен ударить кого-то. Я, который придерживался правила: “око за око, зуб за зуб”, не был настолько шокирован. Более того, тот человек изначально спровоцировал соперника. Американский футбол сам по себе очень жестокий и динамичный. Но если бы я встретил Мистера первым, история могла бы окраситься другими цветами. Возможно, почувствовав вину, он приоткрыл рот, словно пытаясь найти оправдание.

— Нос заживет, плечо со временем восстановится, но травма лодыжки может стать фатальной для следующей игры

— Я понимаю...

«.......»

— Почему Мистер так поступил с тобой?

Пожалуй, это единственное, что беспокоило меня. Я так сильно разозлился на то, что он некоторое время назад отругал собственного сына.

— Зная о причинах, почему он не поддерживает тебя, а принимает сторону этого урода?

В постепенно спускающейся темноте Эйден выглядел немного растерянно.

— Тебя это так разозлило?

— Я…я не злюсь

Избегая дальнейших расспросов, я решил резко сменить тему. Слова Мистера о том, что Эйден приехал сюда в качестве наказания, меня очень тревожили. Я не хотел, чтобы он находился здесь исключительно по чьей-то прихоти. Увидев, как мои губы беспокойно дергаются, Эйден прошептал: «Если хочешь ругаться, давай».

— Правда?

Я, проглотив свою гордость, оставил крутившиеся в голове мысли при себе. Эйден мягко посмотрел мне в глаза и произнес: «Ты можешь делать все, что захочешь». Горькая обида на какое-то время заставила меня затихнуть. Прошло совсем немного времени, и, не в силах скрывать бушующие эмоции, я пробормотал: «Мистер не должен так поступать с тобой». Он усмехнулся, взъерошив мои волосы, которые мягко переплетались между пальцами.

Во мне осталось что-то недосказанное, что-то такое, о чем я так жаждал узнать. Недолго думая, я задал свой вопрос в лоб:  «Ты действительно оказался здесь против своей воли? Недавно Мистер упомянул…»

«Если бы я знал, что это лучший способ приехать сюда, то вытворил бы подобное раньше» - выпалил Эйден, проведя воображаемую линию в воздухе.

— Ах, я имею ввиду, это проблема только между мной и отцом. Тебе не о чем беспокоиться

— Тогда дай знать, если тебе будет некомфортно. Не скрывай и не терпи, как дурак

Я не смог удержаться от резкого замечания. А он, возможно, будучи немного раздраженным, только сделал вид, что слушает все мои недовольства. От стыда я попытался пнуть его, но достал только до воды. Разлетевшись маленькими каплями, она немного намочила его футболку, шею и бедра. Эйден рефлекторно отряхнулся, однако, не стал бросать меня в реку в качестве мести.

Казалось, что он тот, кто может с легкостью выдержать любые шутливые поддразнивания. Немного ошарашенный, я прекратил баловаться. Лицо Эйдена оставалось спокойным, но, похоже, он еще не готов делиться со мной своими мыслями и чувствами. Почувствовав под ногами скользкий мох, я промолчал.

— Мне просто нужно пережить сегодняшний вечер, ведь завтра наши отцы уже уедут

Температура внезапно упала, возможно, из-за прохладного ветра, унесшего теплый воздух. В этот момент сильная рука Эйдена потянулась, чтобы накрыть меня соскользнувшим с плеч одеялом. Обеспокоенный тем, что я могу пораниться, он подобрал у моих ног острый камешек и швырнул его в дальнюю гладь реки.

Непреднамеренно прокручивая события с нашей первой встречи, я осознал, что у меня не осталось иного выбора, кроме как встать на сторону Эйдена. Беспричинная враждебность – часто встречающееся явление среди сверстников. Однако с первого дня знакомства не было ни намека на неё. К тому же, он тот, кто постоянно сглаживал все возможные углы, избегая конфликтных ситуаций. Даже, когда я был поражен внезапной паникой, Эйден понимал и принимал все, не нуждаясь в дополнительных разъяснениях. Это требует недюжинного терпения, что сродни общению с младшим братом. Если причиной стала моя уязвимость, то я должен быть этому благодарен. Я искренне симпатизировал ему, не испытывая комплекса неполноценности. Я мечтал ответить ему взаимностью, и отдать все то, что когда-то от него получил.

— Ты обычно так добр ко всем?

Слабо отреагировав, он рассеянно похлопывал себя по ладони.

— Нет...

Даже половины той заботы, которую он проявлял ко мне, хватит, чтобы расположить к себе многих девушек. Учитывая его внешность, телосложение и характер, ему можно и простить возможную надменность. Однако в социальных сетях Эйдена нет никаких следов его личной жизни. Он ни разу не упомянул о девушке, и ни разу не хвастался ничем подобным.

— У тебя нет девушки?

Застигнутый врасплох, Эйден, теребя мочку уха, спросил: «Почему интересуешься?»

Шансы были пятьдесят на пятьдесят: либо ее нет и он не хочет об этом говорить, либо ее нет и он не хочет этого признавать. Я, борясь с собственным любопытством, сохранил самообладание и спокойно заключил: «Ты ничего не рассказывал о своих отношениях».

— У меня нет девушки

Эйден попытался сразу закрыть тему. Но на меня такие трюки не действуют. Я не собирался отступать, поэтому наклонился немного ближе и спросил: «Есть тот, кто тебе нравится?»

«.......»

Вместо ответа Эйден плотно сжал губы. Тем не менее, он не отвел взгляда. Одна только фраза: «тот, кто тебе нравится», - выбила его из равновесия. Несмотря на приложенные усилия сохранить непринужденный вид, пунцовость щек раскрыли все его тайны.

—  Есть кто-то, не так ли?

— О, тебе не холодно?

— Жарко

Когда он проигнорировал мои слова, я указал на одеяло, обернутое вокруг плеч. Я не понимал причин его робкого поведения, возможно, чувства вовсе не были легкими для него.

— Она симпатичная?

Эйден неохотно кивнул головой. Даже не прикасаясь, я мог представить, насколько у него горячая мочка уха.

— А какая черта самая красивая?

«.......»

— Даже дыхание прекрасно

«По-особенному красиво, даже когда дышит», - величайший комплимент, выражающий всеобъемлющую любовь, по крайней мере, по моим меркам.

