Глава 0 - Пролог

Три-восемь

Сентябрь

<Том 1>

#Залог: Ку Гонджу

В игорном доме находились десятки людей, но ни один из них не вел нормального разговора. Звук перетасовывания карт, плевки, ругательства, смешанные с сигаретным дымом наполняли пространство. Всё это создавало атмосферу вульгарности и низости. Среди них был один ребенок, который явно не вписывался в это окружение. Мальчик крепко держался за потрепанные хлопковые штаны отца.

— Управляющий Ян, умоляю вас!

— Эй, уважаемый, вы ещё прошлый долг не вернули, какое право вы имеете просить ещё? Вам уже нечего в залог оставить

Управляющий Ян злостно закрывал бухгалтерскую книгу. Единственный его глаз уставился на переминающегося с ноги на ногу мальчишку. Их взгляды встретились. Ян ухмыльнулся, и золотой зуб сверкнул в его улыбке.

— И зачем ты притащил сопляка в игорный дом? Думаешь, у меня сердце дрогнет при виде ребенка?

Мальчику было лет восемь, не больше. Судя по всему, о худощавом маленьком ребенке вообще не заботились должным образом. Впрочем, будь у отца хоть капля совести, разве стал бы он проигрывать деньги в азартные игры? Управляющий Ян, расстегнул молнию сумки с деньгами и достал несколько купюр.

— Ну-ка, ну-ка, сколько тебе лет? – спросил он, прищелкивая пальцами и подзывая мальчика, словно собачонку.

Маленькая ручонка, вцепившаяся в отцовские штаны, задрожала. Испуганные глаза ребенка беспокойно оглядывали помещение. Все взрослые за столами были хмуры и суровы.

В просторном зале было накурено так, что все вокруг словно заволокло густым туманом. Стоял отвратительный запах затхлого табака. Слышались ругань и крики. Дыхание ребенка сбилось, ладошки вспотели.

— Взрослый спрашивает, а ты, сопляк, не отвечаешь? Твой папаша, помешанный на азартных играх, не научил тебя манерам?

Управляющий Ян, ухмыльнувшись, щелкнул банкнотами по голове ребенка. С каждым щелчком худенькие плечи мальчика вздрагивали.

— Ладно, так и быть, возьмите его!

— Что?

Управляющий Ян, до этого момента лениво развалившийся за столом, поднял голову. Глаза отца ребенка были глубоко запавшие и темные, уголки губ покрывала сыпь. Бегающий взгляд выдавал в нём заядлого игрока.

— Заберите его. В качестве залога. Он хоть и мал, но сгодится. Можете заставить его работать, милостыню просить – справится. Ну же, управляющий Ян, сделай одолжение.

— Эй, приятель, ты хоть знаешь,  сколько сейчас хлопот с детьми? Кому нужен такой залог?

Управляющий Ян засунул купюры в растянутый воротник оранжевой футболки мальчика. Затем, поковыривая мизинцем в ухе, сделал вид, что ему все равно. Почувствовав, что обстановка накаляется, мужчина поспешно добавил:

– Х…Хонджу мало ест, побои терпит, не жалуется. Управляющий Ян! Если я в этой игре выиграю, то все верну! И прошлый долг тоже!

– Хм…

Управляющий не раз видел, как люди ставили на кон все, что у них было, но чтобы собственного ребенка… Такое он видел впервые.

Цокнув языком, он оглянулся. Его взгляд встретился с Гу Пином, который полулежал, закинув ноги на подоконник. Гу Пин, владелец игорного дома, отвел взгляд от мальчика и коротко кивнул.  Управляющий Ян выпрямился и пододвинул к себе сумку с деньгами. Тяжелая сумка привлекла жадный взгляд мужчины.

–  Ну и где же ты играл, приятель?

– Вон там, за тем столиком…

Мужчина указал на столик у окна. Их взгляды встретились с игроком, который, попыхивая сигаретой, изучал свои карты. Это был опытный игрок, один из постоянных клиентов заведения. По тому, как блестели на его пальцах и запястьях драгоценности, Управляющий Ян сразу понял, что перед ним серьезный соперник. Он слегка подмигнул. С участием этого типа шансы на выигрыш у мужчины стремились к нулю.

— В интересную игру вы ввязались. — Управляющий Ян косо посмотрел на мальчика. Волосы ребенка были всклокочены, а оранжевая футболка растянулась, но глаза... глаза были чистыми и ясными.

— Вот почему так важно родиться в хорошей семье, — пробормотал он, расстегивая сумку. При виде синих купюр глаза мужчины загорелись.

— Пятьсот! Мне достаточно всего пятьсот тысяч!

— Пятьсот тысяч... Так, как вас там...

— Ку Хенгын. Ку Хенгын, — мужчина торопливо назвал свое имя, одновременно поглядывая на часы. Он проигрался прямо посреди игры, и его беспокоило, как бы не потерять удачу.

— Вообще-то, мы не выдаем займы без возврата предыдущих, но... сделаем исключение ради ребенка. Давайте поможем отцу. Так ведь?

— Да, да, конечно!

Ян неспешно открыл бухгалтерскую книгу и, проводя пальцем по строчкам, нашёл имя "Ку Хенгын". Вскоре его короткий ноготь остановился на нужной странице.

— Господин Ку, вы у нас уже изрядную сумму задолжали... На данный момент у вас долг четыре миллиона. Плюс ещё пятьсот тысяч... Придется переписать расписку.

— Да, да, конечно! Еще пара раздач, и я все верну!

Ян усмехнулся и выдвинул ящик стола, доверху набитый расписками. Достав чистый бланк, он начал заполнять его.

"Сумма займа: 4 500 000 вон. Проценты: 900 000 вон. Залог...".

В этот момент ручка в его руках замерла.

— Имя ребенка?

— Ку Хонджу. Его зовут Ку Хонджу.

— Красивое имя,— безразлично пробормотал Ян, выводя имя в графе "Залог".

—  Подпишите здесь.

Мужчина дрожащей рукой схватил ручку. Не читая, он нацарапал своё имя внизу документа. Ян тем временем отсчитал четыреста тысяч вон и положил их на стол. Миллион вон — Ян сразу удержал проценты из суммы займа.

—  Забирайте.

Бросив ручку на стол, мужчина поспешно сгреб деньги.

—  Папа...

Он резко оттолкнул маленькую ручонку, вцепившуюся в его штанину. Мальчик со слезами на глазах бросился следом, но его грубо остановили.

—  Куда ты собрался? — рявкнул Ян.

—  Папа!

Купюры, засунутые за воротник его  потрепанной футболки, разлетелись по полу. Мужчина, не обращая внимания на крики сына, скрылся в клубах сигаретного дыма.

—  Папа… Папочка…

Мальчик все звал и звал отца, пока его ресницы не слиплись от слёз, а губы не начали дрожать. Но отец, растворившийся в сизом мареве, так и не вернулся.

Так начался первый день Хонджу в этом доме.

Глава 1

— Эй, Хонджу! Вставай, жрать пора.

Хонджу, разминая затёкшее тело, с трудом разлепил опухшие глаза. Казалось, ещё немного, и глазные яблоки просто лопнут. Тело ломило, особенно трудно было открыть глаза — веки распухли и горели, словно обожженные. С трудом поднявшись, Хонджу увидел перед собой маленький столик. Открыв крышку лапши быстрого приготовления, он почувствовал прилив горячего пара, а за ним показалась и сама лапша. Только сейчас, увидев еду перед собой, он ощутил голод.

— Фух. Да ты, братан, вылитый управляющий Ян! Чего это у тебя с глазом?

— Да ничего.

Бандит, протягивая палочки для еды, загоготал. От этого хриплого смеха у Хонджу заложило уши. Он слегка прикрыл правое ухо, и шум немного стих. Ухо всё ещё горело.

— Кто тебя отделал так, а? В бильярдной?

Бандит громко чавкая, заглатывал лапшу. Хонджу молча положил себе порцию в миску и принялся за еду.

— Нет, на почте.

— А, этот тип… Всё никак не может завязать с азартными играми, хотя у него хорошая работа, да?

Вышибала, загребая лапшу, продолжал говорить с набитым ртом. Хонджу, молча жевавший еду, медленно кивнул. Приходя в игровой дом, каждый до единого верили, что сорвут куш.

Управляющий Ян предоставлял им такую возможность, одалживая деньги под проценты и с отсрочкой. Большинство должников, проигравшись в пух и прах, не могли вовремя вернуть деньги и скрывались. Как и отец Хонджу. Работа Хонджу заключалась в том, чтобы находить этих людей и выбивать из них долги. Он прошёл через всякое: его избивали, поливали ледяной водой посреди зимы, унижали.

Но Хонджу преуспел в своём деле. Это был его способ вернуть отцовский долг.

— Если откроем игровой дом побольше, и у нас кто-нибудь сорвёт джекпот, попроси ещё одного парня для выбивания долгов. Чтобы был здоровяком и пострашнее выглядел.

Вышибала постучал палочками по миске Хонджу. За грубостью скрывалась забота.

Бандит ткнул палочками в тарелку Хонджу. Хонджу понимал, что за грубостью скрывалась забота, видя как тот беспокоится, разглядывая синяки после избиения.

— Гу Пин, наверное, будет недоволен. Скажет, что я слишком долго ел.

— Да плевать на этого придурка. Жрёт сам как не в себя.

Бандит отложил палочки и допил бульон прямо из кастрюли.

Бам!

Он грубо поставил кастрюлю на стол. В ней осталось только несколько грибов и кусочков лапши. Хонджу как раз доел свою порцию.

— Поел? Пора выдвигаться. Сегодня мы переезжаем во временное казино.

— Знаю.

— Знаешь, так шевелись давай. А то Гу Пин опять начнёт орать.

Бандит швырнул пустую кастрюлю и палочки в раковину. Хонджу, посмотрев на его широкую спину, на которой зимой красовалась только футболка, встал и направился в ванную.

— Посуду потом помою. Иди переодевайся.

— А то! Что мне ещё сделать? Лапшу сварить и посуду помыть?

Хонджу улыбнулся подколке гангстера.

— Ай…

Рассечённая губа отозвалась болью. Хонджу коснулся губы пальцами и почувствовал вкус крови. «Щипать будет, когда зубы чистить буду». Он достал зубную щётку.

Собравшись, Хонджу вместе с бандитом вышел из дома. Квартира, где они жили, служила своего рода общежитием для сотрудников игорного дома. На самом деле это была однокомнатная квартира, в которой ютились трое мужчин, двое из которых были громилами — охранниками казино. Хонджу был среди них мальчиком на побегушках. Но его это не особо напрягало. Эти парни не трогали его.

Временное казино располагалось в полуразрушенном здании гостиницы. В нём было много комнат, где можно было без труда разместить игровые столы. Само здание находилось на пустом участке, и если бы кто-то попытался скрыться, его бы сразу заметили. Гу Пин пожалел денег на грузовик, и они на его старом микроавтобусе вместе с охранниками несколько раз мотались туда-сюда, перевозя столы и другое оборудование.

При воспоминании о том, как он таскал тяжести без передышки, у Хонджу заныли плечи.

— Ого, сколько лохов в первый же день, — сказал бандит.

Как он и говорил, перед гостиницей уже стояло несколько машин. Желающих рискнуть и попытать счастья в этом захолустье было хоть отбавляй.

Хонджу огляделся и поморщился.

— Эй, ты чего прохлаждаешься?

Верзила, стоявший у входа и допивавший кофе из банки, повернулся к ним. Это был Чхве, напарник вышибалы. Их работа заключалась в том, чтобы «усмирять буянов», а потасовки в этом заведении вспыхивали чуть ли не каждый час. Поэтому хозяин и нанял двух амбалов, работавших посменно. Здоровяк Чхве с его устрашающей физиономией и тяжелой рукой как нельзя лучше подходил для этой роли.

— Блин, придется мне еще часок подежурить, — недовольно проворчал Чхве. Обычно в это время они менялись.

— А что случилось?

— Дядьку уволили. Вот он и попросил меня подменить его.

«Дядькой» здесь называли парня, который выполнял разную мелкую работу: прислуживал за столами, убирал мусор. Хонджу помнил, что тот еще помогал им разгружать вещи из фургона. Интересно, за что его уволили? Но интерес был недолгим. Ни он, ни бандит, ни Чхве не собирались в это вникать.

— Ладно, пошли наверх, — сказал Чхве, допив кофе, и направился к входу. Хонджу и бандит последовали за ним.

Внутри уже было шумно. На третьем этаже они обнаружили управляющего Яна, который сидел, закинув ноги на старый железный стол. Он приподнял чёрную повязку, и Хонджу увидел его прикрытый морщинистым веком глаз.

— О, Хонджу! Тебя что, на почте так отделали? Говорят, этот тип в молодости боксом занимался.

От этих насмешливых слов Хонджу нахмурился, и боль в распухшем лице отдалась вновь. Кожа вокруг глаз горела.

— Я положил деньги на счёт, — отчитался Хонджу.

— Ага, видел. Пока будешь работать официантом.

— А дядя чем будет заниматься?

Хонджу и сам знал ответ — только что Чхве рассказал — но решил уточнить.

— Этот ублюдок смылся. Не знал? Пару раз получил чаевые и решил, что может крутить шашни с клиентками. Так что теперь ты за него. Ты хоть и разбит сейчас, но всё равно самый симпатичный у нас.

Чушь собачья. Какие ещё шашни? Просто им нужно было уволить человека, чтобы сэкономить или по какой-то другой причине. Но Хонджу не стал возражать. Ему было всё равно.

— Чего застыл? Работать надо! Шевелись!

Хлопок ладоней прозвучал оглушительно громко. В здании было холодно. Хонджу шмыгнул носом и застегнул молнию на куртке. Обычно в его обязанности входило получать списки должников с именами, адресами и местами работы. Но не сегодня. Сегодня ему предстояло разносить заказы клиентам.

— Хонджу, если увидишь тех, кто курит в помещении, делай замечание. Вежливо, — сказал управляющий Ян.

— А почему нельзя?

— Обои ещё нормальные. Потом сюда сотрудников переселим.

В этот момент зазвонил телефон управляющего Яна. Он махнул рукой Хонджу и ответил на звонок.

— Да, босс… А вы что-то давно не заглядывали…

«Обои он сохранить решил… Да там всё чёрное уже от грязи». Хонджу прошёл по коридору, где одна за другой тянулись комнаты с выломанными дверями. В каждой из них стоял игровой стол, за которым толпились люди. Управляющий Ян и Чхве хорошо выполняли свою работу — запаха сигарет не было.

Остановившись перед последней комнатой, Хонджу прислушался. Судя по тишине, там никого не было.

—…

Но Хонджу всё же решил проверить и заглянул в комнату. Внутри сидел мужчина. Он поднял голову, и их взгляды встретились. У мужчины было холодное, жестокое лицо, но в отличие от других завсегдатаев казино глаза его не были мутные, а щёки — впалыми. На руках его красовались чёрные кожаные перчатки, в которых была зажата сигарета с белым фильтром.

— Здесь нельзя курить, — сказал Хонджу, переступая порог.

Мужчина откинулся на спинку стула и глубоко затянулся. Хонджу подошёл ближе, чтобы лучше было видно, и мужчина выпустил ему в лицо клуб дыма. Хонджу закашлялся, замахал руками. Когда дым рассеялся, он услышал насмешливый голос:

— Это ещё почему?

Мужчина прищурился, разглядывая Хонджу. Черты лица его были резкими, суровыми, но без единого шрама. Он был одет в костюм и пальто — не место ему в этой забегаловке. Совсем другого круга человек, не то что Хонджу в своей старой драной куртке.

Но Хонджу не испугался. Раз этот тип тут оказался, значит, он ничем не лучше остальных — обычный игрок. И дорогой костюм с туфлями ему не помогут. Скоро он будет таким же, как все остальные. Хонджу оглядел комнату.

— Обои пропитаются дымом, — ответил он.

Волосы мужчины были аккуратно зачёсаны назад и даже не шелохнулись, когда он кивнул.

— Ох, прости.

В его голосе не было ни капли раскаяния. Он стряхнул пепел на пол и огляделся. Затем потушил сигарету о куртку Хонджу.

— Ах ты…

Хонджу отшатнулся. Дешёвая ткань зашипела, на ней расползалось чёрное пятно. Всё произошло так быстро, что Хонджу даже не успел ничего сделать. Он нахмурился и отступил назад, с трудом сдерживая рвущуюся наружу ругань.

Если он сейчас скажет хоть слово, его изобьют до полусмерти.

— Что вы себе позволяете? — Хонджу сдержал ругательство, но голос его прозвучал громко. В коридоре раздались торопливые шаги.

— Ты же сказал, курить нельзя. А пепельниц нет, — мужчина пожал плечами, изображая невинность.

Хонджу с досадой стряхнул с куртки пепел.

— Директор Мугён! — в комнату вбежал запыхавшийся Гу Пин. Он обращался к мужчине с приторной учтивостью, которую обычно использовал, чтобы заманить богатых простаков. Хонджу потрогал прожжённую куртку и искоса посмотрел на мужчину.

— У вас тут всегда так обслуживают? С таким отношением к клиентам долго не продержитесь.

Мужчина шевельнул ногой, и носок его ботинка уперся Хонджу в голень. Хонджу нахмурился. Гу Пин, чувствуя напряжение, торопливо оттолкнул Хонджу в сторону.

— Он тут не работает. А ты иди и делай, что тебе говорят.

— Мадам Гу Пин, слишком много запретов — вредно для бизнеса. Ни пить, ни драться, ни курить, ни употреблять наркотиков. Как же простакам деньги тратить, если вы им не даёте расслабиться? — мужчина постучал по столу уголком дорогой зажигалки Zippo, а затем небрежно бросил её на стол.

Зажигалка проскользила по поверхности и остановилась у самого края.

— Конечно, конечно… Как вам будет угодно, директор Мугён, — залепетал Гу Пин, разводя руками.

Мужчина усмехнулся и засунул руку во внутренний карман пиджака.

— Я же говорил, я не директор.

— Ну скоро будете… С таким-то лицом… Сразу видно, что вы не к простым смертным принадлежите.

Гу Пин умел льстить, как никто другой. Вот уж кто точно знает, как угодить клиенту.

И почему он перед ним так расшаркивает? Хонджу с недоверием посмотрел на Гу Пина. Тот уселся напротив мужчины и громко топнул ногой.

— А ну, брысь отсюда!

Будто пса какого прогонял. Хонджу в недоумении повернул голову и встретился взглядом с мужчиной. Тот смотрел холодно, пронзительно. Что-то пугающее было в этих тёмных глазах. Не отводя взгляда, мужчина достал сигарету и вложил в зубы. Потом слегка кивнул в сторону Хонджу — мол, прикури.

— …

Хонджу не шевелился. Мужчина медленно приподнял брови. Их глаза снова встретились. Хонджу невольно сглотнул.

— Эй, Хонджу, позови-ка сюда вышибалу. Директор Мугён, как только вынесут мебель, сразу начнём ремонт?

— Наверное. Только зданьице у вас совсем развалилось. Ремонт дорого обойдётся. Потратиться придётся, — Гу Пин сменил тему, и Хонджу оказался исключён из разговора. Он отряхнул куртку от пепла и развернулся.

— Блять! — пробормотал он себе под нос, переступая порог. Потом оглянулся и ещё раз взглянул на мужчину. Тот словно только этого и ждал — их глаза снова встретились. Мужчина, не вынимая изо рта сигарету, подмигнул.

— …

Что за чертовщина? Хонджу нахмурился и вышел из комнаты. Он позвал вышибалу, который дежурил неподалёку, и жестом приказал ему войти в комнату. Вышибала поспешно скрылся внутри. На его место тут же встал Чхве.

— Что это за тип?

— Директор Мугён?

Хонджу кивнул, вспомнив, как подобострастно Гу Пин обращался к этому типу. Чхве бросил на него быстрый взгляд и понизил голос. От него разило застарелым табаком и кофе.

— Тут такое дело… — Чхве соединил большой и указательный пальцы, изображая кружок.

Хонджу вопросительно посмотрел на него.

— Этот тип дает деньги на строительство нового казино.

— Гу Пин говорил, что тратит свои собственные.

Сначала поднял шум из-за ремонта, а теперь ещё и деньги привлекает… Интересно, что он там такое грандиозное задумал?

— Ты что, веришь в это? Откуда у него такие деньги? Он же хочет отгрохать казино не хуже, чем в Каннамгу!

— И что он будет делать, если прогорит? Продал бы казино той компании, что недавно предлагала хорошие деньги, и свалил бы.

Лучше бы вообще завязал с азартными играми. Вот бы избавиться от всех этих долгов и процентов… Хонджу позволил себе помечтать о несбыточном.

— Это называется — мыслить масштабно. Он хочет закрепиться здесь и не дать конкурентам ни единого шанса. Этот тип… как его там… В общем, он провернул такую схему: инвестировал в одно казино, вроде как консалтингом занимался, то да сё… А потом под шумок ещё и наркотой торговать начал. Говорят, на эти деньги несколько зданий отгрохал. Ну и, конечно, взятки раздавал направо и налево. Вот и полиция к нему не суётся. Гу Пин, похоже, тоже решил пойти по его стопам.

— Вот оно что…

В округе давно ходили слухи о реконструкции, строительстве торгового центра… Несколько раз пытались и казино прикрыть — мол, рассадник криминала. Но Гу Пин крепко держался за своё заведение. Во-первых, он обосновался здесь много лет назад, а во-вторых, у него были связи и в полиции, и в криминальном мире. Выгнать его отсюда было практически нереально.

И всё же Гу Пин искал способ надёжно закрепиться. Не так давно его, что называется, «осенило»: он решил создать себе респектабельный имидж бизнесмена. Было странно, что он вбухивает такие деньжищи в строительство временного казино, но Хонджу решил, что Гу Пин просто одержим своей идеей-фикс. Он не мог поверить, неужели этот человек, погрязший в игорном бизнесе, всё ещё лелеет какие-то надежды? Не сдержавшись, он пробормотал:

— Да уж, мечты у этого игрока…

— Тсс! Вон, управляющий Ян идёт.

Чхве кашлянул, выпрямил спину и сделал вид, что следит за порядком.

— Эй, вы чего там шушукаетесь? У меня хоть глаз и один, но я всё вижу! За работу, живо! — менеджер Ян не упустил случая сделать им замечание. Он легонько ударил Хонджу по плечу и прошёл мимо.

— Эй, Хонджу! Принеси-ка «Абсолют»! — раздался хриплый голос.

— Сейчас я сам принесу! — отозвался управляющий Ян и легонько шлёпнул Хонджу по заднице. Тот, раздражённо чертыхаясь, направился к холодильнику. Достал дорогущий виски, который редко заказывали, лёд, стаканы… И пошёл в комнату, где заседали Гу Пин и этот самый директор Мугён.

— Ставь сюда, живо!

На столе, застеленном новой синей скатертью, лежали какие-то бумаги. Гу Пин быстро собрал их в папку и передал стоявшему за его спиной вышибале. Хонджу поставил на стол поднос с бутылкой, стаканами и льдом.

— А это кто такой? — с усмешкой спросил Мугён.

Хонджу медленно перевёл на него взгляд. Тот, вальяжно откинувшись на спинку стула, с ног до головы осмотрел Хонджу.

— Он выбивает долги. Несмотря на свой жалкий вид, парень крепкий и упрямый, так что процент возврата у него высокий.

Мугён прищурился и посмотрел на Хонджу, словно изучая его лицо, покрытое синяками, ссадинами и свежими ранами.

— Жаль портить такое личико, — Мугён говорил, покачивая сигаретой, зажатой в уголке рта.

— Да уж, жаль… Но он туповат. Ни игроком, ни вышибалой ему не быть, — Гу Пин с сожалением покачал головой и потянулся к бутылке.

Мизинец, на котором не хватало сустава, не доставал до горлышка и нелепо торчал в воздухе. Мугён вдруг выпрямился и затушил сигарету о скатерть. Раздался тихий шипящий звук, тот же самый, что и тогда, когда тлела куртка Хонджу.

— Раз мы теперь будемпостоянно видеться, можно не делать такое хмурое лицо. Улыбнись.

Хонджу и не думал хмуриться, просто носок ботинка Мугёна упирался ему в голень, и это раздражало.

— …

Хонджу покосился на Гу Пина. Тот судорожно сплёл пальцы, изображая примирение, и торопливо зашептал: «Извинись!», — глаза его гневно сверкали.

«Ещё чего! Сказал же, не курить! Я только и делаю, что выполняю твои дурацкие приказы! И это я должен извиняться?!» — возмущался про себя Хонджу. Но он понимал: нравится ему это или нет, но придётся подчиниться. От этого зависела его судьба, его шанс расплатиться с долгами.

— … Прошу прощения за то, что случилось, — Хонджу посмотрел на Мугёна. Тот ухмыльнулся.

— Кажется, господин Гу Пин прав. Ты и правда чересчур упрямый.

Гу Пин молча зашевелил губами и дважды указал пальцем вниз. Хонджу еле сдержал приступ ярости. Он сделал глубокий вдох, крепко сжал поднос и, отставив ногу назад, опустился на колени. Пол, с которого сорвали линолеум, холодил кожу, и Хонджу показалось, будто старые раны снова начали саднить.

— Простите меня.

— Да ладно тебе, встань, — удивился Мугён.

Однако Мугён не сделал никакой попытки поднять Хонджу или хотя бы приказать ему встать. Хонджу принялся считать про себя. «Встану на счёт десять…», — решил он, не отрывая взгляда от шершавого пола. Внезапно в поле его зрения возникла чья-то рука. Закованная в чёрную кожу ладонь схватила Хонджу за подбородок и грубо заставила поднять голову. Рука была такая огромная, что могла бы сдавить Хонджу череп, как орех. Ошеломлённый Хонджу бросил взгляд на Гу Пина и вышибалу, но те, похоже, сами опешили и не спешили прийти на помощь.

— Раз уж ты встал на колени, придётся тебя уважить. Выпьем по бокальчику, а? Ты ведь не против выпить со мной?

— Я… я не пью, — выдавил Хонджу, чувствуя, как у него немеют щёки.

Слова прозвучали жалко, но смеяться никто не стал.

— Правда? — Мугён сжал челюсть Хонджу ещё сильнее, и тот невольно разжал зубы. Боль пронзила виски, ушибленную скулу, щёку… Хонджу застонал. Мугён схватил бутылку и приставил горлышко к его губам.

— Нет… не надо!

Алкоголь обжёг горло. Мугён наклонил бутылку, и виски хлынул в рот Хонджу. Тот зажмурился и попытался вырваться, но Мугён наступил ему на бедро.

— Не выпендривайся, пей давай, — прорычал он с издевкой в голосе.

Хонджу захлёбывался, кашлял, водка обжигала ноздри, заливала подбородок, шею… Куртка насквозь промокла.

— Кха… ах… кха…

Только когда у Хонджу потекли слёзы, Мугён убрал бутылку. Хонджу перевернулся на живот и, кашляя, жадно глотал воздух. Всё тело сотрясалось от кашля, в горле жгло, голова раскалывалась.

Хонджу медленно поднялся и почувствовал на себе пристальный взгляд Мугёна. Тот усмехнулся и стряхнул с руки прозрачные капли. С перчатки сорвались две капли водки и упали Хонджу на лицо.

— Не умеешь ты пить. Половину пролил, — Мугён подцепил пальцем мокрую скатерть.

Он снова взял бутылку, и плечи Хонджу напряглись. Глаза юноши настороженно следили за движением руки Мугёна. Горлышко бутылки испачкалось кровью, которая текла из разбитой губы Хонджу. Мугён легонько похлопал юношу по щеке, откинул голову и сделал большой глоток, не отрывая от Хонджу глаз.

Хонджу сглотнул, чувствуя, как учащённо бьётся его сердце. От Мугёна пахло алкоголем и какой-то терпкой, незнакомой Хонджу отравой. В ушах шумело, юноша чувствовал, как дрожит его тело.

Мугён с силой поставил бутылку на стол.

— Кажется, мадам Гу Пин, у нас тут потоп?

— А? Н-нет… Это…

Мугён не обратил на Гу Пина никакого внимания, его взгляд по-прежнему был прикован к Хонджу. Голос Ку звучал всё тише и тише, как будто он говорил из-под воды.

Хонджу дрожащей рукой смахнул с подбородка капли виски, смешанные с кровью, и поморщился. Над его головой раздался смешок, и Хонджу поднял голову. Мугён облизнул губы и усмехнулся.

— Мугён, — представился он.

— …

«К чему это он?», — Хонджу непонимающе смотрел на губы Мугёна.

— А, это Хонджу, — поспешил вмешаться Гу Пин и начал что-то тараторить, но Мугён его перебил.

Пока Гу Пин говорил, взгляд Мугёна скользил по Хонджу: по его коленям, по дырявой куртке, по шее…

«Кажется, он не просто богатый болван или мошенник, — подумал Хонджу. — Что-то в нём есть… опасное и ненормальное».

Мугён велел вышибале вывести Хонджу из комнаты, и Гу Пин покорно кивнул. «Интересно, сколько же он им одолжил денег, что они так перед ним стелются?» — подумал Хонджу.

Обычно его не интересовали дела игрового дома, но сейчас любопытство взяло верх.

— Эй, ты как? Ходить можешь? — вышибала втолкнул Хонджу в маленькую комнатку рядом с туалетом и бросился искать аптечку.

У Хонджу кружилась голова, его мутило. «Если я сейчас отключусь, мне несдобровать, — подумал он. — управляющий Ян меня живьём съест… и зарплату снова урежет. А значит, я ещё дольше не смогу вернуть долг…»

Хонджу замотал головой, пытаясь прогнать дурноту. Алкоголь всё-таки подействовал: он не заметил, как кто-то подошёл. О том, что он не один, Хонджу узнал, лишь увидев перед собой пару начищенных ботинок.

Он медленно поднял голову…

БАМ!

Хонджу зажмурился от боли, по щеке словно провели раскалённым железом. Во рту появился привкус крови, но он почти не чувствовался на фоне едкого привкуса виски.

— Какого чёрта ты наговорил директору Мугёну?!

Кто-то кричал на Хонджу, но он почти не разбирал слов. Юноша зажал ладонью правое ухо, и звуки стали громче.

— Блять! Управляющий Ян тебе не говорил, что в ту комнату заходить нельзя?!

— … Нет, не говорил. Я бы не зашёл, если бы знал… — пробормотал Хонджу.

В этот момент появился директор Ян.

— Что здесь происходит? Опять над мальчиком издеваетесь?

— Ты почему не сказал этому щенку, что к той комнате даже подходить нельзя?! Он чуть всё дело нам не испортил! Я чуть не сдох, пока ублажал этого сопляка!

— Гу Пин сплюнул на пол и пнул ногой мусорное ведро.

Хонджу молча прикрыл рукой щеку и посмотрел на директора Яна. «Когда я увидел его в первый раз, у него на лице не было ни морщинки… он так постарел», — подумал Хонджу. Но как бы ни менялось лицо управляющего Яна, его гнилая натура оставалась прежней.

— Почему я не сказал?! Да я же ясно велел ему! Эй, щенок, я тебе говорил или нет?! Зачем ты туда попёрся?! — Ян набросился на Хонджу.

Хонджу молчал. Бесполезно что-то объяснять. Оставалось лишь молча сносить побои и оскорбления.

— Ладно, хватит! Ещё убьёшь его ненароком! А работать кто будет, долг кто возвращать будет?! Успокойся уже! — Ян оттащил Гу Пина от Хонджу.

«Легко рассуждать, — подумал Хонджу. — Это из-за тебя меня избивают, а ты из себя добренького строишь…»

Он медленно сел и сплюнул на пол. В слюне была кровь. Хонджу тяжело дышал, грудь болела. «Интересно, это от побоев или от выпивки?» — подумал он. Ян, отчитывая Гу Пина, вышел с ним из комнаты.

—…

В комнату вошёл один из бандитов и, увидев Хонджу, поклонился. «Долго же он салфетки искал», — подумал Хонджу. Интересно, сколько времени этот тип за всем наблюдал?  И почему ничего не сделал? Хонджу поморщился от боли, пытаясь подняться.

— Ой-ой, да я сейчас тебе помогу! — вышибала бросился к Хонджу и помог ему подняться.

У Хонджу затрещали суставы.

— Дай… дай воды… — пробормотал он.

Вышибала протянул ему бутылку. Хонджу прополоскал рот, стараясь собраться с мыслями.

Снаружи послышались голоса.

— Хонджу! Иди обслуживай!

— …

Хонджу попытался ответить, но у него не было сил.

— Уже идём! — крикнул вышибала.

Хонджу с трудом поднялся. Он ненавидел этот грязный притон, но выхода не было. Хонджу должен был отработать долг.

Глава 2

У входа в игорный дом стоял старый железный стол. Чаще всего за ним можно было увидеть Управляющего Яна. Он восседал на видном месте и размахивал пачками денег, соблазняя игроков. Несколько десятков вон могли превратиться в миллиарды, но и долг мог вырасти до таких же размеров — таков уж был закон игорного бизнеса. Один шанс. Игроки, соблазненные этой призрачной надеждой, цеплялись за деньги, которые предлагал им управляющий Ян. Именно поэтому они были готовы брать деньги в долг под 20%, лишь бы продолжить игру.

В этот день в подпольном казино было шумно, как и всегда. Громкие голоса были слышны ещё с лестницы. Хонджу поднялся на последнюю ступеньку. Его взгляд сразу же упал на знакомый стол, но фигура, сидящая за ним, показалась ему незнакомой. Одежда на незнакомце совершенно не соответствовала этому месту. Хонджу даже моргнул, чтобы убедиться, что ему не показалось.

— Вижу, ты крепкий орешек?

— …

Это был тот самый мужчина, которого Хонджу видел вчера. Господин Мугён или как его там… Хонджу на секунду замялся, но потом продолжил свой путь. Алкоголь всё ещё туманил его сознание, но он вспомнил предупреждение Гу Пина:

«Это наша дойная корова. Веди себя прилично».

Хонджу быстро оглядел незнакомца. Тот был одет в дорогую одежду, как и вчера. Разгуливать в таком виде по игорному дому… да он просто просится, чтобы его обобрали до нитки. Хонджу решил не лезть не в своё дело и, слегка склонив голову в знаке приветствия, прошёл мимо.

— …Здравствуйте, — пробормотал Хонджу.

— Вижу, вчерашняя выпивка не прошла даром, сразу такой вежливый стал, —  услышал он насмешливый голос.

Хонджу промолчал и огляделся. Управляющего Яна нигде не было видно.

— Управляющий Ян отошёл ненадолго. Присаживайся.

Мужчина подвинул к столу пустой железный стул. Хонджу пришлось подчиниться. Пока что ему приходилось играть роль «дяденьки», и лучше места, чем это, не найти. Он медленно опустился на стул, сдерживая вздохи боли. Каждое движение отдавалось резкой болью в боку.

— Лицо у тебя ещё краше, чем вчера, — заметил мужчина. — Мадам Гу постарался?

— …

«Знает же, что спрашивает», — подумал Хонджу, отводя взгляд. В этот момент он почувствовал, как тяжёлая ладонь легла ему на плечо.

— Старшие спрашивают — отвечай.

Хонджу поднял глаза на собеседника. Волосы мужчины были зачёсаны назад, открывая высокий лоб. Выглядел он не слишком угрожающе. Наверное, он был намного старше Хонджу, но в то же время казался гораздо моложе Гу Пина и управляющего Яна. Может, чуть старше Чхве Гуна… лет тридцати с небольшим.

— А что не видно, что ли?.. — пробормотал Хонджу после непродолжительного молчания. Он долго подбирал слова, чтобы не нагрубить и не выдать своего раздражения.

Мужчина усмехнулся, но в этот момент его перебил резкий голос:

— Эй, Хонджу! Живо пива сюда!

Управляющий Ян выглядывал из-за двери и махал рукой. Хонджу резко встал. Стул с грохотом отодвинулся назад. Он поставил на поднос несколько банок пива. Всё это время он чувствовал на себе взгляд незнакомца. «Никогда не видел избитого человека, что ли? Чего уставился?» — с раздражением подумал он. Уже направляясь по коридору с подносом в руках, Хонджу на секунду остановился и оглянулся. Мужчина всё ещё сидел за столом, подперев голову рукой.

—  ...

«В конце концов, он же не гангстер. С чего бы ему, такому богатому и успешному, рассматривать чьи-то побитые лица», — подумал Хонджу и, отвернувшись, пошёл прочь.

Сегодня в игорном доме было особенно шумно. Хонджу, пряча купюры в ящик, взглянул на улицу. Снег валил так же сильно, заметая всё вокруг. Утром, когда он шёл на работу, сугробы уже достигали щиколотки, а сейчас, наверняка, стали ещё больше. Это означало, что ближайшие несколько дней игорный дом будет переполнен любителями азартных игр.

— Вот поэтому тут так шумно, — пробормотал Хонджу, оглядываясь по сторонам.

Он только успел поставить поднос, как его снова кто-то окликнул. Хонджу снова отправился разносить напитки. Он убирал рвоту за пьяными игроками, мыл полы, испачканные кровью в драках… И лишь спустя некоторое время у него появилась минутка, чтобы передохнуть.

— Уф…

Управляющий Ян увлёкся игрой и уселся за один из столов, а Мугён так и продолжал сидеть у обогревателя. Шумные залы, тускло освещённый коридор… И на этом фоне сидящие рядом Мугён и Хонджу выглядели совсем не к месту. Хонджу устало потёр ноющие колени. В этот момент один из охранников поставил на стол две баночки кофе.

— Гу Пин велел передать, — бросил охранник и, закурив, спустился вниз.

Мугён расстегнул пальто, достал из внутреннего кармана пиджака платок и тщательно протёр руки, прежде чем взять банку. Хонджу с удивлением наблюдал за ним. Тот открыл банку и, не отрываясь, выпил её до дна. Затем смял её одной рукой и бросил в мусорное ведро. Каждое его движение было чётким и выверенным.

— Ты не будешь? — спросил он, взглянув на Хонджу.

— ... Н-нет. Вам открыть?

— Не надо.

Рука, протянувшая ему банку, исчезла. Хонджу уставился на грязное горлышко банки и потёр его пальцем. До этого момента он и не подозревал, что оно может быть таким грязным. «Оказывается, его нужно протирать, — подумал он. — Хотя, пока я работаю здесь, мне всё равно нельзя ничего брать в рот… Ладно, зато благодаря этому господину Мугёну я узнал что-то новое».

— А ты играть умеешь? — неожиданно спросил Мугён.

Хонджу поднял голову. Тот кивком указал на новую колоду карт, которая лежала на столе в нераспечатанной упаковке.

— Немного умею, научился, пока смотрел, как другие играют. А вы… профессионал?

Мугён снова полез рукой во внутренний карман пиджака, но на этот раз достал не платок, а сигареты.

— Я не занимаюсь такими пошлыми вещами. Просто пришёл заработать немного денег, — сказал он, закуривая.

На его лице заиграла улыбка, и это показалось Хонджу странным. Он потёр ладонью замёрзшую шею.

— Хочешь сигарету?

— …

Хонджу понял, что тот нарочно предлагает ему сигарету после вчерашнего. Он покачал головой и отвернулся, делая вид, что наблюдает за суетой в коридоре. Но на самом деле всё его внимание было сосредоточено на мужчине, который сидел рядом. Когда тот двигался, их локти то и дело сталкивались.

Дорогой материал пальто Мугёна казался невероятно мягким на ощупь в сравнении с дешёвой курткой Хонджу. Это противопоставление было настолько явным, что он невольно сжал покрасневшие от холода пальцы.

— Дядя, вот, держи, — послышался девичий голос. — Новая колода и две бутылки тонизирующего напитка.

Девушка просунула между пальцами несколько купюр и, бросив их на стол, скрылась. «Вечно она так делает… не может нормально отдать?» — подумал Хонджу, зло стиснув зубы. Он встал и потянулся за деньгами, но Мугён опередил его. Он взял одну из новых колод карт и сунул её Хонджу в карман.

— … Спасибо, — пробормотал тот.

Мугён ничего не ответил, лишь выпустил в его сторону облако табачного дыма. Хонджу собрал деньги и бутылки, и вышел в коридор. По пути он поднял с пола несколько купюр в десять тысяч вон и вошел внутрь.

За столом сидели знакомые лица. Среди них был и управляющий Ян, и тот мужчина, за которым Хонджу совсем недавно гонялся, пытаясь получить долг.

— Ой, гляньте-ка, кто пожаловал! Опять кто-то не вернул бедному Хонджу денежки за вкусняшки? — засмеялся один из мужчин. — И из-за каких-то грошей такое с парнем сделать!

— Да уж, — поддакнул управляющий Ян, придвигая к себе фишки. — Вернули бы вовремя — и ходил бы наш Хонджу красавчиком.

Глаза Яна, вернее, то, что от них осталось, горели алчностью.

— Дорогой, а он что, профессиональный игрок? — спросила та самая девушка, что недавно бросила деньги на пол. Она окинула Хонджу медленным оценивающим взглядом.

Один из мужчин, сидевших за столом, шлёпнул Хонджу по ягодицам. Он сквозь тонкую куртку почувствовал липкое прикосновение. Руки Хонджу, достававшего карты, дрогнули.

— Да какой он игрок! Так, шестёрка. Просто прилипчивый, как банный лист! Из-за этих грошей и ухайдокали парня, — проговорил мужчина, покручивая на пальце массивный перстень.

Хонджу сжал кулаки. Да как он смеет так говорить, ведь это его люди избили Хонджу за долг! Но приходилось терпеть. Раны ещё не зажили, и ему совсем не хотелось получать новые.

— Так что там у нас? — Управляющий Ян сиял, и его золотой зуб отсвечивал в свете ламп. — Давай, Хонджу, раздавай карты.

— Держите, мадам, — протянул Хонджу колоду женщине, сидевшей рядом с управляющим Яном.

Их пальцы на мгновение соприкоснулись. Хонджу отметил, что её длинные нарощенные ногти были такого же цвета, как и рубашка карт. Женщина взяла колоду и ловко перетасовала её.

— Может, поднимем ставки? — предложила она. — По десяточке?

— Судя по вашей сумке, мадам, вы пришли не с пустыми руками, — улыбнулся в ответ один из игроков. — Так что мы с удовольствием поможем вам их облегчить.

— Кожа дорогая, вот и тяжело, — парировала женщина.

Хонджу не хотелось в это ввязываться, и он уже собрался было уйти, как женщина обратилась к нему:

— А ты сам не хочешь сыграть? — спросила она, ловко тасуя карты.

— Нет, у меня дел много.

— Ну ладно.

Он уже повернулся, чтобы уйти, но женщина протянула ему колоду.

— Тогда пусть этот красавчик раздаст. Посмотрим, повезёт ли мне сегодня.

Хонджу взял колоду. Его пальцы замерзли, и карты скользили в руках.

— …

Он вспомнил, как женщина тасовала карты. Наверняка умудрилась какую-нибудь гадость провернуть. Хонджу замялся. Если он сейчас скажет, что она сжульничала, тут же начнётся драка. Тем более, здесь был управлял Ян, а он из-за денег готов был на всё. Но Хонджу так не хотелось снова в это ввязываться… В конце концов, ему было всё равно, кто выиграет или проиграет. Он просто раздал карты. Его взгляд встретился с глазами красивой женщины с двойными веками.

— Спасибо, — сказала она, и её ярко-красные губы расплылись в улыбке.

Хонджу низко поклонился и вышел из комнаты. Скорее всего, эта женщина сейчас оставит здесь все деньги. А кто-то наверняка попробует отделаться от долгов. И разбираться с ними придётся ему, Мугён таким не занимается. Он вздохнул и побрёл по коридору. Из комнаты, мимо которой он только что прошёл, вышел Гу Пин.

— Эй, ты, — крикнул он, указывая на дверь. — Убери здесь!

Он запустил руку под куртку Хонджу, едва прикрывавшую его бедра, и грубо сжал ягодицы. Прикосновение четырех пальцев вызвало неприятное ощущение. Хонджу резко нахмурился и сделал шаг в сторону.

— Ловчее становишься день ото дня, а?

Хонджу заткнул правое ухо, чтобы не слышать мерзкий смешок за спиной.

Наконец-то тишина. Хонджу вынес мусор, вымыл руки и вернулся на своё место. Мугён по-прежнему сидел, закинув ногу на ногу, и не отрываясь смотрел в телефон. Вот же бездельник.

— Гу Пин опять куда-то делся?

— Понятия не имею.

Кто-то вкалывает до седьмого пота, а кто-то прохлаждается у обогревателя.

Вместо того чтобы помочь, он даже не удосуживается проследить, кто куда идёт. Хонджу искоса посмотрел на Мугёна. Одет он был опрятно, как и вчера, только кожаные перчатки не надел. Его длинные пальцы с крупными суставами были ухоженными, но какими-то грубыми.

— Хочешь убить мадам Гу?

— Что?

Он что, всё это время пялился в телефон, чтобы потом выпалить такое? Хонджу нахмурился. На лице Мугёна играла улыбка, он протянул руку. Хонджу инстинктивно зажмурился, ожидая, что он снова схватит его с той же жестокостью, что и вчера. Но его пальцы, коснувшиеся  его опухшего века, оказались неожиданно теплыми и мягкими.

— У тебя такое выражение лица, будто ты только об этом и думаешь.

Хонджу медленно открыл глаза, услышав его низкий голос. Его ресницы затрепетали.

Он смотрел на него спокойным взглядом, словно видел насквозь.

— …

Честно говоря, он каждый день думал об этом. Он пытался сбежать, пытался покончить с собой, даже нападал на Гу Пина с ножом. Он не хотел так жить из-за долга, которого даже никогда не брал. Но в ответ получал лишь жестокое обращение. Его избивали до полусмерти, а когда он приходил в себя, всё начиналось заново. Тогда-то он и оглох на одно ухо. Его били почти каждый день, и постепенно он понял, что Гу Пин не собирается его убивать. Он просто превращал его жизнь в ад. За 15 лет Хонджу привык к боли и унижениям. У него не осталось никакой надежды.

Он не знал, сколько ещё ему предстоит провести в этом проклятом месте, но мечтал лишь о том, чтобы вырваться отсюда.

— … А вы, господин директор, почему не в своей конторе? — спросил он, чтобы сменить тему. Он не мог ответить на его вопрос.

— Я не директор.

— …

Вроде бы, он и вчера то же самое говорил… Хотя, судя по его рукам, он не раз участвовал в сомнительных делах. Хонджу с безразличным видом оглядел его.

— А кто вы тогда? Бандит?

Мугён рассмеялся. Сейчас, когда он улыбался, было трудно поверить, что этот человек имеет хоть какое-то отношение к тем, кто терся за игорным столом. Он был высоким и крепким, с пронзительным взглядом темных глаз. Такого трудно было не заметить в толпе.

— А похож? — спросил он, потирая подбородок.

Хонджу засмотрелся на его гладкую, без единого шрама, кожу и ухоженные руки.

— Я не занимаюсь такими грязными делами, — тихо сказал Мугён.

Хонджу вздрогнул и поспешно отвернулся. «И сколько я на него пялился?» — с досадой подумал он, отодвигая стул. Ножки стула проскребли по полу, оставив белые полосы на пыльном цементе. Мугён облокотился о стол и подал корпусом вперёд. Хонджу инстинктивно отшатнулся.

— Ты что, считаешь, что я какой-то аферист?

Несмотря на то, что он так много курил, от него не пахло табаком. Только дорогим парфюмом, который совершенно не вписывался в атмосферу этого места.

— Нет, — пробормотал Хонджу.

— Конечно нет. У тебя всё на лице написано.

Веки Хонджу, упрямо смотревшего в конец коридора, слегка дрогнули. Несмотря на шум, он отчётливо расслышал тихий смех.

— Шулера видно за версту.

— ...

Говорит, что азартные игры - это грязь, а сам шулеров различает. Слышать такое от мошенника было не очень-то приятно. Хонджу промолчал. Он уже начинал жалеть, что его не вызвали снова на допрос.

На следующий день, и через день... господин Мугён продолжал приходить в игорный дом. Он только и делал, что слонялся без дела,  рассиживая у обогревателя. Хонджу чувствовал себя неуютно рядом с ним — места за столом и так было мало. Однажды он не выдержал и спросил, зачем тот сюда приходит.

— Я вложил сюда кучу денег, — ответил Мугён так, словно это само собой разумелось. — Мне что, за своими же деньгами не следить?

Сказал он так, будто это само собой разумеющееся. Гу Пин даже выделил Мугёну отдельную комнату для отдыха. Учитывая, какие суммы крутились за игорными столами, это было особым проявлением уважения. Сколько именно денег он вложил, оставалось загадкой, но, судя по тому, как Гу Пин и управляющий Ян перед ним лебезят, сумма была немаленькой.

Хонджу даже обрадовался. По крайней мере, ему больше не придётся ютиться с этим громилой и выслушивать его колкости. Однако Мугён не унимался и продолжал его дёргать. То попросит сделать обогрев посильнее, то сбегать за горячим американо, а однажды позвал, чтобы перенести стол к окну. Хонджу перенёс стол и стулья, обтёр руки и обернулся. Всё это время тот стоял, сложив руки на груди, и наблюдал.

— Я ведь действительно занят. Вы же могли сами это сделать.

— Мог бы, — ответил Мугён, — но боюсь заразиться чем-нибудь, если дотронусь до этого стола.

«То есть, я, по-твоему, могу трогать?» — Хонджу с упрёком посмотрел на него. Тот только хмыкнул и бросил на стул носовой платок. Затем он, словно аристократ, изящно уселся, закинув ногу на ногу.

— …

Он и правда не вписывался в эту обшарпанную обстановку.

— Иди уже.

Мугён махнул рукой, словно отпуская его. Хонджу развернулся и направился к выходу. Он знал, что Мугён скоро снова его позовёт, но ослушаться не мог — в конце концов, от этого человека зависело финансовое благополучие игорного дома. «Если дела пойдут хорошо, то, может, мне и зарплату поднимут… тогда я смогу быстрее расплатиться с долгами», — подумал Хонджу и вздохнул.

Как только он вышел, оставив Мугёна в комнате, за стол вернулся управляющий Ян.

— Чего хотел Мугён? — спросил он, заметив Хонджу. — Чем на этот раз  занял?

— Попросил передвинуть стол к окну.

Управляющий Ян рассмеялся, поправляя повязку, которой был прикрыт его левый глаз.

— Вот чудак! Ты уж постарайся ему угодить, понял? Если игорный дом накроется, то как ты расплатишься с долгами? У тебя ни работы нормальной, ни образования, ты даже не…  — он многозначительно оборвал фразу и провел пальцем по шраму на щеке Хонджу.

— Прекратите, — прошипел Хонджу, отстраняясь. — Так он правда не мошенник?

— Да сколько можно спрашивать! Мы его уже вдоль и поперёк проверили, — раздраженно ответил управляющий Ян. — Богатый сынок из хорошей семьи, вот и всё.  Знаешь, сколько он сюда бабок вбухал?

— … И сколько же?

Управляющий Ян показал два пальца. «Двадцать миллионов вон? Наверное, не меньше… »

— Двести миллионов вон?

— Каких двести?! Два миллиарда!

— Что?! — Хонджу опешил. «Неужели открыть игорный дом стоит таких денег?»

— А вы раньше были знакомы?

— Да так, шапочно, — ответил управляющий Ян, огляделся по сторонам и понизил голос: —  Он собирается нанять профессиональных игроков и установить камеры, чтобы следить за игрой. И столы с секретом тоже поставит… Говорит, если уж вкладываться, то по-крупному. Два миллиарда — это ещё не предел!

«Значит, он собирается расширяться… Повысить ставки, нанять новых людей…»

— Мы всю округу под себя подмянем! — с энтузиазмом продолжал управляющий Ян. — И никакой там торговый центр нам не указ будет!  Даже бульдозер не пришлют, чтобы снести здание. А тебе зарплату поднимем, чтобы ты с долгами быстрее расплатился!

Управляющий Ян, подмигивая своим единственным глазом, добавил, что они ни за что не отдадут такое выгодное место. Но Хонджу зацепился за фразу о повышении зарплаты. У него осталось четырнадцать миллионов вон долга — огромные деньги, которых он в глаза не видел. Он почти не помнил своего отца, который и влез в эти долги. Хонджу стал залогом по кредиту и попал в этот игорный дом, где его постоянно избивали, но, несмотря на то, что он усердно работал, долг почти не уменьшился.

«Неужели я когда-нибудь смогу расплатиться? А если мне зарплату поднимут, может, это случится быстрее?» —  подумал Хонджу.

— Где мадам Гу? — раздался голос Мугёна. Хонджу по привычке дёрнулся было, но, вспомнив, что его  ищут не его, снова сел на место.

— А, я здесь, — ответил Гу Пин, поднимаясь по лестнице. Раньше он приходил в ярость, когда его кто-то, называл «мадам», но, похоже, теперь привык к этому прозвищу.

Гу Пин подошёл. Мугён не отрывал взгляда от телефона. Он сжимал его в своей огромной руке и быстро печатал. Интересно, попадает ли он по клавишам? Такие глупые мысли крутились у Хонджу в голове.

— Дай мне в долг своего вышибалу.

— … Хонджу? — Гу Пин и управляющий Ян удивлённо уставились на Хонджу.

— Есть один тип, который никак не хочет возвращать долг, — пояснил Мугён, — хотел уже своих парней послать, но вспомнил, что у тебя тут есть отличный вышибала.

Уголки его губ дрогнули в улыбке. Он смотрел на Гу Пина, ожидая его ответа. Гу Пин замялся. Он не мог отказать Мугёну, ведь Хонджу был сейчас единственным, кто мог выполнить это задание. Если бы он отказался, пришлось бы вмешаться управляющему Яну или даже ему самому.

— В чём дело? Нельзя что ли?

Мугён убрал телефон в карман пальто и наклонился к Гу Пину, вглядываясь в его лицо. Это прозвучало скорее как угроза, чем как вопрос.

— Эй, ну что ты… Конечно, можно! — поспешно ответил Гу Пин. — Забирайте. Хонджу у нас отличный вышибала, он быстро соберёт деньги. Ха-ха!

— Вот и славно. Я столько о нём слышал, что стало любопытно…

Управляющий Ян подтолкнул Хонджу в спину:

— Чего стоишь?!

Хонджу нехотя поднялся со стула. Мугён молча направился к выходу.

— Быстрее! — рявкнул Гу Пин, понизив голос.

Хонджу поспешил за Мугёном.

Глава 3

На улице шёл снег, и ступеньки были скользкими. Хонджу замедлил шаг, чтобы не промочить кроссовки.

В отличие от Хонджу, Мугён спускался по лестнице размашистым шагом. На носках изношенных кроссовок Хонджу красовались грязные пятна от растаявшего снега, но начищенные ботинки Мугёна оставались безупречными.

— Садись, — скомандовал Мугён, когда они подошли к машине, стоявшей прямо у входа.

Хонджу узнал её — ту самую машину, на которой Мугён приехал в игорный дом. Какой-то бандит тогда с важным видом рассказывал, что таких машин в стране всего несколько штук.

— Обувь отряхни, — коротко бросил Мугён, уже сидя за рулём, и кивнул на кроссовки Хонджу.

Тот смутился и принялся с ожесточением вытирать подошвы о землю. Потом немного помедлил и потянулся к ручке задней двери. В этот момент Мугён резко забарабанил пальцами по рулю, и, прищурившись, уставился на парня.

— Какого чёрта ты как в такси ехать собрался?! Вперёд садись!

— … Да, — пробормотал Хонджу.

Он просто не хотел стеснять Мугёна, но сейчас ему стало неловко. Промерзшими пальцами он открыл дверцу и сел на пассажирское сиденье, свесив ноги наружу. Грязные комья снега с грохотом посыпались на землю, когда он принялся сталкивать их друг о друга.

Несколько раз повторив этот манёвр, Хонджу наконец уселся поудобнее и поймал на себе взгляд Мугёна.

— Чистые, — словно оправдываясь, пробормотал он.

— Ага, вижу, — ответил Мугён со смешком.

Салон машины поражал роскошью. Никаких неприятных запахов, как в машинах Гу Пина или управляющего Яна. Шины почти беззвучно катились по асфальту, сиденья были мягкими и тёплыми. Совсем не то, что ледяной коридор в ночлежке с его единственным обогревателем. Машина мчалась по узкой дороге, петлявшей среди сугробов.

— Куда мы едем? — спросил Хонджу.

— А тебе какая разница?

«То есть, я должен просто выполнять приказы и не задавать вопросов?» — подумал Хонджу, нахмурившись.

— Вдруг знаю, — буркнул он.

Мугён фыркнул. Хонджу хотел возразить, но передумал. В машине повисла тишина. Поначалу она казалась Хонджу приятной, но с каждой минутой воздух словно сгущался, и он почувствовал необъяснимую тревогу. Ещё недавно этот человек без умолку болтал колкости, раздражая своей навязчивостью... Почему же сейчас молчит? Хонджу выпрямился, крепко сжимая ремень безопасности.

Удобное и тёплое ещё минуту назад сиденье теперь казалось неуютным. Он быстро огляделся по сторонам. Машина ехала всё дальше, в безлюдные места. Наконец она съехала на заснеженное поле, где не было видно ни души, и Хонджу понял: что-то здесь не так.

— Мы ведь не за деньгами едем? — с трудом выдавил он.

— Что, боишься, что я тебя тут закопаю?

Тон был таким же небрежным, как всегда, но Хонджу не услышал в нём привычной насмешки. Он нервно сглотнул. Губы пересохли. Из-за глухоты на левое ухо ему было сложно расслышать тихие шорохи и движения Мугёна.

— Я же не бандит какой-нибудь. Не занимаюсь такими грязными делами.

Сказав это, Мугён резко надавил на педаль газа. Машина рванула с места, петляя по снегу. Хонджу не успел и глазом моргнуть, как его прижало к спинке сиденья. Впереди показалась гладкая поверхность замёрзшего озера. Хонджу вцепился в ремень безопасности, на тыльной стороне ладони вздулись сухожилия.

— ...

«Так и знал, что этот тип — мошенник! Может, он хочет отомстить за игорный дом?»

Почему тогда он решил разобраться именно с Хонджу, а не с Гу Пином или управляющим Яном? Но, глядя на зловеще чернеющую гладь озера, Хонджу почувствовал странное облегчение. И тут... Раздался визг тормозов. Его мотнуло вперёд. Хонджу тяжело дышал, уткнувшись лбом в приборную панель. Мотор заглох, и наступила тишина. В салоне были слышны только бешеный стук его сердца и хриплое дыхание.

— Сколько ты уже работаешь в этом игорном доме?

— …

Хонджу молчал.

— Чёрт, — Мугён раздражённо цокнул языком и схватил Хонджу за волосы, грубо вскидывая его голову. Перед глазами Хонджу всё так же была видна гладь озера. Казалось, что машина сделает всего один поворот руля —  и окажется в ледяной воде.

— Ку Хонджу, —  резко произнёс Мугён.

— …

— Я и так всё знаю, просто решил убедиться. Не прикидывайся дурачком. На твоем лице и так живого места нет, не хочу лишних проблем, ясно?

Пальцы Мугёна с силой сжимали его волосы, причиняя невыносимую боль. Хонджу, морщась, облизнул потрескавшиеся губы. Несмотря на бешено колотившееся сердце, голос его был на удивление спокойным.

— О чём вы говорите?

— Не прикидывайся идиотом. Просто отвечай на вопросы.

Мугён снова грубо тряхнул его за волосы. Хонджу поморщился от боли. Он не понимал, что происходит, но одно было ясно как день — Ку Хонджу снова стал разменной монетой.

— Пятнадцать… лет,  — прохрипел Хонджу.

— Сколько осталось выплатить?

Всё это напоминало ему их первую встречу с Мугёном. Тогда Мугён так же грубо впился в него взглядом, заставляя пить. В последние несколько дней они сидели бок о бок и вели ни к чему не обязывающие беседы, и Хонджу совсем забыл, кто такой Мугён на самом деле. Он опустил глаза, всё ещё не в силах повернуть голову. Взгляд его упал на ледяную поверхность озера.

— Около 14 миллионов вон.

Произнеся эту сумму, которую он никогда не держал в руках, Хонджу почувствовал горечь во рту. Мугён разжал пальцы, отпуская его волосы. Хонджу с трудом распрямил шею и посмотрел на Мугёна. Тот сидел, склонившись над рулём, и смотрел прямо на него.

—  Другой, —  повторил Мугён.

— …

— Отвечай на вопрос, —  рявкнул Мугён.

— Какой вопрос? Вы ничего не спрашивали.

Хонджу потянулся к ремню безопасности, чтобы отстегнуть его. Мугён молниеносно схватил его за руку и накрыл пряжку ремня своей ладонью.

— Ты так и не ответил на мой прошлый вопрос.

— Прошлый? —  Хонджу попытался вспомнить, но безуспешно. Гу Пин предупреждал его, чтобы он не злил Мугёна, поэтому Хонджу старался отвечать на все его вопросы, даже самые нелепые.

Мугён смотрел, как хмурятся его брови.

— Я спрашивал, хочешь ли ты убить мадам Гу. Ты так и не ответил мне тогда.

П/п: В корейской культуре мадам (마담) традиционно используется как уважительное обращение к женщине-владельцу заведения, особенно в сфере развлечений, таких как казино, ночные клубы и бордели.

Однако, важно отметить, что "Мадам" не всегда относится только к женщине. Иногда это просто вежливое обращение, и не обязательно означает, что владелец - женщина.

Хонджу повернул голову, и их взгляды встретились. Губы Мугёна изогнулись в усмешке. Хонджу почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Кажется, всё это уже было.

— …Да, —  ответил Хонджу.

На этот раз он решил не лгать. Почему? Наверное, он просто чувствовал, что это, возможно, последние слова, которые он произнесёт в своей жизни, и решил, что больше нет смысла что-либо скрывать.

— Вот и сказал бы сразу, — голос Мугёна прозвучал мягче, но Хонджу не ослабил бдительность. Он не доверял ни единому его слову и следил за каждым движением.

— Чего ты так боишься? Будто я тебя бить собрался!  — Мугён выпрямился и распахнул пальто, запустив руку под пиджак. Хонджу не спускал глаз с его руки. Что у него там? Нож? Шприц с транквилизатором? Или удавка? Хонджу задержал дыхание, вспоминая всё то, что ему приходилось терпеть, когда он собирал деньги. Наконец, Мугён начал вытаскивать руку из-под пиджака. Хонджу, прищурившись, попытался разглядеть, что у него в руке.

Внезапно Мугён бросил что-то ему на колени.

— Если мадам Гу что-то задумает, позвони мне. Я позабочусь о твоей доле, — сказал он.

— ...

Это был телефон. Не такой, как у Мугёна — другой модели и цвета.

— Вы хотите, чтобы я... следил за ним?

Мугён кивнул, приподняв бровь. На его лице читалось: «А что тут непонятного?»

— Но почему я...?

— Не могу же я доверить это трясущемуся от страха шестёрке. Мадам Гу прав, у тебя есть характер. И ты достаточно ушлый, чтобы не попасться.

Он говорил с усмешкой, и Хонджу не мог понять, серьёзно ли он говорит или просто издевается.

— Другие перед ней расшаркивают, а ты нет, — добавил Мугён.

— …

— Думаешь, я не заметил, каким взглядом ты смотришь на него?

Хонджу догадывался, о чём говорит Мугён. «Чтоб ты сдох», — эта фраза постоянно крутилась у него в голове, когда он видел Гу Пина. Сейчас он уже смирился со своей судьбой, но чувства никуда не исчезли. Хонджу промолчал, и Мугён ухмыльнулся.

— Не усложняй. Всегда нужно перестраховаться, особенно если даёшь кому-то в долг такие деньги.

— Если меня поймают, я сам буду виноват. Вы мне не поможете.

Хонджу слишком хорошо помнил, сколько раз ему уже доставалось из-за Мугёна. И хотя он привык к насилию, ему совсем не хотелось снова становиться мальчиком для битья. Хонджу посмотрел на лежащий у него на коленях телефон.

Он не прикасался к нему, боясь, что Мугён сочтёт это за согласие.

— Хм, — Мугён откинулся на спинку сиденья, отстегнув ремень безопасности, и сложил руки на груди.

— Ты не можешь уйти из этого игрового дома из-за долга?

Хонджу неуверенно кивнул. Мягкие волосы коснулись шрама на лбу.

— Я помогу тебе, если будешь делать то, что я скажу. Помогу уйти из казино до того, как я открою новый.

Хонджу знал, что нельзя доверять мошенникам и тем более таким скользким типам. Но ему показалось, что это его шанс. «Этот человек всё же лучше, чем Гу Пин, который только и думает, как бы меня использовать, или управляющего Яна, готового на всё, чтобы меня получить», — подумал Хонджу. — «Может быть, лучше расплатиться с долгом, работая на него, чем постоянно получать побои и собирать деньги? У него же куча денег, он может подождать, пока я верну долг. Он мошенник, конечно, но всё же лучше, чем Гу Пина».

Впервые за пятнадцать лет у него появилась надежда, и Хонджу не мог сдержать волнения.

— К-как? — спросил он.

— Как-как? — передразнил его Мугён и рассмеялся.

— Прекратите, — Хонджу нахмурился. Ему совсем не хотелось шутить.

— Вижу, ты всё ещё считаешь меня мошенником. Не волнуйся, я своё слово держу. У меня кроме денег ничего нет.

— …

— Я помогу тебе уйти из игрового дома, защищу от побоев… Ну как? — Мугён улыбнулся и пожал плечами.

Но на бледном лице Хонджу не появилось и тени улыбки. Он медленно облизал потрескавшиеся губы.

— А если я откажусь? — спросил Хонджу.

— Тогда… — Мугён замолчал, барабаня пальцами по рулю.

— Тогда что?

В наступившей тишине у Хонджу зазвенело в ушах. Наконец Мугён кивнул в сторону озера.

— Тогда поедем прямо. Умеешь плавать?

— …

Взгляд Хонджу метался от темной воды к телефону. Чтобы расплатиться с долгом Гу Пина, ему потребуется ещё не один десяток лет. «Умереть сейчас или потом — какая разница, — подумал Хонджу. — Но я хочу хоть немного пожить по-человечески». Он облизнул потрескавшиеся, покрытые кровью губы и взял телефон. Тот был ещё теплым. Хонджу сунул его в карман куртки и застегнул ее на молнию. Он знал, что ему может выпасть шанс показать этот телефон Гу Пину и сказать: «Он велел мне следить за Вами».

— Я не соглашался. Я ещё подумаю, звонить вам или нет, — сказал он.

За время, проведенное в казино, он усвоил одно важное правило — не спеши. Хонджу никогда не принимал поспешных решений, и сейчас он не собирался изменять себе.

— Как хочешь, — сказал Мугён и завел машину.

Шины захрустели по снегу, и машина тронулась с места. Озеро с каждой минутой становилось всё дальше. Но грудь Хонджу сжимало от тяжести.

По дороге Мугён объяснил Хонджу, что от него требуется. Он должен был сообщить, если Гу Пин покинет игрой дом, свяжется с другим богатым клиентом или решит скрыться.

— И ещё, — добавил он. — Звони, если захочешь, чтобы мадам Гу поскорее сдох.

Если бы это было всё, что от него требуется… Хонджу готов был бы звонить ему по несколько десятков раз в день. Он был готов умолять его убить Гу Пина прямо сейчас. Мугён ещё раз напомнил ему о правилах, и Хонджу молча кивнул, запоминая каждое слово.

— Выходи, — сказал Мугён, останавливая машину у высотного здания.

Хонджу подумал, что они возвращаются в игровой дом, но оказалось, что нет. Он удивленно огляделся. Мугён наклонился и отстегнул его ремень.

— Ты чего застыл? Пошли заработаешь денег.

— А… — только и смог выдавить Хонджу.

«Он прав, мне нужно возвращать долг», — подумал Хонджу, выходя из машины. Здание и прохожие выглядели слишком чисто и богато для него. Казалось, что он один во всем городе носит такую потрёпанную куртку. Раньше, когда он колесил по городу, собирая деньги, он не обращал на это внимания. Но сейчас он буквально кожей чувствовал, насколько сильно он отличается от других. Хонджу опустил голову и последовал за Мугёном.

Внутри было очень тепло, и пахло дорогим парфюмом. Со всех сторон доносились голоса и смех. Хонджу старался ни на кого не смотреть. Они с Мугёном вошли в лифт и поднялись на последний этаж, где находился тихий и уютный офис.

— Минхо на месте? — спросил Мугён, обращаясь к секретарше.

— Да, одну минуту.

Девушка с мягким голосом позвонила в кабинет. Мугён тем временем прогуливался по коридору, сунув руки в карманы. Он остановился возле большой картины и долго разглядывал её. Хонджу стоял в стороне, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Входите, — сказала секретарша.

— Спасибо, — кивнул Мугён и щелкнул пальцами, приглашая Хонджу следовать за ним.

Он распахнул дверь в кабинет.

— Я пришёл забрать должок, — сказал Мугён.

— Должок? — недоумённо переспросил кто-то изнутри.

Мугён обхватил Хонджу за шею и потянул на себя. Хонджу пошатнулся, и его взгляд упал на просторный, чистый кабинет. Мугён наклонился к нему и прошептал на ухо:

— Попроси у него сигарет.

— Что? Сигарет? — не понял Хонджу.

Мугён кивнул и показал подбородком на мужчину, сидящего за столом. «Иди же скорее», — словно говорил его взгляд. Хонджу и раньше случалось получать что-то вместо денег — обычно это были ювелирные изделия или документы, но никогда — сигареты. Он сомневался, но Мугён толкнул его в спину, заставляя подойти ближе. Мужчина за столом прищурился, поправляя очки.

— Я пришёл забрать сигареты, которые вы должны директору Мугёну, — сказал Хонджу.

— Ч-что? Тебя избили что ли?

Мужчина с тревогой оглядел Хонджу с ног до головы. Тот и сам не понимал, что происходит. Он оглянулся — Мугён стоял у двери, сложив руки на груди. Хонджу снова посмотрел на мужчину.

— Давайте их сюда, — потребовал он.

Мужчина снял очки и бросил их на стол. Потом наклонился к Хонджу и прошептал:

— Он тебя избил?

Хонджу медленно покачал головой. Вряд ли мужчина поверил ему — слишком уж плачевно он выглядел. Хонджу протянул руку. Тогда мужчина повернулся к Мугёну.

— Это ещё кто такой? Ты чем вообще занимаешься?

— Быстрее отдавай, что должен, — рявкнул Мугён. — Сборщик долгов уже заждался.

Судя по всему, эти двое были очень близки. Они вели себя так непринуждённо, словно их не связывали никакие долги.

— Ты что удумал, псих ненормальный? — пробормотал мужчина, поднимаясь со своего места.

Он подошёл к вешалке, порылся в карманах пиджака и достал пачку сигарет. Пачка была наполовину пуста, но Хонджу не стал возражать.

Он взял сигареты и подошёл к Мугёну. Тот с улыбкой потряс пачкой в воздухе и сказал:

— Если должен, возвращай вовремя. Чтобы проценты не капали.

— Вот придурок, — пробормотал мужчина ему вслед, но Мугён сделал вид, что не слышит. Он обнял Хонджу за плечи и повёл к выходу.

Мугён даже не взглянул на сигареты. Он посмотрел на часы и сказал:

— Скажешь, что мы ездили в какой-нибудь офис и ты забрал там долг. Будто в пачке из-под сигарет лежали деньги.

Он предусмотрел всё. Если бы они вернулись с пустыми руками, Хонджу пришлось бы врать Гу Пину и выслушивать его ругань.

— Хорошо, — кивнул Хонджу.

Они вошли в лифт. По дороге в бордель Хонджу то и дело трогал телефон в кармане.

— Мадам Гу, я вернулся. Я всё сделал, как вы просили.

— Вижу, — кивнул Гу Пин. — Он хорошо справился?

— Конечно, он умеет добиваться своего.

Гу Пин смерил Хонджу взглядом, словно проверяя, не побили ли его  снова. Но услышав слова Мугёна, он тут же отвернулся.

— Наверное, у вас было много дел. Сколько я вам должен за его услуги?

— Да ладно вам! Мы же друзья.

Гу Пин замахала руками. Хонджу с трудом подавил смешок. «Мы же друзья»… Смешно даже слушать.

— Два миллиона вон? Обычно он столько и приносит за раз? — сказала Мугён.

— Ага, всё верно, — ответил Гу Пин, облизнув потрескавшиеся губы. Тусклые глаза на миг загорелись алчным блеском. Мугён сел на край стола, поднял руку и показал указательный и средний пальцы. Гу Пин и управляющий Ян с любопытством смотрели на него. Мугён согнул указательный палец.

— Один миллион — мне в качестве процентов. А второй миллион … — он указал средним пальцем на Гу Пина.

Он нервно сглотнул. На лице Мугёна мелькнула улыбка, но тут же исчезла. Он опустил руку, обнял Хонджу за плечи и сказал:

— Второй миллион — ему.

— … Ему? — опешил Гу Пин.

На его лице читалось разочарование. Мугён не обратил на него внимания. Он похлопал Хонджу по плечу и сказал:

— Он у тебя в долгу, так ведь? Не похоже, что он простой работник.

— …Ну… можно и так сказать, — пробормотал Гу Пин, натянуто улыбаясь.

— Тогда пусть это зачтется ему долг. Он это заслужил, — сказал Мугён.

— …

— Вы же такой деловой мужчина, проявите гибкость. Вы же не против?

Гу Пин скривил губы в подобии улыбки и бросил взгляд на управляющего Яна. Тот, в свою очередь, покосился на Хонджу своим единственным глазом и криво усмехнулся.

— А почему бы и нет? — спросил он.

Всего несколько слогв, но они звучали угрожающе. Мугён улыбался, но его взгляд, обращённый на мужчин, был холодным.

— К-конечно, можно, — выдавил Гу Пин, с трудом скрывая за неестественной улыбкой свою нервозность.

Мугён ещё раз похлопал Хонджу по плечу. Хонджу чувствовал на своей потёртой куртке его тяжёлую руку.

— Ты мне еще пригодишься, надо будет чаще тебя использовать, — усмехнулся Мугён.

«Вот, значит, как ты собираешься мне помочь?» — подумал Хонджу. Он воспользовался своим положением, чтобы Гу Пин и управляющий Ян даже пикнуть не смели ему перечить.

Хонджу чувствовал, как у него в груди бьётся сердце, и ощущал телефон, спрятанный в кармане.

Мугён не стал задерживаться в игорном доме. Как только он ушёл, Гу Пин с управляющим Яном обступили Хонджу.

— Ну, и куда вы ездили? Сколько ты ему отдал? Совсем тебя там, видать, не тронули, раз ты целый и невредимый, — задал сразу несколько вопросов Гу Пин.

Случалось крайне редко, что должники расплачивались сразу. Обычно приходилось выбивать из них деньги силой, и Хонджу часто доставалось. Причём вели себя нагло именно те, кто занимал деньги. Но Хонджу упорно ходил за ними, пока не получал своё. Он мог явиться к ним домой, на работу или в другой игорный дом. Место и время не имели значения. В конце концов, уставшие от его преследований, должники отдавали ему часть долга и прогоняли. Так, понемногу, он и собирал деньги. Способ был не самым эффективным, но действенным. Гу Пин знал об этом, поэтому его и удивило, что у Хонджу нет новых травм.

— В Тончхон, — ответил Хонджу. — Название здания не запомнил.

— И что ты привёз? Деньги? Какие-то бумаги?

— ...Пачку сигарет.

— Сигарет? — переспросил Гу Пин, и в его голосе послышался гнев. Сейчас он говорил совсем иначе, чем в присутствии Мугёна. Хонджу кивнул, вспомнив, что сказал ему Мугён.

— Вроде там деньги лежали. Сколько точно — не знаю, — ответил Хонджу.

— Если там были миллионы вон, то это двадцать миллионов, — присвистнул управляющий Ян, поглаживая подбородок.

Как всегда, когда дело касалось денег, он соображал быстрее всех. Они с Гу Пином продолжили оживлённо обсуждать, сколько же денег могло быть в пачке сигарет, но Хонджу не слушал. Он думал о том, что его долг уменьшился на целый миллион. Чтобы заработать такую сумму, ему пришлось бы вкалывать несколько месяцев, а тут всё решилось одним словом Мугёна.

«Неужели и правда, если я буду делать всё, что он скажет, то смогу быстро… избавиться от этого проклятого долга в 14 миллионов вон?» — с надеждой подумал он. Впервые с тех пор, как он оказался в этом игорном доме, в его душе теплилась надежда. Неужели он сможет рассчитаться с долгами и вырваться отсюда до того, как откроется новый игорный дом?

— Эй, управляющий, подмени меня! — послышался голос.

Из-за двери вышел мужчина, застегивая ширинку. Судя по всему, ему приспичило в туалет.

Управляющий Ян поспешил занять его место за столом.

— Ссать вон туда, — буркнул Гу Пин, указывая на угол.

Мужчина пробежал мимо, не обращая ни на кого внимания.

— Какого чёрта у них тут туалет на первом этаже? Чуть штаны не обмочил! — выругался он.

— Нечего было терпеть до последнего, — ответил Гу Пин.

— Да как тут не терпеть, когда такая дама за столом сидит! — бросил мужчина уже на ходу, расстегивая ширинку.

Хонджу с отвращением отвернулся. Гу Пин же, наоборот, проводил мужчину взглядом и захихикал:

— Говорит, первый раз её видит, а сам…

Раньше в этом помещении были номера для постояльцев, но унитазы и раковины давно убрали.

Единственный туалет с работающей сантехникой находился на третьем этаже, и пользовались им в основном сотрудники. В этом аду обмана и наживы никто не хотел надолго покидать своё место, рискуя, что его обчистят до нитки. Поэтому игроки справляли нужду прямо в углу, в слив для воды, который остался от умывальника.

— Да уж, —  протянул Гу Пин, словно пробуя его слова на вкус. — Перед дамой, которую видишь первый раз, не грех и потерпеть.

Он многозначительно посмотрел на Хонджу.

— Другое дело, если бы он её уже знал…

— …

— Хонджу, ты у нас уже собаку на этом съел, — усмехнулся Гу Пин.

Хонджу не хотел ему отвечать. Он отвернулся, нахмурившись. Гу Пин обнял его за плечи. Его изуродованный мизинец торчал в сторону, не в силах обхватить его плечо.

— Давай, сходим развлечёмся, как только клиент уйдёт?

Хонджу с отвращением отшатнулся от его касания. У него пересохло во рту. Его уже сейчас тошнило от одной мысли о том, что его ждёт.

— Блин, чуть не кончил, пока карты тасовал, — сказал мужчина, выходя из туалета и застегивая ширинку.

Он улыбнулся, проводя языком по губам. Гу Пин рассмеялся.

— Вы меня заражаете своим энтузиазмом, — сказал он.

Мужчина подмигнул ему и направился к своему столику. Хонджу молча смотрел ему вслед. «И чего он так быстро? Мог бы ещё посидеть там», — с досадой подумал он.

— Пошли давай, — Гу Пин грубо потянул его за руку.

— ...Отвратительно смотреть на то, как ты старый козёл, пытаешься изобразить из себя жеребца. — тихо процедил Хонджу сквозь зубы.

— Заткнись! Эту пасть раззявляй, только когда сосёшь! — рявкнул Гу Пин и втолкнул его в туалет.

Он тут же запер дверь и жадно набросился на Хонджу, расстегивая ширинку.

Хонджу молча смотрел на его дряблое тело.

— Вы же спишете мой долг? — выдавил он.

— А то, — простонал Гу Пун, теребя свой пах. — Ты меня каждый раз заводишь, когда я на тебя смотрю.  У тебя глаза как у Миджин, поэтому ты меня так возбуждаешь …

Гу Пин достал свой эрегированный член и, схватив Хонджу за волосы, притянул его к себе. Он заставил Хонджу сесть перед ним на колени, продолжая держать его за волосы.

— Рот открой, — прохрипел он.

— ...

Хонджу было отвратительно. Ему претил резкий запах, стоявший в туалете, вид красноватого члена перед его лицом, тяжёлое дыхание Гу Пина. Но ещё более отвратительно было то, что он сам сейчас сделает, чтобы расплатиться с долгом.

Хонджу закрыл глаза и обхватил губами головку его члена. Гу Пин застонал, сжимая его волосы в своих руках. Хонджу знал: стоит ему немного потерпеть, и Гу Пин отстанет. Он даже изредка проводил языком по головке его члена, чтобы ускорить процесс. За этот год он хорошо изучил его вкусы.

— Ах... Да...

Гу Пин всхлипнул и резко дернул Хонджу на себя.

— Ых...

Хонджу почувствовал, как разорвались его иссохшие губы. По щекам потекли слёзы. Он уткнулся лицом в лобок Гу Пина. Тот двигался всё быстрее, грубо толкаясь в горло Хонджу.

— Ты, дрянь, наверное, Мугёну тоже так делаешь? — прохрипел Гу Пин. — Отсосал у него, да?

У Хонджу поднялся ком к горлу, но он подавил рвотный позыв.

— А-ах...

Гу Пин кончил, издав громкий стон. Хонджу тут же отстранился, выплёвывая его сперму. Он поднялся на ноги, вытирая рукой губы.

— Кха... — Хонджу склонился над унитазом.

Его рвало. Гу Пин же, вытерев член туалетной бумагой, направился к выходу.

— Твою мать, кровь, — проворчал Гу Пин, разглядывая туалетную бумагу, на которой смешались его сперма и кровь Хонджу.

Он продолжал ругаться, отряхивая руки. Хонджу поднялся с пола, как только его перестал бить озноб. Он спустил воду в унитазе и подошёл к раковине.

— Я тут красный женьшень начал пить, — похвастался Гу Пин. — Может, поэтому у меня теперь такой стояк?

— Меня сейчас вырвет, — пробормотал Хонджу.

— Ах ты... — Гу Пин замахнулся на него.

Хонджу инстинктивно вжался головой в плечи. Губы были липкими — то ли от спермы, то ли от крови. Чтобы разобраться, нужно было посмотреть в зеркало, но у него не было сил даже голову поднять.

— Мугёну свои дырки продавай, но язык держи за зубами. Понял? А то жалко будет такую ценную штучку портить.

— Угу.

Хонджу снова почувствовал приступ тошноты. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. «Мугён обещал, что поможет мне расплатиться с долгом, — подумал он. — Может, сказать ему об этом и попросить, чтобы это прекратилось?» Но он не мог до конца доверять Мугёну. К тому же, если он вдруг откажется от домогательств Гу Пина, тот что-то заподозрит. Что, если он начнёт расспрашивать о Мугёне и узнает об их сделке? В этом случае всё будет намного хуже. Хонджу вспомнил, как Гу Пин избивал его, и поёжился.

— Хотя, может задницу, и жалко, я ведь сам еще не попробовал — раздался над ухом голос Гу Пина, — Я тебя с пелёнок знаю, как-то не по себе трахать тебя. Понимаешь, о чём я?

Хонджу услышал звук застегивающейся ширинки. Он вцепился руками в края раковины. «Убить бы тебя», — подумал он. Ему хотелось наброситься на Гу Пина, схватить его за горло. Но он тут же отбросил эту мысль. Если с ним что-то случится, Гу Пин найдёт его отца и отомстит ему. К тому же, ему всё равно не удастся его убить. Гу Пин слишком живучий. Он выживет и заставит его отрабатывать долг, и трахать снова и снова...

— Сосать или дать оттрахать — какая разница? Всё равно мусор, — пробормотал Хонджу.

— Заткнись, ублюдок! Не смей разговаривать со мной!  Рот свой открой, только когда тебе член суют! —  Гу Пин ударил его по голове.

У Хонджу зазвенело в ушах. Он молчал до тех пор, пока шум в голове не утих.

— Сколько… спишите? — выдавил он.

—  Хм… Сто тысяч. Как в прошлый раз, — бросил Гу Пин.

В прошлый раз был миллион, а теперь  —  сто тысяч?

Хонджу почувствовал разочарование, но спорить не стал.

Гу Пин же, как ни в чём не бывало, вышла из туалета.

Хонджу посмотрел на своё отражение в зеркале. Зрелище было не из приятных. По щекам и подбородку стекали капли спермы, на губах запеклась кровь. Когда его били, он хотя бы отключался от боли. Но всё это… Было невыносимо.

Хонджу опустил взгляд, не в силах больше видеть своё отражение. Он набрал в ладони воды и прополоскал рот, пытаясь избавиться от привкуса крови.

«Убить его», —  прошептал он.

Хонджу долго стоял так, борясь с желанием разбить зеркало. Затем немного успокоившись, он вышел из туалета.

За столом сидел Чхве.  Ни Гу, ни управляющего Яна не было видно.

—  Это тебе Гу передал, — сказал Чхве, протягивая ему стаканчик с кофе.

Хонджу взял стаканчик, стараясь не касаться его пальцами. Кофе был дешёвым и отвратительно сладким, как и всегда.

Хонджу, не прикасаясь к стаканчику, поставил его на стол.

— Я не хочу кофе. Мне нужно отойти ненадолго, — сказал он.

— Как хочешь, — ответил Чхве, не отрываясь от телефона.

Хонджу направился к ближайшему круглосуточному магазину — ему хотелось пить. Гангстеры и Чхве иногда ругали его за это: «Весь дом завален халявной водой и соками, куда ты тратишь деньги?» Но в этом доме он не мог спокойно выпить даже глоток воды. Тем более, если его предлагал Гу Пин. Кто знает, что он туда подсыпал?

Хонджу вспомнил одного парня, который жил в этом доме раньше. Он с удовольствием пил кофе, который ему приносил Гу Пин, и вскоре Хонджу стал замечать странный блеск в его глазах. Через какое-то время этот парень собрал вещи и уехал в неизвестном направлении.

Говорили, что он крупно проигрался и сбежал, но Хонджу не верил в эту историю. Он слишком хорошо знал Гу и этот странный блеск в глазах парня, который пил его кофе… Лучше уж умереть, чем быть изнасилованным под наркотой…

— Спасибо, — Хонджу расплатился за воду и вышел из магазина.

Он жадно сделал несколько глотков, чувствуя, как ледяная вода обжигает горло.

В тот вечер, как и всегда, в игорном доме было многолюдно. Чхве, гангстеры и Хонджу сновали между столиками, разнося напитки и убирая пепельницы. Гу Пин сидел за столом, не отрываясь от телефона. Он постоянно вибрировал, издавая разные звуковые сигналы.

— Вроде неплохо выглядел. Сказал, что не скоро освободится? А, ещё не приехал? — раздался его громкий голос.

Хонджу отогревал руки у обогревателя, чувствуя, как по ним бегут колючие мурашки.

— Хорошо. Скоро буду, — бросил Гу Пин в трубку и положил телефон на стол.

Гу Пин встал из-за стола и достал из ящика пачку денег. Затем он взял с пола лежащий рядом пакет и аккуратно положила деньги внутрь.

— Скажи Яну, что я взял миллион, — бросила он Хонджу.

— А куда вы… — начал Хонджу, но Гу Пин перебил его:

— Тебе интересно? Хочешь ещё разок? — он ухватил себя за промежность и начал непристойно двигаться.

— Больной, — тихо процедил Хонджу сквозь зубы.

— Ха! Еду в «Кванпхари», — бросил Гу, проходя мимо. — Вернусь с кучей бабла!

Он грубо шлёпнул Хонджу по заднице. Тот лишь поморщился — к таким выходкам Гу Пина он уже привык. Хонджу проводил его взглядом. Он долго о чём-то думал, а затем окликнул гангстера, который только что вышел из комнаты:

— Мне нужно в туалет. Присмотришь за столом?

— А где Гу Пин?

— В «Кванпхари» уехал.

— Ладно, иди.

Гангстер плюхнулся на стул, который освободил Гу Пин.

«Гу Пин уехал. Ян внутри, занимается своими делами. Чхве где-то в конце коридора. Гангстер на месте. Да и камеры видеонаблюдения в этой разваливающейся гостинице — роскошь. Следить за мной некому», — подумал Хонджу, и сердце его забилось чаще.

Он зашёл в туалет и несколько раз проверил, заперта ли дверь. Затем достал телефон, который прятал в нагрудном кармане. Казалось, что телефон включается целую вечность. Хонджу прислушивался к каждому шороху за дверью. В списке вызовов был только один номер. Хонджу отправил на него сообщение:

[Он уехал в игорный дом «Кванпхари». Его не будет около шести часов.] — он нажал кнопку «Отправить» и выключил телефон.

Хонджу понимал, что рискует, доверяя человеку, которого знал не так уж и долго. Но он слишком хорошо знал Гу Пина, чтобы оставаться в этом игорном доме.

Глава 4

На следующий день Мугён в игорном доме не появился. Вместо себя он прислал двух парней, которые должны были помогать с работой. Он сказал, что они работали у него в другом заведении и будут очень полезны. Ребята и в самом деле оказались неплохими картежниками, а благодаря своей внушительной внешности легко могли утихомирить любого дебошира. Гу Пин и управляющий Ян были очень рады пополнению. Игра пошла быстрее, и обслуживание стало намного лучше, чем когда Хонджу работал один.

Спустя пару дней, Гу Пин снова отправил Хонджу собирать долги.

— Восемьсот тысяч? — переспросил Хонджу, глядя на бумажку, где были написаны имя, номер телефона и адрес должника.

Он сразу узнал этого типа. Тот постоянно влезал в долги и при этом любил распускать руки. Хонджу даже казалось, что у него снова заныло запястье, которое тот ему как-то раз вывихнул.

— Да, — кивнул Гу Пин. — Я слышал, он теперь у Кванпхаля околачивается. Встретил его на днях, так он там такой довольный ходил... Короче, чтобы деньги принес, понял?

— Хорошо, — кивнул Хонджу.

— Вечно ты слова поперёк сказать не можешь...

Хонджу прикоснулся к губам, на которых ещё не сошёл синяк. За последние дни, пока он работал дядей, он успел немного отдохнуть от побоев. Обычно у него даже времени не было залечить раны. «Жаль, что скоро у меня снова будут синяки», — подумал Хонджу.

— Я пойду, — сказал Хонджу.

Дом, где жил мужчина, находился недалеко — минут 15 пешком. Хонджу застегнул куртку и спустился по лестнице. У входа его окутал табачный дым со сладковатым привкусом.

— Ты куда?

— Здравствуйте, — Хонджу увидел мужчину впервые с тех пор, как отправил сообщение о Гу Пине.

Как всегда, у него была идеальная укладка, на нем было длинное пальто до икр, в пальцах, обтянутых кожаными перчатками, он держал сигарету с белым фильтром.

— Я спрашиваю, куда ты собрался? — повторил мужчина.

— На встречу, — ответил Хонджу.

— Хм…

Мужчина глубоко затянулся, выпустил клубы дыма Хонджу прямо в лицо. Хонджу даже не моргнул. Мужчина еще несколько раз затянулся, а затем бросил сигарету на землю. На окурке остался след от чистого ботинка.

— Садись.

— Да там недалеко, я сам дойду, — попытался отказаться Хонджу.

Мужчина открыл дверь машины и несколько раз хлопнул по сиденью.

— Говорю, садись. Нам нужно поговорить.

Хонджу огляделся — вокруг не было ни души, их никто не слышал. Но он все равно чувствовал себя неуютно.

— Может, здесь поговорим? Мне без разницы.

— … Ладно, сажусь, — Хонджу открыл дверь и сел на переднее сиденье, предварительно смахнув ногами снег, как в прошлый раз.

Хонджу пристегнул ремень.

— Больница «Квэйлум». Дом прямо за ней, — сказал он.

Ехать было не больше пяти минут. Машина тронулась.

— Часто ездишь в эти… командировки? — спросил мужчина.

— Иногда. Раньше только планировал игры, а сейчас работы мало, вот и приходится подзарабатывать.

— И что ты с этого имеешь?

— Несколько процентов от проигрыша.

Гу Пина интересовали только деньги. Он без зазрения совести использовал даже близких ему людей. Сам он не играл, но был мастером убеждения — втягивал людей в игру и не давал им сорваться с крючка. Даже отрубленный мизинец ничему его не научил.

— Больше он никуда не ездил? — спросил мужчина.

— Нет. Им очень понравились ребята, которых директ… которых вы прислали. Думаю, он теперь долго будет здесь.

— Вот как.

Мужчина постукивал пальцами в кожаных перчатках по рулю. Разговор был недолгим. Машина остановилась на светофоре, и Мугён повернулся к Хонджу.

— А сколько тебе перепадает с этих встреч?

— Процентов пять.

— Не сходится. На лечение уйдёт больше.

В больницу Хонджу попадал редко. Туда отправляли, только если человек был при смерти — с открытой раной или переломом. Всё остальное приходилось терпеть. Если бы он тогда вовремя обратился к врачу, то, возможно, смог бы спасти левое ухо. Сначала оно просто немного болело и плохо слышало, а потом…У Хонджу не было выбора. Не было ни денег, ни свободы. Он был вынужден работать без продыху. Хонджу чувствовал на себе взгляд мужчины. Он плотно сжал губы, стараясь не обращать внимания.

— В больницу не поеду, — ответил он. — Само заживёт.

— А время на то, чтобы зажило, у тебя есть?

— …Когда-нибудь заживёт, — Хонджу отвернулся к окну. Он смотрел на прохожих — они разговаривали по телефону, пили кофе, сидели на остановке. «Интересно, смогу ли я жить, как они?» — подумал Хонджу. Он знал, что надеяться на что-то в этом бизнесе — удел дураков, но в глубине души ещё теплился огонёк.

— Мне сюда, — Хонджу показал на больницу. Мугён снизил скорость. Но вместо того, чтобы остановиться, он свернул в узкий переулок.

— Вы меня здесь высадите, — сказал Хонджу. «Куда это он меня везёт?», — подумал он, расстегивая ремень. Они проехали ещё немного и остановились возле большого коттеджа. Казалось, мужчина точно знал, куда едет.

— …Откуда вы знаете, где он живет? — спросил Хонджу.

— Ты же сам сказал — коттедж за больницей, — мужчина заглушил мотор и отстегнул ремень. Он сложил руки на груди и посмотрел на Хонджу.

— Иди уже. А то в том притоне дышать нечем.

— …

— Чего застыл? Иди работай.

На лице мужчины не дрогнуло ни единой мышцы, но Хонджу показалось, что он насмехается. Хонджу не выдержал его пронзительного взгляда и вышел из машины.

Хонджу знал дорогу. Он уже несколько раз был здесь. В это время должник, скорее всего, спал или только собирался вставать.

Хонджу нажал на звонок. Раз, другой… На двадцатый раз дверь распахнулась. Он услышал тяжелые шаги и ругань. Хонджу отступил на шаг назад.

— Какого хрена тебе надо?!

Дверь с грохотом отворилась. На пороге стоял мужчина в майке. Его лицо было багровым от гнева. Увидев Хонджу, он взревел:

— Ты ещё раз вернулся, гадёныш?! Я же говорил тебе, что…

— Я знаю, что ты выиграл деньги в игорном доме Кванпхаля. Отдавай деньги, — спокойно сказал Хонджу.

— …Что?

Мужчина, казалось, был удивлён. Он был выше и крупнее Хонджу, хотя и не такой громила, как тот, что остался в машине. У него был хриплый голос, которым он не переставая извергал проклятия.

— Ах ты, сволочь! Слежку устроил?! Да тебе видать, ещё не хватило!

Он замахнулся и ударил Хонджу по лицу. Сначала почувствовалась резкая боль, потом — жжение. Хонджу почувствовал привкус крови во рту.

Он не успел опомниться, как получил ещё несколько ударов.

— Кхы … — Хонджу пошатнулся и отступил назад.

Мужчина бросился на него, схватил за волосы и несколько раз ударил головой о стену. Раздался звук ломающихся костей. Лицо Хонджу мгновенно покрылось синяками.

— Тьфу ты! И на что же ты нарываешься?! — прорычал мужчина. — Я же сказал — верну!

Мужчина плюнул под ноги Хонджу и повернулся, чтобы уйти. Хонджу вытер рукой губы и бросился на него. Он успел схватить мужчину за волосы и оттащить от двери. Мужчина был намного сильнее, но Хонджу не сдавался.

— Ах ты, мелкий засранец! — зарычал мужчина, потирая руку.

— Я сказал, что ты вернёшь долг, — прошипел Хонджу.

Его губы были в крови, а зубы окрасились в красный цвет. Но мужчина, казалось, не слышал его. Он был в ярости.

— Да ты… да ты…

Он снова набросился на Хонджу. Хонджу чувствовал, как у него заплывает глаз.

— Да что тебе нужно, придурок?! — заорал мужчина.

Он и в прошлый раз так же вёл себя. Стоило Хонджу нажать на звонок, как тот выбегал, как одержимый, и начинал избивать его. Хонджу не понимал, зачем он это делает, если всё равно отдавал долг. Может, просто срывал на нём злость? Вполне возможно. Хонджу слабо улыбнулся.

— Я… я уйду, как только… ты вернёшь… — прохрипел он.

— Заткнись! — мужчина ударил его в челюсть. Хонджу почувствовал резкую боль и рухнул на землю. К счастью, земля была покрыта снегом.

— Кха… кха…

Хонджу закашлялся. Во рту была кровь. Он с трудом перевёл дыхание и посмотрел на мужчину. Тот топал ногами и заходил в дом. Хонджу прикоснулся рукой к снегу. Дверь с грохотом захлопнулась. «Нужно снова звонить», — подумал Хонджу, но он не мог пошевелиться. У него болело всё тело.

— Ха… Ха… — Хонджу жадно хватал ртом воздух.

От привкуса крови во рту, его начинало мутить. Внезапно Хонджу почувствовал, что кто-то стоит рядом. На его бедро упал носовой платок. Дорогой, из тонкой ткани — Хонджу сразу узнал его.

— Это ты специально для меня такое представление устроил? — раздался над ухом голос Мугёна. — Или ты всегда так деньги выбиваешь?

В его голосе звучала насмешка. Хонджу с трудом поднялся, всё ещё сжимая платок в руке.

— С такими, как он, по-другому нельзя, — прохрипел он.

Мугён стоял, сложив руки на груди и наблюдая за Хонджу. Тот протянул ему платок.

— Заберите. Всё равно мне сейчас снова достанется, — сказал он.

Вытирать кровь бесполезно, только платок портить. Всё равно через пару таких раз должник ему заплатит.

— Это тебя Гу Пин научил так делать? — спросил Мугён. — В его стиле.

«К чему он это спрашивает?» — Хонджу хотел уже нажать на кнопку звонка, но остановился и посмотрел на Мугёна. Мужчина смотрел как кровь на снегу, оставляет красные пятна на белой поверхности.

— … Что? — переспросил Хонджу.

— Ужасно же это выглядит, — пробормотал Мугён себе под нос.

Хонджу хотел уже звонить, но мужчина поймал его за руку и резко повернул к себе. Затем, не обращая внимания на то, что Хонджу морщится от боли, начал грубо вытирать ему лицо платком. Вытерев кровь, Мугён заправил платок за воротник куртки Хонджу. От платка исходил лёгкий, приятный аромат.

— Интересно, как ты выглядишь без этих всех ссадин. — Мугён тихо пробормотал что-то себе под нос, почесывая бровь.

Его пальцы в кожаных перчатках медленно шевелились, будто он обдумывал что-то важное. Хонджу опустил глаза, прижимая рукой пульсирующую скулу. Платок, который Мугён неловко засунул ему за воротник, развевался на ветру.

— Подожди меня в машине, — сказал Мугён.

— Зачем?

— Давно бы уже деньги забрал, если бы не этот цирк. Так и до старости не расплатишься, — он раздраженно поежился.

Хонджу не решался двинуться с места. Тогда Мугён легонько подтолкнул его в спину. «Что он задумал? — подумал Хонджу. — Если здесь что-то случится, опять мне отвечать». Но Мугён, казалось, не замечал его недоумённого взгляда.

— Чего застыл? Иди уже, — сказал он.

Хонджу неуверенно поплёлся к машине. До пассажирского сиденья было всего несколько шагов, но он несколько раз оглянулся. Мугён стоял на месте, сложив руки на груди и наблюдая за ним.

«Ну и ладно, — подумал Хонджу. — Сам виноват». Он открыл дверь и сел в машину. В салоне было тепло и уютно. Хонджу достал из-за воротника платок. Тонкая ткань была в пятнах крови. Хонджу почувствовал, как по губам снова потекла кровь, но вытирать ее платком не стал.

«Дорогой, наверное, — подумал он. — Вдруг заставит новый покупать?»

Хонджу огляделся, но ничего подходящего не нашел. Тогда он просто вытер губы рукавом и снова посмотрел на улицу. Мугён стоял у дверей дома. Он был настолько высоким, что его голова возвышалась над железной калиткой. Он снова нажал на звонок, и дверь тут же распахнулась. На этот раз на пороге стоял тот самый мужчина, сжимая в руках деревянный брус. Увидев Мугёна, он замер на месте. Мугён что-то сказал, и лицо мужчины перекосилось от злости.

— Ублюдки! — заорал он.

Проклятия были слышны даже в машине. Хонджу нервно сглотнул.

Если Гу Пин узнает, что он позволил избить человека из-за каких-то денег, то ему не поздоровится. А ещё Мугён может выставить ему счет за лечение.

«Может, лучше бы я сам…»

— Хонджу уже потянулся к ручке двери, собираясь выйти.

В этот момент мужчина взмахнул обломком деревянной балки, но Мугён легко увернулся от удара.

Хонджу удивлённо смотрел на него. Мугён несколько раз уклонился от ударов, а затем, поймав момент, прижал мужчину к стене. Он крепко сжал его горло и удерживал, пока тот не перестал сопротивляться. Лицо мужчины побагровело. Только тогда Мугён отпустил его. Мужчина рухнул на землю. Мугён с размаху ударил его ногой по голове. Мужчина вскрикнул и откинулся назад, заливая кровью снег.

Дальше всё произошло очень быстро. Минуты две он избивал мужчину с такой яростью, что даже прохожие останавливались посмотреть.

— А говорил, не бандит, — пробормотал Хонджу.

«Не бандит, а двигается как профессионал…» В голове всплыл взгляд Мугён, которым тот разглядывал его избитое лицо. Он был похож на ребёнка, нашедшего новую игрушку. Хонджу сжал платок в кулаке. Внезапно всё прекратилось. Мугён помог мужчине подняться и они вместе скрылись за дверью.

Прошло несколько минут, но Мугён не возвращался.

«Что он там так долго делает?» — Хонджу уже начал волноваться, что Мугён на этот раз сам получает по голове, но тут тот вышел из дома. Он был абсолютно спокоен. Только кожаных перчаток на нём уже не было. Садясь в машину, он достал из кармана пачку денег и бросил её на сиденье рядом с Хонджу.

— Пересчитай, — сказал Мугён. — Этот ублюдок… — он вдруг осекся и усмехнулся. — Я сейчас был похож на настоящего бандита, да?

«Да не в словах дело», — подумал Хонджу. Впрочем, Мугён, кажется, и сам этого не понимал.

— Вы… и правда не бандит? — осторожно спросил он.

— А похож?

— Просто вы…

— Давай уже, считай деньги, — нетерпеливо сказал Мугён.

Хонджу положил платок на сиденье и взял деньги. Руки дрожали.

— Всё верно. Восемьсот тысяч, — сказал он.

— Ещё куда-нибудь заехать надо? — спросил Мугён, заводя машину.

Хонджу заметил ссадины на его костяшках.

— Нет. На сегодня всё.

— Тогда в игорный дом?

— Да.

— Вот видишь, нет у тебя товарища лучше меня. Будешь хорошо себя вести, я тебя и дальше буду прикрывать, — сказал Мугён.

Но сейчас его улыбка казалась Хонджу злой усмешкой. А его слова звучали скорее как угроза.

— Так что даже не думай предать меня или сделать что-нибудь ещё, — продолжил Мугён. — Иначе кончишь так же, как он. Понял?

Мугён тихо прошептал это и легонько коснулся опухшей щеки Хонджу.

Хонджу вздрогнул от боли. Он понял, что Мугён помог ему не из доброты. Он хотел его напугать. Платок так и остался у Хонджу.

***

Они вошли в игорный дом и первым делом наткнулись на управляющего Яна. Он пересчитывал деньги, нахмурив брови. «Что-то случилось», — подумал Хонджу. «Лучше бы ещё куда-нибудь съездили…» Он уселся на стул.

— Ну как там мои ребята? — спросил Мугён.

— Нормально, — ответил управляющий Ян.

Они ещё некоторое время говорили о двух новых сотрудниках, которых привёл Мугён. Управляющий Ян был явно чем-то недоволен. Мугён же, казалось, не обращал на него никакого внимания. Он присел на край стола, подложив под себя платок. Хонджу уже хотел было отдать ему его другой платок, как вдруг в комнату ворвался Гу Пин. Увидев Мугёна, он расплылся в улыбке и протянул руку. Отсутствующий мизинец на его руке сразу же привлекал внимание.

— О, директор Мугён! Я тут одного парня нашёл! Просто чудо! И это умеет, и то…

Гу Пин энергично жестикулировал.

— Что за парень? — спросил Мугён.

— Да так, один малый. Я его немного обучу, а потом, когда новый клуб откроем, он у нас звездой будет.

Гу Пин был в восторге. Хонджу взглянул на управляющего Яна. Тот нахмурился ещё сильнее. Кажется, ему совсем не понравились новости Гу Пина. Он всегда ревновал к тем, кто был лучше него. И всегда старался их унизить. Как того парня, которого он недавно выгнал. Тот был высоким и красивым, и клиентки платили ему большие чаевые. Вот управляющий Ян его и невлюбил.

— Хм… И где вы его нашли?

— Да в одном клубе, — ответил Гу Пин— Он недавно из провинции приехал. Эй, Гадюка! Иди сюда!

— Гадюка? — Мугён задумчиво повторил это имя. — И имя, и кличка — одно другого стоит, — он многозначительно посмотрел на Хонджу, приподнимая брови, словно ожидая подтверждения своим словам.

Хонджу поспешно отвернулся. Он чувствовал на себе взгляд Мугёна, но не хотел смотреть на него в присутствии других. Управляющий Ян был слишком проницательным.

— Да, босс, — послышался из коридора грубый голос.

— Иди сюда, познакомься с ребятами, — сказал Гу Пин.

— Приветствую.

В комнату вошёл парень. На вид ему было не больше двадцати. У него были узкие, хищные глаза и татуировки на руках и шее.

— Это директор Мугён. Наш благодетель, — торжественно объявил Гу Пин.

— Очень приятно, — сказал Гадюка, кивнув Мугёну.

Гу Пин продолжал распинаться, рассказывая о своей находке.

Хонджу не слушал. Он чувствовал себя уставшим и разбитым.

— Хонджу?

— …

Хонджу вздрогнул и поднял голову. Кажется, он пропустил весь разговор. Гу Пин уже ушёл, а Мугён, ответив на звонок, встал из-за стола. В комнате остались только Хонджу, управляющий Ян и Гадюка.

— Сильно тебя отделали, — заметил Гадюка.

— Ага, — буркнул Хонджу.

— Дрался или получал? — уточнил Гадюка.

— Ага.

Хонджу отвечал невпопад. Гадюка не обижался, наоборот, он веселился, наблюдая за ним. С каждым его словом лицо управляющего Яна становилось всё мрачнее.

— Лекарства есть? — спросил Гадюка.

— …Само заживёт.

— Ну ты и бука, — сказал Гадюка, но Хонджу промолчал.

— Гадюка! Иди сюда, сыграй пару партий! — позвал Гу Пин:

— Уже иду, — отозвался Гадюка и, бросив на Хонджу быстрый взгляд, вышел из комнаты.

— Не спускай с него глаз, — сказал управляющий Ян, наклоняясь к Хонджу. — Не знаю, сколько ему там Гу Пин пообещал, но что-то мне этот тип не нравится.

— …Он у нас будет жить? — спросил Хонджу.

— Наверное. Так что следи за ним хорошенько.

Управляющий Ян и Гу Пин тщательно проверяли всех новичков. Они никогда не брали в игорный дом первых встречных. Это касалось всех: и вышибал, и официантов, и даже самого Мугён. И уж тем более это касалось тех, кого привел с собой Мугён.

Управляющий Ян наверняка уже пробил и тех двоих тоже. Скорее всего, Гадюка был чист, но что-то управляющего Ян всё равно насторожило.

— А что такое? — поинтересовался Хонджу.

— Да так, чутьё… Слишком уж внезапно он тут объявился.

— А… ну, ладно — протянул Хонджу, хотя следить за Гадюкой он не собирался. У него была цель поважнее — он наблюдал за Гу Пином.

В этот день в игорном доме было полно незнакомых лиц. Гу Пин светился от гордости, считая, что всё это благодаря его новой находке. Управляющий Ян же, наоборот, был мрачнее тучи, наблюдая, как Гадюка прогуливается мимо, набивая карманы чаевыми. В конце концов он не выдержал и, буркнув, что идёт играть в карты, скрылся в одной из комнат.

Благодаря новичку работы у Хонджу стало меньше. Но он всё равно не расслаблялся — Мугён мог позвать его в любой момент.

— Тебя директор Мугён зовёт, — услышал он вдруг.

— ….

Он уже несколько раз вызывал его за вечер. И каждый раз это были какие-то пустые вопросы. Хонджу был уверен, что и в этот раз произойдёт то же самое.

Мугён сидел на подоконнике, свесив длинные ноги в начищенных ботинках. Хонджу осторожно огляделся, проверяя, не слышит ли их кто, и подошёл ближе.

— Не надо ко мне обращаться при всех, — прошипел он. — А то управляющий Ян с Гу Пином что-нибудь заподозрят.

Мугён лишь наклонил голову, и несколько прядей его волос упали на лоб.

— И что же мне делать? — спросил он. — Тогда… не же я тебя не звать, — прошептал он в ответ.

Хонджу смутился и не смог произнести вслух слово «сообщения». Мугён усмехнулся, заметив его замешательство. Вдруг они услышали голос Гу Пина. Он ругался с кем-то. Судя по звуку шагов, он приближался. Хонджу хотел было уйти, но Мугён схватил его за руку. Затем притянул его к себе за карман куртки. Хонджу оказался зажат между его ног. Он в панике уперся руками Мугёну в грудь, пытаясь оттолкнуть, но тот лишь сильнее прижал его к себе.

— Тише, тише, — прошептал он. — Я же о тебе забочусь.

— П-пустите, — прохрипел Хонджу.

Крепкая рука, обхватившая его за талию, скользнула под тонкую куртку. Хонджу почувствовал, как большая ладонь прошлась по его ягодицам и легла на бедро. Шаги за спиной становились всё ближе. Хонджу сглотнул и снова попытался оттолкнуть Мугёна. Но тот лишь приблизил своё лицо к нему,  опустил взгляд и наклонил голову. Они были так близко, что Хонджу чувствовал на своих губах дыхание Мугёна. Когда человек в панике, он не может пошевелить даже пальцем. Хонджу не мог отвести взгляд от длинных ресниц Мугёна.

— Что тут, блядь, происходит?

Грубый голос заставил Хонджу вздрогнуть. Он с силой оттолкнул Мугёна и отступил на шаг назад. Высокий мужчина без сопротивления отступил. Мугён растянул губы в хитрой улыбке.

— Старик, как не вовремя, — произнёс он небрежным тоном, как ни в чём не бывало.

Гу Пин с подозрением посмотрел на них. Хонджу молчал, уставившись в пол. От смущения сердце бешено колотилось в груди, а по телу разливался жар, как после драки. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоить дыхание, и  почувствовал аромат, исходящий от Мугёна.

— Какого… Да вы что, уже? Неужели ты ему даешь, Хонджу? Молодец, глаз у тебя намётан.

— Не портите мне веселье. Для этого нужны лишь двое, —  ответил Мугён, хватая Хонджу за карман куртки и притягивая к себе.

Он легонько похлопал его по бедру. Этот жест напомнил Хонджу о том, как это обычно делал Гу Пин. Хонджу поморщился и отстранился.

— Ну-ну, директор, так и знал, что часто наведываетесь не просто так. Видать, запал вам Хонджу в душу! Ха, только выбрали вы не того. У Хонджу характер не сахар. Сомневаюсь, что он так просто ножки разведет.

Гу Пин бросил на стол конверт, мерзко ухмыляясь.

— Будь я на месте мадам Гу, я бы его сам раскрутил.

— Ни за что. Ни таланта, ни изюминки.

— Кто говорит про карты? — протянул Мугён, оценивающе оглядывая Хонджу с ног до головы.

Этот наглый, цепкий взгляд заставил Хонджу стиснуть зубы.

— Ха-ха-ха, неужто не жалко было бы? С детства его растил, привык, как к сыну… Хм, а может, всё-таки попробовать? Что скажете, директор Мугён, купите?

«Самому трахнуть кишка тонка, а другим предлагает», — подумал Хонджу. Он вспомнил его гнусную физиономию, искривлённую возбуждением. Ему даже показалось, что он вновь чувствует тошнотворный запах спермы. Хонджу сжал зубы, подавляя подступающую тошноту.

— Ну что, как насчет сейчас?

Мугён медленно провел языком по губам, не отводя от него глаз. Они с Гу Пином продолжали отпускать свои пошлые шуточки, будто Хонджу здесь не было. Особенно противным был хриплый смех Гу Пина. Но Хонджу не стал ничего говорить и не попытался уйти — он начал понимать, что задумал Мугён. Внезапно он почувствовал на своём плече тяжёлую лапу Гу Пина. Тот приобнял его и прошептал на ухо:

— Хонджу, ты директору Мугёну голову не морочь. Не собираешься ему давать — так и не соблазняй. Он человек деловой, не серди его.

Хонджу резко оттолкнул его руку и повернулся, чтобы уйти. Гу Пин толкнул его в спину, Хонджу споткнулся о порог, но удержался на ногах. Мугён, направляясь к столу, подмигнул ему.

— ....

«Лучше бы он продолжил меня подозревать», — подумал Хонджу, выходя из комнаты. Судя по обрывкам фраз, доносившимся из открытой комнаты, там обсуждали какие-то строительные дела. Хонджу направился к столу в конце коридора. Он хотел проверить карман куртки, за который так грубо дёрнул Мугён, потому что отчётливо помнил, как рука мужчины скользнула внутрь.

«…обезболивающее…», — прочитал Хонджу надпись на упаковке, в которой лежали две таблетки. Он прижал упаковку к горящей щеке. Немного помявшись, Хонджу окликнул проходившего мимо рабочего. Попросив того присмотреть за его вещами, он вышел на улицу и направился к ближайшему магазину. На последние деньги он купил бутылку воды, чтобы запить таблетки. Лекарство должно было подействовать быстро, ведь организм Хонджу не привык к таблеткам. Засунув недопитую бутылку в карман, он вернулся.

***

— Запоминай код, — сказал Хонджу, медленно набирая цифры на панели: 989796. Закончив, он повернулся к Гадюке, чтобы убедиться, что тот всё видел.

— Да-да, господин Хонджу.

Гадюка почтительно склонил голову.  В отличие от других рабочих, которые обращались с Хонджу грубо и бесцеремонно — «Эй, ты!», «Хонджу, мать твою!» — Гадюка всегда был вежлив, обращаясь к нему не иначе, как «господин Хонджу».

Хонджу не стал расспрашивать Гадюку о возрасте, как это делали другие рабочие.

— Заходи, — бросил он, пропуская его вперёд.

На полу в прихожей лежало неубранное одеяло. В воздухе висел запах немытой после рамена посуды и открытой банки кимчи. Чхве и его бандиты не отличались особой чистоплотностью, поэтому уборка в доме лежала на плечах Хонджу.

Он раздражённо прошёл в комнату и отодвинул шторы. За окном виднелся засыпанный снегом двор и стоявшие во дворе машины.

— Вполне ничего, — произнёс Гадюка.

Как ни страшно было Хонджу услышать его оценку, он остался доволен. Хонджу бегло прибрался, устраняя лишь самые вопиющие беспорядки, и продолжил экскурсию по дому. Впрочем, экскурсией это было назвать сложно: он просто стоял на месте и тыкал пальцем в нужную сторону.

— Это туалет, грязные вещи бросай вот сюда, — бубнил он.

— А уборку по очереди будем делать?

— Да как удобно, — ответил Хонджу.

— Продукты я покупаю раз в две недели, но ты можешь не париться, я в основном рамен ем.

— О, я рамен обожаю.

Разговор то и дело прерывался комментариями Гадюки, но Хонджу упорно продолжал свою речь.

— Вещи кидай куда хочешь.

Пожитков у Гадюки было немного: лишь спортивная сумка, да пакет.

Даже не сняв пальто, Гадюка достал из пакета чистый костюм — поговаривали, что этот костюм ему подарил Гу Пин в дополнение к гонорару. Гу Пин так любил хвастаться своей щедростью, что Хонджу уже выучил наизусть и стоимость этого костюма, и то, как за ним ухаживать.

— Я первый в душ. Горячая вода долго нагревается.

— А, ну давай, — отозвался Гадюка.

В ванной было холодно. Из-под крана полилась ледяная вода. Не закрывая кран, Хонджу посмотрел на своё отражение в зеркале. Синяки на теле начали желтеть, лопнувшая губа и распухшая щека пульсировали.

— Хоть бы стало полегче, — пробормотал он, зажмурившись и подставляя тело под ледяные струи.

Хонджу долго стоял под душем. Когда он вышел, вытирая голову полотенцем, Гадюка разговаривал по телефону, стоя в футболке.

— Прямо сейчас? Я хотел помыться и лечь спать.

Корзина для белья была забита почти доверху. «Придётся постирать вместе с вещами Гадюки, когда тот выйдет из душа», — подумал Хонджу, бросив свою одежду в корзину и сняв с сушилки рубашки.

— Если всё нормально, может мне завтра сходить?

Судя по интонациям Гадюки, он разговаривал с Гу Пином. Хонджу замер с полотенцем в руках и невольно напряг слух.

— Ха-ха, да вы что, — рассмеявшись, Гадюка закончил разговор и поднялся. — Гу Пин зовет в карты сыграть. В каком-то бассейне или на стройке, не разберу…

— Это заброшенный фитнес-центр на соседней улице.

Закрытый спортивный центр давно зарос травой забвения. Это было глухое и мрачное место, где азартные игроки могли спокойно собраться и разложить свои карты.

— Бедных стариков обдираете? Ладно, я пошёл мыться, — Хонджу кивнул Гадюке и продолжил складывать полотенце.

Как только за Гадюкой захлопнулась дверь ванной, Хонджу резко положил полотенце, встал и осторожно достал из внутреннего кармана телефон.

Экран несколько раз мигнул, прежде чем на нём появилось изображение. Хонджу быстро нашёл нужный чат и написал:

«[Играет в карты. Здание фитнес-клуба "Морской берег"]».

Отправив сообщение, он тщательно стёр все следы.

В этот момент на экране, который он всегда держал в беззвучном режиме, высветилось новое сообщение.

[Хы Хы]

Хонджу удивлённо наклонил голову. Затем услышал вибрацию. «Гадюки что ли?» — подумал он, пытаясь определить, откуда доносится звук. Внезапно он ощутил вибрацию в кармане куртки. Это звонил телефон, подаренный ему управляющим Яном.

— Да, — буркнул Хонджу.

— Блядь, ты чё, трубку не берёшь?! Совсем охренел! Где ты сейчас, никуда не убежал?

Управляющий Ян и Гу Пин часто любили проверять его таким образом: звонить без предупреждения и уточнять местоположение. Создавалось ощущение, что они установили на его телефоне прослушку — стоило ему немного ошибиться с ответом, как на него тут же обрушивался шквал ругательств.

Вот и сейчас управляющий раздражённо рявкнул в трубку, хотя Хонджу просто не успел ответить после первых же гудков.

— Дома. Бельё складываю.

— Он с тобой? Никуда не ушёл?

Хонджу посмотрел в сторону ванной. Звук работающего фена стал тише. Он приглушил голос:

— Да, моется в душе. Сейчас выйдет.

— Следи за ним хорошенько! Если что — сразу звони. И чтобы трубку брал мгновенно! Понял?

— Да понял я, понял! — Хонджу с раздражением нажал на кнопку отбоя.

«Так, спокойно, главное — не допустить ошибки», — Хонджу сделал глубокий вдох, перекладывая телефоны из одной руки в другую.

Запах еды почти выветрился, Хонджу закрыл окно и достал ещё одно одеяло и подушку. В этот момент из ванной вышел Гадюка. Он достал из кармана своих шорт телефон и бросил его на кровать. Экран был запотевшим.

«Он что, телефон с собой в душ брал?» — удивлённо подумал Хонджу, кладя чистую подушку на самый край кровати. — Спи сегодня здесь. Бандюганы вернутся ближе к вечеру. Когда будешь ложиться, задерни шторы.

— Хорошо, — кивнул Гадюка. — А не мало ли места для троих? Чхве вроде здоровенный…

— Ничего, мы здесь недолго. Только глаза прикрыть, — ответил Хонджу.

Хонджу запустил стиральную машину и только после этого лёг, укрывшись самым одеялом на самом дальнем месте. Гадюка немного повозился и выключил свет, погрузив комнату в темноту.

Он несколько секунд смотрел в потолок, моргая, а потом сообщил:

— Я, наверное, буду приходить сюда не каждый день. Иногда буду оставаться у себя.

На самом деле снимать номер в мотеле было бы гораздо удобнее, чем жить в этой дыре. Впрочем, Хонджу не хотел развивать эту тему.

— А, ну ладно, — отозвался Хонджу.

Гадюка ещё пару раз пытался заговорить с Хонджу, но тот отвечал односложно, и вскоре его голос и вовсе затих. Он чувствовал, как его окутывает дрёма: то ли от усталости после тяжёлого дня, то ли от таблеток. В мутном поле зрения возникла куртка, висевшая на спинке стула. Взгляд Хонджу задержался на чёрном пятне от сигареты рядом с молнией.

«Что же всё-таки значило сообщение Мугёна?» — подумал он. Звонок управляющего Яна тогда помешал ему найти ответ. С этой мыслью он закрыл глаза.

Глава 5

Чхве так и не вернулся ночевать к себе, сообщив, что идёт к девушке.

Гадюка в середине дня ушёл париться в сауну. Хонджу вернулся в дом только ближе к вечеру.

За ночь выпало ещё немного снега. Тонкие кроссовки промокли насквозь, но Хонджу уже не чувствовал холода. Он ускорил шаг, однако у входа в игорный дом остановился. Быстро пробежавшись взглядом по машинам, стоявшим во дворе, он никого не узнал.

«…», — машина Мугёна отсутствовала. То ли он ещё не приехал, то ли не собирался появляться вовсе.

Хонджу ещё раз огляделся по сторонам, а затем, громко топая, поднялся по ступенькам. Снег на подошвах его кроссовок растаял и превратился в грязные капли, которые он разнёс по лестнице.

— Хонджу, это ты? — послышался голос сверху. — А где все?

— Гадюка в баню пошёл, а Чхве скоро будет, — ответил Хонджу. — Он вчера у своей пассии ночевал.

Сидящие напротив Гу Пин и управляющий Ян с издевательскими ухмылками наблюдали за каждым движением Хонджу. Хонджу нахмурился и взъерошил волосы под их неприятными взглядами.

— Чего вы так смотрите?

— А кто про них спрашивает? Директор Мугён где?

— Откуда мне знать? — Хонджу резко поднял брови, отчего складка на двойных веках стала ещё заметнее.

Гу Пин, похоже, было совершенно наплевать на его настроение. Он  протянул руку, хихикая, как вдруг его толстые пальцы схватили Хонджу за задницу и начали ощупывать, пробираясь всё ближе к паху.

— Руки уберите, — процедил Хонджу и резко оттолкнул его.

— Тьфу ты, — Гу Пин с наигранным возмущением набрал в грудь побольше воздуха. — Ты и перед директором Мугёном так выделываешься? Тебя трогают — расставляй ноги и говори «спасибо»!

— Ну что, Хонджу, наконец-то от тебя будет толк? — подал голос управляющий Ян, сверкнув золотым зубом. — Не зря мы тебя с соплей под носом растили.

— Ха-ха-кха, — Гу Пин закашлялся от смеха.

Они отлично дополняли друг друга. Стоило управляющему Яну усмехнуться, как Гу Пин разражался хриплым хохотом, а когда Гу Пин начинал говорить, управляющий Ян тут же вставлял своё язвительное замечание.

— М-м, а может, попробовать? — задумчиво протянул Гу Пин. — Рабочих рук и так хватает, чтобы игорный дом работал.

— У директора Мугёна, небось, запросы высокие. — управляющий Ян снова усмехнулся. — Но ведь и дорогую еду иногда хочется простой закуской разбавить. Да и не станет он, в самом деле, деньги на такого парня тратить.

Хонджу больше не хотел слушать эти мерзкие разговоры. Он понимал, что если сейчас вмешается, то только раззадорит их.

— Деньги собрать не хотите? — спросил он.

— А! — встрепенулся Гу Пин.

Управляющий Ян скрылся во внутренней комнате и вернулся оттуда с неаккуратно заполненным долговым обязательством и паспортом. Сверху лежал стикер с именем, адресом и номером телефона должника.

— Двести, — сказал он. — Он в первый раз, что ли, деньги в долг брал? Забыл, когда отдавать? Хотя, думаю, сразу всё вернёт. В общем, иди.

Хонджу равнодушно взглянул на адрес.

— Ладно, я пошёл, — сказал он и вышел, стараясь не встречаться взглядом с Гу Пином.

Как и предполагал управляющий Ян, должник вернул деньги сразу же.

Сказал, что несколько дней провёл в компьютерном клубе и просто забыл о сроке. Он даже купил Хонджу кофе и долго извинялся. Похоже, он крупно проигрался и взял деньги в долг совсем недавно. Хонджу, не вдаваясь в подробности, забрал деньги и ушёл.

Вернувшись к игорному дому, он увидел машину Мугёна.

— Значит, уже приехал, — пробормотал он и, как обычно, громко топнул ногой перед дверью.

Когда он поднимался по старой лестнице, до него донеслись приглушённые голоса. Это были Мугён и Гу Пин.

«...как вам?»

Из-за проблем со слухом Хонджу не мог разобрать слов, но сразу понял, о ком они говорят.

«…», — Хонджу остановился и прислонился к перилам. Что-то подсказывало ему, что сейчас лучше не показываться на глаза. Он задержал дыхание и заткнул левое ухо. Теперь голос в правом ухе звучал немного чётче.

— Вроде неплохо, — раздался голос Мугёна.

Хонджу прикусил губу и напряг слух.

Вместо ответа послышалось лишь тихое прерывистое дыхание.

— Сейчас он, конечно, выглядит не очень, — подал голос Гу Пин, — но зато он у нас как вывеска! Мордашка симпатичная, молодой ещё!

Значит, они всё-таки решили привести свой план в действие. Мугён в ответ на эту неприкрытую провокацию лишь рассмеялся.

— Мы тут не в борделе, чтобы телами торговать, — сказал он. — Нравится — и что с того?

— Да ладно вам, директор Мугён! — захихикал Гу Пин. — Я же вам скидку хорошую сделаю. Берите, пока дёшево!

Он говорил неразборчиво, но Хонджу всё равно расслышал слова «берите дёшево». На языке появился солоноватый привкус крови. Мугён же ничего не ответил, лишь тихо рассмеялся. Гу Пин, видимо, принял его молчание за согласие и оживился ещё больше.

— У него там ещё долг остался, чуть больше двадцати миллионов, — сказал он. — Но для вас, директор Мугён, я могу сделать скидку и отдать за двадцать.

Наступила тишина, от которой у Хонджу по спине пробежал холодок. До него доносились громкие крики и смех из комнат в глубине игорного дома, и на их фоне тишина казалась ещё более зловещей.

«…», — Му Гён точно знал, сколько у него осталось долга. Хонджу сам недавно сказал ему, что осталось около четырнадцати миллионов. Он невольно напрягся, услышав наглую ложь Гу Пина. Что же ответит Мугён? От напряжения у него горело правое ухо.

— Дороговато будет, — наконец произнёс Мугён.

— Да вы сами подумайте! — воскликнул Гу Пин — Его папаша сбежал от долгов пятнадцать лет назад! Мы его, сопляка, кормили, одевали, поили, растили… Так что, если по-честному, то он нам ещё больше должен!

— Хм…

Мугён глубоко вздохнул. Послышался скрип — похоже, он откинулся на спинку стула.

— Что вы так завёлись? Прямо калькулятор достали, — рассмеялся Мугён. — Неловко же.

— Да вы вроде сами заинтересовались. — Гу Пин понизил голос. — Я, вообще, не хотел об этом говорить…

У Хонджу перехватило дыхание. Он словно чувствовал, что сейчас скажет Гу Пин… Хонджу зажмурился и напряг слух, стараясь не пропустить ни слова.

— …он охренительно отсасывает. Способный, что ли… В общем, два-три раза — и всё, — прошептал Гу. — Для минета, короче, создан.

— Пробовали? — спросил Му Гён.

— Бывает, когда приспичит, — хрипло рассмеялся Гу Пин.

«Когда приспичит» у Гу Пина случалось три, а то и четыре раза в неделю. Для Хонджу эти минуты были сущим адом. Каждая секунда отвратительного, мучительного процесса казалась вечностью.

Он никому не рассказывал о том, что происходит, ни у кого не просил помощи, просто сжимал волю в кулак и терпел. Убеждая себя, что всё это ради того, чтобы скорее выплатить долг.

— А-а-а, — протянул Мугён, — поэтому вы его так лапали, как старый извращенец?

Хонджу хотелось закричать, услышав, как Гу Пин так просто рассказывает о том, что было для него самым постыдным.

— Да просто подсказку вам давал, — снова засмеялся Гу Пин. — Вы же знаете, он у нас упрямый…

Раздался хриплый смех. Что же их так веселит? У Хонджу было всего одно здоровое ухо, но почему-то он слышал их так отчётливо.

— Упрямый, это да, — подтвердил Мугён.

— Девственник же ещё. Кстати, дырка у него до сих пор чистая. Я, было дело, хотел его трахнуть, но он же у меня с детства… Аппетита, в общем, не вызывает.

Гу Пин начал к нему приставать после того, как ушёл тот парень — игрок. Видимо, до этого он удовлетворял свою похоть с ним. А потом его похотливый взгляд упал на беззащитного Хонджу.

Легкодоступная игрушка, которой можно было манипулировать при помощи долга.

Он начал с того, что в шутку щипал его за задницу и бедра, но постепенно его прикосновения становились всё более развязными. Однажды он даже предложил Хонджу переехать к нему, пообещав простить половину долга. Хонджу тогда лишь опустил глаза, чувствуя, как они начинают наливаться кровью.

— После ваших побоев вряд ли у него осталась эта самая «чистая дырка», — усмехнулся Мугён. Гу, не упуская случая, тут же подлил масла в огонь.

— Я сам хотел его трахнуть, но он, зараза, всё вырывался.

Хонджу почувствовал тошноту от этих слов.

— Директор Мугён, вы, наверное, не в курсе, — продолжил Гу Пин, — но парней трахать — это просто отпад!  Знаю, звучит мерзко, но поверь мне: стоит закрыть глаза и попробовать — и у вас всё мигом встанет!

Он говорил так, словно делился какой-то тайной. Хонджу не смог сдержать усмешку.

— Вы что, гомосексуалист, мадам Гу? — спросил Му Гён. —  Гомосексуальносты же на лица смотрят.

— Да ну вас, какой гомосексуалист? — Гу Пин заёрзал на стуле. — Просто иногда, когда скучно, развлечься можно…  Чёрт, аж сейчас захотелось.

— Хм… — протянул Мугён. — Тогда придержи своего дружка, пока я его сам не попробую.

Мугён не ответил ни да, ни нет — лишь насмехался. Наверняка он специально так делал, чтобы позлить Гу Пина. Хонджу больше не мог  слушать этот отвратительный  разговор. Чтобы его прервать, он  громко зашагал  по  ступенькам.

— Сосёт он, конечно, классно… О,  пришёл! Быстро ты, —  Гу Пин выглядел смущённым.

Хонджу сделал глубокий вдох, изо всех сил стараясь подавить гнев. «Чёрт, да я бы его убил!»— пронеслось у него в голове. Он швырнул пачку денег на стол.

— Вернул? — Гу Пин пробежался взглядом по купюрам.

— …, — Хонджу ничего не ответил.

— Видимо, ещё не научился уму-разуму, — рассмеялся Гу Пин. — Не знает он ещё, как тебе, Хонджу, попасться…

Гу Пин зачеркнул имя должника в бухгалтерской книге и написал рядом «Хон» — это означало, что деньги собрал Хонджу. Потом он сунул деньги в карман. То, что он не убрал их в сейф, означало только одно — он собирался их присвоить.

— Ладно, я ненадолго отойду, — сказал Гу Пин и вскочил со стула.

Он хлопнул Мугёна по плечу и пошел на выход из комнаты. Мугён посмотрел на своё плечо и усмехнулся.

— Я ещё подумаю над вашим предложением, — сказал он.

— О, да ладно вам, — Гу Пин продолжал играть свою роль. — Я же вам скидку хорошую сделаю. Короче, вы это, поторопитесь с ответом. Хорошо? — он согнул левую руку в локте, изображая круг, и просунул туда указательный палец правой руки. Его скользкий взгляд на секунду задержался на Хонджу. Того затошнило от этого жеста.

Гу Пин, напевая себе под нос, спустился вниз. Когда его шаги стихли, Мугён наконец заговорил.

— Скрываешься ты плохо, — сказал он.

— Я только что подумал, что хотел бы, чтобы он сдох, — ответил Хонджу. — Надеюсь, это не слишком заметно?

— Ха-ха…

Мугён запрокинул голову и рассмеялся.

— Если он сейчас сдохнет, тебе придётся возвращать долг мне. Я с тебя денег не возьму, так что придётся расплачиваться как-то по-другому.

— …

— Ку Хонджу, ты девственник?

Неужели он всё это время знал, что Хонджу подслушивал? Он почувствовал себя униженным и ничтожным. Он больше не мог скрывать от Мугёна, что ему приходится заниматься оральным сексом. Наверняка Мугён догадался и о том, почему Хонджу так разозлился на Гу Пина. Грудь сдавило от нехватки воздуха. Хонджу сделал судорожный вдох.

— Мне всё равно, чьи члены ты сосёшь, — холодно произнёс Мугён. — Просто делай, что тебе говорят.

Он слегка пожал плечами. Хонджу стиснул зубы, стараясь совладать с эмоциями.

Он дал себя одурачить. Мугён пообещал помочь, но на самом деле ничем не отличался от Гу Пина. Он избивал должника и выбил из него деньги, чтобы запугать Хонджу. А то, что он сказал, что подумает над предложением Гу Пина… Может, он действительно его рассматривает? Бандиты, богачи… Все они одинаковы — им нельзя верить.

— Я всё понял, — глухо произнёс Хонджу.

Вместо того чтобы сесть на стул, он схватил пакет с мусором. Ему больше не хотелось находиться с Мугёном в одной комнате.

Щёлк, щёлк…

Мугён щёлкал зажигалкой, поджигая и тут же гася ее. Ярко-красное пламя вспыхивало и тут же исчезало.

***

Всю ночь Хонджу провёл в бегах по игорному дому. Он брался за любую работу, которую ему не поручали, выполнял мелкие поручения игроков.

В отличие от обычных дней, он даже подменял игроков за карточным столом, раздавая карты,  пока те отходили.  Лишь когда хозяин места возвращался, Хонджу мог покинуть комнату.

В коридоре всё так же было шумно. На месте Гу Пина сидел управляющий Ян.

— Обыграем их? Нечего халяву разводить!

Гу Пин, который совсем недавно куда-то отлучался, вернулся с крупным уловом. Он всё время кому-то названивал, говоря, что ищет игрока, а сейчас снова куда-то пропал. Неужели сам поехал за игроком? Хонджу решил расспросить об этом управляющего Яна.

Он уже собирался расспросить управляющего Яна о местонахождении Гу Пина.

Щёлк!

Внезапно послышался щелчок пальцев. Хонджу обернулся. Мугён,  высунувшись из комнаты в конце коридора, щёлкал пальцами, подзывая его. Хонджу нерешительно направился к нему. Мугён скрылся в комнате, и Хонджу последовал за ним.

— Мадам Гу нигде нет. На звонки не отвечает.

Хонджу, только что вернувшийся из игровой комнаты, ничего не знал об этом.

— Я сейчас узнаю и вернусь.

— Эй.

Резкая хватка на плече остановила Хонджу, собиравшегося расспросить управляющего Яна. Хватка была такой сильной, что Хонджу  почти потерял равновесие.

— Какая разница, узнаешь ты или нет?

Мугён, нахмурившись, легонько коснулся его щеки тыльной стороной ладони. От прикосновения холодной кожи по спине пробежал холодок.

— Я пытаюсь тебе помочь, а ты, смотрю, совсем распоясался.

Мугён, как и всегда, говорил с усмешкой. Он не повышал голос, не ругался. Но Хонджу чувствовал исходящую от него невероятную ауру превосходства. Властную, холодную… Как в тот самый первый раз, когда они встретились.

— Ты правда хочешь продать мне свою девственность?

— …

Похлопывания по щеке становились всё сильнее и сильнее. На бледной щеке начал проступать синяк.

— Вижу, тебе понравилось сосать у мадам Гу. Но ты не должен забывать о том, что должен делать.

Хонджу бросил взгляд на дверь. Они находились в конце коридора, поэтому вряд ли кто-то проходил мимо, но всё же расслабляться было нельзя. Убедившись, что за дверью никого нет, он ответил.

—Я просто отлучился на поручение, поэтому и не уследил…

—Кто тебе позволил отвлекаться? Так сделка не состоится.

Пощёчины становились всё сильнее.

Хлоп, хлоп!

Раздавался звук ударов. Щеку, с которой только-только сошёл синяк, снова начало жечь. Но Хонджу терпел и не издавал ни единого звука.

Рука, взлетевшая в воздух, опустилась на щеку Хонджу в последний раз.

Хлоп!

Голова Хонджу мотнулась в сторону, волосы растрепались. Мугён прищёлкнул языком и потёр руку.

—Ты что, хочешь сказать, что будешь меня слушать, только когда я тебя бью?

Хонджу выпрямился и посмотрел на Мугёна. Нахмуренные брови, цоканье языком, то, как он трясёт рукой, которой только что ударил… Он был совсем не похож на того человека, который шептал ему на ухо, протягивая телефон.

— Вот всегда так: попробуют денег — и всё, считай, человека пропал. Так и до беды недалеко.

А что, если сказать ему, что Хонджу передумал? Что не хочу больше иметь с ним никаких дел? Но ведь он… он дал Хонджу шанс начать новую жизнь… Хонджу охватил страх.

— Я не просил больше денег! — воскликнул он и в отчаянии ухватился за полу его пальто.

— Пусти.

— Я не хочу больше денег!

Му Гён усмехнулся и резко выдернул полу пальто из рук Хонджу.

— Пусти, говорю. Доверился коту рыбу охранять… Забыл, что ты тоже аферист.

— Я… Я не аферист! Я просто заменил игрока на время!

— Ах, вот как?

Он отряхнул полу пальто, словно сбрасывая с неё грязь, и направился к креслу. Хонджу, не смея произнести ни слова, сел на пол. Он не мог поверить, что Мугён мог подумать о нём такое.

Мугён неторопливо расположился на лежащем на кресле платке, закинув ногу на ногу. На его ботинках не было ни пятнышка грязи, они блестели.

— Да… поэтому я… другой. Не такой, как они.

Хонджу отчаянно пытался оправдаться. Он не мог потерять эту сделку. Возможно, ему и не вырваться из этого ада в одиночку, но с помощью Мугёна… С помощью Мугёна всё возможно. Хонджу чувствовал это на интуитивном уровне.

— Простите, что отвлёкся. Я быстро, я мигом его найду, — сказал он.

Хонджу необходимо было найти Гу Пина и доказать свою полезность.

— Каким образом?

— Я найду его.

Мугён достал из кармана пиджака сигарету. Пока тот прикуривал, Хонджу продолжал твердить, что обязательно найдёт Гу Пина. Мугён, выпустив изо рта клуб дыма, посмотрел на наручные часы.

— Десять минут. Приведи его сюда, — скомандовал он, указывая пальцем на пол.

Десять минут… Этого было катастрофически мало. Особенно учитывая, что Гу Пин не отвечал на звонки.

Но Хонджу, не переча, кивнул и выбежал из комнаты. Он достал телефон, который дал ему управляющий Ян, и набрал номер Гу Пина. Гудки тянулись целую вечность.

Управляющего Яна, с которым он разговаривал совсем недавно, тоже нигде не было видно.

— Ты не видел мадам Гу? — спросил Хонджу у Чхве, который смотрел на него пустыми глазами. Получив отрицательный ответ, Хонджу развернулся и бросился к лестнице. Сначала нужно было проверить, на месте ли машина. Он снова набрал номер, но в ответ снова раздались длинные гудки автоответчика.

Спускаясь по лестнице, он вдруг заметил управляющего Яна.

— Где мадам Гу?

— А что с ним?

— Быстрее!

Управляющий Ян нахмурился, глядя на кричащего Хонджу. Он опустил руки, скрестив их на груди. Хонджу быстро осмотрел погружённый в сумрак двор. Синяя машина… синяя… Вот она! Стоит на месте. Машина есть, а где же Гу Пин?

Ту-ту…

В ухе раздавались длинные гудки. «Он что, новых игроков набирает, что ли? Чем он там вообще занят?!» —Хонджу закусил губу.

— Твою мать, совсем с катушек съехал, — пробормотал он себе под нос.

Управляющий Ян, как ни в чём не бывало, направился к нему. Хонджу быстро набрал номер и произнёс:

— Директор Мугён его ищет.

— … Директор Мугён.

Управляющий Ян, как и ожидалось, тут же напрягся. Хонджу оглядел засыпанный снегом двор. Ни единого следа Гу Пина. В последнее время он часто захаживал в игорный дом Кванпхаля… Может, он поехал туда на чужой машине? Но до туда ехать минут двадцать…

— Ты не знаешь, где он? — спросил Хонджу.

Управляющий Ян молчал. Время шло, а они топтались на месте. У него оставалось всего десять минут, из которых, как минимум, одна ушла на бессмысленный разговор с управляющим.

— Миджин… Он вроде как к Миджин пошёл.

Миджин… бывшая девушка Гу Пина. Сказал, что идёт к ней, но машину оставил… Хонджу вдруг кое-что вспомнил и со всех ног бросился прочь.

Он бежал сломя голову, не разбирая дороги, и примчался к мотелю, который находился в пяти минутах ходьбы отсюда. Хонджу влетел в здание и, распахнув дверь, крикнул:

— Гу Пин здесь?!

Хозяин, чистивший мандарины перед телевизором, вытер руку тыльной стороной ладони.

—Снял номер. А что?

—Какой номер? — прорычал Хонджу, нервно топая ногой. Хозяин, мужчина преклонных лет, лишь шлёпнул губами.

—Быстрее! Дело срочное!

Старик плотно сжал губы, испачканные мандариновым соком. Хонджу уже хотел было броситься к первой двери на первом этаже, но тут вдруг позади раздался крик:

—Двести второй! На втором! Кхе-кхе! — закашлялся старик.

Хонджу тут же помчался на второй этаж. Поднявшись по лестнице, он повернул направо и увидел дверь с номером «202».

Бам-бам-бам!

Он заколотил в дверь, отчего та затряслась.

— Я знаю, что вы здесь! Выходите быстрее!

Бам-бам-бам!

Время поджимало, и Хонджу стучал всё сильнее и сильнее.

— Какого чёрта?! — раздался из-за двери знакомый голос. Хонджу с облегчением выдохнул и потянул дверную ручку на себя.

—Открывайте! Нам срочно нужно в игорный дом!

Дверь тут же распахнулась. На пороге стоял раскрасневшейся Гу Пин с полотенцем на пояснице.

—Ты что себе позволяешь, придурок?! — заорал он и, не дав Хонджу опомниться, ударил его по голове.

Голова Хонджу откинулась назад. Было больно, но сейчас было не до этого… Десять минут, которые дал ему Мугён, уже истекали.

— Директор Мугён вас зовёт, — повторил Хонджу.

— … Что?

— Почему вы трубку не берёте? Вас директор Мугён ищет.

— Директор Мугён? — пробормотал Гу Пин, почесав затылок.

На лбу у него выступали капельки пота, а лицо раскраснелось. Выглядел он неважно.

— Сказал, что дело срочное… Велел вас привести… Через десять минут.

— Что, прямо сейчас? Десять минут?!

Хонджу, не обращая внимания на его панику, схватил Гу Пина за руку и потащил за собой. Тот попятился назад.

— Подожди немного, поганец! — бросил он и скрылся за дверью.

Каждая секунда казалась вечностью. Из комнаты доносились голоса, а Хонджу нервно топтался на месте.

Наконец, появился Гу Пин — кое-как одетый и взъерошенный.

— Да какого чёрта происходит?! — рявкнул он.

— Я не знаю! Меня послали вас найти! Почему вы трубку не берёте?!

— А я, по-твоему, должен был трахаться с телефоном в обнимку?! — взревел Гу Пин.

Они выбежали на улицу. Десять минут, скорее всего, уже прошли, но Хонджу было не до этого. Они мчались сломя голову в сторону игорный дом.

Хонджу, опередив Гу Пина, распахнул дверь и вошёл внутрь. На третьем этаже сильно пахло табаком. Мугён сидел, вытянув ноги, за столом и курил. Он посмотрел на запыхавшегося Хонджу и, не говоря ни слова, глянул на часы.

— Опоздал. Да ещё и один пришёл?

— Нет, — ответил Хонджу, но Гу Пин уже поднимался по лестнице.

На губах Мугёна заиграла лёгкая улыбка.

— Директор Мугён! Вы меня звали? Что случилось? Ох… — пропыхтел Гу Пин, пытаясь отдышаться.

Он даже не удосужился заправить рубашку, и её полы нелепо торчали из-под брюк.

— Где это вы пропадали, мадам Гу?

— Я… это… К девушке… ненадолго…

— К какой ещё девушке?

— Ну… это…

Гу Пин смущённо почесал затылок. Уши у него покраснели. Мугён, заметив его реакцию, решил не допытываться.

— Говорят, вы аванс не выплатили, — сказал он, переходя к делу. — И теперь рабочие отказываются выходить на объект.

— Что? А, это…  Я хотел отдать им половину после того, как они…  —  Гу Пин осекся. —  Что значит «отказываются»? Я же не отказываюсь платить! Вот же ж сволочи!

Он принялся шарить по карманам, но, похоже, поиски не увенчались успехом. Видимо, он так спешил, что забыл телефон.

— Придётся искать новую бригаду, — вздохнул Мугён. — Но боюсь, что желающих не найдётся. Место-то это, говорят, проклятое. Да и репутация у вас, мадам Гу, так себе.

Хонджу почувствовал, как в голосе Мугёна появились стальные нотки.

—  Э… это…

— Нельзя же так унижаться перед какими-то рабочими и бандитами, — покачал головой Мугён.

— …

Гу Пин молчал, плотно сжав губы.

Управляющий Ян вышел из туалета, вытирая мокрые руки. Он с подозрением покосился на царившую в комнате ледяную атмосферу и посмотрел на Хонджу, но тот молча отвел взгляд.

— И что вы предлагаете сделать, позвонив этим ублюдкам? Избить их и заставить работать? Не заплатив ни воны? Кто тут, чёрт возьми, плевать хотел на деловую этику? — Мугён всё ещё ругал Гу Пина. Несмотря на грубость слов, его низкий голос звучал настолько спокойно, будто он читал стихи. Из его красиво очерченных губ струйкой вырывался дым.

— Я же дал вам денег на стройку… А вы, гляжу, развлекайтесь с девками …

— Да нет же, директор Мугён, вы послушайте! — заголосил Гу Пин, но Мугён перебил его, опускаясь на пол.

Его слова, прозвучавшие сквозь клубы дыма, были холодны, как лёд.

— Я же сказал — никаких проблем. Сделать все тихо. Или вы меня не поняли?

— …

— Если так продолжится, то нам придётся прекратить сотрудничество.

Гу Пин затрясся всем телом. Хонджу впервые видел его таким испуганным.

— Подождите, выслушайте меня! — затараторил Гу Пин. Всё, что было в прошлом игорном доме, он перевёз сюда, нанял новых людей, да и аренду за это здание тоже нужно платить. Денег уходило уйма, и если Мугён сейчас заберёт свои, то Гу Пин останется ни с чем.

— Я всё им объясню! Завтра же с утра все рабочие будут на месте, клянусь! Мы рассчитаемся с долгами, я сам вам позвоню, это быстро!

Он не дождался ответа и бросился вниз по лестнице. Мугён медленно повернулся к молчавшему управлявшему Яну.

— Что скажете? Рискнём, поверить ему на слово?

— Ха-ха… Мадам Гу всегда всё так лихо разруливает, так что…

Управляющий Ян, уже оценив ситуацию, выдавил из себя неловкий смешок. Из-под мелко дрожащей верхней губы блеснула золотая коронка.

— Кто там просил найти девчонок? — пробормотал он себе под нос и вышел в коридор.

Остались только Мугён и Хонджу.

Мугён сделал пальцами знак — подойти поближе, — и Хонджу послушно шагнул вперёд. Тогда Мугён зажал сигарету в зубах и расстегнул молнию на пуховике парня. Хонджу застыл в замешательстве, но Мугён уже стягивал с него куртку.

— Ч-что вы… Что вы делаете? — он попытался хоть за что-нибудь ухватиться. Неужели Мугён хочет забрать телефон? Или вообще отменить сделку?

Но сопротивляться было бесполезно. Мугён отбросил пуховик в сторону и тут же вцепился в тонкую рубашку парня. Хонджу заметался, пытаясь вырваться, но Мугён был сильнее.

— Тихо.

Мугён затянулся, не вынимая сигареты изо рта, и внимательно оглядел шею Хонджу. Тот дрожал всем телом. Мугён расстегнул на рубашке несколько пуговиц — в перчатках у него это получилось довольно грубо, — и заглянул за воротник, осматривая грудь и торс.

— Чисто, — наконец произнес он.

Хонджу от страха встал на цыпочки, боясь даже дышать. Ему казалось, что сигарета вот-вот обожжет ему ключицу. Когда Мугён наконец его отпустил, Хонджу не удержался на ногах и с размаху шлепнулся на пол. Выглядел он абсолютно жалко.

— А я уж подумал… Что вы там так долго делали? — усмехнулся Мугён. — Вдруг уже и переспать успели.

Пепел упал и рассыпался в прах у ног Хонджу. Мугён наклонился. Хонджу смотрел на него в упор, не отводя глаз.

— …

Чёрные, холодные зрачки вглядывались в него с нескрываемым любопытством. Мугён бросил сигарету на пол и раздавил её носком ботинка. По бетону пробежала серая полоса.

— Что на счёт нашей сделки?.. — пробормотал Хонджу, сглатывая комок в горле. Неужели он скажет, что отменяет её? Хонджу показалось, что единственная нить, связывавшая его с новой жизнью, сейчас обязательно оборвётся.

— У меня есть одно условие: ты продолжишь следить за ними, независимо от того, где я буду находиться, — проговорил Мугён. — И меня совершенно не волнует, что у тебя там будет происходить.

Он был прав. В его обязанности входило только наблюдение. Неважно, увидят его, изобьют до полусмерти или ещё что… Именно для этого Мугён дал ему телефон.

— Да, я буду следить за ними, — поспешно кивнул Хонджу.

— Это твой последний шанс.

Мугён поднялся и отряхнул брюки. Затем, даже не взглянув на Хонджу, направился к выходу. В воздухе ещё долго витал тонкий аромат его дорогого парфюма.

— …

Мугён, неожиданно ворвавшийся в его жизнь, начал постепенно сжимать тиски. Хонджу понял, что он — не просто богатый болван, которым легко манипулировать. Этот человек был способен с лёгкостью уничтожить не только их жалкий игорный дом, но и любой другой, куда более крутой. И легко уйти от наказания.

Возможно, решение примкнуть к нему и предать игорный дом — самое правильное, что он сделал за всё время. Миллион вон… Именно на столько Мугён уменьшил его долг всего за один день. При этом всего сто тысяч вон ему скостили за то, что он отсосал у Гу Пина.

— Последний...

Хонджу, привыкший к унижениям с самого детства, прекрасно знал свое место.

Глава 6

После того, как Гу Пин всё же рассчитался с рабочими и буквально вымолил у них прощение, строительство возобновилось. Ледяная атмосфера, царившая в игорном доме, начала понемногу оттаивать.

Хонджу возвращался от банкомата, куда только что положил деньги, как вдруг услышал над ухом знакомый голос:

— Закончил дело?

— Да, — Хонджу уже научился узнавать этот голос.

— Садись в машину, — Мугён показал на автомобиль.

— Меня же потом все ругать будут, что я прогулял работу.

Хотя, какая у него, собственно, работа… Просто он должен быть на связи — и всё.

Мугён щёлкнул брелоком, и машина моментально ожила.

— Я возьму на себя ответственность, не бойся.

Ну да, кто же посмеет перечить самому директору Мугёну. Одно его слово — и Хонджу ничего не грозит.

— Куда едем?

— Просто садись.

Бросив эту фразу, Мугён сел на водительское сиденье. Хонджу взглянул на обшарпанное здание игорного дома и залез в машину.

— А если Гу Пин сбежит, пока нас нет?

— Не придумывай глупостей.

Неужели он попросил кого-то присмотреть за ним? И вообще, сегодня он как-то спокойно отреагировал на упоминание о Гу Пине. Хонджу ещё раз убедился, что угодить этому человеку просто невозможно. Тем временем, машина выехала на знакомую дорогу.

— Мы же в сторону нового игорного дома едем…

— Именно туда.

Наверное, хочет лично убедиться, что строительство возобновилось.

Хонджу не стал ничего спрашивать, лишь молча смотрел в окно.

Вокруг царил полный хаос. Говорили, что планы по застройке района изменились, и теперь недалеко от казино планировали возвести огромный торговый центр.

Высокий забор огораживал стройплощадку, повсюду стояли грузовые машины, погрузчики и экскаваторы. Было ощущение, что здесь идёт война.

— Выходи.

Хонджу неуверенно выбрался из машины. Игорный дом должны были вот-вот снести, поэтому от него уже почти ничего не осталось, кроме бетонной коробки, — выглядел он примерно так же, как и то здание, где они сейчас временно остановились.

Раньше здесь всегда было полно народу, а сейчас стояла гробовая тишина, от чего становилось ещё страшнее.

— Посмотрим…

Мугён осматривался по сторонам. Потом резко направился к дальней стене здания. Свет от фонаря освещал их путь.

Возле стены стояли самодельный стол из коробок и несколько пластиковых стульев.

— Иди сюда, научи меня играть в хватху.

П/п: Хато (хватху) — это корейская карточная игра, которая происходит от японской карточной игры Ханафуда.

Размер и рисунки, изображённые на хато, отличаются от обычных карт. Каждый рисунок индивидуален и не повторяется в колоде, а также несёт сакральное значение.

Колода карт состоит из 48 карт, которые поделены на 12 мастей, олицетворяющих месяцы года. Каждому месяцу года отведено 4 карты.

— Что?

Мугён, лениво шаркнув по полу, пододвинул к себе стул, вытащил из кармана платок и постелил его сверху. Затем он откинул пальто и вальяжно развалился на стуле, точь-в-точь босс мафии.

— Садись. Играть умеешь? — с нажимом произнёс он, не меняя позы.

—  Умею, но не очень хорошо, — неуверенно ответил Хонджу.

— Мне много не надо. Садись уже.

Мугён нетерпеливо мотнул головой в сторону соседнего стула.

— Но у нас же нет хватху. Может, просто рассказать правила?

Он, будто только этого и ждал, сунул руку во внутренний карман пальто и… достал колоду, продаваемую в игорном доме.

Интересно, когда он успел её взять?

— Всегда же на них играют.

— Ах, да… конечно.

Хонджу сел на стул и, ловко распечатав колоду, разложил карты на столе.

— Расскажи хотя бы в общих чертах, как играть.

Хонджу кивнул и начал раскладывать карты парами — от января до октября.

— В хватху играют двадцатью картами. Можно брать по две или по три карты за раз, но обычно играют по две, так быстрее получается.

Он разложил двадцать карт в ряд на коробке.

— Если вам выпали две карты с одинаковыми картинками, это называется «тэн» или «очко». Две карты с январём — «1 тэн», с февралём — «2 тэн» и так далее.

Мугён, слушавший его с самым серьезным видом, оперся локтями о бедра и наклонился вперед.

— Если месяцы разные, нужно сложить их номера, но нас интересует только последняя цифра. Например, если у вас март и август, то у вас одно очко. «Кыт». «Тэн» считается выше, чем «кыт», — объяснил Хонджу.

Его аккуратно уложенные волосы плавно колыхались в такт движениям. Он положил рядом январь и май.

— Если карты такие…

— Шесть очков.

— Да, нужно считать именно так.

Мугён удивительно быстро схватывал. Он легко запоминал все комбинации, которые были выше, чем «кыт» — «альи», «чанппин», «серюк». Словно он и сам был не прочь сыграть пару раз.

— Вот так считаются очки. Играть несложно, —  Хонджу собрал разбросанные по столу карты в одну стопку и стал тасовать. — Тот, кто начинает игру, делает ставку. Ставки могут быть от десяти тысяч вон до нескольких миллионов, но обычно играют по сто тысяч. Сделать ставку называется — «пойти в школу», — продолжал он.

Его тихий голос разносился по пустому зданию, где не было ничего, кроме голых стен. Мугён молча слушал, изредка постукивая носком ботинка по полу. Хонджу, перетасовав карты, протянул колоду Мугёну.

— Берите карты, — сказал он.

— Хм…

Мугён глубоко вздохнул и медленно протянул руку. Его ладонь в кожаной перчатке накрыла его руку. Хонджу почувствовал, как холодная кожа касается его пальцев.

— Так много не…

Хонджу хотел сказать, что не обязательно брать так много, но Мугён уже отсчитал себе лишь несколько карт.

— Дальше что?

Наверное, из-за тишины вокруг, голос Мугёна казался особенно низким и глубоким. Хонджу украдкой разглядывал его. В холодном сумраке, прорезанном тусклым светом уличного фонаря, он казался ещё более опасным и притягательным. Его резкие, даже хищные черты лица странным образом гармонировали с этим местом.

— Это что, следующий этап обучения — пялиться на противника?

Мугён, до этого подпиравший голову рукой, резко открыл глаза. На лбу залегла глубокая морщина. Хонджу вздрогнул от неожиданности и смущённо опустил глаза.

—А, нет… Вот так надо снимать карты…по одной — Хонджу отделил одну карту из своей стопки и положил перед Мугёном.

Его рука, когда он потянулся к колоде, заметно дрожала. Взяв ещё одну карту, он положил её перед собой.

— Был бы ты игроком, долг бы быстрее вернул. Такому слабаку только деньги собирать ходить. Чего  волочишься с этими деньгами?

Пальцы Хонджу, сжимавшие карты, словно приросли к ним.

— Не хочу я… просто не хочу, —  выдавил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Наконец он убрал большой палец, которым придерживал карты, и посмотрел на них.

Раньше, когда Хонджу был помладше, он подумывал научиться играть у Гу Пина. Хонджу не раз видел игроков, которые приходили в игорный дом, — все они были в дорогой одежде и разъезжали на шикарных машинах.

«Стану игроком, быстро расплачусь с долгами и буду жить в своё удовольствие», — думал  он.

— А что у тебя, собственно говоря, с таким большим долгом, есть выбор хотеть или не хотеть? — раздался над ухом холодный  голос.

Игроки мотались по всей стране, играя где только можно. «Может, и я  смогу найти отца, если стану одним из них?» —  с робкой надеждой думал он, запоминая карты, которые видел у Гу Пина.

— Гу Пин сказал, что у меня нет  таланта, — тихо проговорил он.

Всё же Хонджу не стал связываться с хватху. Он не хотел быть таким же, как отец. Всё изменилось, когда тот начал играть. Хонджу не желал бродить с пустым взглядом, трясущимися руками и мыслями только об одном. Он видел, как отец из доброго и ласкового превратился в нервного и раздражительного человека. Хонджу не хотел, чтобы, придя в себя, отец увидел его таким же пропащим.

— Смотрим карты и делаем ставки. Если не уверены, можно сбросить. Затем сдаём ещё по одной карте, — Хонджу старался говорить спокойно. Он положил карту перед Мугёном и взял свою. – Очки считаем так же. Ещё круг ставок – и игра закончена. Давайте посмотрим… У меня два кыт. А у вас?

— Один.

Мугён показал свои карты: май и июнь. Если бы это была настоящая игра, Хонджу бы выиграл.

— Хотите попробовать сами?

Хонджу собрал карты и положил перед Мугёном. Тот, не снимая перчаток, взял колоду и неловко перетасовал её. Видимо, перчатки мешали.

— Готово.

Он снял часть колоды, и Мугён положил карту перед Хонджу. Это был август. Хонджу разглядывал карту, наполовину испачканную чернилами, когда Мугён вдруг спросил:

— Сколько ставишь?

— У меня нет денег.

Его действительно подловили без гроша в кармане.

— Нет денег – ставь руку. Кто-то говорил мне так…

— Кто? – испуганно спросил Хонджу, нащупывая что-то в кармане.

— Мадам Гу.

— Ох, —  вырвалось у Хонджу.

Он часто говорил так клиентам, у которых заканчивались деньги, но всегда с насмешкой. И когда он только умудрился это сказать? Хонджу полез в карман и нащупал там что-то твёрдое.

— У меня только это, — пробормотал он, выкладывая на ладонь дешёвую шариковую ручку.

Этой ручкой он всегда подписывал долговые расписки, поэтому и носил её с собой.

— Ну, ещё телефон...

— Ставь ее. А что поставить мне? — Мугён провел рукой по подбородку.

В этот момент на улице раздался пронзительный гудок машины.

Хонджу инстинктивно посмотрел на окно, и в этот миг губы Мугёна шевельнулись.

— Я поставлю себя.

В его тёмных глазах, встретившихся с глазами Хонджу, не было ни тени улыбки.

— К-кого поставите? — с трудом выговорил он.

— Себя. Ведь я — это мои деньги, и деньги — это я, — он пожал плечами и положил перед ними по карте.

Хонджу с глодавшей его тревогой посмотрел на карты: март и...

— ...

… валет пик. У Хонджу была «сам-паль-кван-тэн» — самая сильная комбинация в этой игре. Он украдкой взглянул на Мугёна. Тот, небрежно посмотрев на свои карты,  перевернул их рубашкой вверх.

— Ставки сделаны, — спокойно сказал он. — У меня пять очков.

Его пальцы в чёрной перчатке легли на карты. Пять очков. Убедившись, что Мугён не блефует, Хонджу перевернул свои карты.

— «Сам-паль-кван-ттэн», — прошептал он. — Я выиграл.

— Ку Хонджу, неплохой улов, — Мугён взял со стола ручку и заткнул её за левое ухо Хонджу.

Тот потрогал ручку, стараясь её не уронить.

— И как хочешь использовать?

Мугён улыбнулся, и Хонджу заметил ямочку на его левой щеке. Улыбаясь, он уже не казался таким страшным. Будто это был совсем другой человек, а не тот, кто всего несколько дней назад отвесил ему пощёчину. Хонджу достал ручку из-за уха.

— Это же была просто тренировка. В любом случае, вот так и играют в хватху.

Он сунул ручку в карман и принялся собирать карты, торопливо бросая их в коробку.

— Ха-ха, —  смех Мугёна эхом разнёсся по пустому помещению.

***

Хоть Мугён и не угрожал напрямую Гу Пину, похоже его намёки задели его самолюбие. Этот проныра, пользуясь помощью Гадюки, часто играл по-крупному. Все в игорном доме знали, что как только Гу Пин выиграет сумму, превышающую инвестиции Мугёна, он тут же попытается его обмануть. Конечно же, сам Мугён тоже был в курсе.

— Он всё ещё играет с Гадюкой, — Хонджу теперь регулярно заходил в комнату Мугёна, даже если тот его не звал.

Примерно раз в два часа он докладывал одно и то же. Например, час назад один из постоянных клиентов привёл богатого лопуха. Конечно, Гу Пин не мог упустить такую добычу.

Его основным занятием было управление игорным домом, но он играл не реже профессиональных игроков. Он был не прочь нагреть руки на каком-нибудь простачке. Гу Пин предпочитал снимать сливки, давая деньги в долг, но бывало, когда жажда наживы была особенно велика, он сам садился за игровой стол. Раз он даже Гадюку поднял с места, значит, и в самом деле задумал что-то серьезное.

— Видать, крупную рыбу поймал, — пробормотал Мугён, протирая пивную банку салфеткой, и только после этого сделал глоток.

Хонджу вспомнил, как тщательно тот выбирал, куда сесть, и как брезгливо прикасался к пыльной поверхности стола. Такая педантичность странно сочеталась с его занятием и атмосферой этого заведения.

— Передай ему, чтобы заранее подумал, как будет возвращать долг, если проиграется, а то останется без своего игрового дома.

Мугён говорил так, словно сам был матёрым игроком, хотя и пальцем обычно не прикасался к картам.

— С Гадюкой он не проиграется, — уверенно произнес Хонджу.

— А он чем лучше?

Мугён одним залпом выпил пиво. Хонджу, глядя на его движущееся кадык, сглотнул в сухой ком в горле.

«Надо будет купить воды по дороге», — подумал он.

— Кстати, а кто крышует вашего Гу Пина? — спросил вдруг Мугён. — Хотелось бы взглянуть на него.

— Крышует?

— Ну да. Вокруг всё сносят под застройку, а он всё ещё держится. Значит, есть у него кто-то серьезный за спиной. На удачу он бы так не рассчитывал.

— И... зачем вам это? —  спросил Хонджу, широко распахнув глаза.

— Если спросить мадам Гу, он и слова не скажет, только промямлит что-то про небольшие неприятности. Ладно, я и сам знаю, что в этом бизнесе всё нечисто. Но хорошо бы хоть представлять, в какое болото суёшься.

— ...

— Чем больше он скрывает, тем интереснее становится, не правда ли?

Он говорил спокойно, но глаза его горели странным огнём. Хонджу чувствовал, что тот не просто так закидывает удочку.

— Ку Хонджу, похоже, в курсе, — бросил Мугён, точно зная, что Хонджу не мог не знать о делах мадам Гу. Ведь он всё время был рядом с ним, пока тот отбивался от разных строительных компаний.

— Знаешь же, что нужно вовремя примкнуть к сильному, чтобы выжить, — Мугён допил остатки пива со дна, запрокинув голову, и принялся кусать нижнюю губу.

Хонджу выглянул за дверь, чтобы убедиться, что их никто не слышит. Проходящие мимо люди не обращали на него внимания. Убедившись, что всё чисто, он вернулся к Мугёну.

— Пару раз какие-то отморозки пытались сюда вломиться. Мол, будут сносить, — тихо заговорил он. — Тогда эти, из конторы, наняли людей, чтобы те инсценировали несчастный случай на производстве. Вроде, есть какой-то закон, по которому после такого стройку останавливают.

Сердце Хонджу колотилось как бешеное: он впервые раскрывал кому-то секреты игорного дома.

— Вот так тянули время, надеясь, что им за это ещё и компенсацию выплатят, — продолжил он.

— А я думал, ты глупый. А у тебя, оказывается, мозги есть.

— Эти бандиты раньше прикрывали другой игорный дом, — продолжил Хонджу. — Практически жили там. Но это не их район, сюда им не добраться.

— Ясно, — Мугён смял пустую банку и потянулся за следующей.

— Ааа!

В этот момент из коридора донеслись крики.

— Какого чёрта ты творишь?!

Это был Гу Пин. Ни он, ни управляющий Ян никогда не повышали голос в игорном доме. Разве что отчитывая персонал. Если Гу Пин орёт так, что стены дрожат, значит, что-то случилось за игорным столом.

— Кто начал мухлевать?! Ты, Гу Пин! Этот парень твой человек, да? Думал, я не замечу, как ты используешь грязные приёмы? В прошлый раз ты точно так же деньги выиграл!

Лицо Гу Пина, которое ещё минуту назад сияло от радости при виде «лоха», исказила гримаса ярости. Из комнат, привлечённые шумом, стали выглядывать люди.

Когда прозвучало обвинение в мошенничестве, все взгляды обратились на Гадюку. Он лишь опустил глаза и потёр подбородок.

— Что ты несёшь?! — взревел Гу Пин. —  Кто кого притащил, а теперь валит всё на меня?! Доказательства есть?

Гу Пин побагровел от ярости и затрясся. Казалось, ещё немного и он взорвётся.

— Тот, кто когда-то был на коне, теперь влачит жалкое существование в этом захудалом игорном доме и промышляет мошенничеством. Докатился...

— Ах ты ж, щенок, да как ты смеешь?!

Один из бандитов бросился к Гу Пину, чтобы остановить его, но тот лишь сильнее рассвирепел. Двое мужчин, которых Гу Пин называл «лохами», лишь усмехались, наблюдая за этой сценой. В руках у того, кого Гу Пин считал простаком, была большая спортивная сумка, набитая пачками денег, которую он даже не удосужился застегнуть. Похоже, Гу Пин и правда проигрался по-крупному.

— Гу Пин, как же низко ты пал. В азартных играх везёт не всегда, —  усмехнулся один из мужчин. —  Держи мелочь на чай, купи себе чего-нибудь прохладительного.

Мужчина вытащил из сумки несколько купюр по тысяче вон и бросил их на стол перед Ну Пином. Тот еще сильнее покраснел от ярости. Подоспевший на шум управляющий Ян попытался уладить конфликт.

— Что здесь происходит?

— Этот ублюдок специально привёл профессионального игрока! А теперь обвиняет меня в мошенничестве! Мелкая сошка возомнила о себе невесть что! Да как он смеет!

Бандит пытался его удержать, но Гу Пин брыкался, как сумасшедший.

Управляющий Ян, видя, что все на них смотрят, решил взять ситуацию в свои руки.

— Наш босс немного перебрал за обедом, вот и буянит, — улыбнулся управляющий Ян. — Все знают, что после дневной выпивки даже муха может показаться монстром.

— Да какой там перебрал, — хмыкнул один из мужчин. — Просто продулся в пух и прах, вот и бесится. Кого ты пытаешься обмануть? Кто пойдёт играть в карты после такого? Лучше уж на компьютере играть — надёжнее будет.

Вокруг послышались смешки. Гу Пин от злости вообще побагровел до кончиков ушей.

— Да что вы его слушаете, — Ян снова улыбнулся. — Наш босс уже давно завязал с грязными делишками. Играет пару раз в месяц для профилактики болезни Альцгеймера. Какие ещё мошенники? Выиграли — молодцы, приходите ещё. Только в следующий раз будьте поосторожнее.

Мужчины, смеясь, удалились.

— Да как он смеет! Да я ему руки переломаю! — заорал Гу Пин, но управляющий Ян вовремя перехватил его взгляд.

— Босс, пойдёмте лучше пропустим по стаканчику, — сказал он.

Ян незаметно кивнул одному из охранников. Тот неуверенно подошёл ближе: в одиночку ему вряд ли удалось бы справиться с разъярённым Гу Пином. Заметив это, Гадюка поспешил ему на помощь.

Хонджу хотел было присоединиться к ним, но в этот момент кто-то положил ему руку на плечо.

— Неплохо у тебя тут дела идут, — сказал Мугён, с интересом наблюдая за происходящим.

— Ой, а вы чего вышли? — Ян, сверкая золотым зубом, улыбнулся зрителям. — Не обращайте внимания, это мы так, репетируем. Все по комнатам!

Управляющий Ян обвёл взглядом собравшихся и заметил Хонджу. Его единственный глаз остановился на нём, а затем переметнулся на Мугёна.

— Ты! — начал было Ян, но из-за присутствия Мугёна, лишь цокнул языком и отвернулся.

Благодаря усилиям Яна обстановка быстро разрядилась.

— Интересно, сколько он проиграл? — пробормотал Мугён, отпивая пиво.

— Он поменял двадцать миллионов, — тихо сказал Хонджу.

— Совсем страх потерял, — Мугён отпил еще пива и, смяв банку, бросил её в мусорное ведро у входа.

Он направился прочь, всё ещё не снимая руку с плеча Хонджу. Тому ничего не оставалось, как идти следом.

Мугён уверенно шёл в сторону комнаты, откуда доносились крики Гу Пина. Хонджу не понимал, зачем он туда идёт: ввязываться в эту историю явно не стоило.

Они вошли в комнату, расположенную между туалетом и кабинетом. Здесь находился сейф.

— И вы говорите, он лох? Да он же профи! — Гадюка раскрасневшийся от злости, курил сигарету. Он явно был не в настроении.

— Блять, я же точно видел… — пробормотал Гу Пин, лицо которого покрылось красными пятнами. Он был уверен, что тот парень — профессиональный игрок, которого наняли, чтобы отобрать у него деньги.

— Сколько вы проиграли? — спросил Мугён, делая вид, что ничего не знает.

«Он знает всё, но специально врет», — подумал Хонджу, поглядывая на Мугёна. Но в его голосе не было и намёка на волнение или неуверенность.

— Двадцать лямов, — буркнул Гу Пин. — Чёрт, как же жалко!

Если бы это спросил Хонджу, то Гу Пин бы на него наорал или даже ударил. Но сейчас он лишь тяжело вздохнул и ответил.

— Всего-то? — в голосе Мугёна послышалась издевка.

Хонджу понял, что тот затевает что-то неладное. Гу Пин тоже почувствовал насмешку в голосе Мугёна и, резко повернувшись, обратился к Гадюке

— Ты его раньше видел? — спросил он. — Лицо совсем незнакомое.

— Никогда его раньше не встречал, — ответил Гадюка. — Я же говорил вам сидеть не вмешиваться. И зачем вы полезли, а?

— Если бы ты его до этого обчистил, сейчас бы таких проблем не было! — прошипел Гу Пин. — Бестолочь!

— Я сделал, что мог, — огрызнулся Гадюка. — Вы сами говорили, что он простак, вот и разбирайтесь.

Мужчины продолжали препираться, обвиняя друг друга во всех грехах. Мугён тем временем убрал руку с плеча Хонджу, подошёл к старому дивану, стоявшему в углу комнаты, и сел на его подлокотник. Затем, к удивлению Хонджу, он положил руку на плечо Гу Пина.

— Негоже вам, большой шишке, из-за каких-то двадцати миллионов так убиваться, — усмехнулся Мугён.

— Да легко вам говорить! — вспылил Гу Пин. — Я бы сорвал такой куш! У меня была почти выигрышная комбинация, понимаете? А у них — четыре очка на руках! Это же очевидно, что они жульничали!

— Всякое бывает, — спокойно сказал Мугён, похлопывая Гу Пина по плечу, как маленького. — Сегодня не ваш день.

Хонджу молча наблюдал за происходящим. Он не знал, как себя вести: в эту компанию он явно не вписывался.

«Лучше просто помолчать», — решил он.

Но его планам не суждено было сбыться. В комнату вошёл управляющий Ян и наткнулся на Хонджу.

— Ты что здесь делаешь? — рявкнул он. — Почему не остановил его? Ты же видел, что он деньги несёт!

— Даже если бы попытался —  меня не стали бы слушать , — буркнул Хонджу.

Он не стал спорить с управляющим Яном. Сейчас тот был не в лучшем настроении: появление нового игрока и Мугёна явно не улучшило его настроение.

— А ты чем занимался, что допустил такое? — продолжал кричать Ян. — Из-за тебя теперь все будут говорить, что у нас тут притон для шулеров! Кто будет отвечать, если клиенты разбегутся?

Хонджу молча слушал Яна, привычно пропуская его слова мимо ушей. Тот не унимался, выкрикивая всё новые и новые оскорбления. Но, похоже, бить его он сегодня не собирался: все таки сказывалось присутствие Мугёна.

— Да ладно вам, управляющий Ян, — прервал его Мугён. — Подумаешь, проиграл немного денег.

Ян тут же замолчал и медленно повернулся к Мугёну. Увидев его улыбку, он нахмурился. Очевидно, ему не понравился тон Мугёна, который явно считал, что Ян раздувает из мухи слона.

— Директор Мугён, вы же знаете, я лучше всех разбираюсь в своих людях, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — Иногда нужно приструнить своих сотрудников, чтобы они не расслаблялись. Я их кормлю, пою, плачу им зарплату... Я сделал ему замечание, но он меня не послушал...

— Не верю, — усмехнулся Мугён, перебив Яна.

Он обнял Гу Пина за плечи и сказал:

— Надо было мадам Гу все пальцы поотрубать, чтобы не чесались карты хватать.

В комнате воцарилась мёртвая тишина. Веки Гу Пина задрожали. Хонджу невольно опустил глаза на его руки. Гупин сидел, крепко сжав кулаки. Один из его пальцев, мизинец, был неровно обрезан и не сгибался.

— Хотя нет, — продолжал Мугён, улыбаясь. — Вам же уже отрубали. Так и не смогли завязать? Вижу, привычка — вторая натура.

Мугён засмеялся. В комнате было тихо. Все — Хонджу, Ян, Гадюка и даже бандит, молча наблюдавший за всем, — смотрели на бледного, как полотно, Гу Пина.

— А вы что молчите? — обратился Мугён к Гу Пину. — Мадам Гу, вы же не шулер, так зачем полезли в эту игру?

Гу Пин молчал, лишь нервно облизывал губы.

— Что, и после открытия нового заведения собираетесь продолжать в карты мухлевать? Не стыдно?

— Хе-хе, — только и смог выдавить из себя Гу Пин, натянуто улыбаясь.

Скажи Хонджу что-то подобное — его бы избили до полусмерти. Он впервые по-настоящему осознал, какое место Мугён занимает в этом игорном доме.

Внезапно Мугён наклонился к Гу Пину и что-то прошептал ему на ухо.

— С чего же начать вас учить уму-разуму? — прозвучал его голос.

Он говорил негромко, но Хонджу прекрасно его слышал. Лицо Гу Пина ещё больше побледнело, а натянутая улыбка исчезла с его лица.

— У тебя права есть? — обратился Мугён к Хонджу, резко выпрямляясь.

Хонджу на секунду растерялся от неожиданного вопроса, но тут же ответил:

— Нет.

— Тогда вызови мне водителя, — сказал Мугён. — Я сегодня немного выпил.

— Хорошо.

Хонджу достал телефон и начал искать номер водителя. Он помнил, что пару раз вызывал его для Гу Пина.

— Выйди из комнаты, — прервал его Мугён, указывая пальцем на дверь.

— А... Да, конечно.

— Управляющий Ян, вы почему своих сотрудников ничему не учите? — раздражённо сказал Мугён. — Мне из-за вас теперь придётся за всех отдуваться.

Ян нахмурился ещё сильнее. Хонджу поспешил выйти из комнаты.

— Отель "Найн", — бросил ему вслед Мугён.

Хонджу отошёл на несколько шагов от комнаты и набрал номер.

Через несколько минут водитель приехал, и Мугён, махнув рукой на прощание, покинул игорный дом. Но даже после его ухода напряжённая атмосфера не рассеялась.

— Вот же мелкий ублюдок, — прошипел Гу Пин. — Язык бы ему отрезать за такие слова.

— Гу Пин, и что ты собираешься делать? — спросил Ян. — Может, лучше взять деньги у госпожи Вон и отдать ему долг?

— Легко сказать! — взорвался Гу Пин. — Ты же знаешь, какие у неё проценты! Блять, вот почему я ненавижу богатых!

Гу Пин схватился за голову и начал тихо материться. Гадюка и Ян с серьёзными лицами о чём-то беседовали. Внезапно Гу Пин резко поднял голову и, глянув на Хонджу, прошипел:

— Эй, ты! А что, если тебе... переспать с этим Мугёном? Он, кажется, на тебя глаз положил.

— Вы с ума сошли?! — возмутился Хонджу, нахмурившись.

Неужели Гу Пин думает, что все одержимы сексом, как он?

— Я тебе говорю, у него есть план! — не унимался Гу Пин. — Просто переспи с ним! Не убудет от тебя!

— ….

Хонджу лишь презрительно усмехнулся, глядя на то, как дергаются губы Гу Пина, когда тот говорит.

«Может, так даже лучше? Пусть подумает, что я сплю с Мугёном», — мелькнуло у него в голове.

Он промолчал, и это ещё больше разозлило Гу Пина. Тот вскочил со своего места.

— Ну так сделай же что-нибудь! — закричал он. — Иди и найди деньги! Или мне тебя в бордель продать?

Он с силой ударил по столу. Пепельница подпрыгнула и с грохотом упала на пол у ног Хонджу.

— Гадюка хоть что-то делает! — продолжал кричать Гу Пин. — А ты только и умеешь, что бездельничать! Долг возвращать не собираешься?!

Хонджу не понимал, почему Гу Пин срывается именно на нём. Он привык к подобным оскорблениям, но всё равно приятного было мало.

— Отправим тебя на Филиппины, продашь там органы, как твой отец! — продолжал кричать Гу Пин. — Хоть какая-то польза от тебя будет!

Хонджу медленно поднял голову и недоумённо переспросил:

— Что?

Гу Пин вскочил со своего места и, уперев руки в бока, задыхаясь от гнева, проговорил:

— Органы продавать, говорю!

— Что, простите? — повторил Хонджу, нахмурившись.

— Твой отец хоть что-то пытался сделать, чтобы вернуть долг! — вмешался Ян. — Ты что, не понимаешь, о чём мы?

— Вот именно! — закричал Гу Пин. — Его хоть в бордель отдай — денег не получим!

Хонджу с подозрением посмотрел на Гу Пина. Он всегда так реагировал на слова об отце.

— Что ты на меня так уставился?! — прокричал Гу Пин и замахнулся на него рукой.

Но Хонджу даже не вздрогнул. При одном упоминании об отце в нём просыпалась ярость. Этот человек втянул его в это болото и исчез. Гу Пин говорил, что отец бежал на Филиппины, но никто не знал, жив он или мертв. Если бы отец тогда вернул долг, то Хонджу сейчас не оказался бы в такой ситуации. Почему он просто сбежал? Хонджу хотел бы сейчас бросить ему в лицо эти слова, но отец пропал 15 лет назад, и от него не было никаких вестей.

Хонджу так сильно закусил губу, что почувствовал вкус крови во рту. Он вытер губы рукой, но металлический привкус ещё долго не проходил.

— Давайте, продавайте! — закричал Хонджу. — Хоть органы, хоть всего меня на Филиппины! Я язык себе откушу и умру, если надо будет! Зато не придётся долг возвращать!

— Ах ты, дрянь мелкая! — заорал Гу Пин. — Сначала долг вернёшь, а потом хоть умирай!

Он набросился на Хонджу с кулаками. Управляющий Ян, который обычно оставался в стороне, на этот раз присоединился к избиению.

Хонджу упал на пол, сжав зубы от боли. Гадюка с перепуганным лицом вскочил со своего места, но сидевший рядом громила удержал его за руку.

Хонджу знал, что они не убьют его.

Они могут избить его до полусмерти, но не убить. Ведь если Хонджу умрёт, то кто будет возвращать оставшиеся 14 миллионов вон?

***

На следующее утро Хонджу сидел за столом с распухшим лицом. Он думал о том, что если бы Мугён задержался в игорном доме немного дольше, то его бы не тронули. Ханджу уже начал надеяться на помощь Мугёна, и это было убого.

Гу Пин, казалось, что-то вспомнил и хлопнул себя по лбу.

— Точно! — воскликнул он, привлекая к себе внимание.

Гадюка, который сидел на лестнице и играл в телефон, тоже посмотрел на Гу Пина.

— Гадюка, иди сюда! — крикнул Гупин.

— Зачем? — недовольно спросил Гадюка.

— Давай быстрее!

Тот неохотно подошёл к Гу Пину, продолжая играть.

— Я тут подумал, — начал Гу Пин, — мы хоть и партнёры, но не друзья, верно?

— Вы о директор Мугёне? — спросил Гадюка.

— Мы втянем его в игру, — улыбнулся Гу Пин.

— Кого? Директора Мугёна? — Гадюка округлил глаза и, наконец, оторвался от телефона.

— Да, его, самого! Он же богатенький сынок, у которого кроме денег ничего нет. Отожмём у него всё до копейки!

Хонджу прикоснулся к распухшей щеке. Кажется, избиение не успокоило Гу Пина, и он решил оторваться еще и на Мугёне. Он совершенно не догадывался, что Мугён уже давно наблюдает за ним. Если он почувствует неладное, то мгновенно поймёт, что к чему.

— А что, если он поймёт? — спросил Хонджу. — Вдруг он опять захочет вернуть свои деньги?

— Да он в азартных играх ни бум-бум! — усмехнулся Гу Пин. — Только и умеет, что максимум карты в руках держать. Даже если мы будем обманывать его прямо у него на глазах, он ничего не заметит.

Хонджу хотел было возразить, но передумал. Вместо него заговорил Гадюкой:

— Странно... Я ни разу не видел, чтобы он интересовался азартными играми.

— Создадим атмосферу — и он сам втянется! — уверенно сказал Гу Пин.

Он позвал управляющего Яна, чтобы обсудить детали плана. Ян, который поначалу был против Мугёна, теперь сиял от удовольствия. Им троим не составляло труда превратить Мугёна в лёгкую добычу. Хонджу же отвели роль приманки.

—….

«Наверное, мне стоит предупредить Мугёна», — подумал Хонджу. В конце концов, Гу Пин не собирался его убивать, а лишь использовать в своих целях. Но не успел он додумать мысль до конца, как Гу Пин схватил его за волосы. Он дернул так сильно, что кожа головы словно обожгло огнем. Но боль в шее от резкого рывка была еще сильнее. Хонджу тихо застонал.

— Попробуй только проболтаться директору Мугёну! — прошипел Гу Пин ему на ухо. — Я тебя трахну, запру в комнате и сделаю своей шлюхой! Понял?

Хонджу слегка кивнул, чувствуя, как боль в шее отдаёт в голову. Гу Пин отпустил его волосы и встал. Он достал из маленького холодильника банку пива и жадно выпил её.

— Тьфу, мелкий щенок! Вечно смотрит с таким высокомерием, бесит!  — проворчал он. — Ну ничего, пора его обработать и обчистить, как следует.

Гу Пин усмехнулся, вытирая влажные губы.

— ….

Хонджу хотел было сходить за водой, но понял, что в таком виде ему лучше не показываться на глазах. Он вспомнил испуганные глаза продавца в круглосуточном магазине, который всегда с опаской смотрел на его ссадины и синяки.

Хонджу подавил жажду и тяжело вздохнул.

Глава 7

Уже на следующий день началась разработка плана, в центре которого был Мугён. На то, чтобы заманить кого-то в ловушку и обобрать до нитки, требовалось от пары дней до нескольких месяцев. Но в этот раз всё прошло довольно быстро, поскольку Гу Пин уже знал финансовое положение Мугёна и круг его знакомств.

— Раньше в той комнате раскладывали карты, — сказал Гупин. — Предложи ему сыграть перед тем, как он уйдет.

— Нам нужно еще человека три, не важно кто. Он же не знает местных.

Они планировали организовать игру в хватху с участием двух подсадных уток, которые должны были притвориться простаками. Это было гораздо проще, чем заманить Мугёна в какую-нибудь другую аферу.

Управляющий Ян и Гадюка должны были сыграть роль опытных катал. В какой-то момент Гадюка должен был отлучиться, а на его место должен был сесть Мугён — ему предстояло раздавать карты. После пары раздач один из подсадных уток должен был проиграть кругленькую сумму, чтобы спровоцировать Мугёна на игру.

Мугён должен был вступить в игру, используя деньги, оставленные Гадюкой, и несколько раз выиграть. Когда он бы вошел во вкус, ставки должны были вырасти, и Мугён сорвал бы куш. Эти деньги стали бы его стартовым капиталом для более крупной игры. К этому времени подсадные утки должны были выйти из игры, а Гадюка должен был вернуться с новой жертвой. И тогда уже началась бы настоящая игра.

— Твоя задача — постепенно поднимать ставки, — пояснил Гу Пин. — Когда управляющий Ян перетасует карты и спросит у тебя зажигалку, это будет сигналом. Главное, чтобы карты принял Гадюка. Понял?

В конце концов, Мугён должен был проиграть всё до последней копейки, но при этом остаться в игре. что Мугён, оставшись без денег, был вынужден обратиться к нему за помощью. Старый, как мир способ, но многие до сих пор попадались на него.

— Ха, только тот, кто сам срывал куш, знает, каково это, — произнес Ян.

Управляющему Яну, казалось, не понравилось, что главную роль в этом спектакле играет не он, а Гадюка, и он тихо цокнул языком. Хонджу молча слушал их разговор, в уме просчитывая дальнейшие шаги.

— Эй, это ни с чем не сравнимое чувство - поймать удачу за хвост.  Важно дать ему как следует распробовать вкус победы, поняли? Я приведу людей, которые будут проигрывать, так что все приготовьтесь как следует. Особенно ты, Хонджу, держи язык за зубами,  — обратился к парню Гу Пин.

— ...Хорошо, — тихо ответил Хонджу.

— То, что я сказал — важно, так что вбей это себе в голову, понял? — Мужчина бросил на Хонджу тяжелый взгляд.

Вспомнив его слова, от которых ему стало не по себе, парень нервно провел изнутри рта языком по заживающей щеке и посмотрел на Гадюку. Их взгляды, естественным образом, встретились.

— Завтра. Будь начеку, — бросил Гадюка, не отводя от него взгляда.

Хонджу ничего не ответил. С самого вчерашнего дня Гадюка не сводил с него глаз. Может быть, Гу Пин приказал ему следить за ним? Хонджу чувствовал себя некомфортно под его пристальным взором. Обычно Гадюка приходил в их комнату, чтобы просто поспать, но вчера не отходил от него до тех пор, пока Хонджу не заснул. Из-за его слежки  парню было трудно даже незаметно достать телефон. Поэтому он до сих пор не смог сообщить обо всем этом Мугёну.

— Эй, Хонджу, не пугайся ты так. Расслабься, — произнес Гадюка, ухмыльнувшись.

Но Хонджу не смог ответить ему улыбкой. Мугён сегодня не появлялся.

Он должен был уже прийти... Парень нервничал ещё сильнее: игра должна была начаться уже завтра.

Сотрудники игорного дома, ещё раз  проговорив план, разошлись по своим местам.

Хонджу, воспользовавшись суматохой, направился в туалет. Но там кого-то уже было. Дверная ручка, ведущая в уборную, не поддавалась. Он направился в комнату с сейфом. Обычно ему доставалось, если он заходил туда один или запирал за собой дверь. Но сейчас ему нужно было побыть одному. Он нервно покосился на запертую дверь и достал телефон из кармана куртки.

— Черт, только этого не хватало...

Телефон включился, но через несколько секунд погас. Похоже, аккумулятор разрядился, хотя Хонджу отключал его, как только входил в игорный дом. Ему нужно было всего лишь отправить одно сообщение. Как же зарядить телефон?

Он не мог воспользоваться своим старым телефоном, ведь тот был зарегистрирован на управляющего Яна, и тот мог в любой момент проверить историю звонков и сообщений. В магазине на углу вроде бы продавались портативные зарядки. Может, купить одну? Хонджу полез в карман, чтобы проверить, сколько у него осталось денег, и нервно прикусил искусанную губу. В этот момент он услышал стук в дверь и голос Гадюки:

— Хонджу, ты здесь?

Хонджу напрягся и уставился на дверь.

— Хонджу?

Он не мог больше медлить, иначе Гадюка начнет что-то подозревать. Парень быстро открыл дверь. Гадюка, увидев его нервное лицо, ухмыльнулся.

— Не знаешь, где тут поблизости магазин есть?

— ... Выйди и иди направо до самого перекрестка. Там будет один, — ответил Хонджу.

Он хотел поскорее отделаться от Гадюки, но тот, словно прочитав его мысли, повернулся и встал рядом.

— Может, сходишь со мной? Я в этом районе не очень хорошо ориентируюсь, — попросил Гадюка.

— Там легко найти. Просто иди прямо, и все, — ответил Хонджу.

— Да ладно тебе, я куплю тебе чего-нибудь прохладительного. Ты ведь за весь день даже глотка не сделал, — не унимался Гадюка.

— ... — Хонджу удивленно посмотрел на него. Никто в этом игорном доме раньше не обращал внимания на то, что он ничего не ел и не пил. Даже Чхве с другими бандитами ругали его за то, что он тратил деньги и ходил в магазин, а Гу Пин и управляющий Ян вообще не обращали внимания на такие мелочи.

— Я хотел бы купить тебе лекарства, поэтому и... — ответил Гадюка.

В его голосе не было и капли злорадства, но Хонджу все равно не мог расслабиться. Что, если это очередная уловка Гу Пина, чтобы следить за ним?

— Пойдем?

— Мне сказали оставаться здесь, — попытался отказаться Хонджу.

— Этот парень присмотрит, — Гадюка кивнул на одного из работников, сидящих за столом. Это был тот, кого ранее прислал Мугён.

— ...

— Так ты идешь? — Гадюка без спроса обнял Хонджу за плечи и потянул за собой.

Хонджу попытался высвободиться, но Гадюка, словно ни в чем не бывало, снова обнял его, только еще крепче. В конце концов, Хонджу сдался.

«Лучше уж он будет все время ошиваться рядом, — подумал про себя Хонджу, — так у меня будет больше шансов улучить момент, когда он потеряет бдительность». А еще лучше, если он сможет купить портативную зарядку. Хонджу молча пошел следом.

— Только в этот раз, — сказал он. — В следующий раз пойдешь один.

— Хорошо, — с готовностью ответил Гадюка.

Хонджу с самого начала это понял: Гадюка был очень дружелюбным парнем. Он задавал много вопросов, причем даже о том, что его не касалось, проявляя излишнее любопытство.

— Слушай, а можно спросить? Тебя часто бьют? С каких пор это началось? Я видел, как тебя били, и никто даже не попытался остановить...

— В этом доме так живут все, — отрезал Хонджу.

— Понятно...

Его избиения начались с того дня, как отец оставил его в залог. Если Хонджу плакал слишком громко, его запирали его в крошечном чулане, не больше метра в ширину, говоря, что его плач приносит неудачу в игре. А когда его отец проигрывал, то приходил и вымещал на нем свою злобу. Маленький Хонджу терпел побои, потому что отец обещал забрать его, как только расплатится с долгами. Так он потом и начал выпрашивать деньги, покрытый синяками и ссадинами.

— Ты тоже был игроком? Поэтому работаешь здесь, чтобы расплатиться с долгами?

— Нет. Я захожу в игровые залы, только чтобы набрать нужное количество людей. Я не умею играть. А долг...

До большого перекрестка было меньше десяти минут ходьбы. Сегодня дорога не была скользкой, поэтому они шли быстрее. Хонджу остановился перед пешеходным переходом.

— ...Долг отца, — закончил он свою мысль.

Гадюка молча кивнул, и они пошли дальше. Атмосфера стала напряжённой. Но Хонджу это молчание было только на руку.

— Мой брат втянул меня в это. Я всегда считал азартные игры отстоем, — сказал Гадюка, пиная камешек на дороге.

Наверное, его брат проигрался в карты, вот и пришлось Гадюке влезть в это дело. Часто бывало так, что люди приходили в игорный дом в поисках мести или же просто сходили с ума от карт и в итоге сами попадались на крючок. Наверное, с Гадюкой произошло что-то подобное.

— Тогда почему ты продолжаешь? — спросил Хонджу.

— Даже не знаю, — пожал плечами Гадюка.

Загорелся зеленый свет. Они вместе перешли дорогу. Возле магазина Гадюка вдруг остановился.

— Подожди минутку, — сказал он и направился к круглосуточной аптеке неподалеку.

«Зачем лекарства? И так все заживет», — подумал Хонджу, наблюдая, как Гадюка удаляется. И тут его осенило: это шанс! В тот момент, когда он уже собирался сорваться с места, рядом остановилась машина, и раздался пронзительный гудок автомобиля. Он уже собрался бежать, как вдруг раздался автомобильный гудок. Услышав его, Хонджу замер на месте.

— Опять шатаешься без дела! — послышался из машины знакомый голос.

В приоткрытое окно Хонджу увидел того, кого так ждал. Он бросил взгляд на аптеку, где скрылся Гадюка, и бросился к машине.

Хонджу наклонился к окну и затараторил:

— Гу Пин задумал неладное! Хочет втянуть директора Мугёна в какую-то аферу. Вы все проиграете, так что не садитесь за стол! Даже если будут уговаривать, не соглашайтесь. Это ловушка!

— Эй, дыши глубже, когда говоришь, — рассмеялся Мугён, небрежно откинувшись на спинку сиденья.

Хонджу в отчаянии топтался на месте, не зная, как еще объяснить.

— Директор Мугён не сможет выиграть! Если вы ввяжетесь, то можете проиграть десятки миллионов! Не делайте этого!

— Что, боишься, что я не смогу тебе помочь, если стану нищим? — усмехнулся Мугён, блеснув ровными белыми зубами.

Скорее всего, он просто не понимал всей серьезности ситуации, потому что никогда не играл в азартные игры. Управляющий Ян и Гу Пин могли разрушить жизнь любого человека, если захотят. Хонджу вздохнул и кивнул в сторону аптеки.

— Да, поэтому не надо! Просто... лучше пока сюда не приезжайте. Я серьезно...,— выпалил Хонджу.

Если Мугён все-таки не сядет за игорный стол, то вся вина ляжет на Хонджу. Они решат, что это он рассказал им о плане, и станут его избивать. Он может даже погибнуть...

Но он должен был рискнуть. Он ухватился за эту соломинку, как утопающий, и она не должна была его подвести.

— Я-то думал, ты сачкуешь, а ты, оказывается, делаешь то, что тебе говорят.

— ...

— Садись в машину. Тебя опять избили?

Хонджу промолчал и оглянулся. Из аптеки выходил Гадюка. Он вскинул голову и поманил его к себе. Гадюка нерешительно подошел к машине, переводя взгляд с Хонджу на Мугёна.

— А это кто такой, а? — спросил Гадюка.

— Директор Мугён сказал, что подвезет нас. Садись, — сказал Хонджу.

— Ха-ха! — раздался смех Мугёна из приоткрытого окна машины. Видимо, ему показалось забавным, как Хонджу распоряжается.

Хонджу нервно сглотнул и посмотрел на Гадюку. К счастью, тот не заподозрил неладное.

— Хорошо, что вы подъехали, я как раз замерз. Подожди минутку, я сбегаю в магазин. Пойдем со мной, — сказал Гадюка, хватая Хонджу за рукав. Он наклонился к окну и спросил Мугёна: — Что вам принести?

Хонджу уже решил, что Мугён уедет, но тот лишь махнул рукой, показывая, что подождет. Гадюка потащил Хонджу в магазин, а тот все оглядывался. Мугён наблюдал за ними, удобно усевшись на сиденье.

Они вернулись с бутылкой воды и двумя банками пива. Хонджу сел на заднее сиденье рядом с Гадюкой и прошипел:

— Какого черта? Ты что, такси вызвал?

— Это вам, директор — сказал Гадюка, протянув Мугёну банку пива.

— Положи сюда, — сказал Мугён, кивнув на пассажирское сиденье.

— А если вы выпьете, то придется вызывать трезвого водителя, — не унимался Гадюка, заглядывая Мугёну в лицо. Хонджу попытался его удержать, но тот был непреклонен.

— Тогда ты поведешь, — сказал Мугён.

— Что? А мне тогда заплатите? — спросил Гадюка. — Хотя нет, если я буду за рулем, то не смогу пить пиво, — добавил он шутливо.

Гадюка совершенно не боялся Мугёна, хотя и не видел, как тот умеет быть жестоким.

— Что ты там прячешь? — спросил Мугён, заметив, что Гадюка что-то держит в руках.

— Это лекарство. Посмотрите на лицо Хонджу, его сильно избили, — сдал Гадюка Хонджу.

Мугён промолчал, никак не отреагировав на слова Доксу. Тот смутился и, почесав затылок, сел прямо. В этот момент машина медленно остановилась на светофоре.

— Насколько все плохо? — спросил Мугён, резко поворачиваясь и протягивая длинную руку между сиденьями.

Хонджу неловко выпрямился, понимая, что рука тянется к нему. Горячая ладонь легла на его щеку. Она была такой большой, что закрывала собой все ухо. Холодные глаза медленно осматривали разбитое лицо Хонджу. Да видел же он его уже... Хонджу отвел глаза от пристального взгляда Мугёна и уставился на подголовник водительского сиденья.

— Ты сегодня ходил собирать деньги?

Хонджу только покачал головой, чувствуя, как губы прижимаются к ладони Мугёна. Спустя секунду он понял, как двусмысленно это выглядит, и перестал мотать головой. Взгляд Мугёна задержался на его глазах.

— ...

— Отлично ты их соберешь с таким лицом. — Цокнув языком, Мугён убрал руку.

Гадюка снова попытался заговорить с Мугёном, но тот отвечал односложно. Хонджу молча сжимал в руках пакет с лекарствами, который дал ему Гадюка.

Он смотрел в окно на проплывающие мимо однообразные пейзажи, как вдруг понял, что они приближаются к игорному дому. Хонджу по привычке схватил бутылку с водой и залпом выпил половину.

— Пей, если хочешь пить. Гу Пин не разрешает?

— Нет, — пробормотал Хонджу, вытирая губы. Все равно Гадюка не поймет, даже если он ему объяснит.

Хонджу отвернулся от взгляда Мугёна, вспоминая тепло его ладони на своей щеке. «А он сегодня без перчаток», — подумал Хонджу, украдкой поглядывая на руки Мугёна, сжимающие руль.

— Выходите.

— Вы не зайдете? —  спросил Хонджу.

— Я занятой человек. Быстрее выходи.

— Вы еще приедете?

— Не знаю. Выходи.

Хонджу практически выгнали из автомобиля. Машина, которая была единственным источником света в переулке, вскоре скрылась во тьме.

—  Классная тачка, да? Мягкая, как по облакам едет, — сказал Гадюка.

— ... — Хонджу лишь молча кивнул, провожая взглядом удаляющиеся задние фары.

«Возможно, он прислушается моего совета», — подумал Хонджу. Наверное, теперь вся ярость обрушится на него, но Хонджу не жалел о своих словах.

До самого рассвета директор Мугён так и не появился в игорном доме.

Глава 8

Гу Пин подошел к окну и выглянул наружу. Мугён, который обычно появлялся как по часам, все еще не приехал. Глядя на нервничающего Гу Пина, Хонджу испытал облегчение.

«Похоже, Мугён все-таки прислушался к его словам».

— Я же ему звонил, почему он не приехал? Ты ему что-то сказал?

Гу Пин резко развернулся, и его свирепый взгляд устремился на Хонджу. Тот ожидал подобной реакции. Что бы ни случилось, Гу Пин всегда первым подозревал и обвинял его. Хонджу не обратил на него внимания, продолжая смотреть в конец коридора.

— Хонджу, ты что, проболтался?

— ...

«Все равно не поверит», — подумал Хонджу, молча растирая окоченевшие руки.

— Эй, опять игнорируешь? Оглох, что ли, засранец?! — Гу Пин, прошипев ругательство, двинулся к Хонджу, словно собираясь его ударить.

Хонджу уже смирился со своей участью, но тут вмешался Гадюка, загородив его собой.

— Нет, просто у директора дела, он же так и сказал. Верно?

Он слегка тронул Хонджу за плечо, как бы ища подтверждения.

— Что? Откуда ты знаешь?

— Вчера мы с Хонджу были в магазине, и он нас подвез. Сказал, что топится, и уехал.

— Вчера приезжал? Вы втроем ехали?

Голос Гу Пина немного смягчился.

— Да. И Хонджу все время был со мной, — Гадюка обнял Хонджу за плечи, и одна сторона пуховой куртки Хонджу прогнулась под его весом.

Взгляд Гу Пина все еще оставался подозрительным, но, к счастью, благодаря Гадюке Хонджу удалось избежать побоев.

— Тьфу, черт, зря нервы трепал. Что ж он так резко пропал? — проворчал ГУ Пин, направляясь вглубь коридора.

Хонджу проводил его взглядом. Гу Пин зашел в самую дальнюю комнату. В этот момент Гадюка легонько толкнул его в плечо. Хонджу покачнулся и посмотрел на него.

— Фух, пронесло, да?

Хонджу не стал благодарить. Гадюка, казалось, не обиделся и лишь нахмурился, осматривая его раны.

— Почему ты так и не обработал раны?

— Само заживет.

В любом случае, эти раны затянутся, и появятся новые. Шрамы его не волновали.

— Да брось ты, так нельзя. Лекарство дома? Или здесь?

Гадюка открыл несколько ящиков старого стола. Во втором ящике он нашел пакет с мазью, все еще закрытую, как и оставил ее Хонджу.

