Глава 1 - Если тебе так нравится смотреть, почему бы тебе не сесть поближе и посмотреть?

В тесном и узком переулке.

На пестрые стены были наклеены полуразорванные объявления о пропавших детях. В переулке раздался шум, сопровождаемый редкими звуками ударов кулаков по телу, а также немногочисленными  оскорблениями и проклятиями.

Когда Ван Луань прибыл, он случайно услышал болезненный крик . Его сердце дрогнуло. Он поднял бейсбольную биту, которую только что украл из дома, и бросился вперед, громко крича: «К черту вы, ублюдки, и ваши подлые атаки! Вы смеете трогать моего брата?! Даже не думайте сегодня о побеге! Подожди Ю Фань, я иду-"

Увидев ситуацию в переулке, Ван Луань немедленно остановился. Он проглотил слова ,которые собирался сказать .

Он увидел, как несколько человек корчились на земле и стонали, хватаясь за раны. Среди них в худшем состоянии оказался мужчина с короткой стрижкой, шипевший от боли.

Рядом со стриженым мужчиной стоял человек.

Мальчик был стройным и высоким, с закатанными до локтей рукавами, обнажавшими тонкие и бледные предплечья.

Ю Фань вытер уголки губ и отряхнулся, прежде чем медленно присесть на корточки. Он посмотрел на человека, лежащего на земле.

Он держал в руке закрытый складной нож и похлопывал им по лицу коротко подстриженного человека: «Ты будешь бить меня каждый раз, когда увидишь меня?»

Мужчина с короткой стрижкой, который недавно вел себя высокомерно,  зажмурил глаза. Он растянулся на земле. «Нет… Я не это говорил…»

Ю Фань сказал: «В следующий раз приведите больше людей».

«........»

-

Двадцать минут назад Ван Луань позвонил Ю Фаню, желая пригласить его в интернет-кафе, но пока они болтали, что-то произошло на другом конце провода . Ю Фаня кто-то остановил, и судя по звукам в результате другая сторона привела с собой еще несколько человек.

Ю Фань поспешно сказал: «Мы поговорим позже», прежде чем повесить трубку, оставив Ван Луаня очень встревоженным. К счастью, он заранее спросил, где находится Ю Фань, поэтому поспешно вызвал машину.

-

Ван Луань неловко опустил бейсбольную биту и начал считать. Всего на земле лежало пять человек, и все они были большими и сильными.

Ю Фань встал и небрежно сунул складной нож в карман. Проходя мимо, он легкомысленно сказал: «Пойдем».

Только когда Ю Фань прошел определенное расстояние, Ван Луань пришел в себя. Он поспешил за ним со своей бейсбольной битой.

Пройдя несколько сотен метров, они снова оказались на знакомой улице. Еще несколько шагов, и они у ворот их школы.

Поскольку занятия в школе еще не начались, территория вокруг школы была пуста.

Эти двое вошли в магазин "Milk Tea" ,  в который они обычно  ходят.

Поприветствовав владельца, Ван Луань осмотрел знакомый магазин и наконец смог расслабиться: «Блять! Я так испугался ! Почему ты не дождался меня?»

Ю Фань купил пачку салфеток, наугад выбрал скамейку возле магазина и сел: «Подождать тебя? С твоей то скоростью ты, вероятно, успеешь прибыть только для того, чтобы закрыть мне лицо белой тканью.»

«Эй, Эй,Эй!» Ван Луань выкрикнул: «Я не прошу тебя просто стоять там, ты не можешь хотя бы  сбежать? Если на их стороне так много людей, что, если ты не сможешь выиграть против них?»

«Слишко м утомительно. Не хочу бежать».

Ван Луань кивнул. Это действительно более утомительно, чем драться одному  против пяти.

На лице Ю Фаня было два синяка, а из уголков его губ текла кровь. Несколько проходящих мимо людей не могли не взглянуть на него .

Он достал салфетку и грубо вытер себя:«В какой интернет-кафе ты хотел пойти?»

«Ты все еще хочешь пойти в таком состоянии? Забудь »Ван Луань достал телефон и отправил голосовое сообщение: «Эй, ребята, не приходите. Ю Фань  избил их всех в одиночку .  »

«Ты даже позвал на помощь? »

«Конечно.  Мы были бы в невыгодном положении, если бы нас было двое, а их пятеро! Хаа, я даже украл у отца бейсбольную биту...«Ван Луань внезапно кое-что вспомнил. Он подсознательно заглянул в его карман: «Кстати, почему ты носишь с собой нож? »

«Это не мое. Они это принесли »

«Они даже нож принесли?! »Ван Луань ахнул и тут же осмотрел его с ног до головы: «Я слышал, что у людей из соседней школы нет чувства морали , но я не ожидал, что они будут настолько сумасшедшими! »

Ю Фань ничего не ответил. Он вытащил из кармана телефон. К счастью, он все еще цел.

На экране его телефона появилось более двадцати уведомлений WeChat. Он уже мог сказать, что это было сообщение Ван Луаня в их групповом чате. Он не удосужился прочитать их.

Однако Ван Луань, стоявший рядом с ним, все еще взволнованно переписывался. Он отправил еще одно голосовое сообщение и сказал с насмешкой: «Кто еще это мог быть? Это люди из соседней школы. Разве двое из них не подошли к нашей школе в прошлый раз, чтобы попытаться вымогать деньги? И они пытались сделать это с нами, но мы их избили. Оказывается, они были лакеями того коротко стриженного. Как только этот  стриженный парень узнал об этом, он заявил, что будет избивать нас каждый раз, когда увидит. Чувак, ты бы видел, как он был напуган. Он даже не посмел издать ни звука после того, как Ю Фань поставил его на место».

Ван Луань отложил телефон и повернулся, чтобы посмотреть на Ю Фаня, который был занят протиранием салфеткой раны в уголке губы.

Он сморщил лицо и зашипел: «сссс.......»

Ю Фань остановился : «У тебя тоже рана на лице?»

«Мне больно просто смотреть на тебя». Ван Луань на мгновение задумался и встал: «Почему бы нам не пойти в больницу?»

«Ага конечно, давай вызывай машину. » Ю Фань вздернул  подбородок : « Через некоторое время раны сами заживут».

«……» Ван Луань : «Из всех мест это должно было быть лицо. Школа начинается завтра. Когда Фанцинь увидит твое лицо, она тебя отругает».

Фанцинь была их классным руководителем. Ее фамилия была Чжуан, но наедине все в классе любили называть ее по имени.

Говоря о школе, Ю Фань подсознательно взглянул на школьные ворота.

«Почему ворота школы открыты?» Ю Фань поднял бровь.

«У третьекурсников занятия. Они начинаются на полмесяца раньше, чем наши». Ван Луань сделал глоток чая с молоком: «Наши уроки тоже начинается раньше. Я слышал, что несколько лучших учеников были выбраны в какой-то класс на зимних каникулах. Это, конечно, отстойно быть лучшим учеником».

Ю Фань отвел взгляд и слегка издал звук подтверждения.

Когда уроки в  школе заканчивались , киоски с барбекю через дорогу открывались . По улицам разносился аромат жареного мяса, покрытого специей тмина.

Ван Луань спешил на помощь ранее , и у него не было времени поесть. Он унюхал аромат  и больше не мог сидеть на месте: «Ты, должно быть, устал от всей этой борьбы.

Пойдем, пойдем, съедим что-нибудь, чтобы набить желудок».

«Не хочу. Иди ешь сам». Ю Фань махнул рукой.

«Хорошо, тогда подожди здесь. Я вернусь после того, как закажу еду собой».

Телефон в его кармане продолжал звонить. Непрекращающие звуки уведомлении  начали раздражать. Ю Фань открыл групповой чат и увидел, что Ван Луань все еще переписывается в групповом чате. Даже просто заговорив о  шашлыке , он смог настрочить  более 99 уведомлений.

Он включил функцию «Не беспокоить» и сунул телефон обратно в карман. По пути его рука наткнулась на что-то металлическое.

Ю Фань помолчал несколько секунд, прежде чем достать черный складной нож.

Как только занятия закончились, ученики в школьной форме начали выходить через школьные ворота.

Две девушки вышли рука об руку, болтая и смеясь.

«Как справилась с  сегодняшним тестом?»

«Ой, даже не говори об этом. Это было так сложно, что я могла только вслепую угадать последний вопрос. А ты?»

"Я? Наверное, я снова на последнем месте. Хаа, как я вообще попала на эти зимние каникулы? Я совершенно не из того же мира, что и такие гении, как вы , ребята!» Сказав это, она потянулась и сказала : «Забудь об этом, школа все равно начинается завтра. Я просто вернусь в обычный класс и буду отлынивать . Я хочу выпить чашку чая с молоком. Ты идешь?»

Другая девушка кивнула в знак согласия, и они повернулись и направились к магазину чая с молоком. Когда они сделали несколько шагов, подруга  рядом с ней внезапно схватила ее за рубашку и потянул назад.

«В чем дело? » Девушка была удивлена.

«Забудь, не пойдем… » Подруга все еще пристально смотрела на магазин чая с молоком впереди. Она прошептала тихим голосом: «Посмотри, кто там сидит!»

Она проследила за взглядом своей подруги и осмотрелась.

Этот магазин чая с молоком уже много лет открыт рядом со школой. Поскольку это было и вкусно, и дешево, после школы магазин заполнялся людьми.

Но в этот момент, хотя там было несколько человек, они просто заказывали  чай с молокоми сразу уходили. Возле магазина сидел только один человек.

Этот человек лениво сидел, небрежно вытянув длинные ноги. Его растрепанные волосы были такими длинными, почти доходили до ресниц, а поскольку он был очень бледен, синяки на его лице были особенно заметны. В уголке его губ остались даже пятна крови.

Хотя все вокруг него были одеты в опрятную зимнюю школьную форму, только он носил грязно-белую толстовку.

Опустив голову, он играл со складным ножом в руках. Используя извлеченное лезвие, он прижал его к тыльной стороне ладони, словно проверяя, насколько острый нож.

Хотя девушка не узнала его, она подсознательно сделала шаг назад: «Он…» «Ю Фань!» Ее подруга сказала: «Тот, что из седьмого класса!»

«Кажется, его лицо в ушибах?»

«Это случается часто. Должно быть, он только что с кем-то поругался. Ее подруга была в недоумении: «Ты не слышал о Ю Фане?»

"Нет." Девушка покачала головой и на мгновение задумалась: «Но мне кажется, что я слышала много критики в его адрес во время церемонии поднятия флага».

Ее подруга притворилась, что выбирает что-то на прилавке в ближайшем магазине, а она тайно посмотрела в его сторону: «У меня есть друг, который учится с ним в одном классе. Я слышала, что он....когда он впервые поступил в среднюю школу, он подрался с третьекурсниками и сумел избить их до слез. Обычно он спит или пропускает занятия, а еще у него очень плохой характер! Кто-то просто взглянул на него в столовой, и он швырнул прямо на человека целый поднос с едой. Ох, и он, кажется, еще и учительницу ударил..... В любом случае он хулиган!»

Он настолько страшен?

Девушка ошарашенно слушала ее описания. Как раз в тот момент, когда она собиралась сказать своей подруге, чтобы уйти отсюда, мальчик вдалеке внезапно двинулся.

Возможно, это произошло из-за того, что он плохо контролировал свою силу, лезвие вошло в тыльную сторону его руки, оставив маленькую тонкую рану. Капли крови сочились.

Девушка ахнула! Прежде чем она успела среагировать, она увидела, как Ю Фань, нахмурившись, отбросил нож в сторону и прижал кусок ткани к ране. Затем он поднял глаза ---- и посмотрел в их сторону.

Когда он поднял глаза, девушка, наконец, смогла как следует рассмотреть лицо Ю Фаня ---- На самом деле, она тоже видела его на церемонии поднятия флага, но оно было гораздо менее ясным, чем в этот момент.

Глаза Ю Фаня были длинными и узкими, в углу правого глаза была маленькая родинка, а также еще одна на щеке. Когда он посмотрел на нее, его лицо было покрыто ранами, девушка почувствовала, как по ней пробежал холодок-----

О, нет.

Он точно сейчас выльет на меня  чай с молоком.

Но очень скоро она поняла, что что-то не так.

Ю Фань… кажется, он на них не смотрел?

Девушка была ошеломлена на несколько секунд, прежде чем обернуться и обнаружить, что позади них стоит студент мужского пола.

Студент был высокого роста и стоял, как высокая и прямая сосна, среди толпы людей. Свою сумку он нес на одном плече, а форма его была очень опрятной и без единой складки.

Она также почувствовала слабый запах акации.

В этот момент его взгляд также был направлен на магазин чая с молоком впереди.

Глаза девушки слегка расширились ----- Хотя она, возможно, и не знала о Ю Фане, у нее осталось глубокое впечатление об этом человеке.

В конце концов, их места на экзамене всегда будут распределяться в соответствии с их рангами, и этот человек всегда будет на первом месте в первом ряду первого класса.

Ю Фань уже давно заметил, что кто-то смотрит на него.

Но он не ожидал, что другой человек продолжит бесстрастно смотреть на него, когда он оглянется в ответ. Несколько секунд спустя, возможно, потому, что он увидел рану на лице, собеседник, казалось, нахмурился от отвращения.

При этом Ю Фань почему-то почувствовал раздражение.

Убедившись, что собеседник действительно явно смотрит на него, Ю Фань убрал нож, кивнул на сиденье рядом с ним и сказал этому человеку: «Если тебе так нравится смотреть, почему бы тебе не сесть поближе и посмотреть?»

Глава 2 - Ищешь драки?

В это время ученики вышедшие со школы прогуливались рядом . Они не осмеливались остановиться, опасаясь нарваться на неприятности , но также не могли не посмотреть шоу.

Некоторые ученики, которые слишком долго учились  и зациклились  над решением задач, автоматически пытались расшифровать слова Ю Фаня, как если бы это был отрывок задания из экзамена  . Смысл его слов, вероятно, был примерно таким: «Зыркнешь еще раз, и я вырву тебе глазные яблоки».

Две девушки, оказавшиеся посередине, переглянулись и решили убежать. Но студент-парень позади них двинулся первым.

Он поднял руку, чтобы поправить ремни сумки, и продолжил спокойно идти к Ю Фаню под удивленными и испуганными взглядами зрителей.

Ю Фань бесстрастно посмотрел на него. Увидев, что он идет навстречу, он медленно поднялся----

«Почему вы все торчите здесь вместо того, чтобы пойти домой?!» Гневный голос прервал эту конфронтацию.

Веко Ю Фаня дернулось. Он наклонил голову и посмотрел за спину студента. Прежде чем он успел увидеть собеседника, он сначала увидел  лысеющую голову.

«......»

Все напряжение, которое было в его теле, исчезло в одно мгновение. Он лениво опустился обратно.

Студент парень, похоже, тоже узнал этот голос и его движения остановились.

У ворот школы появился мужчина средних лет, небольшого роста, с темно-синим портфелем в руках. Выйдя из школы, он пристально посмотрел на слоняющихся вокруг учеников, призывая их поторопиться и идти дальше.

Появившийся человек был директором школы. Когда он увидел человека, вызывающего переполох, он поднял брови: «Ю Фань? Почему это снова ты?! Для тебя школа еще не началась, что ты делаешь в школе?»

Ю Фань посмотрел на магазин чая с молоком позади себя, а затем снова посмотрел на него: «Этот магазин является частью школы?»

«......» Директор потерял дар речи на несколько секунд. Когда он увидел  его лицо , выражение его лица снова стало жестче: «А что происходит с твоим лицом? Ты снова попал  в еще одну драку?»

« Я упал.»

«Не пытайся  одурачить меня. Где ты мог упасть и получить такую травму?»

Ю Фань на мгновение задумался: «Это недалеко. Хотите, я вам покажу?»

Директор несколько раз глубоко вздохнул.

После перерыва он почти забыл, каково это — злиться на Ю Фаня.

«Просто подожди. Завтра, когда начнется учеба, я поговорю с твоим классным руководителем.»

Сказав это, он указал на Ю Фаня, а затем повернулся к студенту рядом с ним.

На мгновение Ю Фаню почти показалось, что он наблюдает за тем, как лицо Сычуани* меняется.

( * Китайское драматическое представление, в котором артисты одеты в яркие костюмы и несколько быстро меняющихся масок с разными выражениями лиц. Здесь имеется в виду , что у директора быстро сменилось выражние лица )

«Цзиншэнь, ты идешь домой?» — спросил директор с сердечной улыбкой.

Этот раздражающий на вид одноклассник наконец отвернулся от него и равнодушно ответил директору : «Эн».

Директор похлопал его по плечу: «Подожди секунду, ты как раз оказался мне  нужен для чего-то. Вернись со мной в школу на минутку».

Сказав это, директор снова посмотрел на Ю Фаня и нахмурился: «А ты! Если тебе нечего делать, иди домой! Не слоняйся здесь, как бандит!»

Ю Фань небрежно махнул рукой, прощаясь с директором.

Студенты стоят вокруг: «…..»

Вы хотите сказать, что прямо сейчас он  не выглядит как  бандит?

Увидев, как директор уходит, Ю Фань тоже собирался отвести взгляд, когда увидел, что человек рядом с директором внезапно оглянулся.

Ю Фань поднял брови. Он поднял руку, которую только что опустил, и очень щедро подарил ему международный дружественный жест.

Вот что увидел Ван Луань, когда вернулся.

Положив еду на стол, он спросил, задыхаясь: «Почему Толстый Тигр здесь? Он пришел сюда, чтобы поймать тебя? Что ты ему  сказал ?»

Имя директора было Ху Пан. Ван Луань среди друзей называет его Толстым Тигром. (Игра с его именем. «Толстый тигр» по-китайски произносится как Пан Ху. Иероглифы разные, но произношение такое же.)

«Просто пришел поздороваться». Ю Фань взглянул на него: «Почему ты бежал? Ты не заплатил?»

Ван Луань глубоко вздохнул и сел рядом с ним: «Как я мог не побежать? Я увидел это с другого конца улицы и подумал, что ты собираешься снова подраться. Эй, кто тебя расстроил на этот раз? На пути стояло дерево, и я плохо видел...»

Пока говорил, Ван Луань посмотрел на школьные ворота только для того, чтобы мельком увидеть мимолетную фигуру.

Он на мгновение замер, а затем выпалил: «Чэнь Цзиншэнь?»

Ю Фань: «Ты его знаешь?»

«Разве он не из первого класса…» Ван Луань остановился: «Ты его не узнаешь?»

Увидев, что Ю Фань посмотрел на него, как на идиота, Ван Луань наконец вспомнил, что этот его брат, вероятно, до сих пор не знал имен одноклассников в их классе.

Но------

«Ты еще помнишь, как в прошлом семестре тебе пришлось выйти на сцену в общей сложности шесть раз, чтобы прочитать свой самоанализ?»

Ю Фань на мгновение замолчал: «Не помню».

«Тогда тебе стоит попытаться вспомнить. » Ван Луань продолжил: «Каждый раз, когда ты заканчиваешь читать свой самоанализ, наступает его очередь подойти, чтобы принять награду и произнести речь».

«......»

Как можно было получить так много наград?

«А в рейтингах его имя всегда на первом месте.... Ох, это нормально, что ты об этом не знаешь. Ты не обращаешь внимание на эти вещи».

О, лучший ученик.

Ю Фань понял. Неудивительно, что другой человек его раздражал.

Ван Луань был так голоден, что чувствовал, будто его живот  вот-вот прилипнет к спине. Он погрузил голову в тарелку с едой , а затем вспомнил: «Что сделал Чэнь Цзиншэнь, чтобы разозлить тебя только что?»

«Ничего.» Ю Фань опустил голову и поиграл со своим телефоном: «Ты можешь поесть спокойно?»

«Слишком остро. Мне нужно сделать перерыв».

Ван Луань взглянул на человека рядом с ним и был потрясен. Он поспешно дернул его за рукав: «Черт, что случилось с твоей рукой? Как ты получил эту травму? Я не помню, чтобы у тебя было такое раньше?»

Ю Фань даже не поднял глаз: «Случайно порезался».

Видя, как он ведет себя так, как будто в этом нет ничего страшного, Ван Луань был шокирован: «Как это  может  быть случайно? Такой большой порез... не болит?»

«Ну-ка, дай мне свою руку. Я помогу тебе подуть на нее. » Сказав это, Ван Луань приготовился помочь ему подуть на  руку.

Ю Фань оттолкнул его голову: «...Не будь отвратительным».

Он действительно не чувствовал никакой боли. Хотя это был большой порез, он был очень неглубоким. Возможно, это произошло потому, что ранее ему не хватило острых ощущений от боя, он даже почувствовал себя немного освеженным, когда лезвие пронзило его кожу.

Это было довольно странно. Ю Фань несколько секунд смотрел на тыльную сторону своей руки, прежде чем прийти в себя и снова взглянуть на свой телефон. Гигантская змея, которой он управлял, ударилась о край телефона. Игра закончилась.

Он равнодушно выключил его, а затем встал: «Я возвращаюсь».

«Так рано? ».— спросил Ван Луань. «Все равно дома никого нет, будет скучно. Почему бы тебе не прийти ко мне? Я только что купил несколько новых игр».

«Нет, спасибо».Ю Фань категорически отказался. После драки он был очень грязный и еще от него несло кровью. Он слегка потер нос и сказал: «Я ухожу».

Погода в Наньчэне в феврале может быть очень нерегулярной. Даже если солнце может ярко светить, вскоре без всякого предупреждения может пойти дождь.

Ю Фань надел капюшон , засунув руки в карманы, прошел переулок за переулком, прежде чем притий на свою старую улицу.

Ветхие магазинчики, малоэтажные дома, магазин подержанных телефонов, в котором до сих пор крутился ремикс неизвестно какой песни...

Ю Фань свернул в старый комплекс и увидел припаркованный у входа небольшой грузовик. Наверху несколько человек несли мебель, а рядом болтали две женщины средних лет.

Увидев, что коридор заблокирован коробками , Ю Фань ждал в стороне, планируя подняться наверх, как только они закончат переезд.

Две женщины, стоявшие рядом с грузовиком, не подозревали о его присутствии. Они были слишком заняты болтовней.

«В будущем ты можешь просто подняться наверх и обратиться ко мне . Хотя окружающая среда здесь не так уж и хороша, мы все хорошо ладим. Соседи здесь рады помочь, чем могут».

«Спасибо сестра. Я приготовила несколько пельменей. Я разнесу их всем после того, как дома все будет убрано».

«Не нужно быть вежливым… Ах да, не ходи в 201».

«Хм? Почему?»

«Ничего особенного». Женщина на мгновение заколебалась, а затем понизила голос: «Там живет пара отца и сына, и они ни на что не годны! Жена этого человека сбежала, а он просто тратит свои дни на выпивку и азартные игры, возвращаясь только каждые три или пять дней. Сын тоже очень хлопотный, отброс общества! Несколько лет назад эта пара отца и сына почти каждый день ссорилась дома. Никто из нас не осмелился выйти из дома каждый раз, когда они ссорились...»

«Мама!»Из ворот послышался голос, принадлежащий ребенку.

Маленькая девочка, закутанная в одежду, бежала с леденцом, который она только что купила. Возможно, это было потому, что ее одежда была слишком тяжелой, она побежала и споткнулась. Как раз в тот момент, когда она почти собиралась упасть на землю…

Ю Фань быстро наклонился и схватил указательным пальцем капюшон ее куртки.

Маленькую девочку крепко держали, пока она болталась в воздухе. Она все еще продолжала крепко держать свой леденец и смотрела вперед с ошеломленным и милым выражением лица.

Сердце женщины почти остановилось .   Она быстро подбежала и  с благодарностью подняла глаза, подтвердив, что с ней все в порядке: «Спасибо…»

Мальчик спасший девочку уже поднялся наверх. Она видела только его высокую и стройную спину.

После того, как отброс общества вернулся домой, он бросил на стол хлеб, купленный на обратном пути, и пошел в ванную, чтобы принять душ.

Когда он вернулся, телефон на столе безостановочно звенел. Больше никого дома не было. Ю Фань взял телефон и просмотрел его, сушив волосы.

[Ван Луань: Тебе нужно списать домашнее задание на зимних каникулах? Я пришлю тебе копию?]

[Ван Луань: Может быть, тебе следует списать несколько, чтобы ты мог сдать. Иначе тебе придется снова целый день стоять перед доской.]

[Ван Луань: Алло?]

[Ван Луань: Черт. Я только что увидел сообщение в школьном бюллетене. Они сказали, что управление образования принимает жесткие меры в отношении школ и не позволяет в нашей школе иметь элитный класс. После расформирования этого класса все лучшие ученики будут переведены в наши обычные классы.]

[Ван Луань: Интересно, появятся ли у нас в классе новые ученики?]

[Ван Луань: Кстати, церемония открытия состоится завтра в 8 утра. Нам нужно собраться в классе в 7:40. Не опаздывай.]

[Ван Луань: ???]

Ю Фань откусил кусок хлеба и медленно напечатал ответ.

[-: Отправь .]

[Ван Луань: Что?]

[Ван Луань: Наконец-то ты ответил. Я думал, с тобой снова что-то случилось.]

[-: Домашнее задание.]

Другая сторона отправила около дюжины файлов.

[-: Так много?]

[Ван Луань: Ты можешь просто скопировать домашнее задание Фанцинь, другим учителям на тебя наплевать.]

[Ван Луань: Подожди. Ты видел, что я отправил сверху? Возможно, скоро у нас появятся новые одноклассники!]

Ю Фань долго рылся в ящиках и шкафах, прежде чем нашел подходящую ручку.

[-: Видел . Не интересно.]

На следующий день в восемь утра Ю Фань стоял перед закрытыми школьными воротами и слушал трансляцию, игравшую внутри.

Он проверил свой телефон.

[Ван Луань: Брат мой, все выстроились на школьном поле. Даже директор присутствует. Где ты?]

[-: Проспал.]

[Ван Луань: Что нам делать тогда? Ворота школы сейчас будут закрыты. Может быть, не стоит залезать на стену во время церемонии поднятия флага?]

Вход сейчас ничем не отличался от полного пропуска церемонии поднятия флага.

Даже не задумываясь об этом, Ю Фань ответил: «Позвони мне после окончания церемонии».

Затем он бросил телефон обратно в карман и приготовился найти место, где можно убить время, но как только он снова поднял голову, он встретился взглядом с другим человеком на другой стороне школьных ворот.

Ху Пан обеспокоенно спросил, заложив руки за спину: «Куда ты идешь?» Как ему могло так не повезти сегодня?

Ю Фань несколько секунд молчал: «Церемония флага».

Ху Пан кивнул и открыл небольшую дверь справа от ворот: «Входи».

«........»

По-видимому, опасаясь его побега, Ху Пан следовал за ним всю дорогу, пока не достиг конца очереди второкурсников.

Все учителя и ученики уже выстроились на школьном поле. Студенты сзади не могли не взглянуть на него еще раз, когда увидели, что он проходит мимо.

Ю Фань закрыл глаза на эти взгляды. Он беспечно шел впереди Ху Пана.

«Такое плохое выражение лица так рано утром». Ху Пан спросил: «Что? Я помешал твоим планам прогулять школу?»

«Нет.» Ю Фань был настолько сонным, что на его лице не было никакого выражения: «Я постараюсь больше улыбаться во время церемонии».

«........»

Ху Пан больше не стал с ним разговаривать. Он указал на конец очереди и сказал: «Ваш класс уже здесь, поторопитесь и выстроитесь в очередь! О твоем опоздании я сообщу твоему классному руководителю позже.»

«Не забудьте выстроиться по высоте. Вы   сами находите свое место. Фотоотдел школы сделает фотографии позже».

Ху Пан сказал эти слова и ушел. Ю Фань остановился в конце очереди, на которую указал Ху Пан, опустил голову и зевнул.

Семья, которая только что переехала в квартиру над ним, до трех часов ночи была занята перестановкой мебели.

Изначально он не очень хорошо спал в этом доме и просыпался от малейшего шума, поэтому суматоха заставляла его не спать всю ночь.

Когда он уже собирался заснуть стоя  он услышал резкий стук из динамика впереди. Это был звук падения микрофона на землю.

От этого звука у Ю Фаня заболели уши. Он с раздражением поднял голову, чтобы узнать какой идиот даже микрофон как следует держать не может, когда...

Он обнаружил, что его линия обзора заблокирована чьим-то затылком. На мгновение Ю Фань немного растерялся.

В его школе всегда была традиция выстраивать учеников по росту. Ю Фань был самым высоким в своем классе, поэтому он всегда стоял в самом конце очереди, а Ван Луань стоял прямо перед ним.

Ю Фань изучал спину человека, стоящего перед ним.

Широкие плечи, аккуратно подстриженные волосы, почти ослепительно белая школьная форма и запах мыла.

А старая пожелтевшая школьная форма Ван Луаня с надписью «Самый сумасшедший в седьмой средней школе Наньчэна» выглядела как что-то подобранное из мусора.

Итак, кто это?

В следующий момент, словно услышав его мысли, собеседник обернулся.

Поскольку он был слишком сонным, реакция Ю Фаня была немного замедленной. Он долго смотрел в эти бесстрастные глаза, прежде чем осознал ---- Это было то самое раздражающее лицо.

Это был человек, который хотел сразиться с ним.

Его звали  вроде Чень что-то Шэнь?

Прежде чем Ю Фань успел это понять, другая сторона двинулась первой.

Он увидел, что Чень что-то Шэнь внезапно отодвинулся в сторону, освобождая место, оставляя пространство между ними.

Ю Фань изначально хотел убедиться, что он стоит на правильной линии, но, увидев, что  он делает, сунул руки в карманы и холодно спросил: «Ищешь драки-…»

«Те, кто пониже, стоят впереди».

Слова собеседника немедленно заставили Ю Фаня замереть

Глава 3 - Любовное письмо от Чэнь Цзиншэня

На школьном поле собрались все школьные учителя и ученики. Место было заполнено людьми.

Услышав шум, несколько студентов поблизости украдкой взглянули на них.

Ю Фаня на самом деле не волновало, где он стоит. Если бы Чжуан Фанцинь захотелa, он бы послушался и встал бы в самом начале очереди.

Если бы   кто-нибудь другой захотел, он бы также  двинулся вперед, не поднимая головы.

Ю Фань уставился на него: «Каким глазом ты видишь, что я ниже тебя?»

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд, а затем снова поднял : « Двумя».

Увидев, как он снова его осматривает, Ю Фань кивнул: «Выбери время, и я помогу тебе проверить…»

«Проверить? Что проверить? » Сзади послышался строгий женский голос, и Ю Фаня похлопали по спине: «На что можно еще смотреть кроме как на  директора? Смотри вперед!»

Услышав этот знакомый голос, Ю Фань сжал губы и сделал, как ему сказали.

Чжуан Фанцинь сегодня была одета в черное с фиолетовым шарфом. Ее волосы были тщательно завязаны на затылке, в руке она держала папку и хмуро смотрела на человека перед ней.

Поскольку она долгое время носила очки, ее глаза были немного маленькими, а зубы слегка выступали вперед. Общий вид ее был очень строгим.

В тот момент, когда появилась Чжуан Фанцинь, Чэнь Цзиншэнь почувствовал, как человек перед ним внезапно расслабился. Враждебность прошлого ушла, и он вернулся к своему прежнему ленивому поведению.

«Эти раны на твоём лице. Зайди ко мне в офис позже и  объяснись ». Чжуан Фанцинь опустила голову и заметила его черную толстовку. Выражение ее лица испортилось: «Где твоя форма?»

«Забыл .»

«Почему бы тебе еще не забыть о начале школьного года?» Чжуан Фанцинь сказала: «Посмотри на себя. Все остальные носят свою форму, кроме тебя! Когда позже приедет студенческий союз, из-за тебя с нашего класса снимут баллы!»

Классный руководитель соседнего с ними класса пошутил: «Их вышестоящие  сегодня тоже приехали. Благодаря вам, ваша классная руководительница получит  выговор в первый день своего возвращения в школу».

Ю Фаня поначалу это не волновало, но его пальцы сжались, когда он услышал это: «Тогда я пойду спрячусь?»

«Закрой свой рот.» У Чжуан Фанциня заболела голова. Она подняла палец: «Одолжи форменную куртку у одноклассника».

Ю Фань поднял голову и посмотрел вперед: «Ван Луань».

«Перестань его звать. Он тоже  сегодня надел только школьную куртку без рубашки». Чжуан Фанцинь была озадачена: «Разве ты не можешь просто одолжить у одноклассника стоящего рядом с тобой?»

Одноклассник рядом с ним?

Ю Фань даже не повернулся, чтобы посмотреть на человека рядом с ним: «Может быть, не стоит брать  у кого-то из другого класса?»

«Какой другой класс?» Чжуан Фанцинь сказала: «Он твой одноклассник».

«?»

«Недавно переведенный. С этого момента он будет в нашем классе». После того, как Чжуан Фанцинь закончила это говорить, она вопросительно посмотрела на Чэнь Цзиншэня: «Студент Чэнь, можешь ли ты одолжить ему на время свою форменную куртку? Ничего страшного, если не хочешь, не надо себя заставлять».

Ю Фань нахмурился.  Одалживающий выглядел более отвращенным, чем тот, кто одалживал форму.

Ю Фань: «Я не хочу…»

«Хорошо.»Чэнь Цзиншэнь взглянул на него: «Если он не возражает  того, что куртка  слишком большая для него».

Ю Фань: «Снимай куртку прямо сейчас».

Полминуты спустя Ю Фань взял куртку и грубо надел ее. Надев его, он опустил голову, чтобы еще раз проверить.

Не слишком большой, в самый раз. Вероятно, она такого же размера, как и его собственная униформа.

«Она немного короткая». Он поднял голову и сказал: «Я верну  тебе, когда все закончится».

На толстовке Ю Фаня был напечатан череп, который частично отслаивался. На фоне черных штанов и кривых повязок на лице опрятная униформа выглядела странно.

Чэнь Цзиншэнь осмотрел синяки, которые все еще были видны по краям бинтов, и внезапно поднял руку.

Ю Фань рефлекторно отбросил его: «Чего ты хочешь?»

Сняв куртку, на Чэнь Цзиншэне все еще была школьная рубашка, застегнутая до самого верха. Он был практически образцовым студентом.

Рука Чэнь Цзиншэня замерла в воздухе , а затем естественным образом вернул в обычное положение: «Воротник».

Ю Фань хотел сказать, что это не его дело, но, вспомнив, что это была униформа другого человека, грубо его поправил.

Чжуан Фанцинь, увидев это, была довольна: «Хорошо, носи должным образом, не испачкай. Не забудь вернуть ему это позже.

Спустя некоторое время она почувствовала, что что-то еще не так.

Потом она поняла, в чем дело. Она использовала свою папку, чтобы ткнуть их двоих: «Подождите минутку. Вы должны выстроиться в соответствии с ростом. Вы двое поменяетесь местами.

Ю Фань: «.......»

Две секунды спустя он с трудом отказался от борьбы и уступил свое драгоценное место в конце очереди.

Песня поднятия флага наконец подошла к концу. После того как флаг был поднят, директор откашлялся и начал свою страстную речь.

Обычно в такое время Ю Фань уже заснул бы стоя, но сегодня он подавил это желание и просто тупо смотрел на залысины директора.

Микрофоны работали намного громче, чем обычно, из-за чего он не мог заснуть.

На этот раз директор пришел подготовленным и красноречиво говорил в течение получаса залпом. Ю Фань начал терять терпение. Он привычно засунул руку в карман ----- и наткнулся на что-то.

Что то было тонким и гладким, с острым краем.

Он был настолько сонным, что не мог думать ясно. Он рефлекторно вынул его. Увидев предмет в своей руке, Ю Фань на мгновение замер.

Это был розовый конверт. На нем не было никаких надписей, но, судя по ощущениям, внутри, вероятно, было письмо.

Письмо было даже заклеено маленькой красной наклейкой в форме сердечка. Смотря на самого конверта , этого было достаточно, чтобы понять, что это за письмо.

Это... любовное письмо?

Когда его сюда положили?

Ю Фань на мгновение нахмурился, задумавшись. Он не мог вспомнить, откуда пришло это письмо.

Как раз в то время, когда он был глубоко задумался, он вдруг заметил форму, которая была слишком чистой, чтобы принадлежать ему.

Ебать.

Ю Фань пришел в себя --- Сейчас он носит куртку Чэнь Цзиншэня. Это письмо принадлежало Чэнь Цзиншэню.

Ю Фань быстро отреагировал и сунул письмо обратно в карман. Он подсознательно оглянулся.

Чэнь Цзиншэнь все еще смотрел вперед. Неизвестно, был ли он сосредоточен на речи директора, но выглядело так.

Школьному фотоотделу нравились такие ученики, как он. Серьезный и честный, как ботаник.

Такой ботаник действительно будет участвовать в свиданиях в раннем возрасте?

Почувствовав его взгляд, Чэнь Цзиншэнь слегка опустил глаза: «Что такое?» Судя по всему, собеседник сейчас не заметил его действий.

Ю Фань быстро повернул голову: «Ничего».

В тот момент, когда церемония открытия закончилась, Ю Фань снял куртку и бросил ее в руки человека позади него: «Вот».

Чэнь Цзиншэнь взял форму и подождал несколько секунд, прежде чем сказать: «Пожалуйста».

«.......»

Как только Ван Луань оглянулся, он увидел уходящую фигуру своего хорошего друга.

Он поспешно догнал его: «Черт возьми, почему ты так быстро идешь? Разве ты не говорил, что не придешь на церемонию поднятия флага?»

Ван Луань всегда был причиной того, что у  класса снимали  баллы во время церемоний, потому что он слишком много говорил. Сегодня утром Чжуан Фанцинь строго предупредила его, сказав, что одно произнесенное слово будет равносильно одному дополнительному набору домашнего задания, поэтому у него не было другого выбора, кроме как держать рот на замке все время.

Ю Фань: «Толстый Тигр поймал меня».

«Настолько невезучий?» Ван Луань взглянул на лестницу, ведущую в классы, заполненные людьми: «Черт, здесь так людно… Почему бы нам сначала не пойти в столовую? Сегодня утром мне не хватило завтрака.»

«Не иду.» Ю Фань даже не оглянулся: «Сонный. Я снова иду спать. »

-

Как только Чжуан Фанцинь вошла в класс, она увидела голову, лежащую на парте в последнем ряду.

Она бросила папку на подиум, а затем сказала голосом, на который часто жаловались  учителя с соседних классов: «Сонные ученики должны пойти в ванную и умыться. Поторопитесь. Нам еще предстоит провести классное собрание».

Ю Фань медленно сел. Его виски стучали от внезапного движения. Он потер лицо, нахмурился и встал.

«Ю Фань, стой ».

Ю Фань остановился на месте. Он поднял бровь ---- Почему?

«Если бы ты ушел, ты бы вернулся? » Чжуан Фанцинь указала на доску: «Встань сзади, если хочешь спать. Ты скоро проснешься.

Ю Фань на мгновение задумался, прежде чем снова сесть.

Он сидел в ленивой позе, низко опустив голову, и выглядел очень вялым.

Чжуан Фанцинь сдержала гнев. Она наклонилась, чтобы подключить USB-накопитель к компьютеру: «Перед классным собранием я хотела бы сказать две вещи».

«Во-первых, в нашем классе появились два новых ученика. Чэнь Цзиншэнь , Ву Си, их обоих перевели в наш класс из первого класса. Не буду много говорить об этом, вы сможете познакомиться с ними поближе после занятий. Эти двое учеников имеют отличные оценки и хорошее отношение к учебе. Вам всем стоит поучиться у них».

«Во-вторых», Чжуан Фанцинь открыла лист Excel под названием «Рейтинг семестра классов 2–7». «Это был ваш индивидуальный рейтинг за последний семестр».

Класс сразу завопил.

Ю Фаня вообще не интересовали рейтинги. Он бегло взглянул на него и увидел имя на самом верху.

«Чэнь Цзиншэнь, 150 баллов по математике, 110 баллов по китайскому языку, 148 баллов по английскому языку, что касается естественных наук… ебать? Высшие оценки ?" Ван Луань был шокирован: «Ю Фань, ты не сможешь получить этот балл, даже если скопируешь ответы!»

Ю Фань: «Тебе, черт возьми, следует использовать себя в качестве сравнения».

«Проклятие.»Человек, сидевший перед ними, обернулся: «Этот парень страшный. Кроме китайского, у него нет других слабостей».

Ван Луань понимающе кивнул: «Похоже, даже лучшие ученики не любят запоминать тексты».

«Это не так..» Другой собеседник поделился : «Я слышал от друга в первом классе, что он часто отклоняется от темы в своих сочинениях».

«........»

На этот раз в нашем классе учится ученик, занявший первое место, Чэнь Цзиншэнь.

Сказав это, даже сама Чжуан Фанцинь сочла это нереальным: «Я грубо просмотрела его бумаги. За исключением того, что он отклонился от темы на экзамене по китайскому языку, из-за чего он потерял большую часть оценок, с другими предметами у него проблем нет. Прежде чем ваши учителя займутся экзаменационными задачами, вы можете сначала взглянуть на его работу.

Сказав это, люди в классе не могли не повернуться и посмотреть на место в третьем ряду четвертой колонны.

Чэнь Цзиншэнь даже не поднял головы. С ручкой в руке он был занят решением задач. Похоже, его не заинтересовало то, что проецировалось на экран.

Такой претенциозный.

Ю Фань отвернулся.

«Остальные студенты показали довольно средние результаты. Средний балл в нашем классе был даже не таким высоким, как средний балл на предыдущем экзамене. Я надеюсь, что вы все сможете поразмышлять над этим. В какой университет вы бы смогли поступить с таким баллом?»

Кто-то пробормотал: «Если вступительный экзамен в колледж на этот раз будет таким же трудным, как экзамен, я просто буду таскать кирпичи».

«Я не могу понять саму проблему, пока другие люди могут получить высшие оценки».

«Есть также небольшое количество студентов…» Чжуан Фанцинь перетащила лист вниз, и мышь остановилась на определенном имени.

Она посмотрела на цифру 9 под колонкой математики и попыталась сдержаться, но безуспешно: «Ю Фань, ты планируешь собирать мусор, чтобы зарабатывать на жизнь в будущем?»

«Не думал об этом». Ю Фань некоторое время думал: «Но я могу об этом поразмышлять». Чжуан Фанцинь умело схватила кусок мела и швырнула  на голову Ю Фаня.

Глава 4 - Как мог такой хороший ученик, как Чэнь Цзиншэнь, влюбиться преждевременно!

Сорокаминутное занятие быстро закончилось.

Чжуан Фанцинь проигнорировала звонок и продолжила: «Я распределю ваши места через пару дней. Ученики, у которых есть идеи или предпочтения, могут поговорить со мной в кабинете».

Чья-то фигура остановилась у двери класса. Чжуан Фанцинь обернулась, это был Ху Пан.

«Хорошо, давайте на этом закончим, пусть представители каждого предмета соберут домашнее задание».

Когда Ю Фань услышал «конец собрания», он опустил голову на парту.

«Ю Фань, мне нужно с тобой поговорить», — её голос был строгим и холодным: «Подожди в моем кабинете. Я буду там после беседы с директором Ху».

«.»

По окончании классного собрания кабинет учителя опустел. На столе Чжуан Фанцинь лежала стопка буклетов, а на другом конце — компьютер и планы уроков, по центру оставалось единственное пустое место. С окна дул прохладный ветерок, комфортный и приятный.

Ю Фань некоторое время смотрел на пустой класс, а позже лег на парту и сразу заснул.

***

«Ты привык в новом классе?»

«мхм».

«Успеваемость в седьмом классе намного хуже, чем в первом. Тебе следует выполнять все задания, и не поддаваться их влиянию».

«мгм».

«Твои родители тоже очень обеспокоены этим вопросом. Сегодня утром они позвонили мне, я сказала, что изменение класса – очень тяжелый процесс. Когда всеобщее внимание уйдет, школа пойдет на реконструкции».

Ю Фань не открывал глаз, в этот раз он не услышал безжизненного ответа «мм-хм».

Недовольный тем, что его разбудили, он оторвался от рук. Через гору тетрадей он увидел силуэт человека, стоящего перед ним, тогда Ю Фань прищурился. Чэнь Цзиншэнь молча стоял за столом и разговаривал с классной руководительницей первого класса.

Ю Фань почти не двигался, а между ними стояли три парты, перегороженные книгами.

«Но твои родители все еще сомневаются. Твоя мама хочет, чтобы я перевела тебя в лучший класс. В конце концов, класс, в котором ты сейчас учишься…»

"Нет необходимости", — наконец ответил он.

Классная руководительница промолчала: «Но твоя мама…»

«Все классы одинаковые, нет никакой разницы».

Голос ученика был холодным, а его тонкие, одинокие веки были опущены вниз.

Ю Фань подпер подбородок и лениво наблюдал за этим шоу.

«Ты только что перешел в этот класс, и возможно не знаешь…», — заколебалась она.

«Конечно, все классы одинаковы, но атмосфера в седьмом классе… хуже, чем в любом другом. Средний балл всегда низкий, дисциплинарная оценка на последнем месте, и там есть один проблемный ребенок по имени Ю Фань, ты, должно быть, уже видел его. Он читал рецензию на церемонии поднятия флага. Твоя мама беспокоится не просто так, все это ради твоего же блага».

Щелчок.

Ручка упала на землю.

Классная руководительница замолчала. Они оба оглянулись.

Ю Фань наклонился чтобы взять ручку, а когда поднял голову встретился с ними взглядами.

Увидев его, Чэнь Цзиншэнь слегка расслабился и вернул себе холодное выражение лица. От удивления, учительница все еще держала рот открытым. Когда она заметила пластырь на лице Ю Фаня, вспомнила слухи о том, что тот избил своего учителя. Ей нужно было время, чтобы прийти в себя: «Ты…»

Ю Фань: «Думаю, вы правы».

«?»

Прежде чем она успела отреагировать, Ю фань добавил: «Я ведь такой жестокий и злой, было бы очень жаль напугать лучшего ученика. Будет лучше если он переведется».

«Кто злобный? Кто хочет перевестись?», — из коридора послышался голос Чжуан Фанцинь. Увидев, что происходит внутри, она сердито крикнула: «Ю Фань! Кто разрешил тебе сидеть на месте учителя? Я позвала тебя сюда, чтобы ты тут сладко спал? Тебе постелить кровать прямо в классе?»

Классная руководительница первого класса: «…»

Ю Фань: «Я не спал».

«Хорошо, тогда откуда эта отметина на твоем лице?», — Чжуан Фанцинь положила на стол вещи, которые несла в руках: «Почему сидишь? Я стою и читаю тут нотации, а ты даже встать не удосужишься?»

Ю Фань медленно встал и отошел в сторону.

Чэнь Цзиншэнь отвел взгляд и сказал: «Учитель, я не буду менять класс. Если все в порядке, я ухожу».

Прежде чем учительница первого класса успела что-то сказать, тот развернулся и ушел. Ей стало неловко, она взяла план урока и поспешно покинула кабинет.

В классе остались всего двое.

Хотя Чжуан Фанцинь не слышала всего этого, она догадывалась, что произошло.

«Посмотри на себя. Что ты сделал с имиджем нашего класса?», — она взял термос и сделала глоток: «Что с твоим лицом?».

«упал».

«Ты сказал тоже самое, чтобы обмануть директора», — недовольно возразила: «Снова подрался?».

Ю Фань отвел взгляд в окно и промолчал.

«Сколько раз я говорила тебе, что ты студент? Прекрати драться с молодежью на улице. Ты когда-нибудь научишься вести себя, как подобает своему возрасту?»

Человек перед ней стоял так, будто его ничего не заботит, с беспечным выражением лица. Он был мертвой свиньей, не боящейся кипятка¹.

[1] — Мертвая свинья не боится кипятка. Китайская пословица, о людях, которым уже не помогут наставления.

Чжуан Фанцинь была зла, она сделала еще глаток горячей воды: «Кроме того, директор только что сказал мне, что ты с ножом в руке угрожал своим новым одноклассникам».

Ю Фань: «Он так хорошо меняет историю, почему бы ему не издать книгу?»

«Вот», — Она положила на стол тетради. Это были конспекты по математике, составленные директором Ху.

«…»

После долгой тупиковой ситуации, Ю Фань спокойно выдал: «Не угрожал, я подобрал этот нож на дороге, а их даже не знаю».

«Ты каждый день подбираешь ножи на дороге?» — Чжуан Фанцинь посмотрела на карманы: «Где он?»

«Дома, чтобы овощи нарезать».

«…»

Чжуан Фанцинь уставилась на него и на мгновение почувствовала небольшое облегчение. Она уже довольно долго преподавала, поэтому знала характер Ю Фаня. Судя по его тону и выражению лица, тот и вправду ничего не делал.

Но если смотреть на ситуацию во время поднятия флага, видимо, он слишком отстраненный по отношению к новым одноклассникам.

«На первый раз поверю», — её выражение осталось неизменным: «Новый семестр только начался. У тебя есть какие-нибудь планы по поводу учебы?»

«Запомнить таблицу умножения».

«Скажи еще что-нибудь, и посмотрим, сможешь ли ты довести меня до дурки», — Чжуан Фанцинь закатила глаза и открыла ящик. Она достал новенький справочник и положила его перед собой: «Я купила его для тебя. Вопросы тут очень простые, а объяснения четкие и понятные. Попробуй прочесть его, и если что-то будет непонятно, приходи ко мне в кабинет».

Ю Фань некоторое время смотрел на обложку справочника: «Не тратьте деньги зря».

«Ох».

Прежде чем тот ушел, Чжуан Фанцинь снова остановила его.

«А еще», — она задумалась о том, как лучше сказать:  «Все новые студенты – прилежные ученики с отличными оценками. Тебе следует брать с них пример и не провоцировать конфликты».

«Не волнуйтесь», — ответил Ю Фань: «У меня аллергия на хороших учеников. С этого момента, если один из них сделает шаг ко мне, я отойду еще на шаг. Буду стремиться создать хорошую атмосферу для своих новых одноклассников».

«…»

***

Сразу после начала занятий Ю Фань прогулял первый урок физкультуры.

Туалет на первом этаже лабораторного корпуса был полностью заполнен дымом. Толпа студентов бесстрашно курили. Учителей тут обычно не было, а толстый тигр, который часто приходил сюда, сейчас был на собрании.

«Эти идиоты из соседней школы умеют вести грязную игру. В следующий раз пойдем к заднему входу и найдем их».

«Они очень забавные, прежде всего блокируйте самого сильного из них».

«Спасибо за то что позвали нас. Я все видел, мой брат размазал их по полу», — Ван Луань посмотрел на Ю Фаня: «Правда, брат?»

«Заткнись».

Ю Фань сидел на стуле, который вытащил из пустого класса по соседству. Скрестив ноги, он опустил голову, одной рукой играл в игру, а другой держал сигарету: «О себе говори, не втягивай меня».

«Черт побери», — сказал парень справа, глядя на список оценок, показанный на экране телефона: «Почему во втором семестре есть переведенные студенты? Четверо из них попали в один класс со мной, и теперь мой рейтинг упал с 57-го на 61-й!»

Ван Луань посмеялся над ним: «Разница не велика, это все еще самый конец».

«Убирайся», — студент выдохнул дымом в лицо Ван Луаня и встал: «Урок скоро закончится. Хотите поиграть в мяч?»

В ответ остальные потушили сигареты и замахали руками, чтобы прогнать запах.

Увидев неподвижного парня на стуле, он спросил: «Ю Фань, ты не идешь?»

«Нет, я уже играю».

Ван Луань: «Тогда я тоже не пойду».

Толпа парней покинула их.

Ю Фань, откинувшись на спинку, хорошо проводил время в игре, пока не услышал потрескивающий звук набора текста.

У Ван Луаня есть странная привычка. Ему нравится слушать стандартный звук своего мобильного телефона при наборе текста.

Ю Фань поставил игру на паузу, обернулся и спросил: «Ты переписываешься с кем-то?»

«Я спрашиваю о Чэнь Цзиншэне».

«?»

Ю Фань был в замешательстве: «Зачем он тебе?»

«А сам как думаешь?» — Ван Луань сказал: «Он же лучший в классе! Мне нужно узнать, смогу ли я попросить его помочь мне с будущими контрольными и домашними заданиями».

Ю Фань: «Ох».

Через секунду Ван Луань отложил телефон и вздохнул. Он искал друга среди переведенных учеников.

Ю фань, не задумываясь сказал: «У тебя нет шансов».

Говорят, Чэнь Цзиншэнь неразговорчивый, его характер и внешность отдает лишь холодом. Если вы спросите у него что-то, возможно, он ответит, но больше десяти слов не скажет, даже не надейтесь.

«Кстати, мне тут один знакомый нашептал, что он из богатой семьи», — Ван Луань сказал: «Влияние его матери на родительском собрании было довольно большим… Эй, а рана на руке у тебя быстро зажила».

Ю Фань повернул запястье.

Такая маленькая травма быстро заживет, к тому же, когда он вернулся домой вчера вечером, струпья² уже начали образовываться.

[2] — Струп – сухая корочка, образующаяся на заживающей ране или язве.

Некоторое время он смотрел на рану, по какой-то причине ему хотелось разорвать её. Если сделать это, она снова начнет кровоточить, а потом и вовсе загноиться или воспалиться.

Когда он прикоснулся к ней другой рукой, Ван Луань сильно ударил его по плечу.

Ю Фань опомнился и спросил: «Смерти ищешь?»

«Нет, посмотри в окно!», — сказал хриплым голосом: «Это же Чэнь Цзиншэнь?»

Ю Фань выглянул. Даже не глядя на лицо, а просто посмотрев на чистую бело-зеленую школьную форму, он точно мог сказать кто это. С такого угла они могли видеть только высокий и худой силуэт парня, а возле него стояла девушка.

Ван Луань прищурился: «Это Чжан Сяньцзин рядом с ним?»

Двое самых проблемных учеников 7-го и 2-го класса были Ю Фань и Чжан Сяньцзин.

Вопреки своему имени, на первом семестре она сделала химическую завивку, покрасила волосы, много курила и рано бросила учебу. А еще, говорят, она избивала парней. Чжан Сяньцзин была красива, на первом году средней школы, у неё даже была группа фанатов. После того как она прославилась своей репутацией, все парни начали избегать её.

"Что они там делают?", — пробормотал Ван Луань.

Как только он закончил говорить, Сяньцзин подошла ближе к Чэнь Цзиншэню, её пышные волосы развивались на ветру.

«Привет, ты ведь Чэнь Цзиншэнь?», — её ярко накрашенные губы приподнялись в улыбке: «Ты мне нравишься. Можешь полюбить меня в ответ?»

Веки Ю Фаня дернулись, и он встал чтобы уйти.

Ван Луань схватил его: «Куда ты идешь? Давай досмотрим перед уходом».

«Не интересно».

«Нет, гляди», — сказал он: «Неужели ты думаешь, что Чэнь Цзиншэнь сумасшедший? Как может такой прилежный студент, влюбиться в кого-то вроде неё?»

Ю Фань вспомнил о розовом письме, и повторил самому себе: «Забудь об этом».

Глава 5 - Пожалуйста, прими моё любовное письмо

«Не хочу», — без колебаний ответил.

«Вот видишь, я же говорил!» — с гордостью сказал Ван Луань.

Ю Фань проигнорировал его, снова отодвинул стул и сел, скрестив руки.

Чжан Сыньцзин сделала паузу: «У тебя есть девушка?»

«Нет».

«Тогда почему? Ты не хочешь отношений? Или есть кто-то, кто тебе нравится?». — Чжан Сыньцзин посмотрела на свою школьную форму и продолжила: «Или тебя не привлекают люди с плохими оценками?»

«Нет», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «Просты ты мне не нравишься».

Чжан Сыньцзин: «…»

Ван Луань: «…»

Увидев холодную сторону лучшего ученика в классе, идея попросить его помочь на экзаменах была полностью разрушена: «Черт возьми, не слишком ли прямолинеен этот отличник?»

Ю Фань играл с зажигалкой, казалось, ему было все равно.

Разочарование Чжан Сыньцзин длилось всего пару секунд: «Знаю, но это не имеет значения. Просто я пока тебе не нравлюсь. Нам весь год учиться в одном классе, так что не торопись. На самом деле, ты интересен мне еще с первого года средней школы, я увидела тебя во время спортивных соревнований. Сама не ожидала, что мы будем в одном классе».

Выражение лица Чэнь Цзиншэня наконец немного изменилось. Он слегка приподнял брови и две секунды смотрел на нее, словно о чем-то задумался.

Через время он спросил: «Мы в одном классе?»

Чжан Сыньцзин: «…»

Она натянуто улыбнулась и заявила: «Я весь день сидела перед тобой».

Чэнь Цзиншэнь на мгновение задумался: «Извини, не припоминаю».

Ты что, слепой? Я все время вертелась, чуть шею себе не свернула, а ты даже не заметил?

Выражение её лица было почти невыносимым. Она открыла рот, собираясь что-то сказать, когда ее прервал резкий звонок об окончании занятий.

Чэнь Цзиншэнь тоже услышал. Он взглянул в сторону детской площадки, а затем обернулся: «Еще что-нибудь?»

«Да», — Чжан Сыньцзин вздохнула, чтобы успокоиться: «Тогда мы можем быть друзьями, верно? Добавишь меня в Wechat¹?»

[1] — Wechat популярный китайский мессенджер.

«Нет».

«…Что?»

«У меня нет Wechat».

Чэнь Цзиншэнь ушел, а Чжан Сыньцзин долго стояла неподвижно.

Ван Луань был доволен, он собрался уходить, но увидел, что она внезапно направилась прямо к ним.

«Ван Луань! Ответь!», — Чжан Сыньцзин стояла за окном, она схватила его одежду: «Я красивая?»

«Красивая, красивая!» — он пожал плечами.

«Тогда почему Чэнь Цзиншэнь отшил меня?»

«Не знаю я!»

Ван Луань спросил: «Как ты поняла, что мы здесь?»

«Я тебя сразу заметила. Сколько ты выкурил? Воняешь», — Чжан Сыньцзин посмотрела на другого ученика, который так ничего и не сказал.

«Юй Фань, скажи мне, я хорошо выгляжу?»

Юй Фань ответил: «Конечно».

Чжан Сыньцзин улыбнулась и оперлась рукой о подоконник: «Я не сразу заметила, но у тебя такое дивное личико».

Ван Луань сказал: «Тебе не понять. Эти раны – почетные медали моего брата».

«Это честь для тебя?» — спросил Юй Фань.

«Нет, нет» — Ван Луань усмехнулся и спросил Чжан Сыньцзин: «Эй, ты правда любишь Чэнь Цзиншэня с первого года в старшей школе?»

«Неужели ты думаешь, что я смогла бы скрывать свои чувства так долго?», — сказала она: «Я ляпнула это случайно».

Ван Луань был в замешательстве: «Так это была любовь с первого взгляда?»

«Так не бывает».

Чжан Сыньцзин откинула волосы назад и привела свой вид в порядок.

«Ну разве он не красавчик? И оценки у него хорошие. Если бы мы встречались, я бы могла бы больше не думать над домашней работой и экзаменами», — она задумалась: «Как думаете, у меня еще есть шанс?»

Юй Фань: «Нет».

«Мне тоже так каже…», — Ван Луань даже не успел договорить, как увидел разъяренный взгляд Чжан Сыньцзин, и тут же попытался сменить тему: «Ну кто знает этих отличников, вдруг ты просто не в его вкусе».

«Тогда какие девушки ему нравятся?»

Он набрался энтузиазма: «Волосы всегда собраны в хвост, маленькие глаза, большие губы, обязательно толстые очки и чтобы училась днями на пролет».

«Чушь собачья», — Чжан Сыньцзин сделала паузу: «Еще не поздно купить очки?»

Юй Фань устал это слушать, поэтому собирался уйти.

Чжан Сыньцзин все еще держала Ван Луаня.

Увидев как Юй Фань уходит, он спросил: «Куда ты?»

«Домой», — ответил: «Играй, не торопись».

«Кто, блять, с ней играет? Подожди меня. Пойдем вместе, вдруг снова попадешь в какую-нибудь неприятность… эй, пусти уже, сейчас форму порвешь».

Чжан Сыньцзин не отпускала. Она задумалась и сказала: «Юй Фань, не говори никому о том, что недавно произошло! Или я расскажу директору о твоем конфликте с соседней школой».

«Как хочешь», — он сунул руки в карманы и повернулся, чтобы подняться наверх. Через секунду  по коридору пронеслась фраза: «Не забудь сказать, что я победил и не опозорил школу».

«…»

***

«Отличник, ты принес в школу свой телефон?» — спросил У Цзин, посмотрев на студента, который только что вернулся в класс.

Поскольку у Чжуан Фанцинь есть привычка менять места дважды в семестр, студенты в классе сейчас сидят случайным образом.

Так как У Цзин был одним из переведенных студентом, естественно, что он сидел с другим таким же.

Раньше, их места в первом классе распределялись в соответствии с оценками. Он никогда бы не подумал, что однажды сможет сидеть за одним столом с Чэнь Цзиншэнем.

«Я только что услышал вибрации», — сказал У Цзин: «В твоей сумке».

Чэнь Цзиншэнь достал свой мобильный телефон с пятью непрочитанными сообщениями.

Прежде чем нажать пальцем на экран, он некоторое время смотрел на них.

У Цзинь не собирался подглядывать, но сиденья были так близко, что он случайно взглянул на экран его телефона.

Удалось разглядеть несколько слов: «Мама», «Тебе нужно сменить класс», «Иди домой пораньше».

Хотя он увидел не всё, связь между этими сообщениями была понятна. Родители лучшего ученика недовольны таким распределением по классам и хотят, чтобы Чэнь Цзиншэнь сменил его.

Это нормально. Родители У Цзиня тоже какое-то время хотели, чтобы тот сменил класс, жаль, что они не настолько внимательные.

Он разочаровался тем, что не сможет воспользоваться этим отличником.

Чэнь Цзиншэнь бросил свой мобильный телефон обратно в школьную сумку, вытащил бланк вопросов и начал молча решать вопросы.

У Цзинь был ошеломлен: «Отличник, уроки кончились, домой не собираешься?»

«мгм».

Чэнь Цзиншэнь долго чувствовал на себе странный взгляд и повернулся:

«Что-то не так?»

У Цзин улыбнулся: «Все окей, просто я не смог решить эту задачку… хотел спросить у учителя, но не нашел его. Может ты смог бы мне помочь?»

«Дай сюда».

«А?» У Цзин удивился. Он немедленно передал свой бланк вопросов обеими руками. «Вот, пожалуйста».

У Цзин ушел довольным, оставив Чэнь Цзиншэня одного.

В сумке снова зазвонил телефон. Он, казалось, не слышал и продолжал дергать ручкой и делать упражнения.

Лучи заходящего солнца окрасили класс в золотистый цвет.

Закончив работу, Чэнь Цзиншэнь посмотрел на свои испачканные чернилами запястья. Он отправился в уборную. Вымыв руки, Чэнь Цзиншэнь мельком увидел ученика.

Перед кабинетом декана стоял Юй Фань, нетерпеливо прислонившись к стене и засунув одну руку в карман.

Директор поднес его вторую руку к носу.

«Ты что извращенец?», — спросил Юй Фань.

«Что за глупости!», — Ху Пан сжал его руку и спросил: «Ты же говорил, что не куришь, что это за запах сигарет?»

Юй Фань молча отвернулся.

Попрощавшись с Ван Луанем, он наткнулся на толстого тигра, который только что вернулся со встречи. Ху Пан услышал запах сигарет.

Даже собачий нос уступает ему в этом.

«Больше никаких придирок?»

«Позвони родителям!»

На мгновение на лице Ю Фаня отразились нотки раздражения и отвращения, которые невозможно было скрыть.

Он вернулся к своему первоначальному выражению: «Нет».

«Тогда мне нужно попросить Фанцинь позвонить тебе домой, верно?»

«Бесполезно».

«О чем ты?»

«Дома никого нет».

«У меня нет матери», — Юй Фань обернулся и улыбнулся ему: «А отец уже давно умер».

«…»

Ху Пан посмотрел на его улыбку и замер. Ему потребовалось немного времени, чтобы прийти в себя.

«Ты…», — он был ошеломлен: «Почему Чжуан не говорила мне об этом?»

Ю Фаню было все равно: «может быть, она хочет сохранить это в тайне».

Ху Пан сделал паузу и растерявшись сказал:

«Я правда не знал… так ты живешь один?»

«Вроде того», — Юй Фань посмотрел на темнеющее небо: «Теперь мне не нужно звонить родителям, верно?»

Ху Пан прокашлялся: «Нет».

Юй Фань собирался попрощаться с Ху Паном, когда тот ущипнул его за плечо.

«Но тебя все равно придется наказать за нарушение школьной дисциплины». Он похлопал его по плечу и успокоил.

«Я скажу тебе вот что: поднимись наверх, напиши рецензию на 2000 слов и сдай её мне перед тем, как пойдешь домой».

«…»

«Я буду играть в шахматы у школьных ворот. Принеси сразу как закончишь».

Юй Фань медленно двинулся по коридору и через окно посмотрел на школьные ворота. Он пересекся взглядами с тигром, который наблюдал как тот идет в класс.

Ху Пан и старый школьный охранник установили парту возле комнаты охраны. Когда он увидел его тут же замахал рукой: «Пиши быстрее».

Юй Фань отвернулся и вошел в класс. Он не ожидал, что в это время там еще будет кто-то.

Чэнь Цзиншэнь не обращал внимание. В помещении был слышен только шорох бумаги.

Юй Фань прошел мимо него не отрывая взгляд. Тот писал на тонком листке, похожий на черновик.

Они не хотели общаться друг с другом. Делая вид, будто никого нет.

Он сел на свое место, отодвинул стул ногами и достал свой телефон, чтобы убить время.

Юй Фань увидел несколько непрочитанных сообщений:

Ван Луань: [Тебя поймал толстый тигр?]

Ван Луань: [Эй, почему ты вернулся в класс? Я жду тебя у школьных ворот.]

[—Мне нужно написать рецензию на две тысячи слов.]

Ван Луань: [Что будешь делать? Сколько времени у тебя есть, чтобы написать? Найди что-нибудь в интернете и спиши.]

[—Не буду писать, мне лень.]

[—Иди без меня. Я потом выйду через заднюю дверь.]

Задняя дверь ворот открыта только по пятницам после уроков. Но Юй Фаню нужно было немного подождать, пока Ху Пан будет настолько увлечен игрой в шахматы, что даже не заметит его.

Закончив отвечать на сообщения, Юй Фань открыл мини-игру «Змейка», которая уже была установлена на телефоне при его покупке. Он играл в неё в сто раз серьезнее, чем учился.

Вокруг было очень тихо, и поскольку никто ему не мешал, он мог вдоволь насладиться игрой. Прожорливая змея почти заполнила экран, а верхний правый угол все время напоминал ему, что ему еще не хватало очков до собственного рекорда.

Внезапный скрип стула нарушил тишину в классе.

Ю Фаню было все равно, и его длинные пальцы продолжали царапать экран в разные стороны. Он услышал, как встал Чэнь Цзиншэнь, а затем закрыл свои учебники.

*Он наконец уходит?*

Пока Юй Фань играл, услышал звук шагов, которые приближались к нему.

Поскольку в классе больше никого не было, он сидел относительно непринужденно — большая часть его тела была видна за партой, а ноги были вытянуты вперед, блокируя проход.

Почувствовав приближение ученика, Юй Фань лениво убрал ноги.

Пару секунд спустя Чэнь Цзиншэнь остановился у его парты.

«Одноклассник Юй», — голос Чэнь Цзиншэня пронесся возле его головы. Его тон был таким же холодным как и всегда.

Игра достигла решающего момента, до рекорда оставалось всего 300 очков. Юй Фань пристально смотрела на экран телефона, игнорируя его.

Примерно через полминуты он обнаружил, что Цзиншэнь все еще стоит перед его столом. Он нахмурился и сказал по привычке: «Я не буду сдавать домашнюю работу».

В девяти случаях из десяти, каждый кто разговаривал с ним в классе, спрашивал о домашнем задании.

«Я не за этим».

«Тогда что нужно?»

Чэнь Цзиншэнь некоторое время молча смотрел на свои светлые волосы, затем достал из кармана письмо и протянул его одной рукой.

В момент, когда он поднес конверт Юй Фань рефлекторно поднял голову.

Он понял, что отвлекся, поэтому сразу же вернулся к игре.

Юй Фань посмотрел на телефон и увидел, что самая непобедимая гигантская прожорливая змея во вселенной врезалась в стену и игра была закончена.

До рекорда не хватило всего 77 очков.

Вот дерьмо.

Юй Фань бросил свой мобильный телефон на стол и встал: «Тебя избить? Ты не видел, что я был занят?»

Он взглянул на розовый конверт, переданный Чэнь Цзиншэнем, посмотрел на него и спросил: «Что это? На драку меня зовешь?»

Он задумался, и еще раз внимательно посмотрел на письмо.

У Чэнь Цзиншэня были тонкие пальцы, аккуратные запястья и тонко подстриженные ногти. Он держал в руках знакомый розовый конверт, с любовной печатью.

«Одноклассник Юй».

Юй Фань напряженно поднял голову.

Чэнь Цзиншэнь нес свою сумку на одном плече, а другой рукой положил письмо на стол и подвинул его вперед: «Пожалуйста, прими мое любовное письмо».

Глава 6 - Я написал его, чтобы выразить свои чувства

"...”

Гробовая тишина.

Прохладный ветер обдувал шторы. Прежде чем Юй Фань опомнился, на телефон, который лежал на столе, пришло два сообщения.

Он долго смотрел на Чэнь Цзиншэня. Выражение его лица все также оставалось холодным.

Юй Фаню даже казалось, что ему мерещится, но дурацкое письмо, которое тот держал, напоминало, что это реальность.

Они оба ничего не говорили, это было неловкое молчание. Юй Фань по несколько раз сжимал и разжимал кулаки, а после сел обратно на свое место.

Звук уведомлений раздражали его. Он выключил телефон и спросил: «…Ты больной? Я парень».

Чэнь Цзиншэнь поставил письмо на стол: «Я знаю».

«И я тебе всё ещё нравлюсь?»,—Юй Фань сделал паузу: «Ты гей?»

Чэнь Цзиншэнь молча опустил глаза и из его уст вырвался холодный голос: «мгм».

"..."

Он спросил: «Ты гомофоб?»

«...Не совсем», — сказал Юй Фань, немного подумав, он отвел взгляд в окно: «Но я не такой. Я люблю женщин».

«Тебе сейчас кто-то нравится?»

Юй Фаню впервые признался мужчина, поэтому тот был немного смущен: «Нет».

Он пришел в себя и уже собирался сказать, что это его не касается…

«Тогда почему ты уверен в том, что тебе нравятся женщины?»

"?"

Что за логика?

«В любом случае, я не гей, и я не хочу с тобой встре…», — он не произнес последних слов, ведь всё это было странно.

Он взял письмо, что лежало на столе, и протянул его Цзиншэню, так будто в руках у него была бомба: «Быстро забери это».

Чэнь Цзиншэнь промолчал.

Юй Фань чувствовал себя идиотом ведь держал его ещё пару секунд: «Тебе оно не нужно что ли? Хочешь чтобы я порвал его?».

Чэнь Цзиншэнь уставился на него, а затем сказал: «Рви».

В любом случае, после всех исправлений, его не сильно устраивала эта версия письма.

Юй Фань глубоко вздохнул и подавил свое желание вмазать ему. Он посмотрел на карман Чэнь Цзиншэня и уже потянулся засунуть туда письмо.

«Юй Фань!», — знакомый громкий голос раздался эхом по всему коридору третьего этажа.

Когда он услышал, его рука дрогнула и застыла в воздухе, прежде чем тот прикоснулся к Чэнь Цзиншэню.