Я задавался вопросом, насколько же она чудесна... Я поднял палец вверх, как человек, угадывающий правильный ответ.

— Она чирлидер, точно!

Я надеялся на подтверждение своих доводов, но Эйден отреагировал так, как будто предположение являлось абсурдом. Резко поднявшись со своего места, он воскликнул: «Пожалуйста, прекрати говорить о них. И…» Поколебавшись, он подошел и нежно провел пальцем по уголку моего рта.

— У тебя здесь рис

— Рис?

Эйден тихо вздохнул, когда я наклонил голову, находясь в полном непонимании. Он опустился передо мной на одно колено, не обращая внимания на то, что его штаны могут намокнуть, и посмотрел прямо в глаза, на мгновение задумавшись.

— Аааа, рисовое зернышко!

— Да, оно

Несмотря на то, что я съел мало, рис каким-то образом прилип ко мне. Он просто молча наблюдал за мной, а я лишь улыбнулся в ответ, почесав затылок. Глаза, имеющие прозрачную поверхность, похожую на стекло, слегка дрожали. Не слишком ли я далеко зашел в своих поддразниваниях? Девушке, должно быть, тоже нелегко справиться с этим здоровяком?

— Ветер становится холодным, пойдем домой

— Как уже?

— Ты можешь простудиться

Эйден так и не показал рисовое зернышко, которое он ранее снял. Почувствовав, что меня загнали в угол, я резко встал, наступив на камень. Боясь того, что я могу упасть, он поднял руки, словно пытался поймать.

— Осторожнее

Проведя здесь много лет, я уже знал, на какие камни можно наступать. Тем не менее, я не сопротивлялся, когда он предлагал поддержку из соображений безопасности.

Темнота полностью окутала нас. Возле светильников, установленных моим отцом, я заметил роящихся вокруг жуков. Настойчивое щебетание цикад и периодическое кваканье лягушек, как и прежде, придавало сумеркам свой шарм. Я расстелил одеяло на земле, вспоминая устрашающе тихую зиму. Совсем скоро звезды рассыпятся ярким бисером по полотну ночи. Пока я в предвкушении исследовал небо, Эйден принес тапочки и произнес: «Помнишь, когда я приехал в Сеул десять лет назад, я навещал тебя».

К сожалению, образ совсем юного парня не задержался в моей памяти. Его слова звучали странно напряженно, а в голосе слышался едва уловимый трепет. Я не хотел разочаровывать его, но и лгать я тоже не мог.

— Извини, тогда я тяжело болел…

Боль была настолько сильной, что все воспоминания о том времени практически исчезли.

— Честно говоря… я не помню...

Эйден спокойно кивнул головой на этот разочаровывающий факт.

Пневмония довольно серьезное заболевание, которое перегружает и без того ослабленный организм. Я должен был задействовать все остатки собственных ресурсов и сил для борьбы с ней. Практически все свое детство я провел во сне на аппарате ИВЛ. Я слышал, что примерно в то время меня навещали Эйден и Мистер. Должно быть, я выглядел далеко не хорошо с опухшими и вечно закрытыми глазами, обильно потея от лихорадки. Я не мог нормально питаться, из-за чего сильно исхудал. Мне не хотелось слышать ни слов сочувствия, ни описания того, каким слабым или жалким я был.

— Но почему ты об этом спрашиваешь?

— Просто именно тогда я впервые увидел тебя.

Он осторожно убрал волосы, прилипшие к моему лбу, и добавил: «Я просто хотел сказать тебе об этом».

Территория выглядела прибранной, вероятно, нашими отцами. Накинув одеяло на плечо, я взглянул сквозь влажную одежду Эйдена и спросил: «Хочешь сначала принять душ?»

— Мы можем принять его вместе

Наша ванная настолько тесная, что, если бы я зашёл туда вместе с ним, то оказался бы прижат к стене. Я не горел желанием участвовать в типичном мужском подшучивании в момент сравнения наших «штуковин». Нет необходимости играть в игру с предсказуемым исходом. Это было несколько неловкое предложение по разным причинам. Нахмурившись, я  пробормотал: «Думаю, еще слишком рано для подобного».

Вопреки моим ожиданиям, он сразу согласился и ,немного стыдясь, скрылся в доме. Белый флуоресцентный свет освещал окно, а снаружи доносился эхом отцовский звон стаканов. Между моим папой и Мистером царила идиллия. Я медленно приблизился к двери, пообещав себе совершить набег на винный шкаф, как только они уедут. Когда я добрался до комнаты, мое внимание привлекла брошенная одежда Эйдена.

Осознание того, что завтра мы останемся совершенно одни, еще не дошло до меня.

Глава 8

Вжжж, вжжж.... Ритмичный гул старого вентилятора, который, как правило, не работал должным образом, когда его оставляли без присмотра, разбудил меня. Я, лениво потягиваясь под тонким одеялом, морально готовился к новому дню. В моем словаре нет такого понятия, как ранний подъем. Даже проснувшись, я проводил в постели более тридцать минут. А в дни учебы обычно включал будильник с учетом неприкосновенного времени, в которое мог позволить себе бездельничать. Теперь, не имея никаких дел и забот, я наслаждался, нежась, как кошка, ищущая укрытие от жары.

— Проснулся?

События прошлого дня неуловимо пролетели, подобно бабочке. И вот сейчас я вижу перед собой Эйдена. Словно изучая мое расслабленное состояние, он слабо улыбнулся.

— Они уедут после обеда, так что можешь еще поваляться

«Да», - ответил я, предвкушая дополнительные минутки отдыха.

На удивление Эйден быстро освоился. Не возникло никаких проблем, связанных со сменой часовых поясов или рациона питания. Казалось, что ему здесь комфортнее жить, чем даже мне. Однако заметные темные круги под глазами намекали на бессонницу. Аналогично выглядел и я. Возможно, из-за того, что делил одну комнату с незнакомцем и перестал высыпаться.

— Ты снова бегал?