— Ты даже не открывал.

Гадюка, цокнув языком, достал тюбик с мазью. Он выдавил немного мази на палец, словно не слыша вздоха Хонджу, развернулся к нему и сел.

— Я уже мыл руки. Давай сюда.

Взгляд Гадюки упал на разбитые губы Хонджу. Он нахмурился, разглядывая опухшую рану, и осторожно нанес мазь.

— Ой, как же тебе больно…

Гадюка отвел взгляд в сторону и вдруг резко оборвал фразу. Хонджу хотел было повернуться, решив, что пришел клиент, но в этот момент чьи-то руки схватили его сзади за подбородок. Хонджу вздрогнул от прикосновения больших и горячих ладоней. Незнакомец сжал его подбородок еще сильнее, запрокидывая голову Хонджу назад. Затылок уперся во что-то твердое.

— Почему не обработал?

Хонджу поднял глаза и увидел Мугёна, который смотрел на него сверху вниз.

— …

Тень от Мугёна накрыла бледное лицо Хонджу. Мугён пристально смотрел на него, и на его лице не дрогнул ни один мускул.

Хонджу почувствовал, как большой палец Мугёна нежно коснулся его кожи. Горячее прикосновение переместилось на разбитую губу. Тонкая кожа защипала от боли.

Хонджу зажмурился, чтобы сдержать стон. Взгляд Мугёна на мгновение задержался на его длинных ресницах.

— Мадам Гу не умеет вести дела, так что тебе придется постараться. Ты ведь не хочешь его подвести? — сказал Мугён, склонив голову набок.

Хонджу почувствовал, как мазь на его губе размазалась под нажимом. Запрокинутая голова и сдавленная рана причиняли боль, но он не мог вырваться из железной хватки Мугёна.

— А…

Хонджу тихо простонал, когда Мугён намеренно надавил на рану. Тот не только не убрал руку, но и, крепко сжав губы Хонджу, усмехнулся. Кожа под его прикосновением горела.

— Приятный звук.

Хонджу сглотнул. Его кадык дёрнулся.

Взгляд Мугёна скользнул по шее Хонджу и остановился на его горле. Дыхание Хонджу сбилось.

— …

Пальцы Мугёна сжали его горло. Хонджу казалось, что он вот-вот задушит его. Он не мог ни отвести взгляд, ни сглотнуть. Мугён оглядел его напряженное лицо и тихо рассмеялся. Затем он наклонился и прошептал Хонджу на ухо:

— Ты издавал такие же звуки для

Мадам Гу?

Он говорил так тихо, что даже сидящий рядом Гадюка не смог бы его расслышать. Дыхание и голос Мугёна опаляли ему ухо. Хонджу пожалел, что тот не шептал ему в левое ухо — тогда бы он не услышал этих слов.

— … Я такого не делал, — прошептал Хонджу в ответ.

Кровь из раны на губе смешалась с мазью.

— Хвастаешься, — усмехнулся Мугён и, наконец, отпустил его.

Хонджу с облегчением выдохнул, когда Мугён отошел. Во рту остался горький привкус мази.

— А, он уже заходит, — тихо проговорил Гадюка.

Он, должно быть, наблюдал за Мугёном из окна, потому что Гу Пин вышел из комнаты как раз вовремя. Увидев Мугёна, он широко улыбнулся, словно забыв, как тот предложил отрезать ему палецы несколько дней назад.

— Директор Мугён, вы пришли! Слушайте, тут такое дело. Я думал, вы сегодня не приедете, и уже начал партию.

Мугён, пожав плечами, продолжил идти. Ему было все равно. В глазах Гу Пина мелькнул огонек. Это был верный признак того, что игра будет жаркой.

— Это моя бывшая, — сказал он, указывая на женщину и её спутницу. — Она только начала увлекаться игрой в хватху ... Так что, скорее всего, мы будем играть до рассвета.

— Если деньги есть, то делайте, что хотите.

Гу Пин глупо ухмыльнулся и, приобняв Мугёна за талию, словно сопровождая его, повёл в комнату. Хонджу считал Гу Пина довольно крупным мужчиной, но рядом с Мугёном он казался маленьким и незначительным.

— Кофе? Или вам, директор Мугён, как обычно, пиво? — спросил Гу Пин.

Мугён остановился на пороге.

Его взгляд скользнул по Хонджу, который сидел напротив и вытирал рот салфеткой, но замер, будто добыча в зубах хищника.

— Дорогой воды, — бросил Мугён.

— Дорогой? Воды? А, хорошо! Хонджу, сбегай-ка купи нам хорошей воды! А ты, Гадюка, пока подмени меня за столом.

— Есть! — отозвался Гадюка. Он тут же вскочил со стула и бросился в дальнюю комнату, словно только этого и ждал. Хонджу достал из ящика стола десятитысячную купюру. Оставив вещи на попечение проходившего мимо сотрудника, он вышел из игорного дома.

«Надеюсь, он не станет поддаваться. Если директор Мугён проиграет все свои деньги, у меня не останется никакой надежды. Я же намекнул ему…Он умный человек, должен был меня понять, ведь он из тех, кто чует деньги за версту».

Хонджу кивнул, успокаивая себя этой мыслью, и ускорил шаг.

«Дорогая вода, дорогая вода…» — бормотал он себе под нос.

— Всего доброго.

«Какая вода может стоить больше тысячи вон?» — Хонджу сунул бутылку воды, купленную для Мугёна, в карман. Достал телефон, который разрядился и выключился.

«Хорошо, что я заметил по пути магазин с портативными аккумуляторами».

Подключив телефон к зарядному устройству, он убрал его во внутренний карман.

«Должно хватить, чтобы включить его по дороге».

Застегивая куртку, Хонджу обратил внимание на дырку в ней. Он провел пальцем по истертой ткани. «Это случилось в тот день, когда Мугён впервые пришел в игорный дом. Отметина от сигареты превратилась в дыру».

— Когда выплачу долг… куплю себе новую куртку.

Простая мечта, которая станет реальностью, как только он обретет свободу. «Сколько стоит хорошая куртка? Сколько мне нужно работать, чтобы купить куртку, которая будет согревать даже самой холодной зимой?»

Лето он как-нибудь переживет, но вот каждая зима — это испытание на прочность.

Хонджу прикинул примерную стоимость куртки и взял бутылку воды для себя — самую дешевую. Выпив полбутылки, оставшуюся часть он допил уже на подходе к дому. «Как войду, нужно будет снова терпеть жажду».

Сделав последний глоток, Хонджу вернулся в дом и направился в дальнюю комнату. Он быстро нашел Мугёна — тот курил у окна, не отрывая взгляда от серого неба за мутным стеклом.

— Вот, — Хонджу протянул ему воду.

Мугён никак не отреагировал на его слова. Лишь кивком головы указал на подоконник. Хонджу молча поставил туда бутылку и огляделся. Все вокруг были будто бы поглощены игрой, но Хонджу чувствовал на себе их взгляды. Они ждали подходящего момента, чтобы втянуть Мугёна в игру.

— …

Хонджу не мог долго оставаться на месте — за ним наблюдали. Он поправил куртку, вытирая влажную руку о подкладку, и повернулся, чтобы уйти.

«Может, стоит еще раз предупредить его?»

Хонджу оглянулся на Мугёна, обдумывая, не лучше ли отправить ему сообщение. В этот момент их взгляды встретились.

— Что-то ты подозрительный. Ты точно ничего не задумал? — раздался за спиной насмешливый голос.

— Управляющий Ян, вам настолько стыдно проигрывать новичку?  — усмехнулась женщина за столом, поглядывая на Хонджу. — Не переживайте, сестренка вас прикроет.

Хонджу незаметно покачала головой, давая понять Мугёну, чтобы он ни в коем случае не садился за игровой стол. Мугён никак не отреагировал на его жест. Он просто отвернулся к окну, будто их взгляды и вовсе не встречались.

Хонджу тихо вздохнул и сделал шаг, чтобы уйти. Внезапно Гадюка достал телефон.

— Ой, важный звонок. Этот кон пропускаю.

— Эй, нельзя же так! Нехорошо посреди игры человека терять.

— Простите, правда важно.

Гадюка проигнорировал недовольные выкрики и положил карты на стол. Он встал, прижав телефон к уху.

— Босс, как поживаете? Я? Да у меня всё отлично, как всегда!

Гадюка обнял за плечи стоявшего у входа Хонджу и вытащил его из комнаты. Хонджу шел, еле переставляя ноги. Когда они отошли на безопасное расстояние, Гадюка убрал телефон в карман.

— Игра начинается, — тихо прошептал он Хонджу на ухо.

— …

«Теперь, когда Гадюка освободил место, им нужен будет еще один игрок. Кроме Мугёна, здесь никого нет, так что предложение поступит ему. Обычно люди не могут отказаться и садятся играть, но Мугён… неизвестно, как он отреагирует. Он с самого начала не проявлял никакого интереса к игре, да и не был из тех, кто легко идет на поводу…»

И все же, Хонджу не мог избавиться от беспокойства. Ему хотелось обернуться, но Гадюка крепко держал его за плечо. За спиной было тихо.

— Ха… — тихо выдохнул Хонджу, нервно прикусывая губу.

Без дела он не мог вернуться в комнату. Несколько раз Хонджу прятался в туалете, чтобы отправить Мугёну сообщение:

«Не садитесь играть»,

«Не берите карты».

Ответных сообщений не было. Сколько же прошло времени? Хонджу взял веник и, делая вид, что подметает пол, направился к комнате в конце коридора. Как только он достиг двери, управляющий Ян вылетел оттуда, словно ужаленный. Хонджу от неожиданности отшатнулся.

— Чего встал? Сходи за новой колодой, — рявкнул он.

— Д-да…

Хонджу попытался бросить взгляд в комнату, но управляющий Ян загораживал собой обзор. Он оставил веник и поспешил за новой колодой карт. Теперь у него был повод войти в комнату.

Хонджу застыл на пороге. Стол был завален деньгами, а Мугён… он сидел за столом, держа в руках веер карт.

Под его пальцами лежала толстая пачка банкнот. «Сколько же он уже выиграл?»

— Чего стоишь как вкопанный? Давай сюда колоду! — прорычал управляющий Ян.

Хонджу словно очнулся и поспешил распаковать карты. Он украдкой взглянул на Мугёна, но тот лишь выпустил в потолок струю дыма, не обращая на него никакого внимания.

«Типичная история, — с тоской подумал Хонджу. — Несколько выигрышей, и любой превратится в заядлого игрока. Ещё одна игра и кажется, сможешь выиграть. Ещё пару партий. Нет, три…» — такие мысли часто приводят к тому, что люди теряют всё до последней воны.

Сколько историй о тех, кто проигрывался в пух и прах, но всё равно не мог остановиться… Именно поэтому Хонджу и просил его не садиться за этот стол.

—….

Он снова прикусил губу, едва успевшую зажить. Хонджу медленно отошёл от стола, поймав на себе взгляд Мугёна.

— Чего копаешься, как черепаха? — ухмыльнулся тот, выпуская струю сигаретного дыма.

Хонджу всё понял по этой ухмылке. Мугён прекрасно знал, что его хотят использовать, но всё равно сел играть.

Он вышел из комнаты, не в силах усидеть на месте.

«О чём он только думает?! У Мугёна полно денег, кто знает, сколько он проиграет…» — Хонджу нервно кружил возле комнаты, из которой доносились голоса игроков.

— Чего трёшься тут без дела? — раздался за спиной знакомый голос.

Это были Гу Пин и Гадюка. Они спустились по лестнице и подошли к Хонджу.

— Пошли с нами, — скомандовал Гу Пин.

— Но я должен присматривать за… — начал было Хонджу, но его тут же перебил Гу Пин:

— Эй, ты! Подмени его ненадолго, — крикнул он одному из сотрудников, указав на столик у входа.

Гу Пин достал из мини-холодильника банку кофе и сунул её в руки Хонджу, а затем, не дожидаясь ответа, потащил его за собой. Хонджу попытался вырваться, но Гу Пин был намного сильнее. Гадюка молча наблюдал за ними, не вмешиваясь.

— Что происходит? — спросил Хонджу, когда они отошли на безопасное расстояние.

— Ты садишься за стол, — коротко ответил Гу Пин.

— Я? Но вы же говорили, что найдёте ещё одного игрока! — возмутился Хонджу. — Неужели не нашли?

Хонджу замер в замешательстве. Это был не просто какой-то столик — за ним сидел директор Мугён! Он никак не мог участвовать в схеме, целью которой было обобрать Мугёна. Это было бы равносильно тому, чтобы перерезать ветку, на которой сидишь.

— Нет. Давайте вы, — отрезал Хонджу.

Гу Пин, не слушая возражений, потащил его к столу. Когда Хонджу попытался возмутиться, Гу Пин приложил палец к его губам, а затем отвесил подзатыльник.

— Слушай план. Когда управляющий Ян пойдёт за зажигалкой, ты незаметно увеличишь ставку. Понял?

— Но почему я…?

Не успел он договорить, как раздался оглушительный хлопок — Гу Пин ударил его по щеке. У Хонджу  перехватило дыхание. Гу Пин схватил его за волосы своей здоровой рукой — на другой не хватало пальца —  и потащил за собой.

— Ах ты, мелкий ублюдок! Хочешь всю жизнь расплачиваться с долгами? Закончить свои дни полностью выпотрошенным? Или мне лучше схватить твоего папашку на Филиппинах? А?

Голова Хонджу закружилась, в ушах звенело. Он стиснул зубы, стараясь не закричать от боли.

— …

— Нужно убрать этого хрена, чтобы меньше народу претендовало на долю. Тогда ты сможешь быстрее расплатиться. Головой думай, понял?

Гу Пин шипел ему прямо в ухо, и большинство слов разобрать было невозможно. Но его взгляд говорил сам за себя.

«Даже если директор Мугён и впрямь благоволит мне, из этого жалкого места мне всё равно не выбраться», — с тоской подумал Хонджу.

— Ну что, дошло?

Гу Пин грубо выхватил у него банку кофе и передал её Миджин.

— Проигралась. Эти оппы меня совсем не жалеют, даже когда я в минусе, — со смешком сказала Миджин.

— Видать, решили поживиться за счёт невинной девушки, эти матерые игроки.

Гу Пин, хохоча, взял её пальто. Не забыл он и про пачки купюр, лежащую в углу стола.

— Я еду в Кванпхаль, подкину тебя по дороге, красотка. Ох, Миджин, и вещи свои не забудь.

Все начали собираться. Гадюка занял место Миджин.

— Уходите? Эх, а я надеялся сыграть еще, по-честному, без всяких трюков, — с наигранным сожалением сказал он.

— Так давайте играйте. Кто вам мешает? — ответил Гу Пин.

Пока Гу Пин и Гадюка создавали нужное настроение, Хонджу украдкой наблюдал за реакцией Мугёна. Тот, зажав карту между пальцами, лениво перебирал внушительную стопку выигранных денег.

— Так что, сыграем ещё пару партий? Что скажете, директор Мугён? У вас, я смотрю, еще много наличных.

— Можно и сыграть.

— Нам бы ещё одного игрока… Хонджу, ты ведь свободен? Иди-ка сюда, — позвал управляющий Ян.

У Хонджу пересохло во рту. Когда он подошёл к столу, Мугён посмотрел на него. Его алые губы дрогнули, задавая словно зашифрованный вопрос:

— Ты же не игрок, я слышал. Умеешь вообще играть?

«Это я хочу спросить: ты же говорил, что не будешь играть! Зачем сел за стол, прекрасно зная, что тебя хотят подставить?» — хотел было ответить Хонджу, но промолчал — уж слишком много глаз за ними наблюдало.

Управляющий Ян усадил Хонджу на стул слева от Мугёна. Тот сидел, накинув пиджак на плечи, и от этого казался ещё больше и внушительнее.

— Этот малец неплохо играет. Я пару раз заставлял его играть вместо себя… А вы как, директор, шарите в хватху?

Мугён встретился с Хонджу взглядом и молча кивнул.

— …

«Хотя бы научил играть, раз уж так вышло», — с тоской подумал Хонджу. У него перехватило дыхание.

— У Хонджу ведь ни воны за душой? Нуна одолжит тебе деньжат, только верни втройне, идёт?

Миджин швырнула на стол перед Хонджу несколько пачек банкнот по десять тысяч вон. Её подруга последовала её примеру.

— Мы тогда пойдём. Выиграйте себе новую жизнь с комбинацией «Три-восемь»!

П/п: В игре Хватху (화투) комбинация "3-8" (삼팔) - это одна из самых сильных и желанных комбинаций. Называется она — «Сампаль». Масть карт не имеет значения. Главное только то, что они "тройка" и "восьмерка".

— Гу Пин! Принеси новую колоду! — крикнула Миджин.

Гу Пин, уводя Миджин и её подругу, кивнул. Из коридора послышались его крики — он отдавал распоряжения какому-то бандиту.

Пока Мугён менял деньги, которые оставил Гадюка, на столе появилась новая колода.

Под руководством управляющего Яна и Гадюки игроки быстро установили правила. Первым сдавать выпало управляющему Яну. Карты так и мелькали у него в руках.

— Ничья? — обратился он к Мугёну, протягивая ему карты веером.

Тот легонько щелчком раскрыл веер. Это означало, что он пасует.

— Окей, тогда, «идем в школу» — играем.

Каждый игрок бросил на стол по пачке денег. Управляющий Ян ловкими движениями раздал карты.

— Карты сданы!

Хонджу взял свои карты — семёрка лент.

— Начнём с малого? — Гадюка бросил на середину стола ещё одну пачку денег.

— Поднимаю ставку, — Хонджу, следующий по очереди, тоже добавил миллион вон.

Игра должна была продолжиться, но сидящий рядом Мугён хранил молчание. Хонджу посмотрел на него, гадая, не решил ли тот сойти, и их взгляды встретились. Мугён смотрел на него всё это время.

— …

Взгляд Мугёна был таким непроницаемым, что Хонджу нахмурился в немом вопросе. Мугён усмехнулся с непонятным выражением лица.

— Повышаю.

Ставки продолжали расти, пока очередь не дошла до управляющего Яна. Все только разыгрывались, поэтому игра шла спокойно.

— Поехали, поехали, — управляющий Ян сдал по одной карте.

Хонджу, пряча свои карты в ладони, украдкой посмотрел на новую.

Ему пришла пятёрка мая. Июль и май. В сумме двенадцать, или иными словами два очка. Не самая лучшая комбинация для победы. Гадюка, похоже, тоже остался недоволен своими картами: он цокнул языком и отложил их в сторону.

— Пас.

Хонджу, однако, не сдался и повысил ставку.

— Триста сверху.

Он решил, что лучше уж ему пойти ва-банк и закончить эту партию.

Пачки денег, которых на столе было уже немало, при каждом движении грозились рассыпаться по столу. Мугён, тихо посмеиваясь, поправил их.

— Принимаю.

— Хм, — управляющий Ян, поглаживая подбородок, словно раздумывая, бросил две карты на стол. — Я пас, посмотрю, что у вас, ребята.

Хонджу первым перевернул свои красные карты. В его движении сквозила уверенность в скором поражении.

— Два очка.

Мугён, сверившись со своими двумя очками, по одной перевернул карты. Судя по тому, что он уравнял ставку, у него была неплохая комбинация. Взгляд Хонджу упал на его руку.

— Одно очко.

Две карты: февраль и сентябрь. В сумме одиннадцать, что давало одно очко. С перевесом всего в одно очко победил Хонджу.

— Вот это да, босс Мугён! Какая самоуверенность с одним очком! Так вы умеете играть?

— …

«Зачем он тянул до конца с такими картами? Он же прекрасно знает, как их читать!» — стиснув зубы, подумал Хонджу.

Он собрал карты дрожащими руками. Движения Хонджу были медленными, но уверенными, и карты легли ровной стопкой. Несколько раз раздался глухой звук — Хонджу тасовал колоду.

Он протянул карты Гадюке, и тот, сняв несколько верхних карт, отложил их в сторону.

Мугён, подперев голову рукой, наблюдал за Хонджу. Управляющий Ян, делая ставку, с усмешкой посмотрел на Мугёна.

— Не пяльтесь так, босс. Этот малец и мухлевать-то не умеет.

— Я и не за этим наблюдаю.

Хонджу украдкой глянул на Мугёна. Тот, делая ставку, не сводил с него пристального взгляда.

— …

Мугён и правда не боялся, что Хонджу будет мухлевать. Будь это так, он бы следил не за лицом, а за руками. Хонджу, смущённо отведя взгляд, начал сдавать карты.

Глава 9

Хонджу взял карту и, прикрыв рукой, посмотрел, что ему пришло.

Мартовский тройка. Карта неплохая, но в этой партии лучше пасовать.

— Пас, — сказал он.

Управляющий Ян сделал ставку, положив на стол пачку денег, едва заметно улыбнувшись, возбуждённо потёр руки.

— Пожалуй, пора бы поднять ставки, — сказал он.

— Что, управляющий Ян, хорошая карта попалась? Только не пытайтесь нас запугать.

Управляющий Ян усмехнувшись и сверкнув золотым зубом, подвинул к центру стола аккуратную стопку купюр. Судя по звуку, это была немаленькая сумма.

— Принимаю и пятьсот сверху.

— Ого, да у вас там, похоже, отличная комбинация! Что ж, повышаю, — Гадюка, отсчитав пять пачек денег, бросил их на стол.

Когда очередь дошла до Хонджу, он сбросил карты.

—  Я пас, — сказал он.

Игра продолжилась уже втроём. Хонджу раздал каждому по одной карте. Игроки принялись смотреть, что им пришло, а Мугён, даже не взглянув на свою карту, сделал ставку. Купюры в центре стола образовали внушительный холмик.

—  Принимаю и пятьсот сверху, — сказал он.

Хонджу нахмурился. «Играя так бесстрашно, он скоро всё проиграет. Да, капитал у него пока ещё большой, но с таким подходом он его быстро растеряет», — подумал он.

— Ого, — протянул управляющий Ян, выжидающе приподняв бровь. Он сам поднял ставки, но двое других игроков, не дрогнув, приняли его вызов, заставив его задуматься. — Что вы все такие серьёзные? Тьфу ты, нервы мне уже щекотать начали. Пас!

— Поднимаю.

Гадюка уравнял ставку Мугёна. Раунд завершился, и игроки открыли свои карты. На этот раз первым карту перевернул Мугён.

— Каб-о, —  сказал он.

Семёрка и февраль. Девять очков, сильная комбинация, называемая "каб-о".

«Он что, поднял ставку, посмотрев всего одну карту? Вот это смелость! Или безрассудство?..»

Но соперником был опытный Гадюка, так что расслабляться не стоило. Мугён был совершенно спокоен, и только Хонджу, нервничая, следил за руками Гадюки.

—  А, семь очков! Да я бы мог сорвать банк… — с досадой произнёс Гадюка, по одной переворачивая карты.

В этот раз выигрыш достался Мугёну.

Мугён, сгребая карты, кивком головы подозвал Хонджу, предлагая собрать деньги.

—  …

«Когда он этому научился?» — подумал Хонджу, аккуратно складывая перед Мугёном внушительную стопку выигранных денег. Между ними уже выросла настоящая стена из купюр.

Мугён начал тасовать карты — медленно, но очень умело.

«Может, дело в том, что он не в перчатках? Кажется, он стал ещё ловчее, чем был в прошлый раз», — подумал Хонджу. Но в его больших руках карты всё равно казались крошечными.

«…Он говорит, что он не директор, но денег у него куры не клюют, и дел невпроворот. Говорит, что не бандит, но кулаками владеет отлично. Говорит, что не игрок и ему нет дела до карт, но тасует он как настоящий шулер. Кто же он такой на самом деле?» — Хонджу украдкой посмотрел на руки Мугёна.

— Нравятся мои руки? — спросил Мугён, усмехнувшись, не прекращая тасовать колоду, ловко перебрасывая карты из руки в руку.

— А на что мне ещё смотреть за карточным столом, как не на руки? — сказал Хонджу, делая вид, что поправляет деньги. Гадюка рассмеялся, поддерживая шутку.

— Хонджу, ты что, боишься, что директор Мугён будет мухлевать, подтасовывая карты? Да рядом с ним я сижу, меня и бойся!

— То есть, ты уже не представляешь опасности? — с насмешливым упрёком сказал управляющий , резким движением допивая остатки пива. Было очевидно, что он просто изображает жажду. Хонджу наблюдал за ним, когда вдруг перед ним возникла рука Мугёна. Он предлагал Хонджу ещё пива.

— Не нужно.

Хонджу слегка коснулся карт кончиками пальцев. Движение было мимолетным, но взгляд Мугёна ещё долго оставался прикованным к его руке.

— Играем, — Гадюка бросил в центр стола пачку стотысячных вон.

Остальные игроки сделали свои ставки. Мугён раздал каждому по карте. Игроки по очереди подтянули их к себе.

— Эх, звёздочки бы сейчас, чтобы сорвать куш, — протянул Гадюка многозначительно и достаточно громко, чтобы его все услышали.

«Звёздочками» назывались карты с изображением кленовых листьев — октябрьский «пун». То ли Гадюка блефовал, притворяясь, что у него есть эта карта, то ли и в самом деле её вытянул, но управляющий Ян явно занервничал.

— Не дождёшься! — бросил он, пытаясь говорить спокойно, и двинул к центру стола две стопки денег по пять пачек.

Деньги с шумом рухнули на стол.

— Хорошо, хорошо, я принимаю вашу ставку, — с ухмылкой произнёс Гадюка и уравнял её.

У Хонджу была синяя карта «чхондан» с изображением октября. Если у Гадюки тоже октябрьская карта… значит, шанс собрать «чанпхун» — комбинацию из двух одинаковых карт — очень мал. Остаётся надеяться, что следующей картой будет апрельская. Комбинация октября и апреля выше, чем любая другая.

— Я тоже повышаю, — Хонджу, прикинув расклад, начал делать ставки, чтобы проиграть.

Посреди стола высилась гора денег. Мугён, постукивая пальцами по столу, спихнул стопку банкнот тыльной стороной ладони. Даже этот незначительный жест был  выверенным и аккуратным.

— Повышаю.

После того, как круг ставок замкнулся, Мугён снова раздал по одной карте.

Хонджу продолжал следить за его руками.

— Что? Боишься все же, что я буду мухлевать? – усмехнулся Мугён, почувствовав на себе его взгляд. Он неторопливо положил карту перед Хонджу.

— … А вы умеете?

— Если понадобится, то сумею, —  спокойно ответил Мугён.

Хонджу непроизвольно поднял глаза и встретился взглядом с управляющим Яном, который сидел напротив. Тот, казалось, не придал словам Мугёна никакого значения.

Ян со свистом втянул воздух сквозь зубы, отсчитывая деньги, и проверил свою карту. Затем, как и прежде, швырнул стопку банкнот на стол.

— Поднимем ставки ещё на сотню!

— Черт, где эта «большая удача», что за синие карты мне попадаются!  Я пас, — выругался Гадюка, бросая карты и выходя из игры.

— …

«Только бы не апрель. Только не апрель», — пробормотал про себя Хонджу, с запозданием проверяя свою карту и прикидывая оставшиеся деньги. К счастью, было очевидно, что эту игру он проиграет. Поэтому в его действиях, когда он делал ставку, не было ни тени сомнения.

— Принимаю.

Следующим был Мугён. Но на этот раз он не стал делать ставку или пасовать. Хонджу, не в силах больше выносить гнетущую тишину, поднял голову. До этого он неотрывно смотрел на свои карты, словно надеясь найти в них подсказку.

Их взгляды снова встретились. Мугён, глядя на Хонджу, слегка приподнял уголок губ. Поймав на себе его пристальный взгляд, Мугён, наконец, уравнял ставку.

— Я тоже повышаю.

Когда Мугён сделал свой ход, все трое перевернули карты. Первым карту открыл Хонджу — два «кыт». Следующим был управляющий Ян — семь «кыт». Уверенный, что победит с такой неплохой комбинацией, он самодовольно улыбнулся, сверкнув золотым зубом.

— Думаю, у директора Мугёна три «кыт»?

Он многозначительно посмотрел на Мугёна, предлагая ему открыть свои карты. Хонджу тоже прищурился, глядя на карты Мугёна.

— Чёрт, да у него девять!

Картой Мугёна оказалась комбинация апрельской и июньского «чхондан», которая была старше, чем семь «кыт» управляющего Яна. Гадюка расхохотался, словно насмехаясь над ним.

— Семь «кыт»… и вы поставили на них две сотни?!

— Ах ты ж, ублюдок!

Управляющий Ян со злостью ударил кулаком по столу. Стол зашатался, и стопки денег, лежащие на нём, съехали на край.

Несмотря на крупный выигрыш, Мугён, не говоря ни слова, просто собрал карты. На этот раз Хонджу без напоминания сложил деньги. Неторопливо перетасовав карты, Мугён протянул руку к Хонджу через груду денег.

— Красавчик, перетасуй для меня.

— …

Его низкий голос с лёгкой усмешкой звучал так отчётливо, что Хонджу не мог сделать вид, что ему послышалось. Поскольку Мугён сидел справа от него, Хонджу отчётливо слышал каждое слово. Хотя было очевидно, что это просто шутка, ведь уголки губ Мугёна были приподняты, Хонджу всё равно невольно задержал дыхание и отвел глаза, не в силах выдержать его пристального взгляда.

— …раунд завершен, — пробормотал он дрожащим голосом.

Хонджу хотелось зажмуриться, но вместо этого он крепко сжал кулаки, положив руки на колени. В воздухе повисла странная атмосфера, пропитанная не столько напряжением, сколько какой-то решимостью.

В следующих раундах Мугён, казалось, больше интересовался Хонджу, чем своими картами. Его пронзительный взгляд неотрывно следовал за каждым движением Хонджу: когда тот тасовал карты, делал ставки или складывал деньги. Хонджу сначала подумал, что Мугён просто следит за ним, но потом понял, что его пристальный взгляд направлен не на руки, а на лицо. Он изо всех сил старался не встречаться с ним глазами.

— Должно быть, это из-за того, что здесь раньше был мотель. Атмосфера такая… пикантная, — хихикнул управляющий Ян, уловив странную ауру за столом.

Хонджу сделал вид, что не слышал его, и взял свои карты. Ему выпал август.

Он прикинул, сколько денег у него осталось. Несмотря на то, что Хонджу делал безрассудные ставки, чтобы проиграть, у него всё ещё оставалась приличная сумма. «В этот раз нужно проиграть побольше», — подумал он, и, когда дошла его очередь, взял увесистую пачку денег и бросил её на середину стола.

— Принимаю, и ещё пять сверху.

— Хонджу, ты что, поймал кураж? —  спросил управляющий Ян, сверкнув золотым зубом.

Хонджу проигнорировал его взгляд и посмотрел на Мугёна. Тот, как и прежде, уравнял ставку.

— Повышаю.

Теперь перед Мугёном лежала сумма, почти равная той, что осталась у Хонджу. Пора было подключиться Гадюке и управляющему Яну, чтобы Хонджу не пришлось идти ва-банк и бесславно покидать игру. Хонджу нервно сглотнул.

— Что ж, тогда и я подниму ставку, —  сказал управляющий Ян и бросил на стол шесть пачек по сто тысяч вон.

В этот момент Хонджу почувствовал, как что-то коснулось его ноги. Он посмотрел вниз и увидел, что это Мугён протянул к нему ногу под столом. Хонджу незаметно отодвинулся.

— Ещё по одной карте.

Хонджу уже хотел было посмотреть свою карту, как вдруг снова почувствовал прикосновение к ноге чуть ниже колена. Он склонил голову набок и посмотрел на Мугёна.

Тот, тоже слегка склонив голову, изучал свои карты. Казалось, он смотрит не на Хонджу, а на свои карты.

«Может, случайно задел?», —  подумал Хонджу и уже хотел было отвести взгляд, как вдруг заметил, что Мугён медленно поднимает на него глаза. Их взгляды встретились. Мугён медленно растянул губы в улыбке и снова легонько коснулся его ноги носком ботинка.

Хонджу понял, что это не было случайностью. В тот же миг Мугён начал медленно поводить носком ботинка вверх-вниз по его ноге. По спине Хонджу пробежали мурашки, и он почувствовал, что всё его тело сковало.

— Хонджу, твой ход! — голос Гадюки заставил его придти в себя.

— А, да… — Хонджу резко вздрогнул и отдёрнул ногу.

Он так растерялся, что вместо денег чуть не бросил на стол карту. «Что там у меня было? Я же вроде смотрел…», —  Хонджу никак не мог вспомнить свою карту. Вместо этого перед глазами у него стоял образ медленно изогнувшихся в улыбке губ Мугёна.

— Я уравниваю, —  раздался низкий голос справа.

Хонджу потёр мочку уха. Ему показалось, что оно горит, но он не мог отнять руку.

— Отлично, у меня семь «кыт», —  сказал управляющий.

В этот раз победил управляющий Ян. Хонджу, завороженно слушая глухой шум от собираемых пачек денег, невольно закрыл правое ухо рукой.

Тудум-тудум.

Вместо привычного шума в ушах Хонджу слышал только собственное сердцебиение. Причина ему была непонятна.

— …

Хонджу молча отодвинул свой стул подальше от Мугёна.

— Ха-ха, —  раздался тихий смешок.

Хонджу заткнул уши руками, пытаясь не слышать этот звук. Он неотрывно смотрел на ярко-красные карты, которые мешались в руках управляющего Яна.

— Азартнее, чем вы думали, да? —  спросил управляющий Ян.

— Ну, в каком-то смысле…

— Все так говорят. Может, засядем в том же составе до рассвета? Хотя…директор Мугён, наверное, не потянет по финансам.

В его голосе слышалась издевка. Он явно пытался вывести Мугёна из себя. Мугён равнодушно посмотрел на оставшиеся деньги и кивнул. Хонджу нахмурился.

— Да ладно вам, неужели не сможете достать такую мелочь? — сказал управляющий, сверкая золотым зубом, и положив сигарету в рот.

«Кажется, этот момент был подстроен», — внезапно осознал Хонджу.

— Директор Мугён такой правильный игрок: ни разу не выругался, даже когда проигрывал кучу денег, —  сказал управляющий Ян, намекая на то, что Мугён — простофиля, который легко расстаётся с деньгами и ничуть не расстраивается из-за проигрыша.

Мугён усмехнулся. Он легонько подтолкнул пальцем пачку денег и сказал:

— Просто ставки слишком низкие, вот и азарта нет. Может, сыграем по-крупному?

Хонджу зажмурился. Ставки и так были очень высокими. К тому же Гадюка был профессиональным игроком, а управляющий Ян — шулером с большим стажем. С такими противниками, да ещё и при начальной ставке в сто тысяч вон, можно было в один момент проиграть целое состояние.

«Зачем провоцировать его такими словами?» — Хонджу закусил губу.

— Хмм, что бы такое поставить на кон, чтобы директору Мугёну стало интересно? — управляющий Ян задумчиво закусил фильтр сигареты.

— Без крупных ставок какая ж это игра?

Хонджу испугался, как бы Мугён снова, как в тот раз, не поставил на кон себя. Эти люди готовы были на всё ради денег. Мугён, казалось, не замечал нервозности Хонджу и сохранял спокойствие.

— Что поставите? А, как насчёт машины директора Мугёна? Знаете, ведь как только она появляется на улице, все посетители бегут к окнам, чтобы поглазеть? —  управляющий Ян, собрав карты в одну руку, тут же отреагировал на предложение.

— Давайте не будем мелочиться. Как насчёт этого? — Мугён легонько постучал пальцем по коже под правым глазом.

— Что?..

Рука управляющего Яна замерла.

Над столом повисла гробовая тишина. Даже шум из коридора, казалось, стих. Единственный глаз управляющего Яна, не прикрытый чёрной повязкой, уставился на Мугёна. Тот же, всё так же улыбаясь, легонько подтолкнул пальцем карты в руке Яна.

— Не хотите — давайте сойдёмся на ничьей.

Управляющий Ян резко достал изо рта сигарету. Губы его дрожали, и рука, сжимающая карты, тоже. В его глазу горел огонь. Казалось, он вот-вот перевернёт стол и набросится на Мугёна с кулаками.

— Давайте сойдемся на этом! — Хонджу поспешно бросил на стол пачку стотысячных вон, пытаясь разрядить обстановку.

— Да ладно вам, соглашайтесь! Я в доле! —  закричал Гадюка, который до этого момента молча наблюдал за происходящим. — Хонджу, ты же не прогоришь? Нуна Миджин велела вернуть ей всё в тройном размере.

Гадюка силой притянул руку управляющего Яна и забрал несколько карт. Хонджу наблюдал за этой сценой с натянутой улыбкой и украдкой бросил взгляд на Мугёна. Тот, словно ни в чём не бывало, пожал плечами и сделал ставку.

Управляющий Ян медленно, словно нехотя, раздал карты.

— Ого, как азартно вы играете! — В комнату вошёл Гу Пин. Он окинул стол взглядом и похлопал Гадюку по плечу. — Вот это я понимаю, профи! Гадюка, смотрю, кучу денег собрал!

Управляющий Ян, нахмурившись, сделал вид, что не заметил Гу Пина, и хрипло пробормотал что-то себе под нос. Когда он разложил на столе четыре карты, игроки подтянули к себе те, что лежали ближе. Гадюка, даже не взглянув на свои карты, начал разминаться, предвкушая победу.

«Надеюсь, директор Мугён не будет действовать так же опрометчиво в этот раз», — подумал Хонджу и уже хотел посмотреть свои карты, как вдруг управляющий Ян, шаря рукой по рубашке, будто что-то искал, произнёс:

— Хонджу, у тебя зажигалки не будет?

— Что?..

Гадюка, который до этого момента разминал шею, удивлённо посмотрел на Хонджу. Потом, широко раскрыв глаза, поспешно глянул на свои карты.

«Он специально потянет время. Управляющий Ян спросит зажигалку, когда подтасует карты, он так подаст сигнал».

Хонджу быстро перевернул карты, которые прятал в ладони.

— … —  у него перехватило дыхание.

В его руке была карта с шестёркой июня. Но ведь в этой игре должен был выиграть Гадюка! Может быть, он ошибся, когда менялся картами? Но Гадюка тоже выглядел растерянным. Что происходит? Глаза Хонджу забегали.

— Я же спросил, зажигалка есть? —  управляющий Ян нервно покачивал сигаретой в зубах. Его единственный глаз, не прикрытый чёрной повязкой.

И Гадюка, и управляющий Ян уже должны были догадаться, что Мугён будет поднимать ставки.

Гадюка сдвинул в центр стола все деньги Хонджу. Тот, ощупывая пальцами гладкую обратную сторону карты, колебался.

— Что, Хонджу, струсил? Мадам Гу тебе в долг даст, чего ты боишься?

— Говорил же, он не игрок, а просто трус. Эй, давай, играй по-крупному. Это же не твои деньги, а Миджин тебе дала. Не бойся, в рабство тебя не продадут, в долг считать не станем, — добавил Гу Пин, хихикая.

Он поигрывал в руках маленьким перочинным ножом, не сводя глаз с Хонджу. Это был одновременно и приказ поторопиться, и угроза.

— …

«Может, просто сказать, что пас, и всё?» Но ведь все, кроме Мугёна, знали, что у него карта с шестёркой июня. Сказал бы он «пас», они бы на него и вправду с ножами набросились.

Что же делать? Хонджу нервно теребил карту, и, наконец, решился:

— …Ва-банк.

Теперь у Хонджу не осталось ни воны. По его подсчётам, общая сумма ставок составляла около восьми миллионов. К тому же, если он выиграет с шестёркой июня, то каждый должен будет удвоить свою ставку. Может, для Мугёна это и не такие большие деньги, но это если он собирался остановиться на этом и уйти.

— В этой игре ставки серьёзные. Что ставите, директор Мугён?

Пришла очередь Мугёна. «Скажи «пас»! Просто сбрось карты и скажи «пас»! И так всё ясно, что проиграешь. Сбрось карты!» Хонджу отчаянно пытался подать ему знак.

— Принимаю.

Но, казалось, Мугён его не понял. Он схватил оставшиеся деньги. Когда он сравнял ставку Хонджу, у него осталось всего около трёхсот тысяч вон. Этой суммы явно не хватит, чтобы покрыть удвоенную ставку, так что ему придётся либо занимать у Гу Пина, либо лезть в кошелёк.

«Надо же было так попасться.» — Хонджу зажмурился, чтобы скрыть разочарование.

—  С такими ставками даже не представляю, что у вас на руках, — ехидно произнёс управляющий Ян и тоже сделал ставку. В центре стола скопилась внушительная и увесистая куча денег.

— Ещё по одной карте.

Управляющий Ян добавил всем за столом по карте. Хонджу, прижав свою карту к столу, приподнял краешек и подсмотрел изображение.

«Шестерка…».

Это была карта с шестёркой июня. Управляющий Ян, увидев свои карты, выругался. У Хонджу не осталось денег, так что он открывал карты без ставки. Гадюка, загадочно улыбаясь, перевернул свои карты.

— У управляющего Яна, похоже, стрит. А у меня — девятка и май. — Он сделал вид, что наблюдает за реакцией Мугёна и Хонджу. На лице Мугёна не дрогнул ни один мускул. Он кивнул в сторону Хонджу:

— А у тебя что?

Хонджу на секунду замялся. Игра зашла слишком далеко, но Гу Пин не сводил с него своих злобных глаз.

Ему до смерти хотелось перевернуть стол, но тогда Мугён не успел бы его вытащить отсюда, его бы сразу убили.

— Хаа…

«И зачем он только сел за этот стол? Зачем ввязался во всё это? Я же предупреждал его, рискуя своей жизнью…» — Хонджу глубоко вздохнул и решительно перевернул свои карты.

— У меня — шестёрка июня.

— Чёрт! Чуть не помер!

— Да, Хонджу, мы тебя чуть не потеряли!

Управляющий Ян и Гадюка, изображая досаду, с грохотом ударили по столу. Деньги, которые до этого стояли стопкой, рассыпалась по столу. Хонджу протянул руку, чтобы собрать выигрыш, но тут его запястье сжала чья-то большая ладонь.

— Ты же не профи?

— …Нет, не профи.

Хонджу попытался вырвать руку, но хватка была слишком сильной.

— И как же тебе так повезло с картами?

«Ты же всё знал с самого начала», —  Хонджу постарался скрыть смущение и ответил:

— Видимо… повезло.

— Ну да, в хвату главное не мастерство, а удача, —  пробормотал Мугён, кивая, и отпустил его руку. На белом запястье остался чёткий след от его пальцев. Хонджу дрожащими руками собрал деньги. Потом он посмотрел на жалкие три стопки банкнот, которые остались у Мугёна, и произнёс:

—  Не забудьте про удвоенную ставку.

— Знаю, черт!

Управляющий Ян раздражённо фыркнул, но было непонятно, наигранно или нет. Если бы это была настоящая игра, он бы, скорее всего, не стал платить двойную ставку.

— Подожди.

Хонджу вздрогнул, услышав голос Мугёна. В этих двух коротких слогах послышалась уверенность.

— Ты даже не посмотришь на мои карты?

—  А зачем? Всё равно ничего особенного. Неужели у вас семь-семь?

Раз уж карты раздавал управляющий Ян, у Мугёна наверняка были карты на два-три очка. Но тот лишь загадочно улыбался.

— А ведь эти карты были не так уж плохи.

Мугён перевернул карты, которые лежали перед ним рубашкой вверх. Январь-светлый. Взгляд Хонджу метнулся к карте, которую Мугён держал в руке.

Щёлк — и на синем сукне стола легла карта март-светлый. Один-три-светлые —  комбинация, способная выиграть почти любую игру.

Хонджу ошеломлённо смотрел на карты. Не может быть, чтобы у директора Мугёна оказалась такая комбинация.

— Что? Что происходит? —

Управляющий Ян, который сидел, откинувшись на спинку стула, вскочил на ноги и схватил карты Мугёна.

— Ну и ну, удача сегодня на моей стороне, — произнёс Мугён и отодвинул замершую руку Хонджу.

Потом он придвинул к себе всю кучу денег. Громко зашурстели банкноты.

— Какого чёрта?! — Гу Пин, который всё это время преспокойно сидел на подоконнике, покачнулся и бросился к столу. В его широко раскрытых глазах мелькнул испуг. Гадюка побелел как полотно и нервно покосился на управляющего Яна.

— В чём дело? Непрофессионалам нельзя собирать такие комбинации?

—  Д-да нет… не в этом дело…

Гу Пин явно растерялся. Он бессмысленно открывал и закрывал рот, а Мугён, усмехнувшись, пожал плечами.

— За один-три-светлые — тройная ставка, так было? — Он отсчитывал стопки банкнот по миллиону вон, водя по ним длинным прямым указательным пальцем. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь его счётом.

— Здесь десять миллионов с хвостиком. Если округлить и утроить ставку, то с каждого по тридцать три миллиона. Хотя… Вы говорили что тот, кто поставил всё, освобождается от уплаты, так ведь?

—  …

—  Значит, тебе нечем платить, Ку Хонджу?

С учётом предыдущей ставки Мугён выиграл более семидесяти миллионов вон. Если бы всё пошло по плану и Хонджу выиграл их с шестёркой июня, все эти деньги оказались бы у Гу Пина. Все были настолько ошарашены таким поворотом событий, что не могли вымолвить ни слова.

За те полчаса, что Мугён провёл за игровым столом, он ни разу не показал себя профессионалом. Он совсем недавно научился играть в хватху, у него не было ловкости рук, чтобы провернуть какую-нибудь махинацию с картами, да и ставки он делал без какой-либо системы. К тому же, в этот раз он даже не раздавал карты, так что провернуть что-то с ними он тоже не мог. Но и управляющий Ян не мог подсунуть ему один-три-светлые … Никто не понимал, как такое вообще возможно.

— Откуда, чёрт возьми, один-три-светлые? — Гу Пин  с силой толкнул управляющего Яна в плечо и схватил две карты.

Единственной подтасовкой в этой игре были две шестёрки июня, подложенные Хонджу. Так что как бы Гу Пин ни вертел карты в руках, он ничего подозрительного не нашёл.

— Неужели…

Он свирепо посмотрел на управляющего Яна, но тот сидел с отсутствующим видом. Мугён, приводя в порядок разбросанные по столу деньги, посмотрел сначала на Гадюку, а потом на управляющего Яна.

— Похоже, у вас тут не хватает денег, — произнёс он. — Как будете рассчитываться?

Хонджу знал, что в сейфе обычно хранится двадцать-тридцать миллионов вон наличными, но этой суммы было явно недостаточно.

— Пока забираю то, что есть, — ответил Мугён. — А жаль, я только начал входить во вкус, — он многозначительно посмотрел на управляющего Яна. — Кстати, управляющий Ян… насчёт нашей игры…

— Директор Мугён, эта игра… — замялся тот, нервно косясь на Гу Пина.

— Только не говорите, что вы всё это затеяли не всерьез, — холодным тоном прервал его Мугён, и его взгляд упал на Гу Пина. Тот лишь молча облизнул губы.

— Что с лицом? Как будто козырь использовали, а он не сработал. Досадно, да?

Мугён усмехнулся, неторопливо достал из кармана пальто пачку сигарет, чтобы его закурить.

Щёлкнула зажигалка Zippo.

В тишине, где даже дыхание казалось слишком громким, треск тлеющего табака звучал особенно резко.

Глава 10

— Фуух, — Мугён глубоко затянулся, так что втянулись щеки, и повернул голову, выдыхая дым.

— Если бы вы и второй глаз поставили, управляющий Ян, вот бы забавно было.

Смех растворился в табачном дыму, окутывая управляющего Яна. Единственный глаз мужчины метался из стороны в сторону.

— Что, больно? Чего притихли? Раньше языки хорошо работали, а сейчас рот на замок закрыли?

— …

Мугён, оперевшись локтем о стол, смотрел то на Гу Пина, то на управляющего Яна. Оба побелели, как полотно, и не проронили ни слова. Мужчина стряхнул пепел в пепельницу.

— Так вы собираетесь расплачиваться? Попросите у мадам Гу в долг?

— Д-да, конечно! Кто же отказывается? Хватит ли денег из кассы, вот вопрос…

Мугён с прищуром слушал жалкие оправдания управляющего Яна. Тот приподнял бровь, взгляд его стал острее, а вокруг единственного глаза пролегли глубокие морщины.

— Ну и?

— Так… решил немного поиграть… Да кто же знал, что директор Мугён так сорвется с цепи! Гу Пин, одолжишь денег? — управляющий Ян, наконец, обратил внимание на побледневшего Гу Пина. Мужчина  провел рукой по волосам, пытаясь взять себя в руки.

«Наличные, наличные...» — Хонджу отвел взгляд к двум картам июня, валявшимся на столе. «Неужели опять меня сделают козлом отпущения?» Ему было все равно на проигрыш, ведь это были не его деньги. Но от одной мысли о гневе и подозрениях, которые обрушатся на него, как только Мугён уйдет, сердце Хонджу бешено заколотилось. «Я же не прикасался к картам, на этот раз я точно ни при чем!» Губы, которые без устали твердили о его невиновности, ощутили металлический привкус крови.

— Знаю я ваши дела, не так-то просто отступиться, раз уж ввязались, — Мугён, прищурившись, затянулся сигаретой.

— Вот именно! — Гу Пин, улучив момент, встрял в разговор. — Нельзя же просто так закрыть глаза, когда твои сотрудники развлекаются. Я, конечно, могу им одолжить… Вот только сейчас, сами знаете, стройка много денег требует, туго с наличкой. Если всё отдать, пару дней бизнес будет простаивать…

— Мне-то что до этого? Думал, отсрочку дать, а вы тут последние гроши выклянчиваете.

— Да нет же! Я просто говорю, дайте немного времени, и я всё верну, отвечаю! Не буду же я деньги присваивать!

— Что же делать… — протянул Мугён, постукивая сигаретой по столу. Гу Пин с управляющим Яном, заметив его сомнения, нервно сглотнули.

Хонджу отчётливо услышал этот звук.

— С шулерами расчеты должны быть чистыми. Может, расписку написать?

— Да вы что! Мы же в одной лодке!

При упоминании долговой расписки управляющий Ян подскочил, будто ужаленный. Лицо его, и без того бледное, стало совсем белым, как полотно.

Хонджу показалось, что он понимает, что сейчас чувствует Ян. То же самое он сам испытывал в далеком детстве. К счастью, воспоминания были настолько далекими, что их уже невозможно было воскресить в памяти.

— Ладно, дам вам время, но с залогом, — сказал Мугён.

— К-каким залогом?

Мугён, кивнув, глубоко затянулся сигаретой. Его узкие глаза остановились на мизинце Гу Пина. Тот мгновенно спрятал руку за спину.

— Кто же пальцы отрубает? — рассмеялся Мугён, выпуская изо рта клубы дыма. — Его заберу?

— Хонджу?

Услышав свое имя, Хонджу резко поднял голову. Сквозь дымку он встретился взглядом с Мугёном, который, казалось, не сводил с него глаз. «Сколько он уже на меня смотрит?» — Хонджу вдруг стало трудно дышать.

— Так что, нельзя? Тогда палец или глаз управляющего Яна.

— Ха-ха, да не то чтобы нельзя… просто… зачем вам Хонджу? — Гу Пин выглядел так, будто боялся, что снова придется отправиться «работать» на улице, как в прошлый раз, когда не хватало денег и нужно было срочно собрать долги.

— Да мало ли зачем. С картами он лихо управляется, я видел. — Мугён раздавил окурок о карту с пионом, валявшуюся на столе. Черный пепел осел на иероглифах «чхондан» (зеленый цвет). Изо рта Мугёна вырвался последний клуб дыма. — До тех пор, пока не вернёте деньги, залог будет у меня, идет?

Мугён поднял с пола у ног управляющего Яна небольшую сумку и начал складывать в неё увесистые пачки денег со стола. Застежка молнии, не выдержав напора, застряла на полпути. Мугён небрежно защелкнул замок и поднялся со своего места.

— Пошли, — бросил он Хонджу и легонько тронул его за плечо.

Но Хонджу не двинулся с места, словно прироc к стулу. Три пары глаз буравили его недобрыми взглядами. Особенно свирепо смотрел Гу Пин, с силой закусив нижнюю губу. Хонджу, привыкший к таким взглядам с самого детства, инстинктивно напрягся всем телом.

— Чего застыл? — раздался сзади низкий голос.

Крупная ладонь с выпирающими венами опустилась на щеку Хонджу. Длинные ресницы парня дрогнули.

— Залог и ухом не ведёт.

Хотя голос Мугёна звучал как обычно, Хонджу сразу понял, что тот раздражен. Несколькими днями ранее, когда он не смог уследить за Гу Пином, Хонджу уже слышал этот тон. Три пары глаз сверлили его спереди, а сзади раздавался властный голос. Никто не собирался ждать его вечно.

— Как думаешь, кого тебе сейчас лучше слушаться?

— …

Хонджу и сам всё понимал. Нужно было хвататься за того, кто вытянет счастливую комбинацию карт, а не за тех, у кого на руках жалкие два очка.

Стул с грохотом отодвинулся от стола. Хонджу медленно поднялся. Злые взгляды проводили его до самого Мугёна. Тот смерил парня долгим взглядом, потом резко развернулся и направился к выходу. Полы его пальто развевались в такт шагам.

Внезапно Мугён остановился, словно что-то вспомнив.

— Ах да, мадам Гу.

Мугён развернулся и, схватив Хонджу за плечо, притянул к себе. Хонджу перехватило дыхание от запаха его парфюма.

— Это не сделка, ясно?

«Сделка». Между Гу Пином и Мугёном много чего могло считаться сделкой. Но если в дело замешан Хонджу, то речь могла идти только об одном. Хонджу вспомнил, как они обсуждали, за сколько его продадут. Он подслушал этот разговор, спрятавшись за обшарпанной лестницей.

Аромат парфюма, который раньше казался Хонджу таким приятным, теперь отдавал горечью.

К утру в игорный дом потянулись посетители. Проходя по узкому коридору, Хонджу то и дело сталкивался с компаниями мужчин. Несколько раз он едва не нарывался на грубость, случайно задев кого-то плечом. Но стоило Мугёну холодно посмотреть на нарушителя спокойствия, как тот тут же ретировался, поджав хвост.

— Сидели бы дома и играли спокойно. Нечего шляться по таким дырам, — пробормотал Мугён.

Хонджу то и дело поднимал голову, пытаясь разглядеть его губы. В игорном доме стоял такой шум, что разобрать слова было практически невозможно. Мугён, словно почувствовав на себе его пристальный взгляд, посмотрел на него. Увидев, как Хонджу неотрывно смотрит на его губы, он едва заметно улыбнулся уголком рта.

— Ты выглядишь так, будто тебе не терпится, чтобы тебя продали.

— … Что? — из-за шума, доносившегося из зала, Хонджу не расслышал его слов. Он нервно облизал губы и снова попытался сконцентрироваться.

Но Мугён, не ответив, ускорил шаг.  Внезапно Хонджу пришлось практически бежать вниз по лестнице, чтобы не отстать. Он изо всех сил старался не споткнуться и не упасть. Спускаясь вниз, шум постепенно стихал, пока не остались только стук каблуков Мугёна по лестнице и шарканье кроссовок Хонджу.

— Я и с долгами помогал, и подыгрывал, чтобы тебя не побили.. — Не успел Хонджу спросить, о чём это он, Мугён продолжил: — И я даже настолько великодушен, что избавлю тебя от девственности. Тебе крупно повезло.

— Что… что вы такое говорите? — Хонджу, наконец, поняв смысл его слов, побледнел и попытался вырваться.

Но хватка Мугёна стала только крепче.

— Что-что, в машину садись, говорю, — бросил он, кивнув на припаркованную неподалеку машину.

Хонджу сглотнул ком в горле. «Судя по его словам про девственность… он что, действительно… за этим меня ведёт?» Хонджу считал Мугёна жестоким и вспыльчивым, но он и представить не мог, что тот способен на такое.

Хонджу закусил щеку изнутри, пытаясь унять дрожь. Мугён швырнул сумку с деньгами на заднее сиденье и открыл переднюю пассажирскую дверь.

— Мне… мне не интересно всё это, — промямлил Хонджу, не двигаясь с места.

Пронизывающий ветер, поднявшийся под утро, казался особенно холодным.

— Просто делай, что говорят, и всё. И не спорь со мной, — процедил Мугён, наклоняясь к нему и опираясь одной рукой на дверцу машины.

Несмотря на обычную одежду, он выглядел очень угрожающе. Слово «директор» подходило ему куда меньше, чем «бандит».

— Но… я же всё делал, что вы говорили, — пролепетал Хонджу. — И сообщения отправлял, и следил за ним, и на вопросы отвечал. Даже когда меня били…

— А в машину сесть почему не можешь, когда говорят?

Хонджу молча открыл и закрыл рот, не зная, что ответить. В принципе, это тоже входило в список его обязанностей…

— Интерес — штука такая, сегодня нет, а завтра — на тебе, — усмехнулся Мугён.

— …

— Ты и сам был таким же, — продолжал он. — Говорил, что больше не будешь за мной следить, а потом прыгнул в машину и умолял: «Пожалуйста, не приезжайте!»

Мугён нарочито растягивал слова, передразнивая его. Он смотрел на Хонджу, приподняв бровь, а потом вдруг рассмеялся.

— Или это неправда?

— Я… я всё делал ради вас, директор Мугён…

Хонджу попытался оправдаться, но Мугён, потеряв терпение, топнул ногой.

— Хватит болтать, залезай давай.

Он схватил его за затылок и грубо втолкнул на пассажирское сиденье, с силой захлопнув за ним дверь.

Хонджу замер. «Может, попробовать сбежать?» — мелькнуло у него в голове. Но бежать было некуда, да и догнать его не составило бы труда. За пятнадцать лет он пытался сбежать десятки раз, но безуспешно. Хонджу взялся за ручку двери, но тут же разжал пальцы. Лучше притвориться послушным, а там видно будет. Мугён, конечно, тот ещё тиран, но с ним можно было договориться, если не перечить.

— Куда мы едем? — спросил он.

— Какая тебе разница?

«Мы уже обсуждали это», — подумал Хонджу, невольно напрягаясь. Он смотрел в тёмное окно, пытаясь понять, куда тот его везет.

— Мне… мне завтра на работу, — пробормотал он.

— И что?

Кажется, надежды на нормальный разговор не было. Мугён игнорировал его вопросы. Хонджу безнадёжно всматривался в мелькающие дорожные знаки. Это была явно не дорога к общежитию. Вряд ли господин Мугён знал, где живут сотрудники игорного дома. Так куда же они тогда едут?

— Тогда…

— Тебя, кроме места назначения, ничего не интересует? — низко спросил Мугён, лениво постукивая пальцами по рулю.

Хонджу машинально коснулся рукой ушибленной щеки, подавляя болезненный укол.

Машина остановилась на красный свет. Вокруг не было ни души, только редкие автомобили проезжали мимо.

Хонджу чувствовал себя как на необитаемом острове — вокруг царила гнетущая тишина. Не выдержав тяжелого молчания, он повернулся к Мугёну.

— Как вам удалось выиграть ту партию? — спросил он после недолгого колебания.

Неужели его больше ничего не интересует, кроме как эта игра? Мугён усмехнулся:

— Как ты и говорил.

Ответ был кратким, но Хонджу не мог отделаться от смутного подозрения. Игроки явно были в сговоре. Не может быть, чтобы ему так просто выпала комбинация «сам кван тэн».

— Должно быть, твои молитвы о том, чтобы я не проиграл все деньги, сработали.

— …

Хонджу закусил губу и отвел взгляд. Он не молился, но действительно надеялся, что Мугён не проиграет.

Тишину пустынной улицы нарушал только рев мотора. Мугён резко нажал на газ, и Хонджу откинуло назад.

— Я бы на твоем месте спросил о другом.

— О другом?

— Что он собирается делать с залогом? Почему вдруг решил лишить меня девственности? Почему так нервничал?

Несмотря на опрятный внешний вид, Мугён вел машину агрессивно, резко дергая руль. Машина набрала скорость, и Хонджу прижало к двери.

— Или, может быть, ты хотел спросить, могу ли я погасить твой долг, используя выигранные деньги?— не оборачиваясь, бросил он.

Хонджу нервно теребил дырку на своей куртке. Все эти вопросы он и сам хотел задать, но не решался.

— …

— Ну да, конечно. Иначе ты бы не протянул пятнадцать лет в роли лопуха, — язвительно хмыкнул Мугён.

Его смешок повис в воздухе, вновь погружая салон машины в тяжелое молчание. Хонджу напрягся, не смея расслабиться ни на секунду. Он сидел как на иголках, вздрагивая от каждого движения Мугёна, от каждого его вздоха. Несмотря на прохладную погоду, Хонджу весь покрылся холодным потом.

— Выходи.

Машина остановилась у отеля. Хонджу бывал здесь раньше, но только чтобы забрать деньги, внутрь его никогда не приглашали. Он чувствовал, как с каждой минутой намерения Мугёна становятся все очевиднее.

— …

Хонджу огляделся — не сбежать ли? Но не успел он и шагу ступить, как Мугён схватил его за загривок и потащил за собой.

— Хочешь закончить, как управляющий Ян? Не пялься по сторонам, пошли!

— Я просто… посмотрел, — пробормотал Хонджу.

Лифт тихонько загудел и пополз вверх. Хонджу не знал, как объяснить свое поведение, да и Мугён не был настроен на разговоры, устремив взгляд перед собой.

Когда они поднялись на 25 этаж, Мугён снова схватил его за куртку и потащил за собой, словно собака тащит добычу. Хонджу покорно следовал за ним, кусая губы.

— Послушайте, если вы делаете это из-за того, что сказал Гу…

— Что ты хочешь сказать? — Мугён снял пальто и обернулся. — То, что ты хорошо сосёшь? Или то, что ты девственник?

— Всё, что угодно. Я буду делать всё, что вы скажете… Просто я никогда…

Мугён засмеялся, его широкая грудь тряслась от смеха. Разве так одеваются, чтобы просто сводить кого-то в отель? Он снял пальто и галстук и бросил их на подлокотник дивана.

— Вот почему ты такой зажатый. Думал, я притащил тебя сюда ради этого?

Мугён расстегнул рубашку и сделал шаг навстречу.

— Нет, я не думал…

Хонджу не успел закончить фразу. Мугён приближался, и он пятился назад, пока не уперся спиной в стену.

— Раздевайся.

Мугён резко расстегнул его куртку и стащил ее с Хонджу. Тот поспешно схватил его за руку, когда Мугён потянулся к пуговицам рубашки. Он смотрел на него широко раскрытыми испуганными глазами.

— Что ты себя ведёшь, как будто я собираюсь тебя изнасиловать?

Мугён отпустил пуговицу и, схватив Хонджу за воротник, потащил в ванную. Хонджу оглядывался по сторонам: ванная была огромной, размером с его комнату.

— Раздевайся давай.

— …

Хонджу обхватил себя руками, сжавшись от страха. Его пальцы были белыми, как мел. Мугён вздохнул и взъерошил его волосы.

— Раздевайся и иди в душ. Не выношу этого отвратительного запаха притонов.

Он, наверное, говорил о запахе сигарет, алкоголя и затхлости, который преследовал Хонджу. Мугён был помешан на чистоте, поэтому, наверное, сразу же отправил его в душ. Если дело было б только в чистоте, то Хонджу мог его понять. Вот только раздеваться на его глазах было неловко. Особенно после всех этих странных слов. Хонджу колебался, и Мугён, согнувшись в пояснице, чтобы оказаться с ним на одном уровне, склонил голову набок.

— Ты никогда не делаешь то, что тебе говорят с первого раза. Может, тебя отлупить немного, чтобы ты начал слушаться?

Хонджу поспешно замотал головой и стянул с себя рубашку. Мугён стоял, сложив руки на груди, и наблюдал за тем, как Хонджу снимает с себя одежду. Когда Хонджу остался в одном нижнем белье, он поспешно опустил глаза под пристальным взглядом Мугёна. Тот какое-то время рассматривал его худое тело, задержав взгляд на паху. Наконец, он рассмеялся — коротким смешком, полным изумления.

— Да ты, я погляжу уникальный.

Хонджу резко повернулся к нему спиной. Он нечасто видел раздетых мужчин, но и бандиты, с которыми ему приходилось жить, и Чхве были волосатыми, как гориллы.

Хонджу знал, что отличается от других мужчин, и поэтому ему было так неловко. Мугён усмехнулся и подтолкнул его в спину.

— Ты что, ещё и сам мыться не умеешь, малыш?

Дверь ванной захлопнулась, и Хонджу неуверенно оглянулся. Мугён не ушел — он стоял, прислонившись к двери.

— …

Он что, собирался остаться здесь? Их взгляды встретились, и Мугён кивнул в сторону душа. Хонджу приходилось мыться вместе с бандитами или Чхве по утрам, пока кто-то умывался, но сейчас атмосфера была совсем другой. Им не было до него никакого дела, а вот Мугёну…

Хонджу решил, что лучше побыстрее покончить с этим, и открыл кран. Из душа хлынула вода — горячая вода, которую в его полуподвальной комнате приходилось ждать целую вечность.

Хонджу принимал душ под пристальным взглядом Мугёна. Смывая с себя мыло, он украдкой поглядывал на него. Зеркало запотело, и теперь он не видел его глаз, но всё равно чувствовал на себе его взгляд.

— Мне нечего надеть… — пробормотал Хонджу.

— А зачем? Ты и так выглядишь неплохо, — рассмеялся Мугён и сделал шаг вперёд.

Хонджу вцепился в смеситель, как утопающий в соломинку. Мугён наклонился к раковине и, что-то взяв, накинул Хонджу на голову. Тот потрогал ткань и понял, что это не полотенце, а халат.

Пока Хонджу вытирался, Мугён снял с себя рубашку и отбросил её в сторону. Увидев, что он расстёгивает ремень на брюках, Хонджу выскочил из ванной, не жалея ног.

— Ха-ха!

Его никто не остановил, но смех Мугёна прозвучал так ясно, словно тот стоял у него над ухом. Хонджу заткнул уши руками и бросился в гостиную. Дверь ванной захлопнулась, и он остался один.

— Фух…

Хонджу прижал ладонь к горящему уху.

Тудум. Тудум.

Его сердце колотилось как бешеное, хотя Мугёна рядом не было.

Может, сбежать, пока он не вернулся?

Оглядевшись по сторонам, Хонджу понял, что вся его одежда осталась в ванной. Уже скоро рассвет, и он не мог выйти на улицу в одном халате.

Хонджу прошёл в самый дальний угол гостиной и прижался к стеклянной двери, ведущей на балкон. За окном было видно темно-синее предрассветное небо. Какой красивый вид… глупо любоваться восходом в такой ситуации.

— Хорошо освоился, уже любуешься видом?

Хонджу вздрогнул от неожиданности и резко обернулся. Он встретился взглядом с Мугёном и покрепче запахнул халат.

На бёдрах у Мугёна висело полотенце. Его мускулистые руки были обнажены, а на боку виднелся большой шрам. Он был чуть больше ладони в длину и казался довольно старым, судя по бледной коже вокруг него.

Дзинь.

Телефон Мугёна, лежавший на столе, завибрировал. Он взял его своей большой рукой и посмотрел на экран.

— Да. Ну и как?

Он прижал телефон плечом к уху и достал из мини-бара бутылку воды. Открыв её, он протянул бутылку Хонджу. Тот только сейчас почувствовал во рту сухость, но всё равно отказался, слегка покачав головой. Мугён прищурился и усмехнулся. Сейчас Хонджу был в таком же положении, что и те ребята в том игровом доме. Он всё равно не мог расслабиться.

— Я так и думал, поэтому взял его с собой.

Неужели это опять какой-то подвох? Может, он хочет отдать его за долги вместо денег? Что ему остаётся делать, если сам директор Мугён так решил? Хонджу вздрогнул — до него долетел холодный предрассветный воздух.

— Главное, чтобы ему не досталось.

Хонджу ничего не понимал. Кажется, речь шла не о долгах, но… он напряжённо слушал его низкий голос.

Мугён прислонился к барной стойке и сделал несколько жадных глотков из бутылки. Хонджу невольно засмотрелся на его кадык. Мугён продолжал разговаривать по телефону, не спуская с Хонджу глаз. Под его пристальным взглядом у Хонджу пересохло в горле.

— Да. Копай дальше, может, что-то и найдешь.

Хонджу быстро отвел взгляд, увидев, как Мугён облизнул губы.

Он бесцельно разглядывал его шрамы, и Мугён, заметив это, опустил глаза.

— А, это тебя заинтересовало?

Хонджу не понял, к кому он обращается — к нему или к собеседнику в телефоне. Он просто молча смотрел на Мугёна, и тот, не дожидаясь ответа, резко бросил трубку.

Он бросил телефон на диван и, взъерошив волосы, подошёл к Хонджу.

— Ты так уставился, потому что тебе интересно?

Их ноги соприкоснулись. Хонджу застыл на месте, вцепившись в халат. Мугён с удовольствием наблюдал за его реакцией, а затем схватил его за запястье.

— Ч-что вы… что вы делаете?!

Мугён притянул его руку к своему боку. Холодные пальцы Хонджу коснулись его шрама. Он хотел отстраниться, но за спиной было окно.

— Что ты поймёшь, если будешь просто глазеть? Трогай.

— Мне неинтересно! Отпустите…

Чем сильнее он вырывался, тем отчётливее чувствовал под пальцами его шрам. Мугён провел языком по губам и сделал резкий выдох.

— Я же говорил, по тебе всё видно.

Хонджу пятился назад, хотя отступать было некуда. Он уперся спиной в ледяное окно. Влажные волосы прилипли к лбу.

— Сам же говоришь, что тебе неинтересно, а сам глазеешь.

Его пальцы дрожали, но он не мог вырваться из железной хватки. От Мугёна исходила невероятная энергия, а сейчас, когда он находился так близко, Хонджу физически ощущал исходящую от него угрозу. Его босые ступни заскользили по полу.

— Или ты высматриваешь мои слабые места, чтобы потом использовать их против меня?

— Нет! Мне такое даже в голову не приходило!

Он затряс головой, и его волосы рассыпались по стеклу.

Мугён на секунду задержал взгляд на его волосах, а затем отпустил его руку и оперся обеими руками о стекло, заключив Хонджу в своеобразную клетку.

— Нельзя верить словам того, кто вот-вот проиграет.

Хонджу чувствовал себя в ловушке, зажатым между стеклом и его большим телом. Атмосфера снова стала напряженной. Он хотел вырваться, но Мугён не давал ему и шагу ступить.

— Я не…

Хонджу хотел сказать, что он не проиграет, но вовремя опомнился.

Всего несколько часов назад они сидели за одним столом, играя в карты. Его слова прозвучали бы глупо. Он просто закусил губу.

— Мы ведь были в одной лодке. Не слишком ли мало доверия между нами?

— …

— Как нам его укрепить? Как насчёт использования залога?

Назвав Хонджу залогом, Мугён потянулся к его халату. Его пальцы коснулись тонкой ткани.

— Может, спросить у мадам Гу?

Он стоял перед ним, как непреодолимая стена, его руки упирались в окно по обе стороны от головы Хонджу, не давая ему сбежать, а его взгляд словно опутывал его. Хонджу слишком хорошо знал, как выбираться из таких ситуаций.

— …

Он думал, что Мугён хоть немного лучше, чем Гу Пин. Но оказалось, что он ничем не отличается: помешан на деньгах и возбуждается при виде мужчин. Хонджу с силой сжал зубы.

— … Хаа…

Он тихо вздохнул, пытаясь успокоить себя. Наверное, Мугён не будет так ужасен, как Гу Пин. Тот хоть и насиловал его, но не заходил слишком далеко. Скорее всего, Мугён тоже не привык к мужчинам и быстро остановится, как только почувствует отвращение. Надо просто немного потерпеть.

Он уже собрался было уступить, как вдруг Мугён с силой ударил ладонью по стеклу.

— Не смей пачкать мой член тем же, чем ты трогал чужой, — прорычал Мугён.

Хонджу выпрямился и вопросительно посмотрел на него. То есть… руками?

Его рука дрожала, когда он просовывал её под полотенце. Раз Мугён не оттолкнул его, значит, он всё делает правильно. Хонджу прикусил губу. Она болела и слегка кровоточила.

— …

Его пальцы нащупали под полотенцем что-то горячее и твёрдое. Даже сквозь ткань было понятно, что член Мугёна очень большой. Хонджу неуверенно сжал его, и под его ладонью напряглись вены.

— Чёрт… — послышался над ухом его глухой голос.

Он не мог прикрыть ухо — оно было слишком близко к голове Мугёна. Его движения ускорились. Большой палец гладил головку, ладонь двигалась вверх-вниз. Ткань полотенца скользила по его пальцам.

— Ах…

Полотенце вот-вот должно было соскользнуть, и Хонджу уже видел его красную головку. Ладонь была мокрой от смазки.

— Не останавливайся, — раздался холодный приказ.

Хонджу замер. Мугён схватил его за волосы и наклонил ему голову.

— Ты что, не умеешь?

Хонджу сглотнул. Его горло болело. Он снова начал гладить его член, стараясь не дышать. Он обхватывал его ладонью, проводил пальцами по венам, тёр головку, делал всё, чтобы доставить ему удовольствие.

— …

Он поднял глаза и увидел нахмуренное лицо Мугёна. Тот был возбужден его прикосновениями.

Увидев, как лицо мужчины искажается от удовольствия, Хонджу почувствовал тошноту. Он сжал челюсти, чувствуя привкус крови во рту.

— Что так медленно?

— Кха!

Мугён резко наклонил ему голову ещё ниже. Его рука скользнула по стеклу, сжимая горло Хонджу. На бледной коже  под ней остались следы. Хонджу ускорил движения. Взгляд Мугёна скользил по его запястью, по распахнувшемуся халату, по шее и наконец остановился на его дрожащих ресницах.

— Ха… — Мугён издал хриплый смешок, наблюдая за тем, как он дрожит, но тут же застонал, сжав пальцами его волосы. Он двигался, вжимаясь в его ладонь.

— А…

Коротко простонав, Мугён излился ему на руку.

— Ха… — Он тяжело дышал, восстанавливая дыхание, а затем резко отодвинул его руку и уставился ему в промежность. Хонджу попытался прикрыться, но Мугён был слишком сильным.

— Вы кончили, что ещё надо?

— Ха, — он усмехнулся, глядя на него с презреньем. Заставил его себя рукой, а сам даже не возбудился.

На него смотрели холодные, лишенные желания глаза. Это было странно, но в то же время как-то возбуждающе. В черных глазах Мугёна вспыхнул огонек. Он резко наклонился, и их носы столкнулись.

— …

Хонджу сжал руку в кулак, пытаясь остановить дрожь. Между пальцев вытекала сперма. Они были так близко, что он видел только его глаза. Горячее дыхание Мугёна опаляло его кожу.

— Несправедливо как-то, что кончил только я.

У Хонджу звенело в ушах. Низкий голос Мугёна, звук его губ… всё это было таким громким. Он почувствовал прикосновение языка к своим губам.

— …

Его губы болели, но прикосновение языка было скорее горячим, чем болезненным. Мугён облизал его рассеченную губу. Хонджу не мог даже закрыть глаза.

— Ха-ха, — Мугён наконец рассмеялся, глядя на него сверху вниз.

Он выпрямился, и его тень накрыла Хонджу.

— Ах!

Его резко схватили за волосы. Губы Хонджу дрожали, блестя от слюны и крови. В следующий миг Мугён резко дернул его на себя.

Хонджу упал на диван. Халат задрался, оголяя бедра. Он инстинктивно попытался прикрыться, но Мугён схватил его за руку. Его пальцы скользили по липкой смазке. Хонджу встретился с ним взглядом.

— А знаешь, что меня бесит? Что ты смотришь на меня так же, как на этого старикашку.

Он опустился на диван рядом с ним, и Хонджу почувствовал холодок, исходящий от его тела. Мугён ухмыльнулся, схватил его за ноги и наклонился ближе.

— Пустите! Отпустите меня! — Хонджу отчаянно забился в его руках.

— Не хочу, чтобы ты ставил меня на один уровень с этим извращенцем.

Он пытался вырваться, но Мугён был сильнее. Халат распахнулся, оголяя грудь. Хонджу замер, прижавшись ухом к дивану.

— Так вы ничем не отличаетесь, — прошептал он.

Для него сейчас и старик, и Мугён были одинаковы.

— Ещё как отличаемся, — фыркнул Мугён и наклонился к нему, обжигая дыханием его ухо.

— Старик тебя использовал. А мы с тобой укрепляем доверие друг к другу.

Хонджу затаил дыхание.

— Ты ведь умеешь считать? — спросил Мугён.

Хонджу посмотрел на свою руку, зажатую в его руке. Бледную, тонкую, покрытую шрамами… в сперме она выглядела особенно жалкой.

Считать… Он всегда умел считать. Он мог подчиниться Мугёну и надеяться, что тот его отпустит, когда закончится строительство. А мог отказаться и остаться в этом игорном доме навсегда. Или… его отдадут кому-нибудь ещё.

— …

Хонджу умел считать. И он знал правильный ответ.

Глава 11

Губы Хонджу были влажными. То ли от крови, то ли от слюны. Липкая влага просочилась в каждую складочку на губах.

— Мы и так часто будем видеться, так что давай не будем усложнять, – произнес Мугён. — Время всё равно тратить, так хоть с удовольствием.

Мугён назвал «удовольствием» то, как он грубо прижимал его и держал силой. Гу Пин тоже всегда с удовольствием улыбался, расстегивая ширинку.

«Может, только я отношусь к этому слишком серьезно, цепляюсь за бесполезную гордость?»— подумал Хонджу.

Неужели он и правда был настолько глуп, что просто разъезжал по городу, собирая деньги, не имея ни малейшего понятия, когда сможет расплатиться с долгом? Ведь стоило ему всего несколько раз переспать с Мугёном – и он смог бы вернуть долг и навсегда забыть об этом проклятом игорном доме…  В ушах зазвенело, как обычно бывало в такие минуты.

— …

Хонджу зажмурился. Мугён воспринял это как молчаливое согласие. Он убрал руку, но Хонджу больше не сопротивлялся. Тихо рассмеявшись, Мугён подцепил пальцами задравшийся халат.

— Да на тебе живого места нет…

В его словах слышалась усмешка. Хонджу напрягся, выгнув спину. От каждого прикосновения его ресницы дрожали. Полностью стянув халат с ягодиц, Мугён крепко сжал его бедра. Хонджу вздрогнул и распахнул глаза.

— П-подождите…

— Не двигайся.

— Нет, пожалуйста, не надо!

— Хватит ломаться, раздражаешь.

Мугён обхватил Хонджу за талию одной рукой и слегка приподнял. В образовавшуюся щель он подложил небольшую подушку. Когда Мугён убрал руку, подушка придавила его, и Хонджу почувствовал давление своим членом. Мягкая, но грубая ткань халата только усиливала трение. Пальцы ног поджались.

— Вот почему я ненавижу девственников.

Большая ладонь сжала его ягодицы, и Хонджу уткнулся лицом в диван. Волосы упали на лоб, закрывая обзор.

Он уже слышал эти слова. Хонджу, стиснув зубы, лишь дрожал всем телом. Мугён грубо сжал его ягодицы, оставляя красные следы. Проведя пальцами по пылающей коже, он большим пальцем раздвинул ягодицы.

— В прошлый раз ты так сладко стонал, — произнес он. — Чего молчишь?

Между худыми бедрами виднелась поджатая мошонки. Мугён облизнулся, глядя на эту округлость. Он и раньше считал Ку Хонджу привлекательным. Но вид того, как он сидел, сжав в руке ярко-красную игральную карту и опустив глаза, разжег в нём аппетит. Длинные ресницы отбрасывали тень на синяк под глазом. Отметины на бледном лице вызывали не жалость, а совсем другое чувство. Он представил, как из его приоткрытых губ вырвется стон, и почувствовал необычную жажду.

— Ха…

Хонджу втянул воздух, когда он провел пальцем по его члену. Он беспомощно ерзал, пытаясь вырваться, но все было тщетно.

— Тц, — Мугён прищурился и цокнул языком. — Не любишь по-хорошему?

Он резко отбросил полотенце и на коленях подвинулся ближе. Хонджу вздрогнул, услышав, как скрипнул диван под его весом.

— А... А-ах...

Длинные пальцы обхватили бледные ягодицы. Большой палец медленно скользнул к проходу. Провел по напряженному сфинктеру, быстро прошелся по промежности. Хонджу дернулся и почувствовал, как напряглись мышцы под пальцами. Мугён приподнял уголки губ.

— Вот так-то лучше.

— П-подождите...

Хонджу затрясся, не в силах контролировать себя. Он протянул руки назад и обхватил Мугёна за бедро. В этом жесте читалась попытка оттолкнуть его, но выглядело это скорее как неуверенное ласкающее прикосновение.

— Вот теперь ты начинаешь меня понимать. — Мугён просунул руку между ног Хонджу.

Он положил ладонь плашмя, сжал его член, прижатый к подушке. Хонджу дёрнулся и попытался вывернуться. Мугён обхватил его полностью и другой рукой крепко прижал его к дивану за талию.

— Ах!

Хонджу прикусил губу и уткнулся лицом в диван. Он отчаянно вертел головой, и с каждым движением на шее проступали сухожилия. Мугён не сводил глаз с его покрасневшей шеи, быстро двигая рукой вверх-вниз. Это походило не на ласку, а скорее на попытку подчинить его.

— П-подождите...

Жар, исходивший от руки Мугёна, грубая ткань халата, трущаяся о головку, давление... Он чувствовал дрожь в коленях, жар в нижней части тела. Всё это — незнакомые, новые ощущения. Хонджу зажмурился, чувствуя, как к лицу приливает кровь. Перед глазами поплыли белые пятна.

— Так ты, оказывается, чувствительный, — произнес Мугён.

Он раскрыл ладонь, словно стирая что-то с его члена. Хонджу вздрогнул. Челюсть болела от того, что он сильно стискивал зубы. Ладонь Мугёна, двигавшаяся вверх-вниз, стала влажной. Раздавались чавкающие звуки, как будто он протирал что-то мокрое. Мугён ухмыльнулся, глядя на блестящую ладонь.

— И чего ты прикидываешься таким невинным, если уже течёшь? — усмехнулся он. — Не говори, что тебе не нравится.

— Ах...

Хонджу изогнулся, пытаясь вырваться, но Мугён крепко прижимал его к дивану. Он уперся локтями, выгнул спину и задрожал. Движения руки Мугёна ускорились, и на простыню под ним полились капли семенной жидкости.

— А-ах...

Мугён продолжал сжимать и гладить его член, пока Хонджу кончал. Он взял его влажный член и несколько раз тряхнул им над подушкой.

Его сперма разбрызгалась по ней.

— Как неприятно липко. — сказал Мугён, но уголки его губ были приподняты в усмешке.

— Ха... Ха...

Хонджу часто дышал, бессмысленно моргая. Он приподнялся и опустил глаза, осматривая себя. В какой-то момент халат полностью распахнулся, а по дивану и подушке растекалась вязкая белая жидкость. Он увидел большую грубую руку, которая продолжала ласкать его снизу.

— Тц, чертов мальчишка, как же ты меня бесишь.

— …

У Хонджу не осталось сил даже ответить на этот издевательский смешок. Голова была пуста.

Он хлопал влажными ресницами, когда Мугён всей тяжестью навалился на него.

— Ох…

От такого бесцеремонного обращения Хонджу снова оказался прижатым к дивану. Раздался непристойный звук: пропитанная спермой обивка прилипла к животу и бедрам. Лицо горело огнем, но стоило чему-то горячему и твердому уперся в ягодицы, как сознание прояснилось.

— Хватит…

— С чего бы?

Хонджу не знал, кончил ли тот за это время или просто размазал его сперму. Головка его члена была скользкой и твердой. Он попытался вырваться, но Мугён навалился сверху, не давая ему пошевелиться. Хонджу изо всех сил повернул голову вправо. Внезапно перед его лицом возникла большая рука, вся в белой жидкости.

— Ты, наверное, даже не дрочишь?

Он сложил пальцы вместе, а затем развел их, растягивая сперму, словно паутину. В то же время он медленно приподнял бедра, прижимаясь эрегированным членом к его ягодицам. Они были обнаженными, влажными и липкими.

— Если нет смазки, придется увлажнить вот так.

Рука, которую он видел сквозь пелену перед глазами, исчезла. Мугён комментировал свои действия, словно объясняя этапы секса. Мугён  проник между его ног и резко развел колени.

— Разведи ноги.

— Ах…

Одна нога Хонджу соскользнула с дивана, так как его бедра были разведены слишком широко. Горячий член уперся ему в промежность. Он скользнул по внутренней стороне бедра, словно пытаясь найти дорогу, а затем коснулся мошонки Хонджу, влажной от спермы.

— М-м...

Хонджу крепко сжал губы, сдерживая стон. Его захлестнули страх и ужас. Сверху послышался смешок.

— Чего ты так боишься?

Головка члена, скользившая по его промежности, теперь терелась о вход. На коже оставался влажный след. Мугён сильно надавил головкой на сжатое отверстие. Твердый член не смог проникнуть внутрь и только терся о его ягодицы.

— Ах…

Мугён нахмурился, сдерживая стон. Он хотел просто припугнуть Хонджу, но член стоял так, что казалось, сейчас взорвется. Он лихорадочно огляделся.

— Черт, и нет ничего.

В этом отеле, где они остановились

по дороге после игры, не было презервативов. Да и если бы они были, то вряд ли бы ему подошли. Мугён раздраженно цокнул языком, глядя на беззащитную шею под собой.

— Да по хрен, все равно Ку Хонджу только и ждет этого.

Не стоит церемониться. Мугён сжал его член в кулаке.

—Ах…

Мугён начал имитировать половой акт, водя членом между ягодиц, перепачканных спермой. Чтобы твердый ствол не вошел внутрь, он прижался к нему всем телом и начал двигать бедрами. Он толкался пахом вверх, а затем снова отстраняясь. Из-за трения твердого члена о нежную кожу от поясницы до ягодиц Хонджу протянулась красная полоса.

—Ха...

Его худое тело бессильно вздрагивало при каждом движении бедер Мугёна. Диван под их тяжестью скрипел. Но Хонджу, прижатый к дивану, лишь изредка прерывисто вздыхал, крепко сжав губы.

Мугён оперся предплечьем о диван рядом с головой Хонджу. Его вес перенесся на него, и он начал двигаться еще сильнее.

Снова послышался лишь звук сминающейся подушки. Хонджу дрожал, крепко сжав кулаки.

— Эй, издай хоть какой-нибудь звук.

— А!

Мугён нахмурился и потянул его за волосы. Он приподнял его голову за волосы и коснулся губами ушиба на скуле Хонджу. Выпуклые ключицы Хонджу дернулись – он явно нервничал.

— Мы же не трахаемся по-настоящему, чего ты такой скованный?

С каждым движением его губ что-то влажное касалось их. Он опустил глаза и увидел мокрые ресницы Хонджу.

—....

Внезапно в его груди вспыхнуло горячее чувство. Он и раньше знал, что Ку Хонджу — существо слабое и беззащитное, но вид его слез пробудил в нем что-то новое. Что это за чувство? Желание мучить его еще больше?

— Плачь.

Он начал двигаться еще быстрее, и тело Хонджу затряслось сильнее. Халат сполз с его плеча.

— Ах...

Сквозь плотно сжатые губы вырвался лишь тихий стон.

— Черт...

Мугён резко отстранился, выдыхая горячий воздух сквозь сжатые зубы. Он нахмурился и схватил Хонджу за шею, сильно сжимая ее пальцами до побелевших костяшек.

— А, ах...

Хонджу застонал от боли, уткнувшись лицом в спинку дивана. Мугён не обратил на это внимания и продолжил тереться об него, двигая бедрами все быстрее.

— А...

Он почувствовал, как по низу живота разлилось острое удовольствие. Член, прижатый к мягким ягодицам, излился. Брызги спермы белой дорожкой потекли по спине Хонджу. Пальцы, сжимающие его шею, сомкнулись еще сильнее.

— А... А...

Он сильнее прижался к нему, и его член скользнул по влажной коже. Сперма разлетелась во все стороны. Мугён продолжал двигаться, с силой ударяясь о его ягодицы.

— Будешь и дальше молчать — в следующий раз трахну тебя прямо в игорном доме, ясно?

Его бедра, соприкасающиеся с кожей Хонджу, были влажными. Мугён сжал свой член и несколько раз шлепнул им по разгоряченной коже. Капли спермы стекали с его члена на бедро Хонджу.

— Не отстану и буду трахать, пока не закричишь. Понял?

Он прерывисто дышал, наконец-то раз разводя пальцы на шее Хонджу.

— А...

Хонджу жадно глотнул воздуха и уткнулся лбом в диван.

Мугён лениво наблюдал за тем, как тот прижимает ладонь и хлопает себя по уху, а затем неторопливо поднялся. Он не сомневался, что Хонджу не услышал его последние слова.

Подняв с пола валявшееся у дивана полотенце, Мугён направился в ванную. Хонджу все еще лежал на диване, уткнувшись лбом в подушку, и крепко зажмурив глаза. В заложенном ухе стоял оглушительный звон, к которому примешивался стук его собственного сердца и прерывистое дыхание, не давая прийти в себя.

— Хаа..

Он еще несколько раз хлопнул себя по уху ладонью, и звон начал стихать. Хонджу сконцентрировался на ощущениях в ухе. Мугён подошел к окну, задернул шторы и прошел мимо, даже не взглянув на него. Вскоре послышался шум льющейся воды. Лишь тогда Хонджу медленно поднялся. У него кружилась голова, и он едва не упал обратно.

— Ох...

Он помассировал затекшую шею и с трудом опустился на колени. Сперма, оставшаяся на его бедрах и ягодицах, теперь пачкала и его лодыжки. Липкая, неприятная. Хонджу посмотрел на себя и подтянул сползший халат.

— ...

Он принялся вытирать сперму Мугёна, все еще оставшуюся на его коже. Но липкая влага, въевшаяся под ногти, не желала исчезать.

Щелк.

Дверь ванной открылась, и Хонджу поспешно прикрыл ноги халатом.

— Блять.

Мугён чертыхнулся и поторопил его с мытьем, собрав с пола их одежду. Среди вещей Хонджу заметил и свои собственные. Пока тот отвлекался на одежду, Хонджу осторожно наклонился и вытер пол под ногами.

— Черт...

Он быстро поднялся на ноги и вытер лодыжки и ступни халатом. Мугён был невероятно чистоплотным – он бы точно не оставил без внимания грязный пол.

А значит, если он передумает, никакой сделки не будет.

Нельзя этого допустить.

— ...

Теперь, когда он узнал, насколько велико влияние Мугёна, он не мог позволить ему уйти. Лучше бы он этого не знал.

Быстро вытерев пол, Хонджу прошел мимо Мугёна в ванную. Его взгляд упал на валявшуюся на полу куртку, которую тот бросил, как ненужный хлам.

«Когда я расплачусь с долгами и уйду отсюда, то первым делом куплю две теплые куртки.»

Одну для него, а другую… для отца, лицо которого он уже с трудом мог вспомнить. «Но как же я его найду? Кажется, Гу Пин говорил, что он уехал на Филиппины..»

Хонджу остановился на пороге ванной и оглянулся. Мугён разминал шею, уткнувшись взглядом в телефон.

— ...

«А что, если директор Мугён...?»

Его усталый взгляд задержался на спине Мугёна.

Глава 12

— Вставай.

Хонджу лениво моргнул, потревоженный прикосновением к плечу. Как только затуманенный взгляд прояснился, он увидел Мугёна в безупречном костюме. Сон как рукой сняло, Хонджу поспешно поднялся.

— Ты что, телефон не заряжаешь?

Эту фразу он часто слышал от Гу Пина. Заметив, как нахмурились брови Хонджу, Мугён усмехнулся и бросил телефон ему на бедро. Телефон, который едва работал от внешнего аккумулятора, теперь был полностью заряжен.

— Гадюка следил, я не мог найти момента, — начал оправдываться Хонджу, но Мугён, не слушая, развернулся и вышел. Хонджу взял телефон и стал вертеть его в руках.

Он точно помнил, как лежал на боку на диване и долго ворочался. Из-за страха, что Мугён может снова к нему прикоснуться, он никак не мог сомкнуть глаз. Задернутые шторы не давали понять, как светло стало на улице, поэтому он просто моргал и, должно быть, в итоге уснул.

— Ты серьезно отдал деньги за эту хрень?

Вернувшийся Мугён держал в руках его одежду. Судя по идеально разглаженным складкам, ее постирали.

— Будешь это носить или нет? — бросил Мугён, усмехнувшись и схватив пальцами его куртку. У Хонджу перехватило дыхание.

Тонкий пуховик бессильно смялся в его руках.

— …Хотя бы в этом меня будут бить не так больно.

Это правило он усвоил на собственном горьком опыте. Бывало, что Хонджу усердно работал, получал тумаки, но все равно не мог собрать нужную сумму. А потом, вернувшись, получал еще и от Гу Пина или управляющего Яна. Именно поэтому он не мог позволить себе выбросить этот пуховик, который даже от холода толком не защищал. Чтобы его били не так сильно, и чтобы когда-нибудь накопить на новый.

— Да что ты говоришь?

Мугён фыркнул и бросил одежду на диван. От чистого белья, без единой пылинки, исходил приятный незнакомый аромат. Пока Хонджу убирал пакет, Мугён подошел к окну и кому-то позвонил.

— Да, это я.

Он отдернул шторы, в комнату хлынул яркий свет. Хонджу, привыкший к темноте, зажмурился, но продолжал наблюдать за Мугёном. Тот стоял спиной, подставляя все свое тело теплым лучам зимнего солнца, и вдруг обернулся.

— У нас тут кое-какие расчеты… Да, четыре миллиона с долга Ку Хонджу спишем.

Хонджу, наконец, понял его слова, и глаза его округлились. Мугён лишь повел плечом, наклонив голову. В прошлый раз это был миллион вон. Для Хонджу это были огромные деньги, но сейчас сумма была в разы больше. Его долг, который составлял почти пятнадцать миллионов вон, сократился на целую цифру. Благодаря тому, что этот мужчина просто взял и списал ему еще четыре  миллиона.

— Ты же говорил, налички нет? Что поделать, приходится идти навстречу партнерам.

Он услышал шлепанье тапочек, приближающихся к нему.

— Об этом потом. — Мугён безразлично закончил разговор, зажав телефон между большим и указательным пальцами, и легонько щелкнул Хонджу по щеке. Там остался синяк, но Хонджу даже не почувствовал боли от такого прикосновения.

— Достаточно ли это для проявления доверия?

Он с легкостью отказался от четырех миллионов вон, произнося при этом такие неуместные слова, как «доверие» и  «благодарность». Хонджу молчал, пока Мугён не ушел на кухню, чтобы налить себе воды.

Он промолчал.

— …

Неуловимое чувство свободы скользнуло по его пальцам, словно птица.

Вот так быстро списываются долги, если делать подобные вещи. Деньги, как и всегда, были мощным рычагом воздействия на людей.

Когда для других наступило время выбирать, что съесть на ужин, Хонджу и Мугён только сели за свой первый за день прием пищи. Хонджу впервые ел в лаунж-зале, но он практически не притронулся к еде, лишь лениво ковыряя ложкой суп.

По пути к игорному дому Мугён купил ему толстый пуховик. Новый был не сравнить со старым — теплый, мягкий, уютный.

— В этом тебя будут бить еще сильнее. Мадам Гу понравится.

Слова эти звучали почти как издевка, но, взглянув на ценник, Хонджу надолго потерял дар речи. Это определенно было слишком дорого для шутки. Неужели и это благодарность за доверие? Или задел на будущее? Непонятная доброта Мугёна ставила его в тупик.

Они сели в машину и поехали обратно к игорному дому. Когда проезжали мимо уродливого переулка со сносящимися зданиями, Мугён заговорил:

— Тот игорный дом, наверное,  выглядел так же. Мадам Гу повезло избежать подобной участи.

— …

—  С одними бандитами он бы не провернул такое дело. Наверняка у него есть связи в полиции и не только.

— Не знаю, — ответил Хонджу, глядя в окно. Слова эти прозвучали грубовато, но он не мог заставить себя говорить иначе. Жизнь научила его разговаривать именно так, и изменить эту привычку было непросто. Машина плавно остановилась на светофоре.

— Если бы ты, Ку Хонджу, захотел, ты бы знал.

Большая ладонь легла на затылок Хонджу и погладила. Мугён еще не надел перчатки, и его пальцы мягко скользнули по волосам, но, несмотря на эту кажущуюся нежность, в его голосе чувствовалась угроза.

«Как бандиты, когда запугивают» — подумал Хонджу, закусив губу.

Долгое молчание нарушил его тихий голос:

— …Городская администрация. Они приходили несколько раз, предлагали свои услуги. Меньшая процентная ставка по кредитам в обмен на информацию о проверках и сносе зданий. Ну и обещали, что если возникнут проблемы, то все уладят.

— Имена?

— Не знаю, не помню. Помню только, что звали их Пак и Ким, — ответил Хонджу, отводя взгляд в сторону. Он заметил перекресток с магазином, где они были с Гадюкой. Что было бы, если бы в тот день он не встретил здесь Мугёна? Если бы не сказал, что плетет заговор против него? Если бы Мугён, ничего не подозревая, попал в ловушку и потерял деньги? Наверное, его долг точно так и остался бы прежним.

Машина плавно остановилась на красный свет. Мугён ритмично постукивал пальцами по рулю, делая глубокие вдохи и выдохи.

— Хм… Лица помнишь?

— Вроде бы, да…

— Если мадам Гу будет допытываться, что ты делал, скажи то же, что и вчера, — сказал Мугён, протягивая ему бутылку воды из держателя. Вода была нетронутой, и Хонджу прокрутил бутылку в руках. Это был последний шанс попить перед тем, как они вернутся в игорный дом.

— Что именно?..

— Что мы не разговаривали, потому что ты был слишком занят. Мыл меня, возбуждал, разводил ноги. Вот что скажешь, — сказал Мугён, глядя, как вода переливается в горле Хонджу.

— …

Так вот что он имел в виду, говоря, что «научил» его. Хонджу поспешно отвел взгляд, держа бутылку. Жадно глотая воду, он почувствовал на себе липкий взгляд Мугёна.

— Может, мне напомнить, чтобы ты лучше запомнил? — спросил Мугён, глядя на Хонджу.

— Н-нет, — пробормотал Хонджу, не отрывая губ от горлышка бутылки. Он отпил большой глоток и повторил:

— Не надо.

Мугён ухмыльнулся, и машина медленно проехала перекресток.

Хонджу выпрямил спину и заерзал на сиденье, как только они свернули в знакомый переулок. Он облизывал губы, тер колени, нервно смотрел в окно. Мугён заметил его состояние краем глаза.

— …

Чем ближе они подъезжали к игорному дому, тем сильнее становилось беспокойство Хонджу, но Мугён не подавал виду, что замечает это. Он ведь велел ему вести себя так, как будто между ними что-то есть. Гу Пин был слишком прожженным типом, чтобы ставить под сомнение слова человека, который держит его за горло.

«Вот и приехали.»

Управляющий Ян сидел, закинув ноги на старый железный стол. Увидев Хонджу, он нахмурился, но затем тотчас вскочил на ноги, заметив Мугёна. Он опустил телефон, нервно облизывая губы. Свет от вывески отражался от его золотых зубов.

— Сказали, что нужно выйти на работу.Это не терпит опозданий, — сказал Мугён, подходя ближе.

Управляющий Ян неловко пододвинул ему стул.

— Кому? Хонджу?

Мугён остановился и, резко развернувшись, щелкнул пальцами, подзывая Хонджу к себе. Хонджу неуверенно подошел, и тот потянул его за капюшон пуховика, усаживая на стул.

— Ага. Радуйтесь, какой у вас ответственный сотрудник.

Их взгляды случайно встретились, когда Хонджу садился на стул. Но управляющий Ян отвел глаза первым и посмотрел в сторону коридора. На его подбородке виднелся синяк. Неужели это работа Гу Пина? За то, что вчера неправильно карту сдал?

— А, директор Мугён приехал!

Гу Пин вышел из одной из комнат, растягивая губы в фальшивой улыбке. Мугён, который разглядывал стол, медленно повернул голову.

— Полдня не прошло с нашего разговора. Не слишком ли вы рады меня видеть?

— Я всегда рад вас видеть. Ваше место, как всегда, свободно. — Гу Пин широко улыбнулся, указывая на комнату в конце коридора. Хонджу почувствовал в его улыбке злобу. Раз не удалось обыграть вчера, значит попытается другим способом.

Придумает новую схему или натравит на него своих дружков-бандитов.

— Я думал, вы принимаете гостей.

— Да так, вчера моя бывшая заходила. Но эта комната специально для вас, директор Мугён…

Гу Пин заискивающе улыбался, пытаясь затащить Мугёна в комнату. Тот медленно пошел за ним, держа руки в карманах.

— Черт, — пробормотал себе под нос управляющий Ян. Хонджу не спускал глаз с удаляющихся фигур. Ему приходилось напрягать слух, чтобы разобрать, о чем они говорят.

— Может, сыграем? Гадюка с сегодняшнего дня выбывает. Управляющий Ян тоже здесь.

— Вы вчера проигрались и теперь бредите?

— Деньги — штука наживная. Сегодня проиграешь, завтра выиграешь, — сказал Гу Пин.

«А, так он хочет вновь втянуть его в игру!» — понял Хонджу.

Было очевидно, что после их ухода подчиненные Гу Пина перемывали им косточки. Он же, скорее всего, уже придумал, как отомстить за вчерашний проигрыш. Хонджу становилось не по себе от этой приторной улыбки.

— На этом и закончим. Забудь о своих деньгах. Попытка их вернуть дорого тебе обойдется.

Гу Пин остановился. Мугён обернулся. Он стоял, слегка наклонившись вперед, и держал в руке несколько купюр.

— Это вам за вчера.

Мугён сунул деньги ему за воротник. Хонджу видел, как трясется шея Гу Пина, хотя тот и старался держать себя в руках.

— Сходите, возьмите выпить чего-нибудь прохладного, мадам Гу, — сказал Мугён, улыбаясь кончиками губ. Он похлопал его по плечу и направился к комнате, развевая полами пальто.

— Мелкий ублюдок, — прошипел управляющий Ян, ударив кулаком по столу. Мугён даже не обернулся.

Гу Пин еще некоторое время простоял в коридоре, затем резко развернулся. Лицо его было красным от гнева, на шее пульсировала вена, губы дрожали. Хонджу с удовлетворением наблюдал за ним.

— Черт, как же отомстить этому гаденышу? — Гу Пин швырнул деньги на стол. Одна из купюр упала к ногам Хонджу. Управляющий Ян, поднимая деньги, кивнул на Хонджу.

— Гу Пин, не при нем же об этом говорить! Он же сразу побежит докладывать!

Взгляд Гу Пина устремился на Хонджу.

— А, ну молчать! Я же тебя предупреждал, что будет, если проболтаешься!

Огромная ручища рассекла воздух. Хонджу зажмурился, ожидая удара.

— Я же сказал, воды мне принесите!

Гу Пин резко повернул голову на раздраженный голос. В конце коридора показался Мугён, он стоял, сложив руки на груди, и смотрел на них. Лицо Гу Пина выражало смятение: услышал ли тот его слова? Хонджу осторожно поднялся.

— Я сейчас принесу.

Пока он доставал бутылку воды из холодильника, Гу Пин и его заместитель не проронили ни слова. Хонджу прошел мимо них и остановился перед Мугёном, тот снял перчатки. У него были большие руки с длинными пальцами, и Хонджу снова почувствовал приступ страха.

Неужели он снова будет его душить?

Мугён притянул его к себе и прошептал на ухо:

— Ну что, хочешь, чтобы он сдох?

Хонджу чувствовал на своем плече его дрожь.

— Посмотри на него, еще немного, и лопнет от злости.

Лицо Гу Пина было искажено яростью.

— Неинтересно же так быстро с ним расправляться, — прошептал Мугён, беря у него из рук бутылку. — Нужно, чтобы он помучился.

Он обнял Хонджу за плечи и открыл бутылку. Звук воды, которую он пил большими глотками, казался Хонджу невыносимо громким.

Мугён допил воду и отстранился, вручая пустую бутылку Хонджу.

— Иди.

Он развернулся и вошел в комнату.

— …

Хонджу с пустой бутылкой в руках вернулся к столу. Три пары глаз неотрывно следили за ним, и он решил, что ему лучше не садиться. Он уже собирался начать уборку, как вдруг его кто-то схватил за куртку.

— Ты что, взаправду переспал с этим ублюдком? А? И что это еще за шмотки на тебе?

— Он, что ли, теперь будет решать, кому здесь деньги зарабатывать?!

Они накинулись на него с двух сторон, словно два цербера. И это после того, как сами же и подтолкнули его к Мугёну, говоря, что нужно вернуть долг! Хонджу с силой сжал в руке пластиковую бутылку.

— Чего же вы хотели? Мадам Гу получил, что хотел.

— Ты еще смеешь перечить, щенок?! Когда нужно было, не хотел, а как долг возник, так сразу ноги раздвинул!

— А вы…

Он хотел было сказать: «А вы зачем тогда так плохо карты сдавали?», но вовремя прикусил язык, вспомнив об испепеляющем взгляде управляющего Яна.

— Мадам Гу пожалел денег. Заплатил бы побольше, и без долга согласился бы.

Гу Пин растерянно замолк и посмотрел на управляющего Яна. Тот, казалось, совсем не был в курсе происходящего.

— Ты что себе позволяешь?! — заорал Гу Пин на Хонджу.

Хонджу уже приготовился к удару, но тот так и не последовал, — похоже, Гу Пин все-таки побоялся Мугёна.

— Дяденька, новые карты! — послышался из-за спины Гу Пина незнакомый голос.

— Уже несу! — Хонджу вскочил со стула и взял карты. Он с удовольствием уходил от стола, за которым воцарилось неловкое молчание.

После этого Хонджу, как ни в чем не бывало, продолжил убираться и выполнять мелкие поручения. Иногда он перекидывался парой фраз с бандитами, иногда обменивался взглядами с Гадюкой. При этом он не упускал из виду Гу Пина, тайком наблюдая за ним. Проходя мимо его комнаты, он старался заглянуть внутрь.

— …

Мугён сидел, уткнувшись в телефон. Хонджу уже начинало мучить любопытство: что же он там постоянно смотрит? Но он отвел взгляд и собрался было уйти.

— Опять просто так уйдешь?

Хонджу остановился и нехотя повернулся. Мугён все так же смотрел в телефон, но уголки его губ были приподняты в улыбке.

— А мадам Гу…

— Спит.

— Быстро же он.

Мугён ухмыльнулся и поднес телефон к уху.

— Алло, мадам Гу?

Хонджу, смотревший в пол, резко поднял голову. Не прошло и полминуты, как тот сказал, что Гу спит. Неужели он специально позвонил, чтобы разбудить его?

— Не могли бы вы подтвердить, что долг погашен? Ах да, не важно… — Мугён поболтал ногой в воздухе. Эта развязная поза совершенно не сочеталась с его дорогой одеждой. — Просто я не очень ему доверяю.

Хонджу, молча смотревший на носки его ботинок, медленно поднял взгляд. В голосе Мугёна звучала улыбка, но лицо его оставалось непроницаемым.

Хонджу вдруг понял, что Мугён — не тот, кем кажется. Его имя, род деятельности, даже эта история с Гу Пином — все казалось Хонджу фальшивым, сыгранным.

— Спасибо.

Мугён закончил разговор и хрустнул пальцами.

— Свободен.

— … Хорошо.

«Мугён — действительно странный и непонятный тип, — подумал Хонджу. — Вчера вел себя так, будто сейчас изнасилует меня, а сегодня словно мстит за меня Гу Пину и даже интересуется моим долгом».

— …

Из конца коридора, растрепанный и запыхавшийся, выбежал Гу Пин. В руках он держал знакомые Хонджу документы: долговую расписку и выписку с процентами за последние 15 лет. Гу Пин хранил их в сейфе и позволял Хонджу видеть их всего несколько раз в год — и то не дольше десяти минут за раз. И каждый раз Хонджу, словно одержимый, вглядывался в эти бумаги, проверяя, все ли цифры верны.

— Посторонитесь! — крикнул Гу Пин, размахивая руками.

Хонджу прижался к стене, пропуская его.

— …

«Мугён — человек непонятный, — подумал Хонджу, — но одно ясно наверняка: с его помощью я смогу выбраться из этого ада». Ему казалось, что он, словно пустынный странник, видит на горизонте долгожданный оазис.

— Эй, принеси-ка нам холодного пива! — донеслось у него за спиной.

— Уже несу, — отозвался Хонджу и направился к столу, за которым в небольшом отгороженном пространстве находился мини-бар.

Он налил два стакана пива и, доставая лед из холодильника, подумал, что все это уже до боли ему осточертело. Он поставил стаканы на поднос и отнес их в комнату.

— Пиво принес.

— А, спасибо, спасибо.

Мужчина, даже не посмотрев на Хонджу, бросил на край стола несколько купюр. Судя по всему, это были чаевые — и довольно щедрые. Хонджу поклонился и, пряча деньги во внутренний карман куртки, подумал, что побольше бы таких разов — и он смог бы расплатиться с долгом быстрее.

— Дядя, ничего себе шмотка! Денежки завелись? — крикнул кто-то из сидящих за столом мужчин.

Все мгновенно уставились на Хонджу.

— Точно, бренд какой-то, — раздался насмешливый голос, и вскоре вся комната наполнилась издевками.

Раньше Хонджу бы испытал унижение от такого отношения, но сейчас его волновало только одно: сколько еще чаевых ему нужно получить, чтобы выплатить долг.

— Интересно, настоящий?

— Кто знает, подделки теперь тоже неплохо делают.

Хонджу, не обращая внимания на насмешки, поклонился и вышел в коридор. Дверь в комнату была открыта, и ему показалось, что, переступив через порог, он словно сделал глоток свежего воздуха.

Вместо того чтобы идти за

Гу Пином, Хонджу направился в конец коридора.

— Ты, конечно, придурок, — услышал он голос Мугёна, — но раз уже столько лет тут продержался…

Он разговаривает по телефону? — Хонджу заглянул в комнату и мгновенно встретился взглядом с Мугёном. Тот, переложив телефон в другую руку, взял со стола сигарету и щелкнул зажигалкой о белый фильтр.

— Он неплохо справляется, — сказал Мугён, кивнув на Хонджу. — Но лишние глаза нам не помешают.

Хонджу не понимал, чего от него хотят. Мугён зажал сигарету в зубах и приподнял брови.

— …

«Он хочет, чтобы я её прикурил?» — Хонджу неуверенно вошел в комнату и взял со стола зажигалку. Мугён слегка наклонил голову. Хонджу разглядывал его гладкий лоб, прямой нос, едва заметную складку на месте, где обычно было видно двойное веко Мугёна, когда тот прищуривался.

В этом лице не было ничего общего с насилием и болью. Хонджу вспомнил, как нащупал пальцами шрам.

— Да, это займет время, но такой способ надёжнее, — сказал Мугён. — И деньги сэкономим, что тоже неплохо.

Хонджу чиркнул зажигалкой. Фильтр сигареты затлел, тонкая струйка дыма потянулась вверх. Мугён медленно выдохнул.

— Зато развлечение какое-никакое, — сказал он, глядя на Хонджу сквозь дымку.

«Развлечение». Мугён и вчерашнюю ночь назвал «весельем». Хонджу вспомнил, как Мугён тяжело дышал, как сжимал его, как настойчиво и грубо доводил его до исступления, несмотря на его протесты. Вспомнил липкую жидкость на животе и бёдрах…

—  …

Мугён сам закрыл зажигалку. Хонджу вздрогнул, словно очнувшись от сна. Он резко развернулся и выбежал из комнаты.

И о чём задумался?

Хонджу шёл по коридору, стараясь не думать ни о чём, кроме свободы.

Ведь он был его единственной надеждой в этом проклятом месте. Но сейчас, решил Хонджу, лучше держаться от Мугёна подальше. Он тряхнул головой и протер глаза, пытаясь избавиться от воспоминаний о прошлой ночи.

Хонджу подошел к столу, за которым сидел один из людей Мугёна.

— Мадам Гу в комнате? — спросил Хонджу.

— Да, он только что вошел.

Это был один из двух новых телохранителей, которых привел с собой Мугён. Хонджу они казались странными. Зачем нужна такая бдительность в этом тесном, обшарпанном доме, где все друг друга знают? В отличие от Чхве, который то и дело отвлекался на телефон или сигарету, эти двое не спускали глаз с окружающих и никогда не разговаривали друг с другом.

— Хорошо.

Хонджу прошел мимо телохранителя к комнате с сейфом. Гу Пин терпеть не мог, когда его беспокоили во время сна, поэтому Хонджу старался не шуметь.

— … Попробуем, — донеслось из-за приоткрытой двери. Это был голос управляющего Яна.

Хонджу остановился.

— … Надо подсадить к ним наших людей.

Хонджу понял, что они замышляют недоброе, и прижался к стене. Он приложил ухо к двери, пытаясь расслышать разговор.

— … Проблема в том, что у него влиятельные родственники. Если поднимется шум… Ты уверен, что эти ребята справятся?

— Если найдем хоть одну улику — дело в шляпе. Думаешь, он первый, кто проигрался в пух и прах?

Хонджу поймал несколько слов, и в его голове стала вырисовываться ужасная догадка. Хотя имена не назывались, он был почти уверен, что речь идет о директоре Мугёне.

— Черт, не знаю… Найдем кого-нибудь. Этот богатый ублюдок себе могилу роет! Тьфу!

Хонджу специально наступил на сухую доску и подошел к двери. Он несколько раз неуклюже дернул за ручку, изображая путаницу, и наконец открыл дверь.

— Дверь починить надо, — сказал он.

— Что? А, это ты… Ты давно пришел?

— Только что. Господин Ким из компьютерного клуба вас спрашивает. Третья комната.

Гу Пин с растрепанными волосами медленно поднялся с места и начал заправлять рубашку в брюки. Судя по виду, богатым он не был.

— Черт, достали уже…

Хонджу хотел вернуться к Мугёну и предупредить его о планах Гу Пина и управляющего Яна, но услышал голос последнего.

— Хонджу, поедешь собирать деньги.

— Сейчас?

— Да, сейчас. Думаешь, у тебя есть выбор? Возомнил себя большим человеком с тех пор, как директор Мугён тебя прикрывает?

И правда, раньше ему никто не делал поблажек. Хонджу вернулся в комнату.

— Куда ехать?

Гу Пин, уже собравшийся, прошел мимо Хонджу, попытавшись по привычке шлепнуть его по заднице, но длинная куртка Хонджу скрывала его фигуру.

— И курточку теплую выпросил, — сказал Гу Пин — Один греться будешь? А?

Он дал Хонджу звонкого подзатыльника. Хонджу инстинктивно опустил голову, его волосы рассыпались по лицу. Он молча смотрел на пол, с которого недавно отодрали линолеум.  Гу Пин, бормоча проклятия, вышел из комнаты.

— Вот адрес. Триста тысяч вон. До завтра, — директор Ян протянул Хонджу ID-карту с приклеенным к ней клочком бумаги.

Хонджу прежде всего глянул на адрес. Доехать было недалеко, а вот идти… Он прикинул, сколько у него останется денег, если он поедет на автобусе, и решил, что лучше пройтись пешком.

— …

— Директор Мугён просил пива. Я ему отнесу и сразу пойду.

— Пойдем вместе, я тебе покажу…

Хонджу взял две банки пива и направился к комнате Мугёна. Управляющий Ян увязался за ним и остановился у самой двери, так, чтобы его не было видно из комнаты. Он молча кивнул на дверь, призывая Хонджу войти.

Хонджу неуверенно переступил порог. Мугён сидел на диване и массировал шею. Заметив Хонджу, он только посмотрел на него из-под лобья. Его темные глаза скользнули по Хонджу и остановились на банках в его руках.

— Две банки хватит? — спросил Хонджу, стараясь не встретиться с ним взглядом.

Мугён выпрямился и слегка улыбнулся.

— Одной бы хватило, — сказал он. — Хочешь меня напоить и снова воспользоваться случаем?

Это была всего лишь шутка, но Хонджу нужно было сыграть свою роль. Он поставил пиво на стол и достал из кармана телефон. Мугён проследил за его движениями.

— Тогда одну оставлю, — сказал Хонджу и потянулся убрать банку обратно.

— Нехорошая у тебя привычка — давать и забирать, — Мугён с ухмылкой наблюдал за ним.

Хонджу промолчал, сглотнув комок в горле. Он уже слышал похожее вчера, и от этих воспоминаний его щеки запылали.

— Мне пора бежать, дела…

Он поспешно вышел из комнаты, чтобы скрыть свое смущение. Ему показалось, что Мугён тихо засмеялся ему вслед. За дверью его уже поджидал управляющий Ян. Он с нескрываемым подозрением оглядел Хонджу.

— … Скоро вернусь.

— Поторапливайся.

Хонджу вышел из игорного дома.

Глава 13

«Директор, они что-то замышляют за вашей спиной. Кажется, хотят привлечь своих людей».

Отойдя на безопасное расстояние от игорного дома, Хонджу написал сообщение Мугёну. Батарея телефона была полностью заряжена – видимо, Мугён позаботился и об этом. Хонджу то и дело проверял экран.

Но ответа не было. Его избили до полусмерти, заставили собрать деньги, которые разбросали по полу, но Мугён так и не ответил.

«Должно быть, прочитал», — подумал Хонджу.

Он дошел до банкомата и перевел триста тысяч вон на счет управляющего Яна. Когда он вышел на улицу, было уже совсем темно.

Хонджу взглянул на экран телефона. Сообщений так и не было. Он снова начал печатать.

«Там опасно, лучше пока не приезжайте, могут быть бандиты».

Хонджу отправил сообщение и посмотрел на свою куртку. Пятна грязи, которые он посадил на подол, пока шел сюда, уже высохли. Он потер куртку руками, пытаясь отряхнуть грязь. Дорогостоящая вещь все-таки. Не то что его старая куртка. Эта была теплой, в ней было комфортно, даже если упадешь или тебя ударили. Поэтому Хонджу старался ее не пачкать. Раньше ему было все равно, даже если на одежде были дырки от сигарет, но теперь…

— Дома постираю, — пробормотал он.

Хонджу свернул в знакомый переулок. До дома было меньше пяти минут ходу. Машина Мугёна все еще стояла на месте.

— Еще здесь…

Нужно было узнать, видел ли Мугён его сообщения. Хонджу вошел в дом. Управляющий Ян прогуливался по коридору, сцепив руки за спиной.

— Я вернулся. Деньги отнес.

— Ты почему на звонки не отвечаешь?! — заорал Ян, сверкая глазами.

Хонджу достал телефон.

— Что?

На экране мигал значок пропущенных звонков. Он всегда держал телефон на беззвучном режиме и не слышал вызовов. Да и вообще, он редко им пользовался. Телефон вибрировал? А почему тогда на беззвучном? Хонджу поднял голову на Яна. Тот грубо схватил его за капюшон куртки.

— Ты что, совсем обнаглел?! Быстро иди и говори, что сам напросился!

— Что?

— Что ты сам захотел собирать деньги! Что хотел отработать долг! Понял?!

Управляющий Ян еще несколько раз повторил одно и то же, а потом потолкал Хонджу к комнате в конце коридора.

Он втолкнул Хонджу внутрь. В комнате сидели Гу Пин и Мугён.

— О, пожаловал. Хонджу! Ты чего это…

Хонджу опустил голову, разглядывая себя. Ну да, куртка немного испачкалась, но в остальном он выглядел, как обычно. Лицо все в синяках, старые раны, которые только-только зажили, снова кровоточили.

— И зачем я трачу на тебя деньги? — спросил Мугён. — Чтобы ты ходил в таком виде?

— А, это… — Гу Пин заерзал на стуле. — Видишь, Хонджу! Тебе же сказали, что не нужно собирать деньги!

Они всегда делали из Хонджу козла отпущения.

— Ты сам вызвался? — спросил Мугён, сверля Хонджу взглядом.

Что он мог ответить? Хонджу чувствовал на себе тяжелый взгляд

Гу Пина.

— …Да, — прошептал он.

Быть мальчиком для битья было нелегко. Хонджу опустил голову, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. До него донесся щелчок открывающейся банки, а затем тихий звук вытираемого горлышка.

— Хонджу, похоже, нравится, когда его бьют, — сказал Мугён, глядя на Гу. Пина — Это же вы его так воспитали?

Мугён сделал глоток пива. Хонджу невольно засмотрелся на его кадык. Гу Пин застыл, выдавив из себя натянутую улыбку.

— …Ха-ха…

— Я просто спросил, — сказал Мугён. — Чего вы так напряглись?

Мугён спокойно пил пиво, в то время как Гу Пин нервно сглатывал. Что же такого произошло между ними, что атмосфера стала такой тяжелой? Хонджу молчал, боясь даже дышать.

Мугён с грохотом поставил пустую банку на стол и смял ее одной рукой. На его пальцах остались капли пива, и он вытер их о штанину.

— Если вы и дальше будете распоряжаться моим залогом без моего разрешения, то какой в нем смысл? — Мугён щелкнул пальцем по пустой банке пива, отправляя ее на колени Гу Пина. По столу от пролившегося пива потекла тонкая струйка.

— Не забывайтесь, — холодно произнес Мугён. — Я просто напоминаю вам, как нужно обращаться с залогом.

— …Конечно, — Гу Пин выдавил из себя улыбку, пытаясь сохранить лицо, но было видно, как сильно его задели слова Мугёна. Он нервно обмахивался рукой.

— Хонджу, ты все понял? — Мугён обратился к Хонджу, который молча стоял у стены.

Хонджу кивнул. У него затекла шея от того, что он все время держал голову опущенной.

— Вот и учись, если не хочешь, как мадам Гу, работать по ночам. Понял?

Хонджу бросил быстрый взгляд на Гу Пин. В его глазах горел огонь.

— Директор Мугён, вы слишком…

— Ты ответил на мой вопрос? — резко оборвал его Мугён, поднимая бровь.

Хонджу хотел кивнуть, но боль в плече заставила его открыть рот.

— …Да, — выдавил он.

— Можешь идти, — Мугён махнул рукой, как будто прогоняя надоедливую муху.

Хонджу повернулся, чтобы уйти, но голос Мугёна остановил его.

— Мадам Гу, вызовите мне водителя.

— А, да-да. Подождите минутку.

На самом деле, он сам никогда никого не вызывал, только приказывал. Хонджу усмехнулся, представляя, как Гу Пин будет искать нужный номер. Но вмешиваться в их дела не хотелось, поэтому он вышел из комнаты. В коридоре его встретил управляющий Ян, с раздражением оглядывая синяки Хонджу.

— Тьфу ты, опять. Замажь хоть чем-нибудь, — процедил он, бросив Хонджу пару купюр.

Управляющий Ян торопливо ушел, а деньги упали на пол. Из комнаты доносился голос Гу Пина, вызывавшего водителя. Хонджу, морщась от боли в ногах, поднял деньги.

За пятнадцать лет, что он провел в этом доме, это были первые деньги, которые он получил просто так. Не говоря уже о том, что кто-то позаботился о его ранах. Если бы они делали это раньше, если бы хоть немного относились к нему по-человечески, то он бы не таскал сейчас с собой телефон, который дал ему Мугён. Во рту появился привкус крови.

Мугён уехал из игорного дома только на рассвете. Постепенно все успокоилось. Хонджу засобирался домой вместе с Чхве и Гадюкой, но Гу Пин с управляющим Яном остались, сказав, что им нужно кое-что обсудить. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, о чем пойдет речь.

После этого дня Мугён перестал появляться в игорном доме.

— И сегодня тоже? — спросил Гадюка, зевая.

— Да, не приезжал. И не звонил, — ответил Гу Пин, делая глоток кофе. — Договаривались на днях вместе съездить, посмотреть один объект… И что на него нашло?

— Занят, наверное.

— Чем он, интересно, может быть занят, если у него своего бизнеса нет? — ворчал Гу Пин.

Хонджу потер мочку уха, делая вид, что не слушает.

Хонджу думал только о том, как бы сбежать.

— Есть кто на примете для выбивания долгов?

— Заткнись! Чтобы ни звука о долгах! Сидите тихо, как мыши! —  рявкнул Гу Пин, и его громовой голос разнесся эхом по коридору.

У Хонджу зазвенело в ушах, хотя слышал он только одним. Что уж говорить о других.

— Так и хочется стереть его в порошок… — прошипел Гу Пин. — Но Мугён запретил трогать залог.

Хонджу поднялся, взял веник и отправился на поиски пустой комнаты. Лучше не попадаться на глаза Гу Пина, пока тот не остыл.

— Что на него нашло? — спросил Чхве.

— Понятия не имею, — ответил Хонджу.

Раз уж даже Чхве, не отличавшийся наблюдательностью, что-то заметил, значит Гу Пин и правда ведёт себя странно. Хонджу тихо переговаривался с Чхве, когда к ним подошёл Гадюка.

— Хонджу, раны обработал?

— А, да, — соврал Хонджу.

На самом деле, мазь, купленная Гадюкой, лежала нетронутой в ящике стола.

— Вечно забивает на мазь. Говорю же: «Шрамы останутся!», а всё равно не мажет. Упрямый, как осел, — вздохнул Чхве.

— Да уж, надо беречь лицо, — согласился Гадюка.

Хонджу стало неловко от их заботы, и он, густо покраснев, поспешил ретироваться. Какая разница, останутся шрамы или нет? От этого его жизнь не станет лучше. Бессмысленно. Превозмогая жажду, Хонджу сновал по игорному дому, украдкой заглядывая в пустые комнаты.

Так прошло еще какое-то время.

Как-то раз пришлось закрыться пораньше — предупредили о возможном рейде. Мугёна по-прежнему не было.

— Черт, уже четыре дня ни слуху ни духу, — пробормотал Гу Пир, выглядывая в окно на лестничной площадке.

Хонджу тоже посмотрел на улицу. Дни становились короче, сумерки сгущались. Обычно в это время Мугён уже расхаживал по игорному дому, накинув пальто, или курил в дальней комнате… Возможно, он залег на дно из-за предупреждения о бандитах?

Или это Гу Пин провернул какое-то дельце, а теперь прикидывается невинной овечкой? Такой вариант тоже исключать нельзя. Гу Пин хоть и выглядел простаком, но был хитер, как лис, особенно в грязных делах. Хонджу вспомнились рожи бандитов, которых он видел в компании Гу Пина.

— О, здорово! Как дела? Мы тут ремонт в доме затеяли, временно работаем в другом месте. Ты как, занят?

Судя по всему, подвернулась какая-то выгодная работенка: Гу Пин и Гадюка подыскивали себе в команду толковых ребят. Хонджу незаметно улизнул от них в туалет и, достав из кармана телефон, быстро набрал сообщение.

«С вами всё в порядке?»

Он нажал «Отправить» и тут же убрал телефон. Выйдя из туалета, Хонджу как ни в чем не бывало продолжил заниматься своими делами.

— Куда поставить? — спросил он, войдя с подносом в комнату номер пять.

— Сюда, — раздался мужской голос.

Хонджу аккуратно поставил поднос на указанное место. Он уже брал деньги за напиток и собирался уходить, как вдруг…

БАМ!

Раздался оглушительный звон бьющегося стекла.

— Вот же блядь!

Стакан упал на пол и разлетелся на мелкие осколки. Он стоял не на самом краю стола, а довольно далеко, так что, скорее всего, это было сделано специально. Хонджу опустил глаза на осколки, разбросанные у его ног.

Он уже направился за совком, как вдруг что-то ударило его в спину.

— Какого хрена! Разбил стакан и смыться хотел?!

— Я его не трогал, — отозвался Хонджу.

— Не трогал?! Ты его на край поставил, придурок!

Хонджу окинул мужчину удивленным взглядом. Похоже, тот просто пытался сорвать на ком-нибудь зло за проигрыш. По опыту Хонджу знал, что с такими клиентами лучше не спорить. Он тихо вздохнул и вернулся в комнату.

— Сейчас уберу, — сказал он.

Он наклонился и начал собирать крупные осколки.

— Ты что, вздохнул сейчас?! — взревел мужчина.

— Братан, ты чего? Чего кипятишься? — с упреком произнес крупье, пересчитывая деньги.

Мужчина со злостью ударил по столу.

— Что ты сказал?!

Он вскочил, отшвырнув стул, и пнул Хонджу, собиравшего осколки.

— Уф…

Хонджу успел подставить локоть, но осколок всё равно впился ему в ладонь. Он поморщился от острой боли, чувствуя, как по руке течет горячая кровь.

— Не видел, что ли, что он на краю стоял?!

Мужчина схватил Хонджу за воротник и рывком поднял на ноги. Остальные игроки начали подниматься со своих мест, но мужчина продолжал кричать, брызжа слюной.

— Что, заодно с этим притоном?! Точно, заодно! По всему видно!

Хонджу смотрел, как кровь капает с его пальцев. Пол уже успел окраситься в багровый цвет. Эту рану без обработки просто так не оставить. Пока он об этом думал, мужчина замахнулся и со всей силы ударил Хонджу по лицу. Удар был такой мощный, что голова Хонджу резко дернулась в сторону.

— Зовите сюда вашего управляющего! Твою мать! Я слышал, что тут управляющий подсылает своих игроков, чтобы обчищать клиентов! Если окажется, что и в моей игре участвовал подставной, я разнесу тут всё к чертям!

Мужчина в ярости попытался перевернуть стол, но остальные игроки бросились его удерживать.

— Эй, ты что творишь?!

— Пытается мухлевать, вот что!

В комнате поднялся шум. Прибежал запыхавшийся Чхве.

— Господин, прошу вас, успокойтесь! Успокойтесь!

— Отпусти!

Мужчина брыкался и лягался, отпихивая окружающих. Чхве, обливаясь потом, кивнул Хонджу.

Хонджу тяжело вздохнул. Нужно было срочно кого-то позвать, пока ситуация не вышла из-под контроля. Но он не успел и шагу ступить, как в комнату ворвался Гу Пин. Он быстро оценил обстановку и впился в Хонджу свирепым взглядом. Но уже в следующее мгновение на его лице появилась дежурная фальшивая улыбка.

— Чего такой шум, а? Что тут происходит? — спросил он, проходя мимо и грубо толкая Хонджу плечом.

Последние несколько дней всё было спокойно – Гу Пин сдерживало упоминание о залоге, данном Мугёну. Но, похоже, время перемирия подошло к концу.

Чхве с другими сотрудниками с трудом успокоили разбушевавшегося игрока. Дальше всё пошло по уже знакомому сценарию.

— Нгхы…мм…

На Хонджу обрушился град ударов. По дорогому пуховику заплясали тяжёлые ботинки. Хонджу свернулся калачиком, прикрывая голову руками. Из только начавшей затягиваться раны на ладони снова хлынула кровь, пачкая черные волосы.

— Будешь еще клиентов распугивать?! А? — рявкнул Гу Пин, с силой ударив Хонджу по спине.

Хонджу беспомощно мотало из стороны в сторону от каждого удара. Дебошир, из-за которого всё началось, уже давно забрал свой выигрыш и ушел. В комнате остались только управляющий Ян, Гу Пин и Чхве. Как всегда, никого, кто мог бы заступиться.

— Гу Пин, полегче. А то вдруг этот ублюдок явится и устроит нам разборки.

— Да ладно! Скажем, что он подрался с клиентом и получил по морде. Я так долго ждал этого момента, Ку Хонджу, понимаешь?

Хонджу еще сильнее прижал руки к голове, зажимая уши. В правом ухе стоял оглушительный звон, заглушающий все остальные звуки.

— Что молчишь?! Ах ты ж мелкая дрянь, совсем оборзел, небось, на чужие деньги?!

Избиение продолжалось. В какой-то момент Хонджу почувствовал, как ткань на рукаве пуховика порвалась, и на пол посыпался пух.

«Дорогой ведь был… Хотя какая разница, мне всё равно нельзя носить хорошую одежду».

Хонджу еще плотнее сжался, пытаясь защититься от ударов. Раз никто не собирался его защищать, оставалось рассчитывать только на себя.

— А ну, вышли все! Мне нужно с этим ублюдком поговорить! И чтобы никто не входил! — рявкнул Гу Пин.

Управляющий Ян и Чхве, бросив на Хонджу равнодушные взгляды, поспешили удалиться. Хонджу проводил их глазами, и сердце у него сжалось от дурного предчувствия. Он попытался подняться.

— Агх!

Но не успел. Гу Пин схватил его за волосы и потащил в туалет, который находился в комнате. Там, на грязном полу, Хонджу снова оказался в беспомощном положении.

—  «Залог»… Да пошел он! Как только этот ублюдок сдохнет, ты снова станешь моей шестеркой. Не забывайся! Запомни, кто тут хозяин, — прошипел Гу, расстегивая ширинку и вытаскивая сморщенный член.

Хонджу стиснул зубы, борясь с подступающей тошнотой.

— Открывай рот, мразь, — скомандовал Гу Пин, хватая Хонджу за волосы и притягивая к себе.

Хонджу зажмурился, плотно сжав губы. Перед глазами возник образ Мугёна – его сильные руки, шрамы…

— Тц, смотри-ка, упрямится, — услышал Хонджу голос Гу Пина.

Головка члена ткнулась ему в губы. Хонджу показалось, что он чувствует тошнотворный запах спермы.

Желудок скрутило спазмом.

— Меня сейчас вырвет… — прохрипел он.

— Закрой рот, тварь, — рявкнул Гу Пин.

Еще недавно Хонджу приходилось терпеть подобное ради того, чтобы скостить жалкие сто тысяч вон с долга… Но после встреч с Мугёном всё было иначе. Он не мог заставить себя открыть рот.

— …

Хонджу обхватил бедра Гу Пина, притворяясь, что поддается. Выжидая момент, когда хватка на его волосах ослабнет…

— Отпусти!

Он изо всех сил толкнул Гу Пина и бросился бежать.

— Эй! Ах ты ж мелкий ублюдок! Куда?! Стой!

Хонджу выскочил в коридор. Управляющий Ян, стоявший у входа в одну из комнат, удивленно распахнул глаза.

— Эй! Ты куда? Стой!

Хонджу, спотыкаясь, бежал по коридору, чувствуя, как боль пронзает избитое тело. Но останавливаться было нельзя.

Ему казалось, что он слышит топот ног Гу Пина за спиной. Он бежал изо всех сил, сжимая окровавленную руку.

— Черт… черт…

Он только выбежал из здания, а легкие уже горели огнем. Тихо падавший снег успел укрыть землю толстым слоем. Хонджу с трудом пробирался по сугробам.

Преследователей уже не было слышно, но Хонджу все равно бежал, будто за ним гнались голодные волки.

Хонджу уже сбился со счета, сколько  он уже вот так бежал. Наверняка, на снегу остались четкие следы. Куда бы он ни спрятался, Гу Пин все равно его найдет. Хонджу знал, что от погони не уйти.

Да и куда бежать? В компьютерный клуб, гостиницу, круглосуточный магазин – Гу Пин найдет его везде.

Стоило Гу Пину натравить своих дружков-головорезов, как его поймают в течение часа.

Единственным относительно безопасным местом было общежитие. Хонджу думал о том, чтобы позвонить Мугёну, но ему не хватало духу.

— …

Хонджу дрожал от холода, кутаясь в одеяло. Стоило напряжению немного отпустить, как тело пронзила острая боль. Особенно сильно болела рука.

— Черт, только руки мне не хватало…

Пока Хонджу принимал душ, кровь на руке остановилась, но рана была глубокой и длинной. Стоило ему пошевелить пальцами, как из нее снова начинала сочиться кровь.

Из кармана брошенного на пол пуховика доносилась трель мобильного телефона. Хонджу сбежал, не продумав план действий, но завтра ему всё равно нужно было возвращаться.

— …

Даже если ему удастся скрыться, девять миллионов вон долга лягут тяжким грузом на плечи его престарелого отца. Гу Пин знает, где его искать. А если и нет, то без труда найдет.

Отец… Хонджу уже и не помнил, когда в последний раз думал о нем без горечи и обиды. Но он не заслуживал такой участи.

Мысленно представить себе, как отец, которого он избивает, выбивает из него долг, было невыносимо.

«Отец ничего для меня не сделал, он все равно не оценит… Даже не вспомнит обо мне…»

— Нужно убраться…

Хонджу кое-как поднялся с постели. Ему всегда становилось легче, когда он начинал двигаться. Он подобрал с пола пуховик.

Еще пару дней назад пуховик был идеально чистым, а теперь покрылся грязью, царапинами… Рукав порвался. Хонджу долго рылся в ящиках, пока не нашел нитки с иголкой, и принялся заштовывать дыру. Потом он протер пуховик влажной тряпкой.

Его пальцы коснулись внутреннего кармана, в котором лежал телефон.

— Может, он ответил?

Хонджу включил телефон. На экране мигал значок уведомления. Он поспешил открыть сообщение.

[Кто о ком беспокоится?]

Хонджу засмеялся – тихий смешок облегчения. Мугён был прав. Завтра его снова будут избивать. Но Мугён богат… Его не волнуют деньги. Даже если его пырнут ножом или собьет машина, он всегда сможет оплатить лечение.

— А вот мне не все равно…

Кровь на руке снова начала сочиться, но Хонджу продолжал печатать ответ.

[Будьте осторожны.]

— … Хорошо, что он жив, — прошептал Хонджу, чувствуя, как от сердца отлегло. Его спаситель был жив.

Глава 14

— …Не знаю, о чем вы там говорили, но лучше тебе попросить прощения и умолять уладить все по-хорошему, понял? Если бы ты умел разговаривать, ничего бы этого не было.

Чхве и Гадюка твердили, что ему нужно извиниться перед Гу Пином, но Хонджу молчал…

О чем ему умолять? Извиниться, что не сделал минет? Пообещать, что в будущем будет сосать лучше? Что бы он ни сказал, это будет унизительно, так что, возможно, лучше просто принять побои.

— .....Хаа.

— Хонджу, не волнуйся. Я продолжу отвлекать Гу Пина на что-то другое.

Гадюка, который некоторое время снимал отдельную комнату или спал в кабинете, вернулся ночевать в общежитие. Он без умолку говорил об этом всю дорогу на работу, так что у Хонджу уже в ушах звенело.

— Можешь намазать мне лекарство?

— Лекарство? Мне подойти и намазать?

Хонджу покачал головой и показал свою посиневшую от побоев ладонь.

— На случай, если я потеряю сознание. Останови кровотечение, перевязав рану, и намажь мазью. Сейчас оно остановилось, но скоро снова может начнётся…

— А….

Гадюка нахмурился, а Чхве возмутился, почему он не обработал рану до того, как она посинела. Хонджу засунул руку в карман.

— ....

Он тоже был там, когда это произошло. Проглотив знакомую горечь обиды и безысходности, Хонджу достал мазь.

— Мы пришли.

— Ку Хонджу, иди сюда.

Как только они поднялись на третий этаж, раздался холодный голос управляющего  Яна. Он прошел мимо стола к комнате с сейфом. Казалось, встревоженный взгляд Гадюки следует за ним, но Хонджу ни разу не оглянулся.

— Сбежал, поджав хвост. А теперь явился?

Гу Пин, который разминался с клюшкой для гольфа, отрабатывая удар, презрительно посмотрел на него и начал издеваться. Клюшка для гольфа со свистом рассекла воздух.

— Кх, отличный удар!

Гу Пин, размахнувшись клюшкой, прикрыл глаза ладонью и усмехнулся. Хонджу не мог оторвать глаз от увесистой клюшки. Стоило ему хоть на секунду отвлечься, как она обрушилась бы на него.

— Хонджу, если тебе надоело отрабатывать этот долг, просто сбеги. Я не стану тебя останавливать, понял? В этот раз я действительно не буду тебя искать.

Они стояли на некотором расстоянии друг от друга, но когда Гу Пин вытянул клюшку, ее головка коснулась плеча Хонджу.

— Если подумать, то ты не играл в карты, так что несправедливо, что тебе приходится так мучиться, отдавая чужой долг. Ты единственный, кто страдает.

Хонджу крепко зажмурился. Он знал, что последует дальше. Раньше, когда Хонджу сбегал, Гу Пин всегда ловил его и угрожал ему. В юности это хорошо работало, Хонджу не мог отойти далеко от дома, словно на поводке.

— Я найду твоего папашу, даже если мне придется перевернуть все Филиппины, а ты просто забудь об этом дерьме. Он, наверное, до сих пор держит карты в руках, несмотря на то, что его сын гробит свою жизнь. Может, если он получит хорошую взбучку, собирая деньги, то наконец возьмётся за ум, а?

— ....

Сейчас, конечно, ничего не изменилось. Хоть его отец и был ублюдком, но это его единственный родственник в мире. Он не мог просто взять и бросить его.

— Ладно, тогда давай подпишем бумаги.

Гу Пин покопался в сейфе и достал несколько листков. Это были долговые расписки, которые его отец подписал, используя собственного сына в качестве залога. Прошло уже 15 лет, чернила выцвели, бумага пожелтела, но неразборчивый почерк все еще хорошо читался.

— Ты идешь? Чего застыл?

Когда Хонджу не двинулся с места, Гу Пин пробормотал проклятие и потащил его за собой.

— Давай, подпишешь кровью? Так будет надежнее, а?

Наблюдая за беснующимся Гу Пином, Хонджу стиснул зубы.

«Ничтожество», - подумал он. Всегда одно и то же.

— Быстро! Пиши свое имя здесь и что обязуешься вернуть долг. Чего застыл? Шевелись!

Он крепко сжал сунутую ему ручку. Ладонь пронзила острая боль. Ему не хватало духу сказать: «Делай, что хочешь, мне плевать». Но он тоже не мог заставить себя извиниться и пообещать, что будет усердно работать, чтобы вернуть долг. Он просто кусал губы, пока Гу Пин не ударил его по лицу, зарычав:

— Какого черта ты копаешься!

Левое ухо, которое и до этого горело, словно обожженное, запульсировало с новой силой. За этим последовали новые удары — Гу Пин вымещал на нем свою злость.

— Ты что себе позволяешь, ублюдок!Либо проваливай, если хочешь сбежать, либо если уж приперся –закрой рот и делай, что говорят.

Хонджу рухнул на диван от удара. Он закрыл голову руками и, широко раскрыв глаза, сдержал крик. Его взгляд упал на долговую расписку, которую написал его отец, а точнее, на слова «Залог: Ку Хонджу».

— Ых...

15 лет он жил в этом порочном круге побегов и раскаяния. Несмотря на свой возраст, Ку Хонджу все еще был труслив и бесполезен.

И тут... раздался резкий звук шагов. Гу Пин, тяжело дыша, перевел взгляд.

— Прошу прощения, что прерываю.

По голосу Хонджу понял, что это Мугён. Четкий звук шагов приближался.

— Какого хрена... Что вы тут делаете?

—Я не должен был приходить? Слишком много снега, так что стройка временно приостановлена. Придется немного отложить то, что мы планировали.

Мугён подошел к дивану напротив Хонджу. Он снял пиджак Гу Пина, висевший на спинке, и бросил его на диван. Затем сел на него, закинув ногу на ногу : на его выглаженных брюках и начищенных туфлях не было ни единой пылинки.

— А, мне сообщил бригадир... Вы по этому делу пришли?

Мугён не стал отвечать Гу Пину, а вместо этого взял долговую расписку со стола, поднял ее и громко зачитал:

— Первоначальная сумма займа составляет 4,5 000 000 вон. Проценты — 9 000 000 вон. Залог — Ку Хонджу.

— Вы же видели это в прошлый раз? Это долговая расписка, которую написал его отец.

Мугён равнодушно бросил расписку на стол. Листок бумаги упал, частично свиснув с края.

— Говорите, отец написал? А кровь для росписи у сына берете?

Черные глаза Мугёна медленно скользнули по окровавленной ладони Хонджу. Гу Пин нервно засмеялся и потер руки.

— А, это? Это Хонджу подрался с клиентом и поранился. Правда ведь, Хонджу?

— Слышали, что на стройплощадке какие-то бандиты рыскают?

Мугён произнес это так, словно ему было все равно. Гу Пин подернул брюки и сел на диван.

— Бандиты...?

— Ах, мадам Гу принимает меня за ходячий кошелек. Бригадир тоже всегда обращается ко мне, когда ему нужны деньги. Как утомительно.

Мугён прищурился и скрестил руки на груди. Гу Пин просто хлопнул глазами, приглаживая свои растрепанные волосы. Хонджу тоже поднялся, превозмогая боль. Из его раны все еще сочилась кровь, и на подушке, на которую он оперся, распространилось красное пятно. Он с трудом сдержал рвущийся из горла стон.

— О чем вы? Какой кошелек? Снова нужны деньги?

Гу Пин наклонил голову, изображая недоумение.

— Эти бандиты пришли и потребовали плату за крышу. Сколько же нашлось хозяев на этом клочке земли?

— Что? За что там платить... то есть, какую плату? И кто?

Хонджу молча наблюдал за Мугёном, который лишь пожал плечами. Даже не вслушиваясь в их разговор, он чувствовал, что что-то здесь не так. Какими бы беспринципными ни были бандиты, они не стали бы требовать деньги с игорного дома Гу Пина без его ведома.

— Да мало ли. Короче, сказали, что иначе работать не дадут, вот я и заплатил. Вернете потом.

— Что? Почему я должен...

— Потому что это игорный дом мадам Гу. Настоящий владелец должен нести ответственность. Сказали, что у них нет времени ждать, пока у вас появятся деньги, вот я и заплатил. Чего вы так реагируете?

— Вы наверное, что-то напутали. Не могут они...

Все еще недоумевающий Гу Пин достал телефон и начал лихорадочно искать нужный номер. Мугён проследил за ним взглядом, а затем перевел его на испачканный кровью диван.

— Если вы закончили со своими делами, могу я одолжить его на время? Мне нужно собрать некоторые долги.

В его голосе послышалась насмешка. Гу Пин растерянно хлопнул глазами.

— Э... если заберете его, то не забудьте рассчитывать за него. Знаете же, у меня сейчас нет налички, так что сочтемся сразу.

— Разве когда-нибудь забывал платить по счетам?

Он совершенно не стесняясь использовал Хонджу как средство заработка. Гу Пин быстро обдумал ситуацию и, вздохнув несколько раз, посмотрел на часы.

— И верните его до двенадцати. У меня могут быть дела для него.

— Спасибо.

Мугён встал, кивнул Хонджу и направился к выходу. Хонджу взял со стола несколько салфеток и последовал за ним.

— Я же говорю, я хозяин казино! Какие бандиты, какая плата за крышу? Ты же знаешь, сколько у меня связей, как они смеют?!

Прокричав это, Гу Пин, вспомнив о присутствии Мугёна, тут же понизил голос. Мугён, казалось, не обратил на это никакого внимания и продолжал идти вперед. Хонджу прошел мимо стола, продолжая прижимать салфетку к ране, из которой все еще сочилась кровь.

Молчавший до этого Гадюка и управляющий Ян обменялись взглядами. Хонджу сделал вид, что не заметил этого, опустил глаза и прошел мимо.

— Там правда бандиты приходили и требовали деньги?

Спросил он, как только сел в машину и начал стряхивать снег с ботинок. Голос его звучал взволнованно.

— А что, не похоже?

Мугён снял кожаные перчатки и пристегнулся.

— Попросили, и я дал.

— Это были люди Ымдона?

Мугён пожал плечами и повернул ключ зажигания. Если бы это действительно были люди Ымдона, Гу Пин бы уже связался с Мугёном. Судя по его реакции, о вымогательстве он не знал. Интересно, что же происходит на самом деле.

— Понятия не имею. Разве у бандитов на лбу написано, кто они? Да и этот похож на бандита, и вон тот, — Мугён усмехнулся, указывая на Чхве и еще одного парня, куривших на улице.

— Так значит, эти бандиты, которых нанял мадам Гу, из Ымдона?

— ...Да. Они контролируют весь район. Дружат с Гу Пином и прикрывают его игорный дом. Предупреждают о полицейских облавах, решают проблемы... Если они решили трясти его под видом дани, то он уже должен был начать что-то предпринимать.

— Вот как?

Он говорит, что бандиты ведут охоту, а затем в ответ: «Вот как?». Наверное, это потому, что он привык вращаться в кругах богачей. Кажется, он понятия не имеет, какая грязь творится в этом районе.

— Они и убить могут. Я же говорил. Помните, когда здесь сносили здания? Они специально устроили несчастный случай, чтобы избавиться от рабочих.

Хонджу говорил с серьезным лицом, но Мугён лишь усмехнулся, будто впервые видел его таким разговорчивым.

— Я серьезно! Это действительно опасно!

Конечно, Хонджу видел, как Мугён дерется, но тогда это был обычный человек, да и дрался он один на один. А если на него нападут организованно, им ничего не стоит убить его. Они ведь достаточно опасные ребята, раз смогли найти Хонджу меньше чем за полдня, когда тот пытался скрыться.

Хонджу вздохнул, но Мугён, не обращая на него внимания, продолжал вести машину.

— Не убьют.

— Что?

Мугён повернулся к Хонджу. На его лице не было ни тени страха.

— Мне ничего не будет.

В уголках губ Мугёна появилась тень улыбки. Он был в этом уверен.

Хонджу потерял дар речи. Почему этот человек такой бесстрашный? Неужели он так уверен в своих деньгах? Или у него есть другая причина не бояться?

Хонджу промолчал, но слова Мугёна и его уверенность, казалось, передались и ему. В конце концов, он почувствовал себя в безопасности.

Мугён говорил, что ему нужно собрать долги, но в итоге они приехали в отделение неотложной помощи. Мугён провел ошарашенного Хонджу внутрь и, пока ему обрабатывали и зашивали рану на ладони, стоял рядом, скрестив руки на груди. Когда пришло время платить, он просто протянул Хонджу свою карту и отошел в сторону.

— Сказали, можно идти, — сообщил Хонджу.

— Хорошо терпишь. Поэтому мадам Гу и крутит тобой как хочет.

Довольно жестокое замечание. Интересно, что он имеет в виду под «хорошо терпишь»? То, что Хонджу всегда всё терпит?

— Я... унижаюсь ради денег. Терпеть — в моих же интересах.

Хонджу посмотрел на свою травмированную руку. Не то чтобы ему было не больно. Каждый удар отдавался острой болью, а когда ему резало руку...Да хоть в больницу иди, раны все равно никуда не денутся. Таблетки от побоев не помогут. Хонджу вздохнул.

Долг уже давно перевалил за десять миллион вон, включая проценты. Нельзя же просто так выбрасывать деньги, тем более если они достались таким образом. Так что ему приходилось терпеть.

— В таком случае, Ку Хонджу, тебе стоит быть со мной поучтивее.

Мугён достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет и легонько тронул Хонджу по лбу фильтром. Хонджу испуганно моргнул.

— Пойдем, покурим.

Они подошли к курительной комнате возле отделения неотложной помощи. Мугён не сел на скамейку, а остался стоять у окна. Он посмотрел на Хонджу, неловко засунувшего руки в карманы, и покачал пачкой.

— Хочешь? Умеешь курить?

Хонджу не курил часто, но, глядя на Мугёна с сигаретой, почувствовал, что и ему хочется.

— Да, умею. Дайте одну.

Мугён удивленно приподнял брови. Затем вытряхнул сигарету из пачки и протянул ее Хонджу. Пока тот неуклюже пытался взять ее своими непослушными пальцами, Мугён достал зажигалку.

— Спасибо, — пробормотал Хонджу, закуривая.

Ярко-красный огонек зажигалки на мгновение осветил лицо Хонджу. Пронзительный взгляд не отрывался от него.

— Хух...

За окном завывала сирена, были слышны крики, но здесь, в курительной комнате, царила атмосфера странного спокойствия. Хоть перекур и не занимал много времени, Хонджу впервые за долгое время смог расслабиться.

Когда сигарета подошла к концу, Хонджу украдкой взглянул на Мугёна. Тот стоял, скрестив руки на груди, и смотрел куда-то вдаль. Хонджу затянулся в последний раз и поспешно затушил сигарету. Он подошел к Мугёну, показывая, что готов идти. Но тот даже не шелохнулся, продолжая смотреть на него сверху вниз.

— Что? — спросил Хонджу.

Мугён промолчал.

Гнетущая тишина заставляла нервничать, но Хонджу никуда не мог уйти. Неужели ему только кажется, что подобная атмосфера в последнее время стала возникать между ними слишком часто? Или в глазах Мугёна и в самом деле читалось что-то еще? Хонджу помедлил, а затем все-таки спросил:

— Директор Мугён, вы... гей?

Услышав этот неожиданный вопрос, Мугён удивленно приподнял брови, а затем рассмеялся. Его крупное тело тряслось от смеха. Он наклонился вперед, а потом, выпрямляясь, спросил:

— А что, испугался, что я к тебе неравнодушен?

— Я не за этим спрашивал... Я просто не...

— Ну конечно, — протянул Мугён. — Хотя выглядишь ты неплохо…Не похоже, чтобы ты когда-нибудь ходил в такие места. Наверно, поэтому в тот день ты так неумело двигался.

Взгляд Мугёна медленно скользил по Хонджу с ног до головы. Его глаза будто прилипли к Хонджу и никак не хотели его отпускать.

— Хочешь это услышать?

— Что...?

— Я велел тебе следить за одним, но, кажется, твои мысли блуждают где-то ещё. — Мугён тихо цокнул языком и отвернулся.

Хонджу проводил его взглядом, наблюдая, как развивается подол его пальто.

— …Действительно.

Ощущение, словно ему только что признались в любви и сразу же отвергли. Хонджу еще некоторое время простоял на месте, пропитанный запахом табачного дыма, прежде чем последовать за Мугёном.

— Дай-ка взглянуть на твое лицо, — бросил Мугён, садясь в машину и снимая перчатки.

Он резко развернул Хонджу к себе, схватив его за подбородок. Пальцы Мугёна впились ему в щеку с такой силой, что кожа под ними побелела.

— С такими ранами у него возникнут подозрения.

— А...

Мугён внимательно осмотрел лицо Хонджу, словно решая важную задачу. Затем он медленно провел большим пальцем по его раскроенной губе.

Хонджу зажмурился, его ресницы затрепетали. В сужающемся поле зрения он увидел надвигающуюся на него темную тень и резко открыл глаза. Мугён был совсем рядом.

— Ах!

Хонджу хотел было отстраниться, но Мугён не отпускал его.

— Не хочешь же ты, чтобы он что-то заподозрил?

Горячее дыхание Мугёна обожгло ему губы. Хонджу видел, как его черные глаза блестят в полутьме салона.

— Я...

Хонджу хотел сказать, что ему все равно, что там кто подумает, но в этот момент губы Мугёна накрыли его собственные. Хонджу застыл, его плечи напряглись.

— Мм...

Язык Мугёна скользнул по верхней губе Хонджу, а его рука сжала тонкую шею.

— Ах...

Как только Хонджу слабо вздохнул и приоткрыл рот, Мугён тут же воспользовался этим, вторгаясь своим языком в его рот. Он грубо оплетал его язык своим, издавая влажные звуки.

Губы были жестко прижаты, носы столкнулись. Хонджу откинул голову назад, чувствуя, как у него заныла челюсть, но Мугён схватил его за затылок и снова притянул к себе.

— Ммм...

Хонджу пытался вырваться, но Мугён не останавливался. Кончик его языка скользнул по нёбу, затем по нежной коже под языком. Горячие губы Мугёна жадно втягивали его нижнюю губу.

Хонджу никогда не испытывал ничего подобного. Его сердце забилось чаще, по спине пробежал холодок.

— Ах...

Хонджу зажмурился и уперся руками в широкие плечи Мугёна, пытаясь оттолкнуть его от себя. Между их губами просочился вздох.

— Ха...

Кажется, ему удалось добиться своего: движения Мугёна стали менее настойчивыми. Но их губы все еще соприкасались, и Хонджу не мог даже толком дышать, не говоря уже о том, чтобы открыть глаза.

Он слышал биение своего сердца в правом ухе.

— Ах!

Мугён резко прикусил его нижнюю губу и отодвинулся. Хонджу инстинктивно прикрыл рот рукой, чувствуя влагу на губах. Раздвинув пальцы, он увидел на них смесь слюны и крови.

— Что вы делаете?! — выкрикнул он, касаясь пальцами болезненной губы.

Но Мугён лишь усмехнулся, слизывая кровь с губ.

Словно этого было недостаточно, Мугён, не отводя глаз от Хонджу, облизал собственную нижнюю губу, затем втянув её в рот, начал посасывать, издавая непристойные чмокающие звуки. Хонджу, наблюдая за этой неприкрытой похотью, нахмурился. При этом он постарался отодвинуться подальше.

— Хоть бы спасибо сказал. Чего злишься?

«Сначала целует, а потом спрашиваешь, почему я злюсь?!» — Хонджу с возмущением посмотрел на него.

— С таким видом тебе скорее поверят, что тебя избили.

Хонджу коснулся своей распухшей губы. Казалось, она пульсирует в такт его сердцу.

— ...Лучше бы ударили.

— А может, и правда стоило бы.

Это было бы куда привычнее, чем поцелуй. Хонджу шумно выдохнул, пытаясь избавиться от внезапного жара, разливавшегося по телу.

— Хуу...

— Пристегнись. Поехали.

Хонджу дрожащими руками застегнул ремень. Пока машина выезжала с парковки больницы, ему пришлось сжать руки в кулаки, чтобы скрыть дрожь. Едва зажившая рана снова начала болеть.

По дороге Мугён отдавал распоряжения своим обычным тоном. Хонджу был как в тумане, он слушал вполуха. Мугён, видимо, заметил это и вдруг ударил по рулю.

— Ты вообще слушаешь меня?

Хонджу вздрогнул от резкого окрика. Он поспешно повернулся к Мугёну, но не смог встретиться с ним взглядом, видя лишь его руки, сжимавшие руль.

— ...Слушаю, — пробормотал он.

Его голос выдавал, что он совершенно не слушал. Лицо Хонджу ничего не выражало. Мугён хмыкнул, глядя на него.

Затем он рассмеялся, словно это было забавным — видеть, как Хонджу дрожит после одного лишь поцелуя, когда сам Мугён творил с людьми вещи и похуже.

— Скажи, что мы искали парня, который сбежал с инвестициями. И что в итоге отрезали ему палец.

— Палец?

— На правой руке у мадам Гу не хватало пальца? Или на левой?

Он говорил об этих жестокостях с улыбкой, словно получая удовольствие. Хонджу попытался не обращать внимания на его пристальный взгляд и ответил:

— Мизинец на правой руке.

— Вот и скажи, что отрезали ему мизинец на правой. Хрясь. — он соединил указательный и средний палец, изображая ножницы.

Хонджу медленно кивнул. Только директор Мугён мог говорить о таких вещах так спокойно.

И хотя обычно разговор вел Мугён, сейчас атмосфера стала более напряженной. Всё из-за того, что Хонджу всем своим видом показывал, как ему некомфортно. Он отвернулся к окну, наблюдая за проносящимся мимо пейзажем.

Хонджу моргнул, услышав тихий щелчок, и осторожно повернул голову. Мугён щелкал пальцами у его левого уха. Он повторил это еще раз, но Хонджу почувствовал лишь легкое прикосновение к мочке.

— Оглох? Я спросил, сколько тебе осталось выплатить.

— Чуть больше девяти миллионов вон.

«Девять миллионов», — мысленно повторил Хонджу. Долг таял на глазах исключительно благодаря мужчине, сидящему рядом с ним. Ещё недавно эта сумма казалась ему неподъемной, а теперь он был близок к тому, чтобы выплатить половину.

— Может, сегодня ты сам назначишь сумму выплаты?

— Что вы имеете в виду?

Впервые с тех пор, как они вышли из больницы, их взгляды встретились.

Мугён наклонился к рулю, и карие глаза Хонджу медленно последовали за его движением. Мужчина указал указательным пальцем на одиннадцать часов.

— Свернёшь туда — получишь миллион вон. Поедешь прямо, в игорный дом, — получишь пятьсот тысяч.

Хонджу посмотрел в том направлении, куда указывал Мугён. Большое, вычурное здание показалось ему знакомым. Совсем недавно он был там с Мугёном — это был отель.

Хонджу выпрямился и вжался спиной в сиденье.

— Пятьсот тысяч.

— Ха-ха!

Мугён рассмеялся, его плечи затряслись. Низкий звук его смеха донесся до Хонджу.

— Вижу, тебе еще не совсем тяжело?

Хватило ума выбрать поменьше.

Когда загорелся зеленый свет, Мугён резко нажал на педаль газа. Машина рванула с места, и Хонджу вжался в сиденье.

Время от времени он чувствовал на себе взгляд Мугёна. Он был таким пристальным, что Хонджу стало неловко даже сглатывать и дышать. «Скорее бы добраться до игорного дома и смешаться с толпой», — думал он.

Но Мугён, казалось, не спешил: он медленно ехал по пустынным улицам, нарезая круги.

— Снег пошёл, — сказал Хонджу, надеясь отвлечь мужчину.

Но Мугёна, похоже, не волновало, идёт снег или дождь.

— И что?

Хонджу и раньше знал, что с Мугёном трудно найти общий язык, но чем больше он его узнавал, тем более непредсказуемым тот казался. В машине снова воцарилась тишина.

Из-за того, что Мугён долго колесил по улицам, Хонджу смог вдоволь насмотреться на падающий снег. Наконец, когда дороги начали покрываться снегом, машина подъехала к заведению.

Как только они вышли из машины, их оглушили громкие голоса.

— И никогда здесь не бывает тихо, — проворчал Мугён, вытаскивая перчатки из кармана и надевая их.

Похоже, он был мерзляк: каждый раз, когда они приезжали в игорный дом, Мугён надевал эти перчатки. Хонджу понаблюдал, как большие руки мужчины натягивают черную кожу, а затем первым поднялся по лестнице.

— Я же говорил, что слышал! Слышал, что этот ублюдок объявился! Если поймаю его, то вытрясу из него все свои деньги, понял?!

— Успокойтесь, пожалуйста!

— Руки убрал! Ах ты, дерьмо, куда ты свои грязные руки тянешь?!

Прямо у входа в коридор Хонджу увидел дерущихся — бандита и пожилого мужчину.

Мужчина с наполовину лысой головой был вне себя от ярости. Хонджу замер на месте, стараясь не привлекать к себе внимания. Он услышал позади шаги Мугёна.

— Думал, спрячешься в этом углу, будешь тут в карты играть, и я ничего не узнаю? Черт возьми, молодцы, блин! Да я вам покажу, как дела делаются!

— Господин!

— А ты заткнись! Позови сюда Гу Пина! Живо!

Мужчина, пошатываясь, будто пьяный, направился к столу. Сидевший за ним сотрудник, почуяв неладное, вскочил и отступил на пару шагов.

— Что, блядь, я тебя чем-то заразил? Чего от меня шарахаешься?!

— Успокойтесь! Не вынуждайте меня применить силу!

Но мужчина не реагировал на слова широкоплечего бандита. Он начал швырять на пол всё, что было на столе, и кричать:

— Зови сюда Гу Пина! Это из-за него! Из-за того, что этот ублюдок обвел меня вокруг пальца, мне пришлось играть в карты! Я из-за него всё потерял!

Разные предметы разлетелись по полу. Нераспечатанная колода карт упала у ног Хонджу. Он поспешно отступил назад и наткнулся на Мугёна.

— А, простите, — пробормотал Хонджу, наткнувшись на Мугёна.

Тот молча смотрел на него сверху вниз. Хонджу отвел взгляд от этих пронзительных глаз и случайно заметил, как дёрнулись уголки губ Мугёна.

— И это, по-твоему, не соблазнение? — прошептал мужчина, словно делился интимным секретом.

Хонджу вспомнил их поцелуй — грубый, похожий на нападение. Он поспешно выпрямился и отступил от Мугёна. Над его головой разнесся тихий смешок.

— Поубиваю к чертям! Всё равно мне терять нечего, сдохнуть — не велика потеря, блядь!

Мужчина с большими ножницами в руке размахивал ими, бешено вращая глазами. Окружающие заволновались. Даже бандит, стоявший с озабоченным видом, напрягся и приготовился воспользоваться моментом, когда мужчина потеряет бдительность.

— Все мои работники здесь! И этот таракан, который ко мне лип, как муха на дерьмо- тоже здесь! Как только этот Гу Пин заявится, я вас всех отправлю на тот свет!

Ножницы зловеще сверкнули перед лицом Хонджу. Он быстро отшатнулся. Мужчина, потеряв равновесие от резкого взмаха, покачнулся и развернулся. Хонджу инстинктивно прижался к Мугёну. Рядом с этим крупным мужчиной он почему-то чувствовал себя в безопасности.

Мугён наклонил голову, глядя на Хонджу. На мгновение их взгляды встретились, но потом он шагнул вперёд, заслонив Хонджу собой. Широкая спина Мугёна полностью скрыла его от разъярённого мужчины.

— А ты ещё кто такой, ублюдок?! А-а, понятно! Проигрался в пух и прах и решил ещё одного бандита натравить, да?! Опять! За счёт честных людей жируете, подонки, ещё и бандитам своим платите!

Мужчина с багровым от злости лицом схватил Мугёна за грудки. В его руке всё ещё были те самые ножницы, что делало ситуацию ещё более опасной. Хонджу, наблюдавший за происходящим с безопасного расстояния, невольно сглотнул.

Стоявший в стороне бандит, наконец, подбежал к ним.

— Совсем оборзел, не узнаёшь своих?! — рявкнул он на мужчину.

Тот изо всех сил толкал Мугёна, но тот даже не шелохнулся. Он лишь склонил голову, словно разглядывая воротник своего пальто.

— Что, блядь, недоволен?!

Мужчина попытался снова схватить его за грудки, но Мугён молниеносно отвел его руку. Ножницы выпали из ослабевшей хватки и со стуком упали на пол.

— Ах ты, сукин сын! Ты что себе позволяешь?!

— Бандит тоже человек, — спокойно ответил Мугён и сделал шаг вперёд.

— Ах, ты сука... — прохрипел мужчина, но не успел договорить.

Два коротких удара — и кулаки Мугёна обрушились на тощие плечи мужчины. Тот отшатнулся, но Мугён продолжал наступать, вынуждая его пятиться. Наконец, мужчина не удержался на ногах и рухнул на пол. Блестящие туфли Мугёна с силой ударили по его кроссовкам.

— Ещё что-то хочешь сказать?

— Ах, мудак... — просипел мужчина, побелев от ярости.

Он попытался подняться, чтобы снова броситься на Мугёна, но бандит тут же скрутил его.

— Опять напился?!

Из-за чьей-то спины показалась голова Гу Пина. Увидев, что мужчину скрутили, он, наконец, решился выйти из своего укрытия. Довольно забавно было наблюдать, как он храбрится, когда опасность уже миновала.

— Веди его за мной! Твой директор пожаловал!

— Да что здесь за казино?! Бандиты хреновы! — Мужчину потащили к лестнице, но он продолжал орать на всю округу.

В коридоре все ещё было шумно. Стоявший неподалёку Гадюка захлопал в ладоши, разгоняя людей.

— Вот видите, как опасно пить! Всем спасибо, расходитесь!

Постепенно шум стих. Хонджу принялся поднимать с пола разбросанные вещи.

— Хонджу, ты не ушибся?

Он поднял голову, проследив взглядом за длинной тенью, нависшей над ним. Над ним стоял Гадюка с обеспокоенным выражением лица.

— Что?

— С тобой всё в порядке? Не ушибся?

Хонджу быстро оглянулся на Мугёна. Тот стоял в нескольких шагах от них, наблюдая за Хонджу, скрестив руки. К счастью, он выглядел целым и невредимым.

— Всё хорошо, — ответил Хонджу.

— Эй!

— Иду я, иду! Карты раздавать некому?!

Кто-то позвал Гадюку, и тот поспешил уйти. Хонджу продолжил собирать разбросанные вещи. Мугён всё ещё стоял на том же месте. Хонджу медленно подошёл к нему. Выглядел он, конечно, нормально, но всё же…

— С вами всё в порядке?

Мугён лишь коротко кивнул в ответ. Воротник пальто был немного помят, но в остальном он был цел и невредим.

— Налей-ка мне выпить! Самого дорогого! — сказал он, наблюдая, как Хонджу его разглядывает, и ухмыльнулся.

Расправив полы пальто, он направился по коридору. Несмотря на то, что они оба недавно курили, от Мугёна исходил лёгкий, приятный аромат.

Хонджу всё смотрел ему вслед. Неужели всё дело в том вопросе без ответа, который всё ещё мучил его?

Оставив уборку сотруднику, Хонджу взял ледяной стакан и бутылку виски. Пересек пустой коридор, он направился в дальнюю комнату. Мугён сидел, закинув ногу на ногу, со скрещенными на груди руками, лениво покачивая ногой. Пока Хонджу разливал виски, взгляд мужчины был прикован к столу, и, казалось, он не собирался его отводить. Не то чтобы требовались какие-то объяснения, но Хонджу все же решил прокомментировать:

— Это тот самый виски, что вы пробовали в прошлый раз.

Это был тот самый напиток, который Мугён заказал в свой первый день в игорном доме. Тогда Хонджу испугался, увидев, как тот жадно пьет. Сейчас, хоть и не сильно отличалась от того раза, но что-то изменилось. Теперь Хонджу чувствовал себя в безопасности рядом с ним.

Так было и мгновение назад. Он спрятался за спиной Мугёна и почувствовал облегчение. За всё время, что он провел в игорном доме, он никогда не испытывал подобных эмоций.

— А, тот самый, который ты выпил весь? — усмехнулся Мугён, но его губы дрогнули в улыбке.

Хонджу отвел взгляд, заметив эту легкую улыбку. Казалось, Мугён не обратил на это внимание, он был занят, наполняя стакан.

«Может, стоит поблагодарить его за то, что заступился?» — подумал Хонджу, теребя пуговицу на своей одежде.

«Но что, если он правда хотел защитить его? Не станет же он смеяться, если Хонджу просто поблагодарит его».

— У тебя ещё есть дела? — спросил Мугён, заметив, что Хонджу все ещё стоит на месте, разглядывая янтарную жидкость в стакане.

— А почему вы всегда носите перчатки? — выпалил он, не зная, что сказать.

Мугён сделал несколько глотков, прежде чем ответить, и поставил стакан на стол.

— Не люблю пачкать руки.

— Понятно…

«Вот почему он носит перчатки даже в помещении», — подумал Хонджу.

Он вспомнил их первую встречу. Холодное прикосновение кожи, грубо сжимавшей его лицо…

В голове Хонджу промелькнуло несколько мыслей, пока он кивал.

«Он и при Гу Пине так себя вёл?»,

«А если бы тот тип решил, что Мугён его избил?»

Казалось, тогда, когда Мугён хватал его за лицо, на нём не было перчаток. Сколько Хонджу ни пытался вспомнить, он не мог ощутить прикосновение холодной кожи.

Только горячие, сильные пальцы.

«Впрочем… если бы он считал меня грязным, то не стал бы меня целовать», — подумал Хонджу.

Воспоминание о его дыхании на своих губах всплыло в его памяти. Пока Хонджу пытался справиться с нахлынувшими чувствами, Мугён не сводил глаз с его шеи.

— Хонджу, тебя босс зовёт, — раздался голос бандита, прерывая их молчание. Он не заходил в комнату, а лишь просунул голову в дверь.

— Да, иду, — ответил Хонджу, вытирая влажные руки о куртку, и повернулся, чтобы уйти.

Внезапно Мугён схватил его за запястье, едва выглядывавшее из-под рукава пуховика. Хватка была настолько крепкой, что Хонджу чуть не потерял равновесие.

— В чём дело?

— Рассчитаться сначала, — сказал Мугён.

«Неужели он снова собирается нести всякую чушь под видом расчета?» — подумал Хонджу, опасливо поглядывая на бандита, который всё ещё стоял в дверях.

Тем временем Мугён достал из бумажника несколько купюр. Не глядя, он сунул их в карман пуховика Хонджу. Было ясно, что это гораздо больше, чем стоимость виски. Хонджу попытался достать из кармана несколько купюр.

— Не надо так много, — сказал он.

— Что, ты его разбавляешь, что ли? — усмехнулся Мугён.

— Разбавляю?… Ну, технически, разбавлял, — тихо пробормотал Хонджу, и Мугён сделал ещё один глоток.

— Считай это чаевыми, — сказал он и, отвернувшись, дал понять, что разговор окончен.

Хонджу посмотрел на смятые купюры в кармане и медленно повернулся, чтобы уйти.

— Ты и директор Мугён… вы встречаетесь? — прошептал Чхве, настигая его. — С каких это пор тебе… нравятся мужчины?

Хонджу одарил его убийственным взглядом, но тот не скрывал своего любопытства.

— О чём ты? — грубо отрезал Хонджу и пошёл дальше. Бандит поплёлся за ним.

— Ну… так это правда?

— И что, если правда? А если нет? — ответил Хонджу.

На самом деле он хотел объяснить, что он всего лишь следит за Гу Пином, и что между ними ничего нет, но, зная, как легко Чхве распускает слухи, он решил промолчать.

— Да ты сорвал куш! Говорят, директор Мугён настоящий богач! Попроси его оплатить твои долги! А вдруг он и отсюда тебя вытащит?

— Как будто в этом доме есть кто-то, кому можно доверять, — сказал Хонджу.

И он говорил искренне. Даже если Мугён действительно миллиардер и готов оплатить его долги, Хонджу всё равно не может ему до конца довериться.

«Мугён… а настоящее ли это имя?» — подумал Хонджу. — «Неужели он и вправду богач? И почему он ночует в отеле, а не дома? И если Гу Пин кажется  ему таким подозрительным, то зачем он вообще вкладывается в этот игорный дом? Зачем ему нужно, чтобы я за ним следил?»

— Хм, ну да, — Чхве почесал свою короткую стрижку.

Хонджу, терзаемый вопросами, остановился и оглянулся. В конце тихого коридора, контрастировавшего с шумным игорным залом. Он долго смотрел на дверь.

Последним вопросом, который мучил его, был: «Почему он меня поцеловал?»

***

Последовавшая суматоха улеглась, и игорный дом вернулся к своему привычному ритму. Люди занимали деньги, подписывали долговые расписки, тут же проверяли полученные суммы. Не доверяя друг другу, игроки меняли карты, и за каждым столом кипели нешуточные страсти. Клиент, устроивший скандал, успокоился и вернулся в игру. Гу Пин, ненадолго покинувший свою комнату, снова надел маску дружелюбия, флиртовал с девушками и развлекал гостей шутками.

— Видел, он бухал там виски. Надеюсь, ты его прилично ободрал? — спросил Гу Пин, едва завидев Хонджу.

Хонджу достал из ящика стола спрятанный чек и протянул ему. Вторая половина лежала у него в кармане.

Эту часть он собирался вернуть Мугёну. Если бы деньги дал ему другой клиент, Хонджу бы не раздумывая взял их себе. Но Мугён и так простил ему огромный долг, и брать у него деньги было бы неправильно.

— Почти весь бар выпил. Почему ты сразу не вышел? — продолжал Гу Пин. — Эй, поменяй-ка это на наличные! — бросил он кому-то.

— Хорошо, — кивнул сотрудник.

Он взял деньги и отправился их обменивать. В коридоре они остались вдвоём. Хонджу смотрел прямо перед собой, игнорируя Гу Пина. Но тому, казалось, не терпелось поговорить.

— Ты, кажется, нашёл себе богатого папика? — ухмыльнулся он. — Долги тают на глазах. Скоро сможешь сам небоскрёб построить.

— …

По дороге сюда Мугён, как и обещал, вычел из долга Хонджу ещё пятьсот тысяч. Сначала Хонджу показалось, что тот просто шутит. Но когда он увидел, как Гу Пин выходит из комнаты Мугёна с долговой распиской в руках, он понял, что ошибся.

— Ты сволочь, что, ноги для всех расставляешь? Сколько он тебе платит за раз? Сто тысяч? Тогда вы, наверное, раз пять сегодня переспали! Подонок…

Гу Пин продолжал оскорблять Хонджу, но тот упорно молчал. Он знал, что любое слово только разозлит Гу Пина, и тот снова начнет распускать руки.

— Что это у тебя? В больнице был? Или этот ублюдок позаботился о тебе?

Гу Пин резко оторвал пластырь с его рука. Под ним обнажился красный след. Гу Пин усмехнулся, разглядывая синяк и ссадину.

— Чёрт, из-за такой ерунды…

Хонджу захлестнула волна гнева. Мугён, совершенно чужой ему человек, пожалел его, а этот ублюдок, который знал его пятнадцать лет, видел в нём только игрушку. Хонджу было противно.

— Богатый мальчик, не жалеет денег на всякую ерунду, — прошипел Гу Пин. — Лучше бы в дело вложил.

— Знаете, где я сегодня был? — неожиданно для самого себя спросил Хонджу.

Он поймал удивлённый взгляд Гу Пина и продолжил, не дожидаясь ответа:

— Я ездил к одному типу, который украл деньги, вложенные директором Мугёном.

— …Что? — Гу напрягся.

— Он давно скрывался, но его нашли. Директор Мугён сказал, что найти человека — пара пустяков. У него же деньги есть.

— …

— Так вот, этот тип говорил, что у него нет денег, — продолжал Хонджу. — И знаете, как директор Мугён заставил его заплатить?...

Хонджу, так и не закончив выдуманную на ходу историю, прервался, чтобы отдышаться. Наверное, это из-за лжи его сердце так бешено колотилось, а кончики пальцев покалывало. Мугён ведь говорил, что ложь всегда заметна. Вспомнив об этом, Хонджу отвел взгляд от Гу Пина и уставился на дверь в конце коридора.

— Что, что он сделал? — не унимался Гу Пин — Говори же!

— Отрезал ему палец, — прошептал Хонджу.

— …Что?

Гу, до этого момента не умолкавший ни на секунду, ошарашенно моргнул. Хонджу перевел взгляд на правую руку Гу, лежащую на столе. Точнее, на его мизинец, которого не хватало.

— На правой руке. Не пожалел, — добавил Хонджу.

— …

Гу Пин беззвучно пошевелил губами. Несмотря на подлость своего поступка, Хонджу почувствовал странное удовлетворение от того, что смог заткнуть Гу Пина рот, прикрывшись именем Мугёна.

С тех пор как он получил от Мугёна телефон, его не покидало чувство тревоги. Но сейчас, после этих слов, все страхи и сомнения словно рукой сняло. Хонджу почувствовал в себе силы противостоять любым опасностям, которые готовило ему будущее.

— Будь осторожен, — бросил он Гу Пин бесцветным голосом.

Тот ничего не ответил. Шум азартных игр, доносившийся из зала, показался Хонджу громче обычного.

Но Хонджу уже не боялся. Наконец-то он обрёл то спокойствие, о котором так долго мечтал.

Глава 15

3-8 15

Когда начало светать, посетители стали расходиться. Комната на третьем этаже, полная проигравшихся и уставших игроков, постепенно пустела. В конце концов, остался лишь один клиент – в комнате в конце коридора. Чхве подтолкнул Хонджу к последнему посетителю.

— Вы не уходите? — спросил Хонджу.

Этот мужчина провел здесь всю ночь: пил виски, курил, а иногда отвлекал Хонджу мелкими поручениями. То, что он остался до конца смены, было необычным.

— Уходить?

— Да.

Мугён поднялся на ноги, потянулся, громко простонав. Полы его пальто, свисавшие до этого почти до пола, подскочили до колен.

— Я сейчас немного приберусь, — сказал Хонджу.

Он собрал на поднос пустые бутылки из-под виски и стаканы с растаявшим льдом. Как только он поставил поднос на порог, другой служащий тут же забрал его. Затем Хонджу вернулся с метлой и принялся подметать пол. Мугён был настолько аккуратен, что мусора практически не было.

«Я думал, он уйдет, как только я начну уборку», — подумал Хонджу. Мугён сидел на подоконнике и наблюдал за ним.

— Что-то не так? — спросил Хонджу.

Мугён не ответил, только посмотрел на часы. Хонджу вопросительно склонил голову набок, снова наклонился и продолжил подметать. Закончив уборку, он взял мусорное ведро и вышел за порог. Хонджу уже собирался уходить, как вдруг почувствовал чье-то присутствие за спиной и резко обернулся.

— Ты чего? Уходить не собираешься? — Мугён, незаметно подошедший сзади, подтолкнул его в спину.

Хонджу явно ощутил сквозь мягкий пуховик прикосновение его руки.

Делать нечего, пришлось идти рядом с Мугёном по коридору. Возле стола собрались сотрудники, готовясь к окончанию смены.

— О, вы ещё здесь? — дружелюбно поздоровался Гадюка.

Мугён лишь приподнял уголки губ и направился к лестнице. Он вообще-то не любил рассусоливать, но Хонджу не ожидал, что он просто пройдёт мимо всех, включая Гу Пина и управляющего Яна.

— Вот же хамло, — прошипел Гу Пин, дождавшись, когда Мугён скроется из виду.

— Слушай, Гадюка, нам нужно с тобой кое-что обсудить. Давай сегодня переночуешь у нас, а завтра вместе на работу пойдем, — сказал он.

— Да-да, — отозвался тот.

— В последнее время про наш игорный дом всякие гадости распускают, так что с сегодняшнего дня сразу вышвыривай всяких придурков, ясно?

— Понял.

Чхве кивнул, и все разошлись. Хонджу спускался по лестнице последним.

— Блин, давно так не уставал, — пожаловался Чхве.

— А что случилось? Всё было нормально?

— Да нормально вроде. Одного тошнило, он вышел на улицу, и там же и отрубился. Аа!...— протянул Чхве, шедший впереди, затем повернулся на ходу и разразился гневной тирадой.

Хонджу, потирая промерзшие ладони, смотрел под ноги, чтобы тот случайно обо что-нибудь не споткнулся.

— Лучше бы он сам устроил скандал! А то Гадюка даже слова не дал вставить… — продолжал возмущаться Чхве, но вдруг осекся.

Хонджу, до этого пытавшийся вникнуть в жалобы гангстера, поднял голову. От входа тянуло сигаретным дымом и запахом алкоголя. Он увидел знакомую ткань пальто, развевающуюся на ледяном ветру.

— Я слышал, что здесь есть общежитие для сотрудников, — раздался голос Мугёна.

Чхве попятился, уступая ему дорогу. Мугён, держа в руках сигарету, даже не взглянул в их сторону.

— Далеко до него? — спросил Мугён.

Бандит лишь кивнул в сторону Хонджу, предоставляя ему возможность ответить.

— Нет, недалеко. Пара минут, — ответил Хонджу.

— Вот как, — Мугён глубоко затянулся, так что даже щеки впали, и бросил окурок в снег.

Тлея, окурок упал на снег. Мугён растоптал его ботинком и повернулся.

— Веди, — скомандовал он, выдыхая клубы дыма.

— Что?

— Говорю, идем. Прогуляемся, заодно протрезвею. Давай, вперед.

Мугён двинулся с места. Чхве начал что-то показывать Хонджу жестами, но тот не понял ни слова. Он в недоумении смотрел на его громадную фигуру, когда Мугён, уже повернувшись к ним спиной, резко бросил:

— Это ты перед Ку Хонджу кривляешься?

— Что? А, ха-ха...— Бандит заставил себя улыбнуться и почесал в затылке.— Да нет, я хотел сказать, что сегодня к девушке иду... Хонджу, я же тебе говорил?

— Нет.

— А, не говорил? Забыл, голова кругом идет. Короче, я у нее сегодня останусь, а утром на работу.

Судя по его виноватому виду, он только что это придумал. Наверное, не хотел идти с ними. Хонджу и самому было не по себе, но у него даже друзей-то особых не было, не то что девушки.

— Ясно.

— Ага. Наш сосед-вышибала, кстати, к себе уехал, ты же в курсе?

— Да.

— Вот и хорошо. Давай тогда, беги. А вам, директор Мугён, тоже счастливого пути.

Неуклюже кланяясь, бандит развернулся и пошел прочь. Хруст снега под его ногами звучал на удивление звонко.

— Видал? И кому только его такая огромная туша досталась, — усмехнулся Мугён ему вслед.

В следующую секунду Хонджу почувствовал, как его обхватила чья-то крепкая рука. Он инстинктивно попытался вырваться, но пальцы в перчатке сжали его плечо еще крепче.

— У меня пальто дорогое. Если упаду, подхватишь.

— ...

Это было уже слишком. Любой понимает, что идти в обнимку по скользкой дороге — только опаснее. Но Мугён и не собирался его слушать. Он повернул в сторону, увлекая Хонджу за собой. Тот покорно поплелся рядом, стараясь не обращать внимания на его тяжесть.

— А обратно вы как собираетесь добираться? — не выдержал Хонджу.

— Не твои заботы.

Хонджу подумал, что в этом лабиринте закоулков запомнить дорогу будет нелегко. Но Мугён в ответ на его робкое замечание лишь сухо буркнул что-то невразумительное.

— А у кого-нибудь из сотрудников есть машина?

— У Чхве есть, но он на ней почти не ездит. Говорит, бензин дорогой.

Мугён нахмурился, услышав ответ Хонджу. Наверное, богатеи даже представить себе не могли, каково это — считать каждую копейку.

— Да что разве он так дорого стоит, этот твой бензин? — фыркнул Мугён.

Облачко пара вырвалось из его губ и растаяло в воздухе.

— Ну, да ... недёшево, — пробормотал Хонджу.

У него кружилась голова, плечо затекло от того, что Мугён все еще держал его, а в ушах стоял звон. Несмотря на все эти неудобства, ему показалось, что стало даже теплее, чем раньше. Наверное, это от того, что рядом кто-то был. Хонджу потер левое ухо, которое успело замерзнуть, и прибавил шагу.

Для кого-то уже начинался новый день. Они обогнали нескольких ранних пташек, спешащих на работу, и вскоре оказались у обшарпанной пятиэтажки.

— Мы пришли. Это здесь, — сказал Хонджу.

— Какой этаж?

— Цоколь.

Мугён остановился и, медленно осмотрел здание. Наверное, с его точки зрения, привыкшего к роскоши, это место казалось убогой клоакой. У Хонджу от этой мысли стало неловко, и он начал нервно теребить в руках шарф.

— Я устал. Может, зайдем на минутку?

Хонджу поднял голову и встретился взглядом с Мугёном. Тот смотрел на него спокойно и выжидающе. Хонджу вдруг вспомнил отель, в котором они останавливались. Одна только гостиная с диваном была больше, чем вся эта квартирка в цоколе. Он не понимал, зачем ему, человеку, который элементарно боится испачкать брюки и стелит на стул платок, лезть в эту дыру.

— Здесь... тесновато.

Хонджу мялся, пытаясь как можно деликатнее дать понять, что он против. Дело было не только в тесноте, от одной мысли, что ему придется остаться с Мугёном наедине в замкнутом пространстве, у него перехватывало дыхание.

— Ну и стой на улице, если не хочешь, — фыркнул Мугён и спустился по ступенькам.

Хонджу обреченно вздохнул, провожая взглядом его безупречно прямую спину.

— Да мы сюда просто приходим переночевать, здесь грязно. Не проветривается, матрасы все в куче… И тесно очень, вам, наверное, неудобно будет… — продолжал он, нерешительно топчась на пороге.

Он нарочно не открывал дверь, надеясь, что Мугён передумает.

— А что ты предлагаешь? Мне за руль сесть пьяным? А если я в аварию попаду? Кто за тебя долг списывать будет?

Как будто нельзя было вызвать водителя, как в тот раз. Хонджу упрямо молчал, но Мугён уже скрестил руки на груди и, не дожидаясь ответа, спустился ещё на пару ступенек. В этот момент дверь напротив распахнулась, и оттуда выскочила молодая девушка, похожая на студентку.

— Ой… Здравствуйте… — пролепетала она.

— Здравствуйте, — ответил Хонджу.

Девушка поежилась под взглядом Мугёна и поспешила ретироваться. Поднимаясь по лестнице, она то и дело оглядывалась на Хонджу, ища у него ответа на немой вопрос. Ее взгляд, которым она сверлила Мугёна, ясно говорил о том, что она подозревает неладное. Она даже достала телефон, будто собираясь вызвать полицию. Хонджу поспешно замотал головой.

— Ты, я вижу, дожидаешься, пока она полицию вызовет?

Мугён повернулся к лестнице. Девушка, испуганно пискнув, со всех ног бросилась наверх. И в каком месте он, интересно, собирался протрезветь на свежем воздухе?

— …Ладно, заходим, — пробормотал Хонджу и, вздохнув, набрал код.

К его облегчению, внутри было не так уж и плохо. Похоже, Чхве перед уходом хоть как-то прибрался.

— Да тут же подхватить что-то можно, — скривился Мугён, оглядывая комнату.

Говорит так, будто никогда не видел, как живут другие. Хонджу, отвернувшись, стянул куртку.

— Я же говорил.

— Четыре человека ютятся в этой конуре?

Мугён пнул валявшуюся на полу кепку и хмыкнул. Хонджу молча протянул ему вешалку. Тот, не снимая перчаток, взял её и повесил пальто.

— Можете сюда повесить. Вы мыться будете?

— Ага.

— Тогда я первый.

Мугён оглядел комнату и остановил взгляд на Хонджу.

— А что, вместе нельзя? — спросил он с усмешкой.

Хонджу тут же помрачнел.

— Воду нужно спустить, чтобы горячая пошла. Я первый, — буркнул он.

— Ну и гостеприимство у тебя.

Мугён пробормотал это достаточно громко, чтобы Хонджу его услышал, и, повесив пальто на вешалку, неторопливо расстегнул запонки.

Каждое его движение было плавным и выверенным, он явно никуда не спешил. Хонджу невольно засмотрелся, как Мугён, сняв перчатки и сунув их в карман, расстегивает пуговицы рубашки.

Он казался чужеродным элементом в этой убогой обстановке, но в то же время в его присутствии не ощущалось диссонанса. Хонджу засмотрелся на его широкую спину, и Мугён, заметив это, обернулся.

— Нравится на глазеть на то, как я раздеваюсь?

— Нет, что вы! — Хонджу тут же отвел взгляд и поспешно вытащил из комода чистое белье.

Заскочив в душ, Хонджу прижал руку к груди и сделал несколько глубоких вдохов. Из крана лилась ледяная вода, но жар с его лица не спадал.

Наверное, всё дело в том, что Мугён ждёт его по ту сторону двери. Хонджу не любил задерживаться в душе, но сегодня побил все рекорды по длительности нахождение в нем. Он стоял перед дверью с мокрым полотенцем в руках, не решаясь выйти.

Время от времени из-за двери доносились какие-то шорохи, но сейчас всё стихло. Может, ушёл? Хонджу нерешительно повернул ручку.

— А…

Мугён стоял у окна, скрестив руки на груди. Неужели он всё это время простоял так? Впрочем, из окна полуподвального помещения было видно только автомобильные шины. Может, ему просто понадобилось проветрить, почувствовал какой-то запах? Хонджу принюхался, но в воздухе витал лишь слабый аромат освежителя воздуха.

— Ты там, смотрю, можешь на целый день пропасть, — голос Мугёна звучал насмешливо, но злости в нём не было.

Хонджу старательно избегал его взгляда, бросая полотенце в корзину для белья. Потом достал новую зубную щетку и самое свежее полотенце – для Мугёна.

— Это сейчас… переодеодеться…

Хонджу хотел предложить ему сменную одежду и обернулся, но в этот момент наткнулся на твёрдую грудь Мугёна, оказавшуюся прямо за его спиной. Мугён обхватил его за руку. Хонджу почувствовал, как большая ладонь легла ему на плечо, горячие пальцы сжали кожу.

— Что… Что такое?!

Движения Мугёна были медленными, настойчивыми, почти интимными. Мурашки побежали по коже, заставляя забыть о холоде ледяного душа. Хонджу вспомнил ту ночь в отеле…

— Холодный какой.

Мугён смотрел на него с каким-то детским любопытством, словно увидел что-то удивительное. Губы его тронула лёгкая улыбка, он даже не моргал. Неужели так странно, что Хонджу помылся в холодной воде? Он попытался высвободить руку. Хонджу не рассчитывал, что это будет легко, но Мугён без усилий разжал пальцы.

— Дай штаны.

— …

Хонджу поспешно протянул ему полотенце и попятился, чтобы оказаться подальше.

«Наверное, у Чхве телосложение похожее… Да, нужно будет постирать, прежде чем возвращать.»

Хонджу порылся в куче спортивных костюмов, которые Чхве накупил на распродаже, и выбрал штаны от того, что выглядел более-менее прилично.

— Спасибо.

Мугён взял штаны и скрылся в ванной. Хонджу ещё долго стоял на том же месте, прислушиваясь к шуму воды. Наконец, он пришёл в себя и засуетился. Снял пластырь с лица и бинты с рук, постелил чистое бельё, включил обогреватель на полную мощность.

— Не воняет? — Хонджу уткнулся носом в одеяло, пытаясь уловить какой-нибудь запах, но чувствовал только аромат стирального порошка.

Впрочем, Мугён всегда был помешан на чистоте, так что лучше перестраховаться. Хонджу несколько раз брызнул освежителем воздуха и, почувствовав, что начинает замерзать, закрыл окно.

Прошло какое-то время. Шум от душа стих, дверь ванной распахнулась, и в комнату ворвался поток горячего влажного воздуха. До этого в комнате было холодно, но сейчас от одной только этой влажности Хонджу почувствовал, как к нему возвращается тепло.

— Тут, наверное, холодно. Вам футболку дать? – спросил он, разглаживая складки на одеяле и изо всех сил стараясь не обращать внимания на то, что Мугён стоит у него за спиной.

Тяжелые шаги приближались. Тень Мугёна накрыла Хонджу, склонившегося над одеялом.

— Не надо. Мне так удобнее спать, — ответил он, вытирая волосы полотенцем.

Хонджу украдкой бросил на него взгляд. Серые спортивные штаны сидели на нём в обтяжку, обнажая лодыжки.

Хонджу нервно сглотнул и отвел взгляд.

— Тут сейчас станет тепло, я включил обогрев.

— Почему подушка одна?

С каждым шагом Мугёна к Хонджу приближался знакомый запах. Тот самый гель для душа и шампунь, которыми пользовались и Чхве, и сам Хонджу, и Гадюка. Но исходящий от Мугёна аромат казался каким-то… другим.

— Я буду спать там, — Хонджу махнул рукой на матрас, брошенный у раковины.

Мугён подошёл к матрасу и пнул ногой подушку Хонджу. Та отлетела в сторону и ударилась о его бедро.

— Мы только что поменял твое место.

— …Не хочу.

Хонджу крепко вцепился в подушку. Он хотел было вернуть её на место, но Мугён опустился перед ним на колени, преграждая ему путь. Хонджу невольно засмотрелся на его широкую обнажённую грудь. Он не знал, куда деть глаза, и лишь часто-часто заморгал.

— Чего ты ждёшь?

Мугён коснулся его лба указательным пальцем. Прикосновение было лёгким, но Хонджу вздрогнул и отпрянул. Он попятился назад, стараясь держаться от Мугёна как можно дальше. Мугён медленно повернул голову, не отрывая от него взгляда.

— Мне будет жарко спать в вами, — пробормотал Хонджу, кладя подушку на место, и поспешно поднялся на ноги.

Мугён проследил за ним взглядом.

— Неубедительно.

— Я сейчас свет выключу, — бросил Хонджу, задёргивая плотные шторы.

Мугён хмыкнул, подобрал матрас Хонджу и положил рядом со своим.

— Делай, что хочешь.

До него было рукой подать. Хонджу неловко закусил губу и выключил свет. Комнату тут же поглотила темнота. Хонджу на ощупь двинулся к своему матрасу, ориентируясь на слабый свет, падающий из за штор.

— Мне жарко, когда вы рядом, — повторил он.

Он молча отодвинул матрас обратно. В темноте послышался тихий смешок, но Мугён не повернулся.

Хонджу уже хотел было лечь, но вдруг замер.

«А нормально ли вообще спать в одной комнате с Мугёном? Конечно, с ним было не то, что с громилами, но ведь между ними ничего не было!

Хонджу уже знал, как Мугён возбуждается, какое у него тогда выражение лица… Он знал, как Мугён целуется…

«С каких это пор… тебе нравятся… мужчины?» — Вопрос Чхве не выходил у него из головы.

Хонджу никогда не испытывал таких чувств — ни к женщинам, ни к мужчинам. Рядом с ним просто не было тех, кто мог бы ему понравиться.

А что насчёт Мугёна? Наверняка у него много знакомств… Так почему же он поцеловал Хонджу? Неужели ему и правда нравятся мужчины, как сказал Чхве? В больнице Мугён ответил уклончиво… Или этот поцелуй был просто… платой за услугу?

— Кстати… насчёт того… — Хонджу не сдержался и заговорил. Его тихий голос предательски дрогнул.

Но он не знал, как продолжить.

— …

— Ничего. Спокойной ночи.

Мугён, видимо, уже спал. Впрочем, так было даже лучше. Хонджу лежал, глядя в потолок, и медленно моргал. Все его чувства будто обострились. То ли из-за присутствия Мугёна, то ли из-за темноты… Он отчётливо слышал, как тикает стрелка старых часов, которые ему подарили на открытие казино.

Дыхание Мугёна, лежащего слева, ощущалось так близко… Хонджу поймал себя на том, что невольно дышит с ним в унисон.

— …

Воцарилась тишина, в которой даже звук глотка показался бы слишком громким. Хонджу вздрагивал от каждого шороха. Он напрягся всем телом, стараясь не терять бдительности, но сон всё равно брал своё.

— …Фух…

Хонджу тихонько вздохнул и повернулся на бок, уткнувшись правым ухом в подушку.

Дыхание Мугёна и шорох одеяла стихли. Теперь он остался один в гнетущей тишине. Хонджу моргнул, переводя взгляд на темный силуэт раковины.

— …

«…Что же получается… и Гу Пин, и Мугён — они оба хотели… одного и того же?» — подумал он. — И чем же он лучше? Зачем тогда я пустил его домой и лёг с ним рядом?»

Хонджу никак не мог уснуть. Он закусил губу и уже хотел было подняться, как вдруг…

Чья-то рука легла ему на шею. Хонджу резко распахнул глаза и повернул голову.

— Знаешь, я тут подумал… о том, что ты хотел спросить, — прозвучал низкий голос прямо над ухом.

Перед глазами мелькнул расплывчатый силуэт. Когда он успел подобраться так близко? Хонджу растерянно моргнул и попытался подняться, но его рука переместилась на плечо, не давая ему встать.

— Неважно. Оставьте меня, — пробормотал Хонджу.

— Хотел спросить, зачем я тебя поцеловал? — рука с плеча переместилась на шею, и Хонджу почувствовал, как по коже побежали мурашки от прикосновения горячих пальцев. Он весь задрожал.

— Или тебе интересно, почему я ничего не делаю?

— Нет! Уберите руки!

Но Хонджу не смел шевельнуться, боясь, что рука на его шее сомкнётся в тисках. В прошлый раз Мугён так сильно сжал ему горло, что потом долго было больно глотать, да и синяки не проходили несколько дней.

— А я уже почти передумал, — прошептал Мугён.

Его низкий хриплый голос прозвучал пугающе интимно. Хонджу почувствовал, как по спине побежали мурашки. Большая ладонь легла на его щеку, накрыв её почти до самой челюсти.

— …Раз ты так просишь, — продолжил Мугён.

Глаза Хонджу постепенно привыкали к темноте, и он начал различать черты лица Мугёна, нависшего над ним. Хонджу чувствовал крепкое тело Мугёна, как он медленно приближается. После того, что произошло в отеле… после поцелуя… Мугён списал его долг. Неужели и на этот раз… после всех этих ласк… он не чувствует ничего, кроме желания заключить сделку? Хонджу решил, что должен знать наверняка.

— Вы… вы снова спишете мой долг?

Его голос дрогнул, но вопрос прозвучал довольно дерзко.

— Ха-ха…

Мугён рассмеялся, и Хонджу почувствовал на своей щеке его горячее дыхание.

— Вот почему не стоит пить холодную воду в присутствии детей, — проговорил Мугён сквозь смех, и, развернув лицо Хонджу к себе, накрыл его губы своими.

* П/п: Это пословица на корейском языке, которая означает, что следует быть осторожным в своих словах и действиях в присутствии детей, поскольку они могут неправильно понять или истолковать их.

Хонджу замер. Тень от тела Мугёна накрыла его с головой.

— Да, спишу, — прошептал Мугён, и Хонджу почувствовал, как его пальцы сжимаются на его щеке.

Он так крепко держал его лицо, что Хонджу невольно приоткрыл губы, покрытые сухими корочками. Мугён надавил чуть сильнее, и потрескавшиеся губы Хонджу приоткрылись еще сильнее. Он скользнул взглядом в его рот — такой горячий, такой алый…

— И сколько же вы… спишете? — Хонджу с трудом мог говорить.

Мугён ухмыльнулся, и их губы соприкоснулись. Он не стал углублять поцелуй, просто прижался к губам Хонджу, повторяя:

— Сколько ты хочешь?

Хонджу пытался что-то ответить, но губы его словно онемели под напором Мугёна. Тот отстранился, и Хонджу понял, что за всё это время ни разу не вдохнул. Мугён наклонил голову и прижался губами к бледной шее Хонджу, слегка прикусив нежную кожу.

— Ах…

Мугён едва сдержал смешок, услышав тихий стон, и сжал зубы чуть сильнее. Наконец, он оторвался от Хонджу и откинул одеяло.

Перед его глазами предстало худое тело Хонджу. На нём была просторная футболка, из-под которой виднелось бледное тело. Мугён вспомнил, как скользил по ним взглядом, когда Хонджу только вошёл в комнату… Он запустил руку в шорты Хонджу и накрыл ладонью нежное бедро.

— Так сколько же мне списать, чтобы ты перестал молчать? — спросил Мугён, сжимая пальцы.

Хонджу вздрогнул и попытался отстраниться. Мугён сжал его бедро, оставляя на нежной коже красные следы. Хонджу задрожал.

Мугён и сам толком не понимал, что им двигало. В тот момент в машине он поцеловал его скорее импульсивно. Хонджу был таким юным… он так жалко смотрелся, когда попросил сигарету. Его тело было покрыто шрамами, но взгляд оставался холодным и отстранённым… Это пробудило в Мугёне странное желание обладать им, подчинить себе… Он вспомнил, как в ту ночь глаза Хонджу горели, а ресницы были мокрыми… и сам не заметил, как поцеловал его.

Ку Хонджу же пусть считает всё это частью сделки:

«Один спишет долг — другой получит своё». Это было нужно им обоим.

— Если мы переспим… вы спишете больше, чем в прошлый раз?

Мугён проник пальцами под белье Хонджу, и тот вздрогнул. Он инстинктивно схватил Мугёна за руку, но его пальцы только скользнули по грубому, шершавому бинту.

— Подождите… А как… как в прошлый раз… нельзя? — выпалил Хонджу.

«В прошлый раз»… Мугён усмехнулся, вспоминая, как неумело Хонджу двигал рукой.

Хонджу, видимо, решил, что Мугён смеётся над ним, потому что добавил ещё тише:

— Или… может ртом?

Он смотрел на Мугёна пустым, лишенным эмоций взглядом, полным отчаяния. Хонджу даже не догадывался, насколько сильно он разжигает его желание. Впрочем, знай он об этом, ни за что бы не пустил его домой.

— Ртом?

— Да… я… я могу…

«Он отлично сосёт, — всплыли в памяти слова мадам Гу. — У него талант, я вам говорю. Один - два раза — и я уже на седьмом небе. Он просто рождён для этого.»

Мугён посмотрел в потемневшие глаза Хонджу.

«И как же долго он засовывал ему свой член в рот при каждом удобном случае?».

— …Правда?

Мугён медленно убрал руку из-под его пояса. Он приподнялся, оказавшись над Хонджу, и, прежде чем тот успел что-то сказать, навис над ним своим телом. Ткань спортивных штанов натянулась, обозначая его возбуждение. Мугён проник рукой под пояс спортивок. Хонджу вздрогнул, видя его твердый ствол.

— Мадам Гу говорил, у тебя хорошо получается, — головка была влажной и уже блестела от выступившей смазки.

Мугён провел по члену рукой несколько раз, а потом обхватил пальцами и сжал. Член дернулся, и головка уткнулась в щеку Хонджу. Тот облизнул губы и робко приоткрыл рот.

— Говорил, у тебя прирожденный талант. Я даже еще ничего не сказал, а ты уже рот открыл, — Мугён усмехнулся и легонько шлепнул Хонджу по щеке.

Он провел членом по его лицу — по щекам, по губам, по длинным ресницам, по векам. Хонджу закрыл глаза, чувствуя на коже липкую влагу. Мугён увидел кончик его языка и глубоко вздохнул.