Увидев фигуру у двери, собирающуюся войти, Юй Фань быстро сунул письмо в свой карман.

Это был Ван Луань: «Юй Фань, почему ты игнорил мои сообщения?»

Увидев ситуацию внутри, он удивился и спросил: «Что ты делаешь?»

«Почему вернулся?», — Юй Фань повернул голову и раздраженно спросил.

«Я забыл домашку в классе. Когда шел сюда, случайно увидел как Толстый Тигр идет в туалет. Я хотел, чтобы ты обошел его и сбежал…»

Ван Луань взглянул на него и в шоке спросил: «Почему у тебя такие красные уши?»

«?» Юй Фань закрыл уши и нахмурился: «Тебе показалось».

«Правда!», — Ван Луань прокрутил эту сцену у себя в голове. Они стояли близко друг к другу, а их лица были напряжены. Неужели собирались подраться?

Он посмотрел на Чэнь Цзиншэня и недоверчиво спросил: «Ты ущипнул моего брата за уши?»

Юй Фаню хотелось заткнуть ему рот чем-нибудь.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на них и промолчал.

В глазах Ван Луаня молчание означало согласие. Он уже хотел продолжить распрашивать, но Юй Фань схватил его и потянул назад.

В портфеле Цзиншэня раздался звук, это был входящий звонок.

Ему было все равно. Он обхватил сумку рукой и продолжил: «На самом деле, ты интересен мне еще с первого года средней школы».

Юй Фань: «...»

Ван Луань: «?»

«Я увидел тебя во время спортивных соревнований».

Юй Фань: «?»

Ван Луань: «???»

«Я серьезно», — Чэнь Цзиншэнь опустил руки. «Надеюсь, ты хорошенько подумаешь об этом».

-

Толстый Тигр долго торчал в туалете, а Юй Фань честно и справедливо сбежал.

Он был зол настолько, что каждый прохожий при виде его делал два шага в сторону.

Ван Луань посмотрел на него и набрался смелости спросить: «Слушай, тебе не кажется, что слова Чэнь Цзиншэня звучали очень знакомо…?»

«Нет»

«Правда?», — Ван Луань почесал голову: «Тогда что ему нужно?»

Юй Фань разозлился ещё больше. Он поджал губы и долго сдерживал слова: «Подраться».

"?"

Ван Луань недоумевал: «Потом он сказал, что интересовался тобой на первом году средней школы.»

«Уже тогда начал ненавидеть меня».

«Он даже смотрел твои спортивные соревнования».

«Хотел проверить насколько я хорош».

«А в конце он попросил тебя подумать…»

«Подумать о драке с ним».

Ван Луань: «…»

Странно, но разумно. Всё же он не мог представить себе, чтобы между ними могло произойти что-то еще.

Ван Луань спросил: «И что ты сказал ему?»

«Сказал идти в жопу»

"..."

Когда они проходили мимо супермаркета, Ван Луань вспомнил, что закуски в его нычке почти закончились, поэтому он зашел купить другие.

Юй Фань ждал у входа.

Вечером прохладно. Мимо прошла парочка, рука у той девушки была в кармане у парня.

Юй Фань сжал письмо и захотел закурить.

На самом деле он намеревался бросить курить. В последнее время даже делал перерывы каждые три дня, это явно дает результаты.

Чэнь Цзиншэню не сломить его.

Немного подумав, Юй Фань повернул голову и выдохнул. Краем глаза он увидел мусорный бак в углу.

Он немного колебался, а потом подошел к нему, двумя пальцами достал письмо из кармана и держал его над урной.

Подул ветер, и конверт покачнулся.

Спустя пару секунд он издал тихое «цц» и убрал его…

«Бля! Это любовное письмо?»

Когда Ван Луань подбежал, Юй Фань быстро засунул его обратно в карман.

В руках у Ван Луаня был полиэтиленовый пакет: «От кого? Почему я узнаю об этом только сейчас?»

Юй Фань пошел вперед: «Тебе показалось».

«Невозможно, у меня зрение 5,2!», — Ван Луань осознал: «Я знаю, это определенно случилось когда ты был в классе. Неудивительно, что твои уши были такими красными».

Ван Луань находился рядом с Юй Фанем со второго года средней школы.

Юй Фань — человек, который всегда спокоен. Он стоял перед толпами людей, чтобы рассказать рецензию, и никогда не волновался. Из за своей хладнокровности многие думали, что он ничего не боится.

Пока кто-то не признался ему в любви.

Это был первый раз, когда Ван Луань увидел, что тот покраснел.

Человек, который не моргнув глазом вступает в драки, от смущения опустил голову и покраснел, небось извинялся перед милой девушкой ростом полтора метра и не думал ни о ком другом.

С этого дня Ван Луань понял, что его устрашающий и сильный брат на самом деле невинный школьник.

«Закончил выдумывать?» Когда они дошли до развилки, Юй Фань ушел в другом направлении, и не оглядываясь сказал: «Иди уже».

-

Юй Фань пришел домой и принял душ, когда он вышел, сверху все ещё раздавался шум.

Он привык, что в дешевых жилых домах нет звукоизоляции, поэтому не обратил внимания и посмотрел в зеркало.

Рана на его лице стала немного светлее. Скорее всего она заживет через пару дней.

Выглядит ужасно.

Юй Фань усердно тер лицо полотенцем, пока она не начала болеть.

Он вышел из ванной в тапочках и взял лапшу быстрого приготовления. Когда он собирался вскрыть упаковку, внезапно кто-то дважды постучал.

Эти два звука, казалось, отдавались у него в висках.

Юй Фань остановился, а затем поднял глаза, его ленивое выражение лица быстро сменилось на апатичное и бдительное.

Он посмотрел на тень под дверью и некоторое время молча ждал.

“Тук.” Раздался еще один стук.

Юй Фань оставил лапшу и повернулся, чтобы отворить дверь.

Он взялся за дверную ручку, не очень осторожно дёрнул за неё. Выглянув за дверь тот ничего не увидел.

Юй Фань нахмурился и уже собирался закрыть дверь, когда заметил маленькую черную голову.

Он медленно посмотрел вниз и встретился взглядом с маленькой девочкой, стоявшей перед ним.

Это был ребенок из семьи, которая только что переехала. Он уже замечал её вчера, девочка с двумя косичками и пухлыми щечками.

Из за злобного выражения Юй Фаня, она пугливо опустила брови.

Они какое-то время смотрели друг на друга.

“Что ты делаешь?”, — Юй Фань заговорил первым. Он всё ещё злился, поэтому его тон был жестким.

Она задрожала.

Её действительно трясло от страха.

Юй Фань: “…”

Он вздохнул, присел на корточки и посмотрел на нее: “Говори”.

Она держала пакет, размером больше её головы. Девочка набралась смелости: “Мама сказала, что вчера была очень шумной когда убиралась. Мы больше не будем шуметь. Это пельмени… братик, не сердись».

“Понятно”. Юй Фань взглянул на пакет. - “Унеси обратно, они мне не нужны“.

Маленькая девочка стояла неподвижно, с тоской глядя на него.

Юй Фань нахмурился: “Неужели ты не понимаешь?”

Она снова потрясла пакетом.

Юй фань забрал пакет и зашел обратно. Он сразу же запихнул их в холодильник и продолжил варить лапшу.

Семья сверху сдержала обещание, и этой ночью они не издали ни звука.

Но Юй Фань ложился только в два часа ночи. Возможно причиной его плохого сна было начало занятий.

Он решил не продолжать борьбу со сном, поэтому, взявшись за волосы, встал попить воды.

Когда тот наливал воды, он заметил у чайника гору вещей.

Обычно, принятием ванны Юй Фань выкладывал всё, что было у него в кармане на стол, который теперь был завален ключами, карточками на школьное питание, мелочью и розовым конвертом.

Он некоторое время смотрел на эти вещи, потом взял бокал воды и ушел.

На мгновение, тот повернулся с невозмутимым видом, вытащил конверт из кучи вещей и направился обратно.

Юй Фань и раньше получал любовные письма. Он возвращал их сразу же в знак отказа. Это первый раз, когда тот взял его домой.

Он лежал на кровати, а в руках рассматривал конверт, Юй Фань вдруг вспомнил чересчур официальный вид Чэнь Цзиншэня и его бесчеловечное отношение к Чжань Сыньцзин.

Ему хотелось посмотреть, что может написать такой человек.

Заложив одну руку за голову Юй Фань лениво откинулся на спину и небрежно, перебирая пальцами, открыл конверт.

Конверт и печать были яркими, но внутри это была просто обычная бумага, на которой Чэнь Цзиншэнь писал в классе после школы.

“…”

Если бы знал, ушел пораньше.

Почерк Чэнь Цзиншэня сильный и тонкий, его аккуратность выглядит немного как каракули, как если бы он много тренировался.

Юй Фан сжал бумагу и начал читать:

«Одноклассник Юй из класса 7, 2-й год, старшей школы:

Здравствуй.

Я Чэнь Цзиншэнь из 7-го класса, 2-й год, старшая школа.»

На письме было два цвета чернил, один текст был светлым, а другой более темным. Темной пастой он, должно быть, писал после уроков

На цифре «7» возле его имени изначально было написано «1», но темной пастой тот изменил её.

(п/п: тут о том что Чэнь Цзиншэнь изначально должен был быть в классе 1, его родители настаивали на этом в прошлых главах)

«Не знаю, помнишь ли ты меня, мы несколько раз встречались на церемонии поднятия флага.

Тогда, на первом году старшей школы я впервые увидел тебя, ты красноречиво говорил на трибуне и наизусть выучил рецензию. Это глубоко запечатлелось в моей памяти.

После этого я начал везде замечать тебя.

Стал обращать внимание на конец рейтингового списка; иногда проходя мимо седьмого класса, не мог перестать смотреть на твой затылок, пока ты спал; через окно всегда наблюдал на площадь, где тебя наказывал учитель.

Сам того не зная, я целый год обращал на тебя внимание.

Когда на важном экзамене я заметил, что твой рейтинг поднялся на одно место. Я был искренне рад за тебя, именно в тот момент осознал свои чувства.

Поэтому и решил написать это письмо, чтобы выразить их.»

После этого, идет текст написанный другой пастой.

«Хотя на выпускном экзамене в прошлом семестре ты снова оказался на последнем месте. Я все равно верю, что у тебя есть талант к учёбе, особенно к математике. Ведь обычные люди не смогут набрать 9 баллов.

Так что, если ты будешь усердно работать, то обязательно добьешься лучших результатов.

Вот рекомендуемые мной справочники и бланки вопросов:

"Математика для новичков", "Глупая птица взлетает первой, 2017", "Краткий обзор тем по математике за среднюю школу".

Желаю успехов на экзамене и прогресса в учебе.

Чэнь Цзиншень.»

Юй Фань: "?"

Юй Фань: "..."

Бля?

Ты явно заслуживаешь своей оценки по китайскому.

Глава 7 - Ты читал мое любовное письмо?

На следующий день Юй Фань, как и ожидалось, проспал.

Он подошел к школьным воротам, придумывая, что сказать старому охраннику, чтобы избежать бессмысленного процесса перелезания через стену.

«Прошло пару дней учебы, да?», — голос Толстого Тигра разнесся до ближайшего магазина: «Вы опоздали! Собираетесь и дальше прогуливать?!»

У школьных ворот выстроился ряд парней, их лица были знакомы.

Они поклонились, у всех были разные позы и несчастные выражения лиц. Скорее всего, парни не ожидали, что Толстый Тигр будет ждать их у школьных ворот, чтобы застать их за опозданием во второй день учебы.

Другие ученики не так сильно выделялись, благодаря человеку, который стоял справа.

Ху Пан устал их ругать и пошел вправо на мгновение смягчив тон: «Чэнь Цзиншэнь, что случилось? Ты проспал?»

Увидев прямо стоявшую фигуру, Юй Фань сразу вспомнил о несчастном письме. Он уже хотел пойти к заднему входу.

Чэнь Цзиншэнь, казалось, почувствовал на себе взгляд и поднял голову. Они посмотрели друг на друга.

Когда их взгляды встретились, Юй Фань учуял неладное и ускорил шаг.

«Юй Фань!..», — вскрикнул Чэнь Цзиншэнь.

Еще несколько человек, которые надеялись, что тот сможет уйти: «?»

Ху Пан повернулся: «?»

Юй Фань: «…»

Ты, блять, это специально сделал?

Через пару секунд, с недовольным лицом к ним присоединился Юй Фань. Даже не взглянув на Чэнь Цзиншэня, он встал в конец ряда с левой стороны

«Сколько раз мне нужно повторить, что строятся по росту?», — Ху Пан указал на Чэнь Цзиншэня: «Ты стоишь там».

Юй Фань: «…»

Когда ты избавишься от своего чертового обсессивно-компульсивного расстройства¹?

[1] —  расстройство, при котором человек постоянно и безуспешно пытается избавиться от тревожных мыслей с помощью навязчивых и утомительных действий(компульсий).

Юй Фань неохотно пошел в другой конец.

«Ты собирался сбежать, не так ли?»

Когда он подошел к Цзиншэню, Ху Пан продолжил: «Ты опоздал вчера, опоздал сегодня, и обманул учителя! Задай себе вопрос: похож ли ты на примерного ученика?»

Юй Фань: «Когда я обманывал?»

«Я спросил у Чжуан. Она ответила, что твои родители просто много работают и не бывают дома. А ты что мне вчера сказал?»

«Как можно говорить такие бессовестные слова, ты действительно безнадёжен», — сказал Ху Пан: «Только твоя учительница Чжуан готова заботиться о тебе. Я слишком устал, чтобы разговаривать с такими учениками, как ты!»

Юй Фань уже собирался что-то сказать, когда несколько человек рядом тут же яростно дали ему знак, что не стоит этого делать, а иначе им всем придется стоять тут весь день.

Юй Фань цокнул, отвел взгляд и замолчал.

После столь долгого отчитывания, Ху Пан немного запыхался. Он сделал глоток из термоса и посмотрел на часы.

«Встаньте прямо! Прекращайте дурачиться и проявите немного юношеского энтузиазма!»

Он закончил говорить и посмотрел на человека в другом конце: «Чэнь Цзиншэнь, возвращайся в класс, иначе ты пропустишь первый урок. В следующий раз следи за временем и больше не опаздывай, ха».

«Ну, директор Ху, каждый может опоздать. Почему он может идти, а мы должны стоять?», — сказал парень с маллетом²,стоящий посередине: «Это несправедливо».

[2] — в оригинале на китайском написано «мальчик с утюгом из фольги», немного погуглив мы узнали, что это название китайской прически. Нашли примерно похожую прическу, кому интересно как она выглядит, погуглите: «fade mullet».

Его зовут Цзо Куан, он из восьмого класса по соседству. В глазах Ху Пана этот человек ещё более проблемного существования.

Хотя Юй Фань тоже бездельник, но обычно тот не проявляет инициативу к созданию проблем. Он не пропускает занятий и не вызывает беспокойств.

Но Цзо Куан не такой, тот часто берет и устраивает драки со старшеклассниками из соседней школы, привлекая к себе много внимания. Так уж получилось, что у него были какие-то семейные связи. Ходили слухи о том, что он был дальним родственником директора, поэтому ему всё прощали.

После того как Цзо Куан высказался, он начал искать кого-то, кто был с ним в одной лодке: «Правда, Юй Фань?»

Юй Фань выпалил: «Мне всё равно».

Хотя если бы сейчас появилась возможность избавиться от Цзиншэня, Юй фань был бы только рад.

Цзо Куан: «…»

Ху Пан уже было собирался накричать, как Чэнь Цзиншэнь тихо сказал: «Нет, директор, я готов понести наказание».

«Посмотри на других, Цзо Куан»,  — Ху Пан выглядел удовлетворенным. Он подошел к нему и сказал: «Справедливо? Твои оценки намного ниже, чем у других. Ты ещё смеешь говорить что-то о справедливости?»

Ху Пан отошел и еще долго ругал Цзо Куаня, а Юй Фаню хотелось спать.

Толстый Тигр не смотрел в их сторону, так что Юй Фань просто откинулся назад и лениво зевнул, прислонившись к стене.

Неожиданно к нему рядом прислонился ещё один неприятный человек.

«Ты прочитал моё любовное письмо?», — прошептал Цзиншэнь.

У тебя хватает смелости спрашивать об этом?

Перед школьными воротами, перед директором?

Юй Фань не поднял головы и сказал грубым тоном: «Разорвал его».

«Ну», — Чэнь Цзиншэнь полез в карман: «Вчера вечером я написал новое».

«?»

Юй Фань выпрямился и быстро схватил его за запястье, прежде чем тот достал письмо.

Его ладони были холодными. Чэнь Цзиншэнь взглянул на него и остановился.

«Ты что, по-человечески не понимаешь?», — он стиснул зубы: «Я же сказал, что мне не нравятся мужчины... »

«Юй Фань! Ты что делаешь?»

Услышав шум, Ху Пан поспешил к ним и в шоке спросил: «Почему ты держишь его за руку? Немедленно отпусти!»

Если он сейчас сделает это, то Чэнь Цзиншэнь вытащит ещё один розовый конверт, кто понесёт за это ответственность?

«У меня…», — Юй Фань долго держал его, — «Руки замерзли».

(п/р:... еще гениальней отмазку придумать не мог??)

Ху Пан выглядел озадаченным: «Так засунь их в карманы и не мешай другим».

«…»

Юй Фань всё ещё не двигался. Он сжимал Чэнь Цзиншэня за запястье и немного напрягся.

Пока он думал о том, что сказать, Цзиншэнь дёрнул рукой в попытке вытащить письмо. Сердце Юй Фаня ёкнуло от внезапности.

К счастью, ничего не вышло.

Юй Фань отпустил его, ощущая небольшую усталость, словно только что закончил бой.

Ху Пан нахмурился и спросил: «О чем вы говорили? О каком парне? О каком письме?»

Что это за дьявольский слух?

Юй Фань открыл рот и сказал: «Он порекомендовал мне руководство для настоящих мужчин».

Веки Чэнь Цзиншэня на мгновение дрогнули, но он ничего не сказал.

«Чепуха. В каких учебниках одобрят такой сексизм? Кроме того, ты что, читаешь книги?», — Ху Пан подозрительно посмотрел на него: «Что за руководство такое? Хочу послушать».

Юй Фань: «Краткий обзор тем по математике за среднюю школу», «Математика для новичков», «Глупая птица взлетает первой, 2017».

Несколько человек рядом с ним: «???»

Ху Пан не ожидал, что речь действительно пойдет о руководстве.

Он на какое-то время задумался и кивнул в знак согласия: «Эти книги, они тебе очень подходят, неплохо».

На языке Юй Фаня было ругательство, но он сдержал его и в конце концов смирился.

В присутствии Чэнь Цзиншэня Ху Пан не заставлял их стоять так слишком долго. Как только прозвенел звонок на первый урок, он махнул рукой и отпустил их.

Толпа проблемных учеников собралась в огромный строй. Парни этого возраста все ещё находятся в той детской стадии, когда их наказывают коллективно, и они намеренно повышают голос, когда поднимаются наверх по лестнице, из-за чего ученики в классе часто выглядывали.

Юй Фань ушёл вперёд и ускорил шаг, потому что не любил шум.

Цзо Куан пошёл за ним: «Юй Фань, как ученик в твоём классе мог так быстро уйти? Торопился на урок?»

Юй Фань проигнорировал его.

Цзо Куан взглянул ему в лицо: «Чёрт возьми, я хотел проучить его, но Толстый Тигр отругал меня. Эй, ты тоже его ненавидишь? Как насчёт того, чтобы мы…»

Юй Фань внезапно остановился, Цзо Куан, что шёл сзади тоже.

Он хотел закончить предложение, но Юй Фань повернулся к нему и посмотрел холодным взглядом.

Юй Фань стоял на две ступени выше него. В его опущенных глазах таились безжалостность и угроза, которые исчезли через мгновение.

Цзо Куан чувствовал себя так, словно его пригвоздили к месту.

«Я же уже говорил тебе», — через некоторое время он лениво заговорил.

Цзо Куан: «Что…»

«Не смей трогать кого-то из моего класса».

Эти слова, казалось, были просто напоминанием, но в них также чувствовалось предупреждение.

Юй Фань развернулся и ушёл. Только когда он скрылся из виду, Цзо Куан пришёл в себя и прошептал: «Чёрт побери».

…….

Юй Фань поднялся до четвёртого этажа и увидел фигуру, стоящую наверху лестницы.

Чэнь Цзиншэнь стоял там с очень знакомым листком бумаги в руке.

Это ведь еще не конец, да?

Конечно же, Юй Фань проигнорировав поднялся наверх и услышал холодный голос: «Одноклассник Юй».

Юй Фань не выдержал. Он повернулся и схватил его за воротник. «Ты думаешь, я не смогу тебя ударить?..»

Чэнь Цзиншэнь позволил схватить себя, одной рукой развернул письмо и протянул ему.

Он был абсолютно непредсказуемым, и Юй Фань не мог защититься от него.

«Физика - это легко», «Обязательные задания для младшеклассников» и «Словарь английского, который сможет выучить даже ученик начальной школы».

Чэнь Цзиншэнь не изменился в лице: «Это учебники, которые я выбрал вчера».

«…»

«Тебе они очень подойдут», — Он сделал паузу, словно подыскивая нужные слова: «Это книги для человека без базы знаний».

«…»

«Надеюсь, это будет полезно».

«…»

***

За весь день Юй Фань даже не взглянул на первые ряды своего класса.

Потому что кое-кто слишком высокий. Как только он поднимал голову, тут же видел затылок, который так и напрашивается на то, чтобы ему врезали.

«Тебе не надоело играть в эту глупую игру?» — Ван Луань оперся рукой на спинку стула: «Весь день рубишься».

Юй Фань: «Хватит совать свой нос в чужие дела».

Прозвенел звонок об окончании уроков. Чжуан Фанцинь пришла тогда, когда ушёл учитель физики.

Ван Луань тут же крикнул ему: «Прекрати играть, Фанцинь здесь!»

«Не мешай», — сказал Юй Фань: «Это решающий момент».

К счастью, Чжуан Фанцинь не обращала на это внимания.

Как только она вошла в класс, сразу же подошла к компьютеру и открыла файл на флешке: «Перед тем как уйти, займите свои новые места».

На проекционном экране появилась новая схема рассадки учеников.

«Чёрт, Юй Фань, меня пересадили. Нашу судьбу решили слишком быстро», — Ван Луань прищурился, чтобы найти своё имя: «Чёрт, почему я сижу с дисциплинарным комитетом! Она что, специально это сделала?»

(п/п: как я поняла, с челом который отвечает за дисциплину)

«Давай посмотрим, с кем ты там сидишь– да ну нафиг!»

«Блять! Юй Фань! Посмотри на своего нового соседа по парте!»

Юй Фань остановил игру и нетерпеливо поднял взгляд: «Тебе что заняться нечем?»

Его речь резко оборвалась, когда он увидел, как встала третья группа людей в четвертом ряду.

Весь класс, вытянув головы, все ещё искал свои новые места на доске. Только один человек встал с книгой в руках и пошёл в конец класса.

Стол Ван Луаня был настолько захламлен, что только один угол был чистым. Чэнь Цзиншэнь положил книгу в этот угол и молча взглянул на Ван Луаня.

Ван Луань: «Отличник, подожди минутку, я сейчас уберусь...»

Юй Фань протянул руку и сжал скомканный учебник Ван Луаня.

«О чём ты?», — он изогнул бровь и посмотрел на Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь: «Это то, что ты мне тогда сказал».

Ван Луань, зажатый посередине, растерянно смотрел то налево, то направо, мотая головой.

Юй Фань: «А что я говорил?»

«Ты сказал тогда: если тебе настолько нравится смотреть, то почему бы тебе не сесть и посмотреть поближе?», — выдал Чэнь Цзиншэнь.

(п/п): для тех кто не помнит, это слова из первой главы.

Глава 8 - Решай свой экзамен сам

В среду, после занятий, Чжуан Фанцинь вернулась в учительскую с планом урока в руках.

Увидев человека, прислонившегося к её столу, она слегка подняла брови.

«Эй, редкий гость», — Чжуан Фанцинь сняла свой громкоговоритель ”Маленькая пчелка” и положила его на стол.

Юй Фань: «Разве я не был здесь ещё вчера?»

«Я о том, что ты редко приходишь сюда по собственной инициативе», — Чжуан Фанцинь села на свое место и сказала: «Да ладно, как дела?»

Юй Фань перешел сразу к делу: «Я хочу сменить место».

«На какое?»

«Последний ряд или рядом с трибуной, без разницы».

Чжуан Фанцинь возразила: «Либо ты назовешь мне разумную причину, либо хватит тратить моё время».

Юй Фань: «Мой новый сосед мешает мне учиться».

Чжуан Фанцинь удивленно посмотрела на него, недоумевая, как он мог сказать такое с абсолютно серьезным выражением лица.

«Как он тебе мешает?»

«Слишком шумно пишет, воняет и смотрит свысока на таких бедных студентов как я».

«Чушь!», — Чжуан Фанцинь взяла план обучения и стукнула его: «На этот раз Чэнь Цзиншэнь лично обратился ко мне с просьбой передать ему место возле тебя. Как он может смотреть на тебя свысока?»

Юй Фань на мгновение помолчал и повторил: «Он сам подал заявку?»

Чжуан Фанцинь: «А как иначе?»

Вот дерьмо.

Почему этот парень так раздражает?

«Почему он может сидеть там, где захочет?», — когда Юй Фань договорил, он внезапно почувствовал, что его слова звучат знакомо.

Цзо Куан, кажется, сказал вчера нечто подобное.

«А сам как думаешь?», — Чжуан Фанцинь ответила: «Разве не здорово, что лучший ученик класса предлагает помочь студенту с плохими оценками?»

«Отдайте это добро другим, мне не надо».

«Это не тебе решать», — Чжуан Фанцинь взмахнула ручкой и сказала: «Вернись в класс и скажи мне, когда к твоей оценке по математике добавится лишний ноль*. И тогда я посажу тебя на любое место, даже если захочешь сидеть в кабинете директора Ху».

(П/п: лишний ноль всмысле к оценке 9 добавят 0 и получится 90)

Юй Фань вернулся в класс с недовольным лицом.

Увидев человека, сидящего рядом с ним, выражение стало еще мрачнее.

Во время перемены ученики обычно, либо спят, либо болтают, а некоторые идут в столовую за едой. И только Чэнь Цзиншэнь единственный, кто всё время сидит прямо и учится.

Ван Луань: «Юй Фань, где ты был?»

Юй Фань сел на свое место и даже не посмотрел на своего соседа: «В туалете».

«О, почему меня не позвал?»

«Для чего? Чтобы ты наблюдал?»

«Это не выносимо», — Ван Луань повернулся и сел. Он положил руки на спинку стула и начал жаловаться: «Эй, ты не представляешь, какой я несчастный. Мой сосед по парте из дисциплинарного комитета постоянно пялится на меня. Я даже не могу играть телефон на уроках. Нет, мне нужно найти способ сменить место. Но кому вообще понравится сидеть там?»

«Я сяду», — сказал Юй Фань: «Поменяешься со мной?»

Ван Луань был ошеломлен и невольно посмотрел на человека рядом с Юй Фанем.

Чэнь Цзиншэнь опустил глаза и не переставал писать.

Ван Луань взглянул на бланк вопросов под рукой Чэнь Цзиншэня. Он прилежный парень, с первого взгляда даже казалось, что тот был сонным.

Ван Луань всегда думал, что между недавно переведенным отличником и Юй Фанем происходит что-то странное.

«Ну не знаю», — ответил Ван Луань: «Тогда мне нужно спросить отличника, готов ли он сидеть со мной?»

Юй Фань нахмурился: «какое отношение это имеет к нему?..»

«Нет», — тяжелое слово пронеслось рядом с ними.

Юй Фань: «…»

Не ожидая, что Чэнь Цзиншэнь заговорит с ним, Ван Луань на мгновение тоже удивился.

«Ну мы просто болтаем, по сути, никто не может меняться местами», — Ван Луань отошел в сторону и воспользовался возможностью задать ему вопрос, о котором думал всю ночь: «Кстати, отличник, вчера ты сказал: если тебе настолько нравится смотреть, то почему бы тебе не сесть и посмотреть поближе. Что ты имел ввиду?»

Хлоп.

Рука Юй Фаня дрогнула, и его телефон, который он только что достал упал на пол.

Чэнь Цзиншэнь: «Смотреть на…»

Юй фань: «на Директора Ху»

Чэнь Цзиншэнь: «…»

Ван Луань: «…»

Он в замешательстве прищурился: «Директор Ху? Толстый Тигр? А он тут причем?»

«Ну…», — ответил Юй Фань, не краснея: «Со своего места я могу видеть кабинет внизу, когда встаю».

Ван Луань: «Почему я раньше этого не замечал?»

Обычно со стороны этого даже не видно.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на Юй Фаня и не мог понять, почему он так хорошо отмазывается.

Ван Луань встал и попробовал посмотреть: «Я не вижу».

Юй Фань: «Ты слишком мелкий».

«Чёрт», — Ван Луань посмотрел на Цзиншэня: «Отличник, тебе нравится Толсты… Директор Ху? Почему он не преподает в других классах?

Почувствовав на себе злобный взгляд, Чэнь Цзиншэнь на пару секунд замолчал, держа ручку в руках.

«Ну», — сказал он без всякого выражения: «Мне нравятся математические раздаточные материалы, которые он написал».

Ван Луань: «…»

Юй Фань взял школьную форму, бросил ее на стол, сделав из нее подушку, и сказал: «Возвращайся на свое место. Я спать».

Когда перемена закончилась, в класс вошел учитель физики с учебником в руках.

Староста крикнул, чтобы все встали, Чэнь Цзиншэнь увидел, что Юй Фань всё еще сидел.

Он лёг на стол и уснул.

Первоначально он спал лицом вниз, держа кофту на руках. Когда он заснул, ему стало душно, поэтому он повернул голову, открыв половину лица.

Глаза его были закрыты, а его ровная переносица и две маленькие родинки под правым глазом поддерживали хрупкий баланс, заставляя его выглядеть менее агрессивным, чем когда он бодрствует.

Оказывается, родинки не растут с возрастом.

«Садитесь», — повторил учитель физики. Он поправил очки и посмотрел на человека, который всё ещё стоял в заднем ряду: «Чэнь Цзиншэнь?»

Чэнь Цзиншэнь отвернулся и откинулся на спинку стула.

Юй Фань проснулся от звука ударов по столу.

Как только он поднял глаза, увидел, что Чжуан Фанцинь смотрит на него холодным взглядом.

Заметив, что он проснулся, Чжуан Фанцинь перестала хлопать по столу планом урока и подняла экзаменационный лист:

«Уберите все с парт. Эти две самостоятельные работы впервые используются в качестве экзамена. После таких длинных каникул я хочу посмотреть, сколько вы изучили. Пишите внимательно. Ученики за первой партой в каждом ряду, подойдите, заберите листы и передайте их назад».

Юй Фань пошевелил пальцами и снова уткнулся лицом в руку, он сел только когда ему передали контрольную.

Чжуан Фанцинь строго наблюдала за каждым, но на Юй Фаня она смотрела редко.

Потому что все учителя прекрасно знают, что Юй Фань честен на экзаменах — он получал заслуженные баллы и никогда не списывал.

Юй Фань достал ручку и написал свое имя, намереваясь снова заснуть, пока Чжуан Фанцинь ничего не видела.

От сонливости, его почерк был кривым, как у гусеницы, разрезанной на несколько сегментов¹.

[1] — Китайский фразеологизм, проще говоря у гусениц и червей есть несколько сегментов, если разрезать их по этим частям они не умрут, а все их конечности будут продолжать двигаться. Это очень неприятное зрелище.

Через несколько секунд до Юй Фаня внезапно что-то дошло, он медленно поднял голову.

Что сегодня сказала Чжуан Фанцинь?

Если он наберет 90 баллов на экзамене по математике, то сможет сидеть где захочет.

Юй Фань подпёр подбородок, и чем больше он думал об этом, тем яснее становилось его сознание.

Он потер лицо и сел прямо, склонил голову и изредка пролистывал листы в своей руке.

Хорошо.

Он не мог понять ни одной задачи.

Юй Фань сжал ручку и впервые с тех пор, как пересел, посмотрел на своих одноклассников.

У двоих справа были более высокие оценки, чем у него. Слева от него были Ван Луань и комитет по дисциплине. Впереди сидели Чжань Сыньцзин и девушка с короткой стрижкой, которая за всё время обменялась с ним не более чем тремя предложениями.

Если ты не умеешь незаметно списывать, то не сможешь набрать 90 баллов – вот что понял Юй Фань.

Его веки некоторое время были закрыты.

Только когда Чжуан Фанцинь у доски сменила свою сидячую позу, он неохотно повел глазами и украдкой взглянул на людей вокруг себя.

Окружающие всё ещё думали над вопросами с несколькими вариантами ответов на первой странице, но Чэнь Цзиншэнь уже дошел до конца второй.

Юй Фань не особо боролся в душе. Сейчас он просто хотел взять и сесть под парту.

Две минуты спустя, убедившись, что Чжуан Фанцинь не смотрит в эту сторону, он поднес руку к глазам и взглянул на экзаменационный лист, зажатый под рукой Чэнь Цзиншэня.

Благодаря тому, что он не учился, зрение Юй Фаня было очень хорошим. Он как раз почти увидел первый вопрос с вариантами ответа…

Чэнь Цзиншэнь взял черновик и аккуратно накрыл лист, прикрывая написанную часть контрольной

Юй Фань: «?»

Он подсознательно посмотрел на владельца листка.

Чэнь Цзиншэнь опустил голову, чтобы дальше отвечать на вопросы, даже не взглянув на него.

Чэнь Цзиншэнь: «Решай сам».

Чжуан Фанцинь строго наблюдала, из за чего Юй Фань не мог играть или спать.

Он откинулся назад, засунул руки в карманы и посмотрел в окно.

«Юй Фань, ты такой добродушный. Но если тебе действительно хочется выйти на улицу и убрать мусор, придется подождать до конца урока», — голос Чжуан Фанцинь донесся с другого конца класса.

Этот «добродушный студент» отвернулся от скуки.

Экзаменационный билет был полон номеров и строк, от которых у Юй Фаня закружилась голова. Поэтому его взгляд начал блуждать по классу.

Остальная часть класса внимательно выполняла задания. И только двое отвлекаются так же, как он.

Чжань Сыньцзин закончила отвечать на вопросы с несколькими вариантами ответов и теперь приводила пряди своих волос в порядок.

Ван Луань… закрыл глаза ладонями, закрывая свой взгляд от Чжуан Фанцинь. Он подглядывал на лист дисциплинарного комитета.

Ван Луань не двигал головой, а его взгляд был под странным углом. Если бы Юй Фань не присмотрелся, он бы даже не заметил, что тот списывает.

Разумеется, дисциплинарный комитет тоже ничего не замечал.

Юй Фань делал точно также, но каким образом Чэнь Цзиншэнь узнал? Очевидно, что все это время он очень внимательно смотрел на него.

К тому же, разве ты не говорил, что я тебе нравлюсь?

Даже не разрешишь списать?

В чём смысл любви этих отличников?

Подумав об этом, Юй Фань снова отвел взгляд в сторону.

Рука Чэнь Цзиншэня сжимала черновик, и он продолжал старательно отвечать на вопросы.

У многих черновики были настолько исписаны, что глядя на них он не мог ничего понять. Чэнь Цзиншэнь другой. Его черновик чистый и аккуратный, и те кто не знает, думают, что это листок для ответов.

В этот момент взгляд Чэнь Цзиншэня упал на последний вопрос теста. Уголки его рта были напряжены, он поднял правую руку и взялся за висок, как будто глубоко задумался.

Всего через две секунды он расслабил брови, гибко повернул ручку кончиками пальцев, взял  черновик и начал писать.

«У вас осталась минута. По истечению времени отложите ручку и прекратите писать. Никто не даст вам больше времени, когда вы будете на вступительных экзаменах в колледж».

Как только раздался голос Чжуан Фанцинь, Юй Фань тут же пришел в себя и отвернулся от Цзиншэня.

Что за ботаник, почему он продолжает решать задачи до самой последней минуты?

Юй Фань взял школьную форму и был готов уйти, как только заберут его работу.

Внезапно, послышался странный звук и перед ним положили исписанный черновик.

Юй Фань остановился, надевая кофту. Его взгляд на какое-то время задержался на черновике, и он понял, что это был тот, на котором только что писал Чэнь Цзиншэнь. Он был плотно заполнен формулами.

Убедившись, что на бумаге нет дурацких названий учебников, он спросил: «Что это?»

«Ответы и решения задач», — Чэнь Цзиншэнь положил ручку в пенал и посмотрел на него: «Разве ты не хочешь подсмотреть?»

Да, я очень хочу посмотреть. Посмотреть в последнюю грёбаную минуту этого экзамена.

Глава 9 - Можно добавить тебя в WeChat?

После уроков группа людей сидела в бильярдной у задней двери школы и играла в карты.

Ван Луань прислонился к спинке стула, и его голова безвольно откинулась назад: «Это действительно ненормально — сдавать экзамены в начале учебного года».

«Обязательно ли каждый раз отправлять результаты тестов в родительский чат?»

«Забудь об этом, мой отец снова будет “обслуживать” меня бейсбольной битой», — Ван Луань с благодарностью посмотрел на окружающих: «К счастью, благодаря братцу, я никогда не буду последним в списке класса».

Юй Фань проигнорировал его и, опустив голову, бросил карты.

Чжань Сыньцзин была единственной девушкой в этой группе. Скрестив ноги, она отпила чаю с молоком: «Разве твой сосед по парте не член дисциплинарного комитета? Ты даже не списал пару ответов у него?»

«Попробуй спиши у него, он ведь из дисциплинарного комитета», — Ван Луань разозлился, когда ему напомнили об этом: «И почерк такой же “хороший”, как у Юй Фаня. Я щурился, но так и не понял ни единого слова. Блять! Я просто кинул тройку, а ты уже хочешь меня уничтожить?»

«Раздражаешь», — ответил Юй Фань.

Чжань Сыньцзин нервно рассмеялась: «Но Юй Фань, ты же сдал чистый лист и даже не ответил на вопросы с вариантами ответов. Неужели ты реально хочешь разозлить Фанцинь до смерти?»

Когда Юй Фаню напомнили об экзамене, он снова подумал о ком-то и бросил карты немного сильнее.

Он спросил: «Ты смогла бы набрать 90 баллов, ответив только на вопросы с несколькими вариантами ответов?»

Веки Чжань Сыньцзин дёрнулись: «Даже если ответить на все, за них не поставят 90 баллов».

Вот и всё.

Если не можешь набрать 90 баллов, то не имеет значения, пишешь ты или нет.

У Юй Фаня зачесались руки, поэтому он полез в карман — ему захотелось закурить сигарету.

В итоге он дотронулся до шероховатого листа бумаги, почувствовал покалывание в сердце и резко отдёрнул руку.

Это был скомканный черновик с ответами, который передал Чэнь Цзиншэнь.

Первоначальным намерением Юй Фаня было скомкать этот черновик и выбросить, но Чжуан Фанцинь проходила мимо задней двери класса и позвала его, поэтому он рефлекторно снова засунул его в карман.

Юй Фань чувствовал, что в будущем у него будет аллергия на бумаги, которые передаёт ему Чэнь Цзиншэнь.

«Что хорошего в том, чтобы писать контрольные?» — Цзо Куан курил сигарету и делал вид, что не признаёт поражения: «Учитель даже не пытается меня контролировать».

Ван Луань: «Твой учитель слишком ленив, чтобы следить за тобой».

Цзо Куан: «Разве так не лучше? Меня раздражает то, что вы говорите о своей классной руководительнице. Если бы она вела у меня, я бы давно…»

Бах. Юй Фань бросил последнюю карту на стол.

«Перестань говорить чепуху», — сказал Юй Фань: «Положи сюда своё лицо».

Цзо Куан: «…»

Спустя пару секунд на лице Цзо Куаня маркером была нарисована черепаха¹.

[1] —  “Ублюдок” - очень распространённое и агрессивное ругательство на северо-китайском диалекте. Люди могут использовать черепах для оскорбления других, например, «черепаховый ублюдок». На Западе черепаха, хоть и не имеет никакого коннотативного значения, она также является медлительным и непривлекательным животным.

«Бля, давай сыграем ещё партию…» После того, как Цзо Куан сказал это, человек рядом с ним внезапно похлопал его по руке. Цзо Куан нахмурился: «Что ты делаешь?»

«Брат Куан, посмотри быстрее. Эта девушка снаружи разве не та, что преследовала тебя раньше?»

«Кто это?», — Ван Луань выглянул.

«Да, это она». — Цзо Куан увидел, как девушки торопливо покидают бильярдный зал, а затем ответил Ван Луаню: «Никто, просто та девочка из третьего класса преследовала меня два месяца и каждый день приносила мне воду и закуски. Она была такой уродливой, и я наконец избавился от неё».

Чжань Сыньцзин опустила голову, и играя в игру на телефоне, холодно спросила: «Она что, слепая?»

«Мне повезло, ведь с такой внешностью куча девушек просто без ума от меня, верно?» Цзо Куан посмотрел на карточку: «Знаешь, что самое паршивое в третьем классе? Говорят, что все они являются невидимым ключевым классом гуманитарных наук. Эта девушка писала мне по письму в неделю, и в них было дохрена древних стихов, написанных на традиционном китайском², я, блять, ни хрена не понимал…»

[2] — В современном китае разговаривают на упрощенном китайском.

Юй Фань: «Как ты избавился от неё?»

Человек, который всё это время молчал, внезапно заговорил, и Цзо Куан на мгновение замер: «Что?»

«Я спрашиваю», — повторил Юй Фань: «Как ты избавился от неё?»

«Это было не так-то просто», — ответил Цзо Куан: «Я взял одно письмо и стёр её имя, а потом повесил его на классной доске».

(п/р: если кто не знал, вроде бы это делают чтобы застыдить человека за письмо)

Чжан Сыньцзин закатила глаза: «Ты такой жестокий».

«А? А кто её просил приставать ко мне?», — Цзо Куан сказал: «Юй Фань, почему спрашиваешь об этом? Тебя тоже донимает какая-то девушка?»

«Чепуха, думаешь, за моим братом гоняется мало девушек?», — Ван Луань говорил это так гордо, будто это он был популярен у девиц: «Юй Фань только недавно получил любовное письм– чёрт, Юй Фань, ты снова меня разбомбил?! Мы же в одной команде! Какого чёрта? Ты ещё и фермер!!»

Юй Фань: «Так шумно».

Чжань Сыньцзин отложила телефон и с любопытством наклонилась к их карточному столику: «Серьёзно? Юй Фань, кто дал тебе любовное письмо?»

Юй Фань: «Никто».

«Ну скажи», — попросила Чжань Сыньцзин: «Первогодка или второгодка? Красивая? Я её знаю? О, это что Чэнь Цзиншэнь?»

Юй Фань выбросил все карты.

Подсознательно он уже хотел опровергнуть это, но услышал, как Чжан Сыньцзин продолжила: «Вон там, это ведь Чэнь Цзиншэнь?»

Услышав это, Юй Фань остановился и посмотрел в сторону выхода из бильярдного зала.

Недалеко от задней двери, спиной к ним, стоял Чэнь Цзиншэнь. Он был со школьной сумкой на плечах, а его руки просто свисали по бокам.

Он был неподвижен, а перед ним стояли трое не очень приятных на вид парней.

«И правда», — Ван Луань прислонился к стеклу, чтобы посмотреть: «те люди возле него… они из соседней школы? Что они делают?»

«Что ещё могут делать ученики из соседней прогнившей школы, возле нашей?» — Чжань Сыньцзин продолжила: «Конечно, вымогательство».

Юй Фань упёрся локтями в диван, лениво наблюдая за этим спектаклем.

Рядом с их школой находился техникум, где царил полный беспорядок. Ученики оттуда часто приходили в школу, чтобы учинить проблемы. Иногда Ху Пан патрулировал территорию каждые два дня, дабы ловить таких студентов. Но учебный год только начался, поэтому он был очень занят и отложил это дело.

Трое парней, преградивших путь Чэнь Цзиншэню, были покрашены в странный цвет волос, одеты в яркие большие футболки и чёрные брюки. Они могли сразу устроиться на работу, повернув налево в парикмахерскую.

Чэнь Цзиншэнь на их фоне казался намного чище.

Цзо Куан взглянул на выражение его лица и осторожно спросил: «Юй Фань, тебе всё равно? Разве он не из твоего класса?»

Юй Фань проигнорировал его, всё ещё смотря в другую сторону.

Кого волнует то, что кого-то шантажируют, когда это происходит каждый месяц? Есть ли смысл заботиться о них всех? Толстый Тигр заплатит мне за его защиту?

Более того.

Хоть Чэнь Цзиншэнь и ботаник, он следит за своим питанием. Его плечи вдвое шире, чем у тех идиотов перед ним, и он на полголовы выше других. Если бы не его серьёзный характер, никто бы не поверил, что эти три маленькие тощие обезьянки сейчас шантажируют его. Но если у Чэнь Цзиншэня настолько нет чести, что он готов поднять кулаки, чтобы дать отпор, то ни один из них не вернётся сегодня домой.

Вдалеке высокая фигура остановилась, опустила голову и достала деньги.

Юй Фань: «?»

Несколько хулиганов смотрели на стоявшего перед ними парня и не знали, что делать.

Честно говоря, они обычно шантажируют только младшеклашек или девушек, но этот парень... эти кроссовки на его ногах слишком классные. По словам одного из них, они близки к пятизначной цифре*.

(*п/п,п/р: насчет кросовок мы не поняли что за пятизначная цифра, но скорее всего речь о цене или их виде)

Учитывая хорошую школьную форму парня, все трое единогласно решили попробовать! Их велосипеды скоро станут мотоциклами!

«Ты… ты нас понял?», — лидер среди них набрался смелости и показал QR-код WeChat: «Если не переведёшь пятьсот юаней, мы лично пригласим тебя пойти с нами в другое место, чтобы обсудить это поподробнее».

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд, некоторое время смотря на их лица.

Только тогда они поняли, что аура хорошего ученика полностью поддерживалась его опрятной школьной формой.

У юноши тонкие веки, резкие линии лица, но гладкая кожа. На самом деле он выглядит очень бесчувственным человеком. То, как он смотрел сверху вниз, не могло не вызвать у них чувство напряжения.

На мгновение парни пожалели о сделанном.

Чэнь Цзиншэнь задумался на две секунды, а затем сунул руку в карман.

Возможно, из-за его взгляда один из них почувствовал, что Чэнь Цзиншэнь собирается достать какое-либо оружие или телефон, чтобы вызвать полицию, поэтому он быстро сделал два шага назад: «Что ты делаешь? Вытащи руки из карманов, или я…»

Он резко замолчал, когда увидел, что Чэнь Цзиншэнь вытащил деньги.

Они ошеломлённо смотрели на парня перед ними, который отсчитал пять красных купюр и передал им.

«У меня нет WeChat. Заплачу наличными», — тот впервые сказал им что‐то.

Один из хулиганов на секунду впал в транс.

Почему он чувствует себя нищим, которому дают милостыню?

И, чёрт возьми.

Это точно старшеклассник? Откуда у него так много денег в школу?

«Нет WeChat? Я верю в твою чушь, но разве ты обычно не общаешься с другими? Не играешь в игры? Не переписываешься с девчонками, которые тебе нравятся?»

В конце концов, хулиган сделал паузу, подумав, что этот парень, возможно, действительно никогда не влюблялся.

Он взял пятьсот юаней, жадно глядя в руку Чэнь Цзиншэня: «Забудь, сколько у тебя в руке? Давай сюда всё…»

Пустая коробка из-под карт была подкинута в воздух и чётко попала одному из парней прямо в лоб.

Карточная коробка с хлопком упала на землю.

Парень на мгновение замолчал от неожиданности, потёр место удара и посмотрел в сторону, откуда прилетела коробка: «Кто, чёрт возьми…»

Он увидел лицо этого человека и сразу же замолчал.

В их школе ходили слухи, что в соседней старшей школе можно вымогать деньги, но если вдруг увидите жестокого на вид парня с двумя родинками на лице, лучше быстро уходите оттуда.

Это случаем не он?

Чэнь Цзиншэнь повернул голову и увидел своего нового соседа по парте.

В этот момент выражение лица человека, который делил с ним парту, было таким же, как тогда, когда он отказался переписать контрольную работу, – не очень дружелюбным.

Юй Фань даже не взглянул на него.

«Верните ему деньги», — сказал он троим парням: «И убирайтесь отсюда».

Выражение лиц всех троих внезапно изменилось, и тот, что стоял посередине, вздернул подбородок: «Кто ты такой, чёрт возьми?»

«Ты что его не знаешь?» — Ван Луань, шедший следом, положил руку братцу на плечо и сказал с улыбкой: «Он недавно избил парня с короткой стрижкой из твоей школы, неужели не слышал?»

«…»

«У них до сих пор хватает смелости приходить в школу после такого избиения? Я наблюдал за ними в тот день, кажется, они серьёзно пострадали».

«…»

Через пару секунд хулиган, наклонившись, протянул руки Юй Фаню.

Тот никак не отреагировал на это и спросил: «Разве это мои деньги?»

Парень промолчал, а затем протянул их перед Чэнь Цзиншэнем.

Как только эти трое ушли из бильярдного зала, подошла Чжань Сыньцзин: «Просто взяли и сбежали? Как трусливо».

«Начнём с того, что у них не было выдающихся навыков…», — Ван Луань замолчал, увидев очки в чёрной оправе, внезапно появившиеся на лице Чжань Сыньцзин.

«Да», — Чжань Сыньцзин поправила очки и с ложным беспокойством посмотрела на парня рядом с ней: «Одноклассник Чэнь, ты не испугался?»

Чэнь Цзиншэнь положил деньги обратно в карман: «Нет».

Чжань Сыньцзин мягко улыбнулась: «Это хорошо, у задней двери нашей школы достаточно опасно, впредь будь осторожнее».

От её тона у Ван Луаня побежали мурашки по коже. Он скривил губы и спросил: «Сюэба³, как ты мог так легко отдать им деньги? У нас всё ещё есть охранник, и он бы пришёл, если бы ты позвонил ему. В противном случае вы могли бы немного подраться, но они не осмелились бы поднять шумиху».

[3] — 学霸 (xué bà) — это сленг, означающий: лучший студент-книжный червь.

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Хлопотно».

Выражение его лица было спокойным, а тон — холодным, как будто это не он сразу отдал деньги, как только его начали шантажировать.

Ван Луань: «…»

«Хорошо, одноклассник Чэнь», — глаза Чжань Сыньцзин сузились: «Может добавишь меня в WeChat? Если в будущем тебе будет угрожать опасность, ты сможешь написать мне, и я приведу кого-нибудь, чтобы спасти тебя как можно скорее!»

Закончив говорить, она сделала паузу и сказала: «О, у тебя же нет WeChat, верно? Можешь дать номер телефона, тоже подойдёт».

Чэнь Цзиншэнь помолчал пару секунд, а затем продиктовал ряд цифр.

Чжань Сыньцзин не ожидала, что на этот раз он даст свои контакты так легко. Она на мгновение растерялась и достала телефон: «Подожди, подожди, подожди, помедленнее».

Юй Фань пожалел о том, что помог почти сразу, как только подошёл к нему. В душе он проклинал себя за безделье и, засунув одну руку в карман, повернулся и пошёл назад.

Как только он сделал шаг, кто-то вдруг схватил его за рукав.

Все остальные были потрясены.

Юй Фань неосознанно опустил голову и увидел знакомую руку с отчетливо выделяющимися костяшками пальцев.

Силой он попытался стряхнуть её.

Это не помогло.

Он нахмурился и, подняв взгляд, холодно спросил: «Что ты делаешь?..»

«Можно добавить тебя в WeChat?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань: «...»

Чжань Сыньцзин, вводившая номер в адресную книгу своего телефона: «?»

Глава 10 - Юй Фань, у тебя жар

Некоторое время было до жути тихо.

«Нет, Сюэба», — первым оглянулся Ван Луань. Его взгляд забавно метался между ними. — «Если ты не хочешь добавлять в WeChat нашу школьную красавицу, то почему настаиваешь на добавлении Юй Фаня? Ты реально так хотел встретиться с ним?»

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него и спросил: «Встретиться?»

Ван Луань хотел переспросить, но человек рядом с ним внезапно начал двигаться.

Юй Фань снова попытался вырваться из руки Чэнь Цзиншэня. «Добавь свою мать. Сколько ещё раз мне нужно это повторить? Я не…», — слова Юй Фаня оборвались на середине предложения, и стиснув зубы, он сказал: «Убирайся отсюда и оставь меня в покое».

Ван Луань как раз собирался сказать, что нет нужды так резко на это реагировать, верно? Но когда он снова посмотрел на них, то удивился.

Почему уши его брата такие красные?

Было немного пасмурно. Когда Ван Луань захотел рассмотреть его поближе, Юй Фань уже отвернулся.

Его удаляющаяся фигура слегка выделялась на фоне проезжающего мимо велосипеда.

***

Вернувшись домой, Юй Фань лёг на диван, взял телефон и дважды нажал на экран.

Заблокированная им более года назад группа для обсуждения теперь находится в топе WeChat, а количество сообщений достигло 99+.

Дискуссионная группа была создана Цзо Куанем, и в ней большинство учеников были теми, кто раздражал учителей. Там было несколько десятков человек, и Юй Фань не знал больше половины из них.

В данный момент ученики в чате Цзо Куана оживлённо болтали.

[Что случилось в классе с учеником, который первый в рейтинге? Мне кажется, Юй Фань его ненавидит.]

[Ненавидит за то, что он только что помог ему вернуть деньги?]

[Но ведь Сюэба попросил добавить его WeChat, и тот мало того что отказался, так ещё и устно ”поприветствовал” родителей отличника!]

Веки Юй Фаня дрогнули, и он вспомнил выражение лица Чэнь Цзиншэня, когда тот схватил его за рукав.

Его взгляд был слегка устремлён вниз, он смотрел на него спокойно и прямо — в точности как тогда, когда передавал любовное письмо.

Черт, этот парень вообще понимает, что он гей?

Разве все гомосексуалы не должны прятаться?

Значит ли это, что он каждый день распускает хвост, как павлин¹?

[1] — Павлины выставляют свой хвост на всеобщее обозрение, в случае с Чэнь Цзиншэнем речь идёт о его ориентации.

Юй Фань закрыл глаза и потёр уши.

Я ушёл слишком быстро. Мне следовало ударить Чэнь Цзиншэня в глаз.

Юй Фань пошевелил пальцами, и покинул эту мусорную дискуссионную группу. Когда он вернулся в главный интерфейс WeChat, В столбце друзей внезапно появилась красная цифра «1».

Он случайно нажал на неё. Это была новая заявка на добавление в друзья. У заявителя был первоначальный аватар — простой серо-белый силуэт персонажа. Аккаунт выглядел как недавно созданная учётная запись.

[податель заявки на добавление вас в друзья: Я Чэнь Цзиншэнь.]

[Источник: добавьте друга, которым поделился другой участник “Чжань Сыньцзин”.]

От этих уведомлений у Юй Фаня дёрнулся глаз, и он резко принял сидячее положение.

Недолго думая, он нажал «отклонить», сделал снимок экрана и отправил его Чжань Сыньцзин.

[—:?]

[Чжань Сыньцзин: Хе-хе. Когда я сказала ему, что дам твой WeChat, он сразу же согласился добавить меня.]

[Чжань Сыньцзин: если он подал заявку, почему бы тебе не добавить его?]

[—: Не хочу.]

[Чжан Сяньцзин: Ой, да ладно. Я всё равно уже получила его WeChat. В будущем я могу использовать эту же тактику и обманом попросить его дать ответы на экзамен, кстати, тебе я также подарю копию ответов этого героя~]

Юй Фань тут же вспомнил, что в кармане его школьной формы всё ещё лежит тот черновик с ответами на экзамен.

Он встал, чтобы достать его, но тот был скомкан и сильно помялся.

Посмотрев на комок пару секунд, и тихо цокнув, он взял его, подошёл к письменному столу, открыл третью полку снизу тумбочки и, грубо развернув, бросил его туда.

Листок бумаги для заметок пару раз пошуршал после того, как его бросили, а затем мирно лёг на розовый конверт.

Не сильно стараясь, Юй Фань приготовил себе тарелку пельменей, успев откусить всего два кусочка, ровно в восемь часов его телефон снова загорелся.

[s: Я Чэнь Цзиншэнь.]

[- Отказаться, причина отклонения: Потеряйся.]

В девять часов Юй Фань принимал душ.

[s: Я Чэнь Цзиншэнь.]

Ты же специально будильник поставил, да?

Юй Фань вытер руки о полотенце и отклонил заявку.

В десять часов Юй Фань открыл игру “Прожорливая змейка”.

[s: Я Чэнь Цзиншэнь.]

В одиннадцать он закончил играть в неё.

[s: Я Чэнь Цзиншэнь.]

В двенадцать, устав это терпеть, Юй Фань пялился на экран своего телефона, и как только появился запрос на добавление в друзья, он нажал “Принять”.

Ну давай же.

Юй Фань бесстрастно смотрел на пустой чат между ним и Чэнь Цзиншэнем.

Давай посмотрим, что ты собираешься пукнуть.

(п/п: типа как “что ты собираешься высрать/сказать”)

Прошло десять минут, а уведомление так и не пришло.

Прошло двадцать минут, а сообщения всё ещё не было.

Прошло тридцать минут, а тот до сих пор ничего не написал.

***

Час спустя Юй Фань снова посмотрел на пустое диалоговое окно между ним и Чэнь Цзиншэнем и, безразлично нажав на профиль s перетащил его в черный список.

***

Посреди ночи Юй Фань открыл глаза под неразборчивые возгласы.

Только что появившаяся сонливость мгновенно испарилась. Юй Фань взял телефон и посмотрел на время. Было три тридцать, а он так и не смог заснуть.

За пределами комнаты послышался ещё один звон.

Юй Фань мгновенно напрягся. Он приподнял одеяло на кровати и достал из-за занавески бадминтонную ракетку с несколькими порванными сетками.

Он тихо подошёл к двери комнаты, схватившись за ручку…

«Просто не слышал звонка. Я только что вернулся домой. Ты сделал ставку на эту игру для меня? На что ты ставишь... разве я уже не говорил? Два к одному на 10 000, держу пари — я верну тебе деньги».

Голос Юй Каймина был похож на электрическую дрель, которая неожиданно включилась и протиснулась сквозь щель в двери: «Какой телеканал транслирует это в прямом эфире… понял, понял».

Услышав знакомый голос, Юй Фань бросил ракетку на место, и его лицо приняло ещё более холодное выражение.

Через две минуты снаружи раздался голос спортивного телекомментатора.

Когда Юй Фань открыл дверь, Юй Каймин открывал пиво, положил ноги на стол и с комфортом смотрел игру.

Почувствовав, что телевизор слишком тихий, Юй Каймин взял пульт и увеличил громкость на десять.

Юй Фань прислонился к двери и сказал: «Лечи свою глухоту».

Юй Каймин пил и продолжал увеличивать громкость. Он положил руку на диван и продолжал смотреть телевизор: «Мне нравится такая громкость в собственном доме. Если тебе кажется, что тут шумно – уходи».

Юй Фань не колебался ни секунды. Он вернулся в комнату, запер вещи в полке, схватил кофту и вышел.

Закрыв дверь, он прислонился к счётчику и немного подождал. В тот момент, когда он услышал изнутри «Стреляй», он поднял руку, опустил выключатель, а затем достал замок из кармана, чтобы запереть счётчик.

Юй Каймин высунул голову с балкона и случайно увидел спину Юй Фаня.

Он покраснел от злости и вульгарно выругался: «Ты идиот, Юй Фань! Вернись! Сукин сын! Я сказал тебе вернуться, ты слышишь…»

В тёмной ночи фигура парня казалась ещё более худой. Даже не удосужившись ответить ему, он просто ушёл, не оглядываясь.

Юй Фань зашёл в интернет-кафе, включил компьютер, и проспал два часа.

Интернет-кафе было небольшим, и единственное свободное место находилось у разбитого окна.

Он спал под холодным ветром, а вокруг него периодически витал запах дыма. Люди в соседней коробке играли в игры, похожие на войну, и их голоса были громче, чем в соседнем КТВ.

Когда Юй Фань проснулся и у него закружилась голова, он почувствовал, что с таким же успехом вряд ли сможет дальше нормально спать.

Это было прохладное раннее утро весны, в воздухе моросил дождь.

Владелец интернет-кафе — его старый знакомый.

Увидев, что тот выходит, он высунул голову из-за стойки регистрации: «Юй Фань, ты идёшь в школу? Ты так легко одет, неужели ты не знал, что сегодня будет холоднее? На улице дождь, так что возьми зонтик».

«Не нужно».

Юй Фань застегнул молнию на школьной форме и вышел, проходя сквозь дождевую завесу.

***

Когда Чэнь Цзиншэнь пришёл в школу, в классе было не так уж много людей.

Когда он увидел человека, спящего на столе, он остановился и взглянул на часы на доске.

Юй Фань полностью уткнулся лицом в свои руки, его волосы были растрёпаны, а плечи слегка поднимались и опускались в такт дыханию. Кажется, он спал здесь уже долгое время.

Резко похолодало, поэтому тонкая школьная кофта, которую он надел, была несовместима с сегодняшней погодой.

Чэнь Цзиншэнь достал с полки парты учебник и небрежно пролистал две страницы.

Налетел порыв прохладного ветерка, и парень рядом с ним пошевелился, сунув кисти рук в широкие рукава школьной формы.

Чэнь Цзиншэнь встал и осторожно закрыл окно.

Люди в классе были немного удивлены, увидев ученика, который обычно опаздывал, уже сидящим на своём месте.

«Юй Фань, почему ты сегодня пришёл так рано?» Чжань Сыньцзин посмотрела на него: «Решил измениться?»

Пальцы Юй Фана, лежавшие на краю стола, шевельнулись, и через некоторое время он ответил: «Да».

«Ты такой сонный, неужели совершил преступление прошлой ночью?»

Ван Луань поднял брови: «Разве он не каждый день такой?»

«Обычно он какое-то время показывает своё лицо, но сегодня я вижу только его волосы», — Чжань Сыньцзин наклонилась к человеку рядом с ним: «Дорогой одноклассник, ты сделал домашку по математике?»

Ван Луань сказал: «Я написал её, могу дать тебе переписать».

«Да ладно, это всего лишь математика...», — с отвращением сказала Чжань Сыньцзин, — «но скоро начнутся экзамены, так что я постараюсь хоть что-то решить сама».

Ван Луань: «Эй, ты же не собака, кусающая Лу Дунбиня²».

[2] — Китайцы используют «собака кусает Лу Дунбиня, но не узнаёт доброго сердца», чтобы описать ситуации, когда кто-то явно делает что-то хорошее для другого человека, но его всё равно не понимают.

Юй Фань на самом деле не спал, но у него болела голова и совсем не было сил, поэтому он мог только лежать на столе и слушать других, не произнося ни слова.

Окружающие его звуки отдалялись всё дальше и дальше, и наконец они превратились в неразборчивые слоги, которые звучали для него как фоновый шум.

Через некоторое время послышался энергичный голос Чжуан Фанцинь: «Ого, кое-кто пришёл сегодня пораньше, но на самом деле просто спал всё это время».

«Ладно, пока оставлю его в покое и дам поспать. В будущем он ещё намучается».

Через некоторое время она пожалела об этом: «Все, обратите внимание на новую тему… кто закрыл все окна в классе? Ученики на последних партах, откройте окна рядом с вами, чтобы в классе не было тепло, иначе некоторым может стать очень комфортно, и, заснув, они не смогут проснуться».

«Это я их закрыл, учитель», — с задних парт раздался низкий голос: «Мне холодно».

Чжуан Фанцинь в недоумении посмотрела на белый короткий пуховик Чэнь Цзиншэня: «Ох… ладно, тогда не открывайте окна».

***

«Если у вас есть вопросы по заданиям или не сходятся ответы, просто перепишите их по десять раз, и, может быть, что-то да поймёте. Работы нужно сдать завтра. Но если кто-то не сдаст даже на следующей неделе, поставьте меня в известность».

***

Юй Фань окончательно уснул.

Спустя неизвестное ему количество времени в его ушах раздались два лёгких щелчка. Они, словно молотком, дважды “ударили” его по виску.

Он услышал голос Ван Луаня: «Брат, уроки закончились. Ты весь день проспал, ты всё ещё не проснулся? Давай пойдём поедим».

У Юй Фаня сильно болела голова, и он слегка покачал ею.

Ван Луань: «Не пойдёшь?»

Юй Фань помотал головой.

«Ты не голоден? Я слышал, что в конце улицы есть магазин “Мала Тан”. Сегодня холодно, может сходим туда?», — Ван Луань немного подумал, а затем сказал: «Тогда я пойду один».

Ресницы Юй Фаня слегка дрогнули, ему было лень даже обращать на него внимание.

Прежде чем Ван Луань ушёл, он неосознанно взглянул на человека рядом с Юй Фанем.

Занятия давно закончились, а Чэнь Цзиншэнь всё ещё учился, склонив голову набок. На уроке он сидел немного более расслабленно, чем обычно. Его выражение лица было холодным, а взгляд устремлён на задачи в тетради.

«Как и ожидалось от лучшего ученика», — подумал Ван Луань.

Первый в рейтинге студент остался в классе, чтобы освежить в памяти вопросы. Казалось, что он действительно был полон решимости не уступать никому первое место в списке.

Люди выходили из класса один за другим, и в итоге там осталось только два человека.

Закончив тестовое задание, которое он держал в руке, Чэнь Цзиншэнь краем глаза заметил, что человек рядом с ним всё ещё лежал, не подавая никаких признаков пробуждения.

Он откинулся на спинку стула и достал из-под парты новую бумагу.

Ответив на два вопроса, он услышал, как парень рядом тяжело вздохнул.

Чэнь Цзиншэнь остановился и повернул голову, чтобы посмотреть, и тут же обнаружил, что с его соседом по парте что-то не так.

Юй Фань чувствовал, что всё ещё хочет спать, ему было то жарко, то холодно. У него болело и пересохло горло, а дыхание было неровным.

Поток холодного воздуха ворвался в класс через щель в двери, и от этого он съёжился. Как раз в тот момент, когда Юй Фань хотел сменить позу, он внезапно почувствовал тёплое прикосновение тыльной стороной руки к задней части своей шеи.

Прежде чем он успел осознать, что это такое, рука Чэнь Цзиншэня внезапно перевернулась и полностью покрыла его кожу.

Ладонь парня была широкой и горячей, она могла легко накрыть всю шею.

Юй Фань вздрогнул, и его кожу начало покалывать.

Он с трудом открыл глаза, повернул голову и взглянул на ученика, сидевшего рядом с ним.

Чэнь Цзиншэнь положил одну руку на его затылок, а другой рукой печатал что-то на телефоне. Он почувствовал, что на него смотрят, поэтому немного отвлёкся, переведя взгляд в его сторону.

Нижние веки Юй Фаня были слегка покрасневшими от недосыпа, а под правым глазом выделялись две родинки. Его тёмные зрачки неподвижно смотрели на Чэнь Цзиншэня.

Спустя пару секунд тот с трудом пошевелил губами.

Он долго не разговаривал, так что его голос был слегка охрипшим и низким.

«Какого чёрта…», — Юй Фань прищурился: «Сексуальное домогательство?»

«…»

Чэнь Цзиншэнь нахмурился, сжал губы в линию и через некоторое время заговорил.

«Юй Фань, у тебя жар».

Глава 11 - Юй Фань отправил Чэнь Цзиншэня в больницу!

Юй Фаню действительно было не по себе.

Утром он чувствовал головокружение и слабость, а разговоры людей были похожи на сутры¹.

[1] — Су́тра, она же су́тта, — в древнеиндийской литературе лаконичное и отрывочное высказывание, афоризм, позднее — своды таких высказываний.

Так как он давно не болел, эти ощущения были хуже, чем раны на теле.

С пересохшими губами Юй Фань сглотнул. Боль в горле заставила его нахмуриться: «Убери руки».

Чэнь Цзиншэнь промолчал и через несколько секунд отстранился.

Юй Фань повернул голову и снова лёг на парту.

«Тебе нужно в больницу».

Юй Фань закрыл глаза: «Не лезь не в своё дело».

Парень возле него ничего не ответил.

В данный момент состояние Юй Фаня было таким же, как и во время утренних занятий: у него кружилась голова, и он не мог уснуть. Поэтому он просто вяло слушал, как человек, сидевший рядом с ним, закрыл учебник, собрал свои вещи и застегнул молнию на рюкзаке.

Он наклонил голову и увидел Чэнь Цзиншэня. На плечах у него была школьная сумка. Подняв стул одной рукой, тот поставил его вверх тормашками на стол.

Когда все уйдут, можно будет сложить парты вместе и поспать на них.

Или пойти ещё на одну ночь в интернет-кафе? В таком состоянии он, скорее всего, не сможет победить Юй Каймина, когда вернётся домой…

Веки Юй Фаня были полузакрыты, и он смутно видел, как Чэнь Цзиньшэнь положил руку на молнию и снял с себя пуховик.

На самом деле на нём ещё была бежевая шерстяная жилетка, а под ней – школьная рубашка.

Юй Фань подумал: «Как эти ботаники могут быть такими неженками и закутываться как рисовые клецки, всего из-за одного холодного дня?»

В этот момент Цзунцзы² наклонился и схватил его за руку.

[2] — Цзунцзы — китайское блюдо, клейкий рис с начинками, завёрнутый в бамбуковый, тростниковый или любой другой плоский лист, варёный на пару́.

?

Это что, его рука?

«Юй Фань внезапно пришёл в себя: «Что ты делаешь?»

«Пошли в больницу», — спокойно сказал Чэнь Цзиншэнь.

«Я сказал тебе не лезть не в своё дело, отпусти уже», — нахмурился Юй Фань. — «Ты снова пытаешься прикоснуться ко мне? Веришь или нет, но я в самом деле тебя изобью…».

Он уставился на лицо Чэнь Цзиншэня и, не в силах больше это терпеть, замахнулся кулаком… но затем кто-то остановил его.

Чэнь Цзиншэнь схватил Юй Фаня за запястье так же легко, как и тот стул.

Он снова поднял кулак, но его вторая рука тоже была застигнута врасплох.

Юй Фань внезапно почувствовал, что быть больным — ещё более неприятное занятие.

Ладно, если он не сможет победить Юй Каймина, но неужели ударить Чэнь Цзиншэня хотя бы один раз будет так же сложно?

На него накинули пуховик, и Чэнь Цзиншэнь сказал: «Подними руку».

Две девочки проходили мимо класса, услышали шум и одновременно оглянулись…

Сжатые кулаки Юй Фаня в конце концов разжались.

Забудь об этом, драться с ним сейчас бессмысленно.

Чэнь Цзиншэнь проигнорировал взгляд человека, который буквально говорил: «Я буду первым, кто ударит тебя, когда мне станет лучше». И, зажав пальцами бегунок своей куртки, он потянул его наверх.

Это была пуховая куртка с высоким воротником, поэтому задняя часть шеи Юй Фаня была прикрыта. Как и половина его лица.

Почувствовав остаточное тепло тела владельца одежды, он с отвращением поднял голову и холодно сказал: «Ты хочешь меня задушить?»

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него, протянул руку и прижал воротник под подбородком.

***

Чтобы удовлетворить потребности некоторых учителей в жилье, рядом с лабораторным корпусом было построено общежитие для преподавателей школы № 7 Наньчан.

Как правило, там живут молодые учителя, только что пришедшие на работу, и несколько энергичных старых учителей, которые чётко спланировали путь развития школы на ближайшие двадцать лет.