«Нет», — Эйден, отрицая и немного смущаясь, провел пальцами по волосам. - Я болтал по телефону»

Вспоминая все моменты вчерашнего вечера, я предположил, что во время длительной попойки поднимались различные темы, о которых мы не знаем. Конечно, за подобными разговорами последует двойная доза придирок в мой адрес. Но, будучи уверенным в умении отца утешать, я ненадолго успокоился, уткнувшись лицом в подушку. Ведь он уделяет слишком много внимания даже незначительным проблемам. Не желая углубляться в подробности, я оставил все как есть.

Эйден, по лицу которого так сложно прочесть эмоции, присел рядом с кроватью прямо на пол, опираясь спиной к стене. А его красивые глаза фактически прилипли ко мне. Испытывая неловкость, я начал массировать затекшую шею и, стиснув зубы, спросил первое, что пришло в голову.

— Мистер проснулся?

— Еще нет

Втайне мне хотелось, чтобы он проснулся намного позже. Я боялся встретить его настолько, что у меня возникло странное желание – свести наше с ним общение к минимуму. Когда Эйден упомянул об их отъезде, я решил, что стоит еще немного поспать, вместо того чтобы вести неловкие беседы с Мистером. Продумывая все возможные пути отступления, я вздохнул.

— Ты так и будешь там сидеть?

— А что не так?

— Ты уверен, что я смогу уснуть под твоим тяжелым взглядом?

По какой-то неведомой причине внутри бушевала тревога от того, что Эйден оставался на месте. Я надеялся, что он пойдет куда-нибудь еще, но тот продолжил упорствовать, никак не реагируя на мои колкие высказывания. Проще уж самому отвернуться, что я и сделал, накрывшись одеялом. Пытаясь игнорировать его и заснуть, я почувствовал прикосновение к своему локтю.

— Не смотри так

Он слегка схватил мою руку, заставив тело снова развернуться.

— Спи лицом сюда

— Почему..?

— Душно же

— Спать лицом к телу – вот, что душно

Эйден сузил брови и произнес, немного капризничая: «Тогда я сяду лицом в противоположную сторону и подремлю тоже».

Я не мог понять причину упрямства. Какой смысл отдыхать в некомфортных условиях? Да, он вел себя по привычному мягко, но в действиях отражалась настойчивая решительность. Я неохотно согласился и положил руку ему на плечо.

— Ты не возражаешь?

— Ага, делай так, как нравится

Эйден прислонился к кровати. Его аккуратно ухоженный затылок был прямо передо мной. В отличие от крепкой шеи и стройных плеч, эта область выглядела явно мальчишеской. Я небрежно провел по нему пальцами, словно гладил щенка, ощущая удивительно мягкую текстуру. Некоторое время Эйден молчал, позволяя моей руке блуждать по волосам. Прикасаясь к голове в течение некоторого времени, я, сам того не осознавая, погрузился в сон. Хотя и спал недолго, тело было необычно тяжелым. Потирая глаза, я снова увидел спину Эйдена, а моя рука лежала на его плече.

Эйден, обернувшись и указав на дверь, сказал: «Думаю, пора выходить».

Наконец, наши родители закончили собирать вещи. Будучи немного голодным, я почесал растрепанные волосы и встал. Эйден терпеливо ждал, наблюдая за моей возней. Когда я с опозданием поднялся, отец широко открыл дверь, восклицая: «Ты еще не умылся?»

В его голосе слышалось напряжение, вероятно, вызванное предстоящей дорогой. Я стоял там, охваченный смешанными чувствами, что-то между радостью и тревогой. Мистер неторопливо проверил рюкзак моего отца. Обменявшись несколькими словами, папа, выглядя слегка озадаченным, переводил поочередно взгляд то на Эйдена, то на меня, а затем спросил: «С тобой точно все будет в порядке?»

— Конечно

Внутри меня поселился страх. Прошло всего несколько дней с тех пор, как мы с Эйденом познакомились. Все, включая отца, знали, что если мы сильно поссоримся или состояние моего здоровья ухудшится, это может стать серьезной проблемой. Так что отпуск больше похож на какое-то приключение. Я не расставался с отцом надолго уже несколько лет, отчего и нервничал, подобно животному, отбившемуся от стаи. С одной стороны, присутствие Эйдена рядом дарит спокойствие. Однако, по мере приближения момента разлуки возникало странное сопротивление внутри. Дело не в том, что мне не нравилась идея независимости, а скорее в том, что я не привык к незнакомым ситуациям. Эйден, напротив же, и не выказывал никаких признаков волнения. Когда мои мысли начали тонуть в вязкой неопределенности, пришло время прощаться.

«Вот и все», - сказал мой отец.

Когда мы вышли из дома, он закинул рюкзак в грузовик и обнял каждого из нас.

«Если Минхёк снова придет в гости и устроит беспорядок, ты знаешь, я разозлюсь», - добавил он.

Как-то давно случился один инцидент. Минхёк, который однажды посетил наш дом, совершил налет на винный шкаф. Я стыдливо отвернулся, ведь планировал провернуть нечто подобное и с Эйденом. В этот момент на лице парня читался явный вопрос и желание узнать о том, что же тогда произошло.

—  Был тут у нас один неприятный казус

Отец, закусив губу, колебался, будто раздумывая, уйти ему или остаться. Его нелепые движения то вперед, то назад сигнализировали о внутренней борьбе, а глаза наполнились театральными слезами. Вообще папа очень сентиментальный человек, поэтому я немного переживал за него.

«Поторопись и поезжай», - сказала я, и наконец, он сделал тяжелый шаг вперед.

Папа и Мистер сели в грузовик. Я нерешительно махнул рукой, уставившись на грузовик, пока он полностью не исчез из поля зрения. На мгновение в моей груди появилась мимолетная грусть вперемешку с пустотой. Однако на смену им пришли радость и восторг, делая невозможным скрывать растущую до ушей улыбку.

—  ...Свобода!!!

Я остался наедине с Эйденом, хоть мне и не удастся насладиться одиночеством, о котором так мечтал, есть большая вероятность, что он послушно выполнит любую мою просьбу. Иногда размышляя о самостоятельной жизни, я содрогался от неуверенности и не понимал, какие шаги должен сделать. Эйден, исследуя мое постоянно меняющееся выражение лица, произнес: «Вы близки?»

— Да, хочешь я познакомлю тебя с ним?