— Ха…

Он прижал член к губам Хонджу. Затем головка уперлась в щеку, и Мугён почувствовал, как напряглись мышцы внизу живота. Он стиснул зубы, но хватку не ослабил, словно оценивая, поместится ли он во рту Хонджу.

— Голова такая маленькая, как бы не проткнуть, — пробормотал он.

Ему казалось, что даже если Хонджу засунет его член в глотку, тот все равно весь не поместится.

— Видишь? Не получится.

Хонджу украдкой посмотрел на него. Он осознал, как много места во рту займет член Мугёна, и сглотнул. Мугён проследил за его взглядом и хмыкнул:

— Нет, не получится.

Мугён разжал руку, и его твёрдый член дёрнулся, ударившись о живот. Он провёл языком по внутренней стороне щеки, усмехнулся и наклонился к Хонджу. Опираясь руками в подушку по обе стороны от его головы, Мугён медленно опустился, накрывая его своим телом.

—Ах…

Хонджу попытался высвободиться, но Мугён был слишком тяжёлый. Не двигаясь с места, он лишь сильнее прижался своей возбуждённой плотью к бедрам Хонджу.

— Давай сначала посмотрим, как ты кончишь.

Он вспомнил небольшой член Хонджу - приятного персикового оттенка, гладкий, словно у младенца, вспомнил, как ласкал его до тех пор, пока тот не излился. Представив, как семя брызнет на плоский живот, Мугён ощутил волну возбуждения. Он снова накрыл Хонджу своим телом, плотно прижавшись пахом к его бедрам, но на этот раз движения Мугёна были медленными, размеренными, но от того не менее настойчивыми.

— Ах…

Хонджу отвел глаза, не выдержав тяжелого, пылающего жаждой взгляда. Ощущение твердого ствола, упирающегося в бедро, не давало забыть о происходящем. Эта неприкрытая похоть пугала, и страх был сильнее робкого возбуждения. Возможно, потому что он предчувствовал: на этот раз все закончится не жалкой имитацией, как в прошлый раз, а чем-то гораздо большим.

— Ах… ык… ах…

Грубое трение, несмотря на свою резкость, вызывало почти болезненное удовольствие. Тело Хонджу беспомощно дёргалось в такт движениям, но там внизу всё ещё  ничего не отзывалось.

Мугён скользнул рукой вниз, нащупывая под тканью шорт вялый член.

— Не встаёт? — усмехнулся он. — Значит, его нужно потрогать?

Мугён прищурился, окидывая взглядом шею Хонджу, и стянул резинку его шорт. Тот испуганно дёрнулся, невольно помогая избавиться от надоевшей ткани. Мугён обхватил его член и медленно провёл большим пальцем по гладкой головке.

— Директор Му…

Хонджу зажмурился, срываясь на хриплый шепот, выдыхая имя Мугёна. Тот в ответ лишь довольно прищурился, всё это время жадно скользя взглядом по его белой коже.

— Значит, на прикосновения реагируешь.

Большая ладонь обхватила член, лаская и поглаживая, словно дразня. Колени Хонджу подрагивали, а сам он выгибался в спине, бессознательно двигаясь навстречу этим ласкам.

Однако Мугён продолжал неторопливо двигать рукой, словно пытаясь сломить сопротивление и окончательно подчинить себе Хонджу.

— М-м-м.

Сжав губы, Хонджу попытался схватить Мугёна за руку, словно в немой мольбе остановиться. Но это была лишь жалкая, бессмысленная попытка. Движения стали быстрее, по спине Хонджу вверх побежала дрожь, а вены на шее вздулись.

Почувствовав, как плоть под его ладонью наливается и твердеет, Мугён сглотнул горячую слюну.

— Ты сдерживаешься, боясь, что кто-то услышит?

Мугён, наблюдая, как Хонджу кусает губы, пытаясь заглушить стоны, решил довести его до предела. Он наклонился, провёл языком по нижней губе Хонджу, а затем накрыл его возбуждённую плоть своей, дразняще потираясь.

— Ым-м-м.

Ноги Хонджу упирались в матрас, судорожно сминая простыни. Тело содрогалось в сладкой дрожи, и футболка, задираясь все выше, постепенно обнажала  живот.

— Кто тут нас может услышать в такой час?

Вид растрёпанного Хонджу разжигал в Мугёне жажду обладания. Он прильнул губами к его уху, касаясь горячим дыханием кожи сквозь взлохмаченные волосы, а затем укусил его за мочку.

— Ах…Ха-а…Ах…

Тихие стоны вырвались из груди Мугёна, смешиваясь с его прерывистым дыханием. Хонджу, вынужденный слушать эти хриплые, полные желания звуки прямо у себя над правым ухом, невольно подрагивал.

Жар чужого тела, прижимающегося к нему, отзывался сладкой истомой.  Каждое движение, каждое скольжение по плоти вызывало дрожь, заставляя бедра инстинктивно двигаться навстречу, подчиняясь судороге удовольствия.

— Ым-м-м…

Дрожа всем телом, Хонджу впился пальцами в обнаженное плечо Мугёна, оставляя на коже красные отметины. Внезапно семя хлынуло наружу, стекая горячими каплями по тыльной стороне руки Мугёна. Тот, не обращая внимания на это, продолжал двигать рукой, лаская и сжимая их члены.

Комнату наполнило тяжелое дыхание, перемешанное с запахом страсти.

Грудь Хонджу часто вздымалась. Он приоткрыл влажные веки, встречаясь с пристальным, изучающим взглядом темных глаз.

— ….

— Ах…

Между бровей Мугёна пролегла морщинка, и вскоре из его возбужденного члена хлынула сперма.

Обычно он не терпел грязи и всегда носил перчатки, но сейчас, глядя на их тела, покрытые потом и семенной жидкостью, Мугён ощутил странное, незнакомое возбуждение.

— Значит тебе приятно, когда трогают. — голос Мугёна звучал хрипло и низко.

Он приподнялся и, не церемонясь, стянул шорты с бедер Хонджу. Его взгляд, привыкший видеть в темноте, скользнул по обнаженному телу: белая кожа, худые ноги, плоский живот, проступающие под кожей, изящные изгибы бедер. Чуть выше все было забрызгано их общей спермой, и этот вид вызвал в Мугёне новую волну желания. Проведя рукой под коленями Хонджу, он закинул их себе на плечи. Тот послушно согнулся, выгибаясь навстречу.

— Я никогда этого не делал…и даже если и сделаю, то вряд ли из этого что-то получится.

— Я знаю, ты девственник, ведь ты не такой, верно?

Усмехнувшись, Мугён крепко сжал его бедра, покрытые спермой руки скользили по коже, оставляя красные отпечатки. На этот раз большая рука Мугёна проникла между ягодиц Хонджу к маленькому упругому отверстию. Пальцы Мугёна скользнули к входу и слегка надавили. Хонджу вздрогнул.

— Ты так и не ответил.

— Ах…

В ответ лишь сдавленный стон. Мугён продолжал ласкать промежность Хонджу, кончиками пальцев касаясь плотно сжатого входа. От каждого прикосновения тело юноши пронзала дрожь.

— Стой…Подожди…те…немного…

Его никогда раньше так не касались. От незнакомых ощущений  сердце Хонджу бешено колотилось в груди.

— И сколько же, по-твоему, мне ждать?

Палец медленно скользнул внутрь, раздвигая тугие стенки, и начал выписывать крошечные круги. Хонджу выгнулся дугой, с приглушенным стоном.

— Перестань… хватит…

Если бы он мог отмахнуться от этой ситуации, или притвориться, что не понимает происходящего, все было бы намного проще.

— Хонджу, это дорого стоит, — Мугён мягко улыбнулся и протолкнул палец глубже.

Незнакомые ощущения охватили Хонджу, заставляя его напрягаться и дрожать всем телом.

— Ох, один палец — и ты уже так реагируешь? — прошептал Мугён.

Хонджу продолжал тяжело дышать, скованный волной незнакомых ощущений.

— Хм… Девственники. Одни только хлопоты…

Легкое прикосновение к внутренней стороне бедра — и незнакомый зуд прошиб Хонджу до мурашек. Его бедра судорожно сжались, когда Мугён добавил еще один палец, медленно двигая им. Тяжелый взгляд скользнул по шее, груди, и задержался на члене, который уже снова начал твердеть.

— Ты, кажется, и правда для этого рожден…

— Ах… Ых…

— Смотри, стоит мне тебя потрогать — и он уже готов, — сказал Мугён и рассмеялся.

Хонджу попытался отстраниться.

По спине пробежало приятное покалывание и это всего лишь из-за двух пальцев внутри.

— Ах…Ых…

Он пытался сдерживаться, но стоны сами срывались с его губ. Мугён растягивал его, раскрывая пальцы, словно ножницы. Каждый толчок влажных пальцев отзывался глухим хлюпающим звуком.

— Ыах…Ха-а…

Сквозь щель в задернутых шторах пробивался яркий клинок солнечного света, разрезая темно-синий полумрак. Мугён, словно хищник, с жадностью разглядывал Хонджу в этих слабых лучах.

— Директор…

На лице Хонджу застыла беспомощность. Он не пытался даже коснуться себя, чтобы усилить удовольствие, лишь слабо дрожал, вцепившись в подушку, словно беспомощный зверек. И с каждым прикосновением Мугёна волна наслаждения все ближе подкатывала к пику, грозясь захлестнуть с головой.

Мугён усмехнулся и, вынув пальцы из податливого тела, направил разгоряченный член к влажному входу. Головка, покрытая капельками смазки, скользнула по упругим складкам.

— Не шевелись, так он легче войдет, — прошептал Мугён, прижимаясь своим твердым, раскаленным членом к ягодицам Хонджу.

Он медленно обвел головкой сжатое отверстие, намечая будущий путь, и огляделся — презервативов не было.

«Впрочем, — подумал он, — зачем они нам, если мы оба мужчины?»

— Ых... ах...

Твердый ствол, пульсируя набухшими венами, с трудом преодолел сопротивление узкого отверстия. Несмотря на это, плоть вокруг входа мгновенно вспыхнула жаром.

Мугён крепко обхватил рукой ногу Хонджу, закинутую ему на плечо, и одним резким движением притянул его к себе, вгоняя член до упора.

— А-ах... ах!

Сдавленный стон сорвался с губ Хонджу. Его глаза заблестели. Жаркие, влажные стенки тесно обхватывали плоть. Возбуждение нарастало с каждым мгновением, отдаваясь пульсацией в висках.

— Ах…ых…— простонал Мугён, когда вошел так глубоко, что тазом уперся в упругие ягодицы. Кожа Хонджу пылала, а возбуждение достигло своего пика. Мугён, не в силах сдерживаться, притянул его к себе, надавливая на талию, и продолжал двигаться, наслаждаясь каждым толчком. Влажные шлепки, эхом разносились в тишине комнаты, словно отсчитывали секунды до кульминации.

— Ах! —  стон вырвался из горла Хонджу, когда Мугён вошёл особенно глубоко, словно разрывая его на части. Вцепившись побелевшими пальцами в подушку, Хонджу судорожно пытался вдохнуть, но спазм сдавил горло, перехватывая дыхание.

— Расслабься немного, а то будет больно, — прошептал Мугён, толкаясь в напряженное тело Хонджу.

Горячие, податливые стенки плотно обхватили его член. Мугён подался вперёд, и чувствительная головка уперлась в тугой барьер сжатых мышц, вырывая из груди Хонджу прерывистый вздох. Он начал двигаться плавно и размеренно, с каждым толчком погружаясь всё глубже, растягивая тугое нутро. От его движениями у входа собиралось всё больше естественной смазки.

— Ха... ух...

Стоны Хонджу и хриплое дыхание Мугёна — единственные звуки, нарушающие полумрак тесной студии. В темноте ясно видны лишь контуры их тел: бледная кожа, влажная головка члена, острые колени. Мугён наблюдал, как румянец расцветает на коже Хонджу.

— Вот так, продолжай. Какие сладкие звуки... Должно быть, ты уже совсем близко?— проговорил Мугён, стараясь сдержать возбуждение в голосе.

Он рассчитывал соблюдать дистанцию, находясь в этом игорном доме, но этот парень оказался настоящей находкой. В конце концов, когда строительство завершится, он собирался порвать все связи с этим местом, с мадам Гу и ее подопечными.

Однако, его волновал Ку Хонджу, который все глубже погружался в пучину долгов.

Когда именно это началось? Когда он поручил ему присматривать за мадам Гу? Или когда услышал о том, что он расплачивается с долгами особым образом…отсасывая член? А может, все началось с того момента, когда он, поддавшись импульсу, осмелился прикоснуться к его телу?

—  Чувствуешь, да? Приятно же…

С каждым толчком бедер, с возбужденого члена Хонджу стекали тягучие капли смазки, оставляя блестящие дорожки на бедре. Мугён наблюдал за этим, с трудом сдерживая нарастающее возбуждение. Низ живота саднило, предвещая скорую разрядку.

— Только дурак будет использовать такое тело лишь для отсосов — пробормотал он Хонджу на ухо и, резко развел его ноги в стороны. раздвигая их до предела. Налившийся член легко скользнул в разомкнутое отверстие, которое уже успело покрыться скользкой смазкой.

— Ах, подождите… — простонал Хонджу.

Мугён неторопливо разглядывал Хонджу. Взгляд скользил по влажным от пота волосам, прилипшим ко лбу, задерживался на синяках и ссадинах, рассыпанных по всему телу.

Гу Пин как-то обмолвился, что Хонджу пользовался бы большим успехом, не будь у него такого жалкого вида. Но Мугёна, наоборот, заводила эта его необычная красота, и он поймал себя на мысли, что хотел бы увидеть Хонджу после того, как все его раны заживут.

— Сам же чувствуешь, как тебе хорошо, — проговорил Мугён, внезапно освобождая его ноги и сжимая тонкими пальцами шею. Хонджу вздрогнул от неожиданности, мышцы непроизвольно напряглись, и член Мугёна вошел еще глубже.

— Ах… — вырвался из груди стон.

Волна возбуждения прокатилась по всему телу. Сдерживая нарастающий экстаз, Мугён все сильнее сжимал его шею.

— Кха… А-ах… — Хонджу зажмурился, пытаясь освободиться.

Он дергал его за запястья, упирался локтями, пытался оттолкнуть забинтованной рукой. Но Мугён даже не шелохнулся, когда его короткие,  подстриженные ногти впились ему в грудь. Наоборот, он только усилил напор, входя так глубоко, что Хонджу показалось, будто у него сейчас кости затрещат.

— Хн…ыкх….— Из-под плотно сомкнутых век Хонджу потекли слезы.

Из слегка приоткрытых уголков рта стекала слюна.

Мугён медленно двигал бедрами, словно намеренно целился в самые чувствительные места. С каждым толчком тело Хонджу мелко вздрагивало.

— Ах… — взгляд Мугёна упал на дрожащий кончик языка между раскрытых губ, и ему захотелось пить. Он провел пальцем по шее Хонджу, с силой сжал и резко вошел, чувствуя, как мышцы напряглись до предела. В этот момент Хонджу резко открыл глаза и беззвучно вскрикнул.

Мугён не трогал его член, но вязкая жидкость все равно вытекала из него, пачкая футболку. Наблюдая за этим, он чувствовал, как напрягаются мышцы ног, а внизу живота возникло резкое, пульсирующее покалывание. В тот момент, когда его накрыл оргазм, он резко отпустил шею Хонджу и, с силой сжав его бедра, вошел еще раз.

— Ха-ах… Ха-ах… — тот жадно глотал воздух, не в силах остановиться.

Глаза Хонджу были налиты слезами, он смотрел куда-то в потолок, беспомощно раскинув руки. Сперма, которой было запачкано его тело, стекала на простыни.

«И почему я не считаю это отвратительным, когда речь идет об этом парне?» — думал Мугён, выходя из него, и вновь продолжая двигаться. Хонджу, дрожа, обхватил себя руками.

— Ку Хонджу, — проговорил Мугён и, слегка шлепнув его по щеке, посмотрел в его глаза.

— А? — Хонджу медленно перевел на него взгляд. В его глазах, которые всегда казались такими пустыми и равнодушными, теперь читалась буря эмоций: страх и удовольствие — гремучая смесь, делавшая его похожим на живого человека.

— Так гораздо лучше, — пробормотал Мугён, усмехаясь.

Он вновь толкнулся в него, и Хонджу задрожал, вцепляясь пальцами в простыни.

Почувствовав под кожей щекотание, Хонджу поднял руки и почесал нижнюю часть живота. Мугён вышел из него и, сжав член, несколько раз провел по головке, стирая остатки возбуждения. Из покрасневшего отверстия вытекло густое семя.

Мугён, тяжело дыша, собрал вытекшую сперму кончиками пальцев и протолкнул ее обратно. Он повторил это несколько раз, пока вход не оказался полностью покрыт белой жидкостью.

— Странно... тело, ах... — прохрипел Хонджу, инстинктивно поджимая колени.

Мугён грубо надавил на его бёдра, разводя их ещё шире.

— Не странно, просто расслабься, — проговорил он, обмазал свой вновь наливающийся возбуждением член вытекшей спермой и прижался им к сведённому спазмом кольцу мышц Хонджу. Затем осторожно проник головкой в растянутое отверстие.

— Ааах...

Стоило ему войти, как Хонджу застонал. Мугён приник к его губам, обжигая их своим дыханием, а их тела слились в единое целое, не оставляя между собой ни малейшего зазора.

Мугён двигался, отводя таз назад, а затем грубо входя снова и снова. Простыни под ними становились всё более влажными и смятыми.

Яркий солнечный свет лился сквозь неплотно задёрнутые шторы, пока наконец их бурный секс не прекратился.

***

Ощущение одеяла на плечах заставило Хонджу резко открыть глаза. Комнату все еще пересекали яркие лучи света, словно вечер еще не наступил.

— Нет, не сразу. Дай немного времени.

Это был голос Мугёна. После того, как во время секса Хонджу слышал так много стонов, его обычный голос показался незнакомым. В темноте послышался шорох, словно Мугён собирался уходить. Хонджу снова закрыл глаза.

— Думаю, этого достаточно.

Чье-то дыхание послышалось совсем близко, и вскоре Хонджу почувствовал, как его мочку поглаживают пальцами. Из-за укусов Мугёна легкое прикосновение отозвалось ноющей болью.

Хонджу затрепетал ресницами и повернул голову. Над ним раздался тихий смешок.

— Да что ты знаешь? Просто припугнул немного для быстроты.

Шаги Мугёна гулко раздавались в комнате. Он говорил по телефону, обуваясь, а затем открыл входную дверь и вышел.

Лишь когда дверь с глухим стуком захлопнулась, Хонджу снова открыл глаза. В комнате все еще царили полумрак и холод, пряный запах страсти никуда не делся. Однако, ягодницы и мокрые простыни уже были сухими.

— ...

Вместе с уличным шумом в комнату проникал звук работающей стиральной машины.

Хонджу хотелось проветрить комнату, но все тело ломило от боли, он не мог пошевелиться. Эта боль отличалась от той, что он испытывал от побоев. Тянуло таз, ныли бедра, внизу живота все горело и саднило. Хонджу подавил рвущийся из груди всхлип.

Он проваливался в сон, словно в обморок, и снова просыпался. Каждый раз, открывая глаза, Хонджу смотрел на лучи света, прорезающие комнату. Незаметно свет стал более тусклым — пора вставать.

— Ах…

Превозмогая боль, Хонджу с трудом поднялся, откинул одеяло и ощупал внутреннюю сторону бедер. В этом месте обычно не оставались синяки или царапины, но сейчас там ныло, а внизу всё жгло и саднило, как от ожога. Кожа была покрыта багровыми пятнами и лиловыми отпечатками от пальцев.

— ...

К побоям он со временем привык. Но привыкнет ли он к этому? Случилось то, чего он так боялся. Он и подумать не мог, что им окажется не Гу Пин, а Мугён. Но, может, это… к лучшему? Хонджу протер заспанные глаза тыльной стороной ладони, простонал и сел.

***

Возле дома не было машины Мугёна. Хонджу почувствовал облегчение. Как ему смотреть в глаза человеку, с которым он не состоит в отношениях, но с которым только что переспал?

Хонджу застегнул пуховик до самого подбородка и стал подниматься по лестнице.

— О, ты вернулся.

Сидевший за столом Гу Пин услышал шаги Хонджу и резко обернулся. На его лице сияла широкая улыбка.

— Черт, да от тебя же спермой воняет! — Гу Пин зажал нос и принялся разгонять воздух рукой.

Хонджу опешил и невольно глубоко вдохнул, чтобы проверить. Он чувствовал только затхлый запах старого здания, ничего больше.

— Я думал, ты отдельно уехал, а ты, оказывается, с ним за моей спиной встречался, да еще и трахался!

Говорил наверно, что махом погасит твой долг. Закинул аж несколько миллионов вон сразу!

У Хонджу округлились глаза.

— …Несколько миллионов?

— Ага, пять миллионов. Говорит, вычесть из твоего долга! Теперь этот ублюдок не сможет трепать мне нервы из-за залога. Черт, какое облегчение!

Гу Пин говорил с так, словно у него и правда гора с плеч упала. Вот, значит, почему он был так рад, — у него появились деньги.

— Пять миллионов?

Конечно, перед вчерашним сексом они говорили о долге. Но Хонджу и представить себе не мог, что Мугён действительно его погасит. Да еще и целых пять миллионов. Он принялся бормотать себе под нос, смакуя эту сумму.

«Осталось всего четыре миллиона».

Долг сократился просто невероятно, и это всего за один день.

— Но почему он оставил четыре миллионов? Неужели ты его вчера не удовлетворил? Надо было ему, что ли, парочку приемов показать, эх…

«Скорее всего, оставшиеся четыреста миллионов — это гарантия того, что я останусь в игорном доме. Как бы то ни было, моей задачей было следить за Гу Пином до окончания строительства.»

Хонджу застыл с отсутствующим взглядом, и тогда Гу Пин, цокнув языком, потянулся к его куртке.

— Дай-ка гляну.

— Что? Вы что делаете? С ума сошли?

Хонджу отшатнулся, но Гу Пин был неумолим. Он расстегнул молнию и оттянул воротник куртки.

— Да уж, знатно он тебя обработал. Видать, богатенькие ублюдки любят пожестче, —  прокомментировал Гу, разглядывая следы на шее Хонджу, которые тот считал жуткими напоминанием о удушье, а не доказательством страсти.

— Пустите!

Хонджу грубо оттолкнул его руку и бросился прочь по коридору.

— Да ты, гляди-ка, скоро разбогатеешь, если будешь и дальше так давать! А? — кричал ему вслед Гу Пин.

Все эти пошлые шутки сейчас волновали Хонджу меньше всего. Неужели Мугён и правда заплатил пять миллионов за одну ночь? И неужели все закончится после еще одного раза? Может, Мугён, как и Гу Пин, будет держать его на коротком поводке из долга?

До сих пор Мугён казался Хонджу человеком из другого мира, не таким, как Гу Пин. Вряд ли он станет вести себя так же мерзко, но… тревогу побороть было невозможно.

Не обращая внимания на летевшие в спину насмешки, Хонджу принялся осматривать комнаты одну за другой под предлогом проверки.

Он проверил, на месте ли деньги. И хотя он знал, что со вчерашнего вечера, когда он уходил с работы, ничего не изменилось, он все равно бесцельно сновал туда-сюда, изображая занятость.

В одной из комнат сидел Чхве. Заметив Хонджу, мужчина, до этого с аппетитом уплетавший хлеб, аж подскочил от неожиданности.

— Черт! А я думал, это Гу Пин.

— Гу Пин там, — кивнул Хонджу в сторону коридора. — Ешь давай быстрее, а то он увидит, что ты тут крошки развел, и начнет орать.

Хонджу оперся о дверной косяк, скрестив на груди руки, и стал наблюдать за Чхве. Краем глаза он заметил какое-то движение и убедился, что Гу Пин действительно где-то здесь. — А ты чего пришел? Сейчас же не твоя смена.

— Да Гу Пин сказал, что у него для меня работенка есть. Будешь булку?

— Нет.

Как ни странно, в этом доме Хонджу почти не испытывал чувства голода. Разве что жажда порой давала о себе знать. Не обращая внимания на протянутый Чхве кусок булки, Хонджу лениво пинал носком дверной косяк.

— Ешь давай, а? Как-нибудь потом, когда наши смены совпадут, пойдем поедим мяса. А то совсем кожа да кости, тебя ветром сдует… Прямо…—

Чхве осекся на полуслове и, цокнув языком, откусил кусок хлеба.

«Что он хотел сказать? «Жалкое зрелище»? «Убожество»? «Тошно смотреть»? Да что ни скажи — все к подходило»

Хонджу привык жить как бродячий пёс, валявшаяся в грязи, поэтому подобные слова его ни капли не задевали.

— Слушай, я дома белье постирал, надо будет его собрать.

— Ага, — рассеянно отозвался Чхве, сосредоточенно слизывая с губ остатки крема.

— Ты чего тут делаешь?

Позади раздался грубый голос, и в дверях возник один из бандитов. Чхве вздрогнул и снова подскочил от неожиданности. Бандит хмыкнул, наблюдая за его реакцией, а потом поймал взгляд Хонджу и многозначительно приподнял брови.

— Свинья жирная, сейчас припрется и устроит скандал. Я пошел. — Чхве вытащил из черного пакета, который висел у него на запястье, булочку и сунул ее в карман Хонджу.

— Ешь сам. А вот той свинье худеть надо.

— А что, есть по ранжиру будем?

— буркнул другой.

Они вышли из комнаты, продолжая препираться. Хонджу опустил взгляд на надувшийся карман куртки.

— …

Он легонько сжал его пальцами, и изнутри послышался хруст целлофана. Да нет, это точно была реальность.

А вот разум Хонджу словно витал где-то далеко. Может, это была тревога, которую он испытывал оттого, что невиданная доселе свобода была уже почти у него в руках?

***

— Хонджу, ну что, как оно вчера было?

В игорном доме снова стало шумно — потянулись клиенты. Каждый раз, сталкиваясь с Хонджу в коридоре, его громила-сосед по комнате норовил выведать подробности прошлой ночи.

— Да ничего особенного, — буркнул Хонджу и попытался пройти мимо, но тот не отставал.

«Вдруг он приходил ко мне домой? Или стоял под окнами и все слышал? Я же стонал так, что у меня в горле до сих пор першит… Если в то время жильцы были дома, то наверняка все слышали».

Хонджу принялся оглядываться по сторонам, делая вид, что его интересует что-то вокруг, лишь бы скрыть свое беспокойство.

— Правда, что ли? — недоверчиво протянул тот.

— Правда, — отрезал Хонджу.

Судя по тону, бандит ему не поверил, но настаивать не стал. Не рассказывать же ему в самом деле, что он расплатился за долг своим телом… Да и незачем это рассказывать.

Минуя Хонджу и бандита, сидевших рядом за одним из столиков, прошел Гу Пин в сопровождении клиента. Он широко улыбался — такое случалось нечасто.

«Что это с ним сегодня? День такой удачный? Или бабла срубил по-легкому?..»

Хонджу молча опустил голову, но на самом деле он прекрасно все понимал. Он знал, что деньги, за которые он продал свое тело, теперь греют карман Гу Пина. Судя по тому, как широко Гу Пин сейчас улыбался, сумма была немаленькой. Интересно, а если бы это был не долг, а его собственные деньги, если бы у него в руках оказалась такая сумма, смог бы он улыбаться так же?

— …

Мысль эта была настолько нереальной, что Хонджу даже не стал развивать ее дальше.

Ближе к полуночи на работу вышел Гадюка. Заметив его, управляющий Ян, который уже битый час посматривал на часы в ожидании этого момента, вскочил с места и рявкнул:

— Ты время видел, щенок?!

— Да ладно вам, Гу Пин же не ругается, что я опоздал.

В этот момент из комнаты как раз вышел Гу Пин. Увидев, что управляющий Ян затеял скандал, он тут же поспешил на помощь Гадюке.

— Эй, ты чего на него орешь? Дай парню спокойно жить. Ему сейчас отдыхать надо, а не то, как ты, накосячит по неопытности.

Он снова напомнил управляющему Яну о его провале: тот не только не смог выиграть у Мугёна деньги, но и еще больше увяз в долгах. Управляющий Ян зашипел, стиснув зубы так, что засверкали золотые коронки.

— Блядь, опять ты за свое?!

— А что такого? Я же правду говорю. Захотел лоха развести, а в итоге сам облажался. Я вообще удивляюсь, как ты еще работаешь после такого…

— …

Они часто ссорились, вспоминая тот случай, и почти всегда все заканчивалось тем, что управляющий Ян замолкал, не находя, что ответить. Так вышло и в этот раз.

— Гадюка, сходи выпей кофейку. И нам по чашечке захвати. Все за мой счет!

— Наличкой или…

— Слушай, брат, у меня теперь бабла куры не клюют! — Гу Пин хлопнул себя по карману брюк и многозначительно посмотрел на Хонджу. — И чего я раньше-то не додумался?

Только Хонджу понял издевку, скрытую в этих словах. Ладони резко вспотели, и он принялся нервно тереть их о бедра. Гадюка, удивленно поднявший брови, тут же потерял к их разговору всякий интерес и, достав телефон, принялся что-то записывать в заметках. Судя по всему, составлял список.

— А я пас, — замотал головой Хонджу, когда Гадюка подошел к нему.

— Да он и так вчера наелся до отвала, — вставил Гу Пин, хохоча. — Не лезет уже ничего, небось.

Он хлопнул Хонджу по плечу и скрылся в доме. Почувствовав на себе удивленные взгляды, Хонджу поднялся.

— Я сейчас приду, — бросил он и поспешно ретировался, скрывшись в дальней комнате в конце коридора.

— …

Хонджу окинул взглядом кресло, на котором обычно восседал Мугён, и подошел к окну.

Наспех приделанная оконная рама с трудом поддалась, и он распахнул окно. Парковочное место Мугёна пустовало. Похоже, сегодня его ждать не стоило.

Время от времени Хонджу выглядывал на лестницу. Когда кто-то из клиентов просил уединения, Хонджу отводил их в комнату с сейфом и, разнося им пиво, кофе и сигареты, украдкой поглядывал на улицу. А иногда, под предлогом того, что нужно проверить, не пришел ли кто, выглядывал в окно.

Мугён так и не появился до самого рассвета. В глубине души Хонджу был рад.

Глава 16

— Ты был в Кволь-ым-доне?

— Да когда мне?

— В игры свои играл…

Гу Пин раздражённо покосился на управляющего Яна и достал телефон. Эти двое снова были на ножах, но Хонджу до этого не было никакого дела. Он лишь надеялся, что в него не полетит шрапнель.

— И чего он трубку не берёт? – чертыхнулся Гу Пин, набирая номер снова.

Хонджу не стал ничего спрашивать, но Гадюка не сдержал любопытства.

— Гу Пин, с кем вы связаться пытаетесь?

— Да так… — начал было Гу Пин и, заметив взгляд Хонджу, осекся. — Да друг один трубку не берёт, вот и волнуюсь.

У их заведения было много знакомых в клубе Кволь-ым-дона, но вряд ли кто-то стал бы так настойчиво искать пропавшего друга. Хонджу потер бинт на ладони.

— ...

Возможно, это влияние лекарств, но раны заживали на глазах. Ещё недавно любое прикосновение вызывало резкую боль, а сейчас даже глубокие ссадины затягивались, а синяки бледнели. Но главное, теперь ему не нужно было выбивать деньги из клиентов и терпеть побои.

— Тогда, Гадюка, сходишь ты, – сказал Гу Пин.

— Что?! Почему я? Мне же нужно перед управляющим Паком отметиться!

Гадюка, оказавшись между ними, неловко переводил взгляд с Хонджу на Гу Пина и обратно, потирая шею.

Хонджу никак не отреагировал и, опустив голову, продолжал теребить повязку.

— Хон… — Гадюка наклонился к его левому уху и что-то долго шептал.

Хонджу ничего не разобрал. Вокруг и так было шумно из-за перебранки Гу Пина с управляющим Яном, расслышать хоть что-то было просто невозможно.

— Что… ты сказал? — Хонджу склонил голову влево. Он уже начал бояться, что кто-нибудь заметит, как плохо он слышит этим ухом. Стараясь не выдать своего смятения, он небрежно оперся рукой о край стола.

— Хонджу, похоже, ты хорошо мажешь раны, — взгляд Гадюки упал на его губы.

— А, да…

Хонджу смущенно кивнул и выпрямился. В этот момент управляющий Ян со злостью отодвинул стул и вскочил.

— Ах ты ж, гад!

Он долго сдерживался, но брань Гу Пина, сыпавшаяся на него, стала последней каплей. Проходя мимо, Ян свирепо посмотрел на Гадюку.

— И что я такого сделал? — пробормотал Гадюка, явно чувствуя себя невиноватым.

Хонджу не знал, что ответить. Управляющий Ян не нуждался в причинах, чтобы кого-то ненавидеть. До его прихода всю неприязнь доставалось Хонджу.

В итоге, даже когда управляющий Ян покинул дом, Гу Пин продолжал сыпать проклятиями. Говорил, что тот старый, ленивый, потерял хватку и вообще ни на что не годен. Змей, чувствуя себя неловко, выдавливал вымученные улыбки и пытался успокоить Гу Пина, а Хонджу лишь молча слушал.

— Значит, вы позвали меня, потому что управляющий Ян недолюбливает?

— Да он просто бывший бандит! А бандиты, они… Какой бандит станет… Короче, старый придурок, даже жрёт за чужой счет.

Гу Пин, будто спохватившись, неловко перевел разговор на другую тему.

— ...

Хонджу наконец понял, кого так упорно разыскивал Гу Пин – головорезов из Кволь-ым-дона. Тех самых, что должны были разобраться с Мугёном. Шпана, которая целыми днями слонялась по улицам, терроризируя владельцев магазинчиков. Интересно, чем же они занимались, если их невозможно найти?

Хонджу сделал вид, что разговор его не интересует, и начал нервно отряхивать пуховик.

— Чья это тачка у входа? Что за дешевка?

Рука, стряхивавшая пылинки, замерла в воздухе. Низкий хриплый голос, к которому он уже начал привыкать. Все его существо напряглось.

— Клиент, что ли?

Как только Мугён появился на лестнице, убогая комната словно озарилась светом. Хонджу непроизвольно поднял голову, взгляд уперся в лампочку под потолком. Яркий свет словно впечатался ему в глаза. Странно, но этот резкий голос он услышал тем же ухом, что и шепот Гадюки, но почему-то сейчас звук был таким четким?

— Синяя? Это машина Гу Пина.

— Серьезно? Странный у мадам Гу вкус. Мне бы такую тачку точно не впарили, — Хонджу моргнул и повернулся к подошедшему Мугёну.

Перед глазами еще плясали белые пятна, но он все равно хорошо его видел.

— Куплю себе новую, когда закончим стройку.

— Вот именно. С таким-то состоянием… — протянул Мугён. — Наверняка купите что-нибудь кричащее, да еще и с глушителем, чтоб весь район слышал.

Мугён всегда говорил прямо, не стесняясь в выражениях, особенно с Гу Пином. Хонджу, который пятнадцать лет провел в этом заведении, наблюдал за ними, как за чем-то необычным. Он привык видеть людей, которые унижались перед Гу Пином, умоляя одолжить денег или отсрочить платеж.

— Хм…

Шея Гу Пина, издавшего какой-то невнятный звук, наверняка побагровела. Похоже, слова Мугёна попали в точку. Хонджу, словно сторонний наблюдатель, смотрел, как тот унижается.

— Эй, мадам Гу!

Мугён щелкнул пальцами, и раздался звонкий хлопок. Все посмотрели на его руку в перчатке.

— Мадам Гу, пройдемте.

Он дерзко махнул рукой, не обращая внимания на возраст собеседника.

Гу Пин с недовольным видом поплелся следом за Мугёном. Хонджу показалось, что их глаза на мгновение встретились, но все произошло слишком быстро.

Он смотрел, как они удаляются по коридору, и увидел, как Мугён остановился у самой двери.

— Сюда.

Он смотрел прямо на Хонджу. Несмотря на расстояние, его взгляд словно пригвоздил Хонджу к месту.

— Воды.

Он пошевелил пальцами, изображая бокал. Хонджу кивнул и поднялся.

— Ты видел, какой у Гу Пина вид был? Прямо хвост поджал, — Гадюка согнулся пополам от смеха.

Хонджу и сам рад бы посмеяться вместе с ним, но губы не слушались. Он взял бутылку с водой и пошел по тому же пути, что и Мугён с Гу Пином.

— Говорят, у них тут раньше пара серьезных инцидентов случилась. Может, он поэтому так осторожничает и все тянет?

— Инцидентов? Вы про тот случай? Ну да, мы тогда как раз отдыхали, а эти придурки без предупреждения ломанулись сносить здание. Вот и начался весь сыр-бор. Им, видать, нужно было срочно все закончить, вот и расслабились, а потом… случилось то, что случилось.

Похоже, Мугён уже рассказывали про инцидент во время сноса.

Конечно, Гу Пин в своем репертуаре: опустил подробности и выдал только удобную ему версию. И даже глазом не моргнул, врет и не краснеет.

Гу Пин защищал попавшие под снос игорные дома самыми грязными методами. Сначала он натравил на рабочих своих головорезов, но это не помогло. Тогда он решил устроить несчастный случай, чтобы компания отказалась от сноса. Эта жестокая тактика не раз приносила ему успех. Ходили слухи, что погибло немало людей.

А чтобы замять дело, он использовал связи в мэрии и полиции. Как только все успокаивалось, он вновь открывал игорные дома и продолжал зарабатывать на азартных играх.

— В этот раз все будет чисто! — заверил он.

Мугён промолчал, плотно сжав губы. Гу Пин, видимо, решил, что тот испугался и теперь передумает вкладывать деньги, и поспешил его успокоить.

— Откуда такая уверенность? — холодно спросил Мугён. Даже Хонджу, подслушивавшему за дверью, стало не по себе.

— А?

— С чего вы взяли, что все пройдет гладко? — еще минуту назад Мугён словно поддерживал его игру, но сейчас его голос стал ледяным.

— Ну… в этот раз мы же сами съехали, и денег, и времени им дали… — пробормотал Гу Пин.

Мугён выслушал его жалкие оправдания и рассмеялся.

— Чего вы оправдываетесь? Я ведь сказал быть осторожнее.

— А… вы об этом?

— Кто виноват, что тогда люди погибли? Не вы ли? Чего вы так боитесь?

Гу Пин выдавил из себя вымученную улыбку. Кажется, Мугён его раскусил.

Хонджу, заметив настроение Мугёна, вошёл в комнату, чтобы тема разговора сменилась. Незаконченный разговор тут же оборвался, словно присутствие Хонджу смутило их.

— Вот.

— Спасибо, — Мугён взял воду, протянув руку, а Гу Пин начал что-то искать в телефоне.

Стало понятно, что новых приказов не поступит, и Хонджу поспешил выйти. Гу Пин ещё долго не выходил из комнаты.

***

Два часа ночи.

Время, когда завсегдатаи игорного дома, обычно сонные и помятые, начинали волноваться по-настоящему.

Хонджу работал без передышки. Он бегал снимать деньги для тех, у кого заканчивались наличные, рассчитывался с игроками, даже мотался в круглосуточную кофейню, если какой-нибудь привередливый клиент просил.

От постоянных поручений руки Хонджу покрылись мурашками и не успевали согреться. Хорошо ещё, что пуховик был дорогой и в карманах было тепло. Он поднялся по лестнице, держа в руках поддон с кофе, и увидел Мугёна.

— Деньги собирал?

Его тяжелый взгляд был прикован к лицу Хонджу. Казалось, он не замечал ни поддона, ни даже запаха кофе. Его низкий, грубый голос напоминал Хонджу тот вечер, когда он был у него в каморке.

— Нет, это я по делам отлучался, — Хонджу избежал его взгляда и поспешил скрыться в комнате, где шла игра.

Там были Гу Пин, Гадюка, пара шулеров и девушка, которую он видел всего один раз. Та самая, что жульничала с картами и посылала его по поручениями.

Хонджу поставил поддон и отдал Гу Пину сдачу. Девушка увидела его покрасневшие от холода руки и взяла его ладони в свои.

— Боже, да у тебя же руки ледяные! Эти псы совсем о тебе не думают! Почему в такую погоду без перчаток бегаешь? В такое время заставлять красавчика на побегушках бегать?

— А кто ещё это будет делать? — грубо отрезал Гу Пин, но девушка лишь презрительно прищурилась.

— Боже, какие устаревшие понятия! Сейчас важна не должность, а лицо. Правда, красавчик?

Хонджу промолчал, с каменным лицом расставляя стаканчики с кофе. Девушка, казалось, не замечала его смущения.

— А что у тебя с лицом? Каждый раз синяки какие-то…

— Тсс, это коммерческая тайна, — Гу Пин осушил стакан и ухмыльнулся. Еще один стакан остался нетронутым.

— Какая тайна, мы теперь в одной лодке! — рассмеялась девушка и полезла в сумочку. Видимо, она пришла не просто так, а по поводу какой-то крупной игры, которую затеял Гу Пин. Хонджу решил, что она, должно быть, посредник.

Хонджу уже собрался уходить, но девушка остановила его, сунув ему в карман пачку купюр, а в руки — оставшийся стаканчик.

— Это тебе.

— … Спасибо.

Обычно он отказывался от чаевых не в денежной форме, особенно если это был алкоголь или, как сейчас, кофе, который он не пил. Но в этот раз он взял стаканчик, не желая ставить её в неловкое положение.

Замёрзшие пальцы начали оттаивать, и Хонджу покрепче сжал стаканчик. Он кивнул на прощание и вышел из комнаты, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд, который он чувствовал на себе, ещё идя по коридору.

— Тебе чаевые дали? — Мугён пристально посмотрел на карман, из которого торчала пачка денег.

— Бывает, что дают, — ответил Хонджу.

В этот момент к ним подошёл один из игроков и попросил фишки в долг. Хонджу уже хотел отвести его к кассе, но подбежал другой сотрудник и предложил свою помощь. Хонджу проводил их взглядом и опустился на стул.

— Почему не отвечал на сообщения?

— Я всё время был в игорном доме.

— И Гу Пин был в казино.

— Ну да… — пробормотал Хонджу.

Они же договаривались, что он будет писать, только если Гу Пин будет вести себя подозрительно или покинет игорный дом. В противном случае не было смысла писать. Хонджу задумался, а потом вспомнил их утренний разговор. Он огляделся по сторонам и, понизив голос, произнёс:

— Те парни, про которых вы говорили… с ними нет связи.

— С кем? С этими головорезами?

Хотя в помещении было шумно, Хонджу всё равно вздрогнул и осмотрелся. Бросив быстрый взгляд в сторону комнаты с сейфом, он кивнул Мугёну.

— Видимо, пошли кого-нибудь трясти. — Судя по всему, Мугёна совершенно не волновало исчезновение бандитов, которые охотились за ним. Он не выглядел ни испуганным, ни обрадованным.

— …

И сейчас то же самое. Хонджу никак не мог заставить себя посмотреть Мугёну в глаза, а тот тем временем откинул воротник пуховика и принялся разглядывать свой засос. Как он умудрялся оставаться таким спокойным и безразличным? Это из-за характера? Или у него просто на душе легко? Может, он то тех, кто легко относится к случайным связям?

— Вот, выпейте это.

Хонджу пододвинул к нему стаканчик и открыл крышку.

— А ты?

В игорном доме ему совсем не хотелось пить, даже несмотря на то, что этот кофе он купил сам.

— Я не буду.

— Чувствую себя так, будто у ребёнка конфетку отнимаю.

— Я же говорил, это не на мои деньги.

Произнося слово «деньги», Хонджу вдруг всё понял. Вот почему Мугён так себя ведёт. Наверное, он решил, что раз заплатил ему за секс, то теперь между ними улаженно. И поэтому ведёт себя так, будто ничего не было. Хонджу понуро кивнул.

— Спасибо.

Мугён медленно снял перчатки. Его длинные пальцы вместо стаканчика обхватили лицо Хонджу. Он притянул его к себе и провел ладонью по щеке, от лба до подбородка.

— Вот почему деньги — это так здорово. Дашь тебе — и ты уже ни в чём не нуждаешься.

Его низкий голос напоминал Хонджу стоны, которые он выдыхал ему на ухо. Эти воспоминания не давали ему покоя. Он снова и снова вспоминал, как они жадно прижимались друг к другу, словно дикие звери. Хонджу закусил губу и тихо произнёс:

— … Я слышал, вы вернули те пять миллионов. Спасибо вам.

— Я не занимаюсь делами, которые не приносят прибыли.

Не успел Хонджу осмыслить его слова, как он продолжил:

— А за что ты благодаришь?

Его взгляд был прикован к лицу Хонджу. Он спросил это так небрежно, что Хонджу потерял дар речи. Он не мог выдержать его взгляда и уставился на его губы.

— За то, что я списал твой долг? — его алые губы изогнулись в улыбке.

Хонджу сразу узнал его низкий голос, несмотря на шум в помещении. Он быстро отвел взгляд.

— Вы же вернули мой долг. Конечно, я благодарен…

Он сосредоточил внимание на руке Мугёна, которая теперь легла на его ладонь. На костяшках красовался синяк, а кожа была ободрана. Хонджу не мог оторвать взгляда от его ран, пока тот не убрал руку.

— Да? А мне показалось, ты хотел сказать что-то вроде «Приходите к нам ещё».

Мугён усмехнулся, и Хонджу не понял, шутит он или говорит серьёзно. Когда он снова взял стаканчик, Хонджу смог лучше разглядеть его раны. Мало того, что у него была ободрана кожа на костяшках, так ещё и на суставах пальцев виднелись багровые пятна.

— …

Хонджу молча наклонился и достал из ящика мазь и пластырь, которые ему дал Гадюка. Он понимал, что ведёт себя назойливо и бестактно, но ничего не мог с собой поделать.

— Подождите секунду.

Он выдавил немного мази на ссадину. Мугён молча наблюдал за ним. Хонджу старался не касаться его кожи, а потом заклеил рану пластырем. Конечно, можно было бы и не заклеивать, но Мугён всё равно носит перчатки.

— Ты же говорил — само заживёт.

Для Хонджу это утверждение было бесспорным. Всё равно, пока одна рана заживёт, появится другая. Однако, последние несколько дней, которые он провёл, накладывая повязки, принимая лекарства и меняя компрессы, научили его другому.

— Но так заживёт быстрее.

А значит, и боли будет меньше. Хонджу неуклюже заклеил пластырем его средний палец, стараясь не задеть рану. Он забрал остатки мази и пластырь. Мугён усмехнулся и снова взял в руки стаканчик.

— Говоришь, ничего не смыслишь в жизни? А сам вон как умело манипулируешь людьми.

У Хонджу пересохло во рту. Наверное, Мугён решил, что он пытается ему польстить. Но Хонджу, честное слово, не хотел этого. Что на него нашло? Почему он так поступил? Хонджу продал свое тело, чтобы вернуть долг, а теперь благодарит его и даже обрабатывает раны. Неудивительно, что все считают его простаком и пользуются им.

Хонджу долго молчал, борясь с чувством самоуничижения. Мугён допил кофе и наклонился вперёд, обхватив руками спинку стула Хонджу. Тот вновь напрягся, почувствовав его дыхание у самого уха.

— Что? — спросил он, насторожившись.

Мугён, казалось, не обратил на его тон никакого внимания и наклонился ещё ниже. Хонджу чувствовал его горячее дыхание у щеки.

— Я вернул деньги, которые проиграл Гу Пин. Игра закончена.

— …

— Возможно, мне придётся снова запачкать руки. Будь осторожен, — сказал он и отодвинулся. В воздухе остался лёгкий аромат его дорогого парфюма.

— Я рискую, говоря тебе это, — когда-то эти слова произнёс сам Хонджу.

Конечно, он не знал, действительно ли Мугёну что-то угрожало. Но эта информация была не лишней, и Хонджу покорно опустил голову.

***

Хонджу продал свое тело, чтобы вернуть долг, который Гу Пин спустил на свои прихоти. Деньгами, что оставались после выплаты долга Мугёну, он кичился и сорил направо и налево.

Сейчас Гу Пин готовился к крупной игре, поэтому он приглашал игроков и посредников, чтобы произвести на них впечатление. Гадюка получил в подарок дорогие часы.

Управляющий Ян с неодобрением наблюдал за этой выходкой.

— И что это за игра такая, что он так из кожи вон лезет?

Обычно управляющий Ян тоже участвовал в подобных мероприятиях. Но с тех пор, как появился Гадюка, его постепенно стали отодвигать на задний план. И, наверное, он это отлично понимал.

— Эй, Ку Хонджу!

Хонджу тихо отошёл от управляющего Яна, услышав грубый голос Гу Пина. Тот стоял в дверях пустой комнаты и смотрел только на него.

— Я на пару дней закрою игорный дом, но ты продолжишь собирать деньги. Я вышлю тебе инструкции. Отчитываться приходить будешь каждый день.

— Куда приходить? — нахмурился Хонджу. Он очень надеялся, что не к нему домой.

Гу Пин дал ему подзатыльник.

— Куда же ещё? К Кванпалю.

Хонджу потёр затылок и закусил губу. Как и сказал Мугён, игра закончена. Любой разговор с Гу Пином заканчивался для него побоями. В этом не было ничего нового, но сейчас удар показался ему особенно болезненным.

— Хорошо.

Он развернулся, чтобы уйти, но услышал ехидное:

— Тьфу ты… Был бы у тебя отец, я бы с него деньги и вытряс. А так неизвестно, когда ты мне их вернёшь.

— …

Гу Пин не зря упомянул его отца. Он хотел сказать, что если Хонджу попробует сбежать, он заставит своего престарого отца отрабатывать его долг.

— Яблоко от яблони…

Он презрительно цокнул языком. Хонджу прошёл по коридору, но слова Гу Пина продолжали звучать у него в голове.

Шаги Хонджу замедлились.

— …

Интересно, если бы у него был отец, смог бы он быстрее вернуть долг? Наверное, проценты не выросли бы так сильно, ему бы не пришлось калечить себя и продавать свое тело.

Хонджу было и обидно, и любопытно одновременно. Где его отец и чем он занимается? Может, как и говорил Гу Пин, он всё ещё не завязал с азартными играми и проигрывает последние деньги где-нибудь на Филиппинах? Хонджу застегнул куртку и зашагал по холодному коридору.

«Отец, я почти выплатил твой долг. Целых 15 лет я терпел оскорбления и побои. Но этого оказалось недостаточно, поэтому мне пришлось продать себя. Но мне повезло: человек, которому я должен, оказался достаточно щедрым, чтобы дать мне такую возможность. Вот так я и живу, отец.»

— …

Интересно, что бы ответил ему отец, если бы он это услышал?

У Хонджу внезапно запершило в горле. Ему нужно было немедленно что-нибудь выпить. Он остановил проходившего мимо работника, который нёс выносить мусор, и сказал, что сделает это сам. Хонджу вышел из игорного дома с большим мешком мусора и направился к магазину.

— О, Хонджу?

Он торопливо пил воду, когда услышал знакомый голос. Это был Гадюка. В последнее время он был сильно занят и забегал в казино только на пару минут. Гадюка улыбнулся и подошёл ближе.

— Снова пьёшь воду?

— … Да.

Хонджу вытер рукой губы. Интересно, что он думает, когда видит, как он постоянно ходит в магазин за водой? Наверное, решил, что он транжира, как Чхве или бандиты, с которыми он жил.

— Подожди минуту. Это Гу Пин.

Гадюка показал ему экран телефона. Хонджу всё ещё было неудобно разговаривать с Гу Пином, но Гадюка, казалось, не испытывал таких трудностей.

— Да, правда?

Уголки его губ приподнялись в улыбке. Кажется, новость была хорошей.

— Я тут Хонджу у магазина встретил. Мы можем закончить работу?

Закончить работу? Но ведь прошёл всего час с тех пор, как Гу Пин сказал, что закрывает игорный дом на пару дней.

— Отлично. Давайте, до свидания.

Гадюка повесил трубку и тут же обратился к Хонджу:

— Он отпустил нас. Выпьем?

— …

Обычно Хонджу отказался бы, но сегодня он беспрекословно последовал за Гадюкой в магазин. Они купили пару пакетов чипсов, несколько банок пива и сели за столик.

— Вот это да! Кто бы мог подумать, что мы будем вот так сидеть и пить пиво в это время, а, Хонджу?

— Ага.

Обычно в это время они уже во всю работали или занимались своими делами.

Гадюка не умолкал ни на секунду, а Хонджу изредка кивал в ответ. Поначалу он отвечал невпопад, но потом начал вслушиваться в его слова. Гадюка, казалось, был рад, что Хонджу начал с ним разговаривать. Он уже открыл вторую банку пива, хотя Хонджу ещё даже не притронулся к своей.

— Ты, что, не пьёшь? — спросил Гадюка.

— Не особо, — ответил Хонджу, вертя в руках холодную банку. По правде говоря, он почти не пробовал алкоголь. Пару раз бандиты приносили с собой соджу, но он ни разу не прикасался к нему. Мысль о том, чтобы потерять контроль над собой, пугала его. Ведь Хонджу приходилось быть на чеку 24 часа в сутки.

— Правда? Тут все много пьют, я думал, ты тоже. Может, нужно было взять что-нибудь безалкогольное?

— Нет, всё в порядке.

Гадюка был готов тут же вскочить и купить ему сок. Хонджу некоторое время мялся, а потом сделал глоток. Горьковатая жидкость обожгла горло. Хонджу нахмурился.

— А Гу Пин тебя не заставляет пить на своих банкетах? Он и меня, когда заманивал, поил беспробудно. Интересно, как у него печень ещё не отвалилась. Ты почему не ходишь на них?

— Стараюсь не ходить, но если приходится, пью через силу. Пару глотков.

Хонджу никогда не пил алкоголь по собственной воле. Ему приходилось это делать на работе, когда они ужинали с сотрудниками игорного дома. Нужно было соблюдать приличия. А ещё...

А, ну и в тот день, когда пришёл Мугён. Тогда он тоже пил через силу. Вернее, ему просто заливали алкоголь в горло, пока он не начал давиться.

— Понятно. Я тут работаю не так давно, мы как-то не говорили на эту тему.

Гадюка, казалось, был удивлён, что Хонджу заговорил о себе. Он старался поддерживать разговор. Наверное, алкоголь начал действовать на Хонджу. А может, всё дело в том, что они были не на работе, и он мог расслабиться. Хонджу отвечал на все вопросы Гадюки. Ему было скучновато, но всё же приятно было поговорить о чём-то помимо работы, долгов и побоев.

— Хорошо-то как! Давно я так не отдыхал, — сказал Гадюка.

— Гадость ужасная, — прокомментировал Хонджу, осушив полбанки. — Но хорошо утоляет жажду.

Он откинулся на спинку стула. Хонджу и забыл, когда в последний раз чувствовал себя так расслабленно. Обычно его мучили мысли о долге, о работе… Ему казалось, что он задыхается.

— Пиво?

— Да, жажда полностью прошла.

Гадюка умолк и посмотрел на Хонджу. Его щёки слегка покраснели.

— Ты не замёрз?

— Нет, у меня куртка тёплая.

Он неуверенно похлопал себя по бокам.

— Вижу.

Интересно, что думает Гадюка? Наверное, ему не понять, как можно бояться выпить даже глоток воды.

Хонджу сунул руки в карманы и натянул куртку почти до носа. Он выпил всего полбанки, но ему уже было жарко, а в голове появилась лёгкая дурнота. Гадюка, казалось, вообще не пьянел. Он уже тянулся к новой банке. Хонджу вдруг вспомнил, как Мугён всегда протирал банку, прежде чем выпить. Он резко выпрямился.

— Её нужно протереть.

— Что? Зачем?

Хонджу выхватил банку из рук Гадюки и начал осматриваться по сторонам, словно ища чем бы её протереть. Не найдя ничего подходящего, он ухватился за рукав Гадюки. Тот удивлённо посмотрел на него.

— Вот, видишь? Здесь пыль.

— А-а…

Гадюка растерянно улыбнулся и взял банку. Хонджу отвернулся и снова уставился в никуда.

— Ты ешь закуски? Не обязательно всё выпивать, — сказал Гадюка.

— Угу.

Хонджу кивнул, не отрывая глаз от одной точки. Так, поддавшись на уговоры Гадюки, он опустошил две банки. Несмотря на холодный ветер, щёки Хонджу пылали. Гадюка незаметно достал телефон и начал печатать сообщение. Отправив его, он снова повернулся к Хонджу, словно боясь, что тот сейчас уснёт.

— Так что там с твоим побегом было?

— Меня заперли и избивали. Когда я терял сознание, меня приводили в чувства и избивали снова. После этого я стал реже пытаться сбежать, — спокойно, будто речь шла о ком-то постороннем, рассказал Хонджу.

Гадюка нахмурился.

— Я знал, что он чертов псих, но не настолько.

Хонджу слабо улыбнулся. Ему было даже смешно, что Гадюка так яро ругается вместо него.

«Псих. Полный псих», — пробормотал он. В этот момент у Гадюки зазвонил телефон.

[Я рядом.]

Гадюка убрал телефон и снова повернулся к Хонджу.

В этот момент раздался визг тормозов. Это была машина Гу Пина. Гадюка выпрямился и посмотрел на дорогу. Из машины вышел высокий мужчина крепкого телосложения.

— Быстро вы, — сказал Гадюка.

Мугён кивнул и перевёл взгляд на Хонджу, который смотрел в одну точку.

— Что с ним?

Гадюка постучал по столу. Хонджу медленно поднял на него глаза.

«Псих несчастный», — прошептал он, но из-за алкоголя слова были не слишком разборчивы. Гадюка усмехнулся:

— Какой ты милый и забавный, когда пьяный.

Мугён с недовольным видом подошёл к их столику. На нём был безупречный костюм, словно он не спал всю ночь.

— И? — спросил он Гадюку.

— Что «и»? Просто констатирую факт, — ответил тот.

Хонджу, кажется, наконец узнал Мугёна. Он медленно повернул голову и прищурился.

Их взгляды встретились.

— …

Красные щеки, красные губы… Черные глаза смотрели прямо на него. Румяное лицо Хонджу без привычных ссадин напоминало спелый персик. Мугёна неожиданно охватило странное желание.

— Нельзя же было его в эту дыру тащить, — проворчал он, засовывая руки в карманы пальто.

Хонджу медленно моргнул, и его длинные ресницы отбросили тени на щеки. Мугён говорил, что ему лень возиться с Хонджу, но при этом разглядывал его лицо с почти маниакальным вниманием.

— Нельзя, чтобы его пьяным видели другие, — ответил Гадюка. — Не оставлять же его на улице.

«Нельзя, чтобы его пьяным видели другие…»

До Мугёна вдруг дошел смысл этих слов. Значит, Гу Пин может домогаться Хонджу и что-нибудь выкинуть эдакое… Вот почему нельзя, чтобы Хонджу видели пьяным… Мугён нахмурился.

— Ты куда собрался?

— Поиграть немного, — ответил Гадюка, потирая ладони. — Готовлюсь к важному делу.

Мугён молчал, обдумывая ситуацию. Что будет с Хонджу в игорном доме? Снова попадет в лапы к Гу Пину или к кому-нибудь из его дружков? По сути, это не должно было его волновать. Так почему же он не развернулся и не уехал?

— Что ты там бормочешь?

Его взгляд снова приковал к себе шевелящиеся губы Хонджу. Красные щеки, покрасневшие веки… Прямо как в тот раз, в тесной комнате… Мугён действовал импульсивно, но ни о чем не жалел. Он получил то, что хотел, и не собирался заходить дальше. Но почему же тогда он не может оторвать взгляд от его губ, выдыхающих клубы пара? Зачем смотреть на то, что все равно будет уничтожено?

Мугён раздраженно цокнул языком.

— Сажай его в машину.

— Есть, — Гадюка поднялся и помог Хонджу встать.

Тот послушно позволил себя поднять. Пьяным он был на удивление смирным. Гадюка усадил его на пассажирское сиденье, вытер пот со лба и с ухмылкой посмотрел на Мугёна.

— Позаботьтесь о нем…

— …

Мугён сел за руль и задумался над словами Гадюки. «Позаботьтесь о нем». Словно у того, кто это сказал, были на Хонджу какие-то права. Хотя это ведь он, Мугён, забрал Хонджу у Гу. И раз уж на то пошло, то все права на Хонджу принадлежат ему, Мугёну, причем процентов на семьдесят, не меньше. Обдумав все это, он хмыкнул:

— «Обращайтесь с ним аккуратно» — вот как нужно было сказать, — пробормотал Мугён.

— С чего это я должен так говорить? — фыркнул Гадюка.

Мугён проигнорировал его, завёл машину и собрался отъезжать, но тут заметил, что Хонджу сидит, тупо хлопая глазами, и даже не пристегнулся.

— Ну и проблем с тобой… — проворчал Мугён, но всё же аккуратно притянул к нему ремень безопасности и застегнул его.

Наконец они тронулись с места. В прошлый раз он специально привез Хонджу в отель. Но Мугён и предполагать не мог, что подобное повторится снова. Вдруг Хонджу решит, что он для него что-то значит?

— Хотя о чем это я… Глупости какие, — пробормотал он.

Хонджу клевал носом. Видимо, сказался алкоголь и тепло в салоне. Он изо всех сил старался не заснуть. В казино у него не было возможности ни напиться, ни выспаться. Сколько же он терпел, бедняжка?..

«И как он только выжил?» — подумал Мугён, качая головой.

Хонджу изо всех сил пытался побороть сон, пока его глаза не покраснели от напряжения.

Даже оказавшись в номере, он продолжал стоять столбом. Мугён раздраженно стянул с него пуховик, бросил ему одежду и указал на ванную. Хонджу, моргая, как сонная сова, послушно поплёлся в указанном направлении. Вскоре он вышел оттуда чистый и посвежевший.

— Ложись и спи, — скомандовал Мугён, укладывая Хонджу на кровать.

Он выключил свет. Сегодня ему всё равно предстояло работать всю ночь, так что он без сожаления уступил кровать Хонджу.

— И не пахнет от него выпивкой, — Мугён удивленно покачал головой, выходя из комнаты.

Он вспомнил, как тот сидел за столиком в магазине, обнимая бутылку пива. Неужели он почти ничего не пил? Мугён потёр уставшие глаза и сел за ноутбук. Открыв нужные файлы, он тут же поймал себя на том, что рассеянно водит пальцем по тачпаду, не в силах сосредоточиться.

«У вас нет совести», — всплыли в памяти слова, сказанные Хонджу в машине.

Их разговор не шел у него из головы. В голосе Хонджу не было ни злости, ни привычной язвительности.

«Он взял ребенка, заставил собирать деньги, бил, а потом бросил жалкие гроши. Сказал, что у него нет совести. А вы много платите? Или у вас тоже нет совести, как у Гу Пина?»

«Совесть? Не знаю, что это, но денег у меня много».

«Ну да, конечно. Спасибо, что помогли с долгом. Отцу скажу, что вы выручили».

Потом Хонджу говорил без умолку. Он ненавидел своего отца, но ему было интересно, как он живет.

«Он такой простофиля, идеальная жертва для Гу Пина и его банды», — подумал Мугён.

— Да какая мне разница, — Мугён тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли.

И всё же ему стало жаль Хонджу, который осмелился заговорить об отце только под действием алкоголя. А его нежелание показываться пьяным перед другими… Наверное, он просто боялся показать свою слабость.

— Какая мне разница, — повторил Мугён и снова уткнулся в монитор.

Глава 17

Хонджу с трудом разлепил тяжёлые веки и уставился в потолок. Несколько раз моргнув, он резко распахнул глаза.

— Ух…

Где он? Последнее, что он помнил — как пил с Гадюкой у магазина и обсуждал Гу Пина. Что было дальше — полная пустота. Может, это у Гадюки дома? Но здесь слишком роскошно… Обычно Гадюка жил в саунах и мотелях.

Хонджу скинул одеяло и вскочил с постели. На нём была чья-то одежда, явно не по размеру. От неё исходил знакомый аромат, но голова была слишком тяжелой, чтобы вспомнить, что это.

— Может, Гадюка оставил? — пробормотал Хонджу.

Возможно, тот решил, что не может привести его к себе, и снял номер в отеле. Звучало не очень правдоподобно, но других вариантов Хонджу в голову не приходило. Он тихонько вышел из комнаты и замер. Он уже бывал здесь и прекрасно помнил это место. Это же апартаменты директора Мугёна!

— …

Что он здесь делает? Неужели он сам позвонил Мугёну? Нет, быть такого не может. Хонджу огляделся, но вокруг было тихо. На столе стояли ноутбук и чашка с остывшим кофе. Судя по нему, хозяин отсутствовал довольно давно.

Нужно убираться отсюда. Но где его вещи? Куда он дел одежду, в которой был вчера? Хонджу в панике метался по гостиной. В этот момент раздался голос:

— Пропойца проснулся.

— …

Он что, вернулся с пробежки? Волосы Мугена были мокрыми, а на шее и лице блестели капельки пота. Накинув на плечо полотенце, он окинул Хонджу оценивающим взглядом.

— Я ведь сразу заметил: ты совершенно не умеешь пить.

Хонджу закусил губу. Если бы он помнил, что было вчера! Пустота в голове сводила его с ума. Неужели он нёс чушь? Сделал что-то непоправимое? Обычно, выпив пару бокалов, он держал себя в руках… Но вчера… Вчера он позволил себе расслабиться с Гадюкой… Хонджу сжал голову, пытаясь унять пульсирующую боль.

— Я… Я ничего такого не говорил? — осторожно спросил он.

— Ничего такого? — Мугён прошел мимо него в спальню и вернулся с одеждой в руках.

Направляясь в ванную, он бросил через плечо:

— Не знаю.

И всё. Больше ни слова. Пока Мугён принимал душ, Хонджу сидел, схватившись за голову, и пытался что-нибудь вспомнить.

Когда он вышел из ванной, Хонджу нервно кусал губы, ловя на себе его взгляд.

— Мадам Гу звонил, — Мугён бросил ему телефон, который лежал на барной стойке.

Хонджу поспешно схватил телефон. Судя по времени, Гу Пин звонил утром, сразу после обеда по корейскому времени. Наверное, сейчас он спит. Если Хонджу ответит, он его просто проклянет. Хонджу перечитал сообщение. Гу Пин приказывал ему немедленно явиться в логово Кванпаля.

— Только залог забрал, и сразу же за деньгами, — Мугён подошёл совсем близко и склонился над телефоном, глядя на экран.

— У Мадам Гу совесть вообще есть?

Хонджу почувствовал исходящий от него аромат и невольно отстранился.

— Эм… нет, — машинально ответил Хонджу, не отрываясь от экрана.

Он чувствовал на себе его горячий взгляд и не мог сосредоточиться.

Они перекусили, как и в прошлый раз. Хонджу уже переоделся в чистую одежду, которую заботливо приготовил для него Мугён, и теперь искал удобный момент, чтобы улизнуть. Он делал вид, что проверяет телефон, ожидая, когда бдительность Мугёна ослабнет.

— Да, ты готов? — Мугён застегнул рубашку, прижал телефон к уху и вышел в другую комнату.

Щелчок замка — и Хонджу вскочил с дивана. Бесшумно выскользнув из номера, он бросился к лифту.

«Почему не работает?» — пальцы лихорадочно жали на кнопку этажа, но ничего не происходило. Хонджу лихорадочно тыкал в кнопку нужного этажа, но лампочка не загоралась. Может, лифт сломан? Сглотнув панику, он начал беспорядочно жать на остальные кнопки. Спокойная мелодия, лившаяся из динамиков, вдруг сменилась быстрым ритмом, словно подгоняя его.

Время вышло, и двери лифта начали закрываться. Оставалось буквально несколько сантиметров, когда в проём просунулась чья-то рука и вставила в щель ключ-карту. Хонджу сразу узнал знакомую чёрную перчатку. Двери плавно разъехались в стороны.

— Куда же мы так спешим? — Произнёс Мугён, входя в кабину.

Он был одет с иголочки. Вроде бы в лифте стало всего на одного человека больше, но Хонджу почувствовал, как на него навалилась тяжесть. Мугён приложил карту к панели и нажал кнопку подземного этажа. На этот раз лампочка загорелась без промедления. Словно лифт тоже подчинялся только ему.

— Мне нужно ехать за деньгами, — ответил Хонджу.

Это было единственное оправдание, которое пришло ему в голову.

Муген хмыкнул, посмотрев на часы.

— Что, прямо сейчас кто-то горит желанием увидеть тебя?

Он сунул руки в карманы пальто и уставился на приборную панель. В лифте играла тихая музыка, нарушая неловкую тишину. Когда они приехали на парковку, Мугён бросил короткое: «За мной» — и направился к машине. Хонджу нерешительно поплёлся следом и остановился возле пассажирского сиденья.

— Мне правда нужно ехать за деньгами, — пробормотал он.

— Ну и езжай. Кто мешает?

Мугён оперся рукой о крышу машины и посмотрел на него. Он не запретил напрямую, но разве это не одно и то же? Хонджу разочарованно опустил руки. Он почувствовал, как смялся пластырь на ладони. Мугён молча кивнул в сторону салона.

Хонджу понял, что выбора у него нет, и сел в машину. Мугён завел мотор и, не дожидаясь, пока Хонджу пристегнется, тронулся с места. Машина уверенно набирала скорость, но вскоре свернула с привычного маршрута.

— Куда мы едем? — спросил Хонджу.

— По делам, — коротко ответил Мугён.

Хонджу нахмурился и посмотрел в окно. Это был новый район с аккуратными современными зданиями, совсем не похожий на грязные трущобы, в которых он привык бывать.

«Почему бы ему просто не оставить меня в покое в отеле? Зачем тащить меня с собой? И как мы отсюда доберёмся до логова Кванпхаля?» — Хонджу смущённо почесал щеку, пытаясь скрыть растерянность.

— Я в любом случае туда собирался. В это…логово Кванпаль.

— Зачем?

— Просто. Выиграл немного денег, понравилось.

Хонджу тихонько вздохнул. Судя по всему, Мугён говорил искренне. Наверное, он даже не представляет, в какое отвратительное место он собрался.

— Туда ходят завсегдатаи, которые играют уже по двадцать, а то и по тридцать лет, — сказал Хонджу. — Там одни акулы!

— Правда? — Мугён лениво крутил руль, его слова не произвели на него никакого впечатления.

— Вам нужно быть осторожнее, — продолжал Хонджу. — В таких местах ставки очень высокие, можно в один миг потерять целое состояние.

В ответ Мугён только хмыкнул. Его совершенно не волновали предостережения Хонджу. Хонджу повернулся к нему.

— Я, кажется, не просил тебя обо мне беспокоиться, — раздался холодный голос Мугёна.

Хонджу опустил голову.

— Твоя задача — следить за Гу Пином, — продолжил Муген. — А ты вечно лезешь не в свое дело.

Хонджу молчал.

— «Не проиграйтесь», «не связывайтесь с плохими людьми», «не ходите туда», «вы можете пострадать»… — передразнил его Муген. — Кто услышит, решит, что ты в меня влюблен.

— Это просто часть моей работы, — поспешил оправдаться Хонджу. — Ничего такого я не имел в виду.

— Правда? — Муген остановился на светофоре и посмотрел на него.

Хонджу откинулся на спинку сиденья и уставился на машину перед ними.

— А если бы не работа?

— Да, ничего такого, — тихо ответил тот.

Он нервно сглотнул.

— А мне кажется, я о тебе не так уж плохо забочусь, — продолжал Муген.

И ведь не соврал. После его появления побои, сыпавшиеся на Хонджу как из ведра, прекратились. Да и с долгами стало полегче.

Но за всё нужно платить. Хонджу рискнул всем, согласившись на эту сделку. Если бы их связь с Мугёном раскрылась, его бы избили до полусмерти. А еще эти унизительные ласки… Тело до сих пор помнило о них.

Хонджу зажал глаза, стараясь отогнать воспоминания о колкой боли, пронзившей его насквозь.

Машина тронулась с места. Хонджу сделал глубокий вдох и медленно открыл глаза.

— Вы говорите то же самое, что и Гу Пин, — прошептал он.

— Ха-ха! — насмешливо хмыкнул Муген. — Не сравнивай меня с этим стариком.

Его голос звучал спокойно, без тени гнева, и Хонджу на секунду расслабился. Машина свернула на обочину и остановилась.

Внезапно Муген схватил его за подбородок и рывком притянул к себе.

— Я что, бил тебя? Надругался над тобой, заставляя отсасывать? — прошипел он.

—…

— Я трахал тебя, заботясь о тебе, а ты не сопротивлялся разве нет? — прошипел Мугён, сжимая челюсть Хонджу всё сильнее.

Хонджу сжал губы, боясь издать хоть звук. Мугён держал его так крепко, что он даже сглотнуть не мог.

Хонджу так и не ответил. Мугён тихо вздохнул и притянул его лицо еще ближе, грубо целуя. Он силой разжал его зубы и проник языком в его рот.

— Ы-м… — простонал Хонджу от боли.

Горячий язык Мугёна исследовал его рот. Хонджу зажмурился, чувствуя, как плоть Мугёна касается его нёба. Он попытался вырваться, но Мугён впился зубами в его нижнюю губу.

— Подумай хорошенько, — прошептал Муген, отстраняясь и опуская взгляд на его губы.

По губам Хонджу, влажным от слюны, начала растекаться кровь. Мугён наблюдал за тем, как кровь проступает сквозь трещинки на губах, и выдохнул.

— Ты всё ещё считаешь меня ничем не лучше Мадам Гу? — спросил он.

Хонджу молчал.

Молчание — знак согласия?

Мугён усмехнулся уголком губ и снова наклонился к Хонджу. Он грубо поцеловал его, жадно исследуя его рот языком. Он провел им по нёбу Хонджу, затем снова впился в его нижнюю губу и отстранился. Кровь выступила еще сильнее.

— Отвечай, — прорычал Муген.

Хонджу лишь тяжело дышал, не в силах вымолвить ни слова. Муген провел большим пальцем по его нижней губе, стирая кровь, смешанную со слюной.

— Я всегда шел тебе навстречу, разве нет? — прошептал он, не отрывая взгляда от его губ.

— ...

— Я всё ещё похож на Мадам Гу? — голос Мугена стал еще холоднее, он требовал ответа.

Хонджу показалось, что если он снова промолчит, Мугён просто разорвет его губы. Он с трудом подавил подступившую тошноту и прошептал:

— ... Н-нет...

Его голос был едва слышен, но, похоже, Муген всё же расслышал.

— Вот и правильно, — с удовлетворением в голосе произнес он.

Тень, нависшая над бледным лицом Хонджу, исчезла.

— И я это тебе не прощаю. Считай, что просто отучил тебя дерзить, — добавил Муген.

Хонджу вытер губы тыльной стороной ладони. Отвратительная смесь слюны и крови, теплая и тягучая, была до тошноты знакомой. По его спине пробежали мурашки.

Глава 18

Мугён привел Хонджу в офис, расположенный в одном из многоэтажных зданий. Он оставил Хонджу в просторной комнате для посетителей вместе с одним из сотрудников в костюме и больше часа занимался делами.

Только после этого они отправились в игорный дом Кванпаля. Раньше в этом здании располагался крытый ипподром, поэтому внутри было просторнее и опрятнее, чем в игорном доме Гу Пина. Возможно, именно поэтому здесь всегда было больше клиентов.

Глава охраны, узнав Хонджу, поднял руку в знак приветствия.

— К Мадам Гу пришел?

— Да.

Охранник хотел было продолжить разговор, но, заметив незнакомца за спиной Хонджу, осекся.

— ... Вместе? — уточнил он, кивнув в сторону Мугёна.

Хонджу молча кивнул. Начальник охраны оглядел крепкое телосложение Мугёна, нервно одергивая рукава.

— Новый игрок? — шепнул он Хонджу на ухо.

Хонджу покачал головой и отвел взгляд. Мугён запретил ему рассказывать про инвестиции, поэтому он не мог представить его как инвестора. Мугён явно не был похож на игрока, но, судя по дорогой одежде, он не был похож и на охранника.

— Просто знакомый Мадам Гу, — ответил Хонджу, заходя внутрь.

— Эй, ты, только не пытайся опять тайком денег с клиентов трясти, понял? Не мути воду.

Хонджу промолчал и ускорил шаг. Внутри было очень шумно – уши закладывало. Но, несмотря на это, он отчетливо слышал шаги Мугёна позади. От этого звука у Хонджу почему-то заложило в ушах, и он прикрыл правое ухо ладонью.

В этот момент он почувствовал у левого уха чье-то горячее дыхание. Его плеча коснулась чья-то твердая грудь. Испуганный Хонджу резко обернулся и увидел Мугёна, который стоял совсем рядом. Сердце Хонджу забилось так сильно, что заглушало даже шум игорного дома.

— Ч-что такое? — спросил Хонджу, побледнев. Он убрал руку от уха и спрятал ее в карман. Рядом с Мугёном он и так всегда чувствовал себя неловко от любого прикосновения, а тут еще этот шепот на ухо...

Муген промолчал и, прищурившись, наклонился к нему. Он внимательно осмотрел Хонджу с ног до головы, а затем протянул руку.

— Ч-что вы делаете? — Хонджу хотел отступить, но Мугён с силой схватил его за правое ухо. Сердце Хонджу снова забилось чаще.

Мугён наклонился ещё ниже и прижался губами к его левому уху. Хонджу не слышал ни звука – только чувствовал его дыхание. Он сглотнул. Все звуки вокруг словно исчезли, осталось только его собственное дыхание. Наконец, Мугён отстранился.

— Ты все понял?

Хонджу кивнул, не в силах оторваться от его плеча. Мугён еле заметно усмехнулся.

— Ты меня понял, я спрашиваю? — повторил Мугён.

Хонджу не видел смысла скрывать от Мугёна свою глухоту, но и помощи от него ждать не приходилось. Он не мог вернуть ему слух и не собирался мстить Гу Пину за него.

Хонджу кивнул, делая вид, что всё понял, и отвел взгляд. Краем глаза он увидел пустую стойку регистрации.

— Да. Вы будете играть? Чтобы войти...

— Я же сказал, давай займемся сексом.

Хонджу замер на месте. Как Мугёну удавалось говорить так, чтобы его слова были слышны даже в этом шуме? Хонджу вспомнил ощущение его губ у своего уха, и ему стало жарко.

— Я...

Тяжелая рука легла ему на плечо, и он почувствовал за спиной тепло пальто Мугёна. Мужчина показал пальцем в кожаной перчатке куда-то в сторону.

— На столике Мадам Гу.

— ...

— Мы же договорились один раз трахнуться на игорном столе. Разве нет? — сказал Мугён уверенным тоном.

Ресницы Хонджу задрожали, и он зажмурился. Перед Мугёном он не мог ничего утаить.

— Пошли. Ты же меня понял.

— Н-нет, я не хочу.

Мугён обнял его за талию и потянул за собой. Хонджу попытался сопротивляться, но ноги словно сами скользили по полу. Что если Мугён и правда собирается заняться с ним сексом прямо за игорным столом? Хонджу вырывался, но безуспешно.

— Так ты и правда глухой...

Мугён тихо рассмеялся и изменил направление. Он поднял руку, останавливая подходившего сотрудника, который хотел проводить их к столу.

— Ты всегда таким был?

— ...Нет.

Хонджу тяжело вздохнул и покачал головой. Он перестал сопротивляться, и хватка Мугёна на его плече ослабла.

— Тебя избили?

— ...

— Сильно тебя били, раз ты оглох?

Они приближались к столику, где сидел Гу Пин. Хонджу не хотел говорить об этом на глазах у того, кто лишил его слуха, поэтому он просто замолчал.

— Хонджу? О, директор Мугён, вы тоже здесь?

За столиком сидели знакомые лица. Хонджу слегка кивнул им в знак приветствия. После того, как люди Ымдона исчезли, Гу Пин изменил свою тактику. Он снова начал ухаживать за Мугёном.

— А это кто?

— Это мой бизнес-партнер. Не знаю, какими судьбами он здесь оказался.

Он важничал, стараясь произвести впечатление на окружающих. Люди за столом начали с интересом разглядывать Мугёна — его холодное лицо, пальто, шарф, костюм, часы, туфли... Их глаза загорелись при виде такой роскоши. Хонджу спрятал лицо в воротнике пуховика, сдерживая смех.

— Очень приятно.

— Я так часто бываю в игорных домах, что уже привык ко всему. Просто решил заглянуть. Тем более Мадам Гу здесь.

— Ха-ха, вы уже распробовали вкус азарта, директор Мугён?

Гу Пин, потирая друг о друга большой и указательный пальцы, придвинул Мугену стул.

Затем хлопнул по стулу, приглашая его сесть, и ослепительно улыбнулся, демонстрируя зубы.

— Присаживайтесь и посмотрите. Здесь совсем другая атмосфера, правда?

— Да.

— Сюда приходят более низкосортные людишки. Те, что сливают деньги на скачках.

Мугён лишь продолжал расстегивать пальто, не обращая внимания на его слова. Затем он достал носовой платок, и Гу Пин тут же подхватил его и положила на стул. Окружающие с любопытством наблюдали за происходящим. Их удивляло, что столь влиятельная в этих краях Гу Пин так услужливо ведёт себя с Мугёном. А может, их удивляла педантичность другого.

— Ну же, садитесь поудобнее. Хотите сыграть? Я вам фишки разменяю.

— Не надо.

Мугён сбросил пальто на спинку стула, сел, сложив руки на груди. Хонджу, который всё это время неуклюже стоял рядом, тронул Гу Пина за плечо.

— А? Что такое?

— Вы же меня для сбора денег позвали.

— Ах, да.

Гу Пин вскрикнул, словно только что вспомнил, зачем позвал Хонджу. Он повернулся и окинул взглядом зал с игровыми столами.

— Я его видел...

Его взгляд остановился на ком-то. Хонджу наклонился, и Гу Пин прошептал:

— Вон тот в очках и полосатой рубашке. Видишь?

— Рядом с тем, что в шарфе?

— Да, он самый. Должен двести тысяч вон. Не шуми, просто подойди и забери деньги.

— Хорошо , — кивнул Хонджу, выпрямляясь.

На мгновение их взгляды с Мугёном встретились, но тот отвернулся.

Хонджу сунул сложенную расписку и удостоверение личности в карман и, пробираясь сквозь завесу сигаретного дыма, направился к столу в углу.

Перед мужчиной громоздилась внушительная стопка фишек. С лихвой хватило бы расплатиться с долгом в двести тысяч вон. Дождавшись окончания игры, Хонджу подошел к мужчине со спины.

— Прошу прощения, — окликнул он.

— А?

Мужчина поднял голову. Впалые щеки, тусклая, морщинистая кожа... Вблизи он казался намного старше. Хонджу слегка наклонился и прошептал, чтобы его услышал только мужчина:

— Вы знаете Гу Пина?

— Г-Гу Пина?

Хонджу кивнул в сторону стола, где сидел Гу Пин. Тот, заметив их взгляды, поднял руку и ухмыльнулся. Мужчина нервно сглотнул.

— Он попросил получить долг за проигрыш в карты, — все так же тихо проговорил Хонджу.

— Какого черта? — вмешался один из игроков, смерив Хонджу презрительным взглядом. — Испортил весь настрой. Проваливай отсюда.

Хонджу проигнорировал его. Мужчина, собиравший карты, замер. Он напряженно следил за руками Хонджу, словно ожидая подвоха.

— Ты глухой? Вали, пока не вломили!

— Вижу, вам везет. Просто отдайте двести тысяч вон, и я уйду.

— Какого хрена, господин Ку? Вы знаете этого парня?

Услышав фамилию Ку, Хонджу широко распахнул глаза. Он мгновенно выпрямился и принялся разглядывать человека, который только что ему угрожал.

— ...

Мужчина тоже поднял голову и посмотрел на Хонджу. Изможденное лицо, худые черты, выдающие возраст... В мире полно людей с фамилией Ку. Это точно не он.

Хонджу понимал это, но ничего не мог поделать с бешеным сердцебиением.

— Черт, я не знаю. А я уж подумал, у меня полоса везения началась.

Хонджу дрожащими руками достал из кармана удостоверение личности и жадно впился взглядом в строчки. «Ку Вонхо». Сердце резко затормозило свой бег.

— А...

Глупо было надеяться. Если бы это был его отец, Гу Пин бы предупредил. Или не стал бы связываться с ним через Хонджу, а подошел бы сам. Или... он узнал бы его. Хонджу побледнел, пальцы дрожали.

— Забирай! Не везет мне сегодня. Даже в другом заведении покоя нет.

Мужчина отсчитал фишки и протянул их Хонджу. Тот молча убрал их в карман, затем мужчина выхватил у него из рук удостоверение личности и протянул свою ладонь.

— Расписку давай!

Хонджу онемевшими пальцами нащупал в кармане ручку и бумагу. Мужчина нацарапал что-то на бумаге, швырнул расписку Хонджу и отвернулся. Хонджу пересчитал фишки, сунул их в карман и только тогда отошел от стола. Он медленно побрёл обратно к Гу Пину, не отрывая глаз от мужчины в очках.

— ...

«Наверное, отец выглядел бы сейчас именно так». Хонджу отдал Гу Пину фишки и расписку, которую он только что получил.

— Ох, жалко, что тебя сегодня не побили. Ты, наверное, расстроился, Хонджу?

Гу Пин с хохотом запихнул расписку внутрь пиджака. Мужчина, тасовавший карты, поддакнул:

— Ага. Что, тебе нравится, когда тебя бьют?

Вопрос был адресован Хонджу, но он промолчал. Просто опустил голову и вышел из шумного, прокуренного заведения.

За время работы на Гу Пина Хонджу приходилось побывать во многих игорных домах. Иногда его прогоняли охранники, иногда он уходил ни с чем, но в целом ему не так уж не нравилось это дело. Возможно, в глубине души он надеялся кого-то найти. Того, кто был его единственным родственником, хоть Хонджу его почти не помнил.

— Идиот, чего ты так перепугался?

Выйдя из заведения, Хонджу свернул в темный переулок. У него подкосились ноги, он присел на корточки, ругая себя последними словами. Мало ли на свете людей с фамилией Ку?

— А...

Тяжелый вздох превратился в облачко пара. Хонджу проглотил комок, подступивший к горлу.

«И что бы ты сделал, если бы это был он? Сказал бы, чтобы он вернулся? Или чтобы он отдал долг? Да он бы тебя и слушать не стал. Он же пятнадцать лет не объявлялся, с тех пор как Гу Пин открыл свой первый игорный дом».

Разве не так?

Хонджу провел рукой по волосам, пытаясь унять боль. Рядом хрустнула ветка, но Хонджу заметил чью-то тень у своих ног только тогда, когда она уже растянулась по земле. Он поднял голову и увидел знакомое лицо.

— ...Я думал, ты играешь.

— Неинтересно стало.

Люди за столом Гу Пина чуяли деньги за версту. Они бы не упустили такой лакомый кусочек, как Мугён, с первого взгляда ясно, что у него водятся деньги. Должно быть, пытались его уломать остаться.

— Наверное, вы еще и в покере мастер. Сказали бы сменить игру — сменили бы, — равнодушно добавил Хонджу.

— Ты что, умеешь играть?

Мугён стоял спиной к свету, и Хонджу не видел его лица, лишь чувствовал на себе его взгляд. Хонджу удивлённо посмотрел на него, стараясь дышать ровно. Его обветренные губы выпускали клубы пара.

— Нет, я в покер ни разу не играл.

— Тогда какой смысл?

Странный ответ. Как будто Мугёну было бы интереснее играть, если бы рядом был Хонджу. Хонджу моргнул, пытаясь разглядеть выражение лица Мугёна, скрытое тенью. Как всегда, это было непросто. Хонджу сидел на корточках, и носок его кроссовка почти касался ботинок Мугёна.

— Я пошёл.

Мугён, не теряя времени на прощания, развернулся и пошёл прочь. Полы его пальто слегка коснулись Хонджу. Хонджу проводил его взглядом.

Он пришёл с ним, а уходит один. В шумный, грязный игорный дом. В самый дальний, темный угол. Хонджу поёжился от холода и вдруг вскочил на ноги.

— Подождите, подождите!

Он бросился бежать, петляя между чьими-то следами на грязном снегу. Мугён как раз открывал дверцу машины, когда Хонджу, запыхавшись, подбежал к нему. Мугён бесстрастно посмотрел на него, опираясь рукой на крышу машины. Хонджу затараторил, словно маленький мальчик, умоляющий о прощении:

— Когда мне было семнадцать, я сбежал. Думал, найду отца. Шел дождь... Но меня быстро поймали. И избили до полусмерти. Я даже сознание потерял, а потом облили холодной водой и избили снова.

Хонджу с трудом переводил дыхание, вспоминая тот день. На его искусанных губах застыли капельки воды.

— У меня из ушей кровь шла... Меня даже в больницу не отвезли. Десять дней я ничего не слышал, а потом... потом совсем оглох на одно ухо.

— И зачем ты мне это рассказываешь?

Мугён смотрел на него так, словно ему рассказывали скучную сказку. Он уже собирался сесть в машину, и Хонджу торопливо произнёс:

— Вы спросили. Мне показалось, вам интересно.

— Не сказал бы. Но ладно, я тебя услышал.

— ...У меня много таких историй. Хотите, расскажу ещё?

Мугён барабанил пальцами по крыше машины, обдумывая его слова.

— Не знаю. Я и сам не от хорошей жизни здесь. Таких, как ты, пруд пруди.

В его голосе звучал насмешливый отказ. Хонджу сглотнул и направился к пассажирскому сиденью. Он двигался осторожно, словно боясь спугнуть удачу.

— Тогда другое... Хотите, я сделаю для вас что-нибудь?

Мугён нахмурился, удивлённый такой перемене. Что это с ним? Обычно Хонджу вел себя так, словно ему всё было безразлично. Мугён продолжил разговор, хотя обычно в таких случаях он предпочитал просто промолчать.

— Что ты имеешь в виду?

— Вы сказали, что не любите проигрывать. Я сделаю так, чтобы вы не проиграли. Пожалуйста... исполните мою просьбу?

Хонджу кусал губы, в ожидании ответа. Он и сам понимал, насколько наивна его просьба. Скорее всего, ему откажут. А если и не откажут... придётся дорого заплатить.

Наконец, Хонджу, не выдержав, открыл рот, чтобы снова умолять Мугёна о помощи. Но тот опередил его:

— А, так вот в чём дело?

Голос его был холодным, а на лице отразилось разочарование.

— ...

— Ладно, раз уж ты сам начал эту тему...

Мугён кивком головы указал на пассажирское сиденье, а сам сел за руль. Хонджу поспешно подошёл к машине и, прежде чем сесть, стряхнул снег с ботинок, как его и учили.

Машина тронулась с места и вскоре скрылась из виду. Хонджу подумал, что Гу Пин может начать его искать, но сейчас это волновало его меньше всего.

— Я тут как раз хотел кое-что спросить у тебя. Поговорим в более спокойной обстановке?

Мугён говорил тоном, не терпящим возражений, снимая перчатки. Хонджу кивнул, догадываясь, что речь пойдет о Гу Пине. В этот момент перчатки Мугёна упали ему на колени.

Они молча ехали до тех пор, пока не выехали за город.

— Выходи.

Они остановились у входа гостиницы, в которой останавливался Мугён. Хонджу думал, что больше никогда не увидит этого места, но вот он снова здесь, глубокой ночью.

Мугён уже открыл дверь машины, когда заметил, что Хонджу застыл на месте, сжимая в руках его перчатки. Лицо парня было бледным, то ли от страха, то ли от холода.

— Что, не нравится? Не слишком ли много хочешь для того, кто просит об услуге?

— Нет, всё в порядке, — Хонджу торопливо отстегнул ремень безопасности.

Мугён наблюдал за ним, заметив, как покраснели его щёки.

— Зелёный ещё, а в голове одни пошлости.

Как только они вышли из машины, Хонджу подошёл к Мугёну. Он стоял рядом, нервно теребя перчатки, словно не зная, куда себя деть. Мугён какое-то время молча наблюдал за ним, а затем грубо выхватил перчатки из его рук. Хонджу так сильно сжимал их, что они успели нагреться. Мугён коротко рассмеялся, словно пораженный такой реакцией, и, взяв Хонджу за руку, осмотрел его ладонь.

— Да ты и правда весь на нервах.

Ладонь Хонджу была влажной от пота. Мугён вдруг почувствовал себя мерзавцем, который силой притащил парня в отель.

— Не забывайся. Ты сам умолял меня о помощи, — резко бросил он.

Мугён отпустил его руку и легонько постучал пальцем по его лбу. При каждом касании ресницы Хонджу дрожали.

— Трусишка.

Двери лифта открылись, и Мугён вошёл внутрь. Хонджу, помедлив, последовал за ним. Несмотря на приятную музыку, в лифте царила напряженная атмосфера.

Хонджу был настолько скован, что едва мог пошевелиться. Мугёну становилось интересно, о какой же просьбе может идти речь, что тот так трясется?

«Ладно, поиграем ещё немного», — решил он, наблюдая за испуганным парнем.

— От тебя разит табаком. Помойся, и поговорим.

Как только они вошли в номер, Мугён снял с Хонджу куртку и практически втолкнул его в ванную. Хонджу, прежде чем закрыть дверь, прижался лицом к его рукаву и глубоко вдохнул.

— От вас тоже пахнет, — пробормотал он, и Мугён услышал, как он сглотнул.

Однако, лишь усмехнулся и закрыл за ним дверь.

Он решил потянуть время. Сам Мугён долго принимал душ, ещё дольше, чем обычно, сушил волосы, а затем принялся разбирать одежду в гардеробной.

— Пива?

— Нет.

Мугён достал из мини-бара банку пива и протянул Хонджу, но тот отрицательно покачал головой. Глядя на него, сидящего на краешке дивана, Мугён почувствовал прилив садистского удовольствия. Он уже хотел предложить ему вина, но решил, что не стоит издеваться над парнем.

— В отличие от некоторых, ты, вижу, не привык к роскоши.

Он открыл банку пива и сел на диван, решив, что пора заканчивать этот спектакль.

— Или для тебя нет разницы между тем притоном и этой гостиницей?

Хонджу поспешно вытащил из коробки салфетку и протянул Мугёну.

— Нет, просто я не пью.

— А кто вчера напился до беспамятства?

Мугён усмехнулся, забирая у него салфетку. Он протер банку, сделал большой глоток и положил ноги на журнальный столик.

— Тот мужчина за столом, кажется, был чиновником. Знаешь его?

Хонджу задумался, пытаясь вспомнить.

— Вроде как, он говорил, что недавно вышел на пенсию. Раньше работал в паспортном столе...

Он вспомнил, как тот шепотом предлагал ему свою помощь, если Хонджу когда-нибудь решит сбежать из страны. Тогда эти слова напомнили ему об отце, который жил где-то на Филиппинах. Но у Хонджу не было ни денег, ни храбрости, чтобы отправиться на его поиски.

— А тот чиновник из мэрии, который раньше дружил с Гу Пином. Ты и с ним знаком?

Хонджу покачал головой.

— Я ни разу не видел, чтобы он приходил с этим Кимом.

Мугён сделал еще один глоток пива, прищурившись.

— А выглядели так, словно давно знакомы. Неужели просто клиенты?

— Он говорил, что хочет стать шулером. Раньше вокруг Гу Пина их вертелось много, вот он к ним и клеился, просил научить. Но Гу Пин считал, что из него шулер никуда не годится, брал его только на мелкие игры.

Это многое объясняло. Несмотря на энтузиазм мужчины, Гу Пин не слишком им интересовался. Скорее всего, он просто использовал его, давая ему ложную надежду. Паспорт чиновника — весьма ценная вещь.

— То есть он просто притворялся, что помогает ему, а сам все это время использовал его?

— Думаю, да.

Хонджу все еще сидел на краешке дивана, выпрямив спину. Мугён же, наоборот, расслабился, закинув руки на спинку дивана. Он смотрел на Хонджу искоса, разглядывая его фигуру, плотно обтянутую халатом.

— И как же он его использовал? — он провел пальцем вдоль пояса халата, слегка стягивая его.

Хонджу замер.

— Я… я не знаю. Я не вникал в их дела.

Он говорил с трудом, и Мугён заметил, как он нервно сглатывает. То ли халат так действовал, то ли обстановка, а может, он вспомнил их ночь, но Хонджу был на пределе.

— И много было чиновников, которые залезали в долги?

— Да, — Хонджу кивнул, и его волосы слегка колыхнулись. Мугён заметил на его шее, белой и тонкой, едва заметный синяк. Он потянул за воротник халата, оголяя шею.

— А их имена тоже записаны в этой тетради?

Хонджу затаил дыхание, сжавшись в комок. Мугён едва сдержал улыбку. Неужели тот думал, что он и правда интересуется какими-то записями? Он убрал руку.

— Я… — Хонджу вздрогнул и открыл было рот, но тут же замолчал.— Н-наверное, — ответил Хонджу. — Журнал ведет управляющий Ян, я его не видел.

— Ну, это мы всегда успеем проверить.

— Послушайте, — Хонджу неуверенно повернул голову к Мугёну.

На его лице все еще читался страх, но в глазах зажегся огонек любопытства. Мугён вместо ответа лишь вопросительно приподнял бровь.

— Вы же сказали, что хотите вложить деньги в заведение. Зачем вам все это? С самого начала…

Его темные глаза смотрели на Мугёна с нескрываемым недоумением. Если ты просто даешь деньги, зачем тебе вникать во все эти детали? Мугён не смог сдержать смех.

— Ха-ха!

Гораздо удобнее иметь дело с умным парнем, чем с кучкой тупых бандитов, которые кроме затевания драк ничего не умеют. Мугён перестал смеяться и выпрямился. Он обнял Хонджу за плечи, притягивая к себе. Тот словно одеревенел в его руках.

— Если у меня будут рычаги давления на это заведение, то даже если меня кинут, я смогу защитить свои интересы, не так ли? — произнес он мягко, словно объясняя ребенку.

Мугён легонько погладил Хонджу по руке.

— Видишь, как только ты оказался в моих руках, попытка тех бандитов меня убить провалилась.

«Но ведь это не значит, что на этом все закончится»,— подумал Хонджу.— Если только исчезновение тех бандитов не связано с Мугёном напрямую…»

Он вопросительно посмотрел на Мугёна, и тот, заметив его взгляд, наклонился ближе. Глаза Хонджу расширились от удивления, когда он оказался нос к носу с Мугёном. Все вопросы вмиг вылетели у него из головы. Стало трудно даже дышать.

— Ну что ж, давай послушаем твою просьбу.

Мугён убрал руки с плеч Хонджу и допил остатки пива. Хонджу нервно облизнул пересохшие губы. По дороге из заведения в отель, да и все то время, пока он отвечал на вопросы Мугёна, он не переставал сомневаться. Правильно ли он делает, что обращается с такой просьбой к Мугёну? И вообще, стоит ли ему затевать все это? В голове всплыл образ мужчины по фамилии Ку, которого он видел в том заведении.

— Я… я хотел бы найти своего отца.

Хонджу почему-то был уверен, что Мугён согласится ему помочь. Он привык полагаться на свою интуицию, которая подсказывала ему, когда стоит рисковать. Хонджу не раз слышал от игроков в карты, что умение делать ставки — это талант.

— И что же, по-твоему, я похож на частного детектива? — Мугён расхохотался.

Сначала он спрашивал, игрок ли он, потом сравнивал его с бандитом. А теперь просит найти кого-то. Мугёну стало интересно, что же он о нем думает на самом деле.

— Твой отец — это твоя проблема. Ищи его сам.

— Мне показалось, что вы сможете его найти, — с вызовом ответил Хонджу, хотя по нему было видно, что он очень нервничает. Мугён хмыкнул и сделал глоток пива.

— Его зовут  Ку Хёнгын, родился в семьдесят втором году, одиннадцатого мая. По словам Гу Пина, он сейчас на Филиппинах.

В ответ он услышал лишь звук глотка. Но Хонджу продолжил:

— Я просто хочу узнать, где он. Остался ли он на Филиппинах или вернулся в Корею…Просто найдите его. Я… я сделаю все, что вы попросите.

Хонджу так и хотел, первым делом после того, как он разберется с долгами, найти отца. Ему было все равно, как он будет зарабатывать на жизнь, главное — найти отца, высказать ему все, что накопилось, и… возможно, даже получить немного поддержки.

— Ты как будто создан для того, чтобы тебя обманывали, — усмехнулся Мугён. — Часто тебе это говорят?

Хонджу не улыбнулся. Мугён смял пустую банку и отставил ее в сторону.

— Слушай, я не работаю бесплатно. Если хочешь заключить со мной сделку, предложи что-нибудь стоящее.

Хонджу был уверен, что Мугён просто предложит ему отработать оставшийся долг.

— Я все сделаю, — поспешно ответил он.

— А что ты можешь? — Мугён окинул его оценивающим взглядом. — Денег у тебя нет, из навыков — только выбивание долгов. Образование? Семья? Ах да, кое-что у тебя все-таки есть, — добавил он с издевкой.

Хонджу опустил голову. Слова Мугёна задели его за живое, но он ничего не мог на это возразить. Он пытался найти отца на протяжении пятнадцати лет, но безуспешно. Ему казалось, что с помощью Мугёна у него появится шанс.

Более того, Хонджу был уверен, что Гу Пин не станет ему мешать, если в этом деле будет замешан Мугён.

Сейчас для него не имело значения ни чувство собственного достоинства, ни гордость.

— Ты ведь в долгах, как в шелках, не так ли?

Хонджу промолчал.

— И зачем тебе этот папаша-банкрот? Думаешь, он тебе поможет с долгами расплатиться?

В том игорном доме у Хонджу каждый раз екало сердце, когда он видел мужчин возраста своего отца.

Как сложилась его жизнь? Он счастлив? Беден ли он, как и Хонджу? Все эти вопросы мучили его.

Он не помнил даже, как выглядит его отец. Хонджу волновался, что тот до сих пор не оставил азартные игры или связался с такими, как Гу Пин, влача жалкое существование. Ему было интересно, не приходило ли отцу в голову образумиться и попытаться вернуть себе сына, который барахтался в этой грязи. Хонджу хотел бы спросить у него, знает ли он, сколько боли и унижений ему пришлось пережить, чтобы найти его.

— Я винил во всем Гу Пина и управляющего Яна, но ведь был еще один человек, который был виноват в моих бедах, — сказал Хонджу. — Я просто хочу увидеть его хотя бы раз.

Каждый раз, когда Хонджу не мог ничего расслышать, он вспоминал размытый образ отца.

— Это глупо. Ты просто еще не до конца все осознал, — холодно отрезал Мугён.

У Хонджу по спине пробежал холодок. В словах Мугёна была доля правды. И все же Хонджу не считал, что он неправ.

— Что изменится, если ты его найдешь? Долги выплачивал ты, побои получал ты. Ты продавал себя, чтобы расплатиться с долгами, сосал член мадам Гу и унижался перед ним, — безжалостно продолжал Мугён. — Что изменится от того, что ты найдешь его? Это не изменит прошлого.

Хонджу и не рассчитывал, что все изменится. Он не ждал слов благодарности или извинений. Он не надеялся, что его жизнь волшебным образом наладится.

— Я…

Все, чего хотел Хонджу, — это выговориться, излить душу хоть на десять минут. Ведь отец был единственным родным человеком, который навлек на него все эти беды.

— Знаю, это может вам не понравиться, но... Я буду стараться изо всех сил.

— Что, опять задницу будешь подставлять?

Костяшки пальцев Хонджу, сжимавшие рукав халата, побелели. Мугён на мгновение задержал на них взгляд, а затем отвел глаза. Глупый мальчишка.

—…Если вы… не против, — пробормотал он, потупив взгляд.

Его голос дрожал. Даже ему самому, должно быть, не нравились собственные слова. Чего же такого особенного в этом отце? Мугён не понимал его.

— Мадам Гу плохо тебя воспитал.

Мугён, конечно, сказал предложить что-нибудь стоящее, но вовсе не имел в виду секс. И все же Хонджу первым делом предложил ему свое тело.

Даже когда его избивали до полусмерти, на лице Хонджу не было и тени страха. Возможно, единственный способ получить желаемое для него — это пожертвовать своим телом.

—Думаешь, своим телом ты решишь все проблемы? Как банально и отстало, — раздраженно ответил Мугён.

Хонджу нервно сглотнул. Тогда, когда Мугён говорил про девственность и отпускал пошлые шутки, он не выглядел равнодушным. Может, он потерял к нему интерес после той ночи? Но зачем тогда он его поцеловал? Если бы ему было неинтересно, он бы этого не делал.

—...

Хонджу нервно закусил губу и развязал пояс халата.

— Хаа.

Мугён издал смешок, услышав, как шуршит ткань. Хонджу расстегнул халат и посмотрел на свое неприглядное тело. В памяти всплыли воспоминания о той ночи. Тяжелое дыхание, грубые ласки, острая боль, разливающаяся по телу. Липкая сперма, отметины на шее...

Конечно, Хонджу не хотелось повторять этот опыт, но у него не было другого выбора. Гу Пин постоянно твердил ему, что его удел — расплачиваться за долги своим телом. Ему больше нечего было предложить.

— Я снял.

Хонджу стоял перед Мугёном, полностью обнаженный, его халат лежал на полу. Невыносимая волна стыда нахлынула на него — он впервые оказался голым перед другим человеком вот так. Каждый сантиметр его кожи, казалось, горел под пронзительным взглядом Мугёна, но он не мог отступить.

— Ты лезешь ко мне, а у самого нет даже намека на возбуждение. Как неуважительно, — протянул Мугён, задержавшись взглядом на нижней части живота Хонджу.

Хонджу провел языком по пересохшему нёбу, пытаясь сглотнуть горький ком стыда. В детстве он попрошайничал, чтобы выжить, в юности — возвращал долги, познав грубую силу. Теперь же, став взрослым, он торговал последним, что у него осталось — собственным телом. Жизнь, казалось, катилась по наклонной, неуклонно скатываясь в пропасть позора.

С тихим шорохом упавший халат колыхнулся от дуновения из открытого окна. Хонджу невольно поежился, его взгляд скользнул по бесстрастному лицу Мугёна. Исчезла та жадная страсть, что плескалась в глазах мужчины той ночью, не было и попыток прикоснуться.

Неуверенность сковала движения Хонджу. Он неловко устроился на коленях Мугёна, оседлав его бедро и упираясь руками в спинку дивана, чтобы не упасть.

Мугён лениво потянул за пояс своих спортивных штанов, словно давая немой знак продолжать. Сердце Хонджу забилось чаще, он почувствовал, как горит лицо под пронзительным взглядом мужчины.

— Можно продолжить? — прошептал он, едва дыша.

Уголок губ Мугёна приподнялся в полуулыбке, он медленно прикрыл веки, словно смакуя неуверенность Хонджу. Разрешение, от которого кровь закипала в жилах. Дрожащей рукой Хонджу проник под ткань спортивных штанов, нащупывая упругую длину члена сквозь тонкий хлопок белья. Он медленно провел по ней пальцами – от основания, вдоль напряженного ствола, чувствуя, как горячая плоть пульсирует под его прикосновением.

— Весь день планируешь этим занимаешься? — протянул Мугён, и в уголке его губ затаилась ленивая ухмылка.

Хонджу на мгновение встретился с ним взглядом, но потом его внимание привлекла острая линия скул мужчины, приоткрытые губы. Решительно, словно бросая вызов, он отодвинул край белья, оголяя напряженную плоть. Горячая, пульсирующая в его руке. Хонджу медленно провел ладонью вниз, наслаждаясь тем, как плоть Мугёна содрогается от прикосновения, как набухает головка.

Хонджу продолжал медленно поглаживать его член, чувствуя под пальцами жар и пульсацию, боясь нарушить тишину. Но Мугён был непроницаем. Он лишь плотнее прижал свои бедра к бедрам Хонджу, заключая его в своего рода ловушку. Внезапное прикосновение — большой палец Мугёна провел по внутренней стороне колена Хонджу, и тот невольно вздрогнул, пальцы ног сами собой сжались.

— Постарайся, — прошептал Мугён ему в самое ухо, и в голосе его звучала власть, от которой кровь застыла в жилах. — Ты же хочешь найти Ку Хёнгына, правда?

— ...

Хонджу сглотнул, прогоняя лишние мысли. Сейчас — только это важно. К тому же, он помнил: всегда становится проще, когда Мугён хотя бы раз кончит. С новой решимостью он обхватил его член, нашел ритм, который нравился. Ладонь двигалась вверх-вниз, то нежно поглаживая, то слегка сжимая, а иногда он задевал пальцами чувствительную кожу мошонки.

Член Мугёна откликался на каждое движение: пульсировал, наливался тяжестью, становился все тверже.

— А-ах... — стон вырвался из горла Мугёна сам собой. Он запрокинул голову, ресницы затрепетали, когда волна удовольствия прокатилась по телу. Его пальцы впились в бедро Хонджу, словно он искал опоры.

«Значит получается, все не так уж и плохо» — подумал Хонджу, ускоряя темп.

Хонджу с осторожностью отпустил резинку штанов Мугёна и протянул руку к его плечу. Но тот резко открыл глаза, и Хонджу на мгновение забыл, как дышать. Знакомый разрез глаз, складка на левом веке, которая сегодня казалась острее, резче.

Их взгляды встретились — и Хонджу почувствовал, как у него сосет под ложечкой. Слишком много напряжения, слишком много эмоций читалось в глазах Мугёна. Он опустил взгляд, сосредотачиваясь на движениях своих пальцев. Большой палец скользил по напряженной головке, собирая на себя тонкую, липкую смазку.

Рука Мугёна, до этого сжимавшая его колено, дрогнула. Медленно, словно не решаясь, она заскользила вверх по его бедру, и Хонджу затаил дыхание. Горячая ладонь легла на его собственную плоть, которая, несмотря на все его усилия, откликнулась мгновенным возбуждением.

— Ах! — Пальцы Мугёна сжались, делая едва уловимое вращательное движение, и у Хонджу вырвался сдавленный стон. Спина выгнулась сама собой, стремясь к прикосновению.

Все его тело напряглось, пальцы впились в плечо Мугёна, словно ища спасения от нахлынувшего удовольствия. Даже рука, которая продолжала ласкать Мугёна, дрожала от напряжения, а под ногтями побелела кожа.

— Что же ты, — прохрипел Мугён, в его голосе звучала насмешка, — Даже член не можешь нормально подержать? Я что, должен все сам делать?

Слова укололи, как плеть, но Хонджу не сдался. Он обхватил головку его члена, нашел нужный ритм, нужное давление.

— Ых... — протянул Мугён, и этот низкий стон отразился вибрацией в груди Хонджу. Движения их тел стали еще более резкими, отчаянными. Диван протестующе заскрипел, а звук трущейся кожи отдавался в голове пульсирующим ритмом.

Му Гён кончил внезапно.

Его тело пронзил глухой стон, а затем его захлестнула дрожь. Но даже в оргазме он не терял контроля. Его рука продолжала двигаться, влажная и скользкая.

— Хватит... — прохрипел Хонджу. Удовольствие было слишком сильным, слишком острым. — Я сам...

— Не можешь же ты быть таким беспомощным, — его голос был низким и хриплым. — Или можешь?

Его пальцы двигались неумолимо, словно наказывая. Он сжал основание его члена, не давая ему вырваться, а потом начал тереть головку, медленно, настойчиво. У Хонджу перехватило дыхание.

— А-ах! — вырвалось у него против воли. Он спрятал лицо в изгибе его шеи, вдыхая его запах, чувствуя, как пульсирует вена у него на шее. Горячее дыхание обожгло ему ухо, а затем он почувствовал прикосновение языка к своим губам.

— Хонджу, — прошептал Мугён ему в самые губы, — посмотри на меня.

— М-м...

— Я сказал, посмотри на меня, — повторил Мугён, и в его голосе, хоть и твердом, не было злости.

Он бережно приподнял Хонджу, помогая ему сесть. Тело всё ещё ощущало мелкую дрожь после оргазма. Мугён рассматривал Хонджу, впитывая глазами раскрасневшееся лицо, прикрытые веки, припухшие губы. Кожа, обычно такая бледная, сейчас горела румянцем, а глаза блестели от непролитых слёз. И пусть напряжение ушло, Хонджу казался ещё более желанным, чем раньше.

— Ты такой горячий, — пробормотал Мугён, и вновь почувствовал, как желание вспыхивает в нём с новой силой. Он облизал губы, задержав взгляд на приоткрытых губах Хонджу, на красном кончике языка.

— А... м-м... — У Хонджу перехватило дыхание, когда новая волна удовольствия прокатилась по телу.

Бёдра сами собой приподнялись, ища прикосновения его руки, и Мугён почувствовал, как в его ладони становится горячее.

— Вот и всё, — прохрипел Мугён, сжимая его бёдра и вдавливая в себя. Он ускорил темп, наслаждаясь тем, как тело Хонджу трётся о него в такт движениям.

— А-ах... — У Хонджу перехватило дыхание, и он излился с приглушённым стоном, вжимаясь грудью в его грудь.

— Хорошо, — пробормотал Мугён, убирая руку. В ладони у него было жарко и влажно. — Теперь сам.

Хонджу тяжело дышал, прислонившись к нему, и чувствовал, как постепенно успокаивается биение его сердца. С трудом он отодвинулся, и его взгляд упал на эрекцию Мугёна. Такая же огромная, блестящая, с капельками смазки на головке. Воспоминание о том, как она входила в него, вызывало странное смешение страха и возбуждения.

Он замер, не зная, что делать дальше.

С глубоким вдохом Хонджу приподнялся, опираясь на его плечи. Ноги дрожали, и он понял, что чтобы впустить его в себя, придётся встать. Горло сжалось от страха, когда он опустил глаза на его член.

— Не тяни, — прошептал Мугён ему прямо в ухо. — Ты же уже не девственник, так ведь?

Он сжал его бедро так, что Хонджу не сдержал приглушенного вскрика. Боль словно отрезвила его, заставила шевелиться. Он посмотрел на свой член, такой жалко безжизненный на фоне его эрекции. Стыд и страх смешались в тяжелый ком в животе. Он был бессилен, полностью во власти Мугёна.

Хонджу с глотком воздуха обхватил его пальцами, почувствовав его жар и невероятную твердость. Сердце забилось чаще. Он медленно, очень медленно начал опускаться вниз, боясь того, что будет дальше. Головка коснулась его входа, и по телу пробежала дрожь.

— А-ах...

— Что ты возишься? — раздражённо бросил Мугён, откидываясь на спинку дивана.

Сердце Хонджу сжалось от страха. Он зажмурился ещё сильнее и, преодолевая сопротивление, пытаясь протолкнуть головку его члена внутрь себя. Ему хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не чувствовать эту боль, но он знал, что противиться бесполезно.

— А-ах... — Хонджу с трудом вдохнул, пытаясь расслабить мышцы, которые инстинктивно сжались, не желая принимать его в себя. Скользкая головка протиснулась сквозь тесный вход, растягивая его.

— Ы-ых! — Стон боли вырвался сам собой, Хонджу инстинктивно дёрнулся, пытался вырваться, но было слишком поздно. Рука Мугёна вернулась на его бедро, не давая двинуться. Только когда хватка ослабла, Хонджу смог вновь расслабиться, позволяя ему проникнуть глубже. Внутренности дрожали, пальцы непроизвольно сжимались вокруг горячего члена.

— Ты что, решил весь день так проторчать? — услышал он насмешливый голос Мугёна. В его глазах, устремлённых на него сверху вниз, читалось веселье, но было в них что-то ещё, от чего по спине пробежали мурашки.

Мугён, казалось, наслаждался его мучениями. Ему нравилось смотреть, как это бледное дрожащее тело пытается ему подчиниться. Нравилось чувствовать, как его мышцы напрягаются, пытаясь принять его в себя. Но это было только начало.

Терпение Мугёна иссякло. Он схватил его за бёдра и резко притянул вниз. Хонджу сдавленно охнул, но крик застрял в горле — он оказался насажен на него до конца. Мышцы сжались вокруг чужого члена, не желая отпускать.

— Ха, — усмехнулся Мугён, и его смех отозвался вибрацией в теле Хонджу. Пальцы ног Хонджу сжались, бёдра инстинктивно подали навстречу.

— Одно сплошное напряжение, никакой техники, — пробормотал Мугён скорее себе, чем ему. —Раздражает.

Он не обращал внимания на то, как напряглись плечи Хонджу, как сбилось его дыхание. Он начал двигаться, медленно и глубоко проникая в него, а затем так же медленно выходя, наглядно демонстрируя, насколько бесполезно сопротивление.

— Раз уж не умеешь делать это правильно, — прорычал он, — хотя бы расслабься и попробуй получить удовольствие.

— А-а... ах... — Это было единственное, что смог выдавить из себя Хонджу, когда ритм движений Мугёна изменился, стал более резким, требовательным. Его тело вынуждено было подстраиваться, растягиваться под ним, и первоначальная теснота начала уступать место чему-то другому. Он зажмурился, кусая губы, стараясь не кричать.

Мугён внезапно охватил гнев. Упрямство Хонджу раздражало Мугёна всё сильнее. Он ненавидел эту покорность, эту готовность терпеть всё, что он с ним делает. Он хотел видеть отклик, хотел, чтобы Хонджу боролся, протестовал, отвечал ему.

— А-ах... Ах... — Тихие стоны Хонджу наполняли комнату.

Мугён чувствовал, как напряжение в его теле наконец сменяется податливостью, как ноги обмякают, перестав сопротивляться его движениям.

Взгляд Мугёна скользил по коже Хонджу, отмечая румянец, который вспыхивал на шее и щеках, как наливались жаром мочки ушей с каждым толчком. Он видел капельки пота, выступившие на его груди, заметив, как они собрались в ложбинке между ключиц, и это пробуждало в нём тёмное желание. С каждым толчком чувство власти над ним становилось всё острее, особенно когда Хонджу выгибался ему навстречу, скользкий от пота и смазки.

— Ты один тут наслаждаешься, — резко бросил Мугён, — А мне-то какая от этой сделки выгода?

— А-ах... п-пожалуйста... н-найдите его... — прошептал Хонджу, бессвязно, но отчаянно.

Даже сквозь туман наслаждения он цеплялся за эту единственную просьбу — найти его… это просьба заставляла сердце биться чаще. Он сжимал губы после каждого толчка, боясь, что его слова потонут в скользких звуках их сплетенных тел.

— Так не пойдет.

Мугён отодвинулся, приподняв бедра Хонджу выше, увеличив угол проникновения. Он вглядывался в лицо Хонджу: глаза зажмурены, губы приоткрыты, влажные ресницы блестят от слёз. С каждым толчком он чувствовал на своей коже прикосновение мягких волос Хонджу, видел, как податливо и чутко отзывается его тело на каждое движение. И острая, неожиданная волна извращенной жестокости пронзила Мугёна.

— Ах!

Резким движением он перевернул Хонджу на спину, нависнув над ним всем весом. Хонджу застонал, его тело выгнулось на диване, не в силах выдержать давление.

Свидетельством его податливости стала новое излитие смазки, разлившейся на его груди.

— Пожалуйста, я...— начал было Хонджу дрожащим голосом.

Мугёна раздражали и раскрасневшиеся щеки, и этот жалобный лепет. Он грубо схватил его за талию и зажал ему рот ладонью.

— Тихо.

Горячее дыхание Хонджу обожгло ему ладонь, разжигая ещё больший жар внизу живота. В голове вспыхивал образ: Ку Хонджу, залитый спермой.

—Пожалуйста, пожалуйста, — шептал тот в его воображении, и голос был хриплым от страсти, а глаза темными и жадными. Мугён представил, как его руки тянутся вверх, жаждая прикосновения, и эта картинка вызвала в нём такую бурю эмоций, что он на мгновение забыл, как дышать.

— Блять, что со мной? — пробормотал он.

Его внутреннее беспокойство преобразилось в физическую силу его толчков, каждый из которых был жестким ударом по чувствительным стенкам Хонджу. Он заметил, что ресницы Хонджу были склеинными и влажными. Его взгляд опустился вниз, наблюдая, как капля смазки медленно вытекает из головки напряженного члена Хонджу, а затем падает вниз.

Хонджу не смог ответить возбуждением, пока он к нему не прикоснулся... И вот результат – эта капля на головке, словно доказательство.

Возбуждающе.

— Думаешь, что все закончится, когда я трахну тебя и кончу?

Смех Мугёна прозвучал холодно, пронзительно, словно звук разбивающегося стекла. Он двинулся снова, медленно, прижимаясь бедрами, наблюдая, как тело Хонджу отвечает  судорогой на каждое движение.

— Ха, ублюдок.

Простая радость от обладания была единственным, что заставило его начать эту игру. Но с каждым движением внутри Хонджу, эта радость сменялась чем-то более сильным, вспышкой острого интереса. Он сделал правильный ход, взяв Хонджу раньше, чем мадам Гу успел вцепиться в него своими клешнями.

Мугён стал первым, кто увидел его таким – податливым и жаждущим.  Деньги давали ему возможность брать то, что он хочет, предаваться любым желаниям. Медленная хищная улыбка скользнула по губам Мугёна.

— Тебе еще многому нужно научиться, Ку Хонджу, — прошептал он. — А я всего лишь твой учитель, который тебе всё покажет.

— А-ах…Х…

Отчаянную мольбу Хонджу «прекрати» заглушила рука Мугёна. Он не мог даже поднять руку, чтобы стереть слезы, лишь пальцы слабо сжимали запястье Мугёна.

Когда Мугён вошел в него с силой, глубоким толчком, попав в чувствительную точку внутри, Хонджу пронзила дрожь. Тело инстинктивно отреагировало, напрягаясь. Все вокруг казалось размытым, далеким: ощущение дивана под спиной, давление чужого тела, скользкие звуки их близости, непривычно разведенные ноги.

— А-ах…Хаа

Из его горла вырвался сдавленный смех. В игорном доме Гу Пина он боялся даже воды глотнуть, опасаясь  предательства. А здесь он позволял Мугёну использовать себя как вещь.

Почему?

Ответ был унизительно прост: он зависел от денег. Хонджу повернул голову, зрение затуманилось, и он мельком увидел свой халат, брошенный на пол.

— Ах... А...

Он чувствовал нарастающее давление, трение, покалывание в нижней части живота. Хонджу закусил губу, сдерживаясь. Новая  волна удовольствия накатила на него,  делая его снова влажным. По спине  скатывались капли пота...

Дрожь, покалывание незнакомого удовольствия пронзили Хонджу.

Раньше была только боль и страх. Но сейчас... было не так уж и плохо.  Горькая мысль кольнула его: если бы он предложил это Гу Пину, то, возможно, сбежал бы  раньше.

— Хаа...— выдохнул он, зажмурившись.

Слезы навернулись на глазах  и  потекли по щекам. Он почувствовал, как Мугён слегка отстранился, давая  сперме вытечь. Затем со стоном вошел снова, горячий и жесткий.

Слезы текли по щекам Хонджу,  касаясь уха, прижатого к дивану. Рука Мугёна  крепко зажимала ему рот, поглощая любой звук. Он чувствовал вес тела Мугёна, тяжелого и неуклонного, словно тот желал слиться с ним в единое целое.

Глава 19

Вибрирующий телефон на тумбочке вырвал Хонджу из тяжёлого сна. Он резко открыл глаза. Опухшие от слёз веки болезненно саднило, но он всё равно сразу же посмотрел на экран.

[Приезжай в игорный дом].

К счастью, после вчерашнего Гу Пин его больше не искал. Хонджу провёл рукой по затёкшей шее и с трудом поднялся, морщась от боли в ноющих мышцах. С его обнажённого тела на пол посыпались купюры.

Хонджу бессильно собрал их с бёдер.

«Даже смешно называть это сделкой…»

Кажется, Мугён именно так и сказал. Неужели он и правда не собирается ему помогать?

Конечно, у него не было никаких обязательств выполнять его просьбу, но в глубине души Хонджу надеялся, что Мугён изменит своё решение. В таком случае, зачем было наказывать его так жестоко вчера?

— Ах…

Ноющая боль заставила Хонджу зажмуриться. Когда она немного утихла, он собрал разбросанные по простыням купюры и спустил ноги с кровати.

— Одежды-то нет…

Он вспомнил, как в полузабытьи видел халат у дивана, и направился туда.

В комнате было тихо. Мугён, вероятно, ушёл по делам или в спортзал. Возле дивана, который кто-то успел привести в порядок, не валялось ни единой вещи.

Хонджу смущённо огляделся. В конце концов, он нашёл свою одежду в шкафу и кое-как оделся. Потом сел в гостиной и стал ждать Мугёна. Время от времени ему приходили сообщения от управляющего Яна с требованием поторопиться, но Хонджу упорно продолжал сидеть на месте.

— Почему он не возвращается?

Внезапно раздался телефонный звонок. Звонил управляющий Ян, теряя терпение. Хонджу помедлил, но всё же взял трубку.

— Эй, ты! Почему сразу на телефон не отвечаешь?

— Я скоро буду, скоро, — поспешил ответить Хонджу, оглушённый яростным голосом управляющего.

— Эй, ты! Не смей отключаться!

На другом конце провода послышались чьи-то голоса, а затем всё стихло. Хонджу посмотрел на экран, проверяя, не прервался ли звонок, но время шло. Он снова поднёс телефон к уху, и тут раздался голос, которого он ждал.

— Который час, а ты всё ещё валяешься в постели?

— …Директор Мугён?

— На тумбочке лежит конверт. Забери его и приезжай к себе в игорный дом.

Хонджу ошарашенно открыл рот. Что он там забыл? И как он мог вот так уйти? Они ведь даже не договорили вчера! В груди у Хонджу вспыхнул огонь, но он подавил в себе гнев.

— Что вы там делаете?

— А где же мне нужно было быть? Должен был до твоего пробуждения рядом сидеть? Ещё и с ложечки кормить? — послышался насмешливый тон.

Хонджу, закусив губу, с трудом выдавил из себя ответ. Разбросанные по простыням купюры, словно горькое напоминание о плате за услуги, всё стояли у него перед глазами.

— Дело не в этом. Мы вчера не закончили разговор.

— Я ответил. Деньги не считал?

Всё, что сделал Мугён, — это дал расплывчатый и бесполезный ответ. Хонджу даже раздвинул перед ним ноги в умоляющем жесте… Эти деньги не могли считаться ответом.

— Вы же говорили… Что не как Гу Пин, что отличаетесь, — прошептал Хонджу, стараясь говорить спокойно, но голос его предал, дрогнув на последних словах.

Пальцы, сжимавшие телефон, побелели. Боль, которую он до этого сдерживал, накатила с новой силой.

Разведённые бёдра ныли,

колено саднило, всё тело болело после грубого секса. Но сильнее всего болело горло, которым он всё это время подавлял слёзы.

— Ты слишком много хочешь. Сам ведешь себя, как бревно, а теперь просишь и секс, и долг простить, и отца найти?

— ...

Хонджу знал, что поступил глупо и нагло, попросив его об этом. Но теплилась надежда, что Мугён поможет… Он потёр ноющее колено, пытаясь отдышаться.

— Давай, неси быстрее.

Разговор оборвался. Хонджу смотрел на экран телефона, где больше не шло время разговора. Во рту было горько, а в груди что-то сдавило.

Это чувство не покидало его всё время, что он жил в этом доме. Он знал, что надежда всегда ведёт к разочарованию, но снова позволил себе на неё повестись.

— Блять.

Тогда нечего было притворяться, будто он интересуется его телом. Лучше бы вообще ничего не говорил, чем предлагать секс.

И нечего было лезть целоваться так настойчиво. И делать вид, будто он готов выполнить любую просьбу. Костяшки пальцев, сжимавших телефон, побелели.

Путь до игорного дома занял чуть больше сорока минут. Дул холодный ветер, вокруг постепенно темнело, но Хонджу шёл не останавливаясь. Всю дорогу он пытался успокоиться, но слёзы сами собой подступали к горлу. Ощущение было такое, словно его жестоко обманули, хотя на самом деле он сам позволил себя одурачить.

— Эй, ты! Сколько можно тебя ждать?!

Пустой игорный дом выглядел непривычно. Из-за тишины, царившей в этом большом помещении, раздражённый голос управляющего Яна казался ещё громче.

— А директор Мугён где?

— Внутри, с Гу Пином. Давай сюда!

Управляющий Ян выхватил из рук Хонджу конверт и направился внутрь, туда, где были Мугён с Гу Пином. Хонджу хотел было сесть за стол, но вдруг передумал и открыл шкафчик.

Достал оттуда сигареты с зажигалкой и спустился вниз.

Перед игорным домом, служившим им временным пристанищем, кроме знакомых машин Мугёна и Гу Пина стояло несколько незнакомых. Раз они собрались здесь в такое время, значит, скоро начнётся игра.

— Чёртовы игроки…

Хонджу закусил распухшую губу и глубоко затянулся сигаретой. Горло саднило, но он лишь крепче сжал губы. Он смотрел на дорогую машину Мугёна, выделявшуюся на фоне остальных, и яростно жевал сигаретный фильтр.

— Блять.

Тихое ругательство вырвалось вместе с облачком белого дыма.

— И в первую нашу встречу ты тоже ругался.

Хонджу вздрогнул от низкого голоса у себя за спиной и резко обернулся. Перед ним стоял Мугён с сигаретой в руке.

— Кажется, я к тебе неплохо отношусь. И всё равно слышу «блять»?

Как и всегда, он выглядел безупречно в своей дорогой одежде. А Хонджу расплачивался за свои долги собственным телом. Этот человек мог вытирать ноги о такие жалкие просьбы, как его.

В игорном доме Мугён вёл себя сдержанно, но Хонджу не понаслышке знал, насколько жестоким и вспыльчивым он может быть. И всё же Хонджу не отвел взгляд.

— Да.

— Почему? Недоволен тем, что я не выполнил твою просьбу?

Мугён прикурил, склонив голову набок. Пламя зажигалки мягко осветило его опущенные ресницы.

— Хотя, какое ты имеешь право просить меня о чём-то?

Хонджу смотрел, как тлеет сигарета в руках Мугёна. Его тоже использовали, словно эту сигарету, превращая в пепел. Наверное, он слишком многого хотел.

— …Да, вы правы. Это я на что-то понадеялся.

— Надеялся?

Мугён бросил ещё не докуренную сигарету в снег. Раздалось шипение, и в морозном воздухе проплыл тонкий шлейф дыма. Окурок упал в мусорный бак.

— Вы говорили мне непристойности, целовали… Я решил, что вы из тех, кто после секса готов на всё.

— Ха-ха.

Грудь Хонджу отозвалась лёгкой вибрацией на смех Мугёна. Облачко пара, застилавшее им обзор, рассеялось в воздухе. Хонджу крепко сжал зубы и вытащил из кармана куртки пачку денег, которую Мугён оставил ему в качестве платы. Не пересчитывая, он протянул её Мугёну.

Тот окинул купюры равнодушным взглядом.

— Оставь себе. Это не плата…

Видя, что Мугён не собирается брать деньги, Хонджу запихнул пачку ему в карман пальто.

— Ну и характер у тебя…

Мугён, приподняв бровь, просто наблюдал за ним.

— Я понял, вы не выполните мою просьбу.

— Как же ты страшен в гневе, Ку Хонджу.

От этих насмешливых слов Хонджу почувствовал себя ещё хуже. Он уже привык к такому обращению, но каждый раз ему становилось тяжело дышать. Он закусил губу и крепко зажмурился.

— Но деньги-то ты зря не берёшь…

— …

— Я вчера немного переборщил, поэтому и оставил тебе побольше.

Значит, всё-таки это плата. Хонджу думал, что Мугён видит в нём человека.

Кажется, он ошибался.

Самое смешное, что он всё ещё просчитывал, сможет ли погасить часть долга этими деньгами. Горло сжалось от смеси стыда, унижения и обиды.

— Не нужно мне ваших денег.

Хонджу сделал глубокий вдох и, пройдя мимо Мугёна, вошёл в здание.

Вскоре он услышал звук отъезжающей машины. В тот вечер Мугён так и не вернулся.

Он не появлялся ещё несколько дней. Поэтому у Хонджу не было повода писать ему. Он слышал, что Гу Пин несколько раз приезжал в Квалим, чтобы проверить, как продвигается строительство, но Хонджу знал, что Мугён всегда сопровождал его, поэтому не видел необходимости отправлять сообщение.

Он почти не выходил из дома, разве что изредка появлялся в Квалиме. Казалось, он увлечён разработкой какого-то плана. Девушка, которая называла Хонджу «красавчиком», тоже стала заглядывать к ним.

— Красавчик, высокий директор уже приехал?

Как и предполагал Хонджу, она была одной из тех, кто находит богатых простофилей. Женщина, которая велела ему называть себя Чехи, продолжала оглядываться в поисках Мугёна. Похоже, она столкнулась с ним в тот день, когда Хонджу приносил документы.

— Нет ещё.

— Вот как? Тогда скажу Гу Пину, чтобы прислал мне тебя в качестве мальчика на побегушках. А то меня тошнит от одних уродов.

Чехи улыбнулась, поджав губы. Потом порылась в сумочке и протянула Хонджу леденец. Он осторожно взял его. Пока Хонджу вертел в руках шуршащий фантик, Чехи уселась рядом с ним.

— Ты ведь тоже будешь послезавтра?

— Не знаю.

Обычно, даже если Гу Пин планировал какую-то игру, Хонджу всё равно ходил собирать деньги. Иногда он даже участвовал в азартных играх, но чаще просто брал чаевые и уходил.

— Без синяков ты ещё красивее. Жаль, что такое личико пропадает в этом месте.

Хонджу неловко улыбнулся, теребя в руках леденец. Чехи засмеялась, глядя на его смущение. Она похлопала его по худой спине. Чехи жестом предложила развернуть леденец, но он покачал головой и убрал его в карман.

— Потом съем, спасибо.

— Хорошо.

Ни Гадюка, ни Гу Пин все никак не появлялись, поэтому Чехи долго болтала с Хонджу. Обычно он не разговаривала с посетителями, но Чехи, кажется, была приятным собеседником.

— Ох, прости, долго ждала?

— Ты глаза для украшения носишь? Часы видеть разучился?

Гу Пин торопливо поднялся по лестнице, и Чехи бросила на него гневный взгляд. Смущённый Гу Пин почесал затылок, а за ним показался и Гадюка. В такую погоду на нём была только рубашка…

— Хонджу, давно не виделись.

— Гадюка! Заходи давай.

Трое мужчин прошли в кабинет, где находился сейф. Хонджу снова остался один в пустом коридоре. Из кабинета доносились обрывки разговора, но он не прислушивался. Он достал из кармана леденец и стал крутить его в руках, убивая время. Вскоре появился управляющий Ян.

— Все в сборе?

— Да.

Управляющий Ян окинул Хонджу взглядом и распахнул дверь комнаты. Судя по тому, как резко оборвался разговор, его визит был неожиданностью. Хонджу перестал обращать внимание и продолжил вертеть в руках леденец, пока прозрачная обертка не стала липкой от растаявшего сахара.

Трое мужчин практически не выходили из игорного дома до самого дня игры. Они ели, спали, иногда уезжали переодеться.

Всё это время Хонджу провел в коридоре. Он дремал, сидя на неудобном стуле, а когда они ели, бегал в общежитие, чтобы помыться и переодеться. Все разъехались, будто в отпуск, и общежитие опустело. Но Хонджу не жаловался. У него были долги, поэтому он не мог себе позволить отдыхать.

— Если сорвём куш, щедро вас отблагодарю. Так что смотрите в оба.

Гу Пин явно нервничал. Может быть, потому, что они так долго готовились, а может, потому, что он сам принимал участие в этой афере. На его правой руке, которой он поправлял волосы, было надето несколько колец.

— Понял.

Гадюка перестал тасовать карты. Управляющий Ян, который в этот раз не участвовал, стоял, сложив руки на груди, с недовольным видом.

— И вы двое тоже не расслабляйтесь. У этого простофили есть охрана. Не дайте себя уделать.

— Да-да…

Чхве и громила напыщенно расправили плечи. Гу Пин, Гадюка и ещё двое игроков взяли карты в руки, а Чехи сидела рядом, подбадривая их. Наживкой должен был стать какой-то землевладелец из другого региона, который проиграл всё до копейки. Он познакомился с Чехи на поле для гольфа, и та, похоже, пристрастила его к азартным играм.

Хонджу, которому вновь досталась роль мальчика на побегушках, стоял в стороне, стараясь не дышать. Но ему не удалось остаться незамеченным.

— И что это за убожество на нём надето?

Обычно им было всё равно, во что он одет, но сегодня они были особенно раздражительны. Хонджу сделал вид, что не слышит, но Гадюка, который тасовал карты, почесал подбородок и с интересом посмотрел на него.

— Хонджу, иди сюда.

Он резко повернулся и пошёл в сторону комнаты, где находился сейф. В углу стоял небольшой чемодан. Гадюка часто брал его с собой, поэтому Хонджу знал, что внутри. Гадюка присел на корточки и открыл чемодан. На шее, которую открывала расстёгнутая рубашка, красовалась татуировка в виде змеи.

— Просто сегодня придёт большая шишка, вот он и выпендривается. Вряд ли подойдёт… Надень мою. Сейчас в моде свободный крой.

Он достал из чемодана несколько дорогих рубашек и приложил их по очереди к Хонджу. Потом оценил его джинсы и пробормотал: «Джинсы сойдут». Хонджу не перечил.

— Вот эта нормально. Тебе пойдет, Хонджу.

Это была темно-бордовая рубашка. Хонджу, который носил только чёрное и белое, никогда бы не надел ничего подобного, но он покорно взял рубашку. Пока он снимал куртку и надевал рубашку, Гадюка продолжал рыться в чемодане в поисках подходящей одежды.

— Ну вот и всё… А? Эй…

Взгляд Гадюки упал на воротник рубашки. Точнее, на едва следы…он увидел синяки. Хонджу постоянно ходил в застегнутой на все пуговицы куртке, поэтому он и сам не замечал их. Почувствовав на себе взгляд, он неловко потрогал воротник рубашки.

— Одежда… Хонджу, она же тебе велика!

— Ну да, великовата…

Хонджу кивнул, и Гадюка тут же снял с него рубашку. Он протянул ему чёрный свитер с высоким воротником. В итоге Хонджу пришлось снять куртку и надеть его.

— Десять минут осталось. Гадюка, гони машину и возвращайся попозже.

В игорном доме, где стало необычайно тихо, бродило несколько человек. Чтобы не вызывать подозрений, они пригласили знакомых в качестве статистов.

— Ладно-ладно…

— Тц… Погоди-ка…

Гу Пин нервно расхаживал вокруг стола. Было заметно, что его руки трясутся.

— У него руки трясутся. Пусть управляющий Ян раздаёт.

Хонджу сел на свое место. В его сторону тут же устремились злые взгляды.

— Заткнись! Он только и ждёт, как бы подсидеть Гадюку! Кто его знает, что ему в голову взбредет! Он сейчас просто кукла, понял?

Глаза Гу Пина налились кровью. Между ними снова начались разногласия. Гу Пин слишком доверял и баловал Гадюку, а управляющий Ян явно ему завидовал. Хонджу только кивал, не желая вмешиваться в их разборки. По его мнению, Гадюка был лучше, чем управляющий Ян, но он не хотел, чтобы на него обрушился их гнев.

Вскоре послышался звук приближающейся машины. Гу Пин навострил уши и поправил одежду. Через мгновение появилась Чехи в сопровождении нескольких мужчин.

— Да уж, вы нашли местечко… Сами бы мы никогда не добрались…

— Говорят, ваш босс любит играть в тишине. Это заведение только для VIP-персон. Никто не помешает сосредоточиться на игре.

Гу Пин и незнакомец пожали друг другу руки.

— Да какой из меня VIP, я ведь только начал играть… — рассмеялся мужчина в центре. На нём был дорогой костюм, а пальцы и запястья украшали массивные перстни и браслеты. Как раз во вкусе Гу Пина.

За его спиной стояли трое бугаёв. Рядом с ними даже громила и Чхве Куна казались малышами.

— Раз уж к нам пожаловал такой дорогой гость, мы просто обязаны… Чего изволите?

— Надеюсь, сегодня будет весело! В прошлый раз выиграл слишком много, даже неудобно как-то…

Хонджу наблюдал за ними со стороны. Внезапно его взгляд встретился с глазами Чехи. Она слегка улыбнулась и подмигнула ему. Её губы, накрашенные помадой цвета рубашки карт, изогнулись в улыбке. Хонджу неловко кивнул ей и отвёл глаза.

— Наш босс соскучился по игре. После вашей последней встречи он только о ней и говорит. Говорит, даже с закрытыми глазами видит карты. Надеюсь, сегодня вы его порадуете. — добавила Чехи игривым тоном.

Мужчина снова рассмеялся.

— Да у меня на днях один шулер чуть всё состояние не выиграл! Так что аппетит я себе отбил. Но сегодня другое дело, сегодня здесь Гу Пин и Чехи!

Похоже, он не раз обжигался, потому что был чрезвычайно осторожен. Но Гу Пин, как всегда, сохранял невозмутимое выражение лица.

— В наших краях тоже много шулеров, но сюда мы приглашаем только проверенных людей. Все в этом списке — профессионалы своего дела. Они скоро будут. А пока предлагаю пройти внутрь и немного размяться.

Гу Пин открыл дверь, пропуская гостей внутрь. За ним последовали Чехи, затем незнакомец и его люди. Хонджу взял графин с водой и зашёл последним. Мужчина не расслаблялся даже в помещении. Он приказал убрать со стола и постелить на пол скатерть, которую принёс с собой. Как только она была расстелена, мужчины уселись за стол, Гу Пин и Чехи заняли места по обе стороны от гостя.

— Эй, парень!

— Да…

Хонджу вздрогнул, опустил поднос с напитками и выпрямился. Без куртки ему было холодно.

— Бутылки и банки открывай только у нас на глазах.

— Да…

Мужчина окинул Хонджу взглядом и ухмыльнулся.

— Неплохо у вас тут с обслуживанием…

Хонджу почувствовал, как волна гнева подкатывает к горлу, но сдержался. Вскоре появились игроки и Гадюка.

Они обменялись короткими приветствиями, обговорили правила и начали игру. Несколько человек, подсадных уток Гу Пина, засмеялись. Раньше любой желающий мог войти и понаблюдать за игрой, но сегодня вход был строго ограничен. Только с разрешения гостя Хонджу впустил в комнату ещё нескольких человек.

— Чёрт! Опять не прёт!

Хонджу стоял у двери и молча наблюдал за игрой. Ставки были высокие, миллион вон за очко, но никто из игроков не выглядел взволнованным.

— Благодарю вас, босс!

Сначала атмосфера была напряжённой, но спустя несколько раздач игроки разыгрались. Игра шла так, как и планировал Гу Пин. Гость то выигрывал, то проигрывал, а пару раз ему даже приходилось одалживать деньги у Чехи.

— Фух, что-то я устал… Красотка, организуй мне кофе!

— Сейчас сделаю.

Чехи достала из сумочки кредитку. У Хонджу от табачного дыма запершило в горле.

Хонджу с радостью взял у неё карту.

— Старички будут пить то, что дадут, верно? Им же уже вставные челюсти носить пора, так что лучше что-нибудь тёпленькое?

— Какие ещё вставные челюсти, о чём ты?

— Да ладно тебе. Этим просто что-нибудь тёплое. А мне — холодный американо.

Хонджу ещё раз пересчитал гостей, чтобы никого не забыть, и вышел из комнаты. Он по привычке сунул руки в карманы пуховика и зашагал по темной улице.

Когда он вернулся к игорному дому с тяжелой сумкой в руках, его взгляд упал на знакомую машину, стоявшую среди незнакомых автомобилей.

— Это же машина директора Мугёна!

Он видел её впервые с того дня. Странно, Гу Пин не говорил, что он будет. Хонджу поднял голову и посмотрел на единственное освещенное окно. Комната была заполнена светом, но он не видел силуэтов.

— Он всегда сидит у окна. Странно…

Хонджу уже хотел был идти дальше, но остановился.

— Какая разница, видит он меня или нет…Почему я вообще об этом думаю? Я же просто должник. Я должен делать то, что он скажет, и не более. Он же обещал, что я смогу уйти, как только отработаю свой долг. Однако, даже если Хонджу вернет всё до копейки, всё равно останется должен своему благодетелю.

Хонджу повторил про себя эти слова, как мантру, чтобы успокоиться.

— Фух…

Он глубоко вздохнул и вошёл в дом. Мугён сидел вместе со всеми, как будто был здесь с самого начала. Только он не сидел за столом, а устроился на подоконнике. Почему я не заметил его раньше? — подумал Хонджу. В этот момент Мугён подмигнул ему. Он точно так же сделал при их первой встрече.

Хонджу нахмурился и опустил глаза.

— Ваш кофе.

— Спасибо, спасибо. Налей всем!

Хонджу разлил кофе по чашкам, и все протянули руки. Один из гостей ушёл, поэтому последняя чашка досталась Мугёну. Хонджу сложил пустую сумку и повернулся, чтобы уйти.

— А ты не будешь, красавчик?

Хоть он и сам купил этот кофе, ему совсем не хотелось ничего есть и пить в этом доме. Хонджу кивнул и направился к выходу, но его остановила чья-то рука, легла ему на талию.

— Давно не виделись, а ты даже и не здороваешься.

— … О каких приветствиях речь?

Хонджу попытался вырваться, но Мугён только сильнее прижал его к себе. Хонджу не мог сопротивляться. Он оказался зажат между ног Мугёна, и щеки обожгло жаром. Он вновь попытался освободиться, но хватка Мугёна была железной.

— Эй, голубки, не при людях же!

— Оставь их, они ж…ну, ты понял.

Гу Пин показал мизинцем на них, и Мугёна не стал отрицать. Он просто улыбнулся и уткнулся лбом в спину Хонджу, и тот почувствовал его горячее дыхание.

— …

«Может хватит уже притворяться? Зачем водить меня за нос? Он снова будет играть со мной, а потом просто использует. Ему нужен только секс.»

Хонджу посмотрел на его руку у себя на талии и подавил растущую внутри ярость.

— Боже мой! Да ты гей? Впервые вижу живого гея! — завизжала Чехи.

Ситуация становилась всё более неловкой. Все в комнате смотрели на них, а охранники у двери сморщили носы, будто от отвращения. Хонджу уже привык к такому отношению, но взгляд гостя, разглядывающего его с любопытством, раздражал его больше всего. Хонджу прикусил губу, пытаясь не встретиться с ним взглядом.

— Глазами не хлопайте и следите за игрой! — резко сказал Мугён, всё ещё утыкаясь лбом Хонджу в спину.

Послышался стук тасующихся карт о стол — игра возобновилась.

— Внимание, карты!

Гадюка несколько раз перетасовал карты и разложил их на столе. Пока все были сосредоточены на игре, Хонджу оттолкнул Мугёна. Тот наконец отпустил его.

— …

Хонджу оглянулся, и их взгляды встретились. Мугён приподнял брови, будто спрашивая: «Что ещё?». Хонджу открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Горло всё ещё саднило после захвата.

Он уже хотел было уйти, как вдруг почувствовал на шее прикосновение пальцев. Мугён оттянул воротник его свитера и провел пальцем по шее, словно проверяя что-то.

— А я думал, зачем ты шею закрываешь. Синяк ещё не сошёл?

От этих слов у Хонджу перехватило дыхание. Конечно, не могло так быстро пройти! Он извернулся, уворачиваясь от его прикосновения, и выбежал из комнаты. На этот раз Мугёна не стал его останавливать.

Хонджу стоял у двери, терпя на себе тяжелые взгляды охранников, и чувствовал, что атмосфера в комнате изменилась.

— Твою мать! Да что ж такое!

Гу Пин выругался. Его радостный голос, объявлявший каждую победу, исчез. Хонджу заглянул в комнату. Судя по всему, Гу Пин проигрывал, он был бледен. Гость засмеялся и выложил на стол три карты.

— Бомба! Добавляйте по одной!

Он перевернул ещё одну карту из своей руки, и она образовала пару с двойкой-февралём, лежавшей на столе. Игроки с кислыми лицами добавили по карте. В этот кон простофиля забрал уже девять карт.

— Да тут и смотреть нечего — триста!

Гость, кажется, был в восторге. Он ёрзал на месте, пересчитывая деньги. Его возбуждение было заметно невооруженным глазом, по комнате пробежали многозначительные взгляды. Чехи кивнула Гу Пину, Гадюка и остальные игроки закашлялись. Следующий игрок взял карту, но выиграть ему не удавалось. Настала очередь Гу Пина.

— Если сейчас не выиграешь, то проиграешься в пух и прах! — прошептала Чехи.

— Знаю, знаю, — ответил Гу Пин, не отрывая глаз от карт.

Он старался не подавать вида, но Хонджу сразу понял, что тот нервничает. Гу Пин часто моргал и кусал губы — хороших карт у него явно не было.

— Давай, давай, ну! — пробормотал он, со стуком бросая карты на стол.

Но карты не шли. Гость засмеялся и поднял одну из своих карт.

— Прости, приятель!

Он бросил её на стол. Четыре одинаковые карты. По комнате прокатился вздох разочарования.

— Стоп!

Хонджу посмотрел на карты и прикинул сумму. Тридцать, плюс Гу Пин проиграл всё, что было… Сумма получалась астрономической.

— Ого… — Чехи прикрыла рот рукой, подавляя улыбку.

Было очевидно, что игра шла нечестно.

— Итак, двадцать три очка, удвоение за триста и ещё удвоение за бомбу… а, нет, предыдущий кон не считается…

Гость был в ударе, каждое слово из его рта означало новые деньги. Чехи нервно улыбалась и обмахивалась рукой, а Гу Пин сидел бледный как полотно, не в силах пошевелиться. Вот тебе и попытка обчистить богатея.

— Семьсот тридцать шесть очков.

Это семьсот тридцать шесть миллионов вон, если одно очко равно  миллиону. Невероятная сумма! У Хонджу даже волосы на затылке встали дыбом, хотя это были не его деньги. Гость окинул всех взглядом, останавливаясь на каждом игроке. Последним он посмотрел на Гу Пина.

— А наш хозяин заведения совсем обнаглел, раз так рисковал! Сколько там получается, если умножить на троих и ещё на два?..

— Подожди, подожди!

Гу Пин, побелевший от страха, начал лихорадочно рыться в оставшейся колоде карт. Он, казалось, не мог поверить, что гость его обыграл.

— Четыре миллиарда четыреста шестьдесят миллионов.

У Гу Пина задрожали руки, он схватился за голову. Теперь сомнений не было — он проигрался вчистую. Все его старания, вся подготовка пошли прахом.

— Ах ты, сволочь! Ты что, карты метил?! Зря, что ли, ты тогда зажигалкой вертел?!

Услышав эту сумму, Гу Пин совершенно обезумел. Он вскочил и схватил за грудки сидевшего рядом игрока. Лицо его налилось кровью.

— Эй, ты чего творишь?! Сам проигрался, а теперь на других срываешься!

— Похоже, у вас тут хозяин немного… не в себе. Парни, успокойте его! — ухмыльнулся гость, блеснув белыми зубами.

Гадюка опустил голову, делая вид, что ничего не замечает. Трое громил, стоявшие до этого у Хонджу за спиной, двинулись в центр комнаты. Бандиты попытались их остановить, но бугаи просто отшвырнули их в сторону.

— Вот видите, я же говорил, у меня нюх на такие дела! — сказал гость, надевая пиджак. Чехи одобрительно кивнула ему.

— Да, вам стоит подумать о карьере шулера.

С появлением громил верзил казалась теперь крошечной. Зрители, стоявшие до этого со сложенными руками, потихоньку стали рассасываться, чувствуя, что запахло жареным. Беспокойный взгляд Гу Пина проводил их до двери.

— Эй! Чтобы никаких слухов не было! Все было чисто! Тут какая-то ошибка вышла!

Гость словно не слышал его. Он спокойно обратился к одному из своих людей:

— Бумагу и ручку.

Громила достал из кармана пиджака блокнот и ручку. Гу Пин, краснее рака, обернулся к Му Кену:

— Вы же видели, Мугён! Эти ублюдки карты подменили! Вы же видели, да?!

Лицо Гу Пина было страшным, он словно не понимал, плакать ему или смеяться. Мугён только пожал плечами, делая вид, что это его совершенно не касается.

— А я-то что? Я ничего не видел.

— Вот же гад… — прошипел Гу Пин.

Хонджу, стоявший у стены, отчетливо видел, как у Гу Пина заходили желваки на лице.

— Давай я лучше сама напишу, — сказала Чехи, беря ручку и прикусывая губами красный колпачок.

Она привычным движением вытащила стержень и начала писать что-то в блокноте.

— Ах вы, твари паршивые! Думаете, со мной так легко справиться?!

Гу Пин затрясся от гнева и замахнулся на Чехи, но один из громил перехватил его руку и с размаху опустил лицом на игровой стол.

— Деньги прямо сейчас отдашь? Или нам придется их у тебя выбивать? — спросил гость.

— Краденые деньги не беру. Так что готовь чистые, — ухмыльнулся тот.

Гость громко рассмеялся, потирая пальцами прямо перед носом у Гу Пина. Чехи, не упустив момент, продолжила:

— И что ты ещё заложишь? Четыре пальца у тебя уже в залоге.

— Хм, ну что-нибудь придумает! — небрежно бросил гость.

Голова Гу Пина была прижата к столу, щека терлась о карты. Он дико вытаращил глаза на Чехи:

— Ах ты, дрянь! Так ты с ним заодно?!

Голос его был сдавленным от ярости.

— С кем заодно? Я всегда на стороне тех, кто платит! — рассмеялась Чехи.

Она продолжала выводить цифры в блокноте: 4 160 000 000 вон. Когда она поставила последнюю точку, Гу Пин яростно закричал:

— Думаешь, тебе это с рук сойдёт?! Вы, ублюдки, все поплатитесь! Я вам этого не прощу!

— Сам проигрался, а теперь на других срываешься? — усмехнулась Чехи и передала ручку гостю.

Тот внимательно сверил сумму и с шиком расписался. Чехи достала из сумочки помаду и обновила её на губах. Затем подошла к Гу Пину и, хихикая, намазала помадой его большой палец.

— Гу Пин, этот цвет тебе совершенно не к лицу! — рассмеялась она, старательно закрасив весь отпечаток пальца.

Затем приложила палец Гу Пина к бумаге рядом с его именем. Громила взял расписку, аккуратно сложил её и убрал во внутренний карман пиджака. Гость поднялся из-за стола, накидывая пальто.

— Чистые деньги я заберу на следующей неделе. Так что без сюрпризов! — бросил он на прощание.

Всё прошло как по нотам, словно по заранее написанному сценарию. Гость бросил взгляд на Мугёна и вышел из комнаты. Следом за ним удалились Чехи и громилы. В комнате воцарилась паника.

Но хуже всех чувствовал себя Гу Пин. Он лежал на столе лицом вниз, стонал, проклинал всех и вся, пинал разбросанные по полу карты.

— Твою мать! И это всё, на что ты способен?! Дал себя обыграть, как последний лох! Чёрт, если те зеваки разболтают, нам конец! Это наш хлеб, чем мы, блядь, теперь зарабатывать будем?!

Двое игроков с отвращением сплюнули и поднялись со своих мест.

— 30 процентов, как же! Да тут на рамен не хватит!

Они собрали со стола жалкие остатки денег и поделили между собой. Похоже, Гу Пин пообещал им долю с выигрыша вместо ставки на кон. Видимо, был так уверен, что обчистит гостя до нитки, что разбрасывался обещаниями направо и налево.

— Забирай! – сказал один из игроков, швыряя деньги Гу Пину в лицо. – Считай, что мы тебя пожалели, неудачника!

Гу Пин ошарашенно моргал, не в силах вымолвить ни слова. Игроки забрали свои вещи и быстро удалились. В комнате воцарилась тяжёлая тишина. В наступившей после ухода игроков тишине раздался щелчок зажигалки Мугёна.

— Мне, мне умереть надо, — пробормотал Гу Пин, словно обезумев. — Да, сдохнуть и утащить этих ублюдков с собой в могилу!

Он вскочил на ноги и бросился к окну, где сидел Мугён. Гу Пин уже наполовину вылез наружу, но Мугён, не прилагая особых усилий, дернул его за воротник, и тот с грохотом рухнул на пол.

— Кто тебе позволил распоряжаться своей жизнью? – ледяным тоном, который никак не вязался с его обычной ухмылкой, спросил Мугён.

Гу Пин, судя по всему, опомнился и, жадно хватая ртом воздух, отполз подальше, прикрывая голову руками. Мугён встал. Наклонившись к Гу Пину, он процедил:

— Что же мне с тобой, ничтожество, делать?

Его слова звучали пугающе тихо, но от них по спине пробежал холодок. Хонджу, стоявший у стены, нервно сглотнул. Мугён достал телефон и, набрав номер, произнес:

— Нужно кого-нибудь приставить к нему, — сказал Мугён в трубку. — Этот старый хрыч сейчас все деньги просадил, сбежать вздумает.

Гу Пин нервно сглотнул. Разговор, похожий на односторонний приказ, длился не больше минуты.

— М-мугён... Директор Мугён...

Мугён, не отрываясь от разговора, щелкнул зажигалкой. Маленькое пламя взметнулось вверх. Мугён поднес зажигалку к глазам Гу Пина.

— Видишь?

— В-вижу...

Рука с зажигалкой медленно приблизилась к лицу Гу Пина.

Внезапно кончик пламени коснулся его взъерошенных волос. Раздался треск, и тонкий запах жженых волос заполнил комнату.

— А-а-а!

Гу Пин в ужасе отшатнулся, зажимая голову руками.

Мугён закрыл зажигалку и убрал ее в карман пиджака.

— Старый хрен, а глаза еще видят. Органы целы – уже хорошо.

С этими словами он поднялся. Гу Пин в отчаянии ухватился за его ногу.

— Подожди! Что вы имеете в виду?! Послушайте меня! Я все сделаю! Я верну все деньги! Наш игорный дом скоро откроется...

— Сначала нужно свести счеты, мадам Гу.

— Прошу! Подождите немного!

Мугён равнодушно посмотрел на Гу Пина, который все еще держал его за ногу.

— Ты сегодня больше четырех миллиардов проиграл. Как ты собираешься за такой срок все вернуть?

— Стройка на финишной прямой! Мы откроемся совсем скоро и все деньги вам вернем...!

Гу Пин жалобно скулил, цепляясь за ногу Мугёна. В углу комнаты молча за всем этим наблюдал управляющий Ян. Внезапно он пнул валявшуюся на полу пивную банку.

— Вот видите! Говорил же, сопляка за стол сажать — к беде!

— Ты мне это говоришь? — Гадюка гневно вскочил со своего места.

Из-под его засученных рукавов выглядывали татуировки.

— Не время ссориться, — вмешался один из бандитов, оказавшись между готовыми в любую секунду наброситься друг на друга Гадюкой и управляющим Яном.

В комнате царил хаос. Рыдания, ярость, отчаяние — все эти чувства смешались в один удушливый коктейль. Хонджу, стоявший посередине, молча наблюдал, как Гу Пин окончательно теряет самообладание.

— Если так пойдет и дальше, мы все пойдем ко дну, — тихо сказал он.

— Нет! Я же показывал отчёты за прошлый год! Я точно смогу вернуть хотя бы эту сумму! — кричал Гу Пин, пытаясь вразумить Мугёна.

— Он же деньги в долг давал? — неожиданно спросил Мугён у Хонджу.

Тот кивнул.

— И какие проценты?

— Двадцать...

— Двадцать процентов в месяц, и ещё двадцать сверху?

— Да...

— Хм…

Мугён протянул слово, словно раздумывая над чем-то. Затем легонько пнул Гу Пина по ноге.

— Нечего тебе по сомнительным личностям шастать, а то еще обманут. Бери деньги у меня. Я помогу вернуть долг.

— П-поможете?

— Не буду с тебя каждый месяц проценты драть. Двадцать процентов единоразово — и мы в расчете.

Гу Пину, привыкшему всегда быть на стороне кредитора, будет очень непросто справиться с 20-процентной ставкой.

— Подождите... Может, что-нибудь придумаю. Дайте мне время подумать...

Хонджу горько усмехнулся, вспомнив о том, как на протяжении 15 лет долг рос как снежный ком, грозя раздавить его. Вид растерянного Гу Пина доставлял ему извращенное удовольствие.

— Слишком самоуверен, раз о гордости вспомнил, — сказал он, глядя на Гу Пина сверху вниз.

— Нет, вы не так поняли! Я все улажу! Ну, в крайнем случае, возьму у вас в долг...

Мугён с раздражением постучал ботинком по полу.

— Руки убери.

— Директор Мугён, прошу вас! Дайте мне ещё один шанс! Я все верну, обещаю! Мы же почти закончили стройку! — взмолился Гу Пин.

Мугён раздраженно цокнул языком. Затем он посмотрел на часы и, словно оценивая ситуацию, глубоко вздохнул. Гу Пин продолжал умолять, Гадюка и Ян переругивались, обстановка накалялась с каждой секундой.

— Хорошо. Пусть твои ребята поработают на меня.

— К-какие ребята?

— Мне нужна будет гарантия возврата инвестиций. Люди — это куда более надежный залог, чем пустые обещания. Не нравится — твои проблемы.

— Нет, нет! Забирайте! Делайте с ними, что хотите! — пролепетал Гу Пин, цепляясь за штанину Мугёна.

Тот резко оттолкнул его. Достал из кармана толстый бумажник и небрежно бросил ему на голову несколько чеков.

— Денег не найдешь — звони.

Чеки разлетелись по полу.

— И смотри мне, мадам Гу, — Мугён легонько похлопал того по плечу. — Веди себя тихо. Никаких глупостей, иначе лишишься оставшихся пальцев.

Он кивнул Хонджу, приглашая следовать за собой. Раньше Хонджу бы обязательно замнулся, опасаясь гневных взглядов своих работодателей. Но только не сегодня. Управляющий Ян и Гу Пин проводили его тяжелыми, полными ненависти взглядами.

Мугён спускался по лестнице, Хонджу — за ним. Внизу они столкнулись с несколькими крепкими парнями в черных костюмах. Хонджу напрягся, но Мугён, казалось, не придавал этому значения. Он отдал короткое распоряжение:

— Он в той комнате. Глаз с него не спускайте. И чтобы никаких фокусов.

— Есть!

Судя по всему, отдавать и выполнять приказы для них было делом привычным. Громилы прошли мимо Хонджу, едва не задев его плечами. Мугён щелкнул пальцами, и они, словно по команде, расступились.

— Я должен был дать ему эти деньги, — произнес Мугён, обращаясь к Хонджу.

— Зачем? Он же не внушает доверия.

— Так он точно ни от меня не убежит, ни против меня не пойдет.

Мугён знал, как использовать деньги. Дать в долг отчаявшимся — значит, получить над ними власть... Точно так же, как это было с самим Хонджу.

— А...

На улице было холодно. Хонджу поежился.

— Эти ребята присмотрят за Гу Пином.

— Хорошо.

А что же будет с ним? Хонджу вспомнил о своем телефоне, лежащем в кармане куртки, которую он оставил наверху.

— Ты поживешь в отеле.

— Зачем?

— Жалко будет, если ты умрешь, так и не раскрыв свой потенциал, — Мугён ухмыльнулся и открыл дверь машины. — Садись давай, пока страшные дяди не вернулись.

В его смехе послышались знакомые Хонджу зловещие нотки. Неужели Гу Пин снова закатит истерику? Хонджу на секунду задержал взгляд на окнах третьего этажа, а затем поспешил к машине.

***

Это место, казавшееся таким чужим всего несколько недель назад, уже успело стать для него почти привычным. Оказавшись внутри, Хонджу почувствовал себя в безопасности. Гу Пин не мог сюда ворваться — по крайней мере, Хонджу на это надеялся. Он неловко поправил ворот свитера и огляделся.

Мугён прошел мимо него в спальню и вернулся с несколькими конвертами в руках.

— Лифтом же теперь сам пользоваться научился?

Хонджу вспомнил, как недавно пытался сбежать, но Мугён его поймал у лифта — Хонджу забыл карточку-ключ. Вспоминая об этом конфузе, он поспешно опустил глаза.

— Да.

— Будешь жить здесь, пока Гу Пин не начнет умолять о помощи.

Значит, Хонджу будет жить в отеле до тех пор, пока Гу Пин не приползет к Мугёну на коленях просить денег. Скорее всего, это произойдет уже через пару дней. Мугён оглядел гостиную и взял несколько вещей — казалось, он собирался уходить.

— А вы? Ты здесь не останетесь? — спросил Хонджу.

— Нет. Вдруг ты опять решишь на меня голым напасть?

Мугён посмотрел на Хонджу с улыбкой. Ему, похоже, доставляло удовольствие ставить Хонджу в неловкое положение.

— Но я...

— А мне потом расхлебывай.

Мугён накинул пальто и взял в руку конверты и планшет.

— Вам не тяжело? — не удержался от вопроса Хонджу.

— Нормально.

— Одежду тебе позже принесут, так что будь начеку и открой дверь, — сказал Мугён.

Хонджу решил, что речь идёт о его куртке, оставшейся в игорном доме, и кивнул. Мугён развернулся и направился к выходу. Хонджу поплелся следом.

— Я знаю, что за Гу Пином присматривают ваши люди, но... вдруг вам понадобится со мной связаться? Я же лучше знаю его характер, — произнёс Хонджу.

Он не хотел быть бесполезным. Мугён вытащил его из этого ада, помог расплатиться с долгами... Конечно, он отказался искать его отца, но ведь это не значило, что Хонджу ни на что не годен. Он должен был доказать, что он не такой, как эти шулера, готовые предать друг друга ради выгоды.

— Хм... — Мугён остановился и повернул голову, разминая шею.

Хонджу засмотрелся на его широкую спину, как вдруг Мугён взглянул на него через плечо.

— Хитрый ты, однако.

Несмотря на оскорбительный тон, Мугён улыбался краешком губ. Хонджу не обиделся — всю свою жизнь он был вынужден приспосабливаться и угождать другим.

— Возможно.

Мугён кивнул и вышел из комнаты. Хонджу остался один. Он неуютно устроился на диване, не зная, чем себя занять.

Вскоре раздался стук в дверь. На пороге стоял один из тех громил, что стерегли Гу Пина. Он протянул Хонджу одежду.

— Спасибо, — пробормотал Хонджу.

Мужчина молча ушел. Хонджу закрыл дверь и принялся разглядывать свою новую одежду.

— Что это все такое?

Пакет был набит новой одеждой с этикетками. В основном это были вещи разных тонов вместо темных, которые носил Хонджу.

Он и эти вещи были далеки друг от друга. Толстовки, свитшоты, свитера — все это были модели, подходящие для его возраста.

Хонджу некоторое время разглядывал ярко раскрашенный пакет с покупками.

***

Удобная, просторная спальня, где мог бы разместиться весь персонал игорного дома, не теснясь. Незнакомое быстро становилось привычным.

Он знал, Гу Пина не так-то просто сломить. Он пытался занять деньги, бегая туда-сюда, но дата в расписке неумолимо приближалась. Искры беспокойства перекинулись на других людей.

— Если не можешь занять денег, иди займись физическим трудом или начни какой-нибудь бизнес. Принеси деньги к концу рабочего дня!

— Нет, где же нам взять деньги в такой поздний час? — с недоверием спросил Чхве, и лицо Гу Пина помрачнело.

— Черт возьми, тогда вычтем из твоей зарплаты. Здоровый мужик только и делает, что ест и бездельничает.

— Но...

— Что «но»?! Ты меня теперь тоже не уважаешь? Сидишь в куче долгов с ублюдком, которого привел, чтобы кормить?

Схватив большую швабру, стоявшую у стены, он опрометчиво замахнулся ею на Чхве. Чхве рефлекторно схватился за палку, но не смог противостоять атаке Гу Пина и отшатнулся. Бешено размахивающая швабра перевернула все на столе, в итоге оставив рану на лбу Чхве.

— Ай!

Когда Чхве схватился за лоб и отступил, наконец-то вмешался громила, чтобы остановить Гу Пина Бригадир и громила, похоже, обменялись ударами, так как у обоих были следы побоев на лицах.

— ....

Сидя в стороне и наблюдая за происходящим, Хонджу вдруг показалось все это забавным.

Лица сотрудников дома были разбиты, а его собственные раны заживали. Еще вчера ему казалось, что он всегда один получал травмы и истекал кровью, и никому до этого не было дела.

— Эй...

С лестницы послышался развязный голос. Гу Пин, раскрасневшийся и размахивающий шваброй, услышав, что пришел клиент, прекратил свои действия. Он бросил швабру на пол и, пыхтя, пригладил взъерошенные волосы.

— Наш босс, еще до того, как дом официально открылся, уже мухи слетелись, ты представляешь?

Появившимся человеком был сам Кванпаль. Он держал игорный дом в соседнем квартале и был близок с Гу Пином. Увидев его пухлое лицо, Гу Пин с гримасой сплюнул на пол.

— Какого черта ты сюда приперся?

— По всему нашему району слухи ходят. Ты в курсе?

— ...

— Говорят, ты связался с каким-то богатеем с гнильцой? Говорят, этот чувак не промах. Если не вернешь долг, то наш босс, небось, пустит тебя по волнам плавать.

Игроки, как правило, проводят в тесноте, склонившись над игральными картами, больше двенадцати часов подряд. Разглядывая карты, они обмениваются сплетнями и распространяют слухи.

Слух о том, что Гу Пин, известный в округе, проигрался в пух и прах и погряз в долгах, их определенно забавлял.

[— Выпендривался, что игорный дом откроет. А теперь в долгах как в шелках, говорят, больше четырех миллиардов вон должен.

— Говорят, Гу Пин теперь повсюду деньги занимает?

— А этот простофиля, говорят, раньше был крутым бандитом. Не вернет долг — ему конец.

— Говорят, он набрал игроков, а потом все свалил на простофилю.]

Как подтверждение этим слухам, в игорный дом перестали ходить. И хозяин канцелярской лавки господин Пак, который заглядывал по привычке, и вечно безработный холостяк, и владелец компьютерного клуба, который, как говорили, открыл несколько филиалов благодаря азартным играм — все они как по команде перестали появляться.

— Завидовать пришел? А ну проваливай к чертям! — Гу Пин раздраженно повернулся спиной, а Кванпаль, усмехнувшись, пожал плечами.

— Да ладно тебе. Так грубо с тем, кто пришел одолжить тебе денег?

Услышав это, Гу Пин оживился и повел его в комнату с сейфом. Хонджу убрал валяющуюся на полу швабру туда, где ее не было видно, и вытер разлившуюся кровь бумажными салфетками. Каждый раз, когда он нагибался, его пуховик громко шуршал. Под застегнутой до подбородка курткой на нем была розовая толстовка, которую купил Мугён. Хонджу машинально застегнул молнию до конца, чтобы яркая ткань не была видна.

— Эй, вы все, выйдите ненадолго! — крикнул Гу Пин, высунув голову. Гнев в его голосе утих — должно быть, Кванпаль пообещал ему неплохую сумму.

— Да просто попроси у директора Мугёна. Чего уж нам-то говорить, зарабатывать деньги или нет, — проворчал Чхве, прижимая ко лбу полотенце, которым пытался остановить кровь.

Никто не хотел оказаться на месте Чхве, поэтому желающих поиграть в  «го», чтобы получить взбучку, не нашлось. У входа в бордель, вопреки обыкновению, никого не было. От этого ветер казался еще холоднее, а воздух — пронзительнее.

— Давай ты сам у него займи, ты же с директором Мугёном в близких отношениях, — бросил управляющий Ян, легонько коснувшись носком своего стоптанного кроссовка ноги Хонджу. Тот отдернул ногу и нахмурился, встретившись взглядом с одним из присутствующих.

— А почему это Хонджу должен у него занимать?! — раздался возмущенный возглас сбоку.

Это Гадюка, сидевший, поджав под себя ногу, в своей обычной развязной манере встрял в разговор. Управляющий Ян, только что подкуривший сигарету, выронил ее на пол.

— Этот мелкий, у которого еще молоко не обсохло…!

— Ладно тебе, успокойся.

Громила, преградив собой Яна, оттащил его. Гадюка же, ничуть не испугавшись, только выпучил глаза и показал средний палец.

— Кто подсунул господину Мугёну выигрышную комбинацию? С тех пор он и в долгах, как пить дать!

— Ты…!

Яну, по-видимому, нечего было на это возразить, и он только заскрежетал зубами. Гадюка, усмехнувшись, развернулся.

— Хонджу, пойдем сходим до магазина? Нужно купить чего-нибудь попить для нашего босса.

Гадюка, почесывая татуированную шею, вопросительно посмотрел на Хонджу. Тот, обычно отказывавшийся от подобных предложений, на этот раз охотно согласился и пошел следом за Гадюкой, пропуская мимо ушей бессмысленный поток брани, который выплевывал ему вслед Ян.

***

— Сходи. Я посижу здесь, — сказал Хонджу, указывая на столик перед магазином.

Гадюка, ни о чем не подозревая, только спросил: — Тебе как обычно, воды?

Как только Гадюка скрылся в магазине, Хонджу украдкой бросил взгляд на витрину, быстро достал телефон и начал набирать сообщение Мугёну. Сердце его колотилось, как у вора, пустившегося наутек. Конечно, люди Мугёна, должно быть, уже сообщили ему обо всем, но Хонджу должен был показать, что и он не забывает о своих обязанностях. Он все еще не терял надежды, что Мугён когда-нибудь оценит его старания и выполнит его просьбу.

[Кванпаль похоже +даст де нег в долг]

Из-за спешки в сообщении было полно ошибок, но времени исправлять их не было. Отправив сообщение, он выключил телефон и, не переставая поглядывать на магазин, сунул его в карман, застегнув молнию. В этот момент звякнул колокольчик над дверью, и из магазина вышел Гадюка.

— Держи.

— Спасибо.

Должно быть, от нервов, но стоило ему взять в руки бутылку, как он почувствовал жажду. Хонджу тут же выпил всю воду. Немного отдышавшись, они с Гадюкой направились обратно в игорный дом.

— Босс велел вам уходить.

Один из людей Мугёна преградил им дорогу у самого входа. Он не слышал, о чем они говорили внутри, но, судя по всему, разговор прошел неплохо.

— А завтра нам можно прийти?

— Ничего не говорил, так что приходите.

— Эх, жаль, — разочарованно протянул Гадюка и зашагал прочь. Он снова собирался ночевать в сауне.

На вопрос Хонджу, почему он не снимает комнату, Гадюка, хихикнув, ответил, что в сауне можно неплохо поживиться за счет зазевавшихся клиентов. У каждого были свои способы выживания.

У Хонджу тоже был свой способ. Прикоснувшись к лицу, на котором уже почти зажили синяки, он направился в отель.

Когда знойный день клонился к вечеру, воздух снова становился холодным. Хонджу открыл глаза и потянулся лишь тогда, когда время самого теплого сна миновало. Должно быть, дорогая кровать и постельное белье и правда были хороши — он проснулся бодрым и отдохнувшим. Заправив постель, он бесшумно проскользнул в ванную.

Хотя с тех пор, как Мугён ушел, он жил здесь один, Хонджу все равно невольно вел себя так, словно кто-то мог его увидеть. Осторожно одевшись, он вышел в гостиную.

— Ой!

На диване кто-то сидел, повернувшись к нему спиной. На подлокотнике висело пальто темно-зеленого цвета, а на нем лежал аккуратно сложенный темно-коричневый шарф. Когда Мугён успел вернуться? Хонджу не слышал ни звука.

— Чего ты как мышь крадешься, если здесь никого больше нет?

— …

— Точно. Тебя же сначала потрогать надо, чтобы ты звук издал.

Мугён, положив руку на спинку дивана, полуоборотился к Хонджу, который так и застыл на месте, и оглядел его с головы до ног. Его взгляд задержался на бананово-желтой толстовке, которую Хонджу, долго выбирая, все-таки решил сегодня надеть.

— Ну, наконец-то ты стал похож на ребенка.

Эти слова, брошенные им вскользь, прозвучали для Хонджу оглушительно. Он неловко одернул подол толстовки. С появлением Мугёна атмосфера в комнате, и без того напряженная, стала еще более невыносимой. Хонджу не знал, куда себя деть, и чувствовал себя неуютно даже просто сидя на диване.

— Кажется, дела у мадам Гу идут не так уж хорошо, раз он сам попросил о помощи.

Если Кванпаль пришел в игорный дом, значит, все серьезно. Но тогда зачем Мугён вчера велел всем разойтись? Странно.

— Правда? — Хонджу непонимающе склонил голову набок. Мугён тем временем поднялся с дивана, взяв бумаги и пальто.

— Дольше, чем я думал, продержался. Пошли.

День, когда «простофиля» должен был прийти за деньгами, был уже не за горами. Похоже, у Гу Пина совсем не осталось выбора, кроме как обратиться к Мугёну. Если Мугён согласится дать ему денег, Гу Пин, скорее всего, немного уймется. Он перестанет изводить персонал требованиями заработать денег и говорить Хонджу, чтобы он продал свое тело Мугёну. Последние несколько дней, хотя все и обошлось без рукоприкладства, были для Хонджу сущим адом, поэтому слова Мугёна прозвучали для него музыкой. Он поспешно схватил свою куртку.

— Гу Пин, наверное, тебя совсем загонял?

— Ну да, без денег-то. Постоянно на меня давил.

Они обменивались конфиденциальной информацией, словно заговорщики, пока ехали в лифте. Мугён стоял, вытянув ноги и облокотившись спиной о стену кабины. Скрестив руки на груди и склонив голову набок, он произнес слово, совсем не вязавшееся с его внешностью:

— Что, попросил побираться пойти?

Его свирепый взгляд был довольно пугающим. Несмотря на безупречный дорогой костюм, Мугён всегда производил гнетущее впечатление. Хонджу подумал, что если бы они встретились в подворотне, где находился игорный дом, он бы точно не смог сдержать дрожь в коленях.

Он перевел взгляд на идеально выглаженные брюки Мугёна, скользнул по его длинным ногам и остановился на начищенных до блеска ботинках, упиравшихся в пол прямо посередине лифта.

— А если бы отказался, стал бы бить?

— Нет, не бил. Хотя… Чхве вчера получил. Швырнул в него шваброй, у него теперь на лбу…

Хонджу в ужасе отшатнулся, когда Мугён резко стянул с него капюшон пуховика. Он сжал пальцами челюсть, даже не удосужившись надеть перчатку и, склонив голову то в одну, то в другую сторону, стал пристально рассматривать лицо Хонджу.

— Кто такой Чхве?

Мугён прекрасно знал, о ком идет речь. Хонджу, чувствуя себя неловко под его пристальным взглядом, предпочел сосредоточиться на галстуке Мугёна.

— Стоящее зрелище.

— …

— Побудешь здесь еще немного.

Мугён легонько похлопал Хонджу по щеке и выпрямился. Тень, нависшая над Хонджу, исчезла. Как раз вовремя — звякнул сигнал, извещавший о прибытии лифта. Напряжение, висевшее в воздухе, спало так же внезапно, как и возникло. Мугён вышел первым, Хонджу последовал за ним.

Хонджу сел в машину, развернувшись на сиденье немного боком. Он не сводил глаз с руки Мугёна — ни единого следа от ран, которые были совсем недавно.

— А вы и правда дадите Гу Пину все эти деньги?

— Что, думаешь, у меня их нет?

Речь шла не о миллионе-двух вон, а о четырех миллиардах! Даже у самого богатого человека не может быть такой суммы на свободные расходы.

Не говоря уже о том, чтобы давать, даже обсуждать такую сумму — уже безумие. Он ведь и два миллиарда, вложенные в строительство и оборудование борделя, до сих пор не вернул, да ещё и помогал Хонджу постепенно выплачивать свой долг.

— Сумма слишком большая. Да и нет никакой гарантии, что Гу Пин успокоится, если вы дадите ему эти деньги…

Зная Гу Пина, Хонджу понимал, что он не станет просто так возвращать долг. Мугёна нет — вот и отличная возможность всё решить. Как в прошлый раз, например, попытался с помощью бандитов. Хонджу переживал из-за чужих денег так, словно это были его собственные сбережения. В отличие от него, Мугён, казалось, совсем не беспокоился.

— Твоя задача — следить за ним.

Как всегда — невозмутимый ответ. Хонджу разжал пальцы, до боли сжимавшие ремень безопасности. Действительно, даже если Гу Пин попытается сбежать, Мугён найдёт его без труда. Хонджу и сам не заметил, как в его душе затеплилось пламя надежды.

У игорного дома было пусто. Парковка у входа, обычно забитая машинами, была свободна — только машины управляющего Яна и Гу Пина. Мугён заглушил мотор и вышел из машины, Хонджу последовал за ним. Асфальт блестел — остатки растаявшего снега замёрзли.

«Интересно, скользко ли в такой гололёд идти в его обуви?»

Хонджу смотрел себе под ноги, украдкой поглядывая на начищенные до блеска ботинки впереди. Ботинки остановились у самого входа и развернулись. Хонджу поднял голову, встречаясь взглядом с их обладателем.

— Держи.

Хонджу принял из его рук конверт. Пока он держал в руках лёгкий, почти невесомый лист бумаги, Мугён стянул с себя шарф, небрежно намотанный вокруг шеи, и, расправив, протянул Хонджу. Хонджу не успел опомниться, как оказался с шарфом в руках.

— Не холодно?

— Вы думаете, что я вечно мерзну? — язвительно ответил Хонджу.

Но Мугён, вопреки ожиданиям, не разозлился, а лишь рассмеялся.

— А разве нет?

И, не дожидаясь ответа, обмотал шарф вокруг шеи Хонджу. Ткань была настолько плотной, что почти полностью закрывала лицо.

— Прикрывайся получше. Чтобы хоть лицо целым осталось, если тебя снова будут бить.

Крепко завязав шарф, Мугён легонько коснулся пальцем щеки Хонджу.

Прикосновение было мимолетным.

— …

Он достал из кармана перчатки и натянул их на руки. Покончив с этим делом, он развернулся и быстрым шагом поднялся по ступенькам. Хонджу уткнулся лицом в мягкий шарф и сглотнул. Не такая уж и холодная погода для шарфа. Да и сам Мугён был одет довольно легко для зимы. Хонджу проводил взглядом развевающиеся полы его пальто и, помедлив, последовал за ним.

Шарф немного душил, но Хонджу обрадовался, что теперь ему точно удастся скрыть свое смущение.

Глава 20

Когда дым рассеялся

— Принеси это, — скомандовал Мугён, как только они поднялись на третий этаж.

В коридоре угрожающе стояли люди Мугёна. Хонджу поспешил за ним.

— Слушайте, директор Мугён, а эти… что это за люди? — спросил Гу Пин, устало прикрыв глаза.

Мугён, сняв пальто и усевшись на диван, ухмыльнулся:

— Желающих наебать меня хватает.

Гу Пин заметно напрягся, его глаз дёрнулся. Он неловко усмехнулся и пригладил волосы, выставив напоказ короткий мизинец.

— Но неужели нужно было тащить их в мой дом…? Да и с чего бы мне вас кидать и лезть на рожон, у меня и в мыслях не было.

— По опыту знаю, что лезут как раз те, кто не может трезво оценить ситуацию. Так что потерпи, мадам Гу, ничего не поделаешь, — хладнокровно ответил Мугён.

Вымученная улыбка Гу Пина исчезла. Мугён, казалось, не обращая внимания на похолодевшую атмосферу, обратился к Хонджу:

— А ты подожди здесь.

Хонджу, уже собиравшийся выйти, замер на месте. Мугён вытащил папки какой-то лист бумаги и положил его перед Гу Пином.

— Это ещё что такое?

Глаза Гу Пина забегали по листку с крупной надписью «Долговая расписка». Видимо, он рассчитывал провернуть всё как обычно, без лишних формальностей, и неожиданный поворот событий застал его врасплох.

— Долговая расписка, составленная моим адвокатом, — ответил Мугён, вертя бумагу в руках и делая вид, что читает. Гу Пин ёрзал на краешке дивана.

— Между нами? Да какая ещё расписка... Все же знают, что надёжнее меня в этих делах человека не найти.

Мугён медленно перевёл взгляд с бумаги на Гу Пина. Тот вжался в спинку дивана, лишь нервно хлопал глазами. На лбу Мугёна залегли морщины, отчего взгляд его казался ещё более суровым.

— И что нас связывает? — спросил он.

— Ну… — Гу Пин растерянно облизнул губы.

— Мы что в особых отношениях? Встречались? Трахались?

— Мы просто деньги друг другу передавали, — пробормотал Гу Пин. — Какие ещё, к чертям, особые отношения…

Его план провернуть всё как обычно, по старой схеме, с треском провалился. Гу Пин, привыкший к лёгкой жизни, как никто другой знал, какую силу имеет этот тонкий листок бумаги. Его взгляд метался по строчкам долговой расписки.

— Если бы хотя бы мордой вышел, как Ку Хонджу, — бросил Мугён.

Гу Пин и Хонджу невольно встретились глазами.

— Я глянул, расписки, которые ты составлял — дрянь. А сумма на этот раз немаленькая, так что, думаю, будет справедливо, если ты поставишь на кон свой новый игровой дом в качестве залога.

— Дом? Который сейчас на ремонте? — удивлённо воскликнул Гу Пин, широко раскрыв глаза.

Но Мугён, не обращая внимания на его реакцию, лишь самодовольно хмыкнул.

— Для тебя, может, и ценность, но для меня это просто никому не нужный хлам. Что у тебя ещё есть, кроме этой стройки? Что я, по-твоему, с ним делать буду? Я же не играю в эти ваши игры, да и где мне искать игроков на замену... Мне этот дом как  лишний  груз.

— Ну, это вы зря… Конечно, я всегда готов пойти вам навстречу, но тут и дележка прибыли, и всякие сложности…

— Ты что, предлагаешь не отдавать долг? — ледяным тоном спросил Мугён.

— Да нет же! — залепетал Гу Пин, покрываясь испариной.

— И учти, я пошёл на уступки, не стал включать дом в расчёт. Мой адвокат сказал, что 20% — это грабёж, и убрал этот пункт. Так что подписывай спокойно.

— Блять, — простонал Гу Пин, нервно теребя рукав.

Ситуация была патовая: с одной стороны, приближался день расплаты, с другой — такую сумму найти было непросто.

— Деньги… наличными? Новыми купюрами? — уточнил он.

— Разумеется. Ещё более свежие, чем ты привык видеть, — Мугён многозначительно посмотрел на Гу Пина, а точнее — ему в промежность.

— … — лицо Гу Пина исказила гримаса.

— Не ломай голову, — продолжил Мугён. — Всё равно выбора у тебя нет.

Гу Пин ещё какое-то время сверлил взглядом злосчастный листок, затем обречённо опустил голову.

— … Ладно, — пробормотал он.

Мугён взял со стола подушечку с чернилами и, достав дешёвую шариковую ручку, быстро и привычно заполнил пустые графы, выводя цифры.

— Срок — полгода. Ты же сам был уверен, что быстро расплатишься, как только откроешь свой дом. Вполне достаточно, не так ли?

Гу Пин неохотно кивнул. В хорошие времена он мог бы заработать эту сумму за пару месяцев. Но сейчас, когда его бизнес дышал на ладан, стоило ли надеяться, что открытие дома что-то изменит? Хонджу равнодушно смотрел на понурого Гу Пина. Как можно было столько лет провести за азартными играми и продолжать питать пустые надежды?

— А, точно, мадам Гу, ты ведь любишь расписки кровью подписывать, — усмехнулся Мугён, открывая баночку с чернилами.

Гу Пин, обычно не упускавший случая съязвить в ответ, молча принял протянутую ему ручку. Вывел своё имя и приложил к бумаге большой палец, испачканный чернилами.

— Ну вот и отлично. А теперь свидетель, подтвердите.

Мугён протянул Хонджу заполненную расписку. Тот, уже привычно, проверил сумму, имя Гу Пина и адрес дома.

— Деньги я тебе сейчас отдам, — Мугён убрал один экземпляр расписки во внутренний карман пиджака.

Затем, с лёгкостью поднявшись, направился к выходу. Проходя мимо Хонджу, он слегка дёрнул его за край шарфа.

— А ты продолжай делать то, что я тебе велел.

— …

«Что велел»? Но Мугён не давал ему никаких поручений, кроме как следить за Гу Пином. Хонджу смотрел, как Мугён и Гу Пин выходят из комнаты, и вдруг вспомнил его слова:

— Прикрывайся получше. Чтобы хоть лицо целым осталось, если тебя снова будут бить.

Неужели под «что велел» он имел в виду «не лезь на рожон»?

Больше ничего на ум не приходило.

Хонджу помедлил ещё немного, а затем вышел в коридор. Там, как и прежде, стояли громилы. Выглянув в окно на лестничной площадке, он увидел Гу Пина суетящегося вокруг своей машины. Мугён неторопливо курил, а тот перетаскивал пачки денег из багажника его машины в свою.

— …

Неужели он всё это время возил с собой столько денег? И при этом спокойно оставлял машину на парковке, как ни в чём не бывало? Хонджу не мог не сравнить его со собой: ему, привыкшему считать каждую копейку, Мугён казался жителем другой планеты.

Гу Пин, похоже, тут же позвонил Хогу. Хончжу дождался, пока Мугён сядет в машину, проводил её взглядом и развернулся. Его бил озноб. Возможно, тело помнило, что без Мугёна он снова становился беззащитным.

— Чёрт, ну и пожарище я разгребаю, — пробормотал он.

Прошло ещё немного времени, и Гу Пин поднялся на третий этаж, держа в руках бумагу, подтверждающую выплату долга. Последние несколько дней он выглядел помятым и подавленным, но сейчас его лицо сияло. Хонджу с отвращением смотрел на него.

— А ну живо за работу!

Раздался хлопок, и по затылку Хонджу пронеслась острая боль. У него заныла шея, но шарф на шее смягчил удар.

— Бесполезный щенок! — Гу Пин замахнулся, чтобы ударить ещё раз, но тут один из громил перехватил его руку. Искалеченная кисть с четырьмя пальцами беспомощно повисла в воздухе.

— Что вы себе позволяете?! — заорал Гу Пин. — А ну пусти!

Громила молча смотрел на него. Гу Пин, не выдержав тяжёлого взгляда, заёрзал на месте.

— И чтобы больше никаких дебошей в доме, как вчера.

— …

Гу Пин был явно уязвлён, что ему делает выговор какой-то вышибала, пусть даже и постарше Мугёна.

Гу Пин тряхнул рукой. На запястье, которое только что сжимали пальцы громилы, алел багровый след, но Гу Пин, казалось, ничего не чувствовал.

— У меня тут воспитательный процесс! Какая ещё драка?

— За мной, — бросил он Хонджу, криво усмехнувшись и направившись к лестнице. Судя по его тяжёлой походке, настроение у него было хуже некуда.

— Деньги взял — деньги отдал, — пробормотал он. — Чего ещё надо? Теперь за каждым моим шагом следить будет. Не везёт мне в последнее время…

Хонджу лишь покачал головой. Гу Пин, кажется, совсем не чувствовал своей вины. Это было нелепо.

Разве он не помнил, что сам делал?

Он отправлял его следить за должником от его дома и до работы. Это он заставлял Хонджу следить за ним и докладывать о каждом шаге. Впрочем, он ни разу не видел, как именно Хонджу выполнял его поручения, — может быть, и не догадывался, насколько унизительно это было.

Гу Пин с грохотом захлопнул дверь и рухнул на диван. Он сидел, широко расставив ноги и обмахиваясь рукой. Хонджу остановился к порога, наблюдая за ним.

— Подойди, — кивнул ему Гу Пин.

В его взгляде, в каждом движении, в том, как он облизнул губы, было что-то зловещее. Хонджу застыл на месте. Гу Пин в сердцах схватил со стола баночку с чернилами и швырнул её в Хонджу. Баночка с глухим стуком ударилась о бедро Хонджу и упала на пол. Алые чернила растеклись по полу.

— Я сказал, подойди! Хочешь ещё раз получить?!

«Прикрывайся получше. Чтобы хоть лицо целым осталось, если тебя снова будут бить.», — вспомнил Хонджу слова Мугёна. Неужели он предвидел нечто подобное? Хонджу медленно приблизился.

— Сколько там у меня осталось?  Четыре миллиона, если я не ошибаюсь?

Хонджу прошёл мимо дивана и остановился.

— Ну что, Хонджу, неплохо ты устроился? Знал бы я раньше, что у тебя такие таланты, — протянул Гу Пин. — Отдавал бы долг по-другому…

Он говорил насмешливым тоном, но Хонджу чувствовал за его словами едва сдерживаемое вожделение.

— Не ваше дело, — отрезал Хонджу, хмурясь.

— Да брось, не ломайся! — Гу Пин встал с дивана. — Развеемся немного…

Он вытянул ногу и принялся легонько толкать Хонджу в голень. Неужели этот человек, по уши в долгах, думает сейчас только о том, чтобы его ублажили? Он и правда верит, что стоит открыть этот чёртов дом, и всё наладится? Как будто клиенты не отвернулись от него в одночасье. Хонджу вздохнул и не двинулся с места.

— Знаешь, я бы и сам неплохо тебе заплатил, — продолжал Гу Пин.

— Я вот расплатился своим телом. А чем собираетесь расплачиваться вы, Гу Пин? Времени у вас на это не так уж и много.

— Что? — Гу Пин коротко рассмеялся. Его глаза, ещё секунду назад тусклые, вдруг вспыхнули злобой. — Ах ты, мразь… Так ты теперь лёг под Мугёна и всё? Думаешь, он тебя защитит?

Этот взгляд… Хонджу уже видел его раньше. Когда он, прикинувшись нищим, пытался затеряться в толпе. Когда сбежал глубокой ночью в поисках отца. Когда поджёг этот дом, желая сжечь Гу Пина заживо… Каждый раз, глядя на него этим взглядом, Гу Пин словно говорил: «Да как ты смеешь, ничтожество, бросать мне вызов?»

— Только попробуй сказать еще хоть слово, — прошипел Гу Пин. — Убью на месте…

Дальше можно было не гадать. Гу Пин вскочил с места и с силой толкнул Хонджу. Тот упал. Гу Пин сорвал с себя пиджак, засучил рукава. Его движения были резкими, злыми.

«Ну, вот как всегда… не хотел по-плохому…», — Хончжу только и оставалось, что стиснуть зубы и ждать, когда всё закончится.

— Чем я расплачусь? Да я тебя в бордель продам, щенок! — заорал Гу Пин. — Ты же уже не девственник, так что быстро деньги отработаешь!

Хонджу сжал зубы так сильно, что во рту появился привкус крови. Он не издал ни единого звука, когда Гу Пин схватил его за волосы и ударил. Он бил его кулаками, пинал… А Хонджу только плотнее прижимал руки и шарф к голове, защищая лицо.

Комнату наполнили глухие удары. Время от времени их прорезали тяжёлые вдохи Гу Пина.

— Ишь ты, какой неприкосновенный! Совсем стыд потерял! Весь в отца!

В глазах Хонджу, которые до этого безучастно смотрели в пол, вдруг вспыхнули красные огоньки. Стоило Гу Пину упомянуть его отца, как вся его ненависть, которую он так долго подавлял, вырвалась наружу. Сжатые губы разжались, и он закричал:

— Не смей!

Хонджу взбесился. Он вскочил на ноги, крича так, что у него запершило в горле. Гу Пин растерянно оглянулся на дверь. Хонджу, воспользовавшись его заминкой, вскочил на ноги.

— Хватит трепаться! Продавай меня к чёрту! — заорал он, с такой силой толкая Гу Пина в плечо, что тот отлетел к столу. — Мне уже не страшно!

— Ах ты, дрянь мелкая… — прошипел Гу Пин, с грохотом свалившись на стол. Он бесцельно зашарил рукой по столу, пытаясь нащупать что-нибудь тяжёлое.

— Что ещё?!

Не успел он схватить то, что искал, как дверь распахнулась и в комнату ворвались громилы. Они окинули взглядом Хонджу, затем перевели взгляд на вазу, которую Гу Пин уже занёс над головой.

— Мы же просили не шуметь.

Гу Пин неуверенно опустил руку, услышав спокойный приказ. Хонджу, тяжело дыша, не сводил глаз с Гу Пина.

— А вы постойте здесь, — сказал один из громил Хонджу.

— Да это он первый начал! — закричал Гу Пин.

Громилы, не обращая на него внимания, схватили Гу Пина за руки и потащили к выходу. Тот вырывался и кричал проклятия.

— Фух…

Хонджу болело всё тело, но он не проронил ни слезинки. Он сорвал с себя шарф и бросил его на диван. Опершись на спинку, Хонджу пытался восстановить дыхание. Из соседней комнаты доносились крики и грохот.

«…Почему он всегда заводится, стоит упомянуть отца?» — Хонджу никак не мог понять этого. Угрозы продать его уже стали привычными, презрение — чем-то само собой разумеющимся, но стоило Гу Пину заговорить об отце, как Хонджу терял самообладание. Видимо, Гу Пин это чувствовал и специально давил на больное. Хонджу долго сидел, пытаясь отдышаться и успокоиться.

Постепенно в доме начали собираться остальные работники. Говорили, что их вызвал сам Гу Пин, но сам он появился только спустя какое-то время. Его злость, похоже, немного улеглась.

— Пока дом не отремонтируют, мы закрываемся, — объявил он.

— Клиенты всё равно разбежались… А ведь раньше деньги лились рекой, — проворчал Гадюка.

Управляющий Ян многозначительно прищелкнул языком, показывая, что ему неприятны слова Гадюки.

— Все, кроме меня, отправляются собирать долги, — продолжил Гу Пин. — Чтобы к моему возвращению касса была полная.

Управляющий Ян тут же направился к сейфу. Чхве и сосед -громила скривились — им явно не хотелось заниматься грязной работой. Раньше этим всегда занимался Хонджу.

— Не хочу я этим заниматься…

— А что тут сложного? Не отдаёт деньги — припугни, а лучше врежь пару раз. Будет жаловаться — скажи, что сам виноват, и потребуй компенсацию. Ещё и на нём заработаем.

Хонджу хорошо знал эти методы — именно так Гу Пин всегда и поступал. И Хонджу не сомневался, что Гу Пин говорил это совершенно серьёзно.

Однажды должник Хонджу, до смерти перепуганный угрозами Гу Пина, отдал ему сумму, намного превышавшую долг. Хонджу хотел потратить эти деньги на лечение, но Гу Пин каким-то образом узнал об этом, забрал деньги и дал Хонджу лишь жалкую подачку. Раны так и не зажили, оставив на теле Хонджу уродливые шрамы.

— …

— А ну собрались! — рявкнул Гу Пин. — Не забывайте: чем больше денег принесёт дом, тем лучше будет и вам!

Хонджу слышал эти слова последние пятнадцать лет. И каждый раз, когда Гу Пин произносил их, Хонджу чувствовал знакомую тошнотворную безысходность.

Хонджу взял свою часть списка должников.

— Пошевеливайтесь, — бросил Гу Пин. — По сравнению с ночными сменами в доме это просто халява.

Сам он, по уши в долгах, предпочитал не утруждать себя. Не для того он стал хозяином, чтобы работать.

— Блин, нужно провернуть одно дельце… — пробормотал он. — Хонджу, поищи кого-нибудь подходящего, пока будешь собирать деньги.

— Мне и так влом этим заниматься, — проворчал Гадюка. Гу Пин уже замахнулся на него, но потом передумал.

«С Гадюкой он церемонится… потому что он ему выгоден», — с горечью подумал Хонджу.

В списке Хонджу было три адреса. Он привычным движением сунул бумажку в карман и направился в туалет. Из-за двери доносились голоса Гадюки и Крепыша-соседа. Хонджу прислонился к стене и достал телефон, который дал ему Мугён. Едва он включил его, как почувствовал вибрацию.

«Успокойся», — гласило сообщение, отправленное двадцать минут назад. Наверное, тогда, когда он был в гневе. Откуда Мугён узнал? Хонджу задумался. Наверняка передал кто-то из людей Мугёна. Хонджу и сам понимал, что он не один такой, но всё равно не мог удержаться и написал ответ:

«Пока только собираю долги. Гу Пин, кажется, никуда не собирается».

Он нажал «Отправить» и уставился на экран.

—…

Услышав стук в дверь, Хонджу быстро выключил телефон.

Застегивая куртку, он уже знал, что ответа не будет.

После этого Хонджу лишь изредка сталкивался с другими работниками — в основном, когда те сдавали Гу Пину деньги. Он перебрался в отель, так что виделся с Чхве, Крепышом и Гадюкой еще реже.

— Долго ты еще будешь жить вне общаги? — спросил его как-то Чхве.

— …Не знаю, — ответил Хонджу.

После того, как Мугён получил от Гу Пина расписку, тот перестал выходить на связь и появляться в игорном доме. Тем не менее, Хонджу по привычке каждый раз смотрел, стоит ли на месте машина Мугёна.

— Эй, я лапшу заказал, — окликнул его Чхве. — Пошли поедим.

— Я не голоден, — буркнул Хонджу.

— Тц, вечно он от всего отказывается… — проворчал Чхве, хватая Хонджу за руку. — Пошли уже, хоть отдохнешь немного. Или ты собрался работать без перерыва?

Хонджу сунул продрогшие руки в карманы и поплелся за Чхве.

— Что с Гу Пином делать будем? — спросил Чхве, когда они зашли в дом. — Он совсем с катушек съехал.

— Да он всегда таким был… — фыркнул Крепыш. — Когда я только сюда пришел, было еще хуже.

Пока они ждали заказ, темой для разговора, как обычно, был Гу Пин. Проигравшись в пух и прах, он все равно искал способ отыграться.

«Верит, что ему повезет… Как и все остальные игроки», — подумал Хонджу.

— Не понимаю, как он собирается выкручиваться? — продолжал возмущаться Чхве. — Все уже знают, что он банкрот, что игорный дом пришлось закрыть…

— Да ладно, найдет он деньги, — махнул рукой Крепыш. — Да и здание новое все равно достроят, желающие найдутся.

«Только вот хватит ли ему на это денег? — подумал Хонджу. — Если он хочет вернуть долг Мугёну, ему придется работать не меньше пятнадцати лет…»

Еще недавно здесь кипела игра, а теперь работники дома собирались за обедом. Хонджу чувствовал аппетитный запах лапши, но игорный дом навевал на него слишком тяжелые воспоминания.

Аппетита у Хонджу не было.

— А те парни, которые с ним были, — спросил Чхве, — они что, бандиты?

— Да нет, наверное, просто телохранители… Разве у Мугёна могут быть связи с бандитами? — Гадюка с сомнением жевал маринованный дайкон.

Крепыш постучал палочками по миске, привлекая к себе внимание.

— Управляющий Ян пытался найти информацию о Мугёне, но так ничего и не нашел. Это не странно?

— А что тут странного?

— Ну, посуди сам: он так легко одалживает миллионы, ездит на дорогой машине, держит при себе таких громил… Слишком все чисто, чтобы быть правдой.

— Ага, может, его семейка занимается отмыванием денег? — предположил Галюка, отправляя в рот кусочек кисло-сладкой свинины.

Чхве, казалось, не очень интересовал этот разговор. Он сосредоточенно жевал лук. Крепыш тем временем решил узнать мнение Хонджу.

— Хонджу, а ты что думаешь? Ты же с ним… ну… близко общаешься.

— Мы не так уж близки, — отрезал Хонджу, нахмурившись.

«Какие глупости… У нас с ним просто сделка. Он платит мне деньги в обмен на секс, и на этом все. Он даже пальцем о палец не ударит, чтобы мне помочь… А они еще что-то спрашивают», — с раздражением подумал он.

— Так ты ничего о нем не знаешь? — не унимался Крепыш.

В его голосе было что-то настораживающее. Обычно он так себя не вел.

«Может, это управляющий Ян попросил его расспросить меня?» — подумал Хонджу, нервно прикусывая щеку.

— Ничего не знаю, — ответил он, покачав головой. — Давно его не видел.

Крепыш еще несколько раз переспросил, правда ли это, а потом в разговор включился Гадюка.

— Да просто странно всё это… — проворчал он. — Был бы богатым наследником — так нет же, зачем-то еще и деньги зарабатывает…Почему не сидит в своём офисе, деньги не считает? Богатые все такие — лишь бы карманы побольше набить.

Разговор затих. Хонджу уставился на пустой пол, с которого сорвали игровые циновки.

«Кто же он на самом деле, этот Мугён?» — подумал он.