Ху Пан жил на пятом этаже общежития. Его комната там была самой последней, а с балкона можно было увидеть школьные ворота.

(п.п¹: Ху Пан такой типа “моя любовь на пятом этаже почти где луна…”)

Вечером того же дня он, как обычно, вышел на балкон с кружкой в руке и, наблюдая за цветами у школьных ворот, даже начал забывать то, что давно окончил школу.

При виде высокой и худощавой фигуры Чэнь Цзиньшэня уголки рта Ху Пана слегка приподнялись, а затем он замер.

Чэнь Цзиншэнь обнимал кого-то рядом с собой, они оба были очень близко друг к другу. Их поза была похожа на тех молодых влюбленных щенков, которых он часто ловил в школьном саду.

Это точно Чэнь Цзиншэнь?

Ху Пан был потрясен. Он быстро поставил кружку и взял очки. Он снова оглянулся и увидел растрепанные волосы…

И лицо человека, из-за которого у него повышалось кровяное давление, даже просто взглянув на него.

Ху Пан: «…»

С таким же успехом вы двое можете влюбиться слишком рано.

Юй Фань сопротивлялся позе, в которой они стояли.

Потом он чуть не упал с лестницы.

В это время в школе было не так много людей, но не все ушли. Юй Фань хотел запомнить их всех, чтобы убить их позже, но он не мог ясно видеть из-за головокружения.

Поэтому он просто опустил голову, и Чэнь Цзиншэнь усадил его в такси.

Они отправились в ближайшую к школе больницу.

Ему измерили температуру, она была 39,1, достаточно высокая.

«Температура немного высоковата, как давно она у тебя?» — доктор взглянул ему в лицо: «Сначала я пропишу тебе какое-нибудь лекарство и посмотрю, поможет ли оно. Если завтра жар не спадёт, можешь прийти в больницу, сдать анализ крови и поставить капельницу…»

Юй Фань не стал ждать ни секунды: «Просто сделайте мне укол».

Десять минут спустя Юй Фань сидел в комнате для инфузий³.

[3] — Инфузионное введение препарата - это капельное внутривенное вливание лекарственных веществ объемом более 100 мл.

Он вытащил одну руку из рукава и протянул её медсестре.

У Юй Фаня больше не было пластыря. Медсестра была ошеломлена, увидев шрамы на его лице, и не смогла удержаться, чтобы не осмотреть его с ног до головы.

Руки Юй Фаня тощие — на самом деле, всё его тело худое, и на нём почти нет плоти. Когда он лежит на парте и спит, его лопатки выпирают из школьной формы. Люди часто задаются вопросом, откуда он черпает силы во время драки.

Юй Фань опустил глаза и наблюдал, как игла медленно проникала в кожу. Она была зафиксирована медицинским скотчем и осталась на тыльной стороне его руки.

«Готово», — сказала медсестра: «Пей побольше горячей воды и накинь что-нибудь, чтобы не продуло, если будешь потеть».

Юй Фань: «Спасибо».

После того, как медсестра ушла, Юй Фань откинулся назад и рухнул в кресло для инфузий, пуховик опустился вместе с ним.

После дня с высокой температурой его состояние было немного хуже, чем у других пациентов с лихорадкой. Он лежал на куртке, и у него снова появилась сонливость.

Перед ним поставили лекарство и кружку с горячей водой.

«Выпей, а потом спи», — голос Чэнь Цзиншэня прозвучал у него в голове.

Юй Фаню было слишком лень что-либо говорить, поэтому он взял лекарство и проглотил его, наклонил голову, чтобы найти удобное положение, и, закрыв глаза, заснул.

***

Было уже темно, когда он снова проснулся.

Юй Фань проснулся в той же позе, в какой уснул, и, прищурив сонные глаза, огляделся по сторонам.

В инфузионной комнате было немного людей: матери, держащие на руках своих сыновей, пары, держащиеся за руки, взрослые, работающие за компьютерами и с капельницами, а старшеклассники, опустив головы, делали домашнее задание…

?

Юй Фань повернул голову и посмотрел на последнего человека.

На том месте, где обычно помогают пациенту, лежат контрольные работы и пустые тетради. Чэнь Цзиншэнь засучил рукава до локтей, опустил голову и что-то писал ручкой.

Юй Фань устал даже просто глядя на это, и он сказал хриплым голосом: «Почему ты до сих пор не ушёл?»

Чэнь Цзиншэнь: «Я еще не закончил домашнюю работу».

«…»

Неужели написание домашнего задания в другом месте прервёт ход твоих мыслей?

После сна под капельницей Юй Фань явно почувствовал себя намного лучше.

Некоторое время он смотрел на дрожащую ручку в руке Чэнь Цзиншэня, думая, что этот слабак мог подавить его только из-за простуды, и чувствовал, что должен сделать ему предупреждение.

Он лениво сказал: «Чэнь Цзиншэнь».

Чэнь Цзиншэнь не переставал писать: «Да».

«Ты знаешь, что случается с людьми, которые меня провоцируют?»

Чэнь Цзиншэнь повернул голову.

Юй Фань склонил голову набок, прикрыл глаза и сказал: «В любом случае, ты здесь, так почему бы тебе сначала не забронировать номер…»

Тыльная сторона холодной руки прижалась к его лбу.

Слова Юй Фаня внезапно оборвались, и прежде чем он успел среагировать, Чэнь Цзиншэнь уже убрал руку.

«Жар спал». — Чэнь Цзиншэнь посмотрел на аптечку: «Я позову медсестру».

«...»

Он измерил температуру, и она действительно упала до 37,9.

Когда медсестра пришла удалить иглу, она не задумываясь спросила: «Вы одноклассники?»

Юй Фань лениво ответил: «Да».

«У вас очень хорошие отношения», — сказала медсестра: «Пока ты спал, он продолжал разбирать лекарства для тебя и в конце концов собрал 2 пакета».

Юй Фань, который только что закончил запугивать своего одноклассника, поднял взгляд. Он безразлично посмотрел на человека рядом с ним. Чэнь Цзиншэнь даже глазом не моргнул, когда медсестра их расспрашивала. Казалось, что он даже не слушал её.

Поэтому Юй Фань сделал паузу, а затем небрежно выдал: «М-хм».

Не успела медсестра уйти, как ему позвонил Ван Луань.

Краем глаза Чэнь Цзиншэнь увидел, как Юй Фань кладёт ватный тампон на тыльную сторону другой руки, держит телефон между плечами и лениво ждёт, пока другой человек заговорит.

С другого конца телефона раздался голос Ван Луаня: «Чёрт возьми, открой Wechat и посмотри. Я отправил тебе 37 сообщений за ночь. Ты не ответил ни на одно! Я как твой грёбаный пёс-лизун⁴!»

[4] — Люди объясняют «облизывание собаки» тем, что более слабая сторона в отношениях сделает все, чтобы угодить другой стороне, без какого-либо достоинства или прибыли. Это также называется «преклонением колен».

Юй Фань: «Я не видел их, что там?»

Ван Луань на мгновение замолчал: «Что с твоим голосом?»

«Простудился», — сказал Юй Фань: «Ты что-то хотел?»

«Ничего, просто напоминание о том, что тебе нужно переписать дз по математике», — ответил Ван Луань: «Когда Чжуан Фанцинь пришла на занятия, она сказала, что мы должны переписать каждый неправильный вопрос по десять раз. Если не сдашь его завтра, то будешь стоять весь урок».

Десять раз?

Юй Фань подумал о своём совершенно пустом листе контрольной по математике и сказал с каменным лицом: «Если его не переписать, то можно просто не прийти на занятия на следующей неделе».

Повесив трубку, Юй Фань почувствовал, что кровь остановилась, и убрал ватный диск с руки, чтобы выбросить его.

Чэнь Цзиншэнь протянул ему новую, безымянную тетрадь.

Юй Фань смотрел на неё в течение двух секунд, затем поднял глаза и спросил: «Что это?»

Сидя, он понял, что Чэнь Цзиншэнь действительно был высоким.

У него ровная и красивая линия подбородка, а выступающий кадык слегка двигался, когда он говорил.

«Домашнее задание по математике».

«Зачем ты даёшь мне это?» — Юй Фань на мгновение замер, а затем внезапно задумался: «Ты написал это для меня?»

Чэнь Цзиншэнь: «Да».

Он сидел рядом и долго что-то писал. Неужели всё это время он делал моё домашнее задание?

Юй Фань посмотрел на него, чувствуя, что только что утихшая лихорадка вновь возвращается: «Кто просил тебя делать это? Чжуан Фанцинь не дура, у нас совершенно разные почерки…»

«Я специально писал левой рукой».

Тогда, если сравнивать, мой почерк не такой уж и уродливый.

Чэнь Цзиншэнь продолжил: «Это благодарность за то, что помог мне тогда у задней двери школы».

«Не думай слишком много», — сказал Юй Фань, нахмурив брови: «Меня просто бесят люди из той школы».

«М-хм», — ответил Чэнь Цзиншэнь, заметив его уклончивый взгляд.

Теперь, когда они об этом поговорили, благодаря Чэнь Цзиншэню ему всё равно не нужно переписывать неправильный вопрос, поэтому Юй Фань отложил домашнее задание.

«Сколько стоили лекарства?» — Юй Фань достал свой мобильный телефон и сказал: «Я переведу тебе в WeChat».

Чэнь Цзиншэнь сообщил цену.

Юй Фань открыл WeChat и долго искал его среди своих друзей, прежде чем вспомнил…

«Кстати», — спросил Чэнь Цзиншэнь: «Почему я не могу видеть твой WeChat?»

Этот парень идиот?

«Разумеется, ты не сможешь увидеть профиль человека, если он тебя заблокировал», — эти слова хотели сорваться с губ Юй Фаня, но тот проглотил их, когда встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

Чёрт, почему я веду себя как подонок?

«Не знаю, баг», — он вытащил Чэнь Цзиншэня из чёрного списка: «Я перевёл деньги».

Когда Чэнь Цзиншэнь получил их, он нажал на профиль Юй Фаня.

На его аватарке были изображены несколько бездомных кошек, случайно бродящих по школе.

В списке друзей всплыл небольшой жалкий кружок.

Он спокойно поднял брови и сказал: «Ну, теперь я вижу твой профиль».

***

Цзо Куан, согнувшись от боли, стоял в комнате осмотра.

Сидевшая в этой же комнате женщина средних лет предупредила его: «Сразу же после обрезания следите за самочувствием, вовремя принимайте лекарства и, пожалуйста, старайтесь не делать резких движений».

У Цзо Куана закружилась голова, он неоднократно кивал и, прислонившись к стене, оглядывался вокруг в попытках отвлечься.

Затем он увидел две знакомые фигуры.

Когда Цзо Куан встал, рана слегка натянулась. Он широко раскрыл глаза и зашипел, прикрыв промежность.

Вытерпев боль, он оперся рукой о стену, чтобы рассмотреть их поближе.

Парень, идущий впереди, засунул руки в карманы и выглядел таким же, как и всегда, — ленивым и непринуждённым. Возможно, из-за холода его лицо было немного бледным.

Человек, следовавший за ним, был в тонкой школьной рубашке, которая обычно была опрятной, но в тот момент её явно тяжело было назвать таковой. Подойдя к двери, он поднял руку, чтобы потереть глаза.

Цзо Куан, оправившись от шока, сразу же взял телефон и сделал снимки, а затем отправил их в школьную группу, состоящую из более чем ста участников.

[класс 8 Брат Куан]: [картинка] Чёрт, посмотрите, кого я вижу.

[Класс 7 Чжань Сыньцзин]: Что ты делаешь в урологии?

[класс 8 Брат Куан]:?

[класс 7 Ван Луань]: Ха-ха-ха, поздравляем брата Куана. Давайте завтра сыграем во что-нибудь вместе.

[класс 8 Брат Куан]: Иди ты.

[класс 8 Брат Куан]: Я, блять, послал вам фотографию, чтобы показать это.

[7 класс, Ван Луань]: Что там?

Цзо Куан обвёл две высокие и худые фигуры на снимке.

[класс 8 Брат Куан]: Не узнаёшь своих одноклассников?

[класс 8 Брат Куан]: Юй Фань отправил Чэнь Цзиншэня в больницу!

Глава 12 - Мы не настолько близки

Юй Фань чувствовал, что теперь он может одолеть двух Юй Кайминов одной рукой, поэтому вышел из больницы и поехал домой на такси.

Таксист работал весь день, и ему было немного душно, с полуоткрытыми передними окнами.

Он взглянул на школьника, сидящего сзади: «Младший брат, можно открыть окно?»

Юй Фань ответил: «Нет».

С переднего сиденья дул ветерок и слегка холодил его лицо. Юй Фань неосознанно засунул подбородок в воротник, и в нос ударил слабый запах стирального порошка.

Нахмурившись, он опустил голову и, вдыхая запах, взглянул на белый пуховик, который был ему немного великоват.

«…»

Я забыл вернуть куртку.

Нужно отнести её завтра в школу.

Доехав, Юй Фань вышел из машины и, задумавшись, он снял пуховик и взял его в руки.

Чтобы не испачкать его во время драки.

Но, очевидно, он слишком много надумал. В доме отключили электричество, и некому было открыть ключом счётчик посреди ночи. Юй Каймин ушёл вчера вечером и до сих пор не вернулся.

Юй Фань зашёл в дом и запер за собой дверь. Повернувшись, он посмотрел в сторону своей комнаты.

Дверь выбили, а на ней оставалось ещё несколько очевидных следов, свидетельствующих о некомпетентности и ярости Юй Каймина в тот момент.

Юй Фань безразлично отвёл взгляд и вошёл в комнату.

На следующий день он пришёл в школу с тяжелым белым пуховиком, чувствуя себя идиотом.

Вчера Юй Фань болел, поэтому ничего не ощущал, когда носил его, но теперь он осознал, насколько этот пуховик толстый.

У Чэнь Цзиншэня слабое здоровье?

Юй Фань вошёл в класс почти сразу, как прозвенел звонок на первый урок. Чжуан Фанцинь сегодня пришла очень рано и уже стояла у трибуны.

Увидев его, Ван Луань беспомощно подмигнул, намекая. Прежде чем Юй Фань успел отреагировать, Чжуан Фанцинь подошла к нему с угрюмым лицом.

«Юй Фань, пойдем, нам нужно поговорить», — она посмотрела на учеников в классе: «Утреннее чтение началось. Представитель класса английского языка пришёл чтобы контролировать ваш процесс».

Юй Фань развернулся и вышел из класса прежде, чем его задница коснулась стула.

«Что ты делал вчера?» — уже в коридоре спросила Чжуан Фанцинь, скрестив руки на груди.

Юй Фань: «Спал».

«Что ещё?»

Обычно ему всегда есть что сказать. Но на этот раз Юй Фань долго думал и в итоге пришёл к выводу, что всё, что он делал вчера, это просто спал.

«Скажи мне, это правда?» — Чжуан Фанцинь мельком заглянула в класс: «Ты действительно отправил Чэнь Цзиншэня в больницу?»

(п.п¹: это кто кого ещё в больницу отправил)

«…»

Чжуан Фанцинь была в ещё большем шоке, когда увидела куртку в его руке: «Ты не только избил его, но еще и украл его вещи?»

По какой-то причине Юй Фань внезапно вспомнил, что Чэнь Цзиншэнь легко остановил его, когда он нанёс удар в прошлый раз.

«Я его не бил». — По крайней мере, не попал в него.

Юй Фань сделал паузу: «Где вы это услышали?»

«Я узнала об этом благодаря школьному чату, ты был с ним в больнице…», — Чжуан Фанцинь резко замолчала на середине предложения.

Юй Фань: «Хорошо, но вы что, пробрались в школьную группу?»

Она не только была там, но и установила напоминание по некоторым ключевым словам, поэтому сразу получала уведомление, когда кто-то писал имя Юй Фаня.

Чжуан Фанцинь: «Конечно, нет. Эту фотографию мне прислал другой ученик».

«…»

«Итак, что вы делали в больнице?»

Слова хотели сорваться с губ Юй Фаня, но он проглотил их.

«Я солгал вам, я избил его», — через пару секунд Юй Фань прислонился к стене и небрежно сказал: «Его совершенство меня раздражает. Я так больше не буду».

Чжуан Фанцинь подняла брови и спокойно посмотрела на него.

Она знала Юй Фаня больше года и могла с первого взгляда сказать, говорит он правду или лжёт.

И действительно, позже Юй Фань добавил: «Так что поскорее рассадите нас, чтобы мне не пришлось бить его снова».

После услышанного Чжуан Фанцинь немного успокоилась, так как переживала об этом всю прошлую ночь.

Даже если драки не было, Юй Фань всё равно будет наказан, а если он снова учудит что-то подобное, то проблема станет серьёзнее.

Она считала, что Юй Фань не стал бы тревожить одноклассников без причины, но всё равно должна была потребовать чёткого ответа.

Раз уж Юй Фань так его отталкивает, возможно, ей стоит подумать о том, чтобы пересадить его.

Если два одноклассника не могут даже мирно сосуществовать, то иного ожидать не стоит.

«Хорошо», — Чжуан Фанцинь кивнула в сторону класса: «Возвращайся на своё место и приступай к чтению».

Когда Юй Фань сел, он заметил, что половина класса смотрит в его сторону.

И хоть тот давно привык к такому вниманию, сегодня ему было особенно не по себе.

После того, как все отвернулись, Юй Фань посмотрел на своего соседа по парте.

Сегодня Чэнь Цзиншэнь был одет легче, чем вчера. Он сидел в одной куртке и читал английские слова вместе с другими.

Чэнь Цзиншэнь выглядел усталым, а его губы были слегка бледными. Когда он не проявлял никаких эмоций, то казался немного больным.

Похоже, у него действительно слабый иммунитет.

Если подумать, вчера он снял куртку и всю ночь просидел в больнице. Неужели поэтому он выглядит таким измотанным?

Чэнь Цзиншэнь говорил негромко, а его голос был чуть ниже, чем у остальных, выделяясь на фоне долгого и затяжного чтения.

Он вдруг прикрыл рот рукой и закашлял.

Опомнившись, Юй Фань грубо сунул ему пуховик: «Забыл отдать его в прошлый раз. Возвращаю».

Вчера Чэнь Цзиншэнь закончил домашнее задание очень поздно, поэтому у него не было сил.

Он ответил: «М-хм», — взял куртку, положил её себе на колени и, подняв взгляд, продолжил читать слова.

Юй Фань откинулся на спинку стула и посмотрел в его сторону, а после отвернулся.

Две минуты спустя он снова повернулся и взглянул на него.

***

Как только представитель английского покинул кабинет с учебником в руках, Юй Фань не выдержал и окликнул его: «Эй».

Чэнь Цзиншэнь, казалось, только что услышал его: «Что?»

«Твоя куртка бьётся об меня», — Юй Фань, указывая, прижал колено к мягкому пуховику и, нахмурившись, сказал: «Надень её».

Чэнь Цзиншэнь положил учебник в ящик стола и, повернувшись, посмотрел на него.

Веки Юй Фаня дрогнули, когда их взгляды встретились, и он холодно спросил: «На что смотришь?»

«Ни на что», — Чэнь Цзиншэнь надел пуховик.

Затем он отвернулся и закашлял ещё сильнее.

Юй Фань: «…»

***

В перерыве между занятиями Ван Луань предложил Юй Фаню выйти покурить.

Человек, сидевший рядом с ним, сказал: «Брат Фань, увидев вчера фотографию, опубликованную Цзо Куанем, я реально подумал, что ты избил Чэнь Цзиньшэня».

«Я же говорил, Юй Фань не может докучать кому-то из класса», — выдохнул Ван Луань: «Так почему вы вчера были в больнице?»

Юй Фань не стал объясняться, поэтому рассказал ему какую-то ерунду: «Мы встретились случайно. Он выходил из больницы, когда я проходил мимо».

Ван Луань сказал: «Вы стояли так близко, поэтому я подумал, что вы шли вместе».

«Разве такое возможно?», — Юй Фань выглянул в окно: «Мы не настолько близки».

Следующий урок вела Чжуан Фанцинь, поэтому, докурив ещё по сигарете, они поспешили обратно.

Как только Чжуан Фанцинь вошла в класс, она сразу перешла к делу: «Вчера вечером, проверяя ваше домашнее задание, я поймала нескольких лентяев. Некоторые из них не переписали вопросы по десять раз. Этим ученикам должно быть стыдно, и они обязаны за эти выходные написать мне короткие вопросы столько же раз».

«И ещё…», — достав тетрадь с домашним заданием, она взяла её в руку: «Юй Фань, встань и объяснись».

Что опять я натворил?

Юй Фань медленно встал: «Что мне нужно сказать?»

«Кто-то сделал твою домашнюю работу за тебя?» — Чжуан Фанцинь потрясла тетрадью: «Как ты можешь писать настолько красиво? Сравни почерк внутри тетради и то, как она подписана снаружи, думаешь, я поверю, что это писал один человек?»

«…»

«Я могу смириться с тем, что ты почти ничего не пишешь или не сдаёшь работу вовсе», — сказала Чжуан Фанцинь: «Но ты не можешь заставлять других учеников делать твоё домашнее задание. Это очень плохо…»

Прежде чем Юй Фань успел ответить, парень рядом с ним подвинул стул и встал.

«Учитель, он никого не заставлял».

Чжуан Фанцинь была ошеломлена: «Что?..»

Чэнь Цзиншэнь: «Это было моей инициативой написать домашнее задание за него».

Юй Фань: «…»

Чжуан Фанцинь: «…»

Ван Луань: «???»

***

Их выгнали и уже вдвоём они стояли возле класса, держа в руках учебник.

Один из них стоял прямо, а другой более неряшливо.

Класс находился рядом с коридором, где настежь открыты два окна.

Юй Фань раздражённо выпрямился и закрыл форточку.

«Ты дурак?» — он не мог не спросить: «Ты то почему встал?»

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него: «Прости».

«…»

Не было нужды извиняться.

Юй Фань пошевелил губами и уже собирался что-то сказать.

Чэнь Цзиншэнь: «Я не ожидал, что твой почерк окажется настолько ужасным».

«…»

«Давай тренироваться с этого момента».

«…»

«По крайней мере, ты должен написать имя так, чтобы люди смогли его прочитать…»

«Если скажешь ещё хоть слово…», — Юй Фань сжал учебник и стиснул зубы: «Я повешу твоё ненужное любовное письмо на школьной доске объявлений, чтобы все могли оценить твой плохой почерк…»

Парень рядом с ним посмотрел на него: «Оно всё ещё у тебя?»

Ученики в классе долго наблюдали за двумя юношами, разговаривающими друг с другом снаружи.

Вы правда не близки? Ван Луань был в растерянности.

Это раздражает, да? Чжуан Фанцинь сжала кулаки.

Когда она уже собиралась сказать, что раз вы, ребята, так хорошо болтаете, вам следует выйти на трибуну и поговорить, она заметила, как Юй Фань сжал свой учебник и повернулся, невольно показав свои красные уши.

Он подошел к задней двери и остановился на таком расстоянии от Чэнь Цзиншэня.

(п.р: там если кратко чэнь стоял у окна а фань у двери)

Глава 13 - Если ты не хочешь брать меня с собой, то мне нет смысла в неё играть

Когда прозвенел звонок, Юй Фань вернулся в класс, и единственной мыслью в его голове было:

Я порву это любовное письмо, когда вернусь домой.

Проходя мимо второй группы, Ван Луань не смог удержаться, дёрнул его за одежду и спросил: «О чём вы только что говорили с Чэнь Цзиншэнем в коридоре? Так весело болтали».

«Каким из своих глаз ты увидел, что я с ним разговаривал?»

«Не считая вас двоих, в классе 40 человек, плюс Фанцинь, значит всего 82 глаза видели это», — он посмотрел на лицо Юй Фаня и не посмел сказать это вслух.

Юй Фань вернулся на своё место, а тетрадь, которую он только что сдал, была отправлена обратно на его стол.

Руководитель группы так торопил всех, когда собирал домашнюю работу сегодня утром, поэтому Юй Фань небрежно написал имя и сдал её, не открывая.

Насколько красивым может быть почерк левой руки? Нормальные люди не умеют писать левой. Должно быть, Чжуан Фанцинь слишком внимательно проверяла работу и поэтому нашла подсказки.

Думая об этом, Юй Фань открыл тетрадь.

«…»

Потом снова закрыл её.

Чэнь Цзиншэнь вернулся на своё место и увидел у Юй Фаня домашнее задание…

Хлоп.

Тот быстро закрыл рукой своё имя, а затем, грубо схватив тетрадь, засунул её в полку под столом.

Вот какую сцену увидела Чжань Сыньцзин, посмотрев в их сторону.

«Что ты делаешь? Напугал», — она похлопала себя по груди и, моргнув, посмотрела на Чэнь Цзиншэня:

«Одноклассник Чэнь, я слышала, что ты снова получил высший балл на экзамене. Это действительно потрясающе».

Чэнь Цзиншэнь откинулся на спинку стула и достал из-под парты учебник, готовясь к следующему занятию: «Спасибо».

«Я отвлеклась во время урока и не поняла вопрос по теме. Можешь объяснить, пожалуйста?»

Чэнь Цзиншэнь спросил: «Какой именно?»

Чжань Сыньцзин протянула руку, небрежно указав на вопрос, и на её пальце показался симпатичный розовый пластырь.

Чэнь Цзиншэнь: «Твоя рука…»

«Ох», — она застенчиво убрала палец: «У меня было слишком много неправильных ответов. Вчера я была очень уставшей, когда переписывала их. Хоть это и не большая проблема, но мне реально больно. Если бы кто-нибудь помог мне, было бы…»

«Ты закрываешь вопрос».

«…»

Юй Фань посмотрел на лицо Чжан Сяньцзин и почувствовал, что она могла бы сделать это раньше его самого.

Чэнь Цзиншэнь вытащил черновик и вкратце объяснил ей.

Юй Фань не хотел этого слышать, но он сидел слишком близко и мог отчётливо улавливать каждое слово.

Изначально Чжань Сыньцзин просто хотела найти повод поболтать, но она не ожидала, что действительно поймёт всё, что он говорит.

Чэнь Цзиншэнь: «Поняла?»

«Да, поняла… спасибо», — Чжань Сыньцзин схватила контрольную работу и отвернулась обратно.

Через пару секунд она внезапно пришла в себя.

Чёрт побери, я вообще-то не хотела задавать этот вопрос!

Сыньцзин внезапно повернулась обратно.

«Одноклассник Чэнь», — она поправила свои очки в чёрной оправе и не удержалась от вопроса: «Тебе не нравятся люди в очках?»

Некоторое время Юй Фань сидел в телефоне и, вероятно, догадывался, что произойдёт дальше.

Он был не в восторге от этих сплетен, поэтому немного колебался, стоит ли выйти прогуляться.

«Я этого не говорил», — сказал Чэнь Цзиншэнь.

«Тогда, что тебе нравится? Маленькие глазки? Большие губы? Худые и миниатюрные?»

«Нет».

Чжань Сыньцзин тихо сказала Ван Луаню, что он труп, а затем рассмеялась: «А как насчёт того, что на лице много прыщей или оспин?»

Ответа так и не последовало.

У Юй Фаня было плохое предчувствие. Он убрал свой телефон и уже собирался уйти…

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него.

Мягко остановившийся на его лице взгляд был холодным и прямым.

Вскоре Чэнь Цзиншэнь отвернулся и сказал:

«Тоже нет».

Юй Фань: «…»

Прежде чем озадаченный взгляд Чжань Сыньцзин достиг его, Юй Фань взял свою школьную кофту, накинул её на голову, лёг на стол и притворился мёртвым.

***

В первую неделю каждого полугодия Чжуан Фанцинь сосредотачивалась на выявлении учеников, которые не показали хороших результатов в предыдущем семестре, и приглашала их на беседу.

Во второй половине дня, когда Ван Луань вернулся из кабинета, а его глаза были красными.

Повернувшись спиной к доске, он сел за парту перед Юй Фанем: «Слова Фанцинь были реально обидными».

В чём Юй Фань был не очень хорош, так это в поддержке. Увидев выражение лица Ван Луаня, у него заболела голова, и он поставил “Змейку” на паузу: «Фанцинь хоть и многословна, но это всё для твоего же блага…»

«Она сказала, что если я буду продолжать в том же духе, то в будущем у меня не будет иного выбора, кроме как выносить мусор вместе с тобой».

«…»

Заметив, что Чэнь Цзиньшэнь при выполнении задания стал писать медленнее, Юй Фань холодно сказал: «Заткнись, пока я не швырнул телефон тебе в лицо».

«Просто шучу», — Ван Луань вздохнул: «Но я правда в растерянности. Фанцинь просто помогла мне определить училища, в которые я мог бы поступить, основываясь на моём итоговом балле в прошлом семестре. Все варианты были профессионально-техническими колледжами! Даже ни одного бакалавриата! Если в будущем я пойду в техникум, то отец не забьёт меня до смерти…»

«Ещё она сказала, что если я поступлю в технический колледж, мой жизненный путь сузится, и, возможно, в конце концов мне прийдется помогать людям возвращать долги. А потом мои родители возненавидят меня, друзья будут держаться подальше, а красивые женщины не будут меня любить…»

Юй Фань уже засыпал, но наконец услышал заключительное предложение.

«Так что я, поучившись на своём горьком опыте, впредь решил серьёзно учиться».

«Что ж», — сказал Юй Фань: «Желаю удачи».

«Конечно, брат. Если я стану богатым и известным, то я обязательно вызволю тебя из этой мусорной дыры», — Ван Луань сжал свою руку в кулак и дважды ударил себя по груди: «Сейчас я вернусь к учёбе, ради нашего с тобой будущего».

Юй Фань махнул ему рукой, давая сигнал, чтобы тот уходил.

Ван Луань не прошёл и двух шагов, как повернулся обратно.

«Пойдёшь в интернет-кафе после уроков?»

«...»

Юй Фань сказал: «Разве ты не хотел учиться ради хорошего будущего?»

«Не так уж и сложно совмещать работу и отдых. Неплохо время от времени расслабляться, не говоря уже о том, что сегодня пятница», — сказал Ван Луань:

«Давай зайдём в “Cool Boy’s” через заднюю дверь, так ближе».

Перед тем как уйти, Ван Луань случайно задел ручку, лежавшую на краю стола.

Удивившись, он поднял её и положил обратно: «Прости, Сюэба, я уронил».

Чэнь Цзиншэнь взял ручку в руку: «Всё в порядке».

(п.р: кинн чэня)

***

”Cool Boy’s” — подпольное интернет-кафе с плохой репутацией, расположенное через дорогу от задней двери их школы.

Местоположение хорошо скрыто. Хотя помещение небольшое, обстановка и оборудование там хороши.

«Я здесь, у меня есть вспышка. Давай, давай, давай, давай… nice!»

Человек, который только недавно говорил об усердной учёбе, теперь сидит в интернет-кафе, и его голос звучит явно громче, чем когда он принимал участие в конкурсе военной песни.

Когда игра закончилась, Юй Фань не выдержал и снял наушники: «Ты хочешь ещё поплакать?»

«Я просто взволнован», — Ван Луань достал свой телефон и сказал: «Подожди минутку, Цзо Куан продолжает присылать мне сообщения, прося подождать, пока они выйдут в онлайн за один юань и пять рядов».

Юй Фань положил наушники на стол, откинулся на спинку кресла и лениво включил прямую трансляцию на главной странице.

Их компьютеры располагались слева от стойки ресепшена, и изредка они могли смутно услышать оттуда какие-то диалоги.

«Вы… здесь, чтобы посидеть в интернете?», — спросил голос с регистрации.

«Мгм», — послышался холодный ответ.

Веки Юй Фаня на секунду дрогнули.

Он смотрел прямую трансляцию на экране и подумал, что на свете есть ещё один человек, который заслуживает быть избитым

«Нам придётся взять дополнительную плату, если у вас нет удостоверения», — на стойке регистрации повторили:

«Просканируйте код для оплаты, а затем пройдите налево и выберите компьютер. Ах да, запасной выход находится в дальнем левом углу».

Парень ничего не ответил, но услышав шум, направился к ним.

Левая область сама по себе была небольшой. Юй Фань, не поднимая глаз, слушал шаги приближающегося к нему человека.

Бах.

Звук падения чего-то тяжелого на землю.

Юй Фань жевал жвачку и лениво посмотрел на пол, наклонив голову.

Он увидел знакомый чёрный школьный рюкзак.

«…»

Юй Фань перестал жевать её.

«Сюэба?!» — Ван Луань, находившийся рядом с ним, поднял голову и потрясённо спросил: «Почему ты здесь?»

Чэнь Цзиншэнь неподвижно стоял перед компьютером, а его взгляд на некоторое время задержался на экране Юй Фаня.

На нём был открыт интерфейс прямого эфира, где парень с синими волосами играл в какую-то игру. Это не было похоже на серьезную трансляцию.

Он отвёл взгляд и сказал: «Пришел поиграть».

Ван Луань: «…»

Лучший ученик класса пришёл в интернет-кафе у задней двери, известное дурной репутацией, чтобы поиграть?

Все вокруг смотрели в их сторону.

Нет ничего такого в том, чтобы увидеть человека в школьной форме, сидящего в интернет-кафе. Юй Фань и Ван Луань тоже были в неё одеты. Но Чэнь Цзиншэн, который застёгивал пуговицы своей рубашки доверху и сохранял прямую осанку, действительно был таким единственным во всём помещении.

Юй Фань пришёл в себя, поднял свою ногу и ударил его кресло, прежде чем тот успел сесть.

Чэнь Цзиншэнь на мгновение остановился и опустил взгляд.

«Ты…»

Юй Фань хотел сказать: «Иди сядь где-нибудь в другом месте», — однако в помещение зашла группа людей.

С рыжими, жёлтыми, синими и зелёными волосами, должно быть, все были из соседней школы. Подойдя к стойке регистрации, они вошли и сели в один ряд с Чэнь Цзиншэнем.

Если присмотреться, можно заметить, что один из них был тем, кто угрожал Чэнь Цзиншэню.

«…Поменяйся со мной местами», — холодно закончил Юй Фань.

Чэнь Цзиншэнь согнул указательный палец и послушно уступил.

Ван Луань с пустым выражением лица посмотрел на двух людей рядом с ним, меняющихся местами.

Зазвонил телефон.

Он опустил взгляд и сказал: «Юй Фань, Цзо Куан сказал, что кто-то с их стороны не может прийти. Давайте сыграем в четыре ряда».

«Без разницы, — небрежно приняв другую позу, Юй Фань больше не смотрел на окружающих его людей.: «Пригласи меня».

Он снова открыл игру и уже собирался принять приглашение Ван Луаня, чтобы сформировать команду, как рядом с ним на экране компьютера внезапно мелькнуло знакомое лицо.

У Юй Фаня и Ван Луаня рефлекторно забилось сердце, они вместе нахмурились и повернули свои головы, чтобы попосмотреть.

На экране компьютера Чэнь Цзиншэня появилась строка больших вводных слов…

[«Онлайн-курс известного учителя». Понятие теоремы синуса и понятие теоремы косинуса (основы).

Автор лекции: Ху Пан].

Юй Фань: «…»

Ван Луань: «…»

Ван Луань нахмурился и невольно повернул голову: «Сюэба…»

Чэнь Цзиншэн: «?»

«Ты пришел в интернет-кафе только для того, чтобы… увидеть Ху Пана?»

«Нет, я хочу поиграть в игры», — Чэнь Цзиншэн остановился на секунду: «Но меня временно отпустили, и я больше не мог играть».

(п.п²: попытались переводить с китайского, но смысл его слов нам до сих пор не понятен)

(п.р: Мы хз откуда отпустили, какое “не мог играть” и не меняли чтобы смысл не теряли. Кста ван луань тоже че то непонятное высрал мы тоже хз)

Собаки в это не верят¹.

[1] — "Даже собаки в это не верят" метафора означающая что не верит никто. Если кто то делает или говорит неправду можно просто сказать: "Если собаки не верят, то кто в это поверит?”

Ван Луань: «Настолько отвратительно?! Что ты теперь будешь делать?»

Юй Фань: «…»

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Давайте посмотрим несколько лекций».

Ван Луань попрощался с остатками разума. Единственными, кто мучился от этого онлайн-урока, — были мы.

А он продолжал смотреть его, что было ещё более ужасно.

Промелькнула идея, Ван Луань похлопал себя по бедру: «Сюэба, почему бы тебе не поиграть с нами? Нам как раз не хватает одного игрока. Будешь играть в League of Legends?»

«Я почти не играл», — произнес Чэн Цзиншэн.

«Не имеет значения. Мы все знаем друг друга, так что возьмём тебя…»

«Ещё чего», — Юй Фань нахмурился и прервал его: «Всего четыре человека, пойдём».

Ван Луань был ошеломлён. Он собирался сказать: «Чэнь Цзиншэнь сделал за тебя домашнюю работу, не думаешь, что это слишком для тебя — отвернуться от него и отказать, брат…»

«Хорошо», — спокойно ответил Чэнь Цзиншэнь: «Если ты не хочешь брать меня с собой, то мне нет смысла в неё играть».

Минуту спустя.

Юй Фань схватил мышь рядом с собой, выключил онлайн урок Ху Пана и открыл League of Legends.

«Видишь этот аккаунт?», — холодно сказал Юй Фань:  «Хватит нести чушь. Назови ник».

Глава 14 - Ты когда-нибудь думал, что она может нравиться мне как женщина?

Только что созданный аккаунт не мог сразу же принимать участие в матчах, а доступных персонажей было мало. Ван Луань что-то сделал и вскоре ввёл Чэнь Цзиншэню номер.

«Разве это не аккаунт Чжань Сыньцзин?» — спросил Цзо Куан: «Кто это?»

«Первый в рейтинге и лучший в нашем классе», — Ван Луань дёрнул мышкой: «Я дал ему его».

Цзо Куан удивился. Он уже собирался спросить, как такой ботаник может играть в подобное, но их прервал звук запуска игры.

Чэнь Цзиншэнь играл впервые, поэтому он получил “кормилицу” под руководством Ван Луаня.

«Сюэба, видишь три дороги на карте? Иди по нижней», — сказал Ван Луань: «Кстати, Юй Фань играет за AD*, ты можешь следовать за ним, он очень сильный».

(п.п²: в играх это означает персонажа, играющего уроном от атаки)

Юй Фань хотел было послать его по другому пути, но мельком увидел, как Чэнь Цзиншэнь внимательно изучает навыки, и потому не стал открывать свой рот.

Забудь об этом, просто воспринимай это как невзрачный кулон*. В любом случае, когда он играет на нижней линии, часто сражается один на двоих.

(п.р¹: наверное имелось ввиду не обращать внимания на него)

Пять минут спустя.

Юй Фань заметил, что войска саппортов стало больше, чем его собственное, и в конце концов не выдержал: «Почему ты используешь моих солдат как саппортов?»

Чэнь Цзиншэн: «Твоих?»

«Все солдаты, на нижней линии — AD».

«Ясно», — Чэнь Цзиншэнь повернулся обратно к траве и сказал: «Тогда верну их тебе».

«…»

Попробуешь снова заговорить таким тоном, будто просишь милостыню?

В разгар группового боя Юй Фань истекал кровью и поэтому бежал, пытаясь спасти свою жизнь. Краем глаза он заметил, как “кормилица” Чэнь Цзиншэня приближается к нему вся в крови.

Юй Фань сразу же развернулся и приготовился к бою.

А затем его прижали к траве и оставили умирать.

Юй Фань посмотрел на “кормилицу”, которая была в полумиле от него: «У нас групповой бой, может сходишь купить нам припасов?»

Чэнь Цзиншэнь задал риторический вопрос: «Неужели не можешь победить?»

«…»

Подошло время ужина. Юй Фань заглянул на свою страницу в red records и замолчал.

«Перерыв, я больше так не могу», — Ван Луань отложил мышь: «Я схожу куплю что-нибудь поесть. Юй Фань, что бы ты хотел? И где сюэба?»

Юй Фань был сыт и с мрачным выражением лица сказал: «Я не буду есть».

Чэнь Цзиншэн: «Нет, спасибо».

(п.р¹: чэнь и юй такие типа: нет спасибо я не голодный)

Ван Луань пошёл к стойке регистрации, чтобы купить еды. Юй Фань выключил игру и открыл вкладку прямой трансляции. Стрим “Lanmao”, который он смотрел, уже закончился, и платформа автоматически переключила его на другой популярный стрим по игре “League of Legends”.

Ранее эта стримерша была профессиональным игроком в других MOBA-играх¹. После ухода она заработала кучу денег, транслируя “League of Legends” на разных платформах. Её отличные навыки, интересная личность и сексуальная фигура привлекли множество поклонников.

[1] — MOBA — Multiplayer Online Battle Arena, или же Многопользовательская Онлайн Боевая Арена.

Юй Фань устал проигрывать и больше не хотел двигаться. Он просто оставил экран включённым и, откинувшись на спинку кресла, внимательно наблюдал за действиями девушки на стриме.

Его прожигали взглядом.

Не выдержав, он повернулся и нахмурился: «У меня что, на лице онлайн-урок?»

Чэнь Цзиншэнь взглянул на его компьютер: «Ты обычно смотришь такое?»

«А что, я должен смотреть на Ху Пана?»

Помолчав две секунды Чэнь Цзиншэнь продолжил: «Тебе нравятся ушки зайчика?»

Юй Фань: «?»

«Или», — Чэнь Цзиншэнь замолк, а после добавил: «Юбка няни?»

«…»

Только тогда Юй Фань заметил, что надето на стримерше.

Он хотел сказать: «Идиот, это называется костюм горничной», но сделал паузу и изменил на: «Ты когда-нибудь думал, что она может нравиться мне как женщина?»

Сказав это, он демонстративно поднял палец перед Чэнь Цзиншэнем и указал на стримершу.

Чэнь Цзиншэнь некоторое время молча наблюдал за ней, а потом повернул голову и посмотрел на свой экран.

Юй Фань оглянулся и увидел, что Чэнь Цзиншэнь снова открыл онлайн-урок, но уголки его губ были опущены, делая его несчастным, а лицо выглядело так, будто Ху Пан задолжал ему восемь миллионов.

Кому ты показываешь такое выражение лица?

Наблюдая за этим, Юй Фань отвел взгляд, облизнул пересохшие губы и взял в руки бутылку минеральной воды, которая лежала под рукой. Сделав два глотка, он повернулся и уже собирался что-то сказать…

«Я не хочу пить», — внезапно сказал Чэнь Цзиншэнь.

«…»

Кого вообще волновало, хочешь ты или нет?

Юй Фань отвернулся и продолжил смотреть стрим.

Что с ним не так?

Это не нарушает закона.

***

Ван Луань упёрся локтем в стойку и, вытянув голову, скомандовал: «Брат, дай мне ещё кетчупа».

«Конечно», — администратор умело намазал соус на хот-дог: «Ты купил так много для себя?»

Ван Луань поднял подбородок: «У меня всё ещё есть два брата».

Хотя эти двое сказали, что не будут есть, он решил всё равно купить им, на случай, если позже они проголодаются.

Ван Луань покачал головой и сказал про себя, что такого хорошего брата, как я, трудно было бы найти.

Администратор проследил за его взглядом и спросил: «Парень посередине — твой друг? Когда он вошёл, я подумал, что тот ошибся местом».

«Эй, и не говори, я подумал о том же, когда увидел его здесь», — Ван Луань некоторое время просто стоял, а затем его взгляд переместился на монитор у стойки регистрации.

У выхода на первый этаж, спиной к компьютеру, стояла полная фигура. Ван Луань некоторое время смотрел на макушку мужчины, улыбнулся и небрежно сказал: «Охренеть, посмотри на его лысую голову».

Человек за стойкой регистрации тоже мельком взглянул на него: «Он выглядит немного знакомым».

Мужчина поднял руку и коснулся своей головы.

Ван Луань последовал его примеру и коснулся своих волос: «Мне тоже кажется он знакомым, ха-ха…»

Мужчина повернулся и показал лицо, которое напугало всех учеников школы № 7 города Наньчан.

Улыбка Ван Луаня застыла на его лице: «Блять».

Он помчался обратно с четырьмя хот-догами в руке.

Когда он вернулся, Юй Фань в это время встал со своего места, и, вероятно, из-за того, что постоянно стоял на коленях днём, он выглядел неважно.

(п.р¹: мы не знаем что это означает и не нашли какой либо информации поэтому оставили)

«Юй Фань! Юй Фань!» — Ван Луань закричал: «Толстый тигр! Толстый тигр! Толстый тигр!»

Юй Фань собирался пойти в туалет, чтобы успокоиться. Услышав это, он подумал, что Ван Луань говорит о том, что Чэнь Цзиншэнь снова открыл онлайн-урок.

Он нахмурился: «Только посмотрите на это. Чего ты так орёшь?»

«Нет! Нет!» — сказал Ван Луань: «Толстый тигр здесь ловит учеников! Он, чёрт возьми, внизу! И, кажется, скоро будет здесь!»

«?»

В это время неожиданно прозвенел музыкальный звонок, и большинство парней в округе резко подняли головы!

Это сигнал, что учитель здесь!

Ван Луань: «Поторопись…»

Прежде чем он закончил фразу, Юй Фань быстро обернулся и схватил за воротник человека, который смотрел онлайн-урок.

«Сам директор здесь, а ты всё ещё смотришь на это?» — Юй Фань сказал: «Бери свой рюкзак!»

Спустя пару секунд из коридора раздался рёв, полный гнева: «Ученики школы номер семь! Даже не пытайтесь сбежать!»

Чэнь Цзиншэнь поднял с пола свой портфель, но прежде чем он успел закинуть рюкзак на плечо, кто-то внезапно схватил его за запястье.

Ладони парня были холодными, и он энергично потянул его за собой.

«Чего медлишь?» — сказал Юй Фань: «Беги!»

За Чэнь Цзиншэнем никогда не гнались на улице.

На ночном рынке горели огни, прилавки с закусками для барбекю были открыты, поднимался горячий белый туман, возбуждающий вкусовые рецепторы прохожих, и более десятка учеников бежали по улице. Сцена выглядела забавно.

Юй Фань бежал так быстро, что ветер, проносящийся вокруг, заправил ему волосы за уши, открывая его чистое и красивое лицо.

Чэнь Цзиншэнь отвел взгляд и, схватившись одной рукой за лямку портфеля, позволил другому человеку увлечь его за собой по этой узкой улочке.

Ван Луань беспомощно наблюдал за тем, как его двое хороших одноклассников перебегали из конца толпы в её начало, всё быстрее и дальше, и, наконец, скрылись из виду.

Чёрт?

Чёрт!

Разве Юй Фань не плохой парень, который спит на уроке и прогуливает физкультуру из раза в раз?

Разве Чэнь Цзиншэнь не слабый ботаник с проблемным дыханием?

Почему они бегают так быстро?!

Ван Луань больше не мог бежать. Он остановился и тяжело дышал, держа в руке несколько хот-догов, как идиот, пока его пальцы не побелели.

Я твой лижущий пес. — грустно подумал Ван Луань.

Ху Пан догнал его.

Ван Луань прислонился к стене, глядя на толстую фигуру, которая всё ещё была полна энергии после такого долгого пути, и внезапно почувствовал, что единственный бесполезный человек в мире – это он сам.

Ван Луань был готов к тому, что Ху Пан уведет его, но кто-то неожиданно пробежал прямо перед ним.

«Стой! Остановись, Юй Фань! Не думай, что я не заметил тебя! Если ты остановишься сейчас, мы сможем поговорить, или посмотрим, что я с тобой сделаю в понедельник! Юй Фань...

Ван Луань: «…»

Чэнь Цзиншэнь не знал, как долго они бежали.

Окрестности превратились из маленькой улочки с едой в лес высотных зданий, а большинство людей были уставшими офисными работниками, которые только что закончили работать сверхурочно.

Опасаясь, что их обнаружат на дороге у парковки, они вбежали в круглосуточный магазин.

Юй Фань приводил своё дыхание в порядок какое-то время и только потом обернулся.

За секунду до того, как он повернул голову, Чэнь Цзиншэнь наклонился и начал непрерывно дышать.

Юй Фань посмотрел на неестественное движение его плеч и нахмурился: «… У тебя что, астма?»

«Нет, просто немного устал», — Чэнь Цзиншэнь взглянул на сиденье у окна в магазине и спросил: «Можно отдохнуть?»

Юй Фань подошёл к прилавку, чтобы купить две бутылки воды, одну из которых поставил перед Чэнь Цзиншэнем.

Дыхание Чэнь Цзиншэня всё ещё было тяжёлым. Он выглядел бледным и, похоже, до сих пор не отдышался.

Притворщик.

Юй Фань протянул руку и помог ему открутить крышку от бутылки: «Пей».

«Спасибо», — Чэнь Цзиншэнь взял её.

Он поднял голову, чтобы попить воды, и выступающий кадык парня слегка двигался при глотании.

Телефон внезапно завибрировал. Юй Фань взял трубку и увидел, что это звонок от Ван Луаня.

«Как всё прошло? Вы добрались до Соединённых Штатов?» — спросил Ван Луань.

«Я свернул за угол в конце дороги и остановился там. Это плохое место», — Юй Фань сделал глоток воды: «Тебя ведь не поймали, не так ли?»

«Нет. Стой, неужели ты помнишь меня?» — сказал Ван Луань: «Я думал, ты забыл обо мне, когда так быстро убежал и даже не обернулся».

«Хватит нести чушь».

«Дело не в этом, ты просто, чёрт возьми, слишком быстро бежал», — непонятно сказал Ван Луань: «Кажется, что раньше ты не так сильно боялся того, что тебя поймает Толстый Тигр в интернет-кафе».

Он и не боялся.

Разве здесь нет лучшего ученика?

«Это ты слишком…», — голос Юй Фаня резко оборвался.

«Слишком что?» — спросил Ван Луань.

Внезапно в трубке воцарилась тишина, и Ван Луань опешил: «Говори».

«Тебя ведь не поймал Толстый Тигр, правда? Алло? Юй Фань? Говори...»

«Ничего».

Юй Фань ответил небрежно, немного неестественно.

Всего через несколько секунд его пустую левую руку внезапно схватили и потянули.

Парень, который дышал как бык две минуты назад, теперь пришёл в норму и уставился на его пальцы.

Юй Фань проследил за взглядом Чэнь Цзиншэня и обнаружил, что поцарапал безымянный палец левой руки. Рана была довольно длинной, и кровь текла по боковой стороне пальца, словно он носил тёмно-красное кольцо.

Он не чувствовал никакой боли всю дорогу.

«Что ты только что сказал?» — Ван Луань всё ещё говорил по телефону: «У тебя есть возможность закончить свою речь».

Юй Фань одёрнул свою руку, но не убрал её.

Чэнь Цзиншэнь слегка сжал его палец и молча посмотрел на порез.

Пальцы Чэнь Цзиншэня были тёплыми, и на какое-то время они замерли. Юй Фань вдруг почувствовал, что участок кожи, на который он смотрел, слегка зудит.

Он хотел, чтобы собеседник его отпустил, как вдруг тот пошевелился.

Одной рукой Чэнь Цзиншэнь держал его, а другой полез в рюкзак и некоторое время рылся на дне.

Затем он вытащил пластырь.

У Чэнь Цзиншэня были довольно большие ладони, а костяшки пальцев легко могли обхватить его руки. Юй Фань просто смотрел, как тот разорвал пластырь, приложил его к царапине и, крепко прижав, затянул.

Убедившись, что он хорошо приклеен, Чэнь Цзиншэнь отпустил Юй Фаня и скомкав упаковку от пластыря, встал и пошёл к мусорному ведру у двери.

Рука Юй Фаня повисла в воздухе, и то место, где только что затянули лейкопластырь, посветлело и стало немного холодным.

По телефону Ван Луань до сих пор болтал: «Тогда где ты сейчас? Я приду к тебе. Я не съел хот-дог и немного голоден. Чэнь Цзиншэнь всё ещё рядом с тобой? Эй, почему ты молчишь…»

За мгновение до того, как Чэнь Цзиншэнь обернулся, Юй Фан быстро сунул руку в карман и посмотрел в окно, словно ничего не произошло.

Глава 15 - Я был тем, кто держался с ним за руку той ночью

Чэнь Цзиншэнь повернулся и пошёл к стойке, чтобы что-то купить. Когда он вернулся, школьная сумка на столе завибрировала.

Юй Фань приподнял брови. Он не ожидал, что такой ученик, как Чэнь Цзиншэнь, будет приносить в школу свой телефон.

Чэнь Цзиншэнь достал телефон и на экране высветилось имя звонящего: “Мама”.

Юй Фань почувствовал, как его плечи на мгновение слегка напряглись. Он опустил веки и без всякого выражения посмотрел на экран его телефона. Чэнь Цзиншэнь долго не отвечал.

Юй Фань объяснил это обычной реакцией хороших учеников, которым звонили родители сразу после того, как они взбунтовались.

Однако действия Чэнь Цзиншэня, казалось, отличались от других.

На самом деле, Ху Пан не должен был заметить, что человеком, с которым он бежал, был Чэнь Цзиншэнь, но Юй Фаню всё равно хотелось припугнуть его.

«В худшем случае тебя изобьют, так что возьми себя в руки», — он встал и лениво сказал: «Я ухожу».

Он уже собирался выйти, как вдруг кто-то схватил его за школьную кофту.

Юй Фань обернулся и нахмурился: «В чём дело…»

Чэнь Цзиншэнь вручил ему пластиковый пакет, который только что принёс со стойки.

«Поешь, когда вернешься», — сказал Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань неосознанно взял пакет и, как только услышал его слова, собирался отказаться, но тот уже поднял трубку и, разговаривая по телефону, еле слышно произнёс: «Мгм...»

Юй Фань: «…»

***

Когда он вернулся, дома никого не было.

Это уже стало нормой. Обычно Юй Каймин на полмесяца уходит искать работу со своими ненадёжными друзьями, а в остальные дни либо пьёт в баре, либо играет в карты и азартные игры. Даже если он приходит домой, то только посреди ночи.

Если повезёт, они не будут встречаться даже раз в месяц.

На столе в гостиной был беспорядок. Рабочий стол и пол были завалены пустыми бутылками из-под вина и коробками с остатками еды на вынос, а во всей комнате стоял резкий и неприятный запах.

Юй Фань был ничуть не удивлён. Он вытащил пакет для мусора и, засунув в него все пустые бутылки, вышел, выбросив их в мусоровоз.

А когда вернулся, на его телефон пришло новое сообщение.

[S: Ты уже дома?]

Юй Фань несколько секунд смотрел на аватарку, прежде чем понял, кто это.

Чэнь Цзиншэнь сменил аватар.

Юй Фань нажал на него пальцем, чтобы рассмотреть.

Это была фотография взрослого добермана. У собаки были сильные мускулы, гладкая и блестящая шерсть, а также ошейник с металлическим намордником. Если привести её в соседнюю школу и она дважды залает, это отпугнёт многих людей.

Такой слабый человек держит такую собаку?

Неужели он не боится, что она его утащит, когда её выгуливает?

Юй Фань открыл клавиатуру и уже собирался ответить, но, набрав два слова, остановился.

Почему он должен здороваться с ним и сообщать о том, когда приходит домой? Они настолько близки друг с другом?

Юй Фань бросил телефон на кровать и ушёл в ванную.

Он снял одежду и по привычке хотел отклеить пластырь с руки, но, коснувшись его, остановился.

Неужели Чэнь Цзиншэнь настолько хрупкий, что приходится носить с собой пластыри?

А ещё он, кажется, водонепроницаемый.

(П.п: пластырь водонепроницаемый)

На мгновение рука с царапиной на пальце дотронулась смесителя, и горячая вода полилась ему на голову.

Выйдя, Юй Фань одной рукой вытирал волосы полотенцем, а другой открыл пакет и небрежно заглянул внутрь.

Там лежали два сэндвича и бутылка молока Шухуа¹.

[1] — Молоко Шухуа “относительно уникальное” и не содержит лактозу. По вкусу оно слаще обычного.

Открыв бутерброд, он откусил его, а затем взял телефон и, дважды проведя по экрану, открыл чат с собакой.

[-: Я здесь. Что ты пишешь?]

[S: Открой третью и четвёртую страницы вступительного экзамена в колледж, страницу 13 по физике и прочитай древнюю поэзию “Чэнь Цинбяо” на странице 27 из китайского учебника...]

[-: ?]

[S: Домашнее задание на выходные.]

«...»

Позволь мне ещё раз напомнить тебе о том, что я идиот.

***

В понедельник, после поднятия флага, они вернулись обратно в класс.

Изначально первым уроком должна была быть физика, но учитель был занят, поэтому заменил своё занятие на самоподготовку, которая должна была пройти во второй половине дня.

Чжуан Фанцинь села напротив, чтобы проконтролировать их самостоятельную работу, а Ху Пан пошёл к двери их класса, держа руки за спиной.

Два учителя встретились взглядами и кивнули друг другу.

Ху Пан высунулся и осмотрел класс.

Их пересаживали раз в неделю, и Юй Фань на этот раз сидел у стены.

Он лениво прислонился к ней и, встретившись взглядом с учителем, кивнул ему.

«Чему ты киваешь? Здороваешься?» — Ху Пан сказал: «Выходи!»

«...»

Юй Фань ткнул в Чэнь Цзиншэня: «Уйди с дороги».

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него и встал, чтобы освободить ему путь.

Юй Фань прошёл мимо него и, прежде чем уйти, прошептал: «Если Толстый Тигр попросит тебя выйти и спросит о чём-то, просто не сознавайся».

В коридоре Ху Пан коснулся своей макушки: «Это ты бежал из интернет-кафе в прошлую пятницу?»

Чжуан Фанцинь с тревогой последовала за ними и, услышав эти слова, невольно приподняла брови, уставившись на человека рядом с собой.

Юй Фань: «Я…»

«Не спорь!» — взволнованно сказал Ху Пан: «Хоть я и не смог хорошо разглядеть остальных, но я точно узнал тебя! Я гонялся за тобой слишком много раз! Неважно сейчас, десять или двадцать лет спустя, даже если я буду слишком стар, чтобы бегать, и у меня будет Альцгеймер я всё равно узнаю тебя с первого взгляда, когда снова увижу!»

Юй Фань: «Не…»

«Думаешь, помог себе бегством? Ты можешь бежать, но монах не может уйти из храма². Как бы далеко ты ни убежал — ты бы всё равно вернулся в школу в понедельник! Я только что уточнял это у других учеников, которые тоже были в тот день в интернет-кафе…»

[2] — “跑了和尚跑不了庙” — Убежавший монах не смог уйти из храма означает, что даже если бы он убежал на время, то в конце концов не смог бы спастись из-за других неизбежных бремен.

«Не спорю, это был я», — ответил Юй Фань: «Директор, сделайте вдох и не сердитесь».

Ху Пан: «…»

Он открыл термос, сделал глоток воды и сказал: «Знаешь, что если снова будешь наказан, то получишь испытательный срок?»

Юй Фань прислонился к стене: «Правда?»

«Что за отношение?! Будь серьёзен и встань прямо!» — закричала Чжуан Фанцинь.

Закончив, она повернулась к Ху Пану: «Директор, он правда виноват, но я не думаю, что стоит прибегать к подобному. Испытательный срок будет записан в личном деле ученика на всю его жизнь. Может, нам стоит дать ему возможность измениться?»

«Разве я давал ему мало шансов?» — Ху Пан сказал: «Юй Фань, ответь, неужели я не дал тебе шанс в ту ночь остановиться и перестать убегать? А ты что сделал? Ты ради меня чуть не побил мировой рекорд в беге на длинные дистанции!»

Чем больше Ху Пан говорил, тем громче он становился. Его голос периодически доносился до класса, из за чего ученики выглядывали наружу.

Юй Фань: «Вы были слишком далеко, поэтому я не услышал».

«…»

На самом деле Ху Пан не очень хотел его наказывать.

Сделав небольшое предупреждение, на которое Юй Фань не обратил внимание, Ху Пан тихонько кашлянул: «Давай сделаем так: ты говоришь мне с кем ты убежал и идешь писать рецензию на три тысячи слов, а я, на этот раз, забуду об этом».

Юй Фань: «Вы ошибаетесь, я был один».

«Не строй из себя дурачка, я всё видел», — Ху Пан добавил: «Если я правильно запомнил, то это был Ван Луань».

Ван Луань: «?»

Юй Фань нахмурился: «Я же сказал, что нет».

Ху Пан кивнул: «Хорошо, до конца урока ещё десять минут, подумай об этом ещё раз. Если ты действительно хочешь получить испытательный срок, то продолжай упрямиться…»

«Это был я», — раздался голос сзади.

«Я же говорил, что хорошо разглядел», — Ху Пан удовлетворённо повернулся: «Ван Луань, ты тоже должен написать ре…»

Ху Пан: «…»

Ху Пан: «?»

Две минуты спустя Ху Пан посмотрел на парня, стоявшего рядом с ним. У него заболела голова даже сильнее, чем после того, как он пробежал “марафон” той ночью.

Ху Пан: «Чэнь Цзиншэнь, ты… что с тобой?»

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на парня, прислонившегося к стене.

Юй Фань отвёл взгляд и проигнорировал его.

Думаю, то, что я ему говорил, было сказано впустую.

Ху Пан поймал их зрительный контакт: «Кто-то угрожал тебе и просил взять вину на себя?»

«Нет», — ответил Чэнь Цзиншэнь: «Директор, я был тем, кто держался с ним за руку той ночью».

Юй Фань обернулся: «Кто, чёрт возьми, держался с тобой за руку?»

Чэнь Цзиншэнь сменил тон: «Ты держал меня».

«Схватил», — Юй Фань стиснул зубы: «Это называется схватить».

Ху Пан: «...»

Чжуан Фанцинь: «?»

«Хорошо», — прервал их Ху Пан с задумчивым выражением лица: «Чэнь Цзиншэнь, что ты делал в подпольном интернет-кафе?»

Чэнь Цзиншэнь ответил: «Смотрел онлайн-занятия».

«…»

Прежде чем Ху Пан пришёл в себя, Чэнь Цзиншэнь добавил: «На самом деле, Юй Фань тоже собирался смотреть онлайн-урок».

Ху Пан: «…»

Юй Фань: «?»

Юй Фань повернулся и посмотрел на Чэнь Цзиншэня, который, как обычно, был бесстрастным и без каких-либо недостатков.

Ложь - преимущество твоего парализованного лица, верно?

Ху Пан не поверил: «Юй Фань, какие онлайн-уроки ты смотрел?»

«Понятие теоремы синусов и косинусов», — произнёс Юй Фань с серьёзным лицом:

«Лектором были вы, в красивом костюме».

Ху Пан ушел.

Перед этим он гордо и застенчиво потёр свой маленький нос: «Я записал этот урок много лет назад и не ожидал, что кто-то его посмотрит. Этот базовый курс очень подходит для тебя… Конечно, хорошо использовать свободное время, чтобы восполнить свои недостатки в учёбе, но ты всё ещё должен выбрать правильный путь. Если снова захотите посмотреть онлайн-урок, то можете воспользоваться компьютером в моём кабинете. Больше не ходите в интернет-кафе. Поняли?»

Смотря ему вслед, Юй Фань почему-то почувствовал себя виноватым за то, что обманул его.

Он повернул голову и уже собирался вернуться в класс, как вдруг его остановила Чжуан Фанцинь.

«Подождите», — сказала она, окидывая взглядом их лица: «Сегодня днём после уроков вы двое подождите меня на площади».

Они остановились, и Чэнь Цзиншэнь спросил: «Зачем?»

«На тренировку. Нам не хватает двух человек для участия в эстафете 4 на 400 к школьному спортивному фестивалю в конце этого месяца», — ответила Чжуан Фанцинь: «Разве вы не можете пробежать? Сделайте это ради меня».

(П.п: 4 человека на 400 метров)

«…»

***

«Даже когда вы пробежали 4х400 метров, вас всё равно поймали, а мне пришлось бежать три гребаных километра, чтобы меня не увёл Толстый Тигр, а теперь ещё бежать эстафету. Что это такое, чёрт возьми?!»

На площади Ван Луань изливал своё негодование в небо и только когда закончил, вспомнил, что рядом с ними был ещё один ученик: «…Сюэба, я напугал тебя своей руганью?»

Чэнь Цзиншэнь ответил: «Нет».

«Фаньцин здесь», — небрежно сказал Юй Фань: «Повтори громче, чтобы она точно тебя услышала».

«Забей», — сказал Ван Луань.

В спортивном собрании пришлось принять участие более чем половине класса. Все собрались вразнобой, и рядом были ученики других классов. Сцена очень зрелищная.

В прошлогоднем спортивном фестивале их класс занял последнее место. Тогда Чжуан Фанцинь упала лицом в грязь. Но на этот раз она была полна решимости подняться и никогда больше не опускаться на дно.

Поэтому первым делом она собрала всех парней, сбежавших с фестиваля в прошлый раз, и поручить им задания.

Она выбрала точку старта для марафона и позвала участников подойти для тренировки с эстафетной палочкой.

Юй Фань краем глаза взглянул на человека рядом с ним.

Чэнь Цзиншэнь присел, чтобы завязать шнурки. Он снял кофту школьной формы, и футболка прилипла к его спине, обрисовывая лопатки.

Уже тяжело дышит хотя прошёл всего два шага. Он точно сможет пробежать эстафету.

В тот момент, когда Чэнь Цзиншэнь поднял голову и встал, Юй Фань быстро отвел взгляд.

Забудь. Это не моё дело. Он сам напросился.

Количество спортивных учеников в их классе было намного меньше, чем у других. Всего один парень.

Поэтому Чжуан Фанцинь доверила этому ученику первую палочку, старосте — вторую, Чэнь Цзиншэню — третью, а Юй Фаню — последнюю.

После того, как Чэнь Цзиншэнь принял эстафету, Ван Луань сказал: «Эй, а Чэнь Цзиншэнь хорошо бегает, довольно быстро… ну, тем не менее, в ту ночь он не отставал от Юй Фаня».

Увидев, как ноздри других парней расширялись от бега, Чжань Сыньцзин вздохнула: «Самое главное, что он не уродлив».

«Юй Фань не уродлив, даже когда бежит».

«Ну так что узнал?» — Чжан Сыньцзин перевела взгляд и сказала: «Сколько девушек обошло наш класс?»

Юй Фань промолчал. Он подошёл к дорожке и, побежав вперёд, протянул руку назад. Приняв эстафету от Чэнь Цзиншэня, он помчался, как ветер.

«Хорошо, Сюэба», — Ван Луань положил руку на плечо Чэнь Цзиншэня: «Ты бежал очень быстро».

Чэнь Цзиншэнь нахмурился, но не оттолкнул его: «Спасибо».

Ван Луань: «Хочешь воды?»

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на другую сторону игровой площади и ответил: «Нет».

Ван Луань проследил за взглядом лучшего ученика и увидел, что у его хорошего брата развиваются волосы, открывая красивое лицо.

«Ван Луань, видишь девушку вон там?

Она стоит рядом с финишной чертой», — Чжань Сыньцзин дотронулась до руки Ван Луаня.

Чэнь Цзиншэнь, услышав её слова, неосознанно взглянул в её сторону.

Ван Луань: «Вижу. Она из четвертого класса. Я слышал о ней, чертовски красивая».

Чжан Сыньцзин посмотрела на него: «Кто красивее я или она?!»

«Ты, ты, ты», — ответил Ван Луань: «Так в чём дело?»

«Смотри», — уверенно произнесла Чжань Сыньцзин: «Бутылка воды в её руке, наверное, для Юй Фаня».

Юй фань добежал до конца, а когда остановился девушка подошла к нему.

Но Юй Фань этого не заметил. Он поднял тыльную сторону ладони и, вытерев лоб, направился прямо к ним.

«Блять, Юй Фань, ты такой...», — заметив, что он приближается, Ван Луань опешил и поднял палец вверх, указывая назад: «Подожди, позади тебя…»

Юй Фань нахмурился: «Если не можешь бежать – не беги».

Ван Луань: «?»

«Честно говоря, Фанцинь хочет заставить меня бежать три тысячи метров. Это реально сложно. Ещё она сказала, что если я не хочу бежать, то буду раздавать напитки… Куда ты идёшь?» — Ван Луань тупо смотрел, как Юй Фань прошёл мимо него.

Ван Луань оглянулся и был ошеломлен.

Парень, который едва дышал после бега, теперь сидит на траве, и выглядит настолько уставшим, словно сбил с ног десять коров.

(п.р¹: то коров толкает то сам бык)

«Я могу бежать, но у меня слабые ноги. Ты можешь мне помочь?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Ван Луань: «…»

Хах?

Не слишком ли длинная рефлекторная дуга вашего тела³.

[3] — Рефлекторная дуга – означает, человека с слишком медленной реакцией. Например, когда кто-то рассказывает анекдот и все остальные смеются раньше этого человека, это можно назвать длиной рефлекторной дуги. Проще говоря, когда до человека туго и долго доходят мысли.

Глава 16 - Мне нравятся жестокие

Юй Фань с отвращением на лице потянул его за собой.

Он не знал, было ли это из-за физической слабости, но руки Чэнь Цзиншэня были холодными, хотя тот пробежал всего 400 метров.

Чжуан Фанцинь была удивлена, увидев эту сцену издалека.

Когда их отношения стали такими хорошими?

Она осталась довольна, увидев таймер на своём телефоне, но потом ещё больше разозлилась: «Если бы вы послушно участвовали в прошлом году, наш класс занял бы последнее место?» — Чжуан Фанцинь продолжила: «Особенно это касается тебя, Юй Фань!»

Юй Фань помог подняться парню с земли и почти сразу же отпустил его руку: «Разве мы не должны позволить остальным ученикам участвовать в мероприятии?»

«Неужели у тебя нет ни малейшего желания защитить честь своего класса?» — Чжуан Фанцинь похлопала его по голове планом урока. Оглянувшись, она увидела запыхавшегося ученика, и её тон тут же смягчился: «Чэнь Цзиншэнь, всё в порядке? Ты ещё можешь бежать?»

Чэнь Цзиншэнь кивнул и опустил взгляд, словно ещё не пришёл в себя: «Да».

«Если нет, то тебе следует больше тренироваться. Не сосредотачивайся только на учёбе. Не забывай о своей физической форме».

«Хорошо».

Чжуан Фанцинь кивнула и спросила ученика рядом с ней: «Ван Луань, почему бы тебе не потренироваться в беге на 3000 метров?»

«Цинь, я не лгу вам», — серьёзно ответил Ван Луань: «Для меня забег на 3000 метров бывает только раз в жизни. Если побегу сегодня, то на спортивных соревнованиях буду в инвалидной коляске».

«…»

Девушка, стоявшая в нескольких шагах от них, держала в руках бутылку минеральной воды. Увидев стоявшую неподалёку Чжуан Фанцинь, она на мгновение замешкалась, а затем с сожалением развернулась и ушла.

Чэнь Цзиншэнь оглянулся и, поджав губы, начал ровно дышать.

Чжуан Фанцинь собрала учеников вместе и, наговорив чепухи о навыках бега, посоветовала больше тренироваться, если им нечем заняться, а после отпустила их.

Ван Луань поднялся с земли: «Наконец-то можно уйти, я так устал».

Чжань Сыньцзин непонимающе посмотрела на него: «От того, что сидел и ничего не делал?»

«Я устал за своего брата», — ответил Ван Луань: «Юй Фань, зайдём на некоторое время в кафе за молочным чаем?»

Юй Фань взял кофту у него с рук: «Ага».

Ван Луань стряхнул со своих ягодиц траву и, мельком взглянув на человека рядом с собой, добавил: «Сюэба, пойдёшь с нами?»

Попытка побега вместе из интернет-кафе, в сочетании с только что произнесёнными бессмысленными словами, заставили Ван Луаня подумать о том, что у него достаточно хорошие отношения с лучшим учеником.