Время для подобного вопроса показалось несколько неподходящим, и, несмотря на мое удивление, я решил ответить спокойно. В конце концов, Минхёк – мой самый близкий друг, хоть и нечасто видимся. Полагая, что чем больше друзей, тем лучше, я был готов познакомить их друг с другом.

—  В этом нет нужды

Ну и зачем тогда он спросил? Вместо того, чтобы настаивать на их знакомстве, я сосредоточился на выравнивании своего дыхания. Внезапно из моего голодного желудка вырвался тонкий звук. Пришло время выполнить первую строчку в списке желаний – приготовить рамен, который отец обычно запрещал есть.

— Я должен тебе кое-то сказать

Эйден с нежностью посмотрел на меня, акцентируя всю важность происходящего. Ослабляя затянувшуюся улыбку, я переключил внимание на него в полной готовности выслушать. Он приблизился ко мне практически вплотную…

«Что происходит???» - мысленно запаниковал я, хоть я испытывал некоторое влечение к нему.

Я прокручивал все возможные сценарии и даже предполагал, что мне не удастся победить его из-за наших физических различий. Все мои органы чувств обострились, а тело напряглось, когда рука Эйдена двинулась к моей пояснице. Я оставался неподвижным, пытаясь предугадать, что он сделает дальше. Он начал нежно гладить меня по затылку, так же, как и я некоторое время назад. Одновременно он что-то прошептал мне на ухо. Пытаясь услышать, я наклонился ближе.

«...?»

—...Твои касания...так непросто для меня…

Хотя Эйден ясно передал свои мысли, моим ушам потребовалось некоторое время, чтобы уловить смысл. Было такое ощущение, словно кто-то прерывал и фрагментировал слова, мешая восприятию реальности.

«…..»

Наконец он закончил откровенничать. Я на мгновение потерял дар речи, залипая пустым взглядом в одну точку.

—..Что ты сказал?

Не желая повторять вопрос, я просто уставился на него. Эйден, распознав мою реакцию, красиво закрыл глаза и усмехнулся, ослабляя объятие. Как ни странно, ноги потеряли силу, и я неловко плюхнулся на землю, издав легкий глухой звук. Явно озадаченный Эйден сунул руки под мышки и без особых усилий поднял меня обратно на крыльцо. Я мог только молча наблюдать, как он осторожно опускает меня на землю. После секундного колебания Эйден наконец открыл плотно сжатые губы.

—...Я пока пробегу круг, чтобы дать тебе время.

Я впервые за свою короткую жизнь столкнулся с подобным. Мне нужно побыть одному, чтобы тщательно подобрать слова, которые не причинят ему боль.

«Все в порядке с дыханием?» - забеспокоился Эйден, поднося пальцы к моему носу. Я же не побледнел и не потерял сознание, так что никакой опасности не нет.

— Я побежал, так что подумай хорошенько

— А что я должен сказать?

Едва успев ответить, он провел пальцами по моим волосам, несмотря на то, что предостерег от таких действий. Не желая противостоять, я сфокусировался на Эйдене, исчезающем в лесу....

—…Безумец, так внезапно признаешься в своей ориентации

Казалось, что я держал в руках бомбу замедленного действия.

Глава 9

Почему, как только наши отцы уехали, он сразу же поделился своим секретом. Да, у нас теплые, дружеские отношения, но не та степень близости, при которой можно спокойно вываливать все скелеты из шкафа. Я не собирался обвинять Эйдена, ведь пол – просто условность, которая никак не влияет любовь. Независимо от выбора и предпочтений, я всегда буду поддерживать его. В голове речитативом повторялась брошенная им фраза: «...Твои касания...так непросто для меня…» Удивительно, что мои действия оценивались как нечто возбуждающее. В первую встречу мы обнялись, мы спали под одним одеялом, и он даже нес меня на руках. В то же время легкое прикосновение теплых рук к коже будоражило Эйдена.

Я сделал мысленную заметку, чтобы быть чрезвычайно осторожным в будущем. Новые факты о нем глубоко проникли под кожу. Прежде всего, надо показать Эйдену, что все в порядке. Я не желал, чтобы результатом его искренности стало разочарование. Полный решимости, я сосредоточился на собственном дыхании, и, прикусив побледневшие губы, шлепнул себя по щекам несколько раз. Хоть я и понимал, что между нами ничего не изменится, но в сердце продолжал раздаваться предательский грохот, а ноги подкашивались. В попытке отвлечься, я представил голубя, парящего высоко в бескрайнем небе.

«Почему же я так нервничаю, ведь ничего плохого не случилось» - подумал я вслух, выдыхая воздух. Следом за тяжелым выдохом, вырвался короткий и неглубокий вздох. Я словно оказался зажат между надеждой на то, что он вернется завтра, а лучше послезавтра, и острой необходимостью вычистить все из памяти. Но моим мечтам не суждено сбыться.

Прошло около тридцати минут.

«Он идет, идет! Что же делать?»  - запаниковал я, увидев сквозь листву знакомое лицо, и сжал кулак. Эйден был крайне обеспокоен, что не сравнимо с его беспечностью в момент признания. Благодаря чему, тревога распространялась по моему организму с усиленной скоростью, будто зараза. Шаги неуклонно приближались, и я опустил взгляд. Эйден сел рядом, нервно поглаживая затылок. На несколько секунд повисла тишина, которую я тут же нарушил.

— Где ты был?

— Недалеко отсюда

Мы находились друг от друга на расстоянии вытянутой руки, но, казалось, что между нами сотни метров. Моя грудь странным образом сжималась от гнетущей вокруг атмосферы. Прежде чем я успел набраться сил, Эйден сам перехватил инициативу, спрашивая: «Ты думал об этом?».

«Э-э-эм» - на мои жалкие потуги выдавить хоть слово его челюсть напряглась.

На самом деле, на языке вертелось так много вещей, которые я хотел сказать ему, но вместо этого кратко произнес: «Все нормально, не переживай». Эйден, тепло которого заметно ощущалось с каждым движением , кивнув в ответ, аккуратно приближался, сокращая дистанцию.

— Чего ты вдруг? Не подходи

— Почему? Тебе некомфортно?

— Нет, дело не в этом! Прости, что прикоснулся к тебе тогда. Теперь я знаю все и больше не поступлю так

— Я признался не поэтому…

— Не потому, что прикосновения могут тебя возбудить?