Он не был владельцем игорного дома, не был бандитом… Может, управляющий Ян и прав — просто богатый мажор, у которого слишком много свободного времени? Они виделись в отеле, тайком переписывались, но Хонджу все равно ничего о нем не знал. Впрочем, Мугён сам ничего не рассказывал, а Хонджу не спрашивал.

«В любом случае, тебе незачем лезть в его дела», — напомнил он себе.

И правда какое ему дело до Мугёна?

— Давайте уже убирать со стола, — сказал Гадюка. — Предлагаю решить на «камень-ножницы-бумага», кто будет этим заниматься.

— Да ну, пусть мелкий убирает, — возразил Крепыш. — Чтоб мне на старости лет посуду мыть?

— Ну ты и старый хрыч! — возмутился Гадюка. — А как деньги делить, так сразу первый!

Хонджу, не слушая их перепалку, поднялся из-за стола. Перерыв закончился. Переступая порог игорного дома, он вдруг подумал: «А Мугён — это вообще его настоящее имя?»

Снег, начавшийся еще днем, не прекращался, и теперь улицы покрывал тонкий белый слой. Хонджу шагал по тротуару, ежась от холода. Ему нужно было встретиться со священником из церкви на окраине города.

В церкви было тихо и пустынно.

Священник, сначала обрадовавшийся Хонджу, нахмурился, услышав, зачем тот пришел. Он бормотал что-то про вечернюю службу и торопливо  выпроводил Хончжу за дверь.

— Бр-р, холодно… — Хонджу поежился, выходя из церкви.

Священник выглянул на улицу. Он старался не смотреть Хонджу в глаза.

— …Да он же совсем новичок, — пробормотал Хонджу.

Священник заторопился, словно боялся, что его кто-то увидит. Похоже, он и правда впервые взял деньги в долг… Хончжу подумал, что лучше бы ему уйти прямо сейчас, не дожидаясь, пока священник вернёт деньги. Ещё опозорится перед своими прихожанами…

До начала службы оставалось еще много времени. Хонджу топтался на месте, вырисовывая ногами узоры на свежем снегу. Ноги заледенели, и он приблизился к зданию церкви — там, по крайней мере, был козырек, защищающий от снега. Хонджу стряхнул снег с головы, присел на ступеньки и натянул шарф на подбородок.

Из-за двери доносились звуки органа — там кто-то репетировал церковные гимны. Хонджу не разбирался в музыке, но мелодия показалась ему красивой. Следы его ботинок замело снегом.

Хонджу смотрел на искрящийся снег, стараясь не моргать. В голове всплыл отрывок из старого мультфильма, который он видел еще в детстве. Хонджу не помнил ни названия, ни имен героев, но ярко представил себе мальчика, который снежной ночью стоял на крыльце чужого дома. Сейчас он сам был на его месте.

Хонджу достал телефон и отправил Мугёну сообщение.

[Здесь сильный снег]

«Зачем я это написал?» — подумал он, как только сообщение ушло. Хонджу потыкал в экран, пытаясь найти кнопку «отменить отправку», но, конечно же, не нашел. Он уставился на экран, пока не заслезились глаза, а потом выключил телефон.

Время службы, видимо, настало. Священник вышел из церкви. Он сменил свою повседневную одежду на церковную одежду и теперь выглядел так, как и положено святому отцу.

— Приходите завтра, — сказал он Хонджу. — Служба начинается.

Хонджу провел на морозе полдня — он совсем окоченел. Он с трудом поднялся на ноги и попытался пошевелить замерзшими губами.

— Я не уйду без денег. Отдайте хотя бы часть сейчас, — отрезал Хонджу.

Священник занервничал. Он беспокойно оглядывался по сторонам, то снимая, то надевая очки. Судя по всему, ему не хотелось устраивать скандал у всех на виду. Он даже говорил тихо, словно боясь привлечь внимание. Таких людей Хонджу пробивал насквозь. Он засунул руки в карманы, натянул шарф до самых глаз и направился к двери церкви.

— Эй, стой! Ты куда?! — зашипел священник.

Хонджу остановился и устремил на него ледяной взгляд.

— Я уйду, когда получу деньги.

— Я же сказал, подожди немного… — Священник заикался, суетливо жестикулируя. — Пойдем со мной.

Он провел Хонджу на небольшую террасу возле церкви. Над ней был навес, но от ледяного ветра он не спасал.

— Подожди здесь. Когда служба закончится, я… я найду для тебя немного денег, — пообещал священник.

Хонджу ничего не ответил. Он прошел на террасу и уселся на скамейку. Он был мастером выводить людей из себя одним своим видом. Священник еще немного потоптался на месте, а потом скрылся в здании церкви.

Прошло не менее часа. В церкви стало шумно — оттуда доносились обрывки песен и звонкий голос священника. Хонджу заглянул в окно, но ничего не увидел.

Когда служба закончилась, священник отдал Хонджу часть долга.

— Приходи в воскресенье, — сказал он. — В будни денег нет.

Хонджу кивнул и направился к отелю. Он должен был отнести деньги в игорный дом, но слишком замерз и устал. Хонджу приложил карту к считывателю, нажал кнопку лифта и вдруг почувствовал, как глупо выглядит. Он усмехнулся. Рядом с ним стоял мужчина в дорогом пальто. Он с неодобрением посмотрел на Хонджу и отошел в сторону.

Хонджу проводил его взглядом. Вспомнился Мугён. Может, Хонджу начал скучать по нему, потому что тот уже несколько дней не появлялся в игорном доме? Раньше он заглядывал туда чуть ли не каждый день.

«Интересно, как он там?» — подумал Хонджу, тут же одернув себя. Глупо об этом думать.

Хонджу провел ночь в лихорадке. Он несколько раз вставал, чтобы принять холодный душ, но жар не спадал. Его знобило. Лишь под утро он провалился в тяжелый сон.

Ему снился сильный ливень. Хонджу бежал сквозь потоки воды, не разбирая дороги. Маленькое худенькое тельце била крупная дрожь.

— Ха… Ха…

Он бежал босиком по грязи, спотыкался, падал, но тут же вскакивал и бежал дальше. Дышать было нечем, в боку кололо, словно от удара ножом.

Хонджу вспомнил тот день. Он весь день провел на улице, продавая жвачку возле магазинов и интернет-кафе. Вечером, еле живой от усталости, он вернулся в игорный дом и случайно услышал разговор Гу Пина и управляющего Яна.

— А что делать с мальчишкой, пока мы будем в отъезде?

— Да пусть дома сидит. Он и так весь день на ногах, сомневаюсь, что проснется.

Тогда Хонджу решил, что сможет найти отца, если вернется в свой старый район. Он плохо помнил дорогу — прошло слишком много лет, — но все равно решил попытать счастья. Дождь вряд ли затянется надолго.

Он не услышал, как сзади к нему подъехала машина. Красные огни вспыхнули перед самым его носом. Раздался визг тормозов. Хонджу отскочил в сторону и упал на землю.

— Ах ты, мелкий засранец! Куда собрался?!

Из машины вышел управляющий Ян. Его единственный глаз горел злобой. Хонджу охватил ужас.

— Я только папу проведаю… — прохрипел Хонджу. — Сразу вернусь… Буду работать… честно…

— Твой папаша — алкаш и игроман!

Директор Ян схватил Хонджу за волосы и ударил головой об асфальт. Удар пришелся по виску. В глазах поплыли красные круги.

— А-а!

— Хонджу, я же говорил, твой отец ушел. Теперь я твоя семья, ты должен меня слушать. Твой папаша вернется через сто дней, ты же знаешь?

Он усмехнулся, блеснув золотым зубом. Хонджу закрыл глаза. Он ненавидел эту усмешку. Отец не вернулся ни через сто дней, ни через тысячу.

— …Эй…

Хонджу поежился от звука голоса — такого знакомого и такого чужого. Он открыл глаза. Голова раскалывалась от боли. Кто-то сидел на краю его кровати. Хонджу с трудом сфокусировал взгляд. Комната была темной. Горел только торшер — его свет падал на лицо мужчины, сидевшего рядом. Хонджу долго смотрел на него, пытаясь вспомнить, где он его видел.

— Опять глаза таращишь, — проворчал мужчина.

Хонджу знал этот голос. Раньше он вселял в него ужас, но потом Хонджу начал думать, что этот человек — его единственная надежда. Он зажмурился, а потом снова открыл глаза. Мужчина никуда не исчез.

— Решил таблетки не пить?

В этот момент Хонджу понял, что приступ прошел. Сознание прояснилось. Хонджу с трудом сел на кровати.

— Директор Мугён…

Он почувствовал облегчение, увидев перед собой Мугёна. Долг, который он должен был выплатить, был слишком тяжелым бременем для него. Если бы не Мугён, он бы до сих пор жил в том кошмаре.

Хонджу протянул руку и вцепился в рукав Мугёна.

— Вы были заняты?

— А что, ждал меня?

Хонджу не знал, что ответить. Он действительно часто вспоминал о Мугёне, но это было неправильно. У него не было права ждать его.

Хонджу промолчал. Мугён коснулся его щеки тыльной стороной ладони.

— Так что, ждал меня или деньги, которые плачу?

Хонджу показалось, что он спрашивает с какой-то странной интонацией. Он отпустил рукав Мугёна, и рука безвольно упала на кровать.

— Вас зовут Мугён? — выпалил он, не в силах больше сдерживать свое любопытство. — А полное имя и фамилия какие?

Мугён вопросительно посмотрел на него, приподняв бровь.

— Ты болен? Или пьян? — пробормотал он.

Хонджу проигнорировал его вопрос.

— Просто… интересно, — прошептал он.

Раздался смех, но на свой вопрос Хонджу так и не получил ответа. Мугён провел рукой по его волосам.

— Какой ты любопытный.

Он взял со столика бутылку с водой и без труда открыл ее. Хонджу с недоумением смотрел на него. Откуда здесь взялась эта бутылка? И таблетки?

— Ложись спать.

Мугён направился к выходу. Хонджу проводил его взглядом. Неужели это не сон?

Он медленно встал с кровати, взял таблетки и запил их водой. В животе стало неприятно, но он все равно лег обратно. Хонджу закрыл глаза и подумал, что раньше он никогда не пил воду, которую ему предлагали другие.

Он проснулся отдохнувшим.

Наверное, это все таблетки. В горле все еще першило, но ему было гораздо лучше, чем прошлой ночью.

Мугён ждал его в гостиной. Он сидел на диване и смотрел в телефон. Увидев, что Хонджу проснулся, он убрал телефон в карман и встал. Сказал, что им нужно ехать в игорный дом.

***

— Заходи первым.

Мугён достал сигарету и закурил. Хонджу посмотрел на его голые руки — он еще не успел надеть перчатки — и вошел в здание.

«Наверное, это из-за шарфа… кажется, у него такая длинная шея…» — подумал Хонджу.

— Эй!

Он поднялся на третий этаж и услышал рев Гу Пина. Хонджу заткнул уши и подошел ближе. Лицо Гу Пина было красным от злости.

Увидев, как у того задрожали губы, Хонджу отодвинул руку от уха.

— Ты вчера деньги не собрал?

— Ч-часть собрал… Завтра еще пойду…

Гу Пин не дал ему договорить. Хонджу оглянулся — рядом с Гу Пином не было его громил. Значит, поэтому он и кричал так громко…

— Ты должен приносить деньги сразу!

Гу Пин повалил Хонджу на стол и схватил его за горло. У него не хватало пальца на одной руке, поэтому Хонджу все еще мог дышать. Он прикрыл глаза и усмехнулся.

— Улыбается еще?! Совсем с катушек съехал?

Гу Пин сжал его горло еще сильнее. Хонджу было больно. В глазах потемнело. Он уже не сопротивлялся.

— А-ых …

— Ты что, кончать собрался?! — заорал Гу Пин. — Нравится, когда тебя душат?!

Его слова смешались с хриплым дыханием Хонджу. В этот момент они услышали голос.

— Это нравится мне.

Гу Пин ослабил хватку и обернулся. Хонджу не стал убегать — все равно бесполезно.

— Похоже, у нас с тобой одинаковые вкусы.

Мугён вошел в комнату. Хонджу почувствовал его аромат. У него закружилась голова.

Рука, сжимавшая его горло, исчезла. Хонджу перевернулся на бок и жадно задышал. Сердце бешено колотилось в груди.

— Все же я лучше этого старикашки, правда?

Мугён наклонился и протянул к нему руку в перчатке. Хонджу бессмысленно смотрел на него.

— Или нет? — сказал Мугён, пожимая плечами. Хонджу схватил его за руку и с трудом поднялся. Мугён сел на край стола, взял колоду карт и начал ее тасовать.

— Вот видишь, что бывает, когда оставляешь детей без присмотра. Лучше смотри за ним, Гу Пин.

— …

Гу Пин молчал. Он стоял бледный и сжимал кулаки.

— Кстати, у меня для тебя хорошие новости, — продолжил Мугён.

— Х-хорошие новости?

— Ты же ищешь игроков? Я одного нашел. Подготовь все.

— Игроков? Подготовить?

Глаза Гу Пина загорелись. В последнее время к нему никто не обращался с просьбой организовать игру. Это была отличная новость.

— Есть один слишком самоуверенный ублюдок. Нужно его проучить и оставить без гроша.

Мугён продолжал тасовать карты, а затем протянул их Гу Пину.

— Выигрыш весь твой. Оставь его без копейки, и я хорошо тебя вознагражу.

Гу Пин молча взял карты. Объяснять было нечего — он и сам все понимал. Это его последний шанс.

— А с чего вдруг такая щедрость? — спросил он.

— Денег нет совсем, — ответил Мугён, кивая в сторону пустого зала. — Если это не остановить, мы все влетим в трубу.

Он посмотрел на Хонджу, и тот инстинктивно отвернулся.

— Одно дело принесет тебе деньги и репутацию. Слухи улягутся.

— Точно, блядь… — пробурчал себе под нос Гу Пин — Из-за этих слухов все клиенты разбежались…

— Так не упускай свой шанс. Тебе еще надо долг возвращать.

На лице Мугёна появилась жестокая улыбка. Гу Пин замялся. Хонджу знал, что он просто пытается сохранить достоинство.

— Он в казино раньше играл. Говорят, недавно из дома выгнали, но денег у него пока много.

Гу Пин мгновенно изменился в лице.

— Расскажите мне о нём подробнее. Обычно этим Ян занимается…

— Без проблем, — кивнул Мугён.

Гу Пин жадно ухватился за наживку.

— Я сейчас вызову управляющего Яна. Обсудим все вместе, — сказал Гу Пин и, направившись к лестнице, достал телефон.

В этот момент Хонджу почувствовал на своей шее чье-то прикосновение. Мугён расстегнул его куртку и провел пальцами по шее. Хонджу вздрогнул. Он хотел было что-то сказать, но Мугён прижал палец к его губам.

«Тсс, тише», — словно произнесли его губы. Хонджу понял, что ему лучше молчать, и отвернулся.

— Этот мерзавец Ян наверное все еще спит с бодуна после вчерашнего , — проворчал Гу Пин в трубку.

— Подожду, — коротко ответил Мугён, вставая со стула. — Пошли в кабинет. Этот разговор не для посторонних ушей.

Он направился к двери.

— Конечно, конечно, — закивал Гу Пин и последовал за ним. — Стены тоже имеют уши.

Хонджу остался один.

«Как будто нас кто-то услышит, кроме меня. Странный он», — подумал Хонджу про Мугёна. — «Следит за Гу Пином, ищет слабости, игнорирует… но при этом помогает».

Неужели он действительно переживает, что Гу Пин не вернёт долг?

Хонджу покачал головой, прогоняя ненужные мысли. В конце концов, они были разными людьми, и Хонджу не стоит пытаться его понять.

Вскоре прибыл управляющий Ян, и они втроем долго о чем-то говорили. Дверь открылась только с наступлением сумерек.

— В прошлый раз мы обделались, но в этот раз у нас не будет права на ошибку, — лицо Гу Пина сияло.

— Не волнуйся, — усмехнулся Мугён, проверяя телефон. — Я назначил встречу на послезавтра. Так что готовьтесь.

— Не сомневайтесь!

— Ставку… — Мугён замолчал, и Хонджу поднял голову. Их взгляды встретились. Мугён отвел глаза.

— … Обсудим завтра утром, — закончил он.

— Хорошо, хорошо. Он вроде из очень богатой семьи, так что ставки будут высокими, — раздался возбужденный голос Гу Пина.

Хонджу закрыл ухо рукой. Мугён заметил это и щелкнул пальцами, привлекая его внимание.

— Пойдем, — сказал он одними губами.

Хонджу вскочил и поспешил за ним.

— Увидимся завтра, — сказал Гу Пин Мугёну.

— Ага, — ответил тот, надевая пальто.

Гу Пин и управляющий Ян были слишком поглощены предстоящим делом, чтобы обращать на них внимание. Судя по всему, Мугён действительно поймал крупную рыбу.

— Я есть хочу, — сказал Мугён, обходя машину.

Хонджу остановился. Значит, ему придется добираться самому.

— Хорошо, — ответил он и уже развернулся, чтобы уйти, но Мугён остановил его.

— Ты куда? Залог тоже должен ехать, — сказал он, глядя на его старые кроссовки.

— Залог? О чем вы?

— Твой босс оставил тебя мне в качестве залога, — спокойно ответил Мугён.

Хонджу застыл на месте. «Он еще занял денег? — подумал он. — И зачем Мугён согласился?».

Мугён наблюдал за ним, а затем нетерпеливо постучал по машине.

— Садись. Я голоден.

Хонджу вздохнул и сел в машину.

Снова долги и снова залог… Когда же это все закончится?

Машина долго ехала за город. Наконец, остановилась у роскошного ресторана. Хонджу никогда не бывал в подобных местах. Мугён ощущал на себе его взгляд и еле сдерживал улыбку.

— Сейчас все будет готово, — сказал официант.

Хонджу сел за столик, разглядывая ресторан.

«Интересно, что здесь подают?» —подумал он.

Судя по заказу Мугёна, это был китайский ресторан.

— Любопытно, как здесь готовят чачжанмён? Ты ешь китайскую еду? — спросил Мугён.

— Да… — Хонджу удивился, что Мугён спросил только сейчас, после того, как сделал заказ.

— Гу Пин попросил денег для игры. Я бы просто дал ему в долг, но он настоял, чтобы я взял тебя в залог.

— …

— Наверное, для него это вопрос гордости. Или он думает, что я буду к нему снисходительнее, если ты у меня в залоге, — усмехнулся Мугён.

— А что будет, если он снова проиграет?

— Что же, тогда тебе придется остаться со мной, — ответил Мугён, снимая перчатки.

Он бросил их на стол и расстегнул пиджак. Хонджу невольно засмотрелся на то, как натягивается его рубашка, когда он двигается.

— Я не об этом. Что будет с тем долгом, который он уже вам должен? У нас сейчас почти нет клиентов, вы не сможете ему отдать такую сумму.

— Хм… — Мугён барабанил пальцами по столу. — Не волнуйся, я что-нибудь придумаю.

Хонджу хотел было спросить, что он имеет в виду, но тут их взгляды встретились, и он не мог отвести глаз.

— Неужели Ку Хонджу настолько мне не доверяет? — пробормотал Мугён, глядя на него из-под полуопущенных ресниц. — Раз уж мы в одной лодке, нужно доверять друг другу.

— Я вам доверяю, просто… волнуюсь, — ответил Хонджу, чувствуя, как неловко это прозвучало.

— И все же, Ку Хонджу единственный, кто волнуется обо мне в этом доме. Видимо, и правда, за деньги не купишь настоящую заботу, — сказал Мугён с легкой улыбкой, но в его голосе чувствовалась горечь.

Хонджу отвел взгляд.

Вскоре на столе появились блюда. Хонджу не прикасался к еде. Мугён продолжал наблюдать за ним.

— Что опять? Есть не будешь? — спросил он.

Если бы напротив сидел Гу Пин, Хонджу сделал бы вид, что ест, но перед Мугёном притворяться не хотелось. Этот человек был единственным, кто видел его настоящего.

— Нет, я буду, — ответил Хонджу и взял палочки.

Мугён не спускал с него глаз. Хонджу было так неуютно, что он начал есть бесшумно, боясь поперхнуться. Мугён наблюдал за ним с нескрываемым интересом.

— Ешь и это, — сказал он, пододвигая к нему тарелку с креветками. Хонджу только кивнул в ответ, не в силах произнести ни слова.

— Неплохо уплетаешь, — заметил Мугён, слыша звон палочек. — А то я уже решил, что ты вообще есть палочками не умеешь, после того, как ты только суп попил в тот раз.

— А вы сами почему не едите? — спросил Хонджу.

— Я это не люблю, — ответил Мугён и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Но вы же говорили, что голодны? — удивился Хонджу. — Мы так далеко ехали…

— Сиди и ешь, пока все не съешь, — сказал Мугён с улыбкой, и Хонджу показалось, что он приехал сюда ради того, чтобы накормить его.

Хонджу обычно ел только для того, чтобы утолить голод, и еды, которую заказал Мугён, было слишком много для одного. Но ему было жалко оставлять такие дорогие блюда, поэтому он продолжал есть.

— Почему ты ничего не ешь в игорном доме? — спросил Мугён.

— Мне просто… неуютно, — ответил Хонджу, прожевывая еду.

— Что именно тебе неуютно?

Обычно Мугён не стал бы уточнять, но сейчас он, казалось, был настроен докопаться до истины.

— Мне не нравится есть в тесноте, да еще и смотреть всем в глаза, — выкрутился Хонджу. — Лучше уж дома поесть спокойно.

— Нет, настоящую причину.

— Что?

Судя по тону, Мугён не сомневался, что Хонджу что-то недоговаривает. Хонджу растерянно поднял на него глаза. Мугён все так же сидел, откинувшись на спинку стула, и смотрел на него с легкой улыбкой.

— Вы же сами говорили, что я плохо вру.

— …

«Он говорил, что все видит по глазам», — вспомнил Хонджу и поспешно опустил взгляд, уставившись на пустую тарелку.

— Ну так в чем же дело? Боишься, что я тебя побью, если ты не доешь?

Чачжанмён немного отличался от того, что подавали в их кафешке, но был не менее вкусным. Огурцы были свежими, мяса много, да и сама посуда была дорогой.

«Чем больше пробуешь хорошего, тем выше становится планка», — подумал Хонджу. Наверное, именно поэтому ему хотелось вызвать жалость Мугёна, рассказав ему все.

— Гу Пин… подсыпал что-то в воду одному из парней.

— Что?

Хонджу рассказал ему то, чем не делился даже с Чхве и Крепышом. Почему-то с Мугёном ему не было так страшно.

— Я не знаю, что это было, но тот парень стал себя странно вести.

— Как именно? — Мугён наконец-то выпрямился и подался вперед, проявляя заинтересованность.

Хонджу задумался, пытаясь вспомнить подробности того дня.

— Глаза стеклянные, улыбка какая-то… ненормальная, — вспомнил Хонджу. — Какое-то время он был с Гу Пином, а потом исчез. Не знаю, жив он сейчас или нет.

Мугён задумался, его взгляд похолодел.

— То есть, он мог его не только мучить, но и… продать?

— Не знаю. Может быть. Но этот ублюдок с тех пор стал заглядываться на парней.

Мугён что-то пробормотал себе под нос, словно к нему пришла какая-то мысль. Хонджу бесцельно водил палочками по почти пустой тарелке. Он уже наелся, но Мугён явно ждал, что он доест все до конца. Хонджу положил руку на живот, изображая сытость.

— Я все, — пробормотал он.

Мугён усмехнулся и окинул взглядом стол.

— Ну хоть постарался. Пошли.

Хонджу с облегчением поднялся из-за стола. Он надел куртку и последовал за Мугёном.

По дороге Мугён задал ему еще кучу вопросов. Видимо, ему не терпелось узнать обо всем поподробнее.

— Что ты сказал остальным, где живешь?

— Они не спрашивали, но наверное, думают, что я с вами. Гу Пин и управляющий Ян… они наверное, знают.

Управляющий Ян дал Хонджу телефон, чтобы отслеживать его местоположение. Если Хонджу не брал трубку или отключал телефон, начинался настоящий кошмар. В последнее время ему звонили реже, но он все равно предпочитал отключать телефон, когда был рядом с отелем.

— Говори всем, что живешь в отеле, — сказал Мугён. — Пусть думают, что у тебя теперь куча денег.

Хонджу не понимал, зачем это нужно, но спорить не стал.

— Хорошо.

Мугён медленно повернул руль одной рукой и свернул на темную дорогу. Здесь было тихо и безлюдно, вдали от шумного города. Хонджу показалось, что они проезжали мимо какой-то горы, но вскоре снова выехали на освещенную улицу.

Хонджу нервно сглотнул. Он выпрямился, откинувшись от спинки сиденья, и вцепился в ремень безопасности. На всякий случай он еще немного подвинулся в сторону Мугёна.

— Ты же говорил, что перестал бояться. Снова струсил?

— ...

— Что, думаешь, я тебя сейчас отвезу в лес и закопаю?

Машина ехала все дальше и дальше, погружаясь в темноту. Хонджу не знал, где они находятся, но это точно было не то место, куда они ехали днем. У него сжалось горло, словно от страха.

— Я… я не знаю, верить вам или нет, — выдавил он.

Голос его дрожал, но он старался держаться как можно спокойнее. Мугён рассмеялся — впервые за все время Хонджу услышал его настоящий смех.

— Теперь тебе придется мне довериться.

— …

— Подумай о том, кому ты верил раньше, и куда это тебя привело.

Хонджу хотел было возразить, что он никому особо и не верил, но в этот момент машина резко подскочила на ухабе, и он предпочел промолчать. Он испуганно смотрел в окно, на мелькающие огни.

Мугён усмехнулся, видя его страх.

— Видишь? Не такое уж это и подходящее место, чтобы закапывать людей.

Он остановил машину и указал куда-то рукой. Хонджу перевел взгляд на дом, который стоял посреди пустыря. Высокий забор напомнил ему те, что он видел в богатых кварталах, куда он ходил выбивать долги.

— Не собираюсь открывать дверь, — пробормотал Хонджу, поворачиваясь к Мугёну.

Но тот уже вышел из машины. Хонджу поспешно выбрался наружу и пошел следом за Мугёном, который уверенно направлялся к дому.

Хонджу держался поближе к Мугёну. Было страшно, но в этой ситуации он мог рассчитывать только на него.

— Куда мы приехали? — спросил он, когда они вошли в ворота.

— Домой, — коротко бросил Мугён и вошел внутрь.

Дом был еще более впечатляющим, чем казалось снаружи. Просторным, светлым и безупречно чистым.

— Теперь будет играть в карты в отеле, — сказал Мугён. — А поживешь ты пока здесь.

— Это… ваш дом? — удивленно спросил Хонджу.

— Ага.

Хонджу с любопытством огляделся. Дом был пустым и холодным, но в нем чувствовался порядок, который так соответствовал Мугёну.

— Не хочу, чтобы мой залог сбежал, — усмехнулся Мугён.

Хонджу показалось, что он даже на расстоянии чувствует его запах.

— …

До этого он видел только сырые подвалы и тесные чуланы, в которых держали пленников. Этот «карцер» казался настоящим дворцом.

— Мне нужно отлучиться ненадолго, — сказал Мугён. — Сиди здесь и не рыпайся.

— А… а куда вы?

— Тебе обязательно знать? — Мугён открыл дверь в одну из комнат и включил свет. В комнате была только кровать и шкаф. — Вернусь через час. Думаю, ты и сам знаешь, что будет, если решишь сбежать?

— Я… я не собираюсь никуда бежать.

«Даже если бы я хотел сбежать, куда бы я пошёл отсюда?» — подумал Хончжу. В этом безлюдном месте, куда они приехали по темноте, было невозможно скрыться.

— Позже увидим, насколько ты искренен, — сказал Мугён, словно испытывая его.

Хончжу решил доказать свою лояльность и начал расстёгивать куртку. Мугён, который молча наблюдал за ним, сделал шаг назад. Как раз в тот момент, когда Хончжу собрался снять толстовку, Мугён прошёл мимо и закрыл за собой дверь.

— Фух…

Хончжу тихонько выдохнул. У него засосало под ложечкой. Он не мог понять, то ли это изжога, то ли нервное напряжение от присутствия Мугёна.

Он старался двигаться как можно тише, боясь нарушить идеальную чистоту дома. Хончжу чувствовал себя неуютно, словно он был единственным грязным пятном в этом стерильном пространстве, и поэтому долго мылся в ванной, прежде чем выйти. Он решил устроиться не в спальне, а в гостиной, положив на столик рядом два телефона: один — подаренный Мугёном, второй — для слежки, который ему дал Ян.

Немного подумав, Хончжу выключил старенький кнопочный телефон. Сейчас Мугёна не было рядом, и Хончжу не хотел, чтобы его застали врасплох. Он знал, что безопаснее всего было находиться в тени Мугёна.

В тот день Мугён вернулся только на рассвете, спустя намного больше часа, чем обещал. Увидев Хонджу, который всё это время ждал его в гостиной, он улыбнулся краешком губ.

— А ты и правда сидел здесь смирно.

Хонджу почувствовал себя так, словно успешно прошёл какой-то тест.

«Нужно будет сказать ему, что я даже телефон выключил, чтобы меня не смогли отследить», — подумал он.

Глава 21

Хонджу провел в доме Мугёна следующие два дня. Время от времени Мугён куда-то уходил и возвращался. Иногда Хонджу включал телефон, но никаких сообщений из игорного дома не было. Он собирался поехать в церковь в воскресенье, чтобы собрать деньги, но без Мугёна было бы трудно выбраться отсюда, ведь он не знал дороги.

За эти две ночи Хонджу толком не сомкнул глаз. Казалось, все, что он ел, вставало комом в горле, и каждое утро он, склонившись над унитазом, извергал содержимое желудка. Проведя ночь в полудреме, Хонджу в каком-то сонном состоянии последовал за Мугёном.

К тому моменту, как они добрались до игорного дома, его все еще подташнивало, а веки были тяжелыми. Потирая глаза, Хонджу вошел в здание и уставился на Мугёна, стоявшего в нескольких шагах от него. Возможно, это потому, что он знал, как выглядит дом Мугёна, но ему вдруг подумалось, что этот жалкий дом совсем ему не подходит.

Они бесшумно поднялись до середины лестницы на второй этаж.

– Так вот вы где? Переехали сюда, ублюдочные игроки? Выходите!

Взволнованный голос донесся до него сзади. Хонджу остановился и посмотрел вниз по лестнице. У входа в полуразрушенное здание стоял мужчина средних лет.

Взлохмаченная одежда, лихорадочно блестящие глаза, шрам на веке... И в руке у него была длинная свернутая в трубочку газета. Даже не видя, что внутри, можно было сразу догадаться.

Хонджу развернулся и спустился по лестнице. Чем ближе он подходил, тем отчетливее становилось лицо мужчины. Оно показалось ему знакомым.

«…Священник?»

Это был тот самый священник из маленькой церкви, куда он ходил два дня назад за деньгами. Одет он был по-другому, но это был определенно он.

– А, вот ты где! Ты тот самый парень, который приходил тогда? Как мы славно встретились! – Глаза мужчины вспыхнули, как только он увидел Хонджу.

Хонджу нахмурился и спустился до середины лестницы, не сводя глаз с руки мужчины.

– Черт возьми, из-за тебя среди прихожан пошли слухи! Моя жизнь разрушена! Что ты собираешься делать с моей церковной жизнью?! – Гневный голос мужчины разнесся по заброшенному зданию. Хонджу украдкой поднял взгляд.

Он посмотрел на лестницу, ведущую наверх. Судя по тому, что ботинок не было видно, Мугён уже поднялся на третий этаж.

– Этот мир такой тесный! Моя репутация! Мои прихожане! Что ты собираешься делать?!

Хонджу не понимал виновником каких слухов он стал и какой ущерб причинил священнику? Несмотря на грубость мужчины, Хонджу был равнодушен.

– Зачем вы пришли сюда искать меня? – спросил он.

– Чт-что?

Мужчина покраснел до самой шеи и запыхтел. Свернутая в трубочку газета в его руке заметно дрожала. Он почувствовал это еще тогда, когда они столкнулись у церкви, он был таким новичком, не способным скрыть свою неопытность.

– Из-за тебя я стал священником, одержимым азартными играми! Прихожане говорят, что я все пожертвования спустил на игры, а? Знаешь, сколько сплетен ходит? Слухи здесь распространяются очень быстро! – проревел он, и его голос эхом разнесся по округе.

Остальные деньги он планировал забрать в выходные. Как и в прошлый раз, он бы ждал у церкви, чтобы вернуть долг, даже если священнику пришлось бы украсть деньги из пожертвований. Но поскольку он провел все выходные в доме Мугёна, то не смог даже попытаться сделать это.

Быть ложно обвиненным являлось для него привычным делом, но вот с раздражением ничего нельзя было поделать.

– Тогда вам не стоило брать деньги в долг, – сказал он.

– Да как ты смеешь? Да как ты смеешь со мной так разговаривать, маленький ублюдок?!

Хонджу продолжил говорить невозмутимым тоном, и тут мужчина разорвал газету, которую держал, и схватился за рукоять ножа. Затем он взмахнул им в воздухе, издав свистящий звук.

– Что насчет остатка долга? Вы принесли его?

Он видел бесчисленное множество парней, которые устраивали поножовщину, обливали все бензином и угрожали зажигалкой. Однако, для Хонджу, видавшего виды в игорном доме, этот священник-новичок был просто смешон.

– Ах ты, маленький ублюдок...

Видя, что Хонджу его не боится, священник растерялся. Хонджу не только не отступил, но и спустился на несколько ступенек вниз. Теперь, когда они стояли на одном уровне, мужчина сглотнул и перехватил нож поудобнее.

– Черт возьми, да я скорее отправлюсь в ад, чем позволю тебе спокойно жить, мелкий паршивец! Я умру прямо у тебя на глазах!

– …

Он решил сменить тактику, поняв, что угрозы не действуют? Или просто нес чушь в порыве гнева? Хонджу не сводил глаз со священника и молча стоял на месте.

– Посмотрим, долго ли ты протянешь, разрушив чужую жизнь! А? Деньги, деньги… Будь они прокляты!

Какая странная логика. Это он играл, он проиграл деньги, он взял в долг и не вернул его. Почему же он пытается переложить свою вину на Хонджу? Неужели все игроки так считают?

– Если хотите умереть, то сначала верните долг. Ваша жена и дети ни в чем не виноваты.

– …

Глаза мужчины заметно дрогнули. Рука, в которой он держал нож, затряслась еще сильнее. Хонджу сделал шаг навстречу.

– Вы-то умрете, и все, а вот остальным придется расплачиваться за ваши грехи, отдавать деньги, которые вы даже не тратили.

Почему все игроки такие безответственные? Неужели, проводя дни и ночи за азартными играми, они теряют всякое чувство ответственности? В лице священника ему вдруг померещилось лицо отца, воспоминания о котором уже почти стерлись из его памяти.

– Заткнись!

Мужчина взревел и взмахнул ножом. Лезвие просвистело в нескольких миллиметрах от его лица, но Хонджу не отступил. Судя по шуму наверху, на шум внизу наконец-то обратили внимание.

– А-а-а!

Мужчина закричал, топая ногами. Его бессильная ярость напомнила Хонджу детей в магазине, которые закатывали истерики, не получив желаемого.

Это разительно отличалось от того спокойствия, которое он демонстрировал раньше. Наверное, это и есть его истинное лицо, подумал Хонджу, вспомнив тихий и добрый голос, доносившийся из-за двери.

– Да! Я скорее попаду в рай, если отрежу тебе язык за все твои слова!

В глазах священника, горевших безумным блеском, отразился Хонджу. Острый нож без колебаний направился к нему. Но Хонджу продолжал неподвижно смотреть на острие.

– Ах ты, мелкий гадёныш!!

В тот самый момент, когда острый нож со свистом рассек воздух, чья-то рука схватила мужчину за запястье. Колеблющееся лезвие остановилось всего в нескольких сантиметрах от лица Хонджу. Мужчина в замешательстве перевел взгляд на человека за спиной Хонджу.

– Эй, – раздался низкий голос, холодный, как зимний ветер. Не оборачиваясь, Хонджу понял, кто стоит у него за спиной. Таким высоким был только Мугён, и только Мугён носил черные кожаные перчатки.

– Ты знаешь, сколько он стоит, чтобы ты размахивал перед ним ножом?

– А т-ты еще кто такой? Ы-ах…

Пальцы в кожаных перчатках сжались крепче. Мужчина задрожал и разжал руку. Нож выпал из нее и с глухим стуком упал на пол у старых кроссовок Хонджу.

– А-ах, а ну у-убери свои руки! Не лезь не в свое дело!

– Тебе пора уходить.

Взгляд, которым Мугён смотрел на священника, был ледяным. У Хонджу по коже побежали мурашки, и он невольно поежился.

– Ты хоть представляешь, сколько денег я в него вложил? А ты смеешь угрожать ему ножом без моего разрешения? – процедил Мугён сквозь зубы и резко вывернул руку мужчине. Священник закричал от боли, и Мугён потащил его за собой.

– А-а! Отпусти! Отпусти меня! – проревел священник, пытаясь вырваться из хватки Мугёна. Хонджу заткнул одно ухо пальцем. Пронзительный крик мужчины был невыносим для ушей.

Мугён нахмурился и опустил руку. Описав дугу в воздухе, его рука с силой опустилась на щеку священника. Раздался глухой звук удара.

– Ых…

Священник пошатнулся и чуть не упал.

– Если хочешь устроить здесь цирк, сначала заплати мне, как все остальные, – процедил Мугён и снова ударил мужчину. Еще несколько глухих ударов. На лице мужчины, уже измазанном грязью, появилась кровь.

Алые капли стекали по его подбородку и капали на пол.

– Хватит… Пожалуйста…

– Хватит? Ты должен заплатить за то, что размахивал ножом.

Священник отшатнулся назад и уперся спиной в стену. В ужасе он попытался защититься руками. Мугён, скрестив руки на груди, окинул его презрительным взглядом, а затем ударил ногой в колено.

– А-а!

Священник вскрикнул и рухнул на пол. Мугён сделал шаг вперед, и, глядя на беззащитно скорчившуюся фигуру, сжал кулаки в перчатках.

– Не подходи!

– Ты же хотел попасть в рай? Я тебе помогу, – прошипел Мугён, поднимая уголки губ в жестокой улыбке. Он ударил мужчину носком ботинка в челюсть. Раздался хруст ломающихся костей, и в воздух брызнула кровь.

Удары сыпались один за другим. Челюсть, плечи, живот, грудь, бедра... Не было места, куда бы ни угодил удар. Мужчина свернулся калачиком, прикрывая голову руками. Черный пиджак был покрыт следами от ботинок.

– …

Хонджу молча наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой насилия, не в силах вмешаться.

Он почувствовал движение за спиной. Обернувшись, он увидел работников игорного, спускающихся по лестнице. Больше всех, казалось, был шокирован Гу Пин.

– Куда ты собрался? – Мугён наступил на руку мужчине, который попытался подползти к Хонджу, и с силой растер ее ботинком.

– А-а!

Мугён нахмурился, услышав крик мужчины. Его левый глаз с двойным веком опасно сузился.

– Может, мне отрезать тебе язык за все твои слова?

– …

Он повторил те же самые слова, которыми священник угрожал Хонджу несколько минут назад.

Хонджу сглотнул, наблюдая, как Мугён бесстрастно наступает на живот мужчины. Он и раньше замечал, что Мугён хорошо сложен и двигается с какой-то пугающей грацией, но сейчас он видел это особенно отчетливо.

– Что же ты молчишь? Язык проглотил?

С каждым ударом, похожим на удар мяча, раздавался глухой звук. Мужчина не мог сопротивляться и лишь беспомощно корчился на полу.

На полу, где было размазано окровавленное лицо мужчины, растекалась лужа крови... Ярко-красные пятна на сером цементном полу выглядели особенно зловеще.

– Бог покарает тебя. Ты не имеешь права называть себя священником.

Называть себя священником? Что это еще значит? Мугён пробормотал что-то неразборчивое и с силой наступил на плечо мужчины. Мужчина, лежавший лицом вверх, широко раскрыл глаза. На его лице застыло выражение полного недоумения.

– Чт-что…?!

– Ты можешь дурачить своих прихожан, но меня тебе не обмануть.

Лицо священника, залитое кровью и грязью, побледнело. На его черной одежде проступили пятна от пота.

Гу Пин и управляющий Ян так и не спустились вниз, застыв где-то посередине лестницы.

– Ха…

Мугён вытащил что-то из кармана пальто и бросил на пол. Это был носовой платок, которым он часто пользовался, сидя в кресле. Затем он вытер носком ботинка пол. Тело дрогнуло заметно дрогнуло.

– Вытри.

Из-за черного цвета ботинок не было видно, но когда Мугён провел ногой по полу, на нем проступил кровавый след.

– …

Мужчина тяжело дышал, будто ему не хватало воздуха.

– Быстрее. Чего копаешься?

Мугён пнул священника в плечо. Неуклюжее тело покачнулось, но мужчина снова сел на пол.

– Наверное, ты и за карточным столом такой же медлительный, раз позволяешь себя обманывать, а?

– Ты… Ты знаешь, кто я такой?

– Знаю. Ты из тех, кто сначала сам все портит, а потом срывается на тех, кто слабее. Так жить нельзя.

Мугён наступил мужчине на грудь, и тот инстинктивно протянул руку.

– …

Нащупав на полу платок, священник дрожащими руками поднялся на ноги и принялся вытирать носок ботинка Мугёна. Хонджу не заметил этого раньше, но крови на нем было довольно много, и чистая ткань быстро окрасилась в багровый цвет.

Оценивающе посмотрев на свою обувь, Мугён присел перед мужчиной на корточки. Он грубо схватил его за щеку и выхватил из рук платок.

Хонджу продолжал молча наблюдать, не зная, что делать.

Мугён засунул платок мужчине в рот. Что он собирается делать? Хонджу нервно посмотрел на Мугёна.

– …!

Заткнув мужчине рот платком, Мугён повернулся к лестнице.

– Мадам Гу, у тебя есть зажигалка? Лучше его сжечь и выбросить на стройку. Или залить цементом? Как думаешь?

Его слова, больше похожие на угрозы бандитов, звучали пугающе, но на лице Мугёна играла улыбка.

– …

Хонджу подумал, что, возможно, это и есть настоящая улыбка Мугёна.

– Что? Это не по нашим правилам? – Гу Пин натянуто улыбнулся, поджимая губы. – Нет-нет! Я сам с ним разберусь. Чхве, оттащи его отсюда и запри где-нибудь.

Раньше они без колебаний избавлялись от людей, которые вставали у них на пути, но теперь все изменилось. Они поставили все на этот игорный дом, и им нельзя было привлекать к себе лишнего внимания. Все инвестиции и долги – все это висело на шее Гу Пина.

– Да, господин.

Чхве неуклюже спустился по лестнице. Нерешительно поглядывая на Мугёна, он поднял мужчину с пола. Капли крови стекали по подбородку мужчины и падали на пол.

Мугён проводил его взглядом и медленно поднялся. Он отряхнул брюки и вытер руки в перчатках. Все это время никто не произнес ни слова.

– Ты что, совсем ничего не боишься? Почему не увернулся?

– …

– Я же говорил тебе заботиться о нем. Это же твое смазливое личико больше всего помогало выбраться из долгов.

Бросив эти слова с легкой улыбкой, Мугён прошел мимо Хонджу.

Несколько минут назад от него исходил приятный аромат, но сейчас Хонджу почувствовал только тошнотворный запах крови.

– Ты идешь? Нам нужно поговорить, – Мугён легонько похлопал Гу Пина по плечу. От его перчаток тут же проступили темные пятна.

– Д-да, иду.

Гу Пин жестом приказал остальным уступить им дорогу. Управляющий Ян и Гадюка прижались к стене, и Гу Пин повел Мугёна наверх.

– Он вам звонил? Хотел встретиться со мной? – Гу Пин старался говорить спокойно, но его губы дрожали, а взгляд был устремлен в одну точку.

За ним шел Мугён, спокойный и невозмутимый, будто он и не был тем, кто несколько минут назад избивал человека до полусмерти.

– Сказал, что сегодня вечером будет свободен. У тебя есть время?

– Д-да, конечно!

Их голоса становились все тише по мере того, как они поднимались по лестнице. Хонджу остался стоять в окружении тяжелого молчания. На полу все еще виднелись капли крови. Снаружи послышался звук заводящегося мотора – это уезжала машина с избитым мужчиной.

– Что это вообще было? Как будто бандит какой-то, – пробормотала управляющий Ян, все еще не придя в себя.

– …

Хонджу подумал о том же. Чем больше он узнавал Мугёна, тем больше вопросов у него возникало.

Хонджу поднял с пола газету. Он свернул ее трубочкой и вложил в нее нож. На всякий случай он решил спрятать его в ящике стола в игорном доме.

Хонджу показалось, что воздух в доме стал каким-то тяжелым. Мугён все еще разговаривал с Гу Пином в дальней комнате, но работники нервничали, словно он стоял прямо перед ними.

– Где Чхве? – спросил Ян у одного из бандитов, проводя языком по золотому зубу.

– Он снял номер в мотеле и держит его там, – быстро ответил бандит, не отрываясь от телефона.

– Скажи старику, чтобы глаз с него не спускал. В том мотеле легко сбежать через окно, – управляющий Ян посмотрел на Хонджу из-под повязки. Хонджу отвел взгляд, вспомнив, как сам пытался сбежать из того мотеля, спрыгнув с третьего этажа.

– Да, господин.

Управляющий Ян задумчиво скрестил руки на груди.

– Хм…

Он глубоко вздохнул и кому-то позвонил. Его пальцы быстро бегали по экрану телефона. Внезапно дверь в комнату распахнулась, и оттуда вышел Мугён. По дому снова разлилось тягучее напряжение.

– После восьми.

– Хорошо, я буду ждать.

Гу Пин заискивающе похлопал Мугёна по плечу. Мугён окинул взглядом то место, которого он коснулся, и отряхнул его рукой в перчатке, словно смахивая грязь. Он вел себя так, будто отряхивался от отвратительного насекомого, но Гу Пин не посмел и слова сказать.

– До встречи.

Бросив короткое прощание, Мугён направился к выходу. Даже после того, как его шаги затихли вдали, никто из присутствующих не осмелился заговорить.

Когда машина с ревом мотора покинула двор, Гу Пин, словно вор, крадучись подошел к окну.

Убедившись, что непрошеные гости уехали, он резко развернулся и быстрым шагом направился к управляющему Яну.

– И это тот, кто не любит пачкать руки? Да он ничем не лучше этих отморозков из Ымдона!

– Я же тебе говорил, что он проверяет, все ли мы ему рассказали. И это тот, кого ты считаешь мажором? – Ян покачал головой, ухмыляясь.

– Мажор, он и есть мажор. Разве может богатый мальчишка драться по-настоящему? – лениво протянул Гадюка, сидевший на ступеньках, ведущих на четвертый этаж.

В его словах была доля правды, но Гу Пин и управляющий Ян, привыкшие иметь дело с отбросами общества, видели все по-другому. Да и сам Хонджу был немало удивлен, увидев Мугёна дерущимся.

– Да уж, в наше время эти бандиты часто отмывают деньги и притворяются кем-то другим. Может, он из таких?

– Но зачем ему тогда сюда таскаться? В городе полно шикарных игорных домов. Какой смысл вкладывать деньги в эту дыру и еще и  долги раздавать?

Хонджу молча согласился с их доводами. Непонятно, зачем ему, человеку, у которого есть собственный дом, ютиться в этом отеле, тратить свои деньги и выплачивать чужие долги. Кем он был на самом деле?

– Черт, с этими из Ымдома до сих пор нет связи?

– Нет. Не могли же они просто так взять и исчезнуть. Что могло случиться?

– А вы ничего не упустили, управляющий Ян?

– Я? Упустить? Да ты охренел, что ли? Мои информаторы еще ни разу не ошибались. Мелкий сопляк, что ты вообще понимаешь?

В последнее время отношения между Гадюкой и управляющим Яном стали настолько напряженными, что они были готовы вцепиться друг другу в глотки при каждой встрече. Казалось, их конфликт уже невозможно уладить.

– Ваши информаторы, наверное, уже 30 лет как протухли. Пора бы найти новых, – в таких ситуациях Гу Пин всегда принимала сторону Гадюки.

Ян промолчал, лишь злобно поджал губы. В глазах мужчины, лишившегося былого влияния, вспыхнули искры гнева.

– Ладно, неважно, кто этот Мугён и откуда он взялся. Главное – как следует ощипать его клиента.

Глаза Гу Пина загорелись алчностью. Все трое принялись обсуждать, как им половчее раскрутить клиента Мугёна. Хонджу опустил взгляд, уставившись в пол. Казалось, все уже забыли о недавней кровавой сцене. Все, кроме Хонджу, который никак не мог забыть полные ненависти глаза священника.

– Ку Хонджу, ты мне нужен!

Услышав свое имя, Хонджу поднял голову. Гу Пин направилась вглубь комнаты, и Хонджу неспешно последовал за ним. Раз его позвали отдельно, он догадывался, о чем пойдет речь.

– Почему у тебя телефон отключен? Где ты вообще пропадал?

– Я… В отеле был. У телефона батарея села, сейчас он заряжается.

– В отеле? – Гу Пин презрительно хмыкнул, и его лицо снова исказила гримаса недовольства. – Ты что, совсем с голову потерял после того, как попробовал мужика?

– …

– Даже если ты все время трахаешься, это не повод не отвечать на звонки, засранец!

Гу Пин замахнулся на Хонджу, но тут же остановился, словно о чем-то задумавшись.

– Эй, подойди-ка поближе, – он понизил голос и, наклонившись к Хонджу, что-то прошептал ему на ухо. Хонджу нахмурился и отстранился.

– А ты не думал о том, чем на самом деле занимается этот Мугён? Если будешь держаться к нему поближе, может, что-нибудь и прояснится.

– …

– Вижу, ты все еще хочешь продолжать отрабатывать. Видимо, нравится трахаться за деньги? Не забывай, он просто богатый ублюдок, которому стало скучно и он решил попробовать дешевую шлюху.

– …

Хонджу и сам все прекрасно понимал. Мугён просто развлекался, изображая слежку за Гу Пином, и решил поразвлекаться с Хонджу ради забавы. У него было полно денег, и он привык платить за свои прихоти.

Видя, что Хонджу молчит, Гу Пин провел рукой по его бедру, затем по колену. Его прикосновения были похожи на скольжение змеи – отвратительные и холодные. Хонджу отдернул ногу и злобно посмотрел на него.

– А что ты будешь делать, когда он наиграется и бросит тебя? Ты сильный? Умный? У тебя ничего нет, кроме долгов и дырки между ног. Так что иди и продавай то, что у тебя есть.

– …

– Если не хочешь этого, возвращайся сюда. Мы люди не злые, примем тебя обратно. Так что выбирай с умом.

Если бы не Мугён, Хонджу бы снова поддался на его уговоры и вернулся. Слишком долго он промывал ему мозги, с самого детства, став для него кем-то вроде семьи. Возможно, он бы и подчинился ему, сам того не осознавая. Но теперь Хонджу знал, как выжить в этом мире.

– Спрошу еще раз, Хонджу: ты знаешь, чем занимается этот директор Мугён?

– …

Покрытые коростой губы Хонджу несколько раз приоткрылись. Гу Пин, приняв это за колебания, придвинулся к нему на краешек дивана и снова зашептал:

– Сделаю вид, что ничего не слышал. Мы с управляющим Яном и так слежкой занимаемся. Так что, если есть хоть какая-то зацепка...

– Гу Пин, но вы же и сами знаете... – начал Хонджу.

– Что знаю? – глаза Гу Пин заблестели любопытством. В его взгляде промелькнула жажда узнать что-то новое.

Хонджу нервно сглотнул, чувствуя, как тяжело бьется сердце.

– Я… Я же, кроме этого, ничего не умею. Правда.

В его словах была доля правды, да и у самого Хонджу были вопросы к личности Мугёна. Он отвел взгляд, пряча глаза, и пробормотал это себе под нос. Гу Пин недовольно цокнул языком.

– И как с тобой разговаривать? Только что говорил, что мы люди не злые, примем тебя обратно, а ты… бесполезный. Может, тебя чем-то накачали? И чего эти типы так самоуверенно заявлялись, а потом словно сквозь землю провалились? Тьфу…

Хонджу покосился на его руку с четырьмя пальцами, потирающую подбородок, и отвернулся.

– Если что-нибудь разузнаешь, сразу докладывай. Ты же в курсе, что у тебя еще долг? Могу сделать скидку.

– Ладно, хорошо, – Хонджу кивнул, соглашаясь на всякий случай. Раньше любое прикосновение к его избитому лицу вызывало боль, но сейчас раны почти зажили. Тело, привыкшее к побоям, наконец-то получило передышку. Видимо, он и правда сделал правильный выбор.

«Ни за что не буду рассказывать Гу Пину о Мугёне», –  решительно подумал Хонджу.

Хоть он и понимал, что доверие к Мугёну может завести его в тупик, но все же решил хранить молчание.

Глава 22

Когда пришло время встречи с Мугёном, Гу Пин, Гадюка и управляющий Ян отправились в номер. Хонджу должен был ждать у входа в отель и подниматься только по поручению.

Он хотел подождать в вестибюле, но пристальные взгляды чопорно одетых сотрудников заставили его выйти на улицу. С наступлением ночи прохожих становилось все меньше, а ветер — холоднее. Но Хонджу предпочел бы мерзнуть на улице, чем находиться в душном помещении, полном чужих глаз.

[Три айс латте, два обычных.]

Пришло сообщение от управляющего Яна. Было уже почти полночь, поэтому Хонджу отправился на поиски круглосуточного кафе. То, куда он обычно ходил, находилось довольно далеко, поэтому он решил поискать что-нибудь поближе. Пройдя немного вдоль дороги, он заметил кофейню.

Взяв в руки поднос с кофе, он почувствовал, как леденеют кончики пальцев, но продолжал идти.

– Тук-тук.

Хонджу остановился у знакомой двери и, поставив поднос на пол, постучал. Изнутри не доносилось ни звука. Он постучал еще несколько раз, и дверь наконец открылась.

– Заходи, – Гадюка тут же забрал поднос.

Их пальцы соприкоснулись, и Гадюка, широко раскрыв глаза, схватил Хонджу за руку. –  Почему у тебя руки такие холодные? Нужно было перчатки надеть!

– Все в порядке.

– Зайди, погрейся немного.

Хонджу хотел просто отдать кофе и уйти. Неуверенно переступая с ноги на ногу, он вошел в комнату.

– Хонджу, садись сюда, –  взгляды игроков обратились на Хонджу.

Среди них были и знакомые лица. Например, тот мужчина, увидев Хонджу, приподнял брови и поправил очки.

– …

Где же он его видел? Хонджу лихорадочно копался в памяти, беззвучно шевеля губами, и снова впился взглядом в мужчину.

Это был тот самый мужчина, с которым он познакомился в день заключения сделки с Мугёном, чтобы забрать долг — пачку сигарет. Тогда он выглядел вполне прилично, а сейчас расстегнул рубашку, и лицо его было возбуждено. Он был похож на человека, впервые пристрастившегося к азартным играм. Мужчина моргнул покрасневшими глазами и спросил у Гу Пина:

– А это кто?

– А, это мой помощник. Пару раз играл с нами, но у него нет таланта. Зато с поручениями справляется отлично.

– А-а, понятно. В общем, я только что выиграл, так что давайте по одной.

Неужели он его не узнал? Мужчина тут же отвел взгляд. Их глаза на мгновение встретились с Мугёном, который медленно прикрыл один глаз, а затем снова открыл. Похоже, он заметил, что Хонджу узнал этого человека. Хонджу слегка кивнул и сел у барной стойки.

– Стоп! Еще немного, и я проиграюсь!

– Да ладно вам, давайте отметим первый в жизни тройной выигрыш босса!

Гадюка раздал всем кофе и сел на свое место. Эта партия осталась за мужчиной. Было видно, как он рад, загребая деньги.

– Ого, да я становлюсь настоящим профи!

В его возбужденном голосе слышалось ликование. Управляющий Ян и Гу Пин, взъерошив волосы, тихонько засмеялись. Наблюдавший за ними Мугён бросил карты на стол.

– Я пас в следующей партии.

– Да ты просто неудачник! Как можно играть хуже, чем я, новичок?!

Несмотря на колкость в голосе мужчины, Мугён лишь усмехнулся, пожав плечами, и встал из-за стола, пока тот собирал карты.

– Что ж, желаю удачи.

Он увлеченно перетасовывал карты. Казалось, его руки не поспевали за мыслями: он то и дело ронял карты на пол или рассыпал их по столу, снова и снова начиная раскладывать заново.

– Ха, сегодня мне везет!

Несмотря на его неуклюжесть, никто не выказывал раздражения.

Наблюдавший за игрой Хонджу вдруг почувствовал, как на его лицо легла тень. Над ним навис Мугён, загораживая собой свет. Он неторопливо потянулся к барной стойке, и Хонджу невольно уставился на его грудь.

Мугён взял бутылку воды и повернулся.

– Замерз? – он протянул Хонджу бутылку. Вода была комнатной температуры, но Хонджу, продрогшему на улице, пластик показался теплым.

– Все в порядке.

Хонджу слегка качнул головой, поднимая взгляд. Их глаза встретились. Мугён, прищурившись, наклонился к нему и прошептал на ухо:

– Не смотри так на меня.

Он говорил так тихо, что Хонджу почти не расслышал его слов. Мугён выпрямился и, словно ничего не произошло, отвернулся.

– Давайте последний кон, и по домам.

Это прозвучало как приказ, хотя и не отличалось особой вежливостью. Тем не менее Гу Пин и управляющий Ян лишь покорно кивнули. По всей видимости, Мугён специально прервал игру на самом интересном месте, чтобы оставить ощущение недосказанности.

– Что? Почему? Мы только начали! Давайте до утра! – только мужчина в очках возразил, поднимая голову.

– Всегда нужно заканчивать на пике удовольствия, – Гу Пин рассмеялся хриплым голосом.

– Ха! Ладно, набью карманы деньгами и мы снова соберемся! А пока что я заберу весь банк в последнем раунде, идет?

Гу Пин решительно хлопнул картами по столу. Раздался звонкий удар, который еще долго не смолкал.

Однако и последний банк достался мужчине. Сумма была ничтожной для заведения такого уровня, но мужчине, похоже, понравилось чувство победы, и он довольно перебирал карты.

– В следующий раз обязательно соберемся! Эти ваши богатые детишки только и делают, что пьют вино да в карты на желания играют, скукотища! Мне с ними не по пути.

– Конечно-конечно, запасемся наличкой и соберемся! Только предупредите директора Мугёна заранее, чтобы мы тоже время освободили.

Этот нелепый разговор продолжался еще какое-то время. Мужчина надел часы, накинул пиджак, повесил галстук на руку и, наконец, взял ключи от машины, привлекая к себе внимательные взгляды Гу Пина и управляющего Яна. В этот момент у него зазвонил телефон.

– Да. Юридический отдел прислал? Перешлите мне.

Мужчина отдал какие-то распоряжения, затем прикрыл нижнюю часть телефона рукой и торопливо попрощался:

– Извините, мне пора. До встречи!

Он вышел из комнаты. Некоторое время все молчали.

– Ну как? Клюнет? – спросил Мугён, делая глоток воды. – Мне показалось, он во вкус вошел.

Гу Пин переглянулся с управляющим Яном, который собирал карты, и кивнул.

– Теперь он точно подсел. В следующий раз можно ставки поднять.

Хотя он и проиграл почти все, что дал ему в долг Мугён, Гу Пин был доволен. Богатый и неопытный простак с кучей знакомых – это ли не идеальная добыча? Пару дней он будет только о картах и думать, сам скоро объявится, будет звать играть. Так что не надо торопить события.

– Ага. Дату тогда позже обсудим?

Гу Пин посмотрел на телефон и кивнул. В уголках его губ мелькнула уверенность бывалого афериста.

– И по телефону все обсуждать будем, чтобы следов не оставлять. Эти богачи любят законы в ход пускать, ноги переломают еще.

– Головой думать умеешь, а за столом все проиграл, – Мугён допил воду, смял бутылку и бросил ее в сторону. Раздался громкий звук, заглушивший неестественный смех Гу Пина. –Деньги на игру я дам. А пока отдыхайте.

Мугён потер шею, будто бы устал, и достал кредитку. У Гу Пина загорелись глаза, но он не спешил брать карту.

– Это еще зачем?

– Проигрались ведь. Сходите, выпейте чего-нибудь.

– Да вы прямо разориться на этом парне хотите! – Гадюка, уже одетый, взял карту из рук Мугёна.

Мугён сел на диван и начал нетерпеливо пинать лежащий на полу плед. Управляющий Ян, увидев это, торопливо поднял плед с пола.

– Хочу поскорее от него избавиться, – объяснил Мугён. При этих словах взгляд Гу Пина устремился на Хонджу, который поспешно встал, избегая его тяжелого взора.

– О, тогда мы пойдем и вкусно поедим, – Гадюка посмотрел на Мугёна в ожидании ответа, но тот только медленно моргнул.

Собираться им было недолго: кроме карт и пледа брать было нечего.

– Ох, сегодня я наконец нормально высплюсь!

Гу Пин, потягиваясь, направился к выходу. Хонджу последовал за ним, но вдруг споткнулся, что-то дернуло его назад, вцепившись в капюшон куртки.

– Ты остаешься.

– ...

Остальные, понимающе ухмыляясь, поспешили прочь, оставив Хонджу наедине с Мугёном.

– Ну что ж, хорошо провести время – произнес Гу Пин, бросая на Хонджу многозначительный взгляд, и вышел, закрыв за собой дверь.

Мугён, практически выставив всех за дверь, вошел обратно в комнату, не отпуская капюшон Хонджу.

– Я тут...

Хонджу хотел было расспросить о мужчине, но Мугён приложил палец к его губам.

– Тихо.

Хонджу послушно закрыл рот. Мугён, войдя в опустевшую гостиную, указал на стол, стоящий у стены. Хонджу тихонько подошел к столу и, присев на корточки, заглянул под него.

Кроме журналов, салфеток и полупустого кофейного стакана, ничего не было. Хонджу вопросительно посмотрел на Мугёна и провел рукой под столешницей.

– ...

Кончики пальцев наткнулись на что-то твердое. Заглянув под стол еще раз, Хонджу увидел небольшой черный предмет, мерцающий красным огоньком.

«Диктофон?» – промелькнуло у него в голове.

– Как тихо стало, когда все ушли, – произнес Мугён, включая телевизор, висевший на стене.

Он начал переключать каналы и, остановившись на самом громком, сделал погромче. Теперь их разговор точно никто не услышит.

– Кажется, это проделки Гу Пина? – прошептал он Хонджу на ухо.

Кроме Гу Пина, подозревать было некого. Скорее всего, он хотел записать их разговор или подслушать, о чем они будут говорить друг с другом, в надежде что-то выведать о личности Мугёна.

Конечно, это был довольно топорный метод, но то, что Мугён его раскусил, вызывало уважение.

– ...

Мугён удовлетворенно улыбнулся, увидев, что Хонджу понимающе кивнул. Он оделся и жестом пригласил Хонджу следовать за ним. Красный огонек диктофона под столом все еще горел, но они уже выходили из комнаты, оставляя его в тишине и покое.

– Тот мужчина... Мы его раньше встречали, да?

Мугён шел, засунув руки в карманы, и пожимал плечами. Одежда на нем была безупречна, как будто он и не играл только что в азартные игры. Взгляд его, устремленный на цифры в лифте, медленно переместился на Хонджу.

– Не знаю.

«Но тогда они вели себя, как хорошие знакомые... Зачем же он сделал его своей жертвой?»

– Он вам еще должен?

– Не лезь не в свои дела, – отрезал Мугён.

Хонджу почувствовал, что Мугён что-то скрывает.

Машина с Хонджу долго петляла по темным улицам, слабо освещенным редкими фонарями. Раньше Хонджу пугала эта дорога, ведущая в лес, но сейчас он уже привык к ней.

Вдруг в окне мелькнул красный крест.

– Директор Мугён, а как вы поняли, что тот мужчина не священник?

– Я его где-то видел.

«Наверно, в другом игорном доме», – подумал Хонджу, хотя он и не производил впечатления человека, который увлекается азартными играми. Он задумался, опустив глаза.

Мугён, наблюдая за ним, вдруг ударил рукой по рулю.

– Просто рожа у него была прохиндейская. Вот я и решил проверить.

В голосе Мугёна не было злости, но и особой любезности Хонджу не услышал. Он вспомнил его лицо, которое выглядело добродушным, но с немного кривым носом. Хонджу слегка кивнул.

— Даже если бы он и был настоящим священником, деньги меняют людей в мгновение ока. И что бы ты делал, если бы не увернулся и остался там стоять?

Большинство людей, с которыми Хонджу имел дело по поводу долгов, были на самом дне. И дело было не в профессии или денежном положении, а в образе мышления и поведении.

Транжили деньги налево и направо, а расплачиваться не хотели. Думали, что если избавиться от надоедливого сборщика, то и долг волшебным образом испарится. На Хонджу не раз поднимали руку. На своем горьком опыте он уяснил, что страх и попытки уклониться лишь разжигают агрессию.

— Они же любят, когда я пугаюсь.

— И что, ты испугался?

Хонджу теперь крутил в руках ремень безопасности, вспоминая, как на него наставили лезвие ножа. Было ли ему страшно тогда? Боялся ли он умереть? Сколько он ни пытался вернуться в тот момент, ответ был один и тот же.

— Нет.

«Если я умру, то мне не придется волноваться из-за долгов. Я навсегда избавлюсь от этого ужасного места. Перестану быть чьей-то собственностью, не буду все время ходить по струнке… Не буду страдать от смятения чувств к отцу… от обиды и тоски… Возможно, смерть — это и есть тот самый счастливый финал, который мне нужен».

— Я знаю, ты спишь и видишь, как бы поскорее склеить ласты, но хотя бы дождись, пока не закончится ремонт. Должен же ты хоть как-то отработать мое великодушие.

Хонджу молча кивнул, кусая губы. Свет уличных фонарей мелькал за окном.

Когда они, наконец, добрались до дома, Хонджу тут же выключил телефон. Посмотрел на потемневший экран и убрал его в карман. Мугён внимательно следил за каждым его движением.

— Зачем телефон выключил?

– Если он включен, они узнают, где я.

Хонджу отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Вокруг стояла тишина, лишь ветер свистел в голых ветвях деревьев. Несмотря на зловещую тишину, Хонджу чувствовал себя спокойно.

– Эти местные акулы еще и следят за тобой?

Из всех работников только Хонджу находился под наблюдением. Он был должен деньги и постоянно пытался сбежать, поэтому за ним установили присмотр.

– Да, в детстве я часто убегал...

«Даже если у них и есть мое местоположение, вряд ли они смогут меня найти в этих горах», – подумал Хонджу, представляя, как тянется нить его судьбы к темному лесу. Он провел рукой по своим вьющимся волосам.

– Тогда значит у тебя хватало духу убегать.

«Может все изменилось, потому что я повзрослел? Или смирился с реальностью?» – размышлял Хонджу.

Теперь у него даже мысли не возникало бежать. Иногда, конечно, нервы сдавали, и ему хотелось все бросить... Но Хонджу знал, что если он это сделает, то они найдут его отца и заставят платить по счетам, даже если для этого придется продать его органы.

– Тогда я верил отцу…

Слово «отец» было для Хонджу как соль на рану. Продал собственного сына... Интересно, где он сейчас и как живет? Наверняка припеваючи, пока Хонджу отрабатывает его долг в этом игорном доме. И вряд ли он испытывает хоть каплю благодарности. Хонджу прикусил губу.

– Гу Пин будет в бешенстве, если узнает, что ты выключил телефон.

Несколько часов назад Гу Пин действительно был в ярости. Теперь, когда у него появились подозрения насчет Мугёна, одного диктофона ему будет мало. Он будет делать все, чтобы узнать, где находится Хонджу.

– Наверное. Но это место... никто не должен о нем знать.

Мугён засунул одну руку в карман, а другой, с ключами от машины на пальце, делал какие-то странные круговые жесты, не соответствующие его строгому виду.

– Ты смышленый, схватываешь на лету, с тобой интересно работать.

Мугён окинул Хонджу оценивающим взглядом и слегка наклонил голову, приглашая подойти поближе. Хонджу поспешил к нему, и в тот же миг Мугён обнял его за плечи. Их тела соприкоснулись. От Мугёна исходил приятный аромат. Странно, ведь Хонджу видел, как тот курил… Но от него не пахло табаком.

– Если Гу Пин будет к тебе цепляться, сразу мне говори. Я с ним разберусь.

– ...

Большая рука Мугёна слегка погладила Хонджу по щеке. Прикосновение было не грубым, а скорее ласкающим. Хонджу провел языком по нёбу, пытаясь справиться с неожиданным волнением.

Глава 23

«Игральные карты под рукой»

У Хонджу было немного свободного времени до следующей игры. Он коротал его, катаясь с Мугёном по делам. Впрочем, его единственной задачей было просто сидеть на пассажирском сиденье. Время от времени Хонджу включал телефон.

– Мадам Гу сейчас так увлечен, что совсем о тебе забыл. Можешь не проверять, – сказал Мугён.

Так оно и было. Каким-то образом Мугён умудрился утихомирить Гу Пина, и тот даже не требовал сбора денег.

– На всякий случай, – буркнул Хонджу и убрал телефон обратно в карман.

Он смотрел, как за окном мелькают пейзажи, и сам не заметил, как они выехали из города. Высотки скрылись из виду, машин на дорогах стало меньше. Вдали показался указатель:

[Добро пожаловать в Дованхан!]

Сквозь щель в закрытом окне просочился резкий рыбный запах. Интересно, зачем они приехали в рыбный порт? Хоть Хонджу и было любопытно, он не стал спрашивать. Знание пункта назначения никак не меняло его положения.

Машина медленно проехала мимо рыбного рынка. На улице было холодно, поэтому покупателей почти не было, а парковка пустовала.

– Где же он? – Мугён оглядывался по сторонам, барабаня пальцами по рулю.

Хонджу тоже начал вглядываться в вывески, пытаясь понять, что они ищут. Через какое-то время Мугён прибавил скорость и тихо пробормотал себе под нос.

– Вот он.

При этих словах Хонджу перевел взгляд вперед. На причале среди нескольких пришвартованных лодок, гор груза и грузовиков, набитых товаром, стоял мужчина в потрепанной одежде. Он резко выделялся на фоне местных жителей в фартуках и резиновых сапогах.

– Нашёл, где спрятаться.

Низкий голос Мугёна прозвучал угрожающе. Он резко нажал на педаль газа, и машина с визгом шин рванула с места. Хонджу нервно сглотнул и вцепился в ремень безопасности, наблюдая за Мугёном. Мужчина, услышав рев мотора, медленно обернулся. Увидев несущуюся на него машину, он побледнел как полотно.

– Д-директор.

«Он же сейчас его собьет!», – подумал Хонджу и, запинаясь, позвал Мугёна, но тот, не отвечая, только сильнее надавил на газ. Мужчина заметался, ища пути к отступлению, но машина приближалась слишком быстро.

Раздался оглушительный визг тормозов. Хонджу, подавшись вперед от резкой остановки, ударился о торпеду и тут же выпрямился.

— .......

Мужчина сидел на земле, схватившись за грудь. Казалось, он успел отскочить, и машина его не задела. У Хонджу заныло в правом плече, зажатом ремнем безопасности. Он бросил быстрый взгляд на Мугёна – тот неподвижно смотрел перед собой с непроницаемым выражением лица.

«Может, мне стоит проверить, в порядке ли он?», – подумал Хонджу и потянулся к замку ремня. В этот момент его руку перехватила ладонь Мугёна.

– Сиди смирно.

Бросив эти слова, Мугён выбрался из машины и направился к человеку, сидящему на земле. Он наклонился к нему, и Хонджу увидел только, как кривится в усмешке его рот, а взгляд мечет молнии. Мугён что-то резко сказал и, схватив мужчину за воротник, поднял его на ноги. А затем…

– ...

Он молча направился к ряду грузовиков, потащив мужчину за собой, лицо которого исказилось от ужаса.

Хонджу, чувствуя, как в горле пересохло от волнения, не мог оторвать взгляда от удаляющихся фигур. Вскоре они скрылись из виду за грудой тюков, сваленных у заднего борта одного из грузовиков.

«Значит, этого человека он и искал?» – Хонджу никак не мог отделаться от мысли, что чем больше он узнает Мугёна, тем более странным тот ему кажется. До этого Хонджу видел его только в дорогих деловых кварталах.

Мугён вернулся лишь спустя какое-то время. Как только он сел за руль, салон наполнился странным металлическим запахом, сильно отличавшимся от запаха моря. Взгляд Хонджу упал на окровавленные руки Мугёна.

– У вас… рука…

Хонджу поспешно начал рыться в бардачке в поисках салфеток.

– Спасибо.

Мугён взял протянутые салфетки и небрежно вытер руки. К счастью, видимых порезов или ран не было. Белая салфетка, пропитавшись кровью, прилипла к тыльной стороне ладони, и Мугён, раздраженно цокнув языком, полез в карман пальто.

– Вы не поранились?

– Нет, я просто забыл перчатки.

«Кажется, он это только осознал», – подумал Хонджу. Запах крови в машине, казалось, становился с каждой секундой все сильнее. Несмотря на то, что Хонджу сталкивался с этим и раньше, неприятный металлический запах вызывал тошноту.

– Этот ублюдок решил меня кинуть. Это тебе. – Мугён достал что-то из кармана и бросил на колени Хонджу.

Это оказался толстый белый конверт. На том месте, которого коснулись пальцы Мугёна, как печать, красовалось багровое пятно. Конверт был настолько набит тугими пачками по десять тысяч вон, что несколько купюр даже вылезли наружу. Хонджу так и застыл, не решаясь убрать деньги обратно.

– Хочешь еще? Нет, это уже слишком. – Мугён снова полез в карман пальто и на этот раз достал носовой платок. Он принялся вытирать им пальцы, привычным движением растирая что-то между большим и указательным пальцем.

– Ты ведь все равно сбежишь, как только вернешь долг. Отключишь телефон и всё.

Смешок Мугёна донесся до Хонджу, словно далекий шепот. «Если я сбегу, прихватив все деньги, то буду ничем не лучше отца», – подумал Хонджу и, мотнув головой, ответил:

– Я останусь до тех пор, пока не закончится строительство дома.

Движения Мугёна, вытирающего руки, резко прекратились. Его темные глаза медленно поднялись, и их взгляды встретились.

– Да ну?

– Вы и так уже многое оплатили, и обещали отпустить меня, когда закончится ремонт. До тех пор я буду делать все, что вы скажете. Так и должно быть.

Мугён хмыкнул, опустил стекло и выбросил испачканный кровью платок.

– Глупый ты все-таки. Будешь потом орать, почему я не удержал тебя, когда у тебя уже долгов не было.

Он резко поднял стекло и нажал на педаль газа. Хонджу прекрасно понимал, что сбежать из игорного дома, не вернув долг, и уйти, рассчитавшись с Мугёном, – это две совершенно разные вещи. Для него, у которого и навыков-то никаких не было, эта разница была особенно ощутима. И Мугён, по сути, снял с него этот груз. Да, ценой секса, но все же…

Во рту у Хонджу пересохло. Он несколько раз облизнул губы.

– В любом случае, вам не нужно было мне это давать, – тихо произнес Хонджу, глядя на запачканный кровью конверт.

– Бери, когда взрослые дают, – раздраженно бросил Мугён.

«Почему он все время так говорит?», – подумал Хонджу. Мугён всегда вел себя так, будто был намного старше, но Хонджу понятия не имел, сколько ему на самом деле лет. Он нерешительно теребил уголок конверта, и Мугён, видя это, добавил:

– Тебе что, карманные деньги не нужны?

Хонджу привык к слову «чаевые» больше, чем к слову «карманные деньги». Это были деньги, которые давала тетушка из закусочной, когда он был совсем маленьким и бегал с соплями и купюры, которые совал ему в карман какой-нибудь игрок со словами «купи себе чего-нибудь вкусненького» – Хонджу даже лиц их не помнил…

А Гу Пин, видя это, только скалил свои желтые зубы и говорил: «Ты такой мелкий, а чаевые гребешь знатно!».

– Никогда не видел у тебя такого лица, – заметил Мугён.

– Чаевые – это да, а вот карманных денег у меня никогда не было, – ответил Хонджу, сжимая конверт.

Мугён, выезжавший с парковки рыбного рынка, бросил взгляд на Хонджу.

– Я же не для того тебе их дал, чтобы ты долг отдавал. Потрать их на то, что хочешь, купи себе что-нибудь.

«На то, что хочешь… купи себе что-нибудь…», – беззвучно повторил Хонджу слова Мугёна. Пока он жил взаперти в игорном доме, его желаниями было увидеть отца и купить теплую куртку. Куртку Мугён ему уже купил, так что с этим желанием было покончено. Оставалось только…

– Я же не просто так тебе их сую. Купи вот например поесть чего-нибудь. Вкусного. Понял?

– Понял, – кивнул Хонджу, не сводя глаз с толстого белого конверта. На что тратить эти деньги, кроме как на погашение долга, он пока не представлял.

– Точно понял? – переспросил Мугён, выводя машину с прибрежной дороги на четырехполосное шоссе. Он говорил так, будто был стариком, повидавшим жизнь. Хонджу не раз слышал подобные речи от пьяных клиентов, но сейчас эти слова почему-то не резали слух.

– Ты еще не знаешь цену деньгам. С ними ты можешь все. Купить счастье, удовольствие, доверие, безопасность – все, что хочешь.

К удивлению Хонджу, Мугён перечислял не дорогие вещи или материальные блага, а то, что нельзя потрогать руками. Нечто эфемерное, не имеющее формы. Чувства.

– И это все можно купить? – недоверчиво спросил Хонджу.

– Конечно. Я ведь все это купил.

Их взгляды на мгновение встретились, но тут же Мугён отвернулся, снова устремив взгляд на дорогу. Хонджу же еще долго не мог оторваться от его профиля.

– Заручился доверием, используя полуразрушенный игорный дом, и повеселился с Ку Хонджу. Прекрасно провожу время, – сказал Мугён, растягивая губы в улыбке, в которой, однако, не было ни капли радости.

«Что-то сегодня не так», – подумал Хонджу, но тут же решил, что ему показалось. Он боялся пошевелиться, чтобы не выдать себя шуршанием конверта. Машина, окутанная молчанием, продолжала мчаться вперед.

Остановившись у дома, оба синхронно достали телефоны. Хонджу хотел убедиться, что телефон выключен, а Мугён, наоборот, проверял, не пришло ли сообщение.

– Да, – ответил Мугён на звонок.

Голос в трубке был очень громким. Хонджу невольно расслышал обрывок фразы:

– По поводу того, о чем я спрашивал… насчет окружения того парня…

Не дав собеседнику договорить, Мугён резко его оборвал:

– Я перезвоню.

Несмотря на то, что на том конце провода кто-то возмущенно закричал, Мугён, не моргнув глазом, сбросил вызов. Их взгляды встретились на экране телефона, где замерли последние цифры номера.

– Чего уставился? Заходи давай, – бросил Мугён и подтолкнул Хонджу в спину.

Хонджу, пошатнувшись, шагнул к порогу.

«Наверное, мне не стоило этого слышать… нужно было зайти первым», – с этими невеселыми мыслями Хонджу остановился.

– Не обращайте внимания, – тихо произнес он.

– Что? – Мугён вопросительно изогнул бровь.

– Я все равно ничего не пойму, даже если услышу.

Хонджу коротко усмехнулся и зашагал внутрь. С каждым его шагом примятый конверт в кармане издавал легкий шелест.

Хонджу почти не выходил из комнаты, если не считать приемов пищи и посещения туалета. Он провел в этом доме уже несколько дней, но все еще чувствовал себя некомфортно. В отеле, несмотря на неудобства, он чувствовал себя намного спокойнее.

«Наверное, все дело в присутствии Мугёна», – подумал Хонджу, сидя без дела в своей комнате.

В этот момент раздался стук в дверь, и, не успел Хонджу встать с кровати, как дверь распахнулась.

– Выпьем? – В дверях стоял Мугён.

Он только что вышел из душа, на нем были только штаны. Хонджу привык видеть его всегда идеально одетым с головы до ног, поэтому эта небрежность в одежде показалась ему странной.

Мугён, заметив, как Хонджу его разглядывает, ухмыльнулся:

– Чего уставился? Чего-то ждешь?

Он коротко хохотнул, и мышцы на его плечах дрогнули. Хонджу отвел взгляд, чувствуя, как в ушах застучало. Он привычно потер правое ухо.

– Если я предложу тебе выпить пива дважды, ты решишь, что я хочу напасть на тебя?

– ...

–  Так ты пьешь или нет?

Хонджу не особо любил алкоголь, поэтому хотел было отказаться, но тут же вспомнил выражение лица Мугёна в машине.

«Кажется, ему не помешает выпить», – подумал Хонджу.

– Выпью.

«Если я пережил пьянку с Гадюкой, то с Мугёном как-нибудь справлюсь», –  Хонджу поднялся с кровати.

Поначалу все, что он ел и пил в этом доме, выходило из него обратно. У него болел живот и мутило, но сейчас он уже более-менее привык.

«Возможно, я наконец-то принял тот факт, что это не игорный дом, и рядом со мной не Гу Пин», – подумал Хонджу.

Проходя мимо Мугёна, стоявшего на пороге, Хонджу уловил тот же аромат, что исходил и от его собственных волос.

– Собираешься целый день тянуть одну банку? – спросил Мугён.

Хонджу и правда почти не притронулся к пиву, лишь изредка поднося банку к губам. Мугён за это время успел открыть уже несколько банок.

– Тебя кто-нибудь учил пить?

Хонджу задумался. Разве его этому учили? Первый раз ему влил в рот алкоголь управляющий Ян, но это ведь не считается уроком? Хонджу покачал головой. Голова закружилась, и он, прикрыв глаза ладонью, на мгновение прислонился лбом к стене.

– Вот поэтому ты так и выглядишь.

Услышав смех в голосе Мугёна, Хонджу открыл глаза. Он с интересом рассматривал Мугёна, который развалился на диване, вытянув руки. На его руках, обычно скрытых под пиджаком и рубашкой, выступали тугие мускулы. Под четко очерченными линиями груди и живота Хонджу заметил длинный шрам. Взгляд Хонджу скользнул по шее Мугёна, задерживаясь на кадыке, который двигался вверх-вниз в такт глоткам пива. Затем взгляд Хонджу поднялся выше, к лицу…

Внезапно их взгляды встретились. Мугён, опустив глаза, протягивал Хонджу банку пива. Хонджу и не заметил, как начал на него пялиться.

Он сглотнул, его взгляд снова упал на кадык Мугёна. Он думал, что Мугён пьет только дорогой алкоголь вроде виски или вина, но, похоже, тот почти каждый день выпивал по банке пива.

Хонджу лениво покачал банку, но тут в его поле зрения возникла рука Мугёна. Он выхватил у него полупустую банку и, запрокинув голову, одним глотком допил пиво.

– Эй… –  только и смог выдавить Хонджу, тупо уставившись на пустую руку. Мугён уже открывал последнюю банку.

– Судя по всему, ты тогда здорово надрался.

– Когда это?

– В день открытия временного клуба.

«Неужели от полбанки пива можно так опьянеть?», – подумал Хонджу.

Он никак не мог сосредоточиться и восстановить в памяти тот день.

– А, вы про виски? – Хонджу, сидевший на полу, подался вперед и, облокотившись на низкий столик, подпер подбородок рукой.

Он пытался вспомнить, что произошло всего несколько месяцев назад, но эти воспоминания казались такими далекими.

– Я вроде бы немного выпил, но у меня закружилась голова. Мне стало как-то не по себе. Я боялся, что усну пьяным.

Мугён, который доливал себе пиво, замер. Он отвел взгляд. Хонджу же, обычно всегда напряженный и собранный, сейчас выглядел расслабленно.

«Он говорил, что в игорном доме не может спокойно и глотка воды сделать», – вспомнил Мугён.

Еще недавно Хонджу отказывался от воды, которую он ему предлагал, а сейчас, похоже, совершенно потерял бдительность.

– Вижу, в моей компании ты не боишься напиться.

«Ну да, он же пил лицом к лицу с Гадюкой, так почему бы ему не выпить и со мной», – Мугён скользнул взглядом по худощавому телу Хонджу: мешковатая одежда, острые плечи, взъерошенные волосы, испещренные шрамами ноги, которые виднелись из-под шорт… Мугёну вдруг стало жарко.

На столе валялись только пустые банки.

«Принести еще?» – подумал Мугён. Он покачал в руке банкой, в которой оставалось меньше половины, и посмотрел в сторону кухни.

В этот момент Хонджу неожиданно поднял голову и спросил:

– Сколько вам лет?

Мугён, удивленный таким вопросом, поднял брови. Взгляд его темных глаз,  которые хоть и смотрели прямо на Хонджу, был замутненным, а веки и щеки покраснели. Мугён изо всех сил старался держаться, но, кажется, язык его уже не слушался.

– Мне кажется, не так уж много… – протянул Хонджу, словно торопя Мугёна с ответом. Будь Хонджу трезв, он бы ни за что не осмелился задать такой вопрос.

«И о чем он только думает?», – размышлял Мугён, наблюдая за ним. «Неужели его интересуют такие банальные вещи?» Не сдержав улыбки, Мугён ответил:

– Тридцать один.

– А…

«Тридцать один… А мне двадцать три. Он старше меня на восемь лет», – Хонджу загнул пальцы, считая разницу в возрасте, и кивнул.

– Я думал, вы младше Чхве… Он говорил, что ему тридцать.

«Конечно, все зависит от того, как человек себя преподносит», – Хонджу прижал ладонь ко лбу, который пылал от выпитого алкоголя.

Он не замечал, как пристально смотрит на Мугёна.

– Знаю, – протянул Мугён.

– А какая у вас фамилия? – спросил Хонджу.

Вроде бы он уже спрашивал об этом, но никак не мог вспомнить ответа. Он взглянул на Мугёна расфокусированным взглядом. Мугён, поднесший банку к губам, усмехнулся, пряча улыбку.

– Кажется, ты пьян. Сказать?

– Я еще не пьян, – Хонджу замотал головой, и волосы упали ему на лоб. Длинные ресницы отбрасывали тени на щеки.

Хонджу сделал глоток теплого пива и невольно провел рукой по щеке. Кожа была горячей. Мугён, наблюдая за ним, облизнул губы.

– Без синяков ты, как персик – такой же розовый и мягкий.

«Это он от пива так или просто несет ерунду?» – Хонджу усмехнулся, забавляясь его состоянием.

– Сон Мугён, – представился тот.

– …А… Сон… Значит, вас зовут Сон Мугён, – пробормотал Хонджу пересохшими губами.

«Интересно, он все забудет, когда протрезвеет? Или сделает вид, что ничего не помнит?» – Мугён облизнул пересохшие губы.

Он придвинулся к Хонджу. Их колени соприкоснулись. От такой близости по телу разлилось тепло.

– Ты уже думал, на что потратишь деньги?

– Деньги?

Хонджу несколько раз повторил это слово и покачал головой. Мугён придвинулся еще ближе, чувствуя, как у него во рту скапливается слюна.

– Потрать их на меня.

– …Что? – Хонджу непонимающе смотрел на него.

Мугён, не отводя взгляда от его губ, прошептал:

– Давай ты купишь меня, Ку Хонджу.

Лицо Хонджу оказалось в нависшей тени.

Мугён резко оттолкнул Хонджу, который практически лежал на столе. Хонджу попытался ухватиться за его руку, но Мугён был сильнее.

– Ай!

Мугён отодвинул столик, и банка из-под пива, стоявшая на краю, с грохотом упала на пол. Мугён не обратил на это никакого внимания.

– Ты же говорил, что тебе не на что их тратить.

Он запустил руку под широкую футболку Хонджу. Каждое прикосновение обжигало, словно от огня. Возможно, дело было в алкоголе. Достигнув груди, рука Мугёна начала двигаться.

– Д-дирек… – простонал Хонджу, морщась.

– Больно? – Мугён сжал пальцами его затвердевший сосок.

Лицо Хонджу начало краснеть. Мугён смотрел на его приоткрытые губы, жадно облизываясь. Он невольно сглотнул, увидев мелькнувший между ними розовый кончик языка.

– Мне же…больно… – простонал Хонджу.

– Ты же боль прекрасно терпишь, так что не притворяйся, – прошептал он ему на ухо.

– Ах…

Хонджу уперся ногами в пол, пытаясь оттолкнуть Мугёна, но задел ногой край стола. Стол отъехал в сторону, на полу растекалась лужа пива. Мугён наклонился и прильнул губами к его соску, проступающему сквозь ткань футболки. Он посасывал его, нежно покусывая, и ласкал языком.

– Директор… – простонал Хонджу.

Он пытался оттолкнуть Мугёна, но тот, чувствуя жар его ладоней, только сильнее прижимался к нему. Хонджу начал выгибаться, и Мугён, оторвавшись от его груди, посмотрел на него. Его влажные губы были ярко-красными.

– Ладно, ладно, не дергайся, – прошептал он, тяжело дыша.

«Еще недавно он стискивал зубы, чтобы не закричать, а теперь стонет и зовет меня…», – Мугён провел рукой по его спине, стягивая мешковатые шорты и белье.

Хонджу дернулся, пытаясь вырваться. Мугён не мог оторвать взгляд от его слегка потемневшего члена, покачивающегося при каждом движении.

– Вы чего… почему вы это делаете? – спросил Хонджу, прикрывая глаза рукой от яркого света.

Мугён провел рукой по внутренней стороне его бедра, и Хонджу задрожал.

– Ты в таком состоянии, если я не сделаю ничего, то почувствую себя плохим человеком, – прошептал Мугён.

Его пальцы скользнули между ягодиц. Хонджу сам подставился под его прикосновения. Мугён провел пальцем по его яичкам и нежно надавил на вход.

Он медленно провел пальцем по его чувствительной коже. Хонджу вздрагивал от каждого прикосновения.

– Кажется, с недавнего времени, Ку Хонджу, всегда получает удовольствие,– пробормотал Мугён.

Он наклонился, положив руку на грудь Хонджу, практически нависая всем телом, и уставился на его промежность. Зажав его член между двух пальцев, Мугён начал быстро двигать ими вверх-вниз.

– Ах! – Хонджу выгнулся, пытаясь оттолкнуть его, но Мугён только ускорил движения.

Мугён усмехнулся, видя его жалкие попытки сопротивляться.

– Не волнуйся, я отработаю свои деньги.

Он медленно провел рукой по разгоряченной плоти и ввел в него безымянный палец.

– А…

Хонджу выгнулся, но Мугён не остановился. Он чувствовал, как его палец сжимает тугая плоть.

«Еще немного, и мой палец сломается, оставшись у него внутри», – подумал Мугён, погружаясь в него все глубже. Он медленно извлек палец, а когда у Хонджу перехватило дыхание, вошел двумя сразу.

– Ах…больно… – простонал Хонджу.

Услышав это, Мугён почувствовал прилив возбуждения. Он двигал пальцами внутри него, не отводя взгляда от его члена.

«Кажется, этого недостаточно», – Мугён прикусил губу и начал двигать пальцами быстрее, растягивая его.

– Теперь ты достаточно растянут, – прошептал он.

Конечно, без смазки придется повозиться, но сейчас его это не волновало. Мугён торопливо сунул руку в штаны. Его член давно был возбужден.

Он обхватил напряженную плоть и вынул ее на свободу. Влажная головка поблескивала в тусклом свете. Слегка подтолкнув колени тыльной стороной ладони, он устроился между разведенных бедер. Когда он приподнял правое колено, обнажив гладкую кожу ягодиц.

— Проиграешь только ты, если он не встанет, — прошептал он, скорее констатируя факт, чем угрожая.

Приблизившись, он коснулся своим возбужденным членом безвольного члена Хонджу. Жар их тел и нарастающее возбуждение сплетались воедино. Мугён, прикрыв веки, быстро провел рукой по стволу, смазывая его. Затем, скользнув пальцами внутрь, начал медленно двигаться, раздвигая тугую плоть. Наконец, обхватив свой член, он ввел его и они слились воедино. Складки нежной плоти сжались, принимая его в себя.

– Аах… кажется, сейчас порвется… – простонал Хонджу, вжимаясь затылком в пол.

Но, несмотря на боль от члена, который настойчиво входил в него, он становился только твёрже. Мугён крепко сжимал его бёдра, не давая сомкнуться коленям. Зрелище узкого входа, жадно поглощающего его член, было невероятно возбуждающим. Он дышал всё чаще, чувствуя, как напрягаются мышцы.

– Кажется, я сейчас взорвусь…

Он медленно двигался, погружаясь всё глубже.

– Ах… – тихий стон сорвался с его губ.

Мугён прикрыл веки, и все его чувства сконцентрировались внизу живота. Ощущение тесноты, сжимающей его член, было почти невыносимым. Казалось, он кончит, так и не войдя до конца.

– Блять…

Он резко открыл глаза, сдерживая стон. Возбуждение захлестывало его, но член Хонджу только начинал подавать признаки жизни.

— Блять, еще не встал … — прошипел Мугён, кусая нижнюю губу.

Он резко поднял бедра, вдавливаясь  в податливое тело. Оставшаяся часть его члена скользнула внутрь, грубо раздвигая податливые стенки.

Он двигался без остановки.

– Ха, ых, ах! – Хонджу издал надрывные стоны и, опираясь на локти, попытался приподняться.

Мугён, заметив его попытку вырваться, холодно усмехнулся.

– Куда ты собрался посредине процесса? – спросил он, притянув Хонджу обратно к себе и крепко обхватив его за талию. На мгновение он задержал взгляд на разгоряченном лице Хонджу, прежде чем снова войти в него. Место их соединения пульсировало, словно бьющееся сердце.

– Тебе нужно кончить, чтобы это закончилось, понял? – прорычал Мугён, чувствуя нарастающее давление.

Он легонько похлопал по члену Хонджу тыльной стороной ладони. Головка блестела от смазки.

– Еще немного, и кончишь, – прошептал Мугён, проводя языком по губам и ускоряя темп.

С каждым толчком движения становились все более резкими и требовательными.

– Подожди… ах… директор… ай! – Хонджу явно быстро учился: от тихих вздохов он перешел к непристойным стонам. Мугён довольно усмехнулся, наслаждаясь реакцией, которую вызывали его грубые ласки.

– Ха… ммм… х-хватит…

Худое тело под ним дрожало. С каждым движением Мугёна раздавался влажный звук. И хотя Мугён не был одержим сексом, сейчас он, как никогда раньше, чувствовал, как его тело наполняется острым удовольствием. Почему-то именно сейчас. Чувствуя, как внизу живота стягивается узел возбуждения, он ускорился.

– Ах… больно… помедленнее… ах… – глаза Хонджу, влажные от слез, умоляли о пощаде. На его лице отражалась смесь боли и удовольствия, он закусил губу, пытаясь сдержать стоны. Взгляд Мугёна был прикован к нему, жадно впитывая каждую эмоцию.

– Ах… – выдохнул Хонджу, не в силах больше сдерживаться.

«Я видел в нем лишь удобную игрушку,»– подумал Мугён, – «Но, похоже, он превзошел все ожидания».

Он опустил пылающий взгляд на Хонджу, проверяя его эрекцию.

– Надо же, Ку Хонджу, ты и правда полон сюрпризов, –  пробормотал он хриплым голосом и усмехнулся.

Он прижал извивающегося Хонджу ближе, не давая тому и шанса коснуться себя, и продолжил двигаться, толкаясь до упора.

Его разгорячённое тело плотно прижималось к Хонджу – так плотно, что казалось, волоски на коже вот-вот оставят на нем отпечатки. И в этот момент, не сдерживаясь больше, он излил свое возбуждение внутрь.

– Ах… – выдохнул Мугён, чувствуя, как  тело Хонджу мелко дрожит.

Он  громко рассмеялся, опьяненный  этим жаром и близостью, и сильнее  надавил на его живот.

– Ых… ха… ах…

Слёзы проступили сквозь плотно сомкнутые ресницы Хонджу. Но даже после разрядки Мугён не останавливался, продолжая двигаться, словно одержимый.

– Ах…

Живот Хонджу дрогнул, и в тот же момент его собственный член изверг порцию семенной жидкости. Мутно-белые капли оставили пятна на его одежде.

Мугён наблюдал, как вязкая жидкость медленно стекает по бедру Хонджу, и чувствовал, как его собственная грудь вздымается в такт отступающему возбуждению.

Он не знал, потерял ли Хонджу сознание, и сжал его вялую ладонь, пытаясь удержать ускользающее ощущение близости. Ему не хотелось, чтобы этот невероятный секс заканчивался. Он нежно провел пальцем по почти сомкнутым ресницам Хонджу и медленно вышел из него. С каждым движением остатки семени вытекали наружу, оставляя влажные следы.

– Хотел бы я заставить тебя заплатить за это, – прошептал Мугён, – но, кажется, ты и так уже на пределе.

«Утром Ку Хонджу будет в шоке», – подумал Мугён, представив выражение изумления на его бледном лице. Эта мысль вызвала новый прилив возбуждения. Тяжелое дыхание ещё долго раздавалось в тишине гостиной.

***

– Черт, как же мокро…

Хонджу нахмурился, едва проснувшись. Он попытался поджать пальцы ног, чтобы не касаться влажного пола. Но, казалось, промокло всё вокруг, и от этой липкой влаги не было спасения. Лежа на боку, он подтянул колени к груди и попытался свернуться калачиком.

Внезапно он остановился. Что-то мешало ему, создавая неприятное ощущение между ног. Это было даже хуже, чем ощущение влажного пола. Откуда запах алкоголя? Почему здесь так холодно? И что, черт возьми, находится у него между ног?

– Что за… – пробормотал он сонно, но в следующий миг его разум пронзила тревожная догадка. Хонджу распахнул глаза и обвел взглядом комнату.

На нем была только футболка, а нижняя часть тела оказалась совершенно обнаженной. Его бедра обхватывали чьи-то крепкие, мускулистые ноги, а спиной он упирался во что-то горячее.

– Это какой-то кошмар… – прошептал Хонджу, бледный от ужаса.

Засохшая сперма белыми пятнами покрывала его бедра, колени и даже пол. Взгляд Хонджу, дрожа, скользнул к руке, небрежно лежавшей у него на талии. Эти длинные, аккуратные пальцы были ему знакомы. Хонджу уже хотел вырваться из объятий, но вдруг замер, с трудом сглатывая воздух.

Между его ягодиц он ясно ощущал что-то твердое и горячее. По спине пробежал холодок. Хонджу помнил, как пил, помнил, как у него начало темнеть в глазах… но как он оказался вот в такой ситуации?

Хонджу зажмурился и, собрав остатки сил, попытался отползти в сторону. Утренняя трезвость обострила все чувства, и теперь он явно ощущал движение внутри себя.

– Ах!

Рука, до этого обнимавшая его за талию, вдруг сжала его член. Хонджу вздрогнул, дернул плечами, поворачивая голову. Мугён, подперев голову рукой, наблюдал за ним сонными глазами. Непонятно, когда он успел проснуться.

– Это у тебя из-за того, что сейчас утро или потому что я не вынимал?

Горячая ладонь обхватила его член и начала медленно водить вверх-вниз. Другая рука ласково погладила Хонджу по ягодице. Чувствительность обострилась после сна, и ласки Мугёна казались ещё более волнующими.

– Отпустите меня, пожалуйста, – прошептал Хонджу.

– Почему?

Судя по возбуждённому голосу, всё могло повториться снова. Хонджу не стал спорить и просто уперся рукой в бедро Мугёна, пытаясь отодвинуться подальше. Когда он начал медленно выскользывать из него, раздался влажный звук. Высохшие остатки спермы тянулись на коже, словно клей.

– Быстрее, пожалуйста, – поторопил его Хонджу.

Хонджу с силой толкнул Мугёна, вынуждая его отодвинуться. Член выскользнул наполовину, и в нагретое тело ворвался холодный воздух. Одновременно с этим наружу вытекли остатки семени, оставляя липкие дорожки на коже. Хонджу дрожал, отчётливо ощущая каждое ощущение. Он так сильно прикусил нижнюю губу, чтобы не вскрикнуть, что она стала совершенно белой.

– Ах…

– Тебе же приятно от того, что чувствуешь сзади, зачем просишь вынуть?

– М-м-м…

Мугён прижался к нему ещё теснее. Хонджу чувствовал на своей спине его горячее дыхание и движение мышц. Пальцы, игравшие с его членом, становились всё более скользкими. От одновременной стимуляции спереди и сзади лицо Хонджу запылало. Мугён посмотрел в его глаза, скользнул взглядом по его покрасневшей шее и, слегка улыбнувшись, наклонился к самому уху.

– Кажется, чтобы Ку Хонджу хорошо все прочувствовал, нам нужно заниматься этим с утра пораньше, – прошептал он.

Горячее дыхание обдало ухо, и Хонджу рефлекторно вжал голову в плечи. Мугён тихо рассмеялся, наблюдая за его реакцией, а затем резко отстранился. Его член, набухший от возбуждения, выскочил наружу, задев край футболки Хонджу.

– Ах… – тихий стон невольно сорвался с губ Хонджу.

Мугён отпустил его член и сразу же провел пальцем между его ягодиц, медленно проникая внутрь. Освободившееся отверстие судорожно сжалось.

– Для новичка ты очень даже хорошо держался, – прошептал он ему на ухо, слегка потирая чувствительное место.

Хонджу, вконец сбитый с толку и залившийся краской, вскочил на ноги и бросился в гостиную.

Мугён спокойно посмотрел ему вслед. Его бёдра и спина были испачканы смесью свежей и засохшей спермы и красными отпечатками пальцев – зрелище было ещё то.

– А он всё-таки способный, – пробормотал Мугён скорее с удовлетворением, чем с удивлением.

Без Хонджу ему было бы скучно. Даже дом казался сейчас немного уютнее. Мугён усмехнулся и неспешно поднялся с пола. Вокруг были разбросаны пустые банки из-под пива и следы их ночных утех.

– Да, ночка выдалась ещё та, – пробормотал он, направляясь в душ, чтобы стереть с себя следы.

Хонджу ворвался в ванную и сорвал с себя грязную футболку. Подол был испачкан засохшей спермой. Он шагнул под душ и подставил разгорячённое тело под струи холодной воды, пытаясь смыть с себя напоминания о прошлой ночи. Потом, нахмурившись, он попытался избавиться от остатков семени внутри. Когда сгусток жидкости наконец вышел наружу, скользнув по бедру, его тело пробила дрожь.

Он отдраил себя до красноты, смывая все следы прошлой ночи, почистил зубы и умылся. Потом он нерешительно провел пальцами по своей шее, проверяя отражение в зеркале.

– Ничего...

Обычно после оставались следы – засосы, отпечатки пальцев, – но на этот раз кожа была чистой. Он неуверенно вышел из ванной.

На столе стоял незатейливый завтрак. Есть ему не особо хотелось, но Мугён уже сидел за столом, и пришлось сесть напротив. Опускаясь на стул, Хонджу поморщился от тупой боли и прикусил губу.

– Не думал, что ты такой любопытный, Ку Хонджу.

Его слова сопровождались легким пинком под столом. Ложка с супом застыла в руке Хонджу, капли упали обратно в тарелку.

– ....

Любопытный? Было несколько вещей, о которых он хотел спросить. Но воспоминания о прошлой ночи были слишком расплывчатыми.

– Не помнишь, что было вчера?

Перед глазами на мгновение все замелькало, вспыхнули обрывки картинок, но он тут же отогнал их прочь. Каждый раз, когда Хонджу опускал голову, Мугён чувствовал легкий цветочный аромат его шампуня.

– Я... Я не умею пить.

– Ты сам говорил, что не пьян.

– Это... Это было опьянение.

Он уткнулся взглядом в тарелку и принялся за суп. С каждой ложкой аппетит возвращался. Еще недавно он питался в основном лапшой быстрого приготовления, но сейчас его все больше тянуло на нормальную еду – горячий рис, суп.

– Впервые кто-то спрашивает меня о таком.

Что именно Мугён имел в виду под «таким», Хонджу не понял. Возможно, он говорил о тех вопросах, что всегда мучили Хонджу, о сомнениях и тревогах, которые преследовали его как тень.

– Послушайте, – Хонджу попытался объяснить свою вчерашнюю оплошность. – Меня на самом деле не интересуют чужие секреты. Я… я не хотел показаться бестактным.

Возраст, настоящее имя – его это никогда не волновало. Пока другие не рассказывали сами, он не задавал вопросов. В игорном доме игроки приходили и уходили – вот и всё. Ему не было до них дела, не было времени интересоваться их жизнью.

Внезапно палочки Мугёна стукнули о край тарелки, привлекая внимание Хонджу. Звук был коротким и отрывистым, как удар гонга.

– Меня зовут Сон Мугён, мне тридцать один.

– ...

– Ещё вопросы есть?

Хонджу, набивший рот рисом, медленно разжевал и с трудом проглотил.

– А… а вам никогда не бывает страшно?

Мугён расхохотался, запрокинув голову. Его плечи тряслись, а кадык на шее подпрыгивал от смеха. Хонджу отвел взгляд и потянулся за стаканом.

– Кажется, я тебе нравлюсь. Теперь ты совсем распоясался.

– Просто… вы ведёте себя так, будто ничего не боитесь.

Мугён откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и с интересом посмотрел на Хонджу. В его глазах читалось странное выражение. Хонджу вдруг почувствовал жажду и залпом осушил стакан.

– Впервые вижу человека, которого интересует нечто подобное. Всем плевать, кто я – бандит или безработный, – лишь бы у меня были деньги.

Так было с Гу Пином, так было с управляющим Яном. Они лебезили перед Мугёном и готовы были лизать ему пятки только потому, что у него водились деньги.

– ...

– А ты обо мне спрашиваешь.

Голос Мугёна прозвучал неожиданно холодно. Хонджу поднял глаза. Выражение лица Мугёна не изменилось, но Хонджу все равно не мог понять, о чем тот думает. Неужели он перешел какую-то черту? Хонджу, привыкший ловить чужое настроение, осторожно положил ложку на стол.

– Я просто…

– Не задавай таких вопросов другим.

– Что?

Мугён протянул руку и вложил ложку обратно в руку Хонджу, затем снова взял свои палочки. Его движения были плавными и размеренными.

– Ты же говорил, что тебя не интересуют другие люди. Ты спрашиваешь, потому что сейчас у тебя есть на это силы и время.

– ...

– Это я дал тебе эти силы и время, так что не трать их на других.

Его слова звучали собственнически, как когда-то слова Гу Пина. Но Хонджу не почувствовал ни злости, ни унижения, как тогда.

– ...

Странно. Он почти не притронулся к еде, не ел с жадностью, не глотал  слишком быстро, но его вдруг затошнило, как будто кусок застрял в горле. Хонджу несколько раз осушил стакан, пытаясь унять неприятное ощущение.

– Собирайся.

Мугён, до этого сидевший в кабинете, вышел в гостиную, держа в руке телефон. Хонджу посмотрел на часы и медленно поднялся с дивана. Кожа на сиденье вернулась на место, заставив Хонджу поморщиться – его бедра и ягодицы нещадно болели. Он, по привычке потирая шею, поплелся в свою комнату.

Он уже завязывал шарф, стоя в дверях, и не сразу почувствовал запах сигаретного дыма, смешавшегося с морозным воздухом.

Хонджу резко остановился, лишь в последний момент осознав, что уткнулся взглядом в чью-то грудь.

– Вечно витаешь в облаках, – услышал он.

Хонджу проследил взглядом за струйкой дыма. Мугён стоял, высоко подняв руку с сигаретой.

– Хочешь стать как управляющий Ян? Чуть глаза не лишился.

Произнеся эти леденящие кровь слова, Мугён слегка улыбнулся. В этот момент подул холодный ветер, взметнув полы пальто, и Хонджу почувствовал, как ткань коснулась его ног. Его окружил аромат дорогого парфюма.

Глухой стук отдавался в правое ухо ровным ритмом. Лишь мгновение спустя Хонджу осознал, что его тело практически заключено в чужих обьятиях.

***

Пока те двое разговаривали в дальней комнате, Хонджу остался сторожить пустой коридор. Здесь, в тишине, было намного холоднее, чем в шумном зале. Хонджу закутался в шарф по самые глаза и уставился на стол.

— Ага. Всё верно.

Дверь со скрипом отворилась, заставив Хонджу лениво повернуть голову. Управляющий Ян, громко разговаривая по телефону, прошел мимо. Он не стал спускаться по лестнице, а остановился у окна. Хонджу молча наблюдал за ним, невольно обратив внимание на дорогие туфли, которые совсем не вязались с образом Яна.

— Да, как откроемся — сразу сообщу. Надо будет как следует отпраздновать, — сказал Ян с хриплым смехом и повесил трубку. Он не пошел обратно в комнату, а примостился на край стола.

— Эй, ты чего с телефоном сделал?

— Кажется, он совсем сломался. Даже заряженный быстро разряжается.

Хонджу указал на телефон, подключенный к зарядке под столом. Управляющий Ян раздраженно цокнул языком. В другой ситуации он бы закатил скандал, но сейчас, в присутствии Мугёна, приходилось сдерживаться.

— Слушай, Мугён ничего тебе не поручал?

— Нет, ничего такого.

Хонджу отвечал, задрав подбородок, потому что стоило опустить глаза, как в поле зрения попадались бедра Яна.

— Блять, что же тогда? — прошипел Ян, покусывая верхнюю губу. С каждым движением его золотой зуб мерцал жадным блеском. Ян, казалось, совсем ничего не понимал и только недоуменно мотал головой.

— Директор Мугён, он правда из тех богачей, у которых остались только деньги? — понизив голос, спросил Хонджу, словно боясь быть услышанным. Ян перевел на него единственный глаз.

— А тебе-то что с того?

Ян раздраженно поправил повязку, и его мутный взгляд снова обратился к Хонджу.

— Просто… помните, в прошлый раз вы велели мне приглядывать за ним. Вот я и стараюсь, но пока ничего не понимаю.

Хонджу намеренно говорил расплывчато, показывая, что помнит наставления и внимательно наблюдает за Мугёном. Чтобы у управляющего Яна создалось впечатление, что Хонджу, хоть и находится рядом с Мугёном, мыслями все еще в игорном доме.

— …Да что ты вообще можешь узнать?

Тон Яна был все таким же колким, но Хонджу уловил в нем странную мягкость.

Ян был довольно влиятельным человеком с обширной сетью информаторов. Вполне возможно, что, находясь так долго рядом с Мугёном, он разузнал о нем больше, чем Хонджу.

— Мугён — это настоящее имя или псевдоним? — задал он самый простой и безобидный вопрос.

— Да, кажется, настоящее.

— И это всё, что ты можешь сказать?

Хонджу сделал вид, что ничего не знает, и Ян окинул его презрительным взглядом. Хонджу привык к такому отношению и лишь молча кивнул.

— В этом году ему исполнится тридцать.

Информация управляющего Яна расходилась с тем, что говорил сам Мугён.

— …Правда?

Хонджу прищурился, глядя на закрытую дверь. Если Мугёну удалось обмануть информаторов Яна, значит, он тщательно все продумал. Но зачем ему скрывать свою личность, если он просто богатый инвестор? Все это было очень странно.

— К нему кто-нибудь приходил в отеле?

Ян знал, что Хонджу все еще следует за Мугёном в его поездках и живет с ним в отеле.

— …Нет, не замечал.

— И он все еще останавливается в том же номере?

— Да.

Хонджу, ничуть не изменившись в лице, ловко ушел от ответа. Он слишком хорошо знал, насколько хитрым мог быть Ян. Хонджу выпрямил спину, стараясь не терять бдительность.

— Хватит строить из себя шпиона! И если он решит с кем-нибудь созвониться, выпроводи его в гостиную.

— …Зачем?

Хонджу вспомнил о крошечном диктофоне, который был прикреплен к столу в гостиной. Неужели Ян записывает все разговоры до следующей игры, пытаясь найти хоть какую-то зацепку?

— Потому что от тебя нет никакого толка! Говорю, значит, нужно!

Если управляющий Ян прослушает записи, то узнает, что Мугён не живет в том номере. И тогда Ян снова обвинит Хонджу во лжи и изобьет его. Причем наказывать его будет не Мугён, владелец номера, а сам Ян…

Все это было пустой тратой времени, но Хонджу лишь молча кивнул, притворяясь, что согласен.

— А что мне делать, если меня бьют даже когда я стараюсь помочь?

Голос Хонджу дрогнул, но, к счастью, Ян как раз встал со своего места, и его слова затерялись в шуме. Хонджу проводил взглядом управлявшего Яна, направляющегося в комнату с сейфом.

Спустя целую вечность, когда солнце уже начало садиться, а воздух стал совсем холодным, тайное совещание наконец-то закончилось. Хонджу не понимал, что такого важного они могли обсуждать, чтобы торчать вместе целый день, придумывая, как обчистить чужие карманы.

Гу Пин протянул телефон, и Ян с Мугёном уставились на экран.

— Черт, совсем без сил… Наверное, от того, что я сегодня слишком много думал, — прохрипел Гадюка, не обращая внимания на телефон Гу Пина.

Он прислонился к Хонджу, который не смог увернуться и лишь сильнее закутался в шарф.

— Хонджу, выпьем шоколадного молока? — спросил Гадюка, обнимая Хонджу за плечи с притворной нежностью. Хонджу было неудобно от таких прикосновений, а близость Гадюки с левой стороны заставляла его нервничать.

— Какое, к черту, молоко? Он у тебя совсем бездельником заделался?

В разговор вмешался Мугён. Он оттолкнул руку Гадюки, на которой была татуировка змеи. Движение было не слишком резким, но тот пошатнулся и чуть не упал.

— Эй, моя рука! Это производственная травма, между прочим. Мне теперь больничный оформлять?

— Хочешь, я тебе ее совсем оторву и дело с концом?

Мугён не сердился на глупые шутки Гадюки. Хонджу заметил, что с ним Мугён вел себя совсем не так, как с другими работниками игорного дома. Он слушал их перепалку, невольно отступая на шаг назад. Мугён достал из кармана перчатки и несколько раз хлопнул ими по ладони.

— Я бы соблазнился, если мне платили зарплату в несколько раз больше.

— Если действительно хочешь получить еще, то попробуй еще раз.

Мугён сжал перчатку в руке и провел ею по плечу Хонджу, словно стирая пыль.

— Эй!

Не обращая внимания на удивленный возглас Гадюки, Мугён развернулся и направился к выходу. Хонджу послушно последовал за ним. Управляющий Ян и Гу Пин, все еще о чем-то оживленно беседовавшие, поспешно поклонились Мугёну. Тот, разумеется, не удостоил их ответом.

— А?

Хонджу уже привычно открыл дверь машины, но тут же удивленно замер. Немного поодаль он заметил знакомую компанию: амбалы в шлепках с носками и с клатчами под мышкой, даже в такой мороз! Это были те самые мелкие бандиты, что ошивались раньше возле игорных домов. Что им здесь нужно?

Хонджу озадаченно осмотрелся. В округе не было ничего, кроме временного игорного дома и какого-то мотеля чуть подальше.

— Холодно, садись быстрее.

— А, да…

Хонджу перестал разглядывать парней и поспешно забрался на пассажирское сиденье. Машина плавно тронулась с места и поехала прочь, а гопари, тем временем, приблизились. Хонджу прищурился, всматриваясь в их лица. Один из них перекрасил волосы, но Хонджу все равно узнал его. Когда машина Мугёна проезжала мимо, парни засвистели и радостно заорали.

— Ну и дыра!

Мугён цокнул языком, выражая свое отношение к происходящему. Они уже давно проехали мимо них, но Хонджу все еще смотрел им вслед. Они, пританцовывая, направились к дому.

И без того клиентов днем с огнем не сыщешь, а в последнее время даже бандиты сюда не заглядывают.

Неужели это Гу Пин их позвал? Но зачем? Хонджу нахмурился, глядя на дом, который уже почти скрылся из виду. Странно все это… Наверняка этот хитрец что-то задумал.

Если чаще бывать в доме, то, возможно, удастся разузнать, что они там замышляют. Хонджу решил спросить у Мугёна:

— Я…

Их взгляды встретились. Мугён смотрел на него пристально, словно ждал этого вопроса. Машина уже давно стояла на месте.

— Опять витаешь в облаках?

— Да нет, просто…

— Ты что, знаешь этих головорезов?

— Да, они раньше часто сюда приходили.

— Молодежь совсем с ума сошла, раз шатаются по таким притонам…Ладно, поехали.

Мугён завел машину и выехал на главную дорогу.

Нужно быть осторожнее и не делать поспешных выводов, пока не будет полной уверенности. Хонджу осторожно начал:

— Завтра тоже поедем в игорный дом?

— Не знаю. А что?

— Мне показалось… или Гу Пин затевает что-то неладное. Нужно последить за ним пару дней.

Мугён глянул в зеркало заднего вида. Дом уже не было видно.

— Неужели мадам Гу решил поиграть в марионеток с этими отбросами?

Гу Пин был из тех людей, кто ради собственной выгоды готов пойти на все. Тем более сейчас, когда он задолжал Мугёну несколько миллиардов вон. Если Мугён просто исчезнет, то долг спишут. Конечно, шанс уже упущен, после того, как разогнали банду, но кто знает, может Гу Пин не оставил надежды избавиться от Мугёна...

— Если вам ничего не нужно, то я сам съезжу.

Мугён задумчиво постукивал длинными пальцами по рулю. Хонджу смотрел, как ритмично двигаются его пальцы, и тот неожиданно заговорил:

— С моим присутствием мадам Гу будет вести себя тише воды, ниже травы. Но и тебя одного отправлять не хочется…

Машина медленно остановилась на светофоре, и Мугён повернулся к Хонджу. Его темные глаза скользнули по бледному лицу парня, задержавшись на щеках и переносице.

— Береги лицо. Это тоже часть твоих обязанностей. Понял?

Неужели он переживает, что меня побьют, если его не будет рядом? От этой мысли и от его взгляда Хонджу залился краской и еще сильнее закутался в шарф.

— … Да.

Его приглушенный ответ почти утонул в шарфе. Загорелся зеленый свет, и машина тронулась с места. Хонджу оглянулся — игорный дом давно скрылся из виду.

Хонджу решил, что они едут домой, но Мугён повернул на оживленную улицу. В последнее время они часто куда-то ездили по делам, поэтому Хонджу не удивился. Вот только место, куда они приехали, было ему хорошо знакомо. Хонджу выпрямился в сидение и с любопытством огляделся.

— Ты же знаешь, куда мы приехали.

— К старому… игорному дому?

Хонджу был здесь впервые после того, как привел сюда Мугёна. Они проехали мимо площадки со строительной техникой и грузовиками и остановились напротив строящегося здания. Старый, ветхий дом, в котором Хонджу провел 15 лет, превратился в внушительное трехэтажное здание.

— Работа идет полным ходом.

Дом уже почти приобрел свой окончательный вид. Когда-то здесь был ресторан, поэтому места было предостаточно. А теперь, когда снесли еще и крошечный дворик, площадь стала еще больше.

Судя по отделке, денег вложенно немало. Когда повесят вывеску, то никто и не догадается, что здесь когда-то был игорный притон.

Рядом строят торговый центр, так что  людей здесь будет хоть отбавляй. И денежных живых мешков тоже хватит. Вот почему Гу Пин вложился в это дело, несмотря на огромные  долги.  Хонджу прильнул к окну, разглядывая  здание.

—  Смотри хорошенько. Считай, что прощаешься с этим местом.

— … Прощаюсь?

— Я же обещал, что тебя здесь больше не будет.

Их взгляды встретились, и у Хонджу странным образом отлегло от сердца. Неужели он и правда скоро окажется на свободе? Он с облегчением выдохнул и кивнул, кусая губы.

— … Да не надо мне смотреть.

Ведь после ухода из этого дома ему будет все равно. Вместо того чтобы снова смотреть в окно, Хонджу сел прямо и уставился перед собой. Муген, облокотившись на руль и смотревший в окно с пассажирской стороны, перевел взгляд на Хонджу. Под этим странным взглядом Хонджу смущенно потер мочку уха.

— ...

Когда тяжелое молчание стало невыносимым, у Мугёна зазвонил телефон.

— Секунду.

Взглянув на экран, а затем на лицо Хонджу, Мугён открыл дверь со стороны водителя.

«Все равно я не услышу, о чем он говорит».

Шум от рабочих и разгружаемых материалов был таким громким, что голос Мугена не долетал до пассажирского сиденья. И все же, время от времени встречаясь с ним взглядом сквозь стекло, Хонджу испытывал странное чувство, словно он был не в своей тарелке.

—  …

«Почему он постоянно бросает на меня взгляд? Ведь он же знает, что я не услышу. И зачем обращать на меня внимание? Как будто он говоришь то, чего я не должен слышать.»

Лучше всего Хонджу научился в этом игорном доме одному: быть настороже. И нынешнее поведение Мугена определенно вызывало подозрения.

«В чём же дело?»

Он смотрел на полы пальто Мугёна, развевавшиеся на холодном зимнем ветру, и жевал нежную плоть внутренней стороны своей щеки.

Сон Мугён, а не президент Мугён. Тридцать один, а не тридцать. Было только две вещи, которые он точно знал о Мугёне. Раньше Хонджу счёл бы, что знать это вполне достаточно, но теперь всё было иначе. Ему становилось всё более любопытно, кто же такой Сон Мугён на самом деле.

Глава 24

Хонджу не говорил об этом ни Гу Пину, ни управляющему Яну, но, живя бок о бок с Мугёном, он кое-что понял. Вопреки расхожему мнению о том, что богатые только и делают, что прожигают жизнь, Мугён был довольно занятым человеком. Он постоянно разбирал какие-то документы, пропадал в своем кабинете часами, а по телефону разговаривал так, чтобы его никто не услышал.

«Днем он занимается делами, а ночью сидит в игорном доме…», — размышлял Хонджу.

Мугён лишь отшучивался: ««Богатые таким уж образом и живут, заняты всегда», — но Хонджу не мог не испытывать к нему уважения.

— …Уже двадцать минут прошло.

Они договорились ехать в игорный дом, но Мугён все не выходил из своего кабинета. Дверь была плотно закрыта. Хонджу не стал его торопить или звать, а просто сидел на диване, натянув куртку до самого носа. Он чувствовал себя тем самым вышибалой, который ждет своего должника.

Хонджу отбивал ритм носком ботинка, считая секунды. Когда прошло ровно двадцать секунд, дверь кабинета открылась. Хонджу резко поднял голову и взглянул на Мугёна. Тот был уже собран, будто работал в этом костюме.

На Мугёне была простая рубашка. Он взглянул на Хонджу, неподвижно сидящего на диване, потом на часы.

— Мог бы и постучать.

— Я видел, что вы заняты.

Мугён уже взялся за ручку двери, но остановился и снова зашел в комнату.

«Похоже, он ещё не скоро соберётся», — подумал Хонджу и хотел было уже встать, как Мугён вышел обратно.

— Накинь что-нибудь и иди к машине. Я сейчас.

Он протянул Хонджу ключи от машины и свой телефон. Хонджу встал и взял их. Мугён скрылся в комнате, а Хонджу пошел к выходу. Он прошел мимо ухоженного дворика и сел в машину. Куда девать телефон Мугёна, он не знал, поэтому просто положил его на колени. В этот момент экран загорелся — пришло сообщение.

На номере не было имени контакта. Хонджу нажал на него, но телефон не был защищен паролем. Сердце Хонджу забилось чаще, его захлестнуло любопытство.

«Если посмотреть, с кем он ещё общается, может, удастся понять, кто он такой, этот Сон Мугён», — подумал Хонджу, поглядывая на закрытую дверь дома.

— Не стоит…

Он поспешно перевернул телефон экраном вниз. Не хотелось всё испортить.

Телефон вибрировал ещё несколько раз, пока не появился Мугён. Хонджу изо всех сил старался не обращать на это внимания.

Мугён сегодня был как никогда занят. Хонджу думал, что он, как обычно, лишь заглянет в мгорный дом на пару минут, но не тут-то было: высадив Хонджу, Мугён тут же уехал. Хонджу смотрел ему вслед и не мог подавить чувства досады.

— Опа, Хонджу! А ты чего здесь? Сегодня какая-то движуха?

Он столкнувшись на лестнице с Чхве. Хонджу слегка растерялся, но тут же вспомнил, что надо отвечать в таких случаях.

— Телефон совсем старый, плохо работает. Лучше уж я буду здесь, чем слушать, как на меня кричат за то, что не беру трубку.

— А, понимаю, пора бы уже его сменить. Попроси директора Мугёна, пусть новый купит. Или он жадничает?

— Да что вы, какие телефоны…

Хонджу уклонился от ответа и проскользнул мимо бандита. Тот лишь почесал затылок и последовал за ним.

— Сегодня здесь только управляющий Ян.

— А где он?

— Третья комната.

«Как бы он не устроил мне разнос за то, что не поздоровался», — подумал Хонджу и неторопливо направился к третьей комнате.

Он небрежно поздоровался и заговорил о своем старом телефоне, но управляющий Ян лишь махнул рукой, делая вид, что ему всё равно.

— Скажи об этом Гу Пину, он разрешит купить новый.

— Да он не слушает! Только и делает, что кричит на меня из-за того, что не может дозвониться!

— Ну и дела…

Управляющий Ян, блеснув золотым зубом, раздражённо цокнул языком и достал телефон. Хонджу понял, что тот пишет Гу Пину, и вышел из комнаты.

— Эй, Хонджу, ты ел?

Мимо прошёл Чхве с горой коробок лапши и кимчи.

— Да.

— Ясно.

Запах еды напомнил Хонджу о том ресторане, в котором он был вместе с Мугёном.

«Как же там было вкусно! Даже жалко, что меня тогда вырвало», — подумал он, вспоминая все эти изысканные блюда, и сел за стол.

Из кабинета доносились обрывки разговора и громкий смех. Судя по отдельным фразам, речь шла о свадьбе кого-то из бандитов. Хонджу засунул руки в карманы куртки и откинулся на спинку стула. Он смотрел на резиновый коврик с клетчатым узором, как на шахматную доску, и считал квадратики.

Сколько времени прошло? С лестницы донесся шум и смех. Хонджу поднял глаза.

— О, это же тот парень из игорного дома! Ты что, с каждым днём все красивее?

— Чего, Каджу, запал на него? Хочешь сказать, он в твоем вкусе?

— Да ну тебя, я баб люблю.

Шумная ватага, подталкивая друг друга, направилась к нему. Хонджу узнал этих парней — они были здесь вчера.

«Значит, не зря пришел», — подумал он.

— Гу Пина нет, что ли?

— Ага.

«Неужели их Гу Пин позвал?» — удивился Хонджу. Парень, что шел впереди, приблизился, шаркая шлепанцами. От него несло дешевым одеколоном. Хонджу невольно нахмурился и закрыл нос шарфом.

— А ты живой, оказывается? А я думал, ты уже коньки отбросил.

Парни громко заржали. Хонджу молча смотрел на них. Тут из третьей комнаты вышел управляющий Ян.

— Вы что себе позволяете?! Пришли и даже не поздоровались?!

— Да мы вот только…

Управляющий Ян дал подзатыльник парню, который заговорил с Хонджу, и посмотрел на него.

— Так-так…

Он многозначительно кашлянул и повёл всю компанию вниз по лестнице. Они шумно спускались, шлепая шлепанцами по ступенькам.

Шум стих.

— Это пацаны пришли?

Из комнаты вышел Чхве, колупая в зубах и держа в руке пустую коробку лапши. Он швырнул ее в мусорное ведро и громко рыгнул.

— А они раньше часто сюда ходили?

— Ага, ещё школьниками шатались. Хоть и выгнали их всех.

Бандит усмехнулся и достал пластиковый стаканчик и пакет с растворимым кофе.

— Будешь?

Хонджу отрицательно покачал головой. Он смотрел, как Чхве размешивает кофе в теплой воде, и решил начать разговор.

— А чего они сюда приперлись?

— Хм… кто их знает?

Бандит замешкался, но потом снова принялся размешивать кофе. Он придвинул стул поближе к Хонджу и сел рядом.

— Неужели он хочет сделать из них бандитов?

— Да какие из них бандиты… Так, шестерки на побегушках…

Чхве осекся и сделал глоток кофе. Обычно он любил поболтать, и Хонджу уже готовился выслушать целую историю, но тот внезапно замкнулся. Хонджу не сомневался, что здесь происходит что-то неладное.

— Кхм…

Неловкое молчание нарушал лишь скрежет зубов.

— Дай сигарету.

— Ты что, куришь?

— А что ещё делать с сигаретой?

Чхве лишь раздражённо цокнул языком — Хонджу снова заговорил с ним в своей обычной манере.

— Посмотрите на него, дерзким стал что ли, с новой крышей?

— Думаешь, стал бы он тут стоять, будь у него на самом деле крыша?

Хонджу пробормотал это, не отрывая взгляда от руки Чхве, которая шарила по карманам в поисках сигарет. Он чувствовал на себе его взгляд.

Наверное, бандит уже предвкушал, как пойдет к управляющему Яну и начнет рассказывать, что у Хонджу и директора Мугёна — действительно ничего нет.

— Ну что, долго ещё ждать? Проценты  попросишь?

— Да, всё, понял - понял .

Хонджу взял предложенные сигарету и зажигалку и спустился вниз.

Управляющий Ян должен быть где-то здесь, в здании или рядом с ним. Он же не мог отойти далеко, когда Гу Пин способен вернуться в любой момент. Хонджу крадучись спустился на второй этаж. Откуда-то снизу доносились приглушенные голоса.

Хонджу спустился на первый этаж и, стараясь не шуметь, обойдя здание, зашел с заднего двора. Он пытался определить, откуда доносятся голоса.

— Ну и что ты мне предлагаешь…?

Он понял, что голоса доносятся из-за угла. Хонджу прижался к стене и достал сигарету. Если его застукают, он скажет, что просто вышел покурить.

Чирк!

На кончике сигареты вспыхнул огонек. Хонджу затянулся и замер, прислушиваясь к разговору.

— Вот именно!

Это был голос управляющего Яна. Остальные голоса были едва различимы.

«Вот бы у меня левое ухо было нормальным», — подумал Хонджу.

Он заткнул бесполезное ухо ладонью и тихонько выпустил струйку дыма.

— Деньги… сами…

Он был так сосредоточен, что даже не заметил, как пепел от сигареты упал ему на руку. Разговор прерывался смешками. Управляющий Ян, словно подводя итог, вкратце обрисовал план.

— Валите обоих, как выйдут из машины. Игорный дом я на время закрою, так что сидите тихо и ждите моего звонка.

Значит, эти отморозки собирались напасть и на директора Мугёна, и на этого простака с деньгами. Прямо здесь, у игорного дома. Они хотели подождать, пока игра закончится, Гулять Пин с его людьми заберут деньги и уедут, а потом напасть. И Хонджу слишком хорошо знал, что будет дальше.

— Вот же ублюдки…

Конечно, эти парни были мелкими сошками по сравнению с людьми Гу Пином. Но их было много, и Хонджу понимал, что даже директору Мугёну они могут доставить проблем.

Он раздавил окурок о землю и, вернувшись к центральному входу, зашел в здание. Поднявшись на третий этаж, он уселся за стол и тут же услышал шаги на лестнице.

— Ну и что ты…

Он встретился взглядом с управляющим Яном. Тот улыбался, оголив золотой зуб. Точно так же он улыбался в тот день, когда отец впервые привел Хонджу в казино. От этой улыбки у Хонджу всегда бежали мурашки по спине.

Хонджу зажмурился, представляя, как все может закончиться для директора Мугёна. Он не хотел об этом думать, даже несмотря на деньги и долги.

Он прошел мимо ухмыляющегося управляющего Яна в туалет, заперся и достал телефон. В последнее время он практически не расставался с Мугёном, и телефон разрядился почти полностью — Хонджу совсем забыл его поставить на зарядку.

«На вас нападут рядом с игорным домом. Нужно что-то делать», — торопливо написал он и нажал «Отправить». Он не отрывал глаз от экрана, но ответа так и не было.

— Эх, скукотища, когда клиентов нет, — протянул Чхве, потягиваясь. Он потянулся и случайно задел ногой обогреватель.

Хонджу отвлекся от своих мыслей, взглянув на окно. Солнце уже садилось. Обычно в это время игорный дом наполнялся людьми с пустыми глазами, готовыми продать душу за выигрыш. Проведя пятнадцать лет в этой суматохе и алчности, он чувствовал себя неуютно в тишине и полумраке пустого зала.

Бип-бип.

Внезапно тишину разорвал громкий звук клаксона.

— Что за…?

Чхве и Хонджу переглянулись и подскочили со своих мест.

Управляющий Ян, дремавший в комнате с сейфом, распахнул дверь.

— Что это был за шум? Кто приехал?

— Без понятия.

Чхве и Хонджу бросились к окну. Сквозь проем без стекла проник холодный ветер. На улице стояла знакомая машина с включенными фарами.

Бип.

Раздался еще один сигнал.

— Наверное, это директор Мугён.

Окно медленно опустилось, и из салона показалась рука. Голые пальцы согнулись, словно приглашая подойти.

— Он, кажется, зовет тебя.

Чхве толкнул Хонджу локтем.

— Чего застыл? Беги давай!

— Директор Мугён приехал?

Подошедший управляющий Ян даже не взглянул в окно и просто толкнул Хонджу в спину.

— Давай, шевелись!

Голос его звучал не как приказ, а скорее как угроза. Хонджу молча спустился по лестнице. Пройдя мимо пустого проема входной двери, он увидел Мугёна, сидящего за рулем и высунувшего руку из окна.

— Тебя зовут, оглох что ли?

В отличие от своего грозного вида, он широко улыбался. Хонджу, не отвечая, поспешил к пассажирскому сиденью. Прежде чем сесть в машину, он взглянул на третий этаж, где только что находился. Их взгляды встретились.

Хонджу уже хотел было отвести взгляд, как управляющий Ян неожиданно хищно улыбнулся, и от этого у Хонджу мурашки по коже побежали. Что за тьма скрывалось в его глазу за этой повязкой? Хонджу поспешно сел в машину.

— Сообщение получили?

— Ага. Ты, я смотрю, не скучаешь в доме. Кто бы мог подумать, что тебя ждут такие сюрпризы.

Машина выехала из-под навеса и умчалась прочь от игорного дома. Время от времени Хонджу оглядывался на окно третьего этажа. Ему казалось, что леденящий взгляд управляющего Яна все еще преследует его.

— Похоже, они хотят дождаться, когда мы выиграем деньги и пойдем домой, а потом напасть. Конечно, они всего лишь шпана, но, думаю, хотят взять числом, — Хонджу нервно сглотнул.

— Ха! Детишки решили поиграть в гангстеров. Этот мадам Гу, кажется, реально решил от меня избавиться.

Как и всегда, босс Мугён не воспринимал угрозу всерьез.

— Конечно, конечно. Кому охота возвращать такие деньги.

Хонджу рассказал все, что услышал, дополнив свой рассказ собственными догадками. Директор Мугён, молча барабаня пальцами по рулю, слушал его, а потом вдруг протянул руку. Хонджу не заметил приближения и вздрогнул, когда его рука легла на голову.

— Чего ты пугаешься? Не так уж сильно я тебя и бил.

Хонджу медленно поднял глаза на Мугёна, который усмехался, глядя на него.

«Он что, забыл, как бил меня по лицу и душил?— с горечью подумал Хонджу. — Хотя… по сравнению с тем, что мне приходилось терпеть в том доме, это, наверное, и правда мелочи, все равно что не трогал вовсе.

— Молодец.

Он легонько потрепал его по голове и убрал руку. Хонджу затрепетал ресницами, чувствуя тепло его руки на своих волосах. У него уже почти вырвалось: «Помогите мне найти отца». Но он вовремя прикусил язык. Спешка сейчас могла все испортить. Поэтому он просто промолчал.

— Старик умеет создавать проблемы.

Хонджу взглянул на Мугёна, который небрежно крутил руль. Неужели это тот самый человек, которому только что угрожали расправой? На его лице не было и тени страха или волнения. Может быть, когда у тебя так много денег, бояться просто нечего?

Наблюдая за Сон Мугёном, Хонджу испытывал странные, незнакомые ему до сих пор чувства. Его грудь сжималась, а сердцебиение учащалось.

Чтобы скрыть дрожь в руках, Хонджу сжал их в кулаки и отвернулся к окну. Он не заметил тяжелого взгляда, который в этот момент был устремлен на него.

— Если верить твоим словам, нужно немного сбить с толку мадам Гу.

Мугён достал телефон и кому-то позвонил. Машина как раз остановилась у дома.

Хонджу поспешно отстегнул ремень безопасности, не желая мешать разговору. Он хотел уже было выйти из машины, но Мугён остановил его взглядом и прошептал:

— Подожди.

Движения Хонджу замедлились.

— Алло, мадам Гу. Вы свободны сегодня вечером? Этот парень только что позвонил и сказал, что у него срочная командировка.

Весь путь он ни с кем не разговаривал по телефону. И вот теперь так хладнокровно врал.

Хонджу украдкой взглянул на него. Тот же тон, тот же взгляд. Заметив его взгляд, Мугён приподнял бровь — привычный жест высокомерия и власти. В отличие от Хонджу, он врал не моргнув глазом.

— В общем, жди моего звонка. Адрес скажу позже.

Их взгляды все еще были сцеплены. Как-то раз Мугён сказал, что настоящих игроков видно по глазам. Особенно когда они держат карты в руках. По движениям, по тому, как они прищуриваются, как дрожат их ресницы, как дергается веко — можно понять, какие карты у них на руках.

Управляющий Ян и Гу Пин были акулами игорного бизнеса и наверняка знали все эти приемы.

Что, если они поймут, что Мугён что-то задумал…? Тогда он может исчезнуть так же внезапно, как и многие другие игроки до него.

Мугён обменялся еще парой фраз с мадам Гу и повесил трубку. Заметив нервозность Хонджу, который кусал губы от беспокойства, он небрежно бросил:

— Сегодня твоя помощь не нужна. Просто сиди дома.

Хонджу молча посмотрел на него, и босс Мугён усмехнулся:

— Что ты на меня так глазеешь?

— Будьте… осторожны.

В обычной ситуации он бы никогда такого не сказал. Мугён промолчал, внимательно глядя Хонджу в глаза. Его взгляд был настолько пронзительным, будто он пытался прочитать его мысли.

— Мне всегда было интересно, ты просишь беречь мою жизнь или мои деньги? — тихо спросил он.

Хонджу почувствовал, как у него перехватило дыхание, будто его снова душили руки Мугёна. Казалось бы, ему следует волноваться о деньгах и положении Мугёна. Но так ли это на самом деле? Ответ пришел неожиданно легко.

— Да ладно, не надо говорить, я и так всё понял. Тебе никогда не стать мошенником, — усмехнулся Мугён, отводя взгляд.

Он отвел взгляд и усмехнулся. Хонджу сглотнул и отвернулся. Он не произнес ни слова, но тот все равно прочитал его мысли. Хонджу поспешно выбрался из машины.

— 1234, — раздался тихий голос у него за спиной. Наверное, это был код от домофона. Не отвечая, Хонджу захлопнул дверь и зашагал прочь.

В отражении в окне он увидел свое лицо и понял, почему Мугён был так уверен в своих словах.

Его щеки, на которых всегда раньше были синяки, покраснели. Даже воротник не мог их скрыть.

Тем временем машина развернулась и скрылась из виду. Хонджу стоял на месте, прислушиваясь к удаляющемуся шуму мотора.

Вопреки ожиданиям, Мугён не вернулся в ту ночь. Хонджу провел всю ночь в гостиной, не смыкая глаз. Он положил телефон на стол и не сводил с него глаз в надежде, что тот позвонит. Он снова и снова нажимал на кнопку блокировки, но экран оставался темным. Никаких сообщений не было.

На улице начало светать. Игра, наверное, уже закончилась. А что, если Мугён все-таки попал в ловушку мадам Гу и управляющего Яна? Хонджу нервно кусал губы и наконец набрал номер Мугёна, не нажав кнопку вызова.

— Может, позвонить…?

Но вдруг он все еще находится с теми людьми? Или лучше написать? Хонджу долго смотрел на экран телефона, не решаясь нажать на кнопку вызова. Наконец он резко поднял голову.

— Что это я делаю?

Ему стало смешно от того, что он волнуется за Мугёна и даже ночь не смог спокойно провести. Конечно, теперь, когда он продал ему все, что у него было и зависел от его денег волноваться вполне естественно… Или нет?

«Может, я просто волнуюсь понапрасну? — Хонджу продолжал кусать губу. — Он же и сам может о себе позаботиться».

Хонджу никогда не испытывал подобных чувств и не знал, как с ними справиться.

Помучившись еще немного, он схватил телефон и отправился в спальню. Все равно ничем не мог помочь Мугёну.

Хонджу надеялся забыться сном, но проспал всего несколько часов. Проснувшись, он первым делом оглядел комнату, а затем схватился за телефон.

— Опять ничего…

Никаких новостей от Мугёна. Может быть, все-таки что-то случилось? Хонджу сел на край кровати, не в силах найти себе места.

Может быть, стоит поискать его в отеле или в игорном доме? Нет, это бессмысленно. Гу Пин и управляющий Ян наверняка догадаются, зачем он пришел. Скорее всего, босс Мугён провел ночь в отеле после игры, как он часто делал. Или же занят какими-то делами, как обычно.

Хонджу взглянул на часы и замер. Но слишком ли хорошо он знает Мугёна?

Что он вообще о нем знает? Имя, возраст, едва заметную складку на левом веке, привычку к порядку, показную утонченность, скрывающую вспыльчивый характер, шрам на боку, ухоженные руки, привычку каждый вечер пить пиво… Вот и все. Как будто кто-то установил границы, за которые ему нельзя заходить.

Взгляд Хонджу переместился на кабинет. Мугён проводил там больше времени, чем в спальне. Чем он там занимался? Может быть, в кабинете он найдет разгадку тайны Сон Мугёна?

Сомнения и любопытство, стоило их только унять, вновь поднимали голову. Хонджу уже много раз оказывался на этом самом месте, но на этот раз не смог устоять.

Он тихонько повернул ручку двери.

Раздался скрип.

В тишине дома он прозвучал оглушительно громко.

Хонджу нервно сглотнул и оглядел запретную комнату. Одна из стен была полностью занята книжными полками и моделями автомобилей. На столе царил идеальный порядок, как и подобало характеру Мугёна.

Хонджу неслышно подошел к столу. В углу лежала стопка аккуратно сложенных бумаг.

— Он часто носит их с собой.

Название компании на конверте показалось ему знакомым. Хонджу нервно сглотнул, не спуская глаз с открытой двери. Он взял верхнюю папку и бегло просмотрел документы.

Внезапно он замер.

«Ку Хонджу».

«Почему здесь мое имя?» — сердце бешено заколотилось, в ушах застучало.

Дрожащими пальцами он взял листок. К нему была прикреплена фотография изможденного парня в потрепанном пуховике, безучастно смотрящего вдаль. Это был он сам.

Хонджу пробежал глазами текст под фотографией. Первая страница содержала краткую биографию Хонджу, начиная с самого рождения. В каком возрасте он попал в игорный дом, чем занимался, сколько денег собрал, сколько долгов осталось…

Еле касаясь бумаг ледяными пальцами, он быстро пролистал несколько страниц. Его взгляд остановился на одной строчке:

«Ку Хёнгын / отец».

— Отец?

Это имя он искал все эти годы. Рядом была прикреплена старая фотография. Мужчина, смотрящий прямо в объектив с легкой улыбкой, выглядел довольно молодо, хотя на его лице уже залегли морщины. Он совершенно не походил на того человека, который бросил собственного сына ради долгов.

— До того, как начал играть…

Хонджу долго всматривался в лицо отца. Информация под фотографией была похожа на его собственную: дата рождения, место жительства, род занятий, когда начал посещать игорный дом и так далее. Хонджу ничего этого не помнил.

Чем больше он читал, тем более странным ему все это казалось. Ведь босс Мугён ясно дал понять, что не станет ему помогать. Зачем же тогда он все это разузнал и ничего не сказал?

— Что за…

Хонджу листал бумаги, не в силах собраться с мыслями. Внезапно его взгляд упал на последнюю строку:

«Спустя 5 месяцев после подписания долговой расписки была проведена операция по удалению почки. Долг в размере 100 миллионов вон был погашен. Ким Чанвон, владелец игорного дома, потребовал дополнительную плату за пятимесячное содержание ребенка. Ку Хёнгын согласился, но Ким Чанвон постоянно откладывал выдачу ребенка. Ку Хёнгын, не успев оправиться от операции, занял еще тридцать миллионов вон. Вскоре после этого он скончался от осложнений».

— Что…?

«Несмотря на то, что долг Ку Хёнгына и его сына, Ку Хонджу, был погашен, эта информация не была доведена до сведения Ку Хонджу. Ким Чанвон ежегодно получал прибыль, выдавая проценты по долгу за пожертвования в память об усопшем».

В глазах потемнело. Пальцы, сжимавшие листок бумаги, дрожали все сильнее.

— …скончался в том же году…

Отец умер пятнадцать лет назад. Не скрывался где-то на Филиппинах, а умер. В том самом году, когда маленький Хонджу, запертый в каморке игорного дома, каждый день оплакивал его отсутствие. Хонджу допускал, что отец мог умереть, но только не так…

«Продашь свои органы, как твой отец! Хоть какая-то польза от тебя будет! Отец хоть что-то пытался сделать, чтобы вернуть долг! А ты хоть немного постарался?»

Значит, это была правда.

К горлу подступила тошнота.

Комнату качнуло, ноги подкосились. Хонджу ухватился за край стола, чтобы не упасть. По щекам покатились горячие слезы.

— … он пытался меня найти… Продал почку, чтобы выплатить долг… Чувствовал вину за то, что бросил сына в этом проклятом игорном доме… А я… Пятнадцать лет ненавидел его, винил… и… ждал…Ых…

Горло словно обожгло раскаленными углями. Хонджу судорожно хватанул ртом воздух и заколотил себя кулаком в грудь. Нервные удары становились все сильнее, пока на коже не выступили багровые пятна.

— А… ых…

Он сжимал кулаки до побелевших костяшек, не чувствуя боли.

— А… ах…

Тело сотрясали рыдания, по лицу катились горячие слезы. Хонджу зажмурился, пытаясь сдержать их, но слезы все лились и лились, размывая строчки на пожелтевшем листке.

— А-ых!

Хонджу рухнул на пол, не сдерживая рыданий. Он давно не позволял себе плакать, но сейчас не мог остановиться.

— Отец… Что же делать…

Перед глазами возникла крошечная фотография на документе. Слегка выгнутые в улыбке губы, рука, отталкивающая его в сторону управляющего Яна, спина, исчезающая в клубах сигаретного дыма… Все смешалось в один болезненный ком, сдавивший грудь стальными тисками. Хонджу долго не мог отдышаться.

Немного успокоившись, он провел ладонью по лицу, стирая слезы.

— Гу Пин… управляющий Ян…

Хонджу вскочил на ноги. Схватил мобильник, валявшийся на столе, и набрал номер. На этот раз рука не дрожала.

Гудки…

Хонджу выскочил из кабинета, не дожидаясь ответа. Мугён не отвечал. Голова была пуста, Хонджу даже не подумал про телефон, который дал ему управляющий Ян. Он выбежал на улицу, не чувствуя холода.

Старые кроссовки с силой ударялись об асфальт. До игорного дома было не близко, но Хонджу не думал об этом. Хорошо, что он запомнил дорогу.

Он бежал, не обращая внимания на режущую боль в боку. Не разбирая дороги. Только когда впереди показалось знакомое здание, боль вернулась с новой силой.

Ледяной ветер пронизывал до костей, внутренности словно заледенели. Неужели отец чувствовал то же самое, когда…

Хонджу до боли закусил губу и бросился вверх по лестнице. На третьем этаже он огляделся, глаза горели яростным огнем. Чхве сидел за столом. Увидев Хонджу, он удивленно поднял брови.

— Я думал, это Гадюка. Что с тобой?

— Где мадам Гу?

Чхве оглядел Хонджу с ног до головы. Тонкая куртка висела на нем, как на вешалке.

— Что случилось?

— Где Гу Пин?! — процедил Хонджу сквозь зубы.

Он подошел к столу. Чхве почувствовал неладное и напрягся.

— Там… А что?

Чхве кивнул в сторону дальней комнаты, где хранился сейф. Хонджу оттолкнул его и распахнул дверь.

Дзынь!

Ящики стола распахнулись, содержимое вывалилось наружу. Воспаленными глазами Хонджу искал завернутый в газету предмет. Тот самый нож, который недавно принес обезумевший должник.

— …

Кто бы мог подумать, что он ему пригодится. Стиснув в руке холодную сталь, Хонджу направился в кабинет Гу Пина.

— Эй, ты чего это…?

Тревожный голос Чхве замер у него за спиной. Хонджу вошел в кабинет и запер дверь на ключ. Гу Пин лениво развалился на диване.

— Что за шум?

Он нехотя приподнялся, взглянул на искаженное лицо Хонджу и на сверток в его руке.

— Что… что ты там держишь?

Затем резко вскочил на ноги, торопливо застегивая туфли.

Бам-бам!

Раздался громкий стук. То ли в дверь стучали, то ли это сердце бешено колотилось в груди.

— Убийца! Думаешь, все сойдет тебе с рук?! — проревел Хонджу.

Его всего трясло от ярости. Он отшвырнул газету, обнажив лезвие. Глаза пылали огнем.

Гу Пин испуганно отшатнулся, пытаясь спрятаться за диван.

— Ты что, сдурел?! Хонджу, ты что, таблеток объелся?! Сдохнуть захотелось?!

Вместо ответа Хонджу ударил ножом. Лезвие вонзилось в обивку дивана.

— А-ах!

Гу Пин с визгом отпрянул. Хонджу с силой выдернул нож.

— Лучше бы ты меня прирезал! Кто из нас жить не хочет, а?! Ублюдок! — взревел Хонджу.

Он бросился на Гу Пина, приставил нож к его лицу.

— Ты что творишь?! Совсем спятил?!

Лезвие полоснуло по щеке, оставляя тонкую красную полоску. Хонджу тяжело дышал, стараясь унять дрожь в руках.

— Почему ты не сказал, что он умер?! Чтобы я пахал на тебя как проклятый?! Ты вообще человек?!

— …

Хонджу рванулся вперед и вонзил нож в плечо Гу Пину.

— А-ах!

Из раны хлынула кровь. Гу Пин оттолкнул Хонджу и попытался встать, но не удержался на ногах и упал. Хонджу моргнул, приходя в себя.

— Эй, Чхве! Чхве! — заорал он.

За дверью послышались шаги, ручка заходила ходуном.

— Открывай! Сейф открой!

— Ой-ой… Кажется, ты мне сухожилие задел! Скорее Чхве!

Гу Пин прижался спиной к сейфу, зажимая кровоточащую рану. На этот раз на его лице читался неподдельный ужас. Кровь капала на пол.

— Не прикидывайся! Быстро открой, пока я тебя не вспорол!

Гу Пин испуганно покосился на нож в руке Хонджу. Он сделал шаг ему навстречу, и тот, поколебавшись, подошел к сейфу. Окровавленными пальцами набрал код. Четыре цифры, залитые кровью…

— Не знаю, что ты там себе надумал, но это ошибка! Я… я ничего не знаю! Правда!

Пип!

Сейф открылся. Хонджу схватил Гу Пина за волосы и ткнул ножом в содержимое. Тот испуганно покосился на лезвие, пытаясь найти лазейку.

— Долговую расписку!

— Я… нет… уф!

Нож, только что смотревший в недра сейфа, в мгновение ока оказался у горла Гу Пина. Казалось, еще немного, и он проткнет кожу.

— Доставай!

— …

Не спуская глаз с лезвия, Гу Пин потянулся к сейфу. Вытащил самый старый и потрепанный документ. Руки его дрожали. Хонджу выхватил расписку и разорвал пополам.

— Продал почку! Продал жизнь! Ради этих бумажек?! — проревел он.

Когда-то эти проклятые бумажки вселяли в него ужас. Он боялся, что с отцом случится что-то страшное, если он не будет зарабатывать.

Дурак! До сих пор не смог выбраться из этой ямы.

— Приютил?! Да ты только и думал, как бы меня обставить!

Хонджу был вне себя от ярости. Он раздирал бумагу руками, словно одержимый.

— …

Гу Пин выжидал момент. И вдруг резко оттолкнул Хонджу. Тот попятился, упершись спиной в стену. Гу Пин шарил рукой по стене, пока не нащупал то, что искал — клюшку для гольфа. Его глаза сверкнули.

— Отплатить за заботу?! Да ты меня не растил! — крикнул Хонджу, бросаясь на него с ножом.

Но тот был готов.

Гу Пин замахнулся клюшкой.

Раздался треск, удар пришёлся по тонкому запястью — нож вылетел из рук Хонджу и звякнул об пол.

— Ах ты… дрянь!

Гу Пин, тяжело дыша, попятился к стене.

— Ты… Ты убил его! И меня хотел убить! Ублюдок! Почему ты ничего не сказал?!

Хонджу бросился на него, но тот снова замахнулся клюшкой. Хонджу едва успел увернуться.

— Ых!

Гу Пин пошатнулся, ударившись о край сейфа, и осел на пол. По его спине тянулся кровавый след.

— Да почему его смерть — моя вина?! Я тебя вырастил, неблагодарный!

Уголки губ Хонджу дрогнули, и медленно поползли вверх.

— Вырастил?! Я и пришел платить по счетам, урод!

Поднимать нож он не стал. Хонджу схватил первый попавшийся под руку предмет и швырнул в Гу Пина.

— Врал мне про Филиппины! Тварь лживая!

Он вспомнил, как этот ублюдок вышвырнул восьмилетнего Хонджу на улицу. Как заставлял его попрошайничать. Как расстегивал ширинку перед дрожащим от страха мальчишкой, размахивая долговой распиской.

— Сдохни! Просто сдохни! Такие, как ты, не должны жить!

Хонджу кричал так, что на шее вздулись вены. Он и не подозревал, что отец уже мертв… Что все это время жил ложью… И так старался! Так старался жить! Верил, что отец вернется… Боялся, что ты и его сломаешь, как меня… Терпел эту проклятую жизнь!

— Знаешь, каким жалким я себя чувствовал… из-за тебя?!

Его ловили, избивали, унижали… Он хотел умереть, пытался смириться, прятался, ненавидел себя… Мерз на улице, обливался потом…

Пятнадцать лет ада! Пятнадцать лет! Словно кто-то поджег его мозг изнутри…

Бах!

Дверь распахнулась, и в комнату влетел Чхве.

— Хонджу! Что ты творишь?!

— Каким жалким я был!

Хонджу набросился на Гу Пина. Откуда в этом тощем теле столько ярости? Пятнадцать лет подавляемой злобы вырвались наружу.

— Ты что, спятил?! Пусти меня! — взревел он, пытаясь вырваться из рук Чхве. Лицо его побагровело.

— Успокойся!

Чхве с трудом оттащил Хонджу. Лишь убедившись, что тот надежно схвачен, Гу Пин перевел дыхание. Он медленно поднялся, опираясь на клюшку для гольфа.

— Держи его крепче!

— Что?

Губин потрогал затылок. Ладонь тут же стала красной от крови.

— Тварь! И откуда ты узнал, что твой папаша подох?

Хонджу, прерывисто дыша, пытался вырваться из рук Чхве.

— Отвечай, мразь! Откуда ты узнал?!

Гу Пин ударил Хонджу клюшкой в живот. Раздался глухой удар. Затем еще и еще — по ребрам, по ногам…

Боль была такой, что, казалось, внутренности вот-вот вылезут наружу. Но Хонджу не сдавался — он сверлил Гу Пина ненавидящим взглядом.

— Эй, эй, может, хватит?

Гу Пин вытер кровь с разбитых костяшек. Чхве, не понимая, что происходит, растерянно смотрел на них. Он боялся, что Гу Пин убьет Хонджу.

— А ну выметайся отсюда!

Он замахнулся клюшкой на Чхве. Тот попятился и разжал руки.

— Ну что, сволочь, отправлю-ка я тебя к твоему ненаглядному папаше!

Гу Пин схватил Хонджу за волосы и потащил к столу. На полу оставались кровавые следы — чьи, было непонятно. Чхве стоял, не зная, что делать.

— Разбаловал я тебя, да? Забыл, кто тут хозяин?! — прошипел Гу Пин и, схватив Хонджу за рубашку, разорвав ее пополам.

— Отпусти! — отчаянно закричал Хонджу. И тут же ударил локтем в челюсть.

Гу Пин упал, но тут же вскочил на ноги.

— Ах ты, потаскуха! Сдохни! Как ты смеешь мне перечить?!

— А-аргх! — Хонджу стиснул зубы, пытаясь не закричать от боли

Удары Гу Пина были такой силы, что, казалось, кости вот-вот превратятся в мелкую крошку.

«И зачем я, дурак, терпел все это? Зачем боялся пустых угроз? Все равно отец, который должен был расплачиваться за меня, уже мертв…»

— Хе… хе…

Хонджу, залитый кровью, усмехнулся. Гу Пин, бросив клюшку, схватил его за волосы.

— Чего смеешься, шлюха?! Смерти захотелось?!

Хонджу, кривя окровавленные губы, сплюнул ему в лицо.

— Сам ты шлюха, сука!

— Ах ты… тварь!

Гу Пин пришел в бешенство. Он начал бить Хонджу по лицу, не жалея сил. В воздухе смешались звуки ударов и смех Хонджу. Чхве, до этого не решавшийся вмешиваться, бросился на Гу Пина.

— Остановитесь! Вы же убьете его!

— Пусти меня!

Гу Пин отбивался от Чхве. Стол перевернулся, стулья покатились по полу.

— Что здесь происходит?!

— Эй! Успокойте мадам Гу!

В дверях показался Гадюка. Хонджу, облизывая разбитые губы, усмехнулся. Его глаза, полные слез, злобно сверкнули.

Он чувствовал, как по щекам стекает что-то горячее. Слезы? Кровь?

— Успокойтесь же!

Сознание мутилось. В кармане вибрировал телефон, но Хонджу не было до него дела. Боль и ярость отступали. Буря эмоций улеглась, оставив после себя пустоту.

«Даже эти ублюдки смотрят на меня свысока?» — услышал он чей-то крик.

Хонджу дернул плечом.

«Отец… Я так хотел тебя найти… И вот, нашел… Зря умолял директора Му… Нужно было просто умереть… И мы бы встретились…»

— Хонджу! Ты в порядке? Хонджу!

— …

Перед глазами возникло лицо отца, которое он видел на фотографии. Морщины… Странная улыбка…

«Отец… ты наверняка слышал с небес все мои упреки… Прости меня…»

— …

Веки Хонджу дрогнули и закрылись.

Глава 25

— Ку Хонджу? — Мугён посмотрел на пропущенный вызов и нажал кнопку вызова.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвался запыхавшийся мужчина.

— Что случилось? — спросил Мугён.

— Ку Хонджу один пошел в дом, — доложил мужчина. — Похоже, там снова происходит что-то неладное. Слышны крики.

— Что?! — нахмурился Мугён.

Ту-ту-ту...

Длинные гудки раздавались в трубке. Минхо, просматривавший документы, поднял взгляд и увидел, как Мугён резко встаёт.

— Куда ты? — Минхо схватил Мугёна за руку.

— Пусти!

Мугён попытался вырваться, но Минхо держал крепко.

— Какого черта?! — выругался Мугён. — Как он вообще туда добрался?

Мугён не понимал, как Хонджу мог оказаться в игорном доме. Это было довольно далеко, и, кроме того, Мугён отлучался всего на несколько часов. Что произошло за это время?

Отсутствие информации приводило его в ярость.

— Сон Мугён, не вмешивайся! — твердо сказал Минхо.

Мугён, прижав телефон к уху, молча посмотрел на Минхо. Их взгляды встретились. Минхо, не выдержав напряжения, тихо кашнул, но руки не отпустил.

— Наш план идёт без сучка и задоринки, — продолжил Минхо. — Зачем тебе туда ехать? Что ты сможешь сделать?

Мугён уже хотел было снова вырваться, но слова Минхо заставили его замереть.

— Мы уже почти добились своего, — спокойно сказал Минхо. — Ты же сам хотел, чтобы всё прошло без проблем. Твоё появление всё испортит. Он может что-то заподозрить и сбежать. Мы слишком долго к этому шли.

— …Абонент временно недоступен…— раздался в трубке безжизненный женский голос.

Мугён раздражённо нажал на кнопку повторного вызова.

— Ту-ту-ту…

— Сон Мугён, ты меня слушаешь? — спросил Минхо.

— Слушаю, — ответил Мугён, не отрывая взгляда от телефона.

До сих пор все шло по плану Мугёна. Никаких неожиданностей. Если так продолжится, он очень скоро получит то, что хочет. Однако…

— Я не могу игнорировать это, — пробормотал Мугён. — Не хотел вмешиваться, чтобы потом не нести ответственность…

Ку Хонджу был переменной, которую Мугён не мог предвидеть. Хонджу должен был просто плыть по течению, подчиняясь чужой воле. Но он постоянно делал то, чего от него не ожидали. Мугён наблюдал за действиями Хонджу со стороны, не вмешиваясь, но сейчас это было на него не похоже.

— Что ж, все же попробую, — решил Мугён.

Если расчет оказался неверным, нужно просто скорректировать его. К чему эти сложные размышления?

Все, что имело значение для Мугёна, — это деньги. С ними он мог добиться всего. Но в этот раз он хотел поступить так, как считал нужным, не думая о последствиях.

— Ты…

— Когда всё закончится, они оба будут у меня. В целости и сохранности, — перебил Мугён, оттолкнув руку Минхо. — Не волнуйся.

— …Абонент временно недоступен… — раздался в трубке холодный женский голос.

Мугён резко развернулся и направился к пожарной лестнице. Спускаясь по ступенькам, он набрал незнакомый номер. На этот раз ему ответили почти сразу.

— Одну минуту… — раздался в трубке взволнованный голос. — Слушаю.

По мере того, как на том конце провода становилось тише, Мугён приблизил телефон к уху и спросил:

— Где Ку Хонджу?

— Я оттащил его в сторону, — раздался в трубке тихий голос. — Похоже, его сильно избили. Ему нужен врач, но я не могу отвезти его в больницу.

«По какой же причине они его на этот раз избили?» — подумал Мугён, ускоряя шаг.

— Блять, что там, черт возьми, происходит? Это дело рук этого ублюдка мадам Гу? — прорычал Мугён, его низкий голос, полный ярости, разнесся по лестничной клетке.

— Да, — послышался ответ. — Я сейчас пытаюсь выяснить подробности. Он и сам тоже ранен, похоже, они подрались.

Мугён с каждым вдохом злобно стискивал зубы и ерошил волосы. Он всегда выглядел безупречно, но сейчас был сам не свой. Пара пуговиц на рубашке расстегнулась, рукава небрежно закатаны на разную длину.

— Где этот урод сейчас? — спросил он.

Старательно создаваемый образ «директора Мугёна» медленно разрушался, обнажая истинное лицо Сон Мугёна.

— Управляющий Ян приходил поговорить с ним, но, думаю, он скоро вернется.

— Ладно, я скоро буду…

Выйдя из двери пожарного выхода, Мугён почувствовал, как его обдало потоком холодного, сухого воздуха. Этот воздух почему-то напомнил ему тошнотворный запах, царивший в игорном доме. Мугён поморщился и коротко выдохнул.

— Не давай им больше его трогать.

— Хорошо, хорошо.

Резко оборвав разговор, Мугён бросился к машине. С визгом затормозив у входа в дом, он чуть не врезался в ворота. Из-под колес брызнула грязная жижа из растаявшего снега. Мугён поспешил к игорному дому, его всегда вычищенные до блеска туфли теперь были заляпаны грязью.

— Прекратите! — крик сверху достиг его ушей, как только он ступил на порог.

— Нужно остановить кровь! Сначала обоим необходимо поехать в больницу!

Мугён с горящими глазами бросился вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

— Я убью этого ублюдка! Пусти меня!

— Да какого хрена вы несёте на раненого?! Управляющий Ян, держите его крепче!

— Успокойся, возьми себя в руки!

— Ты уйдёшь с дороги или нет?!

В игорном доме царил хаос. Гадюка и Чхве изо всех сил преграждали собой вход в первую комнату, дверь которой была сорвана с петель. Перед ними метался Гу Пин, пытаясь прорваться внутрь. Сзади его пытался удержать управляющий Ян, но безуспешно.

Рукава рубашки и руки Гу Пина были в крови, а на предплечье виднелась небрежно намотанная повязка.

Мугён окинул взглядом пол, на котором виднелись следы крови. Если бы это была кровь из раны Гу Пина, то капли были бы разбрызганы недалеко друг от друга. Но эти следы были длинными, как будто что-то тяжёлое волочили по полу. Мугён сразу понял, кому принадлежит эта кровь.

— Вот ублюдок, — прошипел он, хватая Гу Пина за воротник. На тыльной стороне его руки, не защищённой перчаткой, вздулись вены.

— Вы… вы чего? — прохрипел Гу Пин.

— Прочь с дороги, — Мугён отшвырнул Гу Пина в сторону, как мешок с мусором. Ян поспешно отступил. Мугён грубо оттолкнул Гадюку и Чхве, преграждавших ему путь к Хонджу.

Хонджу лежал в той самой комнате, там где по утрам они играли в карты. Его худое тело неподвижно лежало на тонком одеяле. На бледной коже темнели пятна крови, словно разбросанные карты. Голова была неестественно повернута набок.

— … Директор?…

— Блять, — Мугён оттолкнул руку Гадюки и вошел в комнату. Тонкая одежда Хонджу была заляпана кровью и грязными следами, а разорванный воротник открывал вид на худощавую грудь. Один кроссовок слетел с ноги, обнажив бледную ступню без носка.

«Раз спина вздрагивает, значит, жив», — Мугён прищурился, вглядываясь в лицо Хонджу, наполовину скрытое под волосами.

— Сильно же его отделали, — Мугён раздраженно прикрыл глаза. Чувства захлестывали его, грозя вырваться наружу. Из всех тех раз, что он видел побитое лицо Ку Хонджу, это было худшим. Рассечённая бровь, опухшие губы, багровый синяк на шее…

«А я-то представлял как эффективно он будет смотреться на карточном столе. Но сейчас…».

— В больницу его отвезите, — холодно приказал Мугён. Гадюка и Чхве, бросив быстрый взгляд на Гу Пина, поспешили выполнить приказ.

— Я понесу.

С помощью Гадюки Чхве поднял Хонджу на спину. Тот, видимо, был без сознания, поскольку руки и ноги его безвольно болтались. Дойдя до выхода, парни остановились в нерешительности.

— Идите, — приказал Мугён.

— Эй, вы куда это собрались? — раздался голос Гу Пина.

Мугён и Гу Пин заговорили одновременно. Гу Пин, сверкая глазами, уставился на Мугёна.

— Быстро в больницу!

— Эй, я вам разрешал куда-то идти?!

Чхве растерянно обернулся, в глазах читался немой вопрос. Лицо его тоже было разукрашено синяками — похоже, ему тоже изрядно досталось.

— Тц… — Мугён раздражённо выдохнул и направился к двери.

Управляющий Ян, чувствуя исходящую от него угрозу, поспешно отступил, увеличивая дистанцию. Мугён резко протянул руку к Гу Пину.

— А-а-ах! — схватив его за спутанные волосы, Мугён грубо дёрнул вниз. Гу Пин взвыл и, неуклюже сгибаясь, опустился на корточки.

— Доволен? Идите уже.

— Пустите! Отпустите меня, слышите! Директор Мугён!

— Ага, ага.

Чхве и Гадюка поспешно вышли из дома. С каждым шагом грузного Чхве по коридору, руки и ноги Хонджу, висевшего у него на спине, беспомощно болтались. Каждое их движение усиливало ярость Мугёна.

— Этот ублюдок ворвался в дом с ножом! Видели?! — прогнусавил Гу Пин, неуклюже размахивая рукой. Он выставил её вперёд, чтобы Мугён увидел след от небрежно перевязанной раны.

— Если бы я не увернулся, он бы меня порезал! Поэтому я его немного проучил…!

«Лучше бы дал ему порезать. Ты ведь избил этого парня и сделал его глухим».

— Из-за какой-то царапины ты устроил скандал? — Мугён холодно посмотрел на него. Было видно, как дрожат кончики пальцев Гу Пина, покрытые запекшейся кровью.

— Мадам Гу, давай разберёмся. Я здесь, может, и раздаю деньги направо и налево, веду себя, как последний идиот, но ведь у моя доля вложений в Ку Хонджу больше, не так ли? — он грубо дёрнул Гу Пина за волосы, и тот, пошатнувшись, схватился за бедро Мугёна.

— П-подождите. Знаю, знаю. Я сегодня просто был вне себя… Этот ублюдок вдруг начал вытворять какую-то хрень…

— А что ты сделал?

Мугён разжал руку, которой сжимал волосы Гу Пина, и поднял его голову. На него смотрело покрасневшее от ярости лицо.

— …Понятия не имею! Если бы знал, то решил бы всё разговором. Но он ворвался как бешеный! Я даже не понял, за что, и получил ножом! – с пеной у рта кричал Гу Пин, доказывая свою невиновность.

«Смешно слушать. Неужели Ку Хонджу спятил и без причины ворвался в дом с ножом? Неужели этот ребёнок, который после того, как я дал ему шарф, всегда носил его, в такой мороз пришёл так далеко, одетый лишь в тонкую рубашку?»

— Правда! Я же жертва! Если бы Чхве не остановил его, меня бы точно убили! Точно!

Мугён разжал руку, которой держал волосы Гу Пина. Наверное, тот ударился затылком, потому что на руке Му Гёна алела кровь.

Нахмурившись, Му Гён вытер руку о рубашку Гу Бина и пробормотал:

— И почему такие, как ты, всегда такие живучие?

— Ч-что?

Управляющий Ян, стоявший на почтительном расстоянии, всё это время не издавал ни звука, опасаясь попасть под горячую руку. Мугён посмотрел на Гу Пина с кривой ухмылкой.

— Думаю, я не смогу сегодня уснуть, пока ты не заплатишь за свою самовольную выходку. — Мугён схватил за воротник ошарашенно моргавшего Гу Пина, замахнулся и со всей силы ударил его по щеке.

— Ых!

Он выпрямился и снова замахнулся.

Хрясь! Хрясь!

Рука Мугёна не останавливалась, пока щёки Гу Пина не распухли, а изо рта не потекла кровь.

— Угх… ых…— Из окровавленных губ Гу Пина вырвался тихий стон. Мугён бил так сильно, что у него даже ладонь заболела.

Бам!

Удар был такой мощный, будто в стену вонзился кулак. Как только Мугён отпустил его воротник, Гу Пин рухнул на пол.

— А-ах… — простонал он, морщась и касаясь рукой губ.

Мугён дрожащей рукой пригладил свои взъерошенные волосы. Ему хотелось растоптать Гу Пина прямо здесь и сейчас.

— …Блять, — выдохнул Мугён.

Ещё не время. Ещё немного, и он провернёт своё дельце, а потом сможет издеваться над Гу Пином сколько душе угодно. Сейчас нужно сдерживаться, как бы сильно его ни трясло. Мугён сжал кулак, подавляя в себе ярость.

— Я учёл твои обстоятельства, Мадам Гу, так что спишем все на них, — Мугён опустился на одно колено и наклонил голову. Теперь он смотрел на валяющегося у его ног Гу Пина сверху вниз.

— Радуйтесь, что я такой добрый.

— …

Обычно Гу Пин ответил бы ему слащавой улыбкой, но сейчас он лишь мелко задрожал и опустил голову.

— Что между нами общего, как думаешь? — спросил Мугён, поднимая руку.

Гу Пин инстинктивно отпрянул, не сводя глаз с его руки.

— Знаешь, что говорил Ку Хонджу? Он говорил, что чем больше он боится, тем сильнее его бьют. Поэтому, когда он ходил на дела, он даже не пытался сопротивляться. Лишь бы меньше досталось, — пробормотал Мугён, вспоминая лицо Хонджу, покрытое синяками. Его разбитые губы жалобно дрожали, а в глазах читалась безнадёга.

— …

Гу Пин, оказавшись в той же ситуации, лишь смотрел на Мугёна с опаской и дрожал от страха.

«Наверное, Ку Хонджу вёл себя точно так же в самом начале. С таким же выражением лица смотрел на Гу Пина и управляющего Яна, получая всё новые побои…»

— Мадам Гу, тебя что, никогда не били по лицу? Никакой сноровки…— проговорил Мугён.

Гнев и ненависть душили его, ведь именно Ку Хонджу вырос под побоями. Дрожащей от ярости рукой Мугён схватил Гу Пина за окровавленную щеку и с силой сжал. Затем он поднялся с места.

— У тебя три дня. Чтобы залечил это.

С этими словами он развернулся и пошёл прочь по коридору, по которому до этого вынесли безвольное тело Ку Хонджу. Спускаясь по лестнице, Мугён никак не мог унять кипящую в нём ярость.

— Твою мать, — прошипел он сквозь зубы.

Мугёну не составляло труда контролировать свои эмоции. Если ему что-то было нужно — он покупал это, если получал деньги — расплачивался сполна. Так он понял, что отключение эмоций — самый простой способ жить спокойно.

— …

Однако, увидев состояние Ку Хонджу, он почувствовал, как все подавленные чувства проснулись и яростно забурлили внутри.

Выйдя из игорного дома, Мугён обернулся. Он смотрел на жалкое, пропитанное отвратительными запахами здание.

— Я сделаю с тобой то же самое, — процедил он.

«Нет, даже хуже. Я заставлю его страдать все эти пятнадцать лет Ку Хонджу».

Мугён с силой стиснул зубы и сел в машину.

Глава 26

Богатый простофиля

В больничной пижаме Ку Хонджу выглядел ещё более хрупким. Мугён и раньше знал, что тот худой, но сегодня это было особенно заметно. Он прижимал телефон к уху, но взгляд не отрывался от него ни на секунду.

— Понял. Просто разберись с этим, — раздражённо бросил Мугён в трубку и растрепал волосы.

Теперь он знал, почему Ку Хонджу совершил этот безрассудный поступок с ножом. Несколько листков, разбросанных в кабинете… Должно быть, он узнал правду об отце.

«Не ожидал, что он вообще заинтересуется этим, — подумал Мугён. — И всё же, раз уж пошёл к Гу Пину, и получил такую взбучку, мог бы хотя бы задать ему как следует. Чтобы хоть немного выплеснуть свою злость…»

Мугён откинул голову назад и помассировал шею.

Хонджу очнулся только спустя несколько часов, когда солнце уже начинало клониться к закату. Он несколько раз моргнул своими опухшими глазами, прежде чем его взгляд сфокусировался на Мугёне.

— Тебе нужно отучаться решать всё за счет своего тела, — произнёс Мугён.

Хонджу не ответил, лишь тихо вздохнул. Его худая грудь едва заметно вздымалась.

— Где Гу Пин?

Голос Хонджу был хриплым. Белки глаз были покрыты сетью красных капилляров.

— Наверное, дома отлёживается, — ответил Мугён.

— Я убью этого ублюдка! — Хонджу резко открыл глаза и попытался подняться, но Мугён легонько надавил ему на плечо, удерживая на месте. Взгляд Хонджу, полный немого вопроса, почему Мугён его останавливает, горел яростным огнём, таким же, как и в их первую встречу.

— Не делай глупостей, — предостерёг Мугён.

— Это не глупость! Вы же и сами знаете, директор Мугён! Он бросил моего отца умирать! Запер меня в этой дыре, как мусор, а потом потребовал вернуть долг за воспитание... Сказал это моему отцу!

Голос Хонджу дрожал от злости и слёз. Он потянулся к катетеру на руке, чтобы выдернуть его, но Мугён перехватил его тонкую руку.

— Почему… Почему вы скрывали, что он умер?! — выкрикнул Хонджу.

Мугён промолчал. Он силой отвёл руку Хонджу от капельницы, уложил обратно на кровать и натянул одеяло до плеч. Дрожащие губы Хонджу зашевелились, и он проговорил полные боли слова:

— Вам нравилось, что я живу как идиот? Или вы держали меня рядом с Гу Пином, чтобы получать информацию? Или…

— …

— …Или вам понравилось спать со мной?

Из опухших уголков глаз Хонджу покатились слёзы. Его воспалённые глаза пылали гневом. Мугён с трудом сглотнул, пытаясь подавить охватившие его эмоции, и произнёс:

— Ку Хонджу…

— Что, пожалели сказать правду? Неужели было так противно, что я держался перед вами неприступно?

Это был, без сомнения, вопрос, но в нём не было и капли прежней дерзости. Сколько же пришлось Хонджу пережить, чтобы научиться так подавлять свои эмоции? На его плотно сомкнутых ресницах блестели слезинки.

— Ты ведь сам говорил, что у меня много денег, но нет совести?

— …

— Так вот… Я не смог…

«Этот жалкий ребёнок, привыкший постоянно оглядываться, получавший больше ругательств, чем похвалы, и чаще удары, чем ласку, желал лишь одного - узнать о судьбе своего отца.

Он даже сам предложил переспать со мной, лишь бы я помог ему встретиться с отцом.»

— Может, я сделал это потому, что знал, что с тобой случится?

Может, вера в то, что отец жив, и была единственной причиной, по которой Хонджу цеплялся за жизнь? Мугён догадывался, что, узнав правду, Хонджу просто сломается.

— Зря я вообще начал поиски, — пробормотал Мугён.

Лучше бы он жил, как и раньше.

Рассчитывал каждый шаг, действовал только из корысти, брал своё и гнался только за деньгами. Тогда Хонджу не оказался бы в таком состоянии и продолжал бы цепляться за призрачную надежду.

— Теперь, когда я знаю правду… Я больше не могу притворяться перед этим ублюдком. Больше не принесу вам никакой информации.

Хонджу потёр глаза тыльной стороной ладони, не обращая внимания на бинты и пластыри на лице.

— Можете не списывать мой долг. Забудьте про всё, что сделали для меня.

Раньше Мугёну казалось, что он может купить всё и всех за деньги.

— Я убью Гу Пина своими руками! Заставлю его страдать! А потом… Я тоже умру.

Но сейчас его преследовало странное чувство, что он не сможет вернуть Хонджу, сколько бы денег ни потратил. Незнакомое, тягучее чувство тревоги и безысходности овладело им.

Мугён облизнул губы и спросил, стараясь, чтобы голос звучал ровно, и сдерживая порыв немедленно всё рассказать.:

— Ты как-то сказал, что не знаешь, нужно меня бояться или доверять… Так что теперь ты можешь ответить?

Повисло долгое молчание. Наконец Хонджу медленно прошептал:

— И почему вас это интересует именно сейчас?

— Тогда я не услышал ответа.

— И что изменится, если я скажу, что боюсь вас? Или доверяю?

Прежний Ку Хонджу вернулся. В его голосе не осталось ни капли надежды. Мугёну показалось, что лучше бы тот продолжал кричать от ярости. Хонджу грубо вытер слёзы тыльной стороной ладони.

— Изменится? — резко оборвал его Мугён.

Хонджу замер, услышав его слова. Он медленно поднял глаза на Мугёна.

— Какой смысл мне верить? Я ведь всегда был всего лишь игрушкой в ваших руках. Я верил вам ровно настолько, насколько вы платили…

Эмоции, отмеренные суммой денег.

Слова Хонджу отозвались в душе Мугёна непонятной пустотой. Неужели он упустил шанс завоевать сердце Ку Хонджу? Неужели человеческие чувства, которые казались ему такими простыми и доступными, были всего лишь иллюзией?

— Тогда я дам тебе ещё больше. Буду давать столько, сколько нужно, лишь бы ты мне верил.

— Я же сказал, я убью Гу Пина, а потом и себя.

— Тебе не придётся этого делать. Этот игорный дом скоро развалится сам.

Хонджу нахмурился.

— …Что вы имеете в виду?

— Потому что я сам его таким сделаю, — отрезал Мугён.

Он не планировал посвящать Ку Хонджу в свои планы. В той картине, которую он нарисовал в своем воображении, не было места для него.

— Вы хотите сказать, что у нас общая цель? — уточнил Хонджу.

Мугён решил взять Ку Хонджу с собой, усадив на самое безопасное место – рядом с собой.

— Что вы имеете в виду?

— Два дня. Просто подожди два дня. А потом тебе не придется ни о чем спрашивать.

«День, когда я обчищу этих идиотов, используя деньги, которые дал им.  В тот день всё изменится», — подумал Мугён.

— …

Хонджу был совершенно сбит с толку. Он бегал глазами по сторонам, то и дело тяжело вздыхая, облизывал потрескавшиеся губы и с трудом сглатывал слюну. Мугён неожиданно для себя подумал, какими на вкус будут эти запекшиеся губы.

— Если тебе сейчас трудно мне поверить, можешь принять решение, когда увидишь результат через два дня, —  спокойно произнес Мугён.

Ситуация была похожа на ту, когда они впервые приехали на берег озера, вот только тогда Мугён предлагал сделку, а сейчас просил.

— …

Хонджу молчал, не отрывая от него  пронзительного взгляда. Но Мугёну этого было достаточно.

— Ты не пожалеешь о своем решении, — уверенно произнес он.

Глубокие, темные глаза Хонджу безмолвно умоляли: «Помоги мне, защити меня, вытащи меня отсюда, помоги мне отомстить Гу Пину, дай мне опору».

— Я… ничего не ответил…

— Ответил.

— …Что?

— Ты не знаешь, каким взглядом ты смотришь на меня.

Мугён был готов выполнить эту просьбу. Даже если бы Ку Хонджу не заплатил за это никакой цены.

Хонджу закрыл глаза, опьянённый препаратом. Его сознание блуждало в туманной грани между сном и реальностью.

— А-ах, помогите, помогите, Гу Пин…

Послышался стон. Маленький Хонджу внезапно выглянул из-за угла. Его чёрные глаза были устремлены на крышу. Маленький и грязный, он выглядел так, будто ему было лет семь, не больше. Хонджу во сне, словно сторонний наблюдатель, видел всё происходящее.

— Я… Я не сбежал… Я верну… кха… Ах!

Управляющий Ян и Чхве продолжали пинать его ногами. Мужчина лет сорока пяти лежал на полу, весь в крови. Маленький Хонджу дрожал, наблюдая за этой жестокой сценой.

— Как тебе верить? Ты устроил концерт для дочери, купил машину для сына, билеты на самолёт жене на юбилей! А про долг забыл?!

— Выслушайте! Э-это… моя жена…

Мужчина схватил Гу Пина за штанину и потянул на себя. Но Гу Пин раздражённо пнул его ногой и сплюнул на пол.

— Так тащи сюда деньги босса, ублюдок! Ты что, не понимаешь по-хорошему?!

— Дайте ещё немного… времени…

— Какое ещё время! Блять, попался, как мышь в мышеловку, ещё и вякает! Может, нам стоит получить деньги с твоей жены? Так будет лучше?

— Н-нет!

И в этот момент на голову мужчины опустилась нога. Хонджу в ужасе закрыл рот руками. Его дыхание участилось.

— Хм.

Управляющий Ян перестал бить кулаком и выпрямился. Затем он огляделся, сверкая своим единственным глазом, не прикрытым повязкой. Хонджу в детстве панически боялся Яна. Один только вид его лица, даже мысли о том, что скрывается под повязкой, вызывали у него ночные кошмары.

— Слышу, мышь где-то шуршит, — прошипел он.

Его единственный глаз сверкнул и устремился в сторону угла. Их взгляды встретились, и управляющий Ян широко улыбнулся, обнажив все свои золотые зубы.

Хонджу оцепенел от ужаса. Его взгляд упал на окровавленное тело мужчины, лежавшего на полу.

Пустой, ничего не выражающий взгляд. Лицо, так похожее на лицо его отца.

— Что это за крысёныш бегает тут в такое время?

Гу Пин подошёл ближе и протянул руку. Маленький Хонджу вздрогнул и сжался, когда обрубленный мизинец коснулся его щеки.

— Чего не спишь? Хочешь пойти и собрать ещё денег?

— Н-нет. Нет.

Слёзы градом катились по его щекам, стоило ему замотать головой. Гу Пин посмотрел на свои пальцы, испачканные слезами, и цокнул языком.

— Хонджу. Ты же не хочешь закончить как этот дядя, если сбежишь? Не хочешь стать таким?

Хонджу яростно замотал головой.

— Нет. Нет. — прошептал он, задыхаясь от рыданий.

Гу Пина, казалось, ничуть не трогали его слёзы. Он грубо схватил Хонджу за воротник, притянул к себе и поставил так, чтобы он видел лежащего на полу должника.

— Смотри. Вот что бывает с теми, кто не возвращает долги. А твой отец не только занял у меня денег, но и тебя оставил в залог.

— Х-хнык…

— Понимаешь, как мне тяжело? А?

Гу Пин наконец-то заговорил об отце. Хонджу громко разрыдался. В его глазах окровавленное лицо мужчины на полу начало сливаться с лицом отца.

— Я ведь не хочу, чтобы ты и твой отец закончили вот так. Вы же мои дорогие клиенты, — сказал он с улыбкой, которая звучала как шипение кипящего масла.

— Д-да… да… — всхлипывая, Хонджу вытирал слёзы крошечными ручонками.

Гу Пин сверкнул своими жадными глазами и приблизил губы к уху Хонджу.

— Так что давай-ка ты будешь усердно работать и вернёшь долг? Завтра вставай пораньше и иди собирай деньги, чтобы проценты не росли. Верно ведь?

«Мог бы просто ходить и продавать жвачку или конфеты, разыгрывая бедняжку. Но нет же, он только и делает, что ревёт», — думал про себя Гу Пин. Лучше уж запугать его, чтобы хоть какое-то время вёл себя тихо.

— Д-да, господин, — торопливо закивал Хонджу.

— Завтра обойдёшь караоке-бары и лотки с едой?

— Д-да… г-господин…

Сработало.

После этого Хонджу выходил на улицу каждый день, в дождь, в снег, в холод. Для Гу Пина это были копейки, но за несколько лет эти копейки превратились в довольно крупную сумму.

Если Хонджу не удавалось заработать достаточно, его били. Как и тех должников, которые не могли вернуть деньги. Из-за долга, который он не брал, маленький Хонджу жил в постоянном страхе перед побоями.

На следующий день, и на следующий, и на следующий...

Так прошло десять ночей, а затем и пятнадцать лет.

— Уф… ах…

Хонджу тёрся затылком о подушку, пытаясь проснуться. Всё его тело словно придавило камнем, он не мог пошевелить даже пальцем.

— Ку Хонджу.

Голос, произносивший его имя, не был ни грубым, ни раздражённым. Просто называл его имя. Кто это может быть?

— Ку Хонджу, очнись.

Это был не кто-то из «приёмной семьи», не отец… Тогда кто же? Его затуманенное сознание словно пронзила молния, возвращая в реальность.

— Ах…

Он резко открыл глаза и сел в постели, судорожно хватая ртом воздух. Горло саднило, глаза слезились и были красными, будто он плакал во сне.

— Дыши глубже.

Чья-то рука легла ему на плечо, другая мягко похлопала по спине. Наконец-то он смог вздохнуть полной грудью.

— Ха… ха…

Проснувшись, он должен был забыть этот сон, но… Всё было таким реальным. Золотые зубы управляющего Яна, грубая мозолистая рука, коснувшаяся его щеки мизинцем, пустой взгляд… Хонджу задрожал и отбросил одеяло.

Его руку схватили.

— Куда ты собрался?

— Мне нужно найти Гу Пина! Я должен… этот ублюдок…

Он пытался говорить, но из горла вырывались лишь хриплые звуки. Большая ладонь сжала его лицо, заклеенное пластырем. Их глаза встретились.

— Ты ничего не добьёшься в таком состоянии.

Голос был спокойным, словно пытался его утихомирить. Губы Хонджу задрожали, и по его щекам снова покатились слёзы — слёзы гнева и обиды, которые он подавлял в себе пятнадцать лет.

Его взгляд был тяжёлым, пронзительным и мрачным.

— Расскажи мне.

— Х-хнык…

— Ку Хонджу.

Пальцы, сжимавшие его щеку, медленно погладили мочку уха. Как ни странно, но это прикосновение успокаивало его бушующую ярость.

Хонджу вдыхал и выдыхал воздух в такт тиканью настенных часов. Слезы, переполнив его, наконец-то скатились по щекам.

— Что мне сделать с этим мадам Гу?

Его темные глаза смотрели на шевелящиеся губы Мугёна.

— Я хочу, чтобы он страдал… Умер в мучениях… Чтобы его жизнь была в тысячу раз ужаснее моей.

— Что ещё?

— Чтобы этот похотливый ублюдок… Чтобы он больше никогда…

Хонджу не смог закончить фразу, его прервал новый приступ рыданий. Большая рука закрыла его слышащее ухо, заглушая звуки шагов, автомобильных гудков… Осталось только его сбивчивое дыхание и рыдания. Словно он остался один во всём мире, и Хонджу позволил себе выплакаться.

Немного погодя, после успокоительного, Хонджу снова уснул. Мугён молча укрыл его одеялом и вытер мокрые щёки.

— Ты уже забыл, что я сам обо всём позабочусь?

Он же пообещал, что будет слушать его. А сам как с цепи сорвался, кричал, что убьёт Гу Пина… В другой ситуации Мугёна бы это разозлило, но сейчас он не чувствовал ни злости, ни раздражения по отношению к Ку Хонджу. Он спокойно достал телефон и проверил сообщение.

[Он спит в игорном доме]

Вот же… Избитый Хонджу трясётся от страха, постоянно просыпаясь, а тот, кто его избил, мирно себе спит…

— Спокойно спит, — холодно усмехнулся Мугён и раздражённо напечатал ответ:

[Продай этих ублюдков подороже.]

Ответ пришёл через несколько секунд:

[Что???]

Мугён, не желая продолжать разговор, перевернул телефон экраном вниз.

— Если что-то пойдет не так, мы все исправим.

Раньше он бы сделал все возможное, чтобы привести все в соответствие со своим планом. Не стал бы тратить время на мимолетную интрижку… Но теперь он не мог ни использовать Ку Хонджу, как пешку, ни отпустить его.

Мугён долго смотрел на спящего Хонджу, нахмурив брови.

Возможно, Хонджу не хотел долго оставаться в мире грёз — даже под действием успокоительного он просыпался каждые два часа. А проснувшись, плакал, кричал, орал имя Гу Пина и искал его…

Мугён молча отвёз его в отель. С выпиской он разберётся сам, в этот чёртов игорный дом он его больше не отпустит. Гу Пину скажет, что Хонджу сбежал. Скроет его, чтобы тот не смог его найти.

К счастью, серьёзных переломов не было, и Хонджу мог передвигаться, пусть и немного неуклюже. Мугён не мог отправить его в общежитие и оставлять одного дома.

Он уложил его на кровать в своём номере, где они обычно играли в карты, и не спускал с него глаз вот уже два дня. Хонджу уже сбежал один раз, а теперь, когда у него появилась цель — убить Гу Пина, — он мог сорваться в любой момент.

Два дня Хонджу метался в ярости, но всё же немного успокоился.

— Скоро сюда придут ребята из игорного дома. Не волнуйся, когда услышишь их голоса.

— …Может, мне лучше побыть где-нибудь ещё? Я буду вести себя тихо… Просто… боюсь, что не смогу сдержаться, когда услышу голос Гу Пина, — дрожащим голосом прошептал Хонджу, сжимая кулаки.

— Ты должен услышать своими ушами, как мы его проучим, — сказал Мугён, проверяя время на часах.

— Вы опять будете подменять карты, как в тот раз с «сам-гван-тэн»? Хотите, чтобы Гу Пин всё проиграл? — Хонджу прикрывая ухо, нахмурился.

— Как в тот раз с «сам-гван-тэн»? — повторил Мугён, пытаясь вспомнить этот незначительный для него эпизод.

— Когда вы пытались меня обыграть, — пояснил Хонджу.

Половина лица Хонджу была закрыта пластырями. Мугён приподнял его за подбородок.

— Я же не шулер, чтобы так делать. Ты же видел мои руки, должен знать.

Он продолжал разглядывать лицо Хонджу. Опухоль немного спала, но теперь на коже проступили тёмные синяки. Мугёна охватила ярость при виде этих отметин, и он разжал пальцы, словно боясь сделать Хонджу ещё больнее.

— Ну да… Но как вы тогда собираетесь его проучить? Управляющий Ян с тех пор зубы точит, больше он не будет так ошибаться с картами.

— Всегда есть способ. Ты же два дня спокойно ждал, к чему теперь эта спешка? — усмехнулся Мугён, проверяя телефон. — Время пришло.

Пора было встречать гостей из игорного дома.

— Вы ведь не забыли? — раздался за спиной тихий голос Хонджу.

Мугён оглянулся. Хонджу нервно теребил простыню.

— …Управляющий Ян нанял бандитов. Мы сменили комнату, но его план не изменился…

— И всё же ты, Ку Хонджу, единственный, кто обо мне беспокоится… — Мугён на секунду замолчал, чувствуя, как учащается его дыхание. — В любом случае, мадам Гу не получит того, чего хочет.

Ему бы хотелось продолжить разговор, но нужно было встречать гостей.

Мугён распахнул дверь и выключил свет. Из-за того, что в гостиной горел свет, Хонджу оказался словно в тени.

— …Мне просто молча сидеть?

— Да. Они думают, что ты сбежал. Ты, наверное, часто так делал, раз они сразу об этом подумали.

У двери послышались шаги. Мугён повернулся и приложил палец к губам. Хонджу, увидев этот знак, торопливо спустился с кровати, спрятавшись под ней.

— …Ну и ну.

Мугён усмехнулся про себя — Хонджу умел быть сговорчивым, когда ему это было нужно.

— Быстро вы.

— Сказали, Гадюка собирает деньги в игорном доме, вот мы и решили не медлить, — Управляющий Ян вошёл первым, за ним, потирая ушибленную щеку, шёл Гу Пин.

«Вот же… Синяк на том же месте, что и у Ку Хонджу. Прямо как под копирку», — подумал Мугён, глядя на посиневшее лицо Гу Пина, который, казалось, уже забыл, кто его ударил.

— А где Чхве?

— Он задерживается, совещание затянулось.

— А, ну ладно.

Управляющий Ян поправил повязку на глазу. Обычно Гу Пин всегда требовал, чтобы Чхве присутствовал на их играх… Интересно, с чего бы это он так спокойно отреагировал?

— Обычно ты не замолкаешь… — пробормотал Мугён, разминая шею и переводя взгляд на Гу Пина. — Принарядился сегодня.

— День важный… Вот и решил приодеться. Нужно же соответствовать, — нервно усмехнулся Гу Пин.

Наверняка все эти дни он разрывался между желанием послать всех к чёрту и жадностью, которая тянула его к новым деньгам, к деньгам Сон Мугёна. На его мрачном лице можно было прочитать: «Закрою глаза на всё и буду ему подлизываться».

— Мог бы и замазать чем-нибудь свою физиономию. А то смотреть тошно, — громко пробормотал Мугён, направляясь в гостиную.

— Кстати, вы сменили номер. Я думал, вы всегда там останавливаетесь… Когда вы успели переехать? — спросил управляющий Ян, разглядывая комнату и поглядывая на стол. Должно быть, ему показалось странным, что на диктофоне, который он установил, слышен только шум телевизора.

— Я что, должен перед тобой отчитываться?

— Да нет, что вы… Просто спросил, — управляющий Ян испуганно замахал руками и сел на диван.

Мугён достал из мини-бара бутылку воды, сделал несколько глотков и, пока они разговаривали, осмотрел их руки.

— Гадюка и карты принесёт?

— Да, скоро должен быть.

Управляющий Ян достал телефон и начал кому-то звонить. Гу Пин тем временем смотрел в стену, не обращая внимания на Мугёна.

«Строит из себя гордеца», — подумал Мугён и, усмехнувшись решил незаметно вывести его из себя.

— Мадам Гу, сколько ты уже спустил на картах?

— Хм… Дайте-ка прикинуть. Сначала было два миллиарда… — Гу Пин задумался.

Сегодня он в третий раз садился играть в карты, принеся себя в жертву Минхо. В первый раз он поставил несколько миллиардов вон, потом ставки стали выше. Сегодняшний день был самым важным, поэтому была подготовлена самая большая сумма.

— С учётом сегодняшней игры, выходит, одиннадцать миллиардов семьсот миллионов. Хотя это не совсем корректно, ведь мне обещали вернуть эти деньги… — Гу Пин закашлялся.

— По плану Мадам Гу, он должен выиграть в пять раз больше.

— Именно так. Да и директор Мугён мастерски всё это провернул. Делал вид, что играет просто ради удовольствия, постоянно меня подначивал… Говорил, что мне нужно добавить ещё денег… Когда на тебя так давят, начинаешь судорожно искать деньги, где попало… Так что если создать правильную атмосферу, то всё получится.

— А… — коротко усмехнулся Мугён.

Гу Бин удивлённо посмотрел на него, услышав этот странный смешок.

— Просто когда мы играли в тот раз, атмосфера была похожа. Будто ты решил оставить меня без штанов.

Рука Гу Пина, почесывавшая лоб, замерла. Но уже в следующий момент он рассмеялся непринуждённым тоном:

— И зачем мне обдирать своего компаньона? Я же пошёл вам навстречу, сделал всё, что вы просили.

За его словами последовал раскатистый смех. Глаза Мугёна сверкнули холодом.

— Да так, просто вспомнилось, — Мугён пожал плечами, наклонился и достал из-под барной стойки сумку, доверху набитую пачками денег. — Этого хватит?

— Ого! Ещё бы…

Жадный взгляд Гу Пина долго не мог оторваться от сумки.

— Чёрт, этот всё ещё едет… — управляющий Ян, недовольно покачав головой, снова кому-то позвонил.

Мугён наблюдал за ними со стороны.

— Директор Мугён, а расписка… которая у нас с вами есть… вы её с собой носите? — осторожно спросил Ян.

Их намерения были очевидны. Они собирались натравить на него бандитов и забрать расписку, чтобы у него не осталось никаких доказательств их долга. Мугён пожал плечами:

— Важные вещи я не ношу с собой. А что?

— Да нет, просто думал, что когда мы сегодня выиграем, посчитаем, сколько должны вернуть, и аннулируем расписку. Так ведь?

От этой лицемерной улыбки на его морщинистом лице Мугёна чуть не стошнило. Но он сдержался, вспомнив, что Хонджу всё это слышит.

— Вернёте деньги — порву при вас. Я не из тех мразей, которые обманом выбивают долги.

— …Ага, — процедил Гу Пин сквозь зубы и нервно заёрзал на диване.

— Вы нашли Ку Хонджу? — как бы невзначай спросил Мугён.

— Он как мышь, шмыгнул куда-то. Далеко он не уйдёт, но всё же… куда этот ублюдок мог деться… — Гу Пин обвел взглядом комнату, словно пытаясь найти хоть какой-то след Хонджу. — Хотя… он ведь получил от вас кругленькую сумму, может быть, попробует снова к вам подкатить? Не замечали ничего такого?

Несмотря на недоверчивый взгляд Гу Пина, Мугён сохранял безразличное выражение лица.

— Если бы он хотел воспользоваться мной, то не сбежал бы. Я же позаботился о нём, положил в больницу, несмотря на все его выходки, а он взял и исчез.

— Хм… — Гу Пин протянул слово, медленно кивая.

Даже ему слова Мугёна казались разумными. Если Ку Хонджу бросил его, свою единственную опору, значит, он что-то задумал.

— Но не забывайте, что он хитрее, чем кажется. Он знает, что может расплатиться с вами своим телом, и неизвестно, на что еще он пойдёт.

— Да вы все, блять, видите во мне только денежный мешок! — бросил Мугён, хотя Гу Пин и не пытался скрыть это.

— Если найдёте его — сразу дайте мне знать! Я этому сукиному сыну устрою такую взбучку, что он сразу вспомнит обо всём! Блять, он же мне ещё четыре миллиона должен…

Мугён, как никто другой понимавший истинное значение слов «ложный свет», лишь усмехнулся. Он сделал глубокий вдох и перевёл взгляд на погружённую во тьму комнату.

Хонджу, сидевший под кроватью, прижался к полу ещё сильнее. Обычно у него был неважный слух, но почему-то сейчас он отчётливо слышал каждое слово из их неприятного разговора.

— Зря я так отделал Гу Пина. И зачем я полез за него заступаться?

— Ку Хонджу всё равно не оценил, вот же паршивец неблагодарный! Как говорится, яблоко от яблони недалеко падает! Я так и знал, что этот ублюдок меня кинет! Четыре миллиона, блять!

Хонджу зажмурился. Из всего, что они сказали, его больше всего задело слово «неблагодарный». Это он сам толкнул его в долговую яму, заставил расплачиваться своим телом! То же самое он сделал и с его отцом! А теперь несёт какую-то чушь про четыре миллиона!

От этих слов у него забурлило в животе, захотелось выскочить и задушить их обоих голыми руками.

Хонджу сжал кулаки, сдерживаясь, чтобы не выскочить.

В этот момент послышался взволнованный голос управляющего Яна:

— Какого чёрта он не берёт трубку?!

— Наверное, добавил тебя в чёрный список после твоих выходок. Дай-ка я сам позвоню.

Атмосфера начала накаляться. Хонджу почувствовал это и украдкой посмотрел в сторону барной стойки, где сидел Мугён. Как раз в этот момент Мугён повернулся и посмотрел в сторону комнаты.

Их взгляды встретились. Хотя Хонджу и прятался в тени, ему показалось, что Мугён смотрит прямо на него. Некоторое время он не мог отвести от него взгляда, пока тот не встал и не направился к Гу Пину.

— Сегодня прокол будет стоить нам дорого. Этот придурок совсем не следит за ситуацией, — Мугён подошёл к Гу Пину, который пытался дозвониться до Гадюки.

Чем ближе он подходил, тем больше становилась его тень, накрывая собой Гу Пина и управляющего Яна.

— Да что нам будет…

— Если сегодня сорвётся игра, то ты не сможешь расплатиться с долгами, не сможешь подцепить новую жертву и потеряешь все деньги. В мгновение ока можешь лишиться нескольких миллиардов. Разве это не дерьмовая ситуация, мадам Гу?

Мугён не сел на свободный диван, а устроился на кофейном столике напротив него, положив локти на колени и наклонившись вперёд, так что теперь их взгляды были на одном уровне.

— Да бросьте вы! У нас и так всё идёт по плану! Мы уже на полпути к успеху! — рявкнул Гу Пин, но его голос дрожал.

Управляющий Ян нервно кашлял, а его смуглое лицо постепенно бледнело — видимо, из-за того, что Гадюка не брал трубку. В его движениях появилась скованность.

— Почему он трубку не берёт? Может, он в старый дом вернулся? Хотя нет, быть такого не может… — Гу Пин нервно нажимал на кнопку вызова.

Говорил, что принарядился к важному дню, а с его лба и намазанных гелем волос градом катился пот.

— Наверное, расслабился после того, как ты его отмазали от дел, вот и забил, — Мугён нарочито медленно закатал рукав рубашки, как бы напоказ глядя на часы.

— Да что вы такое говорите?! Вы… там… Кто сегодня в доме?

— Чхве. Я ему позвоню.

И они оба, отвернувшись друг от друга, стали кому-то звонить.

— Эй! Гадюка выехал уже? Какого чёрта трубку не берёт?! — рявкнул управляющий Ян в трубку, дозвонившись, наконец, до Чхве.

— Выехал, говорит? — Гу Пин с тревогой посмотрел на Яна, и тот, нахмурившись, кивнул.

Но разговор на этом не закончился, хотя, казалось бы, самое важное они уже выяснили. Лицо управляющего Яна становилось всё мрачнее.

— Что значит «почему я его об этом просил»? — он с недоумением посмотрел на Гу Пина и отодвинул телефон от уха. — Ты что, сказал Гадюке вынести всё из сейфа?! Вместе с документами?!

— Ты о чём?! Я такого не говорил!

Гу Пин покраснел от гнева, но уже в следующее мгновение его лицо стало белым, как мел. Он вытаращил глаза и выхватил телефон из рук Яна:

— Эй, блять! Быстро дай трубку!

Мугён, наблюдая за этой сценой, медленно разминал шею.

— Что, забрал всё и уехал, говоришь? И ты, бля, просто смотрел?!

— Чёрт, кинул?! Да как он посмел, этот ублюдок!!! Быстро найдите его!!! — Гу Пин заорал так, словно от этого зависела его жизнь, и вскочил с места.