Он спросил это небрежно и беспричинно.

Ван Луань знал, что Чэнь Цзиншэнь, скорее всего, не сможет пойти с такими учениками, как они, тем более в место, которое другие считали сборищем одних хулиганов…

«Да», — ответил Чэнь Цзиншэнь.

Ван Луань: «?»

Юй Фань нахмурился и хотел было сказать, чтобы тот не шёл за ними, но, повернувшись и встретившись взглядом с Чэнь Цзиншэнем, замолчал.

Забей, мои ноги не на его теле¹, и то, куда он идёт, меня не касается.

[1] — “Ноги на чужом теле” — означает, что человек не может контролировать других людей или то куда они идут.

***

В кафе молочного чая было несколько столиков, некоторые из которых уже были заняты.

Они сели за один, а другие наблюдали за ними со стороны.

Услышав их, Цзо Куан прикусил сигарету и рассеянно спросил: «Чего так долго? Я уже давно вас жду».

В такое время в чайной было не так много людей. Несколько парней, игравших в карты, не стеснялись курить, из-за чего в помещении было много дыма.

Ван Луань ответил: «Меня поймала Фанцинь».

«Так ты не будешь участвовать в спортивном фестивале?» — спросил кто-то.

«Ага, я не собираюсь активничать», — ответив, Ван Луань сказал женщине за стойкой: «Хозяйка, мне, как обычно, два стакана молочного чая, и в один из них добавьте жемчуг²», — закончив, он спросил: «Сюэба, чего бы ты хотел? Я угощаю».

[2] — Это “тапиока” или же “bubble tea”. Шарики тапиоки сейчас называют жемчужинами.

«Чего? Сюэба?» — Цзо Куан в замешательстве повернул голову: «Ебать».

Хотя они и играли вместе два дня назад, но когда тот появился с Юй Фанем и остальными, зрелище стало ещё более впечатляющим.

И… Цзо Куан не знал, было ли это потому, что он слишком долго слушал речь Чэнь Цзиншэня на церемонии поднятия флага, но как только он его увидел, у него появилось желание потушить сигарету*.

(п.п¹: имеется в виду, что Чэнь настолько правильный, что при нём Цзо Куану захотелось убрать сигарету)

«Нет, я сам заплачу», — Чэнь Цзиншэнь достал свой мобильный телефон и отсканировал QR-код, чтобы заплатить: «Мне то же самое, спасибо».

Ван Луань пошутил: «Сюэба, у тебя уже есть WeChat?»

«Да», — серьёзно ответил Чэнь Цзиншэнь: «Я сам зарегистрировался».

«…»

Юй Фань бросил одежду на диван и лениво сел.

Это двухместный диван, но все привыкли оставлять Юй Фаня сидеть на нём одному.

Заказав молочный чай, Ван Луань придвинул стул и сказал: «Сюэба, давай, присаживайся…»

Чэнь Цзиншэнь поставил рюкзак рядом с собой и, взяв кофту Юй Фаня, расправил её, положив на портфель.

Затем, как будто так и надо, сел рядом с Юй Фанем.

Юй Фань: «?»

Люди вокруг на мгновение замерли и с удивлением посмотрели в их сторону.

Пока кто-то не обжёг себе руку сигаретой и не воскликнул: «Ай, бля…»

Юй Фань пришёл в себя и толкнул коленом парня рядом с собой: «Иди и сядь с ним».

«Это не имеет значения», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «я могу просто посидеть здесь».

«?»

Юй Фань нахмурился. Цзо Куан понял, что это сигнал, прежде чем тот разозлится, и, выдохнув дым изо рта, наблюдал за развитием событий.

Юй Фань цокнул, а затем повернулся и посмотрел на Цзо Куана: «Может ты ещё раз пустишь на меня клуб дыма?»

Цзо Куан: «?»

«Я не нарочно», — сказав это, Цзо Куан подумал: ‘Обычно от него пахнет табаком сильнее, нет?’ — и с этими мыслями протянул ему сигарету: «Будешь?»

«Нет», — ответил Юй Фань: «просто отвернись».

«…»

Ван Луань принёс молочный чай. Юй Фань взял свой стакан, сделал глоток, а затем достал телефон и лениво начал свою прожорливую змеиную карьеру.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на пальцы, которые двигались из стороны в сторону, и спросил: «Ты не будешь играть в карты?»

«Нет».

Цзо Куан и остальные играли в “Цзиньхуа”³ на деньги. А Юй Фань обычно играет только в две игры: “Доу Дичжу”⁴ и “Хуаванба”⁵. Они знали об этом, поэтому не звали его в другие.

[3] — “金华麻将” — это игра маджонг и популярна в Цзиньхуа, провинции Чжэцзян.

[4] — “斗地主” — "Борьба с землевладельцем” китайская карточная игра.

[5] — “龟” — “Черепаха” карточная игра, в которую они играли в 9 главе.

Чэнь Цзиншэнь: «Тогда ты можешь делать домашнее задание».

Юй Фань: «…»

Другие: «?»

Юй Фань крепче сжал телефон, и когда уже собирался взять рюкзак и выйти, он услышал чей-то голос с другой стороны кафе.

«Я бы хотел заказать стакан лимонада с мёдом… хотя нет, не нужно», — увидев Юй Фаня, сидящего там, парень развернулся и собирался уходить.

«Эй, это разве не Дин Сяо?» — при виде него на лице Цзо Куана появилась игривая улыбка, и он сказал ему остановиться: «Стой там, чего боишься? Как заберёшь заказ, уходи».

Услышав это имя, Ван Луань повернул голову и посмотрел в сторону двери. Совсем недавно улыбавшийся парень утратил прежнее выражение лица.

Только Юй Фань всё ещё с опущенной головой играл в “Змейку”.

Чэнь Цзиншэнь тоже взглянул в сторону двери.

Когда высокий, немного толстый парень услышал голос Цзо Куана, его лицо мгновенно побледнело.

Через несколько секунд он развернулся, схватился за свою школьную сумку и сказал: «Я хотел бы стакан медового лимонада».

«Иди сюда, сядь и подожди свой заказ», — усмехнулся Цзо Куан.

«Забудь об этом», — сказал Ван Луань. — «Я не могу пить это после того, как увидел его. Лучше уж я приду сюда позже и выпью стакан молочного чая».

Парень по имени Дин Сяо покраснел и выглядел очень расстроенным.

Пока не заметил машину своих родителей.

Дин Сяо сразу почувствовал себя более уверенно. Как только лимонад был готов, он схватил его и, стиснув зубы, сказал: «Кучка отбросов».

Ван Луань тут же встал и выругался: «О ком ты говоришь? Подойди сюда и повтори».

Цзо Куан бросил свои карты и тоже поднялся.

Но ничто из этого не было таким страшным, как когда Юй Фань посмотрел в его сторону. Встретившись с ним взглядом, сердце Дин Сяо ёкнуло. Он сразу же развернулся и, уходя прочь, кричал на ходу: «Мама! Мама!»

Действительно глупый.

Юй Фань опустил голову и продолжил играть в “Змейку”

«Ты умственно отсталый! Сразу начал звать маму, хотя я даже не прикоснулся к тебе. Маменькин сынок!»

Ван Луань закончил кричать у двери, а затем обернулся и встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

Только тогда он вспомнил, что среди них был примерный ученик.

Ван Луань пододвинул стул и сел. Улыбка быстро вернулась на его лицо: «Чёрт, Сюэба, не бойся, мы обычно так не делаем».

Услышав это, Цзо Куан в глубине души подумал: ‘С чего ты взял, что он боится? Разве его выражение лица всё ещё не выглядит таким же парализованным?’

Чэнь Цзиншэнь спросил: «Кто он?»

«Дин Сяо, класс 2 — он раньше учился в соседнем классе. Неужели ты его не знаешь?» — спросил Ван Луань.

«Никакого представления».

«Ты когда-нибудь слышал историю о ученике первого года старшей школы, который ударил парня тарелкой с рисом в столовой?» — Ван Луань продолжил: «Тем учеником был Юй Фань».

Ван Луань до сих пор помнит ту сцену.

В тот день он проспал всё утро, а когда проснулся в полдень, то был так голоден, что ему пришлось тащить Юй Фаня за собой в кафетерий. Ван Луань тогда нёс с собой свои любимые кисло-сладкие свиные рёбрышки.

Столы и стулья в школьной столовой расположены очень близко друг к другу, и, когда кто-то проходит мимо, людям с обеих сторон приходится уступать ему дорогу.

Поэтому они могли слышать всё, что говорили люди у них за спиной.

— «Моя соседка по парте призналась Юй Фаню из 7-го класса, а тот её отверг. Она вернулась и плакала весь урок. Так раздражает».

— «Больше всего я ненавижу таких девушек. У неё плохая успеваемость, и она каждый день носит красное нижнее бельё, несмотря на то, что форма просвечивает. Даже не знаю, для кого. Ох... Хотя, думаю, это для Юй Фаня, но жаль, что она недостаточно зрелая, и ему такое не нравится, ха-ха».

— «Каждый раз, когда она приходит ко мне, чтобы задать вопросы, она очень низко опускает воротник. Должно быть, я ей нравлюсь, хотя о чём я? Она даже не может заполучить внимание Юй Фаня, но пытается получить моё?»

— «Эй, у меня есть фотография. Я сделал её, когда она завязывала шнурки. Хочешь посмотреть? Её воротник был расстёгнут, поэтому там можно ясно увидеть…»

Именно в этот момент Юй Фань опрокинул тарелку с едой парню на голову.

Прежде чем Ван Луань успел среагировать на то, что произошло, еда уже скользила по волосам Дин Сяо и растеклась по полу.

Это было первое наказание, которое получил Юй Фань с момента поступления в старшую школу.

«Ебать, ты даже не представляешь, каким был Юй Фань в тот момент. Эти движения и этот взгляд были такими яростными, что остальные в столовой замерли от страха», — Ван Луань ненадолго задумался: «Жаль, что он не съел те два кусочка свиных рёбрышек в кисло-сладком соусе, потому что “отдал” всё Дин Сяо».

Ван Луань рассказывал эту историю с удовольствием.

Юй Фань изначально хотел прервать его на середине рассказа, но, подумав об этом, сдержался.

«Если бы я знал, что ты до сих пор так хорошо это помнишь», — Юй Фань смахнул змею в игре: «Я бы вытащил их из его волос и отдал тебе».

Ван Луань: «Обойдусь».

Цзо Куан снова закурил сигарету: «Юй Фань, как ты это терпел? На твоём месте я бы…»

Юй Фань: «Затащил бы его в туалет, закрыл дверь, принёс бы биту и нож, выбил ему половину зубов, потом, побрив его, порезал бы ему пальцы… Я что, не знаю таких вещей? Теперь ты будешь учить меня?»

Цзо Куан: «?»

Ван Луань: «??»

Ты переусердствуешь, брат. Разве мы не всегда были искренни друг с другом и дружили через кулаки? Когда ты снова начал пользоваться ножом?

«Мне слишком лень возиться с ним, и…» — холодно сказал Юй Фань: «Я хочу побить тех, кто любит лезть к другим людям, ещё больше, чем Дин Сяо».

Чэнь Цзиншэнь схватил свой рюкзак.

Юй Фань: «Есть и такие, кто открывает и закрывает рот, только когда нужно сделать домашнее задание».

Чэнь Цзиншэнь открыл его.

Юй Фань: «Я буду избивать таких каждый раз, когда они попадаются мне на глаза».

Чэнь Цзиншэнь достал домашнее задание.

Юй Фань: «…»

Юй Фань подавил желание ударить кое-кого и, взяв телефон, снова лёг на спину.

Другие тоже были поражены, увидев упорство Чэнь Цзиншэня.

Ван Луань наклонился к нему: «Сюэба, ты собираешься делать здесь домашнее задание?»

«Посмотри», — сказал кто-то.

«Действительно потрясающе. Всё-таки Сюэба есть Сюэба», — Ван Луань льстиво улыбнулся: «Ты же закончил?.. Тогда… можешь отправить мне?»

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него: «Да».

«Ты такой хороший!» — Ван Луань тут же достал свой телефон: «В таком случае, Сюэба, давай я сначала добавлю тебя в WeChat?»

Ван Луань с радостью добавил в контакты WeChat Чэнь Цзиншэня и взглянул на фотографию его профиля.

«Ебать, Сюэба», — сказал он ошеломлённо: «Твоя аватарка реально красивая. Это твоя собака?»

Чэнь Цзиншэнь хмыкнул.

Ван Луань: «Круто! Но разве ты не слабее? Она тебя не утащит?»

Чэнь Цзиншэнь ответил: «Нет».

«Тц-тц», — Ван Луань восхитился общей ситуацией: «Как тебе могло прийти в голову вырастить такую собаку? Тебе не кажется, что она слишком жестокая?»

«Нет», — Чэнь Цзиншэнь слегка оглянулся: «Мне нравятся жестокие».

Юй Фань: «...»

Глава 17 - Подожди, я побью тебя завтра

Весной температура в Наньчэне повышается быстро, и весенние спортивные соревнования разных школ проводятся раньше, чем у других.

Они длятся два дня. В этот период им не нужно посещать занятия или оставаться в классе, чтобы работать самостоятельно. Для большинства это равноценно двум дням школьных каникул. А более смелые ученики прогуливали эти два дня.

Церемония открытия спортивных соревнований выдалась солнечной.

Все классы должны были одеваться единообразно. И на первый взгляд, почти каждый класс носил школьную форму: футболку и брюки.

Сегодня Чжуан Фанцинь надела яркую юбку, хотя увидеть её в ней было редкостью. Она стояла в очереди с классом ожидая начала события.

«Что случилось? Почему такие вялые?» — Чжуан Фанцинь взглянула на команду: «Заправьте свою школьную форму».

«Но это некрасиво», — с тревогой сказала Чжань Сыньцзин.

«Это церемония открытия, а не художественное представление. Вам не нужно быть красивыми, вы должны быть энергичными», — после того, как Чжуан Фанцинь закончила говорить, она прищурилась и подошла к ней: «Чжань Сыньцзин, ты накрасилась?»

Чжан Сыньцзин отшатнулась: «Нет, у меня естественная красота…»

«Позже, когда руководитель подойдёт, сожми свои губы, чтобы тебя не поймали», — сказала Чжуан Фанцинь: «Твои губы накрашены, как цветок».

Чжань Сыньцзин тут же дала ей знак одобрения: «Я знаю!»

Обернувшись, Чжуан Фанцинь увидела человека в предпоследнем ряду, и улыбка на её лице мгновенно исчезла.

«Юй Фань», — сказала она: «Ты слушал, что я сказала?»

Юй Фань был настолько сонным, что у него не было сил перечить, да и это его не волновало.

Он поднял веки, медленно пошевелил руками и заправил подол футболки за пояс брюк.

Поскольку мероприятие уже почти началось, они выстроились в вертикальную линию.

Чэнь Цзиншэнь стоял в конце группы и, опустив взгляд, следил за его движениями.

Футболка Юй Фаня была заправлена очень скомкано и небрежно, обтягивая талию парня.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на других учеников рядом с ним и быстро отвел взгляд.

Почему его талия намного тоньше, чем у других?

В школе два класса принимались одновременно, поэтому 8-й класс стоял рядом с ними.

Поначалу Цзо Куан был довольно вялым, но когда он обернулся и увидел Ван Луаня, то рассмеялся: «Блять, Ван Луань, у тебя такая большая задница. Ты выглядишь очень глупо».

Ученики обоих классов рассмеялись.

«Твою мать, почему в твоём классе не заправляют форму?!» — Ван Луань покраснел: «И вообще, о чём ты, блять, говоришь? Что, по-твоему, все, кто заправился, сразу дураки? Посмотри на других, они выглядят так же нелепо!»

Цзо Куан сказал: «Оглянись назад».

Ван Луань повернулся.

Засунув руки в карманы, Юй Фань лениво стоял, опустив голову из-за сонливости. Его форма была затянута на талии, придавая ему неряшливо-красивый вид.

Не говоря уже о Чэнь Цзиншэне, который хоть и выглядел немного хрупким, общий его внешний вид был очень хорош. У него широкие плечи, длинные руки и ноги. С таким лицом он мог легко сниматься для студенческих брошюр.

Ван Луань: «…»

Что ты имеешь в виду? То, что единственные два красивых парня во всей школе стоят позади меня, да?

Церемония открытия продолжалась в течение часа, прежде чем её распустили. Их класс разместили на одной из трибун. Место было отличное, и если обернуться, оттуда они могли внимательно рассмотреть руководство школы.

Чжуан Фанцинь была в хорошем настроении.

Для неё было не так уж важно, какое место они займут. Пока весь класс был здесь, её не волновало, будут ли они последними.

Она достала закуски, которые купила в супермаркете вчера вечером, и разделила их между учениками. Затем вызвала участников мероприятия в класс, по очереди указывая им место регистрации и время соревнований.

Юй Фань был вынужден принять участие в двух из них: эстафете и прыжках в длину, оба будут сегодня.

Приближалось время регистрации на прыжок в длину. Юй Фань протёр глаза, планируя тайком найти место, где можно выкурить сигарету и освежиться.

«Одноклассник Юй...»

Когда он обернулся, увидел в классе нескольких девушек, с которыми почти никогда не разговаривал.

Перед ним открыли пакет, который был настолько тяжёлым, что им пришлось нести его вдвоём.

«Мы купили еду и напитки», — сказала девушка: «Там есть Red Bull. Ты выглядишь очень сонным… Хочешь бутылку?»

Юй Фань опустил взгляд и заглянул в пакет.

Хотя он никогда и не издевался над одноклассниками, его всё равно многие побаивались.

Увидев его реакцию, они заколебались: «Если не хочешь пить, забудь…»

Рука парня полезла в пакет.

Он достал банку Red Bull и сказал: «Спасибо».

Юй Фань вылил содержимое себе в рот так, что когда Чжуан Фанцинь посмотрела на него, ей показалось, что тот открыто пьёт алкоголь средь бела дня.

Ученики других классов сидели вразброс, большинство из них ходили отметиться или подбодрить одноклассников. Время от времени можно было услышать аплодисменты. Только в 7-м классе все места были почти заняты, и каждый занимался своими делами, опустив голову.

В прошлом году их класс был последним в рейтинге, что уже подорвало их боевой дух.

На этот раз все были менее заинтересованы. Они не чувствовали важность участия.

Юй Фань взял зонтик Чжань Сыньцзин, встал рядом с ней и, закрыв себя им от лидеров на трибуне, прислонился к стене чтобы достать свой телефон.

Ван Луань сидел на трибуне, держа в руке картофельные чипсы, и его рот не закрывался с того момента, как он сел. Посмотрев на человека рядом с собой, тот сказал: «Эй, почему ты пришёл на спортивное собрание?»

Класс Цзо Куана сидел рядом с ними, и он прислонился к Ван Луаню так, будто он тоже с 7-го класса: «Вы все здесь, какой смысл прогуливать одному? Кстати, на какие мероприятия ты записался?»

«Юй Фань на прыжки в длину и эстафету», — ответил Ван Луань: «А я буду бежать 3000 метров».

Цзо Куан: «С ума сошел?»

«Это не я. Фанцинь – сумасшедшая», — сказал Ван Луань: «Забудь, я просто буду бегать как обычно, не хочу бороться за какое-то место. Всё равно я “выиграю” когда гонка закончится».

«Ты так много ешь, хотя знаешь что тебе скоро придется бежать?», — Чжань Сыньцзин присела в последнем ряду с девушками, повернулась и, скрестив ноги, сказала: «Это картофельные чипсы и мороженое. Тебя не вырвет потом?»

«Невозможно, разве я тебе не говорил? У меня железный желудок», — Ван Луань протянул чипсы: «Будешь?»

Юй Фань зевнул: «Нет».

Чтобы скоротать время, он нашел игру в мини-программе WeChat. Поиграв в неё некоторое время, он решил, что она не так интересна, как “Змейка”. Он вышел и обнаружил, что в разделе друзья появилось одно уведомление.

[Нажмите и посмотрите].

Чэнь Цзиншэню понравился пост с его друзьями двухлетний давности.

«…»

Он поднял взгляд и, конечно же, увидел перед собой Чэнь Цзиншэня, который, опустив голову, залипал в свой телефон, обнажая свою тонкую чистую шею.

Посты Юй Фаня публикуются вслепую, да и в них, на самом деле, не так уж много сути. Поскольку они опубликованы, ему было всё равно, увидят это другие или нет.

Но почему-то он знал, что Чэнь Цзиншэнь, сидящий перед ним, всё ещё просматривал предыдущие публикации одно за другим.

Это просто чертовски неловко.

Юй Фань сидел с недовольным лицом и уже собирался сказать ему, чтобы тот перестал смотреть их, как вдруг парень перед Чэнь Цзиншэнем заговорил с ним.

Его зовут Гао Ши, и он лидер их группы. Ему потребовалось много времени и усилий, чтобы стать им.

Гао Ши нерешительно спросил: «Одноклассник Чэнь, у тебя есть время?»

Чэнь Цзиншэнь поднял взгляд: «М?»

«Э, да, ты не мог бы написать сценарий для эфира? От 50 до 100 слов, всего несколько предложений похвалы», — сказал Гао Ши: «Школа требует, чтобы все классы написали сценарий для каждого мероприятия, сейчас нам всё ещё не хватает двух».

Чжуан Фанцинь сказала ему воспользоваться этим групповым заданием, чтобы попытаться объединить недавно переведённых учеников в коллектив класса.

Ей потребовалось много времени, чтобы прийти к такому решению.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на блокнот, который тот держал в руке, и ничего не ответил.

Гао Ши: «Но если не хочешь…»

«Каких именно не хватает?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

«Метание ядра и прыжки в длину!» — Гао Ши немного подумал и сказал: «Но прыжки в длину скоро начнутся. Боюсь, что уже слишком поздно. Поэтому я, наверное, изменю сценарий одного из наших проектов и сдам его первым, а ты напишешь главную…»

«Дай мне лист бумаги», — произнёс Чэнь Цзиншэнь: «Я напишу о прыжках в длину».

Гао Ши быстро передал тому бумагу и ручку. Он уже собирался сказать, что можно просто списать из интернета, но увидел, что сюэба начал писать так, словно был вдохновлён.

Лучший в классе даже не хочет списывать шаблон из интернета!

Гао Ши с любопытством посмотрел на него и увидел...

‘Ученику Юй Фаню старшей школы класса 7, прыгуну в длину’.

А? Не обязательно же писать конкретное имя, нет?

Сначала Гао Ши попытался напомнить ему об этом, но, увидев, что Чэнь Цзиншэнь что-то серьёзно писал, он сглотнул и продолжил читать.

‘Ты как меч на площади, солнечный и красивый меч’.

Гао Ши: «?»

Что? Почему ты описываешь его таким образом?

‘Когда стоишь среди толпы, ты представляешь собой самый красивый пейзаж на площади’.

Гао Ши: «??»

‘Прозвучал свисток, ты взлетел, как стрела, сорвавшаяся с тетивы, подпрыгнул, как жаба, а дуга прыжка была подобна радуге, сияющей в моих глазах’.

Гао Ши: «???»

‘Я восхищаюсь твоим трудолюбием, а пот твоей тяжёлой работы меня опьяняет. Независимо от того, каков будет конечный результат, ты — самая яркая роза в моём сердце’.

Гао Ши: «?..»

Гао Ши уставился на него широко раскрытыми глазами, неоднократно переводя взгляд то вверх, то вниз, не в силах поверить, что это было написано бесстрастным Чэнь Цзиншэнем.

‘… от: Чэнь Цзиншэня, ученика старшей школы класса 7…’

Гао Ши пришел в себя и уже собирался сказать, что отличнику не стоит писать такое...

Внезапно раздался свист, и рука Чэнь Цзиншэня опустела, а листок бумаги отобрали.

Гао Ши поднял взгляд и увидел красное лицо.

Этот парень болен?

Действие "Red Bull" было настолько сильным, что Юй Фань на какое-то время почувствовал, как у него горит лицо.

Сжимая в руке лист, Юй Фань сказал Гао Ши: «Разве ты не знаешь какой у него уровень китайского языка? И при этом просишь его писать?»

Гао Ши: «Уровень 1, 110 баллов».

Вообще, если сравнить баллы, которые Чэнь Цзиншэнь получает по другим предметам, можно подумать, что он не так уж хорош в китайском, но если сравнивать с другими учениками, то его уровень всё ещё выше среднего.

Юй Фань проигнорировал его и уставился вниз.

Чэнь Цзиншэнь, сидящий ниже, смотрел на него. Выражение его лица было спокойным и беззаботным, он выглядел так, словно очень хотел быть избитым.

В тот момент, когда Юй Фань думал, стоит ли разорвать этот листок или лучше засунуть его ему в рот, заставив проглотить, раздался голос Чжуан Фанцинь:

«Юй Фань, почему ты всё ещё здесь?!» — она взглянула на часы: «Поторопись! Прыжки в длину вот-вот начнутся!»

У Юй Фаня был ком в горле: «Понял».

«Тогда почему ты ещё стоишь? Спускайся», — закончив говорить, Чжуан Фанцинь тут же поймала его на месте: «Гао Ши, ты идёшь с ним, чтобы он не сбежал на полпути».

«…»

Гао Ши почувствовал себя немного невезучим.

Видя, что Юй Фань стоит на месте, Гао Ши не знал, как подтолкнуть его, но пока он колебался, парень уже поднялся и пошёл вперёд.

Проходя мимо Чэнь Цзиншэня, Юй Фань пнул его школьную сумку ногой и холодно предупредил: «Больше не пиши такую чушь».

Чэнь Цзиншэнь молча покрутил ручку. Когда он собирался что-то сказать, собеседник уже спустился по ступенькам, оставив только быструю и шёпотную фразу: «… Тебе также не разрешается просматривать мой профиль».

***

Юй Фань стоял в очереди на регистрацию, а Гао Ши был рядом с ним и внезапно наклонился к нему.

«Юй Фань, нашей группе немного не повезло. Мы все высокие и длинноногие, но есть один участник, который, вероятно, проиграет*», — Гао Ши похлопал его по плечу: «Но это не важно. Самое главное — участие. Не переживай слишком сильно, просто старайся изо всех сил».

(п.п: скорее всего он имеет в виду Ван Луаня)

Юй Фань, у которого были самые высокие и длинные ноги в их команде: «…»

Он потянулся, сказав: «Почему ты не уходишь?»

«О, не волнуйся, времени ещё полно, я накормлю тебя перед тем, как уйти», — улыбнулся Гао Ши: «И ты же никогда раньше не участвовал в спортивных состязаниях. Боюсь, ты бы забудешь зарегистрироваться после прыжка».

После прыжка тоже нужно регистрироваться?

Юй Фань: «Как хочешь».

По радио транслировали сценарий мужского забега на 3000 метров. Гао Ши взглянул на другой конец стартовой линии и подумал, что после просмотра прыжка в длину Юй Фаня он сможет принести воды своим одноклассникам, пробежавшим 3000 метров.

Кто то прервал ход его мыслей, схватив за одежду.

«Подожди», — нахмурился Юй Фань: «В прошлом году я не участвовал в спортивной встрече».

Гао Ши был поражен: «А? Да».

Юй Фань уставился на него и в течение пары секунд вспоминал: «Я даже не приходил на спортивную площадку».

После этого Юй Фань не думал о том, что Гао Ши мог обвинять его за то, что он раньше не приходил на спортивное мероприятие.

Гао Ши: «Да, но я знаю, что у тебя тогда была причина... »

Как только он поднял голову, то почувствовал, что его одежду никто не держит. Юй Фань отпустил Гао Ши и молча повернулся.

Гао Ши вздохнул с облегчением и не осмелился больше говорить.

Только когда Юй Фань расписался и зарегистрировался, Гао Ши украдкой взглянул на него.

Лицо Юй Фаня было очень напряжённым, веки опущены, и сам он был пугающе холоден.

Что там говорил Чэнь Цзиншэнь раньше?

‘На самом деле, ты интересен мне еще с первого года средней школы’.

‘Я увидел тебя во время спортивных соревнований’.

Тогда, во время спортивных соревнований Юй Фань перелез через стену, чтобы посидеть в интернет-кафе. На каком мероприятии Чэнь Цзиншэнь мог его видеть? Киберспорт?

Чёрт возьми, он точно подшучивает надо мной.

Гао Ши стоял в стороне и ждал. Участники из других классов приветствовали прыгунов, а ученики 7-го класса не могли обойтись без поддерживающих табличек.

Настала очередь Юй Фаня. Как только Гао Ши собирался открыть рот, парень уже начал быстро разбегаться и, подпрыгнув, его высокая фигура описала в воздухе красивую дугу.

Гао Ши внезапно почувствовал, что речь, написанная Чэнь Цзиншэнем, имела смысл.

После подсчёта очков Гао Ши всё ещё чувствовал себя немного безразличным.

Он долго думал, что сказать, и в итоге тупо спросил: «Юй Фань, у тебя второе место? Совсем немного не дотянул до того ученика-спортсмена, это потрясающе. Ты уже практиковался в этом раньше? Я думал ты…»

«Во сколько играют учителя?» — перебил его Юй Фань.

В школьных спортивных состязаниях также проводятся мероприятия для учителей, но их не так много, и они не учитываются в итоговом балле класса.

Гао Ши: «Кажется, в одиннадцать часов, а что?»

Ничего.

Просто выбираю время, чтобы избить кое-кого.

На обратном пути Юй Фань всё время думал о том, куда бы ударить Чэнь Цзиншэня.

Лицо. Лицо заслуживает больше всего побоев.

Что сказал бы Чэнь Цзиншэнь, моля о пощаде?

Юй Фань не может это представить.

Будет ли Чэнь Цзиншэнь плакать?

Лучше всего будет плач с соплями. Он сделает фотографию, а затем прикрепит снимок к любовному письму и вывесит на школьной доске объявлений.

Юй Фань бесстрастно вышел за пределы площади, уже десять раз победив Чэнь Цзиншэня в своём воображении. Когда он проходил мимо судей, его внезапно схватили за руку и потащили в толпу зрителей неподалёку.

Он повернул голову и встретился со скромным взглядом Чжань Сыньцзин.

Она была ошеломлена: «Шшш, почему у тебя такое свирепое выражение лица? Проиграл, что ли?»

«Это возможно?» — Юй Фань сказал: «Отпусти».

Чжань Сыньцзин не отпускала: «Куда ты?»

«Возвращаюсь».

«Нет, давай вместе поболеем за наших одноклассников».

Юй Фань сделал паузу, и ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, что сейчас, должен был быть мужской забег на 3000 метров.

«Какой это круг?» — он остановился и спросил.

Чжань Сыньцзин ответила: «Уже седьмой, он почти закончился».

Юй Фань хмыкнул и, оглядевшись, так и не увидел среди полумёртвых фигур нужного человека.

«Где Ван Луань?»

«Он», — усмехнулась Чжань Сыньцзин: «Сидит на корточках в учебном корпусе».

«?»

«Этот идиот съел слишком много. Когда он пришёл на регистрацию, то закричал, что у него болит живот, и побежал в туалет… Ну, его заменил отличник».

Юй Фань был ошеломлён несколько секунд, прежде чем выпалил: «О ком ты?»

«Это Чэнь Цзиншэнь», — Чжань Сыньцзин вздёрнула подбородок: «А что такое?»

Юй Фань оглянулся.

Высокий и худой Чэнь Цзиншэнь был единственным, кто одет в школьную форму среди людей в спортивной одежде.

Парень, который задыхался от 400 метров, действительно пришёл, чтобы пробежать 3000?

Юй Фань: «Он отстает на один круг?»

«Как это возможно?» — Чжань Сыньцзин уставилась на него: «Сюэба соревнуется за тройку лучших с учениками-спортсменами».

«??»

Прежде чем Юй Фань успел среагировать, Чжань Сыньцзин крикнула ученикам из соседнего класса: «Он приближается, он приближается! Давай, Сюэба, беги изо всех сил! Поторопись!»

«Давай, Сюэба!»

«Быстрее Сюэба! Быстрее!»

«Сюэба-а-а! Беги быстрее, чем узкоглазый впереди!» — крикнула Чжань Сыньцзин.

В разгар их шумихи Юй Фань просто смотрел, как Чэнь Цзиншэнь, приложив все усилия, ускорился и вторым преодолел финишную черту на дистанции 3000 метров.

Из-за того, что в последнюю минуту Чэнь Цзиншэнь ускорился, он пробежал ещё несколько сантиметров, прежде чем остановиться.

Тот стоял твёрдо. Остановившись, он слегка поклонился и наклонил голову, словно ожидая, пока судья рядом сообщит счёт.

Чэнь Цзиншэнь вспотел. Его школьная форма выглядела неряшливо из-за бега, а волосы немного растрепались, и сам он был в беспорядке, что противоречило его обычному серьёзному виду.

Он по-прежнему оставался спокоен, а его красивое лицо — напряжённым, что приводило в замешательство измученных парней рядом с ним, похожих на собак.

Судья дал ему номер. Чэнь Цзиншэнь кивнул, а затем, как и все парни, схватился за подол своей футболки и вытер пот с подбородка.

Подтянутая талия и живот промелькнули.

«А-а-а! Второй! Твои результаты зарегистрировали? Тебе подать воды?»

Крики Чжань Сыньцзинь вернули Юй Фаня в чувства.

Чэнь Цзиншэнь, очевидно, тоже услышал голоса с той стороны и поднял на него взгляд.

Сердце Юй Фаня пропустило удар, и он быстро отвернулся: «Я возвращаюсь».

Если драться с тем, кто только что пробежал 3000 метров, то победа будет не такой честной.

Подожди, я побью тебя завтра.

Но почему этот парень совсем не выглядит уставшим? Даже среди стольких учеников-спортсменов тот смог занять второе место.

Он лучше бегает на длинные дистанции, чем на короткие?

Неужели захотел показать, что не сдастся так просто и будет держаться до последнего? Забей, с его телосложением он будет лежать на земле уже через две минуты.

Кто-то сзади схватил его за руку, и Юй Фань был вынужден обернуться, прежде чем успел среагировать.

Встретившись взглядом с темными глазами Чэнь Цзиншэня, Юй Фань слегка вздрогнул: «Какого черта? Ты…»

Чэнь Цзиншэнь покачнулся и наклонился к нему.

Юй Фань был удивлён и неосознанно протянул руку, чтобы поймать человека.

Более высокий парень навалился на него, положив голову ему на плечо. Юй Фань даже мог чувствовать высокую температуру тела Чэнь Цзиншэня.

«Прости», — его дыхание было тёплым, и он сказал Юй Фаню на ухо слабым голосом, словно вот-вот упадёт в обморок: «Я больше не могу стоять».

Глава 18 - Но это было очень мило

Твёрдо решив завоевать его до ежемесячных экзаменов, Чжань Сыньцзин с водой в руках решительно направилась в сторону Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на неё, внезапно поднялся и поспешил к ней. Его темп был настолько быстрым, что так и не скажешь, что он только что пробежал 3000 метров.

Чжань Сыньцзин вытянула свои губы.

Как это называется?

Это называется никогда не упускать возможности!

Чэнь Цзиншэнь уже собирался пройти мимо, но она тут же повернула лицо под самым красивым углом и, протягивая воду, “случайно” показала свой красивый лак для ногтей, который нанесла вчера поздно вечером. Сдавленным голосом она произнесла: «Чэнь Цзиншэнь».

Через мгновение она увидела, как он прошёл мимо неё и уткнулся в плечо Юй Фаня.

Чжань Сыньцзин: «…»

Посмотрев на мрачное выражение лица Юй Фаня, та замолчала.

Если она правильно помнила, последний раз Юй Фань так близко стоял рядом с потными людьми, когда группа парней из соседней школы пришли чтобы устроить беспорядок.

Чжань Сыньцзин уже хотела броситься спасать красавчика, чтобы укрепить их взаимоотношения, но увидела, как Юй Фань поднял руку.

Он обнял Чэнь Цзиншэня.

Чжань Сыньцзин: «?»

***

Юй Фань крепко поддерживал руками парня и думал о том, стоит ли бросить его на землю или пнуть: «Если не можешь нормально стоять, просто ляг на землю. Здесь нет машины, которая могла бы тебя переехать».

Чэнь Цзиншэнь хрипло сказал: «Боюсь, что это доставит неудобства другим людям».

«А быть избитым ты случайно не боишься?»

Парень, облокотившийся на его плечо, некоторое время молчал, а затем медленно выпрямился.

«Прости».

Бледные губы Чэнь Цзиншэня шевельнулись, и он сделал шаг назад, словно давая тому возможность уйти, однако в следующий момент он покачнулся, и на плечо Юй Фаня вновь легла голова.

Юй Фань: «…»

Через несколько секунд Юй Фань грубо изменил позу на глазах у всех.

Он придвинул Чэнь Цзиньшэня ближе и, с отвращением подняв его руку, положил её себе на плечо, унося того прочь с холодным выражением лица.

Школьный медпункт находился недалеко от игровой площадки, и когда они пришли туда, у дверей уже толпились люди в ожидании помощи.

В медпункте было только три стула и одна кровать, которые были уже заняты. Юй Фань мог только держать его стоя.

Школьная медсестра сидела на корточках, нанося мазь на ноги другому ученику. Услышав шум, она подняла взгляд и спросила: «Что случилось?»

«Он только что пробежал 3000 метров», — холодно ответил Юй Фань: «Думаю, он превысил свои возможности».

«…»

Чэнь Цзиншэнь не выглядел так, будто Юй Фань избил его.

Из-за того, что раньше Чжуан Фанцинь постоянно приводила сюда Юй Фаня, медсестра уже была с ним знакома.

Она посмотрела на Чэнь Цзиншэня и спросила: «Что с тобой? Сердце болит?»

Чэнь Цзиншэнь слегка покачал головой: «Головокружение, слабость и неустойчивость».

«Всё нормально. Ты мало тренировался, поэтому, скорее всего, сейчас очень устал. Скоро всё пройдёт», — школьная медсестра указала подбородком на Юй Фаня: «Иди, налей стакан тёплой воды и добавь немного сахара и соли. Соли клади поменьше, одной трети ложки будет достаточно, размешай, дай ему. Всё, что нужно, лежит у меня на столе».

Юй Фань застыл на месте: «Я?»

«Хочешь, чтобы он сам пошёл?»

«…»

Оглянувшись, медсестра обнаружила, что вокруг не было ни одного свободного места. Она как раз собиралась предложить Чэнь Цзиншэню пока что постоять у стены…

Юй Фань придерживал его одной рукой, а другой готовил воду с сахаром и солью.

Школьная медсестра: «…»

Юй Фаню было тяжело двигать руками, и к тому же он не знал, как отмерить одну третью ложки, поэтому просто наполнил её наполовину.

«Меньше», — слабо произнёс человек, облокотившийся на его плечо.

«Ещё одно слово, и ты будешь делать это сам», — с этими словами он встряхнул ложку, отсыпав лишнюю часть соли, а затем небрежно перемешав содержимое чашки, поднял её и протянул Чэнь Цзиншэню: «Пей».

Тот взял чашку и медленно сделал глоток.

«Хочешь, чтобы тебя избили?» — сказал Юй Фань: «Выпей».

Чэнь Цзиншэнь послушно выпил всё залпом.

Ученики рядом с ними знали их, и все они, затаив дыхание, смотрели на них с потрясённым выражением лица.

Дав парню лекарство, медсестра встала и спросила: «Как ты? Тебе лучше?»

«Да», — прошептал Чэнь Цзиншэнь: «Но меня всё ещё немного шатает».

«Так будет некоторое время. Возвращайся в класс и хорошенько отдохни. Пока не напрягайся».

Когда медсестра закончила говорить, она посмотрела на парня, который его поддерживал: «Юй Фань, ты ведь тоже пробежал 3000 метров? Приготовить тебе чашку?»

Юй Фань уже собирался спросить, куда положить Чэнь Цзиншэня, но нахмурился, услышав эти слова: «Нет, я не бегал».

Медсестра удивилась: «Тогда почему твоё лицо такое красное?»

«…»

«Я отведу его обратно в класс», — сказал Юй Фань и увёл Чэнь Цзиншэня из медпункта.

Ученики сейчас находились либо на площади, либо в классе, а в коридоре никого не было.

Опасаясь, что тот снова упадёт в обморок, пока будет подниматься наверх, Юй Фань, поддерживая его, шёл с ним шаг за шагом.

«У тебя ещё есть силы?» — Чэнь Цзиншэнь внезапно заговорил и тихо произнёс: «Если тебе тяжело, я могу пойти сам».

Кому это тут трудно?

«Заткнись», — Юй Фань почувствовал, как его уши немного покалывало, и он стиснул зубы: «Не разговаривай со мной».

Во рту всё ещё ощущался странный привкус сахара и соли. Чэнь Цзиншэнь молча сглотнул. Его дыхание стало тяжелее и учащённее.

Юй Фань: «И не дыши».

«…»

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на ухо собеседника и замолчал.

***

Комната 7-го класса 2-го года старшей школы была пуста.

Он оставил Чэнь Цзиншэня у нескольких сдвинутых парт, чтобы тот лёг, а сам сел рядом и взял свой телефон.

Ван Луань отправил ему кучу сообщений, из-за которых его телефон жужжал в кармане всю дорогу.

Ван Луань: [Мне уже намного лучше. Где ты?]

Ван Луань: [С этим мороженым реально что-то не так, я должен подать на их компанию в суд! А как только мне придёт компенсация, я выкуплю школу и буду проводить спортивные соревнования каждый день!]

Ван Луань: [Ебать! Всё кончено, всё кончено! Цзо Куан написал мне, что Сюэба пробежал за меня 3000 метров, но он явно не смог остаться в живых после такого забега!]

Ван Луань: [Где ты? Почему тебя нет на трибунах?]

Увидев, что собеседник прочитал его сообщения, Ван Луань позвонил Юй Фаню, но тот почти сразу повесил трубку.

[-:В классе.]

Ван Луань: [Что ты делаешь в классе?]

[-:Просыпайся.]

Ван Луань: [???]

Спереди раздался небольшой шум. Юй Фань посмотрел на человека, убрав телефон в сторону.

Чэнь Цзиншэнь лежал, распластавшись на столе, который был слишком маленьким, из-за чего как минимум половина его ног свисала.

Эта поза была очень глупая, но только не для того, кто лежал на парте.

Он посмотрел на Юй Фаня и спросил: «Как прошли прыжки в длину?»

Между партой и стулом было небольшое расстояние, но места было достаточно. Юй Фань высокомерно скрестил ноги и без всякого выражения спросил: «Ты будешь спать или нет?»

«Я не могу уснуть», — ответил Чэнь Цзиншэнь: «Я…»

Хлоп.

Его прервал глухой стук.

Юй Фань поднял ногу и пнул ею стол, на котором лежал Чэнь Цзиншэнь, из-за чего парты немного сдвинулись с места.

«Чэнь Цзиншэнь», — после долгой паузы сказал Юй Фань: «Ты говорил, что начал обращать на меня внимание, когда учился на первом году старшей школы».

Чэнь Цзиншэнь слегка шевельнулся, и спокойно посмотрел на него.

Юй Фань продолжил: «Ты увидел меня во время спортивного собрания?»

На самом деле, действительно злое выражение лица Юй Фаня отличалось от его повседневного.

Обычно, когда Юй Фань разговаривал с Ху Паном, когда встречал учеников из соседней школы, которые приходили угрожать ему, или даже когда виделся с Дин Сяо в кафе молочного чая, он всегда вёл себя равнодушно и лениво, не воспринимая эти вещи всерьёз.

Но сейчас его взгляд был словно лезвие, а на лице было написано: “Я заставлю тебя спать вечно этим ударом”. А его тон был будто покрыт льдом.

«Я не участвовал в спортивном фестивале на первом году старшей школы. Где ты мог это увидеть?» — Юй Фань бесстрастно продолжил: «Всему этому дерьму ты научился у Чжань Сыньцзин, да? Чэнь Цзиншэнь, ты шутишь надо мной?»

В классе на некоторое время воцарилась тишина.

Чэнь Цзиншэнь неподвижно смотрел на него, слегка поджав губы.

Просто изобью его.

Юй Фань немного подождал и принял решение.

Он убрал ноги, встал и, посмотрев на Чэнь Цзиншэня, протянул руку. Схватив того за воротник, он беспечно сказал: «Вставай, давай решим этот вопрос в полдень...»

«Первый год средней школы», — внезапно произнёс Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань удивился: «Что?»

«Когда ты был на первом году средней школы Чэншань», — Чэнь Цзиншэнь всё ещё лежал, спокойно глядя на него: «Ты участвовал в прыжках в длину».

«…»

«Я был в твоей школе чтобы сдать экзамен и увидел тебя».

Такое правда было?

Веки Юй Фаня вздрогнули.

Кажется, это действительно было…

«Ты держался за штанины и не был обут. А во время разбега споткнулся, покатился по земле и упал в песок, так и не прыгнув. Позже ты попытался снова».

Юй Фань: «...»

«Во второй раз ты не смог далеко прыгнуть».

«…»

«Потом стоял и смотрел, как прыгают другие. Отказываясь уходить, ты плакал и наблюдал…».

«Я плакал, чёрт возьми!..» — Юй Фань чуть крепче сжал воротник и сквозь стиснутые зубы поправил его слова: «Потому что мне в глаза тогда попал песок!»

«Ага».

Сказав это, Чэнь Цзиншэнь молча отвернулся.

Сердце Юй Фаня ёкнуло, и как раз в тот момент, когда он собирался его заткнуть, Чэнь Цзиншэнь снова посмотрел на него, добавив: «Но это было очень мило».

«…»

Внезапно сила, с которой он сжал воротник, возросла.

Убийственное выражение лица Юй Фаня ещё не исчезло. С красными ушами, он смотрел на Чэнь Цзиньшэня и выглядел при этом немного ошеломлённым.

«А когда на первом году старшей школы впервые поднимали флаг, ты вышел на сцену, чтобы прочитать рецензию по самокритике. Тогда я понял, что мы учимся в одной школе».

Юй Фань яростно сказал: «Заткнись».

«Я ничему не учился у Чжань Сыньцзин и никогда не шутил над тобой», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «Я...»

«Неужели ты, блять, не понимаешь человеческий язык?..»

Хлоп!

Дверь класса неожиданно распахнулась снаружи.

Ван Луань нёс большой пластиковый пакет, за ним следовали Цзо Куан и Чжань Сыньцзин: «Юй Фань, почему ты не ответил, когда я отправил тебе сообщение? На улице было солнечно, и сестра Цзин сказала, чтобы мы ели еду на вынос. Я заказал тебе тушёную говяжью грудинку, можешь обойтись и этим…»

(п.р: кто не понял кто такая сестра цзин это Чжань Сыньцзин типа сыньЦЗИН)

Все трое, увидев сцену внутри, замерли.

Юй Фань одной рукой крепко держал Чэнь Цзиншэня за воротник, а другой рукой плотно закрывал ему рот. Лицо Юй Фаня раскраснелось, а взгляд был на три части свирепым, на другие три шокированным, на остальные четыре растерянным, и он чувствовал себя неловко.

Парень, которого он держал, спокойно лежал, и его руки естественно свисали по бокам, позволяя Юй Фаню прикрывать ему рот.

Это было похоже на то, как будто его убивали, а ему было всё равно.

Услышав шум, они оба одновременно посмотрели на вошедших в класс людей. Один – безразлично, а другой – яростно.

Что они делают? Ван Луань был удивлён.

Он ударил его? Нет, я никогда не видел, чтобы Юй Фань бил кого-то с таким красным лицом, не говоря уже о том, чтобы тот ещё и закрывал чей-то рот рукой.

Но глядя на эту позу, можно было сказать, что это не было ничем иным, как избиением.

В классе повисла жуткая тишина.

Через какое-то время Ван Луань тихо спросил: «Ребята, вы… играете?»

Глава 19 - Тогда я влюбился по уши

Дерьмо.

«Уходите», — Юй Фань подавил желание избить их и заставить замолчать: «Закрой дверь. Я не разрешал вам входить».

Чжань Сыньцзин пришла в себя: «Юй Фань, ты же не собираешься его бить?»

Ван Луань: «Не возможно! Юй Фань никогда не закрывает рот людям, когда бьёт их. Ему нравится слушать крики других».

Чжань Сыньцзин: «…»

Цзо Куан стоял сзади и переводил взгляд то на одного, то на другого: «О чём вы говорили?»

Ван Луань: «Если есть то, о чём ты и Сюэба не можете просто сесть и поговорить…»

Юй Фань: «Уходи».

«Хорошо», — Ван Луань сделал шаг назад и перед тем, как закрыть дверь, сказал: «Играй и не торопись, я буду ждать тебя у двери».

Дверь закрылась, и в классе вновь стало тихо.

Чэнь Цзиньшэнь снова перевёл взгляд на человека, стоявшего перед ним.

Из-за того, что он нёс Чэнь Цзиншэня то вверх, то вниз, его температура тела перестала быть такой холодной. Полутёплые ладони Юй Фаня коснулись лица Чэнь Цзиншэня, и он почувствовал слабый аромат сахара.

Даже когда все трое вышли, Юй Фань всё ещё держал его.

«Впредь не упоминай о неудачных прыжках в длину», — яростно пригрозил он: «И тебе нельзя говорить о том, нравится тебе это или нет. Слышишь?»

Трое человек снаружи вели себя беспокойно, а в класс доносились какие-то их разговоры.

Юй Фань: «Чего молчишь?»

Ресницы Чэнь Цзиншэня вздрогнули, а его взгляд устремился вниз.

Юй Фань проследил за его движениями и тоже посмотрел туда.

«…» — затем он отпустил его.

«Почему?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Почему ещё?

Юй Фань нахмурился и небрежно сказал: «Не хочу, чтобы меня считали геем».

Чэнь Цзиншэнь сел и, опираясь одной рукой, прислонился к стене. Так как Юй Фань растрепал его воротник, от всего его вида было ощущение ещё большего беспорядка, чем обычно.

Спустя долго время Чэнь Цзиншэнь ответил: «Понятно».

Юй Фань удовлетворённо расслабил брови и собирался сесть.

«Тогда я влюбился по уши».

Юй Фань чуть не упал на землю.

***

Во время обеденного перерыва ученики один за другим возвращались в класс.

Юй Фань сжал кулак, а Ван Луань снаружи постучал в дверь и сказал, что кто-то из класса вернулся.

Как только Ван Луань вошёл, он посмотрел на Чэнь Цзиньшэня.

Сюэба спокойно сидел на своём месте, держа в одной руке ручку, а другой поправлял воротник. На его красивом лице не было ни единого синяка.

Конечно же, его не били.

Ван Луань подумал, что хотя эта ситуация была очень странной и пугающей, на самом деле Юй Фань не хотел избивать Сюэбу. Его брат был побеждён.

Ван Луань открыл пластиковый пакет и, достав тушёную говяжью грудинку, положил её перед Юй Фанем: «Кушай быстрее, она уже остывает, потому что мы давно её купили».

«Хорошо», — Юй Фаня это не волновало, опустив голову, он продолжил играть в “Змейку”.

Цзо Куан сел перед ним, скрестил ноги и открыл еду: «Что у тебя с лицом?»

«Не твоё дело», — сказал Юй Фань: «Иди в свой класс».

«…»

Ван Луаню было скучно просто сидеть и есть, поэтому он взял свой обед и сел напротив Чэнь Цзиншэня. Уже кушая, он спросил: «Сюэба, как тебе удалось пробежать 3000 метров вторым? Я видел, что тебе уже было сложно, когда ты бежал 400 метров».

Ответ Чэнь Цзиншэня был краток: «Этот случай был исключением».

«Потрясающе», — Ван Луань сказал: «Сюэба, почему ты не идёшь в столовую?»

Чэнь Цзиншэнь: «У меня болят ноги, я не могу ходить».

Юй Фань безучастно поедал чужих змей в игре.

«Эй, это моя ошибка! Я должен принести тебе обед. В конце концов, ты побежал вместо меня», — Ван Луань погладил его по голове: «Сейчас пойду в столовую и принесу тебе чего-нибудь».

«Не нужно».

«Не будь таким вежливым», — сказал Ван Луань: «Ты только что пробежал 3000 метров и тебе плохо. Что я буду делать, если у тебя понизится уровень сахара в крови?»

«Нет», — парень, лицо которого ничего не выражало, внезапно поднял голову: «Я пил воду с сахаром».

«А? Ох… ладно», — Ван Луань на мгновение растерялся и больше не настаивал.

Поев и попив, Ван Луань завязал мешок с мусором и погладил свой живот.

«Зажигалка у тебя?» — внезапно спросил Юй Фань.

«А как насчёт меня?» — поинтересовался Цзо Куан: «Что скажешь? Сходим в туалет хотя бы разок?»

Ван Луань взглянул на нетронутую еду перед Юй Фанем: «Почему не ешь? Не любишь тушёную говяжью грудку?»

«Пока не голоден».

Услышав это, Ван Луань встал: «Пошли».

Когда они вышли за дверь, обнаружили, что кого-то не хватает, Ван Луань обернулся и позвал: «Юй Фань?»

«Идите первыми», — Юй Фань закинул телефон в карман и пнул ногой стул Чэнь Цзиньшэня: «Уйди с дороги».

Чэнь Цзиншэнь отложил ручку и встал.

Те двое уже вышли через заднюю дверь и скрылись из виду.

Юй Фань отвел взгляд и, проходя мимо, задел его плечо. Он поднял руку и коснулся ею стола.

Пластиковый пакет с тушёной говяжьей грудинкой был поднят, секунду повис в воздухе, а затем поставлен на соседний стол.

«Ешь».

Холодно сказав это, Юй Фань, не оглядываясь, пошёл в туалет.

***

Во время дневной эстафеты 4х400 метров Чжуан Фанцинь специально пришла на спортивную площадку.

После почти полного дня соревнований она обнаружила, что Юй Фань стал вторым по прыжкам в длину, Чэнь Цзиншэнь — вторым в беге на три километра длинной дистанции, а единственный спортсмен из их класса занял первое место в беге на 100 метров.

Плюс ещё несколько человек с их класса, которые попали в шестёрку лучших, и общие баллы суммируются…

«Значит наш класс теперь на четвёртом месте в рейтинге?» — удивился Ван Луань.

Подошло время регистрации, и участники эстафеты собрались первыми.

Гао Ши взволнованно сказал: «Да, если мы сможем набрать 5 очков в забеге 4х400 и финишируем вторыми, то сегодня сможем попасть в тройку лидеров!»

«Удачи вам», — вздохнула Чжуан Фанцинь: «Я с вами уже больше года, и ни одно внеклассное мероприятие ещё не было так близко к тройке лучших».

«Ты точно сможешь?» — Чжань Сыньцзин обеспокоенно посмотрела на Ван Луаня: «Ты даже не практиковался в беге с эстафетной палочкой».

Утром Чэнь Цзиншэнь привлёк много внимания от учеников и учителей. Хотя он и сказал, что всё ещё может участвовать в эстафете, Чжуан Фанцинь не согласилась и заставила Ван Луаня бежать вместо него.

Ван Луань: «Не волнуйтесь. Раньше я каждый день ходил смотреть, как они тренируются. А ещё я никогда не ел свинины и не видел, как бегают свиньи…¹»

[1] — “Никогда не ел свинины и не видел как бегают свиньи” — народная поговорка и шутка. Это означает, что хотя человек лично не переживал каких-то вещей, он видел их и имеет некоторое представление о них.

Юй Фань схватил пачку картофельных чипсов и швырнул в него: «Заткнись, если не можешь говорить нормально».

Ван Луань с улыбкой поймал их и, открыв, съел одну чипсину.

«Просто шучу», — Ван Луань повернул голову и посмотрел на человека рядом с ним: «Сюэба, не волнуйся. Сегодня утром ты занял для меня второе место, поэтому я определённо буду хорошо бегать».

«Ага».

Чэнь Цзиншэнь отвел взгляд от Ван Луаня и посмотрел на дядю, стоявшего позади него: «Пойдем».

Мужчина одной рукой покопался в кармане и, проигнорировав всех, пошел прямо в сторону проверяющих.

Здесь была очередь на регистрацию для участия в эстафете.

Ван Луань разминался по методу, которому его научил Гуань Фэй, и, повернув голову, встретился взглядом с Цзо Куанем, который также стоял в очереди.

Ван Луань на мгновение растерялся: «Почему ты здесь?»

«Сюрприз», — Цзо Куан приподнял брови: «Так же, как и ты – помогаю другим».

«Неужели из твоего класса никто не бежит?»

«Ты ни черта не знаешь, я бегаю настолько быстро, что тебе останется только почувствовать запах моего пердежа на беговой дорожке», — Цзо Куан усмехнулся: «Но тебе нужно работать ещё усерднее, потому что если будешь бегать, как обычно, то даже не сможешь его почувствовать».

«Ты такой невежественный!» — Ван Луань положил руку на человека рядом с собой: «Давай, Юй Фань, скажи ему, что мы на этот раз…»

Юй Фань посмотрел на них как на идиотов: «Будем первыми».

Ван Луань: «?»

«Ты слишком много надумал, какие ещё первые?» — Цзо Куан весело сказал: «Двое учеников-спортсменов из моего класса пришли сюда, чтобы пробежать эстафету. И вообще, немного грубо с твоей стороны так говорить».

«Они не имеют для меня значения», — сказал Юй Фань: «Разве ты не здесь?»

«…»

После регистрации участники собрались на стартовой линии, и соревнования сразу начались.

На трибунах сидели ученики второго и седьмого классов, насколько девушек встали и посмотрели вдаль.

— «Наш класс точно сможет занять первое место?»

— «Не знаю. Честно говоря, вчера я даже не думала, что наш класс сможет в принципе дойти до этого этапа».

«…»

— «Но на этот раз, когда Гуань Фэй далеко, всё должно быть лучше. Всё-таки он самый быстрый бегун нашей школы, который выиграл национальный чемпионат среди старшеклассников. В прошлом году он тренировался и участвовал только в двух индивидуальных соревнованиях. Без него наш класс занял бы последнее место».

— «Но… будет ли Юй Фань бегать также хорошо?»

Несколько девушек замолчали.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел в ту же сторону, что и они.

Спортсмены уже готовились у стартовой черты.

Гуань Фэй в этот момент никуда не спешил, неторопливо и удовлетворённо ожидая судью.

Гао Ши отчаянно хлопал себя по лицу, и когда Ван Луань увидел это, он сделал то же самое.

Последний участник, засунув руки в карманы, стоял лениво и сгорбившись. Он даже немного потянулся, когда судья занял своё место.

Одноклассники: «…»

Он точно плохо бегает!

В тот момент, когда прозвучал выстрел, все дружно бросились вперёд.

Гуань Фэй никого не разочаровал. На двух соседних беговых дорожках были такие же спортсмены, как и он, но тот всё равно легко их опережал.

После того, как Гуань Фэй добежал, оставив остальных позади, он передал эстафету Гао Ши и успешно удалился.

Как только Гао Ши схватил палку, он побежал так быстро, как только мог.

Затем, не пробежав и ста метров, его догнал ученик 8-го класса.

«Я пойду первым», — сказал Цзо Куан, делая вид, что готов взять эстафету, насмехаясь над человеком рядом с собой: «Пожалуйста, подожди немного».

Ван Луань: «Хвастовство ничем хорошим не кончится».

К тому времени, когда дело дошло до Ван Луаня, их класс спустился с первого места на четвёртое.

«Ван Луань!» — с трибун раздался голос Чжань Сыньцзин: «Борись за первое место и гарантируй второе! Старайся изо всех сил, чтобы превзойти хотя бы одного!»

Ван Луань, посчитав себя очень красивым, взъерошил свои волосы и показал ей большой палец вверх.

Потом он взял эстафету и споткнулся, как только сделал два шага. Ван Луань почти опустился на колени перед здоровяком.

Другим участникам приходилось сдерживать смех, пробегая мимо него.

Чжань Сыньцзин: «…»

Хвастовство действительно не заканчивается ничем хорошим.

Девушка рядом с ней сказала: «Всё кончено. Теперь я даже не знаю, сможет ли наш класс попасть хотя бы в шестерку лучших…»

«Всё в порядке, последний — лучший из них», — Чжань Сыньцзин поднесла руки ко рту в форме трубы: «Юй Фань! Ты же хорошо бегаешь! Займи третье место!»

Последняя палочка из других классов ждёт своей очереди, и Юй Фань…

С расслабленным выражением лица он оглянулся и увидел, куда ползёт Ван Луань.

Ван Луань опустился на пятое место. В финальном спринте он использовал все свои силы, чтобы сократить расстояние между собой и человеком впереди. В тот момент, когда он передал эстафету Юй Фаню, он сказал: «Брат, конец зависит от…»

Прежде чем он успел договорить, дубинку отобрали, и человек перед ним рванул вперед, как стрела.

«… тебя» — ошеломлённо закончил Ван Луань.

Когда Юй Фань пробежал мимо первого участника, ни один из учеников 7-го класса, сидевших на трибунах, не понял, что это был их одноклассник».

Парень, бежавший четвёртым, почувствовал мимо себя порыв сильного ветра, а затем увидел только спину свободно бегущего парня.

Юй Фань бежал по дорожке, из-за чего все его волосы откинулись назад. Именно в этот момент бесчисленное количество учителей и учеников наконец увидели, как он выглядел — и он был чертовски красив.

Школьный охранник, вышедший на патрулирование, стоял у баньяна². Увидев эту сцену, он подавил желание закурить сигарету и с волнением посмотрел в небо.

[2] — Баньян, или баниан — название нескольких видов рода фикус.

Да…

Каждый раз, когда этот парень прогуливал занятия, перелезал через стену, и его пытались поймать, он убегал очень быстро.

«Он... он когда-нибудь занимался спортом?», — ошеломлённо спросил Гуань Фэй, смотря на фигуру издалека.

«Нет», — Ван Луань на мгновение замолчал: «Наверное?»

Когда Юй Фань догнал третьего участника, ученики 7-го класса внезапно проснулись.

Восьмой класс не ожидал появления тёмной лошадки в финале. Поэтому они сразу же подняли баннер и подбадривали участников из своего класса, крича во всё горло.

— «… Не позволяйте седьмому классу вас догнать! В прошлом году они были последними!»

Что за чертовщина?

Несколько учеников седьмого класса внезапно встали!

В этот момент им было всё равно, какие у них обычно взаимоотношения с Юй Фанем, они просто кричали во всю глотку…

— «Юй Фань! Давай!!!»

— «Быстрее! Догони его!»

— «Почти, почти, почти, почти… догнал!!! Ах, ещё один! Осталось двое лучших!

Юй Фань уже занимал второе место под аплодисменты толпы.

Чем ближе к финишу, тем быстрее Юй Фань бежал…

Когда он оказался плечом к плечу с лидером, весь класс потрясённо замолчал.

Эти двое пересекли финишную черту почти одновременно.

Оба класса молчали две секунды, и с трибун прозвучала фраза: «Кто первый? Кто первый?!»

После того как два судьи обменялись мнениями, они объявили: «Седьмой класс старшей школы!»

Трибуны седьмого класса мгновенно вскипели!

Финишная черта была совсем рядом с трибунами их класса. После того, как Ван Луань пробежал дистанцию, он подошёл выпить воды и отдохнуть. Услышав результат, он взволнованно вскочил и сильно ударил по заднице человека рядом…

«Ха-ха-ха-ха-ха! Съешь пердеж моего брата!»

Цзо Куан: «…»

После того, как Юй Фань пересек финишную черту, он пробежал несколько шагов, прежде чем остановиться. Слушая результаты, он стоял спиной к трибунам и наклонился. Держа руки на коленях, Юй Фань молча тяжело дышал.

Школьная форма прилипла к его спине, подчёркивая его худощавую фигуру, а плечи поднимались и опускались в такт дыханию.

Когда он остановился, несколько девушек, стоявших на обочине, почти одновременно захотели выйти вперёд, и они немного смутились, встретившись взглядами друг с другом.

Ван Луань успокоился. Он сидел на трибунах и подсчитывал: «Ебать, Юй Фань потрясающий. Сразу три девушки с водой пошли к нему».

Цзо Куан кисло сказал: «Нормально. Если бы я был девушкой, я бы тоже разносил воду».

Ван Луань потянулся: «Эй, девушка из 4-го класса тоже здесь. Я думаю, она раньше была влюблена в моего брата…»

Чэнь Цзиншэнь отвёл взгляд и внезапно сказал: «Могу ли я принести воды тому, кто мне нравится?»

«А?» — Ван Луань был в замешательстве: «Хорошо, а в чём дело…»

«Ван Луань!» — крикнул ему снизу Гао Ши: «Спускайся! Мы идём на спортивную площадку, чтобы расписаться!»

«Иду, иду!»

Ван Луань небрежно бросил чипсы на землю, быстро сбежал по ступенькам и последовал за Гао Ши к судьям, чтобы расписаться.

Мимо него торопливо прошла какая-то фигура.

Чэнь Цзиншэнь спустился по ступенькам, наклонился и достал из коробки бутылку воды. Он направился в сторону трибун, не оглядываясь.

«Одноклассник Юй, ты в порядке? Хочешь воды?» — третья девушка, которая принесла воду, протянула её Юй Фаню и застенчиво посмотрела на него.

Парень неловко опустил голову, избегая зрительного контакта с ней.

Она набралась смелости и продолжила: «Я болела за тебя. Не знаю, слышал ли ты меня…»

«Извини», — натянуто произнёс Юй Фань уже в третий раз за сегодняшний день: «Я не хочу пить».

Хотя это был отказ, его голос звучал довольно мягко, а тон отличался от того, каким он обычно читал рецензии.

Девушка вдруг почувствовала, что сам Юй Фань не был таким грубым, как о нём говорили, и у неё всё ещё теплилась небольшая надежда.

Она сжала бутылку немного сильнее: «Тогда…»

Тёмная тень нависла над её головой.

Девушка опешила и, неосознанно оглянувшись, увидела лицо лучшего ученика.

Чэнь Цзиншэнь поднял руку и передал воду Юй Фаню.

Только он открыл рот: «Юй…»

«Катись».

Человек, который до этого сидел, опустив голову, внезапно поднял её и с холодно-угрюмым выражением лица яростно произнёс это слово.

«?» — девушка вздрогнула.

А затем молча забрала воду обратно.

Глава 20 - Не смейся

Когда Юй Фань поступил на первый год старшей школы, он прославился тем, что швырнул человеку еду в лицо.

Он был настолько красив, когда бежал 400 метров, что это снова вызвало ажиотаж вокруг него в школе.

Поэтому на второй день спортивных соревнований, когда он вышел на площадку с небрежно накинутой на голову кофтой, большинство людей смотрели в его сторону.

Не поднимая головы, он бесстрастно прошёл весь путь до трибун своего класса.

Каждые два часа люди приходили проверять посещаемость на спортивном собрании своей школы, а те, у кого не было никаких мероприятий, должны были сидеть на трибунах.

Сегодня предстоит церемония награждения и фотографирование, даже места на трибунах будут расставлены идеально.

Ван Луань увидел его и обрадовался: «Юй Фань, ты что, вор? Разве тебе не жарко?»

«Загораю», — ответ Юй Фаня был краток.

Он не боится солнца, потому что его глаза уже долгое время находились на свету, но из-за этого он не может так же легко заснуть.

Сегодня было мало мероприятий, а на трибунах много людей, поэтому было немного тесно.

Как только Юй Фань сел, он почувствовал слабый запах порошка, исходивший от человека рядом с ним. Возможно, это была мята. От этого запаха ему стало немного прохладнее.

Юй Фань не мог не посмотреть в его сторону.

Чэнь Цзиншэнь прислонился спиной к стене, и из-за того, что было слишком тесно, его длинные ноги были полусогнуты, сам он играл в свой телефон, опустив голову.

Цзо Куан сидел в кепке и был зажат рядом с Ван Луанем. Увидев приближающегося Юй Фаня, он слегка наклонился вперед и, наконец, задал вопрос, о котором думал всю ночь: «Юй Фань, ты тренировался раньше? Ты так быстро бежал вчера».

Юй Фань тихонько хмыкнул.

Начиная от своего дома, он не знал, сколько раз пробежал все маршруты на юго-востоке и северо-западе.

Он был вынужден бегать так более двух лет, ведь если бы его кто-нибудь поймал, то хорошенько бы избил.

«Что могу сказать... Все ученики-спортсмены в нашем классе стали аутистами из-за тебя».

Юй Фань нахмурился: «Почему ты снова с нашим классом? Возвращайся, здесь и так тесно».

«Тише, тише, тише», — Цзо Куан указал на него и сказал: «У меня забрали телефон, поэтому я пришёл посмотреть что-нибудь с Ван Луанем. Можешь спать, мы тебя не побеспокоим».

Даже если будет на одного человека больше или на одного меньше, ему всё равно придётся спать в тесноте.

Юй Фань стерпел жару, накрыл лицо кофтой, прислонился к стене и закрыл глаза.

Чэнь Цзиншэнь читал сообщения на своём телефоне.

[Мама: Тётя сказала, что ты сегодня пошёл в школу, это правда?]

[Мама: Разве я не говорила, что поскольку это просто спортивное мероприятие, я отпросила тебя у учителя, чтобы ты остался дома и учился? Впустую тратишь своё время.]

Чэнь Цзиншэнь опустил веки и некоторое время ничего не писал. Только он открыл клавиатуру и набрал два слова, как вдруг на его плечо внезапно что-то опустилось.

Он вздрогнул, наклонил голову и увидел смятую школьную кофту.

Голова, закутанная в кофту, автоматически нашла себе удобное положение, прислонилась к плечу на некоторое время, а после снова потёрлась о него.

Чэнь Цзиншэнь некоторое время смотрел на эту голову, затем бросил телефон в рюкзак и опустил плечи вниз, чтобы сидящему рядом с ним человеку было удобнее спать.

Вот что увидел У Ци, обернувшись с бланком вопросов.

Был вопрос, над которым У Ци долго думал, и так как Чжуан Фанцинь снова участвовала в эстафете для учителей, он решил обратиться за помощью к лучшему ученику.

Он увидел двух парней рядом друг с другом. Поза сидящего Чэнь Цзиншэня была немного сгорбленной, из-за чего тот выглядел более непринуждённо. Другой человек почти рухнул на его плечо, всё ещё с кофтой на голове…

На мгновение ему показалось, что это немного похоже на изображение молодожёнов в древние времена, когда те находились рядом и делили друг с другом свадебное ложе.

У Ци удивился, когда внезапно встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

Он увидел, как собеседник бесстрастно посмотрел на него, а затем взглянул на вопросник в его руке.

Чэнь Цзиншэнь холодно отвел взгляд.

«…» — У Ци снова сел, держа в руках бланк.

Шестое чувство парня подсказывало ему, что лучший ученик сейчас не хочет с ним разговаривать.

***

Юй Фань проснулся от смеха двух людей.

Он раздражённо мотнул головой, а после почувствовал, как его тело наклонилось. Ощущение падения заставило его сердце пропустить удар…

Чья-то рука вовремя легла ему на лоб, удержав его на месте.

Когда Юй Фань расстегнул кофту и поднял взгляд, то увидел острую линию подбородка, а весь силуэт парня рядом с ним всё ещё оставался немного размытым.

Почувствовав движение, обладатель этого подбородка склонил голову и посмотрел на него.

Юй Фань не мог поднять голову. Он некоторое время смотрел на ресницы Чэнь Цзиншэня: «Ты что, смеёшься?»

Чэнь Цзиншэнь ответил: «Нет».

Чёрт, тогда почему у этого парня всё ещё дрожит тело, когда он говорит?

Юй Фань нахмурился: «Почему ты так близко ко мне?»

«Может быть, это потому», — сказал Чэнь Цзиншэнь, — «что ты опираешься на моё плечо?»

«…»

Веки Юй Фаня дрогнули, и он наконец проснулся.