— Возбудить, ты о чем?

— Разве тебе не было неловко сегодня утром?

Внезапно раздался пронзительный хохот.

— Да, я гей. Но это не означает, что я настолько похотлив и возбуждаюсь от любого физического контакта с другим парнем

— Кто сказал, что ты похотлив? Я не то имел ввиду.

— Ну так смысл один

Тот, факт, что Эйден влюблен в мужчину, являлось чем-то невообразимым. Ведь он настолько совершенен: богат, красивая внешность, выдающиеся способности. Кто-то может и не понять его ориентацию, которая по их мнению ни что иное, как изъян. Однако мне до сих пор любопытно, почему он открылся мне.

— Почему ты поделился со мной?

— Ааа, ну. Однажды я вернусь домой…

— И?

— Ты все равно бы узнал. Мне очень важно, чтобы в будущем, вспоминая дни проведенные вместе, ты не испытывал отвращение.

Точно, когда-нибудь нам придется расстаться. От неожиданной действительности кольнуло в области сердца. Прошло всего три дня, а Эйден уже думал далеко вперед.

— Отвращение? О чем ты вообще?!

Даже если бы я увидел какую-нибудь мерзкую вещь, то взгляда на Эйдена было бы достаточно, чтобы развеять все гадкие чувства. То ли от шока, то ли от возмущения я продолжил: «Я просто оказался застигнутым врасплох. И даже если бы я узнал намного позже и не от тебя, то ничего бы не изменилось. К тому же, тебе ведь не нравятся все подряд мужчины. Я не считаю тебя ни омерзительным, ни извращенцем. А твоя доброта покорила меня. Самое главное – какой ты человек, все остальное не имеет значения».

— Просто, как только папа уехал, мое волнение как рукой сняло. А потом ты выпалил все настолько резко, что у меня аж ноги подкосились.

— Но если бы я сказал обо всем при них, то ты точно не смог бы контролировать эмоции.

Эйден попал в точку, пытаясь поймать со мной зрительный контакт, и добавил: «Я хотел сообщить как можно скорее, не теряя ни секунды»

— Ладно я понял. Так что нет необходимости переживать

Эйден, кивая, подарил мне уже такую знакомую и добрую улыбку, которая тут же рассеяла всю накопившейся стресс. Однако сложно определить границу допустимого между нами. Физический контакт неизбежен, но где проходит эта линия?

— Точно! Давай кое-что проверим. А ты скажешь комфортно тебе или нет.

— Тест?

— Я же говорил, что не собираюсь причинять тебе неудобства.

Я смущенно почесал кончик носа под смех Эйдена.

— Эээй, я серьезно же!

— Понял-понял, давай

Я медленно придвинулся к нему и нежно схватил за плечи, спрашивая: «Нормально?»

Эйден, оставаясь неподвижным, ненадолго посмотрел на меня и ответил: «Да»

Немного опустившись, я коснулся его предплечья и, получив согласие, двинулся дальше к его запястью. Мои прикосновения продолжали скользить, останавливаясь на выступающих венах. И поскольку он молчал, следующий шаг не представлял проблемы. Неизбежно, я добрался до его ладони, ощущая легкие искорки на кончиках пальцев. Эйден, изучая мои последовательные действия, взял меня за руку и в то же мгновение залился краской, отчего я сразу отпрянул. Сделав глубокий вдох, я ждал, пока он придет в себя.

— Прости..

— Все в порядке, не волнуйся

Разве такой парень как я, может вызывать настолько бурную реакцию?

— Оказывается, ты более застенчив, чем я мог представить.

Не в состоянии возразить, Эйден робко покашлял. По правде, в моих глазах он выглядел очень мило и ребячливо.

— Хочешь спать в комнате моего отца? Она намного больше, чем моя

— Нет

— Хмм, почему?

Едва вернувшись в равновесие, он поднял на меня свои красивые глаза и спросил: «А если что-то случится?»

— Да что может произойти? К тому же, я сплю достаточно крепко

Похоже, он не хотел отдаляться и разделять комнаты, когда мы только-только подружились. Более того, мы ведь не спим в одной постели, так что нет причин для беспокойства.

— Ладно, тогда остаемся вместе. И никаких ссор, пока ты здесь

На этой ноте мы устранили все возникшие непонимания. На смену тревоги внезапно пришел голод. Похлопав себя по животу и взглянув на Эйдена, который все еще пребывал в сложных чувствах, я решил разрядить обстановку нелепой шуткой и схватил его за руку, на что Эйден никак не отреагировал. Вообще мне стоило, схватить и бежать, но тут я вспомнил, что бежать-то я не могу. Осознав, что похож дурачка, а шалость не удалась, я собирался отпустить его, но Эйден заблокировал все пути отхода, сжимая мою ладонь сильнее.

Глава 10

— Эм…Ты ел?

— Да, перекусил немного с дядей

Поскольку температура постепенно повышалась, я не мог находиться на улице бесконечно. Когда я заговорил о еде, после того, как мой голодный желудок издал ворчание, Эйден слегка, притянув меня к себе, обернулся и спросил: «Ты голоден? Что ты хочешь?»

— Определенно рамен. Не ел его уже несколько месяцев.

— Но ведь еще утро

— А в чем проблема? Немного натрия мне не навредит, да и папа не разрешает есть его часто

Я покачал головой от раздражения.

— Хорошо, тогда пойдем

На этот раз Эйден двинулся вперед, не краснея. Я отставал на шага два, но и догнать его сил не было. Передо мной предстали широкая спина, крепкие плечи, тонкая талия и наши ладони совершенно разного размера. Не знаю, что чувствует Эйден, но я решил не считать наш контакт чем-то особенным. В конце концов, мы просто держались за руки, ведь друзья так делают, да?

— Иди на кухню

Как только я вошел в дом, то сразу достал две упаковки лапши, которые тайно припрятал в своей комнате. Некоторое время назад мы с папой вступили в спор , в результате которого он выбросил почти все. Эйден стоял с озадаченным видом, когда я вернулся со своим сокровищем в руках.

— Тебе может показаться смешным, но попробуй побыть на моем месте, и ты поймешь. У меня в запасе всего две пачки. И даже если я захочу еще, то не смогу полакомиться, понимаешь?