Управляющий Ян тоже помрачнел. Гу Пин, слушая, что ему кричат в трубку, вдруг взревел и швырнул телефон на диван:

— Этот мудак сбежал с деньгами! Украл всё из сейфа, ублюдок!!!

Его шея и лицо налились кровью. Было видно, как он зол: Гу Пин даже затрясся от ярости. Мугён же, оценивая ситуацию, сохранял спокойствие.

— Да чтоб тебя! Я же давал ему несколько раз пересчитать деньги в сейфе, думал, он тупой, а он, оказывается, всё запомнил, крыса!!!

Гу Пин схватился за голову и заметался по комнате. Мугён размеренно постукивал ногой по полу. Под этим взглядом Гу Пин и управляющий Ян начали нервничать.

— Сукин сын! Вот как он отплатил мне за доброту?! Ах ты ж, блядина, попадись ты мне, я тебе глаза выколю…

Хлоп-хлоп

Мугён привлёк к себе внимание, лениво хлопнув в ладоши.

— Очень жаль, что вас так подставили.

Гу Пин, который всё это время ругался и размахивал кулаками, замер.

— Я вбухал в этот чёртов дом десятки миллиардов вон… И судя по всему, вернуть их не получится?

Гу Пин подскочил. Он терпел унижения от какого-то сопляка только ради этого дня, и теперь всё летело в тартарары. На его лице читался страх.

— Наша стройка идёт полным ходом, ещё пара месяцев — и мы будем купаться в деньгах! Так что не о чем беспокоиться! Найдём мы этого Гадюку, никуда он не денется! — попытался успокоить его Гу Пин, потирая подбородок.

— С таким контролем за персоналом, не удивительно, что бизнес идёт ко дну, — многозначительно протянул Мугён.

— Да это же форс-мажор… Я всё верну, клянусь! И ваши инвестиции в дом, и проигрыш, и долг! Даже если мне придётся горло перерезать, я всё верну! У нас же расписка есть! Чёрт, этот ублюдок Гадюка… Куда же… — Гу Пир вдруг замолчал на полуслове, закрыв лицо руками.

— Бывает, что люди сбегают с деньгами, — поспешил добавить управляющий Ян. — Есть даже специальные люди, которые их ловят. У нас в игорном доме такое впервые, поэтому мы так растеряны. Но мы обязательно найдём деньги, не сомневайтесь.

Они по очереди пытались успокоить Мугёна. Нельзя же так просто упускать такую дойную корову, когда уже заложили всё своё имущество!

Любой, кто хоть немного разбирался в азартных играх, ни за что бы не повёлся на эти жалкие оправдания. Он бы уже давно потребовал вернуть деньги и сбежал бы оттуда.

— Хм, ну да, мадам Гу же поставил на кон свой дом, — Мугён притворился, что поверил им, ожидая, пока Гу Пин окончательно потеряет самообладание. — Так что, игра отменяется? Он должен был уже прийти.

Мугён снова посмотрел на часы. С тех пор, как они вошли в комнату, прошло уже больше двадцати минут.

— Похоже на то, что игра отменяется. Мадам Гу, ты же согласен?

— Блять, нужно отложить игру и найти его! Как мы сможем играть, пока этот ублюдок не пойман… — Гу Пин, нервно взъерошив волосы, выдавил из себя улыбку.

— Давайте сегодня отменим, а потом ещё раз соберёмся. Далеко он не уйдёт. Его паспорт и все документы у меня.

— А, ну тогда ладно.

— Извини, но с профессионалами на это уйдёт пара дней. Да и его сложно не заметить, так что не волнуйся, мы быстро его найдём! — поспешил заверить его Гу Пин, видя, что Мугён не спешит с ответом.

Мугён, скрестив руки на груди, сделал вид, что задумался, а Гу Пин в это время нервно теребил воротник рубашки.

— Не знаю, не знаю… Если отложим на сегодня, кто знает, когда мы сможем собраться снова? Всё идёт к чертям собачьим, нужно любой ценой его найти! Бля, голова сейчас лопнет, — простонал Гу Пин, хватаясь за голову.

Было видно, как дрожит его щека с фиолетовым синяком.

— Ладно. Я поговорю с Чхве, чтобы он шёл домой.

— Хорошо. Я пока осмотрюсь и скоро вернусь! Эй, блять, быстро позвони начальнику Паку!

«Начальник Пак»… Хонджу уже слышал это имя. Это их человек в полиции.

Пока управляющий Ян лихорадочно искал в телефоне нужный номер, Мугён, потянувшись, поднялся с места.

— Вот видишь, я же говорил, что нельзя просто так брать людей с улицы. Этот тип мне сразу не понравился. Всегда нужно быть осторожнее с теми, кто выигрывает, — сказал он, положив руку на плечо Яну и направляясь к выходу.

— А то я не знаю! Надо было меня слушать… Чёрт, где же этот… — проворчал Ян, листая контакты.

Мугён украдкой посмотрел на экран его телефона. Вместо имени там было записано «Начальник Пак» — один из людей Гу Пина. Когда управляющий Ян нажал кнопку вызова, на экране высветился номер: 010-2329-13…

— Твою мать… — выругался Ян и поднёс телефон к уху.

Мугён мысленно повторил номер.

— Ладно, как поймаем этого Гадюку, так и назначим новую дату, хорошо? И Чхве всё объясним.

— Жду звонка. Найдите его побыстрее, пока он за границу не сбежал.

Проводив их, Мугён вернулся к тёмной комнате. Прислонившись к дверному косяку, он легонько постучал.

— Ты слышал? Гадюка сбежал со всеми деньгами и документами. Игра сегодня отменяется.

— Слышал, — Хонджу, сидевший на полу, прислонившись спиной к кровати, поднялся.

У него затекли ноги, поэтому он медленно вставал, опираясь на кровать.

— Если он действительно сбежал, нужно его догнать. Нельзя их отпускать! Они тоже попытаются скрыться, лишь бы не остаться в дураках, — Хонджу нахмурился.

Мугён не стал включать свет, ожидая, пока Хонджу выйдет из комнаты.

— Если у них есть хоть немного мозгов, то попытаются.

Хонджу поджал губы — казалось, что деньги потерял он, а не Мугён. Он вложил в эту игру всё: и то, что одалживал им раньше, и свои инвестиции. А Мугён выглядел так, словно ему было всё равно.

«Говорил, что кроме денег у него ничего нет… Видимо, для него это копейки…»

— Хочешь снова вернуться к этой жизни?

Мугён легонько провёл большим пальцем по нижней губе Хонджу.

— Вы же не верите, что они вернутся? Их нужно поймать, это наш единственный шанс вернуть деньги!

Мугён усмехнулся про себя. Пятнадцать лет Хонджу был узником этого игорного дома, а теперь он беспокоится о нём. Видя его нахмуренное лицо, Мугён почувствовал жажду. Он открыл бутылку с водой.

— Удивительно, как ты ещё не высох заживо, живя с этими ублюдками.

Мугён неторопливо подошёл к дивану и похлопал по сиденью рядом с собой.

— Ну как тебе предсмертные вопли Гу Пина? Жаль, что ты не видел его багровое лицо, — усмехнулся он.

— Сейчас не время об этом, — отрезал Хонджу.

Разговор у них не клеился — казалось, что они говорят о чём-то своём, смотря в разные стороны. Хонджу провёл языком по пересохшим губам.

— Лучше расскажите, что случилось, — он перевёл взгляд с его руки на бесстрастное лицо Мугёна.

— Ты же поэтому спрятался под кроватью? Потому что поверил мне?

— …

Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. Хонджу, помедлив, сделал шаг навстречу.

— Не буду отрицать, — прошептал он, делая глубокий вдох.

Чем ближе он подходил, тем отчётливее Мугён чувствовал запах антисептика и шампуня, исходивший от Хонджу. Он наблюдал, как тот садится рядом, и протянул ему бутылку с водой.

— Пей.

Хонджу посмотрел на бутылку и неуверенно протянул руку. Замерев на секунду, он обхватил пальцами с бинтами бутылку и поднёс её к губам.

Мугён наблюдал, как движется его кадык, с трудом сглатывая собственную слюну.

— Я выпил. Теперь рассказывайте.

Бутылка была пуста наполовину. Раньше Хонджу боялся Мугёна так же, как и Гу Пина, а теперь вот… Это был прогресс. Но вода, оставшаяся в бутылке, казалась Мугёну символом недоверия, всё ещё таившегося в душе Хонджу. От этого у него пересохло во рту.

— И зачем оставлять? — Мугён, цокнув языком, забрал у него бутылку. Выпив остатки и вытерев мокрые губы, он продолжил:

— Теперь рассказывайте, что вы там говорили про Гу Пина. И почему вы так спокойны, когда у вас хотят украсть деньги?

Мугён откинулся на спинку дивана. В тишине комнаты скрип кожи показался оглушающим. Он повернул голову и скользнул взглядом по худой спине Хонджу, который всё ещё сидел неестественно прямо.

— Мне доложили об одном проблемном доме.

— Доложили?

— С жильцами других домов уже договорились, но владелец этого дома запросил слишком большую компенсацию. И сколько бы с ним ни пытались договориться, он ни в какую не соглашался, вот уже несколько лет, — Мугён усмехнулся.

Хонджу не сводил глаз с его губ. Казалось, он пытался запомнить каждое его слово. Мугён невольно улыбнулся. Таким Хонджу был и при первой их встрече.

– Это было где-то весной, — начал Мугён свой рассказ, вернувшись в то время, когда весна выдалась необычно жаркой.

Глава 27

— И сколько же компаний присосалось к этому игорному дому?

Зима окончательно отступила. Мугён только что узнал о существовании казино Гу Пина.

— Я тоже думал, что это просто никчёмный игорный притон… А он, оказывается, не так прост…

— Да уж, сколько на него компаний вешалось! И ведь до сих пор держится, упрямый, зараза!

— Да потому и борзеет, что с ним носятся, как со списаной торбой. Бабки ему пихать надо!

Мугён устало потёр переносицу. Казалось бы, отмучился с этим отелем, который несколько лет строил на месте старого особняка, можно и передохнуть. Так нет же, снова эти проблемы на его голову. Он взял со стола папку.

— Да там от силы на полтора миллиарда вон, а он тридцать требует, с ума сошёл?!

— Тридцать миллиардов? Это что, кличка его собаки, что ли?

«И это за развалюху, в которой он держит свое казино?» — Мугён усмехнулся, услышав абсурдную сумму.

— Предыдущие подрядчики пытались снести силой пару раз, но там, похоже, несчастные случаи были. Так что нам нужно аккуратно подойти к делу, выкурить его оттуда.

Мугён быстро просмотрел документы. Что только ни творилось на этом клочке земли.

Три попытки выселения, и все безрезультатно, переговоры по компенсации зашли в тупик. И каждый раз во время сноса гибли рабочие. Судя по тому, что дело дошло до суда, владелец дома зубами держался за свои тридцать миллиардов.

— Решил, видно, все соки из этой своей халупы выжать.

— Вот потому-то всё и свалилось на тебя, дорогой директор Мугён. Дерзай!

Мугён просмотрел записи о предыдущих выплатах: пятьсот миллионов, восемьсот, миллиард. Сумма росла, но всё равно была ничтожной по сравнению с реальной стоимостью земли.

— Проблема в том, что с самого начала ему дали слишком мало.  Конечно, он взбесился.

Тем более, судя по размеру и возрасту заведения, клиентов там хватало, пусть и обстановка небось так себе. Предложенные деньги — сущие гроши, которые он мог бы легко отбить.

— Изначально ему предложили слишком мало, это и разозлило старого пса. Хотя, это всего лишь игорный дом …

— Тц…

«Если бы изначально они предложили нормальную компенсацию, всего этого можно было бы избежать», — подумал Мугён, листая документы.

— И этот тип хорош! Место гиблое, у черта на куличках, а он все цепляется за него. Я бы на его месте схватил миллиард и был таков. Какая разница, где играть в карты, главное — сам процесс!

«Зато вид на стройку — то, что нужно! Гораздо лучше, чем огни ночного города», — подумал про себя Мугён.

— А, кстати, слышал забавную историю? Среди рабочих ходят слухи, что на том месте — нечисть водится.

— Призраки? — Мугён расхохотался.

— А если подумать, то все сходится: место гиблое, несчастные случаи, предыдущего управляющего за решетку упрятали, работы приостановлены, суды…

— Да уж, много всего намешано… Говорят, «Саммин Констракшн», прежде чем взяться за это дело, даже шамана вызвали.

— Шамана? Чтобы выгнать каких-то картежников?

За все десять лет работы Мугён слышал об этом впервые. Он покачал головой и перевернул страницу.

— В общем, раз уж мы взялись за этот проект, нужно выкурить их оттуда любой ценой. Если боишься призраков — так и скажи, я найду тебе толкового шамана.

— Да иди ты…

Мугён лениво просматривал информацию о казино.

— Не думал, что в наше время эти притоны еще существуют.

— Да уж… И говорят, у этого типа их несколько.

В памяти Мугёна всплыли смутные воспоминания о том, как он в молодости пару раз бывал в подобных заведениях. Шум, гальдеж, грязь, и жадные взгляды, устремленные на деньги…

— … Чёрт.

Одна мысль о том, что ему снова придётся окунуться в эту атмосферу, вызывала у Мугёна головную боль. Он просмотрел личные дела владельца и его работников.

— Ну и рожи…

«Как на подбор — мерзкие»,— хотел было добавить он, но тут его взгляд упал на фотографию молодого парня.

Снимок был сделан немного сбоку, но, несмотря на это, взгляд парня, полный невыразимой боли, притягивал к себе как магнит.

Совсем не то, что он ожидал увидеть. В этом пустом взгляде, обрамлённом синяками и ссадинами, сквозила какая-то хрупкость, беззащитность. Но глаза… Глаза горели ярким пламенем.

— Хм…

Мугён провёл пальцем по строчкам под фотографией. Отец, не в силах расплатиться с долгами, оставил сына в залог. Двадцать два года, а на нём уже 130 миллионов вон долга… Так вот откуда этот взгляд, полный боли и отчаяния.

В отношениях должника и кредитора всегда есть сторона, наделённая абсолютной властью. А если учесть, что парня мурыжили четырнадцать лет… Мугён не сомневался, что кредитор выжал из него все соки. В глазах парня словно читались годы унижений, гнева, безысходности…

— Ку Хонджу.

Мугён медленно произнёс имя, написанное под фотографией.

«Такой вот и нужен… Сбросишь с него груз долгов, и он будет верно работать как проклятый», — подумал про себя Мугён, постукивая пальцем по изображению Хонджу.

— Он подойдёт.

С малых лет Хонджу варился в этом котле, познавая все пороки мира. И пускай методы, которыми он пользовался, были далеки от идеала, но для Мугёна это не имело никакого значения.

— А? В смысле «подойдёт»?

— Призрака из этого дома нужно изгнать. А для этого нужно знать, откуда он взялся.

Мугён был уверен, что Хонджу знает эту историю как свои пять пальцев. Так он решил взять парня к себе.

Так как лобовые атаки раз за разом проваливались, оставалось лишь заманить старика в ловушку.

Торопиться было нельзя, нужно было действовать аккуратно. За годы, проведённые за карточным столом, Ким Чанвон, по прозвищу Гу Пин*, наверняка научился чуять подвох за версту.

*Гу Пин (구삥) - это корейское прозвище, обычно дается людям, которые кажутся хитрыми, расчетливыми или жадными. Чаще всего считается негативным и используется для описания людей, которые не заслуживают доверия.

Мугён решил действовать под личиной богатенького бездельника, интересующегося лёгкими деньгами. До тех пор, пока притон не окажется в его руках, он должен был играть эту роль.

— А, слышал я про это местечко. Говорят, вы вложились туда?

Мугён прекрасно понимал, что скрывается за этим подозрительным взглядом. Гу Пин… Он знал о нём практически всё: любимый алкоголь, марка машины, даже размер налоговых отчислений. Но сейчас он должен был притвориться.

— Да так, с друзьями решили скинуться. Небольшая сумма, чисто ради забавы. Говорят, бизнес идёт неплохо, дивиденды капают.

— И сколько же… вы… вложили?

Гу Пин, не отрываясь от стакана, продолжал сверлить Мугёна взглядом. Глаза жадно скользили по часам на запястье, по рубашке, по ключам от машины… И наконец, задержались на холодном, но красивом лице.

— Миллиардов пять, не больше.

Услышав сумму, Гу Пин невольно приоткрыл рот. Интерес в его взгляде заметно возрос. Приманка, от которой веяло большими деньгами, сработала безотказно.

— С друзьями, говорите? И куда же вы столько вбухали?

— Вроде, они там отель отгрохать решили, вот и ушло всё до копейки. Казино, оборудование, охрана…

— Неужели такие деньжищи?

Гу Пин подался вперёд, всем своим видом демонстрируя заинтересованность.

«Пора», — решил Мугён и подбросил новую удочку.

— Говорят, там и столы теперь — высший класс. Кидаешь карты — и всё на экране видно.

— Верно. Но… Разве это не слишком дорого обойдётся? — тихо пробормотал Гу Пин, и в его голосе послышалась жадная дрожь.

То оборудование, о котором говорил Мугён, было не по карману захудалому притону Гу Пина. Какой смысл вкладывать такие деньги, если местные игроки ставят по мелочи? Выручка всё равно будет мизерной.

— Кто на чём экономит, тот прибыли не видит, — высокомерно бросил Мугён.

Услышав эти слова, Гу Пин оживился.

— А эти пять миллиардов… Вы их уже отбили?

— С лихвой. Как раз подыскиваю местечко, куда бы ещё вложиться.

Жадный Гу Пин попался на крючок.

— Ну да, ну да… Конечно… — промямлил он, не зная, что и сказать.

Мугён наклонился к нему поближе и заговорил тихим, доверительным тоном, словно делился секретом:

— Думаете, богачи станут играть в вашей забелённой конуре? Для них это просто развлечение. Им важно делать это с шиком.

— Ну… В этом есть смысл… — Гу Пие с нескрываемым интересом слушал собеседника.

— VIP-клиенты везде хотят особого отношения. Им нужны роскошные интерьеры, толпы завистников… А чем больше ставки, тем больше выигрыш. С вашей клиентурой таких денег не увидишь.

Гу Пин задумчиво прикусил губу.

Пришло время решающего броска.

— Так вот я и спрашиваю… Есть ли в этом районе заведения посерьёзнее? Слышал, парочка заведений на грани банкротства. Вот и думаю, может, прикупить что-нибудь, пока цены не взлетели.

Мугён отпил виски и искоса взглянул на Гу Пина. Было слышно, как тот сглотнул – настолько громко, что Мугён, сидевший напротив, различил этот звук.

— Дело в том… У меня есть игорный дом… Небольшой… И его хотят снести… Но я не сдамся! Если не заплатят нормальную компенсацию, так и буду там сидеть…

Нет ничего проще, чем обвести вокруг пальца жадного до денег дурака. Так, в один дождливый день, Мугён впервые встретился с Гу Пином.

С лета Мугён регулярно созванивался с Гу Пином, изображая дружбу. Он собирал информацию, прощупывал почву. Его помощник, мастер на всякие штучки, доставал для него даже самые секретные сведения.

Гу Пин любил прихвастнуть тем, как он упорно отстаивал свои интересы.

— Правда же, директор Мугён? В нашем деле главное — репутация. Я столько лет в этом районе! А они мне — один миллиард! Да что я на него куплю! — Гу Пин осушил бокал. — Один миллиард! Они меня за кого принимают!

— Один миллиард? – медленно проговорил Мугён, опуская бокал. Его губы искривились в усмешке.

— Тридцать миллиардов, и ни воном меньше! – рявкнул Гу. — Не дам им снести моё казино!

— А что компания? Ничего не предпринимает? Они же не могут просто так сидеть и ждать, сложа руки.

— Конечно, пытаются! Да только вот что у них получилось! — Гу Пин сцепил запястья и потряс ими, изображая закованными в наручники руки.

Неужели он наконец проговорится? Мугён насторожился.

— В тюрьму их? Как?

— Что? Я-то тут при чем! Но эти идиоты, видимо, ничему не научились…Да я их… Да я… Они прислали каких-то сопляков с крутыми рожами, думали, я испугаюсь! Пришли ко мне с ножами, — хохотал Гу Пин. — Ха! Как будто я не знаю, как обращаться с такими! Даже менты дрожат, как осиновые листы, когда переступают порог моего заведения!

Мугён слушал его пьяный бред, не перебивая. Он надеялся выведать что-нибудь ещё, но Гу Пин уже замолчал.

Информацию, которой не было в документах, можно было получить только от пьяного Гу Пина. Но даже эти обрывки были слишком скудными.

Особенно если учесть, что казино — место закрытое, и узнать, что там происходит на самом деле, было практически невозможно. Мугёну нужна была точная и подробная информация.

Наступила зима. Мугён решил, что пора действовать. Он достал пачку денег — те самые миллиарды вон, о которых так любил говорить Гу Пин.

Они сели за стол, положив перед собой деньги и договор.

— Итак, главная задача — как можно скорее снести это здание и построить новое казино, — начал Мугён.

— Именно! Я постараюсь, чтобы никаких проблем не возникло.

Гу Пин совершенно не беспокоился о том, что у них нет разрешения на строительство. Он был уверен в своей безнаказанности. Но кто его крыша?

— Я попробую найти кого-нибудь из новой строительной компании, — сказал Мугён.

— Не беспокойтесь, если что — мы соберем всех парней с района и поможем вам, — усмехнулся Гу Пин, обнажив желтые зубы.

Мугён в ответ лишь кивнул и ткнул пальцем в графу договора.

— …Если новая строительная компания выплатит 30 миллиардов вон. Тогда вы получите компенсацию, освободите дом и переедете в другое место?, — прочитал он.

Мугён потянул за край перчатки, словно собираясь её снять.

— И тогда я отстегну вам проценты, — продолжал Гу Пин.

— Сколько же вы готовы отстегнуть?

— Хм… — Гу почесал подбородок, раздумывая.

На самом деле он не был обязан ничего платить Мугёну. Но он прекрасно понимал, что строительная компания никогда не выплатит ему такую сумму. Поэтому решил заключить союз с Мугёном.

— Всего трид миллиара вон, — наконец объявил он. — Верну вам инвестиции и один миллиард сверху. Больше, чем проценты в банке!

— С вами приятно иметь дело, мадам Гу, — улыбнулся Мугён.

Он снял перчатку и поставил подпись на договоре.

Сделка была заключена.

Мугён приехал в казино в начале года. Встретиться с ним должен был тот самый человек с фотографии.

— Здесь нельзя курить! — предупредил он.

Голос его оказался на удивление низким и хриплым. Сам он оказался выше, чем ожидал Мугён, но худощавым. Волосы и глаза его были чёрными, как смоль. Довольно интересный тип.

Мугён осушил бокал с виски, разглядывая его. Он поймал себя на мысли, что у него довольно запоминающаяся внешность.

Он сделал большой глоток виски и окинул Хонджу более пристальным взглядом. На его лице было гораздо больше шрамов, чем на фотографии, но взгляд по-прежнему горел злобой. Мугёну он даже начал нравиться.

Интересно, а как он выглядел раньше? Мугён отвлёкся от своих мыслей и спросил:

— И этот доходяга занимается выбиванием долгов?

— Ага, — усмехнулся Гу Пин. — У него богатое прошлое. С самого детства привык к тумакам.

Гу Пин гордо выпятил грудь. Мугён уже знал всю его подноготную, поэтому задал другой вопрос:

— У вас же полно громил. Зачем вам этот доходяга.

— Громилы — они на что? Эти бугаи только жрать горазды. Такие парни думают только о деньгах. И что мне, если в доме начнутся проблемы? Вышибать долги или проигрываться в пух и прах, чтобы освободить для них место?

— А, ну да, ведь в доме есть вы, мадам Гу.

Тот с наигранным смущением подмигнул.

Мугёну стало противно. Значит, в этом доме полно опасных типов, и Гу Пин тратит деньги только на собственную безопасность.

— Да тут психов пруд пруди. А этот парень мало ест и обходится мне дешево. Идеальное соотношение цены и качества!

— Практично, — усмехнулся Мугён.

— Ещё бы! — Гу Пин не заметил насмешки и расцвёл в улыбке.

Несколько дней спустя Мугён решил, что пора действовать. Он решил использовать Хонджу в своих интересах.

Так Мугён начал готовиться к тому, чтобы поглотить этот игорный дом.

Конечно, Хонджу был не единственным его человеком в казино, но именно он играл главную роль. Всё шло по плану.

— Слышали? План застройки изменили! Как вы и говорили, мой участок теперь вне зоны сноса! — радовался Гу Пин. — Какие у вас связи!

— Пустяки, — отмахнулся Мугён.

Гу Пин был уверен, что это Мугён помог ему отстоять игорный дом. Рядом должны были построить торговый центр, а его заведение должно было предстать в новом, блестящем виде. Он был на седьмом небе от счастья.

— Красота! Теперь заживём! — воскликнул он. — Слушайте, а может, рабочих со стройки… ну… пригласим в казино? Как думаете? Это же золотая жила!

Мугён, лениво слушая его болтовню, продолжал умело подпитывать его жадность.

— Представьте, если бы вы тогда взяли те гроши и ушли? — проговорил Мугён. — Локти бы себе сейчас кусали. Надо инвестировать, как вы, тогда и заработаете. Поздравляю.

Не составило труда одурачить этого жадного старикашку.

— Это всё благодаря вам, Мугён! — восхищался Гу Пин. — А я говорил, что в людях разбираюсь. Если бы не послушал вас тогда…

Мугён с отвращением слушал его лесть.

— Мадам Гу, — перебил он наконец. — У меня сейчас важная встреча. Увидимся в игорном доме.

— Да-да, конечно! — засуетился Гу Пин. — Работа не ждёт, до свидания!

Мугён повесил трубку. Минхо, который всё это время барабанил ручкой по столу, поправил очки.

— Ползает перед тобой, как червяк, — проворчал он.

— Ради денег он готов на всё, — хладнокровно ответил Мугён.

— Тот парень, которого ты подослал к нему… Он же его сотрудник. Что, если он ему проболтается?

Минхо иногда бывал слишком мнительным. Но Мугён, который видел отношения между Гу Пином и Хонджу, не разделял его опасений.

— Не проболтается, — уверенно произнёс он. — Он парень смышлёный.

Мугён был уверен, что Хонджу ничем не отличается от всех остальных, кто ради денег готов на всё.

— Может, ну его к чёрту? Давай соберём ребят и вышвырнем его оттуда, — предложил Минхо. — Скоро начнётся строительство, и что он сможет сделать?

Мугён предпочитал действовать в одиночку. Даже Минхо, с которым он работал уже много лет, не знал всех подробностей его плана.

— Ещё рано, — ответил он. — Если мы сейчас его вышвырнем, он найдёт способ остановить строительство. У него слишком много связей.

План был реализован уже наполовину. Конечно, у них с Гу Пином были разные цели, но он добьется своего — казино опустеет. Никто раньше не мог подобраться к Гу так близко. Но расслабляться было рано.

Мугён, несмотря на свой крутой нрав, действовал осторожно и продуманно. Именно таким темпом и нужно было действовать, чтобы обвести вокруг пальца прожжённого мошенника Гу Пина.

— И ты продолжишь играть с ним в эту игру? — спросил Минхо.

— Есть только один способ поставить на место такого, как он. Заставить его проиграть всё, что он выиграл в азартных играх, — ответил Мугён.

Он решил использовать жадность Гу Пина против него самого. Он был жадный, глупый и очень осторожный. Но стоило ему попасть на крючок…

— Тот, кто познал вкус лёгких денег, легко не остановится, — продолжал Мугён. — Он же думает, что ему просто везёт!

Игорный дом стал ставкой в этой игре. Настоящим мошенников в игре был Сон Мугён. Картами – Ку Хонджу. А Гу Пин был всего лишь проигравшим.

Хонджу хорошо справлялся. Он приносил ценную информацию, которой не было в документах, и с готовностью лез во все ловушки, расставленные Гу Пином.

«Гу Пин что-то задумал. Хочет втянуть вас в какую-то аферу. Не верьте ему», — предупреждал он.

Зачем он так старается? Мугён платил ему за информацию, но ведь Хонджу рисковал гораздо больше.

«В полицию тоже уже несколько раз названивали, жаловались на подпольное казино, — продолжал Минхо. — Но дела очень медленно движутся. Боюсь, проверки начнутся не раньше следующего года».

Это они с Мугёном регулярно писали заявления в полицию. Такой был способ проверить, насколько хорошо работает крыша Гу Пина. Если полиция до сих пор не нагрянула с проверкой, значит у него всё схвачено.

— Пора бы и отдохнуть пару дней, — произнёс Мугён.

— Вот именно. Зачем каждый день туда таскаться?

Мугён остановился, так и не дожевав ужин.

Он снова подумал о Хонджу. Теперь при слове «игорный дом» он представлял его с картами в руках.

Опущенные глаза, длинные ресницы, прямой нос, яркие губы, словно рубашка игральных карт…

— А знаешь, в картах есть что-то сексуальное, — пробормотал он.

— Сексуальное? — Минхо представил, как старики режутся в карты, и его передёрнуло. — Ты совсем сдурел? Втянулся в эти игры?

Мугён лишь усмехнулся в ответ. Конечно, Минхо его не понимает. Он же не видел Хонджу с картами в руках.

— Может быть, — согласился Мугён.

Он вновь представил Хонджу: бледные пальцы, перебирающие карты, бесстрастное лицо, отрешенный взгляд, ловкие движения…

— Втянулся, — признался он.

Их с Хонджу связывали чисто деловые отношения. Деньги в обмен на информацию. Они оба извлекали из этого выгоду. Но стоило вовлечь в эту игру чувства…

— Никогда не думал, что тебе понравится играть с огнём, — заметил Минхо.

Мугён и сам это понимал, но ничего не мог с собой поделать. Он сделал ставку. Из любопытства. Его первой ставкой был… интерес.

— Смотри, как бы тебе не прогореть, — предупредил Минхо. — Нашёл время для игр! Тебе ли не знать, чем это заканчивается.

— А мне и не нужно быть профессионалом, — улыбнулся Мугён, пожимая плечами. — Разве не так?

Минхо лишь фыркнул в ответ.

— Тяжёлые деньки у Кюо сейчас, — проговорил Мугён, держа в элегантной руке бокал вина, поднёс его к губам. По поверхности вина прошла рябь.

— Ага, ещё какие, — согласился Минхо. — Каждый раз, когда звоню ему, он всё обчищает карманы каких-то стариков из сауны. Не знал, что он такой азартный.

— Вот пусть и развлекается, — ответил Мугён. — Работа у него сейчас не сахар.

Он и сам нашёл способ развлечься в этом унылом казино. Точнее, его внимание привлёк Хонджу.

Почему именно он? Да не было особых причин. Просто ему нравилось наблюдать за тем, как Хонджу перебирает карты. Он никогда не выходил из себя, не показывал своих эмоций. И ещё ему нравилось, как отчаянно тот цепляется за жизнь.

Мугён решил, что Хонджу так отчаянно нуждается в деньгах. Как и все остальные. Но Хонджу был другим. Он действительно беспокоился о Мугёне.

[Этот старик что-то задумал. Хочет убрать вас с дороги], — предупреждал он.

[Будьте осторожны. Он может натравить на вас своих бандитов].

— Хонджу беспокоился всё сильнее.

— Бандитов он хочет натравить… — пробормотал Мугён.

Он вспомнил амбалов, которых видел однажды ночью у игорного дома.

С тех пор он стал чаще появляться в районе стройки. Прогуливался мимо, курил, подолгу сидел в машине. Он хотел, чтобы бандиты его заметили, а также узнать, где они обычно находятся, и во сколько.

— Собирай ребят и приходите по этому адресу, который скину. До двенадцати, — скомандовал он.

— У нас меньше двадцати минут… Сколько человек? — раздался в трубке взволнованный голос.

Амбалы в Кваль-ым-доне держались группами по три-четыре человека, но состав этих групп постоянно менялся. Только за последнюю неделю Мугён видел несколько новых лиц. В целом, их было не меньше двадцати.

— Двадцать… — протянул Мугён.

Ну что ж, он не будет уступать им в числе. Нужно хоть немного уважать противника.

— Понял. Скоро будем.

Мугён отправил адрес здания, где обитали бандиты, и вывернул руль.

Несмотря на поздний час, в логове бандитов было шумно. Все остальные магазины в округе были закрыты, и только на третьем этаже горел свет и играла громкая музыка.

— Пора начинать, — прошептал Мугён.

Обычно бандиты выходили на дело около часу ночи. Нужно было перехватить их до этого.

Одна за другой подъехали машины с людьми Мугёна. Из них высыпали громилы в чёрных костюмах.

Несмотря на внушительные габариты, двигались они быстро и слаженно. Пятнадцать человек ворвались в здание, ещё несколько остались охранять вход и чёрный ход.

Мугён вышел из машины последним, насвистывая ту же мелодию, что доносилась изнутри. Песня оборвалась на самом интересном месте. Вход был завален мусором. Пришлось расчищать себе путь ногами. Дверь он открывать не стал — неприятно брать ручку голыми руками, даже в перчатках. Но ему и не пришлось — дверь открылась сама.

— Сколько? — спросил Мугён.

— Двадцать два, — ответил один из его людей.

— Отобрать телефоны, — приказал Мугён.

Это эти ублюдки устроили аварию на его стройке. Значит, они в доле с Гу Пином. И у кого-то из них должны быть доказательства.

Мугён обратился к двум десяткам амбалов, лежавших на полу со связанными руками:

— Кто-нибудь знает Гу Пина?

Он провел рукой по воздуху, как бы указывая на присутствующих. Все молчали, лишь нервно водили глазами. Но Мугён не отступал, пристально вглядываясь в лицо каждого. Некоторые не выдерживали его взгляда и опускали глаза.

— А кто-нибудь из вас убивал кого-нибудь в игорном доме Гу Пина?

Снова тишина, только кое-где послышалось сдавленное дыхание. За время работы в этом бизнесе Мугён усвоил одну забавную истину: даже у бандитов есть свой кодекс чести, свои понятия о доверии.

— Никого? Странно, а я слышал кое-что…

В помещении повисла тишина, настолько гулкая, что был слышен каждый вздох.

— Говорят, в том игорном доме поселился неупокоенный дух. Неужели никто не поможет его успокоить?

Мугён пнул ногой пустую бутылку из-под воды.

Бдынь.

Бутылка со звоном покатилась по полу и ударилась об лоб одного из амбалов. Мугён сделал глубокий вдох и опустил руку.

— Какие вы неотзывчивые. Ладно, забирайте их всех.

— Есть! — хором ответили его люди.

Они привычно бросились выполнять приказ, хватая амбалов и поднимая их на ноги. «Хорошо, что я взял людей с запасом», — подумал Мугён.

— Никогда ещё не запирал мелкую шпану. Не позорьте меня, ведите себя тихо, чтобы слухи не распространялись, — бросил он на прощание.

— Есть… — послышалось в ответ.

Мугён пнул валявшийся на полу кроссовок и вышел из здания.

Задержанные молчали как рыбы об лёд. Несколько дней их продержали в подвале, но никто так и не раскололся. Мугён зря потратил время и силы, но кое-какие результаты всё же были.

— Всё равно расколешься. Знал бы, сразу заговорил, — произнёс Мугён, снимая перчатки.

Костяшки его пальцев покраснели, кожа вокруг них была содрана. Он сжал и разжал кулак, легонько толкнув ботинком лежавшего у его ног амбала.

— Сколько тебе Гу Пин пообещал за мою смерть? — Мугён присел на корточки, чтобы посмотреть бандиту в глаза.

Не дожидаясь ответа, он ударил амбала перчаткой по лицу.

— Т-три… Триста… — пролепетал тот.

— Триста?

Если бы Мугён погиб, следуя плану Гу Пина, тому не пришлось бы возвращать инвесторам деньги и выплачивать долги. Прибыль составила бы несколько миллиардов вон. И он потратил на это жалкие триста? Насколько же Гу Пин его недооценил, раз решил, что с Мугёном можно разделаться с помощью этой мелкой гопоты?

— Он… Он просто сказал попугать богатого придурка! Денег… Денег не было… Честно…!

Здоровяк продолжал уверять Мугёна в своей невиновности, но тот его уже не слушал. Хриплый голос бандита до боли напоминал голос Гу Пина, и от этого у Мугёна заломило в висках.

— А как насчёт денег, которые тебе заплатили за убийство рабочего? Где записи звонков?

— …

Бандиты словно сговорились молчать о том, что может стать уликой.

Неудивительно: если они признают убийство, им не поздоровится.

Мугён медленно поднялся на ноги, и на полу появилась его длинная тень.

— Ты всё ещё будешь молчать? — спросил он, ставя ногу на лодыжку съёжившегося на полу амбала.

Бандит испуганно отвел глаза.

— Быстрее признаетесь, быстрее свалите всё на мадам Гу и пойдёте на все четыре стороны, — сказал Мугён, перенося вес на ногу и сильнее надавливая на лодыжку бандита.

Тот завопил от боли и попытался вырваться. Мугён поморщился и заткнул ухо.

— Уберите его. Пусть посидит, подумает, — приказал он своим людям.

— Есть!

«Закрываю уши, как Гу Хонджу… Смешно», — подумал Мугён, усмехнувшись.

Он вышел из подвала. В коридоре было темно.

— Фух, — Мугён с наслаждением вдохнул свежий вечерний воздух после затхлой вони подвала.

— Господин, мы едем обратно? — спросил один из людей.

— Нет, в игорный дом, — ответил Мугён.

— Мы снова подали заявление и там провели рейд, но… Результат тот же.

Как только появлялись слухи о готовящемся рейде, Гу Пин закрывал игорный дом. И так каждый раз. Полиция и городская администрация исправно снабжали его информацией.

— Опять всё прикрыл?

— Да, господин.

Игорный дома Гу Пина было построено на скорую руку, но его владелец оказался крепким орешком. Он был осторожен, хитер и изворотлив. Проникнуть в его логово было непросто, а выбраться — ещё сложнее.

«Хмм…» — Мугён сделал глубокий вдох. В его голове возник образ одного человека.

— Ладно, на сегодня всё, ребята. Отдыхайте, — сказал он своим людям.

— Спасибо, господин!

— Не выбравшись из этой грязи, он беспокоиться обо мне? — Мугёна вдруг кольнуло любопытство. Он изменил маршрут и направился в игорный дом.

Временное пристанище Гу Пина уже начинало казаться ему знакомым. Мугён привык к шуму, к крикам, к суете, царившей в этом месте. Но больше всего он привык сидеть бок о бок с Ку Хонджу.

— Ты же говорил, что раны заживут сами собой, — сказал Мугён, наблюдая, как Хонджу сосредоточенно мажет его руку мазью.

У Хонджу были тонкие белые пальцы, только кончики покраснели, словно от прилива крови.

«Он замёрз?» — подумал Мугён.

Ему вдруг бросилось в глаза, что у Хонджу всё было ярким, выделяющимся на бледном лице: губы, кончик носа, мочки ушей. Интересно, а колени и локти у него под одеждой тоже розовые? И соски тоже? Мугён представил себе тело Хонджу под одеждой, и у него перехватило дыхание.

— Просто так быстрее, — ответил Хонджу, неловко заклеивая ссадину на его руке пластырем.

Мугён смотрел на свою руку, чувствуя непривычное тепло. Даже вернувшись в отель, он не мог ею налюбоваться.

«Глупый, ничего не понимает в этой жизни…» — усмехнулся Мугён.

Конечно, Хонджу просто отрабатывал свой долг. Но Мугёну почему-то было приятно, что тот так неловко о нём позаботился.

Пластырь отклеился через пару дней, но Мугён всё равно продолжал время от времени разглядывать свою руку.

Ранки были пустяковые, зажили быстро, но Мугёну казалось, что всё это благодаря Хонджу и его неумело приклеенному пластырю.

«А Ку Хонджу полезные во всех смыслах», — подумал Мугён.

Всё, что у него осталось после того, как он побывал на самом дне, — это шрамы по всему телу и деньги. Он потратил уйму денег на пластические операции, чтобы избавиться от этих уродливых отметин. Теперь, если не трогать кожу руками, шрамы были почти незаметны.

Остался только один, глубокий, на боку. Мугён провел по нему пальцем.

«Интересно, а если бы я тогда поранился, Ку Хонджу тоже заклеил бы мне рану пластырем?» — подумал он с улыбкой.

— Может, тогда бы и зажила быстрее, — усмехнулся Мугён. — Идиотская мысль… Как и я сам…

Но ему почему-то нравилась эта «идиотская» мысль. Мысли о Ку Хонджу и нелепые предположения о нём всё чаще посещали Мугёна.

Каждый раз, когда Гу Пин просил денег, Мугён с готовностью открывал бумажник. То совал ему купюры, чтобы он купил еду, то оплачивал его мелкие расходы, то передавал крупные суммы, якобы чтобы расплатиться с долгами Хонджу.

Гу Пин начал рассматривать Мугёна как ходячий кошелек и стал зависим от него. Он принимал деньги Мугёна с деланным безразличием и ухмылкой, даже когда тот в очередной раз отчитывал его за промахи. Но бывали моменты, когда и Гу Пина прорывало.

— Директор Мугён, не мог бы вы… Ну… Не делать так прилюдно?

— Что именно?

Мугён прекрасно всё понимал, но решил прикинуться дурачком.

Наверное, Гу Пин всё ещё дулся на него за то, что он гонял его туда-сюда, когда они встречались в игорном доме.

— Ну… Просить при всех принести сигареты, воды там… Говорить так, словно… Словно я у вас в услужении…

Гу Пин говорил, глядя куда-то в сторону, будто что-то вспоминая. Потом он прищурился и уставился на Мугёна.

— Вам не нравится, как я себя веду? Как я разговариваю? Первый раз слышу!

Мугён ухмыльнулся, задирая уголки губ.

— Да дело не в том, нравится или нет…! — Гу Пин принялся что-то объяснять, но Мугён уже понял, в чём дело.

Гу Пин хотел, чтобы тот относился к нему с уважением, по крайней мере, на людях. «А ещё, чтобы я не забывал, кто он такой». Смешно: шулер, а туда же — заботится о репутации.

— Я всю жизнь так жил! Что мне теперь, измениться, что ли? — фыркнул Мугён.

— Да я не прошу меняться, просто…

Мугён опустил руку и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Гу Пин нервно переминался с ноги на ногу под его пристальным взглядом.

— Не нравится — не делайте, — бросил Мугён. — Мадам Гу здесь на хорошем счету. Зачем вам терпеть неудобства?

Стоило ему только намекнуть о возвращении своих инвестиций, как лицо Гу Пина вытянулось.

— Что? Что вы…

— Видел я, как дела у Кванпаля идут в гору. Неплохо он развернулся. Я бы с удовольствием вложился в его бизнес. Тем более, что у него всё чисто, никаких проблем с властями.

При упоминании Кванпаля Гу Пин аж подскочил. Мугён сразу понял, что за фрукт этот Гу Пин: мелочный, завистливый тип, неспособный пережить чужой успех.

— Нет-нет! Просто… Я подумал… Вдруг люди будут о вас плохо думать!

Отговорка была так себе, но Гу Пин не сдавался. Он до последнего изображал из себя непробиваемого дурачка, который не слушает никого и делает всё по-своему.

— Тогда надо было сразу говорить, а не устраивать эти сцены, — холодно проговорил Мугён. — Я уж подумал, что у вас и правда есть претензии…

Гу Пин, услышав, как изменился тон Мугёна, засуетился. Он долго лебезил перед ним, прежде чем Мугён сдался.

— Ладно-ладно, понял я, понял. Вам показалось, что я выставил вас прислугой перед вашими людьми.

— Кхм… Ну… Они, конечно, не дураки, но…

Мугён слушал ещё какое-то время этот лепет, а потом бросил на стол кредитку.

— Пригласите-ка вы этих людей куда-нибудь… В приличное место, — распорядился Мугён. — Раз уж я так сильно задел ваше самолюбие, придётся заглаживать вину.

— Да что вы! Не стоит, правда…

— Берите-берите. Не люблю оставаться в долгу.

Гу Пин, немного поломавшись для приличия, всё же взял кредитку. И впоследствии Мугён не скупился на расходы.

Даже когда Гу Пин прогорел, влез в долги, попавшись на удочку Джэхи и её дружка, Мугён без колебаний предложил ему 4 миллиарда вон. Конечно, Гу Пин не сразу проглотил свою гордость, но…

[ Кванпаль собирается одолжить ему денег ] — прочитав сообщение от Хонджу, Мугён не смог сдержать улыбку.

Видимо, Хонджу очень спешил, раз он пишет ему такие сообщения. Мысль о том, как несмотря на свой возраст,  был мрачным, словно вечно злой старик, пишет подобные сообщения, веселила Мугёна ещё долго.

Он позвонил своему человеку, которого оставил присматривать за Гу Пином. Тот успел сообщить ему о визите Кванпаля раньше, чем сам Хонджу.

— Гость всё ещё в игорном доме?

— Да, господин. Разговаривают о чём-то в комнате.

— Передай гостю, что не нужно открывать кошелек. Вежливо, но твёрдо.

— Будет сделано, господин.

Через пять минут телефон снова завибрировал.

— Гость ушёл, господин Мугён.

— А что там… сотрудники? — Мугёна больше интересовал Хонджу. Тот вряд ли стал бы писать ему просто так, тем более о Гу Пине.

Но его человек, видимо, не понял подтекста и передал информацию, чтобы Гу Пин разогнал всех по домам.

— Отлично, — сказал Мугён. — Можешь отпускать людей. И скажи мадам Гу, чтобы отдыхал.

Кванпаль ушёл с пустыми руками. Теперь у Гу Пина не осталось никого, кроме Мугёна, на чью щедрость он мог бы рассчитывать. И всё благодаря Хонджу.

Мугён довольно хмыкнул и достал заранее подготовленные документы и наличные. Как он и ожидал, Гу Пин вскоре приполз к нему на поклон.

— Вижу, мадам Гу не очень хорошо умеет составлять долговые расписки, — сказал Мугён, окидывая взглядом Гу Пина. — Сумма немаленькая, так что, думаю, в качестве залога подойдёт только игорный дом.

Хотя сейчас казино и не входило в зону застройки, в будущем его планировали превратить в VIP-бутик, соединённый с торговым центром.

В отличие от других компаний, Мугён отказался от идеи присоединить здание игорного дома к основному или дополнительному корпусу торгового центра. Он решил построить на этом месте отдельный проект с совершенно новым пространством.

Конечно, это требовало больше времени и денег, но, по мнению Мугёна, оно того стоило. Во-первых, это должно было произвести впечатление на VIP-клиентов, а, во-вторых, помочь ему избавиться от надоедливого владельца игорного дома.

— Игорный дом? — Гу Пин удивлённо приподнял брови. — Тот самый, который сейчас ремонтируют?

Мугён только пожал плечами, наблюдая за реакцией Гу Пина.

— Для вас оно, может, и ценно, но мне от него никакого толку, — сказал Мугён. — Что я с ним буду делать? Я же не буду играть в карты и нанимать шулеров.

На самом деле, Мугён больше всего на свете хотел заполучить это казино, но Гу Пину об этом знать было необязательно.

— У вас будет полгода, — продолжал Мугён. — Вы же сам говорили, что вернёте долг, как только игорный дом откроется. Вполне достаточно, не так ли?

Гу Пин неохотно кивнул. Видимо, решил, что лучше иметь дело с Мугёном, чем с теми громилами.

Гу Пин подписал расписку. Ловкий мошенник, набивавший себе цену, попался в собственную ловушку.

Мугён годами ждал этого момента, выжидал, словно паук, плетущий свою паутину. И вот, наконец, удача улыбнулась ему.

Осталось дождаться окончания строительства торгового центра, и он сможет спокойно избавиться от игорного дома.

Но чем дольше Мугён находился рядом с Хонджу, тем сильнее становились его чувства.

Ему не давало покоя то, как Хонджу, с его глухотой на одно ухо, всегда говорил спокойно, стараясь не повышать голос. И то, как Гу Пин пожирал его своими похотливыми глазками. Мугён даже приютил Хонджу у себя, чтобы уберечь от домогательств Гу Пина, пока тот заглатывал приманку в виде Минхо.

— Уже уходишь? Выпей со мной, — Минхо поднял бокал, предлагая Мугёну выпить.

Но Мугён, не обращая на него внимания, накинул пальто.

— Не хочу.

Он вышел из кабинета, оставив после себя лишь хлопок двери.

— Вот прилипала, — донеслось ему вслед. — Раньше хоть в казино ошивался, а теперь и вовсе из дома не вылезает.

«Если бы, — подумал Мугён. — Не мёдом, а Ку Хонджу.»

При мысли о Хонджу он невольно улыбнулся.

Настроение улучшилось, и Мугён, не дожидаясь лифта, направился к пожарной лестнице.

Сев в машину и пригладив растрепавшиеся волосы, он бросил взгляд в зеркало заднего вида. От былой собранности не осталось и следа.

— Похоже, я и правда влип, — пробормотал Мугён, заводя мотор.

В голове крутилась лишь одна мысль — о человеке, который терпеливо ждёт его дома.

[Говорят, курьер прячется где-то в порту Дованхан].

Курьером был головорез из Кван-ым-дона. Амбалы должны были разобраться с Мугёном, а он занимался тем, что топил трупы в море. Иногда он работал на Гу Пина. После того, как люди Гу Пина застряли в подвале, он, прихватив свою долю, залёг на дно и пропал с радаров.

— Нашёл, где прятаться, — Мугён нажал на газ, и Хонджу вжался в сиденье, крепко схватившись за ремень безопасности.

Мугён резко затормозил.

Хонджу побледнел и дрожащими руками попытался отстегнуть ремень безопасности. Видимо, решил, выскочить из машины и броситься на помощь курьеру.

— Сиди здесь.

Хонджу казался сильным и собранным, но в такие моменты Мугён видел, насколько он на самом деле хрупок. Выйдя из машины, Мугён поправил одежду.

— А-а-а! — курьер в ужасе смотрел на него.

Конечно, он был в шоке. Человек, которого он должен был отправить на тот свет, стоял перед ним живой и невредимый. Неудивительно, что он побелел, как полотно, словно увидел собственную смерть.

— Узнаёшь? — спросил Мугён.

— Ч-что… что происходит?

— Как что? Ваш план провалился.

Мугён схватил курьера за воротник и потащил его к грузовикам, стоявшим на парковке.

— Сколько тебе заплатил Ким Чанвон?

— К-кто… кто такой Ким Чанвон?! Не знаю никакого Ким Чанвона! — забормотал курьер, услышав настоящее имя Гу Пина.

Он явно был под кайфом. Глаза его были красными и налитыми кровью, а под глазами залегли тёмные круги. Казалось, ещё немного, и из них польётся кровь.

— Наркоши, как правило, теряют рассудок после дозы. Ты, я смотрю, не исключение, — Мугён отпустил курьера, и тот бессильно рухнул на асфальт.

— М-мне заплатили только половину! — завопил курьер. — Я не с ним!

— Сколько именно?

— А вдруг это Гу Пин… прислал тебя? — пролепетал курьер. — Мы не смогли с ним связаться… Я подумал, что сделка сорвалась… И решил здесь подождать!

Курьер нёс какую-то околесицу, которая совершенно не интересовала Мугёна.

— Кого это волнует? — рявкнул Мугён, отвешивая ему пинок. — Я спрашиваю, сколько тебе заплатили?

— …

Курьер мялся, то складывая, то разгибая пальцы, путаясь в показаниях и то и дело срываясь на крик, чтобы заглушить свой голос и не дать Мугёну записать его на диктофон. Мугён наступил ему на руку. Курьер в ужасе выпучил налитые кровью глаза.

— Последний раз спрашиваю. Кто и сколько тебе заплатил?

— Гу… Гу Пин заплатил четыреста авансом! — выпалил курьер. — Честно! Сказал, что остальное отдаст, когда мы будем в море! Но эти… бандиты… не пришли в назначенное время! Это не я сбежал!..

Игорный дом, бандиты, торговля органами… Ужасные догадки роились в голове у Мугёна. Гу Пин оказался ещё более отвратительным человеком, чем он думал.

«А что, если отец Хонджу?..» — вдруг промелькнула у него мысль. — «Неужели его тоже?..»

— Ууууу! — курьера замутило, но его тут же стошнило, так как желудок был пуст.

Мугён выключил диктофон.

— Какое представление! — процедил он, хватая курьера за воротник и с силой отталкивая от себя.

— З-зачем?! Я же всё рассказал!..

Мугён наклонился и, не церемонясь, запустил руку во внутренний карман куртки курьера. Пальцы нащупали бумажный пакет.

— Четыреста, говоришь? Экономный, однако.

Мугён вытащил пакет и заглянул внутрь. Помимо денег, там лежали несколько сложенных пополам листов формата А4.

«Понятно, — подумал Мугён, разворачивая листы. — Что ещё это может быть, кроме…»

Мугён развернул листы. Это оказались его фальшивые документы и медицинская карта.

— Даже группу крови перепутали, — усмехнулся Мугён. — У меня вторая отрицательная, а не первая.

Он разорвал листы и бросил их на землю, затем пересчитал деньги в конверте. Судя по всему, курьеру пришлось несладко. Денег оставалось меньше трёхсот.

Мугён убрал деньги в карман и встал.

— И как ты собирался прятаться с такими тратами?

— Ууууу! — курьера снова замутило.

Мугёна охватила ярость. Он схватил курьера за волосы и ударил кулаком.

Руки у него были в крови. Мугён вытер их о куртку курьера.

— Посидишь здесь пару дней, — сказал он. — Я позабочусь о том, чтобы тебе не было одиноко.

— Кххххх…

Курьер застонал. Мугён развернулся и направился к машине, где его ждал Хонджу.

— Этот ублюдок решил меня кинуть и скрыться, — сказал он, протягивая деньги Хонджу. — Оставь себе на карманные расходы.

На самом деле это были деньги, заплаченные за жизнь Мугёна. И он впервые передал «свою жизнь» в чужие руки.

Глава 28

«Что всё это значит?» — с каждым словом Мугёна Хонджу чувствовал нарастающую головную боль. Он никак не мог прийти в себя, не мог поверить в происходящее.

Ему казалось, что у него начались проблемы со вторым ухом.

Директор Мугён, который внезапно появился в игорном доме и постепенно расширял своё влияние всегда казался Хонджу подозрительным. Но он и подумать не мог, что целью Мугёна окажется казино. Неудивительно, что Хонджу был так шокирован.

— То есть…

— Деньги, которые сейчас на кону, не имеют значения, — спокойно ответил Мугён. — Мы получим нечто гораздо большее.

Хонджу схватился за лоб.

«И как я не заметил этого раньше? Он играл с Гу Пином как кошка с мышкой!»

— Значит, инвестиции были просто прикрытием строительства? Вы вовсе не собирались вкладываться в игорный дом?

Хонджу вспомнил, как они заходили в игорный дом несколько дней назад. Тогда ему показалось, что Гу Пин просто тратит деньги на роскошь. Но оказалось, что здание казино соединят с торговым центром!

— В таком виде даже не скажешь, казино это или ещё что, — добавил Мугён.

Хонджу молча открыл рот. Выходит, Гу Пин трясся над деньгами, которые даже не предназначались для инвестиций? Это было одновременно смешно и радостно.

— Вы ведь и мои долги погасили. Что будет с ними?

— Это не твоя забота, — Мугён пожал плечами.

У Хонджу заложило правое ухо. Он потёр мочку и снова заговорил:

— Что, если Гу Пин будет тянуть до конца строительства? Он свято верит, что после открытия игорного дома сорвёт куш.

Что, если он действительно планирует расплатиться после открытия? Это будет катастрофа. Хонджу нервно закусил губу.

— Он не успеет закончить строительство. К тому же, слухи о том, что Гу Пин уже не тот, что был раньше, уже распространились. У него нет ни денег, ни тех, кто готов ему их одолжить. Откуда ему взять сотни миллионов, чтобы расплатиться с долгами?

Мугён, который сидел, откинувшись на спинку дивана, медленно вытянул руку. Мугён легонько коснулся напряжённой спины Хонджу.

— Знаешь, какой был банк сегодня вечером?

Хонджу молча покачал головой. Он ничего не знал об этом плане.

— Миллиард вон.

— Так много?

— И это ещё не всё. Он должен мне больше четырёх миллиардов. Ты думаешь, он появится, чтобы взвалить на себя такой риск? Гу Пин вложил в игорный дом лишь малую часть от этой суммы.

— …

— Сложи два и два. Ему проще бросить это чёртово казино.

Мугён ждал, когда Гу Пин останется ни с чем и сбежит, бросив игорный дом. И этот день настал.

— Но как вы узнали, что Гадюка собирается обчистить сейф? Случайно?

— Хах, есть способы, — пожал плечами Мугён.

— …

«Так вот почему он вёл себя так спокойно…»

Хонджу был настолько ошарашен, что даже не чувствовал, как рука Мугёна блуждает по его спине.

— Если бы он просто взял деньги и ушёл, всё было бы кончено. Но он сам себя похоронил.

Жадность фраера сгубила — эта поговорка как нельзя кстати подходила к ситуации.

— Я был уверен, что мой план идеален. Не мог же я знать, что Ку Хонджу всё изменит, — сказал Мугён.

По плану Мугёна Хонджу был лишь инструментом для получения информации о Гу Пине. Деньги, которые Мугён ему дал, были просто приманкой.

Весь игорный дом был пешкой в чьей-то игре.

— … Могли бы просто использовать меня.

Если у Мугёна была цель, зачем было притворяться? Зачем нужно было целовать его, беспокоился о его ранах, заставлял его чувствовать себя защищенным и пробуждал в нем неизвестные чувства? Ведь он всё равно собирался уйти, как только добьётся своего.

— Верно, — ответил Мугён.

Внезапно стала болеть рана, которая раньше не вызывала никакой боли. Почему она так сильно болит? Хонджу невольно провел языком по щеке.

— Впервые в жизни хочу удержать кого-то, не заключая сделку. Это странно, — признался Мугён.

— …

— Но я не жалею о своём решении. Ты стоишь того, — добавил он.

Слова Мугёна дошли до Хонджу с опозданием, как и тепло его руки на его талии.

— У тебя больше нет игорного дома, в который нужно возвращаться. И людей, которые тебя мучают, тоже больше нет.

— Игорный дом …

Нет больше игорного дома. Нет Гу Пина и управляющего Яна. Нет больше этого ада, в котором Хонджу провёл пятнадцать лет. Мугён действительно дал ему свободу, как и обещал.

Мугён поднялся с дивана и наклонился к Хонджу.

— Хочу кое-что спросить, — прошептал он.

Горячее дыхание Мугёна опаляло шею Хонджу. Его близость заставляла Хонджу нервничать. Хонджу выпрямил спину, пытаясь справиться с дрожью, которая пробежала по его телу.

— Что? — Хонджу не мог повернуть голову из-за того, что Мугён был так близко. Он лишь отвел взгляд, чтобы посмотреть на Мугёна. Их глаза встретились, и на мгновение Хонджу почувствовал жажду.

— Я раскрыл тебе все свои карты, Ку Хонджу. А что насчёт тебя? — Мугён медленно наклонился и коснулся губами его шеи.

Хонджу казалось, будто все нервные окончания сконцентрировались в его ухе.

— Я…

Он не мог ответить. У него не было карт. Мугён ждал, а потом прошептал:

— Я могу подождать.

Его рука, словно змея, обвила талию Хонджу. Тот чувствовал тепло его тела за своей спиной. Мугён крепко держал его в своих объятиях.

— У тебя больше нет долгов. Нет никого, кто будет тебя мучать. Так почему бы тебе не остаться со мной и не подумать над ответом? — продолжил Мугён.

— …

— Кто знает? Может, ты все же поставишь на меня и будешь держаться за меня, — рассмеялся Мугён, и Хонджу почувствовал вибрацию его смеха. У него закружилась голова.

Мир Ку Хонджу всегда был тесен и жалок. Он никогда не гнался за чем-то большим. Но сейчас ему захотелось ухватиться за этот шанс.

— … Директор Мугён же не игрок, зачем говорите как шулер? — пробормотал Хонджу, расслабляясь в его объятиях.

— Не увиливай от ответа, когда взрослый спрашивает, — сказал Мугён.

Горячие губы коснулись его шеи.

— И я не директор.

Мугён поцеловал его в шею, но в этот момент зазвонил телефон. Мугён нахмурился.

— И с каких это пор они докладывают так быстро?

Он взял телефон.

— Да?

Он не ослабил хватку, пока говорил по телефону. Хонджу казалось, что он сейчас задохнётся.

— Отправь детишек по домам. Родители волнуются.

Мугён повесил трубку и встал.

Хонджу почувствовал холодок, когда тепло его тела исчезло.

— Не думай, что я тебя обманул. Просто я разрабатывал этот план впервые, — сказал Мугён.

Он неторопливо подошел к барной стойке. Хонджу не мог отвести от него глаз.

— … Спасибо. Спасибо вам большое, — пробормотал Хонджу.

— Спасибо? И это всё? — Мугён потянулся.

— Я серьёзно… Как я могу отблагодарить вас?

У него не было ничего, чем он мог бы отплатить Мугёну. Теперь, когда у него не было даже дешёвой ручки. Хонджу посмотрел на свое тело, покрытое бинтами, повязками и синяками. Это было единственное, что у него было.

— Сейчас я выгляжу не очень…

— Ха-ха. Снова хочешь расплатиться телом? У тебя это уже в привычку вошло, — Мугён усмехнулся, взял сумку с деньгами, которую показывал Гу Пину, и вернулся к дивану.

— Хватит пытаться расплачиваться телом. Ты всё равно не очень-то хорош в этом.

Он легонько щёлкнул Хонджу по затылку, и Хонджу опустил голову. Ему было не по себе от того, что Мугён смотрел на его ноги и руки, покрытые ранами. Внезапно у его ног шлепнулась сумка.

— Это тебе. На случай, если ты не захочешь остаться.

Хонджу посмотрел вниз. Сумка была наполовину расстегнута, и он увидел пачки банкнот.

— Это немного, учитывая то, что ты для меня сделал. Я просто подумал, что смогу немного тебя удержать, постепенно отдавая тебе твой гонорар.

— …

Это была сумка, с которой обычно ходят картежники. Хонджу не решался дотронуться до нее и отступил назад.

— Вам не нужно мне платить.

— Ты что, и чаевые так же отказывался брать? Просто брал же и говорил спасибо.

Мугён легонько пнул сумку ногой, и она снова оказалась у ног Хонджу.

— Вот и скажи «спасибо» и возьми деньги.

Хотя его тон был несколько приказным, это не прозвучало как угроза.

— Это другое. У меня больше нет долгов перед Гу Пином. Поэтому вам не нужно мне платить, — Хонджу покачал головой.

Он устал жить из-за денег. Он их ненавидел.

— Упрямый ребёнок.

«Гу Пин и управляющий Ян, которые старше меня на 20 лет, никогда не называли меня ребёнком. А Мугён, который старше всего на 8 лет, часто так делает,»— подумал Хонджу.

— Если не хочешь брать деньги, то хотя бы улыбнись.

— Что?

Это было так неожиданно, что Хонджу подумал, не ослышался ли он. Мугён стоял перед ним, засунув руки в карманы, и повторил:

— Улыбнись. Покажи мне улыбку.

Хонджу ошеломленно посмотрел на него. Судя по серьезному выражению его лица, это не было шуткой.

— Как…

Как он может вдруг улыбнуться? Разве многие люди могут улыбнуться по команде?

Вообще, как это — улыбаться? Когда он улыбался в последний раз? Хонджу попытался вспомнить, но безуспешно.

— …

Он не мог вспомнить ни одного раза, когда бы он улыбался от радости или счастья. Были ли такие моменты вообще? Чем больше он думал о своем прошлом, в котором не было ни одного хорошего воспоминания, тем несчастнее себя чувствовал. Хонджу закусил губу, пытаясь сдержать подступающие слезы.

— Я же просил красиво улыбнуться.

Мугён протянул руку и коснулся его нижней губы. Затем он большим пальцем приподнял уголки его губ.

— …

В глазах Хонджу заплясали мушки. Он не понимал, почему ему вдруг стало грустно, и почему прикосновение к его губам утешает его.

— …ммм

Из приоткрытых губ вырвался всхлип. Стоило слезам политься, как сдержать их уже было невозможно.

Хонджу больше не мог сдерживаться. Он разрыдался, судорожно хватая ртом воздух. Его губы, на которых только-только покрылись корочками, снова начали кровоточить, а пластыри на щеке промокли от слез.

— …

Его ресницы были влажными от слез. Но несмотря на это, гнетущее чувство, сковывавшее его грудь, начало исчезать. Он не мог понять, что это за чувство — облегчение или смирение.

— Хм…

Мугён не мог оторвать взгляда от плачущего Хонджу. Каждый раз, когда Хонджу проявлял эмоции, он испытывал странное чувство, которое не мог объяснить.

— Похоже, я и правда мусор… Мне нравится, когда ты плачешь, — пробормотал Мугён, наклонился и поцеловал Хонджу.

Их губы встретились, и Мугён провел языком по его тонким, влажным от крови и слез губам. Хонджу вздрогнул и попытался отстраниться, но Мугён обхватил его лицо руками, не давая отстраниться. Их взгляды встретились.

— …

— …

Первым отвел взгляд Мугён. Он снова поцеловал Хонджу, слизывая капли крови.

Вкус крови был металлическим, но ему совсем не было противно.

Наоборот, он хотел слизать с его губ все до последней капли, в том числе и слезы.

Мугён продолжал целовать Хонджу, словно пытаясь забрать его боль, пока тот не перестал плакать.

Хонджу отключился, как будто потерял сознание. Когда он открыл глаза, то услышал, как Мугён разговаривает по телефону.

— Да? И его нет дома у управляющего Яна?

Судя по всему, он спрашивал о игорном доме. Мугён неторопливо пил кофе и читал газету.

— Пару дней поиграй в поиски. Чтобы он начал запыхаться. Понял?

Мугён заметил Хонджу, стоявшего у края дивана, и щелкнул пальцами. Не желая мешать разговору, Хонджу бесшумно подошел к нему.

— И принеси то, что найдешь, ко мне.

Закончив разговор, Мугён допил кофе и бросил газету в сторону. Хонджу привык видеть его пьющим и курящим, поэтому эта сцена казалась ему странной.

— Ну что, выплакался?

Он говорил небрежно, но действовал совсем иначе. Теплая ладонь легла на веки Хонджу. Под мягким прикосновением его опухшие глаза будто бы начали успокаиваться.

— Тогда давай поговорим о том, что произошло.

— О чем?

Рука, закрывавшая ему глаза, медленно опустилась. Мир снова стал ярким, и он встретился взглядом с темными глазами Мугёна.

— О том дне, когда тебя избили.

— А…

Несмотря на то, что ярость то и дело захлестывала его, Хонджу попытался вспомнить тот день.

— Я случайно увидел в вашем кабинете документы, на которых было написано мое имя. Там было что-то про отца и долг Гу Пину … Я сразу же отправился в игорный дом. Ни о чем другом не мог думать.

Хонджу размял затекшую шею и продолжил:

— Помните нож, который обронил тот священник? Я на всякий случай убрал его в ящик стола. Это было единственное оружие… и я набросился на Гу Пина.

— Безрассудный мальчишка.

Мугён усмехнулся и положил руку на шею Хонджу, которую тот только что разминал.

Он дотронулся до царапин на его шее. Хонджу почувствовал, как по коже пробежала обжигающая боль, смешанная со странным возбуждением. Он сразу понял, к чему прикасается Мугён. Это были следы от ногтей Гу Пина, который порвал его одежду.

— Он до последнего твердил, что не виноват, что я не ценю его заботу… Меня это взбесило. Мне тогда хотелось убить его… а потом и себя. Я… не видел другого выхода.

Мугён молча кивнул. Он вспомнил окровавленную руку Гу Пина. Раны были не такими уж серьезными, учитывая, что Хонджу хотел его убить, но крови все равно было много.

— А еще я порвал долговую расписку, которая лежала в сейфе. Я так разозлился, что мне пришлось жить с этим грузом на плечах из-за какой-то бумажки.

— А потом?

— А потом…

Хонджу потер распухшее запястье и замолчал. Казалось, он больше не мог говорить.

— Потом он меня избил. Бил клюшкой для гольфа, кулаками…

Хонджу привык к побоям, поэтому это было терпимо. Он не жалел, что порвал долговую расписку прямо перед носом Гу Пина.

— На тебе была порвана одежда.

Мугён медленно провел пальцами по его шее.

— …Он называл меня шлюхой… говорил, что я потаскуха…

Мугён перестал трогать его шею и легонько потянул за ворот пижамы.

— Продолжай.

Он развернул Хонджу к себе и прошептал хриплым голосом:

— Что было дальше?

— …

— Где он еще прикасался?

Вопрос прозвучал резко, хотя интонация была вопросительной. Мугён не дал ему времени на ответ. Его голос звучал так хрипло, что у Хонджу вспотели ладони.

— На этом все. Чхве остановил его.

— Хм…

— Дальше я ничего не помню.

Когда Хонджу пришел в себя, он был в больнице. Гу Пина нигде не было видно. Мугён рассказал ему, что произошло, но Хонджу все еще чувствовал себя разбитым, будто не до конца отошел от лекарств.

— Как ты и догадался, Гу Мадам и управляющий Ян сбежали, — прервал молчание Мугён. — Бросили дом, машину, казино — все.

Хонджу так и думал. Они не объявятся, пока не придумают, как выкрутиться из этой ситуации.

— По плану, я должен был забрать деньги и залечь на дно, пока не истечет срок действия долговой расписки. А если бы они объявились, то я бы припугнул их доказательствами аварии, которую подстроил мадам Гу.

Мугён многозначительно поднял руки.

— Но, увидев, в каком ты состоянии, я передумал уходить. Я решил сыграть до конца. Хочу, чтобы ты хоть что-то от этого поимел.

Он говорил спокойно, но от его слов Хонджу стало неловко. Он покраснел и начал тереть мочки ушей, чтобы скрыть смущение.

— Вы… меняете свои планы… из-за меня?

— Не то чтобы меняю… скорее, добавляю новые пункты.

Мугён легко поднялся с дивана, но тут же замер, услышав слова Хонджу:

— А что вы с этого будете иметь? Это как-то поможет вам в делах? Останусь ли я?

Взгляд Мугёна задержался на лице Хонджу.

— Это тебе решать, а не мне, — сказал он и легонько щелкнул Хонджу по лбу, будто давая щелбан. От легкого прикосновения, как от дуновения ветра, ресницы Хонджу дрогнули.

— …

— Вставай. Заговоры лучше плести в безопасном месте.

Уголки губ Мугёна приподнялись в едва заметной улыбке, обнажая глубокую ямку на щеке.

Глава 29

«Ва-банк»

После этого Хонджу просто следовал за Мугёном. Сев в машину, Мугён снова повез его по незнакомой дороге.

— …

«Куда он меня везет на этот раз?» — Хонджу смотрел в темное окно и гадал, куда они направляются, но решил промолчать.

— Больше не спрашиваешь, — раздался в тишине салона низкий голос.

Хонджу напрягся и тут же перевел взгляд на Мугёна, впиваясь глазами в его губы.

— Раньше ты всегда спрашивал, куда мы едем. Ты вел себя так, будто я тебя похитил.

Тогда Хонджу не мог понять истинных намерений Мугёна и боялся, что тот может с ним сделать. Неудивительно, что он был настороже.

— Тогда была другая ситуация. А сейчас… — Хонджу замолчал, поджимая губы.

— Что сейчас? Теперь все равно, куда меня везут? - бросил Мугён.

Хонджу молчал, не отводя взгляда от окна. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Мугёна и невольно съеживался, напрягаясь всем телом. Но это было другое напряжение. Уже не было того страха, что раньше.

— Приехали.

«И куда он меня привез на этот раз?» — квартира, в которую Мугён провел Хонджу, больше напоминала дорогой гостиничный номер — просторная, роскошная и очень современная.

— Это мой дом, — сказал Мугён.

— А разве тот дом, где мы были, не ваш? — удивился Хонджу, вспоминая пустой неуютный дом с огромным садом.

— Я останавливался там, пока занимался этим делом. Нужно же было где-то жить.

«Вот почему тот дом казался таким безжизненным, словно там никто не живет», — подумал Хонджу.

— …

Но стоило ему переступить порог этой квартиры, как он снова засомневался. Эта квартира выглядела так же холодно и безжизненно, как и тот дом.

Создавалось впечатление, что Мугён не живет здесь, а лишь изредка появляется. Даже в гостиничном номере было бы уютнее.

— Спальня здесь одна. Придется спать в одной постели, — сказал Мугён, словно извиняясь.

— Что?

Хонджу огляделся. В этой квартире явно было больше одной комнаты.

— Ты опять о чем-то непристойном думаешь? — Мугён привлек его внимание, щелкнув пальцами.

— Я… Я могу поспать на полу, — пробормотал Хонджу.

— Как я могу позволить больному человеку спать на полу? Я не настолько бессердечный, — отрезал Мугён. — Идем, я кое-что тебе покажу.

Он потащил Хонджу за собой, не давая ему и слова вставить. Хонджу хотел было сказать, что может поспать на диване, но передумал. Он послушно поплелся за Мугёном, слушая его объяснения устройства квартиры и инструкции по использованию планшетом на стене.

Когда Хонджу закончил принимать душ, стараясь не мочить повязки, Мугёна уже не было в комнате. Непонятно было, принимает ли он душ или ушел по делам. Хонджу нерешительно присел на краешек дивана.

В этот момент ожил экран настенной панели, оповещая о приходе гостя. На нём высветился мужчина в низко надвинутой на лоб кепке. Хонджу растерянно поднялся с дивана и позвал хозяина квартиры:

— Директор Мугён…

Его голос эхом разлетелся по пустой квартире. Прозвучал еще один звонок в дверь.

— Директор!

Не получив ответа, Хонджу направился в спальню и, уже подойдя к двери ванной, услышал:

— Гость пришел. Открой дверь.

— А… да, конечно.

«Почему он не сказал, что кто-то придет?» — Хонджу поспешил к двери.

Возможно, это был кто-то из деловых партнеров Мугёна. Он неуклюже открыл дверь, и в квартиру ворвался поток холодного воздуха вместе с темным силуэтом.

— …

На мужчине, стоявшем на пороге, было все черное: черная куртка, застегнутая наглухо, черные ботинки, черная кепка. Лицо скрывала черная маска. На Хонджу устремился тяжелый взгляд из-под кепки.

Внушительные габариты незнакомца вселяли ужас. Хонджу почувствовал, как у него перехватило дыхание, и невольно отступил назад.

— …

«Должно быть, это знакомый директора Мугёна», — нервно сглотнув, подумал Хонджу.

Мужчина, не сказав ни слова и не спрашивая, кто он такой, молча поднял руку. Хонджу, не мигая, смотрел, как мужчина стягивает с головы кепку.

— Хонджу, — мужчина снял маску.

Хонджу узнал его.

— Гадюка?! — глаза Хонджу расширились от удивления. — Но как?.. Ты же сбежал с деньгами…

— Нехило тебя отделали. Этот ублюдок Гу Пинь — настоящий псих. Правда ведь? — спокойно произнес Гадюка, оглядывая раны Хонджу.

Он небрежно отстранил Хонджу в сторону и вошел в квартиру.

— Хён моется? — бросил Гадюка уже из комнаты.

«Хён?» До Хонджу с опозданием дошло, что речь идет о Мугёне. Он резко остановился, преграждая Гадюке путь.

— Как ты сюда попал? — взволнованно спросил Хонджу, нервно поглядывая на входную дверь. — Сейчас Гу Пинь повсюду тебя ищет! Это директор Мугён тебя позвал? Ты один пришел?

— Пока один, но скоро будут еще, — будто невзначай обронил Гадюка.

Услышав эти слова, Хонджу напрягся. В этот момент в ванной щелкнул замок, а в дверь снова позвонили.

— Иду! — крикнул Мугён из ванной.

— Директор Мугён! — Хонджу бросился к нему.

— Ты чего бегаешь? — удивленно спросил Мугён, выходя из ванной.

Он был одет совсем не так, как обычно: спортивные штаны и обтягивающая футболка. Взгляд оставался таким же пронзительным и тяжелым, но в нем появилась какая-то усталость.

— Гадюка пришел! — торопливо затараторил Хонджу, хватая Мугёна за локоть. — Он сказал, что ваш гость.

В этот момент послышался веселый голос Гадюки:

— Ну, привет! — Гадюка с привычной улыбкой потряс коробкой. — И пицца приехала!

Он, словно бывал здесь не раз, направился к кухонному острову, поставил на стол пиццу, достал стаканчики и обратился к остолбеневшему Хонджу:

— Идемте есть, Хонджу!

— Иди, — кивнул Мугён и слегка подтолкнул Хонджу в спину.

— Что здесь, черт возьми, происходит? — не выдержал Хонджу, но Мугён только пожал плечами.

— …Давай поедим сначала, а потом все обсудим.

Сбитый с толку Хонджу позволил Мугёну подвести себя к столу и усадить напротив Гадюки. Судя по обстановке, Гадюка здесь был не случайным гостем, но Хонджу никак не мог понять, что же происходит.

— Братец, ты видел сообщения на почте? — спросил Гадюка у Мугёна.

— Ага, — отозвался тот.

Они беседовали с такой легкостью, словно знали друг друга уже целую вечность. Хонджу с недоумением наблюдал за ними.

— Оставь его, пусть работает. Мы пока поедим и поговорим, — Гадюка суетливо протянул Хонджу кусок пиццы.

Хонджу невольно принял пиццу.

— Ты был в больнице? — спросил Гадюка.

— Кто вы такие друг другу? — наконец не выдержал Хонджу.

Гадюка опустил пакетик с соусом, который уже собрался был открыть, и прокашлялся.

— Я же говорил тебе, что из-за хёна в карты играть начал? Так вот, это он и есть, — Гадюка кивнул на Мугёна.

Хонджу уже решил, что всех неожиданностей на сегодняшний вечер с него достаточно, но оказалось, что это было только начало.

Из уст Гадюки полилась правда, о которой Мугён предпочитал молчать.

Чтобы внедриться в игорный дом вместе с Мугёном, Гадюке пришлось изображать опытного игрока. Для этого его на полгода закрыли в комнате с настоящим шулером, и всё это время он только и делал, что играл в карты. С весны и до самой осени.

— Мое настоящее имя — Вон Гюо, — продолжил рассказ Гадюка. — Но это имя слишком приметное, поэтому для всех я Ким Тэу. Ребята из игорного дома меня знают именно так.

— Понятно, — только и смог выдавить Хонджу.

По словам Гадюки, он появлялся в игорных домах, где крутился Гу Пин, и с шумом срывал там большой куш. Симпатичное личико и умелые руки — неудивительно, что он привлек внимание Гу Пина, который как раз искал нового перспективного игрока.

— В общем, это мое настоящее имя, мне двадцать восемь. Выгляжу моложе, да?

Наконец-то Хонджу начал что-то понимать. Теперь ему было ясно, почему Мугён так спокойно сидел с этими бандитами и даже не дрогнул, когда Гадюка исчез с деньгами.

— Тогда… — в голове у Хонджу вдруг всплыло одно воспоминание. — Когда вы с директором Мугёном тогда играли, и он выиграл, получив три комбинации «кванг»,… это ты ему карты подкинул?

— Ага, это я тогда раздавал, — усмехнулся Гадюка.

Хонджу уставился на него во все глаза. Если он ничего не путает, то именно с того момента у Гу Пина и появился долг перед Мугёном. И Мугён тогда сел играть не просто так, хотя Хонджу его отговаривал.

— Ну что, уделали мы его? Я же говорил, у меня талант! — Гадюка дожевал пиццу и протянул вперёд руку с растопыренными пальцами.

— Глянь, какие мозоли набил, пока с этим стариком в карты резался. У меня тут даже ссадины были, — Гадюка подносил руку всё ближе, так что Хонджу пришлось отшатнуться.

Хонджу перевел взгляд на его руку. В этот момент в разговор вмешался Мугён:

— Прекрати ломать комедию.

— Тебе легко говорить! — возмутился Гадюка. — Ты хоть раз жил с мыслью о том, что даже во сне будешь видеть эти карты?

— Видимо, это твоё призвание, — невозмутимо ответил Мугён.

Между ними по-прежнему не чувствовалось и капли напряжения. Они разговаривали так же непринужденно, как и в игорном доме.

«И почему я тогда ничего не заподозрил? — думал Хонджу. — Ведь у меня была уйма шансов раскусить их обман».

План этих двоих был просто безупречен. Они так ловко втерлись в доверие к бандитам, что у него не возникло ни тени сомнения.

— Блин, с острыми кальмарами было бы еще вкуснее, — Гадюка вскочил с места. — Я вроде на прошлой неделе покупал, надо посмотреть.

Он бросился к холодильнику и начал рыться в продуктах. Хонджу тем временем разглядывал татуировку на шее Гадюки. «Неужели он её специально для этого дела набил?» — подумал он.

В этот момент чья-то большая ладонь легла ему на глаза, закрывая обзор.

— Не пялься, — раздался низкий голос прямо над ухом. Горячее дыхание обожгло мочку, а вкрадчивый голос словно проскользнул по спине, заставляя покрыться мурашками.

— Почему вы мне ничего не рассказали? — пробормотал он, сглатывая ком.

— Он сам хотел тебе всё рассказать, — прозвучал равнодушный ответ.

— Черт, нету! — разочарованно протянул Гадюка, захлопывая дверцу холодильника.

В тот же миг ладонь Мугёна исчезла с глаз Хонджу, как и его горячее дыхание, щекотавшее ухо. Хонджу еще некоторое время сидел, не шевелясь, пытаясь придти в себя от этого мимолетного, но такого волнующего контакта.

— А мы не будем праздновать? — поинтересовался Гадюка, когда с пиццей было покончено.

Мугён к еде не притронулся, а Хонджу успел съесть всего один кусок — остальное уничтожил Гадюка.

— Ты только что поел и снова? — усмехнулся Мугён, устраиваясь на диване.

— Это была еда, а я про выпивку! Совсем разные вещи. В любом случае, мы на финишной прямой, — настаивал Гадюка.

— Рано ещё расслабляться, — пресёк его Мугён. — Игра ещё не закончена. Садитесь оба.

Все трое расселись за журнальным столиком. Мугён посмотрел на Хонджу.

— Последняя партия — за тобой, Хонджу.

— Что? Я? — не понял тот.

— Да, ты, — кивнул Мугён. — Ты придумаешь, как заманить мадам Гу и управляющего Яна в ловушку. Ты лучше всех знаешь их слабости. Подумай, на какую приманку они клюнут.

— И что дальше? — спросил Хонджу. — Что делать с ними, когда они придут?

— Они должны ответить за свои грехи. За то, что натравливали бандитов на ни в чем не повинных людей. За то, что разрушили чужие жизни и бизнес, — жестко произнес Мугён.

Хонджу и так знал, насколько жадными были Гу Пин и управляющий Ян, но станут ли они рисковать ради наживы? И даже если попадутся в ловушку, признают ли свою вину? Что, если они все свалят на него?

— И отомстить за тебя, — добавил Мугён.

— И за меня заодно! — подхватил Гадюка. — Этот ублюдок Ян меня чуть ли не с работы выжил. Это было преследование на рабочем месте!

В отличие от невозмутимых Мугёна и Гадюки, Хонджу был на нервах. Он машинально прикусил губу, и тут же ощутил на ней чужие пальцы.

— Болит? Зачем ты постоянно кусаешь губы? — спросил Мугён.

Мугён надавил на нижнюю губу Хонджу, заставив его разжать зубы. Боль утихла только после того, как Мугён убрал руку. Хонджу еще долго чувствовал биение собственного пульса на месте прикосновения.

— ......

Хонджу теперь не сомневался: Мугён не такой, как Гу Пин. В одиночку провернуть такое было бы невозможно, но с Мугёном Хонджу был уверен в успехе. Он никогда не говорил этого вслух, но Мугён и сам, должно быть, знал, что Хонджу ему доверяет. Что Хонджу готов рискнуть.

— Сейчас все якобы ищут Гу Пина, — подал голос Хонджу, пока Мугён с Гадюкой о чем-то переговаривались. — Что, если в нужный момент пустить слух, будто Гадюка, который сбежал с деньгами, где-то объявился?

Пока Мугён и Докса обсуждали свою стратегию, Хонджу нерешительно заговорил:

— Что, если я вернусь в игру?

— Ты?

Мугён прищурился, глядя на Хонджу. Взгляд был холодным, разительно отличающимся от его обычного поведения.

— Вы же сами сказали, что я сбежал, — Хонджу выдержал его взгляд. — Если Гу Пин узнает, что я снова играю, он обязательно придет.

Лучшей приманки не придумаешь. Гу Пинь всегда считал Хонджу жалким идиотом, которым легко манипулировать.

— Нет.

— Ни в коем случае.

Мужчины произнесли это в унисон, их голоса звучали твердо.

— Это уже слишком. Гу Пин довёл Хонджу до такого состояния... Устраивать им встречу...

— Он — игрок.— Мугён указал на Гадюку.

— Да, — кивнул тот, словно они уже все обсудили.

Но Хонджу был другого мнения. Вместо того, чтобы вмешивать Гадюку и подвергать его опасности, нужно было найти более эффективный способ выманить Гу Пиня. И единственный выход, который приходил Хонджу на ум — это стать приманкой.

— Если я пару раз засвечусь, он сразу же объявится. Я потяну время, а потом...

Хонджу не успел договорить. Мугён резко зажал ему рот рукой, не давая произнести ни слова. Ладонь, закрывавшая почти все лицо Хонджу, приятно пахла теплом и чем-то неуловимо знакомым.

— Я же сказал, даже не думай о том, чтобы снова лезть на рожон.

Его слова прозвучали как приказ, в котором чувствовалась угроза. Очевидно, появление Хонджу в игорном доме Гу Пина не входило в планы Мугёна.

— Мы придумаем другой способ выманить его. А пока просто забудь об этой затее.

Их взгляды встретились, и Хонджу медленно моргнул, давая понять, что услышал. Некоторое время Мугён смотрел в его темные глаза, а затем медленно убрал руку. Горячее дыхание Хонджу обожгло его ладонь.

— … Хорошо, — пробормотал он.

Только после того, как Хонджу ответил, пристальный взгляд Мугёна исчез.

Мужчины продолжили обсуждать свои дела, оставив Хонджу сидеть между ними. Он не понимал большую часть их разговора, но все равно не уходил.

Когда на часах было уже три часа ночи, Гадюка плюхнулся на диван.

— Я, пожалуй, здесь и останусь, — зевнул он. — Где еще сейчас безопасно? И никто не узнает.

Мугён пнул его ногой, но Гадюка и не думал вставать. В этот момент у Мугёна зазвонил телефон.

— Чтобы до конца разговора тебя здесь не было, понял?

— Не слышу! — Гадюка заткнул уши руками, притворившись спящим.

Мугён раздраженно махнул рукой и вышел на балкон.

— Постараюсь заснуть пока хён не вернулся, — отозвался Гадюка. — Хонджу, ты тоже иди спать.

Хонджу покосился на Мугёна. Сквозь стеклянную дверь балкона было видно, как он разговаривает по телефону, стоя спиной к ним.

— … Да, пойду, — тихо ответил Хонджу.

Широкие плечи, крепкая прямая спина… И длинный шрам на боку, скрытый под одеждой. Словно почувствовав на себе взгляд, Мугён медленно обернулся.

Их глаза встретились. Холодный, пронзительный взгляд мужчины был прикован к Хонджу.

— …

В этот момент Хонджу понял: ни у него, ни у Гу Пина, ни у управляющего Янга не было ни единого шанса победить Сон Мугёна.

Возможно, из-за того, что всю свою жизнь он провел на острие ножа, ему было непривычно прятаться за чужими спинами. Но он должен был помочь Мугёну, чего бы это ни стоило. Хонджу лежал в чужой постели, не в силах сомкнуть глаз.

«Мы придумаем другой способ выманить его. А пока просто забудь об этой затее».

Вспомнились слова Мугёна, сказанные твердым, непреклонным тоном. Конечно, Хонджу знал, что нельзя полностью доверять тем, у кого много денег и власти. В мире азартных игр каждый готов предать ради собственной выгоды.

Но Сон Мугён… Он был другим. Он не был ни игроком, ни жертвой. И даже если бы ему пришлось столкнуться с предательством, он бы выдержал и это.

«Я должен помочь ему».

Хонджу лихорадочно искал способ выманить Гу Пина и управляющего Яна.

В ту ночь он так и не смог сомкнуть глаз.

***

Как только рассвело, Хонджу разбудил Мугёна и Гадюку.

— Чтобы залечь на дно, нужны деньги, — начал он без предисловий, — а у них их нет. Значит, остается только управляющий Ян. Не знаю, как насчет Гу Пина, но Ян провернул в округе немало дел. Он не сможет уехать далеко и будет где-то здесь. Он ждет удобного момента, чтобы смыться. Все будут молчать, ведь они в сговоре.

— Да, у управляющего Яна таланта маловато, зато наглости хоть отбавляй. Его многие привечают, — сказал Гадюка, почесывая затылок. Мугён слушал их, молча скрестив руки на груди.

— Если Гадюка пойдет к Кванпалю, это будет слишком подозрительно, — продолжил Хонджу. — Лучше другое место… Есть такой спортивный центр «Море».

— А, это тот, куда они любили ходить? — вспомнил Гадюка. — Разве это не просто клуб по интересам для местных?

Заброшенное здание спорткомплекса, обанкротившегося уже давным-давно, стало прибежищем для азартных игроков. Но это было место не для всех.

— Там собираются настоящие акулы, — пояснил Хонджу. — Те, кто сорвал куш в игорных домах и теперь купается в деньгах. Они считают, что если выиграют там, то смогут зарабатывать на жизнь игрой где угодно.

— И ты думаешь, мадам Гу и управляющий Ян пойдут туда за деньгами? — уточнил Мугён.

Хонджу кивнул.

— Да. Конечно, не сразу, сначала они залягут на дно. Но это место — их единственный шанс. Они будут уверены, что ты никогда не узнаешь о нем.

Игроки, которые посещали спорткомплекс, были близки с Гу Пином и Яном. Это были сливки общества, акулы игорного бизнеса. Если среди них разнесется слух, что человек, похожий на Гадюку, снова в игре, это сработает как нельзя лучше.

— Но у них же нет денег, — заметил Мугён. — Кто даст им стартовый капитал?

— Там им всегда будут рады, — заверил Хонджу. — Берут процент с выигрыша. Или просто дают немного денег, чтобы в игре участвовали. Я сам туда частенько ходил подзаработать. Они ни за что не упустят свой шанс.

Вряд ли они найдут более безопасное место, чтобы достать денег без ведома Мугёна.

— Что ж, если им некуда деваться, то это место подходит, — согласился Мугён.

— Это сработает лучше, чем Кванпаль, — уверенно сказал Хонджу. — Это место идеально подходит, чтобы затеряться. Там всегда полно народу, да и охрана не отличается умом. А если станет слишком опасно, просто уйдет через черный ход.

Поскольку сам Хонджу не участвовал в операции напрямую, он должен был убедиться, что она пройдет максимально безопасно и эффективно. Выслушав его, Мугён заговорил:

— Туда так просто не попадешь. Там все друг друга знают. Нужно придумать что-то убедительное.

— Можно сказать, что он прослышал об этом месте от кого-то в игорном доме, — предложил Хонджу. — Большинство так и поступают.

— Хм, — протянул Гадюка, потирая подбородок. — Значит, надо сыграть так, чтобы нам поверили.

— Делай все так же, как в игорном доме, — посоветовал Хонджу. — Покажи им, что ты — новичок, который только-только научился считать карты и выигрывать. Тебя с радостью пустят за стол.

Чем неумелее он будет играть, тем лучше. Нужно создать впечатление, что какой-то выскочка, только что научившийся играть в карты, решил попытать счастья в их кругу. Как и в случае с Мугёном, план заключался в том, чтобы заманить жертву в ловушку.

— А чтобы не вызывать подозрений, обмолвись пару раз о мадам Гу или управляющем Яне. Если они пронюхают, что ты связан с ними, тебя сразу же возьмут в оборот, — добавил Хонджу. — И ждите, пока они клюнут. А как только Гу Пин и Ян появятся, сматываем удочки. А потом с ними разберемся.

— То есть, ты уверен, что они придут? — уточнил Мугён.

Хонджу молча кивнул. Конечно, он не мог гарантировать успех на все сто процентов. Но, сколько он ни ломал голову, этот план казался ему самым безопасным и быстрым.

— Они же решили, что Гадюка сбежал с их деньгами, — усмехнулся Хонджу. — Сейчас у них, должно быть, агония. Им нужно убедиться, правда это или нет.

— Точно, — фыркнул Гадюка. — Ян меня на дух не переносит. Наверняка уже кипит от злости.

Сейчас управляющий Ян должен был бояться не Мугёна, а Гадюку, который якобы сбежал с его деньгами. Ян был очень вспыльчив, поэтому наверняка примчится, как только узнает, где скрывается Гадюка.

Хонджу перечислил еще несколько деталей, которые могли разозлить Гу Пина и Яна, и заставить их выйти из укрытия.

— А Ку Хонджу-то зря времени не терял в игорном доме, — хмыкнул Гадюка. — Сам не игрок, а все знает, как на ладони.

— Ну да, — пожал плечами Хонджу.

Все эти годы он крутился рядом с игроками и невольно впитал в себя все эти знания. Слова Гадюки были больше похожи на издевку, но Хонджу все равно почувствовал гордость.

— Директор тоже говорил, что не бандит, — неожиданно для самого себя сказал Хонджу, обращаясь к Мугёну.

Этот вопрос мучил его еще с тех пор, как они встретились в игорном доме. Мугён рассмеялся.

— Вижу, ты осмелел, раз позволяешь себе такие замечания, — усмехнулся он.

— Строго говоря, он скорее не бандит, а гангстер, — встрял Гадюка. — Ну, или бизнесмен, который нанимает бандитов. Знаешь таких, Хонджу?

Мугён бросил на Гадюку предупреждающий взгляд. Тот тут же замолчал, изобразив на лице молнию.

— Ты лучше помалкивай, — бросил Мугён. — Хонджу, ты знаешь что-нибудь об этих типах из спортивного центра?

Хонджу рассказал все, что знал о завсегдатаях спортивного центра, их распорядке и привычках. Гадюка все это время что-то записывал в телефон, а Мугён время от времени задавал уточняющие вопросы.

— Проследим за ними пару дней, а потом решим, как действовать, — наконец произнес Мугён. — И этим отморозкам тоже пора дать жару.

— Да, да, — кивнул Гадюка.

План был готов. Хонджу, привыкшему быть пешкой в чужой игре, было непривычно оставаться в стороне. Но он должен был сделать все, чтобы помочь Мугёну отомстить.

Все это время Хонджу продолжал лечить свои раны. Он ел за троих, спал по двенадцать часов в сутки и даже умудрялся дремать днем, греясь на солнышке.

Чем ближе Хонджу был к нормальной жизни, тем чаще Мугён смотрел на него с каким-то странным выражением лица.

— Гу Хонджу, — позвал он.

Хонджу, пивший воду из кулера, повернул голову. Не увидев Мугёна, он повернул голову в другую сторону. Мужчина стоял совсем рядом, почти не выдавая своего присутствия. Хонджу сглотнул воду и проговорил:

— Что?

Вместо ответа Мугён легонько ущипнул его за щеку.

— Знаешь, ты всегда поворачиваешься направо, — заметил он.

Хонджу привык сначала реагировать на звук, а уже потом разбираться в ситуации. Особенно если он не видел, что происходит.

— Я поворачиваюсь в ту сторону, откуда слышу звук, — ответил Хонджу. — Иногда я не могу определить, откуда он идет.

— А, — протянул Мугён, внезапно что-то вспомнив.

Он вдруг вспомнил ту ночь, когда прижал Хонджу к дивану. Бледное лицо, сжатое от боли... Мугён решил, что Хонджу молчит из упрямства. Но, возможно, он просто его не слышал. Мугёну вспомнились слезы, катившиеся по бледным щекам Хонджу.

— Знал бы я… — пробормотал он, потирая подбородок.

— Что? — переспросил Хонджу.

Он не расслышал слова Мугёна. Внезапно Мугён вспомнил, как Хонджу сидел в шумном игорном доме, одинокий и потерянный.

— Неважно, — отмахнулся он.

Теперь настала очередь Мугёна вытащить Хонджу из тени Гу Пина. Он взял его за руку, которую тот по привычке теребил ухо.

— Собирайся, — сказал Мугён. — Мы уходим.

Мугён, не выпуская его руки, направился в гардеробную. Хонджу нерешительно последовал за ним.

— Мы точно можем сейчас уйти? — с тревогой спросил он. — Вдруг Гу Пин следит за нами?

— Пусть попробует, — отрезал Мугён. Он открыл чемодан Хонджу, который тот еще не успел разобрать. Внутри, как и следовало ожидать, лежали яркие вещи, совершенно не подходящие к его образу. — Ни разу не видел тебя в этом, — пробормотал Мугён, вытаскивая ярко-желтую толстовку. Цвет был похож на яичный желток. — На, держи.

Хонджу не взял толстовку, всем своим видом показывая, что она ему не нравится. Мугён еле сдержал улыбку и насильно впихнул толстовку в руки Хонджу.

— Надевай, — скомандовал он.

— …

— Я сказал, надевай, — повторил Мугён более настойчиво и вышел из комнаты.

Оставшись один, Хонджу с сомнением посмотрел на толстовку. Наконец, вздохнув, он сдался и пошел переодеваться.

Когда он вышел из комнаты, Мугён, просматривавший что-то в телефоне, поднял на него глаза.

— А я думал, ты наденешь что-нибудь другое, — ухмыльнулся он, оглядывая Хонджу с головы до ног. — Вижу, ты решил не спорить.

Его темные глаза светились нескрываемым удовольствием. Хонджу смущенно теребил подол толстовки. Мугён был его полной противоположностью: аккуратно уложенные волосы, идеально сидящий костюм-тройка, дорогие часы на запястье… На фоне этого воплощения взрослости и респектабельности Хонджу в своей ярко-желтой толстовке чувствовал себя неловко.

— Тебе идет, — заметил Мугён. — Всегда бы так одевался.

— Вам не нравится моя одежда?

Мугён убрал телефон в карман и встал. Подойдя ближе, он протянул руку и запустил пальцы в растрепанные волосы Хонджу.

— Так и будешь ходить с кислым лицом? — спросил Мугён.

Его рука, без перчаток, легко скользила по спутанным прядям. Странно, на вид они казались спутанными, но на ощупь были удивительно шелковистыми. Мугёну захотелось трогать их снова и снова.

— Ты как твои волосы, — тихо прошептал он Хонджу на ухо. — С виду неприступный, а на самом деле…

Хонджу почувствовал, как у него защипело в носу.

— Пошли уже, — поторопил его Мугён.

— … Да, — кивнул Хонджу.

К счастью, Мугён убрал руку. Ещё немного — и Хонджу покраснел бы до кончиков ушей. Он поспешил за Мугёном, стараясь не выдать своего смущения.

Машина выехала из города и остановилась возле большого больничного комплекса. Хонджу решил было, что Мугён привез его сюда, чтобы перевязать раны, но ошибся: они остановились у входа в отделение отоларингологии.

— Зачем мы здесь? — удивленно спросил Хонджу.

Он уже привык к запаху больниц, но здесь он был каким-то… другим. Мугён подошел к Хонджу, который остановился в двух шагах позади него. Длинные полы его пальто взметнулись, словно крылья хищной птицы. Мугён прикрыл ладонью левое ухо Хонджу, то самое, которым он плохо слышал.

— Это Гу Пин сделал с твоим ухом, да?— глухо произнес он.

— …

Несколько пациентов, сидевших в очереди, с любопытством посмотрели на них. Хонджу попытался отстраниться, но Мугён крепко держал его за подбородок.

— Из-за этого ублюдка у тебя появилась дурная привычка, — процедил Мугён сквозь зубы. — Не хочу, чтобы ты и дальше так мучился.

Его голос звучал холодно и резко, но, встретившись с ним взглядом, Хонджу понял, что это не так. Глаза Мугёна пылали яростью и чем-то еще... чем-то похожим на одержимость.

— Я сотру в порошок любого, кто посмеет поднять на тебя руку, — процедил он.

Хонджу не мог понять, обещание это было или угроза. Но он знал одно: ослушаться Мугёна — себе дороже.

Медсестра провела их в кабинет, где Хонджу сделали несколько обследований. Врач сказал, что если они хотят закончить все сегодня, то им нужно поторопиться. Обычно Хонджу не обращал внимания на усталость, но сегодня он чувствовал себя совершенно разбитым.

— Итак, вы говорите, что травму вы получили в результате несчастного случая? — уточнил врач, когда Хонджу, наконец, оказался в его кабинете.

— … Да, — кивнул Хонджу.

— В момент удара, скорее всего, произошел разрыв барабанной перепонки, — продолжил врач. — Были выделения с примесью крови? Шум в ушах?

— Да, все так, — подтвердил Хонджу.

— Должно быть, у вас была высокая температура, боль отдавала в челюсть, в глаза… Неужели вам не было тяжело? Почему вы не обратились за помощью сразу после травмы?

— …

Врач поправил очки и окинул взглядом худощавую фигуру Хонджу. Его бледная кожа была покрыта синяками и ссадинами, а на некоторых участках виднелись бинты. Мужчина, стоявший рядом, обнимал Хонджу за плечи и смотрел на врача с нескрываемой угрозой.

— Кхм… Шесть лет для такого — это очень много, — заметил врач, поспешно отводя взгляд от Мугёна. — Вы знали о состоянии пациента?

Он с подозрением посмотрел на Мугёна. Тот, видимо, уже успел навести справки, потому что, пока Хонджу осматривали, врач отвел его в сторону и тихо спросил, не применялось ли к нему насилие.

— Я не говорил, — тихо ответил Хонджу. — Я никому не говорил, — повторил Хонджу, давая понять, что подозревать Мугёна не стоит. Врач смущенно кашлянул и отвел взгляд.

— Кхм… У вас односторонняя тугоухость, — начал он, обращаясь к Хонджу. — Левое ухо практически не слышит. В таких случаях часто страдает и второе ухо. Вам повезло, что вы так долго протянули.

Хонджу невесело подумал, что правое ухо держалось из последних сил, повинуясь инстинкту самосохранения.

— И вам не было тяжело? — спросил врач. — Неужели вы не замечали неудобств в повседневной жизни? Например, не могли расслышать сигнал машины или слова собеседника?

— Ну… я не всегда мог определить, откуда доносится звук, — признался Хонджу. — Иногда в шумных местах было сложно общаться… Но окружающие, вроде бы, ничего не замечали.

Он снова невольно выгораживал Мугёна.

— Хм… — врач почесал нос. — Да, многие не придают значения таким вещам. Но, начав лечение, они понимают, насколько неуютным был для них этот мир.

— …

— Советую вам не затягивать с лечением, — сказал врач. — Пока не пострадало второе ухо. В вашем случае я бы рекомендовал слуховой аппарат. Современные модели практически незаметны, и ухаживать за ними очень просто.

Врач еще долго расписывал преимущества слуховых аппаратов, но Хонджу слушал его словно в полусне.

— Поначалу, конечно, будет непривычно, — закончил врач. — Но, пройдя курс реабилитации, вы привыкнете к нему, и он станет для вас незаменимым помощником.

Судя по решительному виду Мугёна, он был готов немедленно купить Хонджу самый лучший слуховой аппарат. Сам же Хонджу отнесся к этой идее без особого энтузиазма.

— Я подумаю, — наконец, выдавил он и вышел из кабинета.

— Это же одна из лучших клиник в городе, — удивился Мугён, когда они сели в машину. — Раз уж приехали, почему бы не начать лечение прямо сейчас?

— Мне пока не так уж и плохо, — ответил Хонджу. — К тому же, это стоит немалых денег. Нужно все обдумать, подготовиться…

— Подготовиться? — Мугён нахмурился, словно не понимая, о чем говорит Хонджу. — С чего это ты вообще об этом думаешь?

— А кто же будет беспокоиться, если не я? — парировал Хонджу. — Это же мои расходы.

Мугён резко остановился и уставился на Хонджу. В его глазах сверкнула ярость.

— Так, — процедил он сквозь зубы, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. — Я же сказал, что сам все оплачу. Раз уж я тебя сюда привез, то несу за тебя ответственность. Неужели ты не понял?

— …

— И какая разница, кто платит?

Хонджу, заметив перемену в настроении Мугёна, поспешил оправдаться:

— Я просто… Не хочу быть у вас в долгу.

Конечно, ему не хотелось влезать в долги, но была и другая причина. Он вспомнил, как Мугён с горечью говорил: «Деньги решают все».

Хонджу боялся, что Мугён решит купить ему слух, как какую-нибудь безделушку. Что будет пытаться заглушить деньгами его страх и неуверенность. А когда щедрость иссякнет…

— … — Хонджу замолчал, не зная, как объяснить Мугёну свои страхи.

Хонджу не хотел быть привязанным к Мугёну деньгами. Он не хотел снова остаться один из-за денег. Но он не мог заставить себя рассказать об этом Мугёну, не мог объяснить свой страх.

— Давай не будем усложнять, Ку Хонджу, — устало вздохнул Мугён. — Это не долг, пойми ты наконец.

Хонджу, конечно же, понимал, что Мугён — не Гу Пин и не станет требовать проценты. Он понимал, что ведет себя упрямо и нелогично. Но он больше не хотел, чтобы Мугён вмешивался в его жизнь, какой бы горькой она ни была.

— Для меня это одно и то же, — упрямо повторил он. — Принять от вас деньги или остаться у вас в долгу...

Он хотел быть с Мугёном на равных, или хотя бы стремиться к этому.

— Чёрт возьми, — Мугён раздраженно цокнул языком.

Ку Хонджу казался таким покладистым, но стоило протянуть к нему руку — тут же отстранялся. Раньше Мугён не встречал таких сложных людей.

— В общем, я не хочу быть никому обязанным, — твердо сказал Хонджу.

Он решил, что доброта Мугёна — это тоже своего рода долг. Раньше он бы не задумываясь принял бы помощь, но не сейчас. Не от Мугёна.

— Значит, ты не хочешь быть у меня в долгу, — пробормотал Мугён.

— Типа того, — ответил Хонджу, — но я не имел ввиду ничего плохого.

Он не хотел обидеть Мугёна, и поэтому невольно потянулся к нему, хватая за рукав рубашки.

— Я понял, о чем вы говорили ранее, — тихо сказал он. — Мне тоже не нравится жить так, как я жил с Гу Пином.

Мугён посмотрел на его руку, сжимающую его рукав.

— Блять, — выругался Мугён себе под нос. — Ну и упрямец же ты.

Ему не нравилось под кого-то подстраиваться. Но ради Ку Хонджу он был готов на все.

Высокая стена, окружавшая Сон Мугёна, стена, сквозь которую не мог пробиться даже солнечный свет, начала медленно рушиться. И в образовавшихся проломах показалось ясное лицо Хонджу.

***

День Х неумолимо приближался. Запах лекарств, исходивший от Хонджу, стал почти незаметным. Мугён перестал выходить из дома и занимался делами, не выходя из него.

Неожиданным препятствием стали бандиты из Кваль-ым-дона и отсутствие следов денежных переводов Гу Пина. Они проверили все счета и телефоны, но не нашли ни единого подтверждения финансовых операций. Из-за закрытости этого места найти доказательства передачи наличных оказалось крайне сложно. Но благодаря Хонджу у них появилась зацепка.

«Управляющий Ян, — сказал Хонджу, — всегда платил ребятам из Кваль-ым-дона наличными. В бухгалтерских книгах эти суммы были записаны как займы. На самом деле это была плата за грязную работу. Если он платил им за грязные делишки, то наверняка делал это таким же образом».

Мугён решил проверить бухгалтерские книги, опираясь на слова Хонджу.

<Отправка письма с результатами сверки с бухгалтерскими книгами>

—написал ему помощник по электронной почте.

Он просмотрел сотни страниц, проверяя каждое упоминание имен членов банды из Кваль-ым-дона. И действительно, в течение нескольких месяцев, предшествовавших сносу дома, некоторые из них регулярно брали деньги у Гу Пина.

Трое из них на протяжении четырех месяцев брали по пять миллионов вон каждый. Хонджу был прав.

— А этот мелкий засранец не так уж и прост, как кажется, — хмыкнул Мугён.

— Нашли что-нибудь? — спросил Хонджу, заглядывая в экран ноутбука.

— Смотри, — Мугён указал на строчку в таблице. — Идеальное совпадение по времени.

Даты, когда эти трое якобы брали деньги в долг, совпадали с датами неудачных попыток снести дом, произошедших с интервалом в несколько лет. Всего было три таких случая.

— Но они ведь могут сказать, что это просто совпадение, — засомневался Хонджу. — Что это действительно был долг, а управляющий Ян не потребовал деньги обратно, — возразил Хонджу. — У нас нет доказательств…

— В выписке нет ни одной записи об уплате долга, — Мугён холодно улыбнулся. — Мы можем потребовать вернуть деньги с процентами. Думаешь, кто-то из них сможет это сделать?

Хонджу с сомнением посмотрел на цифры на экране. С учетом процентов сумма долга вырастала в несколько раз.

— … Сомневаюсь, — пробормотал он.

Бандиты вряд ли захотят связываться с Мугёном, узнав, что дом и все долги теперь принадлежат ему. Они быстро поймут, что им выгоднее свалить всю вину на Гу Пина.

— Думаю, нам пора навестить других клиентов управляющего Яна, — сказал Мугён, прокручивая список.

Он нашел список чиновников мэрии, которые могли быть замешаны в махинациях Гу Пина. Четверо из них подходили под описание Ким, которое дал Хонджу.

— Помнишь, как он выглядел?

— Да, если увижу — узнаю.

Мугён кивнул на экран. На фотографиях в служебных удостоверениях красовались четверо мужчин в форме. Хонджу внимательно вгляделся в их лица.

— Вот этот, — сказал он, указывая на одну из фотографий.

Он сразу узнал господина Кима. Под фотографией было написано: «Ким, начальник отдела строительства».

— Неудивительно, что он так рьяно пытался все замять, — пробормотал Мугён.

— А как насчет того полицейского, господина Пака? Вы же вместе искали его, — спросил Хонджу.

— Я его нашел.

Найти полицейского оказалось несложно — Мугён воспользовался номером из телефона Яна.

Мугён видел все карты Гу Пина, как на ладони.

— Осталось только дождаться, когда эти ублюдки вылезут из своих нор, — сказал он.

— ... — Хонджу ничего не ответил, но его сердце бешено колотилось в груди.

Оставалось только надеяться, что его план сработает. Что всё пойдет именно так, как он задумал.

Глава 30

Наступил день Х, когда Гадюка должен был отправиться в спортзал.

— В таком виде меня точно никто не узнает? — спросил Гадюка, появившись в дверях в мотоциклетном шлеме и кожаной куртке.

— Ты так и пойдешь? — удивился Хонджу.

— А что не так?

— Ты же будешь выделяться, как бельмо на глазу.

— Я слышал, что управляющий Ян мечтал о мотоцикле, — сказал Мугён, кладя руку на худые плечи Хонджу.

Хонджу вздрогнул и опустил глаза. Он чувствовал на своей коже тепло чужой руки.

— … Ну да, — пробормотал он.

Он мельком обмолвился о мечте управляющего Яна, а Мугён запомнил. Гадюка довольно засмеялся.

— Хён выбрал для меня самый дорогой байк, — похвастался он. — Настоящий бандитский! Рев мотора — что надо, все внимание будет приковано ко мне.

Гадюка довольно хлопнул по шлему. Мугён легонько подтолкнул его к выходу.

— Иди давай, — сказал он. — Хватит выделываться.

Он захлопнул за Гадюкой дверь.

***

После ухода Гадюки Хонджу всё не находил себе места и то и дело беспокойно поглядывал на дверь.

— Вы его так просто отпустили? — с тревогой спросил он.

— А что мне нужно было сделать? — усмехнулся Мугён. — Пожелать ему удачи и поцеловать на прощание?

Он обхватил лицо Хонджу ладонями. От его прикосновения по коже разлилось приятное тепло.

— Да что ты так разволновался?

Хонджу вскинул голову и посмотрел на Мугёна.

«Беспокойство у тебя в крови», — подумал Мугён, глядя в его встревоженные глаза.

— А вдруг его поймают? — пробормотал Хонджу. — Он же правда один…

— Если его схватят в первый же день, значит, судьба у него такая, — хладнокровно ответил Мугён.

Несмотря на то, что они были близкими друзьями, Мугён говорил хладнокровно. Хонджу приоткрыл было рот, чтобы возразить, но передумал. Мугён, не отводя взгляда от его влажных после бальзама губ, добавил:

— Я отправил людей проследить за ним. Ничего не случится. Доволен?

— Ну, если так…

В доме повисла тишина.

— Меня бесит, когда ты так переживаешь, — прошептал Мугён.

В тишине его голос казался особенно громким. Хонджу чувствовал, как Мугён водит пальцами по его щеке, по подбородку…

— Ты со мной, но всё равно думаешь о ком-то другом?

Он резко приподнял его подбородок, запрокидывая голову Хонджу. Язык Мугёна проник в приоткрытый от неожиданности рот.

— Ммф… — Хонджу не смог сдержать стона.

Их дыхание смешалось, влажные языки сплелись в горячем поцелуе. Мугён жадно терзал его рот, посасывая и покусывая губы. Пальцы грубо сжимали щеки, заставляя Хонджу раскрыться шире.

— А, хн...

Между его губ вырвался тихий стон. Глаза Мугёна, до этого полуприкрытые, распахнулись.

— Я ведь всего лишь целую тебя. Зачем издавать такие возбуждающие звуки?

Его рука скользнула по боку Хонджу, обхватила спину, прижимая ближе. Мугён с силой впился в его губы, и Хонджу дёрнулся, отчаянно пытаясь найти опору под ногами.

— Ммм…

Мугён проник глубже, лаская языком его язык. Хонджу беспорядочно отвечал на поцелуй, пытаясь отдышаться. Внезапно его губы сомкнулись, захватывая кончик языка Мугёна. Звук и ощущение были такими, словно член сжимался в тугом отверстие.

— Не забывай, я приобрёл право на всё твоё свободное время.

Их губы, блестящие от бальзама, снова встретились. С каждым поцелуем Хонджу чувствовал, как по его коже словно пробегают электрические разряды. Наконец, Мугён оторвался от него, проведя языком по верхней губе.

— Я буду очень недоволен, если ты будешь так отвлекаться на других.

Он разжал объятия, и Хонджу, который еле держался на ногах, медленно выпрямился.

Однако в следующее мгновение сильные руки подхватили его. Хонджу неловко опустился на диван.

— Ах!

Мугён навис над Хонджу, устроившись на диване так, что тот оказался полностью зажат между ним и спинкой. Он наклонился ближе, разглядывая покрасневшие, дрожащие губы.

— ...

«Чего он так напрягся? Боится?» — с усмешкой подумал Мугён, наблюдая за тем, как Хонджу нервно сглатывает.

— Ладно, — сказал он, отстраняясь. — Не буду приставать к раненому ребенку.

Он нежно провёл пальцами по щеке Хонджу, на которой уже не было пластырей, и выпрямился. Повернувшись, Мугён коснулся языком своих губ, влажных после поцелуя. На них остался горьковатый привкус бальзама, но ему это даже понравилось.

Хонджу не смел больше показывать своего беспокойства, видя, как Мугёна это раздражает. Он хотел лично убедиться, что Гадюка вернулся целым и невредимым, но сам не заметил, как уснул прямо на диване.

***

— Сегодня был отличный улов! — услышал он сквозь сон.

Хонджу с трудом разлепил веки. Он уснул на диване, но проснулся в теплой постели.

— Никто не заподозрил подвоха, — продолжал знакомый голос. — Правда, один тип пытался выведать, где я учился…

Это был Гадюка. Хонджу сел в постели, кутаясь в одеяло.

— Когда следующая игра? — спросил Мугён.

«Значит, он вернулся целым и невредимым».

Хонджу прикрыл левое ухо рукой, пытаясь не слышать голоса из-за двери.

Конечно, это не помогало полностью избавиться от звуков, но так он мог лучше сконцентрироваться на разговоре.

— Завтра нужно действовать осторожнее, — сказал Мугён.

— Вот, это сегодняшнее, — сказал Гадюка.

Хонджу услышал шорох — Гадюка положил на стол сумку. Судя по звуку, внутри лежало немало денег.

— Отдохни, вечером я тебе позвоню. — сказал Мугён.

— А можно я у вас здесь вздремну? — заныл Гадюка. — Ну пожалуйста, директор Мугён! Нельзя? Господин Мугён?

— Тихо ты, — оборвал его Мугён. — Хонджу спит в той комнате.

— А, ну ладно, ладно… — Гадюка хихикнул.

Хонджу услышал, как они еще немного поговорили, а потом все стихло. Он лежал в темноте, боясь пошевелиться.

«... Интересно, я когда-нибудь спал так спокойно?» — подумал Хонджу.

Сколько он себя помнил, спокойные ночи были для него непозволительной роскошью.

— «А если бы Мугён всегда был рядом, смог бы я спать так каждую ночь?»

«Ты даже не представляешь, каким взглядом смотришь на меня», — вспомнились ему слова Мугёна.

Каким же взглядом он тогда смотрел на Мугёна? Была ли в его глазах надежда, желание полностью довериться, положиться на него? Или… или этот взгляд уже тогда говорил о чём-то большем?

Хонджу не знал ответа на этот вопрос.

***

Гадюка заглушил мотор и, насвистывая, зашел в дом.

— Блин, ну и херня! — проворчал он, поднимаясь по лестнице.

Гадюка легко взбежал по лестнице, игнорируя наклейку «Каждая ступенька продлевает жизнь на 4 секунды».

— Как будто у меня и так жизнь не слишком короткая, чтобы продлевать её на какие-то жалкие полторы минуты, — пробормотал он.

Поднявшись на второй этаж, он привычно направился к бассейну. В мелкой детской зоне, где обычно плескалась вода, собралась компания мужчин.

— Явился, не запылился? — усмехнулся один из них.

Мужчины были солидного возраста. Каждый из них держал в руках пакет, набитый деньгами. Гадюка спрыгнул в пустой детский бассейн. Его сумка с деньгами глухо ударилась об пол.

— Опять пришли порадовать меня своими сбережениями? — ухмыльнулся он.

— Посмотрим, кто кого сегодня будет радовать, — пробурчал один из игроков. — Слишком уж ты самоуверенный стал.

— Ничего, дяденьки, научите меня уму-разуму, — рассмеялся Гадюка.

Он снял шлем и положил его рядом, чтобы в случае чего пустить его в ход.

— Начнем со десяти тысяч? — спросил один из игроков.

— По рукам.

— А давайте лучше с сотни? Мне же на коронки копить надо, — Гадюка демонстративно постучал пальцем по зубам. Некоторые игроки с опаской посмотрели на него.

— Зачем тебе золотые зубы на здоровые зубы ставить? — спросил кто-то.

— У меня знакомый есть, у него два золотых зуба, — усмехнулся Гадюка. — Так вот, я хочу больше него! Так что, играем по-крупному?

Игроки переглянулись.

— Ладно, по рукам! Сегодня мы тебя по миру пустим, — один из мужчин развернул лежавший на полу коврик.

Гадюка чихнул, подняв облако пыли.

На глазах у всех собравшихся они вскрыли новую колоду и начали игру.

Прошло не так много времени, как сумка Гадюки заметно потяжелела. Выждав подходящий момент, он поднялся с места.

— Пойду, отлить, — бросил он, закидывая сумку на плечо. — Как вернусь, новую партию сыграем?

— Давай вместе, — прогудел один из игроков. — А то лопну сейчас от напряжения!

Туалета в здании не было, так что им приходилось справлять нужду в укромном местечке за спортзалом.

— Не могу, — поморщился Гадюка. — С твоим огромным членом у меня вся удача пропадет. Иди первый, а я пока покурю.

— Да ладно тебе, не боись! — возмутился мужчина. — Мне и на четвёртый раз хватит!

— Тьфу ты!

Гадюка с отвращением отвернулся, пока тот застегивал штаны. Достав сигарету, он притворился, что закуривает, и огляделся по сторонам.

В семидесяти метрах от него под одиноким фонарем стояли трое мужчин в черных костюмах.

«Сейчас хвост нарисуется, — подумал Гадюка. — Сорву куш и сваливаю. Как договаривались».

Это был его третий визит в этот дом, и, как и говорил Хонджу, за ним начали следить.

— Эй, ты где там застрял? — послышался голос из-за угла.

— Иду-иду, — крикнул Гадюка, делая последнюю затяжку.

Он бросил взгляд на троих мужчин под фонарем, и в этот момент послышались шаги на втором этаже — это вернулись остальные игроки.

[Хвост.]

Гадюка отправил сообщение и не спеша выпустил клуб дыма. Докурив сигарету до фильтра, он вернулся к игрокам, изобразив на лице преувеличенное беспокойство.

— Мужики, я тут кое-что заметил, пока отливал… Там какие-то типы странные ошиваются. Может, бандюганы местные?

— Какие типы? Да мало ли кто тут ходит… — равнодушно отозвался один из игроков.

Гадюка, продолжая изображать тревогу, расстегнул сумку и начал запихивать туда деньги.

— Да не, ну а что им еще делать в такое время в костюмах? Может, это легавые под прикрытием?

Он нарочно уронил несколько купюр на пол, потом торопливо застегнул сумку.

— Ты чего удумал? Бросаешь игру? — возмутился один из игроков.

— А как же мы? Ты один весь куш хочешь забрать? — подхватил другой.

— У меня, между прочим, брат мелкий на шее. Безопасность превыше всего. В общем так, мужики, в другой раз сыграем, идёт?

— Ишь ты, слинял по-тихому, — проворчал кто-то.

На лицах игроков читалось разочарование. Гадюка поднял с пола шлем и постучал им по ноге.

— Что значит «слинял»? Некрасиво звучит. Давайте по-крупному сыграем! По миллиону вон! По рукам?

— А когда? — оживились игроки. — Дату-то скажи!

Гадюка, как и договаривался с Мугёном, ответил:

— В четверг, в два часа ночи, на этом же месте.

Гадюка довольно улыбнулся и натянул шлем на голову. Спустился вниз так же легко, как и поднялся.

— Спасибо за игру! — бросил он на прощание.

Мотоцикл с ревом умчался прочь. Вслед за ним выехала черная машина. Гадюка время от времени поглядывал в зеркало заднего вида, следя за преследованием.

Вскоре Мугёну пришло сообщение:

[Скоро буду.]

«Закончил бы дело и завалился спать в своем номере… — подумал Мугён. — Нет же, надо обязательно припереться сюда, трясти сумкой с деньгами перед Хонджу и строить из себя доброго самаритянина, разыгрывая роль заботливого старшего братца дающего деньги младшему на карманные расходы.

Деньги-то все равно его… А выпендривается Гадюка так, будто из своего кармана их достал.

— Не спишь? — спросил он у Хонджу.

— Пока нет, — ответил тот.

— Тебе придётся отвыкать от режима игорного дома, — пробормотал он.

— А вы-то сами когда спать собираетесь? — буркнул Хонджу. «Сам не спит, а ещё говорит».

Хонджу рассеянно посмотрел на разбросанные по столу бумаги. «Наверное, я сморозил глупость. У него же столько работы».

— Усну, как только ты ляжешь, — ответил Мугён.

Хонджу не нашелся, что ответить, и отвернулся к окну. В темном стекле отражался профиль Мугёна. Хонджу с интересом разглядывал его — раньше ему не доводилось видеть Мугёна таким расслабленным.

Через некоторое время Мугён наклонился к телефону, проверяя сообщения. Хонджу отвел взгляд.

Как всегда, Мугён излучал ауру неприступности. Он раздраженно цокнул языком.

— Опять начнётся этот цирк… — пробормотал он и отодвинул в сторону бумаги, лежавшие на столе.

Хонджу встрепенулся и поспешил ему помочь. В этот момент из стопки бумаг выпала визитка. Хонджу с любопытством посмотрел на нее. «Генеральный директор Сон Мугён?…»

— Это ваша …? — начал было он, но запнулся.

Он вопросительно посмотрел на Мугёна, не зная, как к нему обратиться — на визитке значилось «Генеральный директор», а не просто «директор». Мугён, не говоря ни слова, выхватил у него карточку.

— Гляди, — он сунул визитку Хонджу прямо перед носом, так близко, что тот почти ничего не смог разглядеть. — Я же говорил, что я не бандит.

Хонджу непонимающе моргнул — визитка была так близко, что он почти не видел букв. Затем Мугён убрал ее и сунул Хонджу в нагрудный карман пижамы.

Хонджу вспомнил, что Гадюка называл Мугёна главарем корпорации, прикрывающейся легальным бизнесом. «Наверное, так оно и есть», — подумал он, поднимая глаза на Мугёна.

— Я действительно завязал.

В этот момент раздался телефонный звонок, и Мугён, усмехнувшись, подошел к интеркому. Хонджу нервно теребил мочку уха.

— Гадюка вернулся, — сказал Мугён. — Ну что, всё чисто?

— Ага, — послышался голос Гадюки. — Сегодня не удалось доиграть, так что на карманные расходы Хонджу только вот столько.

Гадюка поставил на стол тяжелую сумку, полную денег.

— Хвост? — спросил Мугён.

— Ага, — кивнул Гадюка. — Видел, как они у отеля парковались.

Он потянулся, снял очки и сунул их в воротник рубашки. В таком виде его трудно было узнать в лихом байкере, который гонял на спортивный центр.

— Блин, как же выматывает весь этот маскарад… — простонал Гадюка и уже было собрался устроиться поудобнее, но Мугён отодвинул от него сумку с деньгами.

— Отлично поработал, — сказал он. — А теперь возьми вот это и езжай отдохни куда-нибудь.

— Да ну, — поморщился Гадюка. — Лучше я эти деньги на проживание потрачу и у вас останусь.

— Тогда мы сами сваливаем, а ты тут хозяйничай, — усмехнулся Мугён.

— Эй, ну ты чего, братец?! — возмутился Гадюка.

«А они неплохо ладят», — подумал Хонджу, наблюдая за их перепалкой.

— Ладно, тогда Хонджу с собой не забирай, — сказал Гадюка. — Я же не просто так сюда приперся, мне в отеле скучно одному.

Мугён вытащил из сумки пачку денег и швырнул ее Гадюке в голову. Тот схватился за голову, изображая страдания.

— Эй, ты что, книг не читаешь? — простонал он. — Деньгами бить нельзя!

— Ага, размечтался, — хмыкнул Мугён.

Он вытащил из сумки еще несколько пачек денег и бросил их к ногам Хонджу.

— Забирай, — сказал он. — Это тебе на карманные расходы.

— Верно, — подхватил Гадюка. — Бери, пока дают!

Хонджу опустил глаза и пересчитал деньги. Там было никак не меньше трех миллионов вон.

— Но… — начал было он, но Гадюка его перебил.

— Это доля того, кто придумал план, — пояснил он. — Так что бери.

Хонджу неуверенно посмотрел на деньги, потом вопросительно глянул на Мугёна. На долю секунды в глазах Мугёна мелькнула тревога, но он тут же взял себя в руки.

— Браат, телефон, — раздался голос Гадюки.

Он поднял телефон и протянул его Мугёну. Мугён взглянул на экран и встал. Звонил Минхо.

— Занят ты нынче стал, босс, — заметил Гадюка.

Мугён, не отвечая, вышел на балкон. Мог бы и в комнате поговорить, но у него явно была причина выйти на холод.

— Слушаю, — коротко бросил он.

— В полиции, похоже, не дураки сидят, — раздался в трубке голос Минхо. — Сначала отнекивались, а теперь хвосты поджали.

Сквозь прозрачное стекло Мугён видел Хонджу и Гадюку. Гадюка вытащил из кармана пижамы Хонджу визитку и принялся ее разглядывать.

Мугён нахмурился.

— У нас на них столько всего есть, — сказал он. — И про игорный дом, и про то, как они жалобы заминали. Чиновник теперь точно не отвертится.

— Ага, улик выше крыши, — согласился Минхо. — Видно же, что крышевали их по полной программе.

— Эти бандиты теперь из штатов не вылезают, — усмехнулся Мугён. — Денежки им, видать, возвращать не хочется.

Он продолжил разговор, но его взгляд оставался прикованным к Хонджу и Гадюке, сидевшим на диване.

— И этих ублюдков не упускайте, — процедил Минхо. — Ради всеобщего блага их всех надо упечь за решетку.

— Передай прокурору, чтобы готовился, — сказал Мугён, игнорируя гневные тирады Минхо. — Скоро получит все доказательства и счета.

До сих пор собранные улики должны были послужить рычагом давления, когда Гу Пин явится требовать свой притон. Но планы изменились.

Мугён решил анонимно передать доказательства в предыдущую строительную компанию, чтобы те сами разобрались с Гу Пином. А потом, когда цена за голову Гу Пина взлетит до небес, он сам им займётся. Отличный способ заработать и упрятать Гу Пина за решётку одним махом.

— Если честно, мне влом этим заниматься… — вздохнул Минхо. — Но ладно, хозяин – барин.

— Зато когда сдадим мадам Гу, весь куш наш, — напомнил Мугён.

— Ну, это другое дело! — оживился Минхо.

— С Гю всё нормально? — спросил Минхо. — Что-то он затих, не иначе, ноги на стол закинул.

— Да он там несколько месяцев взаперти просидел, играл целыми днями, вот и стосковался по людям, — ответил Мугён. —Да и с игроками, я смотрю, он быстро нашёл общий язык. Присмотри за ним.

Мугён усмехнулся, вспомнив, как неуклюже Гю тасовал карты.

— Да, он умеет располагать к себе, — согласился он.

Но, сказав это, Мугён не отвел взгляда от Гадюки, который положил руку на лицо Хонджу.

— Перезвоню позже, — бросил он и поспешно завершил вызов.

Дверь балкона с грохотом распахнулась. Хонджу и Гадюка испуганно посмотрели на Мугёна.

— На сегодня всё. Можешь быть свободен, — холодно приказал он.

Мугён легонько пхнул Гадюку, сидевшего на диване, и подтолкнул его к двери.

— А-а-а… — протянул тот с наигранным неудовольствием, но тут же широко зевнул. — Хоть и хочется ещё потусоваться, но спать уже хочется.

— Быстро умылся и спать, — сказал Мугён.

— Ладно-ладно, спокойной ночи.

Гадюка потянулся, разминая затёкшие мышцы, и направился к ближайшей к выходу из комнаты. Судя по привычным движениям, он и раньше ночевал здесь. В гостиной снова остались только Мугён и Хонджу.

Глава 31

— А ты чего не спишь?

— Мне вот что интересно…Что стало с другими работниками?

Мугён оторвался от бумаг и вопросительно посмотрел на него.

— С какими работниками? — уточнил он.

— Ну, с громилой… и Чхве?

Мугён с раздражением отложил бумаги.

— Блин, и с этими придурками ещё разбираться, — проворчал он, нахмурившись.

— Да нет, не надо ни с кем разбираться! — поспешно ответил Хонджу. — Просто интересно стало, что с ними…

— Не надо?

Мугён резко схватил его за подбородок, притягивая к себе.

— Правда, просто интересно. Я не переживаю, — пробормотал Хонджу, нервно косясь на дверь, за которой скрылся Гадюка.

«А вдруг он сейчас выйдет? — подумал Хонджу. — Увидит нас, и решит, что…»

— Глаза-то куда отвел? — прошипел Мугён.

Хонджу послушно поднял на него глаза. Тяжёлый, обжигающий взгляд, как всегда, пронизывал до дрожи.

— Я с тобой разговариваю, — недовольно проворчал Мугён. — Смотри на меня.

Его слова звучали как выговор, но Хонджу чувствовал, что за ними скрываются ревность и тревога.

«Неужели он…» — Хонджу не доводилось видеть Мугёна таким.

Он смущенно опустил глаза. «И мне правда нравится, что он так себя ведет?..»

Мугён, должно быть, решил, что Хонджу испугался, потому что тихонько вздохнул.

— Чёрт, — пробормотал он, взъерошив волосы. — Сам не пойму, с чего я так взъелся…

Он отвернулся, но Хонджу тут же протянул руку и ухватился за край его рубашки.

— … Вам не обязательно давать мне деньги, — пробормотал он.

Мугён опустил глаза на сумку у ног Хонджу.

— Мы же уже всё решили, — нахмурился он.

— Я и без денег буду вам помогать, — быстро проговорил Хонджу. — Вы же только информацию передали… Кто знает, что этому Гу Пину в голову взбредёт? Работа ещё не закончена…

Мугён посмотрел на него из-под полуопущенных век. Хонджу стало неловко под этим пристальным взглядом. Хонджу, не в силах выдержать его взгляд, уставился на визитку, лежащую на столе.

— Я ведь могу вам ещё понадобиться, — добавил он.

— Вот именно, — тут же последовал ответ. — И поэтому сейчас я изо всех сил пытаюсь скрыть свой гнев.

— …

— И хотя, похоже, это никак не помогает мне завоевать твоё доверие.

«С чего он взял, что так важно моё доверие?» — Хонджу не понимал, зачем Мугён постоянно говорит о доверии. Как будто ему так нужна была эта уверенность.

— Если бы я вам не доверял, то уже сбежал бы, — тихо проговорил Хонджу.

Мугён издал какой-то странный звук, похожий на сдавленное рычание. Хонджу, испугавшись, что тот неправильно его понял, поспешно добавил:

— Я… Я ведь и правда хорошо бегаю…Но я ведь не сбежал.

Вместо ответа Мугён тихо рассмеялся.

— Ну ты даешь…

Смех стих, и наступила тишина.

Хонджу, не смея шевелиться, напряжённо следил за каждым движением Мугёна.

Диван прогнулся под его тяжестью, а в следующий миг Хонджу почувствовал на своей талии прикосновение его руки.

— Подождите… — вырвалось у него.

Не говоря ни слова, Мугён оттянул ворот его просторной пижамы, обнажая бледную кожу, и тут же одёрнул обратно.

— С такой комплекцией ты вряд ли далеко убежишь.

— Я не убегу, — упрямо повторил Хонджу.

Конечно, от Гу Пина он бежал сломя голову, даже прыгнул с третьего этажа с вывихнутой ногой. Но от Мугёна… Хонджу совсем не хотел никуда уходить. Даже наоборот, ему хотелось как можно дольше оставаться рядом с ним.

— Не верю, — отрезал Мугён. — Так что это будет залогом.

Мугён без лишних слов поставил сумку Хонджу на колени. Сумка накренилась, и Хонджу рефлекторно схватил ее, прежде чем та упала.

— Держи крепче, — сказал Мугён и легонько провел рукой по щеке Хонджу.

Хонджу невольно проследил взглядом за его рукой. Кожа на первый взгляд казалась грубой, но никаких шрамов или царапин на ней не было.

— У вас совсем нет шрамов, — заметил Хонджу.

— А что если и был бандитом, должен обязательно быть весь в шрамах? — хмыкнул Мугён.

Хонджу смущенно кашлянул.

— Просто… — начал он, но Мугён его перебил.

— Я столько денег потратил, чтобы их свести, — тихо ответил Мугён, легонько потирая его мочку уха. — Конечно, их нет.

«Вот оно что…» — подумал Хонджу. Он вспомнил его гладкое, мускулистое тело… И шрам у него на боку.

— А шрам… на боку… Вы его тоже сводите? — спросил он.

Мугён коротко кивнул, непроизвольно потянувшись к своей талии. «И вправду совсем другой, не то что те бандиты с района, которые свои шрамы напоказ выставляли», — подумал Хонджу.

— Да уж… За деньги можно всё купить, — пробормотал он себе под нос.

В этот момент Хонджу почувствовал на своем затылке прикосновение большой тёплой ладони.

— Именно, — произнёс Мугён, ласково поглаживая его волосы. — Особенно много денег я потратил на лицо.

Хонджу стало жарко. То ли от близости Мугёна, то ли от того, как медленно он гладил его по голове…

— Видишь, как хорошо получилось? — прошептал Мугён, приближая к нему своё лицо.

Хонджу замер, чувствуя, как его охватывает странное волнение. Он медленно отвел взгляд и попытался немного отстраниться.

— Кажется, и правда хорошо, — пробормотал Хонджу.

На его лице не было ни единого заметного шрама. Хонджу уже хотел было отодвинуться, но Мугён с силой притянул его за затылок, так что их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Неужели так сразу всё разглядел? — усмехнулся Мугён.

— …

Хонджу растерялся. Мугён был так близко, что он не мог сфокусировать взгляд.

— Нужно потрогать, чтобы понять, — прошептал Мугён и взял его руку.

Он поднес ладонь Хонджу к своему лицу. Хонджу нащупал под пальцами неровную кожу на его щеке.

— Здесь… — начал было он, но Мугён вдруг повернул голову и прижался губами к его ладони.

— Нет ничего невозможного, если у тебя есть деньги, — прошептал он, прижимаясь к нему всем телом. — Можешь свести шрамы, сделать операцию на ушах, отомстить тому ублюдку…

Хонджу молчал, чувствуя, как по его спине бегут мурашки от его горячего дыхания.

— …

— Но зачем тратить время, если всё это может сделать Сон Мугён? — продолжал Мугён, нежно покусывая его губы. — Я работаю быстро и чисто.

— Можешь расплатиться натурой. За прошлый раз ты мне так и не заплатил, так что с процентами будет вдвое больше.

— Что? — выдохнул Хонджу.

Его глаза расширились.

— Ты всю ночь меня мучил, — прошептал Мугён. — Даже спать не давал… Чуть не сломал…

Горячие губы Мугёна оставили на его ладони влажный след. Хонджу замер.

В памяти всплыли воспоминания той ночи: том, как тяжело и жарко было у него между ног… Как по его бедрам стекала вязкая жидкость…

— Руку… уберите, — прохрипел Хонджу, пытаясь высвободиться.

К его удивлению, Мугён тут же его отпустил, но стоило Хонджу провести пальцами по покрасневшей коже запястья, как его ладонь оказалась переплетена с рукой Мугёна.

— Интересно, а утром тебе понравилось больше? — промурлыкал он, усмехаясь. — Что-то я уже и не помню…

Хонджу затаил дыхание, не в силах отвести взгляд от его пальцев, нежно поглаживавших его запястье.

— Скоро рассвет, — прошептал Мугён ему на ухо, — Может, продолжим в более укромной обстановке?

Хонджу вздрогнул, чувствуя его горячее дыхание на своей шее. Он нервно посмотрел в сторону комнаты, где спал Гадюка. Похоже, Мугёну было совершенно наплевать, что их кто-то может увидеть.

— А если не хочешь, можно позвать Гюо, пусть посмотрит, чем мы тут занимаемся, — усмехнулся Мугён.

— Вы с ума сошли?! — выдохнул Хонджу.

Мугён тихо рассмеялся и положил его руку себе на пах. Хонджу вздрогнул, чувствуя под своей ладонью его возбужденный член.

— Кажется, уже нельзя утверждать, что я в порядке? — прошептал Мугён.

Мугён резко поднялся, потянув его за собой.

— Подождите…

Дверь в спальню, пустовавшую всю ночь, захлопнулась. Мугён прижался к нему сзади, обжигая горячим дыханием его шею.

— Не бойся, здесь нас не услышат, — прошептал он.

Его руки скользнули под пижаму. Он нежно поглаживал его грудь, теребил соски, сжимал пальцами чувствительную кожу.

Грубые ласки Мугёна лишили Хонджу последних сил. Он беспомощно упал на кровать.

— А… ах… — вырвался у него сдавленный стон.

Хонджу испуганно прикрыл рот рукой, смотря на дверь. Мугён тем временем быстро расстегнул пуговицы на его пижаме.

Синяки на его теле уже начали желтеть и заживать.

«Неужели он сможет возбудиться, увидев всё это?..» — Хонджу стало не по себе от этой мысли.

Мугён, словно прочитав его мысли, крепко сжал губы и уложил его поудобнее.

— А вдруг Гадюка ещё не спит? — прошептал Хонджу. — Вдруг он услышит?..

Похоже, он никак не мог забыть их первый раз в той полуподвальной квартирке общежития, когда он стонал так громко, что охрип.

— Не бойся, я тебя заткну, — прошептал Мугён.

Он раздвинул указательный и средний пальцы и просунул их Хонджу в рот. Горячие пальцы медленно двигались в его влажном жаре.

— М-м-м… — простонал Хонджу, но пальцы Мугёна заглушили все звуки.

— Жаль, конечно, что не слышу тебя, — прошептал Мугён, лаская языком его пальцы. — Но раз уж ты стесняешься…

Хонджу почувствовал, как его возбуждение растёт с каждой секундой. Губы Мугёна нежно покусывали мочку его уха, а язык очерчивал контуры губ.

— А… ах…

Мугён провёл пальцем по его языку, собирая капельки слюны.

— Ах… ммм…

Мугён жадно целовал его шею, оставляя на нежной коже влажные следы.

Мугён начал покрывать поцелуями его живот, а затем его рука скользнула под пижамные штаны.

— Ах… М-м-м… — Хонджу попытался свести ноги вместе, хватая ртом воздух, но Мугён лишь сильнее прижался к нему.

— А говорил, что не хочешь… — прошептал он ему на ухо.

У Хонджу пересохло во рту. Он сглотнул, пытаясь унять дрожь, но губы не слушались.

Мугён провел пальцем по его губам, собирая выступившую влагу. Хонджу не выдержал и приоткрыл рот. Мугён тут же воспользовался этим, снова проникая пальцами в его горячий рот.

— Ах… — простонал Хонджу, чувствуя, как его член напрягается от этих прикосновений.

— Твои навыки отсоса оставляют желать лучшего, — усмехнулся он, сжав его бедро.

Он немного отстранился, оторвав пальцы от губ Хонджу. Между ними тянулась тонкая ниточка слюны.

Мугён облизал пальцы и провел ими по его ягодицам.

— Ах… Директор… — выдохнул Хонджу.

Он развел ему ноги, и Мугён начал медленно проникать пальцами в его податливое тело.

— Ах! — вскрикнул Хонджу.

— Тебе нравится так меня называть? — прошептал Мугён, проникая в него ещё одним пальцем. — Но ты же знаешь, что я не просто директор… — прохрипел Мугён ему на ухо. — Или ты специально меня так называешь, чтобы подразнить?

Его голос странным образом отдавался в теле Хонджу, заставляя его вздрагивать.

— Ах… — простонал он, откидываясь на подушки.

Его тело было таким чувствительным… Возможно, это было связано с волнением, ведь в любой момент их мог кто-нибудь застукать.

— Тише, а то кончишь раньше времени, — прошептал Мугён ему на ухо.

Хонджу напрягся, чувствуя, как пальцы Мугёна, которых уже стало три, двигаются в нём всё глубже и глубже.

— Знаешь… если прикоснуться вот здесь, ты так сильно сжимаешься…

Мугён словно читал его мысли, находя самые чувствительные точки. Откуда он только всё это знает?

Он был невероятно умелым… Каждое его прикосновение отзывалось в теле Хонджу сладкой истомой.

— М-м… Откуда… откуда вы знаете, как… — Хонджу с трудом подбирал слова. — Вы… часто это делали с другими?..

— Это имеет значение? — усмехнулся Мугён. — Не порть момент.

Он резко надавил на чувствительную точку внутри Хонджу.

— Ах! — Хонджу выгнулся дугой.

Мугён тут же начал тереть это место, заставляя Хонджу извиваться под ним.

— Не испытывай мое терпение, — прошептал Мугён, погружаясь пальцами в его влажную плоть.

— Н-нет… — Хонджу замотал головой, откидываясь на подушки. Его волосы растрепались по лицу.— Из-за… ваших слов…

— Из-за моих слов? — Мугён усмехнулся, прижимаясь лбом к его плечу. — Ты бы слышал, о чём я думаю…

— И… и что же мне делать? — пролепетал Хонджу. — Может… быть… вы будете понежнее?

Он и сам понимал, насколько глупо это прозвучало. Мугён на мгновение замер, а затем рассмеялся. Он и нежность — вещи несовместимые. Но… ради Хонджу он был готов попробовать.

— Хорошо, — прошептал он. — Если будешь хорошо себя вести… я тебя отблагодарю…

— Ах… — Хонджу инстинктивно сжал бедра, чувствуя, как его тело пронзает волна удовольствия.

— Расслабься, — прошептал Мугён.

— Ах… — Хонджу попытался свести ноги вместе, но Мугён не дал ему это сделать.

Он чувствовал себя так странно… Словно попал в ловушку.

— Хонджу, раздвинь ноги, — прошептал Мугён.

— Но… зачем?.. — Хонджу не успел договорить.

Мугён провел пальцами по его чувствительной точке и медленно извлёк их. Хонджу вздрогнул от пробежавшей по телу волны удовольствия.

— Ах… — простонал он.

— Блять… — Мугён шумно выдохнул, прижимаясь к нему всем телом. — Почему ты так на меня действуешь?..

Он чувствовал себя азартным игроком, который поставил на кон всё своё состояние. Вот только вместо денег он жаждал получить нечто большее…

Мугён уткнулся лицом ему в шею, вдыхая его запах.

— Хватит болтать… — прохрипел он, сжимая в руке его возбуждение. — А то я не выдержу…

Он сел, с трудом справляясь с возбуждением. Хонджу услышал, как шуршит ткань, когда Мугён стаскивает с себя штаны…

С кончика его члена, туго обтянутого тканью брюк, стекала капля смазки. Он провёл по нему рукой, словно нанося смазку, и сжал пальцами.

Разведя его бёдра, он прижался к его влажному входу.

— Ах… — простонал Хонджу, но Мугён принял это за стон удовольствия.

Он провел языком по его пересохшим губам и начал медленно проникать в податливое тело.

— Ах… — простонал Хонджу, выгибаясь ему навстречу.

Он двигался не спеша, но уверенно, не давая ему ни секунды передышки.

Мугён наблюдал за тем, как вздымается его живот, как напрягаются мышцы на ягодицах.

— Ты что, боишься? — прошептал он ему на ухо. — Расслабься… Тебе же нравится…

— Ах… Директор… — простонал Хонджу.

Он извивался под ним, пытаясь найти удобное положение, но это лишь усиливало его желание.

— Ах… Ку Хонджу… — простонал Мугён, услышав, как тот зовет его.

— А… Д-директор… Ах…

Мугён почувствовал, как на него накатывает волна возбуждения.

«Да что же ты со мной делаешь?..» — подумал он, наблюдая за тем, как Хонджу стонет.

Где же его совесть? Нет, он давно её потерял. Иначе он бы никогда не позволил себе прикоснуться к этому мальчишке…

— Ах… Ах…

Мугён вошёл в него ещё глубже, сжимая его ягодицы с такой силой, что на коже наверняка останутся синяки.

— Ах…

Он впился зубами в его ключицу, оставляя на нежной коже багровый след. Комната наполнилась звуками их тел: скрипом кровати, влажными шлепками и сдавленными стонами.

— Ах…

Вены на висках Мугёна вздулись, а в глазах поплыла красная пелена. Он знал, как сделать так, чтобы Хонджу стонал ещё громче, но тот боялся, что их кто-нибудь услышит…

— Блять… — простонал Мугён. — Ты… Ты сводишь меня с ума…

Он попытался быть нежным, но это было выше его сил. Стоило ему немного расслабиться, как все его мысли улетучивались…

— А… Хонджу… Ах…

— Ах… Ммм… — Хонджу вцепился в простыню, выгибаясь ему навстречу.

Мугён с жадностью рассматривал его тело.

— Теперь тебе не нужна моя помощь, чтобы возбудиться, — прохрипел он, сжимая его затылок.

Хонджу открыл глаза.

— Смотри, — прошептал Мугён, немного отстраняясь.

Он приподнялся на локтях и посмотрел вниз. Член того был твёрдым, как камень.

— …

Его взгляд упал на их сцеплённые тела. Жидкость, стекавшая по животу, блестела в тусклом свете. Он слегка отстранился, давая Хонджу рассмотреть его возбуждение, а затем снова вошёл в него.

— Ах…

Хонджу зажмурился, чувствуя, как его тело пронзает волна удовольствия.

— Даже… если ты мне не доверяешь… — прохрипел Мугён. — То… моему члену ты, похоже… доверяешь…

Он двигался быстро и резко, не давая ему ни секунды передышки.

— М-медленнее… — прошептал Хонджу.

— Хорошо… — прошептал Мугён, чувствуя, как его собственное удовольствие приближается к пределу. — Не торопись… Всё равно… ты никуда от меня… не сбежишь…

— А… ах…

Хонджу обмяк в его руках. Мугён обхватил его бедра и начал двигаться медленнее, но глубже.

— Ну же… — прошептал он ему на ухо. — Скажи…

Вместо ответа Хонджу издал тихий стон.

«Чёрт…» — Мугён почувствовал, как по его телу пробежала дрожь.

Он излился, издав стон.

— А… Ах…!

Хонджу попытался зажать рот рукой, но было уже поздно. Мугён не спешил выходить из него, продолжая двигаться, словно втирая свою сперму в его податливое тело.

— Ответь мне… — прошептал он ему на ухо. — Ты же никуда не сбежишь?

Хонджу судорожно кивнул.

— Вот и умница… — Мугён вышел из него, оставляя на его коже липкие следы.

— В-вы…

Мугён улыбнулся, целуя его в тыльную сторону ладони.

— А… опять… — прошептал Хонджу.

Мугён почувствовал, как его возбуждение вспыхивает с новой силой.

— Ах…

Он вошёл в него резко, заставляя вздрогнуть.

— Ах… — простонал Хонджу.

Мугён прикусил зубами в его плечо, не в силах сдержать стона.

— Ах… — Хонджу попытался отстраниться. — Больно…

Мугён нахмурился. Даже после избиений Хонджу никогда не жаловался на боль.

— Ну и что мне с тобой делать?.. — пробормотал он, проводя пальцем по багровому следу на его коже. Член Хонджу снова был возбужден. — Придётся… взять на себя ответственность…

Он снова вошёл в него, заставляя того вздрогнуть.

— Ничего не поделаешь… — прошептал Мугён, двигаясь всё быстрее.

— А… ах… Ч-что вы…

— Тебе всё ещё больно? — спросил Мугён, сжимая его бедра.

Хонджу не мог вымолвить ни слова. Его тело будто горело, а каждый толчок отдавался тупой болью внизу живота.

— Ах…

— Не притворяйся, — прохрипел Мугён, наклоняясь к нему. — Тебе же нравится…

Хонджу задрожал, чувствуя, как его тело пронзает новая волна удовольствия.

— Б-больно… Ах…

Он никогда раньше не испытывал ничего подобного, не смотря на то, что они занимались сексом уже несколько раз.

Возможно, всё дело было в страхе, что их кто-нибудь застукает…

— Тебе только больно? — прошептал он ему на ухо.

— М-м…

— Ты ужасный лжец, — прохрипел Мугён, сжимая его в своих объятиях.

Хонджу вздрогнул, почувствовав, как его тело пронзает новый, на этот раз чужой, оргазм.

— Ты ведь говорил… что не любишь мужчин… — прошептал Мугён, проводя пальцем по его щеке.

— Ах…

— Странно… — Мугён перехватил его руки, сжимая их над его головой. — Кто же тогда довёл тебя до такого состояния?..

— …

— Неужели я? — Мугён вошёл в него снова, заставляя того выгнуться дугой.

— Придётся… взять на себя ответственность…

«Несу за тебя ответственность...» — эти слова отозвались эхом в его голове. Хонджу вспомнил, как Мугён говорил ему то же самое, когда привёл его в этот дом…

Размытым взглядом он посмотрел на лицо Мугёна.

Он никогда не видел его таким… растрёпанным, возбуждённым… С его лба стекали капельки пота, а на шее пульсировала жилка.

— Хонджу… ах…

«Что я к нему чувствую?..» — подумал он, слушая, как тот стонет его имя.

Хонджу не знал ответа на этот вопрос… Всё, что он знал, это то, что он хочет быть рядом с ним, опереться на него…

— Д-директор… — прошептал он, закрывая глаза.

Он больше не боялся засыпать рядом с Мугёном.

Глава 32

Проснулся Хонджу от жажды. Он попытался позвать Мугёна, но из пересохшего горла вырвался лишь хрип.

— Кхм... — Хонджу прокашлялся и сел.

Его тело, ещё недавно влажное от пота, теперь благоухало свежестью, на нём было чистое бельё и шорты. Он осмотрел свой обнажённый торс. Пластыри, отклеившиеся во время бурного секса, были аккуратно наклеены обратно.

— Как синяк, который проходит...

Темно-красные отметины, словно синяки, которые вот-вот должны были пожелтеть, покрывали все его тело. Хонджу провел пальцем по самому яркому следу, оставшемуся на плече.

— Ответственность...

Слова, услышанные им от Мугёна перед тем, как он потерял сознание, преследовали его даже во сне. Наверное, они так глубоко засели у него в голове потому, что никто и никогда не брал на себя ответственность за Хонджу.

За дверью послышался шорох. Хонджу, с трудом разминая затёкшее тело, встал с кровати. Кто знает, может быть, за дверью стоит Гадюка? Нужно было хоть что-то накинуть наверх и Хонджу принялся искать одежду в комнате.

— Завтра собираюсь передать их, — Мугён разговаривал с Гадюкой. Они всю ночь провели вместе, и Хонджу не мог сдержать стонов.

«Интересно, Гадюка ничего не слышал?»

Хонджу украдкой взглянул на него.

— Доброе утро, Хонджу. Или уже скорее добрый день? — Гадюка лишь лениво махнул рукой.

— Живёшь припеваючи! Иди сюда, садись, — Мугён отодвинул ноутбук и откинулся на спинку дивана.

— Да...

Мышцы на бедрах и ягодицах Хонджу ныли, в паху неприятно тянуло. Он медленно, хромая, поплелся к дивану.

— Анонимно сольём информацию компаниям, которым накосячили со строительством. Доказательства того, что мадам Гу подкупала людей, чтобы они сорвали сроки. Всю подноготную с коррумпированными чиновниками. Если они подадут в суд, то вместе со штрафами выйдет приличная сумма, которая ляжет на плечи мадам Гу.

Мугён собирался стереть с лица земли всех, кто был замешан в этом деле.

«Что, если Гу Пин что-то заподозрит? Тогда он точно скроется так, что его никто не найдёт...»

Будто прочитав его мысли, Мугён добавил:

— Если он всерьёз решит залечь на дно, то найти его будет практически невозможно. Поэтому план, который выдвинул Ку Хонджу, так важен. Это наш шанс схватить их без лишней возни. Мы пока подержим этих двоих у себя, немного поднимем цену и передадим их.

Наконец-то до Хонджу дошло. Вот почему Мугён собирал информацию о бандитах и чиновниках, вот почему нужно было заманить их в ловушку. Гадюка взял один из разбросанных документов и прочитал вслух цифру:

— Не знаю, сколько они отсудят в качестве компенсации за ущерб, но предполагаемая сумма — не менее 20 миллиардов вон на каждую компанию. Это всего лишь 30% от той суммы, которую они потеряли. А компаний три… Вот это куш, правда?

Это были суммы, о которых даже самые матерые шулера мечтали, проведя за игрой не один десяток лет.

— Можно, конечно, просто вышвырнуть его на улицу, — сказал Мугён, — но месть должна быть изысканной, чтобы доставить истинное удовольствие. Тот, кто одержим деньгами, должен пасть от них же.

Если всё пройдёт по плану, то о возвращении своего игорного дома Гу Пин сможет забыть. Все эти долги, которые легли на плечи совсем ещё юного Хонджу... Проценты, которые росли как на дрожжах, ежемесячно превращаясь в непосильные миллионы вон... Гу Пину предстояло сполна ощутить на себе весь тот удушающий страх и безысходность, которым пропитана жизнь должника.

«Лучшей мести не придумаешь,»— подумал Хонджу.

— Этих подонков нужно уничтожать именно так, — хладнокровно произнес Мугён. — Лишая их возможности хоть что-то предпринять.

Хонджу молча слушал эти леденящие душу слова, лишь изредка моргая. Падение Гу Пина было не за горами. Больше он не сможет мучить его долгами или срывать на нем свою злость.

Мугён хлопнул в ладоши и поднялся.

— И пока мы не разыграли все карты, — сказал он, — каждый должен держать ухо востро, чтобы не потерять наши козыри.

Встреча лицом к лицу с тем, о чем он так долго мечтал, оказалась на удивление безэмоциональной. Сейчас Хонджу готов был лично придушить этого ублюдка Гу Пина.

— Сегодня мы поужинаем чем-то не из дома, — большая рука Мугёна легла ему на поясницу, нежно разминая затёкшие мышцы.

В этом жесте чувствовалась искренняя забота.

— Сходи и купи что-нибудь вкусненькое, — обратился он к Гадюке, который уже начал напевать песенку.

Хонджу отвел взгляд на разбросанные по столу бумаги.

На фотографии Гу Пина был нарисован большой жирный крест. Хонджу на мгновение задержал взгляд на самодовольном лице с жадными глазами, а затем плотно зажмурился, словно пытаясь изгнать из своей памяти этот образ. Сердце бешено колотилось в груди, но прикосновение Мугёна быстро его успокоило. Удушающий страх отступил.

— Обожаю всякие вкусности! Я мигом! — Гадюка схватил куртку и выскочил за дверь. Мугён протянул Хонджу пачку сигарет и зажал губами одну.

— Хонджу, пойдем прикурим, — попросил он, протягивая зажигалку. Хонджу взял сигарету и, следуя за Мугёном, вышел на балкон. Как только за ними закрылась балконная дверь, Хонджу почувствовал, как чьи-то сильные руки прижали его к себе.

— М-м...

Губы Мугёна накрыли его губы так внезапно, что Хонджу невольно простонал от нехватки воздуха. Забыв про зажигалку, он вцепился в плечи Мугёна.

Настойчивый язык сплетался с его языком, горячее дыхание обжигало кожу. Хонджу прижался спиной к стеклу балконной двери, отвечая на грубый поцелуй.

Язык Мугёна исследовал каждый миллиметр его рта, не пропуская ни единого уголка. По подбородку Хонджу потекли капельки слюны. Он издал тихий стон. Мугён, слегка прикусив его нижнюю губу, отстранился.

— Ч-что это сейчас было? — Хонджу судорожно пытался отдышаться.

Поцелуй был таким напористым и требовательным, что у него закружилась голова. Он вытер тыльной стороной ладони покрасневшие губы.

— Ты что, уже забыл, как это было в прошлый раз? — нежно промурлыкал Мугён, глядя на него сверху вниз. В его голосе, как и прежде, слышалась лёгкая хрипотца, но сейчас она не пугала Хонджу.

— Когда я предлагаю тебе сигарету, — продолжил Мугён, проводя большим пальцем по своим влажным губам, — это неспроста.

Хонджу стоял, прижавшись спиной к холодному стеклу, не в силах пошевелиться.

Мугён предлагал ему сигарету лишь однажды — в тот день, когда он отвёз Хонджу в больницу. И тогда Мугён точно так же грубо поцеловал его. Вот только на этот раз ему не пришлось прибегать к удушению, чтобы заставить Хонджу открыть рот.

— А я больше не курю, — тихо произнес Хонджу.

— Ещё как куришь, — усмехнулся Мугён.

Это был странный, немногословный диалог, но сердца обоих бились в унисон, бешено отбивая ритм приближающегося финала.

***

Настал день Х. Гадюка вальяжно развалился на диване, смотрел телевизор и жевал попкорн, в то время как Мугён с самого утра начал собираться. Хонджу неотрывно следил за каждым его движением.

— Пора выдвигаться, — Мугён был одет не в привычный костюм. На нём был облегающий байкерский костюм, в котором Гадюка обычно отправлялся в свой спортивный центр.

— Уже? — удивился Хонджу.

— Нужно проверить, как там Минхо всё обустроил. Сам он в этом не силён, всё еще учится.

Хонджу украдкой наблюдал за Мугёном. Раньше ему казалось, что у них с Гадюкой одинаковое телосложение, но сейчас он заметил разницу. Мугён был шире в плечах, с массивной грудной клеткой. Хонджу невольно засмотрелся на его длинные ноги, а когда поднял глаза, то наткнулся на пристальный взгляд Мугёна.

— Нравится то, что видишь? — в голосе Мугёна послышалась усмешка.

Хонджу растерялся от такого прямого вопроса. Его чёрные глаза, казалось, видели его насквозь.

— Вы... умеете ездить на мотоцикле? — выпалил он первое, что пришло в голову.

— Ну, если сяду, то поеду, — усмехнулся Мугён. Он взял в руки пару перчаток и бросил их на тумбочку. — А что, боишься, как бы я не разбился?

Хонджу промолчал, но его глаза говорили сами за себя: «Не нужно слов, чтобы понять, что я волнуюсь». Он покраснел до кончиков ушей и отвел взгляд.

— Тебе и Гюо нужно кое-что сделать, — сказал Мугён, обращаясь к Гадюке, — так что оставайтесь здесь на день-другой.

— Ладно-ладно, — лениво протянул Гадюка, не отрывая взгляда от телевизора.

Хонджу нервно закусил губу, наблюдая за тем, как Мугён медленно направляется к нему.

«Почему он подходит всё ближе?» — напрягся Хонджу, чувствуя, как тень от Мугёна ложится на него. Он выпрямил спину, готовясь ко всему.

— Не забывай смотреть в глаза, когда разговариваешь со старшими, — прозвучал тихий голос у него над ухом.

Мугён обхватил его подбородок рукой без перчатки и приподнял его голову. Хонджу почувствовал, как его взгляд уткнулся в яркую лампу на потолке. В следующий миг он почувствовал прикосновение губ Мугёна.

— Эй, какого чёрта?! — взревел Гадюка, вскакивая с дивана.

Хонджу застыл на месте, не в силах пошевелиться. Он всё ещё чувствовал на своих губах жар поцелуя.

— Ты что творишь с Хонджу?! — возмутился Гадюка, но Мугён лишь лениво улыбнулся уголком губ. Казалось, его совершенно не волнует реакция друга.

— Не отвлекайся, — бросил он Гадюке. — Следи за домом.

Он легонько потрепал Хонджу по щеке и направился к выходу.

— Погоди, ты это серьёзно? — не унимался Гадюка. — Вы что, правда спелись, пока изображали из себя голубков?

Не оборачиваясь, Мугён вышел из квартиры, оставив Хонджу наедине с ошеломлённым другом. Хонджу молча хлопал глазами, не в силах вымолвить ни слова.

— Никогда бы не подумал, что у тебя такой вкус, Хонджу, — Гадюка был в шоке. — У тебя что, глаз совсем нет? Да уж, начать с того, что он старый! — возмущался Гадюка. — Ему же за тридцать перевалило! Сколько ему лет, ты вообще в курсе? Или он тебе наврал про свой возраст?

Хонджу не повернул головы, пристыженный словами друга. Зачем Мугён так странно попрощался, оставляя их наедине с кучей вопросов?

— Всё не так, — пробормотал Хонджу.

— Да ну? — Гадюка отложил попкорн и повернулся к нему, скрестив на груди руки. — Блин, и как я сам этого не заметил?

У Хонджу горели уши.

— И давно у вас это? — допытывался Гадюка. — А я-то, дурак, думал, он просто решил довести дело до конца и позаботиться о тебе. Хотя… его слова про «присматривать» и «опекать» мне всегда казались странными...

Хонджу не знал, что ответить. Правда ли у них с Мугёном «всё это»? Да, Мугён хотел быть рядом. Да, Хонджу испытывал к нему какие-то новые, неизведанные прежде чувства. И да, Хонджу хотелось на него опереться. А как ещё назвать то, чем они занимались несколько дней назад?

Он растерянно потер мочку уха, пытаясь придумать хоть что-то вразумительное.

— А что мы должны будем делать? — наконец спросил он, меняя тему.

— Думаю, чем меньше ты будешь знать, тем реалистичнее получится, — отрезал Гадюка. — Не меняй тему.

— Скажи, — настойчиво повторил Хонджу.

— Нет, — Гадюка напустил на себя строгий вид, словно старший брат, и продолжил допрос. Хонджу не выдержал и, бросился в свою комнату.

Тем временем Мугён проверил подвал, где были должны быть заперты Гу Пин и управляющий Ян, а затем сел на мотоцикл. На часах был почти час ночи. Он свернул в тёмный переулок, освещаемый лишь парой тусклых фонарей. Вскоре он заметил выцветшую вывеску, на которой с трудом можно было разобрать надпись [Спортивный центр «Море»].

У входа в заброшенное здание стояла машина.

— Нехило сменился вкус, — усмехнулся Мугён. — Пришлось сменить тачку на что-то поскромнее?

В отличие от той роскошной машины, на которой Ку разъезжал раньше, эта была самой обычной — чёрная, ничем не примечательная.

«Знал бы, что он окажешься в такой заднице, давно бы пересек его», — усмехнулся про себя Мугён.

Он поставил мотоцикл у входа, но снимать шлем не стал. Лишь пару раз подбросил в воздух ключи, словно проверяя, здесь ли они ещё, и скрылся в здании.

До назначенного времени оставалось ещё минуты две, но Мугён не сомневался, что Гу Пин и управляющий Ян уже здесь, ждут Гадюку.

«Интересно, мы давно не виделись, как скоро он узнает меня?» — усмехнулся Мугён.

Он поднимался по лестнице, его шаги гулко разносились по пустому зданию. Воздух вокруг был пропитан напряжением, словно сама тьма сгущалась вокруг него.

Проскочив раздевалку, Мугён оказался у бассейна. Горел тусклый свет, в остальном здесь было тихо и безлюдно. Мугён подошёл к самому краю бассейна и легонько постучал по стеклянной двери.

— Я здесь, — раздался приглушенный голос.

Из глубины бассейна, где когда-то  колыхалась вода, появилась рука. Мугён медленно двинулся вперёд, но в этот момент он почувствовал, как кто-то подкрался к нему сзади. Под шлемом мелькнула улыбка.

— Попался, ублюдок!

Он почувствовал, как кто-то навалился на него сзади, пытаясь повалить на пол. Мугён покачнулся, но сумел удержать равновесие. Тем временем из бассейна выбрался управляющий Ян.

— Наконец-то мы тебя поймали, крысёныш! — взревел он. — Думал, мы позволим тебе жировать на наши деньги? Сдохни!

Он вцепился Мугёну в руку, пытаясь вывернуть её. Видимо, в молодости этот тип был не прочь помахать кулаками, потому что силы ему было не занимать. Мугён почувствовал, как его колено пронзила острая боль, и решил не сопротивляться. Он опустился на колени.

— Ну что, попался, мразь? — прошипел Ян. — Где наши деньги?! Говори, пока цел!

Гу Пин вытащил из кармана складной нож. Лезвие сверкнуло в тусклом свете, и этот блеск напомнил Мугёну безумный взгляд Гу Пина.

Глава 33

— Будешь послушно отвечать — язык трогать не стану. Вот такой я великодушный, — прошипел он, практически вплотную приблизив острие к шлему Мугёна.

Мугён украдкой посмотрел на руку Яна, всё ещё сжимающую его плечо.

— Ты что, оглох, ублюдок?! — рявкнул Ян, теряя терпение. — Почему молчишь?!

Воспользовавшись тем, что хватка на мгновение ослабла, Мугён ударил Яна локтем в живот.

— Уф! — простонал тот, согнувшись пополам.

Не теряя ни секунды, Мугён поднялся с колен и ударил Яна головой в лицо.

— А-а-а!

С хрустом сломалась носовая кость. Управляющий Ян, зажимая лицо окровавленными руками, рухнул в пустой неглубокий бассейн.

— Что… что ты творишь, щенок?! — взревел он.

Гу Пин нервно размахивал ножом, словно пытаясь отогнать невидимую опасность. Мугён решительно двинулся на него. Гу Пин, хоть и держал нож довольно уверенно, из-за волнения совершал много ошибок.

— Ах ты ж, мерзкий ублюдок!

Мугён ударил кулаком по вытянутой руке, целясь в запястье. На мгновение хватка на ноже ослабла, но Гу Пин не выронил оружие. Мугён тут же нанес следующий удар, попав прямо в плечо.

— Кха!

Складной нож со звоном отлетел на плитку. Лицо Гу Пина, искаженное болью, выглядело жалко. Мугён, тихо усмехнувшись, подошел ближе.

Гу Пин потянулся за ножом, но Мугён, зайдя со спины, обхватил его шею рукой и сжал, перекрывая доступ воздуха.

— Кхе, пусти, пусти меня!

Мугён ослабил хватку, но не выпустил Гу Пина из захвата. Он снял шлем., несколько раз тряхнув головой, пригладил растрепавшиеся волосы.

— Мадам Гу, — произнес он.

Гу Пин, до этого смотревший куда-то в сторону, резко поднял глаза.

— Д-директор М-мугён?... Почему... но как?... — пролепетал он, побледнев и дрожа.

Мугён, глядя на его ошеломленное лицо, поднял шлем повыше. Глаза Гу Пина метались от шлема к Мугёну, и в конце концов он зажмурился.

Тук, тук.

Шлем лишь легонько стукнул Гу Пина по голове.

— Хороший сегодня улов. Целых три вьюна попались, — произнес Мугён.

В этот момент стеклянная дверь распахнулась, и внутрь хлынули человек пятнадцать в черных костюмах.

— Парни, которых мадам Гу подослал, уже отдыхают. Говорят, эти сосунки даже на приличных бандитов не тянут, — прошептал он Гу Пину на ухо, намеренно приблизившись так близко, что можно было услышать прерывистое дыхание.

«И как только еще дышит этот подонок?».

Мугён выпрямился и отошел.

— Отведите их, пожалуйста, и смотрите, чтобы ничего не случилось.

— Будет исполнено.

Люди в костюмах увели Гу Пина и управляющего Яна. Мугён стянул перчатки и бросил их в пустой бассейн, напоследок несколько раз хлопнув ладонями друг о друга.

— Мало ли, вдруг заражусь чем, — буркнул он и легкой походкой вышел из заброшенного здания.

***

И вот две пойманные крысы оказались заперты в подвале. Тем временем пришел ответ на анонимный донос о злодеяниях Гу Пина. За информацию о местонахождении Гу Пина предлагали награду в 10 миллиардов вон. Убедившись, что эту сумму предлагают три компании, Мугён отправил сообщение Гадюке и Минхо:

[По 10 миллиардов каждому. Сделка закрыта.]

После этого Мугён неторопливо завершил оставшиеся дела и только потом направился к складу. Прошло уже больше полудня с тех пор, как Гу Пин и управляющий Ян были заперты.

Тяжелая дверь отворилась с громким скрипом.

— Директор М-мугён!... — воскликнул Гу Пин.

— Вы хоть представляете, как я волновался, когда вы пропали? Когда те, кто сказал, что легко могут выследить человека, взяли и не вернулись! — c наигранным волнением произнес Мугён.

Он вошел внутрь, одетый в тот же костюм, что и в игорном доме. Гу Пин и управляющий Ян, связанные по рукам и ногам, сидели на стульях. Их лица побелели, на них за застыл ужас.

— Думал, Гадюка прирезал вас, что ли? — усмехнулся Мугён.

Скрипнув стулом, Мугён подтащил его ближе к пленникам и сел, элегантно закинув ногу на ногу, как он обычно делал в игорном доме.

— Д-дай нам хоть слово сказать! Чтобы найти этого подонка, нам п-пришлось залечь на дно! Чтобы он, значит, вылез из своей норы с деньгами. И сегодня тоже! Он... Гадюка... Вы его уже поймали? — с горящими глазами спросил Гу Пин.

Мугён молча растянул губы в улыбке, но от его вида у Гу Пина перехватило дыхание, и он заерзал на стуле.

— Этого мелкого жулика я поймал первым делом. Но он до последнего не хотел говорить, где деньги, — ответил Мугён.

— Я-я знаю! Я знаю, где он их спрятал! — выпалил Гу Пин.

— Да ну? И где же? — с нескрываемой иронией спросил Мугён.

Гу Пин не упускал ни единой возможности выкрутиться. И сейчас он снова попытался заключить сделку.

— Если я скажу, вы меня отпустите? Найдете деньги спрятанные этим подонком Гадюкой — и мы в расчете, так?

Мугён, закинув ногу на ногу, лениво покачал ступней. Гу Пин нервно сглотнул, наблюдая за его небрежным жестом.

— Видишь ли, мадам Гу, вы с управляющим Яном слишком сильно подорвали мое доверие.

— У нас не было выбора! — взвыл управляющий Ян. Его нос распух, и каждое слово, казалось, причиняло ему боль.

Гу Пин лихорадочно вращал глазами, придумывая новые объяснения.

— Это... это было частью нашего плана! Ку Хонджу сбежал, Гадюка тоже скрывается — высока вероятность, что они где-то вместе! Этот подонок Гадюка говорил что-то про брата, о котором заботится, так что это не такая уж и бредовая идея!

— Правда? — спросил Мугён, приподняв бровь, словно его действительно заинтересовал этот рассказ.

«Надо же, какая правдоподобная история».

— Конечно! К тому же, Ку Хонджу знает этот район как свои пять пальцев. Сейчас я... Эх! Если бы не эта ситуация...

— Ясное дело, ты бы не показал свою рожу, понимая, что к чему. Пришлось использовать Гадюку, чтобы ты выбрался наружу. Я ждал этого момента. И как ты думаешь, что произошло? Ты клюнул на крючок!

Мугён снова покачал ногой в такт своим словам.

— Так вы хотите сказать, что чтобы получить деньги и узнать, где Ку Хонджу, нужно отпусти вас двоих?

— Именно! Мы провели своего рода... спецоперацию!

— Хм, ну не совсем это и неверно, — задумчиво протянул Мугён, потирая подбородок.

В эти несколько секунд Гу Пин и управляющий Ян успели обменяться встревоженными взглядами.

— Тогда послушайте еще кое-что, прежде чем примете окончательное решение, — сказал Мугён и легонько хлопнул в ладоши, привлекая их внимание. — Мадам Гу обещал все уладить, но дал деру. Я не мог сидеть сложа руки, пришлось вмешаться. И кое-что интересное выяснилось.

— Что? Что вы узнали?! — воскликнул Гу Пин, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Оказывается, это мадам Гу стоит за убийствами и инсценировкой несчастных случаев, чтобы помешать реконструкции игорного дома?

— Вы о чем? Это же те бандиты напортачили, сами же говорили!

Гу Пин постарался ответить как можно спокойнее, но отвел глаза.

— У меня тоже были сомнения, но доказательства говорят об обратном, — продолжал Мугён.

— Д-доказательства? Какие доказательства?

— Бандиты, которые убивали за деньги. Чиновники мэрии, которые «случайно» сливали информацию о графике сноса и оказывали всяческие «услуги». Полицейские, которые предупреждали о готовящихся проверках и «заметали следы»...

С каждым словом лицо Гу Пина становилось все бледнее.

— Наш дражайший мадам Гу, видно, знатно набил руку на карточных играх — столько важных шишек прикрывают его делишки.

Вместо ответа послышался лишь громкий звук сглатывания. Мугён откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Но, похоже, он перешел кому-то дорогу, так что дело принимает серьезный оборот. Компании, которые понесли убытки, грозятся подать иски о возмещении ущерба.

— Что?! — Гу Пин и управляющий Ян заерзали на стульях, беспомощно дергая связанными руками.

— А убытки немаленькие, так что готовьтесь раскошелиться, как минимум, на 20 миллиардов с носа. И так, вы хотите выйти отсюда на свободу?

Гу Пин и управляющий Ян молча переглянулись, разинув рты.

— Посоветуйтесь. Может быть, хоть один из вас хочет выбраться из долговой ямы, пока вас не похоронили под кучей долгов?

— Да чтоб тебя, чертов ублюдок... — прошипел Гу Пин, стиснув зубы. Его шея налилась краской от злости.

— Гу Пин, — позвал управляющий Ян, и, встретившись с ним взглядом, незаметно покачал головой. Лучше уж остаться здесь.

Гу Пин лихорадочно вращал глазами, пытаясь выиграть время. Мугён нетерпеливо постукивал носком ботинка по полу.

— Черт возьми! Да я в один миг все отыграю! Я столько лет провел за карточным столом! Давай сюда свои карты!

— Это не те суммы, которые ты можешь отыграть, болван! — вмешался управляющий Ян.

Мугён с интересом наблюдал за их перепалкой. Наконец, он резко выпрямился и закатал рукава.

— Ну что, говорите, каков ответ?

Глаза Гу Пина сверкнули безумием.

— Я уйду! — выпалил Гу Пин. — И управляющий Ян со мной!

«Глупо. Он выбрал свободу, будучи по уши в долгах. Неужели им руководит надежда на второй шанс, или он настолько самоуверен, что верит в свою безнаказанность?»

— Хаа ... — управляющий Ян, похоже, оставил попытки вразумить своего босса.

— Мы уйдем! — продолжал кричать Гу Пин. — Я начну все с нуля!

Он как одержимый повторял одно и то же. Мугён поморщился и заткнул уши пальцами. Теперь понятно, почему Ку Хонджу не особо заботила глухота на одно ухо. Этот визг невыносим!

— Я так и думал, — сказал Мугён.

— С-спасибо, директор Мугён! — Гу Пин тяжело дышал, пытаясь справиться с волнением. На его лице, несмотря на напряжение, появилась кривая улыбка. — Обещаю, я не забуду вашей доброты! Спасибо!

— Кто говорил про отпустить? Я всего лишь спросил, — усмехнулся Мугён. — Не делите шкуру неубитого медведя.

— Все будет по-другому, обещаю! Отпустите нас, и...

— Отпустить всех четверых — значит понести слишком большие убытки.

Взгляды Гу Пина и управляющего Яна снова встретились. Четверых? Гу Пин непонимающе склонил голову набок.

— Что значит... «всех четверых»?

— Гадюка, который обчистил сейф игорного дома и сбежал, — Мугён поднял руку в кожаной перчатке, сгибая большой палец.

— Ку Хонджу, который до сих пор не пойман, хоть и остался без денег, — он согнул указательный палец.

Гу Пин нервно сглотнул, не понимая, к чему клонит Мугён.

— И двое крыс, которые решили сбежать.

Мугён согнул средний и безымянный пальцы одновременно, обращаясь к связанным:

— Вы, ребята, опытные игроки. Думаю, карты скажут вам больше, чем слова. Как считаете?

Гу Пин и управляющий Ян в замешательстве смотрели на Мугёна.

— Входите, — скомандовал он.

Дверь со скрипом отворилась. На пороге появились двое связанных мужчин — те самые, на кого Гу Пин и управляющий Ян обрушили свой гнев, — Ку Хонджу и Гадюка.

— Ах вы, ублюдки! Верните мои деньги! — взревел Гу Пин, дергаясь на стуле.

— Черт, — процедил Гадюка, опуская голову.

Ку Хонджу с побелевшим лицом оглядел комнату. Увидев связанных Гу Пина и управляющего Яна, он злобно стиснул зубы.

— Ах ты, дрянь неблагодарная! Что ты уставился?! — взревел тот. Стул под ним заскрипел, грозясь развалиться.

— Закрой рот, пока я тебя не прикончил, — прошипел Ку Хонджу, прожигая Гу Пина ненавидящим взглядом.

Мугён сделал шаг вперед, загораживая Ку Хонджу.

— Что за шум, все разборки потом. Давненько не виделись, а вы так нерадушно встречаете, — усмехнулся Мугён, похлопывая Ку Хонджу по плечу.

Затем он кивнул мужчине, стоявшему у двери. Тот, словно ожидая команды, вкатил в комнату еще несколько стульев и стол.

— Давно не собирались все вместе, члены игорного дома, правда? — Мугён, казалось, был единственным, кто сохранял спокойствие в этой напряженной атмосфере.

Он достал из кармана платок, встряхнул его в воздухе и бросил на стул, стоявший напротив Ку Хонджу.

— Садись. Чего стоишь?

Мугён кивнул человеку, державшему Хонджу за руку. Тот слегка подтолкнул Хонджу, и он, неуклюже переминаясь, был вынужден сесть на стул.

— Начинаем игру.

На стол бросили скатерть и несколько колод новых игральных карт хватху. Пока все были заняты столом, Хонджу бросил быстрый взгляд на Мугёна, но тот, встретившись с ним взглядом, лишь прищурил один глаз.

Хонджу нервно сглотнул. Что все это значит? С самого начала все шло не так, как он планировал.

Начались странные действия, после того, как Гадюка сказал: «Пора». Незнакомцы окружили его и ловко связали ему руки, не причиняя боли.

— Хонджу, потерпи немного, — успокоил его Гадюка. — Так будет лучше, чтобы этот мнительный параноик Гу Пин ничего не заподозрил.

— Что? — растерянно переспросил Хонджу, но ответа не последовало.

— Руки не жмет? — спросил Гадюка, глядя на связанные руки Хонджу.

Хонджу молча смотрел на него. В этот момент открылась дверь в подвал, и лицо Гадюка мгновенно изменилось.

Хонджу, все еще не понимая, что происходит, позволил увести себя в подвал, где его ждала встреча с Гу Пином и управляющим Яном, которых, как он думал, больше никогда не увидит.

— Было бы проще, если бы все четверо оставались под моим контролем, — сказал Мугён, перебирая нераспечатанную колоду карт. — А то, как говорит Гу Пин, если дать слабину, все начнут трепать языками, и останутся только лишние траты и головная боль.

Мугён распечатал новую колоду карт хватху, перетасовал, и достав нижнюю карту, и отбросил остальную колоду мужчине, стоявшему рядом.

— Но и отпускать всех невыгодно. Так что останется только один. Остальных я отпущу.

— Что? — в один голос воскликнули Гу Пин и Гадюка.

Мугён вскрыл колоду, продолжая объяснять, как ни в чем не бывало:

— В хватху это называется «Докпак» — проигрыш вчистую. Точно так же, как мадам Гу проиграл всё.

— Ты о чем вообще говоришь?! — управляющий Ян гневно сверлил Мугёна единственным глазом.

Мугён, казалось, не замечал его взгляда. Он небрежно бросил карты на стол.

— Не волнуйтесь, ставки будут интересными. Управляющий Ян поставит свой второй глаз. Остальные — свои долги.

Мугён указал на Гадюку картой, которую держал в руке:

— Ты, — сказал он, — 1,2 миллиарда, которые вытащил из сейфа.

Затем карта указала на Хонджу:

— Ты, Ку Хонджу, — продолжил Мугён, — оставшиеся 4 миллиона долга. А вот ставки мадам Гу покрупнее — иски от компаний, долг мне… Сотня миллиардов набегает, и это по скромным подсчетам. Ладно, округлим до ста, не мелочимся.

— Ни хрена себе! Сотня миллионов?! Да он сдохнет под таким грузом! — сказал Гадюка достаточно громко, чтобы его услышали все.  У Гу Пина не было причин отказываться: если бы он не проиграет, то сможет списать все свои долги и начать новую жизнь.

Казалось, все были согласны, но никто не решался ответить первым.

— Отлично, — Мугён хлопнул в ладоши, и на зеленом сукне стола рассыпались ярко-красные карты хватху. — Один раунд. Победитель забирает всё.

Он не спеша перетасовал колоду в своих руках в кожаных перчатках.

— Развяжите им руки, пусть карты берут, — скомандовал Мугён.

— Да, босс.

Телохранители развязали руки пленникам. Гу Пин с гримасой боли размял затекшие плечи. Хонджу потер запястья — пускай веревки были завязаны не туго, но неприятный след остался.

Взгляд Мугёна упал на бледные руки Хонджу. Убедившись, что следы от веревок незначительны, он достал пачку сигарет и протянул ее Хонджу.

— Чего уставился? Тоже хочешь покурить? — спросил Мугён, глядя на Хонджу.

— Сначала ударили исподтишка, а теперь предлагаете сигарету стрельнуть?— Хонджу вспомнил, что Мугён никогда не предлагал сигареты просто так — у него всегда был какой-то скрытый мотив.

Мугён промолчал.

«Теперь все ясно, — подумал Хонджу. — Никто никогда не узнает, что мы с Мугёном в сговоре».

Даже если Гу Пин расплатится со всеми долгами или выкрутится каким-то другим способом, никто не узнает, что все это время Хонджу был шпионом Мугёна.

— Ладно, — согласился Хонджу.

Мугён вложил сигарету ему в рот и прикурил. Ку Хонджу понял, что это означало согласие на его условия — он подыгрывает в его игре.

— Еще кому-нибудь? — спросил Мугён.

— Мне дайте, — протянул руку Гадюка.

Мугён дал ему сигарету, прикурил и принялся тасовать карты.

— На, — сказал Мугён, протягивая стопку карт Гадюке, который сидел слева от него.

— Что это? — спросил Гадюка.

— Тасуй, — коротко ответил Мугён.

Гадюка несколько раз сжал и разжал кулаки, потом взял сигарету в зубы и принял колоду.

Глава 34

Гадюка вытащил среднюю карту и положил сверху, затем повторил то же самое еще раз. В этот момент в разговор вмешался управляющий Ян:

— И как ты собираешься играть? — с вызовом спросил он.

— А как же еще, блядь? — процедил Гадюка сквозь зубы, выпуская дым. — Конечно, по-честному. Или ты думаешь, я буду мухлевать?

— Передай дальше, — велел Мугён. — Пусть каждый перетасует, чтобы потом не было претензий.

— На, — Гадюка передал карты Гу Пину.

Тот чуть ли не вырвал у него колоду из рук, прожигая Гадюку ненавидящим взглядом.

— Прекратите на меня пялиться и тасуй карты, — прошипел Гадюка.

— Ах ты, ублюдок! — взревел Гу Пин, задыхаясь от злости и табачного дыма, и попытался подняться.

За спиной Гу Пина один из мужчин резко надавил ему на плечо.

— Переворачиваешь игру? Хочешь один сорвать куш? — прозвучал угрожающий голос.

— Чёрт, да нет же, это всё он… — попытался оправдаться Гу Пин, но Мугён поднял указательный палец, приложил его к губам, требуя тишины.

Гу Пин тяжело выдохнул, сдерживая гнев.

— Чёрт возьми, — проворчал он себе под нос.

Тишину за столом нарушало только его тяжелое дыхание. Спустя мгновение он начал тасовать карты. Движения его были быстрыми и резкими. Перетасовав карты несколько раз, он передал их управляющему Яну.

— А что, если тот, кто тасует последним, смухлюет? — с подозрением спросил Ян, глядя на Хонджу.

Тот, зажав сигарету между губ, лишь усмехнулся.

— Последним тасовать буду я. И сдавать тоже, — спокойно ответил Мугён, лениво постукивая пальцами по столу.

—…

Ян несколько раз перетасовал карты и передал их Хонджу. Тот взял колоду, не выпуская сигареты изо рта. Чёрные глаза Мугёна внимательно следили за каждым движением его рук. Пепел с сигареты падал на скатерть. Сделав несколько движений, Хонджу передал колоду Мугёну.

— Вот, — сказал он.

Мугён, согнув указательный палец, подцепил колоду. Раздались тихие хлопки — карты легли на стол одна за другой.

— Берите по одной, — скомандовал Мугён.

Хонджу не сводил глаз с ярко-красной рубашки карты, лежавшей перед ним. Он догадывался, что задумал Мугён, но сейчас, когда все честно перетасовали карты, план мог легко пойти наперекосяк.

Что он будет делать, если придется отпустить Гу Пина и управляющего Ян? Неужели, как всегда, есть какой-то план?

Хонджу, закусив кончик сигареты, взял карту. Половина чёрная, половина красная, а в центре — белый круг. Это была карта — восьмерка августа.

— … — Хонджу положил карту обратно, легонько потирая шершавую рубашку.

— Предлагаю сыграть на все ваши долги. По рукам? — произнес Мугён.

— А что мне нужно сделать? — резко спросил управляющий Ян.

Мугён спокойно посмотрел на него. Вернее, на повязку, скрывающую его лицо.

— Твой правый глаз, — спокойно ответил Мугён.

— Вы издеваетесь?! — взорвался управляющий.

— Не хочешь, откажись от игры и сдохни. После того, как карты будут сданы, никто тебя слушать не будет, — сказал Мугён, взял колоду и стал быстро разбрасывать карты по одной, словно играя с ними. Движения его были легкими и небрежными. Напряжение управляющего Яна его нисколько не трогало.

Это была игра, в которой мог остаться только один. Сбросить карты означало проиграть все.

— Тогда считаем, что возражений нет. Ещё по одной? — спросил Мугён и положил на стол ещё по одной карте.

Невидимый банк рос с каждой секундой. Долг Хонджу, деньги из сейфа, компенсация за ущерб... Сумма росла. как снежный ком, достигая немыслимых размеров.

Мугён положил на стол ещё по одной карте. Хонджу осторожно взял свою. Сердце его учащенно забилось. Он глубоко затянулся, выпуская дым изо рта, и бросил окурок на пол. Тот упал на бетонный пол, оставив после себя крошечный, но яркий огонек.

Он повысил ставку.

«С восьмёркой августа у меня мало шансов собрать хорошую комбинацию… Нужна хотя бы семёрка июля… Только тогда у меня будет шанс…» — лихорадочно размышлял он, выпуская изо рта остатки дыма.

— Бля... Может, просто сдашься? Я потом в игорном доме денег добуду, долг покроем. А? — предложил Гу Пин.

— Да что ты несешь?— рявкнул Гадюка, не глядя на него.

Хонджу медленно приподнял уголок карты. Размытое сигаретным дымом изображение попало ему в глаза.

— …

Хонджу нахмурился и облизнул пересохшие губы. Он ещё раз глянул на карту, которую получил в начале игры, потом, скрывая своё разочарование, положил её рубашкой вверх. Подняв глаза, он почувствовал, как внезапно что-то коснулось его ноги. Хонджу посмотрел на Мугёна, который сидел слева от него.

— Все посмотрели свои карты? — спросил Мугён, обводя взглядом присутствующих.

Под столом он нежно поглаживал ногу Хонджу. От этого медленного, скользящего движения по его ноге Хонджу невольно подогнул пальцы ног.

— Вижу, карты хорошие. У всех такие довольные лица, — произнёс Мугён.

Хонджу прижал карты к столу потными ладонями.

«Вот же, опять то же самое, что и в прошлый раз, когда мы играли вместе», - подумал Хонджу.

У Мугёна, похоже, дурные привычки касались не только рук и слов, но и ног.

Но в этот раз Хонджу терпел, пока чужие пальцы скользили по его ноге. В этот момент Мугён, тихонько рассмеявшись, засунул руку во внутренний карман пальто. В его руке блеснул нож-бабочка, тот самый, с которым Гу Пин так лихо размахивал в спортивном центре.

— Скидывайте карты сюда. А то мало ли, вдруг кто-то решит смухлевать, — сказал Мугён, легонько постукивая острым кончиком ножа по столу.

Видно, карты у игроков и правда были неплохие, потому что они, не колеблясь, бросили по две карты на середину.

— Сдаюсь, — сказал один из них.

Мугён левой рукой перевернул карты Гадюки. Девятка сентября и единица января. В сумме десять, что означало «Гупин» — довольно сильная комбинация.

— Гупин, — объявил Мугён.

— Блять! — выругался Гу Пин и стукнул кулаком по столу.

Мугён тут же перевернул его карты. Четвёрка апреля и пятёрка мая. Девять очков, что означало «Кабо». В обычной игре это была бы очень сильная комбинация, но сейчас у Гадюки она сильнее.

— Уф, чуть не поседел! Я же говорил, в игре на выбывание Гадюка всегда на коне! — рассмеялся Гадюка, затягиваясь сигаретой так сильно, что щёки его ввалились.

— Ах ты, мелкий гадёныш! — прошипел Гу Пин, прожигая Гадюку ненавидящим взглядом.

Гадюка, стряхнув пепел с сигареты, никак не отреагировал на его слова. Ему было всё равно.

Тем временем Мугён быстро перевернул карты управляющего Яна. Единица и двойка. В сумме три, но в данном случае эта комбинация называлась «Алли» и была старше, чем «Гупин» у Гадюки.

— Какого чёрта?! Что за хреновые карты мне попались?! — вскрикнул Гу Пин.

Он явно нервничал, понимая, что, несмотря на хорошую комбинацию, оказался в шаге от проигрыша. Когда Мугён потянулся к картам Хонджу, Гу Пин прошептал, не отводя взгляда от его руки:

— Давай, давай, плохая карта…

Хонджу старался не обращать внимания на окружение и смотрел только на руку Мугёна.

— Опять смотришь на мою руку? — с лёгкой улыбкой произнёс Мугён и перевернул карту.

Восьмёрка августа ... А затем перевернулась и вторая карта. Яркая картинка с весенним пейзажем. В углу карты красовалась тройка. Тройка марта.

— Сам-Паль-Кван-Тэн, — объявил Мугён. *

*3-8

Ни у кого из присутствующих не было шансов победить Хонджу с этой комбинацией.

Гу Пин, до этого момента напряженно следивший за игрой, издал разочарованный возглас:

— Но как…?

Гадюка приложил руку к груди и глубоко вздохнул, а управляющий Ян, склонив голову, попытался скрыть облегчение.

— Фух, блядь, чуть не обделался, — выдохнул он.

За столом царила атмосфера растерянности и облегчения. Взгляды всех, кроме Гу Пина, были устремлены на Хонджу. Впервые в жизни Хонджу почувствовал, как по его спине пробежал холодок.

— Ты… что ты сделал? Откуда у тебя Сам-Паль-Кван-Тэн? Ты что, игру подстроил, ублюдок?! — взревел Гу Пин и с такой силой ударил по столу, что карты подпрыгнули.

— А что, эту комбинацию могут собрать только шулеры? — парировал Хонджу.

В его голосе слышалось торжество, хотя на самом деле он и сам не понимал, как карты легли ему в руку. Колода была общей, так что Гадюка не мог смухлевать. А вероятность того, что Мугён, не будучи профессиональным игроком, подсунул ему выигрышную комбинацию, была ничтожно мала.

— Б-блять… постойте! — вдруг заорал Гу Пин, хватаясь за голову.

В этот момент Мугён поднял над столом нож-бабочку и резко вонзил его в карты Гу Пина.

Квак!

Раздался звук рвущейся карты.

— Как и договаривались, вы трое свободны, — холодно произнес Мугён.

— Хах, ну и славно, считайте,  что это моё выходное пособие на погашение долгов! Спасибо вам, мадам Гу! — съязвил Гадюка, поднимаясь со своего места.

Управляющий Ян, медленно отодвинув стул, тоже встал. Пока Гу Пин, задыхаясь от возмущения, пытался что-то сказать, Хонджу последовал за ними. Проходя мимо Мугёна, он почувствовал на себе его взгляд.

— Не уходите! Подождите! Эй, управляющий Ян! Ку Хонджу! — завопил Гу Пин.

Мугён молниеносным движением схватил его за руку. Гу Пин попытался вырваться, но Мугён крепко держал его.

Дождавшись, пока все покинут комнату, Мугён разжал хватку. Теперь они остались наедине.

— Эй, давай договоримся! Ты же ничего не понимаешь! Думаешь, сможешь один управлять игорным домом?! Управляющий Ян — вот кто тебе нужен! — взвыл Гу Пин, загнанный в угол, как крыса.

Шея его побагровела, на лбу вздулись вены.

— Не смогу, — согласился Мугён.

— Вот именно! Так что давай хорошенько подумай, директор Мугён! Смотри в будущее! Мне нужен этот игорный дом, чтобы зарабатывать деньги и вернуть тебе долг!

Гу Пин в отчаянии вцепился в руку Мугёна.

Мугён поморщился, глядя на пальцы, вцепившиеся в его рукав, и резко оттолкнул Гу Пина.

— Мне жаль, — произнес он, отряхивая рукав пальто. — Думаешь, мне хочется иметь дело с тобой? Я бы предпочёл, чтобы остался Ку Хонджу. На него хотя бы смотреть приятно.

Эти слова, похоже, привели Гу Пина в чувство.

— Точно! Давай, тащи его сюда! Быстрее! Он мне много должен, сделает всё, что я скажу! Я его уговорю!

Рука в перчатке взметнулась в воздух и с силой опустилась на щеку Гу Пина. Раздался громкий хлопок. Гу Пин, потеряв равновесие, рухнул на пол.

— Игра окончена, мадам Гу, — холодно произнёс Мугён.

— Кха… — простонал Гу Пин, держась за щеку.

— Не указывай мне, что делать. Ты, кажется, не совсем понимаешь ситуацию, — процедил Мугён, наклоняясь к нему.

Он снова поднял руку и со всей силы ударил Гу Пина по лицу.

— Ах ты, сукин… — выругался Гу Пин, сплевывая кровь. — Ублюдок!

Снова удар руки, такой силы, что у Гу Пина взметнулись волосы.

Мугён, схватив его за воротник, поднял его с пола.

— Закрой рот, — прошипел он.

Удары сыпались на лицо Гу Пина один за другим. Щёки его пылали, на глазах выступили слёзы, на висках пульсировали вены. Мугён, холодно глядя на багровое ухо Гу Пина, снова замахнулся.

— Хва… Хватит… прошу… хватит! — пролепетал Гу Пин.

Из разбитых губ его капала кровь. Мугён, заметив капли крови на своём рукаве, нахмурился.

— Что хватит? Тебя ещё даже толком не били. Буду бить, пока не оглохнешь, — процедил он, проводя пальцем в перчатке по уху Гу Пина.

Тот дёрнулся и попытался съежиться, но железная хватка на его шее не давала ему опустить голову.

— Не то чтобы глухота на одно ухо была бы проблемой… Просто меня бесит, что это случилось по твоей вине, — процедил Мугён.

Ку Хонджу, который всегда садился в машину полубоком к водителю, как будто ожидая нападения… Ку Хонджу, который при каждом резком слове закрывал правое ухо, отгораживаясь от всего мира… Мугёна бесило, что этот жалкий ублюдок стал причиной этой привычки.

— Да что я, блядь, сделал?! — взревел Гу Пин.

Рука в перчатке снова опустилась на его левую щеку. Ладонь уже горела, но Мугён не собирался останавливаться. Он будет бить до тех пор, пока Гу Пин не оглохнет на левое ухо.

— Скажи… по-человечески... — прохрипел Гу Пин.

Лицо его распухло, левый глаз почти заплыл. Но Мугён продолжал бить. Постепенно сопротивление Гу Пина ослабло, он обмяк, и Мугён, наконец, разжал хватку.

— Ха… Ха… Тварь… — пробормотал Гу Пин.

Из-за разбитых губ слова давались ему с трудом. Мугён, не отводя от него ледяного взгляда, снял пальто. Пальцы его были испачканы кровью.

— Рано ты ещё расклеился, — бросил он, швыряя пальто на стол.

Мугён медленно направился к Гу Пину.

— Кха… Ах ты… мразь… За что… — простонал Гу Пин, с ужасом глядя на приближающегося Мугёна.

— За то, что ты мразь, — холодно ответил Мугён.

Он натянул перчатку, схватил Гу Пина за воротник и рывком поднял его с пола. А потом обрушил на него шквал ударов. Мугён и сам не помнил, когда в последний раз был в такой ярости. Подвал наполнился глухими ударами и сдавленными стонами.

Хонджу нехотя двинулся вперед, подталкиваемый охранником в спину. Когда процессия достигла лифта, он вошёл последним и оказался лицом к лицу с управляющим Яном.

— Где вы, крысы, пропадали?! — рявкнул Ян, буравя Гадюку взглядом. — Довольны, что клуб к чертям угробили?!

Гадюка зевнул, всем своим видом показывая, что слова Яна его ничуть не задели. Тогда разгневанный управляющий перевел взгляд на Хонджу.

— Как же мы можем быть довольны?, — съязвил Хонджу, глядя ему прямо в глаза. — Вон, управляющий Ян цел и невредим.

Управляющий Ян побагровел от злости и замахнулся на него рукой.

— Ах ты, щенок, как ты смеешь?!

В этот момент чья-то рука перехватила его запястье. За спиной Хонджу стоял мужчина внушительной комплекции. Он выглядел куда более угрожающе, чем управляющий Ян.

— Управляющий Ян, вам нужно выйти, — произнёс мужчина.

В тот же миг двери лифта открылись. Мужчина легонько подтолкнул управляющего к выходу. Тот, не желая оставаться один, попытался ухватиться за одежду Хонджу.

— Что?! А почему я один?!

— У нас для каждого из вас отдельные инструкции, — отрезал охранник, отдёргивая Яна. — Идите за нами,— он отстранил  Хонджу от управляющего, и вытолкнул последнего из лифта.

— Вот же ж гадёныш! А куда они идут? —  донесся до Хонджу отчаянный вопль управляющего перед тем, как двери лифта захлопнулись.

Лифт начал подниматься. Гадюка, который до этого момента стоял к Хонджу спиной, развернулся и хлопнул в ладоши.

— Ты знаешь, Хонджу, ты мастерски выводишь его из себя. Опыт есть опыт! — сказал он с ухмылкой.

— Я правда растерялся! Нужно было предупредить меня заранее! — возмутился Хонджу.

— Нельзя было. Я так старался сделать вид, что всё идёт не по плану! — рассмеялся Гадюка.

Хонджу уже и так догадался, кто и зачем провернул эту аферу.

— Ты, кстати, Хонджу, прямо как настоящий шулер стал! Откуда у тебя вообще взялся этот Сам-Паль-Кван-Тэн? Смешно было смотреть, как у Гу Пина от страха челюсть затряслась, — сказал Гадюка.

— Вот это я и сам хотел спросить, — ответил Хонджу.

Гадюка не выглядел так, будто притворяется. Неужели Хонджу действительно случайно вытянул выигрышную комбинацию?

— Я, когда карты управляющего Яна раскрыли, аж сам напрягся. Думал, вдруг ты проиграешь. Хотя, в конечном итоге, неважно, кто из вас остался бы… — задумчиво произнёс Гадюка, облокотившись о стенку лифта.

— Ты серьёзно не знаешь, как так вышло? — спросил Хонджу.

— Клянусь! — Гадюка поднял руку и прижал её к груди.

Верить ему или нет? Слишком уж многое Хонджу сегодня застало врасплох.

— А куда мы, собственно, едем? — спросил он, взглянув на табло с цифрами этажей.

— К боссу, — ответил Гадюка.

Лифт остановился на одиннадцатом этаже. Двери открылись, и все пассажиры вышли. Хонджу и Гадюка последовали за ними.

— Сюда, — Гадюка уверенно направился по коридору, а двое мужчин в чёрных костюмах остановились у лифта, скрестив на груди руки.

— Заходи. Это кабинет босса, — сказал Гадюка.

Кабинет, куда привел их Гадюка, поражал своими размерами и роскошью.

Первое, что почувствовал Хонджу, переступив порог, — это знакомый аромат, похожий на тот, что исходил от Мугёна. Солнце, уже начинавшее припекать по-весеннему, лилось сквозь огромное окно во всю стену. Хонджу проследил за солнечным лучом, упавшим на массивный письменный стол. На нем красовалась табличка с надписью: «Генеральный директор Сон Мугён».

Пока Хонджу разглядывал табличку, Гадюка плюхнулся на диван, как у себя дома.

— Устал как собака, — пробормотал он, потягиваясь. — Присаживайся, Хонджу.

Хонджу молча кивнул и принялся осматриваться.

— Да, тут немного беспорядок, — словно прочитав его мысли, произнёс Гадюка. — Обычно здесь всё аккуратно, но босс в последнее время сильно занят.

Как и сказал Гадюка, кабинет был завален бумагами. На столе высилась груда документов, а одна из стен была заклеена фотографиями, стикерами и заметками. Взгляд Хонджу упал на знакомую фотографию.

— Это фото управляющего Яна, наверное, было сделано, когда он был немного моложе? — спросил он. — Я его сначала даже не узнал.

На фотографии управляющий Ян разговаривал с каким-то мужчиной. Судя по прическе, фотография была сделана не так давно.

— Это в прошлом году снято, — ответил Гадюка.

— Серьёзно? — Хонджу не поверил своим ушам. Гадюка вскочил с дивана и покачал головой.

— Да уж, вот так за два года может помотать … — пробормотал он.

Хонджу, еле сдерживая смех, уселся напротив Гадюки.

Теперь он смог лучше разглядеть чертежи на стене.

— Это, наверное, план игорного дома? — спросил он, указывая на трёхэтажное здание, соединённое с основным зданием крытым переходом.

Внизу виднелась надпись: «VIP-бутик». Гадюка, запрокинув голову, посмотрел на чертёж.

— Ага, — подтвердил Гадюка. — Зелёной линией отмечена окончательная зона строительства. До завершения проекта осталось три года.

— Понятно… — протянул Хонджу.