Блять.

Он взял в руки свою кофту и сел прямо.

Форма была натянута слишком туго, из-за чего его волосы растрепались, и он выглядел немного неряшливо.

«Ты меня не разбудил?»

«Я звал тебя», — Чэнь Цзиншэнь не изменился в лице: «Но ты сказал мне заткнуться, иначе ударишь меня».

«…»

Юй Фань почувствовал, что вполне мог бы так сказать.

Он откинулся назад на стену и потёр глаза.

Сбоку раздалось ещё пара смешков. Юй Фань не выдержал и обернулся: «Кто из вас смеётся?»

Ван Луань был встревожен: «Мы тебя побеспокоили?»

«Бля, это всё Ван Луань», — сказал Цзо Куан: «Мы смотрим прямой эфир».

Они вдвоём натянули кофту на руки и наблюдали за трансляцией большую часть дня.

Юй Фань проигнорировал их. Он поднял руку и, схватив себя за волосы, взглянул на человека рядом.

Чэнь Цзиншэнь уже вернулся в свою первоначальную сидячую позу и играл в судоку на своём телефоне.

Увидев, что он проснулся, Ван Луань передал ему телефон.

«Юй Фань, это чертовски смешно. Я только что воспользовался аккаунтом Цзо Куана, чтобы посмотреть эфир, и, боже, все подписки на его аккаунте — ведущие женского пола. Я наугад нажал на одну, посмотри на…».

Юй Фань взглянул. Он тут же нахмурился и собирался сказать, чтобы тот убрал это.

Цзо Куан покраснел и выругался: «Твою мать, ты что, не смотришь девушек-стримерш?»

«Тогда я определённо не смотрю их так много, как ты», — сказал Ван Луань: «не говоря уже о Юй Фане, он даже не...»

Чэнь Цзиншэнь внезапно оторвался от судоку и без всякого выражения посмотрел на него.

Некоторое время на Юй Фаня пристально смотрели, и в одно мгновение он вдруг вспомнил, как потрясающе хвастался раньше. Слова в его устах приняли совершенно иной оборот:

Юй Фань: «Я смотрю их».

Ван Луань: «?»

Юй Фань прислонился к стене и подчеркнул: «Мне нравится такое».

Ван Луань: «…»

Цзо Куан тоже замер: «Правда? Что-то я не видел».

«А эта девушка неплохо танцует», — Юй Фань достал свой мобильный телефон: «Какой у неё ник? Хочу подписаться».

Цзо Куан: «Яо, Яони…»

Юй Фань промычал и провёл пальцами по экрану, чтобы найти эту стримершу. Он на мгновение задумался и намеренно сел прямо, немного опустив телефон.

Затем нажал «Подписаться».

Неожиданно выскочило всплывающее окно…

[Динь ~ Следуй за успехом! Яони стала вашим 132-м человеком и второй ведущей красоты, на которую вы подписаны! Нажмите здесь, чтобы увидеть больше красивых стримерш!→]

Юй Фань: «?..»

А?

Это?

Что это???

В прошлый раз я не обратил на это внимания!!!

Юй Фань уставился в свой телефон и замер.

Цзо Куан, вытянувший голову, тоже был сбит с толку: «Брат, из 132 подписок всего две женщины-стримерши, ты шутишь...»

«Кто ещё?» — спросил Ван Луань, небрежно нажав на список подписок Юй Фаня.

Всплыл ник стримерши, которую тот смотрел в прошлый раз в интернет-кафе.

«Чёрт возьми, что это за стримерша?» — сказал Цзо Куан: «Она транслирует только игры. Не танцует и не поёт. Люди её называют Шуйю или братом. Ни один серьёзный человек не посмотрит на неё».

Юй Фань: «…»

Ван Луань пришёл в себя: «Реально. Позволь мне спросить, когда в последний раз ты смотрел такие стримы? В прошлый раз, когда мы были в интернет-кафе, мужчина за соседним компьютером смотрел трансляцию танцующей девушки. Разве ты не встал и просто не сменил своё место?»

«Я не…»

Ван Луань вспомнил что-то и сказал Цзо Куану: «Однажды, когда он зашёл не на тот стрим, ведущая прочитала его ник и назвала братом. Боже, он сразу же вышел оттуда».

«…»

Юй Фань как раз думал о возможности пнуть этих двоих, когда сбоку рядом с ним внезапно раздался короткий смешок.

?

Чэнь Цзиншэнь смеется?

«Ты...» — Юй Фань сердито отвернулся, мысленно перебирая бесчисленные слова, но внезапно успокоился, когда, повернувшись обратно, встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

Губы Чэнь Цзиншэня очень тонкие, а уголки его рта едва заметно приподняты. Когда он не смеётся, он выглядит холодным, а когда смеётся… он тоже холодный. Как мелкий снег в солнечный день.

Тёмные глаза скользнули по уголкам губ собеседника и молча смотрели на него.

Возможно, это было из-за того, что он только проснулся, но Юй Фань немного заикнулся, когда хотел что-то сказать.

Чэнь Цзиншэнь немного подождал: «А?»

Юй Фань: «…Не смейся».

Чэнь Цзиншэнь: «Хорошо».

Как только он закончил говорить, Гао Ши, стоявший у подножия лестницы, попросил Чэнь Цзиншэня спуститься, чтобы тот получил вчерашнюю награду за забег на 3000 метров.

После того, как они ушли, Юй Фань некоторое время посидел, а затем молча лёг обратно.

«Юй Фань, пойдешь в столовую что-нибудь поесть пока Цинь нет?» — спросил Ван Луань.

«Не пойду».

«Ты не выспался? У тебя плохое настроение».

Юй Фань проигнорировал его.

Только когда Чэнь Цзиншэнь перестал быть виден с трибун, Юй Фань поднял тыльную сторону ладони, чтобы прикрыть глаза.

Цк.

Я сейчас не очень хорошо притворялся.

Глава 21 - Я хочу всегда сидеть с человеком, в которого влюблен

Спортивное мероприятие длилось два дня, и после его окончания наступили выходные.

Когда он пришёл в школу в понедельник, беззаботная атмосфера в классе ещё не исчезла.

Юй Фаня заметили сразу, как только он вошёл в кабинет.

Класс занял третье место на этих спортивных соревнованиях и получил множество сертификатов за участие. Чжуан Фанцинь пришла рано утром, чтобы повесить их на стену классной комнаты.

Чжуан Фанцинь подняла голову и скомандовала: «Немного левее… нет это слишком, оно висит криво... У тебя вообще есть чувство равновесия? Посмотри, насколько точно сделал это Чэнь Цзиншэнь».

Юй Фань стоял на стуле, держа сертификат в рамке за углы, чувствуя себя идиотом: «Тогда почему бы вам просто не позволить ему повесить всё это?»

«Это награды, которые заработали вы сами, и, конечно, вы должны вешать их самостоятельно», — сказала Чжуан Фанцинь: «Может, это единственный сертификат, который ты получишь за все три года обучения в старшей школе. Держи ровно, не испорти его!»

«…»

После того как Юй Фань закончил вешать награду за второе место в прыжках в длину, Чжуан Фанцинь дала ему сертификат за первое место в эстафете и попросила повесить его.

Юй Фань десятки раз корректировал наклон в соответствии с её пожеланиями, и, наконец, к своему счастью Чжуан Фанцинь осталась довольна.

Он уже собирался спуститься, когда мельком увидел сертификат Чэнь Цзиншэня в беге на 3000 метров рядом с грамотой за эстафету.

Юй Фань долго метался, но в итоге всё равно спросил, нарвавшись на неприятности: «Почему второе место должно висеть на одном уровне с первым?»

Чжуан Фанцинь: «Я не испытываю к тебе неприязни, даже когда твоё имя написано на одном уровне с другими».

«…»

«Ладно, спускайся скорее».

Когда Юй Фань вернулся на своё место, Чэнь Цзиншэнь объяснял тему какому-то парню.

Юй Фань его не знал. Он только помнил, как тот спрашивал о чём-то Чэнь Цзиншэня. До этого эти двое никогда не разговаривали друг с другом.

Юй Фань прошёл мимо, и прежде чем он успел заговорить, Чэнь Цзиншэнь уже встал, освобождая ему место.

У Ци, пришедший задать вопрос, поднял взгляд и тайком наблюдал, как школьный хулиган мастерски швырнул свой телефон на полку под партой, положил школьную кофту на стол и умело улёгся спать.

У Ци учился в лучших классах средней и старшей школы, поэтому он редко видел таких учеников. Они всегда засыпали на уроках, спорили с учителями, а иногда сам У Ци натыкался на них курящими в туалете.

Он немного боялся Юй Фаня, но находил это в новинку.

«Ты понял?» — тихо сказал Чэнь Цзиншэнь, встретившись взглядом с собеседником.

«А», — У Ци сразу же пришёл в себя: «Я понял, понял, спасибо, Сюэба!»

«На самом деле, у меня есть ещё один вопрос, который я не очень хорошо понял, но собираюсь скоро разобраться с ним самостоятельно», — У Ци улыбнулся, поднял голову и искренне сказал: «Было бы здорово, если бы мы стали соседями по парте».

Чэнь Цзиншэнь убрал ручку и бесстрастно посмотрел на него.

На мгновение У Ци смог “увидеть” как на лице того было написано: “Ты закончил? Если да, то уходи”.

Поэтому он встал со сборником вопросов в руках и сказал: «Спасибо, Сюэба. Я пойду на своё место».

На уроке математики Чжуан Фанцинь встала у трибуны и объявила о проведении промежуточного экзамена на следующей неделе.

В классе раздался вопль.

«Так быстро…»

«Почему мы сдаём ещё один экзамен?..»

«Чего? Разве мы не только вчера пошли в школу? Нам уже нужно сдавать промежуточный экзамен?» — Ван Луань говорил громче всех.

Одной рукой Чжуан Фанцинь разломила мел пополам. Одну половину она кинула в Ван Луаня, а другую — в лежавшую на парте в заднем ряду голову.

После того, как Юй Фань сел с закрытыми глазами и несчастным выражением лица, Чжуан Фанцинь продолжила.

«Почему кричишь? Когда вы будете учиться в выпускном классе старшей школы, вы будете сдавать экзамен не реже двух раз в месяц», — Чжуан Фанцинь указала на стену, где висели награды: «Но не отчаивайтесь. Подумайте об этом, вы смогли на спортивных соревнованиях подняться с последнего места на третье. Разве вы не можете сделать то же самое с промежуточными экзаменами?»

Класс некоторое время молчал.

Ван Луань: «Цинь, я не говорил, что Юй Фань может занять первое или второе место в спортивном соревновании. Чего вы можете ожидать от него на экзамене?»

Чжуан Фанцинь: «…»

Юй Фань закрыл глаза и ничего не сказал, забыв возразить.

Чжань Сыньцзин добавила: «Учитель, средний балл за последний экзамен в нашем классе был не самым последним».

«А каким?» — не мог не спросить У Ци.

«Третьим с конца».

В глазах у У Ци потемнело.

«Ладно, в любом случае это всё. Я уже заранее предупреждала вас, что после окончания экзамена состоится родительское собрание, так что вы сами можете всё взвесить», — Чжуан Фанцинь добавила: «А ещё насчёт рассадки…»

«У многих учеников возникли проблемы с нынешними местами, и некоторые родители тоже говорили мне об этом. Поэтому после промежуточного экзамена я приму во внимание ваши результаты и внесу небольшие корректировки».

«А если некоторые ученики… Юй Фань, пожалуйста, открой глаза… Если некоторые ученики всё ещё сомневаются и не хотят писать ответы хотя бы на вопросы с несколькими вариантами ответов, то мне придётся вывести их сидеть в одиночестве рядом с трибуной».

Имя было названо, но не полностью.

После урока Ван Луань сразу же подбежал к Юй Фаню.

«Чёрт возьми, я уверен», — сказал он тихим голосом, с возмущением взглянув на члена дисциплинарного комитета: «Что среди тех, кто ходил навестить Цинь и просил поменять места, должно быть, был мой сосед по парте!»

Чжань Сыньцзин: «Не вини тех, кто каждый день позволял тебе спать на уроках».

«Что в этом плохого? Я же никого не беспокоил. К тому же Юй Фань тоже спит на уроках каждый день. Разве у Сюэбы есть возражения насчёт этого?» — спросил Ван Луань: «Правда, Сюэба?»

Ответа не последовало.

Ван Луань обернулся и увидел, что Чэнь Цзиншэнь, опустив взгляд, отвечает на вопросы.

Его пальцы держали ручку, уголки рта были опущены, а острые брови всегда придавали ему холодный вид, когда он молчал.

«Разве это одно и то же? Юй Фань не храпит во сне», — Чжань Сыньцзин поправила свои волосы: «Кроме того, ты что, хочешь ещё посидеть с членом дисциплинарного комитета?»

«Дерьмо. Частота упоминания моего имени в его дисциплинарной книжке чаще, чем у других. Я хочу держаться от него подальше, но он же не может поменяться местами с учителем*, поэтому я не могу этого сделать, из-за чего теряю лицо».

(П.п*: тут имеется ввиду, что учителя можно избежать если прогулять его урок, а соседа по парте нельзя, потому что они всегда сидят вместе)

Чжань Сыньцзин взглянула на него.

Вдруг она что-то вспомнила и дотронулась до своей соседки по парте: «Кэ Тин, учительница только что сказала, что родители некоторых учеников попросили поменять рассадку. Это твоя мама? Ей не понравилось, что я сидела с тобой в прошлом семестре, да?»

Кэ Тин на мгновение удивилась, но быстро вернула себе спокойное выражение лица и ответила тихим голосом: «Нет, я сказала маме, что в этом семестре мы не сидели вместе».

«Это хорошо».

Ван Луань: «…»

Что в этом хорошего?

Чжань Сыньцзинь была удовлетворена и посмотрела на другого человека, который не произнес ни слова: «Юй Фань, какие у тебя планы?»

Юй Фань облокотился на спинку стула и поднял взгляд, услышав это: «Что?»

«Разве ты не слушал, что сказала Цинь? Если ты снова провалишь экзамен, тебя пересадят на место возле трибуны».

Стук. Юй Фань услышал, как его сосед по парте осторожно положил ручку на стол.

Юй Фань хотел сказать, что это блеф, и Чжуан Фанцинь уже несколько раз говорила о том, что посадит его туда, но даже два года спустя он всё ещё сидел среди других.

Чжуан Фанцинь не любит делать что-то особенное для определённого ученика.

Он хотел сказать эти слова, но проглотил их.

Юй Фань поднял голову и посмотрел на трибуну.

Ван Луань: «На что ты смотришь?»

Юй Фань: «Смотрю, с какой стороны трибуны открывается лучший обзор».

«…»

Человек, сидевший рядом с ним, внезапно встал. Столы и стулья заскрипели, и Юй Фань невольно посмотрел в сторону, откуда раздался звук.

Он успел увидеть только холодное выражение лица Чэнь Цзиншэня, и то только его профиль. Тот встал и вышел из класса, не сказав ни слова.

Это было удивительно.

Выражение лица Чэнь Цзиншэня, очевидно, сейчас ничем не отличалось от обычного, но у Юй Фаня было тонкое ощущение того, что тот был в плохом настроении.

«Но ведь слишком неудобно сидеть впереди и играть с телефоном, не так ли? Помнишь... Юй Фань?» — позвал его Ван Луань: «На что ты смотришь?»

Юй Фань покачал головой: «Ни на что».

Чэнь Цзиншэнь не возвращался, пока не прозвенел звонок.

Когда он вернулся, выражение его лица стало ещё холоднее, и он даже достал учебник физики перед учителем китайского языка.

Юй Фань, который только что публично намекнул, что не хочет сидеть с ним за одной партой, удивлённо поднял брови.

Показывай такое лицо кому-нибудь другому.

Учительница объясняла классический китайский язык у доски. У неё был нежный голос и медленная речь, что очень помогало заснуть.

Нервы Юй Фаня, которые только что пол-урока терзала Чжуан Фанцинь, быстро расслабились.

Он отодвинул стул и снова лёг. Через несколько минут его снова охватила сонливость.

***

Когда он уже собирался заснуть, кто-то сбоку внезапно ударил его по плечу.

Юй Фань спал чутко и почти рефлекторно поднял голову с рук. Передняя часть его волос была взъерошена и торчала вверх. Нахмурившись, он покосился в направлении удара…

Чэнь Цзиншэнь сидел в прямо, согнув руки и слегка пересекая линию между двумя столами.

Он, казалось, не замечал взгляда Юй Фаня и делал записи, опустив голову.

Случайно?

У него длинные руки и ноги, неудивительно, что время от времени он может кого-то задеть.

Юй Фань стерпел, потёр глаза и снова лёг.

Две минуты спустя звук падающей бутылки с водой вытащил Юй Фаня из космоса.

Он поднял голову, открыл один глаз и увидел, как его сосед наклонился, чтобы поднять бутылку и поставить её обратно на стол.

«…»

Спустя некоторое время.

Юй Фань снова проснулся от глухого звука и уставился на Чэнь Цзиншэня, стиснув зубы.

Тот открыл аннотированную классическую китайскую книгу, лежащую на столе толщиной с кирпич, и, не поднимая глаз, отмечал на ней важные моменты.

Сонливость Юй Фаня унесло в Испанию.

Я не буду бить тебя только потому, что хочу сохранить свою репутацию перед учительницей китайского языка.

Юй Фань потёр своё лицо, мрачно сел, взял телефон и, открыв “Змейку”, он представлял, что маленькая вражеская змея кусает Чэнь Цзиншэня.

Он только что съел очень длинного Чэнь Цзиншэня, когда мельком увидел, как человек рядом с ним поднимает кирпич и пытается положить его обратно в ящик. По пути кирпич “случайно” задел учебник Юй Фаня, который тот поставил в качестве прикрытия.

Учебник упал и точно ударился о его мобильный телефон. Юй Фань держал его не очень крепко, и телефон с грохотом упал на пол.

Юй Фань: «…»

Из-за этого звука весь класс обернулся и посмотрел назад.

Учительница китайского языка, писавшая на доске, очень медленно повернулась. Она слегка нахмурилась, а выражение её лица было сердитым и обиженным.

«Я не думаю, что мой хороший характер — причина для того, чтобы вести себя так», — сказала она: «Последняя парта в предпоследнем ряду, ученики Юй и Чэнь, пожалуйста, возьмите свои учебники и встаньте у доски».

Юй Фань: «…»

Ван Луань собирался посмеяться над своим братом, когда тот проходил мимо него, но когда он поднял взгляд и увидел мрачное лицо парня, то быстро замолчал.

Увидев, что они оба встают, учительница китайского языка с удовлетворением отвернулась и продолжила писать на доске.

Юй Фань сжал учебник, закрыл глаза и просто сказал себе, что убивать людей незаконно…

«Ты открыл не ту страницу. Учитель говорит о странице 47».

«Чэнь Цзиншэнь», — Юй Фань стиснул зубы: «Пойдём со мной в туалет после уроков».

Чэнь Цзиншэнь: «Если ты откроешь страницу 47, я пойду с тобой в уборную».

«…»

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Без базовых знаний по математике немного сложно понять материал. Но, возможно, сейчас ты сможешь понять новый текст по китайскому языку».

Юй Фань в недоумении изогнул бровь: «Чего, чёрт возьми, ты добиваешься?»

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Я хочу всегда сидеть с человеком, в которого влюблён».

«…»

Рядом с ним не раздалось ни звука.

Чэнь Цзиншэнь повернул голову и посмотрел на Юй Фаня, встретившись с его убийственным взглядом и красными ушами.

«В чём дело?» — сказал Чэнь Цзиншэнь: «В этот раз я не говорил о том, что мне понравилось».

«…»

Юй Фань уставился на учебник китайского, сжимая его в руках.

Чёрт.

Я больше этого не выдержу.

Можно сдать промежуточный экзамен завтра?

Глава 22 - Я не могу его удержать

Юй Фань не разговаривал с Чэнь Цзиншэнем два дня подряд.

Все эти дни в школе он, конечно же, не спал.

Более того, он не играл в свой телефон.

Ван Луань наблюдал за ним все эти два дня и не мог не покачать головой и вздохнуть: «Даже Юй Фань начал слушать лекции. Насколько мы хуже его, если не можем работать так же усердно?»

Сейчас была перемена, и Юй Фань смотрел на птицу за окном.

Услышав, что человек рядом с ним перевернул страницу книги, Юй Фань тут же повернул голову назад: «Кто сказал, что я слушал?»

Ван Луань закинул руку на спинку стула Чжань Сыньцзин: «Ты не играл в телефон и не спал последние два дня. Что ты делал, если не слушал лекции?»

«Медитировал».

«…»

Чжань Сыньцзин повернула голову: «Ван Луань, разве не ты последние две недели говорил, что собираешься начать всё с чистого листа и стать другим человеком? Почему ты всё ещё ищешь человека, с которым можно играть в командные игры каждый вечер?»

«Я хотел измениться, но математика не даёт мне возможности. Я не могу дать ответ ни на одно из десяти заданий, и не понимаю, как решать эти задачи. С таким же успехом я мог бы бросить школу».

«В этом нет ничего невозможного».

«…»

Перекинувшись парой фраз, Ван Луань впервые за сегодня взглянул на Чэнь Цзиншэня.

Наконец парень, который отвечал на вопросы, отложил ручку и собрался потянуться за водой, стоявшей на столе.

Ван Луань схватил бутылку! Затем он помог ему открутить крышку и, пока несколько человек смотрели на него с удивлением, протянул её Чэнь Цзиншэню.

«Пей, Сюэба!»

Юй Фань: «?»

Чжань Сыньцзин: «…»

Чэнь Цзиншэнь тоже на мгновение застыл и, только спустя пару секунд, взял бутылку воды.

«Спасибо», — поблагодарив, он добавил: «Что-то случилось?»

Ван Луань: «На самом деле это не так важно, но раз уж ты спросил, я тебе скажу».

Чэнь Цзиншэнь: «…»

«Сюэба, мой отец играет в бейсбол, и у него сильные руки… ну, ты понял. Если я снова провалю промежуточный экзамен, то умру в день родительского собрания. Не говоря уже о том, что меня могут выгнать из дома без карманных денег».

Ван Луань успокоился и неуверенно продолжил: «Тогда я подумал, что уже раньше слышал то, что говорили другие об экзаменационных кабинетах. Рассказывали, что, вроде бы, учителя-наблюдатели не такие строгие».

Чжань Сыньцзин: «О чём ты думаешь, Ван Луань? Ты хочешь, чтобы Сюэба дал тебе списать? Он, скорее всего, тебе не поможет, но если всё-таки даст, то не мог бы ты поделиться ответами?»

Юй Фань: «…»

Мечтайте дальше.

Чэнь Цзиншэнь хотел поставить десять кирпичей, чтобы не дать даже заглянуть на свою работу человеку, который ему нравится, а Ван Луань реально всё ещё ждёт помощи?

«Нет», — ответил Чэнь Цзиншэнь.

Видите.

Юй Фань повертел ручку в руках и холодно фыркнул.

Ван Луань кивнул: «Ну, на самом деле я просто хотел попытать удачу…»

«Но я могу помочь тебе подготовиться».

«А?» — Ван Луань был ошеломлён.

«Если ты не можешь понять вопрос, то ты, вероятно, выбрал не подходящие учебное пособие». — Чэнь Цзиншэнь спокойно продолжил: «Какой у тебя был результат по математике в прошлый раз?»

Ван Луань: «Эй, в прошлый раз я хорошо сдал и получил в конце семестра целый 61 балл!»

«… с каким пособием ты занимаешься?»

«Идеи и методы высшей усовершенствованной математики для старшей школы».

«…»

Кэ Тин, которая всё это время молча слушала, не выдержала и, повернув голову, прошептала: «Многие задания из них посвящены олимпиадам».

Чжань Сыньцзин: «Почему ты считаешь, что достоин учебного пособия с таким названием?»

Юй Фань тоже хотел задать такой вопрос.

«Откуда я знаю? Я ходил по книжному магазину и подумал, что её название потрясающее, поэтому купил», — сказал Ван Луань: «Тогда, Сюэба, как ты думаешь, какой решебник подойдёт мне?»

Чэнь Цзиншэнь: «Ты принёс экзаменационную работу за прошлый семестр?»

«Хе-хе, я боялся, что мой отец изобьёт меня, если увидит результаты, поэтому я спрятал их в школе во время зимних каникул».

«Покажи мне».

Чэнь Цзиншэнь небрежно пролистал блокнот, затем вырвал один листок и написал ему названия нескольких тетрадей для упражнений.

Ван Луань взял бумагу и посмотрел на него, пробормотав: «Ебать, Сюэба, у тебя такой красивый почерк, позволь мне взглянуть… Обязательные к прочтению вопросы для старшеклассников за 2017 год, краткий обзор знаний по математике в старшей школе, первое издание, “эволюция, Глупая птица летит 2017”…»

Юй Фань: «?»

Что это значит?

Почему это эволюционная версия?

Юй Фань на мгновение шевельнул губами, но в конце концов ничего не сказал. Он повернул голову и посмотрел в окно, чтобы понаблюдать за птицами.

«Хорошо, я куплю их, когда вернусь», — сказал Ван Луань: «Сюэба, откуда ты знаешь столько учебных пособий?»

«Я проверил».

«Ты всё ещё просматриваешь их? Разве ты плохо знаешь математику?»

Кэ Тин подумала про себя: “Если бы ты уделял больше внимания рейтингу, ты бы никогда не задал такой вопрос”.

«Нет», — спустя долгое время Чэнь Цзиншэнь сказал: «Я проверял их для других».

Птица развернулась и улетела. Юй Фань уставился на голую ветку и тихонько цокнул.

***

На обратном пути из школы Юй Фань купил вонтоны¹.

[1] — Вонтоны — разновидность пельменей в китайской кухне.

В последнее время температура на улице повысилась, поэтому ему было немного лень разогревать еду.

Вернувшись, Юй Фань услышал за дверью шум игры в маджонг. Выражение его лица слегка изменилось, а рука, вытаскивающая ключи, замерла.

На мгновение он почувствовал, что кто-то пристально смотрит на него. Юй Фань повернулся и увидел голову, торчащую из-за угла лестницы.

Маленькая девочка сидела на ступеньках и, наклонив голову, смотрела на него, моргая.

Увидев что Юй Фань идёт в её сторону, она немного растерялась.

Юй Фань поднялся на две-три ступеньки, а затем присел на корточки, как в прошлый раз.

«Что ты здесь делаешь?» — спросил он, взглянув на рюкзак за спиной у собеседницы.

«Мама и папа ещё… не пришли домой» — после того, как маленькая девочка ответила, в её животе внезапно тихо заурчало.

Она схватилась за живот и немного покраснела.

Юй Фань вздохнул, поднял пальцы и положил вонтоны рядом с ней: «Ешь».

Сказав это, он встал и уже собирался спуститься, когда его внезапно схватили за подол одежды.

Маленькая девочка посмотрела на Юй Фаня, а затем повернула голову и посмотрела на его дверь.

Прежде чем она успела заговорить, Юй Фань внезапно поднял руку и дважды небрежно взъерошил её волосы.

Затем он ушёл, спустился вниз и, открыв дверь ключом, вошёл в дом.

Внутри несколько взрослых мужчин играли за столом в маджонг. Услышав шум, они обернулись и увидели холодное выражение лица Юй Фаня. Их движения и голоса не могли не стать немного тише.

Только Юй Каймин намеренно стал громче, когда увидел его.

Юй Фань закрыл на это глаза и, зайдя в свою комнату, закрыл дверь. Между отцом и сыном не было никакой связи.

«Брат Мин, это твой сын? Он довольно красивый, но выглядит жестоким. Даже не поздоровался, когда вошёл. Вы поссорились или что-то в этом роде?»

«Ты впервые видишь его сына, да?» — другой мужчина привычно добавил: «Отношения между этими двумя не такие уж простые».

«Не обращайте на него внимания, это уже обыденность», — Юй Каймин отодвинул карту*: «Готово!»

(п.п¹: они вроде играют в маджонг карты, а не в маджонг костями)

Вскоре после этого дверь в комнату снова открылась.

Юй Фань переоделся и вышел. Было очевидно, что он только что принял ванну.

Юй Каймин, держа сигарету в руке, взглянул на него: «Куда ты идёшь так поздно ночью?»

Юй Фань проигнорировал его и направился к выходу, чтобы обуться.

«Я, чёрт возьми, с тобой разговариваю», — Юй Каймин ударил по столу.

Юй Фань открыл дверь и вышел.

Юй Каймин был так зол, что собирался выругаться, когда увидел, как Юй Фань за дверью внезапно остановился, а затем повернулся и холодно посмотрел на него…

«Юй Каймин, позволь мне тебе напомнить».

Он бесстрастно продолжил: «Если ты ещё раз посмеешь прикоснуться к моей двери, я выбью тебе передние зубы».

Закончив говорить, Юй Фань закрыл дверь и ушёл.

В комнате на десять секунд воцарилась тишина.

Юй Каймин затушил сигарету и пришёл в ярость: «Чёрт побери, если я сегодня не отрежу ему язык…»

«Нет, нет, нет, нет!» — Человек, сидевший рядом с ним, тут же подошёл и потянул его за собой: «Ребёнок просто несёт чушь, не надо с ним спорить…»

«Правильно, не надо, давай-давай, продолжим играть в карты».

Юй Каймин на самом деле не решился догнать Юй Фаня. После того, как кто-то остановил его, он некоторое время важничал, прежде чем снова сесть.

«Я же тебе говорю, брат Мин, есть много способов обращения с детьми. Я научу тебя. Например, если ты перестанешь отправлять ему деньги в течение десяти с половиной дней, через некоторое время он станет послушнее».

Юй Каймин усмехнулся и выбросил карту: «Только дурак будет давать ему на карманные расходы».

«А?» — мужчина был ошеломлён: «Ты не даёшь ему денег? Тогда откуда они у него?»

Юй Каймин выпустил клуб дыма: «Его дедушка и мать оставили ему немного, когда “уходили”».

«Невестка… ушла так рано? Из-за болезни, что ли?»

Упомянув это, выражение лица Юй Каймина мгновенно похолодело.

Мужчина рядом с ним прошептал: «Нет, сбежала с кем-то давным-давно…»

«Тьфу!» — Юй Каймин, обернувшись, сплюнул и громко выругался: «Чёртов кузен! Меня тошнит, когда ты упоминаешь об этом, сукин ты сын…»

«Ладно, ладно, больше не говорим об этом. Зачем продолжаешь вспоминать эти глупости? Ты всё ещё в игре?»

***

Юй Фань пошёл в небольшое интернет-кафе, куда он обычно ходил.

На этот раз там никого не было. Он нашёл довольно удобный диван и прилёг на некоторое время, чтобы поиграть в игры.

Он выбрал стрелялку. В игре, где должна быть команда из четырёх человек, Юй Фань предпочитал играть в одиночку, поэтому он прыгал в места, где находилось больше всего игроков, и убивал их пистолетом, пока приземлялся. Когда его окружали, Юй Фань просто перезапускал игру. Он играл так час, будто чтобы выпустить пар.

Пока персонажи умирали и возрождались бесчисленное количество раз, телефон на столе завибрировал.

В группе обсуждения писал Ван Луань.

В этом чате не так много людей, там есть только те, кто часто курят и вместе играют в карты.

[Ван Луань: Брат, ты в интернет-кафе? В “Cool Boy’s” или где? Ты же сейчас в сети?]

[Ван Луань: Чёрт возьми, я отправил тебе десять сообщений в игре, и ты не ответил ни на одно?..]

Юй Фань пошевелил пальцами и напечатал: [Я их не видел], а затем он отправил сообщение прямо в группу.

В ожидании Юй Фань лежал на диване и пролистывал историю чата.

Он наткнулся на неожиданное сообщение о вступлении в группу…

[Ван Луань отправил приглашение пользователю “S” на присоединение к групповому чату.]

?

Почему он добавил в группу Чэнь Цзиншэня? Что, для того чтобы попасть в чат, нужна визитная карточка или сигареты?

Юй Фань нахмурился. Ему было лень печатать тексты с расспросами.

Чэнь Цзиншэнь ничего не писал после того, как присоединился к группе. Вероятно, он выключил уведомления, как только увидел сообщения Цзо Куана и других, обсуждающих, где завтра прогулять урок.

[Ван Луань: О, понятно, просто спросил. А ещё я только что купил учебные пособия, которые порекомендовал Сюэба, и собираюсь их попробовать.]

Юй Фань не ответил. Он бросил телефон на стол и продолжил играть в одиночку.

Так прошёл ещё один час борьбы с другими игроками. Когда Юй Фань в очередной раз хотел перезапустить игру, заметил группу людей, идущих к стойке регистрации.

Они, похоже, играют группами. У многих из них громкие голоса. И, услышав, что сиденья не соединены друг с другом, они уже были готовы сменить интернет-кафе.

Юй Фань взглянул на пустые сиденья рядом с собой и встал, собираясь уходить.

Ночной ветерок был прохладным. Вечером в этом районе становилось всё больше пешеходов. На обочинах улицы было открыто множество закусочных, а белый туман сгущался, делая это место ещё более многолюдным.

Юй Фань вышел из интернет-кафе, достал сигарету и хотел закурить её за углом…

«Гав, гав, гав…»

Послышался приглушённый ропот.

Звук был слишком близко. Юй Фань всё ещё держал в руке сигарету и, неосознанно повернув голову, увидел бегущего к нему добермана.

На собаке был металлический намордник, кожаный ошейник и поводок. Юй Фаню показалось, что этот доберман был ему знаком, и, прежде чем он успел среагировать, собака уже бросилась к нему, а затем с силой…

Потёрлась о ногу.

Показалось, что она укусила его, и люди вокруг закричали от страха.

Но сам парень даже не сдвинулся с места и некоторое время просто смотрел на собаку, опустив голову.

Юй Фань пришёл в себя. Он прикусил незажжённую сигарету и тупо смотрел на поводок.

Затем он увидел Чэнь Цзиншэня, который сохранял спокойное выражение лица, несмотря на то, что держал поводок обеими руками, и большую часть пути его вела собака.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

Чэнь Цзиншэнь: «Не мог бы ты мне помочь?»

Юй Фань: «…»

«Я не могу его удержать».

Глава 23 - Сегодня я избавлюсь от тебя и твоей собаки

Чэнь Цзиншэнь был одет просто и непринуждённо — в свободном белом свитере и чёрных брюках.

Это был первый раз, когда Юй Фань увидел его не в школьной форме.

Смотреть на него стало приятнее, чем раньше.

Собака всё ещё была у ног Юй Фаня и виляла хвостом. Казалось, она не собиралась уходить.

Юй Фань стоял неподвижно и, прикусив сигарету, в замешательстве спросил: «Почему ты здесь?»

«Выгуливаю собаку».

Юй Фань окинул взглядом узкие улочки и толпу вокруг: «Здесь?»

«Изначально я был в парке неподалёку», — Чэнь Цзиншэнь задумался, и на его парализованном лице появилось какое-то неописуемое выражение, — «а потом он привёл меня сюда».

«…»

Юй Фань подумал о ближайшем отсюда парке.

Его собака решила устроить ему марафон на 3000 метров?

Доберман выглядел свирепым. И хотя на нём был намордник и поводок, некоторые прохожие всё равно боялись его.

Собака несколько раз кружила вокруг ног Юй Фаня. Из-за намордника звук, который она могла издать, был тяжёлым и тихим, немного похожим на предупреждение перед тем, как наброситься на еду.

Проходивший мимо маленький мальчик, увидев собаку, тут же заплакал.

«Ну-ну, малыш, не плачь», — мать, сидевшая рядом с ним, взяла его на руки, дважды погладила, затем взглянула на Юй Фаня и тихонько отчитала: «Какой человек будет здесь выгуливать собаку?!»

Юй Фань: «…»

Он раздражённо нахмурился и сунул незажжённую сигарету обратно в портсигар.

«Дай мне поводок».

Чэнь Цзиншэнь протянул ему поводок, и Юй Фань взялся за рукоять. Тыльные стороны их рук на секунду соприкоснулись, они были холодными.

«Зачем тебе такая крупная собака?» — Юй Фань повёл пса и сказал, не поворачивая головы: «Не отставай».

Чэнь Цзиншэнь: «Хорошо».

Сделав несколько шагов, собака заметила, что другой конец поводка держит иной человек, и не могла не оглянуться на своего хозяина.

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд и пригрозил пальцем.

Собака дважды заскулила и, виляя хвостом, послушно продолжила двигаться вперёд.

По всей улице было расположено множество киосков с едой, а вечером здесь становилось ещё более многолюдно.

Юй Фань шёл по обочине дороги, стараясь избегать толпы. К счастью, собака не доставляла никаких хлопот и послушно шла вперёд.

«Куда мы идём?» — спросил человек, идущий позади.

Юй Фань: «Подальше отсюда».

Выгуливать собаку на улице, где много закусочных, — неприлично.

Через пару секунд парень позади него снова спросил: «Ты ужинал?»

Юй Фань проигнорировал его.

Чэнь Цзиншэнь: «Я ничего не ел».

«Тогда ходи голодный».

«Пёс тоже ничего не ел».

Собака остановилась, словно поняв, о чём речь: «У-у~»

Юй Фань: «…»

Чэнь Цзиншэнь наугад выбрал лапшичную на обочине дороги. Опасаясь, что собака напугает людей внутри, он зашёл один.

Юй Фань держал поводок, стоя у входа. За последние десять минут посещаемость магазина внезапно пошла на спад.

Через некоторое время Чэнь Цзиншэнь вышел с несколькими пакетами в обеих руках.

Юй Фань взглянул и подумал, что, возможно, тот хочет устроить банкет для собаки.

Юй Фань отвел их к ближайшему искусственному озеру.

Возле озера везде стояли скамейки. Юй Фань случайным образом выбрал одну и, сев, лениво посмотрел на собаку перед собой.

Чэнь Цзиншэнь сел рядом с ним, и собака тут же развернулась и прислонилась к ногам Чэнь Цзиншэня.

Пёс выглядел точно как на картинке, хорошо воспитанный. Его уши высоко подняты, и когда он сидит спокойно, выделяется присущий ему аристократический темперамент.

Юй Фань пристально смотрел на собаку, когда парень рядом с ним протянул ему пластиковый пакет.

«Там есть лишняя чашка лапши», — сказал Чэнь Цзиншэнь, — «В магазине была акция: купи одну и получи вторую в подарок».

Юй Фань даже не взглянул на него: «Я не буду есть…»

У него заурчало в животе.

Юй Фань: «…»

Полминуты спустя Юй Фань открыл пластиковую крышку.

Запах еды разнёсся по округе, и собака не могла усидеть на месте. Встав, она заскулила.

Чэнь Цзиншэнь протянул руку и погладил её: «Не скули».

Руки Чэнь Цзиншэня длинные и бледные, с чётко выраженными суставами, и когда он прилагает силу, можно увидеть слегка выступающие кровеносные сосуды. У него большие руки, и независимо от того, крутит ли он ручку или дрессирует собаку, он всегда ведёт себя неторопливо и лениво.

Рука поднялась от шеи собаки и остановилась на металлическом наморднике.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него и спросил: «Ты не против?»

Юй Фань пришёл в себя и покачал головой.

Чэнь Цзиншэнь снял намордник. Собака тут же открыла пасть с громким: «Гав».

«Не лай, а то я снова его надену», — Чэнь Цзиншэнь легонько похлопал собаку по морде, а затем сказал: «Он не кусается. Намордник нужен, чтобы окружающие не пугались».

«Мгм», — Юй Фань скрестил ноги и небрежно спросил: «Как его зовут?»

«Фань-Фань».

«?»

Когда Фань-Фань услышал своё имя, он не осмелился откликнуться, поэтому просто бродил вокруг ног Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань взял миску и повернул голову: «Какое именно значение?»

Чэнь Цзиншэнь на мгновение замолчал: «Цветы распускаются, как шёлковая ткань».

«…»

Для питомцев нормально использовать удвоенные слова в качестве имён. Хотя имена на традиционном китайском и редки, но всё же используются.

Если бы это был кто-то другой, Юй Фань определённо не стал бы слишком много думать об этом.

Но в этот момент он просто почувствовал, что это имя для него было немного оскорбительным…

Увидев лицо Юй Фаня, на котором было написано: “Ты извращенец?”, Чэнь Цзиншэнь задумался на несколько секунд.

«Мне его принесли, когда я учился в начальной школе, и тогда же ему дали такое имя», — Чэнь Цзиншэнь прикоснулся к ошейнику собаки и негромко сказал: «Фань-Фань, иди сюда».

Юй Фань: «…»

Чэнь Цзиншэнь подцепил пальцами жетон, висевший на шее Фань-Фаня.

Юй Фань прищурился, чтобы разглядеть.

На лицевой стороне был указан номер телефона Чэнь Цзиншэня. А на обороте была написана строка: [Фань-Фань, 29122011].

«…»

Хорошо.

Юй Фаню было не по себе. Он опустил голову и принялся есть лапшу.

Собака ничего не ела и продолжала кружить у его ног. Чэнь Цзиншэнь одной рукой схватил её за ошейник и на некоторое время полез в пакет.

Затем он достал чайное яйцо¹.

[1] — “Чайное яйцо” — альтернативное название “мраморные яйца”. Называют их чайными, потому что варят в чае пуэр, что придаёт им такой цвет. Помимо чая, в приготовлении участвуют соевый соус, цедра апельсина и специи.

Юй Фань беспомощно наблюдал, как Чэнь Цзиншэнь, разбив яйцо, убрал яичную скорлупу. Белок он отправил себе в рот, а оставшийся желток отдал Фаню, псу.

Юй Фань: «Ты только что купил собаке яйцо?»

«Ага», — сказал Чэнь Цзиншэнь:

«Я не даю ему слишком много, а то не смогу его удержать».

«…»

Ты и вправду слабак.

Холодная луна висела высоко в небе, а у озера подувал прохладный бриз, приятный и комфортный.

После того, как он съел тарелку лапши, ветер внезапно успокоил нервы Юй Фаня, которые были напряжены всю ночь.

Ему захотелось курить.

Юй Фань стерпел, его плечи слегка опустились, и он лениво сказал: «Смотри, его не так уж и трудно тащить, как ты позволил этому продолжаться всю дорогу?»

«Он не контролирует себя, когда раздражается», — ответил Чэнь Цзиншэнь: «Но обычно он хороший».

Словно зная, что они обсуждают его, Фань-Фань выставил переднюю лапу вперёд, пытаясь наступить на ногу Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь вытянул ноги и позволил ему это сделать. Его рука непринуждённо коснулась собаки, и согнув пальцы он почесал её несколько раз.

Дзинь.

Резкий сигнал уведомления на телефоне привел Юй Фаня в чувство.

Чёрт.

Было темно. Юй Фань потёр лицо и включил телефон.

Ван Луань: [Тяжёлая учёба позади, и я решил расслабиться. Так что, братья, вы играете?]

Ван Луань: [Брат, почему ты не онлайн, ты больше не играешь?]

Только тогда Юй Фань отреагировал.

Почему даже после того, как он закончил есть, он всё ещё сидел с Чэнь Цзиншэнем?

«Я возвращаюсь», — сказал Юй Фань: «Ты сможешь забрать его обратно?»

«Возможно».

Юй Фань обернулся: «Тогда…»

«Подожди».

«Я только что видел книжный магазин за углом и хотел зайти купить книгу», — Чэнь Цзиншэнь одной рукой держал собаку, а другой схватил Юй Фана за край одежды: «Ты не мог бы приглядеть за ним ещё пять минут?»

У дверей книжного магазина стоял парень с собакой.

Юй Фань некоторое время стоял и ждал, а затем опустил взгляд и посмотрел на собаку.

Он присел на корточки и сказал ему: «Отныне тебя будут звать Шэнь-Шэнь».

Фань-Фань: «…»

Юй Фань: «Шэнь-Шэнь».

Фань-Фань: «…»

Юй Фань нахмурился: «Ты можешь издать хоть какой-то звук?»

Фань-Фань: «…»

Юй Фань подумал, что уже совсем спятил, раз разговаривает с собакой.

Он выпрямился и достал телефон, чтобы ответить на сообщение Ван Луаня.

Собака послушно сидела у его ног, а её тёмные глаза с любопытством блуждали по пешеходам.

Спустя долгое время дверь книжного магазина открылась, и раздался звон колокольчиков.

«Фань-Фань».

Юй Фань неосознанно откликнулся на имя, повернув голову вместе с собакой рядом с ним.

Сначала Чэнь Цзиншэнь смотрел на собаку, но когда почувствовал на себе пристальный взгляд, то перевёл его на Юй Фаня.

Юй Фань: «…»

Какого чёрта я повернул голову???

«У-у-у~у-у-у!», — радостно откликнулась сотню раз собака через намордник в сторону Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь подошёл и уже собирался что-то сказать, когда увидел Юй Фаня с серьёзным лицом, протягивающего ему поводок.

«Забирай свою собаку», — его тон был хуже, чем выражение лица.

Чэнь Цзиншэнь хмыкнул. Одной рукой взялся за рукоять, а другой вложил в ладонь ещё один слегка тяжёлый пакет.

«Спасибо за вечер», — сказал он.

Юй Фань посмотрел на “летающую глупую птицу 2017” внутри и сказал: «Не благодари. Сегодня я избавлюсь от тебя и твоей собаки».

Глава 24 - Я просто послушал тебя и не взял сигарету

Попрощавшись с Чэнь Цзиншэнем и его собакой, Юй Фань вернулся в интернет-кафе.

«У вас ещё остались свободные компьютеры?»

Владелец интернет-кафе оторвал взгляд от монитора: «Да, а ты вернулся после после ужина?»

Юй Фань хмыкнул.

Лапшичная, которую выбрал Чэнь Цзиншэнь, была вполне щедрой. Миска лапши была огромной, а на дне лежало яйцо-пашот. Когда он вернулся после прогулки, его живот всё ещё был полон.

«Хочешь остаться на ночь?» — спросил босс, открыв компьютерную программу.

«Да».

«Тогда подожди минутку, сегодня много свободных мест, я выберу для тебя самое удобное».

Интернет-кафе находилось на одной улице с его домом, и поскольку Юй Фань часто сюда приходил, босс в какой-то степени знал о его семейном положении.

Он не удержался и спросил: «Почему бы тебе просто не жить в школьном общежитии?»

«Мне лень ходить на вечерние занятия».

«…»

В школе №7 города Наньчан есть школьное общежитие. Однако, несмотря на удобное расположение и транспорт, из-за правила, согласно которому ученики должны учиться вечером, количество учащихся, добирающихся до школы, вдвое превышало число тех, кто проживал в общежитии.

Включив компьютер, Юй Фань лёг на диван и решил открыть шутер-игру.

(п.р: игра-стрелялка, для тех, кто такой же чайник, как я)

Сыграв раунд, Юй Фань понял, что ему скучно.

После того как он вышел на улицу и немного подышал свежим воздухом, ему, похоже, больше не хотелось драться и убивать.

Поэтому Юй Фань не задумываясь выбрал фильм, название которого где-то слышал, и как только тот начался, уже был готов заснуть.

Только Юй Фань закрыл глаза, как его разбудили.

Тётя пододвинула тележку для уборки, указала на вещи на его столе и спросила: «Братец, это пакет для мусора?»

Владелец интернет-кафе проходил мимо, держа лапшу быстрого приготовления для своих гостей. Услышав шум, он невольно взглянул на Юй Фаня.

Юй Фань разложил вещи слишком небрежно. Полиэтиленовый пакет жалко прилипал к учебникам, а книги, положенные сверху, были едва видны. Босс увидел на обложке этих пособий слоган — ”Если у вас нет знаний по математике, выбирайте глупую птицу, которая полетит первой!”

На словах “глупая птица” была даже нарисована маленькая толстая птичка, которая не умела порхать.

Босс увидел нахмуренное лицо Юй Фаня, с отвращением уставившегося на пакет. Поэтому он твёрдо сказал тёте: «Это не его, наверное, кто-то из гостей забыл. Пожалуйста, положите их на мою стойку и посмотрите, зайдёт ли забрать это кто-нибудь попозже».

Тётя была старой и плохо видела. Услышав это, она кивнула и потянулась за пакетом.

Но другая сторона оказалась быстрее неё.

«Моё».

Юй Фань быстро взял книги и бросил их на подушку позади себя. Его глаза блуждали по экрану компьютера, и он неопределённо сказал: «Спасибо… но не забирайте это».

***

На этот раз отец поставил Ван Луаню ультиматум: если он снова провалит тест, то будет лишён карманных денег и телефона, а гулянки по выходным будут запрещены.

Поэтому на следующий день в классе он два раза подряд подбегал к Чэнь Цзиншэню с рабочей тетрадью в руках.

Ван Луань обнаружил, что информация, которую он получил от него ранее, была очень достоверной. Хотя Сюэба обычно неразговорчив, он не двусмыслен, и объясняет просто и понятно. Очень подробно.

Даже как-то слишком подробно.

К тому же его голос достаточно громкий.

«Сюэба, несмотря на то, что мои базовые знания немного скудны, я всё ещё понимаю основы первого года средней школы, поэтому тебе нет нужды тратить своё время ради того, чтобы учить меня этому снова…»

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Стоит разобрать задания ещё раз, чтобы закрепить материал».

«…»

Объяснив ещё один вопрос, Чэнь Цзиншэнь положил ручку на стол и резко спросил: «Ты понимаешь?»

В тот же момент, когда прозвучал голос, пальцы спящего рядом с ним соседа по парте дёрнулись и сжались в кулак.

От этого движения руки сердце Ван Луаня дрогнуло, и он тихо сказал: «Понимаю, понимаю, но может нам стоит начать говорить немного тише? Смотри, вокруг так много учеников, давай не будем мешать другим…»

«Хорошо», — громкость голоса Чэнь Цзиншэня осталась прежней: «Какие ещё вопросы?»

«…»

Ван Луань осторожно перевернул страницу: «Этот…»

«Это ещё не конец?» — Юй Фань поднял голову с рук и уставился на Ван Луаня. Его голос был словно лёд: «У Чжуан Фанцинь что, на двери висит табличка с надписью “Ван Луаню запрещено входить и задавать вопросы”?»

«Я просто пытаюсь учиться, а Фанцинь сегодня нет, она пошла на открытый урок...»

Пока Ван Луань говорил, он наклонился ближе к лицу Юй Фаня: «Чёрт побери, ты что, всю прошлую ночь был на вечеринке? Эй, мне всегда было любопытно, как тебе удаётся оставаться в интернет-кафе рядом с домом? Там же просто ужасная обстановка, нет?»

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд.

Юй Фань бледный, поэтому любой цвет на его теле сильно выделяется. Под его глазами были тёмные круги, а брови опущены, из-за чего он выглядел очень уставшим.

Почувствовав взгляд человека рядом с собой, Юй Фань захотел спрятать лицо обратно.

Он знал, как выглядит сейчас.

Но потом подумал: нет, что плохого в том, чтобы выглядеть некрасиво? Почему он должен заботиться о своём имидже перед Чэнь Цзиншэнем?

«Там дёшево», — сказал Юй Фань, нахмурившись. — «И всё не так плохо, как ты говоришь. Там есть диван…»

Как только что-то холодное коснулось его лба, слова Юй Фаня резко оборвались.

Чэнь Цзиншэнь приложил два пальца к его лбу.

Растрёпанные волосы, закрывавшие лоб Юй Фаня, были убраны в сторону рукой, открывая его большие глаза, что мгновенно уменьшило его враждебный вид.

Ван Луань с Юй Фанем на мгновение растерялись.

Только когда Чэнь Цзиншэнь убрал руку, Юй Фань наконец пришёл в себя. Оперев подбородок рукой, он повернул голову и сказал: «Ты…»

«Твоё лицо выглядит так же, как и в прошлый раз».

Юй Фань: «…»

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Если ты слаб, лучше не бодрствовать всю ночь».

Юй Фань: «??»

Ты, человек, который даже свою собаку удержать не может, имеешь право говорить мне такое?

Увидев выражение лица Юй Фаня, Ван Луань испугался, что если Чэнь Цзиншэнь скажет ещё хоть слово, Юй Фань потащит его в туалет.

Поэтому он тут же закрыл тетрадь: «В прошлый раз? В какой прошлый раз? Почему я не знаю?.. Эй, Юй Фань, не спи. Я договорился поиграть на следующем уроке физкультуры с Цзо Куаном. Он, наверное, уже занял площадку. Ладно, пойдём».

Независимо от того, сколько раз будет меняться расписание занятий, в 7-м и 8-м классах каждую неделю проводятся по два урока физкультуры, из-за чего они часто играют вместе.

Увидев их, Цзо Куан цокнул языком: «Почему вы такие медлительные? Я же ждал вас».

«Учитель физкультуры долго распускал класс», — Ван Луань вздохнул с облегчением: «Я уже думал, что мы не сможем занять площадку».

«Там была парочка людей, которые хотели поиграть в бадминтон, но я прогнал их», — Цзо Куан пересчитал их: «Почему вас только четверо?»

У одного из них даже были растрёпанные волосы, и он лениво направлялся к скамейке.

Ван Луань: «Юй Фань не играет, мы будем играть 3 на 3».

«Блять, всего трое? На нашей стороне пятеро. Играем на всей площадке», — сказал Цзо Куан.

«Изначально нас тоже было пятеро, но потом Гуань Фэя внезапно вызвали на…»

«Разве ты не можешь просто найти ещё кого-нибудь?» — Цзо Куан посмотрел на Юй Фаня: «Ты играешь? Я уже позвал людей для своей команды».

Юй Фань зевнул: «Без разницы. Если найдёшь ещё одного, то я сыграю».

Две минуты спустя.

Юй Фань посмотрел на Чэнь Цзиншэня, которого привёл Ван Луань, и повернул голову: «Я не буду играть».

«Эй, эй, эй, ты не можешь внезапно выйти из игры, не сдержав слова», — Ван Луань обхватил его за шею и прошептал: «Ничего не поделаешь, больше никого нет. Просто смирись с этим. Ты слишком хорошо играешь, так что будем считать приход Чэнь Цзиншэня в нашу команду наказанием за это».

Чэнь Цзиншэнь взглянул на спины двух парней, которые стояли близко друг к другу и перешёптывались.

У Ван Луаня довольно крупное телосложение, из-за чего парень рядом с ним выглядит ещё худее.

Спустя какое-то время Юй Фань безразлично отвернулся и, проигнорировав стоявшего в стороне Чэнь Цзиншэня, направился на площадку.

Ван Луань ходил за ним по пятам, и, проходя мимо Чэнь Цзиншэня, он похлопал его по плечу: «Сюэба, мы уже обсуждали это. Тебе просто нужно помочь нам забрать у них мяч. Если ты получишь мяч, то просто передай его свободным товарищам по команде рядом с тобой. Тебе не нужно пытаться прорваться через защиту или забивать».

Чэнь Цзиншэнь ответил: «Хорошо».

Цзо Куан, стоявший напротив Юй Фаня, весело сказал: «Учитывая, что вы притащили сюда Чэнь Цзиншэня, можно сделать вывод, что у вас действительно нет никого, кого вы могли бы позвать из своего класса. Если получит травму, он же не доложит на нас учителю, верно?»

Сказав это, он взглянул на Чэнь Цзиньшэня и замолчал.

Чэнь Цзиншэнь снял школьную кофту, которую носил в любую погоду, оставив только белую рубашку.

Поскольку Чэнь Цзиншэнь делал это в спешке, его рукава небрежно закатались, из-за чего он немного потерял тот правильный вид, которым обычно обладал в будни.

«Думаешь, у тебя всё ещё есть время беспокоиться о нём?» — сказал Юй Фань. — «Перестань нести чушь и давай быстрее покончим с этим. Скоро здесь будет много людей, так что, боюсь, тебе не захочется опозориться перед ними».

«Чёрт возьми, просто заткнись», — с фальшивым весельем ответил Цзо Куан: «Другие классы, возможно, не могут победить тебя, но на этот раз тут двое наших спортсменов. Думаешь, мы тебя боимся?»

Цзо Куан действительно не боялся. Они уже заранее договорились о том, чтобы эти два спортивных ученика охраняли Юй Фаня. А с остальными будет уже не так сложно разобраться.

А Ван Луань, единственный игрок, имевший физическое преимущество, выдохся уже через две четверти бега.

Поначалу они играли довольно неплохо; тех, кого следовало защищать, успешно защищали.

Под давлением двух спортсменов Юй Фань снова сделал ложный выпад, а затем выполнил трёхочковый бросок.

Баскетбольный мяч провалился в кольцо.

В это же время Чжань Сыньцзин, исполнявшая обязанности судьи, торжественно подняла руки, давая сигнал об окончании первой четверти.

Юй Фань поднял мяч и бросил его Цзо Куану: «Хочешь взять ещё больше людей для защиты?»

Цзо Куан гордо ответил: «Не выпендривайся. Посмотри сначала на счёт».

Услышав это, Ван Луань взглянул на счёт и не смог удержаться от “ебать”.

В баскетбольных матчах их класса в основном забивали Юй Фань и Гуань Фэй. Но на этот раз Гуань Фэй отсутствовал, и хотя Юй Фань по-прежнему мог забивать, он был несколько ограничен двумя защитниками.

По итогам первой четверти, они отставали от другой команды на два очка.

Во время перерыва Ван Луань сделал глоток воды и сказал: «Чёрт, на этот раз победа за ними... Цзо Куан, если он победит, то, вероятно, будет хвастаться этим целый месяц».

В первой четверти у них были хоть какие-то силы, и они могли продолжать играть, но чем дольше их основные игроки играли, тем больше уставали. Из-за этого им было труднее справляться с защитой.

«Откуда ты знаешь, кто победил, если игра ещё не закончилась?» — сказал Юй Фань. — «Не расслабляйся и играй в полную силу».

Прежде чем вернуться на площадку, Юй Фань посмотрел в сторону.

После четверти игры все немного вспотели.

Только Чэнь Цзиншэнь, который всю игру пасовал мяч, даже не запыхался.

Внезапно Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд и встретился глазами с Юй Фанем.

Юй Фань быстро отвел взгляд и сказал, словно пытаясь оправдаться: «Продолжай передавать мне мяч».

Даже после возвращения на свою позицию, Юй Фань не осознал, что не получил ответа на свои слова.

В начале второй четверти Юй Фаня всё ещё очень сильно блокировали.

Ван Луань, не сумев пробить, в итоге просто передал мяч назад. Обернувшись, он увидел, что все остальные были в защите, за исключением высокой и худой фигуры, стоявшей без дела.

Он неосознанно бросил мяч.

Цзо Куан, увидев это, нерешительно перешёл в защиту, хоть и знал, что скорее всего мяч снова перейдёт к Юй Фаню. Сам Юй Фань тоже так думал.

Не получив мяч спустя несколько секунд, Юй Фань нахмурился и в замешательстве посмотрел в его сторону.

Чэнь Цзиншэнь стоял на месте, ведя мяч одной рукой, лицом к лицу с Цзо Куаном.

У него очень большая ладонь, поэтому баскетбольный мяч идеально помещался в ней каждый раз, когда подпрыгивал.

В следующую секунду молодой человек наклонился вперёд и с лёгкостью обойдя Цзо Куана, добежал до передовой зоны* и сделал решающий бросок со средней дистанции…

(п.р: отделённая центральной линией половина площадки с кольцом соперника)

Хлоп!

Баскетбольный мяч плавно упал в корзину.

Все остальные на игровой площадке: «?»

На самом деле, это была очень простая атака.

Но когда такую атаку сделал Чэнь Цзиншэнь, это ощущалось совсем по-другому. Все были застигнуты врасплох.

«Сюэба…» — ошеломленно начал Ван Луань: «Ты умеешь играть в баскетбол?»

Чэнь Цзиншэнь поднял мяч, бросил его Цзо Куану и спокойно сказал: «Немного».

Юй Фань отвел взгляд в сторону, прежде чем Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него.

Неудивительно, что он каждый раз мог получить мяч, когда Чэнь Цзиншэнь отдавал пас.

Почему раньше не сказал и дальше притворялся?

Застигнутый врасплох Цзо Куан только пришёл в себя.

Он рассмеялся: «Да неужели? Я и понятия не имел. Тогда с этого момента дам тебе от чего защищаться».

Две минуты спустя Чэнь Цзиншэнь снова легко прорвался сквозь его защиту.

Цзо Куан: «Ха-ха, мне действительно нужно играть серьёзнее».

В третьей четверти все три броска Цзо Куана были легко заблокированы Чэнь Цзиншэнем.

Цзо Куан: «Ха».

В последней четверти.

Чэнь Цзиншэнь вёл мяч одной рукой, заставляя его бегать то влево, то вправо, как обезьяну, прежде чем поднять руку и бросить трёхочковый.

Цзо Куан: «Твою мать».

Ты, блять, называешь это “немного”?

Ты точно честен с собой??

За две минуты до конца игры Цзо Куан, увидев, что его класс отстаёт на двенадцать очков, пришёл в ярость.

Проигрыши в баскетболе для него были обычным явлением. Он проигрывал ещё больше, когда спортсмены с его класса не участвовали, но в этот раз всё ощущалось по-другому…

У самого Юй Фаня довольно дикий нрав, и он играет довольно агрессивно, поэтому Цзо Куану было не так обидно проигрывать.

С другой стороны, Чэнь Цзиншэнь, который оставался спокойным и равнодушным даже во время игры.

Проще говоря, это был тот случай, когда стараешься изо всех сил, но противник легко побеждает, даже не выражая никаких эмоций.

Цзо Куан внезапно почувствовал, что немного понимает чувства ученика, всегда занимающего второе место.

Последний раунд.

Хотя шансов на победу уже не было, ребята из 8-го класса всё равно играли серьёзно.

Молча ведя мяч, Чэнь Цзиншэнь поднял руку и тыльной её стороной вытер пот с подбородка.

8-й класс назначил одного из спортивных учеников блокировать его, а Цзо Куан наблюдал за ним со стороны, что мешало тому прорваться сквозь них.

В следующее мгновение Чэнь Цзиншэнь встретился взглядом с Юй Фанем.

Эти двое смотрели друг на друга меньше секунды, а затем одновременно отвели взгляды.

Юй Фань вытер пот со лба и медленно сделал два шага вперёд.

Чэнь Цзиншэнь повёл мяч, двигаясь вперёд. Он остановился за трёхочковой линией, замер, а затем поднял руку.

Цзо Куан подумал, что тот собирается сделать трёхочковый бросок, и тут же стал искать возможность прыгнуть, но Чэнь Цзиншэнь лишь бросил на него лёгкий взгляд, а затем внезапно опустил руку и отдал пас влево…

Мяч послушно попал в руки Юй Фаню.

Теперь Юй Фань вёл мяч и быстро пробежал вперёд, а затем высоко подпрыгнул. Подол его футболки приподнялся, обнажив покрытую тонким слоем пота талию.

Он согнул пальцы и забросил мяч в кольцо.

Идеальный бросок.

***

«Блять!»

«Какого чёрта это просто игра на уроке физкультуры?! Разве такая игра не должна проходить в “Staples Centre 1”, окруженном более 20-ю камерами и страстно транслироваться в прямом эфире по всей стране в восемь часов вечера?»

[1] — «Стэйплс-центр» — многофункциональный спортивный комплекс в Лос-Анджелесе, открытый в 1999 году.

«Хватит», — слабо проговорил Цзо Куан: «Какое это имеет к тебе отношение?»

Они сидели в классе лабораторного корпуса, который почти круглый год пустовал.

Это место было довольно отдалённым и не было камер, поэтому там было удобно заниматься своими делами.

Около десяти мокрых от пота парней, только что закончивших играть в баскетбол, сидели в двух последних рядах класса и курили.

Ван Луань: «Как это может не иметь ко мне никакого отношения? Это моя гордость!»

Спортивный ученик 8-го класса сказал: «Я больше не хочу иметь ничего общего с вашим классом. После того, как я проиграл эстафету в прошлый раз, тренер наказывал меня все выходные. Если он узнает, что я снова проиграл...»

Ван Луань: «Это определённо не твоя вина, это Цзо Куан тянет тебя вниз».

Цзо Куан: «Пошёл ты».

Парень улыбнулся: «Но эта игра была действительно хороша».

Цзо Куан пробормотал: «Я просто не ожидал, что Чэнь Цзиншэнь отдаст пас. Если бы я знал, я бы точно остановил его и не дал Юй Фаню так выпендриться».

Честно говоря, сам Юй Фань тоже не ожидал этого.

Но в тот момент, когда Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него, он каким-то образом всё понял.

Юй Фань сжал пальцы и невольно посмотрел в сторону.

Чэнь Цзиншэнь спокойно сидел на своём месте. С кончика его носа капал пот, а волосы на лбу спутались. На его школьной форме было несколько пятен, что по видимому немного его напрягало.

Но сейчас он уже дышал ровно, а выражение лица было спокойным, что выделяло его среди задыхающихся и уставших вокруг людей.

Изначально Юй Фань не хотел, чтобы Чэнь Цзиншэнь шёл за ними.

Но Ван Луань сказал, что такая долгая игра в баскетбол, вероятно, была намного интенсивнее, чем те 3000 метров, которые пробежали ранее, поэтому он боялся, что Чэнь Цзиншэнь упадёт в обморок, пока будет идти.

Юй Фань всё понял и после этого перестал его прогонять.

Ван Луань выпустила клуб дыма: «О, интересно, а сестра Цзин сняла матч на видео? Я спрошу её позже».

Цзо Куан: «Не думай об этом. Даже если и снимала, то, вероятно, только двух человек».

Ван Луань: «…»

Он действительно почувствовал, что в этих словах есть смысл.

«Сюэба», — начал Ван Луань: «Сколько лет ты играешь в баскетбол?»

Чэнь Цзиншэнь ответил: «Я давно не играл».

«И несмотря на это ты всё так же хорошо играешь? Ты очень точно забивал трёхочковые!»

«Просто повезло».

После того, как Цзо Куан закончил курить сигарету, он всё ещё чувствовал себя немного неудовлетворённым.

Поэтому он достал ещё одну: «Юй Фань, ты уверен, что не будешь?»

Юй Фань, играя одной рукой в своём лежащем на столе телефоне, покачал головой, не поднимая глаз.

Затем Цзо Куан посмотрел на другого человека.

Движимый неведомой мыслью, он протянул пачку сигарет одному из парней.

«Отличник, хочешь попробовать?»

Чэнь Цзиншэнь поднял глаза и взглянул на него, но ничего не сказал.

Цзо Куан мягко улыбнулся ему: «Ты, как и я, сможешь делать это, когда захочешь. Например, для того, чтобы расслабиться или снять стресс от учёбы…»

Бам!

Кто-то внезапно пнул ножку стула Цзо Куана и его тут же сдвинуло назад.

Он удивленно оглянулся и встретился с холодным взглядом Юй Фаня.

«Эй, Цзо Куан, на этот раз ты зашел слишком далеко», — Ван Луань тоже нахмурился: «Ты хочешь втянуть кого-то в то, что сам не можешь бросить, хотя очень хочешь?»

Цзо Куан: «Я просто пытался быть вежливым... Поскольку все курят, я беспокоился, что отличник подумает, что мы его обделяем».

«Если у тебя так много сигарет, то засунь их себе в ноздри и выкури сам».

Юй Фань встал и легонько пнул стул Чэнь Цзиншэня: «Пошли».

***

Первое, что сделал Ван Луань, вернувшись в класс — спросил Чжань Сыньцзин, снимала ли она их.

Чжань Сыньцзин действительно сняла их, оправдав его ожидания.

«А как же я? Где я? Почему всё видео состоит только из Сюэбы и Юй Фаня?!» — Ван Луань ворчал: «У нас же такие крепкие взаимоотношения, так почему, чёрт возьми, ты даже не сфотографировала мою тень?»

«Бред», — Чжань Сыньцзин указала на угол экрана: «Посмотри вниз. Разве это не носок твоего ботинка?!»

«…»

Эти двое оживлённо спорили, сидя прямо впереди них.

После игры в баскетбол Юй Фань перестал чувствовать сонливость.

Он откинулся на спинку стула, опустил голову и продолжил свою карьеру пожирателя змей.

На начальном этапе игра в змейку была относительно простой, поэтому он играл рассеянно, вращая другой рукой пачку сигарет. Коробка несколько раз крутилась, издавая характерные звуки.

«Юй Фань», — тихо позвал его Чэнь Цзиншэнь, положив одну руку на стол, а другой держа в пальцах ручку.

Юй Фань ничего не ответил, но его действия в игре немного замедлились.

Спустя пару секунд, когда рядом с ним не раздалось ни звука, Юй Фань нахмурился: «Говори».

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд на предмет в своей руке: «Я просто послушался тебя и не взял сигарету».

Юй Фань: «?»

Я говорил не с тобой, но ты всё равно слушал?

«И если честно, тебе тоже следует послушаться меня и бросить курить…»

Юй Фань стиснул зубы: «Заткнись…»

Тук, тук, тук.

В окно рядом с ними сильно постучали.

Юй Фань тут же сунул телефон под бедро, и ловко пошевелив пальцами другой руки, вложил портсигар в ладонь, прежде чем поднять голову.

Ху Пан сказал агрессивным тоном в окно: «Открой окно!»

Позади него стояли Цзо Куан и его компания. Судя по их раздражённым взглядам, можно было предположить, что их только что поймали.

Юй Фань открыл окно: «Что случилось?»

«А ты как думаешь?» — Ху Пан указал за спину: «Ребята, это вы только что курили в лабораторном корпусе?»

Юй Фань: «Я не курил».

«Опять врёшь, да?» — Ху Пан достал телефон: «Один ученик прислал мне анонимный отчёт. Смотри, это не ты?»

Услышав слово «отчёт», выражение лица Юй Фаня похолодело. Он поднял взгляд, чтобы прочитать сообщение.

[Неизвестный номер: Директор Ху, Я хотел бы сообщить о Юй Фане, Ван Луане, Цзо Куане... и многих других учениках, которые курят в классе лабораторного здания.]

[Неизвестный номер: Юй Фань часто курит в школе, что влияет на его одноклассников. Его ящик в столе завален пачками сигарет. Надеюсь, директор узнав об этом, накажет его.]

[Неизвестный номер]: [Фото]

На фотографии был только один человек.

Половина тела Юй Фаня была видна через щель задней двери класса. Он лениво сидел, подперев рукой подбородок, окруженный дымом.

Фотография была немного размытой, потому что снимок был сделан с довольно большого расстояния. Юй Фань взглянул на неё и спросил: «Ну, где сигарета?»

Ху Пан: «Посмотри на дым…»

«Директор, я же уже сказал, что это я курил. Остальные не курили», — заговорил Цзо Куан, стоявший позади.

«Ты думаешь, я в это поверю?» — Ху Пан потёр переносицу и указал на полку под столом: «Или вытаскивай всё из ящика, или добровольно отдай сигареты».

Юй Фань раздражённо цокнул языком и принялся рыться в ящике.

Поскольку изначально там уже было довольно пусто, вытащить почти всё не составило никакого труда.

Но когда Юй Фань уже собирался достать последний учебник, его пальцы коснулись самого глубоко спрятанного предмета в ящике. Он застыл на месте, но вскоре молча задвинул его ещё глубже.

«Твои учебники даже новее, чем те, что в библиотеке…» — Ху Пан взглянул на его парту: «Где твоя ручка?»

Юй Фань: «У меня её нет».

«…»

Сердце Ху Пана сжалось ещё сильнее. Он опустил голову и посмотрел в ящик стола: «Почему в нём ещё что-то осталось? Доставай».

«Это не сигареты».

«Если это не они, тогда тебе тем более нечего бояться», — настаивал Ху Пан. — «Вытаскивай».

Юй Фань остался неподвижен.

«Ты хочешь, чтобы я сам всё вытащил?» — Ху Пан уже приготовился сделать это.

Чёрт возьми.