Эйден отодвинул мне стул и предложил сесть, пока я неловко колебался. Без всякой подсказки он достал кастрюлю и, набрав воды, поставил на индукционную плиту. Затем открыл пакет с лапшой.

— Ты приготовишь?

— Ага

Поскольку найти рамен несложно даже в США, он, похоже, знал, как его готовить. Я от скуки подпер подбородок и попытался успокоить накатывающую бурю внутри себя, пока за окном листья деревьев безостановочно колыхались под теплым ветерком. Я молча наслаждался пейзажем, как вдруг в голову пришла внезапная мысль.

— О, разве не странно?

— Ты о чем?

— Ну, тебе кто-то нравится, и он парень, да?

Эйден ничего не опроверг и не подтвердил. А я продолжил, словно обнаружив большое противоречие: «Вчера ты поделился своим секретом. Почему ты назвал его красивым?…»

Недостаток времени на подготовку к такому откровению, несомненно, расстраивал. Если бы он намекнул несколько раз, я понял бы, не нуждаясь в прямом признании. Несмотря на то, что Эйден сосредоточился на плите, стоя ко мне спиной, он не уклонялся от ответа.

— Красота...Она относительна

— Почему?

— Ты поймешь, когда влюбишься

Он говорил ясно, помешивая воду длинными деревянными палочками. Заметив, как его уши покраснели, я осознал, что тот человек застрял очень глубоко в его сердце. Я не совсем понимал смысл сказанного, ведь все мужчины вокруг крепкие, с густой растительностью на лице, и их сложно назвать «красивыми». Озадаченный словами Эйдена, я молча ждал, пока он закончит. Ведь мне нужно услышать более подробное объяснение. Прищурив глаза, я наблюдал, как он отнес кастрюлю с раменом на стол и аккуратно положил ложку.

— Как человек может быть красивым?

— А, ты настойчивый

Эйден загадочно улыбнулся, а я взглянул на его слегка приоткрытые, пухлые губы. Только когда он сел напротив, наши взгляды наконец встретились.

— Когда мы впервые познакомились, то я подумал…

— Симпатичный?

Он кивнул, а затем добавил, наклонив голову в сторону: «Что хочу с ним переспать…»

Я, уронив палочки для еды, смущенно выпалил: «Чтооо, что ты сказал?»

Эйден сохранял невозмутимость, хоть мой рот и отвис, как у карпа. Не поцеловать, не обнять…У него сразу возникло влечение? К счастью, внезапное открытие произошло до того, как я приступил к поеданию лапши. В противном случае я мог бы и выплюнуть ее. Неужели все подростки в Америке такие? В их мире события, которые обычно развиваются от начала к середине и до конца, часто происходили в обратной последовательности. Так странно, что отношения могут зародиться до того, как синхронизируются сердца. Итак, я попытался отмахнуться и не забивать себе голову, но по неизвестной причине мое сердце заколотилось сильнее.

— ...Ты сразу поймал себя на подобным желании? Разве нет промежуточного этапа?

—  Промежуточный этап?

—  Держаться за руки, объятия, поцелуи - разве не такие вещи должны происходить первыми? А у тебя какой-то неправильный порядок действий, то есть я впервые столкнулся с таким ходом мыслей. Эйден просто уставился на меня, не отвечая. На мгновение время словно замерло, пока мы переглядывались. Где-то чирикнула птица. Я, подобрав упавшие палочки дрожащей рукой, умело поднял лапшу.

—  Хах, горячо...

Застывшая сцена возобновилась, когда Эйден перелил бульон и поставил рядом.

— Если слишком горячо, ешь отдельно

Я собирался поспорить, но пока ел лапшу, внезапный приступ кашля заставил послушно слушать Эйдена. Парень все еще игриво улыбался, а его слова являлись отчасти шуткой. Однако я не мог избавиться от волнения и просто опустил голову вниз, как будто собирался сунуть нос в миску. Как, черт возьми, мужчины спят друг с другом? Когда мои размышления дошли до критической точки, я обнаружил, что не могу смотреть ему в глаза. Меня охватил стыд за собственную непристойность, ведь я обсуждал то, в чем совершенно не разбирался.

Нет, развязный тут только Эйден. Вместо того, чтобы искренне узнать человека, он сразу хочет переспать с ним. Но я не мог критиковать Эйдена, отчего стал смущаться пуще прежнего и постарался сосредоточиться на еде.

«Трудно не думать о подобном, когда тебе кто-то симпатичен», - заключил Эйден. Вероятно, дискомфорт возник из-за нежелания вступать в сексуальные отношения с окружающими меня мужчинами. Я посчитал, что это несколько отвратительно, но я не имею права вмешиваться. Я не считал Эйдена мерзким, просто я узнал больше, чем следовало. А он все время смотрел только на меня, отчего сердце билось в бешенном ритме от страха, что он  узнает мои истинные чувства.

—  Я понимаю, если человек красив, тебя волей-неволей влечет к нему...

Эйден многозначительно подпер подбородок. Все еще трудно поверить, что ему нравятся парни, тем более он больше ассоциировался с теми, кто соблазняет женщин.

—  Особенно любопытно увидеть его в постели

Эйден произвел эффект разорвавшейся бомбы. Аппетит тут же пропал. Даже рамен, которого я так хотел, потерял вкус.

—   Похоже, я задал слишком много вопросов

Я пробубнил почти в отчаянии и потянулся за бутылкой с водой. Эйден налил воды в пустой стакан и протянул мне.

— Испытываешь жажду?

— Нет, просто… острое, вот и все

Я, осторожно махнув рукой, спокойно взял стакан. Будучи немного застенчивым, Эйден иногда менялся, превращаясь в язвительную змею. В таких ситуациях мне очень хотелось отомстить ему или шлепнуть нахального парня по спине. «Но на самом деле это только повредит мою ладонь», - подумав, я проглотил оставшуюся воду. В миске все еще плавали нетронутые водоросли.

Тем не менее, мне нужно забить свой голодный желудок, и я не мог оставить то, что приготовил Эйден. Медленно и неохотно я проглотил все. Он сохранял свое обычное поведение, тонко подстраиваясь под мой темп, предлагая кимчи или воду. Эйден, теперь воздерживавшийся от комментариев, казалось, не изменился по сравнению с его обычным состоянием. Я почувствовал облегчение, что эта долгая беседа наконец подошла к концу.