Три года… А потом от игорного дома, обозначенного зелёной линией, не останется и следа. На его месте появится что-то новое, роскошное, предназначенное для сливок общества. Кто-то, возможно, и будет вспоминать о том, что здесь когда-то был игорный дом, но для большинства это место останется в прошлом. Сможет ли Хонджу когда-нибудь забыть всё, что с ним здесь произошло? Смогут ли шрамы на его теле и душе исчезнуть так же бесследно?

Хонджу грустно усмехнулся, потирая мочку левого уха.

— Скоро всё действительно закончится. Ты, должно быть, рад будешь покончить с этим, — сказал Гадюка.

Хонджу чувствовал прикосновение своих пальцев к уху, но звуков не слышал. Мир вокруг менялся, но тишина в левом ухе оставалась прежней. Сможет ли он избавиться от следов Гу Пина и управляющего Яна в этой оглушающей тишине?

— Не знаю… — ответил он. — Пока не могу поверить, что всё кончено.

— Ну да, ты там столько времени провёл… — Гадюка сочувственно покачал головой. — А меня уже от одних карт тошнит.

Он снова принялся жаловаться на то, что ему пришлось почти год возиться с этим делом. Время пролетело незаметно. Вскоре Гадюка уже учил Хонджу играть в какую-то мобильную игру. Правда, ненадолго. Едва Хонджу начал осваивать управление, как Гадюка с воплем: «Дай сюда, покажу как надо!» — выхватил у него из рук смартфон.

В этот момент в кабинет вошёл его хозяин.

— Кто-то пашет как проклятый, а кто-то в игрушки режется! — раздался недовольный голос Мугёна.

Гадюка, не отрываясь от игры, пробормотал что-то невнятное. Хонджу обернулся и, неловко ссутулившись, встретился взглядом с Мугёном.

— А… Вы пришли… — пробормотал он.

На Мугёне не было ни пальто, ни перчаток. Рукава рубашки были небрежно закатаны до локтей.

Мугён подошёл ближе. Он только что вымыл руки и теперь вытирал их полотенцем. Увидев Хонджу, он лишь усмехнулся, не сказав ни слова.

— Видишь, Хонджу? — вмешался Гадюка, толкая Хонджу локтем. — Вот это я понимаю ловкость!

— Вижу, — буркнул Хонджу, не отрываясь от телефона.

— И ты его ещё и слушаешь?

Мугён, наблюдавший за ними, тихо рассмеялся. Он бросил полотенце в мусорную корзину и направился к дивану.

— Ты только от него заразиться не вздумай, — сказал он с усмешкой, обращаясь к Хонджу.

Мугён достал из кармана рубашки две игральные карты и бросил их на колени Хонджу. На одной была изображена ветка цветущей сакуры, а вторая лежала рубашкой вверх.

— Что скажешь о том, как ты спровадил мадам Гу? — спросил Мугён.

Хонджу перевернул вторую карту. Это был тот самый Сам-Паль-Кван-Тэн, который принёс ему победу. Карты, которые могли раз и навсегда стереть в порошок Гу Пина и управляющего Яна.

Мугён, стоявший за диваном, наклонился к нему.

— Нет для шулера большей мести, чем проиграть тому, кто держит козыри, — прошептал он Хонджу на ухо.

Его рука легла на шею Хонджу, словно обнимая, а затем нежно провела по коже. Хонджу вздрогнул, и Мугён еле заметно улыбнулся.

Он развернулся и пошёл прочь. Хонджу молча смотрел ему вслед. Возможно, сегодняшний спектакль был разыгран не только для того, чтобы проучить Гу Пина.

— А что с игроками? — спросил Хонджу, отрываясь от созерцания Мугёна.

Из динамика телефона доносились бодрые звуки победной мелодии.

Пиу! Пиу! — милые звуковые эффекты раздавались по кабинету.

— Как проигрались, так и валяются по комнатам, — ответил Мугён.

Он стоял у шкафа и расстегивал пуговицы рубашки. На белой ткани местами виднелись тёмные пятна крови.

— Вот же слабаки! Только и могут, что языком трепать, мол, у нынешней молодёжи сила духа не та… — хмыкнул Гадюка, яростно тыча пальцем в экран телефона.

Хонджу молча наблюдал за Мугёном. Почувствовав на себе его взгляд, тот на мгновение замер, стягивая рубашку через голову.

— … — Мугён медленно повернулся, прикрывая обнажённую спину.

Взгляд Хонджу скользнул по широким плечам. На мускулистых лопатках виднелось несколько тонких царапин.

«Больно наверно…» — Хонджу не нужно было спрашивать, чтобы понять, что это за раны.

Он помнил, как несколько дней назад вцепился в плечи Мугёна, отчаянно пытаясь не закричать. Но Хонджу и представить себе не мог, что оставил после себя столько отметин.

— …? — Мугён вопросительно посмотрел на него.

Хонджу опустил глаза, нервно теребя пальцами ногти. Мугён молча рассмеялся, пожал плечами и достал из шкафа чистую рубашку.

— Поехали домой, — сказал он.

— Ага, — отозвался Гадюка.

Хонджу был даже рад, что Гадюка поедет с ними. До этого момента они всегда были вместе: с вечера до рассвета, в душном помещении игорного дома. А теперь вот ехали втроём, под лучами дневного солнца.

Хонджу охватило странное чувство. Он никак не мог привыкнуть к тому, что всё было по-другому.

— Тебя я высажу у отеля, — сказал Мугён, обращаясь к Гадюке.

— Почему?! Мы же договорились! — Гадюка приподнялся с заднего сиденья, где развалился почти во весь рост. Было очевидно, что он не хочет оставаться один.

— Иди, куда сказано, — отрезал Мугён.

— Тьфу ты! Вечно делаешь всё, что тебе вздумается! — Гадюка возмущённо заворчал, так чтобы его было слышно.

Хонджу, находившийся между ними, предпочёл не вмешиваться в их перепалку.

— Что, по-твоему, я должен делать? — огрызнулся Мугён. — Да ты хоть представляешь, как я себя сдерживал всё это время из-за тебя?

— Заткнись! — рявкнул Гадюка и разразился отборным матом. Хонджу, стараясь не обращать внимания на перебранку, смотрел в окно.

— Бесит! Знал бы, где упадешь… Твою мать! — продолжал возмущаться Гадюка.

Мугён лишь усмехнулся в ответ. Машина остановилась на светофоре. Хонджу повернул голову, узнав знакомое место.

«Если свернём туда — получишь десять миллионов вон. Если поедем прямо, в игорный дом — пять…»

Именно здесь Мугён поставил его перед выбором. Интересно, что ответил бы сейчас Хонджу? Ответ был только один. Конечно же…

— … — взгляд Хонджу упал на знакомый отель.

Мугён, до этого момента препиравшийся с Гадюкой, мельком глянул на него.

— Научился в карты играть и сразу зазнался, — хмыкнул Мугён. — А раньше был сговорчивее.

Хонджу неловко отвел взгляд, и Мугён заметил, что на его лице отразилось странное выражение. Он решил, что тот просто рад окончательному разрыву с Гу Пином, но что-то в этом выражении лица подсказывало, что дело не только в этом.

— Выходи у отеля, — повторил Мугён.

— Да ладно тебе, — запротестовал Гадюка. — Чего нам стоит доехать?

Машина тронулась с места, но, проехав пару метров, остановилась.

— И это после того, как я сидел в каморке и все были рады, когда мы обчищали того ублюдка?! А теперь я для вас обуза, да?! — возмутился Гадюка.

— Твой гонорар уже перечислен на счёт, — отрезал Мугён.

— Ах, босс Мугён! Так бы сразу и сказали! А то я, между прочим, пешком ходить люблю. Правда ведь, Хонджу?

Эти двое, несмотря на показную неприязнь, прекрасно ладили друг с другом. Хонджу даже позавидовал их лёгким, непринужденным отношениям.

— Увидимся, Хонджу! — попрощался Гадюка.

— Пока, — ответил Хонджу.

— Надо же, попрощался со мной! — хмыкнул Гадюка, обращаясь к Мугёну.

Раньше Хонджу редко отвечал на вопросы и почти не слушал, что ему говорят. А теперь он не только отвечал, но ещё и прощался. Кажется, Гадюке это пришлось по душе.

— До встречи! — крикнул Гадюка, вылезая из машины. — Да здравствует наша дружба, скреплённая картами!

Мугён закатил глаза и легонько оттолкнул его от себя.

— Иди уже, — сказал он.

Гадюка, что-то недовольно пробурчав себе под нос, выбрался из машины.

— … — Мугён вопросительно посмотрел на Хонджу.

Не зная, что сказать, Хонджу смущенно склонил голову, делая вид, что смотрит в окно.

— Не сближайся с ним, а то испортишься, — сказал Мугён и потрепал его по голове.

Хонджу повернулся к нему, привлеченный ощущением теплой руки на своих волосах.

— Молодец, что сдержался, — сказал Мугён. — Наверняка, тебе хотелось стереть с лица земли мадам Гу.

— Если бы я там устроил скандал, ваш план бы провалился, — ответил Хонджу.

На самом деле, ему хотелось броситься на неё и задушить. Но Хонджу понимал, что это могло всё испортить.

— Тронут! — усмехнулся Мугён. — Не ожидал, что ты так поверишь в мой план. А я думал, ты только моему члену доверяешь.

— … — Хонджу снова отвел взгляд.

В такие моменты лучше всего было просто молчать и делать вид, что ничего не происходит. Хонджу уставился в окно.

Машина проехала немного вперёд и снова остановилась. Хонджу бросил взгляд на зеркало заднего вида. Гадюки уже не было видно. На улице всё ещё было светло. Неужели Мугён снова хочет… Хонджу нервно сглотнул и вцепился в ремень безопасности.

— Подожди здесь, — сказал Мугён и, не дожидаясь ответа, вышел из машины.

— … Зря я это… — пробормотал Хонджу.

Кажется, он стал слишком остро реагировать на каждое действие Мугёна, видя во всём какой-то подтекст.

Хонджу наблюдал, как Мугён входит в здание. Интересно, куда он дел пальто? На нём были только рубашка и брюки. Хорошо, что на улице было не так холодно.

Хонджу нравилось, как Мугён выглядел в пальто, но и без него он был довольно привлекателен. Наверное, всё дело в его крепком телосложении. Интересно, как он выглядит летом? Хонджу нравилось, как на нём смотрелись костюмы. А что насчёт шорт и футболки? Хонджу не видел его в такой одежде…

— … Хотя, наверное, ему бы пошло, — пробормотал Хонджу, представляя Мугёна в летней одежде.

Он мысленно проживал с ним очередной год. Три сезона — и торговый центр будет достроен. Мугён возьмётся за новый проект, ведь именно этим он и занимался раньше.

Возможно, ему снова понадобится нелегально внедриться в какую-нибудь компанию. И наверняка, ему понадобится помощник…

— … — Хонджу задумался.

Будущее Мугёна рисовалось в его воображении очень чётко. А вот какое будущее ждало его самого? Кем он станет? Чем будет заниматься? Как сложится его жизнь?

Он не окончил даже среднюю школу, у него не осталось родных, нет связей… Как и сказал Мугён, всё, что у него было — это долги.

— А теперь и их нет, — пробормотал Хонджу.

Теперь, когда он избавился от долгов, у него не осталось вообще ничего. Может быть, поэтому он так отчаянно цепляется за Мугёна?

— … Нет, это мне не нравится…

Хонджу задумчиво посмотрел на свои руки со старыми шрамами. В этот момент дверь машины распахнулась.

Первое, что он почувствовал, — это свежий аромат. Хонджу удивлённо поднял глаза и увидел огромный букет цветов.

— Что это? — спросил он.

Мугён захлопнул дверь и обошёл машину, чтобы сесть за руль. Салон наполнился тонким ароматом.

— С чего вдруг? — Хонджу неловко взял букет.

Он боялся помять цветы, поэтому просто держал букет на весу.

— Решил, что тебе это больше подходит, чем карты, — ответил Мугён, глядя на него.

— А? — Хонджу не расслышал всё, что сказал Мугён, потому что отвлёкся на шорох упаковки.

На его вопрос Мугён лишь молча посмотрел на букет, а затем перевёл взгляд на Хонджу. Уши и щёки парня раскраснелись. Синяки уже почти сошли, но бледно-жёлтые пятна всё ещё проглядывали сквозь тонкую кожу, словно лепестки цветов.

— С цветами ты выглядишь гораздо живее, — сказал Мугён. — Тебе идёт.

Раньше Мугёну казалось, что Хонджу похож на персик. Но сегодня он был похож на цветок. Впрочем, ему шло всё красивое. Жаль было осознавать, что такой парень провёл несколько лет в душном игорном доме, зарабатывая шрамы.

Взгляд Мугёна задержался на лице Хонджу.

— Это же, наверное, очень дорого? — пробормотал Хонджу, не отрывая взгляда от букета.

Он всегда старался не прикасаться к деньгам, но, кажется, принимать подарки ему было не зазорно.

— Не усложняй жизнь, постоянно думая о деньгах, — сказал Мугён.

И это говорил человек, который привык просчитывать каждый свой шаг!

— Просто наслаждайся красотой, — добавил он.

Хонджу воспринял его слова как разрешение и уткнулся носом в букет. Тонкий аромат распространился по салону, вызывая приятное головокружение.

— Спасибо… Я впервые получаю такой подарок… — пробормотал Хонджу.

Он и сам не до конца понимал свои чувства к Мугёну. То, что раньше казалось ему непонятным и чуждым, теперь начинало обретать смысл. Это было не просто желание опереться на сильное плечо. Хонджу спрятал лицо в цветах, боясь выдать своё смущение.

— … Конечно, впервые, — пробормотал Мугён.

Он наблюдал за Хонджу. Парень радовался цветам совсем не так, как деньгам или победам в азартных играх.

«Значит, так он выглядит, когда ему что-то нравится… Хотел бы я, чтобы он смотрел так на меня…» — Мугён усмехнулся собственным мыслям. Нелепо ревновать к букету!

— Теперь я хочу, чтобы всё, что он делает впервые, было связано только со мной, — пробормотал Мугён, заводя машину.

«Что ж, теперь пора завоёвывать твое сердце, Ку Хонджу», — подумал он, выезжая на дорогу.

Восемь лет разницы — не так уж и много. Вот только Мугён впервые решил построить отношения с кем-то, кто годился ему в младшие братья. Что же делать? Куда сводить Хонджу? Чем его удивить?

Мугён всерьёз задумался о том, как ему покорить Хонджу.

Глава 35

— Отпуск веселее проводить в компании! — провозгласил Гадюка, вваливаясь в дом с сумкой наперевес.

Мугён недовольно посмотрел на него и попытался вытолкать за дверь, но тот упёрся.

— Да подожди ты! У меня с Хонджу дела! — возмутился Гадюка.

— Какие ещё дела? — нахмурился Мугён.

— Я обещал его научить играть… Правда же, Хонджу? — Гадюка многозначительно посмотрел на парня.

Хонджу неуверенно кивнул.

— Вот видишь! — Гадюка победно улыбнулся и прошествовал в дом.

Проходя мимо Хонджу, он прошептал:

— Молодец, что согласился.

— Ты и правда с ним о чём-то договаривался? — спросил Мугён, как только Гадюка скрылся из виду.

Он был готов выставить его за дверь сию же секунду, если Хонджу скажет «нет».

Хонджу задумался.

Если они останутся наедине, то… Кто знает, к чему это приведёт? Хонджу нужно было время, чтобы разобраться в своих чувствах и понять, чего хочет Мугён. Но если он останется с ним, то все эти мысли вылетят у него из головы после первого же… после первой же ночи. Так что компания Гадюки — не самый плохой вариант.

— Да. Он сказал, что у меня нет таланта к играм, — ответил Хонджу, почесывая бровь и делая шаг в сторону коридора, где скрылся Гадюка.

Мугён преградил ему дорогу, лениво наклонил голову и поймал его взгляд.

— Посмотри на меня и скажи ещё раз, — потребовал он.

— Правда… — повторил Хонджу.

Говорят, что по глазам всегда видно, когда человек врёт. Хонджу старался говорить как можно убедительнее, но всё равно чувствовал себя неуверенно под пристальным взглядом Мугёна.

Мугён молча смотрел на него, не меняясь в лице. Когда он не улыбался, то казался холодным и неприступным, отчего Хонджу чувствовал себя ещё более неловко. Под таким взглядом любой отведёт глаза, независимо от того, врёт он или нет.

— … — Глаза Хонджу дёрнулись, и он смущённо отвел взгляд.

Мугён рассмеялся.

— Что же мне с тобой делать? Ты совсем разучился мне врать, — сказал он и, обхватив лицо Хонджу ладонью, провёл большим пальцем по его нижней губе. — Ладно, поверю тебе за старание, — добавил Мугён, убрав руку.

Хонджу проводил взглядом его длинные ноги, стремительно удаляющиеся по коридору.

— Фух… — выдохнул Хонджу.

Кажется, Мугён всё понял, но, по крайней мере, Гадюка остался. Хонджу успокоился и пошёл следом за Мугёном.

Хонджу ещё в игорном доме заметил, что Гадюка умеет располагать к себе людей. Даже вечно напряжённый, он чувствовал себя рядом с ним спокойно.

— Жареного риса хватит на всех. Позовешь босса? — крикнул Гадюка из кухни.

— Хорошо, — ответил Хонджу.

Хонджу, сидевший за столом, вскочил и крадучись направился к кабинету Мугёна.

Дверь была приоткрыта. Мугён сидел в кресле, склонившись над бумагами. Хонджу хотел окликнуть его, но Мугён опередил его.

— Ку Хонджу, подойди, — позвал он, не отрываясь от бумаг.

Мугён протянул руку, словно был уверен, что Хонджу стоит рядом. Но как он узнал, что это он? Хонджу ведь даже не окликнул его… Парень удивлённо моргнул и подошёл ближе.

— Ближе, — сказал Мугён и легонько покачал рукой.

Хонджу не решался взять его за руку и просто сделал шаг вперёд. В тот же миг Мугён схватил его за локоть и усадил к себе на колени. Он внимательно осмотрел его лицо и шею.

— Лицо чистое… — пробормотал Мугён и задрал его футболку.

Хонджу вздрогнул от прикосновения холодного воздуха. Мугён осмотрел его грудь и бока, затем закатал рукав и коснулся пальцами почти зажившего синяка.

— Здесь тоже всё заживает, — констатировал он.

Мугён был серьёзен, словно изучал деловые бумаги, и Хонджу стало неловко. Он поднял голову и посмотрел на Мугёна.

— Как вы узнали, что это я? — спросил Хонджу.

— Узнаю тебя по дыханию, — ответил Мугён.

Он опустил футболку Хонджу и обнял его за талию, прижимая к себе.

«Он услышит, как бьётся моё сердце, если будет меня так обнимать…» — подумал Хонджу.

— Г-гадюка зовёт… ужинать, — пробормотал он, не в силах пошевелиться.

Мугён тихо рассмеялся и скользнул рукой по его спине вниз, останавливаясь на бедре. Хонджу вздрогнул и ухватился за его плечи.

— Дверь… открыта, — выдавил он.

— Закрыть? Чтобы мы могли продолжить? — спросил Мугён, глядя на него снизу вверх.

Он прижался подбородком к груди Хонджу и ещё крепче обнял его. Хонджу упрямо смотрел на него, пытаясь оттолкнуть.

— Почему ты отталкиваешь меня? Я же просто обнимаю тебя, — промурлыкал Мугён.

— … Я есть хочу… пойдёмте скорее, — пробормотал Хонджу.

Мугён сжал его бедро сильнее, и Хонджу вздрогнул.

— Какой застенчивый, — усмехнулся Мугён.

Он разжал объятия, и Хонджу, словно ошпаренный, вскочил с его колен. Мугён проводил взглядом его тонкие лодыжки и облизнул губы.

Хонджу сел за стол, едва не столкнувшись с Гадюкой.

— Пока я тебя не прогнал — сматывайся сегодня же, — процедил Мугён.

— Не могу. Чувство долга не позволяет. Вдруг ты с ним что-то сделаешь? — ответил Гадюка.

Хонджу старался не обращать на их перепалку внимания и сосредоточился на еде. Мугён наблюдал за тем, как он неловко орудует ложкой, и цокнул языком.

— Тупица… Ку Хонджу, может, отправить его обратно в коморку? — обратился он к парню.

— Ага, лет на восемь. Это, знаешь ли, очень большой срок… К примеру, Хонджу, когда тебе было лет десять, он уже в старшей школе учился! — съязвил Гадюка. — Ты думаешь, что если будешь так делать, то у него проснется совесть?

Мугён спокойно реагировал на его колкости. Он налил апельсинового сока в стакан и поставил его поближе к Хонджу. Гадюка наблюдал за этим с явным неодобрением.

— Не проснется? Вот это шок!

Мугён пожал плечами и, скрестив руки на груди, уставился на Хонджу. Гадюка раздражённо жевал, не сводя глаз с Мугёна.

«И чего он на него так смотрит? Что Хонджу в нём нашёл?»

Возможно, он и сам успел привязаться к Хонджу, пока был в игорном доме доме. Или его мучило чувство вины за то, что он не сообщил заранее Мугёну в тот раз, когда Хонджу набросился на Гу Пина? Как бы то ни было, Гадюка никак не мог выбросить парня из головы. А то, как они смотрели друг на друга… это было невыносимо! Да, Мугён — хороший друг, но…

— Ку Хонджу, зови меня теперь дяденька, а не директор, — заявил Мугён.

Гадюка сжал губа и фыркнул.

Хонджу делал вид, что ничего не слышит, и продолжал есть.

— Ты же стесняешься называть меня по имени? — ухмыльнулся Мугён.

«Ого! Вот это наглость! Видать, чтобы заполучить парня, который младше тебя на восемь лет, нужно быть настолько бесстыдным», — подумал Гадюка и с досадой принялся за еду.

Мугён планировал провести недельный отпуск наедине с Хонджу, но этот надоедливый тип и не думал оставлять их в покое. Он следил за ними как коршун, так что уединиться удавалось разве что в ванной.

Но сегодня Мугёну нужно было поговорить с Хонджу с глазу на глаз. Дождавшись, пока тот почистит зубы, Мугён затащил его в комнату. От Хонджу пахло мятой, а на губах поблёскивали капельки воды. Мугён наклонился и поцеловал его в шею.

— Там Гадюка… — прошептал Хонджу.

Голос Хонджу дрожал, а его дыхание сбилось.

— Тебе ведь некомфортно… Давай прогоним его, — предложил Мугён.

— Нет! Не надо… — прошептал Хонджу.

Горячее дыхание Мугёна обожгло его кожу. Хонджу попытался отстраниться, но Мугён не разжимал объятий.

— Почему нет? Мне нравится тебя обнимать, — прошептал Мугён, легонько прикусывая его ключицу.

Он провёл языком по нежной коже, и Хонджу задрожал.

— Ты бы знал, как сильно я сдерживаюсь… — прошептал Мугён, уткнувшись носом в его шею.

Губы Мугёна скользили по его коже, и Хонджу почувствовал, как по телу пробежала дрожь.

— А… — простонал он.

Хонджу попытался оттолкнуть его, но Мугён и не думал сдаваться.

— Не надо… — прошептал Хонджу, пытаясь успокоить дрожь в голосе.

Мугён оторвался от его шеи и тихо рассмеялся.

— Ха-ха… — он крепко сжал губы, прежде чем отстраниться.

Хонджу почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Не надо что? Неужели думал, что я сразу наброшусь на тебя и мы займемся сексом? — спросил Мугён.

Хонджу покраснел до ушей.

«Кто, интересно, создал эту атмосферу?»

— Я бы с радостью, но сначала мне нужно кое-что проверить, — сказал Мугён с ухмылкой и усадил Хонджу на кровать.

Хонджу сел на край кровати, не спуская с него глаз. Он не мог расслабиться под его пристальным взглядом.

— Как ты знаешь, я не лезу в чужие дела, — начал Мугён.

— Знаю, — кивнул Хонджу.

Мугён тихонько рассмеялся.

— Так что то, чем я сейчас занимаюсь, немного странно… — пробормотал он, почёсывая бровь, и направился к стеллажу с книгами.

Он достал из стопки бумаг несколько листов и протянул их Хонджу.

— Давай проясним всё раз и навсегда. Открой, — сказал он, подходя к окну.

Хонджу с замиранием сердца развернул бумаги. Мугён в этот момент отдёрнул шторы, и солнечный свет упал на листы, отчего чернила на них стали казаться ещё темнее.

— … Это же долговая книга управляющего Яна, — прошептал Хонджу.

Это была копия долговой книги из игорного дома. Рядом с некоторыми именами и цифрами стояли пометки, сделанные Мугёном.

— Читай дальше, — поторопил его Мугён.

Хонджу принялся изучать записи. Рядом с именами должников и суммами долгов стояла отметка «Хон». Это означало, что деньги внёс Хонджу.

— Я помню, как собирал эти долги… — прошептал он.

Но среди записей попадались и странные. Рядом с суммой стояла лишь пометка «Хон», а имя должника отсутствовало.

[100/Хон]

— Я изучал долговую книгу и заметил, что твоё имя там часто мелькает, — сказал Мугён. — И некоторые записи показались мне подозрительными.

— … — Хонджу молчал, не зная, что сказать.

Это были те самые долги, которые он «оплатил» другим способом. Те самые долги, которые он «погасил», отсасывая у Гу Пина. Хонджу нервно закусил губу.

[100/Хон]

[100/Хон]

[100/Хон]

«Насколько он одержим… Просто чудо, что он до сих пор не взял его силой!» — мысленно ужаснулся Мугён, глядя на записи.

Он наблюдал за реакцией Хонджу. В лучах солнца было видно, как меняется выражение его лица.

— Пожалуй, я догадываюсь, что это значит, — пробормотал Мугён.

Хонджу молчал. Он смотрел на суммы, записанные рядом с его именем, и считал их. Сто, двести, триста… Семьсот за три месяца… Он словно почувствовал во рту мерзкий привкус.

— То есть, я прав? — спросил Мугён.

Хонджу сжал листы так сильно, что костяшки пальцев побелели. Он хотел скрыть это от Мугёна, но сейчас ему было слишком стыдно.

— … Поначалу я отказывался… Он избивал меня до полусмерти… Но всё равно заставлял меня… этот ублюдок… — прошептал Хонджу.

Он перевернул страницу. На обратной стороне было ещё больше таких записей.

— А самое ужасное, что я… сам пошёл на это… за жалкие сто тысяч вон… Терпел, стиснув зубы, потому что это казалось мне лучше, чем собирать долги на морозе… — продолжил Хонджу.

— … — Мугён молчал.

— А потом… я стал думать… а что, если Гу Пин прав? Может, стоило просто переспать с ним, и он бы списал мне долг?

«Хорошо, что я не перешёл черту… Хорошо, что выдержал…» — подумал Хонджу.

Но в глубине души он понимал, что если бы не Мугён, то он бы до сих пор тонул в этом болоте…

— … Спасибо вам, — прошептал он. — Если бы не вы, босс, я бы наверно не сдержался. Гу Пин бы и дальше шантажировал меня этим дурацким долгом отца, и я бы всю жизнь плясал под его дудку.

Хонджу посмотрел на Мугёна, и в его взгляде больше не было ни былой злости, ни загнанности. Сейчас это был просто испуганный двадцатитрёхлетний парень, одинокий и потерянный.

— Рано или поздно я бы сломался и стал бы тем, кем хотел видеть меня Гу Пин... Продавал бы себя, — с горечью усмехнулся Хонджу.

Он скомкал листок в руке, пытаясь справиться с дрожью.

— … — Мугён молчал, скрестив руки на груди.

Его взгляд, полный с трудом сдерживаемой ярости, был прикован к смятому листку в руке Хонджу.

— Значит, я не ошибся, — процедил он сквозь зубы.

Он догадывался, что Гу Пин издевался над Хонджу, но реальность оказалась гораздо страшнее любых предположений. Даже беглого взгляда на эти записи было достаточно, чтобы понять весь ужас пережитого Хонджу. Мугён сжал челюсти так сильно, что у него заболели виски.

— Ублюдок! Давал ему гроши, а сам… — прошипел Мугён.

Впервые в жизни он чувствовал себя настолько беспомощным. Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

— Хотя… — Мугён запнулся. — Какая разница? Я ведь такой же …

Хонджу молча смотрел на него снизу вверх ясными глазами.

— … Вы другой, — тихо произнёс Хонджу.

Мугён резко поднял голову, и его взгляд, тяжёлый и пронзительный, устремился на Хонджу.

— Чем же я отличаюсь? — резко спросил он.

— Я искренне…— прошептал Хонджу, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. — Хочу убить Гу Пина, а вам… я благодарен. Вы другой, — добавил он.

Мугён горько усмехнулся. Этот парень благодарил его за то, что он силой удерживал его рядом с собой? От этой мысли у Мугёна защемило сердце.

— Хорошо, — кивнул он. — Тогда обдумай всё хорошенько.

Он встал с дивана и направился к выходу. Расстояние было небольшим, но Хонджу успел уловить каждый звук его шагов, почувствовать запах кожи и парфюма, ощутить на себе его дыхание.

— Думаю, я могу быть полезен, — раздался за его спиной голос Хонджу.

В следующее мгновение Хонджу почувствовал, как длинные пальцы Мугёна зарылись в его волосы.

— … Даже когда всё закончится… вы хотите, чтобы я остался? — прошептал Хонджу.

Мугён говорил, что скоро всё закончится. Ему больше не понадобится информация, которую добывал Хонджу, да и развлекаться, проводя время в игорном доме, ему наскучит.

— Если возможно, мне хотелось бы, чтобы и твое сердце тоже было со мной, — тихо сказал Мугён.

В его голосе не было и намёка на прощание.

— Почему? — Хонджу непонимающе посмотрел на него.

— Неужели непонятно? Потому что ты так думаешь, и потому что ты так отвечаешь. — Мугён провёл пальцем по мочке его уха.

Хонджу сглотнул, чувствуя, как по телу пробежала дрожь.

— Похоже,я начинаю испытывать к тебе чувства. И, кажется, мне придётся держать тебя рядом до тех пор, пока ты тоже этого не поймёшь.

Хонджу молчал.

Как и говорил когда-то Мугён, он был хитёр и расчётлив. Он понимал, чего от него ждёт Мугён, и знал, что сам испытывает к нему ответные чувства. И именно это его пугало.

Он боялся.

— Благодаря тебе я начинаю испытывать угрызения совести, — сказал Мугён. — Но не бойся, поступать, как Гу Пин, я не буду. Потерплю, подожду и буду делать только то, что ты захочешь. Понял?

— ...Да, — выдавил Хонджу.

Хонджу почувствовал подступающий комок в горле. Он закусил губу, чтобы не расплакаться. Мугён заметил это и протянул руку, проведя большим пальцем по его шее. Хонджу невольно выпрямился и задержал дыхание.

— … —

Его тело всё ещё помнило прикосновения Мугёна. Крепкая ладонь скользнула по его шее, задержавшись на подбородке. Большой палец нежно погладил нижнюю губу.

— Почему ты снова задерживаешь дыхание? — спросил Мугён.

В его голосе слышалась улыбка. Хонджу сделал судорожный вдох. Хотя Мугён и не пытался его душить, он чувствовал, как неровно бьётся его сердце.

— … —

Мугён молчал, продолжая ласкать его кожу. Губы, подбородок, шея… Его прикосновения не несли в себе никакой похоти, лишь тепло и нежность.

Постепенно дыхание Хонджу выровнялось, а ком в горле рассеялся.

— Вы двое здесь? — раздался за дверью голос Гадюки.

Он ворвался в комнату, нарушив хрупкую атмосферу, и не отходил от них ни на шаг до самого вечера. Хонджу всё не выходили из головы прикосновения Мугёна. Впервые за свои двадцать три года он понял, что человеческое тепло может нести в себе утешение.

***

В игорном доме ночью кипела жизнь. Обычно в это время Хонджу был на ногах, но сегодня он уснул рано.

Вскоре Мугён вышел из комнаты. Он взял банку пива и, проверяя сообщения на телефоне, сделал глоток. Прохладная жидкость приятно обожгла горло.

— Черт, сколько ещё осталось… — пробормотал он, глядя на время.

Мугён допил пиво одним глотком и нажал кнопку вызова. Звонить в такое время было поздно, но его это не волновало.

— Да? — раздался сонный голос на том конце провода.

— Отказываемся от денег.

Мугён вытер рот тыльной стороной ладони. В его глазах блеснула решимость.

— Отказываемся? О каких деньгах ты говоришь?

— От денег, которые мы получим за Гу Пина и Яна.

Он мог бы сдать их обоих хоть завтра и получить свои трилцать миллиардов вон. Так или иначе, от этих ублюдков нужно было избавиться, и он не видел причин отказываться от легкой наживы… до недавнего времени.

— Что?! Ты с ума сошел?! Да ты знаешь, сколько это?!

Голос Минхо сорвался на крик. Неудивительно — он был шокирован. Мугён никогда не отказывался от денег, тем более от такой суммы.

— Просто подумал, что мерзко брать деньги за этих похотливых ублюдков.

— Что? При чем тут их похоть?! Ты сдурел?! — возмутился Минхо.

Он пытался вразумить Мугёна, понять, что на него нашло, но тот упорно молчал.

В голове крутились обрывки воспоминаний, исписанные именем «Хон», и ярость застилала глаза.

Он не позволит этим подонкам спокойно спать. Они должны испытать ту же боль и страх, что и Хонджу на протяжении пятнадцати лет. Он отправит их в ад.

— В любом случае, я компенсирую тебе эти деньги. Просто не трогай их.

— Но... даже если мы анонимно сообщили о них, нельзя же просто так взять и всё отменить! Это же не по-пацански! И что нам делать с этими типами…?

— Отправь их в плавание. Корабль ещё не отчалил? Скажи, что найдётся местечко и для них, даже если это не так.

— Эй!

— Передай «клиентам», что эти ублюдки сдохли нелепой смертью.

Он повесил трубку, не дожидаясь ответа. Несмотря на выпитое пиво, мысли прояснились. Мугён достал из ящика ключи от машины и направился к комнате Гадюки.

— Эй, — бросил он, распахнув дверь без стука.

Ключи упали на кровать. Гадюка, лёжа на животе и играя в приставку, ответил, не отрываясь от экрана:

— Уже едем? А утром никак? Дай поспать…

— Одевайся, — коротко бросил Мугён. — И возьми одежду, которую выбрал для Гу Пина.

— А? Зачем? — Гадюка непонимающе моргнул.

— Отправим их в круиз, — усмехнулся Мугён.

«Круиз»… Гадюка вмиг понял, что скрывается за этим безобидным словом, и коротко выругался.

— Блин! А как же тридцать миллиардов? Минхо-хён тоже был не против своей доли!

Несмотря на поздний час, он повысил голос. Мугён бросил взгляд на комнату, где спал Хонджу.

— Деньги уплыли. Просто сделай, как я сказал.

— Ладно, ладно, — пробормотал Гадюка.

Через десять минут они уже были в машине. Мугён не называл пункт назначения, но Гадюка и без слов понял, куда ехать. Двадцать минут спустя они остановились у темного здания.

— Если всё решено, можно было и утром приехать. Зачем так спешить среди ночи? — проворчал Гадюка.

— Сейчас самое время не дать заскучать этим старикам, — усмехнулся Мугён. — Самый сонный час.

— Это точно. В игорном доме только движуха начинается.

Гадюка зевнул, покачивая в руке пакетом с одеждой. Перестроиться с ночного режима на ранний подъём было нелегко. Мугён слушал его вполуха, сунув руки в карманы, и лишь изредка кивал в ответ.

Лифт остановился в подвале. Мугён вышел первым.

— То, что вы просили, — произнес стоявший у двери амбал, протягивая ему что-то длинное, завёрнутое в тряпку. — Держите.

Мугён забрал предмет и положил во внутренний карман пиджака.

Он чувствовал, как твёрдый удлиненный предмет упирается ему в бок.

— Жди здесь.

— Хорошо, — кивнул Гадюка, устраиваясь поудобнее.

Пока Хонджу спал, они с Мугёном навещали Гу Пина. Обычно это происходило ранним утром, но сегодня Хонджу уснул рано, поэтому они смогли выбраться и ночью. Их тайные встречи продолжались уже неделю.

— Ты что, не к Гу Пину? — удивился Гадюка, когда Мугён подошёл к двери склада, где держали управляющего Яна.

— Скоро вернусь.

Раздался скрежет металла, и дверь отворилась. В темном помещении лежал связанный управляющий Ян. Мугён поставил на пол коробку с инструментами и открыл её. Звук металла о металл разнесся по помещению, но Ян даже не шелохнулся.

— Везёт же тебе, — пробормотал Мугён и улыбнувшись, Мугён достал нужный инструмент и приблизился к управляющему Яну.

— Кхы!

Мугён грубо схватил его за волосы и, разжав челюсти, приставил холодный металл к зубам. Управляющий Ян судорожно вздохнул, почувствовав, как инструмент упёрся в его золотой зуб.

— Тише, управляющий Ян. Я же сказал, что дам тебе увидеться с Гу Пином, — прошипел Мугён.

— Ммм… ммх…

Мугён нажал на рукоятку инструмента, и стальные клещи сжались на зубе.

— Нужно убрать всё лишнее, — пробормотал Мугён и резко дёрнул.

Раздался хруст, брызнула кровь, и управляющий Ян издал мучительный вопль. Вырванный зуб с кусочком десны упал на пол, оставив кровавый след.

— А-а-а! — кричал управляющий Ян, дёргаясь от боли.

Мугён не надел перчатки, и теперь нечем было заткнуть ему рот. Он схватил с пола грязную рабочую перчатку и затолкал её Яну в рот.

— Мммф!

Крик стих, но ярость в глазах управляющего Яна не угасла.

— Пойдём? — произнёс Мугён, поднимаясь. — Гу Пин ждёт в соседней комнате.

Он схватил Яна за волосы и потащил за собой. Под повязкой на глазах текли слёзы, смешиваясь с кровью и соплями. Управляющий Ян дёргался, пытаясь вырваться, но Мугён лишь крепче сжимал его волосы.

Он распахнул дверь. Стоявший у входа амбал тут же открыл дверь в соседнее помещение. Гадюка, уткнувшийся в телефон, застыл с открытым ртом, не в силах издать ни звука. Он поднял большой палец вверх — похоже, жестокость его не пугала.

Дверь со скрипом отворилась.

— А-а-а! — раздался из-за неё душераздирающий крик.

Теперь Гу Пин кричал от ужаса, стоило двери скрипнуть. Он успел так много выплакать, что завязанный на глазах галстук давно потерял свой цвет.

— Не подходи! А-а-а! Чёрт, не подходи ко мне!

Его потрескавшиеся губы кровоточили каждый раз, когда он открывал рот. Мугён грубо схватил управляющего Яна за волосы и втащил в помещение. За его телом по полу тянулся кровавый след.

— Мммф… — промычал управляющий Ян.

— Я привёл друга, а ты ему не рад, — усмехнулся Мугён, расстёгивая пуговицы на рукавах.

Он бросил управляющего Яна на пол посреди подвала.

— А-а-а… — простонал тот.

Лицо Гу Пина побледнело. Руки управляющего Яна были связаны за спиной, и он тёрся окровавленной спиной об пол.

— Сегодня я пришёл пораньше, — произнёс Мугён. — Не было настроения ждать до утра.

Он подошёл ближе. Гу Пин испуганно попятился, отталкиваясь от пола руками.

— Уйди, сволочь! — прохрипел он.

Мугён опустился перед ним на колено. Закатав рукава, он развязал галстук на глазах Гу Пина. Его глаза, привыкшие к темноте, медленно открылись и уставились в пол. Увидев лежащего на полу окровавленного управляющего Яна, Гу Пин издал ужасный вопль.

— А-а-а!

Мугён нахмурился и со всей силы ударил его по лицу. Кожа вокруг заживающего левого уха тут же покраснела.

— Как же ты любишь жаловаться, старик, — процедил Мугён, схватив его за руки и связывая их галстуком.

— Я всё думал: почему Ку Хонджу не возбуждался, когда видел чужой член? — задумчиво произнёс Мугён, завязывая галстук тугим узлом и превращая его в подобие банта.

Запястья Гу побелели от перетянутых верёвок.

— Ах ты, ублюдок! Чёртов психопат! — кричал он.

Руки дрожали так сильно, что концы импровизированного банта на завязанных запястьях подрагивали в воздухе.

— Казалось бы, стоны в ушах должны его возбуждать. Но нет же, что странно, — продолжал Мугён, словно не слыша его.

— Выпущу тебя, сука, и первым делом сверну тебе шею! Порву на куски…!

— И знаешь, чем больше я думаю, тем больше понимаю, что это из-за тебя. Когда я вдалбливаюсь в него до тех пор, пока дырочка не опухнет, даже не лаская его член, у него все равно стоит.

— Ублюдок, отпусти! Эй, управляющий Ян! Сделай же что-нибудь!

— Блять, все из-за уродливого лица мадам Гу и этого места...— Мугён резко схватил Гу за пах.

Его хватка была стальной. Гу Пин закричал и попытался вырваться, ударившись головой о его плечо, но Мугён даже не шелохнулся.

— Наверное, дело в том, что ты просто недостаточно хорош, — бросил он.

— А-а-а! Мммм…! — Гу Пин попытался закричать, но Мугён зажал ему рот рукой.

Он схватил Гу Пина за волосы и резко дёрнул его голову вверх.

— Ненужные вещи нужно выбрасывать, — прошипел он ему на ухо. — Ты же сам всегда так говорил, мадам Гу?

*Напоминание : Мадам — это обращение к хозяину игорного дома, борделя и т.п.

Он ещё ниже наклонился к его лицу, почти касаясь губами его изуродованного уха, и прошептал:

— Ах, нет, прости… Ты ведь теперь никто. Разве не так, а, старик?

Не понимая, что происходит, Гу Пин опустил голову. Мугён, сдерживая смех, отпустил его волосы.

— Отвечай, как следует.

— В-верно! Твои с-слова — закон! — залепетал Гу Пин.

Движения Мугёна были быстрыми и точными, когда он достал что-то из внутреннего кармана. Гу Пин продолжал трястись, пока тот разворачивал шуршащую бумагу. Когда последний лист упал на пол, в руке Мугёна блеснул нож.

Он поднес его к лампе, и лезвие ярко вспыхнуло, отражая свет. Лицо Гу Пина моментально побледнело.

— Ах ты, ублюдок! — завопил он.

— Это я взял из игорного дома, — спокойно пояснил Мугён.

Это был тот самый нож, которым Хонджу угрожал Гу Пину. Мугён легонько шлепнул Гу Пина плоской стороной лезвия по щеке, поправляя его растрепанные волосы.

— На нем и твоя кровь есть.

— Черт! Да за что?! Что я сделал не так? Я все верну, обещаю! Я смогу!

Шея Гу Пина покраснела, на лбу вздулись вены. Мугён раздраженно прикрыл уши ладонями.

— Чего ты так орешь? — спросил он. — Злиться должен я.

— Если ты меня убьешь… как ты получишь деньги?! Подумай хорошенько, директор Мугён!

Гу был вне себя: он то кричал, то умолял, не в силах остановиться. Изуродованные губы дрожали, глаза налились кровью и готовы были лопнуть от напряжения.

— Видишь, я даже не повышал голос, хотя и был зол до чертиков.

Мугён помахал раскрытой ладонью перед лицом Гу.

— А-а-а!

Малейшее движение повергало Гу в ужас. Мугён, цокнув языком, толкнул его на спину. Связанный по рукам и ногам, тот беспомощно дергался, раздражая Мугёна.

— Эй, ты чего задумал?! Управляющий Ян, этот ублюдок что творит…?!

— Я думал, мы с тобой похожи, — задумчиво произнес Мугён. — Но, похоже, Хонджу был прав. Мы разные. И должны быть разными.

Он согнул колено и надавил им на живот Гу Пина. Тот попытался вырваться, цепляясь в бедра Мугёна связанными руками.

— Прекрати, господин Мугён! Директор Мугён, прошу!

— Что, старый извращенец, совсем с катушек съехал? Лапать меня вздумал?

Мугён легонько стукнул плоской стороной лезвия по тыльной стороне ладони Гу Пина.

— Ай!

Сработало. Тот сжался от ужаса, прекратив дергаться. Его жалкий, униженный вид вызывал у Мугёна отвращение. Вот до чего довели Гу Пина деньги и власть — стоило ли оно того?

Мугён грубо расстегнул ремень на брюках Гу Пина.

— Что ты… что ты делаешь?!

Он надавил коленом сильнее, и Гу Пин издал сдавленный стон. Мугён без колебаний стянул с него нижнее белье. Вялый, сморщенный член Гу Пина безобразно повис между ног.

— Бесит, блин, что я вынужден марать об тебя руки, — пробормотал Мугён. — Из-за этого мудака у меня все настроение испорчено.

Он поднес лезвие к паху Гу Пина, и тот забился в агонии, издавая душераздирающие крики.

— Не смей! Что ты делаешь! Ах ты ж дрянь!

«Заткнись, — подумал Мугён. — Именно это ты и делал. Совал ему это в рот, заставлял делать мерзости, унижал, хотя он сопротивлялся. А потом швырял пару купюр, чтобы в следующий раз сосал лучше.  Насколько же ужасным это было, что даже во время секса у него не вставал?»

— Блять, — выругался Мугён.

Злость сдавила ему виски. Сжав зубы, он наклонил лезвие.

Резким движением Мугён отсек небольшой кусок плоти у основания...

— А-а-а! — закричал Гу Пин.

Он забился в агонии, пытаясь дотянуться до Мугёна, но лишь беспомощно молотил ногами по воздуху. Мугён, не дрогнув, посмотрел на окровавленную рану. Быстрым движением он бросил отрезанный кусок на грудь Гу Пина.

— Молись, что я не отрезал тебе его целиком, паршивый сукин сын, — процедил Мугён.

Он отвесил Гу Пину ещё пару оплеух. Злость, впрочем, утихала не так быстро, как хотелось бы. На его руках была кровь Гу Пина и управляющего Яна… Странно.

— А-а, черт… за что… вы… твари… что вам от меня надо?!

Мугён грубо вытер кровь с лица тыльной стороной ладони. На когда-то покрытой шрамами коже остался длинный алый след.

— Ты знаешь, кто такой Ку Хёнгын? — спросил он.

Гу Пин, извиваясь, как червь, попытался отползти. Каждый рывок отдавался болью, оставляя кровавый след.

— Ах ты… мразь… а-а…

Гу Пин ругался, захлебываясь слюной. Он дернулся, и его щека прижалась к бетонному полу. Между ног растекалась лужица — похоже, он не сдержал мочевой пузырь и обмочился.

— Я позабочусь о том, чтобы тебе было больнее, чем ему, — холодно произнес Мугён. — Это желание его сына.

Он подошел к столу и со всей силы вонзил нож в столешницу. Кровь стекала по лезвию, оставляя темные пятна на зеленом сукне.

Мугён, скрестив руки на груди, наблюдал, как лужа крови на полу становилась все больше. Вскоре Управляющий Ян, хрипя, удался головой об пол…В течение следующих двадцати минут из склада доносились крики и стоны.

Наконец, дверь подвала отворилась. Мугён вышел, его рубашка и руки были залиты кровью. Он кивнул на стоящего перед ним мужчину.

— Этих двоих отправь в Китай, — распорядился он.

Мужчина заглянул в приоткрытую дверь склада, увидел то, что там происходило, и понимающе кивнул.

— Будет сделано.

— Гадюка, принеси то, что я тебя просил взять. Надо переодеть их.

— Хорошо, — ответил Гадюка.

Он прошептал: «Их подделки слишком бросаются в глаза», — и протянул ему пакет с одеждой.

— Будет сделано, — повторил тот и скрылся в подвале. Дверь захлопнулась, и снаружи стали доноситься лишь приглушенные крики. Мугён повернулся к лифту.

— Хён, у тебя есть запасная рубашка? В машине будет стоять этот мерзкий запах крови.

— Должна быть.

Мугён нажал кнопку вызова лифта. Кровь на его пальце еще не успела свернуться и тягуче растянулась.

— Иди в машину, — бросил он Гадюке.

— Окей.

Гадюка направился на подземную парковку, а Мугён один вошел в погруженный во тьму кабинет.

Его взгляд упал на диван, на котором ранее сидел Ку Хонджу. Мугён глубоко вдохнул, но почувствовал лишь тошнотворный запах крови. Ку Хонджу был всего раз побывал в этом кабинете, но теперь Мугён каждый раз ловил себя на том, что проверял остался ли его запах.

— Больше нет, — пробормотал Мугён.

Только убедившись, что тут больше не пахнет Ку Хонджу, Мугён наконец сдвинулся с места. Он снял пропитанную кровью рубашку и подошел к раковине, чтобы вымыть руки и лицо. Несколько раз намыливая кожу, он с маниакальным упорством смывал с себя кровь.

— Блять…

Он смотрел на свои мокрые ладони. Крови уже не было, но казалось, что ее тошнотворный запах въелся глубоко в поры. Мугён раздраженно выругался и снова открыл кран. Он продолжал мыть руки до тех пор, пока не позвонил Гадюка, обеспокоенный его долгим отсутствием.

Вернувшись домой, он сразу же отправился в ванную. Мугён стоял под душем до тех пор, пока пальцы не сморщились, пытаясь смыть с себя грязь и кровь.

— Еще немного, и солнце встанет, черт бы все побрал…

Он окинул взглядом покрасневшие от горячей воды руки и, наконец, вышел из ванной. Первым делом Мугён рухнул в постель. Он обнял Хонджу, прижался к его разгоряченному телу, вдохнул его запах. Их дыхание, поначалу неровное, постепенно выровнялось.

— Ааах…

Напряжение, сковывавшее его весь день, начало отпускать.

Он знал, что сейчас не время для романтических глупостей, что он рискует всем, связавшись с Ку Хонджу. Мугён никогда не искал в отношениях утешения, да и сама мысль об этом казалась ему странной.

И что же в итоге? Он делал все то, что считал странным, и, более того, хотел продолжать. И все это — только с Ку Хонджу.

— Ха… — Мугён усмехнулся, уткнувшись лицом в его плечо. Тихий смех растворился в темноте.

Кажется, Хонджу сыт по горло деньгами из-за своих долгов. И это оказалось неожиданной проблемой. — Мугён обладал только деньгами, и ему казалось, что, используя их, он сможет привлечь внимание Хонджу. Но все оказалось не так просто, как он думал.

— Неужели всегда так сложно понять, что у человека на уме?

Он привык получать все с помощью денег и не задумываясь двигался по жизни. Но Хонджу оказался крепким орешком, и это радовало. Значит, он никому не давался легко.

— Хм… — Мугён издал горловой звук и закрыл глаза. Скоро должно было взойти солнце, но теперь у них обоих появилась причина насладиться спокойствием.

Глава 36

Мугён потянулся, разминая шею, и вышел из спальни. Гадюка, который возился на кухне, сообщил ему приятную, хоть и немного пугающую новость.

— Те двое со склада… их погрузили на корабль. Все подчистили, как и договаривались.

Гадюка провел рукояткой лопатки от солнечного сплетения до пупка, словно вспарывая живот невидимому собеседнику.

— Да? Отлично…

Мугён оторвался от стакана с водой, поднес руку к лицу и глубоко вдохнул, втягивая оставшийся на теплой коже аромат.

— Что ты делаешь? Как извращенец какой-то, — фыркнул Гадюка.

Наверное, это потому, что они провели всю ночь в обнимку… Запах Хонджу преследовал его. Казалось, он пользуется теми же гелями для душа, что и Мугён, но от Хонджу пахло как-то… по-другому. И это сводило Мугёна с ума.

— И еще… Когда все уляжется, не говори Ку Хонджу о том, что случилось.

— Почему? Он же обрадуется.

Мугён боялся, что, узнав правду, Хонджу не захочет иметь с ним ничего общего. Что он не сможет смотреть на него, как на обычного человека, узнав, что Мугён так жестоко расправился с Гу Пином и управляющим Яном. Хоть он и провернул всё это дерьмо, ему совсем не хотелось попасться даже на мелочи.

— Просто так…

До этого момента Мугён ни разу в жизни не чувствовал тревоги. Ни в делах, ни в отношениях. Он всегда получал то, что хотел. Даже когда Мугён манипулировал людьми, как хотел, он был уверен, что сможет легко все закончить и уйти.

Но стоило ему подумать о Ку Хонджу, как в груди возникало неприятное чувство беспокойства. Словно Хонджу был единственным, что Мугён не мог получить, сколько бы усилий ни приложил.

— Просто так. Без причины.

Просто так. Мугён не хотел признаваться себе в том, что испытывал страх и тревогу. Он предпочитал гнать эти мысли прочь. Тем не менее, глядя на Хонджу, который в последнее время стал много спать и не просыпался от каждого шороха, Мугён чувствовал проблеск надежды. Ведь это означало, что его тело и разум наконец-то пришли в равновесие.

Около девяти утра Хонджу, протирая сонные глаза, заглянул на кухню.

— Хонджу, поешь и пойдем. Вечером у нас встреча, нужно купить тебе одежду.

— Встреча? — рассеянно переспросил Хонджу, все еще не до конца проснувшись.

Мугён смерил его взглядом, скользя по стройному телу. Ярко-желтая толстовка ему, конечно, шла, но выглядел он в ней слишком молодо, привлекая ненужное внимание. Мугён решил ответить за Хонджу:

— Есть человек, который хочет тебя видеть.

— Меня…?

Хонджу недоуменно моргнул. Кто мог хотеть его увидеть? Ни Чхве, ни остальные бандиты не были склонны к сентиментальности. Да и вряд ли Мугён позволил бы ему снова встретиться с Гу Пином или управляющим Яном. Весь день Хонджу умирал от любопытства, но никто так и не проронил ни слова.

Днем они с Гадюкой отправились в торговый центр выбирать одежду. Хонджу было интересно, почему Мугён не пошел с ними, но он решил спросить об этом позже.

— Тебе очень идет, — произнес Гадюка.

Когда они только вошли в торговый центр, Хонджу выглядел совсем как обычный двадцатилетний парень, но на выходе на нем уже красовались дорогая рубашка, пальто и начищенные до блеска туфли.

— Как-то… непривычно, — пробормотал Хонджу, разглядывая себя в зеркало.

— Привыкай, — фыркнул Гадюка, который не переставая нахваливал его внешний вид.

Наряд и вправду больше подходил для какой-нибудь знаменитости. Хонджу смущенно потер мочку уха.

— Так куда мы все-таки едем? — спросил он, когда они сели в машину Гадюки.

Хонджу расслабился, стоило им отъехать от торгового центра. Он все время, пока они были там, находился в напряжении, боясь пропустить хоть слово, сказанное в шумном зале. Теперь же, когда они остались одни, напряжение спало, а на душе стало спокойно и легко.

— Увидишь. Скажем так, это вечеринка в честь одного события, — ответил Гадюка, не вдаваясь в подробности.

Но он так и не сказал, в честь какого.

Они доехали до роскошного ресторана. Хонджу здесь никогда не был — все казалось ему незнакомым и удивительным.

Но самым большим сюрпризом стала встреча с тем, кого он никак не ожидал увидеть.

— Красавчик! Давно не виделись!

— Что…?

Перед ними, широко улыбаясь и приветственно махая рукой, стояла Чехи. Хонджу не видел ее с тех пор, как план Гу Пина с треском провалился. Ошеломленный Хонджу вопросительно посмотрел на Мугёна. Тот лишь пожал плечами и указал на свободный стул.

— В таком виде ты просто красавчик! — Чехи взяла остолбеневшего Хонджу под руку и усадила за стол. — Мог бы стать звездой!

Она подмигнула ему.

— Да я не собирался этого делать, — пробормотал Хонджу.

— Ну ладно тебе, — отмахнулась Чехи. — Дай на него посмотреть. Раны зажили? Вот и славно, выглядишь гораздо лучше.

Она внимательно осмотрела его лицо.

«Что вообще происходит? Как она вообще здесь оказалась? Почему она здесь?» — недоуменно думал Хонджу, переводя взгляд с невозмутимого Мугёна на Гадюку, который так же спокойно, как и всегда, беседовал с боссом. Словно появление Чехи было чем-то само собой разумеющимся. Лишь Хонджу чувствовал себя не в своей тарелке, растерянно поглядывая на нежданного гостя.

— Ты удивлен? Я очень хотела сделать сюрприз! — с улыбкой произнесла Чехи.

— Ого, вы уже были знакомы?

— Да. Мы знакомы, наверное, уже лет десять, — ответила девушка, доставая из своего клатча визитку и протягивая ее Хонджу.

— ... Ча Чехи, начальник отдела — прочитал Хонджу, быстро пробежав глазами по тексту. Визитка была точь-в-точь как у Мугёна. Значит, не только Гадюка, но и Чехи все это время была частью плана. Хонджу удивленно приоткрыл рот.

— Я, можно сказать, тоже упорно трудилась, — добавила девушка, элегантно беря тонкие прямыми пальцами винный бокал. В этом ресторане она смотрелась гораздо органичнее, чем за карточным столом.

— Ты знаешь, сколько я колесил по стране в прошлом году, чтобы сыграть свою роль? Глаза чуть не испортил, наблюдая за этими азартными игроками. Зрение упало до 0.6

Гадюка, словно подхватывая эстафету, вновь начал рассказывать о том, как был вынужден проводить дни в четырех стенах, оттачивая мастерство игры в карты. Хонджу слышал эту историю уже несколько раз, поэтому лишь  бросил на Чехи удивленный взгляд.

— Так что, все эти схемы и план, которые разработали против Гу Пина, были заранее подготовлены?

Долг Гу Пина, с которым был связан их план, составлял около 4 миллиардов. Из-за невозможности занять его он в конечном итоге обратился к Мугёну.

Чехи довольно улыбнулась, словно говоря: «А ты как думал?»

Гу Пин с самого начала был пешкой в их игре, глупцом, поверившим, что сможет обвести их вокруг пальца.

— А тот парень, помнишь, тоже был в тот день? Который притворялся лохом. Так вот, он тоже наш человек, — вмешался Гадюка. — Он вообще на бандита не похож, но выглядит как настоящий головорез, поэтому мы его и завербовали в первую очередь.

— А...

— Сегодня его с нами нет. Хён сказал, что ему его взгляд не нравится.

Хонджу перевёл взгляд на «хёна, о котором говорил Гадюка.

— Короче говоря, те 4 миллиарда, о которых ты так беспокоился, Ку Хонджу, не пропали зря, — пояснил Мугён, указывая по очереди на Чехи, Гадюку и себя. — Эти деньги всё время были у нас. Конечно, для Гу Пина это всё ещё долг.

Получается, пока Гу Пин строил планы, как обвести Хонджу вокруг пальца, Мугён провернул свою игру. Хонджу никак не мог понять, когда он всё успел организовать. Он думал, что всё ограничивается несколькими подставными сотрудниками в клубе и Гадюкой.

— Я и подумать не мог, что та игра была подстроена, — признался Хонджу.

— Как и я не могла представить, что буду играть в таком месте в карты, — усмехнулась Чехи, легко потрепав его по плечу и отходя к своему месту. — В тот день, когда я впервые пришла в тот игорный дом, я немного поколдовала над картами. Помнишь его? Заметил, что карты как-то странно скользили?

Хонджу вспомнил их первую встречу. Тогда карты и правда вели себя странно, словно смазанные маслом. Если бы он поинтересовался, в чём дело, план мог бы провалиться. От одной мысли об этом у него по спине пробежал холодок.

— Да. Но это же была новая колода. Как ты это сделала?

— Не помнишь, кто тебе её дал?

Хонджу стал лихорадочно рыться в памяти. Кто тогда сунул ему в карман новую колоду?

То есть это…

— А.

Взгляд Хонджу метнулся к Мугёну, и их глаза встретились. День, когда Хонджу впервые увидел, как Мугён протирает горлышко банки с кофе, прежде чем сделать глоток. Именно в тот день.

— Вспоминаю...

— Помню…

— Вот в этом и заключалась моя роль, — раздался низкий голос Мугёна, разрезая тишину за столом. — Пускай я не игрок, но умею сбивать людей с толку.

И он не соврал. В то время Хонджу только-только познакомился с Мугёном и ужасно его боялся. Даже случайное касание локтя заставляло парня напрячься и выпрямиться по струнке.

Поэтому у Хонджу и мысли не возникло проверить, обычная ли это колода карт или же подстроенная.

— Никогда бы не подумал, что вы провернёте что-то подобное, — покачал головой Хонджу. — Гу Пин был обречён на провал.

— Чтобы поймать игрока, нужно самому выйти на игровое поле, — пожала плечами Чехи. — А чтобы выиграть легально в карты, нужно сесть за стол.

Она сделала ещё пару глотков белого вина, после чего на столе стали появляться заказанные блюда. Начался ужин. Судя по всему, Мугён, Чехи и Гадюка были завсегдатаями подобных заведений. Хонджу неловко подражал им, пытаясь правильно разрезать мясо и намазать масло на хлеб.

— Ешь побольше. Такой бледный, но приятно видеть твое лицо без синяков, — бодро произнесла Чехи, похлопывая его по спине.

Хонджу, покраснев, склонился над тарелкой.

— Значит, Красотка теперь работает с боссом?

— И со мной тоже, — подала голос Гадюка.

Хотя формально беседа велась с ним, Хонджу чувствовал себя выброшенным за борт. Ему никак не удавалось вклиниться в этот разговор, в котором он был чужим.

Он не мог ни вставить слово, ни выдавить из себя улыбку.

— Гюо, ты вообще намёков не понимаешь? — раздался язвительный голос Чехи.

— Если бы не понимал, я бы здесь не сидел!— огрызнулся Гадюка.

— И что, думаешь, твоё присутствие хоть как-то изменит ситуацию?

Все они, как и Хонджу, вляпались в эту грязь. Но у каждого из них было своё место, своя жизнь. Яркая, роскошная, далёкая от той грязи, в которой барахтался Хонджу. Он же лишь притворялся.

И чему он радовался? Неужели находил утешение в мысли, что они, такие же как и он, на самом деле? Но от этого становилось только хуже. Разве подобные мысли не делают его последней сволочью?

— ...

Аппетитный стейк внезапно показался безвкусным. Хонджу под предлогом того, что режет мясо, украдкой взглянул на Мугёна. Тот, как всегда, выглядел роскошно и непринужденно. Если бы он узнал, какие мысли сейчас крутятся в голове у Хонджу, то вряд ли захотел бы сидеть с ним за одним столом.

Пальцы, сжимавшие нож, напряглись.

— Тебе все ещё некомфортно обедать с нами? — прошептал Мугён, наклонившись к нему поближе.

Хонджу, который до этого наблюдал за перепалкой Чехи и Гадюки, покачал головой.

— Нет, все вкусно, — ответил он.

— Тогда ешь давай.

Мугён протянул руку и взял его нож. Несколько ловких движений — и стейк на тарелке Хонджу был аккуратно нарезан.

— Посмотрите, этот скряга отказался от трёх миллиардов и устроил целое представление! — рассмеялась Джэхи, обращаясь к Гадюке. — И ты в это ввязался, Гюо? Думаешь, у тебя шансы в этом любовном треугольнике?

— Ты сейчас ставишь меня на второстепенную роль... Хм. И сейчас хён ведет себя как отброс, так почему  это я должен терпеть упреки?

Лицо Хонджу вспыхнуло. К счастью, приглушённый свет ресторана скрывал его смущение.

Неловкость, витавшая в воздухе, постепенно рассеялась. Больше всего Хонджу располагала к себе Чехи — весёлая и простая в общении.

— Хён, водитель сказал, что будет через пять минут, — сообщил Гадюка.

Мугён за время ужина успел пропустить с Чехи не один бокал вина. Хонджу подумал, что было бы неплохо, если бы хоть кто-то из них мог сесть за руль. Сам он чувствовал себя бесполезным и лишним в этой компании.

— Хонджу, поедешь со мной? — спросил Гадюка, подкидывая и ловя на лету ключи от машины.

В этот момент Хонджу почувствовал, как чья-то рука легла ему на поясницу. Он опустил глаза и увидел длинные пальцы Мугёна.

— ...Я поеду с директором, — ответил Хонджу.

— Вот и славно, — довольно кивнул Мугён.

— Да ладно тебе, ты же видел, как я вожу! Неужели было некомфортно? — не унимался Гадюка.

Хонджу покачал головой.

— Езжай лучше один, не соблазняй его. Ку Хонджу на такие уловки не ведётся.

— Какой же ты всё-таки правильный, Гюо, — рассмеялась Чехи. — Поэтому ты и в пролёте.

— Ха-ха, очень смешно, — фыркнул Гадюка. — Думаешь, я не еду в дом хёна?

К зданию ресторана подъехала машина Чехи. Она накинула на плечи лёгкую шаль и, прощаясь, обратилась исключительно к Хонджу:

— Ещё увидимся! И давай уже в каком-нибудь месте получше, чем тот игорный дом.

— ...Да, хорошего вечера, — попрощался Хонджу.

Чехи чмокнула его в щёку и скользнула на заднее сиденье. От неё исходил тонкий аромат дорогих духов.

Когда машина скрылась из виду, к ресторану подъехал таксист, вызванный Гадюкой.

Хонджу и Мугён сели на заднее сиденье.

— И смотри, не вздумай открывать мне дверь, — предупредил Мугён, обращаясь к Хонджу.

— Хорошо, — кивнул тот.

Гадюка вернулся к машине после последних наставлений.

— Поехали, — обратился Мугён к водителю.

— Хорошо.

Машина медленно выехала с парковки. Сразу же за ними последовала чёрная иномарка, за рулем которой был Гадюка. Хонджу заметил, что Мугён закрыл глаза. Вроде бы, он пил не так уж много… Неужели уснул? В этот момент тяжёлое тело Мугёна наклонилось в его сторону. Хонджу испуганно втянул голову в плечи, но тихий вздох затерялся в звуках игравшего радио.

В следующее мгновение рука Мугёна легла ему на талию. Хонджу бросил нервный взгляд на водителя и напрягся.

— Директор, — прошептал он, легонько толкая Мугёна в бок.

Ноль реакции. Мугён по-прежнему не открывал глаза, и Хонджу видел только его длинные ресницы. Волосы Мугёна щекотали ему шею, а рука на талии словно приросла к телу.

Хонджу решил не будить его и ещё долго сидел, напряжённо глядя перед собой. Наконец, в окне показались знакомые улочки.

— Ну как, понравилось с моими ребятами? — раздался над ухом тихий хрипловатый голос.

Хонджу опустил глаза.

— Что?

— Спрашиваю, каково тебе было сидеть за одним столом с моими «ребятами»? — повторил Мугён.

Хонджу вспомнил стол, заставленный не картами для игры в хвату, а вкусной едой. Вспомнил Чехи, которая вела себя с ним не как с игрушкой, а как с равным.

Общение с этими людьми, которые не относились к Хонджу как к вещи и не сыпали угрозами, было на удивление приятным и спокойным. Ему даже подумалось, что неплохо было бы ужинать так каждый день.

— ...Я завидовал, — тихо произнёс он. — Видел, что у вас у всех всё хорошо, у каждого своя жизнь…

Он вдруг ясно осознал, что не принадлежит к их миру. Как не подходил ему этот дорогой костюм, как жали начищенные до блеска туфли…

— Знаешь, Чехи за тебя переживала, — сказал Мугён. — Боялась, что Гу Пип может тебе отомстить… Теперь-то она успокоится.

Хонджу и сам понимал, что пропасть между ними непреодолима. Такие люди, как Мугён, Чехи и Гадюка, никогда не стали бы общаться с ним, если бы не Гу Пин.

— Мне всё понравилось, — прошептал Хонджу. — Этот вечер запомнится мне надолго…

Мугён притянул его к себе и уткнулся лбом в плечо. Хонджу ощутил жар его тела, но близость эта не грела, а, наоборот, вызывала озноб. Почему-то от всего этого становилось только тревожнее.

— Ку Хонджу, такой обеспокойный, — пробормотал Мугён ему на ухо.

— Что…? — Хонджу непонимающе посмотрел на него.

Мугён прижался губами к его шее. Хонджу почувствовал во рту горький вкус вина, который совсем недавно казался ему таким сладким.

Выйдя из машины, Мугён первым делом огляделся в поисках такси Гадюки. Не заметив его, он беспечно обнял Хонджу за плечи.

— Мне нравится, что ты действуешь осмотрительно и не торопишься. Потому что, когда ты решаешь, куда ступить, это место становится и моим местом, — произнёс он, и в тишине лифта его голос прозвучал особенно громко.

Хонджу молча смотрел на него.

— Не притворяйся дурачком, ты прекрасно понял, о чём я, — усмехнулся Мугён и сжал его подбородок.

Его ладонь была горячей, словно могла согреть Хонджу в самую лютую стужу.

— Понял, — тихо ответил Хонджу.

Мугён провёл большим пальцем по его губам, прислушиваясь к тихому ответу, и шумно выдохнул.

Хонджу и сам еле дышал. За время, проведённое с Мугёном, он понял, что тот относится к нему искренне, чего нельзя было сказать о нём самом.

Да, Хонджу не мог отрицать, что Мугён его привлекал. Он ловил себя на том, что представляет, как Мугён заботится о нём, как они встречают вместе весну… Эти непривычные чувства пугали и в то же время манили.

Но что, если это всего лишь холодный расчёт, желание выжить любой ценой?

— Можешь меня обманывать, — тихо произнёс Мугён, словно прочитав его мысли. — Я всё равно тебе поверю.

— Я не хочу вас обманывать, — ответил Хонджу. — Всю жизнь меня обманывали, и я знаю, как это тяжело.

Раздался сигнал, оповещая о прибытии лифта. Двери открылись, и до тех пор, пока они снова не закрылись, Хонджу и Мугён не отводили друг от друга глаз.

В последний момент Хонджу протянул руку, останавливая лифт.

— Выходи, — скомандовал Мугён, подталкивая его к выходу.

Он не отставал от Хонджу ни на шаг, словно боялся, что тот сбежит. Но, как ни странно, эта навязчивость успокаивала.

Глава 37

Мугён потянулся, разминая шею, и вышел из спальни. Гадюка, который возился на кухне, сообщил ему приятную, хоть и немного пугающую новость.

— Те двое со склада… их погрузили на корабль. Все подчистили, как и договаривались.

Гадюка провел рукояткой лопатки от солнечного сплетения до пупка, словно вспарывая живот невидимому собеседнику.

— Да? Отлично…

Мугён оторвался от стакана с водой, поднес руку к лицу и глубоко вдохнул, втягивая оставшийся на теплой коже аромат.

— Что ты делаешь? Как извращенец какой-то, — фыркнул Гадюка.

Наверное, это потому, что они провели всю ночь в обнимку… Запах Хонджу преследовал его. Казалось, он пользуется теми же гелями для душа, что и Мугён, но от Хонджу пахло как-то… по-другому. И это сводило Мугёна с ума.

— И еще… Когда все уляжется, не говори Ку Хонджу о том, что случилось.

— Почему? Он же обрадуется.

Мугён боялся, что, узнав правду, Хонджу не захочет иметь с ним ничего общего. Что он не сможет смотреть на него, как на обычного человека, узнав, что Мугён так жестоко расправился с Гу Пином и управляющим Яном. Хоть он и провернул всё это дерьмо, ему совсем не хотелось попасться даже на мелочи.

— Просто так…

До этого момента Мугён ни разу в жизни не чувствовал тревоги. Ни в делах, ни в отношениях. Он всегда получал то, что хотел. Даже когда Мугён манипулировал людьми, как хотел, он был уверен, что сможет легко все закончить и уйти.

Но стоило ему подумать о Ку Хонджу, как в груди возникало неприятное чувство беспокойства. Словно Хонджу был единственным, что Мугён не мог получить, сколько бы усилий ни приложил.

— Просто так. Без причины.

Просто так. Мугён не хотел признаваться себе в том, что испытывал страх и тревогу. Он предпочитал гнать эти мысли прочь. Тем не менее, глядя на Хонджу, который в последнее время стал много спать и не просыпался от каждого шороха, Мугён чувствовал проблеск надежды. Ведь это означало, что его тело и разум наконец-то пришли в равновесие.

Около девяти утра Хонджу, протирая сонные глаза, заглянул на кухню.

— Хонджу, поешь и пойдем. Вечером у нас встреча, нужно купить тебе одежду.

— Встреча? — рассеянно переспросил Хонджу, все еще не до конца проснувшись.

Мугён смерил его взглядом, скользя по стройному телу. Ярко-желтая толстовка ему, конечно, шла, но выглядел он в ней слишком молодо, привлекая ненужное внимание. Мугён решил ответить за Хонджу:

— Есть человек, который хочет тебя видеть.

— Меня…?

Хонджу недоуменно моргнул. Кто мог хотеть его увидеть? Ни Чхве, ни остальные бандиты не были склонны к сентиментальности. Да и вряд ли Мугён позволил бы ему снова встретиться с Гу Пином или управляющим Яном. Весь день Хонджу умирал от любопытства, но никто так и не проронил ни слова.

Днем они с Гадюкой отправились в торговый центр выбирать одежду. Хонджу было интересно, почему Мугён не пошел с ними, но он решил спросить об этом позже.

— Тебе очень идет, — произнес Гадюка.

Когда они только вошли в торговый центр, Хонджу выглядел совсем как обычный двадцатилетний парень, но на выходе на нем уже красовались дорогая рубашка, пальто и начищенные до блеска туфли.

— Как-то… непривычно, — пробормотал Хонджу, разглядывая себя в зеркало.

— Привыкай, — фыркнул Гадюка, который не переставая нахваливал его внешний вид.

Наряд и вправду больше подходил для какой-нибудь знаменитости. Хонджу смущенно потер мочку уха.

— Так куда мы все-таки едем? — спросил он, когда они сели в машину Гадюки.

Хонджу расслабился, стоило им отъехать от торгового центра. Он все время, пока они были там, находился в напряжении, боясь пропустить хоть слово, сказанное в шумном зале. Теперь же, когда они остались одни, напряжение спало, а на душе стало спокойно и легко.

— Увидишь. Скажем так, это вечеринка в честь одного события, — ответил Гадюка, не вдаваясь в подробности.

Но он так и не сказал, в честь какого.

Они доехали до роскошного ресторана. Хонджу здесь никогда не был — все казалось ему незнакомым и удивительным.

Но самым большим сюрпризом стала встреча с тем, кого он никак не ожидал увидеть.

— Красавчик! Давно не виделись!

— Что…?

Перед ними, широко улыбаясь и приветственно махая рукой, стояла Чехи. Хонджу не видел ее с тех пор, как план Гу Пина с треском провалился. Ошеломленный Хонджу вопросительно посмотрел на Мугёна. Тот лишь пожал плечами и указал на свободный стул.

— В таком виде ты просто красавчик! — Чехи взяла остолбеневшего Хонджу под руку и усадила за стол. — Мог бы стать звездой!

Она подмигнула ему.

— Да я не собирался этого делать, — пробормотал Хонджу.

— Ну ладно тебе, — отмахнулась Чехи. — Дай на него посмотреть. Раны зажили? Вот и славно, выглядишь гораздо лучше.

Она внимательно осмотрела его лицо.

«Что вообще происходит? Как она вообще здесь оказалась? Почему она здесь?» — недоуменно думал Хонджу, переводя взгляд с невозмутимого Мугёна на Гадюку, который так же спокойно, как и всегда, беседовал с боссом. Словно появление Чехи было чем-то само собой разумеющимся. Лишь Хонджу чувствовал себя не в своей тарелке, растерянно поглядывая на нежданного гостя.

— Ты удивлен? Я очень хотела сделать сюрприз! — с улыбкой произнесла Чехи.

— Ого, вы уже были знакомы?

— Да. Мы знакомы, наверное, уже лет десять, — ответила девушка, доставая из своего клатча визитку и протягивая ее Хонджу.

— ... Ча Чехи, начальник отдела — прочитал Хонджу, быстро пробежав глазами по тексту. Визитка была точь-в-точь как у Мугёна. Значит, не только Гадюка, но и Чехи все это время была частью плана. Хонджу удивленно приоткрыл рот.

— Я, можно сказать, тоже упорно трудилась, — добавила девушка, элегантно беря тонкие прямыми пальцами винный бокал. В этом ресторане она смотрелась гораздо органичнее, чем за карточным столом.

— Ты знаешь, сколько я колесил по стране в прошлом году, чтобы сыграть свою роль? Глаза чуть не испортил, наблюдая за этими азартными игроками. Зрение упало до 0.6

Гадюка, словно подхватывая эстафету, вновь начал рассказывать о том, как был вынужден проводить дни в четырех стенах, оттачивая мастерство игры в карты. Хонджу слышал эту историю уже несколько раз, поэтому лишь  бросил на Чехи удивленный взгляд.

— Так что, все эти схемы и план, которые разработали против Гу Пина, были заранее подготовлены?

Долг Гу Пина, с которым был связан их план, составлял около 4 миллиардов. Из-за невозможности занять его он в конечном итоге обратился к Мугёну.

Чехи довольно улыбнулась, словно говоря: «А ты как думал?»

Гу Пин с самого начала был пешкой в их игре, глупцом, поверившим, что сможет обвести их вокруг пальца.

— А тот парень, помнишь, тоже был в тот день? Который притворялся лохом. Так вот, он тоже наш человек, — вмешался Гадюка. — Он вообще на бандита не похож, но выглядит как настоящий головорез, поэтому мы его и завербовали в первую очередь.

— А...

— Сегодня его с нами нет. Хён сказал, что ему его взгляд не нравится.

Хонджу перевёл взгляд на «хёна, о котором говорил Гадюка.

— Короче говоря, те 4 миллиарда, о которых ты так беспокоился, Ку Хонджу, не пропали зря, — пояснил Мугён, указывая по очереди на Чехи, Гадюку и себя. — Эти деньги всё время были у нас. Конечно, для Гу Пина это всё ещё долг.

Получается, пока Гу Пин строил планы, как обвести Хонджу вокруг пальца, Мугён провернул свою игру. Хонджу никак не мог понять, когда он всё успел организовать. Он думал, что всё ограничивается несколькими подставными сотрудниками в клубе и Гадюкой.

— Я и подумать не мог, что та игра была подстроена, — признался Хонджу.

— Как и я не могла представить, что буду играть в таком месте в карты, — усмехнулась Чехи, легко потрепав его по плечу и отходя к своему месту. — В тот день, когда я впервые пришла в тот игорный дом, я немного поколдовала над картами. Помнишь его? Заметил, что карты как-то странно скользили?

Хонджу вспомнил их первую встречу. Тогда карты и правда вели себя странно, словно смазанные маслом. Если бы он поинтересовался, в чём дело, план мог бы провалиться. От одной мысли об этом у него по спине пробежал холодок.

— Да. Но это же была новая колода. Как ты это сделала?

— Не помнишь, кто тебе её дал?

Хонджу стал лихорадочно рыться в памяти. Кто тогда сунул ему в карман новую колоду?

То есть это…

— А.

Взгляд Хонджу метнулся к Мугёну, и их глаза встретились. День, когда Хонджу впервые увидел, как Мугён протирает горлышко банки с кофе, прежде чем сделать глоток. Именно в тот день.

— Вспоминаю...

— Помню…

— Вот в этом и заключалась моя роль, — раздался низкий голос Мугёна, разрезая тишину за столом. — Пускай я не игрок, но умею сбивать людей с толку.

И он не соврал. В то время Хонджу только-только познакомился с Мугёном и ужасно его боялся. Даже случайное касание локтя заставляло парня напрячься и выпрямиться по струнке.

Поэтому у Хонджу и мысли не возникло проверить, обычная ли это колода карт или же подстроенная.

— Никогда бы не подумал, что вы провернёте что-то подобное, — покачал головой Хонджу. — Гу Пин был обречён на провал.

— Чтобы поймать игрока, нужно самому выйти на игровое поле, — пожала плечами Чехи. — А чтобы выиграть легально в карты, нужно сесть за стол.

Она сделала ещё пару глотков белого вина, после чего на столе стали появляться заказанные блюда. Начался ужин. Судя по всему, Мугён, Чехи и Гадюка были завсегдатаями подобных заведений. Хонджу неловко подражал им, пытаясь правильно разрезать мясо и намазать масло на хлеб.

— Ешь побольше. Такой бледный, но приятно видеть твое лицо без синяков, — бодро произнесла Чехи, похлопывая его по спине.

Хонджу, покраснев, склонился над тарелкой.

— Значит, Красотка теперь работает с боссом?

— И со мной тоже, — подала голос Гадюка.

Хотя формально беседа велась с ним, Хонджу чувствовал себя выброшенным за борт. Ему никак не удавалось вклиниться в этот разговор, в котором он был чужим.

Он не мог ни вставить слово, ни выдавить из себя улыбку.

— Гюо, ты вообще намёков не понимаешь? — раздался язвительный голос Чехи.

— Если бы не понимал, я бы здесь не сидел!— огрызнулся Гадюка.

— И что, думаешь, твоё присутствие хоть как-то изменит ситуацию?

Все они, как и Хонджу, вляпались в эту грязь. Но у каждого из них было своё место, своя жизнь. Яркая, роскошная, далёкая от той грязи, в которой барахтался Хонджу. Он же лишь притворялся.

И чему он радовался? Неужели находил утешение в мысли, что они, такие же как и он, на самом деле? Но от этого становилось только хуже. Разве подобные мысли не делают его последней сволочью?

— ...

Аппетитный стейк внезапно показался безвкусным. Хонджу под предлогом того, что режет мясо, украдкой взглянул на Мугёна. Тот, как всегда, выглядел роскошно и непринужденно. Если бы он узнал, какие мысли сейчас крутятся в голове у Хонджу, то вряд ли захотел бы сидеть с ним за одним столом.

Пальцы, сжимавшие нож, напряглись.

— Тебе все ещё некомфортно обедать с нами? — прошептал Мугён, наклонившись к нему поближе.

Хонджу, который до этого наблюдал за перепалкой Чехи и Гадюки, покачал головой.

— Нет, все вкусно, — ответил он.

— Тогда ешь давай.

Мугён протянул руку и взял его нож. Несколько ловких движений — и стейк на тарелке Хонджу был аккуратно нарезан.

— Посмотрите, этот скряга отказался от трёх миллиардов и устроил целое представление! — рассмеялась Джэхи, обращаясь к Гадюке. — И ты в это ввязался, Гюо? Думаешь, у тебя шансы в этом любовном треугольнике?

— Ты сейчас ставишь меня на второстепенную роль... Хм. И сейчас хён ведет себя как отброс, так почему  это я должен терпеть упреки?

Лицо Хонджу вспыхнуло. К счастью, приглушённый свет ресторана скрывал его смущение.

Неловкость, витавшая в воздухе, постепенно рассеялась. Больше всего Хонджу располагала к себе Чехи — весёлая и простая в общении.

— Хён, водитель сказал, что будет через пять минут, — сообщил Гадюка.

Мугён за время ужина успел пропустить с Чехи не один бокал вина. Хонджу подумал, что было бы неплохо, если бы хоть кто-то из них мог сесть за руль. Сам он чувствовал себя бесполезным и лишним в этой компании.

— Хонджу, поедешь со мной? — спросил Гадюка, подкидывая и ловя на лету ключи от машины.

В этот момент Хонджу почувствовал, как чья-то рука легла ему на поясницу. Он опустил глаза и увидел длинные пальцы Мугёна.

— ...Я поеду с директором, — ответил Хонджу.

— Вот и славно, — довольно кивнул Мугён.

— Да ладно тебе, ты же видел, как я вожу! Неужели было некомфортно? — не унимался Гадюка.

Хонджу покачал головой.

— Езжай лучше один, не соблазняй его. Ку Хонджу на такие уловки не ведётся.

— Какой же ты всё-таки правильный, Гюо, — рассмеялась Чехи. — Поэтому ты и в пролёте.

— Ха-ха, очень смешно, — фыркнул Гадюка. — Думаешь, я не еду в дом хёна?

К зданию ресторана подъехала машина Чехи. Она накинула на плечи лёгкую шаль и, прощаясь, обратилась исключительно к Хонджу:

— Ещё увидимся! И давай уже в каком-нибудь месте получше, чем тот игорный дом.

— ...Да, хорошего вечера, — попрощался Хонджу.

Чехи чмокнула его в щёку и скользнула на заднее сиденье. От неё исходил тонкий аромат дорогих духов.

Когда машина скрылась из виду, к ресторану подъехал таксист, вызванный Гадюкой.

Хонджу и Мугён сели на заднее сиденье.

— И смотри, не вздумай открывать мне дверь, — предупредил Мугён, обращаясь к Хонджу.

— Хорошо, — кивнул тот.

Гадюка вернулся к машине после последних наставлений.

— Поехали, — обратился Мугён к водителю.

— Хорошо.

Машина медленно выехала с парковки. Сразу же за ними последовала чёрная иномарка, за рулем которой был Гадюка. Хонджу заметил, что Мугён закрыл глаза. Вроде бы, он пил не так уж много… Неужели уснул? В этот момент тяжёлое тело Мугёна наклонилось в его сторону. Хонджу испуганно втянул голову в плечи, но тихий вздох затерялся в звуках игравшего радио.

В следующее мгновение рука Мугёна легла ему на талию. Хонджу бросил нервный взгляд на водителя и напрягся.

— Директор, — прошептал он, легонько толкая Мугёна в бок.

Ноль реакции. Мугён по-прежнему не открывал глаза, и Хонджу видел только его длинные ресницы. Волосы Мугёна щекотали ему шею, а рука на талии словно приросла к телу.

Хонджу решил не будить его и ещё долго сидел, напряжённо глядя перед собой. Наконец, в окне показались знакомые улочки.

— Ну как, понравилось с моими ребятами? — раздался над ухом тихий хрипловатый голос.

Хонджу опустил глаза.

— Что?

— Спрашиваю, каково тебе было сидеть за одним столом с моими «ребятами»? — повторил Мугён.

Хонджу вспомнил стол, заставленный не картами для игры в хвату, а вкусной едой. Вспомнил Чехи, которая вела себя с ним не как с игрушкой, а как с равным.

Общение с этими людьми, которые не относились к Хонджу как к вещи и не сыпали угрозами, было на удивление приятным и спокойным. Ему даже подумалось, что неплохо было бы ужинать так каждый день.

— ...Я завидовал, — тихо произнёс он. — Видел, что у вас у всех всё хорошо, у каждого своя жизнь…

Он вдруг ясно осознал, что не принадлежит к их миру. Как не подходил ему этот дорогой костюм, как жали начищенные до блеска туфли…

— Знаешь, Чехи за тебя переживала, — сказал Мугён. — Боялась, что Гу Пип может тебе отомстить… Теперь-то она успокоится.

Хонджу и сам понимал, что пропасть между ними непреодолима. Такие люди, как Мугён, Чехи и Гадюка, никогда не стали бы общаться с ним, если бы не Гу Пин.

— Мне всё понравилось, — прошептал Хонджу. — Этот вечер запомнится мне надолго…

Мугён притянул его к себе и уткнулся лбом в плечо. Хонджу ощутил жар его тела, но близость эта не грела, а, наоборот, вызывала озноб. Почему-то от всего этого становилось только тревожнее.

— Ку Хонджу, такой обеспокойный, — пробормотал Мугён ему на ухо.

— Что…? — Хонджу непонимающе посмотрел на него.

Мугён прижался губами к его шее. Хонджу почувствовал во рту горький вкус вина, который совсем недавно казался ему таким сладким.

Выйдя из машины, Мугён первым делом огляделся в поисках такси Гадюки. Не заметив его, он беспечно обнял Хонджу за плечи.

— Мне нравится, что ты действуешь осмотрительно и не торопишься. Потому что, когда ты решаешь, куда ступить, это место становится и моим местом, — произнёс он, и в тишине лифта его голос прозвучал особенно громко.

Хонджу молча смотрел на него.

— Не притворяйся дурачком, ты прекрасно понял, о чём я, — усмехнулся Мугён и сжал его подбородок.

Его ладонь была горячей, словно могла согреть Хонджу в самую лютую стужу.

— Понял, — тихо ответил Хонджу.

Мугён провёл большим пальцем по его губам, прислушиваясь к тихому ответу, и шумно выдохнул.

Хонджу и сам еле дышал. За время, проведённое с Мугёном, он понял, что тот относится к нему искренне, чего нельзя было сказать о нём самом.

Да, Хонджу не мог отрицать, что Мугён его привлекал. Он ловил себя на том, что представляет, как Мугён заботится о нём, как они встречают вместе весну… Эти непривычные чувства пугали и в то же время манили.

Но что, если это всего лишь холодный расчёт, желание выжить любой ценой?

— Можешь меня обманывать, — тихо произнёс Мугён, словно прочитав его мысли. — Я всё равно тебе поверю.

— Я не хочу вас обманывать, — ответил Хонджу. — Всю жизнь меня обманывали, и я знаю, как это тяжело.

Раздался сигнал, оповещая о прибытии лифта. Двери открылись, и до тех пор, пока они снова не закрылись, Хонджу и Мугён не отводили друг от друга глаз.

В последний момент Хонджу протянул руку, останавливая лифт.

— Выходи, — скомандовал Мугён, подталкивая его к выходу.

Он не отставал от Хонджу ни на шаг, словно боялся, что тот сбежит. Но, как ни странно, эта навязчивость успокаивала.

Глава 38

Похоже, Мугён и правда был на пределе, потому что стоило им зайти в лифт, как он тут же прижался к Хонджу. Лифт, как будто издеваясь, ехал до их этажа целую вечность.

— Подождите… — простонал Хонджу.

От лифта до квартиры было всего несколько шагов, но Хонджу казалось, что он бежит марафон. Он тяжело дышал, его грудь часто вздымалась после нескольких жарких поцелуев.

— К-код… — прохрипел он. — От квартиры…

Хонджу боялся, что из соседней квартиры кто-нибудь выйдет.

— Может, прямо здесь? — спросил Мугён. — Ты так мило краснеешь, когда волнуешься…

Его губы, припухшие от возбуждения, коснулись мочки уха Хонджу. Он был так возбуждён, что расстегнул рубашку…

Тепло его тела чувствовалось даже сквозь одежду.

— Пойдёмте внутрь … — прошептал Хонджу.

Он взял Мугёна за руку и приложил его пальцы к клавиатуре. Его грудь часто вздымалась.

— Ах…

Горячие губы коснулись щеки. Пальцы Мугёна, пылавшие жаром, заметно дрожали.

Пип- пип- пип

Раздался щелчок, дверь открылась, и Мугён втолкнул Хонджу в квартиру. Он тут же захлопнул дверь и снова приник к его губам.

— М-м… Ах… — простонал Хонджу.

Мугён жадно целовал его, покусывая губы и проводя языком по нёбу.

Хонджу зажмурился, отдаваясь во власть этих ощущений.

— Ах… м-м-м… — простонал он.

Он попытался отстраниться, но Мугён обхватил его затылок и притянул к себе.

— А… м-м…

Другой рукой Мугён гладил его бока, проводил пальцами по соскам, сжимал их… Потом он медленно провёл рукой по его шее. Хонджу почувствовал, как напряглись сухожилия на его руке, когда он сжал его горло.

— Ах… — простонал Хонджу.

— Тише… — прошептал Мугён ему на ухо.

Хонджу открыл глаза.

— Подождите…

Он попытался отстраниться, но Мугён настойчиво проникал языком в его рот. Пальцы на шее не давали ему сосредоточиться.

— А…

Рука соскользнула с горла на подбородок, задев мочку уха. Он сжал пальцы, и Хонджу почувствовал, как сильно он сжимает его лицо.

Рот Хонджу приоткрылся.

— Открывай рот. Ты такой чувствительный, что нужно возбуждать начиная с языка, — прошептал Мугён.

Хонджу почувствовал, как липкая слюна стекает по его губам. Щёлк – свет в прихожей погас, и губы Мугёна снова накрыли его рот. Хонджу почувствовал, как его бёдра раздвигает твёрдое колено Мугёна и его мускулистые бедра, зажатые между ног, медленно начинают двигаться вверх и вниз.

— Ах!

Хонджу вздрогнул, почувствовав прикосновение бедра к своему ноющему паху.

— Видишь? Я же говорил, что ты сразу заводишься, — сказал Мугён, отстраняясь.

Не успел свет в прихожей снова зажечься, как Мугён схватил Хонджу за руку и потащил за собой. В голове у Хонджу всё поплыло.

«У него такие горячие руки…» — промелькнула глупая мысль.

— Если бы ты не тянул время, этого бы не случилось. Не так ли? — произнес Мугён, толкая Хонджу на кровать.

Хонджу упал на кровать и поднял глаза. Мугён не стал до конца расстёгивать штаны, и из-за полуопущенной ширинки выглядывал его член, покрытый смазкой.

— М-может, с-сначала снять?.. — пролепетал Хонджу.

Хонджу судорожно вздохнул. Член Мугёна казался ещё больше, чем в прошлый раз.

Мугён проигнорировал его вопрос и  начал растирать белесую жидкость в ладонях, смазывая ствол.

— Я бы с удовольствием вытащил его и сразу погрузил в твою норку, — произнес он низким, хриплым голосом.

Не успел Хонджу осознать смысл его слов, как его штаны и бельё оказались спущены вниз. Одна штанина зацепилась за ногу, но Хонджу был уже не в состоянии что-либо сделать.

Он почувствовал, как влажные пальцы раздвигают его и проникают внутрь. Даже не глядя вниз, Хонджу чувствовал, как два пальца шевелятся внутри него.

— Ах… — простонал Хонджу, закрывая лицо руками.

Указательный и средний пальцы, словно ножницы, раздвигали стенки, а большой надавливал на чувствительную точку. Худые бедра Хонджу мелко дрожали.

— Ты уже не девственник, так что можешь расслабиться, — проговорил Мугён и, раздвинул его колени и навис сверху, прижимаясь пахом к его бедрам. Хонджу почувствовал, как горячая головка его члена коснулась входа, и оба одновременно застонали.

— Аах... ммм...

— Ха... ах...

Влажный член медленно скользил по его паху, пока не уперся в тугой вход.

— А! — вскрикнул Хонджу, выгибаясь и пытаясь вывернуться. Мугён крепко держал его за бёдра.

— Расслабься.

«Как тут расслабиться,»— хотел было спросить Хонджу, но не успел, член уже проник внутрь.

— Ах... ахх...

Его плотно сжатые мышцы растянулись, пропуская член внутрь. Влажные стенки плотно обхватили его.

— Чёрт… Я же сказал, расслабься…

Первые несколько толчков дались непросто, но затем Мугён вошёл глубже.

— А-ах… м-м…

Хонджу уже не чувствовал боли, он лишь терся затылком о простыню, отдаваясь ощущениям, не в силах сдержать стоны. Член Мугёна был таким большим, что, казалось, раздвигал кости. Горячий и твердый член терзал его изнутри.

— Хорошо… — прошептал Мугён. — Вот так…

Из-за возбуждения голос Мугёна был низким и хриплым. Он двигался медленно, и жёсткие волоски на его лобке тёрлись о кожу Хонджу. Их обнаженные тела плотно прижимались друг к другу. Проникнув до предела, член Мугёна упёрся в самую глубь.

— Ах... Директор... — простонал Хонджу, впиваясь пальцами в простыни.

Мугён на мгновение замер, глядя на его живот, плоский и рельефный. Он медленно вышел из его тела.

— Ах… — вырвался у Хонджу сдавленный стон.

Этот звук вызвал у Мугёна новую волну возбуждения. Всё в Хонджу — его податливое тело, сжимающие его член мышцы, тихие стоны — сводило его с ума.

— Тебе же нравится, когда я так вхожу правда?

«Нравится» — слабо сказано. Раньше Хонджу даже не знал, как заставить себя кончить, а теперь… теперь он испытывал удовольствие даже от анального секса. Несколько раз занявшись сексом с Мугёном, его тело стало невероятно чувствительным, будто созданным для наслаждения.

Мугён грубо стянул с Хонджу рубашку и жадно впился губами в его грудь, испещренную шрамами. Раздался звук поцелуя, влажный и неприличный. Мугён посасывал его кожу, оставляя на ней мокрые следы.

— Ах... Больно...

Хонджу попытался оттолкнуть его, но Мугён не обращал внимания. Он терзал его соски языком, покусывал губами, посасывал. Одна сторона его груди покраснела.

— Ах... Больно... Жжет...

Мугён вошёл в него с новой силой, продолжая истязать его грудь. Он смотрел Хонджу прямо в глаза, не отрываясь.

— Ааа... Аах... Ааа...

В тот момент, когда Хонджу шумно выдохнул, Мугён резко вошёл в него, до конца. Хонджу вздрогнул, его бёдра сжались. Его ярко-кразые губы раскрылись в беззвучном стоне.

— Чувствуй меня и сердцем тоже, — прошептал Мугён, жадно целуя его, сжимая в объятиях худое тело, которое вздрагивало с каждым толчком. Один сосок, покрытый засосами и влажный от слюны, заметно опух.

— А-а… м-мне… кажется… я… — простонал Хонджу, кусая губы.

Он пытался отстраниться, но Мугён лишь сильнее прижимал его к кровати.  Низ живота Хонджу заныл, пронзенный судорогой.

— Кончай.

— Ааах...  ммм...! — Хонджу затряс головой, цепляясь за простыни, а пальцы на ногах поджимались, перед глазами заплясали искры.

— Ааах... ах...

Низ живота схватила судорога, и семя вырвалось наружу. Тело Хонджу била дрожь. По его раскрытым губам стекала слюна.

Мугён какое-то время с упоением наблюдал за ним, затем приподнялся и оперся на локти, склоняясь над его лицом. Он жадно целовал его губы, влажные после оргазма.

— Блять, ты снова заставляешь меня  вести себя так похабно, — прошептал он, слизывая каплинки слюны с подбородка.

Затем Мугён переместил поцелуи на веки, губами чувствуя, как дрожат его влажные ресницы.

— Ку Хонджу… Ку Хонджу… —  прошептал он, словно в бреду, и, медленно выходя из него, резко вошел обратно. Хонджу застонал, зажмурившись. Его раскрасневшиеся от возбуждения щеки покрылись слоем пота.

Мугён проник языком ему в рот, целуя жадно и требовательно. По комнате разносились неприличные звуки влажных поцелуев.

— Ах… хм…

— А-ах… — простонал Мугён, прижимаясь к нему ещё теснее.

Хонджу чувствовал, как его растягивает изнутри, как жёсткие волоски на лобке Мугёна трутся о его кожу.

—  Директор... п-пожалуйста… —прохрипел он, цепляясь за его плечи, — ...  Немного … выйдите... пожалуйста, — простонал он, пытаясь отстраниться.

— А-ах…

Мугён вошёл в него глубже, чем когда-либо прежде. Хонджу почувствовал, как его живот сжался, а затем горячая волна оргазма разлилась по всему телу.

И  в  этот  момент  его  накрыл  долгожданный  оргазм.  Хонджу  показалось,  что  его  живот  вот-вот  лопнет.

— Ах...

Мугён жадно втягивал его стон,  покрывая поцелуями его губы.

— Выйдите...  выйдите... у меня там  все заполнено...  до самого горла... — простонал Хонджу, но Мугён не обращал внимания.

— Не притворяйся, что тебе не нравится, — прошептал он, кусая его за губу.

Хонджу застонал, запрокидывая голову. Мугён тут же накрыл поцелуями его шею. Мугён кончал долго. Первый оргазм Мугёна, как и всегда, был долгим и интенсивным.

— Ах... — простонал Хонджу, чувствуя, как у него снова напрягается член.

«И как ему каждый раз удаётся быть таким стойким и ненасытным?»

— Пожалуйста, помастурбируй.

— Зачем, если вы рядом?

Мугён рассмеялся, но на этот раз выпустил его из своих объятий. Хонджу почувствовал, как Мугён медленно вышел из него, а затем вошёл обратно, как его член скользит по чувствительным стенкам.

— А-ах… подожди…

— «Подожди»? Ты же не это хотел сказать… — прошептал Мугён, прижимаясь к нему всем телом.

Хонджу не понимал, почему эти слова так заводят его. Он выгнулся навстречу, обхватывая его бёдра ногами и начал тереться о него.

Из сжатых губ вырвался стон.

— А… ах…

— В сексе нет слова «подожди», — прохрипел Мугён, но движения его стали медленнее.

Хонджу чувствовал, как член то выходит из него, оставляя вязкую смазку, то входит обратно, заполняя его целиком.

На лбу у Мугёна выступили капельки пота. Одна из них сорвалась вниз и упала Хонджу на волосы.

— А… ах… а…

Хонджу попытался сфокусировать взгляд. Над ним, тяжело дыша, навис Мугён. Он вошёл в него до упора, но, казалось, этого было мало.

— Так узко… Нравится, когда медленно?

Хонджу больше не отводил взгляд.

— А…

Внезапно его посетила мысль, что в такие моменты они ничем не отличаются от других пар… Прогулки, вкусно поесть, посмотреть что-нибудь вместе, заняться любовью, полностью сосредоточившись друг на друге, на дыхании, на тепле тел. Так, как они с Мугёном только что.

— ...Мне нравится, — ответил Хонджу.

Он хотел сказать, что ему понравилось провести день как обычные люди, и что особенно приятно делить эти моменты с Мугёном.

— Что? — переспросил Мугён, не веря своим ушам. Его челюсти сжались так, что на скулах проступили желваки.

Его глаза сверкнули. Все закончилось, но он, казалось, был готов начать сначала. Хонджу лишь обнял его за талию и прижал руку к пульсирующему животу.

Он то приходил в себя на мгновение, то снова проваливался в туман. Мугён двигался в нём, и тело Хонджу отзывалось на каждый толчок.

Иногда он видел только его темные волосы, иногда слышал его тяжелое дыхание, а иногда чувствовал, как его пронзает насквозь. Голова была абсолютно пустой и ощущения лишь жара и твердости члена, растягивающего его изнутри.

— Ах... ммм...

В комнату проник синий свет рассвета. Сколько времени они провели вместе? Хонджу не знал. Его тело было липким от пота и семени, на бедрах алели следы укусов.

— Ааах... — прошептал Мугён, кусая и лаская языком его ухо. Хонджу обмяк в его объятиях.

— Директор... — пробормотал он, едва приходя в себя.

— Что?

Хонджу послушно отдавался движениям Мугёна, обхватившего его за талию.

— То, что было… это свидание?— прошептал Хонджу.

— А ты как думаешь?

— А... ммм...? — Хонджу вздрогнул, когда Мугён вошел в него с новой силой. Он начал двигаться быстро и резко, и Хонджу услышал чавкающие звуки. Ему показалось, что они раздаются даже в его левом ухе, в котором до этого стояла тишина.

— Только пары в отношениях ходят на свидания...?

Ресницы Хонджу дрогнули. Ответа он не услышат. Он снова отключился.

Когда Хонджу открыл глаза, мир перестал плыть перед глазами.

— Кхм... ах... — в горле стояла сухость и першило.

Бутылка воды лежала рядом, но у него не было сил дотянуться до неё.

Он с трудом повернул голову, разглядывая бутылку, когда в комнату вошёл Мугён с телефоном у уха. Казалось, он вообще не спал этой ночью, но выглядел свежим и бодрым.

— …да, найди что-нибудь для летнего отдыха… — сказал он.

Затем зажав телефон между плечом и ухом, присел на край кровати. Мугён подсунул руки Хонджу под спину и легко поднял его. Он сделал это без видимых усилий, но Хонджу почувствовал резкую боль в пояснице и бёдрах.

— Ааа...

Хонджу нахмурился, сдерживая стон. Мугён перехватил телефон другой рукой.

— Потом поноешь. Я вешаю трубку, — бросил он и, отключившись, взял бутылку воды.

Хонджу жадно следил за тем, как он пьёт, словно пытаясь утолить свою собственную жажду.

«Я тоже хочу пить...» — подумал Хонджу, но не успел он договорить, как Мугён схватил его за подбородок.

— Эй.

Их губы столкнулись, и в пересохший рот Хонджу полилась теплая вода. Он невольно сглотнул, жадно утоляя жажду. Язык Мугёна скользнул в его рот, медленно и тщательно облизывая каждый уголок. Раздался влажный звук поцелуя, и они отстранились друг от друга.

— Утренний поцелуй тоже входит в программу свидания, — проговорил Мугён тем самым хриплым голосом, которым он стонал всю ночь.

У Хонджу вспыхнули щеки. Он провел тыльной стороной ладони по губам и отвел взгляд.

— Моё тело...

Хонджу осмотрел себя и ахнул. На груди алел яркий засос, на руках, животе и боках не было живого места.

Он приподнял простыню. Вид снизу был ещё хуже. На бёдрах темнели отметины, ягодицы болели, словно после порки. Не стоило и говорить о том, что творилось ниже...

— Теперь понимаю, что вы имели в виду, — пробормотал Хонджу.

— У тебя хорошая выдержка. Значит, в следующий раз могу не сдерживаться. — Мугён, казалось, не замечал его состояния.

Хонджу с затуманенным взглядом вспомнил, как тот навалился на него, тяжело дыша. Но воспоминания были прерваны внезапным прикосновением к промежности, от которого его тело мгновенно напряглось.

— Ч-что вы делаете? — вскрикнул Хонджу и попытался остановить его, ухватившись за локоть.

Мугён лишь усмехнулся и продолжил свои действия.

— А... — вырвался стон у Хонджу, когда горячая ладонь коснулась его яичек.

— Ошибочка вышла, — ухмыльнулся Мугён.

Хонджу понял, что тот сделал это специально, но не успел ничего сказать – пальцы Мугёна уже скользнули в него, массируя вход.

— Всё ещё опухший.

— Конечно, вы же как сумасшедший... — пробормотал Хонджу.

Секс и правда был жестче обычного. Раньше Мугён никогда не был с ним нежен, но прошлая ночь перешла все границы. Он двигался с необузданной страстью, словно в припадке ярости.

— Тебе не понравилось? А казалось, что ты в восторге.

Хонджу в ответ лишь чертыхнулся. Мугён снова рассмеялся. Хонджу украдкой взглянул на него.

— ...

«Он что, всегда так много смеялся?» – подумал Хонджу, чувствуя странное щекотание в груди. Он потёр её рукой, пытаясь прогнать это ощущение.

Мугён приподнялся, и кровать слегка накренилась.

— Пойдём поедим. Подожди минутку.

Длинные пальцы ласково провели по волосам Хонджу и исчезли. В отличие от других мужчин, грубых и жестоких, Мугён казался таким нежным...

Хонджу даже стало немного грустно, когда тот отошел. Но не успел он сделать и пары шагов, как Мугён обернулся.

— Ах да… чтобы ты не ломал голову… — сказал он. — Мы будем встречаться.

— ...

— …Когда ты сам этого захочешь.

Мугён ухмыльнулся и вышел из комнаты. Оставшись один, Хонджу зажал ладонью правое ухо. Ему казалось, что он до сих пор слышит биение своего сердца.

«Вот таким смущающим бывает утро, которое ты проводишь с человеком, который тебе нравится...Так вот оно что.» — Хонджу осознал ещё одну вещь, о которой не знал.

***

— Есть что-нибудь, чем ты хотел бы заняться? — спросил Мугён за едой.

— Есть что-нибудь, чем ты хотел бы заняться? — спросил Мугён за едой. — Или что-нибудь, что ты хотел бы получить?

Хонджу растерялся.

— Можешь сдать экзамены, получить образование… Или путешествовать, пока не надоест, — продолжал Мугён, но Хонджу молчал.

Неужели он просто хочет обеспечить ему нормальную жизнь? Но что получит от этого он сам?

— Вопрос был слишком сложным?

— …

— Тогда считай это домашним заданием.

Он неохотно кивнул. Это домашнее задание было самым трудным из всех, что у него были. Он долго думал.

Пока вернувшийся Гадюка разговаривал с Мугёном, Хонджу что-то писал на бумаге. Вещи, которые он хочет сделать.

[Снова пойти к ЛОР-врачу]

— Я сам за это заплачу.

Чёрная ручка перечеркнула строчку.

[Уйти из игорного дома]

Он не просто ушёл, он стёр все следы своего прошлого. Вычеркнул. Значит, с этим покончено. Он поставил крестик на этом пункте.

[Купить куртку]

Мугён уже купил ему одну, так что больше ему не нужно. Над словами снова появился крестик.

[Найти жильё, где можно было бы жить с отцом]

Когда-то он хотел найти место, где можно было бы спокойно жить. Это желание было связано с отцом, но теперь… Смысла нет. Чёрная ручка вычеркнула строчку.

— Неужели ничего не осталось? — спросил Мугён.

Всё, чего мог желать Хонджу, уже было исполнено. Он задумался.

[Найти нормальную работу]

— Это…

Возможно ли это вообще? У него нет ни образования, ни опыта работы. Но ведь есть же работа, где это неважно? Если он будет зарабатывать, то сможет жить нормальной жизнью, встретить хорошего человека…

При мысли о хорошем человеке Хонджу вспомнил Мугёна и почему-то улыбнулся.

— Работа?

— Да. Не выбивать долги и не работать по ночам. Я найду что-нибудь другое. Да, у меня проблемы со слухом, но я же не совсем бесполезный.

Мугён, молча слушавший его, потёр лоб рукой. Он предполагал, что однажды этот разговор состоится, но не думал, что так скоро.

— Сколько времени прошло с тех пор, как ты отдохнул, а ты уже о работе?

По его лицу было видно, что ему это не нравится.

— Я не хочу быть обузой.

— Хм…

Может, не стоило спрашивать, чего он хочет? Не стоило зря давать ему надежду. Лучше бы он просто запер его дома, сказав, что снаружи опасно, и чтобы тот сидел тихо. Мог бы запереть его одного, чтобы тот ничего не мог сделать. А потом сделать вид, что делает одолжение, вылечив ему уши. Тогда бы он стал полностью от него зависим?

Раньше Мугён именно так бы и поступил. Чужие желания его никогда не волновали.

— Я сам решу, кому быть обузой, — отрезал Мугён. — Все так делают.

Но не с Ку Хонджу. Он не хотел становиться ни одержимым собственником, как Гу Пин, ни тираном, как управляющий Ян.

— Я не хочу быть таким же, как все.

Похоже, Ку Хонджу чувствовал то же самое. Мугён с некоторым удивлением посмотрел на его бледное лицо.

— Вчера я понял… что, по возможности, хочу… стать особенным.

Смутившись, Хонджу отвел взгляд, теребя уши. Между белыми пальцами виднелись покрасневшие мочки.

— Деньги — страшная вещь. Из-за них даже близкие люди ссорятся и плетут интриги. Они заставляют ненавидеть даже родственников, не давая никому верить друг другу.

Хонджу прожил так пятнадцать лет. Большинство людей, которых он видел в игорном доме, скорее всего, жили так же.

— Поэтому я больше не хочу быть связанным с вами деньгами. Я и так получил слишком много… и не знаю, когда смогу вернуть долг…

Мугён провёл рукой по лицу. Он ожидал чего угодно, но только не этого. Его душила ярость. Горячий комок застрял где-то между горлом и солнечным сплетением, по затылку пробежали мурашки. Мугён нахмурился, с трудом пытаясь взять себя в руки.

— Вы… Вы не злитесь?

Такого с Мугёном ещё не бывало. Никто и никогда не вызывал в нём подобные чувства.

— А как, по-твоему, я должен реагировать? — прорычал он. — Предложил тебе встречаться, а ты тут со своими условиями!

Вопреки словам, его пристальный взгляд следил за каждым вдохом и движением Хонджу.

— Вы всё время говорите, что я ребёнок… — пробормотал Хонджу. — А я рано повзрослел.

— Ещё бы…

Мугён нежно погладил его по затылку. Прикосновение было таким осторожным и ласковым, что Хонджу, делавший вид, что ему нет дела, покраснел и поднял голову.

— Вы ведь тоже не такой уж старый, — пробормотал он.

— По сравнению с тобой — старый. У нас даже первые цифры в возрасте разные.

— … Ну, если так думать, то да…

Его смущение, казалось, передалось и Мугёну.

— Так чем ты хочешь заняться?

Как ни смешно, первым сдался Мугён. Такое поведение было для него в новинку, но, кажется, ему понравилось.

— Я подумаю.

«Ладно. Придётся пойти на его условиях. Если станет совсем тяжко, всегда можно взять мальчишку к себе в компанию, пусть сидит рядом», — решил про себя Мугён.

— Мы ещё не заключили сделку, так что не обольщайся.

— Это сделка?

— Хоть Ку Хонджу и заложил Сон Мугёна, но я же купил его свободное время, — отрезал Мугён. — И если Ку Хонджу решит заняться чем-то ещё, возникнут трудности.

Хонджу задумался. Он нервно покусывал губы, словно собираясь с духом. Он нервно покусывал губы, будто пытаясь подобрать слова. А затем медленно обхватил своими пальцем один из пальцев Мугёна. Мугён не смог сдержать смешок, видя такое робкое прикосновение.

— Ку Хонджу, — прорычал он, хмурясь, будто собираясь накричать, и тут же схватил Хонджу за лицо. Большой палец тер и мял пухлые губы. Тяжелый взгляд приковался к покрасневшему рту. — Ты это называешь сделкой?

— ...

— Я же говорил. В сделках нужно предлагать то, от чего невозможно отказаться. — Пальцы на его щеке сжались сильнее, вынуждая приоткрыть рот. Красный язык показался наружу.

— Поцелуй меня.

Низкий голос и тяжелый взгляд, Мугён требовал поцелуя. Хонджу замер, хлопая ресницами. Тень легла на его щеки, и вот уже его собственный язык робко потянулся навстречу. Сбивчивое дыхание выдавало его с головой, он был в ловушке.

Мугён рассмеялся, ощущая прикосновение губ. Было забавно, что этот мальчишка смог его так завести. Он еще долго смеялся над нелепостью ситуации.

Глава 39

В конце концов, сделка состоялась, и состоялась на славу. Хотя Мугён с самого начала и не собирался отказываться, он все равно подразнил Хонджу, выжидая. Каждый раз, когда он это делал, следовали короткие поцелуи и другие неловкие прикосновения. Хонджу, краснея, старался изо всех сил, будто это действительно была важная сделка, и в конце концов сдался и признал, что хотел её заключить.

— Но ведь этого не обязательно делать…

С детства Хонджу был заперт в игорном доме, поэтому у него не было возможности познакомиться с разными профессиями. А те немногие, с кем он встречался, были не самыми приятными людьми.

Пользуясь этим, Мугён постоянно таскал Хонджу за собой.

Они целую неделю провели в отелях, ресторанах, винных барах, цветочных магазинах, массажных салонах... Мугён водил Хонджу даже на концерты и в художественные музеи, хотя тот вряд ли интересовался подобным.

— Ну как, ничего не цепляет? Может, за границу махнём?

— Я… Я думал о подработке. В магазине или официантом в ресторане, например.

Мугён задумчиво хмыкнул, оглаживая пальцем свою щеку.

— Что ж, — протянул он, — есть одна работка…

— Какая?

Мугён посмотрел Хонджу прямо в глаза и многозначительно усмехнулся. Хонджу сразу понял, что ответ будет неординарным.

— Слежка.

— За кем на этот раз? — напряженно спросил Хонджу.

Мугён поставил кофейную чашку на стол и ткнул пальцем себе в грудь.

— За мной.

— За вами, директор?

— Будешь постоянно находиться рядом и следить за каждым моим шагом. Кроме тех случаев, когда я сплю, разумеется. Смотри в оба и докладывай о любой подозрительной активности. Разве не просто?

— Зачем вам это?

Мугён рассмеялся, словно это была шутка. Затем протянул руку и затянул Хонджу к себе.

Хонджу не отстранился, как ожидал Мугён, а лишь пристально посмотрел ему в глаза. Мугён нежно провел рукой по его волосам, заправив прядь за ухо, и прошептал, почти касаясь губами его уха:

— Потому что я хочу, чтобы ты всегда был рядом.

— Подождите, так я не слышу, — Хонджу отстранился, вывернувшись из объятий. — Что вы сказали?

— Не знаю, — пожал плечами Мугён. — Соглашайся на работу, и узнаешь.

Хонджу решил не настаивать. Скорее всего, это было что-то, что ему знать не обязательно.

— Не хочу знать, — буркнул Хонджу.

Они сидели рядом, глядя на море, раскинувшееся за панорамными окнами кафе. Свежий ветер с моря приятно холодил кожу.

— Можешь пока пожить так. Глядишь, через пару лет и найдётся то, чем ты захочешь заняться.

— … Неужели?

«Неужели у меня действительно появится что-то, чем я сам захочу заниматься? Не то что делаю по принуждению, как сбор долгов?».

Раньше Хонджу думал, что у него ничего нет, кроме дерзости, но теперь, когда дело дошло до выхода в большой мир, он не мог не колебаться.

— Конечно.

— А вы сами-то, директор? Чем вы занимаетесь? Это то, чего вы хотели?

Мугён сделал глоток кофе и горько усмехнулся.

— Не думаю, что когда-то мечтал об этом. Так уж вышло.

— А с чего вы начинали?

— Хм…

Мугён откинулся на спинку стула, скрестив на груди руки. Он смотрел куда-то вдаль, словно пытаясь вспомнить.

— Да как у всех, наверное… Родился в такой семейке, что и выбора-то особо не было.

— …

— Сначала, чтобы я, значит, начал с самых низов, меня бросили к местным бандитам Кваль-ым-дона. Представляешь? Сказали: «Учись у старших». Терпеть их не мог. Считал мерзкими отбросами общества.

Мугён начал работать ещё раньше Хонджу, едва достигнув совершеннолетия. Он ступил на путь, который ему навязали.

— Но я стиснул зубы и выдержал. Не хотел дать им удовольствие увидеть, как я сгнию в этой дыре.

Возможно, Мугён почувствовал это, ещё когда впервые увидел фотографию Хонджу. Понял, что этот взгляд, полный боли и упрямства, — точная копия его собственного.

— Знаешь, люди удивительно быстро ко всему привыкают, — произнес он. — Начинаешь зарабатывать деньги, занимаешь определенное положение в обществе — и уже не замечаешь боли.

Тогда он ещё не понимал, что это всего лишь способ заглушить свои чувства.

— Тратишь грязные деньги, чтобы стереть кровь с рук, скрыть шрамы. Закрываешь пустоту в душе дорогими безделушками. И так по кругу. В какой-то момент начинаешь думать, что жизнь удалась.

У него не было никого, на кого можно было бы опереться, поэтому единственной опорой стали деньги. Если ему не хватало каких-то эмоций, он покупал людей, которые могли их дать. Так и жил все эти годы, искренне веря, что это единственный способ заполнить пустоту внутри и что он на правильном пути.

— Но ты не можешь так жить, — тихо сказал он.

Мугён не мог позволить, чтобы Хонджу очерствел. Он и так прожил слишком много лет в суровых условиях. Пора было позволить себе побыть беззаботным юнцом.

— Ты ещё молод, нужно наслаждаться жизнью.

Мугён допил кофе. Откровенный разговор, на который он не решался даже с Гадюкой, оставил неприятный осадок.

— Вам тоже ещё не поздно начать, — отозвался Хонджу.

Рука Мугёна дрогнула, не донеся пустую чашку до стола. На тыльной стороне ладони вздулись вены.

— … Правда?

— Конечно, — улыбнулся Хонджу. — Мадам Гу всегда говорил, что тридцать лет — не возраст. Ты только родился.

— Ха-ха.

«Иногда этот старик говорил дельные вещи», — подумал Мугён, усмехнувшись. Он перевел взгляд на Хонджу.

— И всё же, — уголки губ Мугёна тронула улыбка, — я бы хотел попробовать пожить по-другому. С тобой. Так что насчёт работы? Не передумал?

— Нет, — отрезал Хонджу.

Мугён тяжело опустил голову ему на плечо.

— Тяжело же… — пробормотал Хонджу.

Вес Мугёна ощущался очень явно. Время от времени он что-то бормотал себе под нос, но так тихо, что Хонджу не мог разобрать ни слова. Всё, что он чувствовал — это вибрацию его груди, когда Мугён тихо смеялся.

«О чём он говорит? — размышлял Хонджу. — Зачем бормочет, если знает, что я его не слышу?»

— Не слы…

Хонджу хотел было попросить Мугёна говорить громче, но в этот момент его осенило.

«Я сам смогу услышать его голос. Смогу понимать каждое его слово, даже если он будет говорить шёпотом».

Хонджу коснулся мочки левого уха. Он понимал, что в одиночку ему будет не справиться, но с Мугёном рядом ему уже не было так страшно.

***

Так прошло ещё несколько дней их свиданий, замаскированных под рабочие встречи. И вот, наконец, на десятый день Хонджу понял, чем хочет заниматься.

— В кафе?

Раньше он часто заходил в кафе по поручениям Мугёна. Ему всегда нравилось наблюдать, как ловко бариста управляются с кофемашиной, несколькими движениями рук превращая зерна в ароматный напиток. В последнее время Мугён тоже предпочитал кофе алкоголю, так что интерес Хонджу к этому делу только усилился.

— Да, хочу устроиться бариста, — подтвердил он, специально подчеркнув слово «бариста», чтобы Мугён не стал снова забегать вперёд.

— Кафе, значит, кафе… — пробормотал Мугён и резко поднялся.

Хонджу проводил его встревоженным взглядом. Мугён зашёл в комнату к Гадюке и вскоре вышел оттуда вместе с ним.

— Хонджу, ты ведь хочешь работать в кафе? У меня есть друг, у него своя кофейня. Хочешь, я с ним поговорю?

— Правда? — обрадовался Хонджу. — Но у меня совсем нет опыта… Не знаю, возьмёт ли он меня.

— Хм, я с ним поговорю, — пообещал Гадюка.

— Спасибо!

Хонджу украдкой взглянул на Мугёна. Тот не выглядел расстроенным или недовольным. Уже хорошо.

На следующий день Гадюка сообщил ему адрес кофейни и время встречи. Всё произошло так быстро, что Хонджу совершенно растерялся. Он никогда не проходил собеседования, да и само слово «собеседование» звучало для него пугающе.

— Директор, а вы когда-нибудь проходили собеседования? — с сомнением спросил он.

— Какие собеседования у бандитов? Я всегда попадал на работу по блату, — усмехнулся Мугён.

«Похоже, он уже и не пытается отрицать, что был бандитом», — подумал Хонджу, разглядывая отражение Мугёна в окне. — «Хотя, если бы у бандитов и были собеседования… он бы их точно прошёл».

— На, — Мугён припарковал машину и бросил телефон на колени Хонджу.

Хонджу узнал знакомую модель. У него возникло странное ощущение дежавю.

— Это не для слежки, — пояснил Мугён, кивнув на телефон. — Будешь сообщать мне, как дела.

Хонджу включил телефон и заглянул в сообщения. Он удалил почти все следы их тайного общения с Мугёном, но несколько сообщений всё же сохранились.

— Если возникнут проблемы или понадобится помощь — сразу звони, — добавил Мугён.

— Да это же просто собеседование, — пробормотал Хонджу.

— А если возьмут? — усмехнулся Мугён. — Подумай о том, что будет, если наперёд.

— Ну… — Хонджу смущённо потёр щеку.

Он никак не ожидал, что Мугён уже строит планы на будущее. Впрочем, тот был прав.

— Если передумаешь и решишь всю жизнь бездельничать — дай мне знать, — сказал Мугён, протягивая ему телефон.

Его слова, тон, да и сам телефон в руках Хонджу — всё это до боли напоминало тот день, когда Мугён поручил ему следить за игорным домом. Но теперь Хонджу не чувствовал прежнего страха и напряжения. Возможно, потому что в этот раз всё было по-другому.

— Хорошо, — послушно кивнул Хонджу.

Но Мугён выглядел всё ещё недовольным. Он шумно втянул воздух и легонько потянул Хонджу за мочку уха.

— Уверен, что не надо тебя проводить? Вдруг потеряешься и расплачешься?

«Потеряюсь? Да тут всего два этажа подняться!» — Хонджу начал думать, что Мугён принимает его за двухлетку, а не за двадцатитрехлетнего парня.

— Вы словно принимайте меня за дурака, — проворчал он.

— Почти, — усмехнулся Мугён.

— …

Хонджу не нашёлся, что ответить. Он убрал руку Мугёна и поспешно вылез из машины.

— Если к тебе будут приставать незнакомцы — говори, что ты с тем грозным дяденькой! — крикнул Мугён ему вслед.

— Бред какой-то, — проворчал Хонджу, захлопнув дверь машины.

Пройдя несколько шагов, Хонджу обернулся. Мугён смотрел ему вслед, облокотившись на руль и лениво помахивал рукой. Хонджу неловко кивнул и зашёл в лифт.

— Фух… — он облокотился о стену и выдохнул.

Несмотря на показное безразличие, Хонджу всё же нервничал перед своим первым в жизни собеседованием. Оставшись один в кабине лифта, он достал телефон и начал набирать сообщение.

[Немного успокоился. Спасибо. Пойду узнаю, что там.]

Хонджу уже собирался нажать на кнопку отправки, но в последний момент передумал. Двери лифта открылись, выпуская наружу нескольких посетителей с чашками в руках. Хонджу торопливо стёр текст сообщения и вышел из лифта.

Разговор с менеджером кофейни занял около десяти минут. Мужчина внимательно выслушал рассказ Хонджу о том, что тот никогда раньше не работал, и, к его удивлению, согласился взять его на работу.

Так Хонджу сделал свой первый шаг во взрослую жизнь. Конечно, это нельзя было назвать полноценной самостоятельностью, но для него это был важный и волнительный момент.

Перед первым рабочим днём Хонджу был очень занят. Следуя совету Гадюки, он смотрел на YouTube обучающие ролики для бариста, изучал, как пользоваться кофемашиной, и всё равно очень переживал. В какой-то момент он почувствовал, как кто-то подошёл сзади и легонько закрыл ему правое ухо. Хонджу обернулся. Прямо перед его лицом он увидел Мугёна.

— Что вы сказали?

Мугён часто шептал что-то Хонджу на ухо, заходя так, чтобы тот не мог прочитать по губам.

— Испортишь зрение, — продолжил Мугён уже нормальным голосом, убирая руку.

— Мне нужно учиться, — ответил Хонджу. — Чтобы зарабатывать деньги. И чтобы понимать, что вы там шепчете.

— А, ну можешь так сильно не стараться, — усмехнулся Мугён, беря его за руку.

Хонджу инстинктивно посмотрел на свою руку. Пальцы Мугёна скользнули между его пальцами, и Хонджу почувствовал холодное прикосновение металла.

— Что это? — Хонджу с удивлением посмотрел на левую руку, когда массивная ладонь Мугёна отпустила ее. На пальце красовалось кольцо, состоящее из нескольких тонких ободков, половина из которых были серебряными, а остальные украшены черными камнями.

— Что за кольцо? Зачем? — растерянно проговорил парень, чувствуя, как рука Мугёна легла ему на голову.

Он не гладил его и не трепал — просто несколько раз неловко коснулся.

— Не люблю все эти игры в собственника, — пробормотал Мугён, — но потерпи. Нам обоим это нужно.

— Что? — Хонджу непонимающе посмотрел на него, а затем неловко повернул руку, разглядывая кольцо на безымянном пальце. Толстое кольцо выглядела на его тонкой руке чужеродно.

— Выбирай: носишь на работе это кольцо или принимай всю ночью другое. Мне, в принципе, все равно, — усмехнулся Мугён.

Хонджу нахмурился. С самого утра Мугён не отлипал от него ни на шаг. Кажется, ему и правда нравилось играть в собственника.

Парень отвел взгляд, заметив, что на руке Мугёна, лежащей на столе, кольца нет.

—...? — недоуменно покосился он на мужчину. Неужели это кольцо только для него?

— Не хочу уподобляться ублюдкам из игорного дома, — словно прочитав его мысли, произнес Мугён, — но и отпустить тебя с пустыми руками не могу. Считай это компромиссом.

— А что не так…?

— Твое личико теперь выглядит безупречно, — Мугён многозначительно посмотрел на Хонджу, — и любой может попытаться к тебе подкатить. Теперь, когда синяков нет, ты привлекаешь слишком много внимания.

— Даже если ты не ответишь, мы всё равно начнём встречаться. Не лучше ли нам обоим избежать ненужных проблем, заранее всё прояснив?

Хонджу молча посмотрел на руку с кольцом.

— Разве вы не видели, что в игорном доме такого не было и ко мне никто не проявлял интереса?

За всё время, что он провел там, подобного не случалось, так что эти опасения казались ему беспочвенными.

— Конечно, не проявлял. Там же одни старики, помешанные на деньгах, да и твое лицо было вечно побито.

— Но…

Кольцо выглядело дорогим. Хонджу с трудом подавил желание сказать, что оно будет его тяготить — Мугёну бы это не понравилось. Понял ли мужчина его без слов или нет, но он продолжал настаивать на своём, приводя всё новые абсурдные аргументы.

В конце концов он заявил, что если Хонджу снимет кольцо, то может забыть о работе. Перед таким напором парень был вынужден сдаться.

Так Хонджу пришлось идти на работу, непривычно ощущая на пальце кольцо.

Кафе, куда он устроился, располагалось на первом этаже офисного здания. Большая часть посетителей были служащими из этого здания, так что в часы пик и обеденный перерыв здесь было не протолкнуться.

С первого же дня Хонджу пришлось осваивать кучу всего. ДРугой сотрудник и менеджер постоянно были рядом, обучая его пользоваться кофемашиной и объясняя рецепты.

Благодаря тому, что он уже немного практиковался, ему удавалось понимать, что от него хотят.

Правда, из-за того, что он слышал только одним ухом, Хонджу приходилось прилагать в два раза больше усилий, и к концу дня у него жутко разболелась голова. Заметив, как он массирует виски, менеджер окликнул его:

— Хонджу, ты, что женат?

— Что?

Менеджер кивнул на его руку, которой тот массировал лоб.

— Ах, это… Н-нет, — пробормотал он, неловко улыбнувшись и разглядывая свою руку. Кольцо всё ещё было на месте, и Хонджу никак не мог к нему привыкнуть.

— А, значит скоро?

— Н-нет.

Менеджер как-то странно посмотрел на него и, ничего не сказав, отвернулся.

— Я слышал, что у тебя есть девушка, это так?

Хонджу неловко улыбнулся, теребя кольцо на пальце.

Девушка? Не совсем. Парнем Мугёна он тоже пока не был, хотя… Между ними уже всё произошло. Сложно было как-то объяснить их отношения. Возможно, всё дело было в том, что только Хонджу ещё не определился со своими чувствами.

Он смущённо улыбнулся и отвел взгляд, не зная, что ответить на череду бестактных вопросов. Коллеги уже начали подшучивать над ним, но Хонджу молчал.

Как только появлялась свободная минутка, он хватал телефон.

Сообщения он писал единственному человеку, с которым общался.

[Все хорошо ко мне относятся, так что осваиваюсь быстро.]

[Про дорогое кольцо, наверное, спросили? Все спрашивают о таком…]

[В кафе играет музыка, немного страшно, что не услышу, что говорят посетители.]

[Интересно, какой кофе вы предпочитаете?]

Хонджу то и дело набирал и стирал сообщения, которые так и не решался отправить Мугёну.

— Хонджу, подойди сюда.

— Да, — он тут же вскочил на ноги.

Пусть это всего лишь работа в кафе, но это был его собственный выбор.

Возможно, кто-то считал это пустяком, но Хонджу был на седьмом небе от счастья и хотел навсегда запомнить этот момент — свой первый шаг в новый мир.

Глава 40

После того, как Хонджу освоился с работой в кафе, он перестал теряться, даже когда его коллега отлучался.

Он усердно протирал столик, за которым только что сидели посетители.

Внезапно зазвенел колокольчик, который Хонджу повесил несколько дней назад.

— Добро пожаловать!

Теперь он уже привычно приветствовал клиентов. Хонджу быстро вымыл руки в раковине и подошел к кассе. Слегка склонив голову набок, он прислушался к словам клиента.

— Два латте с собой, пожалуйста. Похолоднее.

— Да, конечно. С вас 8000 вон. Вам нужен чек?

— Нет, спасибо.

Протягивая карту, клиент неловко улыбнулся.

— Минутку, пожалуйста.

— Хорошо.

Посетители кафе разительно отличались от тех, кого он видел в игорном доме.

Никто не ругался и не распускал руки. Никто не злился, когда его переспрашивали, и не вел себя грубо.

Конечно, иногда клиенты предъявляли необоснованные требования или раздражались, но это было терпимо.

— Два латте со льдом готовы!

Пара забрала кофе и ушла. В кафе остались только двое мужчин в костюмах. Хонджу немного убавил музыку и направился к выходу.

«Сегодня хорошая погода, нужно вынести его на улицу ненадолго».

Он вынес большой горшок с цветами,

Хонджу вытащил горшок с цветком,  стоявший у входа, наружу, поставил его под лучи солнца и на мгновение присел рядом, на корточки.

— Хорошая погода.

Он сидел так до тех пор, пока плечи не начали гореть, а на лбу не выступили капельки пота. Наконец, Хонджу поднялся на ноги, потянулся и вернулся в кафе. Струя прохладного воздуха от кондиционера тут же охладила кожу.

Свежий ветерок, теплые лучи солнца... Раньше, работая по ночам, он и не представлял, каким прекрасным может быть обычный день.

«Интересно, он сейчас работает?» — подумал Хонджу.

Каждый раз, когда он ловил себя на мысли о том, как прекрасна обычная жизнь, ему на ум приходил Мугён.

Чем сейчас занимается тот, кто подарил ему эту возможность — жить нормальной жизнью, работать бариста в кафе и спокойно возвращаться домой после смены?

Хонджу представил себе Мугёна в его огромном кабинете.

«Интересно, а оттуда видно, какая сегодня хорошая погода?»

Может быть, он иногда выходит на улицу, чтобы подышать свежим воздухом? Хоть Мугён всегда казался спокойным и неторопливым, Хонджу не мог представить, чтобы тот просто так сидел без дела.

[Жарко, но солнечно.]

Может, написать ему об этом? Но что, если он помешает? Ему же дали телефон только для того, чтобы он сообщал о важных вещах...

Поколебавшись, Хонджу все же стер набранный текст.

Он перевернул телефон экраном вниз, продолжая думать о Мугёне. Внезапно совсем рядом раздался голос:

— Простите?

Хонджу так задумался, что даже не заметил, как в кафе зашел посетитель.

— А, добро пожаловать! — поспешно поприветствовал он, поднимая голову.

Но тут же опустил глаза, заметив начищенные до блеска мужские ботинки. На мгновение его сердце забилось чаще.

«Может быть, это Мугён?» — промелькнула шальная мысль.

— У вас есть десерты?

Голос был совсем не похож на голос Мугёна. Наконец, Хонджу поднял голову и посмотрел на посетителя.

— Да, у нас есть сконы и бейглы.

Хонджу указал на небольшую витрину. Мужчина в рубашке и брюках отошёл от кассы. Хонджу украдкой наблюдал за тем, как он разглядывает десерты.

— ...

Кафе находилось в деловом районе, поэтому большинство клиентов были в костюмах или в чем-то подобном. Каждый раз, видя такую одежду, Хонджу невольно вспоминал о Мугёне.

Интересно, Мугён обрадовался бы, узнав, что Хонджу постоянно о нём думает, или ему бы это не понравилось?

Вопрос казался таким нелепым, что Хонджу ни за что бы не решился задать его Мугёну.

Когда Хонджу закрыл кафе, на часах было уже начало девятого. Рабочий день у него заканчивался немного позже, чем у большинства людей, но дорога домой не казалась ему одинокой.

— Вот, выпейте.

Как только Хонджу садился в машину с включённым кондиционером, он протягивал Мугёну стаканчик с кофе. Тот привычным жестом брал его и, наклонив, разглядывал содержимое.

— Что на этот раз?

— Айншпеннер. Не перемешивайте.

Каждый день, словно сдавая экзамен, Хонджу угощал Мугёна каким-нибудь напитком. Поначалу это были американо и латте, но по мере того, как он осваивал новые рецепты, меню становилось всё разнообразнее.

— Сладко, но вкусно.

Мугён всегда выпивал весь кофе до дна, прежде чем выезжать с парковки.

— В кафе, наверное, было бы вкуснее. Вам этот напиток понравился больше, чем латте?

— Хм...

Мугён на мгновение задумался и кивнул. Хонджу мысленно отметил его предпочтение. Он убрал пустой стаканчик в подстаканник и завёл двигатель.

— Мне не на пользу твоя привычка поить меня кофе. Если я не буду спать, то останется всего одно дело, которым можно заняться, — произнёс он.

Полная чушь! Кофе, лимонад... Всё равно он не давал Хонджу спать, как только тот оказывался рядом.

— Или ты подсовываешь мне кофе так же, как я предлагал сигареты? Из каких-то своих тайных побуждений?

— Нет. С завтрашнего дня не буду больше приносить, — ответил Хонджу, защёлкивая ремень безопасности, чтобы прекратить этот разговор.

Щелчок замка потонул в тихом смешке Мугёна.

Обычно они ужинали где-нибудь в городе, а потом прогуливались, чтобы переварить еду. Но в последнее время на улице становилось всё жарче, воздух словно плавился, и эта удушливая духота, казалось, опутывала их невидимыми нитями.

— Д-директор, дайте... глотнуть... воздуха...

В ванной было полно пара, но Мугён, не давая Хонджу отдышаться, жадно целовал его губы, отчего у того начинала кружиться голова. Хонджу судорожно хватанул ртом воздух.

Но Мугён, казалось, был не намерен давать ему передышку. Он притянул Хонджу к себе за лицо и снова накрыл его губы своими.

— Ничего, привыкнешь, — прошептал он с усмешкой прямо в губы Хонджу, прижимаясь к нему так сильно, что тот едва мог дышать.

Горячий язык скользнул по нижней губе и, стоило Хонджу на мгновение приоткрыть рот, чтобы глотнуть воздуха, тут же проник внутрь.

Настойчивые ласки языка заставляли его невольно поджимать пальцы на ногах. Хонджу, чувствуя, как у него начинает темнеть в глазах, упёрся ладонями в плечи Мугёна, пытаясь отстраниться.

— Х-хватит... Прекрати...

Ладони скользили по влажной коже, и Хонджу никак не удавалось оттолкнуть его от себя.

— Хорошо, хорошо, — не слишком убедительно пробормотал Мугён, покрывая пылающее лицо Хонджу поцелуями.

Он схватил его за руку, с жадностью впиваясь губами в нежную кожу, посасывая пальцы, покусывая мочку уха, теребя зубами кольцо.

Мугён словно хотел заклеймить каждый сантиметр его тела. Наконец, он оторвался от Хонджу. Тот, пытаясь отдышаться, прикрыл влажные глаза.

Только когда пальцы Хонджу окончательно сморщились от воды, им удалось выбраться из ванной.

***

Хонджу жадно пил воду. Мугён, подошедший сзади, проводил рукой по его шее, чувствуя, как под его пальцами подрагивает кожа, когда Хонджу сглатывает воду.

— Не пора ли тебе сменить ко мне обращение? Можешь называть меня «хён», можешь — «дяденька», как тебе больше нравится, — прошептал он ему на ухо, так близко, что Хонджу чувствовал на щеке его дыхание. — «Дорогой» тоже неплохо звучит.

Он усмехнулся, добавив это скорее в шутку. Мугён начал расстегивать его халат, и Хонджу, извиваясь,  попятился назад.

— Мне... так привычнее, ди... директор...

— Я же тебе не директор.

Хонджу знал это. Но и это не означало, что он не мог называть его генеральным директором.

— Всё равно, — пробормотал он.

К прикосновениям он уже начал привыкать, но вот обращаться к Мугёну неформально было всё ещё неловко.

— Как же сложно завоевать твоё сердце, Хонджу... Труднее, чем избавиться от Гу Пина, — проворчал Мугён достаточно громко, чтобы Хонджу его услышал.

Он прижался к нему всем телом и направился в спальню. Резким движением скинул халат и достал из тумбочки лосьон для тела. Большие ладони начали втирать крем в бледную кожу. Хонджу чувствовал одновременно приятный аромат лосьона и тепло его прикосновений.

— Меня это немного раздражает. Но я пытаюсь смотреть на вещи позитивно.

— ...?

Ладони скользили по телу Хонджу, ласковые и внимательные. Он словно изучал каждый его сантиметр, задерживаясь на едва заметных шрамах. Пальцы особенно медленно двигались вдоль талии, оглаживая ягодицы, спускаясь к бедру.

— Не вздумай больше никому доверять. И никому не позволяй занимать моё место рядом с тобой. Понял? — произнёс Мугён, слегка шлёпнув Хонджу по ягодицам.

Это означало конец процедуры, и Хонджу поспешно взял свой халат. Он быстро переоделся в пижаму и нырнул под одеяло.

Только спустя долгое время Хонджу почувствовал, что Мугён вернулся в спальню, закончив свои дела. Он зажмурился, притворяясь спящим.

В этот момент он почувствовал на своих волосах осторожное прикосновение. Мугён убрал волосы с его лба, а затем медленно провёл рукой по щеке. Благодаря лечению шрамы на лице Хонджу стали менее заметными.

«Может быть, если не забрасывать лечение, то когда-нибудь моё лицо станет таким же гладким, как у Мугёна?» — с надеждой подумал он.

— Из-за тебя я занимаюсь всякой ерундой, — тихо пробормотал Мугён, склонившись над ним.

Хонджу почувствовал на своей коже прохладу мази и уловил её запах. Его ресницы затрепетали. Мугён большим пальцем разгладил нахмуренные брови и аккуратно нанёс мазь на посветлевший шрам.

— Думаешь, я не замечу, что ты не спишь? Если уж притворяешься, то делай это как следует.

За то время, что они провели вместе, Хонджу усвоил, что открывать глаза в подобной ситуации — не лучшая идея. Иначе завтра он весь день не сможет подняться с постели от боли.

— Я же говорил, что завтра уйду на час раньше? Обещал подменить коллегу.

— Знаю. Ты мне уже сто раз об этом сказал.

«Если знаешь, то зачем тогда так настойчиво целуешь?» — подумал Хонджу, пытаясь увернуться от намеренно ласкающих прикосновений.

— Какой ты чувствительный, — раздался над ухом тихий смех.

Наконец, Мугён лёг рядом. Хонджу слушал его ровное дыхание. Прошло ещё немало времени, прежде чем он решился приоткрыть глаза. Медленно приподнявшись на постели, он посмотрел на Мугёна.

— ...

Стараясь двигаться как можно тише, Хонджу дотронулся до руки Мугёна, время от времени проверяя, не открыл ли тот глаза.

— ...Ничего не понимаю, — пробормотал он себе под нос.

Хонджу осторожно снял кольцо с пальца. Он прикладывал его к руке Мугёна, пытаясь определить размер, крутил его в руках. Наконец, наигравшись с кольцом, он сам не заметил, как уснул.

***

Хонджу всегда ездил в кафе и обратно с Мугёном. Интересно, что должность Мугёна была настолько высока, что он мог спокойно начинать работу в два часа дня, и никто его за это не ругал.

— Не засматривайся на других, — бросил он на прощание.

— Езжайте уже, — поспешно ответил Хонджу.

Сегодня, под предлогом подмены коллеги, он вышел на работу на час раньше. Проводив взглядом машину Мугёна, Хонджу посмотрел на часы.

«Успею за час», — подумал он.

На самом деле, никто его не просил подменить. Хонджу волновался, не раскроется ли его обман. Хорошо ещё, что в последнее время ему и правда несколько раз приходилось выходить на подмену, так что его слова не должны были вызвать подозрений.

Однако, вместо того чтобы идти в кафе, Хонджу свернул в другую сторону. Он шёл быстро, почти бежал, постоянно оглядываясь через плечо, чтобы убедиться, что машина Мугёна не едет следом.

Вскоре он добрался до ближайшего торгового центра. Хонджу нервно теребил в руках кольцо, пока наконец не решился войти в ювелирный магазин.

— Могу я вам чем-нибудь помочь? — обратилась к нему консультант.

— Я бы хотел посмотреть кольца, — пробормотал Хонджу, чувствуя, как у него заливается краской лицо.

Услышав, что он выбирает подарок, консультант приветливо улыбнулась и проводила его к витрине с кольцами.

— Какой стиль вас интересует? — поинтересовалась она.

— Что-нибудь похожее на это, — ответил Хонджу, показывая кольцо на своём пальце.

Лицо консультанта на мгновение исказила гримаса замешательства.

— Хм... Дело в том, что кольцо, которое сейчас у вас на пальце, стоит очень дорого. Сомневаюсь, что у нас найдётся что-то похожее... Одну секундочку.

Вскоре она вернулась с несколькими моделями, которые напоминали кольцо Хонджу по форме. Она показала ему два тонких колечка разных цветов, которые можно было носить вместе.

— Вы знаете размер?

— Думаю, подойдёт на указательный палец.

Прошлой ночью Хонджу примерил кольцо на Мугёне — казалось, оно как раз подходит на указательный. Он протянул консультанту руку. Судя по её реакции, такие случаи происходили нередко. Она сверила размер пальца Хонджу со своими мерками и вытащила из витрины ещё несколько колец. Рассказывая о дизайне, она случайно упомянула и стоимость кольца, подаренного Хонджу Мугёном.

— Спасибо вам! Желаю приятных покупок! — попрощалась с ним консультант.

Так Хонджу потратил на кольцо всю свою первую зарплату. Учитывая, что он отработал меньше месяца, денег ему хватило бы только на то, чтобы пару раз пообедать с Мугёном. Но Хонджу ни о чём не жалел.

Единственное, о чём он мог жалеть, так это о том, что не может позволить себе купить точно такое же кольцо.

Может быть, именно из-за этого неудачный день не хотел заканчиваться? Мало того, что у Хонджу и так были проблемы со слухом на одно ухо, так ещё и в кафе зашёл посетитель в маске и беспроводных наушниках. Он говорил по телефону прямо во время заказа, и Хонджу никак не мог его расслышать. Клиент пришёл в ярость и, несмотря на все извинения, в гневе вылетел из кафе.

Кёнхан, работавший вместе с Хонджу, сочувственно похлопал его по плечу. Хонджу стало смешно от того, что он даже не понял, за что именно на него накричали.

[В игорном доме всё было не так сложно. Здесь тяжело.]

[Кажется, я ещё не готов к работе с людьми.]

Хонджу снова и снова набирал и стирал сообщение, которое так и не решался отправить.

Раздался звон дверного колокольчика. В кафе вошли двое мужчин, громко болтая о чём-то своём, так что их голоса заглушали игравшую в кафе музыку. Хонджу, пытаясь взять себя в руки, встал и поприветствовал посетителей:

— Добро пожаловать!

— Ну так вот, как же всё так удачно сложилось...

Оба мужчины были среднего возраста и опрятно одеты. И один из них Хонджу показался знакомым. Он часто заходил в кафе. Хонджу с любопытством разглядывал мужчину, изучавшего меню, и вдруг его словно молнией ударило.

— Босс, вы как обычно? Что-нибудь сладенькое?

Услышав знакомый голос, Хонджу окончательно убедился в своей догадке. Он точно видел этого мужчину в игорном доме! Это был владелец компьютерного клуба, с которым у Гу Пина были неплохие отношения. Хонджу вспомнил, как тот хвастался, что заработал кучу денег и собирается открыть сеть клубов.

— ...

Сердце Хонджу бешено заколотилось. Ладони вспотели, взгляд метался по помещению. Кафе находилось довольно далеко от игорного дома… Как же так получилось? И почему Кёнхан как раз сейчас на обеде?! Хонджу нервно теребил в руках фартук.

— А мне давай айншпеннер.

— Хорошо. Проходите, присаживайтесь.

Мужчина проводил своего спутника к столику и снова уставился на меню. Хонджу сглотнул ком в горле.

— Значит так, один айншпеннер и один черничный смузи. А в обычном сконе нет никакой начинки?

— Нет, — коротко ответил Хонджу, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Тогда и его тоже.

— Хорошо. С вас пятнадцать тысяч вон.

— Вот, держи.

Хонджу дрожащей рукой принял от него карту. Он старался смотреть только на кассовый аппарат, но чувствовал на себе тяжёлый взгляд мужчины.

— ... Вам нужен чек? — спросил он.

— Не надо.

— Хорошо. Присаживайтесь, я принесу вам заказ.

Мужчина шумно втянул воздух сквозь зубы. Он не спеша забрал карту.

— ...

Хонджу развернулся и поспешил скрыться на кухне, пока мужчина его не узнал. Тот ещё немного постоял у кассы, а затем направился к своему столику.

Хонджу был уверен, что навсегда оставил прошлое позади, но эта неожиданная встреча заставила его поволноваться.

«Спокойно… Только без паники…» — уговаривал он себя.— «Этот человек больше не может причинить мне вреда. И он точно не станет звонить Гу Пину, чтобы рассказать о нашей встрече».

Хонджу изо всех сил старался успокоиться.

«Всё хорошо, всё в порядке», — шептал он, прижимая руку к груди.

Он никак не мог расслабиться. Мужчина говорил очень громко, и каждый раз, когда тот разражался смехом, Хонджу вздрагивал.

Волнение не проходило. Он достал из кармана фартука телефон и начал нервно крутить его в руках. Потом, повинуясь какому-то импульсу, открыл диалоговое окно с Мугёном.

[К нам в кафе зашёл один мужчина… Вы наверное его не помните]

Хонджу написал сообщение, а потом тут же его стёр. Он не мог успокоиться, пока этот мужчина не ушёл.

— Спасибо, было вкусно, — попрощался с Хонджу спутник мужчины.

Сам мужчина, перед тем как уйти, бросил на Хонджу быстрый взгляд.

— Слушай, а ты часом не жил раньше Кваль-ым-доне ? — спросил он.

Он узнал его! У Хонджу перехватило дыхание. Кёнхан, который подошёл убрать со столика, с удивлением посмотрел на них.

— Нет, — выдавил Хонджу.

Хонджу постарался не смотреть ему в глаза, отвечая на вопрос. Мугён говорил, что, когда Хонджу врёт, это сразу видно по его глазам. Мужчина быстро окинул его взглядом, задержавшись на лице. Похоже, из-за того, что на коже Хонджу больше не было синяков, да и одет он был совсем по-другому, мужчина не мог его узнать.

— Хм... показалось, что мы знакомы. Ладно, работай, — пробормотал он, почёсывая затылок, и вышел из кафе.

Дверной колокольчик звякнул и ещё несколько раз тихонько тренькнул, когда дверь закрылась.

— Хён, ты его знаешь? — поинтересовался Кёнхан.

— Нет. Дай-ка я сам помою, — ответил Хонджу, забирая у него поднос.

Он украдкой наблюдал за мужчиной. Тот уже забыл о встрече с Хонджу и весело болтал о чём-то со своим спутником. Хонджу простоял у раковины, пока мужчина не скрылся из виду.

«Фух…Что за день сегодня такой?»

Казалось, что жизнь Хонджу, наконец, начала налаживаться, но эта встреча снова пробудила в нём старые страхи.

Кёнхан, видя, что у Хонджу совсем нет сил, предложил ему немного прогуляться.

Обычно Хонджу отказался бы, но сегодня он согласился.

Он хотел было выкурить сигарету, но передумал — скоро ему снова возвращаться к работе. Засунув телефон в карман, Хонджу вышел из кафе и неспешно побрёл по улице.

Вокруг сновали толпы людей, и он свернул в ближайший безлюдный переулок, чтобы хоть немного побыть в тишине.

«Вот где моё место…»

Хонджу присел на корточки, уткнувшись лбом в колени. Здесь, в тёмном безлюдном переулке, где его никто не найдёт. Внезапно в его голову пришла мысль, и, поддавшись какому-то порыву, он набрал номер Мугёна.

Короткие гудки, и вот уже знакомый голос в трубке:

— Хонджу?

— Директор …

— Ты же сейчас должен быть на работе?

В этот момент мимо проехал мотоцикл доставки, и Хонджу пришлось прижать телефон к уху, чтобы расслышать Мугёна.

— У меня сейчас перерыв. Можно с вами поговорить?

— Да, можно.

— Может быть, поужинаете сегодня вне дома, после работы?

— Ты ради этого мне позвонил?

В голосе Мугёна послышалась улыбка. Хонджу почувствовал, как у него учащённо забилось сердце.

— Да. Я угощаю. Мне сегодня зарплату дали.

— Ты же говорил, что потратишь её на лечение? Трать аккуратнее.

Когда-то Мугён спрашивал Хонджу, на что тот потратит свою первую зарплату, и Хонджу ответил, что пойдёт к ЛОРу. Он и правда собирался это сделать, но всё же хотел потратить свою первую зарплату на Мугёна. Пусть это и мелочь, но всё же хоть какая-то благодарность.

— Я отработал меньше месяца, но на ужин нам точно хватит. Я же каждый день ем то, что вы готовите.

Голос Мугёна по телефону казался ещё ниже и спокойнее, чем обычно. Интересно, какое у него сейчас выражение лица? Невольно Хонджу представил себе лёгкую улыбку на лице Мугёна.

— Значит, сегодня я могу заказать и съесть Ку Хонджу?

— ... Пожалуйста, просто подумайте, что вы хотели бы съесть, а я пока пойду работать.

Хонджу стало неловко, хотя он и понимал, что Мугён не хотел его обидеть. Он поспешно попрощался и с облегчением поднялся с земли.

Тревога и страх, мучившие его весь день, как рукой сняло. Кто бы мог подумать, что всего один телефонный разговор может так поднять настроение?

Поздним вечером, закончив смену, Хонджу вышел из кафе и сразу же увидел машину Мугёна. Он сел в неё, так и не надев сумку с покупкой на плечо, прижимая её к себе.

— Вы уже решили, что будете есть? Вот, это, кстати, кейл-сок.

Мугён взял протянутый стакан. Он не был привередлив в еде и пил всё, что ему предлагали.

— Знаю одно местечко.

Мугён терпеливо ждал, пока Хонджу пристегнёт ремень безопасности, а затем протянул руку. Его аккуратные пальцы, за которыми он тщательно ухаживал, легонько коснулись лба Хонджу.

В последнее время Мугён перестал носить перчатки. Сначала Хонджу думал, что из-за жары, но потом понял, в чём дело.

«Хочет иметь возможность дотронуться до Хонджу в любой момент.»

Хонджу был рад, что Мугён не считал его грязным и отвратительным.

— Когда ты собираешься в больницу?

— Я поищу информацию… — ответил Хонджу, отводя взгляд. Он поправил сумку, лежавшую у него на коленях, и крепче прижал её к себе. Заметив, что Мугён смотрит на сумку, Хонджу поспешно сменил тему. — Сегодня в кафе приходил мужчина, который раньше бывал в игорном доме.

Выражение лица Мугёна мгновенно изменилось. Его голос стал жёстким и холодным.

— Он узнал тебя?

— Мне показалось, что да, но я сделал вид, что не знаю его.

Мугён с шумом втянул воздух сквозь зубы и прищурился, раздумывая над чем-то. Он легонько постукивал пальцами по стакану.

— Не могу же я всех их закинуть туда…

Он раздражённо цокнул языком и потянулся, разминая шею.

— Может, приставить к тебе охрану? Так всем будет спокойнее, — задумчиво произнёс Мугён.

Он говорил это так буднично, что Хонджу чуть было не согласился.

—Чтобы все говорили, что меня охраняют?

— А вдруг он узнал? Мало ли что ему в голову взбредёт.

— …

Хонджу предпочел промолчать — он и правда чуть было не ляпнул что-то подобное.

— Ладно, проехали. Используй эту возможность, чтобы начать новую жизнь. А если он будет тебе досаждать, скажи мне. Я с ним разберусь.

«Он что, собирается его избить, как того священника?» — подумал Хонджу.

— В кафе всегда много людей… Если он опять туда сунется, я сделаю вид, что не знаю его. Всё будет хорошо.

«А что мне ещё остаётся делать? Притворяться, что я его не знаю».

Этот мужчина даже имени Хонджу не знал, и потом… У Хонджу теперь был Мугён! Он крепче сжал в руках сумку, в которой лежала маленькая коробочка.

— Старые хрычи всегда запоминают всё красивое, — вдруг произнёл Мугён.

Хонджу молча смотрел в окно. Он уже давно понял, что на подобные замечания лучше не отвечать, иначе Мугён начнёт нести ещё большую чушь.

Они поужинали в ресторане. Когда официант убирал со стола грязные тарелки, Хонджу решил, что сейчас самый подходящий момент. Он достал из-под стола сумку и нервно расстегнул молнию.

— Директор, это вам, — пробормотал Хонджу, протягивая Мугёну пакет.

Тот вопросительно приподнял бровь, отрываясь от стакана с водой. Его взгляд упал на пакет. Хонджу нервно сглотнул.

Он нервничал гораздо сильнее, чем тогда, когда тайком писал Мугёну сообщения, следя за Гу Пином. Сильнее, чем тогда, когда сидел за одним столом с Мугёном, сжимая в руке карты. И даже сильнее, чем в первый раз, когда они занимались сексом.

— Ты же говорил, что зарплату получил. Это что, чаевые? — спросил Мугён, накрывая пакет рукой.

Хонджу сглотнул ком в горле. Сердце бешено колотилось у него в груди.

— Что-то вроде того, — ответил он.

Длинные пальцы Мугёна бесцеремонно вытащили из пакета футляр и открыли его.

— Кольцо? — Мугён вопросительно посмотрел на Хонджу.

Взгляд у него был тяжёлый, пронизывающий.

— Точно такое же стоило слишком дорого, — поспешно пояснил Хонджу.

Узнав настоящую стоимость кольца, которое Мугён подарил ему в тот раз, Хонджу даже на работе во время мытья посуды прятал его в кармане фартука.

— Да и это кольцо было не из дешёвых… Но я купил максимально похожее.

— …

— Знаю, это похоже на то, что делаете вы… Ну, расплачиваетесь …

— Ты думаешь это меня успокоит? — перебил его Мугён, но уголки его губ дрогнули в улыбке.

Он рассмеялся, и Хонджу почувствовал, как вибрирует его грудь от этого низкого раскатистого смеха, который, казалось, заполнил собой всё помещение.

— Но теперь, я начинаю понимать, как нужно общаться с Ку Хонджу.

Он захлопнул футляр и подвинул его к Хонджу, а затем протянул руку. Хонджу неловко было смотреть ему в глаза, и он сосредоточил свой взгляд на его руке, на которой проступали синие вены.

— Чего ждёшь?

Хонджу прокашлялся и взял кольцо. Да, на его длинных пальцах оно смотрелось бы идеально.

— Ах…

Хонджу попытался надеть кольцо на безымянный палец Мугёна, но оно застряло на середине фаланги.

— Н-надо будет его поменять, — пробормотал Хонджу, смущённо глядя на Мугёна.

— Надень сюда, — сказал Мугён, показывая на мизинец.

Хонджу послушно надел кольцо на мизинец. Оно было немного свободным, но село на мизинец Мугёна.

— Отлично сидит. Не нужно ничего менять, — довольно заметил он.

— У меня сейчас зарплата небольшая … Соберу денег и куплю получше, — словно оправдываясь, проговорил Хонджу.

Он и подумать не мог, что этот день может стать ещё более неловким. Хонджу нервно прикусил щеку изнутри.

Мугён тем временем не сводил глаз с кольца. Хоть оно и стоило в несколько раз дешевле того, что он подарил Хонджу, ему, похоже, оно нравилось гораздо больше.

— Почему? — спросил Мугён, разглядывая свою руку с кольцом.

— Что?

— Зачем ты хочешь купить мне другое кольцо? — уточнил Мугён.

Несмотря на резкий тон, он улыбался, и в его глазах читалось ожидание. У Хонджу пересохли губы.

— Потому что я хочу сделать это для вас.

— Так почему? — повторил Мугён свой вопрос.

Слова застряли у Хонджу в горле. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь скажет такое. Да ещё и Мугёну — пугающему человеку, который использовал его когда-то в качестве залога. К тому же, между ними до сих пор оставался странный договор: Мугён покупал свободное время Хонджу, а Хонджу… держал его в залоге.

— У меня ничего нет… — начал Хонджу, крепко сжимая колени под столом, чтобы скрыть волнение. — Но… Я хочу, чтобы всё моё… принадлежало вам.

В конце концов, Мугён сам говорил Хонджу, что тот может позволить себе немного больше.

— Раньше, когда вы спрашивали меня о том, что мне нравится… Я думал, что всё это слишком… недосягаемо для меня… А теперь… Теперь я думаю только о директоре, — пробормотал Хонджу, не поднимая глаз. — Мне кажется… всё дело в этом…

— Ха-ха!

Мугён рассмеялся. Уголки его губ взметнулись вверх, обнажив ямочку на щеке, а глаза, обычно такие холодные и колючие, лучились смехом.

— …

Хонджу казалось, что он никогда не видел, чтобы Мугён так улыбался.

— Видишь, как бывает? Когда преступник берётся за дело всерьёз, такому порядочному гражданину, как я, ничего не остаётся, как сдаться на его милость, — проговорил Мугён, прикладывая палец к губам Хонджу. — Вот так люди и остаются без гроша. Не находишь?

Он закрыл глаза и прикоснулся губами к кольцу.

—…

Хонджу затаил дыхание. Этот жест казался почти священным.

— О, а это даже лучше, чем я думал, — пробормотал Мугён, отстраняясь.

Хонджу был с ним полностью согласен. Да, его кошелёк опустел, но Мугён улыбался — разве это не главное?

— Что ж, раз ты так на этом настаиваешь… придётся стать твоим любовником, — усмехнулся Мугён.

Он легонько провёл ботинком по ноге Хонджу под столом. Тот покраснел и сделал вид, что ничего не заметил.

Весь оставшийся вечер Мугён продолжал улыбаться, как ненормальный. Официант, приносивший им десерт, даже покосился на него с подозрением.

А когда они вернулись домой, Мугён набросился на Хонджу прямо в прихожей.

… Обрывки воспоминаний нахлынули на Хонджу ледяной волной.

В ушах звенел звон, а внизу живота всё скручивало от тягучего жара. Хонджу открыл глаза и вздрогнул.

Голова Мугёна двигалась между его бёдер, жадно обхватывая губами его член.

— Жжёт… Пожалуйста… Хватит…

Хонджу попытался оттолкнуть Мугёна, упираясь ногами ему в спину, но безуспешно. Мугён, казалось, только больше завёлся от прикосновений чужого тела. Он сжимал губы всё сильнее, и Хонджу чувствовал, как его ягодицы саднят.

Член Хонджу пульсировал, словно вот-вот взорвётся.

— Агх…

Он кончил, не в силах больше сдерживаться, и это было уже не знаю, какое по счёту за сегодняшний вечер. Хонджу поражался, как у него вообще что-то осталось после такого. Мугён жадно глотал, слизывая с его члена капли спермы.

— М-может, х-хватит…? — прохрипел Хонджу.

Мугён с влажным чмоком оторвался от него и поднялся. Его губы были красными и припухшими.

— Я же должен отработать чаевые.

— Но… Но вы сегодня даже кофе не пили… — простонал Хонджу.

«Откуда у него только силы берутся?»

Мугён лишь усмехнулся в ответ на его жалобный лепет. Он развёл его бёдра и прижался к нему.

— У него слишком хорошее действие.

Мугён обхватил рукой его член, и Хонджу почувствовал прикосновение холодного металла к своей разгорячённой коже.

— Ах… А…

Мугён вошёл в него одним резким толчком, и Хонджу вскрикнул. Его отверстие было влажным от слюны и спермы.

— Может, останешься завтра дома? Я тебя накормлю, Хонджу, м? — прошептал Мугён ему на ухо.

Он двигался медленно, вдалбливаясь в податливое тело и растягивая его, словно пытаясь оставить на нём свой след. Хонджу закрыл глаза и покачал головой.

— А-ах… Я… Я не могу… — застонал Хонджу, чувствуя, что сейчас разорвется пополам.

— Я сейчас взорвусь, блять… Расслабься, — прорычал Мугён ему в ответ.

Он наклонился и поцеловал Хонджу в веко, не переставая двигаться. В комнате раздавались влажные шлепки.

— А… ах…

Хонджу не мог сдержать стонов. Мугён впился зубами в нижнюю губу и вдалбливался в него всё сильнее.

— А-ах… Да…

—…

Мугён тяжело дышал. Хонджу с трудом открыл глаза и посмотрел на него. Губы Мугёна покраснели и распухли, волосы растрепались, а по лбу стекали капельки пота.

— Хонджу… — прохрипел он.

Хонджу вспомнил, как сильно Мугён всегда брезговал грязью, и от этой мысли его возбуждение только усилилось. Мугён, вымазанный потом и смазкой, стонущий его имя — это зрелище было до неприличия эротичным.

— Директор…

Мугён на секунду зажмурился, а затем вцепился руками в простыни и начал двигаться ещё быстрее. Кровать заскрипела, и их тела заскользили, покрытые потом.

— Ах… Да…

— Блять…

С губ Мугёна сорвался сдавленный стон, и тонкая ниточка слюны потянулась к подбородку Хонджу.

— А-ах…

— Ебать…

Вместо того, чтобы сжимать его горло грубой хваткой, как он обычно делал, Мугён целовал и лизал его шею, и Хонджу чувствовал на своей коже его горячее, тяжёлое дыхание. Несмотря на жару, кондиционер оставался выключенным, а окна плотно закрыты. До самого рассвета они стонали и извивались в объятиях друг друга, покрытые липкой пеленой духоты.

Глава 41

Хонджу открыл глаза только после десяти часов. С тех пор, как он начал работать, он просыпался в семь утра, и это был первый раз, когда он проспал так долго. Всё его тело болело, как будто его избили. Но больше всего его беспокоило странное ощущение внизу живота – там всё ещё саднило и ныло.

— Ах... — простонал он.

Плотно прижатое к его спине тело слегка шевельнулось. Бедра сами собой сжались, и Хонджу почувствовал, как член внутри него отреагировал на это движение.

— Почему вы не вытащите его? — спросил он.

— Не хочу, — пробормотал мужчина ему на ухо.

— Мне же больно, — прошептал Хонджу.

Большая рука медленно прошлась по его коленям, бёдрам, ягодицам, а затем нерешительно коснулась входа.

— Ах! Что вы делаете? Не трогайте! — Хонджу попытался вырваться.

Вместо ответа Мугён провёл языком по его мочке, и Хонджу вздрогнул.

— Не дёргайся, а то будет ещё хуже, — прошептал Мугён. – Я сейчас медленно вытащу.

Он прижался к напряженному входу, который саднил от высохшей спермы, и подался бёдрами вперёд. Хонджу почувствовал, как член пульсирует внутри него, и с губ сам собой сорвался стон.

— Ахх...

Постепенное ощущение пустоты снизу вызвало у Хонджу дрожь. Он вздрогнул и сжался. Мугён, держа полувставший член, медленно провел по нему вверх и вниз. С влажным шлепком член выскользнул, оставив на ягодицах Хонджу влажную дорожку. Мугён нежно провел пальцами по болезненному входу, который, казалось, уже собирался закрываться.

Хонджу, обессиленно подавшись вперед, вцепился в простыню. Мугён, видя его реакцию, поднес к его лицу руку.

— Смотри, палец с кольцом весь в твоей смазке, что же мы будем делать?

— ...

— Ты же сам мне его подарил, а сейчас посмотри на него. Полный беспорядок.

Пальцы Мугёна действительно были покрыты мутной жидкостью. Он раздвинул их, и липкая смазка растянулась между ними, будто паутина. Хонджу почувствовал, как к лицу приливает жар.

— Вы же обычно такой чистюля, почему только в такие моменты… — пробормотал он, пряча лицо в простыне.

Горячие губы коснулись его обнаженного плеча.

— Я же говорил, что был последним грязным ублюдком. Просто хорошо притворяюсь.

Хонджу никогда бы не подумал, что слово «грязный» может быть применимо к Мугёну. Но, вспоминая прошлую ночь, он уже не был так уверен в своих суждениях.

— …

Всплывшие воспоминания заставили его покраснеть. Он долго лежал, уткнувшись лицом в подушку, позволяя рукам Мугёна блуждать по его талии и бедрам, пока не остыл стыд.

— Надо будет тебя постричь, —  сказал Мугён, рассеянно ероша его волосы.

Неужели он не собирается идти на работу? Хонджу неловко оделся и вышел из комнаты, но Мугён всё ещё лежал на диване.

—  А вы не пойдете на работу? — спросил Хонджу.

— Пойду. — Мугён самодовольно ухмыльнулся, разглядывая свою руку.

«Не ожидал, что ему так понравится.»

Хонджу чувствовал удовлетворение.

Внезапно экран телефона, лежавшего на столе, загорелся. Хонджу, увидев сообщение от менеджера, схватил телефон.

— Кто это пишет с утра пораньше? — спросил Мугён, который уже успел подойти сзади и обнять Хонджу.

Он выхватил телефон из рук Хонджу, подняв руку высоко над его головой. Разница в росте была существенной, и вернуть телефон оказалось не так-то просто.

— Это от моего менеджера. Отдайте, — потребовал Хонджу.

— Сначала твой парень должен проверить, — ответил Мугён, и Хонджу замер, услышав это слово. «Парень».

Мугён пристально посмотрел на застывшего Хонджу, а затем перевел взгляд на экран.

— Слишком… — начал было Хонджу.

— Слишком что? Хорошо? — спросил Мугён.

— Слащаво, — пробормотал Хонджу. — Не слишком ли это слащаво?

Он подтолкнул Мугёна локтем, но тот только ласково погладил его по голове.

— Ничего, привыкнешь, — сказал он успокаивающе и легонько потрепал Хонджу по волосам.

Быстро прочитав сообщение, Мугён наклонился и, чмокнув Хонджу в щеку, вернул ему телефон.

— Ничего особенного. Тебе бы волосы подстричь, — сказал он, взъерошив волосы Хонджу, и направился в гардеробную.

— …? — Хонджу растерянно прикоснулся к своим волосам. Они действительно стали длинными и теперь касались ушей. Он потянул за прядь, проверяя ее длину, но она все еще была слишком короткой, чтобы закрыть уши.

— Кажется, нужно ещё немного отрастить, — пробормотал он, пригладил волосы и проверил телефон.

[Сегодня днем приедет владелец. Вы и так всегда молодцы, но сегодня постарайтесь быть особенно внимательными к чистоте! И вежливыми~ хехе ]

Кёнхан, работающий с ним во вторую смену, уже бодро ответил, и Хонджу тоже напечатал короткий ответ.

[Хорошо]

Дальше все шло своим чередом. Они с Мугёном, как обычно, сели в машину и без приключений добрались до кафе.

Единственным отличием было то, что Мугён сегодня много расспрашивал о работе в кафе.

— Работаете втроём? —

— Да, с менеджером. —

— А что за человек этот ваш менеджер?

Поначалу Мугён, казалось, совсем не интересовался его работой. Может, дело в сообщении, которое он увидел утром? Хонджу удивился, но честно ответил на вопросы.

— Обычный. Хорошо помогает. —

— Надеюсь, он на тебя не пялится, как те ублюдки из игорного дома…

— Нет-нет, что вы!

Он поспешно замотал головой, отрицая догадку. Слова Мугёна про слежку в тот раз не давали ему покоя.

— Хм, правда? Просто вокруг тебя одни мужики, я немного волнуюсь.

Разве обычно не ревнуют к людям противоположного пола? Хонджу медленно склонил голову набок. Допрос закончился только после еще нескольких вопросов.

Из-за утреннего сообщения они выехали раньше обычного, но менеджер уже вовсю суетился в кафе.

— Здравствуйте.

— О, Хонджу, ты уже здесь. Пожалуй, лучше поставить это сюда, как думаешь? Не будет мешаться у входа?

Это был большой горшок с растением, который обычно стоял в углу. Никто толком о нём не заботился, поэтому Хонджу взял на себя заботу о нём, поливая и выставляя на солнце.

— Думаю, там будет лучше. Здесь он будет мешать. — Хонджу снял рюкзак и наклонился. Он аккуратно передвинул тяжёлый горшок в менее оживлённый угол кафе.

— Да-да, и подмети тут, пожалуйста, землю рассыпалась.

— …Хорошо.

Менеджер ободряюще похлопал Хонджу по спине и заторопился обратно внутрь.

На самом деле работы у него было не так уж и много, но менеджер носился как угорелый из-за приезда владельца. Обычно он на несколько часов пропадал курить, но сегодня не отходил от входа ни на шаг. А стоило ему усесться на своё место, как он тут же принялся докучать Хонджу и Кёнхану по пустякам.

Когда это стало уже немного раздражать, Хонджу спросил:

— А почему владелец вдруг решил приехать?

— Сказал, что будет поблизости, и решил заглянуть. Вы ведь его ещё не видели? Ты ведь его ещё не видел?

— Нет.

Кёнхан отхлебнул кофе и кивнул.

— Владелец — человек серьёзный. Поэтому я так суечусь.

«Гадюка говорил, что они знакомы... Неужели владелец кафе тоже связан с тем миром?» — равнодушно размышлял про себя Хонджу.

— А-а…

— Увидишь — сразу всё поймёшь.

«Должно быть, он так его запугал… Вот отчего менеджер ведёт себя, как на иголках...» — Хонджу нервно сглотнул. Мысль о том, что менеджер трясётся перед кем-то, как мышь перед кошкой, напомнила ему Гу Пина и управляющего Яна, но сравнивать их с этим человеком было бы как-то неловко.

Внезапно звякнул колокольчик на двери. Менеджер тут же вытянул шею, чтобы заглянуть в зал, и его глаза расширились от ужаса. Он вскочил с места.

— Вы уже здесь! — воскликнул он, судорожно жестикулируя.

Хонджу догадался, что это, должно быть, владелец, и тоже поднялся со стула.

— Как идут дела?

— О, отлично! Вот, знакомьтесь — ребята из вечерней смены. А это — сам владелец.

У Хонджу глаза полезли на лоб. Кёнхан пихнул его локтем, и Хонджу неловко поклонился. Он с изумлением смотрел на мужчину, которого назвали владельцем.

— У тебя тут все работники такие красивые. — Приятный, но до дрожи знакомый голос произнёс эти слова с лёгкой улыбкой.

— Я же говорил, что выбираю по лицу на собеседовании, — хихикнул менеджер. — Продажи просто взлетели!

— Вот это ни к чему говорить, — пробормотал мужчина, смерив менеджера неодобрительным взглядом.

— …Простите?

Не отвечая, мужчина сцепил руки за спиной и окинул кафе цепким взглядом, который наконец остановился на Хонджу. Затем он резко протянул левую руку.

— Приятно познакомиться.

— Приятно познакомиться, — произнёс он тоном человека, который видит Хонджу в первый раз. На его руке красовалась перчатка, которой ещё пару минут назад не было. Хонджу ошарашенно моргнул, и менеджер тут же пихнул его в бок.

— Хонджу, — тихо позвал менеджер, не разжимая губ.

— А… здравствуйте, — поздоровался Хонджу.

«Обычно для рукопожатия протягивают правую руку», — подумал он, глядя на протянутую левую ладонь Мугёна.

Их пальцы, с кольцами, неуклюже сплелись в воздухе.

— Ах, точно, правая же! — Мугён убрал руку и протянул её Кёнхану уже правильно. Тот ошарашенно смотрел на него, но Мугён лишь спокойно улыбался. Затем он позвал менеджера и направился к дальнему столику.

— Вот везёт же людям: и красивые, и богатые, — фыркнул Кёнхан. — Ну не несправедливость ли? Хонджу не ответил.

— Почему у нас с тобой родители не рантье? — Кёнхан театрально вздохнул, но Хонджу уже не слушал.

Встретившись взглядом с Мугёном уже в который раз, Хонджу поспешил ретироваться в дальний угол кафе и, достав телефон, быстро напечатал:

[Директор, это ваше кафе?]

«Почему он сразу не сказал?»

Хонджу хотел задать ещё несколько вопросов, но Мугён не ответил.

Менеджер вернулся минут через двадцать.

— Кажется, он ещё задержится. У него тут встреча. Сделай айншпеннер и отнеси ему.

— Хорошо.

Кёнхан с Хонджу быстро принялись за дело. Хонджу сам вызвался отнести готовый кофе. Мугён что-то смотрел в телефоне и поднял глаза только тогда, когда Хонджу подошёл к его столику.

— Что это с тобой, правда? — спросил он с нескрываемым недоумением. Ты не собираешься менять ко мне обращение, да? Так что придётся стать твоим настоящим боссом. — Он повёл плечом, поднёс к губам чашку с айншпеннером и сделал глоток. — Кстати, здесь он вкуснее всего.

— …Что?

В этот момент в кафе набежала толпа посетителей, и Хонджу, не успев ничего ответить, вернулся к стойке. Когда он разделался с заказами и горой посуды, в кафе появился ещё один знакомый человек — Гадюка. Он тоже притворился, будто ничего не случилось.

— Менеджера нет? — спросил он, глядя прямо на Хонджу, хотя заказ принимал Кёнхан.— Что у вас сейчас самое популярное?

Хонджу поражало, как ловко эти двое играют чужими нервами.

И снова ему пришлось разносить заказы.

— Тот знакомый, о котором ты говорил, — это и есть директор Мугён? — спросил он, ставя чашку перед Гадюкой.

— Ага, — ответил тот тем же тоном. — Мой знакомый всё уши мне прожужжал, хвастаясь. Это, случайно, не ты ему подарил? — Гадюка кивнул на левую руку Мугёна, на которой больше не было перчатки, а на мизинце блестело кольцо. Хонджу на секунду почувствовал себя неловко, но быстро взял себя в руки.

— Ну… да, а что?

Хонджу и Гадюка с упрёком посмотрели друг на друга. Гадюка демонстративно сделал большой глоток ледяного кофе.

— И как это понимать? Изображает из себя недовольного, видите ли, работать в кафе не по статусу… А подарочек получил — и радуется как дитя. Даже перчатку надел, чтобы не поцарапать, вот умора! Боится, что поцарапают его дорогую цацку!

— Ну, он же ещё молодой, пусть потешится, — раздался за спиной голос Мугёна. Он пожал плечами и, улыбаясь, принялся вертеть кольцо на пальце.

— С каких пор ты меня слушаешь?

— Молчи уже. А ты, красавчик, иди работай, — сказал Мугён и легонько хлопнул Хонджу по бедру. Тот поспешно оглянулся на стойку. К счастью, Кёнхан ничего не заметил. Хонджу сжал поднос покрепче и пошёл прочь.

Гадюка и Мугён просидели ещё около часа.

— Всем спасибо за работу, — попрощался Мугён, по-прежнему делая вид, что видит Хонджу впервые. Правда, когда их взгляды встретились, он на секунду прикрыл один глаз. У Хонджу возникло ощущение, что они снова тайно встречаются в игорном доме.

— Вот это да… — Примерно за полчаса до окончания смены менеджер уставился в телефон и восторженно воскликнул:

— Нам дали премию!

— Премию?

— Вот что значит молодой и щедрый начальник! — Менеджер поспешил сообщить радостную новость в общий чат работников. Всем, видимо, уже пришли деньги, потому что чат тут же взорвался сообщениями.

Хонджу тоже открыл телефон. Но его больше заинтересовало не сообщение в чате, а личное сообщение от Мугёна:

[Чаевые красивому работнику]

«С ума сойти…Что его так радует? Неужели покупка кольца?» — подумал Хонджу и тихонько вздохнул, стараясь, чтобы его никто не услышал.

Глава 42

Ближе к середине лета Хонджу уже освоился с работой в кафе. Зарплата исправно капала на счёт, несмотря на подарки от Мугёна. Благодаря этому Хонджу смог начать ходить к отоларингологу. Сначала он ходил вместе с Мугёном, но теперь его сопровождал Гадюка.

— Хён в курсе, что ты подбираешь слуховой аппарат?

В последнее время Мугён был занят перестройкой поля для гольфа, поэтому виделись они нечасто. Хотя у Хонджу было достаточно возможностей рассказать ему всё дома, он решил этого не делать.

— Пока не говорил. Скажу, когда получу.

— А, опять хочешь устроить ему сюрприз? Ты, наверное, в душе мечтаешь работать в праздничном агентстве! — Хонджу усмехнулся, услышав эти язвительные слова. Казалось, совсем недавно он жил без друзей и близких, а теперь ему было комфортно с Гадюкой, и он часто смеялся.

[Я в больнице с Гадюкой], — написал он Мугёну.

Оказалось, что изменить привычное обращение не так-то просто. Особенно неловко было называть его «хёном». Поэтому Мугён по-прежнему оставался «директором», а Гадюка — «Гадюкой».

[хехе]

[Ещё раз скажите ерунду — запишу и покажу ему]

Хонджу улыбнулся. Он уже привык писать Мугёну обо всём, что с ним происходит.

[Хорошо]

На левой руке, печатающей на экране, блестело кольцо.

Оказалось, что слуховой аппарат нельзя просто взять и купить. Нужно было пройти кучу обследований и сделать множество настроек. Врач проверял, как Хонджу воспринимает звуки разной высоты, и подстраивал аппарат так, чтобы он слышал всё идеально. Особенно много времени ушло на то, чтобы настроить аппарат на низкий голос Мугёна — Хонджу ни за что не хотел его пропускать.

— А ты и правда чувствуешь разницу, когда носишь слуховой аппарат? — Гадюка засыпал Хонджу вопросами, явно пытаясь представить, каково это — жить без возможности нормально слышать.

— Да. Столько звуков появилось, — ответил Хонджу.

Шум кондиционера, скрип подошв по полу, вибрация телефона, шорох одежды при движении — всё это он раньше не замечал.

— На работе, наверное, теперь будет полегче?

— Думаю, да. Иногда я музыку не слышал и заказы пропускал.

Раньше, когда в кафе было много людей или просто шумно, или когда посетители в масках делали заказ, Хонджу часто не мог разобрать, что ему говорят. Из-за этого он нервничал и чувствовал себя неуверенно, особенно когда видел недовольные лица клиентов. Со временем он привык в такие моменты отходить подальше и варить кофе, оставляя Кёнхана принимать заказы.

— Слушай, а может, нам с тобой махнуть в игорный дом и немного деньжат поднять? Ты будешь следить за картами, я — играть. Как тебе идея?

— Ни за что!

— Да ладно тебе! Говорят же, что нужно пользоваться тем, что умеешь. Мы бы там всех обыграли!

Хонджу знал, что от азартных игр так же сложно отказаться, как бросить курить. Ярким примером тому был Гу Пин. И хотя Гадюка не ставил перед собой цель выиграть много денег, он всё же провёл за карточным столом немало времени, поэтому Хонджу всерьёз опасался за него.

— Кого обыграли? Не говори глупостей! Не хочу жить как управляющий Ян!

При этих словах Гадюка бросил на него быстрый взгляд. Он едва сдерживал смех, глядя на то, как Хонджу серьёзно хмурит брови.

«Я хотел помочь ему отомстить и оставить его в покое. Но теперь мне неспокойно, что его снова где-нибудь используют. Придется держать его рядом с собой,» — всплыли в памяти слова Мугёна.

«Вот почему Мугён просил приглядывать за ним! — внезапно понял Хонджу. — Кажется, он боится, что Хонджу снова попадёт в передрягу».

Теперь он понимал, что за суровым выражением лица и холодностью скрывается доброе и ранимое сердце.

Гадюка, желая подыграть, сделал вид, что обиделся.

— Почему ты всегда вспоминаешь управляющего Яна, когда речь заходит о Гу Пине?

— Потому что управляющего Яна ты ненавидишь больше, — усмехнулся он.

— А вообще, если присмотреться, ты очень похож на Сон Мугёна по характеру.

Хонджу ничего не ответил и отвернулся.

Он не знал, что случилось с Гу Пином и управляющим Яном после той игры в карты в подвале. Он слышал лишь, что Мугён планировал забрать у них деньги и отправить их за решётку. Ни Мугён, ни Гадюка не рассказывали, что произошло потом.

Срок, указанный в долговой расписке, которую Гу Пин оставил под залог игорного дома, уже истёк. Долг он вернуть не смог, поэтому игорный дом, скорее всего, перешёл к Мугёну. А от Мугёна — к компании.

«Наверное, Гу Пину и управляющему Яну теперь некуда податься», — подумал Хонджу, но не стал спрашивать, как всё обернулось на самом деле.

— Что за?.. — ошарашенно протянул Гадюка, останавливая машину у дома Хонджу.  — Вот же чёрт… — Он выругался и быстро припарковался.

Хонджу непонимающе посмотрел на него, расстегнул ремень и уже хотел спросить, что случилось, как вдруг распахнулась дверца со стороны пассажирского сиденья.

— Водитель, спасибо за работу, — раздался низкий голос, и чья-то рука в перчатке бесцеремонно схватила Хонджу за руку.

— …?

— Хочешь пообедать с нами, как третий лишний? Можешь остаться, если тебе так нравится страдать от несварения.

Щелчок расстегнутого ремня безопасности потонул в звуке хлопнувшей двери.

Несмотря на то, что Мугён так рьяно пытался выставить Гадюку, обедать им пришлось вместе. Хотя, конечно же, друг другу они были не особо рады.

Гадюка ушёл сразу после обеда, сославшись на дела, а Хонджу отправился на работу в кафе.

А Мугён…

— Владелец? Что привело вас сюда в столь поздний час? —

Мугён последовал за Хонджу в кафе. Менеджер округлил глаза и вышел из-за стойки.

— Вы пришли вместе? — спросил он, косясь на Хонджу.

— Мы встретились у входа. У меня тут неподалёку дела, вот и решил заглянуть, — как ни в чём не бывало соврал Мугён. Он был мастером врать с невозмутимым лицом.

— Ах, как жарко сегодня, да? Может, принести вам чего-нибудь холодненького? — предложил менеджер.

Хонджу кивнул ему и прошёл в подсобку. Он оставил вещи, надел фартук и вышел в зал как раз в тот момент, когда в кафе хлынул поток посетителей. Хонджу было не до Мугёна — он без устали варил кофе и мыл посуду.

— И что это он к нам зачастил в последнее время? Как будто следит за кем-то, — проворчал менеджер.

Хонджу промолчал. «Он не стал бы следить за кем-то так открыто», — подумал он.

— Да, что-то он слишком часто появляется, — лениво согласился Кёнхан.

— Мне кажется, он ещё и камеры видеонаблюдения просматривает со своего телефона.

Менеджер начал перечислять причины, по которым Мугён не должен так делать: выручка в норме, жалоб от клиентов нет, никаких проблем…

Хонджу тихонько кашлянул и сделал пару шагов назад. Голос менеджера стал тише. В такие моменты он был даже рад, что не слышит всё чётко.

— Крема мало, я сделаю новый.

— Угу…

Хонджу поспешил к холодильнику, оставив менеджера ворчать на Кёнхана. Он то и дело оглядывался и каждый раз встречался взглядом с Мугёном. Тот смотрел на него с тем же выражением, что и тогда, в дальней комнате временного игорного дома.

«Интересно, о чём он сейчас думает?» — Хонджу было неловко оттого, что из-за него Мугёну приходится выслушивать жалобы менеджера.

Наконец менеджер отвлёкся на телефонный звонок и вышел из-за стойки. Хонджу, закончив с кремом и посудой, приготовил чашку кофе и поставил её перед Мугёном.

— Кажется, я этого не заказывал, — заметил тот.

— Я уберу, когда допьёте.

— Вторая чашка кофе, и ты всю ночь не сомкнёшь глаз? – произнёс Мугён с непроницаемым лицом.

— Поэтому я и сделал вам кофе без кофеина, — ответил Хонджу, убирая со стола пустую чашку.

— Какой ты предусмотрительный, — улыбнулся Мугён и взял чашку. На левой руке по-прежнему красовалась перчатка.

— Вам не жарко в перчатке?

— Лучше уж так, чем поцарапать кольцо.

Он вёл себя так же и во время ужина: снимал перчатку только для того, чтобы взять еду. Хонджу не понимал, из-за чего весь сыр-бор. Уж он-то носил кольцо в десятки раз дороже, и ничего — и посуду мыл, и прибирался.

— Да снимите вы её! Если поцарапается, я куплю вам новое.

— Правда? А ты купишь мне точно такое же? — c усмешкой спросил Мугён и легонько пнул его носком туфли по ноге.

Хонджу уже начал привыкать к этим странным играм.

— … Ладно, — ответил Хонджу и обернулся. Менеджера всё ещё не было, а Кёнхан уткнулся в телефон. Хонджу потянул на себя перчатку Мугёна.

На тыльной стороне ладони проступили синие вены, костяшки пальцев были чётко очерчены. На пальце блестело кольцо.

— Куплю такое же, — повторил Хонджу, сунул перчатку в карман фартука и отвернулся.

Он поспешил к стойке, услышав за спиной тихий смешок.

Мугён просидел в кафе ещё довольно долго, как будто ему больше нечем было заняться. Совсем как и тогда, в игорном доме, где он коротал время до рассвета.

Он хмурился, разговаривая по телефону, склонял голову, читая сообщения. Сквозь ткань облегающей рубашки были видны мышцы, играющие при каждом движении.

— Пойду, пожалуй, позанимаюсь спортом, — неожиданно заявил Кёнхан, демонстрируя Хонджу свой дряблый бицепс.

— Не утруждай себя, — фыркнул Хонджу.

— Обижаешь! Я в начальной школе бегом занимался! — Кёнхан выпятил грудь колесом и постучал по ней кулаком.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул Хонджу.

— Не веришь? Да ты сам пощупай! — Кёнхан схватил Хонджу за запястье.

В этот момент Хонджу заметил, что стул пуст.

«Куда он делся?» — Хонджу огляделся в поисках Мугёна и тут же наткнулся на его пристальный взгляд. Мугён, облокотившись о стойку, смотрел на него, и в его глазах горел недобрый огонёк.

— Я вам не мешаю?

— Н-нет, что вы! — Кёнхан от неожиданности подпрыгнул на месте и выпрямился.

Но Мугёну не было до него дела. Он не сводил глаз с Хонджу.

— Владелец, вам что-то нужно? — пролепетал Кёнхан, смущённый тем, что его застукали за праздным времяпрепровождением.

— Мне нужен ваш друг.

— Х-хён? — Кёнхан растерянно переводил взгляд с Хонджу на Мугёна и обратно.

В этот момент вернулся менеджер. Увидев у стойки владельца и сотрудников, он поспешил к ним.

— Что-то случилось?

— Мне нужен этот работник. Могу я сегодня забрать вашего друга?

— А… а чем он будет заниматься?..

Менеджеру явно не хотелось отпускать Хонджу, ведь тогда ему самому пришлось бы его подменять.

— Мне очень понравился кофе, который он приготовил. Хочу угостить им своих гостей.

Мугён провернул тот же трюк, что и в прошлый раз, когда забирал Хонджу из игорного дома. Менеджер не мог скрыть растерянности, услышав эту нелепую отговорку.

— Может, мне объяснить подробнее?

— Н-нет, не нужно! — Менеджер пихнул Хонджу локтем в бок и отправил в подсобку.

Хонджу забрал перчатку из кармана фартука и вышел в зал. Менеджер закатал рукава.

— Хонджу, можешь сегодня не возвращаться на работу. Владелец ждёт тебя на улице, — сказал он.

— Хорошо. Тогда я пойду.

Хонджу кивнул на прощание, крепко сжал лямку сумки и вышел из кафе. Жара на улице обрушилась на него, как только он открыл дверь.

В отличие от Хонджу, который тут же нахмурился от жары, Мугён, казалось, совсем её не замечал. Он шёл впереди, засунув руки в карманы.

— Пошли.

Хонджу покорно последовал за ним.

— Куда мы едем? — спросил он, когда они отошли от кафе.

— Узнаешь, — уклончиво ответил Мугён.

Хонджу не стал больше ничего спрашивать. Куда бы они ни направлялись, рядом с Мугёном он чувствовал себя в безопасности.

— Неплохо быть директором, да, Ку Хонджу? Можно позволить себе и уйти пораньше…

В салоне машины, в отличие от улицы, было прохладно.

— Это только сегодня. Раньше я должен был денег. А теперь у меня зарплата, — перебил его Хонджу.

— И что с того? Кто тебя просил лапать чужого мужика?! — возмутился Мугён.

— Да не лапал я его! — попытался оправдаться Хонджу.

— Я сам видел!

— Вам показалось. Я его не трогал.

Они препирались, как малые дети. Хонджу был очень задет: он и правда не трогал Кёнхана, даже кулаки сжал, чтобы случайно к нему не прикоснуться.

Внезапно Мугён протянул руку. Хонджу зажмурился, но тут же открыл глаза и опустил взгляд. Мугён поправил ему растрепавшиеся волосы и убрал руку.

— Не нужно так со мной разговаривать. Оставь этот тон для спальни.

«Сам меня доводит!» — хотел было ответить Хонджу, но сдержался.

Солнце пекло нещадно, поэтому они решили вернуться домой. Впрочем, и дома им было нечем заняться. Становилось всё очевиднее, что Мугён просто хотел увести Хонджу подальше от Кёнхана.

Хонджу налил себе воды, и в этот момент сзади послышались шаги. Он посмотрел вниз и увидел, что к нему приближаются шлепынцы Мугёна. Мугён стал специально предупреждать звуком о своём приближении после того, как несколько раз напугал Хонджу, бесшумно подкравшись сзади.

— Так когда же ты, наконец, потрогаешь мою грудь? — спросил Мугён, обнимая Хонджу сзади.

Он взял его левую руку в свою, переплетя их пальцы, и поцеловал кольцо на безымянном пальце. Горячие губы коснулись кожи Хонджу. Потом Мугён, как обычно, наклонился и прижался губами к его левому уху.

Хонджу не слышал слов, только движение воздуха из чужих лёгких.

Раньше он не видел особой необходимости носить слуховой аппарат, но выходки Мугёна заставили его передумать.

— Я не слышу, — сказал Хонджу.

Мугён выпрямился и сделал шаг назад.

— Знаю.

«Знает, и всё равно продолжает шептать мне что-то на ухо или бормотать себе под нос, уткнувшись мне в плечо», — подумал Хонджу.

Что же так хотел донести до него Мугён, существуя в половине его беззвучного мира? Ему же  интересно.

Ужинать решили не выходя из дома — заказали готовую еду. Мугён не особо любил готовить, да и Хонджу кроме рамёна толком ничего не умел.

— Скажешь им, что тебя сегодня не было, потому что ты готовил кофе на каком-нибудь семинаре, — сказал Мугён.

Хонджу кивнул, и его вдруг кольнуло странное чувство.

«Кажется, это уже было однажды…»

У Мугёна, похоже, тоже возникло дежавю.

— Вы говорите точь-в-точь как тогда, в игорном доме, — заметил Хонджу.

— На самом деле, я думал об этом с того момента, как увидел вас в кафе.

Хонджу больше не задыхался при упоминании об игорном доме. Возможно, потому, что от него не осталось и следа, и Хонджу точно знал, что не вернётся туда. Воспоминания об этом месте тускнели. И всё, что от них осталось – два лица, которые он никак не мог забыть.

Хонджу немного помедлил и осторожно спросил то, что давно хотел узнать, но не решался. Ни Мугён, ни Гадюка сами ничего не рассказывали о них.

— А что случилось… с Гу Пином и управляющим Яном?

Пальцы Мугёна, легонько похлопывавшие Хонджу по бедру, замерли. Он посмотрел на него со странным выражением лица.

— …

До сих пор Хонджу не поднимал эту тему, но сейчас ему очень хотелось узнать, что с ними.

— … Я не должен был спрашивать, да? — смущённо пробормотал он, увидев реакцию Мугёна.

— Ты же и так всё знаешь…

— Вы же в прошлый раз говорили…

— С этими ублюдками по-другому нельзя. Я сделал с ними то же, что и они с тобой…

«Я отрезал яйца этой похотливой скотине, Мадам Гу, который хотел тебя, и сделал его глухим на левое ухо – как он сделал с тобой. Вырвал ногти управляющему Яну, который вписал твоё имя в долговую расписку, и выбил ему зубы, которыми он улыбался, глядя на твои страдания. Я вернул им всё сполна. Не чувствуя ни капли сожаления. Око за око.»

Но стоило ли об этом рассказывать Хонджу? Мугён всегда терялся, когда дело касалось его.

— Что?.. Но как? Разве их не посадили в тюрьму?

Мугён, вопреки обыкновению, не ответил. Он молча смотрел на Хонджу, и его взгляд был нечитаем.

Неожиданно он схватил его за левую руку, на которой было кольцо.

— Я отправил их куда подальше. Туда, где они больше никогда не появятся перед тобой, — ответил Мугён.

— Куда… куда дальше? — Хонджу всё больше и больше удивлялся, не понимая туманных намёков Мугёна.

Мугён сжал его руку так сильно, что кости заныли под напором кольца. Но Хонджу не издал ни звука.

— Куда ещё отправляются плохие люди, кроме ада?

Глаза Хонджу широко распахнулись.

Мугён взял его руку и, переплетя их пальцы, сжал её в своей руке до боли.

— …Они что… мертвы? — прошептал Хонджу.

Мугён посмотрел на их руки и ответил, прекрасно понимая, что больше не сможет уходить от этого разговора.

— Да, мертвы, — ответил он.

— Ах…

Это случилось уже несколько месяцев назад.

— И Мадам Гу, и управляющий Ян, — добавил Мугён.

Минхо и Чехи считали, что это слишком жестокое наказание за их проступки. Они бы предпочли отправить их за решётку и спокойно забрать себе все деньги.

Но Мугён был непреклонен. Вспоминая, как эти ублюдки обращались с маленьким Ку Хонджу, он понимал, что готов был пойти на всё, чтобы отомстить за него.

— Так они… умерли? Или их… убили?

Мугён прожил достаточно грешную жизнь, поэтому его не мучили угрызения совести или страх. Единственное, что его волновало, так это реакция Ку Хонджу.

— А разве это имеет значение?

— …

«Наверное, поэтому он и не хотел мне ничего рассказывать», — подумал Хонджу и слегка сжал его руку.

— Что ты сделаешь, если это окажется правдой? Разорвёшь наш договор?

Он боялся только одного: что Хонджу захочет всё вернуть, разорвать их связь, отречься от обещания всегда быть рядом, от слов о том, что наденет ему такое же кольцо… от желания стать для него особенным.

— Может, я и не добил их собственными руками, но это я их убил, — сказал Мугён.

— …

— Я приказал выпотрошить их органы, и выбросить, — добавил он.

Хонджу передёрнуло. Они умерли так же, как его отец.

Губы шевелились, не издавая звука.

Мугён почувствовал, как к горлу подступает комок. Неужели Хонджу молчит, потому что не может дать ему желаемого ответа?

— Ну, и как тебе? Передумал? — спросил Мугён.

— …

Хонджу молчал.

— Боишься меня теперь, как какого-то бандита? — Мугён задыхался от волнения, его голос стал хриплым. — Все мы для тебя на одно лицо, да?..

По лицу Хонджу было видно, что он растерян.

— Даже если и так… с этим уже ничего не поделаешь, — сказал Мугён, облизнув губы. Он не хотел лгать Хонджу, хотя и понимал, что правда может его напугать. — Я не жалею, что убил их.

Он впервые в жизни пожертвовал деньгами ради мести и ни капли не жалел об этом. И хотя он не смог сдержать обещание, данного самому себе, не марать больше руки в крови, это его ничуть не волновало.

Мугёна охватил гнев. Он жалел лишь о том, что не разделался с ними раньше. Благодаря его решению Ку Хонджу обрёл свободу и навсегда избавился от оков прошлого.

— Нет, дело не в этом… — возразил Хонджу.

Мугён сглотнул, наблюдая за его губами.

— Я просто… переживал, что у вас из-за этого будут неприятности. Ведь и ваша компания замешана, — продолжил Хонджу.

Ни для кого не секрет, что ростовщики не остановятся ни перед чем, выбивая долги. Это вполне закономерная развязка для таких, как Гу Пин и управляющий Ян, поэтому ни у кого и подозрений не возникнет.

— И ещё… Помните ту долговую расписку, что мы подписали? Мы же договорились больше не рисковать. Вы поставили подпись… помните? — продолжил Хонджу.

В голосе Хонджу не было ни капли страха, только беспокойство. И тогда, и сейчас, Ку Хонджу волновали не деньги или что-то такое, а сам Сон Мугён.

— …

У него просто закралась мысль, что раз он удостоился такого особого отношения, то должен стать кем-то особенным.

— Что если… что если с вами что-то случится из-за меня?.. — Хонджу никак не мог успокоиться.

Мугён с облегчением выдохнул. Он и не заметил, как разжал пальцы, до этого сжимавшие чужую руку до онемения.

— …

Опустив взгляд, он стал водить пальцем по руке Хонджу. На нежной коже остался красный след. Мугён поклялся себе защищать его и никогда не причинять ему боли, как это делал Ку Хонджу… И что в итоге? Он снова сделал ему больно.

— От этих ублюдков всё равно нужно было избавляться, — сказал он. — Я просто выбрал самый надёжный, — ответил Мугён, разглаживая нахмуренные брови. — Я сделал это не ради тебя, а потому что сам так решил. Так что можешь не винить себя и не переживать об этом.

Ему было достаточно того, что Хонджу его не боялся. Он подавил в себе приступ паники, смешанный с облегчением, и сделал глубокий вдох.

— Когда… когда вы это сделали? — спросил Хонджу.

— Весной. Ещё до того, как мы подписали расписку, — ответил Мугён. — Так что я сдержал своё обещание. Я всё помню… то, что было написано в той расписке…

Корабль, на котором их увезли, уже десятки раз сходил в море и вернулся обратно. За это время Хонджу открылся ему, и их отношения, наконец, можно было назвать любовью.

— Я не хотел тебя обманывать, — сказал Мугён. — Я просто решил дождаться, пока ты сам меня об этом спросишь.

— …

— Не хотел тебя ранить, ведь ты ещё не был к этому готов.

Хонджу молча выдохнул. Он долго смотрел на свою руку, а потом поднял глаза. Их взгляды встретились.

— Я так не думаю, — сказал Хонджу. — Директор меня не обманывал. Вы сделали всё, как и обещали.

— …

— Вы обещали вытащить меня из этого игорного дома, — продолжил он. — И вы это сделали.

Ку Хонджу был никем, жалкой пешкой в чужих руках… пока не вытащил лучшую комбинацию карт: тройки и восьмёрки. Карты, которые означали Сон Мугёна. Неважно, какой ужасный бизнес он ведёт, какие страшные дела творит, скрываясь за красивой визиткой. Для Хонджу это ничего не меняло.

Он решил поставить всё на эти карты.

— Лучше бы я не спрашивал, — сказал Хонджу. — Неважно, что с ними стало. Они больше не имеют значения.

— …

— Простите, что зря вас расстроил, — сказал Хонджу, накрывая своей ладонью дрожащую руку Мугёна.

Дрожь утихла, сменившись облегчением.

— И вообще…Директор не такой, как они, — произнес Хонджу. —  Вы совсем другой…

Уголки губ Мугёна дрогнули в лёгкой улыбке. Хонджу провёл пальцем по его мизинцу, на котором неуклюже сидело кольцо.

— … Ты даже не представляешь, как приятно это слышать, — ответил Мугён.

Боль, которая мучила их обоих, словно растворилась в воздухе. Исчезли и красные следы на тыльной стороне ладони, и раны на губах. Остались только они.

Глава 43

Хонджу не подал виду, но, похоже, эти неожиданные новости его сильно задели. Той ночью ему снился кошмар.

Грубые руки хватали его за волосы, таща в чулан. Он плакал, умолял, цеплялся за мучителя, но получал лишь удары ногами и пощёчины. Ку Хонджу сжался в клубок. Избиения преследовали его с самого детства, и он уже не помнил, сколько ему было лет в этом воспоминании

— Я… я не хотел! Про… — он всхлипывал, умоляя прекратить. — Простите… Простите меня… Не надо…

Его мольбы тонули в шуме побоев. Он уже привык к боли, но всё равно было невыносимо. Ку Хонджу свернулся калачиком, умоляя о пощаде.

— Ах ты ж мелкая тварь неблагодарная! — раздался над ним грубый голос. — Кормлю тебя, пою, а ты решил меня кинуть?

На его босых ногах была кровь и грязь. Старые, стоптанные шлёпанцы были ему велики. Одна из них порвалась, а вторая и вовсе куда-то запропастилась.

— Ах ты, дрянь! Убей меня, давай! Убей!

— Я… я не… — Внезапно память вернулась к нему.

Это случилось в тот день, когда он схватил ножницы и попытался убить Гу Пина. Он хотел вонзить их в грудь спящего мужчины, но тот, к сожалению, во сне повернулся на другой бок. Получив лишь царапину на руке, он потом всю ночь избивал Хонджу.

— Кха…

Хонджу согнулся пополам, хватая ртом воздух. Всё тело пронзила острая боль.

— Ты такой же подонок, как твой отец! — прорычал Гу Пин.

— Угх…

Если бы тогда он вонзил ножницы в грудь этого человека… Может, тогда его жизнь сложилась бы иначе? Или же он бы до конца своих дней мучился чувством вины?