Юй Фань глубоко вздохнул. С угрюмым лицом он достал те сокровенные книги и бросил их на стол.

Громкий хлопок напугал Ху Пана.

«Ты ещё и характер мне показываешь? Как ты смеешь бросать вещи перед директором…»

Его слова резко оборвались, когда он увидел названия книг.

Остальные тоже не могли не посмотреть…

“Глупая птица летит первой 2017”.

“Обязательные вопросы по математике в средней школе”.

“Словарь английского языка, материал которого могут запомнить ученики начальной школы”.

Ху Пан: «?»

Остальные: «..?»

Он уже пожалел об этом.

Почувствовав мёртвую тишину вокруг себя, уши Юй Фаня запылали от смущения. Он подумал про себя, что другая сторона могла бы просто наказать его и уйти.

«Кхм», — Ху Пан несколько раз кашлянул от шока: «Очень… очень хорошо».

Он сказал: «Свои карманы тоже выверни, и что у тебя там в руке?»

Юй Фань: «…»

Вот и зачем ему нужно было до этого играть с пачкой сигарет?

В момент, когда он размышлял о том, куда бы положить эту штуку, кто-то вдруг легонько коснулся тыльной стороны его ладони.

Прежде чем Юй Фань успел среагировать, рука, которая протянулась к нему, уже коснулась его, и тёплые кончики пальцев мягко скользнули по его ладони, забрав пачку сигарет.

Юй Фань: «…»

Глава 25 - Почему ты такой неряшливый?

Их пальцы на мгновение соприкоснулись, а затем разъединились.

Чэнь Цзиншэнь тихонько положил портсигар в свой карман, взял ручку и продолжил писать на бумаге.

Его поведение было естественным, и, кроме Юй Фаня, никто вокруг этого не заметил.

«Поторопись, не трать время зря», — увидев, что тот снова замер, Ху Пан нахмурился, подгоняя его.

Юй Фань опомнился.

Он согнул пальцы и с серьёзным выражением лица вывернул карманы, а затем раскрыл ладони.

Ху Пан был удовлетворён. Он неохотно кивнул и посмотрел на Ван Луаня: «А ты что?»

Ван Луань тут же выпрямился и солгал, не моргнув и глазом: «Директор, я уже давно бросил курить, теперь даже забыл, как это делается! А те клубы белого дыма на фото — это всё Цзо Куан, и они вообще не имеют ко мне и Юй Фаню никакого отношения! Мы только что сидели там, и потому пропахли насквозь! Он просто ужасен!»

Ху Пан: «…»

Цзо Куан: «…»

Ван Луань отказывался признавать это, а Ху Пан не мог наказывать учащихся без доказательств, поэтому просто сдался.

После нескольких предупреждений он повёл учеников 8-го класса в свой кабинет.

Прежде чем уйти, Цзо Куан показал Ван Луаню средний палец, воспользовавшись тем, что Ху Пан отвернулся.

Хоть мы и договаривались по очереди брать вину на себя, если нас поймают курящими, но не слишком ли далеко ты, чёрт возьми, заходишь?

Ван Луань в ответ послал ему воздушный поцелуй.

Чжань Сыньцзин вздохнула: «Ван Луань, почему ты не моргаешь, когда лжешь? И ты скинул всю вину на него, ты вообще мужчина?»

«Извини, но я парень. И, кстати, это было оговорено с Цзо Куаном заранее, так что тебе не понять».

Закончив болтать, Ван Луань перевёл взгляд на стол Юй Фаня.

У него было мрачное выражение лица, и он уже собирался уничтожить улики, как Ван Луань опередил его и первым взял в руки одну из книг.

«Чёрт возьми, Юй Фань, ты не честен!», — сказал Ван Луань: «Ты что, реально тайно учился?»

Юй Фань: «Я только учусь всякой ерунде».

«Тогда откуда они?»

«Нашёл, когда ночевал в интернет-кафе», — бесстрастно ответил Юй Фань. — «Забери себе».

Он взял их, принёс в школу и положил в ящик? В такое даже собака не поверит.

Но Ван Луань, увидев выражение его лица, решил заткнуться и вернул пособие.

Он мог понять своего брата. Школьному хулигану действительно было очень неловко признавать, что он тайно учится.

Юй Фань грубо сунул эти вещи обратно в ящик вместе с учебниками, которые он достал.

«Эй, чёрт возьми», — Ван Луань посмотрел на уходящих людей и не мог не выругаться: «Какой идиот донёс на нас?»

Только тогда Юй Фань вспомнил, что его сигареты всё ещё были у Чэнь Цзиншэня.

У двери раздался голос Гао Ши: «Сюэба! Учитель математики попросил тебя зайти в кабинет!»

Ван Луань заразен. После спортивных соревнований другие ученики тоже начали называть так Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань угрюмо повернулся, собираясь забрать обратно портсигар, но его сосед по парте уже отодвинул стул, встал и вышел через заднюю дверь.

Юй Фань: «…»

Чжань Сыньцзин сказала: «Должно быть, это сделали из-за запаха вашего табака, вырвавшегося наружу и помешавшего другим».

«Так он мог подойти и поговорить с нами, что за из него хороший человек, если он жалуется за спиной!» — Ван Луань немного задумался: «Кроме того, когда мы курили, мы всегда по очереди стояли настороже. Тогда рядом с классом не было ни души, кому мы могли помешать... Ты видел это фото? Оно же было сделано, когда была твоя очередь стоять на страже, да?»

«Да».

Юй Фань сунул руки под стол, слегка приподнял телефон и не слушал, о чём они говорили.

Он снова нажал на “Змейку”, и за те несколько секунд входа в игру раскрыл левую руку и посмотрел на неё.

Юй Фань ничего не почувствовал, когда порезался в прошлый раз, но от прикосновений Чэнь Цзиншэня его рука всё ещё чувствовалась немного онемевшей.

У этого парня шипы на пальцах?

Чэнь Цзиншэнь не знал, зачем его вызвали на этот раз, поэтому вернулся, когда прозвенел звонок.

Как только он сел, его дважды ткнули локтем.

Юй Фань: «Мои вещи».

Чэнь Цзиншэнь сунул руку в карман, достал пачку сигарет и протянул ему.

Юй Фань поднял портсигар и посмотрел на свои пальцы. Не говоря уже о шипах, даже ногти у него чистые и аккуратные.

После школы в кафе молочного чая было много парней.

Выражение лица Цзо Куана было мрачным. Он яростно смотрел на каждого проходящего одноклассника, пытаясь определить, кто из них доносчик.

«Чёрт возьми, дайте мне поймать того, кто был этим информатором, и я буду бить его, пока он не признается в том, что сделал».

«Всё не так уж и плохо», — после целого дня мучений с рабочей тетрадью Ван Луань немного успокоился: «Тебя всё равно не наказали сурово, просто сказали написать самокритику».

«Ты думаешь, меня это волнует? Я ненавижу людей, которые любят жаловаться!» — закончив ругаться, Цзо Куан полез в карман.

«Ты ещё смеешь здесь курить?» — поняв смысл его действий, Ван Луань спросил: «Ты не боишься, что тебя снова сфотографируют и отправят Толстому тигру?»

«Тогда вперёд, они могут сделать столько фотографий, сколько захотят. Кроме того, они записали все наши имена в этом сообщении, но почему сфотографировали только Юй Фаня? Разве я не достоин?»

«…»

Цзо Куан немного покопался, но ничего не нашёл, а затем вспомнил, что Ху Пан забрал все его сигареты.

«Юй Фань, у тебя ещё остались?» — Цзо Куан дотронулся до человека, стоявшего рядом с ним: «Дай мне одну».

Юй Фань достал их и бросил, не поднимая глаз.

Цзо Куан взял пачку и пробормотал: «Почему она такая тяжёлая? Ты что, только что её купил?.. Ебать?!»

Ван Луань: «Что ты делаешь? Ты напугал меня… Ебать!!»

Они вдвоём были такими шумными, что не только люди в магазине, но даже девушки, проходившие снаружи, в замешательстве заглядывали внутрь.

Юй Фань был недалеко от них и почти оглох от этих криков.

Он нахмурился и недовольно повернул голову: «Вы двое ищете...»

Перед глазами замелькало что-то красочное. Слова Юй Фаня оборвались. Он опустил голову и взглянул на руку Цзо Куана.

Сине-фиолетовая пачка сигарет была наполнена разноцветными конфетами. Были как индивидуально упакованные, так и на палочке. Коробка была набита так, что почти раздувалась.

Две единственные оставшиеся сигареты были зажаты в углу, дрожа от страха.

Юй Фань: «…»

Все остальные были ошеломлены.

Владелец этих сигарет тоже.

«Что это?» — Цзо Куан первым пришёл в себя. Он был тронут: «Брат, должен признать, мне действительно было обидно, когда на меня скинули всю вину, но тебе действительно не нужно было этого делать... В конце концов, что бы ты ни сделал для меня сейчас, в следующий раз, когда нас поймают, будет твоя очередь взять вину...»

Юй Фань ничего не ответил.

Неудивительно, что его карманы были такими тяжелыми...

Он вспомнил. Когда Чэнь Цзиншэнь вернулся из кабинета учителя, ему показалось, что портсигар уже был такого веса, потому что в тот момент он смотрел только на руку Чэнь Цзиншэня и, так как не помнил, сколько уже выкурил, просто не принял это во внимание.

Откуда Чэнь Цзиншэнь взял столько конфет?

Цзо Куан протянул руку: «Но раз уж ты так старался, позволь мне попробовать клубничный вкус...»

Шуршание.

Коробку, которую он держал в руках, безжалостно выхватили.

Юй Фань порылся в пачке, достал две оставшиеся сигареты, лежавшие в углу, и бросил их ему.

Затем он сунул всё остальное в карман.

Завтра он планировал, придя в школу, швырнуть конфеты одну за другой в лоб Чэнь Цзиншэню.

***

Так он думал, но даже в пятницу ни одна из них не дошла до Чэнь Цзиншэня.

Они оба молчаливо согласились не упоминать об этом.

Ван Луань был непробиваем. Он мог задавать по семь вопросов каждый день, и только в пятницу Юй Фань наконец-то смог хорошо выспаться в классе.

Сегодня день рождения рождения Ван Луаня, поэтому он забронировал комнату в караоке-баре, чтобы отпраздновать его и был занят тем, что бегал весь день, приглашая друзей из разных классов второго года старшей школы.

Ван Луань довольно общительный. Он водился и с теми, кто курил и дрался, и с теми, кто хорошо себя вёл и любил учиться. Независимо от пола, он хорошо проводил с ними время.

Поэтому вечером, когда Юй Фань приехал, в комнате KTV* уже было полно людей.

(п.р: KTV то же самое что караоке-бар)

Плач призраков и волчий вой, доносившиеся из динамиков, едва не заставили Юй Фаня уйти, но когда он оглянулся, то увидел, что это был Цзо Куан.

Увидев его, Ван Луань, сидевший в центре, быстро освободил место: «Юй Фань, почему ты так опоздал? Иди и садись здесь».

Половина людей в комнате не могла не посмотреть на Юй Фаня.

Они все хорошо ладили с Ван Луанем, но мало кто общался с Юй Фанем. Кто-то не решался, а другие, кто-то заговаривал, но Юй Фань их игнорировал.

Юй Фань молча подошел и сел рядом. Ван Луань, заметив, что выражение его лица не очень хорошее, спросил, протягивая ему бокал вина: «Ты застрял в пробке?»

Юй Фань: «Нет».

По пути он столкнулся с Юй Каймином, и они немного поспорили. Если бы ему не нужно было ехать сюда, чтобы отпраздновать день рождения Ван Луаня, они, вероятно, уже бы начали драться.

Юй Фань протянул ему пакет: «С днём рождения».

Ван Луань подхватил разговор: «Разве я не говорил тебе не покупать подарок? Ебать...»

Ван Луань был ошеломлён, увидев шляпу в пакете.

Некоторое время назад, общаясь с Цзо Куаном, он как бы невзначай сказал, что ему понравилась эта рыбацкая шляпа, которая стоит почти 600, но у него осталось мало денег, потому что он недавно купил пару обуви и планирует купить её позже, когда накопит денег.

В это время Юй Фань был занят едой. Он не ожидал, что тот действительно слушает.

Что ещё важнее, он немного знал о семейном положении Юй Фаня, и эта шляпа была на самом деле довольно дорогой.

Ван Луань немного колебался, держа пакет.

«Возьми. Не скромничай», — сказал Юй Фань.

«… Хорошо, тогда я возьму это», — Ван Луань поднял свой бокал: «Хороший брат, без лишних слов, именинник произнесёт тост за тебя лично».

Юй Фань просто осушил бокал вина.

«Ван Луань, ты играешь или нет?» — крикнул ему Цзо Куан, который не мог больше ждать.

«Конечно, продолжим», — Ван Луань обернулся и спросил: «Юй Фань, будешь играть в кости?»

«Нет».

«Тогда сиди и смотри, как я в одиночку убью этих идиотов из 8-го класса».

«Чёрт возьми», — выругался Цзо Куан. — «Не думай, что я не буду ругаться на тебя только потому, что сегодня твой день рождения...»

Юй Фань сидел на диване и наблюдал за тем, как они играют в кости.

Неизвестно, какой из девушек достался микрофон, но её голос был очень приятным. Это спасло его уши, которые только что повредил Цзо Куан.

Было бы лучше, если бы она не пела «Отец».

Услышав несколько строк песни, Юй Фань с раздражением подсознательно полез в карман за сигаретами, но как только его рука коснулась коробки, он почувствовал, что что-то не так.

Он недоверчиво открыл крышку, а затем посмотрел на улыбающуюся маленькую девочку, изображённую на обёртке конфеты.

Чёрт. Он взял не тот портсигар.

Юй Фань повернул голову и хотел найти Ван Луаня, чтобы взять у него сигарету.

Ван Луань внезапно встал: «Когда Чжань Сыньцзин сказала 9:6, ты не открыл кости, но стоило ей назвать 4:3, и ты открыл мои? Цзо Куан, ты чертовски влюблён в Чжань Сыньцзин, ты должен признаться ей сейчас. Не будь таким отвратительным здесь, передо мной!»

Цзо Куан: «Не неси чушь! Как я мог влюбиться в неё?! Такие девушки, как она, вообще не в моём вкусе!»

Чжань Сыньцзин: «Хватит ссориться, вы двое…»

Юй Фань: «…»

Он повернул голову обратно.

Он выбрал леденец, снял обёртку и бесстрастно засунул его в рот.

Молочный вкус. Нормальный, не противный.

В комнату вошли два официанта, держа в руках два цилиндрических предмета. Поскольку в комнате было слишком темно, Юй Фань не мог разглядеть, что это было.

И только когда они остановились по обе стороны комнаты, он понял, что это, но было уже поздно реагировать...

«Бах-Бах!»

Хлопушки взорвались, и звук был даже громче, чем со стереосистем. Цветные конфетти, вырвавшись наружу, рассыпались по всей комнате.

Двое официантов хором произнесли: «С днём рождения, господин Ван Луань! Желаем вам мира! Душевного покоя! Долголетия длиною в десять тысяч лет!»

Юй Фань с треском разжевал конфету во рту на кусочки.

Девушка, сидевшая рядом с ним, вздрогнула от этого и закрыла уши, случайно задев его плечом.

Она быстро пришла в себя и посмотрела на него, покраснев: «Извини...»

Юй Фань без всякого выражения немного отодвинулся: «Всё в порядке».

Сам именинник тоже был поражён: «Ебать!»

Цзо Куан: «Ну как? Я специально попросил их, чтобы они это организовали».

Ван Луань: «Ты идиот!»

Юй Фань тоже так думает.

Он встал с конфетой во рту, но когда собирался уходить, его кто-то остановил.

Ван Луань поднял голову и спросил: «Ты куда?»

«В туалет».

«О, как раз вовремя. Иди и забери Сюэбу по дороге», — Ван Луань помахал телефоном: «Он сказал, что он у двери KTV».

«…»

Юй Фань выглядел немного ошеломлённым: «Почему он пришёл?»

«А? Я пригласил его», — сказал Ван Луань: «Я волновался, так как думал, что он не придёт».

«…»

Юй Фань сказал себе, что ему не стоит ругать именинника: «Разве он не может зайти сам?»

«Я просто боюсь, что он потеряется. Может, он впервые пришёл в караоке-бар, поэтому лучше пойти и забрать его».

«Не пойду. Мне лень его ждать».

Ван Луань издал звук “ох” и продолжил: «Тогда я скажу ему найти официанта, который покажет ему дорогу. Просто в это время здесь много народу, и, вероятно, ему придётся долго ждать…»

Через две минуты Юй Фань появился у входа в караоке-бар с мрачным выражением лица.

Этот KTV выполнен в нарочито дворцовом стиле. У входа даже стоит ряд мужчин в костюмах и чёрных очках. Они неподвижны и выглядят очень круто.

Но девушки в холле смотрели на человека за дверью, а затем улыбались и перешёптывались.

Юй Фань почти сразу увидел Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь был одет в простой чёрный свитер и такие же чёрные спортивные штаны. Вся его фигура растворялась в тёмной ночи. В данный момент он смотрел в свой телефон, опустив голову.

Юй Фань выбросил палочку от леденца, прежде чем подойти.

«Что, ждёшь, пока тебя повезут на паланкине?»

Услышав это, Чэнь Цзиншэнь оглянулся.

Его тёмные глаза сияли в полумраке, напоминая спокойное озеро ночью. Поэтому людям было легко в них “утонуть”

Юй Фань смотрел ему в глаза в течение двух секунд, а затем отвел взгляд и с раздражением сказал: «Пойдём, заходи».

Как только он повернулся, его внезапно схватили за руку и вернули в исходное положение.

«Что ты делаешь?..»

Чэнь Цзиншэнь поднял руку и запустил пальцы в его волосы, отчего Юй Фань лишился дара речи.

Он слегка приподнял голову, так что Юй Фань мог видеть часть его шеи и выступающий кадык.

Пальцы Чэнь Цзиншэня медленно перебирали волосы Юй Фаня. Каждый раз, когда кончики пальцев Чэнь Цзиншэня касались его, вся кожа головы Юй Фаня немела.

По какой-то причине он вдруг вспомнил руку Чэнь Цзиншэня, когда тот гладил собаку.

После нескольких долгих секунд Чэнь Цзиншэнь наконец убрал руку и раскрыл её перед собой. В его тонких пальцах было несколько разноцветных полосок и блёсток.

«Почему ты такой неряшливый?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Глава 26 - Поцелуй человека рядом с собой

В караоке-зале.

Сидя на диване с холодным выражением лица и смотря на Джея Чоу на экране, Юй Фань прокручивал в голове сцену, произошедшую ранее.

Должно быть, из-за того, что он выпил, его реакция стала медленнее обычного, и поэтому он не успел оттолкнуть руку Чэнь Цзиншэня, прежде чем тот убрал её.

Ван Луань забронировал зал поздно, поэтому ему удалось получить только комнату среднего размера. На диване все сидели рядом друг с другом, а пять или шесть парней стояли, оживляя атмосферу вокруг.

Девушка, сидевшая слева от Юй Фаня, была одета в короткую юбку, и чтобы случайно не коснуться её, он мог только немного наклониться в другую сторону.

После того, как Юй Фань несколько раз коснулся предмета позади себя, он, наконец, не выдержал и ткнул локтем человека рядом с собой: «Зачем ты принёс сюда свой рюкзак?»

«Я только что был в библиотеке», — Чэнь Цзиншэнь взял свою школьную сумку и положил её на колени, придерживая одной рукой: «Так лучше?»

«…»

Юй Фань бесстрастно взял рюкзак одной рукой и положил его на стол позади себя.

Затем он продолжил пристально смотреть на Джея Чоу.

Проиграв ещё один раунд игры в кости, Ван Луань выругался и залпом осушил свой стакан. Поставив его на стол, он обернулся: «Сюэба, добро пожаловать! Какую песню ты хочешь спеть? Я могу включить её».

«Нет необходимости», — Чэнь Цзиншэнь достал что-то из сумки и протянул ему: «С днём рождения».

«Чёрт возьми, ты приготовил подарок? Спасибо, Сюэ… Что это?» — Ван Луань, который посмотрел на содержимое внутри пакета был ошеломлён.

«Сборники вопросов», — Чэнь Цзиншэнь откинулся на спинку дивана: «После того, как закончишь те, что у тебя есть, можешь заняться этими».

Юй Фань: «…»

Ван Луань: «… Спасибо тебе. Мне нравится».

Дверь в комнату распахнулась, и вошла ещё одна девушка.

Увидев переполненный диван, она остановилась у двери, немного растерявшись.

Ван Луань тут же встал и скомандовал: «Братья, перейдите на караоке-сцену и освободите место для моей хорошей сестры».

Цзо Куан держал бокал вина, и ему было так тесно, что он вышел из себя: «Сколько человек ты пригласил?»

Ван Луань усмехнулся: «Я просто думал, что смогу взять большую комнату».

Другая девушка, сидевшая на диване, невольно взглянула на человека рядом с собой. Юй Фань сидел, опустив голову, и играл в телефоне. Между ними всё ещё оставалось небольшое расстояние.

Время от времени огни скользили по равнодушному выражению лица парня, заставляя её сердце биться сильнее, а лицо краснеть.

Через некоторое время она не удержалась и сказала тихим голосом: «Ты можешь сесть поближе, тут ещё есть немного места».

Юй Фань покачал головой: «Нет, нет…»

«Сюэба, не мог бы ты сесть поближе к Юй Фаню?» — спросил Ван Луань.

«Мгм».

После этого тихого ответа Юй Фань почувствовал, как Чэнь Цзиншэнь придвинулся к нему чуть ближе.

Увидев, что он внезапно замолчал, девушка растерялась: «А?»

Юй Фань сильнее сжал телефон и сухо закончил: «Всё в порядке».

Юй Фань хотел подвинуть ноги, но места для этого не было, поэтому он мог только напряжённо сидеть рядом с Чэнь Цзиншэнем.

«Сюэба, я хочу поднять за тебя тост. Спасибо за то, что наставлял и не отказывал мне в помощи все эти дни», Ван Луань на мгновение замолчал: «Кстати, Сюэба, ты умеешь пить? Может, я лучше налью тебе стакан арбузного сока?»

«Я умею».

Не желая разочаровывать именинника, Чэнь Цзиншэнь небрежно взял со стола нетронутый бокал. Сначала пригубил, а после, осушил его содержимое, даже не поднимая головы.

«Тск, тск, тск», — Чжань Сыньцзин смотрела на происходящее издалека, подперев подбородок, и не сдержавшись прошептала: «Как Чэнь Цзиншэнь может быть таким красивым, даже когда пьёт?»

Цзо Куан, услышавший её слова: «В каком месте он красивый?»

«Его шея и кадык. Ты не поймёшь, даже если я объясню, так что лучше не спрашивай».

«…»

Чёрт возьми.

Ван Луань не ожидал, что тот выпьет всё залпом. Он не мог не обнять его за плечи: «Да, Сюэба, после того, как ты выпил этот бокал вина, мы действительно стали настоящими братьями. С этого момента я буду защищать тебя в школе. Если что-нибудь случится, просто приходи ко мне и Юй Фаню…»

«Не впутывай меня в это», — холодно произнёс другой человек.

«Ты тоже слушаешь? Я думал, ты сосредоточен на своём телефоне».

Не подняв головы, Юй Фань ответил: «Твой голос можно услышать даже в соседней комнате KTV».

«Ван Луань, ты играешь или нет?» — нахмурившись окликнул Цзо Куан, ждавший его всё это время.

Парни, с которыми они играли ранее, уже сдались, а Чжань Сыньцзин держала микрофон, ожидая, когда начнётся её песня. Прямо сейчас они вдвоём были единственными, кто «сражался».

Ван Луань: «Я иду! Сегодня я заставлю тебя пить до самого дна! Давай!»

«Подожди секунду», — Цзо Куан на мгновение замолчал. «Скучно играть только вдвоём, так что позови ещё кого-нибудь».

«Никого не осталось».

«Разве там нет ещё несколько парней? Просто бери любого из них», — Цзо Куан указал подбородком в сторону караоке сцены.

«Забудь. Здесь всё равно нет места».

«Можно просто поменяться местами с теми, кто не играет».

После того, как Цзо Куан сказал это, его взгляд остановился на Чэнь Цзиншэне.

«Отличник», — он улыбнулся: «Хочешь поиграть? Если нет, то можешь поменяться местами с моим другом? Так нам будет удобнее».

Ван Луань подумал, что это не такая уж и плохая идея. Потому что некоторые из присутствующих часто создавали проблемы в школе, и Чэнь Цзиншэнь мог чувствовать себя не очень комфортно, сидя рядом.

«Тогда, Сюэба…» — обернувшись, Ван Луань потерял дар речи.

Он увидел, как Чэнь Цзиншэнь протянул руку и поднял кость со стола. Сжав и, по-видимому, взвесив её рукой, тот поднял взгляд и легко сказал: «Я буду играть. Как играть?»

«Отличник, не играй с ними. Они ветераны в этом деле, с ними не стоит связываться», — убедительно сказала Чжань Сыньцзин.

«Эй, не гаси энтузиазм Отличника», — Цзо Куан закатил глаза, о чём то подумал, и добавил: «Почему бы ему не попробовать? В любом случае у меня есть колода карточек с заданиями. Если проиграешь, можешь либо выпить, либо вытянуть карточку с заданиями. Как тебе такое?»

На стол бросили колоду карт.

Даже не взглянув на неё, Чэнь Цзиншэнь кивнул: «Хорошо».

Юй Фань яростно сражался с другой змеей в игре, когда внезапно услышал рядом с собой хлопок. Это заставило его руку дрогнуть, позволив противнику съесть его змею.

Он с раздражением поднял взгляд и увидел, как Цзо Куан бросает кости на стол, высокомерно ухмыляется и смотрит на него: «Ха-ха-ха! Леопард¹! Пей!!»

[1] — 豹子 (леопард) в данном случае означает "три одинаковых числа" в игре с костями.

Юй Фань нахмурился и только хотел спросить, с кем он, блять, связался, как увидел, что человек рядом с ним взял со стола полный бокал вина.

Ван Луань не мог больше на это смотреть: «Сюэба, ты всё ещё можешь пить? Почему бы тебе вместо этого не выбрать задание? Я уже играл с этими картами, и они не так уж плохи, правда. В худшем случае тебе нужно будет пойти в соседнюю комнату и спеть “Плато Цинхай-Тибет”, но всё равно это не так уж и страшно».

Чжань Сыньцзин: «…»

«Всё в порядке», — при тусклом освещении лицо Чэнь Цзиншэня ничего не выражало, и он выглядел совершенно нормально.

Если бы Чэнь Цзиншэнь трижды не толкнул Юй Фаня в плечо, пока пил, Юй Фань не смог бы понять, что с этим человеком что-то не так.

«Да, это достаточно просто», — сказал Цзо Куан: «Ну так что, продолжим?»

Ван Луань тут же сказал: «Я больше не играю».

Чэнь Цзиншэнь: «Продолжаем».

Ван Луань: «…»

Каким-то образом ситуация превратилась в игру между двумя людьми — Чэнь Цзиншэнем и Цзо Куанем.

Юй Фань отложил телефон и стал наблюдать, как Чэнь Цзиншэнь трясёт чашку для игральных костей.

Чэнь Цзиншэнь слегка встряхнул стаканчик несколько раз, прежде чем осторожно его поднял.

Все пять кубиков были разными. Ни на одном не было одинакового числа.

Юй Фань сразу понял, что, учитывая удачу Чэнь Цзиншэня, неудивительно, если он будет проигрывать всю ночь напролёт.

Чэнь Цзиншэнь открыл рот и крикнул: «Пять четвёрок».

Юй Фань: «?»

У тебя, блять, вообще четвёрка есть?

Прежде чем Юй Фань пришёл в себя, Чэнь Цзиншэнь уже взял бокал и осушил его.

В следующем раунде Чэнь Цзиншэню выпала шестёрка с леопардом.

Цзо Куан: «Шесть шестёрок».

Юй Фань подумал про себя, что тот может ещё продолжать и просто поставить более высокую ставку…

Чэнь Цзиншэнь: «Открой».

Юй Фань: «???»

Посмотрев ещё несколько раундов, Юй Фань понял.

Дело было не в том, что Чэнь Цзиншэню не везло, а в том, что он просто глуп и не умеет играть.

Но… раньше они тоже встречали тех, кто не умел играть. Обычно они либо отказывались продолжать игру, либо заменяли алкоголь водой.

Но в отличие от них, Чэнь Цзиншэнь продолжал пить стакан за стаканом, не останавливаясь.

Почувствовав пристальный взгляд человека рядом с собой, Чэнь Цзиншэнь посмотрел на игральные кости и небрежно сказал: «Четыре единицы».

«Открой!» — взволнованно воскликнул Цзо Куан. — «У меня нет ни одной единицы! Пей!»

Чэнь Цзиншэнь взял ещё один бокал и, выпив всё, опустил голову несколько раз кашлянув.

Цзо Куан: «Продолжаем?»

«Мгм».

Как только Чэнь Цзиншэнь несколько раз встряхнул свой стаканчик для игральных костей, кто-то его выхватил.

Вскоре после этого он почувствовал, как человек рядом с ним пошевелился и наклонился в его сторону.

Хлопок.

Наклонившись, Юй Фань с грохотом ударил стаканчиком по столу.

Он бесстрастно посмотрел на Цзо Куана: «Тебе нравится играть, не так ли? Я поиграю с тобой».

Цзо Куан: «Нет, я хочу поиграть с Отличником».

«Просто признай, что ты боишься», — сказала Чжань Сыньцзин, скрестив ноги: «Я думаю, ты не осмелишься пойти против Юй Фаня».

«Чушь!» — Цзо Куан нахмурился: «Я собирался заставить Отличника пить до потери сознания, зачем так резко менять игроков?»

Юй Фань кивнул: «Тогда просто не играй...»

«Я выпью», — внезапно сказал Чэнь Цзиншэнь.

Все повернулись и посмотрели на него.

«Я выпью, если он проиграет», — Чэнь Цзиншэнь спокойно повторил: «Так сойдёт?»

«Ладно!» — Цзо Куан засучил рукава и встал с дивана: «Сегодня вечером я напою одного из 7-го класса до беспамятства!».

Десять минут спустя.

Цзо Куан держался за живот, чувствуя тошноту.

Юй Фань открыл стаканчик с костями, показав результат броска.

«Класс!», — у Ван Луаня было хорошее настроение, и он быстро наполнил стакан Цзо Куана: «Поздравляю, держи новый стакан!»

За эти десять минут Юй Фань ни разу не проиграл.

На самом деле Цзо Куан не так хорош в этой игре, и все числа, которые ему выпадали, были “написаны” на его лице. Только такой новичок как Чэнь Цзиншэнь, мог проиграть ему.

Пока Цзо Куан пил, Юй Фань не удержался и взглянул на новичка.

Затем он обнаружил, что новичок тоже смотрит на него.

Чэнь Цзиншэнь развалился на диване, и часть его лица была скрыта в полумраке. Его глаза, потемневшие из-за выпитого алкоголя, слегка расфокусировано смотрели в одну точку.

Он просто смотрел, не говоря ни слова. Юй Фань предположил, что тот пьян.

Цзо Куан с грохотом поставил уже пустой бокал обратно на стол и, вытерев рот, сказал: «Давай! Продолжаем!»

Юй Фань пришёл в себя. Повернув голову, он принялся снова трясти стаканчик с костями.

Ван Луань больше не хотел смотреть на эту кровавую борьбу, поэтому вернулся к пению.

Чжань Сыньцзин за это время умудрилась сесть рядом с Чэнь Цзиншэнем.

Пока несколько парней вокруг неё были сосредоточены на игре, она наклонилась к нему поближе и как можно тише сказала: «Отличник, если ты себя плохо чувствуешь, почему бы нам обоим не уйти первыми…»

Но прежде чем она успела договорить, Чэнь Цзиншэнь уже отстранился от неё, ответив быстро и холодно: «Спасибо, но не нужно».

Цзо Куан взглянул на цифры, которые выпали, и начал дико смеяться. Снова накрыв кости, он крикнул: «Шесть единиц!»

Юй Фань посмотрел в стаканчик игральных костей. В этом раунде ему повезло меньше, и его бросок засчитался как ноль.

Но, взглянув на выражение лица Цзо Куана, можно было сказать, что у него выпал леопард с единицами.

Если он откроется, то наверняка проиграет. Если он попросит более высокую ставку, то Цзо Куан, скорее всего, раскроет его блеф, и он тоже проиграет.

Юй Фань рискнул: «Плюс один».

Как и ожидалось, Цзо Куан, даже не подумав, сказал: «Открой!»

Это был всего лишь один проигрыш, так что это не было большой проблемой. Юй Фань взял со стола бокал.

Когда он уже собирался выпить содержимое, кто-то схватил его за запястье.

Чэнь Цзиншэнь сел и прошептал: «Я выпью».

Цзо Куан был ошеломлён проигрышем того, но быстро опомнился: «А, верно, разве мы не договаривались, что Отличник пьёт, если ты проигрываешь? Не отказывайся от своих слов. О, и, Отличник, ты должен выпить два бокала, поскольку он играет вместо тебя. Так что ты всё равно должен будешь выпить».

Чэнь Цзиншэнь: «Хорошо».

Чэнь Цзиншэнь задел Юй Фаня четыре или пять раз, пока брал бокал с вином. В очередной раз, когда он собирался потянуться за ещё одним бокалом, кто-то схватил его за рукав.

«Если ты не можешь пить, то лучше выбери карточку с заданием», — схватив его за рукав, продолжил Юй Фань, — «или ты думаешь, что всё ещё можешь пить в таком состоянии? Возьми и выполни задание».

Чэнь Цзиншэнь: «...»

Цзо Куан: «?»

Цзо Куан: «Разве так можно...»

«Конечно. Мы же договаривались об этом ранее, нет?» — Ван Луань сразу же перестал петь. Он быстро раскрыл колоду карт и разложил её на столе: «Давай, Сюэба. Выбери одну».

Чэнь Цзиншэнь молчал несколько секунд, прежде чем протянуть руку за карточкой.

Он перевернул ближайшую к себе карту. На ней была нарисована маленькая кукла с вытянутыми губами, а внизу строчка, написанная мелким шрифтом:

[Страстно поцелуй человека рядом с собой.]

В комнате мгновенно стало так тихо, как если бы Ху Пан появился там.

Блять!

В следующую секунду почти все присутствующие смотрели на Чэнь Цзиншэня и Чжань Сыньцзин, сидевших рядом.

Лицо Цзо Куана было серым, как смерть, и он не понимал, почему это продолжается так долго.

Чжань Сыньцзин внутренне кричала: «Слава тебе, Господи, что дал мне шанс страстно поцеловать Отличника, теперь у него нет причин не помочь мне сдать экзамены, верно?! И то, что он может влюбиться в меня естественным путём вполне возможно!!!»

У Юй Фаня не было времени на раздумья.

На виду у всех присутствующих Чэнь Цзиншэнь разжал пальцы, позволив карте благополучно упасть на стол.

Затем он откинулся назад, и кадык на его шее слегка перекатился.

Молча повернув голову, он посмотрел на человека рядом с собой.

Юй Фань: «?»

Как ты смеешь смотреть на меня???

Глава 27 - Просто посиди со мной так ещё немного, тогда мне станет легче

Чувствуя на себе пристальные взгляды окружающих Юй Фань отвернулся, пытаясь заставить Чэнь Цзиншэня тоже посмотреть в другую сторону, но в итоге они снова встретились глазами.

Ранее, чтобы сыграть в кости с Цзо Куаном, Юй Фаню пришлось сесть поближе, и из-за того что в комнату зашло ещё пару человек, на диване стало ещё более тесно.

Только позже Юй Фань осознал, что сидел слишком близко к Чэнь Цзиншэню.

Так близко, что он мог чувствовать запах Чэнь Цзиншэня в наполненной дымом комнате. Это был едва уловимый, освежающий и прохладный аромат мяты смешанный с алкоголем.

Дыхание Чэнь Цзиншэня было немного тяжелым, а взгляд казался чуть более затуманенным из-за опьянения.

На мгновение Юй Фань забыл об том, что собирался выругаться.

Некоторые в комнате тайком достали свои телефоны. Никто больше не пел, а люди на другом конце дивана смотрели на них, подняв головы.

Как только Чэнь Цзиншэнь двинулся, их головы повернулись в том же направлении и...

Их встретил убийственный взгляд Юй Фаня.

«?..»

Все мгновенно опомнились.

Верно! В задании не было указано целовать человека определённого пола!

Просто проблема в том, что если сделать это с человеком того же пола, то начнешь отталкивать от себя людей…

Чушь собачья!

Ученики, которые держали телефоны, мигом подняли их выше.

Те, кто были поближе, зашептались: — «Это серьёзно будет страстный поцелуй?»

— «Ну, во всяком случае, так было написано на карточке...»

— «Тогда кого Чэнь Цзиншэнь собирается поцеловать?»

— «Пф, конечно, Юй Фаня. Это будет лучше чем поцеловать девушку, разве нет?»

— «А Юй Фань согласится?»

— «Разве он сам не сказал ему вытянуть карту?»

«…»

В этих словах действительно был смысл.

Ван Луань взглянул на Чжань Сыньцзин, которая украдкой отвернулась, чтобы подкрасить губы, а затем посмотрел на Юй Фаня, который неподвижно сидел с убийственным видом. Он не мог в глубине души не переживать за Чэнь Цзиншэня.

«Бля», — Цзо Куан нахмурился: «Что это за дерьмовая карта? Почему я не видел её раньше?».

«Разве выпадение таких карт — не норма?» — Чжань Сыньцзин убрала помаду: «Раз ты уже вытянул карту, теперь нам остаётся только сделать то, что там написано! И тем более, это всего лишь трёхминутный страстный поцелуй, так что не волнуйся».

Цзо Куан: «...»

Ван Луань изначально хотел схитрить, но Чжань Сыньцзин, по-видимому, твёрдо решив выполнить это задание, уже отвернулась, не дав ему вставить и слова.

Из-за чего единственное, что Ван Луань мог, — это изо всех сил пытаться сгладить ситуацию: «Страстный поцелуй — это уже перебор. Забудьте об этом, простой поцелуй тоже вполне сойдёт. Цзо Куан, есть возражения?»

Это была игра между Сюэбой и Цзо Куаном, поэтому если Цзо Куан соглашался, мнение остальных не имело значения.

«Возражений нет!» — быстро и раздраженно выпалил тот.

Хоть Чэнь Цзиншэнь и смотрел на Юй Фаня, что если на полпути он изменит своё решение и захочет поцеловать Чжань Сыньцзин?

Ладно, теперь всё зависит только от того, что хочет сохранить Сюэба — своё целомудрие или жизнь.

«Ну…» — Ван Луань посмотрел на Чэнь Цзиншэня: «Тогда, Сюэба... с кем ты поцелуешься?»

Этот вопрос привел Юй Фаня в чувства, он скрестил руки на груди и равнодушно отвернулся в другую сторону.

Его выражение лица было холодным и хмурым. Всё его тело так и выражало сопротивление.

По другую сторону, Чжань Сыньцзин уже подправляла помаду в сумку, выпятила свои губы, ткнула Чэнь Цзиншэня в плечо и, притворившись застенчивой, прошептала ему на ухо: «Чэнь Цзиншэнь, могу ли я выполнить это задание с тобой? Если ты позаботишься о моей домашней работе и экзаменах в этом семестре…»

Чэнь Цзиншэнь не собирался “торговаться” с ней.

Он отвел взгляд и глубоко вздохнул. Только он хотел спросить, можно ли решить этот вопрос с помощью четырёх бокалов вина, как вдруг почувствовал порыв ветра, пронёсшегося мимо него…

Чья-то рука грубо протянулась к его лицу.

Белая, немного помятая от долгого сидения свободная толстовка, прекрасно отражала недовольство и неловкость своего владельца.

На мгновение, Чэнь Цзиншэнь даже слегка испугался. Он пару секунд смотрел на ткань одежды, прежде чем поднять взгляд и осмотреться.

Юй Фань смотрел вперёд и его выражение лица стало ещё более мрачным чем до этого. Он холодно произнёс только одно слово: «Целуй».

Люди вокруг тоже на мгновение растерялись.

Цзо Куан первым пришел в себя и тут же возразил: «Целовать руку считается? Ещё и через одежду??»

«Почему нет?», — быстро вступился Ван Луань: «Я же сказал, что хоть какой-нибудь простой поцелуй сойдёт! Разве это не означает, что можно целовать где угодно? Ты сам говорил, что не возражаешь».

Цзо Куан: «Кто же блять знал, что вы, ребята, такие сплоченные?!»

Юй Фань нахмурился. Как раз когда он собирался сказать, что это просто Ван Луань слишком старается, тепло и скованность вокруг запястья заставило его замолчать.

Он неосознанно вздрогнул, но не отдёрнул руку, а просто мгновенно отвел взгляд.

Взяв его за запястье, Чэнь Цзиншэнь слегка усилил хватку и повернул руку того ладонью вверх.

Юй Фань безынициативно поднял руку. Прежде чем он успел среагировать, его пальцы уже коснулись лица Чэнь Цзиншэня.

Он даже мог чувствовать, тяжёлое дыхание Чэнь Цзиншэня между его пальцами…

Полсекунды спустя. Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд и поцеловал его ладонь.

Юй Фань замер так, словно его тело пронзила молния.

Место, к которому прикоснулись, казалось, пылало, и это чувство пробиралось по кровеносным сосудам, горя до самых ушей.

Всё помещение погрузилось в оглушающую тишину и даже музыка была поставлена на паузу.

Ван Луань и Цзо Куан, которые в споре кидались фразами: «Ученики 7-го класса — трусы!» и «все в 8-м классе — скупердяи!», тут же умолкли, увидев происходящее.

Чжан Сыньцзин наблюдала за этой сценой словно лисьим взглядом. Изначально она хотела отругать Юй Фаня за то, что тот испортил её бизнес, но подняв глаза чуть выше, она заметила, что в тусклом свете во взгляде Чэнь Цзиншэня читалась гораздо большая мягкость чем обычно.

Когда рука слегка прижалась к лицу Чэнь Цзиншэня, пальцы Юй Фаня слегка поджались, а сам он уже не выглядел таким устрашающим, как обычно.

Чэнь Цзиншэнь спросил: «Всё в порядке?»

Ван Луань и Цзо Куан всё ещё находились в состоянии шока, глядя на Чэнь Цзиншэня с некоторым восхищением.

И эту ладонь только что поцеловал Чэнь Цзиншэнь? Это же чёртова лапа тигра!

Цзо Куан пробормотал: «… Хорошо, так тоже сойдёт».

«Сюэба», — Ван Луань искренне поднял в его сторону большой палец вверх: «Ты просто нечто».

Проигнорировав их, Чэнь Цзиншэнь ослабил хватку на запястье и тем самым отпустив, хриплым голосом прошептал рядом сидящему человеку: «Спасибо».

Юй Фань сразу же пришёл в себя, отдернул руку и сквозь зубы тихим голосом спросил: «Разве я, блять… разрешал тебе целовать мою руку?»

«Тогда куда мне нужно было тебя поцеловать?»

С намерением свернуть рукав и запихать его в рот Чэнь Цзиншэня, Юй Фань повернул голову. Его взгляд скользнул по лицу Чэнь Цзиншэня и остановился прямо под носом.

Твою мать…

«Эй, вино пришло», — стоя у столика, парень крикнул: «Кто будет играть в кости? Нам нужны ещё двое, чтобы было интереснее».

«Я буду».

Парень оглянулся и, увидев Юй Фаня, вспомнил, как тот разгромил Цзо Куана. Он не смог сдержать смешок: «Брат Фань, разве ты не устал после такой долгой игры? Почему бы тебе не сделать перерыв...»

«Не устал», — Юй Фань внезапно поднялся, подсел поближе и посмотрел на человека, сидевшего напротив: «Цзо Куан, иди сюда. Продолжим игру».

Цзо Куан, который только собирался прилечь и отдохнуть: «...»

Цзо Куан: «Ты, Ван Луань и Сюэба. Три на одного — разве так честно?»

«Сколько учеников из 8-го класса здесь сегодня?» — Юй Фань бросил кости на стол и добавил: «Зови всех».

***

Юй Фань напоили их до тошноты менее чем за полчаса.

«Нет, нет, нет», — махнул рукой спортсмен из их класса: «Я действительно не могу больше пить. Можно мне тоже вытянуть карту действия?»

Юй Фань великодушно кивнул: «Хорошо».

Цзо Куан, сидящий рядом с ним, моментально вскочил: «Ван Луань, давай поменяемся местами».

«Неа», — улыбнулся Ван Луань: «В худшем случае это будет всего лишь поцелуй в ладонь, что тут такого...»

Юй Фань взял игральную кость и кинул её прямо в Ван Луаня. Тот просто с ухмылкой поймал брошенное.

Спортсмену повезло больше, чем Чэнь Цзиншэню. Он вытянул карточку с заданием "Пойди в соседнюю комнату и спой “Цинхай-Тибетское плато¹”.

[1] — очень патриотичная китайская песня.

Все парни мгновенно оживились и поспешили к выходу, опустошив текущую комнату.

Юй Фаня это не интересовало, поэтому он остался в комнате, не сдвинушись с места.

Он поднял стакан и сделал один глоток, второй, и наконец на третий неохотно оглянулся.

Чэнь Цзиншэнь сидел тихо. Юй Фань повернул голову и тот, словно что-то почувствовав, одновременно с ним поднял веки.

Юй Фань заметил, как криво сидит Чэнь Цзиншэнь.

Его голова тоже, как и тело, склонилась набок, и он явно был пьян. Через несколько секунд голова опустилась ещё немного. Казалось, ещё чуть-чуть и тот будет лежать на плече Чжань Сыньцзин.

Чжань Сыньцзин сидела с улыбкой, словно уже готовая его поймать.

Юй Фань лениво отвел взгляд.

Чэнь Цзиншэнь снова опустился на миллиметр. Чжань Сыньцзин приподняла плечи, подумав: сколько ещё ей придётся ждать? Поэтому она приняла решение, что просто прижмет его голову к себе.

Как раз в тот момент, когда она собиралась действовать, кто-то вдруг протянул руку, схватил Чэнь Цзиншэня за воротник и вернул его в вертикальное положение.

Юй Фань, оставаясь невозмутимым, держал его за ворот, при этом задаваясь вопросом, почему тот притворяется крутым, если не умеет пить.

Внезапно Чэнь Цзиншэнь поднял взгляд на Юй Фаня. Затем, опустив голову, он поднял руку и сжал край его одежды.

«Юй Фань», — сказал Чэнь Цзиншэнь хриплым голосом: «Мне плохо».

***

Закончив вести себя как сумасшедшие в соседней комнате, они смеясь извинились и вышли оттуда.

«Бля, я в это KTV больше ни ногой!» — сказал спортсмен, шея которого покраснела от стыда.

Все уже собрались заходить обратно, как вдруг дверь их комнаты открылась. Юй Фань выходил из помещения, при этом поддерживая человека одной рукой и держа рюкзак в другой.

Ван Луань потрясённо уставился на него. Тот не мог вспомнить, когда в последний раз видел Юй Фаня с рюкзаком.

«Он уже даже сидеть не может. Я отправлю его домой», — спокойно сказал Юй Фань.

«Хорошо», — ответил Ван Луань: «Один справишься?»

«Да».

Тем не менее, Ван Луань всё же остался у двери, наблюдая, как они уходят, чтобы убедиться в том, что всё в порядке.

Потом он заметил, что Сюэба хоть и пьян, но идёт довольно уверенно и твёрдо.

Почувствовав облегчение, Ван Луань развернулся и зашёл в комнату.

***

После девяти, в городе настал час пик ночных гулянок.

Все остальные входили в заведения при полном параде, а Юй Фань, наоборот, вышел, помогая пьяному парню, чувствуя себя из за этого неловко.

«Хочешь вырвать?»

Чэнь Цзиншэнь некоторое время молчал, прежде чем ответить: «Немного».

«Проглоти обратно».

«Хорошо».

Сказав это, Юй Фань наконец повёл его в уборную.

Он некоторое время подождал снаружи, прежде чем Чэнь Цзиншэнь вышел. Было непонятно, вырвало ли его, но по влаге на лице можно было точно сказать, что он умылся.

Юй Фань взглянул на переполненную машинами дорогу и спросил: «Твой адрес?»

Чэнь Цзиншэнь: «Я не пойду домой»

Юй Фань кивнул: «Тогда на какой улице ты собрался ночевать?»

Волосы на лбу Чэнь Цзиншеня были мокрыми и слипшимися.

«Я сказал родителям, что у меня ещё не закончились дополнительные занятия. И так как ещё не время, мне не стоит возвращаться», — сказал он.

«…»

Пять минут спустя они вошли в 7-Eleven² поблизости.

[2] — круглосуточный магазин.

В магазине рядом с караоке было немноголюдно, и большинство людей которые заходят в это время покупают сигареты.

Юй Фань нашёл место у окна для Чэнь Цзиншэня и усадил его туда, рядом с рюкзаком.

«Во сколько у тебя заканчиваются занятия?»

Чэнь Цзиншэнь взглянул на настенные часы: «В одиннадцать».

«…» — Юй Фань нахмурился.

Чэнь Цзиншэнь почти сразу же добавил: «Но я могу уехать в десять. Мой дом далеко, так что доехать до него как раз займёт примерно час».

«И ты пришёл, несмотря на расстояние?» — спросил Юй Фань: «Ещё и столько выпил? Ты не умеешь пить и играть в кости, тем более против Цзо Куана, так зачем полез?»

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд: «Цзо Куан сказал пересесть, если я не собираюсь играть».

«…»

«А я не хотел менять место».

«…»

Юй Фань закрыл веки, развернулся и встал

«Куда ты?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

«Курить».

Только дойдя до двери, он вспомнил, что в его портсигаре нет сигарет.

Юй Фань развернулся и подошел к кассе. Уже собираясь расплатиться, он краем глаза заметил мёд на прилавке.

Умеют же тут привлечь покупателя.

«Дайте мне пачку...» — Юй Фань на мгновение замолчал: «Мёда».

Продавец опешил: «Извините, наш мёд только в банках».

«Я знаю», — раздражённо нахмурился Юй Фань. Достав деньги, он положил их на стойку и небрежно спросил: «У вас… есть тёплая вода и стакан?»

Когда Юй Фань вернулся, Чэнь Цзиншэнь уже прислонился к окну и закрыл глаза.

Нижние веки Чэнь Цзиншэня слегка покраснели. Вероятно из-за того, что он выпил.

Сегодня был день рождения Ван Луаня, так что тот специально купил несколько бутылок импортного вина. Это вино было из тех, которое поначалу не ощущалось, но спустя время сильно “накрывало”. В последний раз когда Ван Луань пил его, ему пришлось взять отгул и он проспал весь день.

Юй Фань как идиот держал пластиковый стаканчик, поднял руку и коснулся плеча парня: «Чэнь Цзиншэнь».

Ответа не последовало.

Снаружи на улице было полно машин с мигающими красными огоньками, свет которых отражался в стекле и попадал в магазин. Юй Фань не мог понять, был ли красный цвет на лице Чэнь Цзиншэня эффектом алкоголя или отражением света.

Почему он не отвечает? С ним что-то случилось из-за алкоголя?

Его не поймают, если он приедет домой в таком состоянии?

Может, лучше стоит отвезти его в больницу?

Юй Фань колебался, пока его рука машинально потянулась вверх, и тыльная сторона ладони коснулась лица Чэнь Цзиньшэня.

К счастью, он всё ещё тёплый… Значит, живой.

Чэнь Цзиншэнь внезапно открыл веки и посмотрел на него. Его тёмные глаза, залитые алкоголем, выглядели немного презрительно.

Юй Фань на мгновение растерялся, и ему потребовалось некоторое время, прежде чем он снова заговорил: «Тебе плохо? Хочешь поехать в больницу?»

Чэнь Цзиншэнь не произнёс ни слова.

Юй Фань нахмурился: «Говори…»

Чэнь Цзиншэнь опустил глаза, наклонил голову и сильнее прижался к тыльной стороне его ладони.

Рука, не успевшая отдернуться, застыла, словно парализованная, и Юй Фань мгновенно напрягся.

«Я в порядке».

После нескольких минут молчания голос Чэнь Цзиншэня был тихим и хриплым: «Просто посиди со мной ещё немного, тогда мне станет легче».

Глава 28 - Иначе я никогда больше не буду разговаривать с тобой в этой жизни

Юй Фань хотел убрать руку, но чувствовал, что Чэнь Цзиншэнь, скорее всего, рухнет на землю, если он это сделает.

Поэтому Юй Фань мог только придерживать другого человека одной рукой, держа чашку в другой.

Пока он сжимал пластиковый стаканчик с водой, жидкость внутри беспомощно плескалась взад и вперёд.

И только когда в магазин вошедший новый покупатель бросил на них удивлённый взгляд, Юй Фань запоздало выругался.

Юй Фань снова обхватил лицо Чэнь Цзиншэня, сел рядом с ним, а затем взял его школьную сумку и положил её на стол.

«Просыпайся», — он потряс того, лежащего у него на руке, и указал на рюкзак: «Спи здесь».

Чэнь Цзиншэнь слегка приоткрыл глаза, после согласившись.

Прежде чем он смог лечь, его слегка потянули за воротник.

В голосе Юй Фаня слышалось недовольство: «Вот. Выпей перед сном».

Чэнь Цзиншэнь взял стакан.

Как и предыдущая вода с сахаром и солью, медовая вода была приторно-сладкой.

Что раньше, что сейчас, Юй Фань всегда выкладывался на полную.

Заставив себя допить медовую воду, Чэнь Цзиншэнь положил руки на сумку и спокойно лёг, повернув голову набок.

Его слегка опущенные веки, пьяными глазами уставились на родинку на щеке Юй Фаня.

Юй Фань открыл игру на своём телефоне, чтобы скоротать время. Через несколько секунд он холодно сказал: «Поверни голову в другую сторону и спи».

Чэнь Цзиншэнь ответил: «Я боюсь, что ты уйдёшь».

«…» — Юй Фаню было лень обсуждать глупости с пьяницей, поэтому он нажал на кнопку старта “Змейки”, попутно говоря: «Я бы уже давно ушёл, если бы собирался».

Чэнь Цзиншэнь несколько секунд молчал, словно размышляя.

Подумав, что эти слова звучат правдиво, он закрыл глаза и уснул, не меняя своего первоначального положения.

В конце раунда Юй Фань уставился на экран подсчета очков. Сжимая и разжимая правую руку, он оставлял от ногтей не столь заметные вмятины в форме полумесяца на том месте, где до этого был оставлен поцелуй.

Он посмотрел в сторону.

Румянец на лице Чэнь Цзиншэня стал менее ярким. Его мокрые волосы на лбу были спутаны, и он вцепился пальцами за край сумки. Изогнутые плечи Чэнь Цзиншэня равномерно поднимались и опускались в такт дыханию.

Явно из-за его высокого роста ему было неудобно спать в магазине.

Каждое утро, во время большой перемены после второго урока, весь класс ложился на парты и отдыхал. Только Чэнь Цзиншэнь сидел неподвижно, время от времени вертя в руке ручку. Он был максимально расслаблен только тогда, когда подпирал висок рукой.

И этот же человек сейчас, свернувшись калачиком в магазине, спал на своём рюкзаке.

Телефон несколько раз завибрировал, приведя Юй Фаня в чувство.

[Ван Луань: Как там Сюэба? Чёрт возьми, я только что посмотрел, и он, кажется, выпил немало бокалов этого иностранного вина. Я не заметил этого раньше, потому что в комнате было слишком темно.]

[-: Неплохо.]

[-: Наверное.]

[Ван Луань: … Не пугай меня.]

[Ван Луань: Почему ты до сих пор не вернулся? Ты всё ещё не довез его домой? Цзо Куан и эти ребята воспользовались твоим отсутствием и объединились, чтобы залить меня алкоголем. Возвращайся скорее и спаси меня!]

Человек рядом с ним пошевелился. Вероятно, потому, что ему было неудобно спать, его рука слегка дрогнула.

Палец Юй Фаня на несколько секунд задержался над экраном, прежде чем он снова начал печатать.

[-: Не вернусь.]

[-: Удачи.]

Чэнь Цзиншэнь проснулся, пролежав всего около десяти минут.

Сначала он огляделся вокруг, словно желая убедиться, что тот человек всё ещё здесь. Затем он медленно сел, поправил воротник и потянулся, чтобы открыть школьную сумку, на которой лежал.

Услышав шум, Юй Фань спросил, не поднимая головы: «Чувствуешь себя лучше?»

«Всё ещё немного не очень», — сказав это, Чэнь Цзиншэнь негромко кашлянул.

«…»

Как кто-то может стать ещё слабее после сна?

Юй Фань сухо сказал: «Тогда возвращайся ко сну».

«Нет», — Чэнь Цзиншэнь продолжил, — «уже слишком поздно. У меня не хватит времени, если я снова засну».

Как могло быть слишком поздно? И вообще, разве не осталось ещё больше получаса?

Юй Фань взглянул на настенные часы, а затем недоумённо повернул голову и увидел, как Чэнь Цзиншэнь достаёт из рюкзака тетрадь по математике.

Юй Фань нахмурился: «Что ты делаешь?»

«Сегодняшнее домашнее задание».

«…»

Было видно, как ярко одетые прохожие за окном заходили и выходили из ночного клуба. Они не могли не смотреть на работу по математике с удивлением, проходя мимо.

Как и тот ученик 8-го класса, занимающийся спортом, Юй Фань больше не хотел приходить в это караоке-заведение.

Пока он размышлял, стоит ли ему пересесть на другое место, Чэнь Цзиншэнь внезапно перестал писать и поднял руку, чтобы потереть глаза.

Свет в магазине был немного тусклым. Чэнь Цзиншэнь сидел несколько лениво, а слова в его блокноте были написаны гораздо более неряшливо, чем обычно.

Если бы Чэнь Цзиншэнь не пришёл сегодня вечером, то, вероятно, уже давно закончил бы это простое домашнее задание. Он, возможно, сейчас бы даже сидел за своим столом с включённой лампой, работая над вопросами олимпиадного уровня, глядя на которые у обычных людей начинала кружиться голова.

Так почему он пришёл?

«Чэнь Цзиншэнь», — лениво начал Юй Фань.

«Да?»

«Отличаюсь ли я сейчас от того, каким был на первом году средней школы?»

Чэнь Цзиншэнь на мгновение перестал писать. Он повернул голову, чтобы посмотреть на собеседника.

Когда их взгляды встретились, Юй Фань без всякого выражения на лице продолжил.

«Не знаю, какое у тебя должно быть особое хобби… чтобы обратить внимание на человека, который даже прыгать в длину толком не умеет, но сейчас, будь то мой характер, внешность или что-то ещё, уже далеко не такие, какими были тогда».

Чэнь Цзиншэнь молча смотрел на него, словно обдумывая его слова.

«Уже сейчас я огорчаю, и в будущем будет только хуже. Помнишь тот случай в магазине молочного чая в начале семестра? Позволь мне быть честным: когда ты тогда взглянул на меня, мне действительно захотелось тебя избить».

«…»

«Я уже явно не тот человек, который тебе нравился в то время, понимаешь?»

«…»

Парень, сидевший рядом с ним, по-прежнему молчал.

Юй Фань чувствовал, что его слова должны были быть действенными.

Любой нормальный человек, вероятно, испугался бы, услышав такие слова.

Если бы он был Чэнь Цзиншэнем, он, вероятно, уже взял бы свой рюкзак и ушёл, позвонив учителю и попросив пересадить его или даже перевести в другой класс.

Юй Фань сжал пальцы. По какой-то причине ему вдруг захотелось закурить.

Как раз когда он хотел подойти к прилавку и купить пачку...

«В тот момент у входа в школу на тебя смотрело много людей», — спокойно сказал Чэнь Цзиншэнь: «Тогда почему ты хотел избить меня?»

«…»

Почему тебя это беспокоит?

«Может быть, потому, что ты больше всех выглядишь как тот, кто заслуживает побоев», — бесстрастно сказал Юй Фань.

Чэнь Цзиншэнь отвернулся и покрутил ручку.

На мгновение Юй Фаню показалось, что уголок его рта приподнялся.

Прежде чем он успел как следует разглядеть, Чэнь Цзиншэнь уже повернул голову обратно.

«Ты когда-нибудь был на пятом этаже?» — внезапно спросил он.

Юй Фань на мгновение растерялся: «Что...»

«Если посмотреть вниз с перил у входа в кабинет 1-го класса, то можно увидеть вход в туалет на третьем этаже», — Чэнь Цзиншэнь сказал: «Ты часто там курил».

«…»

«Я не люблю речи, но когда ты стоял перед всеми на первом году средней школы на церемонии поднятия флага и составлял письмо для самоанализа на чистом листе бумаги, ты трижды улыбнулся, делая это. С твоими навыками письма ты совершенно не подходишь для выступлений. Поэтому позже, каждый раз когда учитель просил меня помочь с этим, я соглашался».

«…»

«В первом году старшей школы ты играл в баскетбол с другими классами, а я стоял за дверью и наблюдал за всей игрой. После того, как вы выиграли, потому что кто-то играл грязно и повредил ногу Ван Луаню, вы позвали их в туалет и подрались там».

«?..»

Чэнь Цзиншэнь беспечно добавил: «Ты не такой плохой человек. Даже перейдя в старшую школу ты мне всё ещё нрави...»

Прежде чем он успел договорить, ему прикрыли рот.

Кожа Юй Фаня заметно покраснела и румянец распространился от кончиков ушей до щёк. Он посмотрел на него, нахмурив брови: «Какого чёрта... Прекрати болтать».

Всё больше и больше людей за окном проходили мимо. Сердце Юй Фаня билось намного быстрее, чем во время драки. Его плечи несколько раз поднялись и опустились, прежде чем он убрал руку.

Но как только губы Чэнь Цзиншэня шевельнулись, Юй Фань снова накрыл ему рот рукой.

Поскольку он сделал это слишком быстро, его ладонь на мгновение коснулась губ Чэнь Цзиншэня. Сцена из прошлого, где тот, держа его за руку, целовал ему ладонь, всплыла в памяти Юй Фаня, заставив убрать руку так, словно его прошибло током.

«Не смей больше ничего говорить», — Юй Фань слегка вздохнул, прежде чем продолжить: «Иначе я никогда больше не буду разговаривать с тобой в этой жизни».

После того как Юй Фань закончил, он был в замешательстве.

Что я, чёрт возьми, несу?

Разве такое не говорят только ученики начальной школы?

С красным и равнодушным выражением лица, он сквозь стиснутые зубы произнёс слово за словом: «Я имею в виду, что изобью тебя так сильно, что ты не сможешь говорить».

Чэнь Цзиншэнь не произнёс ни слова.

Юй Фань: «Кивни».

Чэнь Цзиншэнь повертел ручку в руке и молча кивнул.

Юй Фань пристально смотрел на него и, убедившись, что Чэнь Цзиншэнь больше ничего не скажет, с силой постучал по бумаге на столе: «Заткнись и пиши».

В течение следующего получаса Юй Фань был похож на улитку, забившуюся в свою раковину. Он больше не поднимал головы.

Он ещё никогда не играл в “Змейку” так плохо.

Юй Фань заставлял змею на экране поворачиваться влево и вправо, сталкиваясь с другими большими змеями. Менее чем через две минуты, он выбыл из игры.

После того как Чэнь Цзиншэнь наконец закончил делать уроки, Юй Фань немного раздражённо выключил игру.

«Собирайся», — сказал он: «Пойдём».

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него, что-то написал на листке бумаги и пододвинул его к нему.

‘Могу ли я теперь говорить?’

Так по-детски.

Юй Фань сунул руки в карманы: «Нет».

Юй Фань закинул парня вместе с рюкзаком в такси.

Прежде чем закрыть дверцу машины, он некоторое время подождал, а затем снова наклонился и холодно сказал: «Водитель, он пьян. Езжайте помедленнее».

Один пейзаж за окном быстро сменял другой.

Такси доехало до элитного жилого комплекса с самой завышенной ценой на жилье в Наньчане.

Добравшись до места назначения, водитель не мог не окинуть это место ещё одним взглядом. Каждый дюйм земли в этом районе очень ценен, и здесь у всех вилла с отдельным двором.

Водитель обернулся: «Молодой человек, мы приехали...»

Парень позади него сидел прямо. Взгляд его был ясным, и он совсем не выглядел пьяным.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на счётчик поездки, расплатился и вышел из машины под удивлённый взгляд водителя: «Спасибо».

В десять часов вечера тёмная, роскошная вилла, окружённая густой зеленью, выглядела так, словно в ней долгое время уже никто не живёт.

Чёрная железная дверь медленно открылась, будто окровавленный рот.

Как только Чэнь Цзиншэнь закрыл её, из конуры с правой стороны сада послышалось несколько возбуждённых лаев: «Гав, гав, гав…»

Чэнь Цзиншэнь бросил рюкзак на каменный стул, подошёл к конуре и отвязал поводок.

Фань Фань тут же набросился на него.

«Гав, гав, гав…»

«Потише», — Чэнь Цзиншэнь слегка похлопал его по голове: «Сидеть».

«Гав!»

Чэнь Цзиншэнь положил одну руку на голову собаки, а другой достал из кармана телефон и включил его.

На экране сразу же появилось более тридцати сообщений…

[Мама: Почему ты ещё не дома?]

[Мама: Где ты?]

[Мама: Тётя оставила для тебя ужин в холодильнике.]

[Мама: Ты дома? Я не виделп тебя на камерах наблюдения.]

[Мама: Я проверила записи за последние несколько дней. Ты в последнее время приходишь из школы позже, чем раньше.]

Чэнь Цзиншэнь равнодушно двинул пальцем и закрыл уведомления от сообщений одно за другим.

Чэнь Цзиншэнь не включил свет, поэтому в саду была кромешная тьма. Он сидел во мраке, не говоря ни слова, позволяя Фань Фаню тыкаться о него носом.

Спустя неизвестное количество времени он снова достал телефон, открыл приложение, которое совсем недавно скачал, и отправил сообщение своему закреплённому в списке другу.

[S: Я дома.]

Ник “-” мгновенно исчез и изменился на “печатает…”

Две минуты спустя он всё ещё печатал.

Чэнь Цзиншэнь погладил Фань Фаня по голове. Его движения были немного небрежными, и Фань Фань тут же недовольно заскулил.

Через пять минут надпись “печатает” исчезла, и на экране появилось слово холодного характера…

[-: Катись.]

Чэнь Цзиншэнь несколько секунд смотрел на сообщение, а затем вдруг опустил голову и слегка улыбнулся.

Глава 29 - Учитель Чжуан, не приходите сюда больше

В понедельник класс 2-7 был абсолютно безжизненным.

Выходные только закончились и те, кто пришёл пораньше либо были с головой заняты переписыванием домашнего задания, либо лежали на партах, пытаясь отоспаться.

Когда Чэнь Цзиншэнь вошёл, в классе практически никого не было.

Он взглянул на пустое место рядом с собой и небрежно повесил сумку за спинку стула.

Рюкзак Ван Луаня уже висел на стуле, но его самого не было на месте.

Чэнь Цзиншэнь пошёл набрать воды в термос и, вернувшись, увидел как он зевая вошёл в класс.

Заметив Чэнь Цзиншэня, Ван Луань дважды похлопал его по плечу.

«Сюэба, эм... Фанцинь попросила тебя зайти к ней в кабинет».

Чэнь Цзиншэнь поставил термос на стол: «Хорошо».

«Это насчёт тех выходных. Она узнала, что мы ходили в караоке-бар», — Ван Луань выглядел раздражённым: «Кто-то не смог сдержаться и выложил несколько фото в школьный групповой чат, в котором было более сорока человек. Все они думали, что это не распространится дальше, но у Фанцинь в итоге сейчас на руках эти фотографии, как доказательство».

Видя, что он молчит, Ван Луань тут же похлопал его по плечу: «Но не волнуйся, ничего серьёзного! Тебя максимум просто отругают...»

Было ещё рано, поэтому в кабинете находилось не так много учителей.

«Вы звали?»

Чжуан Фанцинь взглянула на дверь и отложила хлеб в сторону: «Проходи».

Чэнь Цзиншэнь, как всегда, был аккуратно одет и стоял прямо.

Ей было трудно связать его с человеком на фотографии, распивающим алкоголь в задымлённой комнате.

«Думаю, Ван Луань уже рассказал тебе, по какой причине я тебя сюда позвала?»

Чэнь Цзиншэнь еле слышно ответил: «Мгм».

«Я не имею ничего против того, чтобы ты развлекался в свободное время, но ты всё ещё старшеклассник. Пить и курить — это не то, чем тебе следует заниматься, понимаешь?»

«Да».

Чжуан Фанцинь кивнула и внезапно сменила тему: «Сидеть за одной партой с Юй Фанем, каково это?»

Опустивший глаза Чэнь Цзиншэнь слегка поднял взгляд: «Очень хорошо».

Чжуан Фанцинь на самом деле так и не поняла, почему Чэнь Цзиншэнь хотел быть его соседом по парте.

Сначала она подумала, что Чэнь Цзиншэнь просто не чувствовал, что тот будет его отвлекать. В конце концов, Юй Фань мог проспать семь из восьми уроков в день, он никогда не доставлял неприятностей другим и занимался своими делами.

Но, понаблюдав некоторое время, она обнаружила, что по-видимому это не является причиной.

«Твоя мать связалась со мной», — тактично сказала Чжуан Фанцинь. — «Она надеется, что я смогу найти для тебя более подходящее место».

Возможно, бывший классный руководитель Чэнь Цзиншэня что-то рассказал ей, поскольку, позвонив, она сразу перешла к делу и обратилась с этой просьбой к Чжуан Фанцинь.

Чэнь Цзиншэнь нахмурился. В его глазах промелькнуло отвращение.

Он уже собирался что-то сказать как…

«Но в моём классе, если только это не связано с близорукостью или другими особыми физическими условиями, родители не имеют права менять места учащихся по своему желанию», — Чжуан Фанцинь продолжила: «При организации рассадки я учитываю только два момента: первый — выгодно ли это для двух учеников, второй — была ли это просьба самого ученика. Конечно, последнее учитывается меньше».

«Честно говоря, эффект от того, что вы двое сидите вместе пока что не очень хороший, но я всё же хочу понаблюдать ещё какое-то время, прежде чем решить, стоит ли мне вас пересаживать, поэтому отложила это до ежемесячных экзаменов», — она помахала телефоном, на экране которого была фотография, сделанная в KTV: «По крайней мере, до тех пор не позволяй чему-то подобному повториться, хорошо?»

Выражение лица Чэнь Цзиншэня всё ещё оставалось холодным. Было непонятно, слушал ли он её.

«Хорошо».

Чжуан Фанцинь вздохнула: «Ладно, можешь идти».

Чэнь Цзиншэнь развернулся и, уже собираясь выйти из кабинета, Чжуан Фанцинь не удержалась и окликнула его: «Подожди».

Парень обернулся и бесстрастно посмотрел на неё.

«Юй Фань может показаться свирепым, и то, что он делает тоже порой пугает. Но он не плохой человек», — Чжуан Фанцинь добавила: «Если это возможно, я надеюсь, что ты сможешь в подходящий момент помочь ему и при этом не пострадаешь сам».

После того, как Чэнь Цзиншэнь ушёл, Чжуан Фанцинь взяла хлеб, сунула его в рот, сконила голову и продолжила изучать планы уроков.

Классный руководитель 8-го класса, подслушавший этот разговор, долго терпел, но в итоге, не в силах больше сдерживаться, сказал: «Учитель Чжуан, я знаю, что у вас благие намерения, но неужели вы действительно думаете, что таких учеников, как Юй Фань, можно спасти?»