—  Я помою посуду

—  Все в порядке. Сначала умойся, рот может жечь

Отказавшийся от помощи Эйден, взяв на себя инициативу, убрал посуду. Я встал и протер глаза, словно проверяя, нет ли в их уголках грязи. Не обращая особого внимания, он направился прямо к раковине. Некоторое время я смотрел на относительно низкую раковину. Нет, не она маленькая, а Эйден слишком огромный. Мне стало интересно, мыл ли он когда-нибудь посуду у себя дома. Я без необходимости решил вмешаться.

— Я помогу

Посуды накопилось еще с утра, и уборка займет больше времени, чем ожидалось. Эйден стоял рядом с недовольным выражением лица, когда я открыл кран.

— Не стоит, вода же холодная

— Когда моешь руки, вода тоже холодная. Так что переживать не о чем

Эйден осторожно смывал пену с миски. И, возможно, обеспокоенный тем, что разбрызгает или случайно ударит меня руками, неловко изогнул свое тело. Сцена являлась настолько забавной, что я иногда хихикал и время от времени косился на него. Когда наши взгляды встречались, он не избегал зрительный контакт, но временами робко отворачивался в попытке сосредоточиться на посуде. Я принял также максимально неестественную позу, опасаясь, что он может случайно наткнуться на мой бок.

Закончив с уборкой, Эйден принес полотенце, висевшее на ручке шкафа, которым сразу завернул мои мокрые руки  и крепко прижал их, чтобы высушить. Его поступки сравнимы с жалкой пародией на отца, вызывающую лишь слезы. Я задавался вопросом, не промыл ли мой папа ему мозги, пока я спал, из-за чего он стал таким одержимо внимательным.

— Тебе необязательно заходить так далеко

—  Ты о чем?

Я не мог знать наверняка, действительно ли он не понимает или прикидывается дурачком. Намеренно хлопнув полотенцем по его рукам, я отступил.

Эйден, вернувшись в комнату, подошел взять одеяло, по-видимому, измученный ранним пробуждением и резкой сменой часовых поясов или, может, последствиями своего признания. Подумав, что ему нужно немного отдохнуть, я слегка похлопал его по спине.

— Можешь не расстилать, просто спи на моей кровати

Когда я случайно открыл рабочую тетрадь и сел за стол, Эйден, прикидываясь взволнованным, спросил: «Можно?»

— Конечно

Как только я дал согласие, он охотно упал на кровать. Странным образом приятно видеть, как он уткнулся в одеяло, пропитанное моим запахом. Да, у меня нет сил защитить Эйдена, но, по крайней мере, летнее одеяло согреет его, пока он спит. С сонными, полузакрытыми глазами Эйден, наблюдавший за мной, наконец не выдержал и задремал. Я осторожно приблизился и сел рядом. Поскольку его затылок был прямо передо мной, искушение протянуть руку стало непреодолимым. Он крепко спал, и я нежно дотронулся кончиками пальцев до его мягких волос, осторожно двигая рукой, словно касаясь разбитого стекла. Независимо от того, почувствовал ли он мои намерения или нет, закрытые веки Эйдена слегка задрожали.

Глава 11

Гул телефона эхом разнесся по всему дому, отчего Эйден резко проснулся. Он сразу, открыв глаза, рефлекторно встал. Срочного звонка, на который нужно было бы ответить, мы не ожидали, но он побежал в гостиную и взял свой мобильник быстрее, чем я успел отреагировать.

«А ты быстрый», - когда я, бормоча, собирался поднять трубку, Эйден смутился и коснулся затылка. Он потер запавшие веки и жестом показал мне, чтобы я поторопился.

Звонили, как выяснилось, из единственной прачечной в городе. К счастью, мужчина хотел доставить школьную форму, которую мой отец отдал в химчистку. Хотя нет никакой спешки, но мужчина настаивал, возможно, предполагая, что моего отца нет дома. Казалось, вся деревня знала, и он изо всех сил старался побыстрее справиться с порученным делом.

— Мне привезут школьную форму

— Твоя школьная форма?

Я кивнул, а Эйден не смог полностью скрыть едва уловимую улыбку, словно пребывая в каком-то предвкушении, отчего я некоторое время озадаченно застыл на месте. Вскоре к опушке леса подъехал фургон. Знакомый шум колес, напоминающий звук отцовского грузовика, раздавался громко. Как только мужчина вышел из машины, он заметил Эйдена: «Ты... Эйд...?»

— Эйден

Он сразу переспросил, с любопытством изучая его лицо. Это была странная и экзотическая внешность для человека, который нечасто выезжал за пределы города. Точно так же, как я, в момент первой встречи какое-то время очарованно рассматривал красивые глаза парня.

Такая нелепая ситуация не вызывала никаких признаков дискомфорта у Эйдена. Вместо этого он сосредоточился на том, чтобы дотянуться до формы, будто пытаясь выхватить. Когда он практически вырвал ее, я, нервно наблюдая за их разговором, быстро спрятал руки в карманы брюк. Теперь чувствовать себя неловко настала моя очередь.

— Это мое....

Хотя Эйден и не собирался ничего красть, я не мог избавиться от досады, видя, как мои вещи забирают прямо перед носом. Однако, зная, что он с радостью сделает для меня все, я послушно смирился. Когда мужчина забрался обратно в свой фургон и покинул лес, стоявший рядом Эйден подхватил меня, и мы направились домой. Вспомнив неуверенное произношение этого человека, я спросил: «Разве у тебя нет корейского имени?»

Приводящий в порядок форму, Эйден, покачав головой, сказал: «Нет».

Странно, ведь его мама была кореянкой. Я пытался вспомнить хорошее корейское имя, бормоча «Эйден, Эйден», а он игриво встревал, спрашивая: «Что такое?»

«Э-хи... Э-хи...»- не сумев придумать, я прибег к игре слов. Эйден поднял брови, показывая явное неодобрение.

— Эхи, тебе не нравится?

— Ага

Я хотел навязать ему неподходящее имя, но тот факт, что он слишком хорошо говорил по-корейски, создавал проблему. Мои губы продолжали изгибаться в улыбке, я небрежно сел на кровать, пытаясь разрядить обстановку.