— Ку Хонджу…

Хонджу услышал тихий голос. В те времена он ещё хорошо слышал обоими ушами, но сейчас голос доносился только с одной стороны.

— Хонджу…

Он почувствовал на себе чьё-то тепло. Руки, плечи, шея, щёки… Боль отступала от прикосновений.

— Проснись, это всего лишь сон, — сказал Мугён, нежно поглаживая его по щеке.

Хонджу моргнул. По щекам текли слёзы, склеивая ресницы.

— Тебя кто-то обижает?

Зрение постепенно прояснилось. Свежий воздух, мягкие простыни, приглушенный свет… и дождь, стучащий по стеклу…и Мугён, который смотрел на него с нескрываемым беспокойством.

— Тебя всё ещё кто-то мучает? — спросил он, нежно поглаживая Хонджу по щеке.

Сердце Хонджу бешено колотилось, заглушая его слова. В глазах всё ещё было темно, он не мог разглядеть выражение лица Мугёна. Хонджу вцепился в его одежду и сел.

— Директор… — прошептал он.

Мугён крепко обнял его хрупкое, дрожащее тело. Осторожно погладил по спине, пытаясь успокоить прерывистое дыхание.

— Уже… всё хорошо, — пробормотал Хонджу, стараясь казаться спокойным, как обычно.

Он пытался говорить как ни в чём не бывало, но Мугён продолжал гладить его по спине, словно чувствовал, что Хонджу врёт.

— …

Хонджу посмотрел на свои руки и закусил губу.

— Я… Я пытался убить Гу Пина. Кинулся на него, но он схватил меня… Избивал, хотя я кричал от боли…

Он закрыл лицо руками, пытаясь стереть слёзы, и продолжил запинающимся голосом:

— Он показался мне… похожим на отца. Бросил меня, а потом заявился как ни в чём не бывало в игорный до … напился и отключился…

— …

— Я… хотел убить своего отца, — чёрные глаза Хонджу задрожали.

Признание вырвалось из него, словно он исповедовался в страшном грехе.

— Мне было жаль… что не сделал этого… Было страшно… но ещё больнее…

— Но ты его не убил. Ни Гу Пина, ни своего отца, — сказал Мугён. —Виноват тот, кто бросает, кто обманывает. Почему ты боишься, будто сделал что-то не так, если тебя бросили и обманули?

При мысли об отце Хонджу всегда захлёстывали противоречивые чувства — тоска, гнев… Иногда он уже не мог отличить одно от другого.

— Я такой плохой… — прошептал Хонджу. — Я скучал по нему… но в то же время хотел его смерти…

— Значит, мы оба плохие? — усмехнулся Мугён. — Отлично. Так даже веселее.

Дыхание Хонджу постепенно успокоилось.

— Я буду ещё хуже, чем ты, — пообещал Мугён. — Чтобы ты никогда не думал, что хуже всех на свете.

Хонджу прижался к нему и обнял за плечи. Он гладил его по руке — сильной, мускулистой…

— Я больше не хочу видеть эти сны… — прошептал Хонджу, нащупав пальцами холодное кольцо на мизинце Мугёна.

Вместо ответа Мугён прижал его к себе ещё крепче. Сердце Хонджу забилось чаще, но на этот раз он чувствовал не страх, а спокойствие.

— Да чёрт с этим старым хрычом Гу Пином! Что за чушь, до сих пор в снах Ку Хонджу является. Что он всё никак не успокоится?!

Дождь, начавшийся ещё на рассвете, не стихал до самого обеда. Хонджу чувствовал себя разбитым : сказывались и кошмар, и мерзкая погода. Мугён предлагал ему остаться дома, но Хонджу всё равно отправился в кафе.

— Хонджу, что ты делал вчера с директором Мугёном? — спросил менеджер. — Хотел тебе позвонить вечером, но потом передумал.

— Я… делал кофе для его семинара, — ответил Хонджу, дословно повторяя слова Мугёна.

Менеджер допытывался до подробностей, но Хонджу лишь качал головой, повторяя: «Я не знаю, не спрашивайте».

— А что с тобой случилось? Выглядишь неважно…

— Просто немного нездоровится.

— Мм… Таблетки выпил?

— Да, — безразлично ответил Хонджу и, сказав, что пойдёт за зёрнами, удалился в подсобку.

Похоже, начинался сезон дождей. К полудню ливень усилился. Менеджер, то и дело поглядывая на вход, понял, что Мугёна в ближайшее время ждать не стоит, и стал постепенно переходить в своё обычное расслабленное состояние. Сказал, что отойдёт на пару минут, и вот уже полчаса как сквозь землю провалился.

— Хён, ты знаешь какие-нибудь хорошие рестораны поблизости?

— Рестораны? — переспросил Хонджу.

— Ага. Тихие и уютные.

Хонджу задумался, вспоминая места, где он часто бывал с Мугёном.

— Неподалёку есть ресторан «Вечерняя беседа», — ответил он.

— А, корейская кухня? Я видел его в блогах. Там вкусно? — спросил Кёнхан, листая что-то в телефоне.

— Да, мне нравится.

— О, ты туда с девушкой ходил?

— Ну…, — пробормотал Хонджу, вертя кольцо на пальце.

Директор Мугён, конечно, не девушка, но… в каком-то смысле у них были такие отношения.

— Погоди-ка… Да тут цены… Конские просто! И бронировать нужно заранее. Вот этот парень писал, что за две недели заказывал…

— Да что ты говоришь… — протянул Хонджу.

— А ты заранее бронировал?

Хонджу понятия не имел, сколько стоит ужин в этом ресторане и как его бронировать. Обычно Мугён всем занимался сам, а Хонджу мог позволить себе достать кошелёк только в день зарплаты.

— Не знаю, я ничего не бронировал, — ответил Хонджу, пожимая плечами.

Кёнхан прищурился.

— Слушай, а ты случайно не из богатой семьи? — спросил он. — Ну, знаешь, живёшь себе припеваючи, а потом решил пожить как простой смертный…

— Что ты такое несёшь! Конечно, нет! — воскликнул Хонджу.

«Из богатой семьи», — подумал он. — Если бы ты знал, как я жил на самом деле…»

— А мне показалось… Судя по твоей одежде… — протянул Кёнхан, откладывая телефон. — Твои родители случайно не владеют недвижимостью? Или они топ-менеджеры в какой-нибудь крупной компании? А может, они подарили тебе кафе площадью сто квадратных метров, и ты сейчас просто проходишь практику?

Хонджу молча открывал и закрывал рот, не зная, что сказать. Он и представить себе не мог такой жизни.

— Попал, да? — рассмеялся Кёнхан. — А я что-то такое и подозревал!

Хонджу лихорадочно соображал, что ему делать. Рассказать правду? Но тогда он испортит всем настроение…

«Моя мать настрадалась из-за отца-игромана, а потом просто сбежала, — подумал Хонджу. — Отец же до конца своих дней был по уши в долгах. Продал почку, чтобы расплатиться, но всё равно умер… А я попрошайничал, скитался по улицам… даже школу не смог закончить… Меня избивали, если я не приносил достаточно денег…»

— У меня было трудное детство, — сказал Хонджу, не желая вдаваться в подробности.

— Да ладно, рассказывай сказки! Ты же получаешь карманные деньги, по миллиону в месяц, не меньше?

— Карманные деньги всего сто тысяч вон.

Хонджу не на что было тратить деньги, которые он зарабатывал. Да, он настоял на том, чтобы платить за свой мобильный… но это были мелочи. Мугён покупал ему всё необходимое: одежду, еду… А Хонджу тратил свою зарплату только на подарки для Мугёна и еду, когда они ходили куда-нибудь вместе.

— Сто тысяч вон?! — Кёнхан был ошарашен. — Ты с ума сошёл? Да даже школьники сейчас больше тратят! Что ты делаешь на свиданиях, если у тебя совсем нет денег?!

— За меня… платят…

С каждым словом Хонджу Кёнхан удивлялся всё больше.

— Твоя девушка старше тебя, да? — спросил он.

— Как ты догадался?

— Да всё ясно. Повезло тебе, — вздохнул Кёнхан. — А у меня с девушкой ровесники, приходится делить пополам. Думаю, не устроиться ли мне на вторую работу…

Кёнхан принялся жаловаться на оплату учёбы, дорогую жизнь и постоянную нехватку денег.

«Вот как живут мои ровесники», — подумал Хонджу. Он никогда не сталкивался с такими проблемами, но всё же внимательно слушал.

— Кстати, если откроешь кафе на сто квадратов, возьми меня на работу, — сказал Кёнхан.

— Не говори глупостей.

— Эх…

В этот момент дверь кафе открылась, и их разговор прервался. Хонджу проводил взглядом вошедшего посетителя, который ставил мокрый зонт в подставку, и его вдруг осенило… Хонджу ведь даже не промок. Раньше, когда Хонджу приходилось собирать деньги на улице, он мок под дождём и мёрз под снегом…

«Мугён стал частью моей жизни так быстро…» — подумал Хонджу.

Раньше внимание и забота пугали его, а теперь казались чем-то само собой разумеющимся.

Дождавшись, пока Кёнхан уйдёт в зал, Хонджу достал телефон.

[Давайте сегодня я вас угощу], — написал он Мугёну.

Ответ пришёл меньше чем через пять минут.

[У тебя сегодня не день зарплаты].

[Знаю. Но я очень хочу].

[Ладно, как хочешь].

Хонджу убрал телефон и задумался. Он не сможет устроить ужин сегодня, но нужно будет выбрать время и изучить меню близлежащих ресторанов, как это сделал Кёнхан.

Хонджу принялся наблюдать за Кёнханом. Тот то и дело переписывался с девушкой, а во время пятиминутных перерывов созванивался с ней.

«А я могу только писать ему сообщения, — с грустью подумал Хонджу. — Хотя мы и так почти всё время проводим вместе… Стоит ли названивать ему во время работы? Вдруг он решит, что я ему надоел? Как понять, что нормально, а что перебор?..»

— Да, я тоже люблю тебя, — прошептал Кёнхан в трубку и послал воздушный поцелуй.

Хонджу тут же отвёл взгляд.

— Чувствуешь, как это слащаво? — рассмеялся Кёнхан.

— Немного, — кивнул Хонджу.

— А ты так делаешь? Я ни разу не видел, чтобы ты говорил с ней по телефону.

— Не особо… — пробормотал Хонджу.

— Может, дело в том, что она старше? — предположил Кёнхан. — Наверное, поэтому ваши отношения такие… взрослые.

«Взрослые?» — Хонджу не знал, что и думать. Он смущённо улыбнулся и, чтобы не отвечать на вопросы, отошёл к стойке.

Дождь и не думал утихать. К вечеру он лил так сильно, что сквозь него было почти ничего не видно.

[Там такой ливень, — написал Хонджу. — Я закажу такси и приеду с едой].

Обычно Мугён отвечал сразу же, но на этот раз он молчал уже больше часа.

— Блин, кто-то оставил окно открытым, — простонал Кёнхан. — Тут всё залило! Зачем открывать окна, если работает кондиционер?

Кёнхан принялся обходить зал, проверяя, всё ли в порядке. Несмотря на то что в кафе было два входа и Кёнхан то и дело протирал пол, там было довольно грязно.

«Кажется, сегодня мы задержимся», — подумал Хонджу, посмотрел на часы и встал.

— Давай уберёмся перед уходом, — предложил он.

— Ага, — согласился Кёнхан. — Всё равно автобусы из-за дождя не ходят по расписанию.

Они пошли в подсобку за тряпками. В этот момент у Хонджу завибрировал телефон.

[На подземной парковке], — написал Мугён.

«Наконец-то», — подумал Хонджу и хотел было написать, что будет через десять минут, но тут его отвлёк Кёнхан.

— Конечно, милая, отдохну, выпью пивка, — сказал он в трубку. — А ты как?

«Милая?» — Хонджу замер и посмотрел на Кёнхана.

— Ага… Заходи… Я тоже тебя люблю… — прошептал Кёнхан и отключился.

Он снова это сделал…

Хонджу поспешно отвернулся, чтобы не встречаться с ним взглядом, и принялся копаться в тряпках.

— Я пока тут окна протру, — сказал он.

— Хорошо, — кивнул Кёнхан и вышел в зал.

Хонджу отложил тряпку и снова взял телефон. На экране мигало незаконченное сообщение:

[Мы тут убираем, так что я минут на десять…]

«А ты как, милая? Я тоже тебя люблю, чмок».

«Может, я и правда холоден с ним?» — подумал Хонджу. — Но делать всё то же, что и Кёнхан…»

Он почесал затылок, встал и выглянул из подсобки. Убедившись, что Кёнхан его не видит, Хонджу поднёс телефон к уху.

— Ты закончил? — раздался в трубке голос Мугёна.

— Нет ещё, — ответил Хонджу. — Тут дождь через окно заливает, мы всё убираем. Думаю, минут через десять выйду.

— Ты не обязан этим заниматься.

— Обязан.

— Странно. Начальник говорит, что можно не убирать, а работник настаивает на своём, — усмехнулся Мугён.

— Ладно, я скоро спущусь, — пробормотал Хонджу.

— Хорошо, жду тебя на парковке, — сказал Мугён.

— Угу, — ответил Хонджу.

Разговор был окончен. Оставалось только попрощаться, но…

Хонджу замешкался. Он вспомнил, как непринуждённо Кёнхан говорил со своей девушкой, ни капли не смущаясь.

— Ку Хонджу? — Мугён, кажется, удивился его молчанию.

— Я…

— Что такое? Мне подняться?

— Нет-нет, не нужно… — пробормотал Хонджу.

Он никак не мог заставить себя произнести эти слова. Никто не заставлял его, не уговаривал, но Хонджу всё равно колебался.

— Увидимся! — наконец выпалил он.

Хонджу бросил трубку и почувствовал, как краснеет.

«До чего же трудно просто попрощаться!» — подумал он. — Как люди вообще могут вести себя так… так… нежно?..»

— Уф, как же это сложно…

В кафе было прохладно, но Хонджу чувствовал себя так, словно простоял несколько часов на солнцепёке.

Он поспешно закончил уборку и спустился на парковку.

— Бип-бип! — раздался сигнал клаксона.

«Чёрт, я совсем забыл про напитки», — спохватился Хонджу.

Только сев в машину, он осознал, что пришёл с пустыми руками. Хонджу хотел каждый день покупать Мугёну что-нибудь вкусное, потому что ему казалось, что одного подарка в месяц недостаточно…

Он опустил глаза на свои пустые руки. В этот момент сверху легла ладонь Мугёна.

— Ничего страшного, не переживай, — сказал Мугён. — Ты так и не сказал, что хотел.

Его большой палец нежно поглаживал тыльную сторону ладони Хонджу. Обычно Мугён не настаивал, но на этот раз…

— Да так, ерунда, — пробормотал Хонджу.

— Не обманывай меня, Ку Хонджу, — усмехнулся Мугён. — Я узнаю, что с тобой, даже если ты просто вздохнёшь.

— Правда, всё в порядке, — повторил Хонджу, упорно глядя перед собой.

— Хонджу-я… — промурлыкал Мугён.

Хонджу задрожал. Он закусил губу. Мугён прекрасно знал, что стоит ему произнести имя Хонджу таким тоном — нежно, ласково, — как тот сразу растает.

— Хонджу-я, так что ты хотел сказать? — повторил Мугён.

Хонджу молчал.

— Советую тебе ответить, пока я добрый, — сказал Мугён.

Его голос по-прежнему оставался мягким, но Хонджу почувствовал, что дело принимает серьёзный оборот.

— Не надо притворяться, — буркнул он.

— По крайней мере, я стараюсь, — рассмеялся Мугён. — Ты явно что-то скрываешь.

Он не собирался заводить машину, пока не получит ответ. Мугён откинулся на спинку сиденья и устремил взгляд на Хонджу.

— Менеджер опять приставал? Или какой-то странный посетитель приходил? Может, мне завтра с тобой на работу пойти?

Несколько дней назад Мугён услышал про странного посетителя от менеджера и весь день провёл в кафе, наблюдая за Хонджу.

— Нет-нет, всё нормально, — поспешно ответил Хонджу.

Мугён выглядел уставшим, и Хонджу не хотел его лишний раз беспокоить. Но…

— Кёнхан… — начал он.

— А кто такой Кёнхан? — переспросил Мугён.

Хонджу закатил глаза. Он сто раз рассказывал про Кёнхана. Мугён даже здоровался с ним. Не мог же он забыть имя своего сотрудника. Скорее всего, притворялся.

— Ну… он со мной работает, — вздохнул Хонджу. — Я видел, как он разговаривал по телефону со своей девушкой, и…

Он смущённо почесал ухо. К счастью, на парковке было довольно темно. Хонджу снова почувствовал, как горят его щёки.

— И?.. Что ты почувствовал? — спросил Мугён.

— Да так… Ничего особенного… — пробормотал Хонджу. — Просто… удивился. Он так легко всё это делает…

— Ты тоже попробуй, — усмехнулся Мугён. — Я же стараюсь ради тебя, Хонджу-я.

Хонджу зажмурился, услышав своё имя.

— Ну же, Хонджу-я, — подбодрил его Мугён.

Его голос был таким же мягким и соблазнительным. Хонджу почувствовал на лбу тёплое прикосновение. Мугён нежно погладил его, и у Хонджу пересохло в горле.

— Вы, наверное, устали, — выдавил он наконец.

Хонджу не хватало смелости сказать, как сильно он скучал, как сильно любил Мугёна…

— Постарался, — рассмеялся Мугён.

Он выглядел довольным, хотя губы его были плотно сжаты. Хонджу коснулся пальцами шеи.

— Ты тоже сегодня устал, — сказал Мугён.

— Угу… — кивнул Хонджу.

Мугён убрал руку со лба Хонджу и нежно обнял его за шею. Хонджу почувствовал, как его окутывает тепло.

— Давай поцелуемся, раз уж мы оба такие уставшие, — предложил Мугён.

— Что? — Хонджу опешил.

Не дожидаясь ответа, Мугён наклонился и поцеловал его. Хонджу почувствовал на губах улыбку Мугёна. Поцелуй не был глубоким, но от него кружилась голова.

У Хонджу выдался тяжёлый день. Странный сон, весь день хандра, измотанность от уборки в кафе, залитом дождём… Все эти неприятные ощущения растворились под горячим прикосновением языка.

— Иногда я жалею, что жил только ради денег, — признался Мугён, отстранившись.

— Почему? — удивился Хонджу.

— Потому что… так хорошо… Заставляет задуматься, а зачем я вообще так высокомерно жил?

Наверное, Мугён тоже забыл о том, как тяжело ему было сегодня. Хонджу опустил взгляд. Мугён, словно по договорённости, вновь прижался губами к его губам.

—…

Оказывается, любовь — штука непростая, но всё же приятная. Раз уж у всех она есть, значит, всё в порядке. Ресницы Хонджу, которые дрожали ещё секунду назад, послушно закрылись. Он повернул голову навстречу языку Мугёна, крепко сжимая его рубашку.

Это был конец очень утомительного дня.

Глава 44

Дзинь!

Зазвенел колокольчик над дверью кафе. Хонджу, который только собирался снять фартук, вздрогнул. Колокольчик звучал громче обычного.

— Добро пожаловать! — крикнул Кёнхан, стоявший у кофемашины.

Он обогнул Кёнхана, и подошел к стойке. Чувство в ушах от непривычного звука все еще не покидало его.

— Что будете заказывать? — спросил он у посетителей.

— Давай сегодня что-нибудь сладенькое возьмём, — услышал Хонджу тихий разговор девушки и парня.

Он с трудом подавил улыбку. Ещё недавно он не смог бы разобрать их слова.

— Мне ванильный латте со льдом, — сказала девушка. — И американо… Тоже со льдом.

— С собой? — уточнил Хонджу.

— Да.

Хонджу провёл картой по терминалу, распечатал чек и протянул его девушке.

Утром он наконец-то получил слуховой аппарат, который заказал десять дней назад. Хонджу потратил почти всю зарплату за несколько месяцев, ходя по врачам, но ни капли не жалел.

Мир наполнился звуками. Хонджу слышал, как звенят кубики льда в стакане, как скрипят по полу мокрые подошвы, как капли дождя стучат по стеклу…

Раньше, шесть лет назад, он слышал всё это каждый день. А потом лишился половины своего мира…

— Ваш заказ готов! — Хонджу поставил стаканчики на стойку и посмотрел на часы.

Он сбился со счёту, сколько раз делал это за сегодняшний день.

— Дзинь!

Хонджу снова вздрогнул от звона колокольчика. Он посмотрел на часы: прошло ровно двадцать минут с тех пор, как он надел аппарат.

Врач предупредил, что первую неделю нужно носить аппарат по полчаса два раза в день, чтобы привыкнуть. К счастью, Хонджу почти не чувствовал дискомфорта, и он надеялся, что адаптация пройдёт быстро.

— Хён, менеджер просил заказать держатели для стаканов? Или я ошибся? — спросил Кёнхан.

— Что?.. — Хонджу повернул голову влево, к Кёнхану.

Он сам удивился своей реакции. Ему было непривычно реагировать на звуки, доносящиеся слева.

— Да ты чего? — рассмеялся Кёнхан. — Не пугайся ты так! Подстаканников пока хватает.

Кёнхан не мог знать, что Хонджу повернулся к нему потому, что услышал его голос.

— А, да… — пробормотал Хонджу. — Я в понедельник заказал.

— Точно?

Хонджу коснулся пальцами крошечного слухового аппарата. Неужели этот маленький прибор может так изменить его жизнь? Хонджу был счастлив. Шесть лет он жил с этой пустотой, боясь даже мечтать о том, что когда-нибудь снова сможет слышать…

Впрочем, радость длилась недолго. Днём Хонджу ещё держался, но к вечеру у него разболелась голова.

Он попросил у Кёнхана таблетку от головы и с трудом дождался конца смены. Выходя из кафе, Хонджу прикрыл уши длинными, давно не стриженными волосами.

— Что ты такой усталый? — спросил Мугён, когда Хонджу сел в машину. —  Это тебе нужно.

— Вы пейте, директор .— Хонджу покачал головой, стараясь не растрепать волосы, и протягивая Мугёну стаканчик с кофе.

Шурх…

Хонджу обернулся на шорох. Его взгляд упал на место, где слышался легкий шелест открывания трубочки

Раз Гадюка не упомянул про слуховой аппарат, так что вряд ли Мугён сразу заметит, что он носит слуховой аппарат. Интересно, как он отреагирует, когда узнает, что Хонджу теперь слышит обоими ушами? Он был взволнован. Наконец-то он смог вычеркнуть первый пункт из своего списка желаний!

Весь день Хонджу мечтал поскорее увидеть Мугёна и рассказать ему о том, что произошло.

— Я… — начал было он, но в этот момент зазвонил телефон Мугёна.

— Одну секунду, — Мугён взял трубку. Судя по тону, звонили по делу.

Хонджу решил дождаться, пока Мугён поговорит, но тот, бросив короткое «алло», завел машину.

— Так, ты хочешь, чтобы я сейчас приехал? — Мугён повысил голос.

«Что-то случилось?»

В голосе Мугёна слышалась раздраженная нотка.

— Ну, ты же целый день ничего не делал, а теперь только вспоминаешь, что чего-то не хватает. И зарплату тоже пропустили, а ты даже не волнуешься?

Хонджу с любопытством наблюдал за Мугёном. Тот нахмурился, почесал лоб, нервно теребил часы на запястье… На нём были те же вещи, что и всегда, когда он приходил в игорный дом, но сейчас он совсем не был похож на бандита.

«Наверное, это и есть та самая любовь…» — подумал Хонджу.

— Через полчаса жду звонка, — Мугён бросил трубку.

Хонджу почувствовал себя неловко, словно его отругали. Он украдкой посмотрел на Мугёна. Благодаря слуховому аппарату Хонджу услышал, как тот тихонько вздохнул.

— Нужно заехать в офис.

— Хорошо, — кивнул Хонджу.

Мугён бросил на него взгляд и молча тронул машину с места.

Дождь немного стих, но погода оставалась пасмурной и душной. Мугён не любил выходить из дома в такую погоду, и Хонджу предложил поужинать дома.

Всё это время Хонджу искал подходящий момент, чтобы рассказать Мугёну о слуховом аппарате. Ему не терпелось поделиться своей радостью, но… как начать разговор?

Хонджу несколько раз собирался с духом, но каждый раз что-то мешало. В итоге он так разнервничал, что совсем упустил момент.

По дороге Мугён несколько раз разговаривал по телефону. Хонджу молча следовал за ним. Они зашли в кабинет Мугёна. Хонджу был здесь последний раз в тот день, когда они играли с Гу Пином и управляющим Яном.

— Подожди меня здесь, я скоро, — сказал Мугён.

Хонджу кивнул и направился к дивану. В прошлый раз на стене висели фотографии Гу Пина, директора Яна и строительной площадки рядом с игорным домом. Теперь стена была пустой.

В углу Хонджу заметил знакомую картину. Он подошёл ближе.

На доске были прикреплены две игральные карты. Лезвие ножа, которым их пригвоздили, блестело в тусклом свете лампы.

— Это… — начал Хонджу.

Это были карты три и восемь — выигрышная комбинация, которую Хонджу хорошо запомнил.

— Да, — Мугён расстегнул воротник рубашки и мельком взглянул на Хонджу. — Твои карты. Ты держал их в руках, когда мы обыграли Гу Пина.

— Зачем вы их сюда повесили? — удивился Хонджу.

Мугён отдал ему эти карты, но Хонджу оставил их на столе…

— Это твоя выигрышная комбинация, — ответил Мугён. — Я повесил их сюда, чтобы напоминать себе, что в любой момент могу тебя потерять. Ты не тот, кто легко поддаётся моему контролю, Хонджу. Мне нужно всегда быть начеку. — Он горделиво расправил плечи.

Единственный козырь Хонджу был здесь, в кабинете Мугёна, в уголке его разума, в его сердце… и в конце его взгляда.

— Я больше не буду использовать эту козырную комбинацию, даже если она у меня будет. Мне надоели игры.— тихо сказал Хонджу.

— Хорошо, если это так, — усмехнулся Мугён.

«Неужели слух настолько улучшился, что я так отчетливо слышу собственный пульс?»

Хонджу погладил себя по груди, стараясь сохранять спокойствие, и отошел дальше.

Мугён сел за стол и что-то проверял в компьютере. Хонджу и раньше видел, как он работает, но только сейчас понял, что звук клавиатуры очень похож на звук дождя.

— Менеджер жаловался, что ты отказался от подработки на выходных, — сказал Мугён, не отрываясь от монитора.

— Что? — Хонджу вздрогнул от неожиданности. — Ах да… Наверное, придётся работать по очереди… Вы закончили? — спросил Хонджу.

— Почти, — Мугён отложил телефон и встал из-за стола.

Его рубашка помялась, волосы растрепались. Сейчас он был похож на обычного офисного работника.

— Давай отдохнём 5 минут, а потом поедем, — сказал Мугён и сел рядом с Хонджу на диван.

Кожа на диване прогнулась под его весом. Хонджу услышал этот звук и понял, что сейчас самое время.

— Мне нужно вам кое-что сказать… — начал он.

— Хочешь попросить выходить на работу по выходным? — перебил его Мугён. — Не получится.

Мугён прижался лбом к плечу Хонджу, и обнял его за талию крепкими руками. Хонджу почувствовал на щеке его волосы…

Щёкотно.

Хонджу невольно поджал пальцы ног. Головная боль, которая мучила его совсем недавно, бесследно исчезла.

— Да, я понимаю… Но мне кажется, нужно это сделать хотя бы раз.

— М-м… — промычал Мугён в ответ.

Мугён вместо ответа медленно тёрся лбом о его плечо. Его волосы растрепались, а рубашка шуршала при каждом движении… Хонджу невольно сглотнул. Обычно после таких ласк Мугён начинал ему тихо шептать что-то на левое ухо. Хонджу раньше не мог разобрать его слов…

— Хонджу…

Мугён прижался губами к его уху. Хонджу замер, боясь пошевелиться. Он боялся, что Мугён заметит слуховой аппарат.

Горячее дыхание обожгло его мочку.

— …

Хонджу знал, что сейчас услышит то, о чём Мугён никогда не сказал бы вслух. Именно ради этого он решился на покупку слухового аппарата…

— Не нужно так много и усердно работать, — прошептал Мугён. — Нужно оставлять немного пространства для меня, чтобы я мог быть рядом с тобой.

— …

— Не хочу, чтобы я когда-нибудь стал тебе не нужен…

Эти слова звучали так странно… словно Мугён умолял его… Неужели всё это время он боялся и никому не мог об этом рассказать?

Хонджу закусил внутреннюю сторону щеки, нервно сжимая челюсти.

— … Я стараюсь, потому что это ваше кафе.

— …

— Вы такой сильный… И я хочу быть человеком, который вам подходит.

— …

Хонджу с удовольствием ответил на тихий шёпот, который Мугён так долго держал в себе.

Мугён поднял голову. Он нахмурился, щуря не имеющий двойного века глаз, и выглядел довольно удивленным. Столкнувшись с его взглядом, Хонджу почувствовал, как его сердце бешено колотится, а щеки пылают, словно в тот день, когда он подарил кольцо.

— Я не такой сильный, как вы, — тихо сказал Хонджу. — У меня нет ни семьи, ни денег, ни образования…

— …

— Единственное, что у меня есть, это…

Хонджу поднял левую руку. Кольцо на его пальце сверкнуло в тусклом свете лампы. И правда, кроме Мугёна у Хонджу никого не было. Мугён был его выигрышной комбинацией, его три-восемь…

— Странно… — Мугён прищурился. — Ку Хонджу ведь никогда мне не отвечал.

Он медленно наклонился к Хонджу и заправил прядь волос ему за ухо.

Хонджу вздрогнул. Раньше он бы не обратил внимания на такой пустяк, но сейчас…

— Не думайте, что я вас обманывал, — быстро проговорил Хонджу. — Я… хотел вас удивить… Просто ждал подходящего момента…

Он сам не раз слышал эти слова от Мугёна. Интересно, а Мугён тоже так нервничал, произнося их?

— Когда ты… — Мугён нежно провёл пальцами по его уху.

Хонджу показалось, что голос Мугёна стал ниже, тише, спокойнее… и ласковее.

— Я заказал аппарат десять дней назад, — ответил Хонджу. — Сегодня забрал… Сначала было непривычно… голова болела… Но сейчас… уже всё хорошо…

— Значит, ты всё-таки сам вернул себе слух.

Прошло уже несколько месяцев с того дня, как Хонджу впервые пошёл в больницу. Ни разу он не пожалел о своём решении. Он вернул себе слух самостоятельно — и это было для него очень важно.

— Да, — тихо сказал Хонджу. — Теперь я хорошо всё слышу. И сам зарабатываю себе на жизнь.

— Нехорошо, что ты справляешься со всем сам.— проворчал Мугён.

Хонджу знал, что на самом деле Мугён не злится. Он набрал в лёгкие побольше воздуха и продолжил:

— Мне… Мне не нужна от вас помощь… ни деньги, ни что-то ещё…  Даже без этого … я останусь с вами.

— …

— Я просто… хотел, чтобы вы знали.

Хонджу слабо улыбнулся и прижался щекой к щеке Мугёна. Тот в ответ поцеловал его в ухо.

Чмок

Раздался новый для левого уха щекотливый звук.

— Чуть не сказал, что люблю тебя. Еле сдержался, — прошептал Мугён ему на ухо.

— …

— Слишком банально, да?

Хонджу слышал, как бьётся сердце Мугёна. Раньше ему приходилось читать по губам, чтобы понять, что он говорит, но сейчас… Сейчас всё было по-другому.

— … — Хонджу кивнул и по привычке потёр большой палец о кольцо.

— … Я и без слов всё понимаю.

Не дожидаясь ответа, Мугён крепко обнял его. Мугён был таким большим и сильным… Хонджу обнял его за шею.

— Иногда мне страшно… — прошептал Мугён. — Страшно, что я снова стану тем жалким человеком, который шантажировал тебя деньгами… Я боялся тебе в этом признаться… поэтому шептал тебе на ухо… А теперь… — он горько усмехнулся, — теперь я не смогу этого сделать…

— Неужели вы чего-то боитесь, директор? — удивился Хонджу.

— Оказывается, боюсь, — усмехнулся Мугён, легонько целуя его в шею. — Это то, чему ты меня научил, Ку Хонджу…

Он всё время обнимал Хонджу, словно пытаясь прижаться к нему ещё теснее.

— А этот гадёныш Гюо… — проворчал он. — Вместе с тобой за моей спиной секретничает… Не боится, что я его снова в запру?

— Я просил его никому не рассказывать, — пробормотал Хонджу.

— А я велел ему докладывать обо всём! — Мугён рассмеялся. — Может, снова запереть его?

Хонджу почувствовал на шее его горячее дыхание.

— А что вы сделаете, если он снова начнёт играть? — спросил он, слегка поежившись. — В прошлый раз он предложил сходить в игорный дом…

— Выходит, вы двое обо всём болтаете за моей спиной, а? Думаешь, я не ревную? — усмехнулся Мугён.

«Он никогда и не скрывал свою ревность», — подумал Хонджу, пряча покрасневшее лицо у него на плече.

Мугён обнял его так крепко, что Хонджу казалось, будто он чувствует биение его сердца…

— Не сжимайте меня так сильно… — пробормотал он.

— Ничего не могу поделать, — ответил Мугён. — Я очень хочу тебя обнять.

Хонджу почувствовал себя счастливым.

«Кажется, он любит меня даже больше, чем я думал.»

Как и следы игорного дома, некогда висевшие на стене кабинета, постепенно исчезнут и шрамы с тенями, что скопились в душе Хонджу.

— Тогда делайте, что хотите, директор — прошептал Хонджу.

— Так и сделаю, — прошептал Мугён в ответ.

На чистой стене сердца Хонджу теперь красовались две карты: три и восемь. Они были всем, что у него было. Это был его Сон Мугён, единственное, чем владел Ку Хонджу.

Конец основной истории.

Глава 45

— И сегодня утром приходил?

— Да, сказал, что в латте привкус прокисшего молока.

Хонджу нахмурился. Уже несколько месяцев их кафе терроризировал странный посетитель. Всё началось с того, что он нашёл посторонний предмет в пончике и потребовал вернуть деньги.

Потом в кофе плавал кусочек пластика, потом попался обрывок бумаги... И каждый раз он получал обратно деньги и новый напиток. После того как он выпил смузи и слег с расстройством желудка, вытряся из них деньги за лечение и компенсацию, всё на время стихло, но, похоже, он снова вернулся.

— И ты опять сделал ему возврат?

— Да, директор же велел, если что возвращать ... — Кёнхан понизил голос, чтобы его не услышали. — ..А еще он каждый раз не забывает накапливать бонусные баллы.

Хонджу украдкой глянул в сторону камеры видеонаблюдения и отошёл в сторону. Вроде бы за ней никто не следил, но лучше перестраховаться.

— Так нельзя, нужно что-то делать.

— А что мы можем? Он же скандал устроит.

Если не вернуть деньги сразу, он грозился настрочить жалобу в интернете, сообщить в соответствующие органы, вызвать полицию, в общем, сделать всё, чтобы те закрыли кафе. И каждый раз поднимал в кафе невероятный шум.

— И правда, в последнее время развелось много странных людей. Кофе всего-то сколько стоит...

Сначала все думали, что дело в санитарии в кафе, но после того, как камера засняла этого клиента, который подсовывал что-то под крышку стакана с напитком, где была вставлена трубочка, все были в шоке. Когда это повторилось ещё несколько раз, запись показали Мугёну, но он лишь велел «удовлетворять его требования». По его словам, это всего лишь несколько тысяч вон, лучше заплатить и отвязаться, чем тратить время и нервы, ведь так никто из сотрудников не пострадает. Да, они несли убытки, но, как и хотел Мугён, в кафе было тихо.

— Кажется, он говорил, что у него везде установлены камеры?

Решать проблемы деньгами — это стиль Мугёна, ещё в игорном доме он так делал.

Это же не большие деньги, несколько тысяч вон, просто чтобы отвязаться и не портить себе нервы.

Но Хонджу по-прежнему не понимал этого метода. Да, сумма небольшая, но это продолжалось уже несколько месяцев, а в прошлый раз он даже потребовал компенсацию за лечение. Кто знает, что он придумает в следующий раз?

— Да, кажется. Менеджер говорил, что хотел сразу в полицию обратиться. Он же из-за этого типа с самого открытия тут торчит.

Хорошо, что хоть он велел собирать доказательства странного поведения этого посетителя. Хонджу пристально смотрел на камеру наблюдения в углу потолка.

— ...

Он достал телефон из фартука.

[А если просто сдать его в полицию?]

— ...Лоха нашли.

— Что? — переспросил Кёнхан, стряхивая мокрые руки после мытья посуды.

— Да нет, — ответил Хонджу с натянутой улыбкой и покачал головой, нажав кнопку отправки. Как раз в этот момент поступил заказ, и разговор о подозрительном клиенте оборвался на полуслове.

Они с трудом справились с наплывом заказов и наконец-то вздохнули с облегчением. Пока они переводили дух, от Мугёна пришло сообщение:

[Ха-ха, ну да, возможно].

Он был совершенно равнодушен к тому, что кто-то пытается обмануть его собственное кафе. Судя по всему, он не собирался вмешиваться, хотя у них ведь были доказательства.

Хонджу недовольно цыкнул и убрал телефон.

В этот момент раздался звук, дробления льда в блендере. Хонджу инстинктивно потрогал ухо. Он уже привык к слуховому аппарату, и даже после нескольких часов ношения чувствовал себя комфортно. Он начал отчетливо слышать даже приглушенные звуки, а без слухового аппарата ощущал полутишину, которая уже начинала ему казаться странной.

Он машинально трогал ухо, пока его взгляд не встретился с взглядом Кёнхана. Кёнхан украдкой посмотрел на ухо Хонджу, а затем быстро отвел взгляд.

— Тебе не кажется, что люди здесь тратят всю зарплату на кофе? — попытался сменить тему Кёнхан.

Недавно Хонджу подстригся, и его уши стали видны. Поскольку он все время был рядом, Кёнхан прекрасно мог видеть, что у него слуховой аппарат, но ни разу не спросил о нем. То же самое относилось и к менеджеру. Интересно, почему они не заостряют внимания на его недостатке? Было странно общаться с людьми, которые не воспринимали его слабость как оружие.

Дзинь

Прозвенел колокольчик на двери.

— Добро пожаловать, — сказали они в один голос.

Их короткая передышка закончилась. Кёнхан первым направился к стойке, Хонджу же по привычке занял место у кофемашины.

— Слушайте, я утром покупал этот напиток, а когда начал пить, нашел в нем волосы. Как вы вообще его готовите? — посетитель сразу же начал атаковать. Обернувшись, Хонджу узнал это лицо. Он был в черной спортивной одежде, на ногах были черные шлепанцы, а на плечах висел рюкзак, волосы были собраны в высокий хвост, который спадал ниже плеч. Этот человек — тот самый, которого они видели на записях с камер видеонаблюдения.

Хонджу растерялся, он не ожидал, что этот человек придет именно в это время.

Кёнхан, немного растерявшись, быстро надел свою профессиональную улыбку.

— Извините за неудобства. Могу я взглянуть?

— Что ты, я тебе вру? Посмотри, — мужчина раздраженно поставил стакан на стойку. В стакане для напитков на вынос, дно которого было видно, оставалось лишь немного растаявшего смузи. Кёнхан взял стакан и поднял его, чтобы лучше рассмотреть.

— Э-э... — он растерянно посмотрел на Хонджу. Хонджу, который стоял в нескольких шагах, подошел к Кёнхану. Пока он шёл, мужчина продолжал ругаться.

— Я же ваш постоянный клиент. И не раз уже находил всякие штуки в напитках. Несколько раз я просто прощал, но волос — это уже перебор. Знаете, что за такое можно и в полицию обратиться?!

Хонджу прищурился и внимательно изучил волос, который плавал в напитке. Утром работали Донхён, Наын и Суджон. У Суджон были короткие волосы, едва доходящие до плеч, но она всегда их завязывала, а у остальных были очень короткие стрижки, прикрывающие шею. К тому же, все они носили колпаки.

Хонджу не отрывал взгляда от стакана и незаметно перевел его на голову мужчины, стоявшего за стойкой.

Волос в стакане был очень длинный, как раз такой же длины, как волосы этого клиента.

— ...

Мужчина понял, что они ведут себя иначе, чем утренние сотрудники, и начал кричать.

— Ты что, слепой? Не видишь, что там волос? Как вы вообще готовите, что там волосы попадают? Смузи же у вас не из дешевых!

Из-за возникшего шума некоторые посетители обернулись. Кёнхан растерялся, а мужчина разбушевался еще больше.

— Хорошо, что я заметил это! Если бы я не увидел, то мог бы и проглотить! И что тогда? Вы бы оплатили мне лечение? В прошлый раз у меня было расстройство желудка после вашего смузи, я чуть не умер! — мужчина угрожающе стучал по стойке, повышая голос.

Он вел себя еще хуже, чем на записях с камер. Если бы с ним столкнулись Суджон или Наын, работавшие утром, они бы, наверное, испугались.

— Извините за неудобства. Мы можем вернуть вам деньги, — Кёнхан склонил голову в знак извинения. По правилам кафе, а также потому, что директор не жалел денег, такой ответ был вполне естественным.

Когда прозвучало слово «возврат», в глазах мужчины вспыхнул огонек. Этот взгляд напоминал хищную птицу, которая видит, как жертва клюет на приманку. Этот парень — мошенник. Хонджу был уверен.

— Подожди, Кёнхан. Позвони менеджеру. — менеджер еще не вернулся. Хонджу, оттеснив Кёнхана, занял место за стойкой, и тот кивнул, моргая в недоумении.

— Извините, господин, вы не могли бы показать чек? — Хонджу сдержался, чтобы не высказать все, что думает.

Конечно, если бы это была ошибка сотрудников, им следовало сто раз извиниться и компенсировать ущерб. Но он был уверен, что дело не в этом. Даже если его уволят за вмешательство, он не мог позволить этому человеку творить беспредел.

— Что? Ты меня подозреваешь? Да я ваш постоянный клиент. Постоянный. Сколько денег я здесь оставил! Они мне в дорогой напиток волосы запихнули, и вы мне предлагаете шутки шутить? — он покупал самый дешевый напиток, получал бонусы и каждый раз требовал возврат и новый напиток. Интересно, сколько же он потратил в этом кафе?

Все посетители прекратили свои разговоры и начали следить за происходящим.

— У вас есть чек?

— Что ты несешь? Зачем я его ношу с собой? Да ну тебя! У меня дела, а вы тут играете. Или дайте мне новый напиток, или верните деньги!

— А у вас есть подтверждение покупки? Нам нужно проверить, что вы действительно купили напиток в этом кафе.

— Да, покажите пожалуйста.

— Что?

— У нас есть запись с камер видеонаблюдения, на которой видно, как вы подкладываете посторонний предмет в напиток. Кроме того, у нас есть информация о том, что вы неоднократно жаловались на наши напитки и получали деньги обратно.

«Не знаю, не влетит ли мне потом от менеджера за то, что я, будучи всего лишь работником на полставки, посмел перечить клиенту. Честно говоря, я немного волновался и подумывал просто пропустить всё мимо ушей... Но… я не могу отступить. Нельзя же, чтобы он так себя вел, особенно в кафе Мугёна.»

Когда Хонджу начал перечислять факты и приводить доказательства, мужчина заметно растерялся. Он начал чаще моргать и облизывать пересохшие губы. Затем он поднял голову и оглядел установленные по всему кафе камеры видеонаблюдения.

— Да, бля… Эти ублюдки считают меня нищебродом? Да сколько эта хрень вообще стоит? Ну вы подождите, я… Я сейчас полицию вызову.

Мужчина пригрозил вызвать полицию, резко развернулся и ушел.

Смешно. Если бы он хотел решить дело через суд, он бы вызвал полицию прямо сейчас. Ясно же, что он пытается сбежать. Такая же тактика, как у азартных игроков, которые проигрывают все деньги и пытаются улизнуть, чтобы снять деньги в банкомате. Хонджу снял свой колпак, собираясь идти за ним.

— Хён, ты куда? Оставь его. — встревоженный голос Кёнхана заставил его остановиться. Но Хонджу все же снял фартук и вышел из-за стойки.

Дзинь.

Прозвенел колокольчик на двери, извещая о том, что мужчина спешно покидает кафе. Хонджу быстро пошел за ним.

— Эй, вы!

— … Что? Я сказал, я вызываю полицию! Подождите!

Хонджу быстро встал перед мужчиной. Он поворачивал вправо — Хонджу следовал за ним. Он поворачивал влево — Хонджу снова оказывался у него перед носом. Мужчина тут же нахмурился.

— Ты издеваешься?

Хонджу пошатнулся, когда мужчина грубо толкнул его в плечо. Похоже, тот решил, что может справиться с ним силой, и стал вести себя ещё более нагло. Но Хонджу не испугался. Перед кафе тоже были камеры, да и посетители, делая вид, что не замечают, следили за происходящим из окна. К тому же, Хонджу не из тех, кто испугается такой мелочи.

Он посмотрел мужчине прямо в глаза и сказал:

— Вызывайте полицию прямо здесь. У нас есть доказательства, так что нам только лучше будет, если вы это сделаете.

— Ч-что, блять, ты сказал? Ты что, меня за вора держишь?!

Мужчина дёрнул плечом и замахнулся. Хонджу уклонился, но потерял равновесие и пошатнулся. Мужчина воспользовался этим и толкнул его в плечо. Хонджу накренился, и на мгновение ему показалось, что он снова оказался в прошлом, когда его избивали во время сбора долгов.

Он зажмурился, и в этот момент чья-то сильная и надёжная рука схватила его. Ещё до того, как Хонджу успел увидеть, кто его поддерживает, он почувствовал знакомый аромат.

— Так и не отучился от своих старых привычек?

Низкий голос, прозвучавший в левом ухе, заставил сердце Хонджу забиться быстрее. Он широко раскрыл глаза и поднял голову. Мугён, одетый в тёмно-синий костюм-тройку, начищенные туфли и кожаные перчатки, смотрел на него сверху вниз и улыбался.

— Сколько времени прошло с тех пор, как ты перестал этим заниматься, а ты всё туда же.

«Что он здесь делает?»

Хонджу, ошеломлённый, перевёл взгляд в сторону, и увидел, как к ним приближается Гадюка. Рядом с ним был менеджер, которого до этого не было видно. Похоже, он не прогуливал работу, а был с Мугёном.

Мугён без особых усилий поднял Хонджу на ноги. Его рука в чёрной перчатке скользнула по левому плечу Хонджу. Это прикосновение было таким настойчивым, что от ощущения руки мужчины, который только что толкнул Хонджу, не осталось и следа.

— Что вам нужно? Мы тут разговариваем, — сказал мужчина Мугёну.

Мугён перевёл на него взгляд, и мужчина, кашлянув, поправил лямку сумки. Из-под его куртки выглядывала мятая рубашка.

Мужчина, застёгнул расстегнутую куртку, стараясь не встречаться взглядом с Мугёном.

— Это владелец кафе.

— ...

Услышав, что перед ним владелец, мужчина заметно растерялся. Вполне объяснимо, ведь внушительная внешность и крупное телосложение Мугёна могли кого угодно запугать. Мужчина несколько раз беззвучно пошевелил губами, а затем плотно сжал их.

— Зачем вы толкнули нашего сотрудника?

Мугён сделал полшага вперёд. Он был таким широким, что мужчина практически полностью скрылся за нам.

— Я п-просто хотел пожаловаться! Это моё право!

Голос мужчины дрожал. Ещё недавно он так самоуверенно вёл себя в кафе, а теперь, перед человеком крупнее себя, он выглядел жалким трусом.

— Так почему бы вам не решить всё мирным путём?

— ...

Хотя в голосе Мугёна не было ни капли агрессии, для человека, который видел его впервые, эти слова могли прозвучать угрожающе. Мугён сделал ещё один шаг вперёд. Мужчина попятился, пытаясь увеличить дистанцию между ними.

— Для этого у вас есть рот, так используйте его.

— ...Вы что, мне угрожаете? Вы же владелец! Не хотите больше вести свой бизнес?! — мужчина закричал, багровея от злости. Мугён нахмурился.

— Как же он орёт, — пробормотал он, почесав бровь.

Судя по его безразличному виду, угрозы мужчины, связанные с бизнесом, его нисколько не волновали. Более того, он уже знал об этом клиенте и его репутации.

— Вот как! Отлично! Я купил у вас напиток, а в нём оказался посторонний предмет! У меня случилось расстройство желудка! У меня есть фотографии, я собираюсь подать на вас в суд! Я пытался решить всё мирным путём, но этот ваш работник не идёт на контакт!

Несколько прохожих, услышав шум, начали оглядываться. Мужчина, почувствовав поддержку окружающих, заговорил ещё громче:

— Давайте решать всё по закону! Я напишу об этом в интернете, всем расскажу! Это уже не первый раз, когда в вашем кофе попадаются волосы!

Гадюка не спеша подошёл к Мугёну и встал рядом с ним. Мужчина, увидев Гадюку с его татуировками на руках и шее, снова кашлянул и поправил лямку сумки.

— Господин, вы уже получали деньги обратно сегодня утром. Каждый раз мы шли вам навстречу, возвращали деньги и меняли напиток... — неуверенно сказал менеджер, который наконец-то подошёл к ним.

Мужчина, увидев менеджера, немного смутился и быстро заморгал.

— Вот именно! И вот опять! Наверное, тот работник специально подложил мне волосы, чтобы отомстить за мою жалобу!

— Я проверил посторонний предмет. Не думаю, что он мог попасть в напиток во время приготовления. Волосы были слишком длинными, — добавил Хонджу.

Ему было всё равно, если менеджер отругает его за то, что он не следовал инструкциям и не был достаточно вежлив с клиентом. Этот наглый мужчина его просто взбесил.

— Смотрите, как работники друг друга покрывают! Вот поэтому они так себя и ведут!

Благодаря присутствию Мугёна мужчина больше не пытался вести себя агрессивно. Вместо этого он продолжал повторять одно и то же, словно надеясь, что его испугаются угрозы судебного разбирательства.

— Такие заведения нужно закрывать по закону!

— По закону? — коротко переспросил Мугён.

Мужчина проигнорировал его вопрос и снова начал говорить о том, что вызовет полицию, явно собираясь сбежать. Мугён, почесав бровь, протянул руку в сторону мужчины.

— Э-эй, что вы делаете?! — мужчина испуганно вздрогнул и пригнулся, удивлённый внезапным движением Мугёна.

Мугён, цокнув языком, зацепил указательным пальцем ремешок сумки мужчины.

— Вы так любите решать всё по закону, так давайте и решим.

Мугён встал рядом с мужчиной, не давая ему сбежать. Из-за разницы в телосложении и выражении лиц создавалось впечатление, что это Мугён запугивает мужчину.

— Директор, я отправил вам на почту все записи с камер видеонаблюдения. Там есть и кадры с тем, как он подкладывает что-то в кофе, и информация о его покупках. На всякий случай я добавил туда и историю его платежей, — возбуждённо протараторил менеджер.

Похоже, он долго ждал этого момента, чтобы разобраться с этим проблемным клиентом.

— Ч-что вы там сохранили? Вы что, хотите сказать, что я мошенник?! — мужчина покраснел от злости, и на его шее вздулись вены.

Скорее всего, он планировал просто припугнуть сотрудников и сбежать. Раз уж понял, что с дневной сменой каши не сваришь, поэтому в следующий раз нужно будет действовать в утренние часы, когда можно получить и возврат, и новый напиток. Но появление Мугёна разрушило все его планы.

— Несмотря на мою внешность, я тоже люблю закон, — сказал Мугён.

— ...

— Впрочем, я могу и без него обойтись.

Его тон и выражение лица заставляли сомневаться, действительно ли он соблюдает закон или просто им пренебрегает.

— Правда ведь? — Мугён посмотрел на Хонджу через плечо, словно ожидая подтверждения, и подмигнул ему.

— Все оставайтесь на своих местах и продолжайте работать.

— Да, да, — менеджер толкнул Хонджу локтем. Мугён жестом показал им, чтобы они шли внутрь.

Хонджу колебался, и тогда Гадюка, хлопнув в ладоши, привлёк его внимание. Он протянул руки и обнял за плечи менеджера и Хонджу.

— Пойдемте внутрь, на улице холодно, — произнёс Гадюка.

Гадюка потащил их за собой, но Хонджу продолжал оглядываться. Мугён оставался на месте в той же напряженной позе, держась за ремень сумки. Видна была только его спина, выражение лица оставалось скрытым. Гадюка, который вел их, остановился у входа.

— Вы двое идите внутрь. А я должен убедиться, что они действительно собираются решать это по закону, — сказал он, подмигнув Хонджу и легонько толкнув его в спину.

— ...Хорошо, — неохотно ответил Хонджу.

Заходя в кафе, он не мог отвести взгляда от Мугёна.

«Неужели я все испортил? Я же хотел защитить кафе от неприятностей. А теперь, кажется, я сам создал их.»

Хонджу закусил губу и опустил голову.

Взгляд Мугёна на мгновение задержался на тонкой шее Хонджу, а затем он отвернулся.

Глава 46

В кафе, где недавно бушевали страсти, снова воцарилось спокойствие. Менеджер сказал, что в ближайшее время собирается подать заявление в полицию. Он рассказал, что сегодня встречался с Мугёном и подробно описывал ему все выходки этого клиента. Поэтому он был очень удивлён, увидев, как Хонджу пререкается с ним у входа в кафе.

— Не ожидал, что ты такой смелый, — приговаривал менеджер, толкая Хонджу локтем, после чего вышел, получив очередное поручение от Мугёна.

— А, кстати, интересно, когда он приедет?

— …

[Ты как? Не пострадал?]

Хонджу проверил телефон, как только почувствовал вибрацию. Сообщение было коротким, но тот факт, что Мугён нашёл время написать, вселял надежду, что всё обошлось.

[Всё хорошо. Вы в полиции?]

Ответа не последовало. Хонджу было трудно сосредоточиться на работе, но он старался не подавать виду и продолжал заниматься своими делами. Менеджер вернулся ближе к вечеру, и Кёнхан тут же начал с нетерпением расспрашивать его о случившемся. Так как в кафе было несколько клиентов, менеджер понизил голос.

— Этот парень оказался мошенником. Знаешь то здание с кинотеатром, где находится учебный центр? Так вот, он готовится к экзаменам на госслужбу и ходит по всем кафешкам в округе, придирается к еде и требует возврата. На эти деньги он покупает себе еду и книги.

— Ого! И что, он во всём признался, когда вы пришли в полицию?

— Нет, ещё до того, как мы вошли, он начал хватать директора за штанину, умоляя его отпустить и рыдая навзрыд… говорил, что он не может попасть в полицию, потому что готовится к экзаменам на госслужбу…

Вот так, он говорил о законе, а в итоге начал давить на жалость. Проблема была лишь в том, что объект его мольбы, Мугён, был совершенно равнодушен к подобным вещам.

Хонджу посмотрел на свой телефон, который всё ещё молчал.

— Вместо того, чтобы тратить время на подобную ерунду, он бы лучше учился… Но босс ведь не снял обвинения, да? Иначе он продолжит заниматься тем же самым.

— Конечно, нет! Директор даже адвоката своего привёл.

— Вот это он его проучит.

Менеджер рассказал, что ему пришлось вернуться в участок, чтобы дать дополнительные показания. Он сказал, что хотя на вынесение приговора потребуется некоторое время, мужчина вряд ли сможет избежать наказания, учитывая количество заведений, которые он обманул.

«Что ж, хоть это радует», — с облегчением подумал Хонджу.

— В любом случае, спасибо тебе, Хонджу, что так быстро помог решить эту проблему, — сказал менеджер.

— Что? — Хонджу повернул голову влево, откуда донёсся голос менеджера.

— Честно говоря, директор сначала не мог решить, подавать заявление или нет. Но когда увидел, как ты поймал того парня, то сразу передумал. Сказал, как тот посмел трогать нашего работника.

— А…

«Неудивительно, что он так долго держал его за сумку», — подумал Хонджу.

Возможно, для Мугёна это было самым главным. Хонджу неловко кивнул и отошёл в сторону. Он нервно крутил в руках телефон, который всё ещё молчал, надеясь на сообщение от Мугёна.

Сменщики Хонджу, узнав о случившемся, очень обрадовались. Они говорили, что им было жалко денег, хотя это были и не их деньги, и что теперь они чувствуют облегчение. Хонджу молча прочитал все сообщения в общем чате, заполненном эмодзи.

Мугён всё ещё не написал.

Сообщение пришло только тогда, когда Хонджу заканчивал уборку и готовился уходить.

[Стоянка]

Хонджу быстро попрощался с Кёнханом и другими работниками и поспешил на стоянку. Как только он сел на пассажирское сиденье и протянул Мугёну напиток, с заднего сиденья высунулась голова Гадюки.

— А ты крутой, Хонджу, вот честно. У этого типа взгляд такой жуткий, а ты и глазом не моргнул.

— Ку Хонджу — парень серьёзный, так что не испытывай его терпение.

Мугён поднял указательный палец и легонько стукнул Гадюку по лбу, отчего тот картинно откинулся назад, притворяясь раненым.

— Ладно, ладно, понял я, понял… А где мой кофе? — спросил Гадюка.

Хонджу привык брать только один стаканчик, да и не знал, что Гадюка будет с Мугёном. Знал бы — взял бы два. Он смущённо развернулся на сиденье.

— … Я не знал, что ты здесь. Хочешь, я куплю тебе кофе? У входа на стоянку есть кафе.

— Не надо. Ему по ночам кофе ни к чему, — ответил Мугён.

— Блин, не в ту машину сел! — хлопнул себя по лбу Гадюка.

— Я же говорил тебе вести себя прилично! Послушал бы меня, спал бы сейчас спокойно, — ответил Мугён.

— Эй, мистер, прекратите вы уже, поехали давай.

— Пристегнуть тебя, Хонджу? — игнорируя слова Гадюки, Мугён обратился к Хонджу с приторной нежностью в голосе. При этом он даже позволил себе дотронуться до его плеча.

— Ха…

Тяжёлый вздох Гадюки потонул в рёве заводящегося мотора. Какое-то время Гадюка жил у Мугёна, занимая гостевую комнату, но, похоже, теперь он нашёл себе другое пристанище.

— Хонджу, если этот извращенец снова начнёт нести чушь, запиши всё и вызови полицию! Я тебе помогу! Накажем его по закону! — кричал Гадюка, пока Мугён выталкивал его из машины.

Хонджу с трудом удалось уговорить Мугёна довезти Гадюку до места назначения. С уходом Гадюки в машине воцарилась тишина.

— Я сказал, что ты и ребята из утренней смены можете не извиняться перед тем типом. Не хватало ещё, чтобы он запомнил ваши лица, — сказал Мугён.

— Да, мне-то всё равно, но я переживаю за ребят из утренней смены, — ответил Хонджу.

Неизвестно, сколько продлится расследование, но им в любом случае придётся продолжать работать в этом кафе. Что, если тот мужчина вернётся и попытается им отомстить?

Хонджу особенно беспокоился о двух девушках, которые работали по утрам. В той ситуации, если бы мужчина начал буянить, им было бы не защититься. Заметив беспокойство Хонджу, Мугён поспешил его успокоить, сказав, что менеджер будет постоянно находиться в кафе в утренние часы.

— Больше никто не сможет обмануть нас и сбежать, не заплатив. Ведь у нас есть Ку Хонджу, который поймает любого негодяя и заставить платить.

— Обязательно поймаю и заберу деньги, — ответил Хонджу.

— Лично я привык к такому, — усмехнулся Мугён.

Хонджу, не сводивший глаз с уголка его губ, наконец заговорил:

— Знаете, я думаю, лучше было сразу вызвать полицию. Жалко тратить деньги на таких людей, даже если это всего тысяча или две вон.

— Да не велика потеря, — пожал плечами Мугён. Он добавил, что в бизнесе иногда приходится мириться с убытками, но Хонджу возразил:

— Но ведь эти деньги вы заработали своим тяжёлым трудом.

— Не с неба же они упали… — Не успел Хонджу договорить, как Мугён протянул к нему руку. Машина остановилась на светофоре. Мугён взял его руку, лежавшую на бедре, и принялся нежно целовать каждый пальчик. На безымянном пальце с кольцом он задержался чуть дольше.

— Ку Хонджу, ты умеешь завести меня с пол-оборота.

С каждым поцелуем Хонджу чувствовал на своей коже горячее дыхание Мугёна. Ему казалось, что он вот-вот растает. Мугён, не отрываясь от его руки, медленно поднял глаза. Над его правым веком без единой складочки появилась морщинка.

— Знаешь, это тебя, а не меня стоило бы висеть на доску преступников, — прошептал он.

— …

— Вон Гюо не все ведь знает, не так ли?

Хонджу отвёл взгляд, чувствуя, как его охватывает жар. Он боялся, что не сможет сдержаться и снова натворит глупостей, поэтому отвернулся к окну. Тихий смех Мугёна опалил ему шею.

— Ты сегодня хорошо поработал, но в следующий раз, когда меня не будет рядом…

— …

— … Не пытайся сам решать такие проблемы. Сразу звони мне. Я разберусь.

Мугён легонько прикусил безымянный палец Хонджу, словно требуя ответа. От прикосновения его зубов по телу Хонджу пробежали мурашки.

— … Да, — протянул Хонджу, не в силах противиться Мугёну. Тот усмехнулся ещё раз и поцеловал кончик его безымянного пальца.

— Ты всегда так правильно отвечаешь на мои вопросы, — прошептал он.

Хонджу почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Хотя они уже встречают третий сезон вместе, после весны и лета, с тех пор как стали парой, но он всё ещё чувствовал бабочек в животе от каждого прикосновения Мугёна.

Вернувшись домой, Хонджу первым делом снял слуховой аппарат. Он не мог сказать, что аппарат кардинально менял его восприятие мира, но без него всё вокруг казалось намного тише. Из зарядного устройства доносилось тихое жужжание, но сейчас его мог слышать только Мугён.

Оба приняли душ и перекусили ужином, после чего сели рядом за стол в гостиной. Хонджу держал в руках чашку с прохладным чаем. Похоже, привычка ничего не пить во время работы в игорном доме прочно вошла в его жизнь. В кафе он, конечно, перекусывал, но вот напитки почти не пил. Иногда он выпивал чашечку кофе, но это случалось нечасто.

Мугён знал все привычки Хонджу. Ему нравилось наблюдать за тем, как тот, словно ребёнок, с удовольствием потягивает что-нибудь из чашки.

— Так приятно смотреть, как ты пьёшь, — тихо прошептал Мугён, прижимаясь к Хонджу.

— Что? — Хонджу немного запоздало посмотрел на Мугёна. Несмотря на то, что разница в скорости реакции была незначительной, Мугён сразу её заметил.

Он лишь усмехнулся и погладил Хонджу по мочке уха без слухового аппарата.

«Мне нравится, что ты чувствуешь себя рядом со мной так спокойно, как ты не ставишь между нами никакие преграды», — подумал он.

Мугён лишь усмехнулся, представив, как Гюо, услышав его мысли, назовёт его сентиментальным дураком.

— Допивай скорее, — сказал он.

— Угу, — кивнул Хонджу и поднёс чашку к губам.

Хонджу опустил глаза. Под его полуприкрытыми веками залегла тень от длинных ресниц. Розовые губы шевельнулись, а кадык слегка подрагивал.

Как только Хонджу поставил пустую кружку на стол, Мугён обнял его за плечи. Его внимание было сосредоточено на левом плече, о котором тот беспокоился.

— Может, и правда стоило сразу вызвать полицию, как ты и говорил, тогда бы мы сегодня не встретились с ним.

Неужели он так сильно переживает из-за того, что этот тип толкнул его? Он толкнул Хонджу совсем несильно, и тот даже не ушибся. Хонджу не выдержал пристального взгляда Мугёна.

— Знаете…Он, наверное, много учится, потому что сил у него маловато.

— … — Мугён вопросительно приподнял бровь.

— Ну да, он меня толкнул, но не то чтобы сильно. Просто я сам чуть не упал, потерял равновесие… А толкнул совсем легонько.

— Хм…

— И у меня ничего не болит, правда.

Рука Мугёна скользнула под халат, нащупывая его плечо.

— Ничего не знаю, — усмехнулся Мугён, — пока я сам не проверю.

Не успел Хонджу опомниться, как Мугён стянул с него халат. Он наклонился и прикоснулся губами к его плечу. Сильные руки обхватили его талию, притягивая ближе.

— Почему от тебя пахнет молоком, как от младенца? — пробормотал Мугён, целуя его плечо.

Из-за того, что он говорил, не отрываясь от его кожи, слова звучали немного невнятно. Но на этот раз Хонджу понял, о чём он говорит. Он принюхался к своей руке. До него донёсся лёгкий сладковатый аромат. Это был лосьон для тела, который Чехи недавно подарил ему. Хонджу воспользовался им впервые.

— … Но, это ведь лосьон для взрослых…

Из-за того, что он вырос в игорном доме, Хонджу редко видел маленьких детей. Да, его самого оставили там ещё младенцем, но он никогда не видел, чтобы кто-то таскал детей с собой на игры в карты. Поэтому Хонджу понятия не имел, как пахнут младенцы, и его поразило, что Мугён сразу узнал этот запах. Он хотел было расспросить Мугёна, но потом запнулся и всё же спросил:

— … А вы… у вас есть дети? Как вы узнали этот запах?

Хонджу и раньше замечал, что Мугён как-то по-особенному наносит на него лосьон, и теперь эти мысли вернулись к нему. Мугён рассмеялся, не отрывая от него взгляда. Хонджу почувствовал, как его тело вибрирует от смеха Мугёна.

— Что за взгляд? Думаешь, я скрываю от тебя целую ораву детей?

— … У вас есть дети?

— Хватит нести чушь, — Мугён легонько укусил его за плечо, но так нежно, что Хонджу почти ничего не почувствовал.

Мугён сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул ему в плечо. Горячее дыхание опалило кожу и скользнуло под халат.

— Запах лосьона напоминает мне запах младенца, вот и всё.

Мугён ещё долго целовал его плечо. Он не кусал и не лизал его, как обычно. Хонджу хотел было спросить, почему он всё время сравнивает его с ребёнком, но передумал. Мугён ещё долго держал его в своих объятиях.

«Что с ним такое?» — подумал Хонджу.

— Что-то случилось в полиции? Или в компании? — наконец спросил он.

— Нет, — коротко ответил Мугён, и они снова погрузились в молчание.

Лосьон впитался в кожу, и Хонджу почувствовал, как его плечи покрылись мурашками. Наконец, Мугён поднял голову.

— Так ты хочешь продолжать работать?

Вопрос был неожиданным, но ответ на него Хонджу знал заранее. Конечно, работа с людьми давалась ему нелегко, но работа в кафе ему нравилась, и чем больше он учился, тем интереснее ему становилось. Он кивнул, потом тихо вздохнул и неуверенно спросил:

— … Вы меня увольняете?

Может быть, сегодняшнее происшествие доставило Мугёну слишком много хлопот? Или он решил, что Хонджу не подходит для этой работы, потому что не может сдержать свой нрав? Хонджу почувствовал, как его сердце сжимается от страха.

Мугён с улыбкой поднялся со своего места. Его губы были ярко-красными от поцелуев, а на щеке Хонджу, к которой он только что прикасался, всё ещё ощущалось тепло его дыхания.

— Хотел бы я это сделать… Но ты же будешь плакать, если я тебя уволю.

Конечно, Хонджу было бы грустно расставаться с этой работой. Но он бы нашёл себе другое место.

— …

Хонджу посмотрел на Мугёна, стараясь казаться равнодушным.

— Не волнуйся, я тебя не уволю.

Хонджу почувствовал облегчение, только когда получил от Мугёна чёткий ответ.

— Раз вы меня не увольняете, то всё в порядке, — сказал он. — Я буду стараться ещё больше.

— Вот и хорошо, — Мугён откинулся на спинку дивана и погладил Хонджу по уху.

Что значило это короткое молчание перед ответом? Всего несколько секунд, но Хонджу не мог перестать думать об этом.

Спустя несколько дней он узнал, что значило то молчание.

— Ремонт? Какой ещё ремонт? — спросил он.

— Ага. Сказали, что он займёт пару месяцев, но обещали найти нам подработку на это время.

«Что за срочный ремонт такой?» — подумал Хонджу, хмурясь от удивления. Ещё утром Мугён говорил ему стараться изо всех сил, неужели он уже тогда всё решил?

Новость о ремонте повергла всех работников кафе в шок.

К счастью, во время ремонта Гадюка собирался чем-то занять работников кафе. И, как ни странно, Хонджу не имел к этому никакого отношения. Скорее всего, кто-то уже успел нашептать о том, чтобы Хонджу никуда не вписывался.

— Хён, может, поедим вместе после работы в это воскресенье? — предложил Кёнхан.

Пару недель назад двое работников, которые должны были выйти на смену в воскресенье, внезапно пропали, и теперь приходилось искать им замену. В это воскресенье кафе работало последний день перед ремонтом, и Хонджу попросили задержаться на несколько часов, чтобы закончить все дела... это было бы как раз к ужину…Хонджу медлил с ответом.

— Давай я проверю свой график, — наконец сказал он. — Но ты не расстраивайся, если у меня не получится. Мы всегда можем перенести встречу.

Конечно же, единственным человеком, с которым Хонджу мог перенести встречу, был Мугён. Обычно он бы сразу отказался, но сегодня ему почему-то захотелось позлить Мугёна. Пусть он тоже понервничает, как и Хонджу, когда узнал о внезапном ремонте.

[В воскресенье после работы мы с Кёнханом хотели поужинать. Это мой последний рабочий день], — написал он Мугёну.

На самом деле это был не совсем последний рабочий день, но суть одна и та же. Отправив сообщение, Хонджу почувствовал укол совести. Может, стоило спросить Мугёна, не против ли он? Он не сводил глаз с экрана телефона, ожидая ответа.

[Вдвоём?] — написал Мугён.

[А что?] — написал Хонджу.

[Тогда поужинаем все вместе], — ответил Мугён.

— … Все вместе? — пробормотал Хонджу, нахмурившись.

Он хотел было спросить, что Мугён имеет в виду, но в этот момент в кафе вошёл посетитель. Сегодня был ветреный день, поэтому многие заходили в кафе, чтобы выпить горячего кофе. Когда Хонджу закончил обслуживать клиента, Кёнхан толкнул его в бок.

— Ты проверил свой график? — спросил он. — Мы идём на корпоратив.

«А, так вот что он имел в виду, когда написал «все вместе», — подумал Хонджу. — Ну да, вечеринка с двумя работниками и начальником действительно выглядела бы странно.»

— Ага, у меня всё свободно, — ответил Хонджу.

— Отлично! Значит, идём на корпоратив! Интересно, куда мы пойдём? Шашлычная? Ресторан с барбекю? — Кёнхан был в восторге от предстоящего ужина за счёт заведения.

В отличие от Хонджу, которого передёргивало от одного слова «корпоратив» ещё со времён игорного дома. Ему приходилось есть и пить с людьми, которых он терпеть не мог, пить противную выпивку, терпеть сигаретный дым и разнимать пьяные драки.

— … Не знаю, — Хонджу неловко улыбнулся, глядя на воодушевленного Кёнхана.

Иногда Хонджу ловил себя на том, что сравнивает свою прошлую жизнь с жизнью Кёнхана. В такие моменты он завидовал беззаботности своего друга. Кёнхан и представить себе не мог, каково это — бояться, что тебе что-то подсыпят в стакан, или не иметь возможности расслабиться, чтобы не стать жертвой изнасилования.

Хонджу молча принялся убирать со столов, слушая, как Кёнхан рассуждает о том, как же давно он не ел вкусного мяса.

Глава 47

— Ничего себе, вот это корпоратив!

Голос Кёнхана выражал крайнее удивление. Вместо самгёпсаля или говядины, о которых он мечтал, Мугён привёл их в роскошный ресторан.

П/п: Самгёпсаль — это популярное корейское блюдо, состоящее из толстых кусочков свинины, обычно с жиром, которые жарятся на гриле.

Атмосфера в заведении была на удивление тихой и спокойной, что не располагало к шумным разговорам. Кёнхан, плетясь в самом конце, шептал Хонджу на ухо:

— Смотри-ка…

Он кивнул на блюда, которые подавали за соседний столик.

— Какая же это паста, если она размером с ладонь? Три укуса и готово.

— Ага.

Хонджу и раньше бывал в таких местах с Мугёном, но чувствовал себя здесь некомфортно. Он рассеянно кивнул в ответ на слова Кёнхана и последовал за остальными. Похоже, для них забронировали отдельную комнату, так как людей было немного.

— Сейчас я всё приготовлю для подачи блюд, — официант с лёгкой улыбкой закрыл за собой дверь.

Комната тут же наполнилась возбуждёнными голосами. За круглым столом раздавались полные предвкушения разговоры. Места Мугёна и Гадюки, которые пока не пришли, оставались пустыми.

— Сидеть рядом с начальством как-то неловко… Давай сюда, рядом со мной, — Кёнхан пододвинул стул Хонджу, и тот сел рядом.

— … Кофе стоит несколько десятков тысяч вон.

— Тогда сет, наверное, стоит несколько сотен, а нас сколько? Раз, два…

— Да ладно вам, если будет хорошо, то  не жалко.

При словах «не жалко» Хонджу невольно насторожился. Скорее всего, Кёнхан употребил это слово в значении «хорошо», но Хонджу почему-то подумал о двух картах - десятках октября.

— …

«Наверное, я слишком много времени провел за игрой в карты, — усмехнулся про себя Хонджу. — Иначе с чего бы мне думать об этом в такой ситуации?»

Подобное случалось с ним и раньше. Однажды Кёнхан неожиданно в шутку спросил его, не мухлюет ли он, и Хонджу был очень удивлён. Он даже спросил Кёнхана, играл ли тот когда-нибудь в хватху.

— Хён, давай сегодня оторвёмся по полной! — Хонджу лишь слабо улыбнулся и кивнул, глядя на сжимающего кулаки Кёнхана.

Правда, продолжать разговор шепотом, когда придет Мугён, будет не очень удобно. Поэтому Хонджу отодвинул свой стул чуть подальше от Кёнхана.

— Все вовремя.

Дверь открылась, и на пороге возникли начищенные до блеска ботинки. Судя по всему, Мугён был в том же костюме, что и утром, — бежевой тройке, которую Хонджу сам для него выбирал, чтобы хоть как-то смягчить его образ.

— Здравствуйте!

— Здравствуйте, директор!

Все вскочили со своих мест и поприветствовали Мугёна и Гадюку. Хонджу неловко поднялся и обернулся. Как он и думал, Мугён был в том же костюме. Несмотря на поздний час, он выглядел безупречно: идеальная укладка, ни единой складки на одежде. Лёгкая усталость на лице придавала ему ещё больше шарма.

— … Здравствуйте, — Хонджу слегка поклонился и встретился взглядом с Мугёном.

Уголки губ Мугёна дрогнули в лёгкой улыбке. Гадюка, последовавший за ним, коротко кивнул Хонджу. Он тоже был непривычно опрятно одет: в рубашке и пиджаке.

— Садитесь уже, а то как бандиты на сходке, — все рассмеялись и сели на свои места.

Конечно, Хонджу, зная, кем является Мугён на самом деле, не мог смеяться так же беззаботно.

Мугён привычно занял своё место. Хонджу бросил взгляд на его руки, скрещенные на столе. Мугён, как всегда, был в чёрных перчатках.

— Я слышал, вы хотели мяса. Поэтому я заказал стейки, — работники утренней смены радостно закричали, а Мугён изобразил на лице безразличную улыбку.

Он довольно прилежно следовал совету Хонджу чаще улыбаться при подчинённых.

Мугён снял перчатки. На мизинце блеснуло кольцо, которое Хонджу еще не успел подогнать по размеру. На ком-то другом оно смотрелось бы странно, но Мугёну шло всё. Хонджу делал вид, что пьёт воду, а сам не сводил глаз с Мугёна.

— Разрешите вам подать меню.

Официанты вкатили в комнату тележки с едой, по числу людей за столом. Расставляя перед гостями закуски, они коротко рассказывали о каждом блюде. Поначалу все лишь неловко кивали в ответ, но, когда им в третий раз начали объяснять состав блюд, стали внимательно слушать.

Возможно, в присутствии одного Мугёна обстановка была бы напряжённой, но Гадюка, как всегда, умело разряжал атмосферу.

— Работа несложная, в основном нужно будет разбирать документы. Приходить нужно будет к тому времени, как вы обычно выходили на смену, — говорил Гадюка.

— То есть мы будем этим заниматься до конца ремонта?

— Да, начиная со следующего понедельника. Я скину вам адрес, — Донхён, сидевший напротив Хонджу, вдруг спросил:

— А ты чего не работаешь?

— Эм…

Хонджу, разрезавший стейк, замялся. Кёнхану он соврал, что занят, но тот не стал вдаваться в подробности, поэтому Хонджу не придумал, что ответить.

— … Ну… у меня есть дела, — неловко пробормотал он, отводя взгляд.

— Вы и так усердно поработали. Можете расслабиться пару месяцев, так что считайте, что это ваши оплачиваемые каникулы,— вмешался Мугён, прервав тем самым Хонджу. Он обвел взглядом присутствующих и добавил:

— Можете немного пофилонить, я не буду ругаться.

— Ура! Отдых! — Кёнхан и так был в приподнятом настроении, но работники утренней смены перещеголяли даже его.

Они хлопали в ладоши и бурно реагировали на каждое слово Мугёна. От них исходила невероятная энергия, которой у Хонджу никогда не было. Мугён, хоть и нечасто принимал участие в разговорах, не выглядел раздражённым этой шумной компанией.

— А, это ты прогнал того придурка-посетителя?

— Ну… я бы не сказал, что прогнал… — Хонджу запнулся, проглатывая кусок мяса.

Кёнхан воспользовался моментом и встрял в разговор:

— Хён всего пару слов сказал, а тот аж побелел и сразу убрался.

— Мы бы тоже так не смогли. У него взгляд какой-то сумасшедший был.

— Точно, вдруг бы вернулся потом. В наше время всё может быть.

Работники утренней смены продолжали обсуждать тот случай, сожалея, что просто вернули деньги посетителю. Хонджу молча отодвинул тарелку и принялся старательно разрезать стейк, чтобы не участвовать в этом неприятном разговоре.

— Хочу работать в смену с Хонджу. Он так круто справляется с неадекватными клиентами. А Донхён всё равно что мебель, толку от него никакого.

— Эй, мы с тобой оба хороши!

— Ты же в армии служил, чего прибедняешься?

Суджон и Донхён начали препираться, и Кёнхан решил к ним присоединиться.

— Хонджу уже занят, понятно? Не отдам, даже не просите — игриво бросил он, высунув язык.

Наверное, он был в таком хорошем настроении из-за вкусной еды, что нёс всякую чушь. У Хонджу, разрезавшего стейк, вдруг замерла рука. Он украдкой бросил взгляд на Мугёна, сидевшего слева от него. Тот взял стакан с водой и залпом осушил его до дна. Гадюка, сидевший рядом с ним, сжал губы, сдерживая смех.

— …— Мугён со стуком поставил стакан на стол, и по комнате разнёсся его низкий голос:

— У нас не приветствуются служебные романы.

— Ой, что же делать, тогда, дорогой, тебе придется уволиться, — Кёнхан игриво толкнул Хонджу в бок.

— …

Хонджу отчего-то стало неловко, и он принялся ковыряться в тарелке, украдкой поглядывая на Мугёна.

— У тебя смелый возлюбленный, — усмехнулся Мугён и, казалось, сосредоточился на еде.

Хонджу сделал несколько больших глотков воды, пытаясь избавиться от непонятной сухости во рту. Внезапно он почувствовал прикосновение к своей лодыжке. Он уже не смотрел под стол и не вздрагивал, когда это происходило. Он слишком привык к этому. Прикосновение стало более настойчивым: кто-то провёл по его лодыжке и икре. Хонджу украдкой поднял глаза.

— …? — их взгляды встретились.

Это длилось всего мгновение, но тяжёлый, пристальный взгляд Мугёна словно прожигал его насквозь. Хонджу почувствовал, как к лицу прилила кровь. Он притронулся к шее, пытаясь охладить кожу, и сделал вид, что сосредоточен на еде.

Ужин подходил к концу. В комнате стоял оживлённый гул голосов. Работники утренней смены и менеджер продолжали непринужденно болтать.

— Директор, спасибо за ужин!

— Босс! Вы такой классный! У вас такая аура! Просто бомба!

— Притормози, — вмешался Гадюка. — Забыл, кто у вас тут с понедельника начальник? — Он обнял расхваливавшего Мугёна парня за плечи, и тот, наконец, успокоился.

— Жаль заканчивать вечер. Кто хочет, может пойти со мной на второй круг в бар.

— А вы тоже пойдёте? — с надеждой спросила одна из девушек.

Мугён покачал головой, добавив с усмешкой, что долг начальника — платить по счетам. Он помнил о том, что должен чаще улыбаться, чтобы не пугать работников.

— Жаль…

— Я думала, вы такой страшный, а, оказывается, совсем нет. Почаще заходите в кафе!

— А чем я страшный?

Мугён выглядел немного уставшим, но от этого он казался только привлекательнее.

— Не знаю… Просто такое ощущение, — Наын неловко улыбнулась.

Она выглядела такой юной и невинной, что Хонджу невольно улыбнулся.  К разговору подключились и другие. Кёнхан, который с самого начала смотрел на Мугёна с восхищением, тоже решил вставить свои пять копеек.

— Он очень хороший, раз угостил нас таким вкусным ужином.

— Твоя пассия, кажется, положила на меня глаз, — Мугён легонько похлопал Хонджу по руке.

Хонджу почувствовал, как по телу пробежал ток.

— … — он не знал, что ответить, поэтому просто растерянно посмотрел на Мугёна.

Сидевшие напротив не смогли сдержать смеха, глядя на его реакцию.

— Итак, кто со мной во второй бар? Карта у меня, — прокричал Гадюка, стараясь перекричать шум голосов.

— Я!

— И я!

Мугён тем временем доел свой ужин и опустил руку под стол. Через мгновение Хонджу почувствовал прикосновение ладони к своему колену.

Он невольно вздрогнул. Он больше не сидел рядом с Кёнханом, поэтому надеялся, что никто ничего не заметил, но людей вокруг было слишком много.

Хонджу бросил на Мугёна испуганный взгляд. Тот лишь усмехнулся и подмигнул ему.

— Кхм, — Хонджу нарочито кашлянул и придвинулся поближе к столу, делая вид, что ничего не замечает.

— Хён, ты не с нами?

— Я… — Хонджу запнулся, не в силах сосредоточиться.

Мугён, будто услышав его сомнения, легонько погладил его по колену.

— Я, пожалуй, пойду домой. Немного устал, — ответил Хонджу, и рука под столом тут же исчезла.

— Да ладно тебе!

— Пойдём с нами! Такое нечасто случается!

— Точно! Не уговаривайте тех, кто хочет домой! — крикнул Гадюка, пытаясь успокоить разбушевавшихся работников.

Он успел подружиться со всеми, поэтому стоило ему вмешаться, как все тут же забыли о Хонджу.

— Пора потихоньку собираться, — сказал Гадюка.

— Хорошо!

Все начали отодвигать стулья. Хонджу, всё ещё чувствуя тепло руки Мугёна на своём колене, тоже поднялся на ноги. Несколько человек обернулись в их сторону: видимо, их привлекла шумная компания. Когда они проходили мимо столиков, между Хонджу и остальными образовалось небольшое расстояние. Мугён шёл рядом с Хонджу, стараясь не отставать.

— Похоже, тебе сегодня понравилось, — сказал он, глядя прямо перед собой.

Хонджу повернулся к нему, чтобы ответить, и в этот момент почувствовал, как на него устремились десятки глаз. Он обвел взглядом зал и снова посмотрел на Мугёна.

— …

В полутьме ресторана, освещённого приглушённым светом ламп, черты лица Мугёна казались ещё более резкими. От него исходила аура силы и уверенности, а безупречный костюм лишь подчёркивал его мужественность.

«Странно… Но сегодня он выглядит как-то по-особенному привлекательно», — подумал Хонджу, замечая, как на Мугёна смотрят другие посетители.

— …Да, было неплохо, — ответил Хонджу.

— Вот видишь, это куда лучше, чем торчать вдвоём с незнакомым мужиком, — усмехнулся Мугён.

Пока они шли по залу, Хонджу не покидало ощущение, что на Мугёна кто-то смотрит.

Казалось, Мугён этого совершенно не замечал, и это ещё больше раздражало Хонджу.

«Наверное, он так привык, что уже не обращает внимания», — подумал Хонджу.

Он почувствовал укол ревности и поспешил присоединиться к остальным.

Все решили проводить Мугёна до машины. Хонджу хотел было сесть вместе с ним под предлогом, что им по пути, но его планы рухнули.

— Я знаю один хороший бар, поехали туда. Я сейчас закажу столик, — Гадюка был в отличном настроении: видимо, ему понравилось проводить время с работниками кафе. Хонджу даже стало интересно, как тот терпел его общество всё это время.

— И куда же мы едем? — обратился Мугён к Хонджу тем тоном, каким обычно разговаривают с малознакомыми людьми.

— Рядом с кафе неподалеку.

— О, вам же по пути, босс! Может, подбросите Хонджу? — подал голос менеджер.

В этот момент подъехала машина Мугёна, и все посмотрели в ту сторону.

— Да, садись, — кивнул Мугён.

— Вот бы мне прокатиться на такой тачке, — прошептал менеджер Хонджу на ухо.

Интересно, что бы он сказал, узнай он, что Хонджу ездит на ней каждый день и успел сделать в салоне различные непотребства…

— Ладно, повеселитесь там, — сказал Мугён.

— До свидания!

Работники кафе громко попрощались ещё раз, и Мугён снова усмехнулся. Хонджу, прежде чем сесть в машину, тоже помахал им рукой. Как только дверь захлопнулась, шум голосов стал тише, словно кто-то убавил громкость.

— Дети есть дети, — сказал Мугён.

— Вы выглядите уставшим, глаза покраснели.

В последние дни Мугён был очень занят, и это было заметно.

— Это я всё следил, как тебя клеят всякие типы, — усмехнулся Мугён.

Но «всякие типы» были либо несвободны, либо совершенно не обращали на Хонджу никакого внимания. Скорее уж… Это они строили глазки Мугёну.

— Ты у нас знаменитость. Живёшь припеваючи, да ещё и любовника в кафе держишь.

— У Кёнхана есть девушка.

— Кто такой Кёнхан? — сделал вид, что не понимает, о ком речь, Мугён.

Машина остановилась на светофоре.

— Тот парень, который сидел рядом со мной.

— Если у него есть девушка, можно ли называть другого мужчину «дорогой» и липнуть к нему?

Мугён просто повторил слова Кёнхана, но, услышав их из его уст, почувствовал, как у него забилось сердце. Он нервно сглотнул и отвёл взгляд. В ушах звенело, хотя у него был слуховой аппарат.

— Наверное… можно?

— …

— Чуть не снёс это кафе к чертям.

Мугён, казалось, не заметил его состояния и просто легонько потянул его за мочку уха.

— Вы, директор, тоже пользуетесь популярностью…

— Говорили же, я страшный, не слышал? — Мугён усмехнулся, и легонько провёл рукой по щеке Хонджу…плечу и, наконец, накрыла ладонь Хонджу. Мугён переплел их пальцы и нежно поцеловал тыльную сторону его ладони. Он пользовался каждой возможностью, чтобы прикоснуться к Хонджу или поцеловать его.

— И всё равно… на вас все смотрят. И не только эти «дети» сегодня … — пробормотал Хонджу, чувствуя прикосновение его губ.

Он медленно повернул голову и крепко зажмурился.

«Чёрт, это прозвучало слишком ревниво. Лучше бы я промолчал», — подумал он.

— Правда? — Мугён сделал глубокий вдох.

Хонджу, услышав его спокойный голос, медленно открыл глаза.

— Мне показалось, никто не смотрел на меня так, чтобы ты мог ревновать.

— …

— Я же должен чаще улыбаться, чтобы не выглядеть угрожающе.

Загорелся зелёный свет. Хонджу выдернул руку из хватки Мугёна.

— Светофор, — пробормотал он. — Опасно за рулём одной рукой.

К счастью, Мугён не стал спорить и отпустил его руку. Хонджу смотрел в окно на мелькающие огни города, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Глава 48

Они доехали до дома, и, пока поднимались на лифте, Мугён не проронил ни слова.

«Может, он обиделся, что я отдёрнул руку?» — Хонджу начал нервничать.

Мугён и так выглядел уставшим, а тут ещё и это. Казалось, он снова стал таким же неприступным, как в те времена, когда только занял свое место в дальней комнате игорного дома.

Однако стоило им переступить порог квартиры, как всё изменилось. Выражение лица Мугёна, которое Хонджу принял за обиду, сменилось возбуждением, а молчание оказалось лишь затишьем перед бурей.

— Эй, стой… П-подождите минут…!

Мугён толкнул Хонджу на диван, не дав ему договорить.

Хонджу попытался оттолкнуть его, но Мугён был сильнее. Тогда он слегка подался назад, давая Хонджу немного пространства.

— Что опять? — Мугён нахмурился, снимая пиджак.

Он стоял спиной к свету, и его лицо было скрыто в тени, но в глазах горел яркий огонь.

— К-кончите… сперва, — пробормотал Хонджу, лихорадочно соображая, как выпутаться из этой ситуации.

Когда Мугён смотрел на него таким взглядом, сопротивляться было бесполезно. Первый раунд всегда был особенно жёстким и стремительным, а после двух-трёх повторений Хонджу уже не соображал, что происходит.

— Ты единственный, кто просит  своего парня дрочить перед сексом,— Мугён бросил пиджак и жилет на пол и грубо сорвал с себя галстук.

— Ну же, быстрее, — пробормотал Хонджу.

Это был единственный способ избежать боли. Он снова толкнул Мугёна в плечо, и тот, на этот раз, отступил. Хонджу вскочил на ноги. Галстук упал на пол, рядом с брошенной одеждой. Мугён стоял перед ним, преграждая путь, и, казалось, не собирался никуда уходить. Хонджу прикрыл пылающие щёки ладонями и поднял на него глаза.

—…?

Мугён, всё ещё стоя к нему лицом, расстегнул ремень. Хонджу подумал, что тот идёт в ванную, и лишь спустя мгновение понял, что происходит. Мугён расстегнул ширинку и запустил руку в штаны.

— Что… Что вы делаете?

— Ты же сам просил меня подрочить?

Тёмно-красная головка члена, уже возбуждённая прерванными ласками, выскользнула из-под ткани. Мугён обхватил ладонью затылок Хонджу и начал медленно двигать рукой.

Хонджу замер, его взгляд блуждал по комнате. Мугён с влажным звуком ласкал член, обхватив его указательным и большим пальцами, но не отпуская Хонджу от себя.

— ....

Наступила тишина, в которой даже звук глотания казался оглушительно громким.

Когда Хонджу попытался отвернуться, Мугён сильнее сжал его затылок.

— Х-а-а...

Мугён приблизился к нему. Его член, ярко-красный от налитой крови, почти касался уха Хонджу. Возле его уха, где находился слуховой аппарат, раздавались звуки мастурбации.

Хонджу крепко зажмурился. Он больше ничего не видел, но его слух обострился.

Хлюпающие звуки, шум трения, а самое главное...

— Ах... Хаа, Ку Хонджу, Хонджу.

Низкий голос, стонущий его имя, заставлял его сердце трепетать.

Хонджу медленно открыл глаза. Растегнутые штаны тут же попали в поле его зрения. Хонджу сглотнул, его взгляд метался из стороны в сторону.

— Ыах…Хуу...

Каждое прикосновение руки Мугёна к его телу вызывало глухой звук.

Полуприспущенное нижнее белье, обнажающее лобковые волосы. Мугён провел рукой по своему стволу, делая круговые движения. Хонджу никогда раньше не видел мастурбацию вживую, поэтому не знал, как реагировать.

Хонджу стиснул зубы и уставился на пол, но тень руки Мугёна казалась ему еще более развратной.

— Хонджу, ну же. Ха, ы...

Мугён всегда стонал во время секса. Но от этих стонов, произносимых в предвкушении, было невыносимо сдерживаться.

Хонджу чувствовал, как внизу живота собирается тепло, и закусил губу.

— Ку Хонджу, ах…ха...

Хонджу невольно затаил дыхание. Он мог слышать лишь учащенное дыхание Мугёна и быстрые движения его руки. Благодаря слуховому аппарату Хонджу невероятно ясно слышал влажные звуки и шуршание его ладони по ткани.

Его слегка подрагивающее тело, быстро двигающаяся на полу тень, легкий запах спермы. Все это, казалось, было предназначено для того, чтобы возбудить Хонджу. Напряжение на одном из его бедер было отчетливо заметно. Хонджу опустил взгляд и закрыл лицо руками, чувствуя, как его щеки вспыхивают от смущения.

— Ах...

Его рука двигалась все быстрее и быстрее, он был явно близок к оргазму. Мугён начал ритмично покачивать бедрами, движения руки стали жестче. Он потер головку о ладонь, а затем резко выдохнул, сдерживая стон.

— А-ах...

Жидкость брызнула — кап, кап, кап.

Сперма попала Хонджу на плечо и шею. Мугён, не останавливаясь, медленно покачивал бедрами, его горячая плоть время от времени задевала ухо Хонджу.

— Ах…

Мугён тяжело дышал. Его семя все еще лилось на плечо Хонджу. Он намеренно потерся горячим, твердым член об ухо Хонджу. Последний попытался отстраниться, отвернув голову, но Мугён схватил его лицо и прижал к нему свой член. Беловатая жидкость размазалась по щеке Хонджу.

— Смотри, я кончил, как ты и хотел, верно?

— Мне… нужно помыться. Я хотел помыться, пока вы… — Хонджу нервно царапал колени ногтями, сжимая кулаки. Он не хотел, чтобы Мугён заметил его возбуждение. Хонджу торопливо попытался подняться.

— Ты такой зажатый, Ку Хонджу. Наверное, потому что внизу у тебя все напряжено.

Мугён прошептал это Хонджу прямо на ухо, и тот невольно вздохнул. Он провёл пальцем по влажной мочке его уха, а затем снял слуховой аппарат.

На мгновение воцарилась тишина. Хонджу слушал её, а Мугён в это же время приподнял его за плечи. Хонджу стоял в неловкой позе, не зная, сесть ему или остаться стоять.

— Ч-что вы делаете? Я сам могу идти!

— И будешь снова тянуть время?

Его лицо оказалось слишком близко к Хонджу, а рука нагло сжала его ягодицу. У Хонджу закружилась голова. Мугён затащил его в ванную и быстро раздел. Хонджу закусил губу, когда он стянул с него белье и брюки, обнажив возбужденный член.

— Похоже, ты расстроился, что я один кончил?

Его большая ладонь легла на пах Хонджу и медленно скользнула вниз. Дрожь пробежала по всему его телу, хотя прикосновение длилось всего мгновение. Он стянул с него носки, небрежно включил душ и толкнул его под воду.

— А… Ммм…

Его губы тут же накрыли губы Хонджу. Горячий язык проник в его рот, смешиваясь с каплями воды.

Шум льющейся воды заглушил их прерывистое дыхание и влажные поцелуи.

Слуховой аппарат был снят — звуки стали тише. Они были одни в ванной, но все равно царило ощущение хаоса. Через некоторое время Хонджу перестал понимать, то ли его окутывает горячая вода, то ли это его язык ласкает его тело. Ароматная пена почти полностью смылась с кожи и теперь собиралась у его ног.

— А-ах… Д-директор…

Слова, пропитанные возбуждением, оборвались на полуслове. Движения руки Мугёна, ласкающей его член, стали более настойчивыми, и Хонджу почувствовал, как его колени подкосились.

— Ах… Д-ди…

Его бедра задрожали и Хонджу излился. Сперма смешалась с водой, стекая по их ногам. Крепкие руки Мугёна не дали Хонджу упасть, когда его колени ослабел и только сильнее прижался к себе.

— Ку Хонджу, ты кажется хотел помыться, почему же ты висишь на мне?

У Хонджу не было сил даже возразить. Видя его состояние, Мугён крепко сжал его ягодицы и медленно ввел безымянный палец в его отверстие.

Хонджу задрожал и выпрямился, когда палец  коснулся его входа.

— Не надо здесь… Мне тяжело.

Вода из душа лилась на плечи и грудь Мугёна, разбиваясь на мелкие брызги. Капли попадали на лицо Хончжу.

— Похоже, у тебя закончились отговорки.

Палец с упорством, надавливал и терся о вход, не ослабевая. Каждый раз, когда он погружался глубже, Хонджу чувствовал, как хватка руки Мугёна на его талии крепла.

— Хорошо, я больше не буду тянуть время...

Душевая комната была влажной и сырой, звуки отражались от стен, а все поверхности были мокрыми и скользкими. В этой обстановке Хонджу всегда чувствовал себя особенно уязвимым. Несмотря на его умоляющий голос, Мугён продолжал надавливать и растягивать вход пальцем.

— А-ах...

Хонджу дрожал, цепляясь за Мугёна. У него подкашивались ноги, хотя тот еще даже не вставил член. Палец, который так долго терся о вход, что казалось, он уже горит, наконец начал отступать.

Тогда Мугён поднял обмякшего Хонджу на руки. Проходя через ванную, он ловко схватил халат и накинул его на влажную спину Хонджу.

— Ты же сам знаешь, что это бесполезно. Чем дольше тянешь, тем хуже для тебя.

Хонджу чувствовал вибрацию груди Мугёна, прижатой к нему. С каждым шагом он ощущал, как что-то твёрдое и горячее прижимается к его ягодицам. У него не было сил ответить или отстраниться. Он давно заметил, что у Мугёна часто бывает эрекция, и задавался вопросом, не устаёт ли он от этого.

В этот момент Мугён, не торопясь, налил полный стакан воды.

Он усадил Хонджу на кровать, предварительно вытерев его, и протянул ему стакан.

— Пей давай, а то ещё придумаешь отговорку.

Хонджу послушно прильнул к стакану. Пока он жадно пил прохладную воду, Мугён достал из тумбочки тюбик с лубрикантом.

— Слишком узко, так просто войти не получится.

— …

— Когда же ты наконец научишься расслабляться, Ку Хонджу?

Мугён повернулся к нему, и взгляд Хонджу невольно упал на его пах. Его член, упругий, как натянутая тетива, был влажным от воды и спермы.

Пока Хонджу судорожно глотал воду, Мугён смазал свой член.

— Хватит.

Мугён забрал у него стакан, который был уже почти пуст, и навис над ним. Он был возбужден не меньше, чем Хонджу. Сначала Хонджу решил, что это от долгого пребывания в душе, но, услышав его низкий голос, понял, что ошибался.

— Кажется, сразу кончу, стоит только вставить.

Мугён явно был на грани. Он щедро полил лубрикантом член, все ещё слегка влажный после оргазма. Холодные капли потекли по паху, животу и бёдрам. Мугён опустился между ног Хонджу, прижал его бёдра к кровати и снова ввёл палец в его отверстие.

— А-ах… Д-директор…

Хонджу сжался вокруг его пальца. Он напряг мышцы живота, но Мугён, не отрывая от него горящего взгляда, пригвоздил его к кровати.

— Ты такой узкий… Кажется, мне придётся кончить ещё раз, прежде чем я войду в тебя.

— Х-холодно… А-ах…

Пальцы Мугёна, скользкие от лубриканта, двигались всё быстрее и глубже. Его ладонь, прижимающая бедра Хончжу к кровати медленно поднялась выше и сжала член Хонджу, начиная двигать ею в такт.

— А-ах… М-м-м… А-а-ах!..

Двойная стимуляция заставила Хонджу выгнуться навстречу. Халат, лежавший под ним, сбился в бесформенную кучу. Не отдавая отчета в своих действиях, Хонджу почувствовал, как два пальца вошли в него. Он жадно сжимал их своим нутром, стараясь втянуть ещё глубже. С каждым движением раздавался влажный звук.

— А-а-ах… Д-директор… Директор … А-ах!..

Колени Хонджу вздрогнули. Из его напряженного члена выступила капля смазки. Мугён нежно погладил его головку большим пальцем, собирая влагу. Он наблюдал за тем, как Хонджу кончил во второй раз, а затем прикусил губу, словно желая слизнуть его семя.

— А-а-а… Е-ещё… Не останавливайтесь…

Сперма брызнула на руку Мугёна. Быстрым движением он провел ладонью вверх-вниз по члену, размазывая жидкость. Струя попала ему на плечо и грудь, оставляя влажный след.

— Блять…

Обычно Мугён сдерживался и не ругался при Хонджу, но во время секса его самоконтроль рушился. Его пронзило острое, почти болезненное желание, которое затмило все остальные мысли.

«Если так пойдет дальше, я кончу, как только войду», — подумал он, закусывая губу, и обхватил влажной рукой свой член.

Между его пальцев, испачканных спермой Хонджу, скользил его собственный член. Он был настолько возбужден, что уже через несколько движений с его головки скатилась капля смазки, предвестник скорого разряда.

— Если скажешь мне еще раз подрочить в одиночку — я уже не смогу, ты же знаешь?

Возбуждение Мугёна только усилилось от вида размазанной по телу Хонджу спермы. Он прищурился, глядя на его дырочку, растянутую пальцами, и белую жидкость на его бёдрах. Ему хотелось войти в него и кончить ещё раз, прямо сейчас, но он понимал, что это будет слишком мучительно. Низ живота сжался. Мугён прижал большой палец к головке своего члена и, не вынимая пальцев из Хонджу, излился.

— Знаешь или нет?

— А-ах…

Хонджу, обмякший в его руках, не ответил. Он лишь медленно приоткрыл покрасневшие веки и снова закрыл их. Мугён дрожащей рукой убрал волосы с его лба и наклонился к нему.

— М?

Он наклонился над Хонджу, почти прижимая его своим весом, и начал целовать его лицо: щеки, лоб, веки. Кожа Хонджу была еще влажной от воды, но из-за жара, исходящего от его тела, стала горячей. Мугён потерся носом о его нос и облизнул слегка приоткрытые губы, которые тихо постанывали.

— Мне казалось, только я тут мучаюсь ревностью, как маленький.

Мугён проник языком в рот его, и как только они соприкоснулись, дрожь пробежала по телу Хонджу. Тот застонал, не в силах сдержаться, царапая его шею ногтями. Мугён задержался, лаская его язык своим, выпивая всю слюну изо рта, прежде чем отстраниться. Губы Хонджу покраснели и распухли от поцелуев.

— Кто бы мог подумать, что наш Ку Хонджу тоже умеет ревновать.

Он снова поцеловал его. Ещё когда они только вошли в забронированную комнату в ресторане, Мугён почувствовал себя странно. Вид Хонджу, сидящего за круглым столом, словно из игорного дома, показался ему до боли знакомым. Тот непринужденно болтал со своими сверстниками.

— С ревностью нужно разбираться вместе.

Он прошептал это ему в губы, и его дыхание обожгло Хонджу.

Мугёна, конечно, раздражало, что тот парень всё время липнет к Хонджу, но дело было не только в этом. Тревога, которая терзала его с тех пор, как он забрал Хонджу из игорного дома, никуда не исчезла.

— Просто… все на вас так смотрели… Это было странно.

— Это и есть ревность, Хонджу.

— П-правда, это было совсем на мгновение… — пробормотал Хонджу.

Мугёну казалось, что Ку Хонджу может справиться со всем сам, даже без него. Что он сможет позаботиться о себе, если его оставить одного, что он сможет решить любую проблему самостоятельно, что он не будет просить о помощи, даже если ему будет трудно. Что он просто сольется с толпой обычных людей и будет жить, как и должен был изначально.

Гюо и менеджер хвалили Хонджу за его самостоятельность, но Мугёну это совсем не нравилось. Если он продолжит расширять свой мир, в котором он может стоять на собственных ногах…Возможно, для него в нем не останется места.

— Если на мгновение, значит, ничего и не было?

Мугён долго целовал веки Хонджу, скрывая бурю своих эмоций.

Его желание разгоралось все сильнее, ему хотелось проникнуть в него глубже. Он провел рукой между ног Хонджу и почувствовал, как сильно тот возбужден. Его отверстие было влажным от смазки. Мугён нежно погладил его бедра, и ему показалось, что Хонджу умоляет его о большем.

Приласкав его вновь возбужденный член несколько раз, Мугён медленно приблизился головкой к входу. Дырочка сначала слегка обхватил головку, а затем постепенно растянулась и поглотила его целиком. Благодаря обильной смазке и остаткам семени введение было легким.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя странно, так что теперь должен извиниться.

— И-извиниться за что… ах… Помедленнее…

Чем глубже входил Мугён, тем шире раздвигались худые бедра Хонджу. Он чувствовал, как Хонджу дрожит, вцепившись в его плечи. Его горячее дыхание прерывалось короткими вздохами.

Мугёну было все равно, ревность ли это со стороны Хонджу или что-то еще. Главное, что из-за внимания, которое он ему оказывал, Хонджу испытывал какие-то эмоции. Если он продолжит вызывать в нем чувства, рано или поздно Хонджу будет испытывать к нему то же самое.

— Хонджу, расслабься немного.

Мугён обнял его за голову и начал целовать его веки. Растянутое до предела отверстие плотно обхватило его член. Время от времени Хонджу невольно напрягал мышцы, и Мугён чувствовал приближение собственной кульминации.

— Ах…

Хонджу тихо застонал и расслабился, создав небольшой зазор между их телами. Мугён толкнулся бёдрами и вошёл в него ещё глубже, до самого основания члена.

— А-ах… А-а…

Он почувствовал, как напряглись бедра Хонджу, но на этот раз он не остановился. Мягкие стенки плотно обхватили его член, принимая его. Слезы навернулись на плотно глазах Хонджу. Муген слизнул их языком и прижался губами к щеке Хонджу.

— Не преувеличивай, Хонджу.

— А-ах… Почему… Почему так… А-а…

Он говорил так, словно не понимал, почему ощущения такие же яркие, хотя они занимаются сексом уже не в первый раз. Мугён усмехнулся и поцеловал его в разгорячённую щеку.

— Потому что тогда я делал это один, а сейчас я внутри тебя. Это совсем другое, разве нет… Ах…

Он прижался к нему всем телом, зарываясь пальцами в его волосы, и вошёл ещё глубже. Ему хотелось быть ещё ближе, раствориться в нём без остатка. Мугён поймал себя на мысли, что готов войти в него не только своим член, лишь бы остаться внутри.

— А-а… Слишком глубоко… А-ах… М-м-м…

Сквозь плотно прижатые друг к другу тела Мугён чувствовал твёрдые соски Хонджу. Он начал двигаться, одновременно потирая и сжимая их. Хонджу дрожал, но не просил его остановиться. Вероятно, он был особенно чувствителен к ласкам груди — сказывалось то, что Мугён часто сосал её.

Мугён начал двигаться быстрее. Хонджу выгнулся ему навстречу, тихо постанывая. Он наклонился и принялся целовать его плечи, руки, грудь, оставляя на нежной коже лёгкие засосы. Мугён провёл языком по внутренней стороне его руки, по выпирающей ключице, по рёбрам. Хонджу выгнулся дугой, поза стала неудобной, но Мугёну не хотелось выходить из него.

— Смотри, как стоит, так и просит, чтобы его пососали.

— Н-нет… Не надо… Больно… А-ах…

— Почему ты всегда отказываешься? Я же хочу сделать тебе приятно. — Мугён слегка вышел из него, и по их телам потекла смазка.

Не дав ей стечь на простыни, он резко вошёл обратно. Хонджу не смог сдержать громкого стона, и его грудь задрожала в такт движениям.

Мугён наклонился и начал медленно лизать его соски. Язык оставлял за собой мокрый блестящий след. Он обхватил губами затвердевший сосок, и Хонджу тотчас застонал.

— А-ах…

«Вот видишь, тебе нравится, а ты все притворяешься», — подумал Мугён, улыбаясь уголком рта. Он продолжал нежно поглаживать сосок языком.

— А-ах… А-а…

Дыхание Хонджу сбилось, его стоны становились все громче — он был на пике возбуждения. Мугён распалился еще сильнее.

— А-ах… А-а… М-м…

Он жадно втянул его сосок в рот и начал сосать. Тело Хонджу откликнулось мгновенно. Член Мугёна снова напрягся, и он вошел в него ещё глубже. Он чувствовал, как сокращаются его стенки. С каждым движением стоны Хонджу становились все громче. В нем было прекрасно всё. Он крепко сжал его бедра, и Мугён почувствовал, как напрягся член. Кажется, он ревновал не зря. Он с силой втянул сосок в себя, словно пытаясь оторвать, и отстранился. Грудь Хонджу покраснела и покрылась каплями пота.

— Кажется, ты возбудился от своих же стонов.

— А…

Хонджу не ответил, его тело дрожало. Мугён провел языком по взмокшей груди и снова приблизился к его соску.

— Правда, дорогой?

С каждым движением Мугёна, его губы задевали чувствительный сосок Хонджу. Тот вздрагивал от прикосновений, от его взгляда не ускользало ни одно движение. Мугён слегка отодвинулся, начал медленно посасывать его. Его горячее дыхание обожгло покрасневшую грудь Хонджу.

— А-ах… Ч-что вы… что вы делаете?.. — Хонджу покраснел до самых ушей и опустил глаза.

— Что, что… Делаю то, что тебе нравится.

Мугён напряг мышцы пресса и вошёл в него ещё глубже. Дырочка Хонджу растянулась до предела, а волосы на лобке защекотали. Тот продолжал ласкать его грудь, время от времени слегка выходя и входя обратно.

— Н-не называйте меня так…

Судя по тому, как напрягался его член, когда Мугён называл его «дорогой», это слово действительно его возбуждало.

— Не хочу. Буду называть тебя так, пока ты не дашь мне то, что я хочу.

— Ч-что?..

Мугён провел рукой по спине. Он просунул руку под влажную ткань халата и слегка приподнял Хонджу за талию, чтобы удобнее было добраться до его сосков. Тот вздрогнул и попытался отстраниться.

— Скажи «дорогой», если чтобы я кончил быстрее.

Было бы неплохо услышать от него что-нибудь новенькое. Конечно, Мугёну нравилось, когда Хонджу называл его «директором», но его возбуждала мысль о том, что он может называть его и по-другому.

— А-ах…

Хонджу закусил губу, чтобы сдержаться. Мугён он начал двигаться быстрее, с силой входя в него и выходя обратно. Хонджу плотно сжимал его горячий члена, не давая ему выйти наружу.

— А-ах…

Он издал горячий стон, уткнувшись в мокрой грудь Хонджу, а затем снова жадно прильнул к его коже. Ему казалось, что его рот наполняется сладостью.

— Ах, ах...

— Вы, вы слишком сильно толкаетесь... ах...

Предэякулят сочился из члена Хонджу. Каждый раз, когда Муген входил в него, его возбужденная плоть терлась об него. Если бы Муген продолжал стимулировать его таким же образом, Хонджу бы кончил даже без мастурбации.

— Ты хочешь, чтобы я кончил?

— Ах...

Хонджу простонал и нахмурился. Его лицо покраснело, и он зажмурился. Мугён, словно подгоняя его, слегка укусил его за сосок. Хонджу вздрогнул и поджал колени к груди.

— Ах!

— Давай, ты сможешь, Хонджу.

Слова Мугёна прозвучали неразборчиво из-за того, что он говорил, не отпуская сосок Хонджу. Он продолжал ритмично двигаться, с хлюпающим звуком входя и выходя из него.

— ...Дорогой.

— Что, что ты сказал? Я не расслышал... — сказал он, глубже проникая внутрь Хонджу. Он терся головкой о самую чувствительную точку, заставляя его изгибаться и стонать.

— Ах! Подожди…! Хватит...

Пальцы Хонджу, впиваясь в плечи Мугёна, побелели. Внезапно он резко запрокинул голову назад. Хонджу метался затылком по простыням. Его челюсть непроизвольно подрагивала, словно он пытался сдержать стон.

— Дорогой, ах, хаа директор...

Его слегка хриплый голос начал дрожать от нахлынувших эмоций. Он говорил сбивчиво, но Мугёну было достаточно и этого.

— Ты хорошо справляешься.

Мугён почувствовал тепло в груди. Он понимал, что Хонджу потом будет стыдно и не сможет снова это озвучить, поэтому он должен был в полной мере насладиться этим моментом.

— Назови меня еще раз «дорогой».

Он внезапно приподнялся и схватил Хонджу за бедра, притягивая его ближе. Его отверстие растянулось до предела. Мугён начал двигаться быстрее, с силой входя в него, едва сдерживая стоны.

— А-ах... дорогой...

Эти слова стали последней каплей. Он излился уже в третий раз, но количество спермы было таким же, как и в первый. Он продолжал двигаться, наполняя Хонджу семенем. Мугён был настолько ослеплен страстью, что не мог остановиться, и вскоре их тела стали скользкими от смазки и спермы.

— А-ах... ах...

Ноги Хонджу задрожали в воздухе. Стон вырвался из его слегка приоткрытых губ. Но Мугён не собирался останавливаться. Казалось, что перед Хонджу он не мог контролировать свою темную сторону.

В конце концов, он еще пару раз услышал, как Хонджу, захлебываясь слезами, называет его «дорогой». Он бы мог продолжать и дальше, и, казалось, Хончжу тоже мог вынести еще, но Мугён решил остановиться.

Он не был удовлетворен до конца, но важнее всего ему было услышать, как Хонджу называет его «дорогой», а не «директор».

А еще, что второй раз всегда дается легче.

Уставший Хонджу быстро уснул. Из его расслабленного члена медленно капала сперма.

— Кончаешь во сне, мой дорогой Хонджу, — прошептал Мугён.

Хонджу не услышал его слов. Мугён еще некоторое время смотрел на него, а затем лег рядом.

— Хонджу, мне нужно закончить начатое.

Ответа не последовало, но он продолжал двигаться, снова и снова доводя себя до пика. Мугён посмотрел на покрасневшее лицо Хонджу.

«Вот поэтому я не могу показывать его никому. Слишком красив», — подумал он.

Мугён закусил губу и медленно остановился. Он дышал так, словно пробежал марафон. Член болел, словно он им что-то натер. Он отвел липкие от смазки пряди волос с лица Хонджу и провел рукой по своему члену, покрасневшему от возбуждения.

— Нечестно как-то получается. Только я кончаю, — пробормотал он.

Он прижался к Хончжу всем телом и прошептал ему на ухо:

— Ты даже во сне такой чувствительный.

Хонджу застонал, и Мугён почувствовал, как напрягся его член, несмотря на то, что он спал. Он обхватил губами головку его члена и начал жадно ее посасывать, словно это было чем-то сладким.

— А... ах...

Хонджу нахмурился во сне и попытался отстраниться. Мугён тут же перестал его трогать и напряженно посмотрел на него.

Хонджу снова расслабился, и Мугён продолжил ласкать его член. Он брал его глубоко в рот, до самой глотки, ласкал языком головку. Он делал с ним все, что хотел.

В конце концов, Хонджу достиг кульминации. В этот же момент кончил и Мугён.

— А-ах...

Он проглотил сперму, стекающую по его руке, и облизнул губы.

Он сглотнул, чувствуя солоноватый привкус спермы. Терпкий запах ударил ему в нос. Он крепко сжал бедро Хонджу и выпил все до последней капли.

Но этого было недостаточно. Мугён раздвинул ему ягодицы большим пальцем и склонился. Он уткнулся носом в его кожу, почти касаясь членом лица, и провел языком по чувствительной плоти.

Он долго ласкал его языком, а затем слегка приоткрыл рот и вдохнул. Хонджу дернулся, когда он начал посасывать его кожу с такой силой, что у него заболели щеки.

Мугён с налитыми кровью глазами смотрел на плоский живот и грудь Хонджу, которые вздымались и опускались в такт дыханию. Не заметив признаков пробуждения, он продолжил оставлять засосы на его бедрах и в паху.

Наконец, он еще раз провел языком по головке его члена и отстранился. На его губах блестела слюна, смешанная со спермой. Он слизал ее языком, довольно улыбнувшись.

Он с жадным интересом осмотрел опухший сосок и блестящую от слюны кожу. Мугён снова почувствовал, как у него во рту скапливается слюна.

— Еще немного, и он точно проснется.

Он знал, что если Хонджу снова застанет его за этим занятием, то не увидит его неделю. Несмотря на то, что Мугён привык жить так, как ему хочется, он все же старался не переходить границы.

Хонджу давно спал, но для Мугёна их близость только закончилась. Он засунул пальцы, скользкие от смазки, между ягодиц Хонджу. Судя по тому, как мало вытекло, он все еще был напряжен. Он провел пальцем по дырочке, и оттуда выступила капелька смазки. Мугён отнес Хонджу в ванную, помыл его и уложил на чистую постель.

«Интересно, сколько раз мы меняли простыни с тех пор, как начали жить вместе?», — подумал он.

Он вытерся полотенцем, накинул халат и начал убирать беспорядок.

Раньше, когда он жил один, его раздражало любое пятнышко на полу, но теперь его возбуждали даже капли спермы и разбросанная одежда Хонджу.

— Может, мне стоит последовать совету Хонджу и начать заниматься этим самому?

«Тогда бы я меньше срывался на него, и Хонджу было бы легче», — подумал он, собирая одежду с дивана. Он поднял слуховой аппарат Хонджу и поставил его на зарядку.

Мугён распахнул дверь балкона. На улице уже чувствовалось осеннее дыхание, но этого было недостаточно, чтобы унять жар, разлитый по его телу.

— Блять, — простонал Мугён, откинувшись на спинку дивана и прикрыв глаза.

Его взгляд упал на телефон Хонджу, который лежал на краю дивана. Обычно Мугён не просматривал его сообщения, но в этот раз его мучило любопытство. Он уже делал много плохих вещей по отношению к Хонджу, но заглядывать в его телефон, пока тот спал, казалось ему неправильным.

— Если бы меня мучила совесть, я бы не додумался до такого, — пробормотал он.

Он не стал долго раздумывать. Через мгновение Мугён уже листал сообщения Хонджу в телефоне. В списке контактов он нашел только одного парня по имени Кёнхан, с которым Хонджу общался в кафе. Но и там не было ничего интересного, лишь рабочие моменты.

Телефон Хонджу был таким же скучным, как и его владелец. Никаких игр или социальных сетей, только YouTube, на который он изредка заходил из-за советов Гюо. Он просмотрел историю просмотров, но и там не было ничего интересного: видео о том, как варить кофе, плейлисты для кафе и видео с какими-то щенками. Отчаявшись найти хоть что-то интересное, Мугён открыл список контактов и сообщения.

[Я поел в комнате для персонала. Сейчас буду работать.]

[Не перенапрягайтесь.]

[Буду стараться!]

На этом переписка обрывалась. Позже они начали общаться в мессенджере. Но Мугёна заинтересовало не это, а то, что было написано в неотправленном сообщении.

[Треугольник кимбап был невкусный. Вы, хотя бы когда едите, не спешите…]

Мугён перечитал сообщение несколько раз. Оно было написано давно и наполовину стерто. Выходит, Хонджу хотел сказать ему что-то еще, но так и не отправил сообщение.

Скорее всего, он хотел написать что-то вроде «еште нормально». Как банально. Интересно, а он хотел написать, что скучает? Мугён усмехнулся.

— ...

Он еще долго смотрел на недописанное сообщение, пока экран телефона не погас, отражая его бесстрастное лицо.

Хонджу рос на его глазах, и с каждым днем Мугён чувствовал себя все более тревожно. Казалось, еще вчера тот был запуганным ребенком, а теперь, видя, как он меняется, Мугён ощущал странное беспокойство.

Он не мог подобрать этому чувству название.

«Интересно, если бы Хонджу изначально был обычным, я бы относился к нему по-другому? Наверное, мы бы никогда не встретились», — подумал он и усмехнулся собственным мыслям.

— Нет, он слишком быстро взрослеет.

Мугён хотел бы запереть его дома и никуда не отпускать. Сделать его своим ручным питомцем, который будет полностью зависеть от него.

Он знал, что Хонджу не будет сопротивляться.

— ...

Но в его голове никак не выходил из головы образ Хонджу, сидящего среди сверстников. Он выглядел таким счастливым и беззаботным, совсем не таким, как с ним.

«Сегодня он был очень близок к той жизни, о которой мечтал», — подумал Мугён, проводя рукой по шее, на которой тот оставил след.

Он закрыл балкон и прошел в спальню. Забравшись в постель, он прижался к Хонджу. Тепло его тела согревало.

— Хорошо, что тебе больше не снятся кошмары, — прошептал он.

Он нежно погладил Хонджу по волосам. Слушая его тихое, ровное дыхание, Мугён снова напомнил себе, какова его роль в их отношениях. Всё, что он мог сделать, — это быть его опорой. Давать ему то, что он хотел, и не ограничивать его свободу. Мугён подавил в себе эгоистичное желание контролировать каждый аспект жизни Хонджу.

«Но что мне делать, чтобы он чувствовал себя… обычным?» — этот вопрос не давал Мугёну покоя.

Он и сам никогда не жил нормальной жизнью, поэтому ему было сложно найти ответ. Он пытался вспомнить, что заинтересовало Хонджу во время их встречи: разговоры об учёбе или, может, о подработке? Мугён не мог уснуть до самого утра, размышляя о том, как сделать Хонджу счастливым.

— Спокойной ночи, Хонджу, — прошептал он.

После долгих раздумий он пришел к выводу просто спросить Гюо. Мугён поцеловал его слегка приоткрытые красные губы.

Чмок — звук поцелуя, разнесся над кроватью. Необычные свидания этих двоих всегда заканчивались так.

Глава 49

Неожиданный отпуск нарушил привычный ход жизни Хонджу. Пару недель — это ещё полбеды, но целых два месяца! Сначала он подумывал найти подработку, но, увидев неодобрение Мугёна, тут же отказался от этой идеи. В итоге Хонджу решил ни о чём не думать и просто наслаждаться свободным временем.

Они с Мугёном проводили вместе почти всё время, но иногда Мугён всё же отлучался.

— Хватит клевать носом, ложись спать, — сказал Мугён.

— …Хорошо, — ответил Хонджу.

— Ты чего такой уставший?

— Да так, вчера не выспался…

Хонджу отвёл взгляд. Неловко было жаловаться, когда сам Мугён полночи не давал ему спать. Смущённо отвернувшись, он поплёлся к кровати. В это время Мугён завязывал на шее тёмно-зелёный галстук, который Хонджу выбрал для него. Интересно, зачем так выряжаться, если он уходит посреди ночи? Не решаясь спросить, Хонджу молча наблюдал за его ловкими движениями, борясь с подступающим сном.

— Думал насчёт водительских прав?

В последнее время Мугён постоянно пытался чем-то занять Хонджу. То спрашивал, не хочет ли он получить образование, то советовал сходить на консультацию, то предлагал куда-нибудь съездить. Работать ему было нельзя, а от всего остального Хонджу старался увильнуть.

— До кафе я и пешком дойду. Пока что машина мне без надобности…

— Ладно. Если что — скажешь.

— Хорошо, — ответил Хонджу.

Большинство предложений он отклонял. При необходимости Хонджу мог справиться и сам, да и особого желания суетиться у него не было. К счастью, Мугён не обижался на отказы.

Хонджу проводил взглядом его спину. Мугён искал часы, чтобы надеть их на запястье. С каждым движением рубашка натягивалась, отчётливо обрисовывая лопатки.

— …

Может, стоит заняться спортом? Раньше Хонджу по несколько часов в день проводил на ногах, собирая деньги, а в последнее время совсем расслабился. Если он и выходил из дома, то только с Мугёном, а в его отсутствие компанию составлял Гадюка. Сейчас Мугён был занят, так что Хонджу решил поговорить с ним об этом позже. Мугён достатавал пальто, когда заметил, как Хонджу трёт глаза.

— Вы уже уходите? — протянул он, растягивая слова.

Мугён обернулся через плечо, услышав его сонный голос. Он уже был на пороге, но, бросив пиджак и пальто на пол, подошёл к кровати.

— Неужели скучаешь? Может, приласкать тебя немного? – спросил он с усмешкой.

— …Вы же говорили, что вам нужно работать, — ответил Хонджу.

Ему хотелось ласки, но он не мог мешать Мугёну. Хонджу уже собирался проводить его до двери. Он медленно выбрался из постели, но чья-то рука легла ему на плечо, и Хонджу рухнул обратно. Сонные глаза тупо уставились в потолок.

— Дай хоть полюбоваться тебой перед уходом, — раздался тихий смешок, и Хонджу почувствовал тепло чужого тела.

Мугён взял его руку и поднёс к своим губам. На костяшках пальцев Хонджу ощутил его горячее дыхание. Мугён целовал их, а потом накрыл глаза Хонджу ладонью, словно пряча от света.

Хонджу расслабился, чувствуя приятную тяжесть.

— Я хотел вас проводить…

— Спи. Тебе нужно хорошо высыпаться, чтобы расти, — сказал Мугён.

«Вечно он сюсюкает, как с маленьким…»– подумал Хонджу.

В кафе он считался одним из старших, и был Хонджу уверен, что все бы очень удивились, узнав, как с ним обращаются дома.

Хонджу продолжал бесцельно размышлять, пока Мугён тихо сидел рядом с ним, почти не дыша. Лишь мерное тиканье часов нарушало тишину.

—…

Хонджу всё же хотел проводить Мугёна. Он попробовал пошевелиться, но тело наполнилось приятной тяжестью, словно его затягивало на дно. Тепло чужой ладони, прикрывающей глаза, только усиливало дремоту. Сознание мутнело.

«Спи спокойно», — словно издали донёсся до Хонджу нежный шёпот, и он провалился в сон.

***

Несмотря на приятное засыпание, Хонджу приснился кошмар. Давно ему не снились такие страшные сны.

— Ах ты, щенок! Попадись мне!

Это случилось после того, как Хонджу поймали на воровстве. Он тайком откладывал по десять тысяч вон, пока не накопил около ста тысяч. Гу Пин отобрал у него всё до последней воны и жестоко избил. Спасаясь от его ударов, Хонджу бросился бежать в тёмный переулок. Ему казалось, что он слышит грубый голос совсем рядом. Хонджу спотыкался, падал, несколько раз врезался плечом в углы домов, но не останавливался.

— Ха… Ха… — он жадно хватанул ртом воздух, сердце колотилось как бешеное. Хонджу спрятался за грузовиком, чтобы перевести дыхание. В узком проёме между домами мелькнул злой взгляд Гу Пина. Шаги приближались.

— Куда ты денешься, крысёныш?!

— Чёрт!

Хонджу сплюнул и снова бросился бежать. Он даже не заметил, когда потерял один ботинок. Холодный асфальт обжигал ногу.

Наверняка у него было плохое настроение, и он просто решил сорвать злость на Хонджу.

— Будешь ещё деньги воровать?! Руки тебе переломать, чтобы неповадно было!

— Если сейчас попадусь, то точно получу! – Хонджу стиснул зубы и бросился дальше. Он выбежал из переулка на улицу, ведущую к магазину. В этот момент перед ним резко затормозила чёрная машина.

— Скрип! — Хонджу едва не попал под колёса. Он резко открыл глаза, проснувшись от ужаса.

— Ха… Ах…

Хонджу огляделся. Взгляд упёрся в тёмный потолок. Сердце бешено колотилось, прогоняя остатки сна.

— А… — простонал Хонджу, хватаясь за грудь.

Это был всего лишь сон, но тело ломило, как после долгого бега, а руки дрожали.

— Чёрт… Давно мне это не снилось…

Прошлое, от которого Хонджу так старался убежать, не отпускало его. Стоило ему забыться, как оно снова напоминало о себе ноющей болью в лодыжке.

Хонджу перевёл взгляд на соседнюю подушку, дрожащей рукой нащупал холодное одеяло и сделал несколько глубоких вдохов.

— …

В комнате было непривычно пусто. Неужели он успел так привыкнуть к его теплу? Хонджу стало холодно. Он тихонько встал с постели и подошёл к входной двери.

—…

Хонджу присел на корточки в тёмном углу. Сон пропал, оставалось ждать Мугёна. Хонджу положил голову на колени и, не отрываясь, смотрел на дверь. Сколько же сейчас времени? Как долго он здесь сидит?

Вдруг Хонджу услышал звук открывающейся двери. Глаза заблестели от радости.

— Я же точно помню, что ушёл, когда ты уснул…

Лицо Мугёна, освещённое датчиком движения, было полускрыто тенью. Казалось, он немного смущён, увидев Хонджу сидящим на полу. В его взгляде читался немой вопрос: «Ты же спал, что ты здесь делаешь?».

Хонджу с трудом распрямил затёкшие ноги. Мугён подошёл ближе. От него веяло холодом и свежестью.

— Я просто…

Мугён, нагнувшись, снял перчатки и коснулся рукой ног Хонджу, проверяя, не замёрз ли он. Хонджу промолчал про кошмар и решил сказать то, что обрадует Мугёна:

— Ждал вас.

Хонджу поднял глаза и обратил внимание на глубокую складку у Мугёна на левом глазу.

«Говорят, у людей с двойным веком на одном  глазу — ловеласы. Не позволяй им себя обмануть» — вспомнил Хонджу слова когда-то сказанные Гадюкой.

Но, казалось, Мугён был слишком поглощен им, чтобы быть ловеласом.

— Подумал, что упустил момент, — добавил Хонджу. — Вот и ждал.

— Вот  удивил,— Мугён прикрыл рот рукой, скрывая улыбку, но в его глазах всё равно плясали смешинки. Датчик движения погас, погрузив их во тьму.

— Вы устали? Пойдёмте, — Хонджу попытался встать, но Мугён опустился на пол рядом. Он обнял Хонджу за плечи. Чтобы не касаться ногами его бёдер, Хонджу пришлось напрячь пальцы ног.

— Что тебе снилось? — спросил Мугён, поглаживая его по плечу.

Тьма была такой же, как и во сне, но сейчас, рядом с Мугёном, Хонджу чувствовал себя спокойно.

— …Не помню, — ответил он.

— Можем посидеть так, пока не вспомнишь, — сказал Мугён. — Всё равно не спится.

Мугён легонько покачивал коленями, время от времени задевая Хонджу, который всё ещё сидел, съёжившись, на полу. Хонджу невольно улыбнулся его игривому жесту.

— Какой смысл рассказывать о плохом сне? Всё равно ничего не изменится.

— А я хочу знать всё, что тебя тревожит, — ответил Мугён низким голосом. — Каждая мысль, каждое воспоминание, от которого ты пытаешься сбежать… Я хочу знать всё.

Его слова проникли прямо в сердце, словно успокаивая невысказанную тревогу. Хонджу будто впервые услышал этот шёпот, который раньше мог расслышать лишь ухом со слуховым аппаратом.

— Я хочу знать, что происходит в твоих кошмарах, — продолжал Мугён. — Кто тебя преследует, что тебе говорят…

Их взгляды встретились в темноте. Хонджу и раньше это замечал: когда Мугён смотрел на него серьёзно, не улыбаясь, у него перехватывало дыхание. Казалось, от него невозможно что-либо скрыть — нужно вывернуть душу наизнанку.

— Да это всё ерунда, детские страхи, — ответил Хонджу. — Побои, побеги… Однажды меня чуть не сбила машина… Глупости всё это…

— Хм…

Мугён, до этого теребивший мочку его уха, начал медленно водить рукой по лицу Хонджу, словно пытаясь на ощупь угадать его выражение.

— Наш Хонджу такой нежный без шрамов, как персик, — прошептал он.

— Какой ещё персик?! Сколько мне лет, по-вашему?! — Хонджу возмутило, с какой лёгкостью Мугён отпускает эти слащавые комментарии. Он не маленький ведь уже!

Он почувствовал, как краснеет. Интересно, Мугён замечает это в темноте? Тот рассмеялся, пожимая плечами.

— С чего это персики должны быть определённого возраста? — передразнил он Хонджу.

— Ну… В общем…

— Тебе нравится, когда к тебе относятся, как к маленькому? — Мугён игриво провёл рукой по его щеке и отстранился. Хонджу вдруг понял, что будет скучать по его теплу. Не стоило его прогонять…Но Хонджу умел скрывать нежные чувства лучше всего на свете.

— Я рассказал вам про свой сон. Уже поздно, вам не пора спать?

— Побудь со мной ещё немного, — попросил Мугён. — Мне так спокойно…

Он обвил рукой лодыжку Хонджу и притянул его к себе. Хонджу потерял равновесие, откинулся назад и упёрся спиной в стену. Мугён притянул его ещё ближе, и Хонджу оказался в его объятиях. Ему было немного неловко от этой позы, но ровное биение сердца Мугёна успокаивало.

— Директор …А что вы будете делать на Чусок? — спросил Хонджу.

— Да ничего особенного, — ответил Мугён, легонько поглаживая его по спине.

Хонджу собирался встретиться с Кёнханом, как только у того появится свободное время. Это была единственная встреча, которую он себе позволил. Лишь после слов Кёнхана о том, что нужно встретиться до того, как все разъедутся на праздники, он осознал, как скоро Чусок.

— Не поедете к семье?

Хонджу вспомнил, что Мугён как-то упоминал, что вся его семья работает в той же сфере. Интересно, если бы Мугён всё-таки решил навестить родню, стал бы он дожидаться его у двери, как сегодня? Эта мысль вызвала у него неожиданно острое чувство грусти.

— Если я появлюсь там, то только для того, чтобы поругаться, — ответил Мугён. — У нас настолько неблагополучная семейка, что мы совсем не общаемся.

— …А… Я думал, вы работаете вместе, — пробормотал Хонджу, смутившись.

Он уткнулся носом в пальто Мугёна и закрыл глаза, прислушиваясь к его дыханию.

— С моим двоюродным братом, — сказал Мугён. — Ты с ним ещё не знаком, верно? Мы немного похожи, только он…

С каждым словом его голос звучал всё ниже, отчего по спине Хонджу пробегали мурашки.

— …Больше похож на бандита, — закончил он.

— …Больше, чем вы? — шёпотом спросил Хонджу.

Мугён расхохотался в ответ, обнимая Хонджу ещё крепче и покачиваясь из стороны в сторону.

— Да, — ответил он, наконец, отсмеявшись. — Он тот ещё фрукт. Когда будешь морально готов, я вас познакомлю.

— Ладно…

Хонджу вспомнил, как его в своё время пугал сам Мугён. Что же это за человек такой, если он страшнее самого Мугёна? Он попытался представить себе грубое лицо с такими же чертами, как у Мугёна, но тут же прогнал этот образ.

— Давай проведём Чусок вместе, — предложил Мугён. — Два одиноких человека без семьи и планов на праздник. Уверен, нам будет чем заняться.

«Конечно, будет», — подумал Хонджу. Рядом с Мугёном даже просто дышать было приятно. Он стал для него единственным лучиком света в этом сером мире.

— Хорошо, — ответил Хонджу. — Кстати, Кёнхан… это мой друг из кафе…

— А, знаю.

— …Мы договорились встретиться после праздников, когда он вернётся от родственников, — добавил Хонджу.

Он вдруг понял, что дико устал. До прихода Мугёна Хонджу совсем не чувствовал сонливости, но стоило ему оказаться в его объятиях, как всё тело расслабилось. Нежные прикосновения к спине, вибрация его голоса, запах, который становился всё более ощутимым по мере того, как Мугён согревался… Всё это убаюкивало.

— Отлично, — сказал Мугён. — Хорошо проведём время вместе и развлечемся, как следует. А то опять будешь всякие непристойности видеть во сне.

— …Угу…

Хонджу чувствовал, как на него накатывает дрёма. Голос стал тише, дыхание замедлилось. Возможно, раньше он боялся засыпать именно потому, что был один. Но теперь он больше не боялся кошмаров. Даже если он проснётся в слезах, ему не будет страшно, ведь рядом будет тот, кто согреет его.

Глава 50

Праздники ничем не отличались от обычных дней. Так же наступало утро, так же они готовили завтрак, так же гуляли… Хонджу думал, что все отдыхают дома с семьями в эти дни, но куда бы они ни пошли, везде было столпотворение. Хорошо ещё, что он решил не надевать слуховой аппарат — с ним было бы невыносимо.

— Давно я не видел такой толпы, — сказал Хонджу.

— Безумие какое-то, — Мугён с отвращением смотрел на людей, толпившихся у входа в торговый центр.

Он то и дело качал головой и массировал виски.

— Всё равно, мне понравилось, — сказал Хонджу.

В игорном доме в праздники тоже было не протолкнуться. Люди забывали о своих семьях, думая лишь о том, как бы им сорвать куш. Многие пропадали там неделями, не появляясь дома, а кто-то и вовсе тянул деньги из кошельков своих родных, лишь бы отыграться.

Хонджу привык видеть уставшие лица игроков, поэтому ему было приятно смотреть на семьи, которые мирно прогуливались, держась за руки.

— Что тебе понравилось? — спросил Мугён.

— Семьи, которые гуляют вместе, — ответил Хонджу. — Разве это не мило?

Детишки держали в руках игрушки, счастливо улыбались и бегали кругами, не обращая внимания на толпу. Хонджу стало немного завидно. Он тоже когда-то был маленьким и получал игрушечных роботов на День детей. Правда, он почти не помнил этого времени.

Хонджу грустно улыбнулся.

— Может, нам тоже стоило взяться за руки? — спросил Мугён, заметив тень грусти на его лице. — Купить тебе игрушечного робота?

— Да какой ещё робот… —пробормотал Хонджу. — А вы тоже играли такими в детстве?

— Конечно, играл, — ответил Мугён. — Думаешь, я с самого рождения был таким серьёзным?

Все дети такие милые. Интересно, а Мугён был милым в детстве? Хонджу стало интересно, покажет ли тот ему свои детские фотографии, если он попросит. Представив себе маленького Мугёна с игрушечным мечом в руках, Хонджу невольно улыбнулся.

— Мне интересно, каким директор был в детстве, — сказал он.

Мугён вскинул брови, удивлённый тем, что Хонджу вообще проявляет к нему интерес.

— Странно, что тебя это интересует, — усмехнулся он.

— У вас есть детские фотографии? — не унимался Хонджу. — Я хотел бы увидеть...

— …

Хоть под этими словами  и подразумевалось «ваши детские  фотографии», он уловил невысказанное «увидеть вас» в просьбе Хонджу. Эти слова, произнесённые им, всегда заставляли сердце Мугёна трепетать. Он попытался вспомнить хоть что-то, но безуспешно. Дома фотографий точно не было. Возможно, Минхо сможет найти парочку…

— Что ж, придётся поискать, раз ты так хочешь, — ответил он.

— Да, обязательно покажите! Мне очень интересно! — глаза Хонджу заблестели.

Он так радовался, словно речь шла о чём-то невероятном.

— А мне интересно, каким был ты, — сказал Мугён. — Спокойным? Безобидным?

— Хм… — Хонджу задумался.

В памяти всплывали обрывки воспоминаний, более яркие, чем те, что преследовали его в игорном доме. Он покачал головой.

— Я много плакал и капризничал, — сказал он. — Боялся грозы, плакал, когда ветер стучал окнами, не хотел носить носки… А ещё закатывал истерики на игровой площадке, когда не хотел уходить.

— Даже не представляю тебя таким, — Мугён склонил голову набок.

Он привык видеть Хонджу тихим и замкнутым, поэтому ему было сложно представить, что тот когда-то вёл себя как обычный ребёнок.

— Если я плакал на улице, соседка меня ругала, — продолжил Хонджу. — Говорила, чтобы я не огорчал маму. А ещё я как-то потерялся, потому что смотрел по сторонам… И был очень упрямым, отказывался есть…

До того, как их семья потеряла всё, жизнь Хонджу ничем не отличалась от жизни других детей. Он целыми днями пропадал на игровой площадке с друзьями, ходил с мамой на рынок и выпрашивал мороженое… А ещё с волнением собирал рюкзак перед школой. В памяти всплыла картина: он гуляет с семьёй по парку, вокруг цветут деревья…

«Интересно, а родители запомнили всё таким же? — подумал Хонджу. — Вспоминали ли они об этом, когда бросили меня?»

— Упрямым ты остался до сих пор., — усмехнулся Мугён.

— Наверное, — согласился Хонджу.

От воспоминаний на душе стало как-то странно. Раньше ему казалось, что его детство было тяжёлым и безрадостным, но, возможно, всё было не так уж плохо? Возможно, когда-то он был любимым ребёнком?

— Выходит, ты был красивым и милым ребёнком, — сказал Мугён. — Тем сильнее хочется взглянуть.

Он тихонько взял Хонджу за руку, и тот почувствовал тепло его ладони. «Ты не одинок. Тебя любят и сейчас», — словно говорил Мугён.

— У меня нет фотографий, — сказал Хонджу. — Хотел бы я показать…

У него не осталось ни одной детской фотографии. Хотя в школе наверняка делали снимки… Но тогда он жил в игорном доме, и на всех фотографиях, должно быть, был мрачным и неопрятным. Совсем не таким милым и красивым, каким его представлял Мугён.

— Тогда просто рассказывай, — предложил Мугён. — Я и сам всё представлю.

— …Ладно, — Хонджу кивнул и легонько сжал его руку.

Он чувствовал прикосновение холодного металла кольца. Ему больше не нужно цепляться за прошлое, за то, чего уже не вернуть. Ведь рядом с ним был человек, который подарил ему спокойствие и счастье, и научил его жить с этими чувствами.

Внезапно тишину нарушил телефонный звонок. Мугён глянул на экран. Он слегка нахмурился и нажал на кнопку ответа. Из динамика послышался взволнованный голос:

— Алло! Срочно! Нужна помощь. Надо занять место!

— Я занят. У меня свидание, — ответил Мугён.

— Сви… Да какое свидание, когда на улице толпы народу?! Приезжай сюда, посидим спокойно. А?

Мугён молча перебирал пальцами по рулю, всем своим видом показывая, что не собирается никуда ехать.

— Просто приедь и повысь ставки. Нужно создать видимость конкуренции. Председатель будет доволен, если услышит, что он купил это по выгодной цене.

Хонджу не понимал, о чём идёт речь, но чувствовалось, что ситуация серьёзная. Он старался дышать тише, чтобы его не было слышно.

— Гюо попросил? Сказал побеспокоить меня? — спросил Мугён.

— Да с чего бы?! Думаешь, я на побегушках у него?! Ну, иногда… — голос в трубке замялся. — Ладно, сегодня не тот случай. Просто Чха Чехи внезапно слилась, и теперь у нас проблема.

Мугён вопросительно посмотрел на Хонджу, словно спрашивая разрешения. Хонджу легонько кивнул. Куда бы они ни пошли, главное — быть рядом с Мугёном.

— Ну… — протянул Мугён в трубку.

— Да-да, я весь внимание! — послышался бодрый голос.

Мугён оглядел Хонджу. В белой толстовке и спортивных штанах тот выглядел как обычный двадцатилетний парень. Мило, конечно, но на аукционе он будет выделяться из толпы.

— Нужно прикупить одежду. Запишем на представительские расходы?

— Чёрт, богатые становятся ещё богаче…

— Ты отказываешься? —  уточнил Мугён.

— Нет-нет, что ты! — поспешил заверить его голос из трубки. — Я имел в виду, выбирай любую одежду, которая понравится. Да-да. Знаю один бренд сейчас в тренде... Для молодёжи лучше подойдёт вот этот... — человек в телефоне продолжал нести всякую чушь. Мугён немного послушал его, а затем, не говоря ни слова, бросил трубку.

— Так можно было? — удивился Хонджу. — Он казался очень взволнованным...

Мугён пожал плечами.

— А почему нет?

Они остановились возле торгового центра. Хонджу сразу понял, что Мугён бывает здесь часто.

— Может, на этот раз возьмёмся за руки?

— …Хорошо, — ответил Хонджу.

Обычно Хонджу бы отказался, стесняясь, но сегодня он решил сделать исключение. Ведь сегодня день, когда можно держаться за руки с семьёй.

В отличие от других мест, здесь было тихо и спокойно. Мугён проводил Хонджу в уютный бутик и предложил подождать, пока принесут одежду. Вскоре перед ними выстроился целый ряд костюмов. Хонджу быстро примерил несколько из них, затем выбрал один и они покинули торговый центр

— Тебе идёт, — заметил Мугён. — Конечно, с такой-то внешностью…

— …Не похоже на то, что носят игроки? — Хонджу неловко поправил пиджак, садясь в машину.

Ему было странно и непривычно в строгом костюме. Интересно, как Мугён каждый день это носит?

— С таким игроком за одним столом я бы точно потерял все деньги! — рассмеялся Мугён, поправляя непослушные волосы Хонджу.

Хоть он и шутил, у Хонджу от этих слов побежали мурашки по коже.

— Даже не думайте об этом, — строго сказал он.

Мугён не смог сдержать улыбки. Хонджу пытался казаться грозным, но у него это получалось очень мило. Интересно, догадывается ли он об этом? Наверное, нет, раз он так же ведёт себя и перед Гюо. А тот зная это, все равно говорит что-то вроде «я скучаю по картам» или «моим рукам нечем заняться» — одни сплошные провокации

— Хорошо-хорошо, понял я, — усмехнулся Мугён, заметив недовольный взгляд Хонджу.

Но тот вскоре снова переключил внимание на свой неудобный костюм.

«Видно, как ему некомфортно, нужно поскорее его раздеть,» — подумал Мугён, и его пальцы на руле невольно сжались.

С тех пор как Хонджу сам выбрал костюм, почти такого же цвета, как у Мугёна, эта мысль не выходила у него из головы.

Глава 51

— Ваши телефоны нужно оставить здесь, — сказал сотрудник.

Хонджу и Мугён положили телефоны в специальный ящик и, получив номерки, проследовали за сотрудником в зал. Хонджу с любопытством разглядывал всё вокруг.

— А здесь всегда телефоны забирают? — шёпотом спросил он, когда они заняли свои места.

— Если есть, чего опасаться, то да, — ответил Мугён.

Хонджу не раз бывал в разных местах, собирая долги, но на аукционе оказался впервые. Раньше он видел, как проводят торги только на рыбном рынке. Роскошная и строгая атмосфера аукциона ему была незнакома.

— Просто сиди и смотри, — сказал Мугён.

— Хорошо, — кивнул Хонджу.

В такой обстановке даже говорить вслух не хотелось. Он беспокойно оглядывался по сторонам, пока не заметил мужчину в строгом костюме, который вошёл в зал в сопровождении сотрудника. Их взгляды встретились.

— …

Это был Минхо, который совсем недавно разговаривал с Мугёном по телефону. Кажется, они не виделись с тех пор, как провернули то дельце с Гу Пином. Мужчина слегка приподнял брови, словно он узнал его. Но в следующее мгновение Минхо поправил очки, отводя взгляд. Хонджу притянул Мугёна к себе и прошептал:

— Он здесь.

Мугён, склонив голову, внимательно слушал. Не отвечая, он легонько сжал руку Хонджу. Видимо, им нужно было делать вид, что они не знакомы, потому что они даже не смотрели друг на друга. Хонджу выпрямил спину и уставился прямо перед собой, но всё его внимание было приковано к теплоте руки Мугёна.

На аукционе были выставлены самые разные вещи: люстры, картины — всё выглядело очень дорого. Мугён время от времени поднимал табличку со своим номером. Минхо, сидевший впереди, поднимал свою ставку, а Мугён тут же перебивал её. Несколько раз такая схема повторялась, пока Минхо, наконец, не выигрывал лот, предлагая невероятную сумму.

Видимо, чтобы сбить с толку присутствующих, Мугён делал ставки и на те лоты, которыми Минхо не интересовался. При этом он не переставал играть с рукой Хонджу, поглаживая и сжимая её.

Сколько они так просидели? Только когда с молотка ушла большая картина, аукцион подошёл к концу. Как только в зале зажёгся свет, Мугён поднялся со своего места.

— Подождите, у меня уже рука вспотела, — прошептал он.

Кажется, от постоянных прикосновений рука Хонджу действительно стала влажной. Он хотел немного остудить её, пока они будут идти к выходу. В конце концов, как только они сядут в машину, Мугён снова возьмёт его за руку. Мугён усмехнулся и разжал руку.

— Иди за мной. И смотри, никуда не сворачивай.

— Ладно, — кивнул Хонджу.

Он шёл, почти касаясь спиной широкой спины Мугёна. У выхода столпились люди, ожидающие свои телефоны. Несмотря на просторный холл, из-за большого скопления людей Хонджу начал отставать. Он изо всех сил старался не потерять из виду Мугёна, который был на голову выше его.

— Всего доброго, берегите себя.

— ...Хорошо, — пробормотал Хонджу.

Один из сотрудников раздавал что-то на выходе. Хонджу машинально взял протянутую ему небольшую картонную коробку и поклонился. Затем он тут же поднял глаза, ища взглядом Мугёна. Тот стоял в отдалении, наблюдая за ним с слегка склоненной головой. Казалось, его взгляд спрашивал: «Чего ты копаешься?» Хонджу поспешил к нему, снимая со своей рубашки номерок.

— Стоит только отвлечься, как ты сразу... — сказал Мугён, как только Хонджу подошел поближе.

Он обнял его за плечи и окинул взглядом коробку в его руке. В следующий момент их уже подхватила толпа и они оказались в лифте.

Как только они сели в машину, Мугён выхватил коробку из рук Хонджу.

— Я же говорил, не брать ничего у незнакомцев! — возмутился он.

— Мне просто дали… Кажется, это всем раздавали, — попытался оправдаться Хонджу.

— Откуда ты знаешь, что там? — проворчал Мугён.

— …

Конечно, Хонджу не знал, что там внутри. Но если это давали всем… Он обиженно посмотрел на Мугёна и принялся пристегиваться. Вдруг задняя дверца распахнулась. Хонджу испуганно обернулся.

— Что за гнетущая атмосфера? — послышался голос Минхо.

Значит, Мугён не зря медлил… Он ждал его.

— Я же говорил тебе не разговаривать с незнакомцами, а ты ещё и это от них взял,— проворчал Мугён, показывая на коробку в руках Хонджу. Затем он забрал её и швырнул на заднее сиденье.

Минхо равнодушно взглянул на коробку, повертел её в руках и небрежно открыл.

— Да так… приветственный презент… — пробормотал он, снимая очки. — Ладно, ты прав, когда воспитываешь детей, их нужно приучать к осторожности.

Их взгляды встретились. Хонджу невольно напрягся. Он вспомнил, как Мугён послал его забрать сигареты, за которые тот был должен.

Однако, сейчас в нём не было и капли от того человека, который казался азартным игроком и играл в карты с Гу Пином. В обычной одежде, с холодным и отстраненным выражением лица, Минхо выглядел гораздо более резким.

— … Здравствуйте, — пробормотал Хонджу.

— Давно не виделись, — усмехнулся Минхо. — Глядя на тебя, я снова вспоминаю о тридцати миллиардах…

— Эй, прекрати постоянно говорить о деньгах. Разве смысл жизни только в них? — перебил его Мугён.

— ...Ха, — только и смог выдавить из себя Минхо. Он удивлённо посмотрел на Мугёна. — Тебе ли это говорить? У меня до сих пор голова раскалывается.

— Тебе влетит от Ку Хонджу, если продолжишь говорить о деньгах. Он у нас парень серьезный, сам знаешь, — усмехнулся Мугён.

— Да уж, — вздохнул Минхо. —  Уже от того, что он здесь, у меня мурашки по коже.

Хонджу догадывался, что Минхо имел в виду, говоря о «тридцати миллиардах». Кажется, тогда речь шла о том, чтобы сдать Гу Пина и управляющего Яна… Но в итоге план изменился, и они погибли. Хонджу до сих пор не знал, куда делись деньги, которые Мугён должен был получить за них. Но он не сомневался, что Мугён ни за что не рассказал бы ему об этом. Оставалось лишь догадываться, сколько он потерял, мстя за Хонджу.

— В любом случае, я до сих пор не могу забыть об этих деньгах, — вздохнул Минхо.

— …

Даже без слов было понятно, что Минхо к нему не расположен. Что, впрочем, неудивительно. Вряд ли кто-то смог бы спокойно забыть о такой огромной сумме, которую увели у него прямо из-под носа. Хонджу потёр вспотевшие ладони о колени. Ему вдруг стало ужасно неуютно, будто он сидел на иголках.

— Но сейчас ты выглядишь гораздо лучше, чем тогда. Помнишь тот день, когда Сон Мугён тебя избил?

Хонджу вспомнил как он впервые увидел Минхо. Избитый Гу Пином, он согласился на предложение Мугёна, который фактически угрожал ему… Вот и сейчас Минхо откровенно разглядывал его лицо, словно пытаясь отыскать следы побоев. Казалось, он не сочувствовал ему, но помнил о его ранах.

Хонджу стало неловко, что Минхо вспомнил об этом. Но в то же время он был благодарен ему за то, что тот помнит о его боли. Хонджу повернулся к нему и поклонился.

— … Спасибо. Но это не директор меня избил, — сказал Хонджу.

Он не мог не заступиться за Мугёна. Конечно, Хонджу не совсем избежал его побоев, но в тот раз его избил не Мугён. Минхо улыбнулся и поднял руку в примирительном жесте.

— Да-да, конечно, — сказал он.

Он выглядел и вёл себя как политик на предвыборной кампании. Мугён, наблюдавший за ним, усмехнулся. Дальше они говорили о чём-то, в чём Хонджу совсем не разбирался. Скорее всего, о делах компании.

— Кстати, а для кого были все эти вещи на аукционе? — спросил Мугён.

— Для директора «МёнФильм».

Тому, что владеет сетью кинотеатров премиум-класса.

— А, понятно, — кивнул Мугён.

Видимо, Мугён собирался подарить эти вещи директору «МёнФильм». Дальше они говорили о чём-то своём, используя незнакомые Хонджу термины. Он просто смотрел в окно на темнеющий город.

— У тебя наличные есть? — вдруг спросил Мугён.

— У меня? Да, а что? — ответил Минхо, начиная рыться в карманах пиджака.

— Выходи здесь и лови такси. Если ты будешь размахивать этими деньгами, к тебе выстроится очередь желающих тебя подвезти, — сказал Мугён, включая поворотник и съезжая на обочину.

— Мы же почти приехали, это же нелепо, — возмутился Минхо.

— На такси ты тоже быстро доедешь. Я же не собираюсь нести тебя на руках до самого дома.

— ...Ха.— Минхо недовольно фыркнул.

Он нехотя поднялся с сиденья и натянул пиджак, не выпуская из рук коробку, которую забрал с собой Хонджу.

Он был чем-то похож на Гадюку, но в то же время совсем не похож. Гадюка наверняка попытался бы очаровать их своим красноречием, чтобы добраться до места назначения. Но Минхо предпочитал действовать быстро и расчётливо.

— …

«Может, ему неприятно разговаривать при мне?» — Хонджу вопросительно посмотрел на Мугёна. Тот никак не отреагировал на его взгляд, лишь слегка приподнял бровь.

— Пожалеешь, — пробормотал Минхо, выходя из машины. — Завтра я заставлю тебя работать до изнеможения. Будь готов.

— Ага, — буркнул Мугён.

Он не собирался трогать руль, пока Минхо не выйдет, и сидел, скрестив руки на груди. Хонджу замешкался, не зная, попрощаться с Минхо или нет. В этот момент Минхо захлопнул дверь. Хонджу поёжился от прохлады.

— Спасибо за подарок, — раздался голос Минхо.

Хонджу быстро повернулся к нему и поклонился. Из-за того, что он сидел у окна, его голова с глухим стуком ударилась о стекло. Минхо рассмеялся, и последние слова Хонджу потонули в его смехе.

— … До свидания, — пробормотал Хонджу.

— Ага, — отозвался Минхо.

Дверь захлопнулась. У Хонджу не было сотрясения, но от смущения он готов был провалиться сквозь землю. Мугён накрыл его руку своей ладонью.

— Чего ты так занервничал? — спросил он.

— Вы высадили его, потому что вам было неудобно разговаривать с ним при мне?

— …

Хонджу обернулся и увидел, как Минхо садится в такси. Видимо, он действительно решил помахать деньгами, чтобы поймать машину.

— Этот ублюдок обращает на тебя слишком много внимания. Меня это бесит, — прокомментировал Мугён.

— …

Они поговорили совсем недолго, Хонджу только поклонился в знак приветствия. Но Мугён иногда придавал значение самым странным вещам.

— Ещё бы, ты так красиво выглядишь в этом костюме … — пробормотал Мугён, продолжая гладить Хонджу по лбу, где не осталось и следа от удара.

Затем медленно убрал руку. Хонджу казалось, что ещё секунду назад всё было в порядке, но теперь он чувствовал жар в том месте, где его коснулась рука Мугёна.

Хонджу всегда одевался в толстовки с капюшоном или яркую одежду, которую ему давал Мугён, и поэтому считал, что тому нравится такой стиль. Но судя по всему, его нынешний образ тоже очень понравился Мугёну. Как только они зашли в дом, Мугён напал на Хонджу, обнимая его и жадно целуя.

— А, ну… не здесь, — смутился Хонджу.

Иногда, когда Мугён был слишком возбуждён, он начинал приставать к Хонджу прямо у входа. Хонджу не возражал против секса в прихожей, но он боялся, что кто-нибудь может услышать их. Хонджу поцеловал его, пытаясь утихомирить пыл Мугёна, а затем прошептал:

— Здесь… холодно. Пойдёмте внутрь.

Кажется, его мольбы не произвели на Мугёна никакого впечатления. Он продолжал ласкать Хонджу, касаясь его худой фигуры под рубашкой. Он гладил его по талии, плечам, рукам и щекам. Хонджу чувствовал, как дрожат его пальцы от возбуждения.

— Не могу же я игнорировать Ку Хонджу, когда он так возбуждён. Это сделало бы меня настоящим злодеем. — прошептал Мугён, прижимая Хонджу к стене.

— …

— По крайней мере, я не хочу быть злодеем в твоих глазах, — Мугён прижался к Хонджу лбом и смотрел ему в глаза. Он видел, как дрожат ресницы Хонджу.

Мугён медленно провёл языком по его бровям, изящному носу и влажным губам.

В конце концов, его взгляд остановился на алом языке, виднеющемся из-за приоткрытых губ Хонджу.

Мугён вспомнил его влажный, горячий язык, и лишь от этого у него мгновенно заныло в паху. Он прикусил нижнюю губу Хонджу и слегка потянул её, наслаждаясь тем, как она растягивается.

— До кровати идти слишком далеко, — прошептал Мугён.

— …

Хонджу слегка наклонил голову, и их носы соприкоснулись. Их губы снова слились в поцелуе, и Мугён вдохнул горячий воздух в его рот. Он быстро провёл рукой по холодному телу Хонджу, чтобы согреть его.

— А? — прошептал он.

— …

Хонджу продолжал смотреть вниз. Мугён видел, как он нервничает. Видимо, он боялся, что их услышат.

Хонджу был такой милый, когда волновался. Ему и в голову не приходило, что они могут заняться любовью прямо здесь. Но Мугён решил подразнить его.

— Хонджу, — прошептал он.

— Ну… — начал Хонджу, казалось, он что-то решил.

На несколько секунд повисла тишина. Хонджу взял Мугёна за пиджак.

— Только это здесь сделаем и пойдём, — прошептал он.

Он слегка потянул за лацкан пиджака, прижимаясь к Мугёну губами. Уголки губ Мугёна слегка приподнялись в улыбке. Стоило Хонджу сказать хоть слово против, и Мугён тут же отступил бы. Но ему нравилось, как Хонджу, несмотря на свои страхи, всё равно поддавался ему.

Все видели красивое лицо Ку Хонджу, чувствовали доброту, скрывающуюся за его отстранённостью, и знали, что за этим прячется отзывчивое сердце.

Но только перед Мугёном Хонджу становился таким мягким и податливым. Эта особая привилегия наполняла Мугёна волной возбуждения.

— Хмф …

Мугён грубо просунул язык в приоткрытый рот Хонджу. Он прижимался к нему так сильно, что Хонджу почувствовал, как у него пригибается нос. Это был страстный поцелуй. Хонджу застонал, цепляясь пальцами за Мугёна.

— Ых… ах… — стонал Хонджу, не в силах сдержать хриплые звуки.

Мугён нахмурился и засунул язык ещё глубже. Каждый раз, когда Хонджу пытался сопротивляться, сжимаясь, Мугён чувствовал давление на свой язык, и его возбуждение только усиливалось.

Он продолжал ласкать грудь Хонджу, но галстук Хонджу постоянно цеплялся за его пальцы. Мугён недовольно нахмурился и протянул руку к его шее. Он хотел лишь снять галстук.

— А… стойте … — Хонджу отшатнулся, когда почувствовал, как Мугён коснулся его шеи.

Мугён, который до этого пристально смотрел на Хонджу с приоткрытым ртом и высунутым языком, поднял глаза.

— Ах… — пробормотал он.

Хонджу опустил голову. Он посмотрел на палец Мугёна, запутавшийся в галстуке, и смутился.

— Я… я испугался. Вы так неожиданно коснулись моей шеи… — пробормотал он.

Кровь, кипевшая в венах секунду назад, мгновенно застыла.

— …

Мугён не помнил, когда у него появилась привычка душить партнёра во время секса. Он не помнил, как приучил Хонджу к этому, но точно помнил, когда перестал это делать. Это случилось, когда он увидел синяки на шее Хонджу. Когда он заметил его заплаканное лицо и дрожащие ресницы каждый раз, когда сжимал его горло. Чувство вины сковало его, и он больше не мог душить Хонджу.

Он не хотел больше быть плохим для Хонджу. Это началось давно, поэтому теперь он уже ничего не мог исправить. Чувство вины, до этого скопившееся в его ладонях, теперь разливалось по всему телу.

— … В таких случаях просто отталкивай меня и всё, — прошептал он.

— Что? — спросил Хонджу.

— Вот так, — прошептал Мугён, беря его за руку, которая лежала на его плече.

Хонджу никак не сопротивлялся, когда Мугён потянул его за руку. Он сжал запястье Хонджу и несколько раз с силой ударил его рукой по своей щеке.

После трёх-четырёх ударов Хонджу, который до этого был ошеломлён и неподвижен, отдёрнул свою руку.

— Что вы делаете? — спросил Хонджу.

— Если ты снова испугаешься, просто бей меня, — сказал Мугён.

— …

— Неважно, сделал я что-то плохое или нет. Просто делай это, если тебе страшно и ты боишься.

Хонджу не чувствовал боли, так как хватка Мугёна была довольно мягкой. Но когда он своими руками душил Хонджу, то безжалостно перекрывал ими воздух. Он запомнил страх, который испытывал, даже после того, как прошёл почти год.

Живя с Хонджу, Мугён хотел не просто избавиться от чувства вины, но и вселить в него уверенность в будущем. Но сейчас он понял, что слишком забежал вперёд.

Вместо того, чтобы снова схватить его за запястье, Мугён наклонился и прижал щёку к его ладони. Хонджу осторожно погладил его по щеке, где не было ни синяков, ни следов от ударов.

— … Бей меня, — прошептал Мугён.

Он прожил свою жизнь, как подонок и не мог её очистить. Но сейчас, если бы у него была возможность, он отдал бы миллиарды, чтобы стереть это прошлое. Хотя, Хонджу бы это не понравилось — он ненавидел, когда Мугён пытался всё решить с помощью денег.

— Если вы будете применять силу, я вас не смогу остановить, — сказал Хонджу, продолжая гладить щеку Мугёна.

Его прикосновения были такими нежными, что у Мугёна перехватило дыхание. Он чувствовал себя так, словно это Хонджу его душил.

— …

Хонджу всегда выигрывал. Стоило ему сказать хоть слово, и Мугён был готов отступить. Ку Хонджу держал в своих руках все карты Мугёна.

Мугён взял руку Хонджу, накрывая её своей ладонью. Он ощутил кольцо на его пальце и убедился, что Хонджу всё ещё связан с ним.

— Я правда испугался, когда вы коснулись меня. Здесь… холодно. Пойдёмте в спальню, — сказал Хонджу.

— …

— Пойдёмте, хорошо? — продолжал он, пытаясь успокоить Мугёна.

Мугён наконец вздохнул.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

— …

На этот раз онемел Хонджу. Мугён, глядя ему прямо в глаза, снова почувствовал, как перехватывает дыхание.

— Может, это звучит банально, но я должен сказать это прямо сейчас, — продолжил Мугён.

— …

— Я люблю тебя, Хонджу, — прошептал он.

«Я хочу, чтобы ты был счастлив. Я хочу, чтобы ты жил так же легко, как и все остальные. Я хочу осыпать тебя любовью, чтобы ты забыл о всех моих прошлых ошибках».

Его тихий голос достиг левого уха Хонджу, которое не было прикрыто слуховым аппаратом. Хонджу не мог произнести ни слова, пока слова Мугёна не проникли в его сердце Он задумался над признанием. Мугён продолжал признаваться в любви.

«Я люблю тебя, Ку Хонджу, я люблю тебя. Я очень сильно люблю тебя».

— ...Спасибо. Спасибо, что сказали, что любите меня, — наконец, прошептал Хонджу.

Он поднял на Мугёна своё чистое лицо, на котором почти не осталось шрамов. Его глаза, полные слёз, покраснели.

— Спасибо, — прошептал Хонджу.

По его ответу Мугён понял, что Хонджу чувствует то же самое. Он прижал щёку к маленькой ладони Хонджу и сделал глубокий вдох, стараясь дышать в один такт с ним.

Глава 52

Ку Хонджу не любил суеты. Мугён хотел, чтобы Хонджу отдохнул как следует: посетил новые места, попробовал что-то вкусное, но тот сказал, что ему лучше всего просто сидеть дома. Точнее, ему нравилось спокойно пить кофе и смотреть в окно.

— Может, купить остров и построить там виллу? — пробормотал Мугён, наблюдая за спиной Хонджу, который стоял за застеклённой дверью балкона.

Ещё минуту назад они сидели рядом, смотрели друг другу в глаза, а сейчас, стоило им немного отдалиться, Мугён начал беспокоиться. Уже стемнело, на улице кроме проезжающих машин ничего не было, так что же Хонджу там так увлечённо разглядывал?

— …

Он нарочито отбросил зарождающееся беспокойство.

«В конце концов, он жил в шумном месте, может быть, ему и правда больше нравится тишина», — подумал Мугён.

Ему самому было бы приятно построить для него виллу, но Хонджу бы её возненавидел. Он терпеть не мог расточительство, так что, скорее всего, Мугён бы получил нагоняй.

Мугён изо всех сил старался сдерживать желание действовать решительно. Сейчас он должен был только создавать условия, чтобы Хонджу привык к миру. В конце концов, всё свободное время Хонджу принадлежало ему, так что спешить было некуда.

Настенный планшет издал тихий сигнал.

«Конечно же, именно сейчас.»

Мугён неохотно направился к двери. Нажав на кнопку, он услышал, как открывается входная дверь.

— Быстро давай, что принёс, и проваливай, — бросил грубый голос.

Мугён без приветствия протянул руку. Гюо, стиснув зубы, презрительно фыркнул.

— Что же ты, гость пришёл, а сам не выходишь? — пробурчал Гюо, и оглянулся по сторонам, видимо, в поисках Хонджу.

Он бросил пакет, который держал в руках, Мугёну и постучал в балконную дверь. Хонджу обернулся, его глаза широко раскрылись от удивления. Он, похоже, не ожидал, что кто-то придёт, и был сильно удивлён. Вскоре дверь открылась, и Хонджу, неся с собой запах свежего воздуха, вошёл внутрь.

— Здравствуй, — поприветствовал он.

— Что ты там разглядывал? Даже не заметил, как я пришёл, — сказал Гюо.

— Я не знал, что ты придёшь. Просто…

Хонджу смущённо потёр шею, не зная, что ответить, чувствуя себя неловко, ведь ничего особенного он там не делал. Мугён взял USB-накопитель, который принёс Гюо в пакете. Затем подошёл к Хонджу и нежно погладил его по шее и лицу, всё ещё хранящим прохладу улицы.

— Что это за монастырь? Вам тут не скучно? Поехали прокатимся!

— …

Хонджу промолчал. Он лишь посмотрел на Мугёна, который полностью контролировал его свободное время.

— Едь, а мы помоемся и ляжем спать, — ответил Мугён.

— Ну почему? Давайте съездим куда-нибудь недалеко, развлечёмся. У тебя же тоже отпуск, Хонджу. Можем за час до моря добраться!

При слове «море» глаза Хонджу заблестели.

— … Неужели так близко?

Мугён почесал бровь, прикидывая время в уме. «Должны успеть вернуться часа за два, самое позднее», — подумал он.

— Конечно. Праздники закончились, людей будет мало. Представляешь, как классно будет выпить пивка на берегу моря? — воскликнул Гадюка.

— …

Хонджу, внимательно выслушал сказанное, и снова бросил робкий взгляд на Мугёна. Этим взглядом он словно спрашивал разрешения.

— Но вернёмся в час ночи, не позже, — сказал Мугён.

Хонджу уже давно ничем, кроме сидения дома, не интересовался, поэтому, конечно же, он не мог отказать.

— Ура! — радостно воскликнул Гюо. Он был тем ещё любителем повеселиться.

Хонджу, похоже, тоже был не против этой идеи, и встал с места.

— Оденься потеплее и поудобнее, — сказал Мугён, легонько коснувшись уха Хонджу, намекая, чтобы тот не надевал слуховой аппарат.

— Хорошо, — послушно кивнул Хонджу и поспешил в гардеробную.

Его шаги были полны предвкушения.

— Нечего его подбивать! — проворчал Мугён, обращаясь к Гюо.

— Да ладно тебе! Ты же сам волновался, что он всё время дома сидит.

— …

Мугён хотел, чтобы Хонджу нашёл себе занятие по душе, но это было его, Мугёна, задачей. Он махнул рукой, не желая ничего объяснять.

И вот, троица отправилась в незапланированную ночную поездку.

— Ёсу, ночное моооре, — раздавалось в машине пение Гюо.

Он то и дело поглядывал на свой телефон, изредка толкая Хонджу в плечо и показывая ему экран.

— Смотри, какой милашка! — восклицал Гюо.

— Точно! Так и хочется за щёчку укусить.

Мугён не знал, что именно они там разглядывали, но Хонджу, похоже, и правда понравилось это. Он не отрывал глаз от экрана.

— Эй, Вон Гюо, я за рулём, а ты тут развлекаешься! — возмутился Мугён.

— А ты как думаешь, что бы вы вытворяли на заднем сидении, если бы я был за рулём? — многозначительно поинтересовался Гюо.

Гадюка слишком хорошо знал его. Мугён и так всё время думал о том, чтобы поцеловать Хонджу, видя, как тот воодушевлён поездкой к морю. А раз уж Гюо сам затронул эту тему, то сдерживаться больше не было смысла. Мугён взял руку Хонджу с кольцом и притянул её к губам. Хонджу не мог толком сопротивляться, боясь помешать водителю, поэтому Мугён принялся посасывать и покусывать его пальцы.

С заднего сиденья послышался тихий вздох и вопль отчаяния. Хонджу, покраснев, закрыл лицо рукой.

— Вот так и развлекались бы без тебя — не унимался Мугён.

— … Давайте просто помолчим, — взмолился Гюо. — Пожалуйста, тишины.

Машина ехала ещё около получаса в полной тишине, если не считать музыки. На парковке было пусто — сказывался будний вечер и прохладная погода. Гюо, впервые оказавшийся в этом месте, бодро выскочил из машины, и после того, как Мугён застегнул куртку Хонджу, они последовали за ним.

— Вот сюда! — крикнул он, указывая на скамейку со столиком.

Место было удачным: рядом находился круглосуточный магазин, да и вид на море открывался прекрасный. Мугён оглядел скамейку, покрытую песком.

— Садись, — сказал он, смахнув песок с сиденья и положив свою куртку.

— На улице холодно, наденьте куртку обратно, — ответил Хонджу.

— Выбирай: сядешь сюда или ко мне на колени?

Хонджу тут же бросил взгляд на Гюо. Мугёну не понравилось, что Хонджу так осторожничает, и он, схватив его за запястье, легонько потянул на себя.

— Так куда ты сядешь? — повторил Мугён.

— Хонджу, садись на скамейку, пожалей мои глаза и не порти мне зрение, сидя у него на коленях! — вмешался Гюо.

— … Хорошо, — ответил Хонджу и неловко опустился на куртку, расстеленную на скамейке.

— Ладно, как знаешь, — махнул рукой Мугён, вытирая рядом скамейку, и сел, обняв Хонджу за талию.

—  Лучше бы я взял с собой повязку на глаза, —  пробормотал Гадюка.

— Скажи ещё, что хочешь сделать себе такие же золотые зубы! Ты, похоже, был втайне без ума от управляющего Яна!

— О! Ты тоже говоришь про управляющего Яна! Да вы одинаковые! — воскликнул Гюо, и Хонджу, услышав их разговор, опустил голову и тихонько рассмеялся.

«Похоже, его больше не расстраивают разговоры о управляющем Яне», — отметил про себя он.

— Ну, рыбак рыбака видит издалека, — ответил Мугён и, притянув к себе хрупкие плечи Хонджу, уткнулся носом в его волосы.

Хонджу недавно помылся, и от его волос исходил аромат шампуня. Мугён глубоко вдохнул этот приятный запах.

— Я сам схожу за выпивкой. Ты, хён, пьёшь пока воду, — сказал Гюо и, насвистывая, направился к магазину.

Свежий морской бриз смешивался со сладким ароматом шампуня.

«Холодно», — подумал Мугён и крепче обнял Хонджу.

— Несмотря на холод, здесь довольно много людей, — заметил Хонджу.

— Действительно, — согласился Мугён, оглядываясь по сторонам.

На некотором расстоянии от них расположились несколько компаний, ели лапшу и закуски. Чуть поодаль пара фотографировалась на фоне моря. Девушка, высоко подняв руку с телефоном, поцеловала парня в щёку и засмеялась. Мугён, наблюдавший за ними, легонько кивнул в их сторону.

— Ты бы тоже так сделал?

— …

Хонджу, с опозданием заметив фотографирующуюся пару, смущённо закусил губу. Он с трудом держал Мугёна за руку, а тут такие нежности на публике… Впрочем, если бы Мугён был на месте девушки, всё было бы по-другому...

— Но тут же так много людей… — прошептал Хонджу, оглядываясь по сторонам. Но затем, немного подумав, покачал головой.

— Сложно, очень сложно добиться от нашего Хонджу хоть одного поцелуя… — вздохнул Мугён.

— …

Хонджу застегнул молнию на куртке и опустил голову, пряча лицо до самого носа. Мугён понял, что пора сменить тему.

Тем временем Гюо, закончив выбирать покупки, направился к кассе. Мугёна посетила внезапная мысль, и он, наклонившись к Хонджу, медленно произнёс, чётко артикулируя каждое слово:

— Я слышал, наш менеджер собирается увольняться.

— Что? А почему? — Хонджу удивлённо поднял на него глаза.

— Хочет вернуться в свой родной город и открыть собственный бизнес. Так вот…

Мугён специально говорил медленнее, чтобы шум волн не заглушал его слова. Тёмные глаза Хонджу внимательно следили за движением его губ.

— Как ты смотришь на то, чтобы занять его место? — предложил Мугён.

— Мне? Стать менеджером? Но у меня же так мало опыта… — неуверенно проговорил Хонджу.

Мугён сделал это предложение, потому что Хонджу, похоже, нравилось работать в кафе, да и справлялся он со своими обязанностями отлично. К тому же, остальные работники, скорее всего, уволятся после окончания университета, а надёжный человек на должности менеджера был бы очень кстати.

— Глупости, главное — хорошо работать, — отмахнулся от его слов Мугён.

Хонджу замолчал, поджав губы. Он всегда отказывался от подобных предложений, стараясь всё делать сам, и никогда не жаловался.

Судя по всему, он собирался отказаться и на этот раз. Ну что ж, Мугён не мог его заставить. Он ещё крепче обнял Хонджу за плечи. Холодный ветер обдал их ледяным дыханием и растворился где-то вдали.

— Хм… — только и выдохнул Хонджу в ответ.

Даже сквозь завывания ветра Мугён ясно слышал, как Хонджу тянет последнее слово. Это было странно.

— …

Если бы он действовал, как хотел, то продал бы кафе, дал Хонджу денег на безбедную жизнь и запер его дома. И пусть бы тот хоть до посинения кричал, что хочет выйти, Мугён бы никогда не выпустил его, и они бы точно не гуляли сейчас на берегу моря. Мугёну было жутко от того, что он позволяет себе такие мысли, но при этом ничем не выдаёт себя перед Хонджу.

«Он может отказаться, но должен ответить!» — повторял про себя Мугён, наблюдая за тем, как шевелятся губы Хонджу.

— Хм… я подумаю, — наконец, ответил Хонджу.

Это было неожиданно. Обычно он сразу давал отказ, а тут вдруг решил подумать. Неужели на этот раз всё получится? Мугён постарался скрыть нетерпение и как можно спокойнее сказал:

— Не торопись, времени ещё много.

— Хорошо, — кивнул Хонджу.

В этот момент к ним подошёл Гюо, неся в руках гору банок с пивом.

— Держи, — протянул он Мугёну бутылку. — Это вода, но самая дорогая!

— Спасибо, — усмехнулся Мугён.

Гюо поставил перед собой почти все банки пива, а Хонджу дал всего одну. Он уже пил с ним раньше, поэтому знал, что он почти не пьёт.

— Ну, за удачную поездку! Отличный повод выпить! — воскликнул Гюо.

Мугёну тоже очень хотелось пива, но ночевать неизвестно где он не собирался. Пришлось подавить желание.

— Нужно протереть, — сказал Хонджу и, подвернув рукав толстовки, принялся вытирать банку.

Гюо удивлённо посмотрел на него, а затем повторил его действия.

— Ты такой же чистюля, как и твой хён. Наверное, научился у него?

— Да, я видел, как директор так делал, когда был в игорный доме, — смущённо улыбнулся Хонджу и отпил немного пива.

«Так вот оно что…»

Мугёну вспомнилось, как Хонджу внимательно наблюдал за тем, как он протирает банку с кофе. Хонджу делал вид, что ему всё равно, но всё же тайком поглядывал. Мугёну стало невыносимо приятно от этой мысли.

— Ты взял меня с собой, потому что тебе нужен был водитель, — надулся Мугён.

— А то! Неужели ты думаешь, что я хотел бы тащить тебя сюда, чтобы побыть наедине с хёном? — усмехнулся Гюо.

Гюо, осушив банку, рассмеялся. Хонджу, заразившись его смехом, тоже улыбнулся. Несмотря на то, что Гюо был чересчур шумным, Хонджу часто улыбался в его присутствии, и это не могло не радовать.

Пока Гюо опустошал уже четвёртую банку, Хонджу не допил и половины. Его щёки раскраснелись от нескольких глотков.

— Хонджу, у тебя абсолютная алконепереносимость, — сказал Гюо.

— Что значит «алконепереносимость»? — не понял Хонджу.

— «Алкогольный мусор», — рассмеялся Гюо.

П/п: «алкогольный мусор» — это сленговое выражение, которое используется в корейском языке для описания человека, который плохо переносит алкоголь, быстро пьянеет от малейшей дозы.

Его смех, сливаясь с шумом прибоя, эхом разносился по берегу.

— Похоже на то, — согласился Хонджу. — Сердце так и колотится, хотя я почти не пил.

Мугён заметил, что Хонджу начал говорить медленнее. Обычно с ним такое случалось, когда он пьянел. Мугён, наблюдая за ним, вспомнил их первую встречу в доме, когда он заставил Хонджу залпом выпить виски.

— …

«Неудивительно, что он меня боялся после такого», — подумал Мугён. И не только после этого. Все те моменты, когда Мугён плохо с ним обращался, часто всплывали в его памяти. Несмотря на то, что он не пил пиво, во рту у него появился горький привкус.

Его взгляд задержался на покрасневших губах Хонджу, тронутых лёгкой улыбкой. «Наверное, у него тогда тоже были разбиты губы», — подумал Мугён, с трудом подавляя желание прикоснуться к ним.

Опустошив все банки, троица поднялась с места. Несмотря на то, что к ночи стало ещё холоднее, прогулка по пляжу казалась заманчивой.

То ли от тепла, то ли от выпитого пива Хонджу начал клевать носом, едва они сели в машину. Как и в начале поездки, в салоне играла тихая музыка.

— Хонджу, ты здесь спать собрался? — спросил Мугён.

— … Что? — сонно пробормотал Хонджу, медленно открывая глаза.

— Ох, было круто! — воскликнул Гюо, потягиваясь на заднем сиденье.

Хонджу непонимающе огляделся по сторонам.

— Ты, похоже, устал, — прошептал Мугён, расстегивая ремень безопасности. — Хочешь, я тебя обниму?

Однако Хонджу, всё ещё находясь в полудрёме, не понял его слов, а вот Гюо на заднем сиденье в ужасе выпучил глаза. Мугён подавил смешок, его плечи слегка затряслись.

— Пошли умоемся и спать, — сказал он.

— Угу… — сонно протянул Хонджу.

Мугён помог ему подняться и обнял за плечи. Гюо, пользуясь случаем, заявил, что останется ночевать у них, потому что выпил пива. Обычно Мугён бы его и на порог не пустил, но Гюо сегодня хорошо поработал аниматором, развлекая Хонджу, поэтому Мугён решил проявить великодушие.

— Устал, как собака, — простонал Гюо, плюхаясь на диван.

Мугён, ведя за собой Хонджу, бросил через плечо:

— Иди умойся.

— Да неохота… — проворчал Гюо.

— Ты тоже, — повернулся Мугён к Хонджу.

— Угу.

В отличие от капризного Гюо, Хонджу послушно кивнул. Мугён невольно рассмеялся. Что он тут делает, словно воспитатель в детском саду?

Мугён отвёл Хонджу в ванную, оставив Гюо валяться на диване. Он было предложил Хонджу помыться вместе, но тот так перепугался, что Мугёну пришлось отступить.

— Эй, умойся и ложись спать, — бросил он Хонджу.

— …

Когда Мугён вышел из гостевой ванной комнаты, Гюо всё ещё лежал на диване, раскинув руки.

— Да вставай ты! — Мугён раздражённо цокнул языком, хватая Гюо за воротник.

— О-о-о… Ещё пять минуточек… — простонал Гюо.

— Быстро поднял свою задницу, пока я тебя не выкинул!

— Хонджу нет? Смотри, как ты сразу меняешь тон, когда его нет рядом! — съязвил Гюо, потирая шею, на которой красовалась татуировка.

Мугён раздраженно щёлкнул его по лбу.

— Хонджу спит. Хочешь, чтобы тебя выгнали?

— …

Гюо, по-видимому, только сейчас проснулся окончательно. Он, пошатываясь, поднялся с дивана. Судя по всему, он был не столько пьян, сколько утомлён. Мугён подождал, пока из ванной не послышался шум воды, и отправился в спальню

В комнате было тихо. Хонджу уже успел умыться и лежал в постели, закутавшись в одеяло по самые уши.

— Вот бы ты всегда меня слушался, — пробормотал Мугён.

Хонджу вздрогнул от неожиданности, с трудом открыл глаза и посмотрел на Мугёна, устраивающегося рядом. Чистое лицо Хонджу излучало спокойствие, и тревога, мучившая Мугёна весь день, стала понемногу отступать.

— … Сегодня было весело, — тихо проговорил Хонджу.

— Правда? Тогда поедем ещё раз. Только без этого придурка, — улыбнулся Мугён, укладываясь поудобнее.

От Хонджу пахло свежестью, и Мугён придвинулся поближе.

— Давайте поедем все вместе, — предложил Хонджу. — Вы не против?

Хонджу улыбнулся, прижимаясь к нему ещё ближе.

— Ладно уж, — согласился Мугён.

«Я готов на всё ради тебя», — подумал Мугён, уткнувшись носом в шею Хонджу.

Он глубоко вдохнул его запах. Дыхание Мугёна, неровное поначалу, постепенно успокоилось.

Глава 53

После той ночи, когда Хонджу, без сна, прождал Мугёна у двери до самого рассвета, он стал ещё пристальнее следить за его каждым движением. Стоило тому лишь немного повернуться во сне, как на него из темноты устремлялся пристальный взгляд. А если Хонджу, задумавшись, начинал рассеянно смотреть в окно, Мугён обязательно вставал перед ним, заставляя встретиться с ним взглядом.

Хонджу, конечно, заметил эти перемены, и это его беспокоило.

«И как мне его оставить в таком состоянии?» — думал он, потирая шею.

— Возьми, — Мугён протянул ему свою кредитную карту, словно прочитав его мысли. — Не торопись, возвращайся, когда захочешь.

— У меня есть свои деньги. Мне ещё много осталось с прошлых карманных, — попытался отказаться Хонджу.

— Если воспользуешься моей картой, я буду знать, где ты, — отрезал Мугён.

На этот раз Хонджу не стал спорить и взял карту. Он понимал, что такие мелочи успокаивают Мугёна.

— Ладно. Я просто немного поговорю с ним и вернусь. У него вроде как свидание с девушкой в три или четыре часа, — сказал Хонджу.

Мугён потрепал его по голове в знак согласия. Хонджу немного помедлил и огляделся. Рядом с машиной Мугёна, стоявшей у обочины, он заметил людей. Мимо промчалась машина.

— …

«На нас же смотрят», — подумал Хонджу, кусая губы.

Он взял Мугёна за руку и, подражая его жесту, прижался губами к его пальцам.

— Счастливого пути, — прошептал Хонджу.

— Это ты мне намекаешь, чтобы я никуда не ехал? — рассмеялся Мугён, глядя на губы Хонджу, оставившие на его руке едва уловимый след.

Он покрутил кольцо на пальце и, проведя по нему языком, прошептал:

— Ты такой красивый…

Хонджу почувствовал, как у него покраснели уши.

— В три или четыре часа придёт Гюо. Вместе поедете в офис, — сказал Мугён.

— Хорошо. Я скоро вернусь.

Прикрыв пылающие щёки ладонью, Хонджу вышел из машины.

До встречи оставалось ещё пятнадцать минут. Он огляделся по сторонам. Вряд ли Кёнхан уже здесь, но он всё равно решил перестраховаться.

Хонджу заказал два кофе и сел за столик. Через некоторое время в кафе вошёл Кёнхан.

— Хён! — крикнул он.

Они не виделись со дня корпоративной вечеринки, и Хонджу показалось, что Кёнхан как-то похорошел за это время.

— Это тебе, хён. Праздники уже закончились, но считай это запоздалым подарком, — Кёнхан протянул ему подарочный пакет.

— Ой, а я ничего не приготовил… — смутился Хонджу.

— Да ладно тебе, всё нормально, неважно. Это не обязательно! — отмахнулся Кёнхан и сунул пакет Хонджу в руки. — Но, ты же обещал взять меня менеджером в своё кафе, когда откроешь его!

Хонджу усмехнулся и прижал пакет к себе. Мугён говорил ему не брать ничего у незнакомых людей, но Кёнхан ведь практически друг. Хонджу бережно положил подарок на соседний стул.

— Кажется, за праздники я поправился килограмма на два, всё время у бабушки провёл. Лицо, наверное, опухшее? Я еле штаны застегнул, — пожаловался Кёнхан.

— Да вроде как обычно. Но как можно было набрать два килограмма? — удивился Хонджу.

— Я там по шесть раз в день ел! Бабушка у меня готовит от души, порции огромные, — Кёнхан развел руки, показывая размер бабушкиных тарелок. — И каждый раз такое! — Кёнхан погладил себя по животу и посетовал, что после каждой поездки к бабушке с дедушкой набирает пару килограммов.

Хонджу, который всегда был предоставлен самому себе и привык обходиться скромными порциями, слушал его с открытым ртом.

— И ты всё это съедал? — недоверчиво переспросил он.

— А если не съем, то бабушка начинает переживать, что я заболел, и готовит ещё больше всяких полезных блюд, — Кёнхан закатил глаза. — Проще всё съесть побыстрее, а потом помыть посуду и дать желудку передохнуть. Хён, тебе бы тоже не помешало к моей бабушке в гости съездить!

Хонджу представил себе «стол, ломящийся от яств», о котором с таким пылом рассказывал Кёнхан. Интересно, смог бы он съесть хотя бы половину? Впрочем, Мугён со своим отменным аппетитом наверняка съел бы всё с превеликим удовольствием.

— А ты чем занимался в праздники, хён? — спросил Кёнхан.

— Да так, дома сидел. Не люблю, когда вокруг много людей, — пожал плечами Хонджу.

— О-о-о, — протянул Кёнхан, задумчиво потирая подбородок.

Он продолжал забрасывать Хонджу вопросами, но отвечать было особо нечего. Ел, спал, иногда выходил ненадолго на улицу — вот и все праздники. Единственное более или менее запоминающееся событие — это поход на аукцион по просьбе Минхо.

— Тебе не было скучно? — спросил Кёнхан. — По телевизору ведь ничего интересного не показывали.

— Нормально. А ты что делал, кроме как объедался? Учился? — спросил Хонджу.

— Ну вот зачем ты про учёбу? — надулся Кёнхан. — Нельзя же так, хён!

Стоило завести разговор об учёбе, как Кёнхан начинал нервно ёжиться и менять тему. Хонджу прекрасно об этом знал и специально поддразнивал его.

— Вчера я немного выиграл денег в хватху*, — похвастался Кёнхан, потирая друг о друга кончики пальцев, совсем как Гу Пин.

*п/п: напоминание про Хватху — это корейская карточная игра, аналог японской игры Ханафуда.

— В хватху? — переспросил Хонджу.

— Ага. А ты играешь в хватху? Может, сыграем? — предложил Кёнхан, напыжившись от важности.

Он с жаром принялся рассказывать, как чуть не отыгрался за учёбу у родственников.

— … А на что играли-то? — уточнил Хонджу.

— По ситуации. От 0,10 и выше, — небрежно бросил Кёнхан.

В отличие от возбуждённого Кёнхана, лицо Хонджу становилось всё мрачнее. Он знал, что Кёнхан из тех, кто легко клюёт на наживку и попадает в неприятности.

— 0,10... это 100 000 вон?— с тревогой уточнил он.

— Э-э, нет! Мы же не миллионеры какие-то! Десять тысяч вон, конечно, десять тысяч! — рассмеялся Кёнхан.

Хонджу с облегчением выдохнул. Тем не менее, Кёнхан, похоже, и правда увлёкся азартными играми. Он с таким упоением рассказывал о своих победах, что Хонджу стало не по себе. Конечно, не каждый, кто играет в карты, становится зависимым от азарта, но всё же… Такая самоуверенность и интерес к игре настораживали.

— В общем, я обчистил кошелек своего дядюшки! — похвастался Кёнхан. — Он такой скряга, ни вон карманных денег не дал, вот я и решил немного его проучить. Мама, кстати, была в восторге!

— Ты больше не играл после этого? — спросил Хонджу.

— Не играл во что? С дядей на деньги? — не понял Кёнхан.

Он невозмутимо отпил кофе и потянулся ложкой за мороженым. Хонджу отодвинул от него вазочку с десертом и повторил вопрос:

— Ты играл в хватху после этого?

— Да брось, хён! — Кёнхан хихикнул, отрезая от круассана кусочек побольше. — Только в тот раз и всё. Лучше посплю подольше, чем тратить время на карты.

Обычно в такие моменты Хонджу непременно вставил бы что-нибудь вроде: «Вот именно! Спать — это пустая трата времени, лучше бы за учёбу взялся!» Но сейчас ему было не до шуток.

— Даже ради забавы не играй больше, понял? — серьёзным тоном произнёс Хонджу. — Только раз в год, с родственниками, и всё. Даже не думай увлекаться этим.

— Да я же не собираюсь становиться профессиональным игроком! — Кёнхан рассмеялся. — Вот моя мама, та да, у неё настоящая зависимость. Постоянно в «матго» рубится…

— Всё равно, — отрезал Хонджу. — Ты же умный парень, Кёнхан. Займись лучше делом, бизнесом каким-нибудь…

Конечно, бизнес — это тоже не всегда надёжно и стабильно, но всё же лучше, чем азартные игры. Хонджу ещё долго читал Кёнхану нотации о вреде азартных игр. Видимо, сказались годы, прожитые с постоянным страхом перед игральными картами. К тому же, Хонджу очень не хотелось, чтобы Кёнхан, такой светлый и жизнерадостный парень, когда-нибудь оказался в беде.

Постепенно Кёнхан притих, слушая его нравоучения. Тарелка с круассанами опустела, на дне вазочки плавало растаявшее мороженое.

— Ладно-ладно, я всё понял! — Кёнхан поднял руки в знак капитуляции. — Я даже мамин аккаунт в «матго» удалю, обещаю! — Кёнхан хлопнул себя по лбу, словно давая клятву. — Она, правда, хвасталась, что выиграла несколько тысяч вон… Но это неважно!

Хонджу только сейчас осознал, сколько всего он наговорил Кёнхану. Наверное, он слишком разволновался. Обычные люди вряд ли стали бы так серьёзно относиться к безобидным играм…

— Прости, я просто… много чего слышал, — пробормотал Хонджу. — Говорят, это очень опасно…

— Не переживай, хён, — Кёнхан улыбнулся и допил свой кофе.

Разговор грозил зайти в тупик, но, к счастью, Кёнхану позвонила девушка.

— Да, дорогая, ты уже спустилась? — ответил Кёнхан.

— …

Хонджу с облегчением услышал этот до боли знакомый голос. Он вспомнил, как совсем недавно сам, рыдая, называл Мугёна «дорогой». Как же глупо он себя тогда вёл…

Хонджу подумал, что сам бы никогда не смог так запросто обращаться к Мугёну. Он тронул себя за щеку, проверяя, не покраснел ли.

— Она уже у кафе, — сказал Кёнхан. — Мне пора.

— Твоя девушка любит торты? Давай я куплю, — предложил Хонджу, кивая на пакет. — Ты ведь подарок принёс.

Кёнхан замялся на секунду, но отказаться, похоже, не решился. Хонджу встал из-за стола.

— Там ещё печенье было. Какое ей нравится? — спросил он.

— Хм… Может, вместе выберем?

Они подошли к витрине и стали выбирать торт и печенье. На этот раз Хонджу расплатился своей картой. Он махнул Кёнхану на прощание и вернулся за столик. Жаль, что он так и не успел поговорить с ним о работе… Всё из-за этих дурацких разговоров про азартные игры!

«Ну зачем я вообще про эти карты начал?» — корил себя Хонджу.

Впрочем, ладно. Зато он всё Кёнхану высказал, тот, наверное, теперь и близко к картам не подойдёт.

Допивая кофе, Хонджу стал ждать Гадюку. Поразмыслив немного, он подошёл к стойке и заказал ещё один напиток, снова расплатившись своей картой. Мало ли что Мугён скажет, если узнает, что он покупал кофе Гадюке.

[Я у входа], — пришло сообщение от Гадюки.

Хонджу вышел из кафе. В руках у него был пакет с подарком от Кёнхана и стаканчик с кофе.

— Я взял тебе тёплый напиток, на улице прохладно, — сказал Хонджу.

— Вау, неужели для меня? — воскликнул Гадюка. — Дай-ка посмотреть! А для хёна ничего нет? Это точно не «два по цене одного»?

Гадюка потянулся к пакету, но Хонджу его остановил.

— Вот, держи, — Хонджу достал из пакета несколько печенек и протянул ему.

Тот тут же успокоился и с энтузиазмом набросился на угощение, рассыпая крошки по штанам. Хонджу усмехнулся и, отвернувшись под предлогом того, что поправляет ремень, покачал головой.

Гадюка, конечно, был полной противоположностью Кёнхану, но с ним Хонджу тоже чувствовал себя вполне комфортно. Гадюка видел его ещё в «том самом» игорном доме, знал, через что ему пришлось пройти, так что скрывать Хонджу от него было нечего.

— Я высажу тебя у входа и поеду дальше. У меня дела, — сказал Гадюка, изображая пальцами, будто держит стакан.

Хонджу замялся, не хотел доставлять ему неудобств, но Гадюка махнул рукой, мол, ему всё равно по пути, и допил кофе.

— Ты угостил меня кофе, так что считай, что я заплатил за бензин. Договорились? — спросил он.

— Да, конечно. Просто в прошлый раз я правда не знал, что ты будешь, — смутился Хонджу. — В следующий раз ты заранее скажи, я принесу тебе кофе.

— И ты меня просишь тебе поверить? — хмыкнул Гадюка. — Словам Хонджу, который так похож на Сон Мугёна, верить нельзя.

Гадюка вытянул руку в сторону Хонджу, изображая, будто держит микрофон. Рукава его рубашки, обычно нарочито засученные для выставления напоказ татуировок, сегодня были аккуратно опущены.

— Без татуировок ты выглядишь моложе, — заметил Хонджу.

— … Что? Что это с тобой сегодня? — Гадюка притворно испугался. — Неужели собрался признаться мне в своих чувствах?

Он изобразил крайнее отвращение и заявил, что может связываться с кем угодно, но только не с Мугёном.  Хонджу рассмеялся.

— Да нет, просто… Мне просто кое-что интересно, — сказал он.

— А, вот в чём дело! — Гадюка оживился. — Ну и что же тебя так заинтересовало? Хочешь узнать про моё прошлое? Или про мои предпочтения?

Гадюка плавно повернул руль, и машина послушно изменила направление. Он управлял автомобилем настолько уверенно, что мог бы назвать себя профессионалом. Интересно, сколько нужно времени, чтобы научиться водить машину так же хорошо, как Гадюка? Впрочем, сейчас Хонджу волновал совсем другой вопрос.

— Нет, дело не в этом… — начал он. — Скажи, а я ведь не слишком молод, чтобы работать менеджером в кафе?

— Менеджером? — Гадюка бросил на него быстрый взгляд, и уголки его губ едва заметно приподнялись в улыбке.

— Менеджер сказал, что увольняется, — начал объяснять Хонджу. — И директор Мугён предложил мне попробовать себя на его месте… Но я ведь совсем недавно работаю в кафе. Другие ребята проработали дольше, да и опыта у них, наверное, побольше. Да и менеджер был старше меня…

— Ну да, логично, — кивнул Гадюка.

— Я бы попробовал… — Хонджу замялся. — Но вдруг другие подумают, что это странно?

— Хм… — Гадюка многозначительно протянул и, задумчиво постукивая пальцами по рулю, спросил: — В этот раз ты, значит, решил всё как следует обдумать?

— Ну да, — кивнул Хонджу. — Работа мне нравится. Я хочу развиваться, узнавать новое. Да и кафе директора Мугёна… Я хочу, чтобы у него всё было хорошо. Но вдруг всем покажется странным, что я так быстро стал менеджером?

— Хм… — Гадюка остановил машину на светофоре и, посерьёзнев, посмотрел на Хонджу. — Просто делай то, что хочешь. Если тебе некомфортно из-за того, что другие будут думать, то не соглашайся. Сон Мугён же не станет тебя заставлять, в конце концов.

— …

— Раз хён предложил тебе эту должность, значит, у него были на то причины. А на мнение других плевать. Главное — результат, — сказал Гадюка.

Он замолчал. Хонджу колебался, и Гадюка решил рассказать ему одну историю из прошлого:

— Я ведь раньше был тем ещё отморозком, шатался без дела. И вот как-то раз хён поручил мне одно дело. Все тогда очень удивились…«С чего это он вздумал доверить такое дело этому молокососу?» — говорили они.

— … Ага, — кивнул Хонджу.

— Старшие начали вызывать меня на разговор, допрашивать, не крышует ли меня кто. Я подумал, что если влезу в это дело по уши, то мне не поздоровится, и отказался. — продолжил Гадюка. — В итоге его поручили другому парню, но тот, видимо, не справился. И тогда хён снова ко мне подошёл. Не знаю уж, что он во мне разглядел, но не отставал, что я в конце концов согласился. И что ты думаешь? Оказалось,  это моё призвание!— Гадюка самодовольно хмыкнул.

— И что это за дело? — с любопытством спросил Хонджу.

— Да так, ерунда, — отмахнулся Гадюка. — Скажем так, мне не привыкать играть на публику.

Он игриво подмигнул Хонджу, и тот невольно отметил, что этот жест Гадюка перенял у Мугёна.

— В общем, после этого он всё время поручал мне разные дела. А что? Я же всё делаю чётко, без вопросов. Так что все, и я, и другие парни, поняли, что лучше меня с этим никто не справится. Хён тоже не дурак, он за всем наблюдает. Он даёт тебе шанс проявить себя, но только если уверен, что ты справишься.

«Неужели он и правда верит в меня?» — подумал Хонджу, теребя в руках пакет с подарком.

— Ну и что с того, что он за тебя просил? — пожал плечами Гадюка. — Главное — результат.

— Наверное, ты прав, — согласился Хонджу.

— И ещё кое-что, — Гадюка понизил голос.

Хонджу вопросительно посмотрел на него.

— Хён… — Гадюка сделал паузу. — Он всё это время узнавал для тебя про учёбу, про консультации, про права…

— Откуда ты знаешь? — Хонджу ошарашенно смотрел на него.

— В общем, он уже всё для тебя подготовил, — улыбнулся Гадюка. — Нашёл репетитора, психолога… Даже инструктора по вождению и площадку для тренировок.

— Он же говорил, что всё в порядке, если я откажусь… — Хонджу был растерян. — Неужели он всё это время…

— Да, он тебе, конечно, так сказал, чтобы не волновалcя, — рассмеялся Гадюка. — А сам потихоньку провернул всё это дельце. Хотя нет, я не хотел тебя расстраивать! — спохватился он, видя реакцию Хонджу. — Раньше-то он бы тебя и спрашивать не стал, так? Гнал бы, как танк. А сейчас, вроде, поумнел немного, перестал давить…

— Да, он просто спросил, хочу ли я этого, — подтвердил Хонджу. — И сказал, что я не обязан соглашаться.

— Тогда тем более не парься, — сказал Гадюка. — Если откажешься от этой должности, он тебе ещё что-нибудь предложит. Ты главное, не спеши, выбирай то, что тебе по душе.

— …

— И не надо думать, что ты этого недостоин, — добавил Гадюка. — Ты же прекрасно знаешь, как сильно Мугён изменился благодаря тебе.

Хонджу задумался над его словами. Когда он вспоминал прежнего Мугёна, того, что обитал в игорном доме, ему на ум приходили только грубость и агрессия. Да и само их «сотрудничество» началось с предложения, от которого невозможно было отказаться: Хонджу тогда возможно утопили бы в озере.

Сердце Хонджу забилось чаще от мысли, что такой человек, как Мугён, изменился ради него.

— Изначально я вообще не собирался становиться менеджером… Но работа в кафе мне действительно нравится.

— Вот и отлично, — улыбнулся Гадюка. — Я, кстати, тоже подумываю подучить кулинарное дело. Пока, правда, ничего конкретного не узнавал…

— Уверен, это тебе пригодится, — сказал Хонджу. — Вот я, например, благодаря игре в хватху стал звездой  в кафетерии на поле для гольфа.

— Что? Ты играл в хватху? — Хонджу опешил.

Гадюка рассмеялся, и по его лицу было совершенно непонятно, шутит он или говорит всерьёз.

Вместо ответа Гадюка кивнул на бардачок.

— Открой-ка, — сказал он.

— Ты серьёзно? Ты что, как управляющий Ян… — начал было Хонджу, но Гадюка его перебил.

— Не смей даже упоминать при мне этого Яна! — проворчал Гадюка.

«Да что ж такое-то! — подумал Хонджу. — Весь день из-за этих карт спорю с кем-то» — Но всё же послушно открыл бардачок. Внутри лежала маленькая коробочка.

Гадюка кивком велел открыть и её. Хонджу осторожно поднял крышку, и в его руках сверкнул золотистый бейджик с гравировкой:

[Менеджер Ку Хонджу]

— Вот видишь, как он над тобой трясётся, — усмехнулся Гадюка. — Даже бейджик заранее подготовил. Знал ведь, что ты будешь отказываться, вот и сунул его туда на всякий случай. Не думал, что ты будешь так серьёзно к этому относиться…

Хонджу вертел в руках бейджик. Если бы он отказался, Мугён наверняка бы его выбросил или спрятал куда-нибудь подальше, как и материалы для подготовки к экзаменам и информация о консультациях,  которые он подготовил для него.

— Но он же совсем недавно мне всё это предложил… — пробормотал Хонджу. — Не думал, что он всё это время…

— Видишь, как он изменился, — сказал Гадюка. — Раньше бы он просто открыл тебе кафешку на все свои бабки и посадил бы тебя туда директором. Или вообще запретил бы тебе работать…

Хонджу вспомнил слова Кёнхана о кафе площадью сто с лишним квадратных метров, подаренное семьёй...Наверное, так бы оно и было, если бы Мугён не изменился.