Чжуан Фанцинь улыбнулась, ничего не ответив.

Чжуан Фанцинь взяла свой телефон. Она уже собиралась его выключить, когда мельком увидела на фото мальчика, сидящего рядом с Чэнь Цзиншэнем.

На фотографии Юй Фань, казалось, лениво играл свой телефон, но на самом деле он смотрел на Чэнь Цзиншэня, нахмурившись, и с некоторым раздражением во взгляде. На следующем снимке чаша для игральных костей уже была в его руках.

Окно было приоткрыто, и дул весенний ветерок.

Чжуан Фанцинь отложила телефон и внезапно вспомнила кое-что из прошлого.

За многолетний опыт преподавания Чжуан Фанцинь сталкивалась с разными учениками, но она могла с уверенностью сказать, что Юй Фань доставлял ей головной боли больше всего.

Когда начался первый год обучения в старшей школе, за пределами класса часто собиралась группа людей, у всех из которых была одна цель — Юй Фань.

Некоторые приходили, потому что слышали, что в 7-м классе есть особенно красивый первогодка.

Другие — чтобы преподать ему урок, потому что слышали, что в 7-м классе есть особенно высокомерный ученик.

Большинство людей из последней группы были парнями, которые учились на втором или третьем году и любили называть себя “старшими в школе” или “старшими в классе”.

Сначала они просто раскидывались угрозами, похожими на детские предупреждения, вроде: “будь осторожен в будущем”, “не будь таким упрямым” и “отныне делай всё, о чём мы тебя попросим”.

Будь это какой-нибудь другой ученик, он бы со страхом согласился, и по сути ничего бы после этого не произошло.

Но Юй Фань этого не делал.

Юй Фань всегда говорил им только одно слово: «Идиоты».

Тогда у Юй Фаня не было друзей, поэтому он всегда дрался с несколькими старшими учениками в одиночку и приходил каждый день на занятия с синяками и опухшим лицом. Конечно, этой группе было хуже. Их травмы всегда были в несколько раз серьёзнее, чем у Юй Фаня.

Чжуан Фанцинь не знала, сколько раз она это пресекала. В то время она заставляла нужных людей просматривать записи с камер видеонаблюдения, просила школу исключить или наказать тех старшеклассников и часто разговаривала с Юй Фанем.

Обычно Юй Фань просто молчал, глядя на неё.

Наконец, получив предупреждение касательно дисциплины Юй Фаня в четвёртый раз, она решила пойти к нему домой.

Тот день был субботой. Поскольку это было внезапное решение, она не уведомила Юй Фаня заранее. На телефонные звонки его родители не отвечали. И хотя она не знала, есть ли кто-нибудь дома, она все же хотела попытать счастье.

Чжуан Фанцинь до сих пор помнит тот день.

Она нашла дом Юй Фаня по его почтовому адресу.

Возле потрепанной деревянной двери собралось много тревожно перешёптывающихся соседей, а изнутри доносился ужасный шум, сопровождавшийся яростными и вульгарными ругательствами.

Чжуан Фанцинь наконец поняла, почему Юй Фань всегда побеждал в драках.

Когда вызванная соседями полиция выломала дверь, она увидела полный беспорядок царивший внутри. Держа в руках сломанную метлу, с окровавленным лицом, Юй Фань дрался с мужчиной, который был вдвое больше его.

Игнорируя все отказы Юй Фаня, Чжуан Фанцинь сопроводила его в полицейский участок, прошла с ним через все процедуры, отвезла в больницу, а затем связалась с местным районным комитетом и Федерацией женщин*.

Пока она звонила, Юй Фань сидел на скамье в больнице. Его тёмные глаза выглядывали из-под повязок, и, пристально смотря на неё, он сказал: «Учитель Чжуан, не приходите сюда больше».

(п.р: кому интересно: Всекитайская демократическая федерация женщин — массовая общественная организация женщин КНР. Активно участвует в реализации программ, связанных с семьёй, воспитанием детей и защитой интересов матерей.)

***

«Честно говоря, если этот ученик, Юй Фань, не совершив чего-то ещё более кошмарного, без проблем окончит старшую школу, я... Учитель Чжуан?»

Чжуан Фанцинь пришла в себя и подняла голову, чтобы посмотреть на собеседника.

В следующую секунду она улыбнулась и кивнула: «Да... было бы здорово, будь это так».

Когда Чэнь Цзиншэнь вернулся в класс, его сосед по парте уже спал.

Парень держал одну руку на шее, а другую положил на стол, ничем не отличаясь от обычного.

Чэнь Цзиншэнь бросил взгляд на его затылок и принялся доставать учебник английского, чтобы подготовиться к утреннему чтению.

Ван Луань, увидев, что тот вернулся, склонил голову и спросил: «Сюэба, что Фанцинь сказала тебе сделать? Тебя отругали? Она ведь ничего не говорила о том, чтобы тебя наказать?»

Указательный палец руки, лежащей на столе, слегка согнулся.

Чэнь Цзиншэнь сделал вид, что не заметил этого. Он прекратил перелистывать страницы учебника и поджал губы.

«Чёрт возьми, почему у тебя такое выражение лица? Пожалуйста, не пугай меня». — Ван Луань спросил: «Фанцинь тебя отругала?»

Чэнь Цзиншэнь продолжал держать губы поджатыми.

Чжань Сыньцзин, сидевшая перед ними, повернула голову: «Чепуха, конечно, его отругали».

«Но меня Фанцинь почти и не ругала!»

«Ты думаешь, что требования к лучшему ученику такие же, как к тебе? Пока ты не нарушаешь закон, Фанцинь не будет тратить силы на то, чтобы наказать тебя!»

«…»

Чжань Сыньцзин о чём-то подумала и с любопытством спросила: «Сюэба, это первый раз, когда тебя отчитывает учитель?»

Чэнь Цзиншэнь: «Да».

Чжань Сыньцзин покачала головой и сказала: «Ван Луань, ты совершил тяжкое преступление».

«...На самом деле, получить выговор один или два раза – нормально», — ответив ей, Ван Луань спросил: «Сюэба, она ведь не говорила, что накажет тебя?»

Уши спящего рядом с ним человека слегка дёрнулись.

Чэнь Цзиншэнь молча сжал ручку, а затем через несколько секунд сказал: «Всё в порядке».

Господи, он слишком хороший.

Такого его ответа было достаточно, чтобы все представили себе трагическую сцену, где Фанцинь проклинает его без конца, а он молча терпит всё это, потому что не хочет, чтобы его одноклассники чувствовали себя подавленными.

Из-за чувства вины голос Ван Луаня во время утреннего чтения был в несколько раз громче обычного, что сильно напугало учителя английского языка.

Чэнь Цзиншэнь читал тихо и уныло. Человек рядом с ним какое-то время ворочался, прежде чем наконец, поднять голову с рук.

«Эй», — он тронул Чэнь Цзиншэня ногой под столом: «После урока снова зайди к ней в кабинет».

Чэнь Цзиншэнь перестал читать и, повернув голову, посмотрел на него.

Юй Фань уставился в учебник английского и лениво продолжил: «Скажи, что я заставил тебя пойти туда и выпить».

Чэнь Цзиншэнь: «Нет».

«…»

Юй Фань стиснул зубы: «Решать тебе. В любом случае, если тебе сделают выговор, это уже твоё дело».

«Мгм».

«…»

Проходя мимо, учительница английского услышала, как Юй Фань сжал учебник.

Она махнула своим хвостиком и пошла в другую часть класса, притворяясь, что ничего не заметила.

Через две минуты послышалась ещё одна с трудом выдавленная фраза: «Что именно она сказала? Тебя наказали?»

«Нет», — Чэнь Цзиншэнь отвел глаза и, немного помолчав, добавил: «Учительница позвала меня не потому, что я пошёл в караоке-бар».

«Тогда почему она тебя вызвала?»

«Из-за того, что ты спишь на уроке».

Юй Фань был в замешательстве: «Какое отношение имеет к тебе то, что я сплю на уроке?»

Чэнь Цзиншэнь небрежно ответил: «Когда я просил о пересадке, я пообещал, что буду отвечать за твоё поведение на уроке».

«?»

«И поскольку я не сделал этого, соответственно заслужил, чтобы меня отчитали», — сказал Чэнь Цзиншэнь, опустив взгляд. — «В любом случае она сказала всего пару слов».

«Я в порядке».

«…»

Утром третий урок математика.

Войдя в класс со планом урока, Чжуан Фанцинь, как обычно, взглянула на определённое место в заднем ряду.

Оправдав ожидания, она увидела голову, лежащую на парте.

Ловко вытащив мел из коробки, та разломила его на пополам одной рукой и, уже собираясь бросить…

Его голова внезапно пошевелилась.

Человек, который обычно не просыпался даже после того, как в него летели десять кусочков мела, в этот момент положил одну руку на стол и, с закрытыми глазами, медленно, неохотно сел.

Две секунды спустя Юй Фань с трудом поднял веки и раздражённо посмотрел на неё.

Чжуан Фанцинь: «?..»

Глава 30 - Я понял. Тогда я продолжу любить тебя тайно

Юй Фань прислонился спиной к стене. Он поставил локти на парту, подпёр голову рукой и слегка прикрыл глаза.

Изначально ему не очень хотелось спать, но приятно согревающие солнце поменяло его планы. К тому же, сейчас шёл урок математики, и куча чисел с формулами, вылетающие изо рта Чжуан Фанцинь, которые он не понимал, звучали в его ушах словно колыбельная.

После десятиминутной рыбалки* голова Юй Фаня наконец резко опустилась, намереваясь удариться о стол.

(п.р: типа клюет носом)

Внезапно кто-то поддержал его лоб. Прикосновение руки этого человека ощущалось немного прохладным.

Удивлённо открыв глаза, Юй Фань увидел пальцы Чэнь Цзиншэня, державшие ручку.

Сквозь пальцы было видно, что подбородок Чэнь Цзиншэня слегка приподнят, из-за чего его кадык сильнее выделялся. Если бы не эта ладонь, поддерживающая его лоб, он бы подумал, что тот внимательно слушает урок.

В следующий момент Чэнь Цзиншэнь мельком взглянул вниз. Они пару секунд молча смотрели друг на друга под лучами весеннего солнца.

Место, к которому он прикоснулся, онемело, и сонливость Юй Фаня быстро улетучилась.

Придя в себя, он отбросил руку Чэнь Цзиншэня и, поправив стул, выпрямился.

Сначала Чжуан Фанцинь подумала, что Юй Фань не хочет слушать о том, чтобы он поднял голову, и просто продолжит спать после её урока, но она не ожидала увидеть во время патрулирования коридора то, что он не спит в классе.

Каждый раз, когда их взгляды встречались через окно, на лицах обоих читалось что-то трудно поддающееся описанию.

Обеденный перерыв в школе начинался в полдень.

Как только прозвенел звонок, повернув голову, Чжань Сяньцзин увидела как Юй Фань и Ван Луань одновременно обрушились на свои парты.

«Да что с вами двумя такое?» — рассмеялась Чжань Сяньцзин, нанося помаду: «Почему вы спите после уроков, а не во время них, как обычно?»

Ван Луань хотел спать вечно, но его живот урчал от голода.

«Думаешь, я этого хочу?» — Он с трудом поднялся. — «Разве это не потому, что кто-то втянул меня в это? Он сидел всё утро как бамбук, а моему соседу из дисциплинарного комитета не было за кого зацепиться, поэтому нацелился на меня. Всего за один урок он дважды вписал моё имя. Кто бы после такого посмел, блять, заснуть…»

Ван Луань постучал по столу Юй Фаня: «Король экзаменов¹, что с тобой сегодня? Неужели ты за всё утро даже не коснулся парты?»

[1] — “卷王” — так называют конкурентоспособного человека. Такие люди интенсивно работают много часов, влияя на окружающих своей выдающейся работой, а также часто прилагают усилия, превосходящие обычных людей. Ещё это относится к тому кто хорошо справляется с контрольным работами.

Не потому ли всё это из-за кого-то, кто ищет неприятностей…

Сбоку послышался звук защелкивающегося колпачка ручки.

«Я...» — Юй Фань стиснул зубы и, снова сев, выдавил: «не хотел спать».

Ван Луань: «…»

Если бы у тебя не было такого выражения лица, я бы поверил.

«Тогда пошли поедим. Я умираю с голоду», — Ван Луань потёр живот, — «Ты как поешь можешь идти обратно спать».

Юй Фань лениво произнёс: «мгм», и наклонил голову, чтобы найти в глубине стола телефон, до которого у него всё утро не хватало сил дотронуться.

«Подождите, я пойду с вами», — встав, Чжань Сяньцзин поправила школьную форму и краем глаза заметила человека позади, продолжающего сидеть неподвижно. Она небрежно спросила: «Сюэба, хочешь пойти с нами в столовую?»

«Да», — Чэнь Цзиншэнь положил учебник в полку, опустил глаза и на мгновение задумался. Вдруг он повернул голову и тихо спросил: «Мне можно?»

Чжань Сяньцзин: «?»

Ван Луань: «?..»

Юй Фань сунул телефон в карман и направился к задней двери класса, холодно бросив несколько слов:

«Решать вам. Я в любом случае не руковожу столовой».

Юй Фань довольно известен в школе. Каждый раз, заходя в кафетерий, он привлекал молчаливое внимание со стороны некоторых учеников. В конце концов, именно в этом месте он впервые прославился.

На этот раз, когда к ним присоединился такой же красивый первогодка, как и Юй Фань, Ван Луань почувствовал, что все присутствующие, казалось, перестали есть, как только они вошли в кафетерий.

Такое внимание удовлетворило тщеславие Ван Луаня, и ему сразу же расхотелось спать.

Столовая была переполнена учащимися. И хоть все двери и окна были открыты, жара стояла невыносимая. Старый, изношенный вентилятор, крутясь, зажужжал.

Пришедший пораньше Цзо Куан уже занял для них места.

Получив еду, Чжань Сяньцзин хотела пригласить Чэнь Цзиншэня сесть напротив неё, но Ван Луань первым поставил свой поднос прямо перед ней.

После нескольких неудачных попыток намекнуть подмигиваниями, Чжань Сяньцзин оставалось только наблюдать, как Чэнь Цзиншэнь садится по диагонали от неё.

После того, как Чэнь Цзиншэнь сел, он взглянул на обед, принадлежавший человеку напротив.

Два овощных блюда и одно мясное. Это было довольно полезно.

«Юй Фань», — с загадочностью в голосе начал Цзо Куан, — «угадай, кто только что сидел напротив меня».

«Кто?»

«Дин Сяо!» — Цзо Куан хлопнул себя по бедру и смеясь продолжил: «Это было уморительно. Как только этот внук* увидел тебя в столовой, он оставил свою еду и убежал! Находился тут от силы минуты две»

(п.р: я не нашла точной информации но это грубо говоря означает “я смотрю на тебя свысока” и является оскорбительным. Предложения по типу “я твой отец/дедушка, ты мой внук” также несут оскорбительный характер).

Юй Фань не проявил особого интереса: «Оо-о».

«Тск», — цокнул Цзо Куан.

Человек, сидевший рядом с Цзо Куаном, спросил: «Кстати, Ван Луань, твой классный руководитель тоже получил фотографии, в KTV?»

«Да, меня прям с утра вызвали к ней в кабинет», — Ван Луан почувствовал раздражение, когда подумал об этом, — «Эй, Цзо Куан, что случилось с этим QQ² чатом? Разве ты там не главный? Ты знаешь, кто распространил это всё?»

[2] — “QQ” — это наиболее распространённый мессенджер в Китае.»

Цзо Куан: «Если бы я знал, я бы скрыл это от тебя?»

С набитым рисом ртом, Ван Луань неопределенно сказал: «Почему мне так не везёт в последнее время? На прошлой неделе меня тоже поймали...»

Юй Фань не сказал ни слова.

Из-за недосыпа, выражение его лица казалось ещё более недовольным. Каждый ученик, проходивший мимо интуитивно понижал голос, опасаясь, что тот внезапно швырнёт в него поднос с едой.

Юй Фань ел очень быстро. Это была привычка, которую он выработал за последние несколько лет.

Напротив Юй Фаня, выпрямившись, сидел Чэнь Цзиншэнь; его чашка до сих пор была полна еды. В ложке лежало несколько зёрнышек кукурузы, и это выглядело так, словно он ел креветки с кукурузой за 168 юаней в западном ресторане.

Остальные всё ещё обсуждали фотографии. Съев половину, Юй Фань наконец не выдержал и поднял голову: «Тебе, блять, смотреть не на что?»

«Нет», — Чэнь Цзиншэнь снова набрал полную ложку риса, как Юй Фань, и, открыв рот, продолжил есть.

Две симпатичные девушки трижды прошли взад и вперёд по проходу позади их стола.

Все остальные просто болтали и не обращали на это внимания. Единственная, кто это заметила, была Чжань Сяньцзин. Она проследила за взглядом девушки и в конце концов остановилась на лице Чэнь Цзиншэня.

Потягивая йогурт, Чжань Сяньцзин вздёрнула подбородок и тихо спросила: «Сюэба, эти две девочки раньше учились в том же классе, что и ты?»

Чэнь Цзиншэнь оглянулся: «Возможно».

«…»

Похоже, красивые девушки с хорошей успеваемостью тебе тоже не нравятся.

Чжань Сяньцзин внезапно отложила палочки для еды и спросила: «Сюэба неужели тебе никогда никто не нравился?»

Прежде чем Чэнь Цзиншэнь успел ответить, Цзо Куан уже нахмурившись начал:

«Очевидно, что нет», — холодно сказал Цзо Куан: «Или ты думаешь, что он похож на человека, который заботится о таких вещах? У него на уме только учёба, и, вероятно, будет думать о подобном только когда начнёт работать в будущем. Так что не трать на это время».

Чэнь Цзиншэнь ничего не ответил.

Чжань Сяньцзин нахмурилась. Она как раз хотела сказать Цзо Куану, чтобы он перестал перебивать…

«Не совсем», — беспечно начал Чэнь Цзиншэнь, — «У меня есть кое-кто, кто мне нравится».

«Кхм...»

Сглотнув слишком быстро, Юй Фань подавился рисом. Повернув голову в сторону, он начал яростно кашлять..

Остальные люди за столом несколько секунд молчали.

Ван Луань: «Пиздец».

Цзо Куан: «...»

«Ахуеть», — Чжань Сяньцзин тут же начала задавать кучу вопросов: «Реально? Кто это?»

Юй Фань повернулся обратно, чтобы что-то сказать, но, открыв рот, снова отвернулся и продолжил кашлять.

Чэнь Цзиншэнь: «Я не могу сказать».

«Бля, Сюэба, я не верю в это!!!» — воскликнул Ван Луань, а затем протянул руку, чтобы похлопать по спине человека рядом с собой: «Юй Фань, что случилось? С тобой всё в порядке?»

Чжань Сяньцзин была чрезвычайно любопытна: «Дай небольшую подсказку. Это кто-то из нашей школы? Какого типа внешности? Вы двое встречались?»

«Нет, это односторонняя любовь», — выражение лица Чэнь Цзиншэня было  спокойным, а его тон звучал так, будто он отвечал на вопрос в классе: «Милый тип».

Юй Фань не кашлял так сильно, даже когда курил.

Никто не ожидал, что он скажет об этом так прямолинейно, поэтому они снова были застигнуты врасплох.

У кого-то с таким лицом может быть односторонняя влюбленность?

Цзо Куан, внимательно осмотрев Чэнь Цзиншэня, внезапно почувствовал, что этот лучший ученик действительно на 10 000 раз симпатичнее.

«Тц, тц, тц, у кого могут быть такие высокие стандарты? Сюэба, неужели ты был слишком застенчив, чтобы признаться?» — Чжань Сяньцзин сказала: «Тебе нужно стать смелее!»

Он слишком застенчив??

Разве он тебе не нравится? Почему ты так взволнована???

Юй Фань, который почти перестал кашлять, не ожидал получить очередной удар от Ван Луаня по спине.

Чэнь Цзиншэнь беззаботно добавил: «Я признавался».

Чжань Сяньцзин: «???»

«Тогда, Сюэба, как насчёт этого?» — У этой умной леди появилась новая стратегия: «Ты скажешь мне, кто это, а я помогу тебе разработать план, как заполучить её сердце. Если ты выполнишь одно условие, я обещаю помочь тебе добиться её в течение недели! В качестве условия ты можешь помочь мне сдать каждый экзамен в будущем… Согласен?»

Как раз в тот момент, когда Чэнь Цзиншэнь собирался что-то сказать, раздался громкий щелчок. Человек напротив него с силой поставил палочки для еды на тарелку и резко встал.

Ван Луань был поражен. Это было знакомо. Когда Юй Фань был зажат теми людьми в переулке в прошлый раз, у него было почти такое же выражение лица.

Но в чём дело?

Только он хотел спросить, как увидел Юй Фаня с покрасневшим лицом, выдавливающего из себя слово за словом:

«Ты закончил есть?»

Чэнь Цзиншэнь сжал пальцы и поставил посуду на стол: «Мгм».

«…Возвращайся со мной».

«Хорошо».

Пока остальные всё ещё не могли до конца понять что происходит, Юй Фань уже ушёл с другим человеком прочь.

«Значит… эти двое сначала вернутся в класс?» — Ван Луань повернул голову и добавил: «Они ведь не идут в какой-нибудь угол драться?»

Во время обеденного перерыва ученики либо расходились по домам и возвращались в общежития, либо продолжали обедать в кафетерии; поэтому классная комната была пуста.

Юй Фань сел слишком резко, из-за чего ножки стула заскрипели по полу и двинулись назад.

Он швырнул телефон на парту и с раздражением обернулся: «Почему бы тебе просто не пойти в комнату трансляции и не рассказать всей школе, что ты в меня влюблён?»

Чэнь Цзиншэнь без всякого выражения задумался на несколько секунд.

«Я могу это сделать?»

Юй Фань бесстрастно ответил: «Если ты хочешь подраться, делай».

Чэнь Цзиншэнь замолчал на некоторое время: «Я просто отвечал на их вопросы, не называя твоего имени. Разве это запрещено?»

«Да», — Юй Фань стиснул зубы, — «тебе вообще нельзя говорить об этом».

«Хорошо», — Чэнь Цзиншэнь откинулся на спинку стула, его руки свободно лежали на ногах: «Я понял. Тогда я продолжу любить тебя тайно».

«……»

Как этот человек мог так бесстыдно сказать что-то подобное?

Ещё до того, как Юй Фань вернулся в класс, он уже придумал, как сделать ему строгое предупреждение.

Но слова Чэнь Цзиншэня полностью лишили его дара речи.

Это было похоже на серию ударов за секунду. Юй Фань схватил себя за волосы, достал ветровку из ящика стола и лег спать.

Пролежав так несколько секунд, он услышал, как человек сидевший рядом с ним спросил: «Можно я разбужу тебя к уроку сегодня днём?»

Юй Фань сжал кулаки: «Нет, убирайся».

Чэнь Цзиншэнь опустил голову и поработал над ещё парой заданий. Когда дыхание человека рядом с ним выровнялось, он, остановив кончик ручки на бумаге, тихо повернул голову в его сторону.

Юй Фань неосознанно принял удобную для себя позу. Половина его лица не была спрятана в руках, и поэтому, почувствовав яркий солнечный свет, он слегка нахмурился.

Послеполуденные лучи мягко освещали лицо Юй Фаня. Даже пушок на его коже стал отчетливо заметным.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на тень под ресницами и внезапно не смог понять, был ли этот момент реальностью или очередным сном.

Полдень — прекрасное время для отдыха.

Почувствовав, что погода сегодня особенно хороша, Ху Пан не стал возвращаться в учительское общежитие, а вместо этого заложив руки за спину, прогуливался по балкону учебного корпуса.

Проходя мимо 7-го класса, он подсознательно заглянул внутрь.

Затем он встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем, который осторожно встал.

Ху Пан был очень рад видеть, что лучший ученик усердно занимается даже во время обеденного перерыва. Он даже почувствовал, что затылок первогодки рядом с ним стал приятнее глазу.

Ху Пан улыбнулся. Уже собираясь открыть рот, чтобы что-то сказать, Чэнь Цзиншэнь внезапно безразлично кивнул ему.

Ху Пан интуитивно кивнул в ответ, а затем сделал паузу.

Подождите.

Почему это взаимодействие кажется ему таким знакомым?

Прежде чем Ху Пан успел отреагировать, раздался тихий свист, и перед его глазами всё стало голубого цвета…

Внутри Чэнь Цзиншэнь закрыл синие шторы.

Глава 31 - Ты идиот?

Юй Фань не спал два урока подряд, что какое-то время радовало Чжуан Фанцинь.

Но вскоре она обнаружила, что, несмотря на то, что тот не спал, он всё равно не обращал внимания на занятия.

Увидев его с учебником по китайскому на уроке математики, она не выдержала и потащила его в кабинет как только урок закончился.

«Я думала, что ты перестал спать на уроках, потому что начал хорошо учиться», — сказала Чжуан Фанцинь, сидя на стуле и скрестив руки на груди: «Но оказалось, что ты делаешь это всё только для вида, да? Зачем? Боишься, что дисциплинарный комитет напишет что-то в твоём личном деле? Тебя раньше это вроде не волновало».

Юй Фань был настолько сонным, что ненароком выпалил: «Это потому что вы…»

Потому что вы попросили кое-кого следить за моим поведением на уроках.

И если он с этим не справиться, вы его накажете.

Не успев договорить, Юй Фань почувствовал что-то странное. Он поджал губы и замолчал.

«Я? Что я сделала?» — Чжуан Фанцинь не могла понять, о чём он говорит.

Юй Фань лениво опёрся о стол: «Ничего».

Снова возмутившись его равнодушным поведением, Чжуан Фанцинь открутила крышку термоса и, держа её в руке, сказала: «Если продолжишь в том же духе, что будешь делать после окончания школы? Чтобы поступить с такими баллами, тебе придётся заплатить, понимаешь?»

«Мгм».

Поняв, что он опять её не слушает, она, не сдержавшись, сердито посмотрела на него.

Травмы на лице Юй Фаня, полученные в начале семестра, уже зажили. Но, присмотревшись, всё равно можно было заметить оставшийся небольшой след между двумя родинками.

Увидев это, её взгляд слегка смягчился.

На самом деле Чжуан Фанцинь больше беспокоилась о психическом состоянии Юй Фаня, нежели о его успеваемости. Она уже видела, как он дрался. Даже с залитым кровью лицом, Юй Фань всё равно действовал безразлично и холодно. Казалось, даже не ощущал ничего.

В какой-то момент она начала подозревать, что у Юй Фаня есть склонность к насилию.

Конечно, это тоже было связано с его семьёй. Как может ребёнок, выросший в такой среде, по-прежнему хотеть учиться?

«Ладно, забудь, продолжать говорить с тобой всё равно бесполезно», — Чжуан Фанцинь поставила термос, добавив: «Если ты снова получишь такие же “высокие” баллы, я буду вынуждена нанести очередной визит к тебе домой».

Выражение лица Юй Фаня мгновенно изменилось, став суровым: «Я же говорил вам, не приходить больш…»

«Командовать будешь, только когда станешь директором»

«…»

Юй Фань невольно выпрямился: «Это всё равно будет бесполезно. Тот человек не сможет меня контролировать».

Чжуан Фанцинь была непреклонна. На самом деле, она давно собиралась повторно прийти в дом Юй Фаня, и не только из-за оценок. Она хотела ещё раз поговорить с его отцом и сделать всё возможное, чтобы заставить того обратить внимание на семейное воспитание.

«Давай поговорим об этом, когда ты закончишь сдавать экзамены», — Чжуан Фанцинь махнула рукой, не собираясь больше говорить с ним на эту тему. — «Урок скоро начнётся, иди».

Когда Юй Фань вернулся в класс, Ван Луань сидел на месте Чжан Сяньцзинь и просил Чэнь Цзиншэня помочь ему выделить ключевые моменты в заданиях.

Ван Луань: «О, ты вернулся. За что тебя отчитывала Фанцинь?»

Чэнь Цзиншэнь перестал писать и молча взглянул на Юй Фаня.

Выражение его лица стало ещё более мрачным, чем когда он ушёл, что было редкостью. Обычно, отправляясь в кабинет Чжуан Фанцинь, Юй Фань заходил и выходил оттуда с абсолютно безразличным видом.

«Ничего особенного», — Юй Фань не замечал взглядов окружающих, все его мысли были заняты предотвращением встречи Чжуан Фанцинь с Юй Каймином.

Сменить замок в доме и не пускать Юй Каймина?

Переехать?

Или просто бросить школу.

Мысли Юй Фаня становились всё более и более радикальными. Подсознательно он не хотел, чтобы Юй Каймин контактировал с кем-либо из его знакомых.

«Сюэба, я заметил, что эволюционная версия “Глупой птицы учится летать” и правда полезная. Я смог понять большинство задач из той контрольной, что Фанцинь только что раздала», — сказал Ван Луань: «Как думаешь, в этот раз у меня есть шанс набрать 80 баллов по математике?»

«Смотря насколько сложным будет экзамен», — ответил Чэнь Цзиншэнь: «Если ты сможешь разобраться с теми задачами, которые я отметил, твой результат будет довольно хорошим».

Ван Луань сразу же оживился. Он встал, прижав книгу к груди: «Хорошо, тогда буду прорешивать их по триста раз… Юй Фань, давай пока не будем ходить в бильярдный зал после школы».

Юй Фань не обратил на него внимания.

Он был в плохом настроении, когда вдруг вспомнил, что самый простой способ остановить Чжуан Фанцинь — это получить хороший результат на промежуточных экзаменах.

После звонка все вернулись на свои места.

Последние два урока были самоподготовкой. Юй Фань достал телефон и отправил сообщение Цзо Куану.

[-: Есть ответы на промежуточные экзамены?]

[Цзо Куан: Бля... я думал, ты не утруждаешь себя списыванием.]

[-: На этот раз решил списать. Так у тебя есть?]

[Цзо Куан: Нет. Твоя классная руководительница не говорила? На этих промежуточных экзаменах будут глушилки сигнала. Ты везунчик, это первый раз, когда в нашей школе используют что-то подобное.]

«…»

С мрачным выражением лица, Юй Фань швырнул свой телефон в полку парты, и тот попал прямо на школьную ветровку, закинутую туда же.

Она под тяжестью телефона промялась, обнажив книгу, которая долгое время лежала там не открытой ни разу.

Взгляд Юй Фаня упал на “Глупая птица…” и он резко вспомнил то, о чём только что говорил Ван Луань

Эта штука и правда такая полезная?

Ван Луань даже взял себе продвинутую версию, а значит, обычная должна быть довольно простой…

Возможно, её он сможет понять.

Но эту книгу купил Чэнь Цзиншэнь. Разве не будет неловко, если он увидит, что я её использую?

Размышляя об этом, Юй Фань незаметно взглянул на человека рядом с собой.

Чэнь Цзиншэнь, склонив голову, отвечал на вопросы, а кончик его ручки скользил по черновику. Он всегда занимался учёбой с совершенно безразличным видом, лишь изредка хмурясь. Казалось, был полностью отрезан от окружающего мира.

Чэнь Цзиншэнь продолжал учиться даже когда Чжан Сяньцзинь плясала и пела перед ним, так что он точно не заметит что-то настолько незначительное, как учебник.

Юй Фань был в этом уверен.

Почувствовав, что на него перестали смотреть, Чэнь Цзиншэнь на мгновение прекратил писать и украдкой взглянул в сторону.

Он увидел, как его сосед по парте поставил левую руку между их столами, словно пытаясь скрыть что-то.

Но, к сожалению, его рука была слишком тонкой, поэтому Чэнь Цзиншэнь всё отлично видел.

Его сосед рылся в полке, как вор.

И тут он увидел написанную на обложке книги надпись: “Глупая птица учиться летать”.

Чэнь Цзиншэнь: «?..»

Он наблюдал, как Юй Фань аккуратно открыл пособие и начал спокойно читать. Это продолжалось минут десять, прежде чем тот внезапно повернул голову.

До того как Юй Фань успел окончательно обернуться, Чэнь Цзиншэнь быстро отвёл взгляд и наугад обвёл “Б” в задании.

Убедившись, что Чэнь Цзиншэнь ничего не заметил, Юй Фань облегчённо выдохнул.

Книга и правда была довольно простой. Процесс решения задач был достаточно подробно описан, а на первых страницах даже были задания для начинающих и все важные формулы, которые стоит знать.

Раньше Юй Фань не был таким безобразным, как сейчас. В начале первого года обучения в старшей школе он мог набрать более 70 баллов по математике. Но уже последующие экзамены он писал по настроению. В хорошем расположении духа он писал то, что знал, а в плохом — заполнял только вопросы с несколькими вариантами ответов и рандомно вписывал “0” или “1” в других заданиях. В конце концов, его оценка постепенно снизилась до однозначных чисел, став одной из причин раздражения Чжуан Фанцинь.

Он взял ручку и начал сосредоточенно вчитываться в задачи.

Сначала всё было довольно гладко, но, перевернув несколько страниц, стало немного сложнее разобраться в задании.

К тому времени, как прозвенел звонок, он всё ещё бился над одной задачей. Остальные уже начали собираться, поэтому Юй Фаню оставалось только безразлично убрать книгу обратно в полку.

«Ван Луань», — вдруг начал Чэнь Цзиншэнь, отложив ручку.

«А?» — Ван Луань на мгновение растерялся: «Что-то не так, Сюэба?»

«Давай я разберу с тобой одну задачу».

«?»

Польщённый Ван Луань тут же подошёл к нему.

Чэнь Цзиншэнь сам придумал задачу и написал её на черновике.

Юй Фань изначально не обратил внимания, но, услышав условие задания, понял, что половина фраз в нём совпадает с тем, над чем он только что ломал голову.

?

Совпадение?

Он с подозрением посмотрел на Чэнь Цзиншэня, но тот выглядел совершенно невозмутимым.

Чэнь Цзиншэнь объяснял всё подробно, упоминая формулы. Юй Фань бросил в рот жвачку и, жуя, слушал.

Теперь он наконец понял, почему Ван Луаню так нравилось выслушивать его объяснения.

Сначала Ван Луань слушал очень внимательно, но чем дольше он слушал, тем больше понимал, что что-то не так. Он несколько раз хотел перебить его, но Чэнь Цзиншэнь не дал ему вставить и слова, продолжая объяснение.

В итоге он смог заговорить только когда собеседник закончил: «Э-э-э, Сюэба… я знаю, как решать такие задачи».

Чэнь Цзиншэнь, держа ручку, поднял брови: «Правда?»

«Да, я ещё до этого мог решить подобные простые задачи!»

«М-м-м», — Чэнь Цзиншэнь, краем глаза заметив, как человек рядом с ним что-то украдкой усердно записывает, добавил: «Тогда ты довольно хорош».

В тот вечер Юй Фань спрятал “Глупая птица учиться летать” в школьную ветровку и принёс её домой.

Он быстро принял душ и сел за стол, которым почти не пользовался.

Юй Фань уже не помнил, когда в последний раз включал лампу чтобы поучиться ночью. После второго года средней школы он никогда не забирал домой учебники.

Он открыл книгу и продолжил читать.

Десять минут спустя он с раздражением взъерошил себе волосы.

Хотя задания в пособии были простыми, его слабая основа не позволяла ему их решить. Первые страницы ещё шли нормально, но чем дальше он листал, тем больше времени тратил на каждую задачу.

Промежуточные экзамены были на следующей неделе. Как ни посмотри, уже слишком поздно что-то менять…

Поможет ли эта зубрёжка?

Сжимая ручку в руке, Юй Фань вдруг почувствовал себя потерянным.

С его слабой основой, как бы он ни старался, получить хороший результат на экзамене у него не выйдет. Будь это легко, так много учеников не сходили бы с ума, готовясь к математике…

Стало понятно, что проще придумать другой способ избежать визита Чжуан Фанцинь, нежели пытаться готовиться к экзаменам.

Может, стоит просто сдаться.

Юй Фань швырнул ручку и потянулся, собираясь закрыть книгу…

Телефон на его столе вдруг завибрировал несколько раз подряд.

Юй Фань откинулся на спинку стула, скрестил ноги и, с ручкой, небрежно засунутой за ухо, взял телефон.

Чэнь Цзиншэнь отправил ему несколько видео.

Юй Фань нахмурился и с сомнением открыл одно из них.

На экране появилось учебное пособие “Глупая птица учится летать”, открытая на той же странице, на которой он сейчас находится.

Чэнь Цзиншэнь взял ручку и обвёл одну из задач.

Так как в другой руке он держал телефон, круг получился немного неровным.

«У тебя сейчас слабая база, поэтому поднять баллы можно легко. Если ты будешь усердно работать, добиться небольшого прогресса практически не проблема».

Вечерний старый жилой комплекс был наполнен разным шумом и плачем детей.

Чистый и тихий голос Чэнь Цзиншэня раздавался в комнате, заставляя все эти звуки за окном казаться отдалёнными:

«Здесь важно понять, как решается эта задача. Точка A соединяется с точкой E, добавляется вспомогательная линия...»

Какое-то время Юй Фань молча слушал, затем достал ручку из-за уха и медленно начал писать в такт голосу из видео.

Он прослушал записи одну за другой, периодически ставя их на паузу и воспроизводя снова. Так прошёл час.

Юй Фань прокрутил чат с Чэнь Цзиншэнем до самого низа.

[S: Отправил не тому.]

Сообщение было прислано пятьдесят минут назад.

Юй Фань перестал писать и напечатал: «?»

Телефон тут же завибрировал.

[S: Я должен был отправить это Ван Луаню.]

[-: ?]

[-: Разве Ван Луань не использует продвинутую версию?]

[S: А, значит, я ещё и учебник перепутал.]

[-: ……]

Юй Фань опустил взгляд и начал печатать: “Ты идиот”, но отправить не успел — с другой стороны пришло ещё одно видео.

На записи Фань-Фань энергично тёрся о руку Чэнь Цзиншэня. Тот, похоже, сидел на стуле, и несколько раз почесав собаку по голове, небрежно спросил:

«Что? Гулять хочешь?»

«Гав!»

«Но я не могу тебя удержать».

«Гав?»

«Брат с той прогулки? У него нет времени ходить с тобой».

«Гав...»

Чэнь Цзиншэнь со вздохом сказал: «Хорошо, я спрошу его за тебя».

Видео закончилось.

[S: Вот это я хотел отправить тебе.]

Юй Фань снял полотенце с плеча, закрыл им лицо и потёр нос. На губах появилась необъяснимая лёгкая улыбка, а затем он нажал на экран большим пальцем:

[-: Ты идиот?]

На следующий день на уроке самоподготовки Юй Фань снова украдкой вытащил “Глупая птица учится летать”.

Уже почти закончив решать страницу, он дошёл до последней задачи и застопорился. Ни одна формула не подходила.

Вчера вечером, Чэнь Цзиншэнь, кажется, не объяснял такие задачи в видео?

Он нахмурился и неосознанно повернул голову: «Эта задача...»

Бля.

Он прокололся.

Чэнь Цзиншэнь повернулся и встретился с ним взглядом. В этот момент Юй Фань размышлял между двумя вариантами: уничтожить ли эту книгу или вызвать у Чэнь Цзиншэня амнезию.

Пока он думал, Чэнь Цзиншэнь естественным движением убрал бумаги со своей парты.

«Дай посмотрю».

Твою мать.

Это же просто вопрос, нет? Чего тут смущаться?

И вообще, этот учебник ему изначально дали в благодарность за помощь с выгулом собаки.

Юй Фань нервно облизал губы и убрал руку, которая лежала между ними:

«Хм…»

Юй Фань бессознательно прикусывал большой палец, слушая объяснения.

Когда Чэнь Цзиншэнь закончил разбирать задачу, Юй Фань хотел было спросить про ещё одну, но тут их прервал стук в дверь.

В дверях стояла учительница китайского:

«На следующем уроке самоподготовки я проверю, как вы выучили “Чэнь Цин Бяо¹”».

[1] — “Чэнь Цин Бяо” — это мемориал, написанный Ли Ми писателем династии Западной Цзинь, императору У династии Цзинь. Автор начинает с печальных событий своего детства, подчеркивая особые отношения между бабушкой и им самим как основу своего рассказа.

«Учитель, почему именно сейчас?» — тут же вмешался Ван Луань. — «Это будет на промежуточных экзаменах?»

«Не говори глупостей», — сказала учительница китайского: «Это просто одна из важных учебных программ, поэтому ознакомьтесь с ней».

Как только учительница вышла, все, кто до этого сидел с тестовыми заданиями, тут же запихали их в парты и вытащили учебники по китайскому.

Чэнь Цзиншэнь снова посмотрел на своего соседа по парте: «Теперь понял?»

Юй Фань на мгновение растерялся: «А… да, понял».

От того смущения, что было раньше, не осталось и следа.

Юй Фань только сейчас вспомнил, что на промежуточных экзаменах будут проверять не только предмет Чжуан Фанцинь, но ещё и физику, китайский, английский… Это слишком сложно.

Он убрал “Глупая птица учится летать” и, как все, вытащил учебник по китайскому, в поисках “Чэнь Цин Бяо”.

Чтобы запомнить текст быстрее, весь класс начал читать его вслух. Голоса сливались, словно сутры.

Так что если он присоединится, никто этого не заметит.

Голос Юй Фаня был почти шёпотом: «Когда мне было четыре года, дядя завладел завещанием моей матери. Бабушка Лю… Лю…»

Лю — что?

Как это вообще читается?

Проверив в “Байду²”, Юй Фань неоднократно перечитывал текст из книги и наконец, сумел осилить первый абзац.

[2] — “Baidu” (Байду) — это самая популярная поисковая система в Китае.

Сдерживая гнев, Юй Фань продолжил: «Захватив Святую династию, омойтесь в чистоте…»

Чего?

Кто, блять, сможет это запомнить?

(п.р: кинн юй фаня, я тоже сейчас так искала и читала эти отрывки)

Юй Фань почесал голову и снова взял телефон, чтобы поискать в Байду. Краем глаза он вдруг заметил, что Чэнь Цзиншэнь смотрит на него и улыбается.

Его удлинённые и узкие глаза слегка прищурились, а на губах застыла лёгкая улыбка.

Юй Фань некоторое время ошеломленно смотрел на него, прежде чем спросить: «Какого, чёрта ты лыбишься?»

«Ничего такого», — Чэнь Цзиншэнь тут же сделал серьёзное лицо и отвернулся. Но через пару секунд снова взглянул на него с той же улыбкой в глазах:

«Просто думаю о том, что буду счастлив, если смогу продолжать сидеть с тобой».

«…»

Учительница китайского снова вошла в класс. Юй Фань сжал в руках книгу и через некоторое время отвернулся.

Текст в учебнике по-прежнему ощущался сплошным потоком слов. Мозг Юй Фаня не работал как надо, и второй абзац дался ему с трудом, поэтому он вернулся к началу: «Когда мне было четыре года, дядя завладел завещанием моей матери. Бабушка Лю… Лю…»

Ещё раз, что такое Лю???

Твою мать. Этот Чэнь Цзиншэнь определённо опасен.

Глава 32 - Юй Фань, ты ведь не можешь просто хорошо учиться, да?

Первым, кто застал Юй Фаня за учёбой, был Ван Луань.

Он взял с собой ручку и тетрадь, собираясь попросить Чэнь Цзиншэня помочь ему разобраться с заданием, но, обернувшись, увидел уже сидящих рядом друг с другом парней.

Юй Фань наклонился ближе, а Чэнь Цзиншэнь, как обычно, сидел прямо.

Юй Фань согнул руки и положил их на стол. Лениво подперев подбородок, он слегка наклонил голову. Со стороны, с которой смотрел Ван Луань, казалось, что он едва ли не касается рукава Чэнь Цзиншэня.

Ван Луань хотел потерпеть до конца урока и расспросить его, но не удержался. Он достал телефон и отправил Юй Фаню сообщение.

[Ван Луань: Юй Фань, скажи честно. Ты тайком учишься за моей спиной, чтобы устроить разнос на промежуточных экзаменах и опередить меня в рейтинге?]

[-: …]

[-: Потеряйся.]

[Ван Луань: И всё же, мне кажется, что твои взаимоотношения с Сюэбой улучшились за последние два дня.]

[Ван Луань: Хотя, постой. Вы и раньше вроде довольно хорошо общались. Ты даже помог ему добраться домой после того вечера с караоке…]

[Ван Луань: Но кажется, что теперь ваши отношения друг с другом стали ещё лучше.]

Бред.

Это было только ради сдачи промежуточных экзаменов.

После экзаменов Юй Фань собирался переправиться через реку и снести мост¹…

[1] — Это метафора означает то, что вы избавляетесь от человека после достижения своей цели, который когда-то вам помог.

«Ты понял?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань отложил телефон и нахмурился, услышав вопрос.

Чэнь Цзиншэнь уже всё достаточно подробно объяснил, но Юй Фань ничего не понял, поэтому казался немного растерянным.

«Мгм».

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд и посмотрел на него.

Боясь упустить шаг в решении, внимательно слушавший Юй Фань неосознанно пересёк границу между двумя партами. Другой рукой он раздражённо ерошил свои волосы, потому что не понимал условия задания.

Его тёмные и густые пряди выглядели очень мягкими.

Через несколько секунд, Юй Фань, осознав что не услышал ни звука, поднял голову.

«…» — он сжал волосы немного сильнее — «Чего пялишься? Не на меня смотри, а на задание».

Чэнь Цзиншэнь отвёл взгляд и снова начал объяснять предыдущий номер.

Юй Фань: «Что ты делаешь? Я же сказал, что всё понял».

«Ага», — сказал Чэнь Цзиншэнь, — «Я просто хочу объяснить это ещё раз».

«…»

Юй Фань неловко уткнулся в задачу: «Делай что хочешь».

На протяжении нескольких вечеров подряд, в семь часов, Юй Фань получал “не туда отправленные” сообщения от Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь отправлял ему множество объясняющих видеороликов, и так как он снимал небрежно, Юй Фань мог видеть кучу всего помимо учебных материалов.

Стол, подставка для ручек и даже настольная лампа Чэнь Цзиншэня — все серые. На рабочем месте не было ничего, кроме бумаг, ручек и наушников.

Часто, объясняя задания, он мельком показывал часть своей одежды. Иногда это было что-то чёрное, иногда — серое. В сочетании с его спокойным и низким голосом, всё видео ощущалось холодным и сдержанным.

Со временем, Чэнь Цзиншэнь перестал писать “не туда отправил”, а Юй Фань не задавал вопросов. Они просто продолжали переписываться, заполняя пустой чат.

За день до экзамена, Юй Фань, выйдя из душа, взял телефон, но не увидел ни одного уведомления.

Он поднял взгляд и проверил время: девять пятнадцать.

Юй Фань небрежно уселся на стул, взял полотенце, висевшее на плече, и начал вытирать им кончики волос, всё ещё глядя на профиль Чэнь Цзиншэня в WeChat. Нажав на него, он увидел лишь вчерашнюю переписку.

Почему он опаздывает?

Юй Фань открыл клавиатуру, набрал какое-то слово и вдруг, осознав, что делает, быстро стёр написанное.

…Это глупо.

Чэнь Цзиншэнь никогда не обещал отправлять ему видеолекции каждый вечер в девять.

Юй Фань только сейчас понял, что принял это как должное.

Чэнь Цзиншэнь не был обязан объяснять ему темы каждый день. Между ними не было договорённостей, обещаний, и отношения между ними не такие, чтобы переписываться ежедневно.

Он бросил телефон на стол, одной рукой убрал колпачок с ручки, небрежно откинул волосы со лба назад и открыл рабочую тетрадь.

В любом случае, теперь он примерно разбирается в некоторых простых заданиях…

Бз-з-з.

Юй Фань отложил ручку. Бесстрастно включив телефон, он размышлял о том, что Чэнь Цзиншэнь опоздал уже на двадцать минут.

[Сообщение из группы "Средняя школа №7 Наньчан”.]

[Цзо Куан: Ван Луань, будешь играть в “Съешь курицу”?]

[Ван Луань: Я буду, буду.]

[Чжань Сыньцзин: Ты не собираешься заниматься сегодня?]

[Ван Луань: Я тщательно обдумал свои действия. Последние две недели я усердно работал, так что эту ночь можно пропустить. К тому же, если не сдам экзамены, она станет последней моей ночью на свободе!]

[Цзо Куан: Хватит бред нести, заходи в игру. Юй Фань, ты будешь? @-]

Юй Фань без особого интереса просмотрел сообщения, собираясь ответить на них, когда телефон вдруг завибрировал. В верхней части экрана появилось новое окно…

[S приглашает вас в видеозвонок]

?

Юй Фань на мгновение растерялся, и ему потребовалось некоторое время, чтобы осознать происходящее.

Он резко выпрямился и продолжил смотреть на экран, где всё ещё висело приглашение. Человек на другом конце не вешал трубку.

Ещё через пару секунд он привёл в порядок свои растрёпанные волосы и ответил на звонок.

Телефон Чэнь Цзиншэня стоял на столе под немного странным углом. Он, похоже, только что вышел из душа и, наклонив голову, вытирал волосы, когда звонок начался.

Юй Фань уставился на экран, чувствуя себя немного неловко.

Всего два-три часа назад они вообще сидели за одной партой, так почему видеозвонок вечером ощущался настолько странно?

«…Зачем позвонил?» — безразлично спросил Юй Фань, тут же поправив выражение лица.

Услышав голос Юй Фаня, Чэнь Цзиншэнь поднял взгляд и посмотрел на него.

Юй Фань держал телефон почти вплотную к себе, поэтому камера показывала только нижнюю часть его глаз и уголок ключицы.

Чэнь Цзиншэнь отвел взгляд и спокойно произнёс: «Я нашёл ещё несколько типов заданий, но пока я сниму и отправлю видео, ты сможешь посмотреть его только поздно ночью. Поэтому можем мы разобрать их по звонку?»

Ты уже позвонил, так зачем теперь спрашивать?

Юй Фань открыл групповой чат “Старшей школы Наньчан”, написал “нет” и принялся искать что-нибудь, куда поставить телефон.

Подумав, что экран слишком маленький, он придвинул телефон поближе: «Ладно. Можешь начинать».

***

Закончив с последним заданием Юй Фань лениво потянулся и рефлекторно собрался лечь спать, но вдруг вспомнил, что он не в классе.

Он отодвинулся от камеры и снова взглянул на экран.

Чэнь Цзиншэнь, казалось, устал. Взяв стакан, он сделал глоток воды. Его кадык несколько раз перекатился, пока он глотал.

«С чем ещё помочь?»

Юй Фань пришёл в себя. Вернув половину лица в кадр, он опустил взгляд и небрежно сказал: «Это всё. Кидаю трубку».

«Хорошо».

На несколько секунд повисла тишина.

Палец Юй Фана долго держался над кнопкой завершения звонка, прежде чем он наконец убрал его.

«Чэнь Цзиншэнь», — позвал он.

«Мм».

«Покажи собаку», — сказал Юй Фань, — «Ты давно не присылал видео».

Чэнь Цзиншэнь на редкий момент удивился, но вскоре вновь взял себя в руки: «Хорошо».

Чэнь Цзиншэнь позвал “Фань Фань”, а затем переключился на заднюю камеру, показывая собаку, уже положившую передние лапы на его колени.

«Почему у твоей собаки уши к верху?» — с расслабленным выражением лица, лениво спросил Юй Фань, откинувшись на стуле.

«Их купировали».

«Их… что?» — застыл Юй Фань.

«Предыдущий хозяин хотел сделать из него служебную собаку», — спокойно объяснил Чэнь Цзиншэнь. — «Свисающие уши мешают слуху, поэтому часть уха отрезают и зашивают, чтобы они стояли. Некоторым ещё купируют хвосты, чтобы собакам было легче подниматься и спускаться с гор».

«…»

Юй Фань невольно выпрямился и, немного задумавшись, сказал: «Насколько я помню, хвост у него цел?»

«Мгм. Я забрал его к себе до того, как хвост купировали».

Юй Фань вздохнул с необъяснимым облегчением и снова откинулся на спинку стула.

Фань Фань, будто зная, что речь идёт о нём, радостно залаял. Чэнь Цзиншэнь погладил его, но тот всё равно тихо заскулил.

Чэнь Цзиншэнь протянул руку и прикрыл его пасть ладонью.

Вой Фань Фаня наконец-то стих.

«Юй Фань», — беспечно произнёс Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань уставился на экран телефона: «Чего?»

Камера по-прежнему была направлена на пса. Фань Фань уже перестал скулить и теперь послушно стоял рядом с серыми штанами.

Чэнь Цзиншэнь поднёс руку к уху собаки и начал небрежно его почесывать: «Удачи хорошо сдать экзамен завтра».

«…»

Глубоко вздохнув, Юй Фань смог выдавить из себя лишь: «Ага».

Повесив трубку, Юй Фань, всё ещё оставаясь в прежней позе, внезапно почувствовал жар.

Он несколько секунд смотрел на чат, затем щёлкнул языком. Отбросив телефон в сторону, Юй Фань поднялся со стула и открыл окно как можно шире.

Вечерний ветер ворвался в комнату. Юй Фань постоял у окна несколько секунд, а затем грубо откинул волосы назад.

«Твою мать, почему так жарко?»

Учёба явно не идёт на пользу организму.

Должно быть, я не смогу сдать промежуточный экзамен, да и с геометрическими функциями тяжело…

Кстати.

Почему Чэнь Цзиншэнь только что разговаривал со мной, гладя свою собаку?

В первый день промежуточных экзаменов утром проводится китайский, а во второй половине дня — математика.

Юй Фань зашёл в кабинет.

В последней экзаменационной комнате* уже сидел и дремал экзаменатор.

(п.р: Насколько мне известно, в первых экзаменационных комнатах находятся ученики, показавшие лучшие результаты/оценки, а в последней — наоборот.)

В этом классе находилось около дюжины учеников, замыкающих рейтинг успеваемости. Поэтому с установленным в кабинете глушителем сигнала, они буквально не могли сделать ничего.

А экзаменатор благодаря этому читал газету, не чувствуя никакого давления.

Скучая, Цзо Куан развалился на парте. Он уже собирался спросить сидящего рядом с собой человека не хочет ли тот сдать работу пораньше чтобы поиграть, как увиденное застало его врасплох.

Его брат, который обычно спал от начала до конца экзамена, сейчас сидел ровнее, чем когда либо. Даже ровнее чем во время игры в LoL*. Опустив голову, он усердно писал.

(п.р: League of Legends)

Цзо Куан: «???»

Почувствовав его взгляд, Юй Фань перестал писать, посмотрел на него и холодно сказал: «Отвернись».

«…»

Сменив позу, Цзо Куан продолжил спать.

После сдачи экзамена по китайскому, Ван Луань сдавший тест на том же этаже подошел к ним и пригласил поесть за пределами школы.

Все трое отправились в ближайший ресторан сычуаньской кухни.

«Блять, он был будто одержим злым духом. Он заполнил весь экзаменационный лист по китайскому!» — потрясённо говорил Цзо Куан: «Даже сочинение написал!!»

Ван Луань: «Вчера, когда мы играли, я же, блять, говорил тебе о том, что он в последнее время учится, а ты мне не верил…»

«Вы закончили?» — перебил их Юй Фань.

«Нет, не закончили» — ответил Цзо Куан: «Так что всё-таки с тобой случилось?»

«Ничего», — неопределенно бросил Юй Фань: «Это только на время промежуточных».

Видя, что он не хочет говорить об этом, они больше не задавали вопросов и перешли к обсуждению другой темы.

Юй Фаню было скучно, когда вдруг в его кармане завибрировал телефон.

[S: Как прошёл экзамен?]

Юй Фань так давно не получал таких сообщений, что на мгновение застыл.

Он с недовольством напечатал:

[-: “Чэнь Цин Бяо” не было в тесте.]

[S: Ну, я догадывался что так будет.]

?

Я два дня подряд заучивал это у тебя под носом, а ты, догадываясь, что его не будет на экзамене, даже не подумал предупредить??

Юй Фань подавил желание вмазать человеку по ту сторону экрана, а затем стиснув зубы, закрыл окно чата.

Покончив с обедом, Ван Луань, вытирая рот салфеткой, сказал: «Мой отец настаивает на том, чтобы я пошёл домой на обед, а потом вернулся на экзамен. А вы что делать будете?»

Экзамен по математике начинался в 15:00, поэтому до него оставалось больше трёх часов.

«Я собираюсь в интернет-кафе сыграть пару каток», — сказал Цзо Куан и повернулся к человеку рядом с собой: «Пойдёшь со мной?»

Юй Фань: «Нет».

Цзо Куан: «Тогда куда ты уходишь?»

В экзаменационный класс, чтобы ещё раз просмотреть формулы.

Конечно, Юй Фань не стал озвучивать это.

Засунув телефон в карман, он встал, пошёл к выходу, и, не оборачиваясь, бросил фразу: «Прогуляюсь».

Первые экзаменационные комнаты и последние были полной противоположностью. Ученики из первых классов оставались на месте даже во время перерыва, чтобы повторять материал, а в последних кабинетах… было практически пусто.

Экзаменационный кабинет Юй Фаня находился в лабораторном здании.

Проходя мимо учебного корпуса Юй Фань не мог не взглянуть на кабинет первого класса.

Несколько учеников стояли на балконе и занимались. Чэнь Цзиншэня среди них не было.

Когда Юй Фань вернулся в свой кабинет, там, ожидаемо, никого не оказалось.

Он достал из полки парты практические задания и, как раз в тот момент, когда собирался найти ручку, почувствовал очередную вибрацию телефона.

Снова Чэнь Цзиншэнь написывает?

Юй Фань расслабил брови, взял телефон и посмотрел сообщение.

В тот момент когда он прочитал сообщение, его выражение лица стало холодным. Ручка, которую он только что взял снова оказалась на столе.

[Неизвестный номер: Ты просто бешеная псина, которая только и может что кидаться на людей. Если у тебя есть достоинство, то возьми и выйди из школы, поговорим один на один.]

Глупо.

Только Юй Фань собирался выключить телефон, как ему было отправлено ещё несколько сообщений.

[Неизвестный номер: Что, боишься выйти? А ведь ты был таким смелым, когда перевернул на меня чашку с едой.]

[Неизвестный номер: Кстати, я глянул твоё личное дело и хотел спросить, почему там только отец и нет матери?]

[Неизвестный номер: Твоя мамка сдохла?]

[Неизвестный номер: Тогда неудивительно, что ты выглядишь как сирота.]

***

В экзаменационной аудитории первого класса было будто немного душнее и напряженнее по сравнению с другими.

Все ученики были заняты повторением материала.

Закончив с очередным заданием, Чэнь Цзиншэнь достал из кармана телефон.

Новых сообщений не было.

В класс вошёл наблюдатель и положил экзаменационные листы на кафедру. Он был немного удивлен, когда увидел, что человек, сидевший за первой партой, всё ещё держит в руке телефон.

«До начала экзамена ещё пять минут», — прокашлялся экзаменатор, напоминая: «Уберите свои учебники и телефоны. Вы должны оставить их за пределами аудитории».

Со спокойным выражением лица Чэнь Цзиншэнь уже собирался выключить телефон, как вдруг на экране всплыло уведомление из заблокированного чата.

Увидев знакомое имя в сообщении, Чэнь Цзиншэнь замер, а затем быстро открыл чат.

[Чжань Сыньцзин: Блять. Подруга из соседней школы по секрету сообщила мне, что сегодня собралась группа из более чем дюжины человек, и они говорят, что собираются забить Юй Фаня до смерти!]

[Ван Луань: Да быть такого не может, Юй Фань сейчас в школе. Они что, ворвутся прямо в школу? Толстый Тигр им точно этого не позволит.]

[Цзо Куан: Реально.]

[Чжань Сыньцзин: Она сказала, что они нашли способ выманить Юй Фаня. Кто-нибудь сейчас с ним??]

[Ван Луань: Нет, блять. Я только что звонил ему, но он не берёт...]

[Цзо Куан: Это пиздец, у меня тоже не получается дозвониться. Твою мать где все? Нужно быстрее собраться.]

[Ван Луань: Сука! Почему это вообще происходит... У меня Фанцинь экзаменатор, я не могу выйти прямо сейчас. Пока что, поищите его где-то на территории школы.]

Наблюдатель посмотрел на парня за первой партой. Нахмурившись, он повторил: «Ученик, сдай свой телефон, ты меня слыши… А? Куда ты идешь? Экзамен скоро начнётся! Эй, Чэнь Цзиншэнь!»

***

В узком тёмном переулке за бильярдной.

Юй Фань смотрел на десяток знакомых и не очень лиц перед собой, чувствуя внутри странную смесь эмоций.

«Когда ты отобрал у меня нож в прошлый раз, ты должен был понимать, что рано или поздно мы встретимся снова», — сказал бритоголовый парень*, стоявший впереди: «Юй Фань».

(п.р: кто не помнит это вроде чел из 1 главы)

Юй Фань ничего не ответил.

«Чего молчишь? Разве это не ты был таким дерзким в прошлый раз, когда заступался за того ботана?» — проговорил кто-то за спиной парня с бритой головой. — «Если бы ты тогда следил за собой, возможно, я бы сейчас не был здесь».

Юй Фань по-прежнему молчал.

Кто-то другой сказал с улыбкой: «Наверное, понял, что сейчас его изобьют, и просто не может сказать ни слова от раздражения...»

«Это и правда раздражает», — сказал Юй Фань.

Наконец-то он усвоил чёртов урок.

Хотя теперь это всё бесполезно.

Парень не расслышал, что сказал Юй Фань. Он нахмурился: «Что ты гово… Блять!!»

Прежде чем он успел закончить предложение, Юй Фань схватил одной рукой стоявшее рядом мусорное ведро и с силой вмазал им по лицу собеседника.

Переулок был очень узким для дюжины человек, собравшихся там, так что к Юй Фаню сначала бросилось только несколько из них, около шести-семи.

Юй Фань схватил того, кто был спереди и врезал ему коленом с такой силой, что тот увидел звёзды.

Несмотря на сильный удар по плечу палкой, выражение лица Юй Фаня не изменилось. Он просто отбросил того, кто уже потерял сознание, на другого, а затем схватил ещё одного нападавшего и ударил головой его прямо в нос…

Бритый парень, словно важная шишка, держал зажжённую сигарету, казалось, собираясь закурить. Но в конце концов сигарета почти догорела, а он так и не сделал ни одной затяжки.

Человек рядом с ним нервно вцепился за край его одежды: «Брат... Он дерётся будто насмерть! Разве ему не должно быть больно?»

Бритоголовый парень уже знал, что Юй Фань действительно дерётся насмерть.

Иначе он бы не проиграл ему в прошлый раз.

«Блять...»

«Брат, давай всё-таки просто оставим его?» — это место было не таким уж отдалённым, поэтому увидев проходящих мимо людей, парень немного запаниковал: «Мне кажется, этого уже достаточно...»

«Достаточно, твою мать?! А он в прошлый раз разве не продолжил избивать нас?» — бритоголовый парень затушил сигарету и крикнул в сторону тех, кто охранял выход: «Пошли добьём его!»

Забитый в угол Юй Фань воспользовался моментом, чтобы слизать кровь с уголка рта. Он был готов воспользоваться любой возможностью для побега.

Их больше десятка, даже если сейчас приедет какой-нибудь чемпион, он, возможно, не сможет их победить. Юй Фань не настолько глупый.

Выход из переулка был перекрыт парнями на шухере, поэтому ему нужно отвлечь их, чтобы сбежать.

Когда Юй Фаня снова потянули в центр переулка, он успел локтем оттолкнуть державшего его за одежду человека. Вдруг он услышал свист ветра позади себя. Это был звук замаха палкой в его сторону.

Всё кончено.

Юй Фань стиснул зубы, готовясь к удару.

Но следующую секунду, прежде чем удар дошёл до него, раздался пронзительный крик.

«А-а-а!!!»

Юй Фань был ошеломлён.

Чего? Ты замахнулся палкой на себя?

Прежде чем он успел оглянуться, кто-то внезапно схватил его за воротник, и он почувствовал сильный порыв ветра. В его поле зрения появился знакомый рюкзак, который, нарисовав в воздухе дугу, ударил бритоголового парня прямо в лицо.

Юй Фань «???»

Бритоголовый: «Какого чёрта?!!»

Юй Фань ещё не успел среагировать на происходящее, как его уже с силой оттащили назад.

Почему с такой, блять, силой…

Он почувствовал слабый запах мяты.

Нервы Юй Фаня мгновенно напряглись, и он обернулся.

Позади него стоял Чэнь Цзиншэнь с бесстрастным выражением лица.

?

Как тут оказался Чэнь Цзиншэнь?

А как же экзамен???

Юй Фань: «Ты...»

«Беги».

После того, как Чэнь Цзиншэнь закончил говорить, он оттолкнул тех, кто все еще пытался броситься вперед. Юй Фань наблюдал за тем, как один из них оторвался от земли и снова ударил бритоголового. Они вместе закричали.

Юй Фань: «???»

Юй Фань стоял с окровавленным подбородком и растерянным выражением лица. Только он хотел снова задать вопрос, как его схватили за запястье и потащили к выходу из переулка.

В три часа дня окрестности школы были почти пусты. Не было ни учителей, ни учеников, да и в магазинах было мало людей.

Хозяйка магазина молочного чая сидела на входе, болтая с кем-то. Она как раз говорила о лучшем ученике, который в последнее время стал часто заходить к ним.

«Он выглядит хорошим мальчиком, но всегда общается с теми, кто не любит учиться. И не то чтобы эти люди были плохими, но их жизненные пути совсем разные. Я думаю…»

Она резко замолчала.

Она увидела, как тот самый хороший парень, о котором она только что говорила, с холодным выражением лица насильно тащил за собой того, кого она считала самым необузданным из учеников. Эти двое пронеслись мимо её магазина как ветер.

Хозяйка: «?..»

Юй Фань не знал, как долго они бежали.

Он истратил слишком много сил до этого, поэтому теперь не мог нормально дышать. На мгновение ему даже показалось, что он умрет от нехватки кислорода.

Прежде чем он умер, тот, кто шёл впереди, наконец остановился.

Они оказались в парке на пустой песчаной площадке.

Юй Фань рухнул на землю. Он, открыв рот, тяжело дышал и его плечи быстро поднимались и опускались, а сердце колотилось, словно барабан.

Что-то холодное коснулось его волос и прижалось к коже головы. Прежде чем Юй Фань успел прийти в себя, пальцы этой руки сомкнулись и сжали его волосы, заставив поднять голову.

Чэнь Цзиншэнь присел на корточки и с читаемым терпением во взгляде посмотрел на него.

Выражение его лица было холодным и напряжённым, будто он смотрел на щенка, которого вот-вот зарежут.

«Юй Фань, ты ведь не можешь просто хорошо учиться, да?»

Сердце Юй Фаня сжалось, и он не мог пошевелиться.

В следующую секунду Чэнь Цзиншэнь поднял другую руку и протянул её к лицу Юй Фаня

Юй Фань привык к дракам. Когда чья-то рука бесшумно приближалась, обычно это был либо удар, либо пощёчина.

Поэтому он машинально закрыл глаза…

Он почувствовал холод у уголка губ.

Чэнь Цзиншэнь стёр кровь пальцем.

Затем наклеил на рану пластырь, не говоря ни слова.

Глава 33 - Что такого ты сделал?

Чэнь Цзиншэнь применил некоторую силу, но она не была чрезмерной.

В месте прикосновения ощущалась лёгкая боль, но она не была невыносимой.

Последнему человеку, который прикасался к волосам Юй Фаня, все ещё приходится обходить школу №7 Наньчана.

У Юй Фаня было мало табу на драки, но он ненавидел, когда другие касались его головы. Ударить палкой по ней — нормально, но прикасаться напрямую — нет. Того, кто бил его по голове, он мог точно вычленить из толпы и ответить ему тем же.

Но сейчас, сидя на песке с полуоткрытым ртом и тяжело дыша, Юй Фань смотрел на Чэнь Цзиншэня, не двигаясь ни на дюйм.

Он слишком устал. Касание к волосам не вызывало у него отвращения, наоборот, он чувствовал себя немного расслабленным и даже как-то странно хотел сильнее прижаться к этой руке…

Пока что-то не прилипло к уголку его губ.

Юй Фань тут же отстранился. Он запоздало понял, что ему следовало бы ударить по руке этого человека, а затем сломать её.

Что значит “ты не можешь просто хорошо учиться”?

Кто, чёрт возьми, в принципе захочет вести себя хорошо?

Рука, державшая его, внезапно ослабла, и беспорядочные мысли, заполнявшие разум Юй Фаня, прекратились.

Чэнь Цзиншэнь запустил пальцы в волосы и, нежно потерев их, убрал руку.

Небрежно брошенный рюкзак лежал вокруг песка. Чэнь Цзиншэнь равнодушно скомкал мусор от пластыря и бросил его в боковой карман сумки.

Юй Фань посмотрел на свои испачканные кровью пальцы, и ему вдруг расхотелось ругаться.

Поэтому, ослабив напряжение в теле, он прислонился спиной к стене.

«Зачем ты носишь с собой пластыри? Неужели боишься ходить без них?», — он лениво придирался.

Кто из нас всегда ранится?

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него и быстро отвернулся, ничего не сказав.

Что за отношение?

Юй Фань вытянул ногу и подтолкнул ею ботинок Чэнь Цзиншэня. Как раз когда он хотел что-то сказать, что-то внезапно мелькнуло у него в голове.

Сколько времени?

Он тут же достал телефон и увидел, кучу пропущенных звонков и сообщений. Поскольку в экзаменационном классе была заглушка, он не заметил этого всего раньше.

15:27.

Он быстро отправил в группу сообщение: “Я в порядке”, а затем схватил Чэнь Цзиншэня за рукав, с силой потянув.

«Что?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

«А ты как думаешь?» — сказал Юй Фань: «Экзамен!»

«Ворота школы закрыты».

«Я знаю, как войти», — Юй Фань оперся о стену, чтобы подняться. Он посмотрел на парня, который всё ещё паковал сумку, и тревожно нахмурился: «Пошли».

«В экзаменационный класс не пустят, если опоздать на пятнадцать минут».

«…»

Юй Фань смутно припоминал, что такое правило, похоже, действительно существовало.

Его веки дрогнули. Он стоял с холодным выражением лица, пытаясь придумать, как обмануть дозорного, чтобы Чэнь Цзиншэнь смог пробраться внутрь.

Попасть туда было бы легко, но Чэнь Цзиншэнь сидел за первой партой, которая слишком бросалась в глаза, поэтому учитель сразу же заметил бы их, как только они вернулись.

Стоит ли связать наблюдателя?..

Парень рядом с ним держал свою школьную сумку, а Юй Фань оглянулся, всё ещё размышляя.

Форма Чэнь Цзиншэня испачкалась ещё в переулке. Воротник был грязный, а на левом рукаве виднелось длинное серое пятно.

Чэнь Цзиншэнь повесил рюкзак на плечо. Только он хотел что-то сказать, как его руку внезапно схватили и грубо задрали рукав.

Он опустил глаза и обнаружил, что его левая рука покрыта синяками, а на запястье виднеется кровавая ссадина, непонятно когда оставленная ногтями какого-то грязного хулигана.

Юй Фань несколько секунд смотрел на его травмы и вспомнил удар палкой, который не попал в него. Он щёлкнул языком.

Схватив Чэнь Цзиншэня за руку, Юй Фань попытался потащить его за собой.

Но другая сторона не сдвинулась.

Чэнь Цзиншэнь твёрдо стоял на месте: «Куда мы идём?»

«В больницу», — ответил Юй Фань: «Сделать прививку от столбняка».

(п.п1: столбняк может попасть в организм через раны, ссадины или укусы животных)

«Всё не так серьёзно».