— Но прекрасно же звучит

— Прекрасно?

Эйден начал еще больше сомневаться

— Но оно действительно очень красивое

Я намеренно, опустив голову, тихо пробубнил, а Эйден продолжал наклоняться в мою сторону, пока, наконец, не прошептал, будто разделяя сокровенную тайну: «Тогда ты единственный, кто будет его знать»

Эйден взял телефон, который я случайно бросил на стол, и устроился рядом. С торжествующим видом он повернул ко мне экран, заставив меня подавить вынужденный кашель, чтобы скрыть смех. Гадая, что он собирается мне показать, я сосредоточился: на экране отображались сохраненные фотографии.

— Это та форма, да?

— Ага…

Фотография перекочевала от Минхёка ко мне, а потом оказалась на мобильнике моего отца. Оно была сделана в начале лета в прошлом году, тогда я не мог участвовать в соревнованиях, поэтому наблюдал за происходящим через окно класса. Минхёк, который вышел на стартовую линию, чтобы пробежать эстафету, сфотографировал меня, восходящего, как луна, из окна, отчасти для того, чтобы посмеяться после.

—  Мое лицо выглядит так, поскольку снимок сделан снизу. Наш класс тогда располагался на втором этаже

Концепция школьной формы в Соединенных Штатах относительно необычна, и даже если ее носят, то дизайн отличается от корейской. Я скинул фотку, только чтобы рассмешить папу, но я не ожидал, что он отправит ее Эйдену. От стыда я резко потянул руку в попытке погасить экран.

— Почему ты хранишь подобное у себя? Серьезно, если папа собирается чем-то поделиться, ту пусть хотя бы выберет что-то посимпатичнее

Внезапно по спине пробежали мурашки, и я произнес: «Мой папа часто присылает их?»

—  Примерно раз в месяц

— С каких пор?!!

— С начала года….

— Что? Да ладно! Теперь у тебя есть целая коллекция...

Смущенный Эйден тихо кивнул. Внезапно меня охватило жаром, и я с грохотом хлопнул себя по лбу.

Мне стало немного не по себе, ведь Эйден всегда был симпатичным, даже в подростковом возрасте, а он получил мою самую некрасивую фотографию. В моей галерее нет ни одного снимка с ним. Я решительно пообещал себе, что больше никогда не буду вынимать телефон из кармана.

— На самом деле, ты мне очень интересен. Я не сомкнул глаз после того, как купил билет на самолет

Тот факт, что он узнавал все без моего ведома, вызвал странную вину. Хотя я и думал о нем, но не до такой же степени. Да я также, предвкушая наше знакомство, не спал ночь, но решил не говорить, чтобы не расстраивать его.

— Значит, ты ждал наше встречи?

— Ага...

«Твои ожидания оправдались?» - лукаво спросил я, предвосхищая возможные комплименты. Однако Эйден, должно быть, прочитав мое намерение, не ответил быстро. Вместо этого он наклонил верхнюю часть тела, приближаясь, и задал встречный вопрос: «А ты?»

Цепкий и хитрый взгляд парня прилип ко мне. И если бы я злился, то его красивые глаза, которые снова застали меня врасплох, растопили бы все неприятные эмоции, как мороженое на солнце.

— Я… я не знаю. Почему ты спрашиваешь?

Неосознанно мы сокращали расстояние между нами, и его широкие плечи, казалось, вот-вот столкнутся с моей головой. Ощущая боль в сердце, я инстинктивно отодвинулся, но Эйден слегка потянул меня за плечо, сказав: «Мне нравится»

Я не мог понять, какой реакции он ожидал, но надеялся, что наши чувства взаимны.

— Мне тоже все нравится

Довольный Эйден игриво потрепал меня по затылку. Понимать нюансы действий, которые были приемлемы для него, но не для меня, так непросто, но я оставался неподвижным, ловя утешение от его нежных прикосновений, которые постепенно спустились вниз и окутали мою поясницу, передавая тепло на чувствительную кожу.

Находясь в замешательстве, я медленно отстранился. Он на мгновение замер, а затем снова убрал руку, как будто ничего не произошло.

— Можешь показать, что еще прислал мой отец?

Эйден, не говоря ни слова, разблокировал мобильник. После нескольких нажатий он показал экран, на котором непрерывным потоком отображались исключительно мои фотографии.

— Божечки...

Я мельком заметил, как минимум, сотню, и со вздохом выхватил телефон. Намереваясь удалить, мои пальцы зависли над экраном, но он быстро протянул руку, не оставив мне ни шанса.

— Позволь удалить

Независимо от того, намеревался ли он дразнить меня бесконечно или нет, Эйден не шел ни на какие уступки. Хотя он, казалось, не прилагал особых усилий, я легко оказался схваченным. Наша возня чем-то напоминала перетягивание каната. Не смотря на мои жалкие потуги, разница в силе слишком разительна, что я не смог удержаться на месте и в конечном итоге сдался.

— Он отправил их, потому что ты хорошенький

Я лишь пробормотал: «Жарко», скрывая собственное неудобство. Эйден, словно забыв прошлый наш разговор, в котором он признался в своей ориентации, без каких-либо колебаний почти обнял меня. Я не желал, чтобы он страдал, но и для себя не хотел печали и боли. Не сумев подавить тревогу, я лишь пожал плечами. Эйден, уловив тонкий намек, нежно взял меня за подбородок и отодвинулся. Если в его сердце вспыхнет страсть или волнение, то он искусно скроет их, продолжая общаться со мной с легкой непринужденностью. Эйден более осторожный и внимательный, чем я.

Даже если бы я просто остался на том месте, все было бы хорошо. Вероятно, его жесты являлись пределом приемлемой близости. Но по какой-то причине руки, обхватившие меня за бок, все еще вызывали беспокойство. Я стыдливо напомнил ему: «Пожалуйста, удали их прежде, чем уедешь домой».

Эйден уверенно показал заблокированный телефон, провоцируя разгадать пароль. Несмотря на мой безразличный взгляд, он, полностью лишенный стыда, игриво поднял подбородок, невинно улыбаясь.

Страница книги Нежный лес в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

О книге