Хонджу усмехнулся и провёл пальцем по гравировке.

— Думаю, он бы сделал и то, и другое, — сказал он.

Да, Мугён действительно менялся. Раньше он говорил, что Хонджу его залог, а теперь вёл себя так, будто сам был у него в заложниках. И Хонджу знал, что именно связывало Мугёна по рукам и ногам: его собственные чувства.

— В общем, он взялся за ум, — сказал Гадюка. — А бейджик этот твой, можешь его забрать.

— … Спасибо, — прошептал Хонджу.

Он думал о том, как Мугён меняется, как отдаляется от прежнего себя, от грубости и агрессии. Хонджу сжал бейджик в руке и посмотрел в окно.

Деревья вдоль дороги пестрели всеми оттенками осени: зелёным, жёлтым, красным. Но издалека всё это разнообразие сливалось в единый прекрасный пейзаж.

«Интересно, видят ли другие люди нас с Мугёном такими же разными, как эти листья?» — подумал Хонджу, чувствуя под пальцами гладкую поверхность бейджика.

— …

«Какая разница, какого мы цвета и формы? — подумал он. — Главное, что вместе мы создаём нечто прекрасное».

Хонджу с улыбкой смотрел, как за окном проплывает осень. Скоро он увидит Мугёна.

Глава 54

Гадюка довёз Хонджу до офиса и уехал. Поднимаясь в кабинет Мугёна, Хонджу продолжал размышлять. Он никак не ожидал, что так быстро примет решение, которое мучило его последние несколько дней. Похоже, слова Гадюки возымели своё действие.

— Господин Сон скоро будет, — сообщил секретарь, выходя из лифта вместе с Хонджу.

— Хорошо, спасибо, — кивнул он, попрощавшись с секретарем и направившись к кабинету.

Хонджу оказался в просторном помещении, которое Мугён занимал в одиночку. В воздухе витал едва уловимый аромат его парфюма.

Хонджу хотел было присесть на диван, но передумал и подошёл к письменному столу. Он встал напротив него, чтобы Мугён мог сразу его увидеть. На стене за столом висела доска для дротиков, в которую были воткнуты две карты — восьмёрка и тройка. Видимо, Мугён до сих пор прокручивал в голове тот день, пытаясь разобраться в своих тревогах.

— … — Хонджу молча смотрел на доску.

«Он так старается измениться ради меня, даже от своих привычек отказывается… Так почему же эти карты до сих пор висят у него перед глазами?» — Хонджу какое-то время стоял перед картами, глядя на них, потом дотронулся до ножа. Вытащив глубоко воткнутый клинок, он взял в руки две продырявленные карты и спокойно уселся на диван. Сердце бешено колотилось в ожидании Мугёна.

Он вернулся довольно быстро.

— Уже тут? — спросил он, снимая пальто.

— Да. Близко оказалось., — ответил Хонджу.

Судя по всему, Мугён приехал прямо с улицы. Он подошёл к Хонджу, и тот почувствовал запах холодного ветра, исходивший от его пальто.

— Ты и правда никуда больше не заходил, — усмехнулся Мугён.

Наверное, он проверил расходы по карте, подумал Хонджу. Мугён притянул его к себе и нежно провёл рукой по волосам, заправил прядь за ухо.

— Нет, я просто выпил кофе и приехал, — ответил Хонджу. — И времени уже было много.

— А это что такое? — Мугён кивнул на пакет, лежавший на диване. — Опять что-то принес?

Он говорил насмешливым тоном, но Хонджу больше не боялся его.

— Это подарок на Чусок, — ответил он. — Там вроде какие-то сладости…

— Вот же… — пробормотал Мугён. — Ишь ты, какой заботливый…

Он взял Хонджу за руку, поднёс её к губам и поцеловал. Пальцы, ладонь, тыльная сторона ладони, кончики пальцев. За этим последовал поцелуй в губы — такой глубокий, словно без него жизнь не имела смысла.

— Жаль, что нельзя совсем запретить тебе общаться с этим… типом, — прошептал он.

— Я свободен после обеда, — сказал Хонджу. — Можем сходить куда-нибудь поесть. Кёнхан, кстати, за праздники два килограмма набрал!

— Надо бы и Ку Хонджу получше откармливать, — пробормотал Мугён, услышав про Кёнхана.

Похоже, эта тема его заинтересовала, подумал Хонджу и заговорщицки улыбнулся.

— Надо поскорее закончить с делами, — сказал Мугён. — Тогда и поедим вкусно. Придумай, куда хочешь сходить.

— Хорошо, — кивнул Хонджу.

Мугён наклонился и нежно поцеловал его в губы. Чем дольше они были вместе, тем чаще Мугён позволял себе такие мелочи: то чмокнет в щеку, то поиграет с его пальцами, то уткнётся носом в шею и замирает на несколько секунд, то притянет к себе так крепко, что невозможно дышать.

Раньше, в той комнате игорного дома, Хонджу и представить не мог, что у этого пугающего, непредсказуемого мужчины есть и другая сторона. Ему нравилось узнавать Мугёна с новой стороны, открывать грани его души, которые были доступны только ему. И Хонджу понимал, что хочет узнать его ещё лучше.

— А это куда дели? — Мугён проходя мимо стены, легонько коснулся её рукой.

Конечно же, он сразу заметил пропажу карт. Хонджу молча достал из пакета нож и подошёл к столу.

— Можно ваш платок? — спросил он, протягивая Мугёну кинжал.

Тот молча достал из кармана платок.

— Куда ты дел карты? — спросил он.

— …

Хонджу молчал. Мугён мог бы разозлиться или потребовать ответа, но он лишь молча рылся в ящике стола. Он вёл себя так, будто Хонджу держал в руках не нож, а безобидный карандаш. Видимо, настолько сильно он ему доверял.

— Это важно, — тихо проговорил Мугён.

В его голосе не было злости, только мягкий упрёк. Хонджу судорожно сглотнул и достал из кармана бейджик. Потом взял платок Мугёна и приложил к нему бейджик. Конечно, прикрепить его к доске было не так-то просто, но Хонджу решил, что сойдёт и так. Он приложил платок к тому месту, где раньше висели карты, и занёс руку с ножом.

— Что ты делаешь? — Мугён подошёл к нему со спины и накрыл его руку своей. — Поранишься ведь…

Хонджу почувствовал, как его ладонь утонула в большой руке Мугёна. Сам не зная почему, он сжал пальцы, помогая Мугёну вонзить кинжал в доску. Наконец, платок с бейджиком надёжно закрепился на стене.

— Это Гюо тебе дал? — спросил Мугён.

— Да… — прошептал Хонджу. — Вы же предлагали мне стать вашим менеджером…

Он долго думал над этим предложением, но решение принял только после разговора с Гадюкой. Хонджу смотрел на своё имя, закреплённое на доске, и продолжал:

— Спасибо за предложение, но я… не могу его принять.

— Хм… Что ж, жаль, конечно, — Мугён погладил его по руке большим пальцем.

В его голосе слышалось разочарование, но он не стал настаивать. Наверняка, это было связано с прошлым Хонджу. Мугён не хотел давить на него, заставлять делать то, чего он не хочет.

— Но я буду очень стараться… — Хонджу поднял на Мугёна глаза. — Чтобы никто никогда не усомнился в том, что я достоин быть вашим менеджером.

Это место, на котором он сейчас стоял, дал ему Мугён. Но дальше Хонджу должен был двигаться сам. Он не хотел быть обузой для Мугёна, его слабым местом.

— Если будешь здесь слишком стараться, это будет проблемой, — пробормотал Мугён ему на ухо.

— Когда я сам, своими силами, стану вашим менеджером… — Хонджу повернулся к нему лицом. — Я хочу, чтобы вы просто похвалили меня и обняли. И хватит уже смотреть на эти карты!

Он почувствовал, как бешено колотится сердце Мугёна. Горячее дыхание обожгло ему шею, их руки всё ещё были крепко сцеплены, и Хонджу физически ощущал, как сильно Мугён волнуется.

— Для меня вы — лучшая карта, — продолжал Хонджу. — Гораздо лучше, чем те, что висели здесь раньше.

— …

— Я не игрок, — прошептал он, — но я знаю, что нельзя упускать свой шанс. Поэтому… я останусь здесь. С вами.

Мугён молча поднял руку и коснулся мочки его уха. Всего несколько дней назад он чувствовал себя ужасно из-за того, что Хонджу не нуждался в нём, и вот, он снова отказался от его предложения… Но эти слова, обещание быть рядом, — они смыли все сомнения, всю горечь.

Сейчас для него существовал только Хонджу.

— Вы… позволите мне остаться? — спросил Хонджу.

— Ты ещё спрашиваешь? — Мугён рассмеялся и притянул его к себе.

— У меня, если честно, сердце сейчас бешено колотится, — признался Хонджу. — Ещё с тех пор, как я стащил ваши карты…

— Что, азарт проснулся? — Мугён развернул его лицо к себе и начал целовать: в лоб, в щёки, в шею… Эти поцелуи не могли унять бурю эмоций, что бушевала в его душе, но сейчас ему просто необходимо было чувствовать под своими губами нежную кожу Хонджу.

— Похоже, вы и действительно очень мне нравитесь, — прошептал Хонджу.

Его голос дрожал, но Мугён знал: за этим внешним спокойствием скрывается целый вулкан страстей.

Мугён чувствовал, как сильно Хонджу волнуется, как напряжён каждый мускул его тела. Он словно загнанный зверёк, который боится сделать неверный шаг и ждёт удара.

Таких сильных эмоций Мугён не испытывал ещё никогда. Всё внутри него кипело, пересыхали губы, пальцы, которыми он гладил хрупкие плечи Хонджу, мелко дрожали.

«Наверное, это всё, на что он сейчас способен, — подумал Мугён. — Он боится, стесняется, привык скрывать свои чувства…»

Он глубоко вдохнул, стараясь вдохнуть этот аромат, пропитаться им до кончиков пальцев.

— Я знаю, — прошептал он, касаясь губами его уха. — Вижу, как ты смотришь на меня.

— Я ведь не вру… — пролепетал Хонджу. — Это так заметно?

Он медленно поднял голову, их взгляды встретились. Глаза Мугёна скользнули по бейджику на стене и вернулись к его лицу.

— Шулеры видят людей насквозь, — пробормотал он.

Пускай даже это будет крошечная крупинка, крупинка той искренности, которую Хонджу был готов ему подарить.

— И вы, выходит, тоже… шулер? — Хонджу покраснел под его пристальным взглядом.

Мугён медленно, очень медленно, наклонился к нему. «Не торопись, не спугни…», — приказал он себе. Он хотел, чтобы всё было идеально, нежно, чувственно… Так, чтобы Хонджу забыл про все свои страхи и сомнения, чтобы ему больше никогда не хотелось уходить. Их носы соприкоснулись, сухие, потрескавшиеся губы встретились в поцелуе.

Сквозь стекло лилось зимнее солнце. Их тени, всегда скрывавшиеся во тьме, сейчас были ярко освещены его лучами. Чёткие, неразрывные. Тени, которые больше никогда не потеряются во мраке.

<Эпилог: В тот момент, когда он впервые ступил на этот путь>

Поначалу Мугён и не подозревал, что это будет настолько муторно. Он думал, что достаточно просто снести здание и построить отель. Но с выселением жильцов оказалось не так-то просто.

— И что это за хрен такой, что требует даже труп убрать?

— У него бабок до хрена и грехов не меньше. Потерпи, сегодня последний денёк, потом от него отстанем.

Мугён коротко цокнул языком, услышав по телефону низкий голос. Можно было бы просто спихнуть всё на мелких сошек, но на этот раз он почему-то решил закончить всё своими руками. Хоть это и было хлопотно, но Мугён думал только о деньгах, которые ему за это заплатят. Ведь деньги — единственное, что его интересовало.

— Хорошо. Скоро буду. Убедитесь, что всё чисто, прежде чем я вернусь.

Он безразлично ответил и повесил трубку. Раз уж босс сам ему звонил, значит, дело и правда важное. Остановив машину у пустующего дома, Мугён достал из багажника бутылку виски и вошёл в здание. Внутри было холодно и пахло сыростью. В пустых комнатах, из которых уже выгнали людей, гулял только ветер.

— Так, сто девятая, кажется.

Он равнодушно посмотрел на номер на двери и направился к нужной квартире. Ему даже не пришлось долго искать: завернув за угол, он увидел компанию, курящую в коридоре. Заметив Мугёна, они поспешно бросили окурки на пол и растерянно затоптались.

— Вам сюда, — пробормотал кто-то, указывая на дверь.

Мугён коротко кивнул и пошёл по коридору. Чем ближе он подходил к сто девятой квартире, тем сильнее чувствовался тошнотворный запах. У самого входа его окатило волной смрада. Мугён поморщился и достал из кармана пальто платок, прикрывая им нос и рот.

— Мне только проверить, — бросил он, открывая дверь.

— Да, — буркнул один из мужчин.

Мугён двинулся вперед, разбрасывая носком ботинка мусор и обломки, валявшиеся на полу. Он остановился у двери, которая явно была взломана: виднелись следы от гвоздей. Мугён пнул дверь ногой и заглянул внутрь.

— ...

Судя по всему, раньше здесь была какая-то лечебница: на полу валялись пузырьки из-под лекарств и шприцы. На матрасе, брошенном прямо на пол, лежало безжизненное тело. Лицо покойного, хоть и было прикрыто простыней, искажала гримаса предсмертной агонии.

— И как же ты жил, что кончил вот так? — Мугён цокнул языком и открутил крышку бутылки виски. Он щедро плеснул содержимое на матрас, где лежал труп. Темная янтарная жидкость начала впитываться в ткань.

— Спи спокойно, — пробормотал он, хотя и не верил, что покойнику нужен его покой.

«Если его, как мусор, попросили убрать, значит, и при жизни хорошим человеком не был. Ну или просто жил здесь…», — подумал Мугён, допивая остатки виски. Он вытер испачканный ботинок о край простыни, свисавшей с матраса.

Смерть он констатировал, оставалось только поджечь. Но Мугён не спешил уходить, не отрывая взгляда от изуродованного тела. Его не мучила совесть, он даже не моргал, вдыхая тошнотворный запах.

— ... — вдруг в голове мелькнула мысль, от которой стало горько и тоскливо: «А что, если и меня ждёт такая же судьба?»

Мугён отвел взгляд и вышел в коридор, подзывая своих людей. Он дождался, пока они обольют комнату бензином и подожгут, и только потом развернулся и пошёл к выходу. Сев в машину, он завёл мотор, опустил до упора все стекла и только тогда выехал за ворота. Машина набрала скорость, оставляя позади бушующее пламя.

На обратном пути ему позвонил Гюо.

— Я застрял! Тут так страшно, и я не знаю, как отсюда выбраться, — раздался из телефона жалобный голос Гюо.

— Такси вызови.

— Ну хён, тебе же по пути! Заедешь за мной?

С каждым разом, когда машина набирала скорость, в салон задувал холодный ветер. Мугён никак не мог взять в толк, что Гюо опять от него понадобилось на этот раз и как его угораздило забрести в такую даль. До места, где он находился, было прилично ехать, но Мугёну все же хотелось выпить, а Гюо был неплохим собутыльником.

— Ты что, издеваешься? Вылезай и жди, — прорычал Мугён в трубку.

— Ух ты! Спасибо, хён! Ты меня просто спас! Ты мой благодетель, мой…

Громкий голос Гюо эхом разносился по салону. Мугён нажал на кнопку отбоя, прерывая этот поток благодарностей. Казалось, что этот громогласный голос ещё долго будет звучать в его ушах.

— Черт возьми, какой же он шумный, — пробормотал Мугён, вспоминая, где Гюо говорил, что находится.

Это был район, полный казино и баров — место, которое Мугён хорошо знал ещё с тех времен, когда был мелкой сошкой в банде. С наступлением темноты улицы стали казаться зловещими и неприветливыми. Машина Мугёна свернула в тихий переулок, освещаемый всего несколькими фонарями.

— Ну и дыра…

У обочин стояло множество пыльных машин. Мугён догадался, что их оставили здесь незадавшиеся игроки, проигравшие все до последней воны. Либо те, кто уже не в состоянии был сесть за руль.

Он медленно проехал по темному переулку, как вдруг из-за угла выскочил человек. Мугён резко затормозил.

— Да какого хрена! — выругался Мугён, выглядывая из окна.

Незнакомец, который бросился под колеса, замер, судорожно хватаясь за капот.

— Тебе что, жить надоело?! — рявкнул Мугён, высунувшись из окна.

— …

На улице стоял жуткий холод, а на мальчишке была лишь тонкая рубашка и стоптанные кроссовки, совсем не по погоде. С его взлохмаченными волосами и свежими ссадинами диссонировал полный ненависти взгляд. Похоже, этот инцидент его тоже неслабо напугал: он замер на месте, тяжело дыша. Сквозь приоткрытые губы вырывались клубы пара.

— …

Мугён только что закончил неприятное дело с трупом, и у него было паршивое настроение. Ему хотелось накричать на этого мальчишку, ударить его, чтобы выпустить пар, но почему-то он не мог этого сделать. Мугён поймал себя на том, что не может оторвать взгляд от его глаз. То ли дело было в его изможденном виде, то ли в том, что он был явно загнан в угол, но Мугёну почему-то стало его жаль. Невероятно, но этого наглого мальчишку, который даже не извинился перед ним, невозможно было винить.

— Я...

Мальчик тоже никак не мог говорить. Он открывал и закрывал рот, будто пытаясь что-то сказать. При каждом выдохе изо рта вырывались густые клубы пара, застилая бледное лицо.

— Эй, ты, Ку Хонджу, дерьмо собачье! Иди сюда, пока я по-хорошему прошу! — раздался грубый крик неподалеку. Мальчик вздрогнул и обернулся на голос. Но взгляд Мугёна по-прежнему был прикован к его лицу, на котором красовался синяк.

— Чёрт…— выругался паренёк себе под нос. Голос был настолько тихим, что его почти не было слышно.

— …

Его темные глаза снова метнулись к Мугёну. Он ещё раз приоткрыл губы, будто хотел что-то сказать, но резко отвернулся и бросился бежать. Подол его рубашки развевался на ветру, и только сейчас Мугён заметил, что на мальчишке был только один кроссовок.

— Вот же невоспитанный …

«Даже не извинился, мелкий гадёныш…», — Мугён ещё какое-то время смотрел вслед мальчишке, пока тот не скрылся из виду. Вскоре за ним выскочил здоровяк и бросился в погоню.

— Наверняка, деньги спёр, — пробормотал Мугён.

«Сколько же он мог украсть, чтобы его так избивали?» — подумал Мугён. В этом районе жили одни отбросы. Он дождался, пока преследователь и беглец скроются из виду, и снова взялся за руль. Машина без промедления выехала из переулка.

Это была их первая встреча, о которой не помнил ни Мугён, ни Хонджу. В тот момент жизнь Мугёна, одержимого лишь деньгами, навсегда изменилась: в неё ворвался избитый и загнанный Ку Хонджу.

Глава 55

— Сон Мугён, ты меня вообще слушаешь?

На упрёк мужчины Мугён ответил равнодушно, не отрывая взгляда от телефона. Его пальцы быстро скользили по экрану.

— Продолжайте, продолжайте...

Вонджэ, подписывавший документы, со свистом втянул воздух и отложил перьевую ручку. Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и, прищурившись, оглядел Мугёна. Прошло уже больше 20 минут с начала делового разговора, а Мугён всё это время, с того момента, как вошёл, только и делал, что пялился в свой телефон.

— Ведёшь себя, как ребёнок. Только и делаешь, что торчишь в телефоне.

«Играет на бирже, что ли?» — подумал Вонджэ.

На эти слова Мугён наконец отреагировал. Он перевел взгляд, прищурив глаз без двойного века, так что на нем появились складочка, и посмотрел на Вонджэ.

— Разве не видишь? Защищаю свою семью.

Вонджэ допил почти остывший кофе, сделал последний глоток и склонил голову набок. На его лице читался немой вопрос: «Что за чушь ты несёшь?».

— … Семью?

Мугён, словно собираясь начать подробное объяснение, выключил телефон и убрал его в карман пиджака. Внезапно его глаза заблестели, а губы, до этого момента плотно сжатые в суровую линию, растянулись в мягкой улыбке. При виде нежного выражения на лице Мугёна, Вонджэ тут же отвел взгляд.

— А, всё, не надо. Не объясняй.

Вонджэ сделал вид, будто не хочет ничего слышать, и вскочил с места, хватая свой пиджак. Казалось, он готов бежать из собственного кабинета.

— Почему? Я же подробно всё расскажу.

— Уверен, это будет какая-то жуть, от которой у меня мурашки по коже побегут. Не хочу даже знать.

Накинув пиджак на руку, Вонджэ небрежно похлопал по плечу Мугёна, который всё ещё сидел на главном месте на диване. Он слегка помахал рукой, словно подгоняя его.

— Эй, босс, не притворяйтесь, вам же интересно.

Мугён неторопливо поднялся и взял перчатки, которые лежали на подлокотнике дивана. Затем он дважды хлопнул в ладоши, так, что раздался громкий звук. Вонджэ, уже направлявшийся к выходу из кабинета, замедлился, а затем и вовсе замер.

На самом деле Вонджэ и правда было любопытно. Кто же смог изменить Сон Мугёна, который раньше вёл себя как последний повеса, своего кузена, который ради заработка был готов рискнуть всем и жил так, будто завтра не наступит, этого парня, которому раньше не было дела ни до чего на свете?

Ещё недавно Мугён и слова сказать не давал на эту тему, и вот на тебе, вдруг решил пролить свет на свою личную жизнь. Интересно, что его на это сподвигло?

— И зачем ты решил рассказать, если раньше так тщательно скрывал?

— Вы сказали, что кофе вкусный. Вот и решил отблагодарить

«Кофе? И правда с каких это пор он стал каждый раз его приносить? Неужели у него роман с хозяйкой кафе? Надо было глянуть название кофейни на стаканчике.» — Проглотив невысказанные мысли, Вонджэ зашёл в лифт.

— Значит, в следующий раз встретимся там?

— О чём вы говорите? Я же просто сказал, что расскажу. Кто говорил про встречу? — Голос Мугёна был твёрдым и непреклонным. Он ясно давал понять, что не намерен переходить границы.

Вонджэ, проверяя время на часах, усмехнулся.

— Что, боишься, что я могу чем-то не понравиться твоему новому увлечению?

— Именно так. У моего брата слишком отталкивающая внешность, чтобы знакомиться с ним.

— … Что?

— Он пугливый.

В этот момент двери лифта, прибывшего на первый этаж, открылись. Мугён быстро вышел, и полы его пальто взметнулись в воздухе, распространяя вокруг приятный аромат.

— Ха…, — усмехнулся Вонджэ, но его смех тут же растворился в воздухе.

Мугён, уже добравшийся до выхода из паркинга, обернулся.

— Я поехал. Пора кормить малыша.

Договорив, он на мгновение прикрыл один глаз, подмигнув Вонджэ. Тот замер на месте.

— … Ты рехнулся?

Но Мугён, казалось, не обратил внимания на его шокированное лицо. Он пожал плечами и, ускорив шаг, пошёл прочь.

— Он что, сам с собой встречается?— буркнул Вонджэ себе под нос.

Сразу после этого раздался визг тормозов, и шины машины Мугёна с пронзительным скрежетом проехались по бетонному полу парковки. Вонджэ, усмехнувшись, направился к своему автомобилю.

Дорога от главного офиса до кафе, где работал Хонджу (а точнее, до здания, в котором еще и находился офис Мугёна), занимала не больше десяти минут. Но из-за обеденного перерыва движение было довольно плотным. Мугён уже несколько минут стоял на месте, ожидая зеленого сигнала светофора.

— Тц…

Он посмотрел на часы, опустил стекло и положил руку на раму. Тротуар был заполнен спешащими на обед офисными работниками. Многие были одеты в лёгкие костюмы или дорогие пальто, которые, вероятно, купили специально к своей первой работе. На шее у каждого красовался бейджик сотрудника.

«Хонджу тоже хорошо смотрелся в такой одежде…Не просто хорошо, а даже неприлично сексуально для его возраста. Когда он станет постарше, можно было бы устроить его к себе в офис… Интересно, согласится ли он?»

Мугён представил, как Хонджу ходит на работу в офис, и невольно улыбнулся. Затем вспомнил гардероб Хонджу.

Большинство вещей там были выбраны по его, Мугёна, вкусу, поэтому преобладали яркие цвета. В основном, это были худи, толстовки и другие вещи, которые обычно носит молодёж. Среди всего этого встречалось несколько костюмов, но Хонджу всегда говорил, что в них он чувствует себя «некомфортно, как игрок в карты».

Да, игрок. Всегда так говорил. Одежда, которая обычному человеку показалась бы слишком офисной, для него была формой игроков.

«… Ладно».

Хоть Хонджу и не до конца удалось избавиться от образа своей прошлой жизни, он довольно хорошо приспособился к стабильной жизни. Он перешёл работать в кафе на первом этаже офисного здания Мугёна, три раза в неделю ходил на курсы кондитеров. Водительские права он получать пока не собирался, говорил, что не нужны, но иногда ездил на велосипеде. Хотя у него был личный водитель — Мугён. Было приятно видеть, как он справляется сам, но Мугёна это почему-то злило.

«Даже помощи не попросит», — недовольно цокая языком Мугён, хватаясь за руль.

Загорелся зелёный свет, и машины тронулись с места. Автомобиль Мугёна тут же вырвался вперёд.

Ему не терпелось увидеть Хонджу, но была и ещё одна причина, по которой он посещал кафе: в последнее время там происходили некоторые неприятные инциденты.

— Добро пожаловать!

При входе в кафе звякнул колокольчик, и сотрудники хором поприветствовали Мугёна.

Было время обеда, поэтому в кафе было многолюдно. Среди сотрудников в одинаковой униформе и кепках, Мугён заметил Хонджу, который спокойно готовил кофе. Их взгляды встретились. На лице Хонджу, вначале немного напряжённом, появилась лёгкая улыбка.

— Один американо со льдом.

— Хорошо. Вам здесь? — спросил Хонджу.

Окинув взглядом зал и заметив свободный столик, Мугён коротко кивнул.

— Подождите минутку, я принесу ваш заказ.

В предыдущем кафе Хонджу постоянно ворчал, что сотрудникам неудобно, когда владелец так часто приходит, поэтому на этот раз Мугён решил скрыть, что он владелец

Для сотрудников он был всего лишь одним из постоянных клиентов, который то и дело захаживал в кафе. Зато Гюо вовсю пользовался своей ролью владельца кофейни.

Расплатившись картой, Мугён занял самый укромный столик и, подперев голову рукой, стал наблюдать за происходящим в кафе. А точнее, за Хонджу. Если бы об этом узнал Минхо, он бы точно разозлился, решив, что Мугён бездельничает. Но это было не так. Наблюдение за Хонджу было одной из важнейших частей его миссии по защите семьи.

— Я сам отнесу, — сказал Хонджу, подходя к Мугёну с чашкой кофе на подносе.

На нём был бежевый фартук, коричневая кепка. На груди — бейджик в форме сердечка. Мугён остался доволен своим выбором: униформа идеально подходила Хонджу. Светлые брюки и кеды на плоской подошве делали его ещё моложе.

— Ещё немного, и Хонджу будут принимать за школьника, — сказал Мугён.

— Что? — переспросил Хонджу.

Недавно Хонджу подстригся, и теперь выглядел ещё более очаровательно.

— Мило смотришься, — вырвалось у Мугёна.

— …

Этот упрямец никогда не благодарил за комплименты. Он лишь смущённо краснел и начинал озираться по сторонам. И зачем так нервничать? Музыка играет, людей вокруг нет…

— Ну что, телефончик твой уже кто-нибудь выпросил?

— … Да нет, как видите.

Как-то раз один из посетителей решил порекомендовать кафе в соцсетях и выложил пост с фотографией, на которой случайно засветилось лицо Хонджу. Он просто фотографировал меню, и Хонджу попал в кадр на самом краю снимка. Проблема была в том, что Хонджу в тот момент как раз смотрел в объектив, и у него было такое глупое и милое выражение лица, что он сразу стал местной знаменитостью в соцсетях. Появились даже те, кто приходил в кафе специально ради Хонджу.

Об этом Мугёну, разумеется, доложил Гюо, который под предлогом управления кофейней то и дело заглядывал туда.

— Кроме того случая, что я видел, больше никто не пытался с тобой познакомиться?

— … Приятного аппетита, — пробормотал Хонджу, пытаясь уйти.

Но Мугён легонько потянул его за завязки фартука.

— Я тебя спрашиваю!

Со стороны могло показаться, что Мугён придирается к сотруднику. За соседним столиком кто-то с любопытством посмотрел в их сторону.

— Не было такого, правда! — воскликнул Хонджу. — Можете записи с камер посмотреть! Последний раз ко мне приставали только вы!

— Значит, уже два раза, — холодно произнёс Мугён.

Он вспомнил, как несколько дней назад какой-то парень пытался флиртовать с Хонджу прямо у него на глазах, и разозлился. Это был приличный молодой человек, ровесник Хонджу, с постоянной работой, спокойный и рассудительный. И, если уж на то пошло, он подходил Хонджу гораздо больше, чем Мугён: надёжный, стабильный, без всяких странностей.

— … Два раза… — неуверенно повторил Хонджу.

Вряд ли это правда. Мугён проводил в кафе всего по несколько часов в день. Если за это время к Хонджу успевали подкатить дважды, то, что же творилось, когда он не видел? И это при том, что на пальце у Хонджу было кольцо. А ещё эти дурацкие курсы кондитеров, где наверняка было полно желающих с ним познакомиться! Мугён и так еле успевал следить за своим «малышом», а теперь ему приходилось работать за троих.

— И ты хочешь, чтобы я тебе поверил? — Мугён сложил руки на столе и пристально посмотрел на Хонджу.

Мугён легонько постучал пальцем по ноге Хонджу.

Раньше тот бы испугался и отдёрнул ногу, но теперь, похоже, привык к таким выходкам.

— …

Хонджу немного подумал, а затем полез в карман фартука. Достал маленькую шоколадку.

— Это что, ответ такой? — усмехнулся Мугён.

Хонджу молча кивнул, но шоколадку в форме сердечка так и не отдал. Мугён рассмеялся.

Хонджу больше не пытался скрывать или подавлять свои чувства. Пусть и выражал он их с помощью вот таких маленьких шоколадок. Но это уже был прогресс.

— Ладно, прощаю. Иди работай, — Мугён сделал вид, что поднимается с места, и легонько провёл рукой по бедру Хонджу.

Тот вздрогнул, огляделся по сторонам и бросился к стойке. Завязки фартука забавно подпрыгивали на его спине, напоминая хвостик.

— Милашка, — пробормотал Мугён, не сводя глаз с Хонджу.

К нему подошли другие сотрудники. Видимо, решили узнать, всё ли в порядке, или расспросить, о чём он говорил с этим хмурым типом. Хонджу что-то невнятно отвечал, теребя мочку уха и смущённо улыбаясь.

Мугён ещё некоторое время наблюдал, как Хонджу болтает с коллегами. Наконец, те разбрелись по своим местам, а Хонджу вернулся к работе. Он вытирал столы, мыл посуду, сновал туда-сюда, раскладывая всё по местам. Скоро заканчивалась его смена.

Мугён глянул на часы, встал из-за стола и направился к выходу. Сегодня был вторник — день, когда у Хонджу не было занятий в кулинарной школе, и они могли провести вечер вместе. Мугён знал, что Хонджу не понравится, если он будет ждать его у всех на виду, поэтому решил вернуться на подземную парковку.

«И ведь ради этого привередливого мальчишки я так стараюсь!» — подумал про себя Мугён, направляясь к выходу.

Но, несмотря на эти мысли, шагал он легко и непринуждённо.

Глава 56

Сегодняшний поход по магазинам имел определённую цель, и свиданием это назвать было сложно.

— А эта куртка лучше, чем та?

Хонджу протянул ему куртку-бомбер цвета хаки.

— Да, бери эту, —  коротко ответил Мугён, равнодушно осматривая куртку, скрестив руки на груди.

Хонджу, который до этого кружил по магазину, показывая Мугёну куртки и спрашивая его мнение, слегка нахмурился. Мугён отвечал односложно, словно ему было всё равно.

— Посмотрите внимательнее, пожалуйста. Вы же с Гадюкой лучшие друзья.

— Кто? Я? — на лице Мугёна, до этого момента бесстрастном, промелькнули эмоции. Что-то среднее между недоумением и раздражением.

— Да. Вы же как братья!

При этих словах брови Мугёна дёрнулись. Бесстрастное лицо с криво изогнутым уголком губ выглядело пугающе. Раньше такой взгляд напугал бы Хонджу до полусмерти. Но сейчас он либо привык к перепадам настроения Мугёна, либо был уверен, что тот на него не разозлится.

— Ну и словечки у тебя, Хонджу. Пообщался с этим типом и перенял его манеру говорить?

— Так вы же друзья…

Скоро у Гадюки был день рождения. Мугён благополучно забыл бы об этом, если бы не секретарь, который напомнил.

Это выяснилось, когда Хонджу пришел в кабинет Мугёна. В календаре Мугёна, где важным событиям соответствовали чёрные кружочки, была одна ярко  выделенная дата. Спросив, что это такое, Хонджу узнал, что так отмечен день рождения Гадюки. До него оставалось ровно десять дней.

— Вы же его близкий друг, так почему раздраженны?

— …

— Когда ты вспоминаешь о постороннем мужчине и думаешь, какого он телосложения, какой цвет ему подходит, это так раздражает. Мы с Гюо действительно близки?

Хонджу украдкой посмотрел на продавца-консультанта. К счастью, он обслуживал других клиентов и не обращал внимания на них.

С того момента, как Хонджу сказал, что хочет сделать Гадюке подарок на день рождения, Мугён явно показывал, что ему это не нравится. Но, по крайней мере, Хонджу был рад, что Мугён хотя бы позволил ему купить подарок на свои деньги.  Раньше это выглядело так: выбор подарка — за Хонджу, а оплату производил Мугён своей картой.

— … Ладно, тогда я возьму эту.

— Не понимаю, зачем мне один день рождения. Если бы они были раз в месяц, Хонджу вообще не пришлось бы тратиться на каких-то тупиц.

Хонджу с силой толкнул Мугёна в бок, когда тот начал бормотать что-то абсурдное. В это время к ним подошел улыбчивый продавец.

— То, что вы смотрите, — это новая коллекция. Дизайн, который наилучшим образом подходит для молодых мужчин в возрасте от двадцати до тридцати.

— А, да. Я это возьму.

— Оно будет очень красиво выглядеть, если вы выберете чуть более приталенный вариант. Это вам?

— Нет, это подарок…

Хонджу замялся, вспоминая о фигуре Гадюки. Когда они впервые встретились в доме, у Гадюки была стройная и подтянутая фигура, но теперь, благодаря тренировкам, он стал довольно крупным. Он даже казался похожим на Мугёна.

«Какой же размер мне следует сказать?»

Пока Хонджу метался в своих мыслях, Мугён неожиданно вмешался в разговор.

— 115?

— А-а, 115.

Продавец-консультант поспешно стал рыться среди вешалок.

— Если вы обычно носите 115 размер, то этот должен подойти.

Хонджу неуверенно взял куртку, которую протянул ему продавец, и приложил её к подбородку Мугёна.

На Мугёна она была бы немного мала, но Гадюке должна подойти.

— Я возьму эту.

— Хорошо. Вы сможете обменять куртку, если размер не подойдёт. Не забудьте чек.

Хонджу направился к кассе, оставив позади Мугёна, который всё это время стоял, скрестив руки на груди и всем своим видом выражая недовольство. Честно говоря, Хонджу немного пугала цена куртки, его руки дрожали.

Но Гадюка был для Хонджу особенным человеком, поэтому он решил не скупиться.

— Чтобы обменять товар, нужно будет предъявить чек.

— Хорошо.

Хонджу поклонился в ответ на прощание продавцов и вышел из магазина. На улице ему сразу стало легче дышать. На самом деле, даже во время короткого разговора с продавцом, Хонджу сильно нервничал. В магазине было много людей, громко играла музыка, и он боялся, что не расслышит, что ему говорят.

Если бы это было кафе, он бы предпочёл делать напитки или мыть посуду. Но здесь он ничего не мог с собой поделать.

— Этот подонок Гюо похоже решил полностью опустошить карманы нашего Ку Хонджу, — достаточно громко, чтобы его было слышно, пробормотал Мугён, надувшись.

Глядя на него, Хонджу расслабился и почувствовал облегчение. Ему даже стало смешно.

— Чему ты улыбаешься? Радуешься, что купил подарок другому мужчине в присутствии своего парня?

Несмотря на эти слова, Мугён заботливо застегнул расстегнутую молнию на куртке Хонджу и забрал не такой уж, и тяжёлый пакет.

— Спасибо, что пошли со мной. Если бы я был один, то, наверное, растерялся бы.

Хонджу начал рассказывать Мугёну, как он нервничал, потому что редко бывал в таких магазинах, не разбирается в одежде и чуть не ответил какую-нибудь глупость, когда продавец спросил его о размере. Благодаря Мугёну всё прошло гладко, и он смог купить куртку. Выслушав его, Мугён крепко обнял Хонджу.

Несмотря на то, что вокруг было много людей, Хонджу не хотелось покидать эти тёплые объятия.

— Ты меня просто обезоруживаешь. Профессиональный игрок.

— Я даже не пытался быть профи.

Мугён рассмеялся, потрепал его по голове, и Хонджу понял, что его настроение улучшилось. Он тихонько улыбнулся.

— Не слишком ли самонадеянно, а?

Пусть эти слова и звучали, как угроза бандита, прикосновение Мугёна было тёплым, а его рука нежно поглаживала Хонджу.

Решив, что раз уж они выбрались в город, то стоит и поужинать, они отправились в ресторан с уютной атмосферой. Хонджу посоветовал его коллега из кафе. Несмотря на ранний вечер, посетителей было довольно много.

Они сели за столик у окна, откуда открывался прекрасный вид. Зима подходила к концу, небо было невероятно чистым, и казалось, будто до него можно дотронуться рукой. Хонджу, привыкший жить в тёмных и тесных помещениях, всегда чувствовал, как ему становится легче дышать, когда он оказывался на открытом пространстве.

Вот было и сейчас, но вдруг у него закружилась голова, а лицо побледнело.

— Значит, на следующей неделе ты снова будешь подменять этого придурка? — спросил Мугён.

Тихая классическая музыка и разговоры других посетителей вдруг стали невыносимо громкими. Хонджу, боясь пропустить хоть слово из того, что говорил Мугён, напряженно вслушивался, слегка дёрнув плечом. Встретившись с холодным взглядом Мугёна, Хонджу натянуто улыбнулся.

— Да, мне нужно будет выйти, а то некому работать.

— Ну что ж, в таком случае, и мне придётся поработать сверхурочно. Нужно же будет забрать тебя после работы.

За откровенным смехом последовал звон в ушах. Хонджу, чувствуя, как у него горит ухо, притворился, что поправляет волосы, и прижал руку к уху.

— Хорошо, поедем вместе после  работы.

Хонджу опустил голову, притворился, что режет хорошо прожаренное мясо, и несколько раз моргнул, пытаясь прогнать головокружение. Должно быть, это от того, что он провел целый день в людном месте.

После этого они продолжили общаться как обычно: Мугён спрашивал, Хонджу отвечал. Хонджу думал, что не выдаёт своего состояния, но Мугён, как и всегда, заметил малейшее изменение в его поведении.

— Хонджу, у тебя кружится голова?

Мугён отложил нож и вилку и протянул руку. Он осторожно коснулся щеки Хонджу. Тот невольно наклонил голову, прижимаясь щекой к его большой и тёплой ладони.

— Да, немного.

— Снимай.

Коротко приказав, Мугён убрал руку и встал. Проходивший мимо официант, заметив это, направился к ним, но Мугён опередил его, опустившись перед Хонджу на колени. Хонджу, крепко зажмурившись, сделал глубокий вдох и медленно вытащил слуховой аппарат.

Пииииии!

Пронзительный звон в ушах заполнил собой всё пространство. Хонджу снова зажмурился, и хаос в голове немного утих. Но головокружение не проходило.

— С тобой всё в порядке?

Хонджу не мог ни ответить, ни кивнуть, поэтому просто несколько раз моргнул. Мугён пододвинул к нему стакан с водой и, порывшись в сумке, достал футляр для слухового аппарата. Пока Хонджу пил воду, Мугён аккуратно убрал слуховой аппарат в футляр и прикрыл ладонью правое ухо Хонджу.

— ...

Только благодаря прикосновению Мугёна Хонджу наконец-то обрёл тишину. Он закрыл глаза, полностью сосредоточившись на тепле его руки.

Несмотря на то, что Хонджу уже привык к слуховому аппарату, иногда у него случались такие приступы: тошнота, головная боль, невероятная усталость. В такие моменты единственным спасением было снять аппарат и немного отдохнуть.

Поэтому после работы в кафе Хонджу всегда заходил в кабинет Мугёна, чтобы перевести дух. Особенно важно это было до и после занятий в кулинарной академии, которые проходили три раза в неделю.

Даже когда Хонджу не слышал его или был без слухового аппарата, Мугён никогда не злился и не раздражался. Кабинет Мугёна был для Хонджу самым уютным местом на свете.

— Ты, наверное, слишком устал сегодня.

Из-за того, что рука Мугёна прикрывала его правое ухо, голос звучал так, словно исходил изнутри Хонджу. Он не мог сказать, громкий он или тихий, но был уверен, что Мугён выслушает его до конца.

— Я думал, что всё будет в порядке …

— …

Хонджу не слышал ответа Мугёна, поэтому позволил себе немного покапризничать, чего обычно никогда не делал.

— Если бы я был один… Мне было бы страшно…

«Раньше я как-то справлялся, а теперь, кажется, совсем разучился жить один…»

Хонджу не осмеливался произнести эти слова вслух, потому что боялся показаться обузой.

Мугён оставался рядом с ним, пока ему не стало лучше. Опустившись перед Хонджу на колено, он согревал его своим теплом и защищал от всех звуков мира.

Сколько ещё времени они провели так? Когда головная боль немного утихла, Хонджу повернулся к Мугёну. Он осторожно взял его за руку, которая всё ещё прикрывала его ухо, и опустил её.

— Ты совсем бледный…

Хонджу, не отрывая взгляда от его губ, прочёл то, что он хотел сказать. Как странно, но он, казалось, мог прочитать на его губах даже беспокойство.

— Мне уже лучше. Я просто посижу без слухового аппарата.

Хонджу неловко улыбнулся и огляделся. Официант всё ещё нервно поглядывал в их сторону. Видимо, боялся, что Хонджу вот-вот упадёт в обморок.

— Садитесь на место. Доешьте свой ужин.

Мугён всё это время стоял на одном колене, не шевелясь. Такая поза совершенно не подходила ему, человеку, который ненавидел беспорядок и привык смотреть на всех сверху вниз. Но он не вставал, а продолжал обеспокоенно поглаживать Хонджу по лбу и уху. В конце концов, Хонджу пришлось потянуть его за руку. Обычно Мугён ни за что бы не поддался, но в этот раз он послушно поднялся.

— Пойдём.

— Куда? Нет, всё хорошо, я уже…

Хонджу широко раскрыл глаза и замотал головой. Он пытался объяснить, что раз ему уже лучше и он снял слуховой аппарат, то они могут остаться и доесть, но Мугён уже собирал их вещи.

— Если ты сейчас продолжишь есть, то тебя стошнит. Думаешь, я не знаю?

— …

Хонджу молча позволил Мугёну надеть на него пальто. Хонджу старался не показывать, как сильно у него кружится голова. Он вспомнил, как однажды заставил себя поесть, а потом тайком всё вырвал. Похоже, директор всё знал.

— Пошли.

Мугён повесил сумку Хонджу себе на плечо. Нелепо смотрелся деловой костюм в сочетании с этой сумкой. Мугён осторожно придерживал Хонджу за руку.

Пока они шли по залу, оставляя позади недоеденную еду, Хонджу почему-то почувствовал себя подавленным. Ему казалось, что все смотрят на него с осуждением, хотя никто и слова не сказал. Он опустил голову и увидел, что на одном колене у Мугёна немного пыли.

— …

Он чувствовал себя так, словно существовал только рядом с Сон Мугёном. Хонджу не хотел терять уверенность в себе, но голова его невольно опускалась.

***

По дороге домой их окутывала странная тишина.

– Тебе всё ещё плохо? – тихо спросил Мугён, когда машина остановилась на светофоре. Он говорил чётко и громко, так, чтобы Хонджу услышал его, не напрягая слух и не поворачиваясь к нему.

— Извините. Я не хотел портить вам настроение, — ответил Хонджу.

— …

— И ещё простите, что мы ушли, не доев такую дорогую еду…И ваши штаны испачкались…

Хонджу гордился тем, что живёт как все обычные люди, но иногда его поглощала глубокая печаль. Так происходило всякий раз, когда он вспоминал, что как бы он ни старался, он никогда не станет таким, как все.

— Да что ты всё извиняешься?

— …

— Это я виноват, что повёл тебя туда, хотя прекрасно знал, что тебе нужно отдыхать, – сказал Мугён, нежно поглаживая его по левому уху, где не было слухового аппарата. Этот жест совершенно не вязался с его сдержанным тоном.

— Я постараюсь быть более внимательным к тебе.

— …

— Ты всегда говоришь, что всё в порядке, потому что не хочешь меня расстраивать.

Мугён взял всю вину на себя. Хотя это Хонджу настоял на том, чтобы пойти в торговый центр, это он согласился поужинать, и это он должен был следить за своим состоянием и вовремя снимать слуховой аппарат.

— … И всё равно простите. Мы же даже не поели толком.

Мугён тяжело вздохнул. Очевидно, он снова был не в духе. Хонджу, выросший в постоянном страхе, в таких ситуациях мог предложить лишь извинения. Он нервно закусил пересохшие губы.

— В следующий раз попробуй извиниться как-нибудь по-другому, — сказал Мугён.

— Что?

— Скажи что-нибудь, что мне понравится слышать. Например, что ты ко мне неравнодушен, что я тебе нужен, что хочешь, чтобы я о тебе позаботился. Вот так извинись, тогда я тебя прощу.

Хонджу повернул голову, и их взгляды встретились. К счастью, выражение лица Мугёна было не таким хмурым, как можно было судить по его вздоху.

— Понял?

— Д-да, — ответил Хонджу и для пущей убедительности энергично кивнул. Наконец губы Мугёна тронула легкая улыбка.

— Не нервничай ты так. Тебя никто не ругает. А если кто-то попробует — я сам со всем разберусь.

— Разберётесь...?

— Завязал я с той жизнью, но старые привычки дают о себе знать, — шутливо подмигнул Мугён.

Его попытки разрядить обстановку вызвали в душе Хонджу бурю эмоций, грозящих прорвать плотину, которую он так старательно возводил.

Все чувства, которые он подавлял в себе, стараясь быть сильным и независимым, готовы были вырваться наружу.

— Я… Вы мне нравитесь, — выпалил он, теребя ремешок сумки. — И я говорю это не просто так, чтобы извиниться. Директор мне правда очень нравится.

Он продолжал говорить, и его щёки заливались краской — он понимал, что его слова звучат как признание. Но остановиться он уже не мог.

— Но я обещаю, что буду Вас слушаться. Теперь мне страшно даже представить, что вы можете исчезнуть из моей жизни.

Ток, ток, ток.

Большой палец Мугёна начал отбивать ритм по рулю. Хонджу украдкой взглянул на его прямую руку.

Внезапно машина резко свернула в переулок. Остановившись на безлюдной дороге, ведущей к большому парку, Мугён быстро отстегнул ремень безопасности.

— Э, э... — Хонджу в замешательстве вжался в сиденье.

— Ну, и что собираешься  сопротивляться? — спросил Мугён с усмешкой.

В тот же момент его лицо оказалось слишком близко. Он приподнял его подбородок и нежно провел большим пальцем по его нижней губе.

— Н-но у меня же... проблемы с желудком, — пролепетал Хонджу.

Хотя вокруг никого не было, они всё равно стояли посреди дороги. Любая проезжающая машина могла бы заинтересоваться, почему они тут застряли.

Более того, взгляд Мугёна был слишком пылким. Он явно не собирался ограничиваться одним поцелуем. Их носы соприкоснулись, горячий язык скользнул по губам Хонджу, заставляя его сглотнуть.

— И что? — спросил Мугён.

— …?

— Хочешь сказать, что мне нужно остановиться, потому что тебя может стошнить?

Его губы соприкасались при каждом слове, а горячее дыхание обжигало Хонджу.

— Мне всё равно, даже если тебя вырвет во время поцелуя, — сказал Мугён.

И Хонджу не сомневался, что он говорит абсолютно серьёзно. Взглянув на его коварно приподнятые уголки губ, он в конце концов сдался и крепко зажмурился. Язык Мугёна проник в его приоткрытые губы, их тела соприкоснулись, наполняя друг друга теплом.

В машине ещё долго раздавались влажные звуки поцелуев и прерывистое дыхание.

Глава 57

Вернувшись домой, Хонджу некоторое время лежал на диване. Мугён очень не любил, когда тот ложился на диван в одежде, но на этот раз сам уложил его туда.

Живя со слуховым аппаратом, Хонджу усвоил, что при резком ухудшении самочувствия лучшее лекарство - отдых.

Поэтому он был рад, что работает с Мугёном в одном здании. Конечно, поначалу это его немного тяготило, но осознание того, что Мугён где-то рядом, придавало ему сил и уверенности.

Тем временем Мугён прибрался в спальне и сходил в ванную. В поле зрения Хонджу, который лежал, глядя в потолок, внезапно появилось лицо Мугёна.

— Голова всё ещё кружится? - спросил он.

— Всё в порядке, уже лучше.

Холодные глаза внимательно осмотрели его. Убедившись, что он действительно выглядит лучше, чем раньше, Мугён слегка кивнул. Он закатав рукава рубашки до локтей, протянул руки.

— Может, помоешьcя?

Не успел Хонджу и пальцем пошевелить, как Мугён подхватил его на руки.

«Как он может так легко поднимать меня, хотя в последнее время был слишком занят, чтобы заниматься спортом?» — подумал Хонджу, удобно устраиваясь на плече Мугёна и закрывая глаза.

Зайдя в ванную, Мугён осторожно усадил его на край ванны. Он потянулся к его рубашке, видимо, намереваясь раздеть его, но Хонджу остановил его, схватив за запястье.

— Не надо, я сам.

Хотя Мугён и раньше помогал ему мыться, но только по уважительной причине. Например, они вместе принимали душ, после того, как  занимались сексом, или когда Хонджу был слишком измучен и у него не было сил или он и вовсе был без сознания. Сегодня же он ничего такого не делал, и теперь, когда силы более или менее вернулись, он не хотел утруждать Мугёна.

— Не настолько всё плохо.

— Настолько, — спокойно возразил Мугён и всё-таки снял с него рубашку.

Хонджу было неловко, но он не стал сопротивляться, видя, что Мугён не собирается насмехаться над его смущением. Тот быстро и умело вымыл его пушистой пеной и ополоснул водой идеальной температуры. Закончил он так же быстро, будто привык мыть кого-то.

Мугён помог ему опуститься в ванну с ароматной пеной и сказал откинуться на спинку ванной. Хонджу послушно последовал указанию, и в следующую секунду на его волосы полилась вода из душа.

— Закрой глаза. Делаю это впервые, пена может попасть в глаза.

Мугён стоял на коленях возле ванны, бережно промывая его мокрые волосы. Хонджу, смотревший  в  потолок в потолок, перевел на него взгляд. Мугён и раньше мыл ему голову, когда Хонджу терял сознание.

— Вы раньше уже мыли мне голову.

— Тогда я держал тебя на руках.

— …На руках?

Как это, на руках? Неужели Мугён усаживался в ванну, брал его на руки и так мыл ему голову? Но тогда шампунь и пена от него стекали бы по его телу… А ведь он это так не любит.

— Если ты не просыпался, приходилось так делать. Ты же всё равно ничего не замечал, ни когда я мыл тебе голову, ни когда трогал твою задницу.

— …

По волосам скользили умелые руки, взбивая пену.

Слова Мугёна почему-то смутили Хонджу. В игорном доме он всегда старался держаться и не терять бдительность, даже когда пил. Он терпел голод и жажду, только бы не показывать свою слабость.

Он всячески избегал моментов, когда мог потерять сознание. Но перед Мугёном он позволял себе напиться и заснуть глубоким сном, не ведая, как тот моет ему голову.

— Так, конечно, проще. Да и привычнее уже. Хочешь, чтобы я тебя и сейчас подержал?

Рядом с Сон Мугёном вся его сдержанность куда-то исчезала. Когда они успели стать настолько близки?

Осознание этой близости заставляло его сердце бешено колотиться. Хонджу зажмурился и ответил:

— Н-нет, всё хорошо. Мне и так нравится…

Неужели Мугён видел его насквозь? Тот усмехнулся и смыл с его волос пену. Вокруг витал его привычный свежий аромат.

После душа Мугён высушил ему волосы, намазал тело лосьоном, помог надеть пижаму и уложил в постель, заботливо укрыв одеялом. Сам же он всё ещё был в рубашке.

— Ложись спать, я скоро приду.

Хонджу кивнул, но засыпать вовсе не собирался. Как только за Мугёном закрылась дверь в ванную, он выбрался из постели и неслышно подкрался к двери, присев на корточки. Звук льющейся воды был не таким четким, как со слуховым аппаратом, но всё равно громким.

Сколько он так просидел? Дверь ванной распахнулась, выпустив наружу облако пара.

— Что ты тут сидишь, как бродячий котёнок?

Мугён, вытирая полотенцем мокрые волосы, медленно присел на корточки. Полотенце, небрежно обмотанное вокруг бедер, немного сползло, открывая вид на крепкие мускулистые бёдра.

Хонджу молча смотрел на них, а затем протянул руку.

— Я хочу побыть с вами.

Поначалу он собирался побыть с Мугёном, пока тот не помоет голову и не ляжет в постель. Но стоило ему увидеть его перед собой — мокрого, источающего тот же аромат, — как в нём вспыхнуло незнакомое чувство.

— Судя по всему, у тебя не совсем невинные намерения, —проницательно заметил Мугён.

Он небрежно накинул полотенце на одно плечо и протянул руку. Сухие волосы Хонджу приятно ласкало его прикосновение.

— …Возможно, немного, — пробормотал Хонджу.

Мугён наклонился к нему и рассмеялся.

Его широкие плечи затряслись. Немного посмеявшись, он наконец поднял голову.

— Не хотелось бы приставать к больному человеку.

Мугён нежно провел большим пальцем по щеке Хонджу. Хонджу зажмурился, наслаждаясь его прикосновением.

— Мне уже лучше.

— Хм…

Хонджу чувствовал себя неловко, произнося эти слова, но ещё более странной казалась ему равнодушная реакция Мугёна.

— Иди в постель, на полу холодно.

— Я хочу остаться здесь.

Отсюда он мог видеть, как Мугён сушит волосы. Хонджу хотел смотреть на него до самого конца, даже если между ними ничего не произойдет.

— И зачем тебе это? — с усмешкой спросил Мугён, окидывая его проницающим взглядом.

В его темных глазах плескалось желание, которое он явно сдерживал. Хонджу молча наблюдал, как кончик его языка скользнул по нижней губе.

— У тебя слишком откровенный взгляд.

— Я пытаюсь читать по губам.

— Но я же молчу.

Мугён коснулся его уха. В отличие от торгового центра или кафе, здесь царила тишина. В небольшой ванной, кроме них двоих, никого не было, и на таком маленьком расстоянии, которое их разделяло, можно было расслышать даже самый тихий шепот. Но Хонджу не мог оторвать взгляда от губ Мугёна.

— Честно говоря, это мое сердце так громко стучит, что даже немного мешает, — признался Хонджу.

С того момента, как он встал с кровати и сел у ванной, его не покидало необъяснимое волнение. А когда Мугён, источающий свежий аромат, приблизился к нему, его сердце забилось, как бешеное. Еще несколько часов назад он чувствовал себя совершенно разбитым, а теперь прикосновения Мугёна будто вдохнули в него новую жизнь.

— Дай-ка посмотрю.

Мугён небрежно сбросил полотенце с плеча и протянул руку. Зацепив пальцами ворот его свободной пижамы, он слегка потянул ее вниз. Взгляд Мугёна скользнул по его груди, и на губах мужчины мелькнула улыбка.

— Да, бьется как сумасшедшее, — подтвердил он, словно мог видеть звук.

Затем он принялся медленно расстегивать пуговицы на пижаме.

— Зря я тебя, что ли, мыл и переодевал.

Хонджу пообещал себе, что больше не будет ни от кого зависеть и будет сам заботиться о себе. Но ему так нравилось, когда Мугён обращался с ним, как с ребенком. Ему хотелось все больше полагаться на него, искать его поддержки, отдаться ему целиком и полностью.

— Сделайте это потом еще раз. Наверное, мне нравится, когда вы обо мне заботитесь, — признался Хонджу, который изо всех сил старался казаться взрослым и самостоятельным.

— Хочешь, чтобы я довел тебя до обморока?

— …

Вместо ответа Хонджу вытянул руки и обнял его за шею. Мугён наклонился к нему, и Хонджу прижался к его обнаженной груди. Он переплел их пальцы, на которых были кольца, и прижался к нему.

Мугён без труда поднял его на руки и усадил Хонджу на столешницу раковины. Мугён уперся руками в нее по обе стороны от Хонджу, склонившись над ним так, что тот оказался в ловушке.

— Хочу, чтобы ты вел себя так почаще, — прошептал Мугён ему на ухо.

— …

Пальцы Мугёна быстро и ловко расстегнули оставшиеся пуговицы на пижаме.

— Такой редкий случай, когда ты ведешь себя как ребенок,— пробормотал он.

Волосы Мугёна все еще были влажными после душа, и несколько прядей упали ему на лоб. Хонджу украдкой взглянул на его мужественную руку с вздувшимися венами, а затем перевел взгляд на открытый лоб.

— Если я буду продолжать в том же духе, вы устанете от меня, — тихо сказал Хонджу и прикоснулся губами к его лбу.

Кожа все еще хранила тепло только что принятого душа.

— Кто сказал, что я устану?

Нежные руки Мугёна легли ему на плечи, и тонкая ткань пижамы соскользнула вниз. Она упала на пол, и губы коснулись его плеча. Один поцелуй, второй. Влажные, горячие поцелуи покрывали его плечи, ключицы, шею...

Тело Хонджу само склонялось, и он обхватил шею Мугёна руками. Но от его настойчивых движений голова всё время откидывалась назад.

— Ах...

Мугён не отрывался от его шеи, но, подняв глаза, посмотрел на лицо Хонджу и тихо рассмеялся. Ему, видимо, было забавно, что Хонджу, хоть и дрожащими руками, но все еще крепче обнимает его.

Поцелуи переместились на гладкую кожу груди. Капли воды с его волос падали на покрасневшую кожу Хонджу. Прикосновения языка, щекотавшие чувствительные соски, заставляли его тело выгибаться навстречу.

— Почему ты так дрожишь?

— Мне немного... щекотно, — прошептал Хонджу.

— Но ты же так любишь, когда я их сосу? Когда ты уже привыкнешь?

Мугён не переставая ласкал его языком, посасывая и потирая чувствительный бугорок. Затем он приоткрыл рот и обхватил его губами, словно пытаясь проглотить целиком. Хонджу резко вдохнул, чувствуя, как его кожа натягивается. Он уже привык к тому, что Мугён кусает и лижет его, но это не значило, что ему   нравится.

— Не привыкну… — пробормотал он.

— Вот не притворяйся. Когда спишь, так не жалуешься, — усмехнулся Мугён.

Он прижался головой к плечу Хонджу и провел языком по нежной коже, глубоко дыша. Горячее дыхание обожгло Хонджу подмышкой, и он беспокойно заерзал.

— Не надо... там… — простонал он, и в его голосе прозвучали слезы.

Мугён, не обращая внимания на его просьбу, продолжал посасывать и кусать чувствительную кожу подмышкой. Он то сжимал ее пальцами, оставляя красные следы, то жадно втягивал в рот.

— Перестаньте…

Мугён не обращал внимания на его мольбы. Хонджу чувствовал, как его спина упирается в холодное зеркало, но Мугён лишь сильнее прижимал его к себе. Он уткнулся носом ему подмышку и глубоко вдохнул, и Хонджу почувствовал, как напряглись его широкие плечи.

Хонджу просил не оставлять следов на видных местах, но он совсем не имел в виду эту чувствительную точку. Мугён еще немного помучил его, а затем прикусил кожу зубами. Хонджу вздрогнул и застонал.

— Ах!

— Еще чуть чуть и заплачешь.

Его язык, влажный от слюны, тщательно облизывал место укуса. Обычно Мугён был таким чистоплотным, но во время секса превращался в ненасытного зверя. Он выбирал самые чувствительные места и оставлял на них следы своих зубов и языка.

Однажды Хонджу даже разрыдался и умолял дать ему помыться, потому что Мугёну больше нравилось, когда запах его тела становился интенсивнее.

— Пожалуйста, хватит...

— Хорошо.

Мугён глубоко вздохнул, ещё раз укусил Хонджу за внутреннюю сторону руки и медленно выпрямился.

Его губы были влажными и опухшими, волосы растрепались, а на груди блестели капельки пота. Его широкая грудь вздымалась и опускалась в такт его тяжелому дыханию.

Хонджу с трудом выдерживал его пристальный обжигающий взгляд. Мугён потянулся к его пижамным штанам и стянул их вниз. Он приподнял его одной рукой и, не разрывая зрительного контакта, другой рукой стянул с него трусы. Нижнее бельё Хонджу упало на пол.

Оперевшись руками о столешницу, Мугён тяжело дышал, глядя на него сверху вниз. Он долго не отводил взгляд, а затем снова наклонился.

— Вы снова будете... делать это? — спросил Хонджу испуганно и схватил его за плечи.

Мугён медленно поднял на него глаза. Они были темными от желания.

— Так будет лучше для тебя. Менее болезненно.

Его голос был хриплым, а уголки губ слегка приподняты. Он заметил, как Хонджу дрожит, хотя тот старался скрыть это. Это была вымученная улыбка. Он знал, что Хонджу боится.

— ...

Хонджу закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Мугён опустился перед ним, и Хонджу почувствовал его горячее дыхание на своих бедрах.

Хонджу рефлекторно попытался свести колени, но вместо этого откинулся назад.

—А… ах…

Он запустил пальцы в влажные, черные волосы Мугёна. Они были такими мягкими, что он не мог перестать их гладить. Капля смазки скатилась с его члена на голову Мугёна.

— П-подождите… У вас в волосах…

— Неважно.

— А… ах…— Хонджу застонал, запрокидывая голову и кусая губы.

Он не мог заставить себя посмотреть вниз, поэтому просто закрыл глаза и сдался на его милость.

Хонджу чувствовал его горячее дыхание, его язык… Мугён слизывал с его члена смазку. Хонджу застонал, чувствуя, как по его спине побежали мурашки.

— А… ахх…

Его член напрягся, и он испытал желание обхватить его рукой, однако не мог пошевелиться. Язык Мугёна мягко скользнул по его входу, заставив вздрогнуть.

Его ноги дрожали, и Мугён, не говоря ни слова, обхватил его лодыжки и потянул на себя. Хонджу застонал, чувствуя, как большой палец Мугёна надавил на чувствительную точку на впадинке лодыжки.

— Отпустите…— прошептал он.

Мугён провел языком по его члену.

— Ах…

Хонджу ощущал горячее дыхание Мугёна, его волосы легко щекотали бедра. Мугён потерся носом о его промежность, вызывая дрожь по всему телу Хонджу. Он не мог больше сдерживаться.

Его локти согнулись, и Хонджу почувствовал, как его спина ударилась о холодную поверхность зеркала.

— Ах… ммм…

Рука Мугёна плавно скользнула вниз по его животу и остановилась у самых ягодиц. Он провел большим пальцем по его напряженному входу, заставляя Хонджу вздрогнуть от предвкушения. Его ласки были нежными, словно он старался успокоить его, готовя к тому, что должно произойти.

— Ах…

Хонджу не понимал, как его тело вообще способно выдержать этот огромный член, если даже от одного пальца у него темнело в глазах. Палец медленно проникал внутрь, растягивая его. В это время Хонджу ощущал на своем лице горячее дыхание Мугёна.

— А… ах…

Он хотел сказать, что больше не может, но вместо этого из его горла вырвался сдавленный стон. Мугён нежно раздвинул его ягодицы пальцем и провел горячим языком по его входу. Хонджу почувствовал, как дрожь охватывает его тело, и сжал колени. Ему казалось, что он вот-вот кончит.

— Ты и это не выдержишь? Хочешь, чтобы я довел тебя обморока? — прошептал Мугён ему на ухо.

Он прижался губами к его входу, и Хонджу вздрогнул, не в силах сдержать стон. В тот же миг он ощутил тепло спермы, стекающей по его животу.

Эта поза была такой неудобной, что он не мог расслабиться ни на секунду.

Пока он приходил в себя, Мугён продолжал ласкать его языком. Хонджу приоткрыл глаза и увидел  лицо, волосы, шею Мугёна… все было в сперме.

— Вы… Вы испачкались, — пробормотал он, не зная, что делать.

Но Мугён, казалось, совершенно не обращал на это внимания. Он просто вошел в него пальцем еще глубже. Возможно, из-за излитого семени,  Хонджу почувствовал, что на этот раз все по-другому.

Он не собирался останавливаться.

Хонджу услышал влажный шлепок, и большой палец Мугёна скользнул по его входу, а затем медленно отстранился. В следующее мгновение Мугён раздвинул его ягодицы и начал медленно вводить остальные пальцы. Хонджу не мог понять, сколько их там – два или три.

— Это может попасть вам в глаз, — пробормотал он, пытаясь остановить его.

Мугён прикрыл глаза и потерся лицом о его член.

Теперь его лицо было полностью покрыто семенем – длинные ресницы, веко с одной складочкой, губы…

— И что? Мне нравится, — ответил Мугён.

— Подождите, я вытру, — пробормотал Хонджу.

Мугён усмехнулся и выпрямился, помогая ему подняться от зеркала.

— Ах…

— Ты же сам вызвался вытереть. Чего ты стонешь? — спросил Мугён, целуя его в прикрытые глаза.

Хонджу замер, не в силах пошевелиться. Мугён, обхватил его бедра руками, и Хонджу почувствовал, как пальцы с силой сжали его ягодицы. Один из пальцев скользнул в него, раздвигая чувствительные стенки.

— Ну же… ты же хотел вытереть?..— прошептал он.

Хонджу закусил нижнюю губу. Затем он опустил голову, и его лоб уткнулся в щеку Мугёна, пачкая волосы Хонджу семенем.

— Ку Хонджу, я сейчас кончу, пока ты тут тянешь время, — прорычал Мугён ему на ухо.

Не вынимая пальцев, он приподнял его, и Хонджу в страхе вцепился в его плечи.

— Ах!

Хонджу ощутил, как что-то твердое и горячее прижалось к его ягодицам. Он открыл глаза. Хонджу уже знал по опыту, что в такой позе его вес только сильнее вгонит член Мугёна внутрь.

— П-подождите!

— Что такое?

Головка потерлась о его вход, и Хонджу вздрогнул. Он уперся руками в плечи Мугёна, пытаясь отстраниться. Было непривычно смотреть на него сверху вниз, но эта поза… эта поза была невыносимой.

— Отпустите… так… так будет тяжело…

Мугён ухмыльнулся, и Хонджу инстинктивно потянулся к его лицу, стирая с его щеки размазанную сперму.

— Посмотри на себя в зеркало. Ты и правда так думаешь? —  произнёс Мугён, и Хонджу медленно повернул голову.

Из-за того, что Мугён держал его на весу, он не видел своего лица. Зато он видел свою обнаженную спину, искусанные плечи, ягодицы с отпечатками ладоней… и огромный, пульсирующий член, который терся об него.

«Когда… Когда он успел так возбудиться?..»

Хонджу сглотнул, не в силах оторвать взгляда от его члена. Он был таким большим, таким возбужденным… Капли смазки на его головке делали его еще более пугающим.

— Ты и правда думаешь, что мы успеем дойти до кровати?

Он почувствовал, как горячие губы Мугёна коснулись его шеи, и вздрогнул. Повернув голову, он встретился с его потемневшим взглядом.

— ...?

Хонджу сглотнул и покачал головой.

Мугён, видимо, решил, что это знак согласия, потому убрал руку с его бедра.

Он обхватил рукой его член и начал медленно двигаться между его ног. Хонджу чувствовал его горячее дыхание и влагу, скопившуюся между их телами. Он обнял Мугёна за шею, прижимаясь к нему всем телом.

— Ах... ммм...

В тот же миг Хонджу ощутил, как член Мугёна входит в него. Он чувствовал каждую жилку, каждую неровность его члена, скользившего по его чувствительным стенкам. Он был так сильно возбужден, что его вход пульсировал от жара. Мугён двигался медленно, но каждый толчок пронзал его, словно мощный электрический разряд.

— Так еще более охуенно, — прохрипел Мугён ему на ухо, кусая мочку.

Хонджу был не в состоянии ни думать, ни говорить.

— Еще… еще не вошел до конца…? — выдавил он, не понимая, то ли Мугён специально медлит, то ли это он так остро реагирует на ласки.

Он чувствовал покалывание внизу живота и не мог понять, насколько глубоко вошел Мугён.

— Кажется, так не получится, — пробормотал Мугён, на секунду замирая.

Затем Мугён отпустил его член, и обхватил его бедра руками и потянул на себя.

— Ах… ммм…

— Черт…хаа…

Хонджу застонал, чувствуя, как его тело напряглось от предвкушения. Мугён, все еще не войдя до конца, сделал шаг и усадил его на столешницу, на которой лежали тюбики испачканные излитой ранее спермой.

Хонджу снова оказался прижатым к зеркалу, но на этот раз Мугён прижимался к нему всем телом, обхватив его лицо ладонями.

— А… ах… ахх…

Его бедра были разведены, тело Мугёна источало жар. Несмотря на неудобную позу, его возбуждение было очевидно.

— Ку Хонджу, ахх... ах...

Он крепко сжал его в своих объятиях и начал двигаться все быстрее, с каждым толчком прижимая его ближе. Из-за неудобной позы их тела не могли слиться полностью, но Мугён все равно умудрялся доставлять ему невероятное удовольствие, вновь и вновь толкаясь раскаленным членом в чувствительные стенки. Он двигался медленно и напористо, не спеша наслаждаясь каждым мгновением.

С каждым движением раздавалось тихое хлюпание смазки.

Мугён обхватил его лицо ладонями, прижимая еще ближе. Хонджу чувствовал его горячее дыхание на своей шее, влажные от пота волосы щекотали грудь.

— Ах, ах, ааа...

Он двигался все быстрее, проникая все глубже. Хонджу чувствовал, как его вход горит огнем. Мугён с силой входил в него. Тело Хонджу откликалось на каждое его движение. Раньше он бы уже чувствовал легкое жжение от щетины в его паху, но сейчас Хонджу ощущал только гладкую, горячую кожу.

— Ах, Ку Хонджу… Блять…— прошипел сквозь зубы Мугён, и Хонджу, захваченный волной возбуждения, обнял его еще крепче, полностью отдаваясь его ласкам. В отличие от твердого, пульсирующего члена, головка казалась особенно чувствительной, и каждое ее прикосновение отзывалось в нем тысячей искр.

— Ах, внутри…

Мугён надавил головкой на чувствительную точку внутри Хонджу, и тот вздрогнул, не в силах сдержать стон. Мугён прекрасно понимал, как довести Хонджу до пика, заставляя его изливаться снова и снова.

Но сейчас он избегал этого места, концентрируясь на других точках. Хонджу не мог сдержать стона – он весь горел. Он вытянул ноги, пытаясь дотянуться до чего-нибудь, но наткнулся на бедра Мугёна, все еще прикрытые полотенецем. Он обвил его ногами, прижимаясь еще ближе.

С каждым толчком стойка с феном и лосьоном опасно покачивалась. Чем быстрее он двигался, тем громче становился этот звук.

Член Мугёна скользил внутрь, а горячее дыхание обожигало чувствительную кожу. Хонджу инстинктивно сжал пальцы на ногах и напряг мышцы. В тот же миг член Мугёна, который до этого входил плавными толчками, с силой толкнулся внутрь.

Возбуждение нарастало. Хонджу сжал пальцы на ногах и напрягся, ощущая, как член Мугёна, заполняет его до предела.

Теперь между ними не было ни малейшего зазора. Исчезло неприятное трение, от которого раньше у Хонджу горела кожа. Несколько месяцев назад Мугён впервые полностью сбрил волосы внизу, и, судя по всему, продолжал регулярно делать эпиляцию.

— Так… мы никогда больше не сможем пользоваться презервативами, — пробормотал Мугён, впиваясь зубами в его шею, словно метя свою территорию.

Его низкий голос отдавался вибрацией по всему телу Хонджу.

— Тебе же так больше нравится, Ку Хонджу?

Их первый секс после того, как Мугён избавился от волос, продлился несколько дней. Они не отпускали друг друга ни на минуту. Занимались любовью в перерывах между работой, прямо в кабинете Мугёна. Даже не могли дождаться, пока доедут до дома, хотя дорога занимала не больше десяти минут.

Кажется, Мугён несколько раз спрашивал его, каково это — заниматься сексом с тем, у кого нет ни единого волоска, как и у него самого. Но Хонджу не помнил, что он отвечал.

— А… А… Да… Нравится, нравится…

Но, если попытаться вспомнить, то, скорее всего, он отвечал так же, как и сейчас. Ведь теперь ему не грозили ссадины от жестких волос, а гладкая кожа Мугёна, скользившая между его ног, делала ощущения ещё острее. Их тела двигались навстречу друг другу, и вскоре между ними уже скопилось немного смазки.

— … А потом, когда я спрошу тебя об этом, в ясном сознании… ты, наверное, сделаешь вид, что ничего не помнишь, — пробормотал Мугён.

В следующий момент он резко проник в него еще глубже. Настолько сильно, что Хонджу склонившегося вперед от удовольствия, показалось, что у него на животе появился небольшой холмик. Он почувствовал, как напряглись ягодичные мышцы Мугёна, когда тот уперся в них пятками, а затем начал двигаться с бешеной скоростью.

— А… Ааа… Ах…!

Каждый раз, когда его скользкие ягодицы двигались, он чувствовал, как член Мугёна проникает в него ещё глубже.

Он был близок к оргазму. Хонджу видел подрагивающий, налитый кровью член и напряженные мышцы живота.

Свободно висевшее полотенце упало, обнажив основание члена Мугёна. Оно было покрыто спермой, чьей именно, сказать было невозможно.

— Ах, бл…

— Ха…

Каждый толчок сотрясал не только их тела, но и жёсткую полку. Бутылочка лосьона покачнулась, упала и покатилась, остановившись на самом краю. К счастью, она приземлилась на кучу одежды и не разбилась.

— Ах, внутрь… пожалуйста, внутрь…

Хонджу сам не заметил, как начал умолять. Мугён замер на секунду, услышав эту неожиданную просьбу. На несколько мгновений повисла тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием.

— Ха…

Мугён издал короткий смешок, похожий на фырканье, и сжал пальцы на ягодицах Хонджу. Тот инстинктивно обвил его руками и ногами еще крепче, боясь, что его сейчас поднимут вверх.

— Похоже, тебе тоже нравится, Ку Хонджу.

Он с легкостью двигал его телом вверх-вниз. Хонджу чувствовал, как член Мугёна скользит по его чувствительной плоти, быстро и точно попадая в цель. Вскоре он ощутил, как напряглись вены на члене Мугёна, а затем по внутренней стороне бедра потекла горячая сперма.

— Аааах…

Хонджу вздрогнул и сильнее прижался к нему. Мугён, видимо, был так же возбуждён, потому что не переставая целовал и покусывал его шею.

С каждым толчком вязкая жидкость стекала по его разгорячённой плоти, пачкая не только его, но и бедра Мугёна. Хонджу подумал, что если они будут двигаться ещё немного, то каждая капля спермы будет вытягиваться между ними тонкой липкой нитью.

Пока он предавался этим развратным фантазиям, Мугён освободил одну руку.

Затем он провел ей по напряженному члену Хонджу несколько раз, и тот, словно по команде, излился. Их грудь и животы были запачканы белой жидкостью.

— Хаа, фух…

Мугён обнял его и начал медленно покачивать бедрами. Из-за того, что отверстие было все еще чувствительным и опухшим, даже эти нежные движения отдавались покалыванием.

Он медленно двигался в нем, словно стараясь равномерно распределить свою сперму по стенкам. Постепенно Хонджу начал расслабляться.

— Я… У меня больше нет сил…

— А зачем ты тогда нарывался?

Хонджу понимал, что Мугён все еще возбужден, и эти медленные движения - лишь попытка растянуть удовольствие. Но он действительно был на пределе.

Внезапно ему в голову пришла смущающая мысль. Он представил себе Мугёна, нежно обнимающего его в ванной.

— Теперь… помойте меня. Как обычно… как вы делаете это перед сном…— пробормотал он заплетающимся языком, уткнувшись лицом ему в плечо.

— Как прикажете, — ответил Мугён, прекрасно поняв, чего хочет Хонджу.

С каждым движением Хонджу чувствовал покалывание в заднем проходе. Наконец, Мугён извлёк свой член, и по бедру Хонджу снова потекла сперма. Он вздрогнул и обвил его ногами.

Мугён подхватил его и понес в ванную. Капли спермы падали на пол, но, казалось, Мугёна это совершенно не волновало.

Хонджу с наслаждением устроился в большой ванне и отдался ласке его рук.

— Вы мне нравитесь. И это не извинения, вы правда мне очень нравитесь.

Он повторял эти слова снова и снова, пока его сознание мутнело от удовольствия. И каждый раз горячие губы Мугёна касались его лба в ответ.

Эти поцелуи преследовали его даже во сне.

Глава 58

После того, как Хонджу сменил кафе, он стал работать в утреннюю смену. Он заканчивал около часа дня, после самого загруженного обеденного перерыва, затем встречался с Мугёном, и они спокойно пообедали.

После этого он немного отдыхал в его кабинете, и отправлялся в кулинарную академию. Занятия заканчивались немного позднее пяти часов вечера. На обратном пути его руки всегда были заняты пакетами со свежей выпечкой.

[Фотография]

[Вот сколько я сегодня испёк]

«И он говорит, что работает, а сам весь день смотрит в телефон», – подумал Хонджу про Мугёна. Ответ пришел еще до того, как он успел убрать телефон в карман.

[Неси все сюда, хе-хе]

[Гюо, не давай!]

Пару раз Хонджу делился с Гадюкой выпечкой, которую готовил для отработки навыков, и теперь тот постоянно клянчил её.

«И не скажешь, что он так уж сильно любит сладкое, просто жадничает. Интересно, думает ли Гадюка, что это просто зависть его стройной фигуре, несмотря на то, что он съедает столько выпечки.»

[Хорошо, хорошо. Я позвоню].

Хонджу убрал телефон в задний карман и свернул в переулок. Так он не только экономил пять минут по сравнению с дорогой по главной улице, но и мог проверить, не встретится ли ему кто-нибудь по пути.

«...Интересно, он здесь? Снова резко похолодало», – подумал Хонджу, потирая предплечья и оглядывая переулок.

Этот переулок, где в основном располагались магазины, торгующие самгёпсалем и гопчаном, обычно оживал в более поздние часы. Напротив магазинов, которые только начинали открываться и готовиться к встрече посетителей, находился комплекс многоквартирных домов. Рядом с переполненными мусорными баками стояло несколько электрических самокатов, а под ними виднелась маленькая фигурка.

—…

«И сегодня он здесь».

Хонджу замер на мгновение, а затем направился к нему.

После того, как Гадюка показал ему этот переулок, Хонджу почти всегда ходил на курсы этой дорогой. И каждый раз он встречал здесь этого мальчика.

Поначалу Хонджу не придавал этому значения, но ребенок был здесь изо дня в день, съежившись на одном и том же месте. Сегодня на нем снова были только шлепанцы на босу ногу. Хонджу поправил в руках пакет с выпечкой, и тихий шорох смешался с ароматом свежей сдобы.

— Малыш, — Хонджу окликнул мальчика, чьего имени он не знал. В нем он увидел отражение самого себя, и это придало ему смелости.

— ...

Ребенок не шевельнулся, прижавшись спиной к стене. Вблизи он выглядел еще хуже. Красные обветренные пальцы ног, спутанные волосы. Он был настолько худым, что на его склоненной шее отчетливо выпирали кости.

— Что ты здесь делаешь один? Ждешь родителей?

Вместо ответа мальчик слегка приподнял голову. Из-под спутанных волос на Хонджу смотрели печальные глаза. Они так напоминали его самого в детстве, что у Хонджу перехватило дыхание.

— ...

Хонджу решил больше не расспрашивать. Он чувствовал, что мальчик все равно не ответит, да и, возможно, сейчас любое слово давалось ему с трудом.

Хонджу просто присел рядом с ним на корточки. Он сидел так близко, что слышал его дыхание, словно разделяя с ним его тяжелое время.

— Когда папа протрезвеет, я пойду домой, — наконец подал голос мальчик, когда у Хонджу уже затекли ноги. Его голос был безжизненным, словно он разучился плакать.

— А когда он пришел?

— В обед.

Сейчас было немного больше пяти, а значит, ребенок провел на улице уже несколько часов.

— Сколько тебе лет? — спросил Хонджу.

— Девять.

Ровно столько же было Хонджу, когда его бросили в том игорном доме. Взрослые думают, что дети ничего не понимают, но это тот самый возраст, когда чувствуешь и осознаешь абсолютно все.

— Ты ел сегодня?

Мальчик покачал головой и снова съежился. Глядя на его выпирающие кости, Хонджу почувствовал горечь во рту.

— Слушай, я голоден. Пойдем поедим вместе, а? Один не хочу.

— Мама говорила, что нельзя ходить куда-то с незнакомыми людьми, — пробормотал он, не разгибаясь.

«Какой упрямым, молодец », – Хонджу усмехнулся про себя. Заставлять ребенка идти силой он не хотел, но и уйти просто так тоже не мог. Он заглянул в пакет с выпечкой.

— Тогда хочешь это съешь?

— ...

Маленькие плечи дрогнули при виде ароматной выпечки.

— Я сам испек. Смотри, сколько много.

Хонджу раскрыл пакет пошире и терпеливо стал ждать. Мальчик медленно перевел взгляд на него, и его глаза расширились.

— Много, правда?

— ... И ты сам все это сделал?

Хонджу кивнул, достал из пакета пару булочек, неумело завернутые в прозрачные пакетики и протянул ребенку. Остальную выпечку он оставил в пакете и протянул мальчику. Тот не взял его, а лишь уставился на пакет пустым взглядом.

— Я не просто так даю, — сказал Хонджу. — Я учусь печь, и мне нужно знать, вкусно или нет.

Мальчик шмыгнул носом и медленно протянул руку. Осторожным движением, полным недоверия, он взял пакет за ручку. Маленькая ладошка была вся в цыпках.

«Даже в этом мы похожи», – Хонджу поднялся и быстро огляделся.

— Подожди меня здесь, — бросил он, не дожидаясь ответа, и быстрым шагом направился к ближайшему магазину.

В магазине Хонджу набрал молока, лапши быстрого приготовления, риса в контейнерах. Все это время он то и дело поглядывал в сторону переулка, боясь, что мальчик уйдет.

Вернувшись с полным пакетом в переулок, Хонджу увидел, что ребенок все так же сидит на корточках, крепко сжимая в руках пакет с выпечкой.

У Хонджу вдруг сжалось сердце — наверное, оттого, что он слишком хорошо понимал этого ребенка.

— Если есть только булочки, будет трудно глотать. Запей молоком, — сказал он.

— Но... Мама говорила, что нельзя брать ничего у незнакомых... — Прошептал мальчик. Солнце садилось, и воздух становился холоднее. С каждым вздохом из потрескавшихся губ вырывались маленькие облачка пара.

— Я тебя знаю.

— Что? — на лице мальчика отразилась тревога.

— Я тебя здесь постоянно вижу. Раз десять уже точно видел.

Хонджу поставил перед ним пакет из магазина.

— И это я тебе не просто так даю. Мне важно знать, как тебе на вкус, что я приготовил.

— ... Который час? — вдруг спросил он.

Хонджу достал телефон. На экране светилось несколько пропущенных звонков и сообщений от Мугёна. Видимо, он волновался, что Хонджу не появился в назначенное время. Сердце Хонджу сжалось, но он постарался не показывать виду.

— Без десяти шесть, — ответил он.

Мальчик моргнул своими большими глазами и встал. Он собрал пакеты, которые Хонджу поставил на землю, и низко поклонился.

— Спасибо, — пробормотал он, низко кланяясь.

Он скрылся в подъезде, с трудом удерживая в руках свертки.

«Должно быть, его отец скоро проснётся», – подумал Хонджу.

Именно так вели себя Гу Пин и управляющий Ян — напивались и спали весь день до позднего вечера, а потом, едва проснувшись, отправлялись в игорный дом. Хонджу же ютился в каморке в углу этого дома и коротал ночи под аккомпанемент их пьяных криков. О спокойном сне он мог только мечтать — в два, три часа ночи нужно было бежать мыть пепельницы и менять мусорные мешки.

— ...

Перед тем как скрыться в подъезде, мальчик еще раз обернулся и низко поклонился. Его походка напоминала Хонджу его собственную, когда он неохотно возвращался в игорный дом.

Хонджу еще долго стоял на месте, пока вибрация телефона не вывела его из оцепенения.

***

— На фотографии была целая гора выпечки, а где всё остальное?— раздался голос Мугёна.

— Я кое-кому отдал, — ответил Хонджу.

Мугён усмехнулся, разглядывая неказистые свертки.

— Или тебя обчистили?

— Нет, что вы, — поспешил заверить его Хонджу. — Я встретил на улице ребенка и угостил его.

— Хм, — Мугён многозначительно протянул, и Хонджу показалось, что тот ему не поверил. Он поспешил добавить:

— Совсем маленький, девять лет всего.

— Я же говорил тебе держаться подальше от коллег, и ты, смотрю, решил сменить целевую аудиторию, — усмехнулся Мугён.

— ... Да просто так получилось, случайно встретил.

К счастью, Мугён не стал больше расспрашивать о ребенке. Иначе Хонджу пришлось бы рассказывать ему о своем прошлом, а директору вряд ли понравилась бы эта история.

Мугён уплел всю выпечку за один присест. Хонджу сидел за столом и листал ленту в телефоне, пока тот заканчивал дела, но перед глазами у него все стоял этот ребенок, съежившийся на холодной земле.

После этого Хонджу часто встречал мальчика. Поначалу тот относился к нему настороженно и избегал зрительного контакта, но теперь поднимал голову навстречу, заслышав шаги Хонджу.

Хонджу, в свою очередь, просто приносил ему выпечку, покупал молоко и что-нибудь посытнее. Он не расспрашивал его ни об имени, ни о том, чем занимается его отец.

Видя, как щедро Хонджу одаривает ребенка выпечкой, оставляя ему всего пару булочек, Мугён делал странное лицо, но не задавал лишних вопросов.

Однако, видимо, его это все же беспокоило. Как-то раз, едва Хонджу вышел из академии, он столкнулся нос к носу с Гадюкой, который поджидал его у входа. Лицо Гадюки скрывал шлем, но Хонджу сразу узнал его — вряд ли кто-то другой стал бы разгуливать по этой улице в таком виде.

— Хонджу-щи!

Несколько учеников академии, с которыми Хонджу был шапочно знаком, оглядывались, переводя взгляд с Гадюки на Хонджу и обратно.

— Я же просил тебя не приезжать на этом! — возмутился Хонджу.

Лучше бы он вообще пешком шел. Каждый раз, когда Гадюка приезжал на мотоцикле, его появление сопровождалось таким ревом мотора, что все в округе оборачивались. Хонджу казалось, что на них смотрят с осуждением.

— А что такого? Круто же!

— Это опасно.

— Ну все, хватит, — Гадюка отмахнулся. — Слушаешь тебя, и кажется, будто Минхо-хён говорит.

Гадюка снял шлем и сунул его Хонджу.

«Может, сказать ему, что директор Мугён будет недоволен? Лучше бы я пошел пешком», – раздумывал Хонджу.

— Даже не думай идти пешком, — перебил его мысли Гадюка.

— ... Что?

— Мне велели привезти тебя немедленно.

Неужели по его лицу можно прочитать все мысли? Гадюка, видя, что Хонджу колеблется, перехватил у него шлем и сам надел ему на голову.

— У тебя голова такая маленькая, что шлем аж проваливается.

— ... Что?

— Быстро садись! — скомандовал Гадюка, забрал у Хонджу пакет с выпечкой и повесил его на руль.

— ...

Чтобы ехать на этом мотоцикле, нужно было практически лечь на бак, что было ужасно неудобно. Хонджу, чувствуя, что выбора ему не оставили, взобрался на мотоцикл.

— Держись крепче! — крикнул Гадюка. — Поехали!

— ... Хорошо, — пробормотал Хонджу, крепко обхватив его за талию и зажмурившись.

Мотоцикл рванул с места, оглушив всю улицу ревом мотора.

***

— Доставил быстро, в целости и сохранности! — объявил Гадюка.

Они уже были на парковке. Хонджу медленно открыл глаза и увидел рядом машину Мугёна. Пешком идти пришлось бы не меньше пятнадцати минут, а на мотоцикле доехали, казалось, меньше чем за две.

— Здорово, правда? — спросил Гадюка.

— Не очень, — буркнул Хонджу.

Он снял шлем, и его волосы встали дыбом от статического электричества.

— Ха, глянь на себя! — Гадюка покатился со смеху.

Хонджу попытался пригладить волосы рукой, но Гадюка перехватил его руку и принялся приводить его прическу в порядок.

— Так-то лучше, — сказал он. — А то хён подумает, что мы тут подрались.

Хонджу опустил глаза и молча подчинился. Движения Гадюки, хоть и казались небрежными, были на удивление мягкими.

«Может, это потому, что у меня нет братьев? — подумал он. — Интересно, каково это — иметь старшего брата, как Гадюка?» — Хонджу уже не в первый раз ловил себя на этой мысли. Да, Гадюка любил подшутить, но при этом всегда заботился о Хонджу. Конечно, вслух он бы никогда в этом не признался.

— Готово! Пошли.

Гадюка легонько подтолкнул его к машине. От пакета с выпечкой, который он держал в руках, исходил аппетитный аромат.

В офисе Мугёна их ждал Минхо.

— Привет, — Минхо поклонился им и поправил очки. — Чем это так вкусно пахнет?

— Да, аромат и правда аппетитный, — протянул Мугён, но, в отличие от Минхо, он произнес это без тени иронии.

Хонджу подошел к столу, на котором громоздились бумаги, и Мугён тут же протянул к нему руку. Хонджу неловко пожал ее, и тот притянул его к себе и усадил рядом с собой. Обняв Хонджу за плечи, Мугён уткнулся носом ему в шею и шумно вдохнул.

— А? И правда вкусно пахнет. Дай-ка угадаю… Сладкая булочка с бобами?

— ...

Минхо, казалось, совершенно не обращал на них внимания, увлеченно изучая содержимое пакета. Гадюка же, изображая страдание, заткнул уши.

— Что, сегодня тебя не обчистили по дороге? — спросил Мугён.

— Чего? — воскликнул Гадюка. — Тебя, что ли, грабят? Старшеклассники? Или, может, вообще семиклассники? — В его голосе слышалась насмешка.

Хонджу не сразу ответил из-за того, что ему пришлось вытащить слуховой аппарат, когда Мугён начал гладить его по уху.

— Ну и что эти хулиганы тебе говорят? Что поколотят, если не отдашь деньги? — не унимался Гадюка. — Хотя... Вряд ли кто-то решится тебя ограбить. Ты им говорил, что у тебя полно знакомых крутых парней?

Разговор, который они до этого вели, глядя друг другу в глаза, теперь перешел в беззвучную беседу одними губами.

— Да ладно тебе, хватит прикалываться! — одними губами произнес Хонджу. — Меня никто не грабит.

— А, так вот почему хён велел тебя привезти? — догадался Гадюка.

Хонджу аккуратно убрал слуховой аппарат в футляр и закрыл его. Мугён, уже привычно, взял футляр и встал.

— Пойду поставлю на зарядку, — сказал он.

— А что, сейчас до сих пор промышляют такие типы? — Минхо, до этого хранивший молчание, откусил кусок булочки.

— Еще как промышляют, — подхватил Гадюка, тоже потянувшись за выпечкой. — Сейчас детишки и не на такое способны.

Хонджу задумчиво смотрел на Гадюку, и в этот момент чья-то рука коснулась его щеки. Он повернул голову — это был Мугён. Он с серьезным видом разглядывал его волосы.

«Должно быть, растрепались, пока ехали», — подумал Хонджу и хотел было поправить прическу, но Мугён перехватил его руку.

— Ешь давай свою булку и не злись, — сказал Мугён. — У тебя от злости аж рога выросли.

— ... Рога?

Хонджу непонимающе моргнул, достал телефон и включил фронтальную камеру. На макушке у него действительно торчали маленькие вихорки, словно рожки.

— ...

«А, вот оно что! — догадался Хонджу. — Так вот зачем он решил еще раз поправить мне волосы у входа!»

Хонджу поспешно пригладил непослушные вихорки.

— Эй, да ладно тебе! — рассмеялся Гадюка. — Тебе так идет! С такой прической к тебе никто и близко не подойдет — ни хулиганы, ни приставучие девчонки.

«А я-то думал, что было бы неплохо иметь такого старшего брата, — подумал Хонджу. — Передумал. Если бы он и правда был моим братом, то со своими постоянными подколами наверняка бы утомлял меня».

Гадюка, поймав кураж, продолжал подшучивать над Хонджу. Тот пытался оправдываться, но, поняв, что это бесполезно, сдался, чем только подлил масла в огонь. Мугён же молча сидел рядом и ухмылялся, что раздражало Хонджу еще больше.

Как всегда, остановить эту вакханалию смог только Минхо.

— Мне кажется, если взять булочки побольше и добавить в них орехов или сухофруктов, то получится отличный перекус. Я слышал, ты хотел добавить их в меню сэндвичи? Мне не очень понравилась идея, что они слишком крошатся.

Минхо отвечал за запуск кафе на первом этаже здания Мугёна. Он не был душой компании, но всегда давал дельные советы, которые очень помогали Хонджу. Хонджу кивнул и отломил кусочек слоеной булочки.

— А что, если просто подавать их не как сэндвичи?

— Ну, я, например, часто ем за компьютером, и если булочка будет сильно крошиться, то вряд ли мне захочется покупать ее еще раз.

И правда, резонно. Кому понравится, когда крошки летят во все стороны и забиваются в клавиатуру?

— Конечно, — кивнул Хонджу.

Как и следовало ожидать от человека, который больше всех здесь похож на офисного работника, каждое его слово было полезным.

— Хён, тебе не кажется, что это похоже на… — Гадюка проглотил кусок булочки и понизил голос, хотя говорил он достаточно громко, чтобы Хонджу его услышал.

— На что?

— На экзамен какой-то, — ответил Гадюка.

Минхо насторожился и бросил быстрый взгляд на Мугёна. Тот, закинув ногу на ногу, скрестив на груди руки, не сводил с Минхо пристального взгляда. Мугён слегка улыбался, но в его глазах читалось: «Ну давай, посмотрим, что ты ещё скажешь».

— Не можешь держать язык за зубами? — спросил он у Минхо.

— Ага, — ответил Гадюка. — Один человек тут не разрешает. Хён, ты же знаешь, здесь так нельзя. — Он оторвал кусок от своей булочки и запихнул Минхо в рот.

— ... Все в порядке, — поспешил вмешаться Хонджу. — Мне интересно ваше мнение.

Но Минхо, похоже, успел обидеться.

— Я ведь тоже буду посетителем этого кафе, — буркнул он.

— Да заткнитесь вы оба и ешьте давайте, — проворчал Мугён и легонько провел пальцем по губам Хонджу. Похоже, там осталась крошка от булочки.

«Вот чистюля! — с удивлением подумал Хонджу. — А при мне так спокойно себя ведет».

Мугён, очевидно, не придавая своим действиям никакого значения, продолжал вытирать губы Хонджу, одновременно отчитывая Гадюку.

Хонджу поднял глаза, и их взгляды встретились. Как-то раз учитель сказал ему, что для вкусной выпечки очень важна правильная температура. «Наверное, с людьми то же самое, — подумал Хонджу. — Хорошо, что у меня есть Мугён. Он всегда смотрит на меня с такой теплотой. Благодаря ему я чувствую, как расту над собой».

«Вот бы мы остались наедине… — подумал Хонджу. — Я бы обязательно сказал ему, как он мне нравится. Не из чувства вины или благодарности, а просто так, потому что он мне очень дорог».

Сердце Хонджу затрепетало от одной мысли о том, с каким выражением лица Мугён будет слушать его признание.

— Чего ты… — Мугён, словно услышав его мысли, наклонился к Хонджу и прошептал ему на ухо: — Хочешь, чтобы мы остались одни?

— Эй! — воскликнул Гадюка. — Предупреждать надо! А то я бы тоже в шлеме пришел!

— Ты опять на нем приехал? — Лицо Мугёна исказила гримаса гнева, взгляд стал ледяным. Без привычных линз он выглядел особенно устрашающе.

— Я же говорил тебе никого не сажать на этот свой драндулет! — прорычал он. — Я тебе твоим же шлемом по голове настучу, понял?

— Ты же сам велел побыстрее его привезти, — огрызнулся Гадюка. — А на мотоцикле быстрее всего. Да и Хонджу-щи понравилось покататься.

Мугён тут же перевел на него взгляд. Хонджу, конечно, не хотел злить Мугёна, но поездка и правда была не из приятных — слишком уж страшно и неудобно. К тому же Хонджу до сих пор был зол на Гадюку за эти дурацкие «рога» на голове.

— Мне не понравилось, — буркнул он. — Было страшно.

Мугён, услышав это, провел языком по внутренней стороне щеки. Его глаза опасно блеснули, словно он готов был испепелить Гадюку на месте.

— Этот мелкий паршивец еще и врет! — прошипел он.

— А ведь предупреждали тебя — с Гюо надо быть аккуратнее, — Минхо, собирая бумаги, решил поддержать Мугёна.

Он отодвинулся подальше от Гадюки и легонько пнул его по ноге.

— Пошли уже, придурок. Я тебя спасу.

— Спасешь? Думаешь, я не вижу, что вы с ним заодно? Наверное, хочешь сам, чтобы в получил по голове.

— Тогда пусть он этим и займется!

Гадюка с сомнением посмотрел на Мугёна, потом на Минхо, и наконец встал, отряхнув штаны. Без лишних слов он вышел вслед за ними.

— Миссия «Доставка Хонджу» снова выполнена! Приятного… нет, блин, не то. В общем, хорошо вам провести время!

Мугён в ответ лишь молча показал ему средний палец. Как только они остались одни, Мугён притянул к себе Хонджу за ноги. Теперь Хонджу сидел, положив ноги на бедра Мугёна, одетого в костюм.

— Мои кроссовки наверняка пыльные, — заметил Хонджу.

— Мне все равно, — ответил Мугён и, нежно целуя его в щеки и лоб, добавил. — Если ты ещё раз приедешь на этом чертовом мотоцикле, я разобью его и твой шлем. И мне плевать на последствия.

— Но вы же сами мне его купили. И говорили, что он очень дорогой…

— Тем более я могу делать с ним всё, что захочу.

Мугён, очевидно, не ждал ответа — его горячее дыхание коснулось губ Хонджу. В этот раз Мугён не пытался проникнуть ему языком в рот или целовать страстно, как во время секса, — он целовал нежно и целомудренно.

— Я могу контролировать все, кроме Ку Хонджу.

— А почему я исключение?

— Потому что я не купил тебя за деньги.

Чмок.

Раздался тихий звук поцелуя на щеке, все еще хранящей тепло губ Мугёна. Хонджу вздрогнул, и Мугён, не сдержавшись, рассмеялся.

— Этот звук так тебе подходит, что я просто не могу удержаться от поцелуев.

Хонджу прижался щекой, на которой все еще горело тепло губ Мугёна, к спинке дивана. Он зажмурился, пытаясь спрятать пылающее лицо, но румянец все равно предательски выдавал его. Пальцы крепко сжимали лацкан темно-серого пиджака Мугёна.

Совсем рядом раздался смех Мугёна. Приятная дрожь пробежала по телу Хонджу, достигая кончиков ушей.

Глава 59

Хонджу продолжал время от времени сталкиваться с этим ребёнком. Поначалу малыш прятался за стеной, но теперь он мог сидеть, прислонившись к стене многоквартирного дома, или бродить возле столба.

Заметив Хонджу, у мальчика загорался взгляд, хоть он и не решался ни поздороваться, ни подойти первым.

— Ты суп кукпап ешь? — неожиданно спросил Хонджу.

Ребёнок моргнул, удивлённо смотря перед собой, и медленно кивнул. Он все ещё не мог смотреть Хонджу прямо в глаза, поэтому его взгляд блуждал где-то в районе плеча или подбородка.

Хонджу улыбнулся, глядя на него. Он подумал, что мальчик, наверное, видел только взрослых с покрасневшими от алкоголя лицами и пугающими глазами. Он хотел показать ему, что бывают и другие взрослые, что кто-то может улыбаться ему вот так.

— Мне нравится суп кукпап с ростками сои нравится. А тебе?

— ...Здесь такой не продаётся, — пробормотал ребёнок.

— Правда? А что продаётся?

Хонджу продолжал непринуждённо болтать, чтобы поддержать разговор, и повёл малыша в сторону закусочной, где подавали кукпап. Ему не нравилось, что он всё время приносил ребёнку только булочки или еду из магазина. Хонджу хотел хотя бы раз накормить его нормальной едой, хоть они и были практически незнакомы.

Заказав две порции свиного супа с рисом (твэджи кукпап), они неловко уселись за столик, лишь изредка пригубливая воду. Хозяин ресторана, казалось, хорошо знал мальчика, постоянно поглядывая в их сторону.

— Ты часто сюда приходишь?

— ...С папой, — тихо ответил малыш.

Хонджу подумал, что отец, вероятно, брал ребенка с собой, когда приходил сюда от похмелья.

— В школу ходишь?

— Я бы хотел... но не знаю, как.

— Почему не знаешь?

Мальчик отвернулся, явно не желая отвечать на этот вопрос.

— Если проголодаешься, приходи сюда и поешь. Я заплачу.

Темные, глубокие глаза мальчика снова обратились к Хонджу, полные незнакомого чувства — удивления? Благодарности? — как будто он впервые в жизни столкнулся с добротой.

— Ты заплатишь?

— Да, — кивнул Хонджу.

— А зачем? — подозрительно спросил малыш.

Так много вопросов от такого маленького человека. Хонджу с трудом подавил смех, вспомнив себя в детстве.

— Потому что я старше.

Малыш открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут принесли дымящийся, ароматный суп. Хонджу положил перед ним ложку.

— Я тоже часто голодал в девять лет. Нельзя голодать, когда ты растешь. Не вырастешь большим и будешь слабым.

— А ты большой…

— Тебе еще расти и расти. Вот до таких пор, — Хонджу поднял руку высоко над головой, а затем, кивнув, взял ложку.

— ...Приятного аппетита, — пробормотал малыш.

— Приятного. Ты считать умеешь? Приходи сюда поесть десять раз.

— Десять раз? — ребёнок широко раскрыл глаза.

— Когда папа пьян, когда не захочется идти в школу, когда останешься один дома голодным. Или когда будет страшно.

— ... — мальчик молчал, словно пытаясь осмыслить его слова. Кажется, он понял его неуклюжую попытку помочь.

Хонджу продолжил молча есть. К счастью, Мугён сегодня был занят и собирался вернуться домой попозже, так что у Хонджу было время. Обедать в компании безымянного мальчишки было куда приятнее, чем в одиночестве.

Малыш ел медленно, но почти всё съел. Хонджу тоже опустошил свою тарелку. Ребёнок ни разу не пожаловался на еду. Возможно, он просто привык к тому, что его жалобы никто не слушает.

— Выходи первым, — сказал Хонджу.

— Хорошо, — кивнул малыш.

Хонджу пропустил его, а затем достал карту, на которую ему только что перечислили зарплату. Пару недель назад он купил подарок для Гадюки, так что на карте образовалась брешь, и Хонджу собирался экономить. Но это, наверное, он мог себе позволить.

— С вас восемнадцать тысяч вон, — сказал хозяин.

— Вы знакомы с мальчиком, который только что вышел?

— Ну, так, немного. Он иногда с отцом приходит. А вы откуда его знаете, молодой человек? Вы ему дядя, что ли? — поинтересовался хозяин.

Хонджу покачал головой и протянул карту.

— Нет. Если он придёт один, накормите его кукпабом. Я оплачу десять порций вперёд.

Хозяин, вытирая руки о фартук, ошеломлённо уставился на него.

— Десять порций?

— Да. И, пожалуйста, позаботьтесь о нём, если он будет один.

— Ну, такое у меня впервые... Ладно, вы про то, чтобы я его кормил, если он один придёт? Хорошо, — наконец проговорил хозяин.

Он открыл тетрадь возле кассы и пробормотал: «Надо будет внимательно считать». Хонджу попрощался и вышел из закусочной.

— Спасибо за еду! — у входа его ждал малыш, низко кланяясь.

Хонджу хотел было спросить его имя, но передумал.

— Ты ведь помнишь, что должен поесть здесь десять раз?

— ...Да, — смущённо кивнул мальчик, переминаясь с ноги на ногу.

Было немного больше шести вечера. На узких улочках начиналась вечерняя торговля, воздух наполнился запахами табачного дыма и жареного мяса. Хонджу смотрел на оживлённую улицу, а затем достал телефон.

— ... — Мугён не писал.

Видимо, он действительно был очень занят. В таком случае, Хонджу мог бы ещё немного побыть на улице. Оглядевшись, он заметил неподалёку кафе.

— Тебе нужно сразу идти домой? — спросил он у малыша.

— Нет, я хотел пойти на детскую площадку. Папа поздно пришёл, — ответил тот.

— ...Тогда пошли со мной.

Они вышли из переулка, держась на расстоянии друг от друга

В кафе было многолюдно, так что им пришлось сесть за столик на террасе. Благо, в последние дни потеплело, и ветер был не слишком холодным.

— Пей, — сказал Хонджу.

Ребёнок растерянно смотрел на меню, не в силах сделать выбор, и Хонджу заказал ему горячий шоколад. Малыш, как обычно, поклонился в знак благодарности и обхватил чашку обеими руками. Хонджу молча наблюдал за ним.

Он был таким маленьким и беззащитным. Даже чашку, которую Хонджу легко держал одной рукой, малыш сжимал обеими ладонями, а из-за неудобного стула не мог нормально облокотиться спиной.

«Неужели его отец может спокойно спать, зная, что его маленький сын бродит по улицам?» — подумал Хонджу. — «Его совсем не волнует, сыт ли его ребёнок, одет ли он?»

Впрочем, в мире есть люди, которые оставляют своих детей в залог... Глядя на малыша, Хонджу видел себя в прошлом. Затравленный, не смеющий посмотреть в глаза, лишённый того, что по праву принадлежит каждому ребёнку. Он видел себя в этом мальчике, для которого капризы и привередливость в еде были непозволительной роскошью.

Хонджу и сам таким был. Он вырос на пресной лапше быстрого приготовления, дешёвых подгнивших овощах и холодном рисе из пакетиков. Он не мог открыто говорить о своих желаниях: стоило ему сказать, что ему что-то не нравится, как его обвиняли в непослушании, а если он говорил, что ему что-то нравится, то его упрекали в том, что он не знает своего места.

Хонджу хотел, чтобы хотя бы в его присутствии этот ребёнок чувствовал себя свободно. Чтобы хоть кто-то подарил ему ту заботу, о которой он сам мечтал в детстве.

Хонджу задумался, наблюдая за малышом, который, подперев щёку рукой, старательно выскребал ложкой остатки шоколада. Внезапно рядом с ним раздался скрип отодвигаемого стула, и Хонджу почувствовал знакомый запах.

— ...Директор? — удивлённо пробормотал Хонджу, поднимая глаза.

Мугён, не говоря ни слова, обтёр перчаткой сиденье стула. Хонджу не заметил там ни пылинки, и решил, что это просто привычка.

— Новый друг у тебя совсем юный, — Мугён сел рядом с Хонджу, и от него повеяло холодом, словно он принёс с собой морозный воздух с улицы.

Он положил на стол перчатки и объёмный шарф, уголки губ приподнялись в улыбке. Мугён окинул Хонджу взглядом, словно проверяя, хорошо ли застегнута молния на его куртке, а затем коснулся пальцами его шеи, проверяя температуру.

— Но, кажется, этот друг старше тебя— сказал Мугён, обращаясь к мальчику.

— ... — Ребёнок съёжился под пристальным взглядом Мугёна, опустил голову и уткнулся взглядом в чашку.

— ...Это друг хёна. Он не страшный, — сказал Хонджу.

Произнося слово «друг», он невольно поймал себя на том, что ищет одобрения у Мугёна. Тот лишь усмехнулся, пожав плечами.

— Пей не спеша, — обратился он к мальчику.

— ...Хорошо, — прошептал тот и послушно отпил глоток горячего шоколада.

Хонджу отвернулся от него и посмотрел на Мугёна.

— Как вы нашли меня здесь? Вы же говорили, что заняты, — спросил он.

— Не мог же я позволить тебе бродить одному. Ты ведь всегда ходишь одними и теми же путями, — ответил Мугён.

Хонджу и правда всегда ходил этой дорогой, чтобы попасть домой или в офис. Но всё равно его поразило, что Мугён смог так быстро найти его в этом лабиринте узких улочек.

— Я сегодня один шёл домой, поэтому решил поужинать пораньше. Не думал, что вы придёте, — пробормотал Хонджу.

— С другом? — уточнил Мугён.

— ... — Хонджу промолчал.

— Молодец, — усмехнулся Мугён.

Мугён всё пытался свести всё к шутке про дружбу с девятилетним ребёнком. И ладно бы он только Хонджу поддразнивал, но ведь и мальчику он представился как друг Хонджу. В итоге за столиком собрались три «друга» разных возрастов и типажей. Хонджу смущённо кивнул, и в этот момент тихий голос ребёнка нарушил неловкое молчание.

— Хён, а который час? — малыш нервно ёрзал на стуле, не решаясь вступить в разговор, и лишь украдкой бросал на Мугёна пугливые взгляды.

— Шесть часов двадцать минут, — ответил Мугён вместо Хонджу, не сводя глаз с мальчика. Без тени улыбки на лице он выглядел довольно устрашающе.

— Ой, мне пора! — испуганно воскликнул ребёнок, вскочив со стула словно ошпаренный. Хонджу протянул ему пакет с булочкой и недопитым какао.

— ...Спасибо, — пробормотал мальчик, принимая подношения, и неловко поклонился Мугёну.

— Надень вот это, — Мугён, до этого сидевший неподвижно, разложив руки на столе, снял свой шарф и бережно обернул его вокруг шеи малыша в тонкой куртке. Тот смущенно моргал, шмыгая носом, не зная, как реагировать.

— Иди уже, — сказал Мугён и потрепал мальчика по голове своей большой рукой. Хонджу даже показалось, что он вот-вот схватит его за голову, но, к счастью, Мугён быстро убрал руку.

Малыш пулей вылетел из кафе, то и дело оглядываясь на Хонджу и Мугёна. Ещё несколько раз он неуклюже кланялся им на ходу, пока совсем не скрылся из виду.

— И всё время твердил, что ни с кем не общаешься. А сам, оказывается, друга завёл, — ехидно заметил Мугён.

После того, как Хонджу начал посещать курсы пекарей, Мугён стал подозрительно относиться ко всем, кто его окружал. До этого он не обращал внимания на такие мелочи.

Видимо, Мугён никак не мог смириться с тем, что Хонджу не взял его с собой в кулинарную академию, сославшись на то, что Гадюку там будет некомфортно. Поэтому он с особым пристрастием допрашивал Хонджу о новом друге. Долго ли они разговаривали? Не спрашивал ли Хонджу его номер телефона? Не предлагал ли встретиться ещё раз?

На все эти вопросы Хонджу отвечал односложно: «Нет». Он и правда был не из общительных, и даже если кто-то пытался с ним сблизиться, он всё равно держался настороженно.

— Какой он тебе друг, если ты даже его имени не знаешь? — не унимался Мугён.

— Но вы же вместе обедали, какао пили... — Мугён взял чашку Хонджу и сделал глоток.

— Он сказал, что его отец сегодня поздно пришел... Кажется, его отец каждый день пьянствует. Малыш сказал, что гуляет по улицам, пока тот спит, а потом возвращается домой, — добавил Хонджу.

— Хм, — Мугён задумчиво кивнул, слушая рассказ Хонджу. — И так понятно, что за семейка, — добавил он.

— Я каждый раз встречал его по дороге с курсов. Кажется, он и в школу толком не ходит, — продолжил Хонджу.

Он не хотел показаться Мугёну назойливым, поэтому не рассказывал ему об этом раньше. Именно поэтому он молчал, как рыба, даже когда Мугён съедал все булочки, которые он пёк на уроках. Но сейчас, вспомнив, как Мугён заботливо укутывал малыша своим шарфом, Хонджу решил, что может ему довериться.

— Он говорил, что хочет ходить в школу, но почему-то не ходит, — добавил он.

— Тц, да он же на тебя похож, — только и сказал Мугён, внимательно выслушав его.

Хонджу сердито посмотрел на него, но тот, казалось, совсем не смутился и лишь повёл бровью.

— Только этот малыш гораздо младше тебя, но уже знает, чего хочет, и умеет вовремя смываться, — добавил он.

— ... — Хонджу ничего не ответил.

Мугён усмехнулся и протянул руку. После того, как Хонджу начал носить слуховой аппарат, он инстинктивно напрягался и съеживался, когда кто-то долго смотрел на его ухо или пытался до него дотронуться.

— Ку Хонджу, отказывается от всего, что ему предлагают, вместо того чтобы просто быть красивым, — сказал Мугён. — Не находишь?

Но прикосновение Мугёна, наоборот, успокаивало, снимая напряжение. Хонджу чувствовал себя защищенным.

— Я никогда не отказывался от всего. Я просто говорил, что... справлюсь сам, — пробормотал Хонджу.

— Это не одно и то же, учитель? — усмехнулся Мугён.

— ... — Хонджу промолчал, вспоминая бесчисленные предложения помощи, которые Мугён делал ему в прошлом.

— Ты уже побывал в роли старшего брата, теперь твоя очередь побыть младшеньким, — сказал Мугён, поднимаясь из-за стола.

«В роли младшенького?» — Хонджу почувствовал укол тревоги. Он с опаской посмотрел на Мугёна, но тот лишь улыбнулся уголком губ.

Хонджу нехотя поднялся, взяв в руки чашку с недопитым кофе, и поплёлся следом за Мугёном. Они вышли из кафе и свернули в переулок, противоположный тому, куда ушёл мальчик.

— Может, мне купить весной жёлтый костюм?— сказал Мугён.

«С каких пор директор Мугён носит яркую одежду?» — подумал Хонджу. — Насколько он помнил, гардероб Мугёна состоял исключительно из вещей мрачных цветов.

Мугён потянул за руку задумавшегося Хонджу, заставляя его ускорить шаг, и довольно усмехнулся. Он крепко сжал его руку и сунул обе в карман. Карман был явно маловат для двух взрослых мужских рук.

— Чтобы ты, Ку Хонджу, начал подражать мне и тоже носил жёлтое, — пояснил Мугён.

— ...Что? — растерянно промычал Хонджу.

Неужели Мугён заметил, что Хонджу часто выбирает одежду одного с ним цвета? Хонджу старался делать это незаметно, и был уверен, что ему это удавалось.

— Малыш должен носить яркую одежду, не так ли? — добавил Мугён.

К этому моменту Хонджу уже понял, что спорить бесполезно. Он хотел было возразить, что он уже не ребёнок, но вовремя прикусил язык. Если он скажет это вслух, Мугён обязательно посмеётся над ним и скажет, что Хонджу ведёт себя как маленький. А если Хонджу осмелится возразить, то Мугён начнёт паясничать и передразнивать его: «Страшный старший брат, да?».

Хонджу понял, что молчание – золото. Он решил просто делать то, что говорит Мугён, и не лезть на рожон. Так он скорее всего выберется из этой неловкой ситуации.

Глава 60

После того, как Мугён узнал о существовании девятилетнего мальчика, Хонджу перестал скрывать, что заботится о нём. Он не знал его имени, но виделся с ним три раза в неделю и при любой возможности кормил его.

Казалось, что мальчик был застенчивым, но, разрушив стену в своём сердце, он начал рассказывать Хонджу о себе. С каждой новой историей Хонджу чувствовал всё большую общность с ним.

Отец мальчика, владелец бара, приходил домой только на рассвете, а просыпался, когда садилось солнце. Бывало, что он исчезал на несколько дней без предупреждения, велев сыну в таких случаях звонить тёте. Но после переезда в довольно отдалённое место мальчик ни разу ей не звонил.

Судя по рассказам, это был не совсем обычный бар, но проверить это не было никакой возможности.

— Я понимаю его. Если бы я позвонил кому-то с просьбой о помощи, а мне бы ответили безразлично, мне было бы очень обидно, — сказал Хонджу.

Хонджу вспомнил, как сам, будучи подростком, подвергался в игорном доме издевательствам Гу Пина и управляющего Яна. Он пытался просить помощи у других игроков и, живших в общежитие работников, но они не были его родственниками и не питали к нему тёплых чувств, поэтому не хотели вмешиваться.

Он надолго запомнил их выражения их лиц, которые видел, лёжа лицом вниз на холодном твёрдом полу. Хотя лица были нечёткими из-за света лампы сзади, он ясно видел на них раздражение и досаду.

— …Даже в детстве можно понять, сколько раздражения в выражении лица человека, к которому ты обращаешься за помощью.

Маленькие раны, нанесенные ему в детстве, оставили глубокие шрамы в его душе.

Он вырос замкнутым взрослым, который не умел доверять и открывать свое сердце другим.

— И ты решил помочь этому мальчику? Потому что он напомнил тебе о твоем детстве? — спросил Мугён.

— Отчасти, — ответил Хонджу.

Но ещё он вмешивался в жизнь мальчика, потому что хотел, чтобы у того всё было хоть немного по-другому. Хонджу вертел в руках остывшую кружку.

— Можешь больше не беспокоиться, — сказал Мугён.

— …Что?

Мугён, который все это время сидел за столом и изучал какие-то бумаги, поднялся. Он потянулся, заводя руки за спину, и пуговицы на его рубашке натянулись.

Хонджу отвел взгляд, чтобы не пялиться на его грудь.

— Нелепо в моем-то возрасте ревновать к девятилетнему мальчишке, — сказал Мугён.

— Ревновать? К кому? — возмутился Хонджу.

Действительно, в последнее время он стал меньше времени проводить с Мугёном, но это было совсем незначительное изменение. Хонджу просто стал позже возвращаться с курсов и иногда ужинал с мальчиком. В сумме это занимало не больше двух часов, о какой ревности вообще может идти речь? Мугён мастерски раздувал из мухи слона.

— Как говорится, бьющий не чувствует боли, — возразил Мугён.

—…

— Пока я тут сижу, разбираюсь с бумажками, ты все свое внимание уделяешь этому мальчишке. Еще немного, и он и правда начнет считать тебя родным братом.

Мугён подошел к Хонджу и сел рядом на диван. Несмотря на то, что диван был большой, с появлением Мугёна он словно стал меньше. Хонджу почувствовал тепло его тела через соприкасающиеся бёдра и предплечья.

— Я уже все устроил. Нашел через Минхо каких-то соцработников. Они проследят, чтобы мальчик ходил в школу, будут время от времени его навещать, проверять, здоров ли он, хорошо ли питается...

— …Правда? Но ведь он не наш родственник, неужели так можно?

— Говорю же, деньги решают всё. Неужели ты этого не усвоил? — Мугён обнял Хонджу за талию. Крепкие руки, словно змея, сжимающая добычу, притянули Хонджу так сильно, что он не мог пошевелиться.

— Это не твоя забота. Для этого есть специалисты.

— Но…

— И вообще, какой из ребёнка нянька? Ку Хонджу должен заботиться только о Ку Хонджу

Мугён уткнулся лбом в шею Хонджу. Поначалу тот не знал, что делать, когда Мугён так к нему прижимался, но теперь он вроде как начал понимать, как реагировать.

— А если будет свободное время, лучше позаботься обо мне, — прошептал Мугён.

— …Что?

Хонджу не снимал слуховой аппарат, поэтому отчётливо слышал его тихий шёпот. Независимо от того, слышал ли Хонджу или нет, Мугён всегда повторял одно и то же.

— Из-за этой нежданной роли старшего брата ты каждое утро еле ноги волочешь, а к десяти уже отключаешься.

Хонджу положил руку на его широкую спину и нежно погладил. Он неуклюже копировал действия Мугёна, вспоминая, как тот передавал ему своё тепло, и как это придавало ему силу и успокаивало. Чем медленнее двигалась его рука, тем настойчивее Мугён тёрся лбом о его шею.

— Это не из-за роли старшего брата, а из-за того, что директор постоянно…— пробормотал Хонджу. — Ночью… Поэтому я и не высыпаюсь.

— Неправда. Я же прекрасно высыпаюсь.

«Конечно, высыпается, — подумал Хонджу. — После того, что творит со мной по ночам, неудивительно, что у меня потом всё тело ломит».

Он повторил слова, которые Мугён говорил ему раньше:

— …Говорят, бьющий не чувствует боли.

— Вот же …

Мугён усмехнулся, не веря своим ушам, и поднялся. Его волосы, которые он каждое утро так тщательно укладывал, были безнадежно растрепаны.

Хонджу улыбнулся — он редко видел Мугёна в таком виде. Он хотел было поправить его волосы, но тут же одернул себя:

— А кто только что говорил, сам говорил так же?

— Не дерзи, — буркнул Мугён, но, тем не менее, послушно закрыл глаза, доверяя себя рукам Хонджу.

Хонджу стало смешно: крупный мужчина неловко склонился перед ним, словно дрессированный зверь. «Интересно, — подумал он, — вот так и чувствуют себя укротители?»

Волосы Мугёна были жесткими от геля, и Хонджу принялся укладывать их, стараясь придать им аккуратный вид. Если бы у него был опыт, то он справился бы быстро и легко, но все получалось медленно и неумело, из-за чего он начал волноваться, что выдаст себя.

— Гюо опять взялся за старое, — пробормотал Мугён. — Кажется, я его слишком распустил в последнее время.

— Почему вы так решили?

— Да вот, — проворчал Мугён, — смотрю на тебя и понимаю, что перенял у него эту дурацкую привычку.

Мугён откинулся на спинку дивана, полностью доверившись Хонджу. Теперь Хонджу не нужно было тянуться, чтобы добраться до его волос.

— Кажется, у меня неплохо получается, — сказал он.

Мугён в ответ легонько провел рукой по колену Хонджу.

Наконец Хонджу справился с непослушными волосами, уложив их в идеальную прическу с двумя рожками. Правда, стоило Мугёну хоть немного пошевелиться, как все его старания могли пойти насмарку.

— Готово. Можно вас сфотографировать? — спросил Хонджу, чтобы Мугён не двигался.

Мугён приоткрыл один глаз и посмотрел на него снизу вверх:

— Валяй.

Получив разрешение, Хонджу тут же достал телефон.

Щелк, щелк – по мрачной, строгой комнате разнесся неуместный звук. Щелк – и тихий смех Хонджу.

— Смешно тебе? — Мугён резко открыл глаза и выпрямился, отчего старательно уложенные волосы тут же растрепались.

Хонджу, не отрываясь от экрана телефона, снова хихикнул:

— Да, очень! Теперь я понимаю, зачем Гюо так делал.

— …

— Вы выглядите так забавно с этими рожками, — сказал Хонджу, прикрывая рот рукой, чтобы скрыть улыбку. Он нежно погладил Мугёна по голове, заправив выбившуюся прядь за ухо.

— А ну-ка, дай сюда, — Мугён выхватил у него телефон. — Ты что, обманул меня насчет своего возраста?

— Что? — Хонджу удивленно посмотрел на него.

— Когда ты так смеешься, то кажешься совсем ребенком.

— Ну…

«Опять он за свое», — подумал Хонджу. Мугён постоянно обращался с ним как с маленьким ребенком, хотя в кофейне и в школе пекарей было полно ребят младше Хонджу. Раньше Хонджу смущался, но теперь привык к такому отношению.

— Красиво, конечно, — сказал Мугён, — но лучше улыбайся мне.

Он отложил телефон, развернулся к Хонджу и, положив руку на спинку дивана, внимательно посмотрел на него, всем своим видом показывая, что ждет внимания.

— Директор, вы единственный, кто говорит, что я красивый, — сказал Хонджу.

— Не может быть, — Мугён придвинулся ближе.

Хонджу, все еще улыбаясь, подался навстречу. Он не хотел издавать никаких звуков, но неловкий чмок все равно вырвался у него. Он чмокнул Мугёна еще пару раз, а затем отстранился.

— Правда, вы единственный.

Мугён рассмеялся, прижимаясь лбом к его руке. Приятная вибрация коснулась уха Хонджу.

— Да, похоже, ты действительно… вырос, — сказал Мугён.

«Что за самодовольное выражение лица, как будто он отец ребёнка», — подумал Хонджу. Непонятно, чему он так радуется.

— И капризничаешь чаще, и с каждым днем все больше ластишься.

— По-вашему, целоваться — это ластиться?

— А ты мне сейчас хочешь доказать обратное?

Если честно, то поцелуев Хонджу получал гораздо больше. Он-то лишь изредка «награждал» его ими, когда был в хорошем настроении, а вот Мугён мог целовать без конца.

Минхо, часто сталкиваясь с этим в офисе, уже научился не обращать внимания.

— Выходит, директор ластится больше, чем я? — спросил Хонджу.

Мугён крепко обхватил его затылок и слегка наклонил голову, и Хонджу почувствовал его тепло на своих веках и щеках.

— Ну, можно и так сказать.

Мугён не смог сдержать улыбку. Хонджу казалось, что каждое прикосновение его губ оставляет после себя приятное тепло.

— Так что больше никаких посторонних детей, понял?

«Странно он это сказал, — подумал Хонджу, — но ладно, не буду поправлять».

— Я не то чтобы… Просто волновался за него, — сказал он.

— Все равно, хватит этим заниматься. Родители должны выполнять свои обязанности, а не перекладывать их на других…

От слов Мугёна у Хонджу перехватило дыхание. Он и не подозревал, что Мугён так серьезно отнесся к его словам и что он что-то затевает. Хонджу знал, как сильно Мугён был занят в последнее время, и даже не мог представить, что тот найдет время на чужие проблемы.

— Я, конечно, не его брат, но все равно… Спасибо вам, — сказал он.

— Я сделал это ради тебя, — сказал Мугён. — Так что не благодари.

Он сказал это так равнодушно, словно это ничего не значило, но Хонджу не выдержал и обнял его. Крепкие, надежные руки обняли его в ответ.

«Интересно, — подумал Хонджу, — а если бы в детстве рядом со мной был такой взрослый, как директор, моя жизнь сложилась бы иначе? Впрочем, нет, тогда бы я никогда не встретил директор».

— … Спасибо, — прошептал он.

Хонджу вдруг представил себе свое будущее без Мугёна, и его охватила непонятная тревога. Он еще крепче прижался к Мугёну. От него пахло табаком, но Хонджу казалось, что это запах взрослости и надежности.

«Лучше бы о себе позаботился», — вспомнились ему слова Мугёна. Почему-то эти слова, которые никто никогда ему не говорил, слова, которые он сам себе боялся сказать, теперь звучали в его душе успокаивающей мелодией.

***

Некоторое время назад на занятия стали приходить школьники в форме.

«Интересно, — подумал Хонджу, — а ведь я в их годы только и делал, что бегал за сигаретами и выпивкой...»

После того, как Хонджу ушёл из игорного дома, мир словно стал шире. Он понял, что вокруг него живут самые разные люди, и что многие из них с ранних лет готовятся к своему будущему.

— Ой, а ты где учишься? — вдруг спросила школьница, сидевшая за первым столом, оборачиваясь к Хонджу.

Хонджу как раз поставил противень с тестом в духовку и занимался уборкой. Он растерялся – обычно он ни с кем не разговаривал на занятиях, кроме как с преподавателем.

— Я не учусь, — ответил он, — я работаю.

Он замедлил движения, продолжая приводить в порядок рабочее место. Большинство людей в его возрасте учатся в университете.

Хонджу задумался, не странно ли выглядит, что он торчит здесь, вместо того, чтобы готовиться к службе в армии, как и положено в его возрасте.

— А, понятно. В компании? — переспросила девушка.

— В кофейне, — ответил Хонджу.

Девушка с короткими волосами кивнула и представилась — ее звали Тавон. Она рассказала, что до этого сменила несколько кулинарных академий, прежде чем, наконец, остановила свой выбор на этой. Тавон говорила без умолку, явно нервничая, и Хонджу то и дело приходилось одергивать ее, чтобы она не привлекала внимания других учеников, которые пили кофе за соседним столиком. К счастью, их, казалось, мало интересовало, о чем там болтают новички.

— В общем, я тебя сразу заметила и хотела познакомиться, — продолжала тем временем Тавон, — но ты выглядел таким неприступным, что я не решалась к тебе подойти.

В академии он старался не открывать рот без необходимости, кроме как для задавания вопросов.

В незнакомых местах разговоры с другими людьми его немного пугали. Всю жизнь он прекрасно жил с частичной потерей слуха в одном ухе, и только теперь, когда стал носить слуховой аппарат, это чувство стало особенно острым. Хонджу неловко потрогал ухо.

— Да нет, все нормально… Ты одна пришла? — спросил он. — В прошлый раз с тобой, кажется, был парень.

Хонджу вспомнил, как в прошлый раз эта девушка сидела рядом с парнем в такой же школьной форме.

— А, это мой парень, мы с ним познакомились в другой академии, которую нам пришлось бросить из-за того, что там преподаватель занимался газлайтингом! — выпалила Тавон.

— А…

— А сегодня мы поссорились, и он не пришел. Бесит, правда?

— Хм…

«Что мне ей сказать? — растерялся Хонджу. — Должен ли я встать на ее сторону? Но ведь это чужой парень, а не мой. Нужно сначала спросить, из-за чего они поругались…»

Пока он хлопал глазами, не зная, что сказать, Тавон наклонилась к нему и зашептала:

— Мы поссорились из-за того, что он у меня очень… Скрытный. Не показывает своих чувств, не разговаривает… А вчера мои друзья  спросили, правда ли мы встречаемся!

И Тавон пустилась в подробности, рассказывая о своей ссоре с парнем. Она призналась, что и сама не любительница публичных проявлений чувств, но ведь не преступление держаться за руки, правда? И что с того, что она попросила его поставить общую аватарку? Разве это повод дуться друг на друга?

— Он как будто обиделся, когда я спросила, любит ли он меня, — жаловалась Тавон. — Хотя, если честно, это была даже не ссора. Скорее уж, я просто вывалила на него все, что у меня на душе накипело.

— …

— А еще ребята сказали, что у меня мания величия, что я сама себе придумала отношения.

В общем, Тавон была расстроена тем, что ее парень такой замкнутый и неэмоциональный. Она и сама была не из самых общительных, но старалась ради него, а он…

— А ты не такой? — спросила она, указывая на кольцо на руке Хонджу, которое стало видно после того, как он снял перчатки.

Хонджу почувствовал, как у него вспыхнули щеки.

— …

— Наверное, тоже такой молчаливый? — не дождавшись ответа, продолжила Тавон. — Или мягкий и уступчивый?

Мугён был молчаливым, но Хонджу был еще хуже. Когда они только познакомились, он был очень скованным. Тогда они еще не встречались, так что это была чистая правда.

— Не знаю, — пробормотал Хонджу.

— Вот видишь, — улыбнулась Тавон, — это значит, что не проявляешь своих чувств!

Хонджу потрогал мочку уха. Ему даже не нужно было видеть, как шевелятся губы Тавон, чтобы понять, о чем она говорит — ее голос был таким звонким и чистым, что он слышал каждое слово.

— Да тебе-то и стараться не надо, — рассмеялась Тавон, прикрывая рот рукой. — У тебя и так мордашка… забавная!

Она звонко рассмеялась, и ее гладкие волосы упали ей на лицо. Время от времени она вытягивала шею, проверяя, не вернулся ли преподаватель.

— Был бы мой парень хоть наполовину таким же симпатичным, как ты, я бы, может, и терпела все его выходки! — продолжала она. — Интересно, на что он вообще рассчитывает? Ладно, характер у него такой, но ведь когда любишь человека, то стараешься меняться ради него, не так ли?!

— Тебя, кажется, Тавон зовут? — спросил Хонджу.

— Ага!

Она так мило кивнула, что Хонджу невольно улыбнулся.

— У тебя телефон звонит, — заметил он.

Тавон резко обернулась.

— Ой!

Телефон, лежавший на запасном фартуке, вибрировал без остановки.

— Это он, — прошептала она, показывая на экран. Имя звонившего терялось за кучей сердечек и плюшевых мишек.

— Что мне делать? — растерялась она. — Взять трубку?

— Бери, конечно.

— Ладно.

Она нервно поправила волосы и откашлялась, направляясь к двери.

«Надеюсь, она успеет поговорить до того, как вернется преподаватель,» —подумал Хонджу, подходя к духовке.

Он смотрел, как тесто в духовке постепенно поднимается и подрумянивается, и ему казалось, что он видит в нем себя. Еще недавно оно было таким же бесформенным и невзрачным, но тепло Мугёна вдохнуло в него жизнь…

«Ладно, выпечка — это другое, — подумал Хонджу. — А что сделал для него я? Набрался смелости подарить кольцо, и на этом все…Интересно, а он тоже считает меня бесчувственным? — вдруг подумал он. — Хотя, если честно, это он у нас мастер по этой части…»

Хонджу вспомнил, как часто Мугён говорил ему о своих чувствах. Он делал это постоянно: обнимал, целовал, не отпускал ни на минуту, когда они были вместе. Хонджу уже и не помнил, что когда-то боялся его.

— Может, я и правда слишком холодный? — прошептал он.

«Ладно, — подумал он. — Он же старше, все поймет. Или… Может, я его обидел?»

Хонджу стало не по себе.

С тех пор он стал невольно обращать внимание на Тавон и ее парня. К счастью, они помирились, и уже на следующем занятии пришли вместе. Хонджу с улыбкой наблюдал, как они переглядываются через весь стол.

Хонджу почти не разговаривал с парнем Тавон, но иногда перекидывался с ними парой фраз. В такие моменты парень заметно нервничал, но все равно старался держаться рядом с Тавон.

Наблюдая за ними, Хонджу вдруг понял, что парень Тавон очень похож на него самого. Он так же робел и мялся, прежде чем убрать прядь волос с лица Тавон, так же молча наблюдал за ней, когда она что-то рассказывала, и так же застенчиво улыбался.

«Любопытно, — подумал Хонджу, — а я со стороны тоже так выгляжу?»

— Слушай, — спросила как-то Тавон, — а кто тот парень, который иногда подвозит тебя на мотоцикле? Твой друг?

— Ну… можно сказать и так, — пробормотал Хонджу.

— Ты что, тоже ездишь на таком мотоцикле?! — воскликнула Тавон. — Нельзя!

Ее парень согласно закивал. Видимо, все парни в его возрасте боялись мотоциклов…

— А ты на таком не ездишь? — спросил Хонджу у парня Тавон.

— Если мама узнает, ноги мне переломает! — ответил тот.

— Твоя мама, кажется, очень строгая, — прошептал Хонджу.

Тавон тем временем запихнула в рот очередную конфету. Белый сахарный порошок остался у нее на щеке. Хонджу посмотрел на ее парня. Тот тоже заметил пятно на щеке Тавон и несколько раз дернул рукой, словно хотел смахнуть его, но не решался.

«Точь-в-точь как я», — подумал Хонджу, вспомнив, как сам не решался поправить волосы несколько дней назад.

Наконец, парень Тавон набрался смелости и дотронулся до ее щеки. Тавон, занятая конфетами, ничего не заметила.

— Слушай, а ты айдолов любишь? — спросила она. — Я тут в одного залипла… Он чем-то на тебя похож.

Пока она рылась в телефоне, ее парень осторожно убрал сахар с ее щеки. «Пустяковый жест, — подумал Хонджу, — а ведь он, наверное, так же, как и я когда-то, чувствовал себя неловко».

— Вы очень красивая пара, — сказал Хонджу.

— Что? — Тавон, которая как раз показывала фотографии айдолов и плюшевых игрушек, удивленно посмотрела на него.

Потом она перевела взгляд на своего парня. Тот смущенно потёр шею. Тавон рассмеялась.

— Ну да, пожалуй, — согласилась она.

Наверняка, слова Хонджу обрадовали не только Тавон. Ее парень, покрасневший до ушей.

«Кто-то решит, что глупо учиться чему-то у детей, — думал он. — Но за то время, что я работаю в кафе и хожу на кулинарные курсы, я многому научился у этих ребят».

Они придумывали друг другу милые прозвища, ездили вместе отдыхать, болтали по телефону ни о чем, делились всем, что с ними происходило…

И еще Хонджу понял, что даже самые незначительные жесты могут стать началом чего-то большего. Главное — не бояться проявлять свои чувства.

— Долго ждете?

Мугён ждал его на углу улицы, где находилась кулинарная академия. Он сказал, что проезжал мимо и решил подвезти Хонджу до дома. Судя по всему, он приехал минут двадцать назад, и все это время ждал его.

— А вдруг тебя бы украли? — продолжал Мугён. — Ты же у меня такой красивый …

Хонджу сделал вид, что не слышал, и отвернулся, чтобы пристегнуть ремень. Но Мугён не унимался. Он продолжал говорить всякие глупости, заправляя за ухо прядь волос Хонджу.

«В последнее время он все время носит перчатки, когда выходит на улицу… — подумал Хонджу, чувствуя тепло его руки на своей щеке. — А сегодня вот не надел…»

— Девять ему лет, или десять? С трудом отлучил тебя от него, а ты тут уже засматриваешься на кого-то, — продолжал бормотать Мугён. — Еще неизвестно, что будет дальше…

Он говорил так, словно ревновал, хотя сам купил тому мальчику новый рюкзак и кроссовки к школе.

— А еще ты в последнее время такой красивый стал… — продолжал ворчать Мугён. — Слишком уж ты заметный. Что я буду делать, если какой-нибудь продюсер захочет сделать из тебя звезду и за тобой начнут бегать фанаты?

Хонджу уже начинал забывать, каким Мугён был раньше. Он все никак не мог тронуться с места, поглаживая Хонджу шею своей большой рукой.

— … А вы ведь раньше так никому не говорили до меня, — внезапно спросил Хонджу.

Мугён рассмеялся, и Хонджу почувствовал, как его рука дрогнула.

— А ты бы хотел, чтобы говорил? Ты же сейчас не хочешь начать ссору?

— Значит, сейчас вы стараетесь.  — Хонджу прошептал это почти неслышно, и его слова сопровождала едва заметная улыбка.

Мугён посмотрел на него с подозрением, но ничего не сказал. Он сжал руку Хонджу и взялся за руль.

Хонджу смотрел прямо перед собой, крепко держась за ремень безопасности. В машине пахло свежей выпечкой, что совсем не соответствовало Мугёну.

— Конечно, стараюсь, — проворчал Мугён. — Как же еще удержать такого молодого, красивого, доброго и милого парня?

Хонджу вспомнил их первую встречу. Он тогда чуть не умер от страха, просто сидя с Мугёном за одним столом. А если бы он случайно дотронулся до него локтем? Хонджу казалось, что он тут же превратится в ледышку.

И вот теперь этот человек не переставая бормочет всякие глупости…

— Кстати, насчет путешествия … — начал Хонджу. — Мы же хотели поехать, но отложили. Может, сейчас съездим?

— Путешествия?

Мугён, который как раз выруливал из переулка, вопросительно посмотрел на него. Как только он узнал, что Хонджу никогда не был за границей, то сразу же сделал ему загранпаспорт, но им все никак не удавалось найти время для поездки.

Хонджу сменил работу, стал ходить на кулинарные курсы, да и у Мугёна было много дел.

— Если вы заняты, то можно и на один день, — поспешно добавил Хонджу.

Конечно, они и раньше ездили куда-нибудь, но это были спонтанные вылазки по инициативе Гадюки.

— Лучше бы, конечно, на подольше… — протянул Хонджу. — Но если вы заняты, то один день тоже хорошо.

— Впервые слышу, чтобы ты сам куда-то звал, — пробормотал Мугён, мягко поворачивая руль.

И это было правдой. Хонджу никогда не настаивал на совместных планах, стараясь не отвлекать Мугёна от дел. Максимум, что он себе позволял, — это предлагать пообедать или выпить кофе.

Так что предложение поехать в путешествие было для него в новинку.

— Я хочу, чтобы мы съездили куда-нибудь… вдвоем, — сказал Хонджу. — Пусть даже на один день, но вдвоем.

— Наконец-то? — усмехнулся Мугён. — Я думал, ты не замечаешь и прекрасно проводишь время, даже когда рядом был Гюо.

—…

Хонджу смущенно улыбнулся. Дело было в том, что он просто не знал, как устроен бизнес Мугёна.

Если Гадюка не навещал их, значит, у Мугёна было много дел, а если он вдруг объявлялся с предложением куда-нибудь поехать, то это означало, что у него есть свободное время. Хонджу ничего не смыслил в делах Мугёна, поэтому просто следовал за Гюо. Но он не хотел вдаваться в подробности.

— Раз Хонджу зовет, придется выкроить пару деньков, — сказал Мугён.

— Не обязательно, — поспешил ответить Хонджу. — Можно и на один день.

— Ладно уж, — махнул рукой Мугён. — И без меня все будет в порядке.

Он улыбнулся, и Хонджу на мгновение показалось, что он видит на его месте лицо Минхо. Он тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли.

— Тогда я займусь подготовкой, — сказал Хонджу.

Обычно Мугён сам все организовывал, но в этот раз Хонджу решил взять все на себя. Он чувствовал, как у него горит лицо, словно он только что признался Мугёну в любви.

— Вам не нужно ни о чем беспокоиться, — сказал он. — Просто приезжайте.

— Ты все сделаешь сам? — переспросил Мугён.

Хонджу энергично закивал. Мугён то и дело поглядывал на него, не скрывая улыбки. Кто бы мог подумать, что этот суровый и неприступный мужчина умеет так улыбаться.

— Совсем взрослый уже, — ласково сказал Мугён.

У Хонджу от его слов защемило сердце. Аромат свежей выпечки, теплый взгляд, нежный шепот, который он узнал бы из тысячи… Все это волновало и радовало одновременно.

Глава 61

Холодные зимние ветра наконец утихли, уступив место теплому весеннему солнцу.

Путешествие Хонджу и Мугёна было запланировано на апрель. Несмотря на возражения Минхо, Мугён не мог позволить себе долгий отпуск. У Хонджу тоже было не так много свободного времени из-за работы в кафе и учебы. К тому же, им обоим хотелось спокойного отдыха в пределах страны, поэтому они решили отправиться на Чеджудо.

Хонджу, конечно, мечтал побывать во Франции или Англии, чтобы своими глазами увидеть, как готовят выпечку настоящие мастера, но он понимал, что это слишком долгий перелет. К тому же, Хонджу не хотел, чтобы Мугён опять занимался всеми организационными вопросами. Он хотел, чтобы это было их общее путешествие.

Поездка была запланирована на три дня и четыре ночи. Хонджу с нетерпением ждал этого дня. Организовать путешествие оказалось не так-то просто, но Гадюка с радостью пришел на помощь.

Мугён, видя, как Хонджу с энтузиазмом планирует маршрут, то и дело подшучивал над ним. То интересовался, не метит ли он на место ведущего синоптика. То когда Хонджу искал информацию о ресторанах на Чеджу для своего видеоблога, Мугён строго-настрого запретил ему снимать видео с частями тела. Когда Хонджу упаковывал вещи, Мугён, заметив, что тот выбирает одежду похожих цветов, как у него, стал по одной доставать вещи из своего чемодана и говорить: «Хорошо подбирай цвета, чтобы всё сочеталось».

Гадюка тоже не упускал случая поддразнить Хонджу.

И хотя Хонджу чувствовал себя немного неловко из-за подшучиваний Мугёна и Гадюки, подготовка к поездке доставляла ему огромное удовольствие.

Накануне отъезда Хонджу проснулся ни свет ни заря. Выбравшись из постели, он увидел Мугёна, который уже успел принять душ и сейчас просматривал что-то в ноутбуке. Мугён был очень занят в последнее время, поскольку им предстояло уехать среди недели, но, похоже, у него еще оставались незаконченные дела.

— Мог бы еще поспать, время позволяет, — сказал Мугён, не отрываясь от экрана.

— Ничего, я не хочу спать. Давайте я лучше помогу вам собраться.

«Директор занят, поэтому я должен сделать это сам», — подумал Хонджу, пододвигая к выходу чемодан, который он уже несколько раз проверил.

Он сунул в духовку булочки, решив быстро перекусить, и принялся снова метаться по квартире. Мугён молча наблюдал за ним.

— У тебя глаза слипаются, — заметил он.

— Все в порядке, я выспался, — ответил Хонджу.

«Хотя глаза немного щиплет…» — подумал он, протирая их тыльной стороной ладони.

Он поспешил в ванную, чтобы помыться под холодной водой и взбодриться.

Когда Хонджу сушил волосы в ванной, он увидел в зеркале Мугёна, который стоял, прислонившись к дверному косяку. Он выглядел расслабленным, но Хонджу почему-то показалось, что он преграждает ему путь.

— Ну и занятой же ты у нас, Хонджу, — усмехнулся Мугён. — Даже поздороваться забыл.

— Поздороваться? — Хонджу удивленно посмотрел на него, продолжая сушить волосы, и тут же все вспомнил.

— Ах…

Он выключил фен и вскочил с места.

«Как же так? — подумал он. — Я же обещал себе, что буду чаще проявлять свои чувства…»

Когда Хонджу сидел или лежал, он почти не замечал разницы в росте, но стоило ему встать рядом с Мугёном, как она становилась очевидной. Он слегка потянул Мугёна за руку, и тот без сопротивления наклонился к нему.

Хонджу осторожно коснулся губами его щеки.

— Что вы сегодня наденете? — прошептал он, чувствуя, как по его телу разливается тепло.

— Ну, не знаю, — пожал плечами Мугён и вышел из ванной комнаты.

Хонджу поспешил за ним.

В гардеробной их одежда висела вместе. Несмотря на то, что Хонджу аккуратно разложил свои вещи в дальнем углу отдельно от одежды Мугёна, тот тут же смешал их. Костюмы, толстовки, рубашки, свитера… — шкаф выглядел совершенно беспорядочно, что совершенно не вязалось с образом аккуратного и педантичного Мугёна. Но Хонджу нравилось, что их одежда пропитывается одним и тем же ароматом.

— Ну и что же мне надеть… — бормотал себе под нос Мугён, просматривая вешалки.

Хонджу следовал за ним как тень, стараясь не упустить его из виду.

— Ты чего ходишь за мной по пятам? — спросил Мугён, заметив это.

— Я тоже выбираю, что надеть, — ответил Хонджу.

Он собирался предложить Мугёну одеться в одном стиле, но почему-то постеснялся в этом признаться.

Хонджу схватил первую попавшуюся рубашку, стараясь не смотреть на Мугёна, который хитро улыбался, глядя на него.

Это оказалась просторная рубашка лимонного цвета. Хонджу быстро стянул с себя пижаму и переоделся, чувствуя на себе взгляд Мугёна.

— Давайте быстрее…одевайтесь, — сказал он, выходя из гардеробной.

Хонджу уселся на диван, делая вид, что ему все равно, что наденет Мугён, и принялся листать ленту новостей в телефоне.

— Ну как, похоже? — раздался рядом голос Мугёна.

На нем была надета толстовка почти такого же цвета, как и рубашка Хонджу, только немного темнее. Обычно Мугён носил ее только во время тренировок, но сегодня она смотрелась на нем на удивление уместно.

— А зачем… вы надели похожую одежду? — запинаясь, спросил Хонджу.

— Просто мне нравится, когда ты краснеешь, — ответил Мугён, подходя к Хонджу.

Он наклонился и обхватил его лицо руками, а затем коснулся его губ своими. Хонджу подумал, что Мугён снова нежно чмокнет его и отойдет, как вдруг почувствовал, как его язык скользнул ему в рот. Хонджу откинул голову назад и широко раскрыл глаза. Мугён на секунду отвел взгляд, посмотрев на часы, висевшие на стене.

— Мм… — промычал Хонджу.

Он хотел сказать, что им пора выезжать, но слова застревали в горле. Горячее дыхание Мугёна обжигало кожу, лишая его последних сил. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихими стонами и прерывистым дыханием.

Мугён оперся коленом о диван, прижимаясь к Хонджу всем телом. Спина Хонджу уперлась в спинку дивана. Большая ладонь Мугёна скользнула с его щеки на шею, нежно поглаживая пульсирующую вену. Хонджу вздрогнул.

Их взгляды встретились. Мугён большим пальцем поглаживал его шею, а кончиком языка водил по нёбу, не сводя с него пристального взгляда. Хонджу показалось, что Мугён изучает его реакцию, словно проверяя, оттолкнет ли он его.

Хонджу расслабился, обнимая Мугёна за талию. Он чувствовал сквозь тонкую ткань его упругие мышцы. Хонджу закрыл глаза и робко коснулся языком его языка.

Его сердце бешено колотилось в груди. Их языки соприкоснулись, горячие и влажные.

Хонджу невольно нахмурился и сжал губы. В этот момент Мугён отстранился, и Хонджу плотнее обхватил его язык губами.

Их жадный поцелуй быстро закончился, оставив на губах блестящие следы слюны.

Мугён высунул свой покрасневший язык и облизал губы Хонджу. Для человека, который так печётся о чистоте, это было довольно настойчивое и страстное действие.

— Ты чуть не проглотил мой язык, —  прохрипел  Мугён.

Ощущение горячего языка, который скользил по его губам, было настолько ярким, что Хонджу боялся, что оно вот-вот исчезнет. Он сжал губы, пытаясь сохранить это чувство.

Мугён, наблюдая за ним, поцеловал Хонджу в уголок губ и подбородок, там, где только что побывал его собственный язык. Горячее дыхание Мугёна опаляло кожу, поцелуи медленно спускались вниз, достигая шеи. Мугён долго целовал кадык Хонджу, который подрагивал каждый раз, когда тот нервно сглатывал.

— Нам уже пора, — прошептал Хонджу.

— Знаю, — ответил Мугён, не отрываясь от него.

Его горячее дыхание обжигало кожу. Хонджу чувствовал, как по его спине пробегают мурашки.

— Мы опоздаем на самолет, — пробормотал Хонджу.

— Неужели? — усмехнулся Мугён.

Судя по всему, он прекрасно знал, сколько сейчас времени. Его дыхание становилось все более прерывистым. Хонджу схватил его за плечи, пытаясь оттолкнуть, но безуспешно. Мугён и не думал его отпускать.

— Что… Что вы делаете? — пролепетал Хонджу.

Он не ожидал, что невинный, как ему казалось, поцелуй зайдет так далеко. Хонджу не понимал, что вдруг случилось с Мугёном.

— Я сдерживаюсь со вчерашнего вечера, — прошептал Мугён ему на ухо.

— Чт… Что?

— Твоё сердце так громко бьётся, что я чуть с ума не схожу.

Мугён перевернул его на бок, прижимая к себе всем телом. Хонджу на мгновение закрыл глаза, а когда открыл их, то увидел над собой потолок. Он был в ловушке.

Мугён нежно покусывал мочку его левого уха, на котором не было слухового аппарата, а затем

Мугён провел языком по краю его уха. Хонджу подумал, что если бы он сейчас был в слуховом аппарате, то непременно услышал бы непристойные чмокающие звуки.

— Хв… хватит… потерпите еще немного…! — прошептал Хонджу.

— Ты такой жестокий, — простонал Мугён.

Он прижался к нему, и Хонджу почувствовал, как его возбуждение становится все более очевидным.

Скрип, скрип.

Звук трения о кожу дивана, и тихие стоны разносились по комнате.

— А как же билеты… на самолет? — пробормотал Хонджу, пытаясь остановить его.

Но, похоже, было уже слишком поздно. Лицо Мугёна пылало, его плечи тяжело вздымались.

— Ничего, я скажу им, чтобы развернули самолет, — ответил он, не раздумывая.

— Не говорите… глупостей…

Мугён жадно поцеловал его, не давая договорить.

— Хонджу, — простонал он, запуская руку ему под рубашку.

Он терся пахом о его бедра, и Хонджу чувствовал, как его желание нарастает. Он мог бы остановить его, но вместо этого безвольно откинул голову назад.

— Просто… уедем? — прошептал Мугён.

Это был последний шанс. Хонджу знал, что стоит ему согласиться, и Мугён, несмотря ни на что, оторвется от него и начнет собираться.

Но разум Хонджу был затуманен желанием. Забытый чемодан у двери больше не имел значения.

— …

— Хонджу, Ку Хонджу… — Мугён звал его по имени, но его голос, доносившийся до правого уха Хонджу, казался приглушенным и далеким.

— … Только один раз… И я хочу поехать в этом, — пробормотал Хонджу, с трудом ворочая языком.

Раздался тихий смешок Мугёна. Видимо, ему было смешно, что Хонджу так печется о своем внешнем виде в такой ситуации.

Он встал на колени по обе стороны от Хонджу, оперся руками о диван и стянул с себя толстовку. Затем расстегнул ремень на брюках.

— Хорошо. Снимай скорее и ты, а то испачкаешься, — сказал он.

— …

— Мне не очень-то идёт этот цвет, — продолжал Мугён, — но ради тебя потерплю.

Уголки его губ, влажных после поцелуя, приподнялись в улыбке. Хонджу на секунду пожалел, что они не сделали это прошлой ночью... но эта мысль быстро исчезла, вытесненная прикосновениями Мугёна и теплом его тела.

Глава 62

В итоге они все-таки опоздали на самолет и им пришлось покупать новые билеты, заплатив за них огромные деньги. В результате, им удалось вылететь на Чеджу только через три часа.

Мугён много путешествовал, но признался, что раньше никогда сам не бронировал билеты и отели. Хонджу тоже никогда этим не занимался, поэтому они были очень благодарны Гадюке, который помог им организовать поездку.

Хонджу думал, что Чеджу не сильно отличается от Сеула, но, проехав около двадцати минут на машине, понял, как сильно ошибался. По обеим сторонам дороги, прямо уходящей вдаль, виднелись высокие зеленые холмы.

— Интересно, насколько она открывается? — спросил Хонджу, глядя на крышу кабриолета.

— Хочешь проверить?

Еще утром Мугён презрительно фыркал, когда видел кабриолеты, считая, что на них ездят одни позеры.

— Хорошо, что погода удачная, — сказал Хонджу.

Похоже, Мугён не расслышал его слов из-за шума ветра. Он молча вел машину, ни на что не отвлекаясь. Хонджу не хотел ему мешать, поэтому повернулся к окну и подставил лицо ветру.

На Чеджу до этого дня шли дожди. Обычно Хонджу не обращал на погоду никакого внимания, но на этой неделе каждый день проверял прогноз. Он очень переживал, что дождь испортит им отдых, но, к счастью, пока что небо было чистым. Хонджу оперся рукой на окно и вдохнул полной грудью свежий воздух, напоенный ароматами трав и земли. В этот момент у него в кармане завибрировал телефон.

— Вам звонят, — сказал Хонджу, показывая Мугёну телефон. На экране высвечивалось имя Гадюки.

Мугён кивком головы велел ему взять трубку. Машина немного сбавила скорость, и крыша кабриолета вернулась на место. Шум ветра стих.

— Дай мне этого идиота, — попросил Мугён.

— Хорошо, — кивнул Хонджу.

Как только он принял вызов, Мугён нажал на кнопку громкой связи.

— Хорошо проводите время? — раздался веселый голос Гадюки.

— Ты что, не мог найти машину с нормальной крышей? — прорычал Мугён, игнорируя приветствие Гадюки.

— А я знал, что у тебя свои планы на эту поездку! — смеясь, ответил Гадюка. — Чувствовал я, что ты не просто так настаивал на большой машине.

— И ты решил выбрать это?!

— А что ты собирался делать, заперевшись с Хонджу в большой машине? — рассмеялся Гадюка.

Хонджу непонимающе моргнул, глядя на телефон в своей руке, и только сейчас понял, о чем говорит Гадюка.

Так вот почему в последнее время Мугён все время твердил о том, что им нужна машина побольше…

— Буду делать то, что и собирался, — проворчал Мугён.

— Хонджу! — раздался из динамика голос Гадюки. — Не вздумай закрывать крышу! Дождь там, снег… Не важно! Крыша должна быть открыта!

Голос Гадюки эхом разнесся по салону. Хонджу бросил взгляд на крышу кабриолета.

— Не смотри туда, — сказал Мугён. — Я ее больше не открою.

Гадюка начал громко объяснять, какую именно кнопку нужно нажать, чтобы открыть крышу.

— Понял? — закончил он.

— … Понял, — ответил Хонджу.

Но он прекрасно знал, что сегодня у Мугёна и в мыслях не будет ничего подобного. Они и так уже опоздали на самолет из-за этого …

Хонджу выпрямился и посмотрел на дорогу. Она стала немного уже, и машин стало меньше. Вместо домов по обеим сторонам теперь тянулись поля, открывая прекрасный вид.

— Кстати, ты снял в самолете обувь? — спросил Гадюка.

— …

— Я же говорил тебе надеть милые носки. Это же первое впечатление, которое ты производишь на стюардесс. Нужно выглядеть мило.

Мугён тихо рассмеялся, услышав, как Гадюка дразнит Хонджу. Хонджу заметил, что в последнее время Мугён все чаще смеется над шутками Гюо, а иногда даже подыгрывает ему. В такие моменты становилось совершенно ясно, у кого он этому научился.

— Ты издеваешься? Думаешь, я на такое куплюсь? — возмутился Хонджу.

Хонджу с самого начала не поверил ни единому его слову. Ну правда, кто снимает обувь в самолете? Да, он и сам иногда обращал внимание на обувь актеров в фильмах про самолеты, но никогда не воспринимал это всерьез.

По ту сторону телефона Гадюка все еще смеялся. Хонджу не понимал, что он нашел такого смешного в этой ситуации.

— Я кладу трубку, — буркнул Хонджу.

— Подожди, подожди! А как же крыша?! — воскликнул Гадюка, но Хонджу уже отключился.

В этот момент их машина свернула с асфальтированной дороги на грунтовую, и ее начало потряхивать.

— О, да ты, я смотрю, разозлился, — усмехнулся Мугён.

— Я и не злился вовсе. Просто ты говорил так, будто я действительно на это купился, — ответил Хонджу.

— Так ты не поверил?

— Нет.

Хонджу сердито посмотрел на Мугёна, но тот, похоже, совершенно не испугался.

— Но носочки-то ты надел милые, — поддразнил Мугён.

Хонджу был уверен, что надел самые обычные носки, но все же бросил взгляд на свои ноги. На нем и правда были надеты однотонные носки без рисунка.

— Это самые обычные носки! — возмутился Хонджу.

— Может быть, просто ты у меня такой милый, и на тебе даже обычные носки смотрятся мило? — рассмеялся Мугён.

Его слова вызвали у Хонджу прилив смущения. Он потер грудь, пытаясь справиться с волнением, и отвернулся к окну.

— Открыть крышу? — спросил Мугён.

Хонджу посмотрел на навигатор. Им оставалось ехать еще около десяти минут. Он кивнул, и Мугён без лишних слов снова открыл крышу. В салон тут же ворвался свежий воздух, напоенный ароматами трав и земли.

— А может, устроим это прямо в машине? — пробормотал Мугён.

Наверное, из-за того, что вокруг стало тише, Хонджу прекрасно расслышал его слова, хотя тот и не старался говорить громко. Хонджу хотел сделать вид, что ничего не услышал, но было уже поздно — он невольно повернул голову к Мугёну.

— … Почему у вас в голове одни извращенные мысли? — пробормотал Хонджу.

— Потому что ты чертовски сексуален в этих желтых носках, — ответил Мугён.

Хонджу c досадой понял, что из-за шорт Мугён прекрасно видел его носки. Он решил больше не продолжать этот разговор — за то время, что они провели вместе, Хонджу усвоил этот урок. Он выпрямил спину и демонстративно отвернулся к окну.

— …

— Уши покраснели, — заметил Мугён.

Он провел рукой по его шее, а затем запустил пальцы в волосы. Хонджу хотел сказать ему, чтобы тот не отвлекался от дороги, но прикосновения Мугёна были такими приятными, что он просто промолчал.

Вскоре они снова выехали на асфальтированную дорогу. Еще через пять минут они подъехали к воротам частной виллы с бассейном.

Хонджу настоял на том, чтобы оплатить аренду виллы. Во-первых, у него не так много возможностей потратить на Мугёна деньги, а, во-вторых, это ведь он уговорил его поехать на Чеджу.

Хонджу знал, что Мугён наверняка будет смеяться над ним, но он и правда потратил на аренду целое состояние. Когда он оплачивал бронь, у него чуть руки не тряслись — он и представить не мог, что за аренду дома можно просить больше пятидесяти тысяч вон в сутки! Но ради Мугёна он был готов на любые траты. В конце концов, Мугён тратит на него в десятки раз больше.

— Хорошенькое местечко, — сказал Мугён, когда они въехали на территорию комплекса, где располагалась их вилла.

Вдоль дороги росли пальмы, и у Хонджу возникло ощущение, что он попал в какую-то другую страну.

— Мы приехали, — сказал Хонджу.

— Похоже, ты потратил на все это целое состояние, — сказал Мугён, когда Хонджу указал на самый дальний дом.

Машина медленно подъехала к вилле. Хонджу попросил Гадюку не говорить Мугёну, сколько стоит аренда, поэтому тот пока не знал, во сколько ему обошлась эта поездка.

— Да, пришлось подкопить, — уклончиво ответил Хонджу.

— Ох, мне даже как-то неловко, что ты тратишь на меня свои кровные, — усмехнулся Мугён, поднимая с земли чемоданы.

Он направился к дому, не дожидаясь Хонджу. Тот поспешил за ним и открыл дверь.

— Вау, — невольно вырвалось у Хонджу.

Дом изнутри был еще лучше, чем на фотографиях. Просторный зал был отделан деревом, мебель выглядела очень дорогой и стильной. Хонджу не пожалел о потраченных деньгах.

— Мне очень нравится, — сказал он.

Хонджу никогда не путешествовал в детстве. После того, как он покинул игорный дом, он был слишком занят подработкой и учёбой, чтобы думать о путешествиях. Он мечтал о них, но Мугён тоже был постоянно занят, и только сейчас у них появилась возможность как следует отдохнуть.

— Здесь даже есть бассейн! — воскликнул Хонджу. — Да мы можем вообще никуда не выходить!

— А что, и правда, — ответил Мугён.

Хонджу распахнул стеклянные двери, чтобы получше рассмотреть бассейн, затем выбежал на террасу к беседке и, не останавливаясь ни на секунду, поднялся на второй этаж. Он с восторгом осматривал дом, делясь с Мугёном своими впечатлениями.

— На втором этаже просто гостиная. Можно почитать книжку, — сказал Хонджу.

— Да? — ответил Мугён, поддерживая разговор, хотя Хонджу говорил, по сути, сам с собой. Благодаря этому его восторженные возгласы не казались одиноким бормотанием.

— А это что, джакузи? — спросил Хонджу, заметив в нише между домом и забором круглую ванну.

Мугён подошел к нему сзади и положил руки ему на плечи.

— Не тесновато ли нам будет в ней вдвоем? — прошептал он ему на ухо.

У Хонджу от его слов перехватило дыхание.

— Вам и одному будет тесно, — пробормотал он. — Вместе мы туда не поместимся.

— Тогда ты сядешь на меня сверху, — невозмутимо ответил Мугён.

Его руки скользнули по плечам Хонджу, а затем обхватили его запястья.

— … Не получится, — прошептал Хонджу.

— Потом проверим, — рассмеялся Мугён. — Иди пока осмотрись.

Он быстро поцеловал Хонджу куда-то между щекой и виском и направился к входной двери, где они оставили чемоданы.

Хонджу еще некоторое время стоял на месте, пытаясь унять бешено колотившееся сердце. Вокруг было очень тихо и спокойно. Вид из сада, конечно, открывался просто потрясающий, высокий забор скрывал их от посторонних глаз. Но Хонджу не мог отделаться от мысли, из-за такой открытости казалось, что они находятся прямо на улице.

Он смущенно кашлянул и вышел в сад.

Хонджу принялся внимательно осматривать беседку и забор, пытаясь найти место, откуда их могли бы увидеть. Он так увлекся, что не заметил, как Мугён, распаковывая вещи, наблюдал за ним и тихо посмеивался.

Глава 63

Они не стали выбираться далеко от виллы. Хонджу находил ресторанчики поблизости, а во время прогулок они часто заходили в кафе, чтобы выпить кофе или съесть что-нибудь сладкое. Если шел дождь, они нежились в постели, а когда дождь заканчивался, отправлялись на море.

Сегодня с самого утра стояла солнечная погода, поэтому они купили пляжный коврик и отправились на пляж. Вокруг было много людей — семьи с детьми, влюбленные парочки, компании друзей… Все они приехали сюда, чтобы насладиться прекрасным видом на море.

Рядом с Хонджу сидел Мугён — его семья, друг и возлюбленный в одном лице. Выглядел он немного забавно, развалившись на ярко-желтом коврике, но, надо признать, этот цвет ему шел.

— Вот это настоящий отдых! — сказал Хонджу. — Теперь я понимаю, почему люди ездят в отпуск каждый год.

Во времена, когда Хонджу находился в игорном доме, лето было для них самой горячей порой — игроки отправляли свои семьи в отпуск, а сами пропадали в игорных домах, пока не проигрывали все до последней воны. Хонджу и понятия не имел, что такое настоящий отдых, пока не начал работать в кафе.

Он узнал, что обычные семьи стараются хотя бы раз в год выбраться куда-нибудь отдохнуть. Чаще всего это происходит летом, и чаще всего люди едут на море.

— Тебе придется немало потрудиться, чтобы наверстать упущенное, — сказал Мугён.

Честно говоря, готовясь к отпуску, Хонджу волновался, что ежегодные поездки будут слишком большой тратой. Но сейчас, находясь здесь, он совсем не жалел денег. Такое счастье не купишь.

— Да, если вы не будете заняты, то можем ездить куда-нибудь каждый год, — ответил Хонджу.

— Раз уж в этот раз ты выбирал место, то в следующий раз моя очередь, верно? — спросил Мугён.

— …

Хонджу представил, как Мугён сорит деньгами, и ему стало немного не по себе. В отличие от Хонджу, которого бросало в дрожь от одной мысли об аренде виллы за пятьсот тысяч вон в сутки, Мугён наверняка с легкостью выложит за нее и миллион, и два…

Увидев, что Хонджу молчит, Мугён прищурился и добавил:

— Ты же учишься. Тратить деньги тоже нужно уметь.

— …

Хонджу тихо усмехнулся, но Мугён, казалось, решил убедить его. Его голос, усиленный слуховым аппаратом, звучал очень четко, заглушая даже шум прибоя и смех в дали.

— Что, опять будешь спорить? — спросил Мугён.

— …

Мугён вытянул ноги, закинув руки за голову, и слегка откинулся назад. Теплые лучи солнца смягчили его обычно холодные черты лица.

— Нет, на отдых тратить деньги можно, — сдался Хонджу.

— Вот и отлично, — усмехнулся Мугён.

Он закрыл глаза, подставляя лицо теплому ветру. Хонджу украдкой посмотрел на него.

Его сердце билось так громко, что заглушало шум прибоя.

«Начни с малого», — подумал Хонджу.

Он отвел взгляд от Мугёна и посмотрел на песок. Большая ладонь Мугёна лежала на коврике, и Хонджу заметил на его мизинце кольцо, которое сам же ему и подарил.

«Сколько раз я сам брал его за руку?» — подумал Хонджу.

Он посмотрел на фотографа, который снимал на берегу свадьбу, и медленно повернулся к Мугёну. Сделав вид, что хочет опереться рукой о коврик, он коснулся пальцами его руки.

Мугён тут же отреагировал. Он приоткрыл один глаз и посмотрел на Хонджу, а затем перевел взгляд на стакан с соком, который стоял на песке.

— Ты что-то подсыпал мне в сок? — спросил Мугён.

— … Нет, конечно!

— А что это ты тогда вдруг такие нежности?

— Ну…это не нежности … Просто захотелось взять вас за руку, — смущенно пробормотал Хонджу.

Пальцы Мугёна крепко сжали его ладонь.

— Ладно, поверю, — усмехнулся Мугён.

«Если бы я не был таким сдержанным и пассивным, он бы не решил, что я ему что-то подсыпал в сок», — подумал Хонджу.

Мугён не отпускал его руку, и Хонджу казалось, что Мугён слышит, как бешено колотится его сердце.

Хонджу уже начал привыкать к этой незнакомой ему неге, как вдруг телефон, лежавший на коврике, завибрировал. Мугён взял его в руки и посмотрел на экран.

— Этот придурок вместо того, чтобы работать, названивает чужому парню целыми днями, — проворчал он.

— Снова сбросить? — спросил Хонджу.

Он уже пять раз проигнорировал его звонки, а теперь тот и вовсе звонил по видеосвязи. Хонджу было немного неловко так грубо обходиться с Гадюкой, ведь тот очень помог им с выбором жилья.

— А может, ответить? — спросил Мугён.

В его голосе не было ни капли энтузиазма.

— Да, — кивнул Хонджу.

Он сел и отряхнул с рук песок. Мугён раздраженно цокнул языком и нажал на кнопку ответа. На экране тут же появилось лицо Гадюки.

— Да вы что, оба решили меня игнорировать?! — возмутился тот.

— У нас медовый месяц! Какого черта ты названиваешь нам целыми днями?! — рявкнул Мугён, прежде чем Хонджу успел что-либо ответить.

Хонджу смущенно огляделся по сторонам — на берегу как раз снимали свадьбу, и ему стало еще более неловко.

— Эй, ты чего?! — возмутился Гадюка. — Хонджу еще рано жениться! Да и вообще, это все Минхо подбил меня… Эй, подвинься!

Голос Гадюки прервался, и Хонджу услышал знакомый голос. Он округлил глаза и подался вперед.

На экране появилось лицо Минхо в очках. Он всегда надевал их, когда был занят, значит, дел у него и правда невпроворот.

— Почему это вы вместе? — спросил Минхо. — Вы что, уже живете вместе?

— … Лучше бы тебе зарплату урезали! — проворчал Мугён.

Казалось, раздраженный вздох Минхо долетел до них даже сквозь экран телефона. Он снял очки и, протерев уставшие глаза, задал Мугёну несколько вопросов по работе. Хонджу не понимал, о чем они говорят.

Он рассеянно смотрел на экран телефона и уже хотел было выпрямиться, как вдруг почувствовал на своем плече тяжелую руку Мугёна. Хонджу наклонился к нему, и в итоге его голова оказалась на плече Мугёна.

Хонджу заметил, что Минхо отвел взгляд от Мугёна и теперь смотрит прямо на него. Минхо нахмурился.

— Бр-р-р, мурашки по коже, — пробормотал он. — И как ты только это терпишь?

От этих слов у Хонджу вспыхнули не только щеки, но и шея. Он закрыл лицо руками.

— Ты что, плачешь? — спросил Минхо.

— Вот видишь! — воскликнул Гадюка. — Надо было ехать с вами!

— Хватит нести чушь. Отключаюсь.— отрезал Мугён и, не слушая возражений, нажал кнопку отбоя.

— Все, до завтра можешь не брать трубку, — сказал он Хонджу. — А лучше вообще выключить телефон.

Мугён сунул телефон в карман шорт. Хонджу мог бы, конечно, попросить его отдать телефон, но ему не хотелось двигаться. Он просто сидел, прижавшись к Мугёну, и болтал ногами.

Перед его глазами мелькали две пары кроссовок — его и Мугёна.

Вокруг плескалось спокойное море, неподалеку отдыхали люди. Хонджу понимал, что им не пристало вот так сидеть на людях, но ему совсем не хотелось уходить из объятий Мугёна.

— Знаете, я подумаю, что вы были правы насчет поездки за границу,— признался Хонджу.

— Почему? Там никому не было бы дела до того, что мы обжимаемся? — усмехнулся Мугён.

Хонджу удивился — Мугён снова прочитал его мысли, хотя он ни о чем ему не говорил. Как он это делает?

— Ну… Возможно, — пробормотал Хонджу.

Он потерся носком кроссовка о кроссовок Мугёна, и налипший на них песок осыпался.

— Какой ты все-таки забавный, — рассмеялся Мугён. — И как это ты умудряешься быть таким смелым, когда тебе так неловко?

— … Может, мне продолжить? — спросил Хонджу.

Мугён кивнул, словно говоря: «Давай же, удиви меня». Хонджу задумался.

«Кто-то сказал, что любовь — это когда ты делаешь для другого человека то, чего никогда бы не стал делать для себя», — вспомнил он.

Хонджу никак не мог придумать, что бы такого сделать для Мугёна. А потом его осенило.

— Вы когда-нибудь готовили для кого-нибудь? — спросил он.

— Готовка? — Мугён удивленно приподнял бровь.

Честно говоря, они оба были не сильны в кулинарии. Самое сложное блюдо, которое они могли приготовить, — это рамён быстрого приготовления. Да и то, готовить приходилось редко — раньше на их кухне, кроме кастрюли для рамёна и пары стаканов для соджу, вообще ничего не было. Вся кухонная утварь появилась только после того, как Хонджу начал печь.

— Ты видел нашу кухню? — рассмеялся Мугён. — Думаешь, я там что-то готовил?

— Тогда приготовьте сегодня для меня. Я хочу попробовать вашу еду, — спросил Хонджу.

— … Это что, тоже какая-то уловка? — спросил Мугён.

Хонджу промолчал и лишь вопросительно посмотрел на него. Мугён, к удивлению Хонджу, задумался.

«Неужели он согласится?» — с замиранием сердца подумал Хонджу.

— Не могу же я кормить тебя рамёном на отдыхе, — наконец пробормотал Мугён.

Он задумался, и Хонджу показалось, что он затаил дыхание.

— Можно что-нибудь сложное? — спросил Хонджу.

— Да какая разница? — фыркнул Мугён. — Я все равно не отличу сложное блюдо от простого.

Хонджу радовался, что Мугён ни капли не злился на него за эту странную просьбу.

— Тогда приготовьте мясо и суп, — попросил Хонджу.

Он помнил, как Мугёну понравилось это незамысловатое блюдо, когда они только приехали.

— Ладно, — вздохнул Мугён. — И чего я только не делаю ради тебя…

В этот момент подул ветер, взъерошив волосы Мугёна. Из-за туч выглянуло солнце, осветив его лицо мягким светом. Он улыбнулся, и Хонджу показалось, что его улыбка такая же теплая, как и солнечный свет.

— Наверное, вы меня очень… любите, — прошептал Хонджу.

Когда Хонджу произнес слово «любишь», его голос стал тише, словно он убавил громкость. Он почувствовал, как его щеки заливает краска, а по телу бегут мурашки.

— Что? — переспросил Мугён.

Он скрестил руки на груди и легонько толкнул Хонджу локтем в бок. Хонджу упрямо смотрел перед собой, часто моргая. Ему было так неловко, что он боялся посмотреть на Мугёна.

— Повтори, — потребовал Мугён.

— …

— Я же сказал, повтори.

Он снова толкнул Хонджу, и тот едва удержался, чтобы не потерять равновесие. Хонджу облизал пересохшие губы.

«Начни с малого. Повторяй это почаще, и тебе станет легче».

— Кажется, вы меня очень… любите, — повторил он.

— …

Хонджу сжал кулаки так сильно, что ладони вспотели. Но Мугён никак не отреагировал на его слова. Он все так же смотрел на Хонджу, склонив голову к плечу, и на его губах не играла даже тень улыбки.

— …

У Хонджу пересохло в горле.

«Неужели я перегнул палку?» — подумал он.

Он отвел взгляд, и в этот момент Мугён рассмеялся.

— Ты только сейчас это понял? — спросил он.

— … Нет, я не это… Просто…

— Кто надоумил тебя на эти признания? Гюо? Или кто-то из ребят в кафе?

Хонджу не мог же он рассказать ему о том, что подслушал разговор старшеклассников в кулинарной школе!

— Да неважно, кто именно, — пробормотал Хонджу.

— Как это неважно?! — возмутился Мугён. — Я должен же знать, кому выписывать премию!

Судя по всему, он решил, что кто-то из ребят в кафе надоумил Хонджу на эти признания. Иначе бы он не говорил про премию.

— Да ладно вам, неважно это, — отмахнулся Хонджу.

— Вот значит как, — протянул Мугён. — А я-то все думал, с чего это ты вдруг такой ласковый стал… Теперь понятно.

— …

— Раз уж ты тоже делаешь то, чего никогда раньше не делал, ты, наверное, и правда меня очень любишь? — спросил Мугён.

Хонджу не мог поверить, что их отношения так сильно изменились. Раньше Мугён казался ему пугающим и неприступным, а теперь Хонджу чувствовал себя с ним легко и непринужденно. Ему не хотелось думать о том, что будет, если Мугён когда-нибудь уйдет из его жизни. Наверное, он потратил всю свою удачу, чтобы встретить его.

— Хонджу?

Мугён легонько толкнул его плечом, и Хонджу вынырнул из своих мыслей.

— Да, — ответил он. — Поэтому я тоже стараюсь. Беру вас за руку, обнимаю…

Судя по всему, Мугён вспомнил о том, как Хонджу вел себя последние несколько дней, потому что он вдруг рассмеялся и опустил голову. Хонджу показалось, что у него даже плечи затряслись от смеха.

— Ну раз уж мы выяснили, что чувствуем друг к другу, пора переходить к следующему этапу, — наконец произнес Мугён, подняв на Хонджу глаза.

— К следующему… этапу? — не понял Хонджу.

— Ты же знаешь, чем занимаются взрослые люди на свидании, — усмехнулся Мугён.

Хонджу и так прекрасно знал, о чем говорит Мугён, — он слишком часто слышал эти разговоры. Все вокруг только и говорили о том, что влюбленные должны вместе есть, гулять и заниматься любовью.

— … Но сначала нужно поесть, — заявил Хонджу. — Я ужасно проголодался.

Хонджу и так съел гораздо больше обычного, да еще и десерт заказал. А по дороге на пляж он жаловался на то, что ему нужен желудочный сбор… Так что Мугён не поверил в его отговорку. Тем более что на его лице не было ни намека на улыбку.

— Не смеши меня, — отрезал он.

— …

— У меня сейчас другие потребности, — заявил Мугён и резко поднялся.

Его тень накрыла Хонджу с головой. Хонджу торопливо встал и потянулся за бутылкой сока, которую оставил на песке. Он принялся отряхивать бутылку от песка. В этот момент Мугён подошел к нему сзади, бросил сложенный коврик и положил руки Хонджу на бедра. Он несильно сжал его бедра, и Хонджу почувствовал, как по телу пробежали мурашки.

— Не думал, что когда-нибудь буду кому-то песок с задницы стряхивать, — пробормотал Мугён. — Ты и правда особенный, Хонджу. Верно?

— …

— Не веришь? Так я тебе докажу!

«Дело не в том, что я тебе не верю, а в том, что мне неловко», — подумал Хонджу, но промолчал. Мугён был мастером ставить его в тупик.

— … Не надо ничего доказывать. Я и так все понимаю, правда, — пробормотал Хонджу.

Но Мугён его словно не услышал. Он обнял Хонджу за плечи и притянул к себе. Хонджу почувствовал запах его парфюма, смешанный с запахом морского бриза. Он поднял голову и посмотрел на Мугёна.

— Нет, я все равно тебе все докажу, — прошептал Мугён, прикрыв глаза.

— …

— Не красней, нас же увидят, — усмехнулся Мугён. — Идем уже.

— Мне кажется, что вы привлекаете еще больше внимания.

— Знаю, я специально, — ухмыльнулся Мугён.

Он прекрасно понимал, что Хонджу просто упрямится.

— … Ладно, пошли, — сдался Хонджу.

Кажется, он начинал понимать, как нужно обращаться с Мугёном.

— Вот и умница, — улыбнулся Мугён.

Они направились к вилле. Их следы — большие и маленькие — тянулись по песку ровной линией. Если раньше они шли, не обращая друг на друга внимания и лишь глядя вперед, то теперь шагали рядом, и могли опереться друг на друга. Хонджу чувствовал, что теперь он не одинок.

Глава 64

— Вы что, очень спешите? — спросил Хонджу.

— Я же сказал, что тороплюсь, — прорычал Мугён.

Он вёл себя странно с того самого момента, как они сели в машину. Его тяжелое дыхание обжигало кожу, а от прикосновений, от этих настойчивых ласк, которыми он осыпал его бёдра и талию, хотелось зажмуриться.

— Чёрт, у меня все горит, — пробормотал Мугён, едва они переступили порог виллы.

Он толкнул Хонджу на кровать и навис над ним. Мугён обхватил его бёдра своими коленями, не давая Хонджу и шанса вырваться. Затем принялся расстегивать пуговицы на рубашке — маленькие перламутровые пуговицы градом посыпались на пол. Наконец он стянул с себя рубашку и наклонился над Хонджу.

— Подождите… Я хотел бы принять душ… — пробормотал Хонджу.

Конечно, сегодня была не такая уж и жара, но Хонджу все равно чувствовал себя неловко.

— Мы только что с пляжа, и на меня мог налипнуть песок.

— Мне нравится запах твоей кожи, так что плевать, — прошептал Мугён, проводя языком по его шее.

Хонджу вздрогнул и невольно выгнулся навстречу его прикосновениям. Мугён обнял его за талию, и Хонджу почувствовал, как его рука скользит по его спине, а пальцы теребят пуговицы на рубашке.

— Ты сам ее снимешь? — спросил Мугён, отрываясь от его шеи. — А то я, кажется, сейчас ее с тебя сорву.

Его слова прозвучали до невероятного чувственно. Хонджу покраснел и опустил глаза. С того момента, как они переступили порог, Мугён не давал ему продохнуть, целуя с какой-то отчаянной страстью. Руки Хонджу дрожали.

Пока он пытался справиться с пуговицами, Мугён скинул с себя одежду и отбросил её на пол, а затем приспустил с Хонджу шорты и бельё.

— Стараешься, я смотрю, — усмехнулся Мугён.

— Я… Подождите секунду, — пробормотал Хонджу.

Не дав ему стянуть шорты до конца, Мугён наклонился и прижался губами к его животу, начав выписывать языком влажные узоры. Эти движения для Хонджу уже стали привычными — он развёл ноги, давая Мугёну доступ к внутренней стороне бедра. Горячее дыхание опаляло кожу, по спине пробегали мурашки, дыхание сбилось.

— Только… не там, — простонал Хонджу.

Мугён накрыл губами чувствительную кожу, и Хонджу вздрогнул, чувствуя, как по телу разливается тупая боль. Наверняка на этом месте останутся красные отметины.

— Если хочешь, чтобы я перешёл к твоей груди, сначала сними рубашку, — прорычал Мугён, сверкая налитыми кровью глазами.

Он облизнул губы, и Хонджу почувствовал, как его тело отзывается на каждое движение, на каждый звук его голоса.

— Ох, ну правда…

Пальцы Хонджу дрожали. Ему с трудом удалось расстегнуть рубашку. Мугён, словно только этого и ждал, приподнялся и принялся целовать его — плечи, линию ключиц, изгиб руки…

— Хватит… щекотно, — прошептал Хонджу.

Каждый раз, когда он чувствовал горячее дыхание Мугёна, его тело вздрагивало и невольно напрягалось. Возможно, это было из-за нескольких половых актов, которые произошли с момента их приезда и до самого отъезда в аэропорт. Его слегка опухшее отверстие пульсировало, словно в предвкушении.

— Мы правда это сделаем? — спросил Хонджу.

— Почему нет? Ты хорошо пахнешь, — ответил Мугён, целуя его оголенное тело и затем беря сосок в рот. Хонджу почувствовал, как язык Мугёна скользит по его соску, и ему показалось, что его член стал еще тверже.

— Дело не в этом…

Обычно Мугён долго растягивал прелюдию. Иногда Хонджу просто валился с ног после нескольких раундов. Но стоило ему понять, что Мугён так долго ласкает его только для того, чтобы потом воспользоваться его усталостью и сделать то, на что Хонджу никогда бы не согласился в трезвом уме, он решил, оставаться в сознании как можно дольше.

— Если мы будем это делать... я хочу, чтобы вы сразу вошли в меня, — сказал Хонджу.

— …

— И… и не лизать. Там… и так все влажно.

Конечно, ему редко удавалось достичь этой цели. Мугён, наблюдая, как Хонджу ерзает и обвивает ногами его талию, коротко засмеялся.

— И у кого же ты научился быть таким настойчивым?— спросил он.

— … Никто меня не учил. Я… я просто тоже хочу поскорее, — ответил Хонджу.

Он и правда хотел. Мугён все время трогал и возбуждал его с самого приезда, а теперь только ласкал. Честно говоря, Хонджу немного нервничал. Ведь есть же вещи, которые приятны им обоим.

— Ха-ха, — Мугён засмеялся, прижавшись лбом к его груди. Затем он резко поднял голову, и на его лице все еще играла улыбка. Хонджу подумал, что несмотря на то, что черты его лица были довольно холодными, улыбка ему шла.

— Ты сильно вырос, — прошептал он и провел рукой по волосам Хонджу.

Мугён облизал нижнюю губу Хонджу и, согнув руку, оперся на кровать над его головой. Хонджу оказался полностью в его тени, но это вызывало не страх, а скорее чувство безопасности.

— Стал совсем взрослым.

Хонджу не видел его члена, но мог представить, каким твердым он стал. После того, как Мугён сделал эпиляцию, Хонджу стало почему-то неловко смотреть на него в такие моменты. Но он помнил, каким большим, упругим, с выступающими венками он был.

— Ах… — Хонджу вздрогнул, когда почувствовал горячее прикосновение к входу.

— Ты же сам просил сразу войти. Расслабься, иначе будет больно, — пробормотал Мугён.

Гладкая, набухшая головка тыкалась в влажную плоть, издавая чмокающие звуки, похожие на те, что раздавались во время поцелуя.

Хонджу задрожал.

— Вот так, — прошептал Мугён. — Расслабься.

Хонджу обхватил плечи Мугёна и глубоко вздохнул. Воспользовавшись этим, Мугён раздвинул возбужденной плотью его складки и проник внутрь.

— А… ах… — простонал Хонджу.

Ноги Хонджу, обхватывающие бедра Мугёна, неуклюже соскользнули и раздвинулись под напором входящего члена.

— Ах… весь… вошел…

— Угу.

Хонджу не мог понять, ответил ли он или простонал. С момента проникновения Мугён не отрывался от его губ, и жадно дышал.

Стоило Хонджу немного сжать мышцы, как аккуратные брови Мугёна хмурились, а на лбу вздувались вены.

— Ах… — выдохнул он и вошел в него еще глубже.

Хонджу почувствовал легкую боль, когда его внутренности растянулись, принимая в себя его твердый член, но эта боль была скорее приятной.

— Ах… — простонал он. — Кажется, я уже растянут до предела …

Мугён вошел в него до конца и наклонился ниже, покрывая его лицо поцелуями.

— Все в порядке? — прошептал он.

Хонджу молча кивнул, и его волосы растрепались по подушке. Мугён, дождавшись, пока напряжение в его теле спадет после глубокого проникновения, начал медленно двигаться.

— Ах… ах… мм… — простонал Хонджу.

Мугён двигался медленно, словно дразня его, а потом вошел в него одним резким толчком. Хонджу вскрикнул и зажмурился.

— Ах… да…

Мугён тоже не сдерживал стонов, и от этого Хонджу становилось только жарче.

— Ку Хонджу… ах… — прошептал Мугён.

Их тела двигались в унисон, и комната наполнилась звуками их страсти.

— Ах… — простонал Хонджу, чувствуя, как его член упирается в живот Мугёна.

Низ живота и член Хонджу заныли, словно он вот-вот должен был кончить. Он запрокинул голову, держась за плечи Мугёна. Горячие губы Мугёна прижались к его шее, словно кусая.

— Ах… Ку Хонджу… Хонджу…

Мугён не переставая звал его по имени, перемежая слова глухими стонами. Хонджу опустил взгляд и увидел, как Мугён кусает его подбородок. Глаза Мугёна были закрыты, между бровей залегла морщина, а из раскрытых губ вырывались приглушенные стоны. При этом он продолжал неистово двигаться внутри Хонджу.

Мугён двигался все быстрее, и с каждым толчком Хонджу чувствовал, как его член упирается в живот Мугёна.

— А… ах… — простонал он.

— Ах… — простонал Мугён. — Блять…

Их тела были мокрыми от пота и смазки. Мугён настойчиво терся головкой члена об одно определенное место на внутренней стенке Хонджу. Даже легкое прикосновение по нему вызывало у Хонджу ощущение электрического разряда.

— Ах… да… — простонал Хонджу.

— Ах… тебе нравится?

Мугён шептал ему на ухо, прижимаясь губами к его правому уху. Эти слова, смешанные со стонами, еще сильнее возбуждали Хонджу.

Он излился, не дожидаясь, пока Мугён дотронется до него. Хонджу чувствовал, как из него что-то вытекает, но их тела были так тесно прижаты друг к другу, что жидкости некуда было деваться.

— Ах… — простонал он. — Директор… я…

— Я знаю, — прохрипел Мугён, прижимая его к себе. — Кончай сколько хочешь… Мне нравится, когда твоя сперма на мне везде.

Он провел языком по его уху, и Хонджу застонал. Мугён обнял его еще крепче и вошел в него с новой силой. Он двигался все быстрее, и Хонджу уже не мог сдержать стонов.

— Ах… что вы… ах… — простонал он.

Он чувствовал, как его семя вытекает из него, смешиваясь с потом. Хонджу обвил ногами бедра Мугёна и кончил.

— Ах… — выдохнул Мугён, прижимая его к себе.

Его грудь вздымалась, и Хонджу почувствовал, как его собственное сердцебиение постепенно успокаивается.

— А… подожди… я не могу дышать… — прошептал он.

Мугён тут же перестал двигаться и приподнялся. Между их животами протянулась тонкая ниточка смазки, смешанной с семенем. Хонджу почувствовал, как его лицо заливает краска.

— Ах… — выдохнул он.

— Кажется, тебе понравилось, — прошептал Мугён, глядя на него.

Их тела все еще соприкасались, и Хонджу чувствовал жар его кожи. Он отвел взгляд, не в силах вынести его пристального взгляда.

— Ах… — простонал Мугён.

Он снова начал двигаться, и Хонджу почувствовал, как его член опять напрягается. Мугён двигался размеренно, но настойчиво, и Хонджу стонал от каждого толчка.

— Ах…

— Ах… — вторил ему Мугён, целуя его в шею. — Ты такой… чувствительный…

Его слова, смешанные со стонами, заставляли Хонджу забыть обо всем.

— Х-хватит, — Хонджу быстро протянул руку и зажал себе рот. Влажное дыхание проникло сквозь согнутые пальцы. На лице Мугёна мелькнула улыбка, а затем что-то мягкое и влажное медленно прошлось по его ладони. Язык облизал его пальцы, добрался до кольца на безымянном пальце.

— Ах… — простонал Хонджу и отдернул руку.

Он сжал мышцы, и Мугён издал протяжный стон.

— Чёрт… — прохрипел он.

Его грудь, покрытая потом, вздымалась в такт с учащенным дыханием, а на шее пульсировала жилка. Хонджу с трудом сглотнул, чувствуя, как его собственное тело отзывается на его возбуждение. Влажные от пота волосы прилипли ко лбу. Его взгляд пылал, словно он готов был сейчас же наброситься на Хонджу.

— Зачем… зачем вы облизываете? — спросил Хонджу. — прошептал он, когда Мугён наклонился к нему и провел языком по его руке.

Хонджу пытался оттолкнуть Мугёна, ударяя его кулаками в грудь, но тот даже не шелохнулся.

— А зачем ты закрываешь рот? Это же так возбуждает, — усмехнулся Мугён.

— Мне неловко… так громко… стонать… — пробормотал Хонджу.

Мугён рассмеялся и прижал его колени к груди.

— Ах… — простонал Хонджу, чувствуя, как его член снова напрягается.

— Ненавидел, когда приходилось сдерживаться из-за бритья несколько дней, — прошептал Мугён ему на ухо. — Но сейчас… черт… как же это хорошо…

«Мы же воздерживались тогда от секса всего несколько дней», — подумал Хонджу.

И даже за это время он снимал с него штаны и брал в рот. Если бы Хонджу мог делать эпиляцию, то у него была бы возможность использовать это как предлог, воздержания хотя бы несколько дней. В такие моменты он жалел, что у него не растут волосы.

Хлюпающие звуки сменились ощущением капель, стекающих по внутренней стороне бедер. Мугён сделал еще несколько резких толчков и поднялся. Вязкая сперма снова растянулась между ними. Перемешавшись с потом, она добралась до его груди.

— Раньше… — прошептал Мугён, прижимаясь плотнее. — Раньше, когда я входил в тебя до конца, твоя кожа вся краснела…

— Ах… подожди… — простонал Хонджу.

Мугён притянул его разведенные бедра к себе и резко вошел. Головка его члена уперлась в самую глубину, и мягкие стенки плотно обхватили его.

— Смотри, — прошептал Мугён и взял его за руку.

Он прижал его ладонь к их переплетенным телам, и Хонджу почувствовал жар его кожи и горячую жидкость.

— Чт… что вы делаете? — пробормотал Хонджу, пытаясь вырваться.

Но Мугён крепко держал его руку, не давая отстраниться.

— Чувствуешь? — прошептал он. — Твоя кожа… как она прижимается ко мне?

Хонджу вспомнил, как Мугён переживал, что во время секса на его коже из-за волос появляются красные следы из-за натирания. Наверное, именно поэтому он решил сделать эпиляцию.

— Она… такая горячая… и мягкая… — прошептал Мугён, водя его рукой по их переплетенным телам. Хонджу чувствовал, как пульсирует его член, как выступает смазка...— И такая влажная…

Все эти ощущения стали невероятно яркими.

— Тебе же приятно, да? — прохрипел Мугён.

Судя по всему, ему самому все это очень даже нравилось.

— Да… директор, — пробормотал Хонджу.

Он чувствовал, как горит его лицо. Хонджу зажмурился, не в силах вынести его взгляда.

— Ты сводишь меня с ума, Ку Хонджу… — прошептал Мугён.

Лишившись зрения, Хонджу стал острее воспринимать все остальные ощущения. Он чувствовал каждый толчок, каждое движение его тела.

— Не… не говорите … — прошептал Хонджу.

Хонджу казалось, что он чувствует легкую вибрацию от его смеха.

— Ах…

Хонджу напряг мышцы живота, сжал вход и поёрзал бёдрами.

Мугён стиснул зубы и отвел бедра.

— Блять… — выдохнул он.

Внезапно лицо Мугёна исказила гримаса. Он закусил нижнюю губу и резко вытащил член. Сперма начала извергаться уже тогда, когда он наполовину вышел, и стенки Хонджу жадно впитали ее.

Вынув член, Мугён быстро начал мастурбировать. После нескольких особенно резких движений из ствола, из которого только что изливалась беловатая жидкость, хлынула прозрачная струя.

Хонджу опустил глаза и увидел, как по его бедрам стекает какая-то жидкость.

— Черт…

С его члена все еще падали капли.

Его дыхание было прерывистым. Каждый раз, когда Мугён выдыхал, вход в Хонджу непроизвольно сжимался и разжимался. Так как он впитал часть спермы Мугёна, при каждом расслаблении из него что-то вытекало.

Прозрачная жидкость обильно стекала по дрожащим бедрам и члену Хонджу, брызги попали на грудь, руки и подбородок.

Мугён, нахмурившись, продолжал двигать рукой, а затем резко распахнул глаза. Их взгляды встретились, и в глазах Мугёна читалось сдерживаемое возбуждение, Хонджу лишь бессмысленно моргал.

— Блять.

— Что…?

— Ах… что же мне делать…?

Хонджу поёрзал бедрами, и из плотно сжатого входа снова вытекла жидкость.

Одновременно с этим, смесь спермы и смазки стекала по бокам Хонджу, щекоча его.

—…

Нет. Эта жидкость определенно не была спермой. Но и не пахла мочой.  Мугён затрясся от смеха. Почему он смеется? Хонджу недоуменно смотрел на него.

— А...

Пылающий взгляд Мугёна скользил по влажному телу Хонджу. Затем он резко наклонился, и их тела снова соприкоснулись, теперь еще более скользкие, чем прежде.

Мугён уткнулся лицом в грудь Хонджу и глубоко вздохнул.

— Вот почему... я, блять... ах...

Он прижался носом к груди Хонджу, испачканной потом, спермой и неизвестной жидкостью, и закусил ее губами, продолжая смеяться. Хонджу все еще не понимал, что происходит.

— Обними меня, — произнес Мугён. Это прозвучало как приказ, но, судя по тому, как он прижимался к Хонджу, скорее походило на просьбу.

— Хорошо...

Хонджу, дрожащими руками, обнял его. Мугён поерзал, устраиваясь поудобнее, и снова вошел в него. Его член мягко проник в влажное, плотно сжатое отверстие и начал медленно двигаться, используя оставшуюся сперму, как смазку.

— Занимаемся сексом… а я, блять, как маленький, кончил фонтаном... Смешно, да? — прошептал Мугён, целуя его в шею.

Обычно Мугён старался не ругаться при нем, но сегодня он уже несколько раз выругался в постели. Его голос был хриплым от волнения, а на шее вздулись вены.

— В-вам... вам же понравилось? — с трудом проговорил Хонджу.

Мугён, обнимая его, просунув руки под лопатки, тихо засмеялся.

— Да. Потому что я люблю тебя, Ку Хонджу.

Его слова были сказаны так просто и естественно, что Хонджу на мгновение замер. Он подумал, как было бы хорошо, если бы он сейчас на нем был слуховой аппарат. Тогда бы он мог яснее слышать голос Мугёна, произносящего эти слова.

— Т-тогда… это совсем не смешно, — прошептал он.

— … — простонал Мугён в ответ.

Хонджу прижал его к себе еще крепче, желая, чтобы он почувствовал, как бешено бьется его сердце. Мугён медленно поднял голову и провел языком по его шее, собирая капельки пота.

— Я тоже... — прошептал Хонджу.— Я тоже... так же...

— Я знаю, — ответил Мугён, целуя его в губы.

Их языки сплелись, жадно поглощая дыхание друг друга.

Так закончился последний день отпуска. Они не успели сделать и половины запланированного, но ни чуть об этом не жалели.

***

Хонджу открыл глаза. Тело ломило от усталости, но на душе было легко и радостно. Он с трудом отвел взгляд к широко распахнутым складным дверям, за которыми сиял солнечный день. Свежий ветерок, проникавший сквозь них, ласкал его ноги.

— Кхм, кхм, — прочистил он горло, охрипшее, словно после сна, и натянул одеяло повыше.

И тут Хонджу заметил Мугёна, стоявшего во дворе. Тот, казалось, только что постирал постельное белье и теперь развешивал его на веревке.

— Вот уж не его это дело, — усмехнулся Хонджу, прикрыв рот одеялом.

Простыня под ним была мягкой и ароматной. Ни от одной капли жидкости, которым вчера было наполнено его тело, не осталось и следа.

Осознание того, что все это происходит с ним на самом деле, наполняло его такой радостью, что на глаза наворачивались слезы. Кем бы он был сейчас, не повстречай он Мугёна? Хонджу больше не мог и представить.

«Просто считай, что наверстываешь упущенное счастье. В конце концов, ты это заслужил», — говорил как-то Мугён, но Хонджу не мог с ним согласиться.

Ведь если бы его отец не бросил его, если бы не связался с азартными играми и жил бы нормальной жизнью, то Хонджу вряд ли смог бы испытать столько счастья.

— Директор, — тихо позвал он, но голос не достиг Мугёна, который был во дворе.

— Сон Мугён, — повторил он чуть громче, решившись назвать его по имени. В груди приятно защекотало, словно от слов, что он не решался произнести.

Мугён всё ещё не слышал его. Хонджу тихонько усмехнулся. С самого пробуждения он ощущал такую радость и счастье от увиденного, что не мог сдержать улыбку.

В детстве он ненавидел просыпаться. Ему было грустно видеть заходящее солнце, а ночь пугала неизбежностью остаться один на один со своими ранами.

Сколько раз он мечтал просто исчезнуть в ночной тьме…

Хонджу машинально коснулся левого уха, в котором не было слухового аппарата. Ухо, которое лишилось слуха, когда он чуть не умер, пытаясь сбежать.

«Как же хорошо, что я тогда не умер», — подумал Хонджу, глядя на спину Мугёна.

— Мугён… — на этот раз он произнес имя без фамилии, и как по волшебству тот обернулся.

Несмотря на расстояние, их взгляды встретились. Мугён отряхнул руки и направился к дому. Проходя из сада в гостиную, он мельком взглянул на часы.

— Хорошо спалось?

В его голосе, пусть и не достигавшем до одного уха, чувствовалась безграничная нежность. Хонджу никогда не знал настоящей любви, но сейчас он чувствовал ее каждой клеточкой своего существа.

— Угу, — промычал он в ответ.

— Поешь, отдохни как следует, а потом отправимся в аэропорт… — Мугён не успел договорить.

Хонджу резко сел на кровати, придвинулся к нему и обнял. Мугён на мгновение замер от неожиданности, но тут же расслабился, обнял его в ответ и нежно погладил по спине.

— Скажи, что я молодец. Что я хорошо держался, — попросил Хонджу.

— Молодец, хорошо держался. Умница моя, — послушно повторил Мугён, ласково целуя его в макушку.

Он ещё какое-то время гладил его по голове, а потом спросил уже серьёзнее:

— Но тебе ведь было очень тяжело вчера, да?

Казалось, он имел в виду вчерашний секс, говоря о том, что Хонджу хорошо держался. И хотя Хонджу действительно было тяжело из-за чрезмерного возбуждения Мугёна, всё равно это было прекрасно. Он был счастлив чувствовать его любовь всем своим существом.

— Нет, я не об этом… — начал было Хонджу, и Мугён, отстранившись, вопросительно посмотрел на него.

— А о чём же?

Хотя страсть на его лице, ещё таком близком всего несколько часов назад, и улеглась, нежность никуда не делась. Это заставило Хонджу улыбнуться.

— Может, перенесём вылет? — предложил он.

— Хочешь побыть здесь подольше? — Мугён втянул воздух сквозь зубы и слегка склонил голову набок, словно спрашивая, с чего это вдруг Хонджу такое предлагает.

Хонджу опустил голову и сжал его руку, которая всё ещё лежала у него на талии.

— Всего на два часа. Как тогда, по дороге сюда, — прошептал Хонджу, касаясь губами кольца на его пальце, и медленно поднял глаза.

На несколько мгновений повисло молчание. Из открытой двери доносилось пение птиц и шелест листвы. Наконец, губы Мугёна тронула улыбка.

— А, — он тряхнул плечами, словно только что понял смысл его слов, и рассмеялся. — Так вот ты о чём. Что ж, давай.

— Угу, — закивал Хонджу, опасаясь, что его ответ прозвучал недостаточно убедительно.

— Тебе тут очень нравится, да? Надо будет приехать ещё и остаться подольше, правда?

Хонджу не мог вымолвить ни слова, словно потеряв голос, и лишь энергично закивал в ответ. Затем он прильнул губами к его губам, тронутым лёгкой улыбкой.

Лёгкий ветерок обдувал им лица. Здесь не было ни запаха пыли и сигаретного дыма игорного дома, ни грязных ругательств и кошмарных снов.

Лишь запах свежей травы и пение птиц вдалеке. Тепло их тел и дыхания. И любовь, переполнявшая их сердца.

Конец.

Страница книги Три-восемь в интернете

Table of Contents

Глава 0 - Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

О книге