«Если хочешь, я могу сейчас с тобой подраться», — Юй Фань нахмурился: «Я заплачу, тебе просто нужно будет подставить своё тело под укол. А теперь перестань нести чепуху и пошли».

Чэнь Цзиншэнь по-прежнему не двигался. Он невозмутимо бросил: «Не пойду. Не хочу чувствовать запах дезинфицирующих средств».

«Почему я не слышал этих слов, когда ты в прошлый раз отвез меня в больницу?»

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд, а затем бесстрастно поднял бровь, словно спрашивая: “Сам как думаешь?”

Юй Фань: «...»

Юй Фань: «Тогда закрой нос».

«Я падаю в обморок при виде игл».

Сколько ты ещё будешь преувеличивать?

Юй Фань терял терпение. Обычно он бы уже просто оставил его и ушёл.

Некоторое время он молча и холодно смотрел на Чэнь Цзиншэня, а затем стиснув зубы, спросил: «А при виде трущоб?»

***

Такси остановилось.

Чэнь Цзиншэнь огляделся. Это был старый район с перепутанными телефонными линиями и испещренными пятнами стенами зданий, а по обеим сторонам узких улочек стояли торговцы продающие фрукты с тележек.

Юй Фань редко пользовался такси. Обычно он ходил пешком или ездил на автобусе.

Заплатив, он вывел другого человека из машины.

Правда, стоя у ворот комплекса, он всё ещё держал в руке ремешок рюкзака Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь: «Ты здесь живёшь?»

Парень рядом с ним издал небрежный звук согласия и долго не двигался.

Юй Фань слегка приподнял голову, по-видимому, проверяя что-то.

Чэнь Цзиншэнь проследил за его взглядом. Он увидел только закрытое окно на втором этаже.

Убедившись, что дома никого нет, Юй Фань потянул за сумку: «Пойдём».

Лестничный проход узкий, поэтому двое парней практически полностью заняли его пространство. Юй Фань вынул ключ из замка и слегка надавил на дверь ногой.

Изнутри доносился запах алкоголя. Он был хуже, чем запах дезинфицирующих средств в больнице.

Квартира сама небольшая. Внутри почти заполненной гостиной стояли диван, телевизор и стол для маджонга. На полу валялись множество бутылок из-под алкоголя, а на столе стояла тарелка с остатками арахиса и куриными ножками.

Чэнь Цзиншэнь почувствовал, как его тянут за рюкзак. Он отвёл взгляд и позволил Юй Фаню увести себя.

Лицо парня было безразличным, как будто он привык к подобным вещам.

Комната Юй Фаня была заперта отдельно, и чтобы войти туда, требовался ключ.

Открыв дверь, Юй Фань втолкнул человека внутрь со словами “сначала сядь” и вернулся в гостиную.

Окна были широко открыты, впуская свежий воздух. Его комната была чистой и без запахов.

Чэнь Цзиншэнь стоял на месте и молча осматривал помещение.

Комната была очень маленькой. В ней не было ничего, кроме деревянной кровати, старого шкафа, стола и стула.

Стол был полон следов времени. На нём остались не полностью оторванные наклейки, слова, написанные шариковой ручкой, следы от ножа и каким-то образом выдолбленное отверстие.

На стене у изголовья кровати было приклеено несколько грамот. Нижние были практически оторваны, остались лишь уголки, а на верхних всё ещё можно было разобрать некоторые слова.

Взгляд Чэнь Цзиншэня на чём-то остановился, и он слегка замер.

Когда Юй Фань вошёл в комнату, Чэнь Цзиншэнь уже сидел на стуле.

Он запер за собой дверь, бросил табурет, который только что нашёл, рядом с Чэнь Цзиншэнем и наклонился, чтобы открыть первый ящик справа.

Чэнь Цзиншэнь увидел, что внутри он был наполнен принадлежностями для оказания первой помощи.

Хотя, наверное, называть их так было несколько преувеличением. Потому что на самом деле внутри лежали лишь дезинфицирующие средства, бинты, пластыри и прочие вещи, которые могли помочь. Также — немаркированная прозрачная банка, наполненная тёмно-красной жидкостью.

Юй Фань выбрал несколько предметов, положил их на стол, закатал рукава и сказал: «Дай мне руку».

Чэнь Цзиншэнь положил свою руку на его.

Снаружи раздавался звук сбора мусора, и время от времени сигналили машины. Поскольку они находились на нижнем этаже, даже звук ударов маджонга по столу внизу был слышен.

Чэнь Цзиншэнь расслабленно сидел на стуле и молча наблюдал, как человек с израненным лицом тщательно дезинфицировал небольшую ранку на руке ватной палочкой.

Телефон в кармане завибрировал, и Чэнь Цзиншэнь слегка согнул пальцы.

Юй Фань тут же остановился: «Больно?»

Чэнь Цзиншэнь несколько секунд молчал. Он поджал губы: «Больно».

Больно даже во время дезинфекции?

«Зачем ты пришёл, если так боишься боли? Разве ты не мог просто остаться в классе и сдать экзамен?» — Юй Фань раздражённо нахмурился, но стал прикасаться к нему мягче.

Чэнь Цзиншэнь оглянулся и вдруг спросил: «Награды на стене твои?»

«Нет».

«Дорогой Юй Фань, поздравляем вас с выдающимися результатами в летнем лагере. Вам присвоено звание самого отзывчивого друга…» — прочитал Чэнь Цзиншэнь: «Что такого ты сделал?»

«…»

Юй Фань взглянул на стену, и действительно увидел такую грамоту.

«Кто вообще такое вспомнит?» — сказал Юй Фань: «Если продолжишь говорить глупости, я засуну тебе эту грамоту в рот».

Чэнь Цзиншэнь моргнул и по какой-то причине захотел попробовать.

Очистив рану, Юй Фань открыл стеклянную банку. Из неё потянуло резким запахом.

«Что это?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

«Лечебное вино, оставленное дедушкой», — Юй Фань вспомнил, какой хрупкий его сосед по парте, и его рука, державшая ватную палочку, замерла в воздухе: «Но оно ужасно воняет. Ты точно хочешь, чтобы я его тебе намазал?»

Чэнь Цзиншэнь ничего не сказал. Он просто поднял руку и поднёс ушибленное место к вате.

Закончив наносить вино, Юй Фань отбросил ватную палочку в сторону и дважды слегка надавил на место возле поражённого участка большим пальцем.

Он сказал: «Потерпи. Нужно немного подождать, чтобы оно хорошо впиталось».

После этого Юй Фань отпустил его руку.

Затем он достал ещё одну ватную палочку, чтобы продезинфицировать себя.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него: «Хочешь, я тебе помогу?»

Юй Фань умело обработал раны дезинфицирующим средством, даже не поморщившись: «Нет. Мои руки всё ещё целы».

Несколько минут спустя.

Юй Фань с трудом повернул руку к спине, пытаясь найти место, где болело.

Чёрт, как этот идиот мог подскочить и ударить его локтем в затылок?

Чэнь Цзиншэнь встал: «Я помогу».

Юй Фань: «Нет…» — У него из руки отобрали ватную палочку.

Чэнь Цзиншэнь сел позади него и посмотрел на его шею.

Основание шеи до плеч было покрыто синяками.

Чэнь Цзиншэнь опустил взгляд и приготовился нанести лекарство ватным тампоном.

Человек, сидевший перед ним, внезапно начал расстегивать рубашку. Он небрежно откинул воротник, обнажив большой участок кожи.

«Поторопись», — Юй Фань придвинул стул Чэнь Цзиншэня, наклонил голову и сказал: «Просто обработай в любом месте».

Обычно он снимал одежду, чтобы нанести лекарство, но в присутствии Чэнь Цзиншэня ему по какой-то причине не хотелось этого делать.

Если немного приспустить воротник, это ничего.

Чёрт.

Шея Юй Фаня была очень прямой и тонкой. Когда Чэнь Цзинчэнь наносил медицинский спирт пальцами, он подсознательно сравнивал их.

Юй Фань вздохнул.

«Больно?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань сухо ответил: «Нет».

«Тогда почему ты дрожишь?»

«...Кто, чёрт возьми, дрожит?» — выдавил Юй Фань: «…Не тяни время».

Юй Фань уже пожалел об этом.

Ему следовало дождаться ухода Чэнь Цзиншэня, прежде чем обрабатывать раны.

После того, как Чэнь Цзиншэнь сказал: “Всё готово”, Юй Фань тут же выпрямился и застегнул рубашку.

Как только он закончил раскладывать всё обратно в заваленный ящик, его телефон на столе завибрировал.

На другом конце провода раздался взволнованный голос Цзо Куана: «Чёрт возьми. Я прогулял экзамен, чтобы спасти тебя, но меня поймал Толстый Тигр, когда я перелезал через стену, и заставил стоять в его кабинете! Эй, ты в порядке??»

Юй Фань прислонился к окну: «Я в порядке».

«Что случилось? Они напали на тебя?»

«Да».

«Сколько их было? Почему ты не позвал нас перед уходом?»

«Довольно много», — Юй Фань продолжил: «Они заставили Дин Сяо выманить меня. Я думал, что там будет только он».

Один на один не заняло бы много времени. Он мог бы сбить Дин Сяо с ног всего несколькими ударами и вернуться вовремя к экзамену.

Но тот не ожидал, что этот идиот будет знаком с ребятами из соседней школы.

Юй Фань оглянулся и увидел, что Чэнь Цзиншэнь тоже достал телефон. Он тихо сидел в кресле, просматривая сообщения.

Цзо Куан долго что-то говорил, прежде чем повесить трубку.

Юй Фань отложил телефон и обернулся, как раз в тот момент, когда Чэнь Цзиншэнь встал со своей сумкой в руке.

Он положил телефон в карман, полный непрочитанных сообщений: «Я возвращаюсь».

После того, как Юй Фань проводил его вниз, Чэнь Цзиншэнь поймал такси и, казалось, что-то вспомнил.

«Можно позвонить тебе по видеосвязи в девять?»

Юй Фань стоял на мгновение был ошеломлён, засунув обе руки в карманы: «...Да».

«Тогда, поговорим сегодня вечером», — Чэнь Цзиншэнь схватился за лямки своей сумки и добавил: «В прошлом семестре ты набрал всего 9 баллов по математике».

Юй Фань: «?»

«Так что пропустить этот экзамен не так уж и страшно. Всё будет в порядке, если ты хорошо сдашь другие предметы».

Юй Фань, который хотел сказать ему, чтобы он заткнулся, если ему нечего сказать, но в следующий момент не смог вымолвить ни слова.

Чэнь Цзиншэнь слегка потёр его волосы и небрежно сказал: «Я ухожу. Поговорим позже».

Машина скрылась за углом.

Юй Фань стоял на месте, не двигаясь долгое время. Он пришёл в себя только тогда, когда светофор сменил цвет…

Подождите?

Чэнь Цзиншэнь только что снова потрогал мою голову?

Всё ещё держа руки в карманах, Юй Фань резко развернулся и медленно пошёл обратно, с выражением лица, которое иногда было холодным, а иногда свирепым.

Чэнь Цзиншэнь сегодня дважды прикоснулся к нему.

Он собирается отрубить ему два пальца.

Как он посмел? Он не может держать руку при себе? Мы достаточно близки для такого?

Юй Фань взъерошил себе волосы, думая, что ему стоит пригрозить другой стороне.

Как только сегодня вечером состоится видеозвонок, он наточит свои лезвия и заставит его извиниться сто раз.

Вечером Юй Фань некоторое время рассеянно играл в игру “Змейка”, к которой он давно не прикасался.

Ровно в девять часов поступил запрос на видеозвонок. Юй Фань держал в руке фруктовый нож, которым он только что очистил яблоко, и без всякого выражения ответил на звонок. Как раз когда он собирался заговорить…

«Подними телефон выше», — сказал Чэнь Цзиншэнь, взглянув на экран.

«Что?»

«Ещё немного».

Зачем ему это надо?

Нахмурившись, Юй Фань поднял предмет в руке, готовый напугать его.

«Так-то лучше», — Чэнь Цзиншэнь открыл учебник: «До этого я не мог увидеть тебя».

«…»

Юй Фань некоторое время безразлично смотрел на своё лицо в маленьком окошке телефона, прежде чем опустить нож.

Глава 34 - Ты нравишься мне

На следующий день, рано утром, в месте проведения экзамена за лабораторным зданием было довольно оживлённо.

Позади второго ряда собралась дюжина без умолку болтающих парней.

— «У меня есть друг, который сдавал экзамен в одном кабинете с Дин Сяо. Он сказал, что эта собака с тех пор не приходит в школу».

— «Всё равно монах не сможет спрятаться в храме, когда он придёт в понедельник, закроем ему проход в класс!»

— «Отвёл в переулок и выбрал время, чтобы избить парня из соседней школы. Только кучка трусов может напасть на одного…»

Чем больше группа это обсуждала, тем оживлённее они становились.

Но именно тот, кто в этом участвовал, спокойно сидел посередине, молча глядя на физические формулы.

Цзо Куан заключил: «В любом случае надо свести с ними счёты».

«Да!» — крикнул Ван Луань: «Посмотрите, что они сделали с красивым лицом моего брата!»

Юй Фань наконец поднял голову и сказал: «А теперь иди в соседнюю школу и посмотри».

Ван Луань: «На что посмотреть?»

«На то, кто из нас пострадал больше: я или те отбросы».

Ван Луань: «…»

Ученик из старшей школы №7, который будет сильнее на протяжении всей своей жизни.

«Давай, ты хочешь разобраться с этим вопросом или нет?» — спросила Чжань Сяньцзинь, сидя рядом с ним, прислонившись к стене и скрестив ноги. — «Вчера вы вдесятером пропустили экзамен… Ху Пан, наверное, сейчас точит нож».

Все здесь выскользнули из своих кабинетов, за исключением неё и Ван Луаня, чьим наблюдателем была Чжуан Фанцинь.

Десять человек вместе выбежали из здания, и эта картина была достаточно впечатляющей.

«Мне всё равно, сдам я экзамен или нет…» — Цзо Куан о чём-то подумал и добавил: «Но я не ожидал, что ваш Сюэба такой непорочный».

Если бедные ученики² прогуливают экзамены, никого это не волнует, кроме учителя.

[2] — “Бедные ученики” — старая поговорка, об отстающих учениках: первый тип — это учащиеся, которые имеют плохую успеваемость. И из-за разницы в оценках с другими они выделяются, что приводит к проблемам преподавания в дальнейшем. Второй тип — это те, кто часто нарушает моральные принципы или допускает серьёзные ошибки на занятиях.

Но место в первом классе* вчера пустовало, поэтому вечером об этом узнала половина школы.

(п.п: кто не помнит, в первом классе сдают экзамен те, кто хорошо учится и тд, а в последнем — противоположно)

И когда Юй Фань уже не выдержал многочисленных вопросов, он просто сказал: «Чэнь Цзиншэнь забрал меня». После этого люди узнали, почему первый в классе на самом деле не сдал экзамен.

Ван Луань: «Конечно он такой! Люди, которые преуспевают в учебе, всегда были хорошими».

— «Но…» — начал кто-то, размышляя над этой ситуацией: «Чэнь Цзиншэнь же не умеет драться. Как он мог броситься на ту дюжину?»

Этот придурок не умеет драться, поэтому просто пнул одного из них.

Подождите.

Внезапно осознав это, Юй Фань прекратил думать о формулах.

Почему Чэнь Цзиншэнь смог дать отпор?

Всё-таки, каким бы сильным ни был человек, тяжело отшвырнуть кого-то без каких-либо навыков, тем более для такого слабака, как Чэнь Цзиншэнь…

«Не спрашивай об этом», — сказал Ван Луань, — «Я слышал что он ушёл прямо перед наблюдателем и, думаю, это здорово. Но нашим экзаменатором вчера была Фанцинь, и она сидела с мрачным выражением лица…»

«Постой», — Юй Фань нахмурился: «Чэнь Цзиншэнь ушёл сразу после начала экзамена?»

«Вроде да… Потом Фанцинь спросила меня, знаю ли я, куда вы двое ушли. Я ответил, что не знаю. В тот момент я заглянул в её телефон, и она разговаривала там с мамой Сюэбы».

За десять минут до экзамена школьные ворота закрылись.

Чэнь Цзиншэнь перелез через стену?

«Это не так важно», — Цзо Куан махнул рукой: «У второго зато теперь есть шанс занять первое место в классе. Сюэба был первым слишком много раз, ему следует уступить некоторым людям за ним».

— «Просто каждый раз быть первым, а потом не суметь это сделать разочаровывает сильнее», — сказал человек, сидевший рядом с ним: «И тебя точно будут упрекать, когда вернёшься домой».

Позже Юй Фань не слушал внимательно о чём они говорили.

Прочитав физическую формулу от начала до конца, он всё равно не смог её понять.

Телефон в его кармане завибрировал.

[S: Ты уже в экзаменационном классе?]

[-: Да.]

[S: Ну, скоро экзамен, так что не уходи никуда.]

Юй Фань: «…»

Что это за тон? Ты родитель?

Юй Фань сунул телефон обратно в карман и вдруг встал со своего места.

Разговаривавшие вокруг остановились и посмотрели на него: «Куда ты идёшь?»

Юй Фань не оглядываясь бросил: «В кабинет учителя».

***

Днём, после экзамена, Чэнь Цзиншэнь, положив канцелярские принадлежности в рюкзак, взял телефон. Больше чем за час он получил одиннадцать текстовых сообщений.

[Мама: Все в семье твоего отца знают о прогулах, включая ту женщину.]

[Мама: Ты хочешь опозорить меня перед ними?]

[Мама: Я закончу дела и вернусь домой как можно скорее, а ты должен объяснить ситуацию. Ты меня разочаровываешь.]

Содержание этих сообщений почти такое же, как и вчерашний звонок.

Равнодушно прочитав их, Чэнь Цзиншэнь вышел из приложения, открыл WeChat и спросил закрепленного человека, заполнил ли он тестовый лист полностью.

Ответа с противоположной стороны не последовало.Чэнь Цзиншэнь взял свою школьную сумку, развернулся, уже собираясь уйти, но его остановили.

«Чэнь Цзиншэнь», — похлопал его по спине наблюдатель: «Директор Ху хочет, чтобы ты пришёл в его кабинет».

Чэнь Цзиншэнь подошёл к двери кабинета директора. Только он хотел постучать в дверь…

«Директор, я хочу повторно сдать экзамен».

Услышав знакомый голос, Чэнь Цзиншэнь остановился и медленно опустил руку.

Он посмотрел в окно.

Ван Луань и Цзо Куан стояли недалеко и, похоже, пришли вместе с ним.

Тот, кто не ответил на его сообщение, сейчас стоял у стола.

Ху Пан с болью посмотрел на человека перед собой: «Какой раз ты уже приходишь? А? Сколько раз ты уже говорил об этом сегодня? Я же уже сказал нет!»

«Почему нет?» — Юй Фань не пошевелился.

«В какой школе действует правило пересдачи?» — Ху Пан не ожидал, что ему однажды придётся объяснять это Юй Фаню: «Кроме того, ты намеренно прогулял экзамен, так какое право ты имеешь сдавать его заново?»

«Я сказал, что не прогуливал. Меня заманили обманом, а потом не дали уйти, и я не смог вернуться», — повторил Юй Фань в энный раз: «Когда я вам лгал?»

«…»

Ван Луань: «Это правда, директор, я могу подтвердить! Из соседней школы десять человек пришли в бильярдный зал за школой чтобы избить одного из наших учеников. Разве уместно то, что вы это игнорируете и лишаете избитого учащегося права на пересдачу экзамена?»

«Я же сказал, что разберусь с этим вопросом после окончания экзаменов», — расстроенно произнёс Ху Пан. — «Но что ты-то, чего хочешь от меня? Что ты вообще здесь делаешь?»

Ван Луань: «Борюсь с несправедливостью по отношению к своим одноклассникам!»

«…»

Ху Пан всё это время чувствовал себя странно.

Обычно он не проводит занятий и проблемный ученик сдавший пустой лист неожиданно пришёл к нему, прося пересдать экзамен.

Он хочет сдать его повторно, чтобы набрать десять баллов?

Ху Пан потёр между бровей: «Идите».

Юй Фань: «Я хочу пересдать экзамен».

Ху Пан: «Скоро будут ежемесячные экзамены…»

«Я хочу пересдать экзамен».

«Если ты хочешь проявить себя, дождись ежемесячного экзамена. Давай, поторопись, мне ещё нужно поговорить с другими учениками… Что ты делаешь?»

Юй Фань передвинул свой стул немного в сторону.

«Оставил вам место для разговора», — Юй Фань откинулся на спинку: «Если вы не дадите согласия на пересдачу, я буду жить здесь».

«…»

Через некоторое время Ху Пан взял термос и сделал глоток воды.

Он с раздражением улыбнулся и сказал: «Ладно, ладно…»

«Чэнь Цзиншэнь тоже должен сдать экзамен», — выпалил Юй Фань: «Он пропустил его потому что застрял со мной».

«…» — лицо Ху Пана вспыхнуло от гнева: «Если ты так сильно хочешь сдать экзамен, то он будет в субботу днём, и сдавать будут все, кто его провалил! Я лично приду в класс, в роли наблюдателя!»

Переживший катастрофу Цзо Куан, округлил глаза: «Директор, на самом деле…»

«Не проблема», — боясь, что собеседник пожалеет о сказанном, Юй Фань тут же встал и спокойно сказал: «Спасибо, директор Ху, вы так добры. До свидания».

Цзо Куан: «…»

***

Чэнь Цзиншэнь ушёл в другой конец коридора и подождал, пока все трое уйдут, прежде чем постучать в дверь и войти в кабинет.

Ху Пан спросил его о вчерашнем дне. Чэнь Цзиншэнь во всём честно признался. Поняв, что слова Юй Фаня оказались правдой, выражение лица Ху Пана стало серьёзнее.

Ху Пан разговаривал с ним полчаса, а после отпустил. Он неоднократно говорил, чтобы подобное больше не повторялось и уведомил о завтрашнем экзамене.

Когда его отпустили, помещение уже окрасилось в красный цвет заката.

Выйдя из кабинета директора, Чэнь Цзиншэнь достал свой телефон.

[-: Я не могу докончить и понять эту кучу вопросов. Ты можешь объяснить?]

[-: Пересдача по математике завтра в восемь утра в классе 109. Не забудь прийти.]

[-: Тебе дошли сообщения?]

Чэнь Цзиншэнь молча стоял на лестничной клетке, много раз перечитывая сообщения.

Пока не появился запрос на видеозвонок.

Чэнь Цзиншэнь нажал на кнопку подключения.

Юй Фань сидел на деревянном стуле в своей комнате, и тупо смотрел на экран: «Я… не туда нажал, хотел сделать голосовой звонок».

Он быстро сменил выражение лица и холодно спросил: «Ты читал мои сообщения?»

Чэнь Цзиншэнь: «Я только открыл их».

«О…» — Юй Фань откинулся на спинку стула и поднёс телефон поближе к глазам, чтобы удостовериться: «Почему ты всё ещё в школе?»

«После экзамена помогал передвигать столы и стулья».

Чэнь Цзиншэнь приподнял лямку рюкзака и добавил: «Почему нам позволили пересдать экзамен?»

«…Кто знает», — Юй Фань отвел взгляд в сторону и быстро вернул телефон в исходное положение: «Это Ху Пан хочет, чтобы мы сдали его повторно. Сказал, что придёт в экзаменационный класс, чтобы лично проконтролировать ход экзамена».

«Правда?»

«Да, хлопотно. Он всё равно продолжит беспокоиться обо мне, тем более, если я не соглашусь…» — Юй Фань замолчал и, нахмурившись, с подозрением посмотрел на собеседника: «Чэнь Цзиншэнь, ты что, смеёшься?»

«Нет».

«Врешь», — сказал Юй Фань: «Если ты хочешь быть избитым, можешь продолжать смеяться».

Чэнь Цзиншэнь поджал губы и какое-то время сдерживался. Его кадык перекатился.

Юй Фань случайно сделал скриншот.

После этого он обомлел.

Чёрт возьми, я что, спятил?

Есть ли звук при скриншоте? Чэнь Цзиншэнь, наверное, этого не услышал, да?

«Юй Фань», — внезапно позвал Чэнь Цзиншэнь.

«Чего тебе?» — Юй Фань решил “ударить” первым: «Я просто нажал не на ту кнопку…»

«Ты мне нравишься».

«…»

Стоя в лучах заката Чэнь Цзиншэнь тихо ждал, пока человек по ту сторону экрана выругается.

Юй Фань секунду ошарашено смотрел на него, а затем раздался стук — телефон упал.

Чэнь Цзиншэнь наблюдал, как тот поспешно поднимает телефон. В следующий момент на экране появилось лицо Юй Фаня…

Пи-ип.

Звонок прервался.

Глава 35 - Так что не игнорируй меня

В машине по дороге домой. Чэнь Цзиншэнь достал свой телфон и отправил сообщение Юй Фаню.

[S: Можем ли мы созвониться по видеозвонку сегодня ночью?]

Успешно отправлено.

Его не заблокировали.

К тому времени, как он вернулся домой, тетя уже приготовила ужин. Женщина средних лет протёрла руки о фартук и поприветствовала его сухой улыбкой: «Ты вернулся. Ужин готов, может поешь, пока он горячий?»

Хотя она готовит для этой семьи уже больше года, они всё ещё кажутся холодными, а их взаимоотношения — очень странными. Поэтому ей до сих пор немного неловко каждый раз, когда она разговаривает с ними.

В конце концов, это был первый раз за столько лет, когда она видела так много камер в доме. Они были везде, кроме туалета, поэтому она дрожала во время работы.

Наверное, это просто богатая семья.

«Мгм», — молодой человек, как обычно, взглянув на неё, сказал: «Просто оставьте его на столе. Можете возвращаться».

Покушав, Чэнь Цзиншэнь принял душ, но когда он вернулся, сообщений на его телефоне всё ещё не было.

Зато группа обсуждения была очень оживлённой.

[-: Кто будет играть в девять часов?]

[Ван Луань: ?]

[Цзо Куан: Я точно правильно понял? Будущий номер один в рейтинге школы №7 Наньчан лично спрашивает кто хочет сыграть? Я иду.]

[Ван Луань: Тогда я наверное какое-то время не смогу играть в том же темпе.]

[Цзо Куан: Где вы все? Через пять минут будет девять часов. Ты серьёзно сам предложил и исчез?]

***

Юй Фань что-то напечатал, а после остановился.

Казалось, он на самом деле не хотел играть в игру и придумывал, как сказать им, что не придёт.

***

Чэнь Цзиншэнь несколько раз перечитал предложение, открыл ящик стола и вытащил оттуда блокнот.

Высушив волосы, он через некоторое время встал, взял чёрную ткань рядом с собой и легко бросил её на дверь, умело закрыв камеру наверху.

Он вернулся к столу, достал черный блокнот небрежно пролистал его.

Пару листков выпало.

Они имели прямоугольную форму, а края были обрезаны очень неровно. У двух из них даже были оторваны углы.

Но по сравнению с написанным на ней, сама бумага выглядела не так уж и плохо.

Потому что почерк был действительно уродливым.

Он был написан карандашом и очень криво. Где-то были иероглифы, а где-то пиньинь, похожий на дождевых червей и змей. Если показать его другим, то десять из десяти человек, вероятно, не смогут понять, что там написано.

Но Чэнь Цзиншэнь мог.

Потому что человек, давший ему эти листки бумаги, стоя на коленях на земле, бормотал, расписывая их…

«Талисман силы, талисман от вреда от других, талисман от слёз, талисман храбрости… Как пишется ‘храбрость’? Чэнь Цзиншэнь?»

Чэнь Цзиншэнь сказал ему ответ, а также добавил, что пиньинь в другом слове тоже написан неправильно.

«Не строй из себя умного, если сам ошибаешься, — так говорил мне учитель».

Маленький мальчишка, который был весь в грязи после драки, исправил свою ошибку, а затем взял эти бумажки в руки. С высоко поднятой головой он потёр нос и сказал:

«Не плачь, они ведь разорвали всего один талисман, так? Возьми эти талисманы с собой. С этого момента я буду благословлять и защищать тебя».

Чэнь Цзиншэнь пошевелился лишь спустя долгое время. Его пальцы нежно перебирали “талисманы”, а затем он молча снова убрал их подальше.

***

Юй Фань прислонился к металлическим перилам своего балкона. Даже выпив две банки холодного пива на ветру, его сердце всё ещё сильно билось.

Ранее Чэнь Цзиншэнь не атаковал его подобным образом дважды…

Какого чёрта он стал злить людей больше одного раза??

Юй Фань сделал ещё глоток, глядя на жёлтый свет, исходящий неподалёку. Он почувствовал, что это напоминает заходящее солнце, которое он видел позади Чэнь Цзиншэня.

«Старший братец», — раздался снизу ясный голос.

Юй Фань, наклонив голову, посмотрел вниз: «Говори».

Маленькая девочка, живущая над ним, смотрела на него с лестницы первого этажа.

После того, как в прошлый раз она съела его вонтоны, она уже не боялась его так сильно.

«Братец, у тебя лицо такое красное, ты пьян?»

«…»

Юй Фань бесстрастно ответил: «Да, и когда я пьян, мне нравится бить детей. Оставайся там и жди меня».

Маленькая девочка в шоке уставилась на него и поспешно убежала.

Юй Фань наконец вернулся, чтобы поиграть в игры.

Слова сказанные вслух, как разлитая вода*. Он был готов отказаться от игры сегодня, но его братья уже ждали его онлайн.

(п.р: Что-то вроде нашего “слово не воробей, вылетит не поймаешь”)

Поэтому, подумав, Юй Фань решил, что вместо того, чтобы сидеть на балконе, пытаясь “остыть”, он может эффективнее выплеснуть свой гнев, убивая игроков.

Лежа в постели, он рассеянно бился. А когда, приземлившись на землю, умер, пожалел о своём решении.

Лучше бы дальше сидел на балконе.

В следующую секунду Юй Фань вышел из игры и проверил WeChat.

Никаких новых сообщений.

Он уставился на определённую фотографию профиля и мысленно выругался.

Что это значит? Ты реально не отправишь видео только из-за этих моих слов?

Тогда почему ты не прекратил признаваться, когда тебе сказали??

Избирательное повиновение, да?

Ты заслуживаешь избиения.

Юй Фань с досадой замахнулся кулаком на аватарку собаки в профиле, и приготовился вернуться к игре.

Внезапно чат поднялся наверх, а в правом верхнем углу у фотки добермана появилась цифра ‘1’.

Чэнь Цзиншэнь прислал видео.

Когда Юй Фань снова вернулся в игру, остальные братья всё ещё были заняты боем.

Увидев, что он снова в сети, Ван Луань сказал: «Блять, Юй Фань, почему ты только что ушёл? Ты пропустил мои божественные убийства...»

«Вы, ребята, играйте, я пойду».

«?» — Цзо Куан добавил: «Сам нас позвал и уходишь после всего лишь одной игры? Почему ты уходишь??»

Юй Фань: «Чтобы увидеть собаку».

Юй Фань вышел из игры, сел за стол и включил видео.

В тот момент, когда прозвучал голос Чэнь Цзиншэня, Юй Фань неосознанно поднял телефон немного выше.

«…»

Поняв, что его лицо не появится на экране, Юй Фань раздражённо потёр нос, а его уши покраснели от смущения, и он начал зачитывать вопрос.

***

В субботу в 7:10 утра группа парней собралась перед магазином молочного чая.

Владелица магазина несколько раз взглянула в свой телефон, дабы убедиться, что сегодня точно выходной.

Цзо Куан отчаянно курил, чтобы не заснуть: «Тебе правда не хочется закурить? Разве ты не хочешь спать?»

Юй Фань, игравший на телефоне, лениво сказал: «Я не курю. Поторопись, мы зайдём, как только ты закончишь».

«Я знаю...» — Цзо Куан посмотрел в сторону, вздохнул и толкнул локтем человека рядом с собой: «А вот и Сюэба здесь».

Юй Фань вдруг поднял глаза.

Лето в Наньчане жаркое, а зима холодная. Температура в мае уже была жарче, чем во многих других городах.

Школьная мастерка, которую носил Чэнь Цзиншэнь, наконец-то была снята. У него длинные руки и ноги, поэтому в своей летней школьной форме он всегда выглядит опрятнее, чем обычно.

Прежде чем Чэнь Цзиншэнь услышал их, Юй Фань уже быстро опустил голову.

За последние два дня отношение Цзо Куана к первому в рейтинге значительно улучшилось. Он спросил: «Сюэба, могу ли я списать у тебя позже?»

Чэнь Цзиншэнь взглянул на человека рядом с ним и спокойно сказал: «Нет».

«…»

Тебе стоило хотя бы для вида поколебаться немного, прежде чем отказать.

Заметив, что сидящий рядом с ним человек никак не реагирует, Цзо Куан оглянулся и снова сказал: «Эй, твой сосед по парте здесь».

Юй Фань: «Здесь и здесь, какое это имеет ко мне отношение? Зачем ты мне отчитываешься?»

«…»

Разве вы с ним раньше не хорошо ладили? Почему за ночь всё так изменилось??

Сказав это, Юй Фань снова опустил голову и больше не смотрел на Чэнь Цзиншэня.

Ранее, он уже говорил, что если Чэнь Цзиншэнь посмеет произнести эти два слова снова, он никогда больше не будет разговаривать с ним в этой жизни.

Самое главное для мужчины — это сдерживать свои слова.

«Блять!» — Кто-то рядом с ними вдруг воскликнул: «Ху Пан здесь!»

Несколько парней быстро потушили сигареты!

В данный момент Ху Пан был без очков, из-за чего он не мог ясно видеть, что они делают.

Поэтому он просто стоял у ворот школы и, прищурившись, ругался: «Экзамен начнется через двадцать минут, чего вы до сих пор там стоите?! Быстро идите сюда! Цзиншэнь, тебе тоже следует поторопиться».

Группа последовала за Ху Паном в лабораторное здание. Чэнь Цзиншэнь шёл впереди, а Юй Фань где-то в конце.

Поэтому, когда он вошёл в класс, единственное свободное место было перед Ху Паном.

А рядом с ним Чэнь Цзиншэнь.

Он мысленно щелкнул языком и безразразлично сел.

В экзаменационном классе находилось более десятка учеников-бездельников и один занимающий первое место.

Ху Пан огляделся вокруг и почувствовал себя весьма взволнованным.

До начала экзамена оставалось ещё десять минут. Ху Пан раскладывал работы, говоря: «Эти экзаменационные работы отличаются от прошлых, к тому же их сложность несколько выше. И, позвольте мне прояснить ситуацию: не думайте спать во время экзамена или использовать телефон для списывания, не говоря уже о том, чтобы подглядывать в работу Чэнь Цзиншэня».

Когда он это сказал, его взгляд переместился между двумя учениками, сидевшими справа и слева от Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань подпёр подбородок рукой и, играя с ручкой, с угрюмым выражением лица думал: “Никто у него списывать и не собирался”.

«Директор, разве Дин Сяо не придёт сегодня на пересдачу экзамена?» — спросил Цзо Куан, сидевший сзади, с полным кузовом плохих намерений.

«Выплюнь свою жвачку!» — начал Ху Пан. — «Его семья попросила отпустить его… Я уже сказал, что позабочусь об этом и хорошенько поговорю с ним, когда он придёт в школу в понедельник. Предупреждаю тебя, даже не думай создавать какие-либо проблемы. Пусть школа сама разберётся с этим».

Последние несколько слов были адресованы Юй Фаню.

Он видел слишком много дисциплинарных взысканий в сторону Юй Фаня и поэтому примерно знает, какой он человек.

Юй Фань не будет провоцировать других, пока его самого не спровоцируют. А если он не отомстит, то, вероятно, не сможет спать по ночам.

Этот человек действительно плохо спал прошлой ночью.

Но не из-за Дин Сяо.

Юй Фань не понимал, что произошло на этот раз. Потому что хотя в тот момент Дин Сяо и взбесил его, потом он просто забил на это. Если бы не Ван Луань и другие, продолжающие напоминать об этом, он, наверное, уже бы полностью забыл о той ситуации.

Ху Пан всё ещё говорил с трибуны. Юй Фань зевнул и невольно посмотрел в сторону.

Оглянувшись, он опешил.

Чего я вообще ожидаю увидеть, смотря на него?

Как только Юй Фань хотел отвести взгляд, Чэнь Цзиншэнь внезапно протянул руку к бутылке с водой на столе и собирался открутить крышку.

Попробовав открыть её, у него ничего не получилось.

Школьная форма с короткими рукавами, в которую был одет сегодня Чэнь Цзиншэнь, обнажала рану на руке. Хотя большая часть синяков уже исчезла, темно-красный струп остался.

Возможно, из-за этого Чэнь Цзиншэнь нахмурился.

Вторая попытка отвинтить крышку также оказалась неудачной.

Когда Чэнь Цзиншэнь уже хотел попробовать снова, у него внезапно выхватили бутылку с водой.

Он поднял глаза и увидел, как его сосед по парте безразлично смотрел в другую сторону, пока легко открывал крышку.

Затем тот снова закрутил её, поставил бутылку на стол и вернулся на своё

Ху Пан, напуганный человеком, вставшим со своего места: «…»

Только он хотел отчитать его за поведение, как увидел, что Чэнь Цзиншэнь спокойно взял бутылку и сделал глоток.

Пересдача экзамена началась.

Юй Фань был вынужден признать, что Чэнь Цзиншэнь действительно был мастером в обучении.

Он на самом деле смог решить некоторые задачи, которые обычно вообще не мог понять. Конечно, большинство из них Юй Фань всё ещё не знал как решать, но для него достичь такого уровня чуть больше чем за неделю уже было неплохим результатом.

Через десять минут после начала экзамена остальные в классе уже начали любоваться пейзажем за окном и играть с ручками.

Только два человека всё ещё работали над бумагами.

Увидев это, Ху Пан был ошеломлён. Он несколько раз прошёл мимо Юй Фаня, заложив руки за спину, и чувствуя недоумение.

Прозвенел звонок, и по приказу Ху Пана бумаги передавались с конца ряда вперёд.

Цзо Куан сидел позади Юй Фаня. Передавая ему экзаменационные работы, он тихо спросил, не хочет ли тот пойти в соседнюю школу, чтобы преподать им урок.

В соседней школе есть общежитие. И так как большинство учащихся были из других городов, многие из них жили там.

Поскольку по выходным за ними никто не присматривал, эти правонарушители любили тусоваться на улице.

Юй Фань надел колпачок на ручку и приготовился что-то сказать, как вдруг раздался звук отодвигающегося стула рядом с ним.

Чэнь Цзиншэнь встал и протянул Ху Пану бумаги.

«Как всё прошло? Тяжело было?» — воспользовавшись моментом, спросил Ху Пан.

«Всё в порядке», — Чэнь Цзиншэнь на мгновение замолчал и внезапно добавил: «Спасибо, директор, за предоставленную мне возможность пересдать экзамен».

«Этот раз исключение, потому что вы столкнулись с некоторыми неожиданными обстоятельствами. Однако вы должны извлечь из этого урок и понять, что вам не всегда будут давать шанс всё исправить», — Ху Пан о чём-то задумался и приподнял бровь: «Но что касается пересдачи экзамена, в этом ты должен поблагодарить Юй...»

Хлоп!

Перед Ху Паном бросили стопку экзаменационных работ, не дав ему продолжить.

Ху Пан уставился на него и собирался сказать: “Юй Фань, у тебя много смелости”, когда увидел, что тот поднял руку…

И закинул её на плечо Чэнь Цзиншэня.

«До свидания, директор».

Холодно бросив эти слова, Юй Фань вышел из класса вместе с Чэнь Цзиншэнем.

Чэнь Цзиншэнь, который был немного выше Юй Фаня, опустил голову, позволяя ему увести его прочь.

Юй Фань шёл очень быстро. Он не останавливался, пока не почувствовал, что Ху Пан не сможет их догнать, даже если у него будет четыре пары ног.

Тск, почему Ху Пан так много болтает? Неужели ему было жизненно необходимо снова поднять эту тему на следующий день?

Его чуть не раскрыли...

Когда Юй Фань очнулся от своих мыслей, он обнаружил, что привел их к вековому баньяновому дереву.

«Юй Фань», — раздался голос Чэнь Цзиншэня.

И хотя Юй Фань мысленно выругался на него и параллельно подумал: “Если ты собирался сдать бумаги, так просто сдал бы и по быстрому ушёл, зачем было говорить с Ху Паном?”, он не планировал разговаривать с Чэнь Цзиншэнем, поэтому просто поднял на него холодный взгляд, чтобы дать ему понять…

В тот момент, когда Юй Фань повернул голову, его лицо остановилось в нескольких сантиметрах от щеки Чэнь Цзиншэня.

Они стояли лицом к лицу, почти касаясь друг друга.

Солнечный свет проникал сквозь слои листьев, и его пятнистые лучи время от времени попадали на волосы Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань забыл, что всё ещё держит собеседника, и не ожидал, что они будут так близко.

Он уставился на спокойное выражение лица Чэнь Цзиншэня и, немного ошеломлённый, собирался отпустить его.

«Когда я узнал, что смогу пересдать экзамен, я был так счастлив, что не смог сдержаться. Именно поэтому я тогда сказал, что ты мне нравишься».

Чэнь Цзиншэнь опустил глаза и тихо сказал: «Так что не игнорируй меня».

Сзади ударил порыв ветра, и листья зашелестели.

Юй Фань затаил дыхание. Сердце, наконец-то успокоившееся после двух банок пива, одного раунда игр, трёх часов учёбы и ночи сна, снова начало громко колотиться в ушах.

Глава 36 - Чэнь, Цзин, Шэнь

Возможно, из-за его одинарных век, а может быть, из-за вытянутой и узкой формы глаз, взгляд Чэнь Цзиншэня всегда излучал выражение: “не приближайся”.

Если объяснить это с точки зрения Юй Фаня, то он выглядел так, будто заслуживал быть избитым.

Но, когда Чэнь Цзиншэнь смотрел в одну точку или на определённого человека, его обычная настороженность и безразличие исчезали, и даже его тёмные глаза становились ярче.

Если бы ты с самого начала смотрел на меня таким вежливым взглядом, я бы не стал затевать с тобой драку.

Юй Фань не мог не подумать об этом.

Только когда позади них послышался звук шагов, Юй Фань, наконец, пришёл в себя и тут же убрал руку.

Через несколько секунд он о чём-то подумал и начал яростно тереть ухо.

Издалека послышался голос Цзо Куана: «Эй, почему ты так быстро идёшь? Ху Пан даже не гонится за тобой... И почему ты тащишь Сюэбу? Мы идём драться, неужели собираешься привести туда лучшего ученика?»

Чэнь Цзиншэнь выпрямился и спокойно сказал: «Я тоже пойду».

Все молчали несколько секунд: «…»

Цзо Куан неискренне попытался отговорить его: «Это не очень хорошая идея. Мы не сможем взять на себя ответственность, если с тобой что-то случится».

Он думал, что от него не будет никакой пользы.

«Не волнуйся, Сюэба, нас много. Мы обязательно сможем отплатить им тем же. Пойдем, Юй Фань, сейчас как раз обеденный перерыв...» — Цзо Куан уставился на стоящую перед ним фигуру, нахмурившись: «Почему ты трёшь ухо? Оно аж покраснело».

«Комар укусил», — холодно ответил Юй Фань.

Цзо Куан: «Почему ты стоишь повернувшись ко мне спиной?»

«Не хочу тебя видеть».

«…»

Ты реально грубиян.

Цзо Куан: «Тогда, может, ты сдвинешься с места? Пойдём в соседнюю школу и преподадим им урок».

Цзо Куан — типичный проблемный студент, который с детства любил смотреть сериал «Молодые и опасные»¹.

[1] — «Молодые и опасные» — гонконгский криминальный фильм 1996 года о группе членов триады, в котором подробно рассказывается об их приключениях и опасностях в обществе гонконгской триады.

Он был одержим этим делом, во-первых, потому что хотел помочь отомстить за Юй Фаня, а, во-вторых, потому что наслаждался “славой” и “статусом”, получаемые от этих боев. Трудно сказать, какой из двух факторов был для него важнее.

На первом году старшей школы Юй Фань некоторое время тусовался с ним. Но, увидев, что тот любит почти каждый день ввязывается в драки, постепенно перестал с ним возиться.

«Сегодня не пойду», — отпаял Юй Фань. — «Я домой».

Цзо Куан: «?..»

Потерев ухо, Юй Фань сунул руки в карманы и, не оглядываясь, пошёл к воротам школы. Сделав пару шагов, он снова остановился.

Повернувшись, тот бросил холодный взгляд на Чэнь Цзиншэня: «Ты... тоже проваливай домой».

***

По прибытии, Юй Фань сразу же умылся.

Он посмотрел на мокрые волосы, лежащие на лбу, думая, не пора ли ему подстричься. Потому что если оставить всё как есть, во время драки за них легко могут ухватиться, и он окажется в невыгодном положении…

Телефон, лежащий у раковины, завибрировал. Юй Фань вытер руку полотенцем и поднял его.

[S: Я дома.]

В следующую секунду была отправлена фотография Фань-Фаня.

Чэнь Цзиншэнь держал кожаный ошейник собаки. Линии его запястья слегка выпирали, когда он, почти насильно, будил бедного питомца.

Так раздражает. Кто сказал, что я хочу видеть твою собаку?

Юй Фань некоторое время смотрел на собаку, а затем, опустив глаза, взглянул на держащую её руку. Он бесстрастно выключил телефон, как только получил ещё одно новое сообщение.

Юй Фань молча стоял перед зеркалом, а после снова открыл кран, ополоснуть лицо.

***

В понедельник солнце выглянуло в 7:30 утра.

Когда Юй Фань пришёл в школу, ворота уже были закрыты, а изнутри доносилась музыка. Обойдя школу, он перелез через стену и, пропустив церемонию поднятия флага, отправился в свой класс.

Кабинет был пуст.

Засунув руки в карманы, Юй Фань зевнул и направился к своей парте, как вдруг мельком увидел что-то.

Он остановился перед доской в конце класса и поднял глаза.

На одном углу сертификата, полученного их классом на спортивном фестивале, отклеился скотч, закрывая имя награждённого.

Но Юй Фань и без этого знал, кому принадлежит эта награда.

Он сел на своё место и открыл окно рядом с собой, чтобы впустить свежий воздух в класс, который не проветривался последние два дня. Затем он лёг на парту, готовясь ко сну.

Несколько минут Юй Фань лежал, как мёртвая рыба, а затем повернул голову к окну и медленно открыл глаза.

В следующую секунду Юй Фань поднялся с места, подошёл к подиуму и достал из ящика скотч. Взяв свой стул, он с грохотом бросил его перед доской.

Встав на него, он протянул руку, разгладил угол грамоты и открыл слова ‘Студент Чэнь Цзиншэнь’.

Будучи первым в классе, даже не может нормально приклеить награду. Бесполезный.

Юй Фань оторвал нужное количество скотча и наклеил несколько слоёв на этот угол. Немного подумав, он решил укрепить и остальные уголки парой слоёв.

Как раз когда он закончил приклеивать последний угол, снаружи послышались неясные шаги.

В этот момент Юй Фань всё ещё прижимал одну ладонь к награде, чтобы убедиться, что она надёжно закреплена.

Прежде чем он успел отреагировать, в задней двери класса появилась высокая и стройная фигура.

Юй Фань рефлекторно оглянулся и неожиданно встретился взглядом с обладателем грамоты.

Чэнь Цзиншэнь стоял у задней двери, его руки свободно свисали по бокам. Возможно, он выглядел немного уставшим из-за того, что только что прослушал длинную речь директора.

Некоторое время они неподвижно смотрели друг на друга, а затем Чэнь Цзиншэнь внезапно перевёл взгляд на то место, где была прижата ладонь Юй Фаня.

Юй Фань: «…»

На мгновение Юй Фаню очень захотелось проглотить скотч, который он держал в руке.

Выражение его лица сменилось с сонного на ошеломлённое, затем на озадаченное, и наконец, на холодное и убийственное.

Любой человек, у которого есть сильное желание жить, естественно, знает, что ему следует промолчать и сделать вид, что он ничего не видел.

Чэнь Цзиншэнь спросил: «Что ты делаешь?»

«Разрываю грамоту», — ответил Юй Фань.

Чэнь Цзиншэнь спокойно опёрся запястьями о спинку стула, поддерживая его, и добавил: «Зачем её рвать?»

Юй Фань: «Мне не нравится быть на втором месте».

Затем Чэнь Цзиншэнь взглянул на беспорядочно наклееные слои клейкой ленты.

Юй Фань какое-то время смотрел на стену, недоумевая, о чём черт возьми говорит… Может быть, ему просто стоило заткнуть собеседника.

Внезапно он почувствовал, как кто-то очень осторожно схватил его за штаны.

«В следующий раз я буду работать усерднее», — Чэнь Цзиншэнь продолжил: «Можешь сделать исключение на этот раз?»

Юй Фань посмотрел на него со стула и с кислым выражением лица слез.

Сегодняшняя церемония поднятия флага закончилась раньше обычного. До начала первого урока оставалось ещё десять минут.

Учащиеся начали возвращаться в класс один за другим. Как только они вошли, они сразу же увидели двух людей в конце кабинета.

Юй Фань сразу же лёг на парту, вернувшись на своё место.

На самом деле ему не хотелось спать, но сейчас он просто не желал видеть лицо Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань был довольно хорош в притворстве; его плечи поднимались и опускались в такт дыханию, поэтому многие думали, что он спит.

У Ци тоже так подумал, когда пришёл.

Поэтому он без всяких колебаний встал рядом со столом Чэнь Цзиншэня и, бросив взгляд на затылок Юй Фаня, тихонько окликнул: «Лучший ученик».

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него.

«Разве скоро не будет ещё одна пересадка?.. Я спросил нашу классную руководительницу, и она сказала, что если ты согласен, она может посадить нас вместе. Эм… Я знаю, что не смогу помочь тебе с другими предметами, но я всегда набирал 48 и более баллов за сочинения по китайскому языку, а раньше у меня за них были высшие баллы. Поэтому, думаю, в этой сфере я смогу тебе помочь.

У Ци очень хотел сесть с лучшим учеником, поэтому он изо всех сил старался себя подать: «Мы уже были соседями по парте, так что ты знаешь, что я не сплю и не болтаю во время уроков, и уж точно не буду тебя беспокоить. Так что…»

У Ци внезапно замолчал.

Потому что голова, лежавшая на столе, внезапно шевельнулась.

Юй Фань поднял голову с руки и бесстрастно посмотрел на У Ци. Травма, полученная на прошлой неделе, ещё не зажила, поэтому в уголке его рта всё ещё был пластырь, который придавал ему довольно устрашающий вид.

У Ци был поражён. Он неловко поджал губы: «Одноклассник Юй, я ничего не хотел этим сказать... Ничего страшного, если ты не хочешь меняться местами...»

«Кто сказал, что я не хочу?» — почти сразу выпалил Юй Фань.

В следующую секунду Юй Фань сел, откинулся на спинку стула и сухо сказал: «Меняйся, если хочешь. Мне всё равно».

Тогда почему ты выглядишь таким свирепым...

У Ци не осмелился произнести эти слова.

В классе было очень шумно. Юй Фань посмотрел в окно, и ему почему-то вдруг захотелось курить.

У Ци: «Сюэба...»

«Я не буду пересаживаться. Тебе следует спросить кого-то другого».

Юй Фань услышал равнодушный ответ человека рядом с собой.

Недавно появившееся раздражение, мгновенно исчезло.

Эти резкие перемены в эмоциях ввели Юй Фаня в замешательство. Внезапно кто-то похлопал по его столу, а затем на поверхность опустился пакет с хлебом.

Ван Луань откусил кусок хлеба, держа его в руке: «Юй Фань, ты же ещё не завтракал? Я только что был в кафетерии и купил тебе поесть».

«Спасибо».

«Кстати, похоже, результаты промежуточного экзамена уже известны», — Ван Луань гордо улыбнулся. — «Фанцинь сказала мне, что я сдал довольно хорошо. Только подождите, как будут объявлены мои результаты, я сразу пойду в кабинет Фанцинь, чтобы попросить о смене места!»

Закончив, он не забыл поблагодарить своего благодетеля: «Это всё благодаря тебе, Сюэба. Я обязательно когда-нибудь угощу тебя обедом!»

Чэнь Цзиншэнь: «Нет необходимости».

«Они так быстро проверили работы?» — Чжан Сяньцзинь была озадачена. — «Но независимо от того несколько ты хорошо справился, разве вам двоим всё равно не придётся поменяться местами?»

Ван Луань: «Это другое. Смена мест — это нормально, но я должен быть тем, кто просит об этом! Иначе я потеряю лицо!»

«Действительно», — внезапно сказал Юй Фань.

Услышав слова Ван Луаня, Юй Фань сразу понял, почему был так раздражён.

Его отношение к Чэнь Цзиншэню было таким же, как отношение Ван Луаня к члену дисциплинарного комитета.

Неважно, сидели они вместе или нет, но Чэнь Цзиншэнь не может быть тем, кто просит пересадить его... и его также нельзя отстранить.

Чэнь Цзиншэнь молча взглянул на него.

Чжуан Фанцинь ворвалась в класс, словно порыв ветра.

«Поторопитесь и садитесь. Поскольку до начала занятий еще десять минут, я вкратце расскажу вам о промежуточном экзамене... Ван Луань, прекращай есть», — она нахмурилась. — «И ещё, почему кое-кто не присутствовал на церемонии поднятия флага??»

Этот кое-кто небрежно сидел на своём месте: «Я опоздал».

Раньше Юй Фаня бы уже отправили стоять перед доской.

Но сегодня с Чжуан Фанцинь было особенно легко общаться.

«В будущем ты всё равно должен будешь приходить на школьную площадь, даже если опоздаешь… Нет, подожди, ты не должен опаздывать!» — Чжуан Фанцинь прочистила горло. — «Ладно, вернёмся к теме. На этих экзаменах наш класс добился больших успехов… очень больших».

В конце своей речи, она не смогла сдержать улыбки.

«Уровень успеваемости каждого ученика более или менее улучшился. Средний балл нашего класса поднялся в рейтинге до восьмого места», — сказав это, она включила компьютер, и вскоре на экране появился оценочный лист. — «Првым в классе по-прежнему остался Чэнь Цзиншэнь. Он преуспел по всем предметам, кроме китайского… Из-за сочинения вычли много баллов. Зайди позже к учителю китайского, она хочет поговорить с тобой лично.».

Увидев оценки Чэнь Цзиншэня по разным предметам, все в классе не могли не обернуться и посмотреть на него.

Как и в прошлый раз, когда были объявлены результаты экзаменов за семестр, парень, опустив голову, держал ручку и не проявлял никакого интереса к своим оценкам.

Вот что значит быть гением. Все не могли не подумать об этом.

Она прокрутила вниз: «У нас не так много времени, поэтому сейчас я просто выделю несколько учеников, которые показали наибольший прогресс. Ван Луань, Ху Юкэ, Чэнь Сяосяо... Юй Фань».

Юй Фань, задававшийся вопросом, почему Чэнь Цзиншэнь снова притворяется крутым, вдруг услышал своё имя и невольно поднял голову.

«Общий балл поднялся более чем на 80 баллов, особенно по математике — с 9 до 49», — Чжуан Фанцинь посмотрела на него с улыбкой. — «Похоже, в тебе что-то есть».

После первого урока учителя разных предметов один за другим приходили и просили представителей классов раздать экзаменационные работы.

«Чёрт! Чёрт!» — снова и снова ругался Ван Луань. — «Чёрт!»

Юй Фань с недовольным выражением лица, сказал: «…Если тебе плохо, иди в больницу и лечись».

Ван Луань схватил экзаменационную работу Юй Фаня по математике и внимательно её изучал: «Меньше чем за две недели ты, чёрт возьми, смог набрать на 40 баллов больше? Разве работа по математике, которую ты сдавал на пересдаче, не была сложной?»

Опустив уголки губ, пытаясь сделать вид, что ему всё равно, Юй Фань сказал: «Это просто учёба...»

«Ты потрясающий, Сюэба!» — воскликнула Чжан Сяньцзинь с восхищением. — «Ты смог слепить из этих двух комков грязи что-то стоящее всего за две недели!»

«…»

Кто комок грязи?

Юй Фань откинулся на спинку стула и невольно посмотрел в сторону.

Очень странно.

Чэнь Цзиншэнь явно не выразил никакого выражения, когда узнал, что он снова первый в классе, но сейчас Юй Фань мог сказать, что тот выглядел немного счастливым.

Чэнь Цзиншэнь беззаботно сказал: «Не всё благодаря мне, они сами по себе одарённые».

«Не нужно быть таким вежливым, Сюэба», — Ван Луань продолжил: «Мой отец завалит меня деньгами, как сумасшедший, как только увидит эти результаты. В эти выходные мы с Юй Фанем устроим вам день веселья на улице Бэйлэ!»

Юй Фань: «?»

Кто сказал, что он пойдет с нами?

И вообще, что веселого в том, чтобы брать с собой ботаника?

Чжан Сяньцзинь как раз собиралась сказать, что у лучших учеников нет выходных, когда Чэнь Цзиншэнь повернулся и спросил своего соседа по парте: «Правда?»

Юй Фань: «…»

Засунув руки в карманы, Юй Фань выдавил из себя: «Да».

Ван Луань: «Тогда решено! Я уже всё спланировал. Сначала мы пообедаем, а потом найдём себе занятие на вечер. Караоке, кино, квест-комната, всё, что угодно подойдет...»

Юй Фан посчитал, что он слишком шумный, поэтому захотел прогнать его.

Чэнь Цзиншэнь достал из своей сумки белый пластиковый пакет со стопкой бумаг и положил его на стол Юй Фаня.

Юй Фань на мгновение остолбенел, а затем настороженно спросил: «Что это?»

«Подарок за хорошие результаты на экзамене».

«А? А как же я?» — Ван Луань тут же почувствовал себя обделённым.

Видя, что Юй Фань не двигается, Ван Луань кисло расправил пальцами пластиковый пакет, чтобы посмотреть его содержимое. Делая это, он бормотал: «Ты не можешь так поступать со мной, Сюэба, почему ты так предвзят к Юй Фаню? В конце концов я…»

Раскрыв пластиковый пакет, можно было увидеть бумагу с сетками.

«Тетрадь для каллиграфии», — начал Чэнь Цзиншэнь: «Ты тоже хочешь?»

Ван Луань: «Спасибо, но нет. Теперь, когда я снова об этом думаю, то понимаю, что отношения между тобой и Юй Фанем действительно лучше, чем наши. Но быть предвзятым — вполне естественно, поэтому меня это не обижает».

Юй Фань: «…»

Он повернул голову и спросил: «Что ты хочешь этим сказать? Что у меня некрасивый почерк?»

Ван Луань в шоке мысленно спросил: “Ты правда об этом спрашиваешь?”

Чэнь Цзиншэнь отметил: «У тебя сняли 5 баллов за непонятный почерк на экзамене по китайскому».

«Всего 5 баллов? У меня 61 балл, которые тоже могли вычесть».

«За разборчивость можно вычесть максимум 5 баллов».

«…»

Ван Луань не сдержался и пролистал тетрадь: «Эй, Юй Фань, на первой странице есть иероглиф “Юй”, написанный в твоём имени».

«Я сам напечатал тетрадь», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «Тебе следует начать с практики своего имени».

Кэ Тин не могла не вставить замечание, подслушивая всё это время: «Разве ты не писал своё имя множество раз? Это ещё нужно практиковать?»

Чжан Сяньцзинь наугад достала экзаменационный лист со стола Юй Фаня и показала его соседке по парте: «Посмотри».

Кэ Тин: «…»

Кэ Тин: «Думаю… тебе действительно нужна практика».

Юй Фань: «...»

Он стиснул зубы и приготовился засунуть тетрадь в рот Чэнь Цзиншэню.

«Ты реально сам напечатал? О, и правда. Следующий слог — “Фань”», — Ван Луань перевернул страницу: «А последующий... Ээ? “Чэнь”?»

Он снова перелистнул: «Цзин».

На мгновение остановившись, Ван Луань перевернул страницу: «…Шэнь?»

Чжан Сяньцзинь и Кэ Тин: «...»

Юй Фань: «…»

Глава 37 - Я не позволю ему влюбиться в кого-то другого слишком рано

Между двумя партами повисло странное молчание. Все они были глубоко шокированы этим подарком.

То, чтобы Юй Фань тренировался в написании своего имени, было понимаемо.

Но зачем он должен тренироваться в написании его?

К тому же, даже если Чэнь Цзиншэнь не мог знать мнения других об этом подарке, было очевидно, что Юй Фаню он точно не понравится.

Ван Луань был слегка озадачен, но ему в то же время было немного интересно, какие ещё слова написаны на этой тетради, поэтому он собирался перевернуть страницу…

Бах.

Юй Фань с грохотом прижал пропись рукой.

Ван Луань тут же подумал про себя: “Как и ожидалось…”

Затем он увидел, как Юй Фань схватил тетрадь и, с отвращением нахмурившись, запихнул её в полку парты. После чего он повернулся и спросил: «Чэнь Цзиншэнь, ты хочешь, чтобы тебя избили?»

Ван Луань: «?»

Брат, ты точно не ошибся местом? Разве ты не должен был запихнуть её обратно в парту Сюэбы?

Человек, что отдал ему подарок, выглядел совершенно спокойным. Его рука покоилась на столе, пока пальцы свободно держали ручку.

«Раньше я никогда не распечатывал прописи, поэтому сначала попробовал на своём имени», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «Ты можешь выкинуть те, которые не хочешь писать».

«…Ты меня учить собрался? Я их порву, прежде чем выбросить».

Чэнь Цзиншэнь: «Ага».

Чжан Сяньцзинь прищурилась и её взгляд пробежался между ними двумя.

Она чувствовала что что-то тут было странным, но не стала говорить об этом вслух.

Прозвенел звонок на урок и учитель биологии появился в дверях класса.

Ван Луань уже собирался вернуться на своё место, как вдруг кое-что вспомнил и протянул руку Юй Фаню: «Почему ты такой ленивый? Мусорка прямо за тобой, давай я по дороге выброшу».

Вытаскивая учебник, Чэнь Цзиншэнь замер. Он поднял глаза и холодно посмотрел на него.

Ван Луань: «?»

Его помощь была отвергнута.

«Я сам их выкину», — Юй Фань сунул руки обратно в карманы и быстро пробормотал: «Возвращайся на место».

Ван Луань: «…»

***

Изначально Юй Фань планировал сжечь ‘Пять-Три¹’ и ‘Глупую птицу’, сразу после окончания промежуточных экзаменов, а затем проспать на парте три дня и три ночи.

[1] — Речь о учебнике: ‘Пять лет экзаменов, три года подготовки’, пособии популярном в Китае для подготовки к экзаменам. А название ‘Глупая птица’ уже мелькало в прошлых главах.

Но его планы не смогли осуществиться из-за изменений. Состояние Юй Фаня в эти последние несколько дней было таким же, как и две последние недели: на всех уроках он лениво слушал учителей, подперев подбородок рукой.

Две недели упорной работы сломали его биологические часы. Теперь он не мог спать днём, зато к десяти вечера, досматривая видео, отправленные Чэнь Цзиншэнем, начинал чувствовать сонливость.

Хотя раньше они могли спокойно разговаривать до двух часов ночи…

Во время перемены в пятницу Цзо Куан высунулся из окна: «Юй Фань, пошли в туалет, покурим!»

«Нет», — отказал Юй Фань: «Если закурю, не смогу заснуть на уроке».

«Ты не спишь, даже когда не куришь. Я знаю, ты ведь планируешь перегнать меня в рейтинге до выпуска, да?» — Ван Луань вышел с опущенными плечами, едва открывая глаза от усталости: «Пойдём, Цзо Куан. Я покурю с тобой».

«Юй Фань! Чэнь Цзиншэнь!» — позвал Гао Ши, стоя у двери класса. — «Учитель зовёт вас в кабинет директора Ху!»

У Ху Пана два кабинета: один в здании для учителей, а другой — внизу, под 7-м классом. Чтобы облегчить себе патрулирование, директор Ху находился в своём кабинете в этом здании четыре дня в неделю.

Как только эти двое дошли до кабинета, Юй Фань заглянул внутрь.

Женщина сидела напротив стола Ху Пана, а Дин Сяо стоял позади неё, скрестив руки на груди.

В момент, когда Чэнь Цзиншэнь собирался постучать в дверь, его потянули за рукав.

«Ничего не говори, когда войдешь», — Бросив эти слова, Юй Фань открыл дверь и лениво выкрикнул: «Докладываю*».

(п.р: Я не знала как адаптировать это на русский, но в китайском языке это слово подходит для ситуации, когда кто-то сообщает о своем прибытии или о чем-то другом, что требует официального уведомления.)

Взгляд Юй Фаня скользнул по Дин Сяо. Увидев его, другая сторона тут же опустила голову, вжавшись в плечи.

Мать Дин Сяо уже встречала Юй Фаня однажды, и на этот раз её реакция была ещё более бурной.

«Взгляните на это, директор!» — Женщина с худым лицом средних лет указала на Юй Фаня. Её тон был яростным: «Посмотрите, мой сын испугался просто увидев его! Это значит, что мой сын подвергался сильной травле с его стороны!!!»

Ху Пан махнул рукой: «Не горячитесь, давайте поговорим об этом спокойно».

После того, как она немного угомонилась, Ху Пан посмотрел на двоих пришедших: «Юй Фань, скажи мне сам, ты издевался над Дин Сяо с момента инцидента в столовой на первом году обучения?»

Юй Фань сказал: «Нет».

«Тогда почему он так боится тебя?!» — спросила мать Дин Сяо.

Юй Фань: «Не знаю. Может, потому что ваш сын трус».

Женщина мгновенно взорвалась. Она с силой ударила по столу: «Что не так с этим ребёнком? Что за бред он несёт? Где его родители? Они и в прошлый раз не пришли! В этот раз мне нужно встретиться с ними, чтобы они преподали ему урок...»

Юй Фань спокойно сказал: «Вам не стоит об этом беспокоиться, побеспокойтесь лучше о собственном сыне. Посмотрите на него, посмотрите, кем он стал».

Ху Пан нахмурился и уже хотел было сказать ему следить за словами, как женщина, сидящая напротив, внезапно вскочила, схватила сумочку и бросила её в лицо ученику.

С холодным взглядом, Юй Фань собрался действовать, но вдруг кто-то схватил его за плечо, потянув назад.

Перед ним оказался Чэнь Цзиншэнь. Он поднял руку и отбросил сумку, которая затем упала на пол с глухим стуком.

Дверь в кабинет распахнулась. Чжуан Фанцинь прибыла вовремя. Она увидела эту сцену за окном, с потрясением и недоумением она спросила: «Что здесь происходит, директор? Дин Сяо сегодня пришёл, чтобы извиниться перед моими учениками? И что этот родитель делает??

Школе понадобилось несколько дней, чтобы разобраться с инцидентом, связанным с прогулом экзамена.

Первым делом они просмотрели записи с камер у чёрного входа и обнаружили, что через одну из них как раз виден вход в переулок возле бильярдной. Было отчётливо видно, что Юй Фаня действительно привели туда ученики из соседней школы, а тем, кто позже увёл его оттуда, был Чэнь Цзиншэнь.

Затем они связались с директором соседней школы и смогли быстро найти этих учеников, основываясь на их внешности. Поскольку ребята не были знакомы с Дин Сяо лично и хотели найти кого-то, кто возьмёт на себя вину, они сразу же выложили всё, как есть.

Бритоголовый ученик до сих пор хранил переписку с Дин Сяо в своём телефоне, так что правда вскоре всплыла. Дин Сяо знал, что у Юй Фаня не очень хорошие отношения с учениками соседней школы, поэтому он объединил с ними силы, чтобы устроить всё это.

Те ученики желали избить Юй Фаня, дабы выплеснуть свой гнев, а Дин Сяо хотел доложить на него за драку и добиться его исключения из школы.

Но никто не ожидал того, что Юй Фань, который обычно, несмотря на бесчисленные избиения со стороны других и распухшее от побоев лицо, ничего не говорил об этом, на этот раз действительно сам расскажет учителю о случившемся, чтобы пересдать экзамен.

«Дин Сяо сказал, что он сделал это потому, что Юй Фань долгое время издевался над ним в школе», — У Ху Пана разболелась голова. Он постучал по столу и сурово сказал. — «Но, уважаемая, ваши действия прямо сейчас тоже были насилием. Если вы действительно хотите разобраться с этим вопросом должным образом, сядьте; иначе уходите прямо сейчас, и мы поговорим об этом в следующий раз».

Женщина сделала несколько глубоких вдохов и, с трудом успокоившись, она окинула Юй Фаня злобным взглядом.

Но к сожалению, перед ним стоял другой парень, поэтому её взгляд так и не дошёл до него.

Только когда Чэнь Цзиншень расслабил плечи, Юй Фань пришёл в себя.

Чжуан Фанцинь закрыла дверь и встала перед ними двумя: «Вы утверждаете, что мой ученик издевался над вашим сыном. У вас есть доказательства?»

«Какие доказательства вам нужны?» — Сказала мать Дин Сяо. — «В первом году старшей школы он швырнул поднос с едой в моего сына, и тогда разве вы сами не извинялись за него? А теперь у вас хватает наглости говорить мне что-то подобное?»

Чжуан Фанцинь: «Юй Фань уже был соответствующим образом наказан за этот случай. Как вы можете делать вывод, что Юй Фань издевается над вашим ребенком, основываясь лишь на этом инциденте? У вас есть какие-либо доказательства?»

Юй Фань внезапно вспомнил, что когда учился в третьем классе средней школы, он выбил зуб одному парню, который вызвал его на бой.

Позже этот ученик привёл в школу своих родителей, а школа также уведомила Юй Каймина об этом.

В тот раз он стоял в кабинете, выслушивая ругательства членов этой семьи. Его даже толкнули на пол.

Юй Каймин тогда затянулся и пнул его в спину. Затем, улыбнувшись, он извинился перед теми людьми, сказав, что дома преподаст ему урок.

С тех пор Юй Фань всегда давал отпор, когда он встречал родителей, пытающихся напасть на него.

Но сейчас, смотря на спины двух людей, стоящих перед ним, всё его напряжение внезапно исчезло, и его плечи необъяснимо расслабились.

Забудь.

Он воспользовался преимуществом в нынешне ситуации и уселся на подлокотник дивана.

Женщина нахмурилась и повернулась к своему сыну: «Давай, дорогой, повтори то, что ты сказал мне ранее. Не бойся, мама рядом».

Дин Сяо, что тихо съёжился в углу комнаты, взглянул на свою мать и, наконец, тихо заговорил: «Он… ударил меня. В туалете на первом этаже здания лаборатории».

Женщина: «Видите?! Он ударил моего сына!»

Место, о котором сказал Дин Сяо, было известно в школе тем, что там не было камер видеонаблюдения.

Ху Пан не мог не почувствовать сожаление. Большое сожаление. Он думал, что такой маленький уголок не будет большой проблемой, так что не было необходимости в том, чтобы тратить больше денег…

Сзади раздался ленивый голос Юй Фаня: «Мать и сын здесь для того, чтобы потрогать фарфор²?»

[2] — “Потрогать фарфор” — например когда человек намеренно бросается под машину, а затем требует компенсацию, утверждая, что его сбили. Или когда человек специально провоцирует споры. Синоним инсценировать несчастный случай/провернуть аферу.

«Замолчи», — Чжуан Фанцинь одарила его суровым взглядом и вновь посмотрела на женщину: «Когда он ударил его? Были ли другие ученики поблизости? Были ли у Дин Сяо какие-то травмы?»

«Значит, вы хотите, чтобы у моего сына они имелись?» — Мать Дин Сяо нахмурилась: «Я не понимаю. Моему всегда честному, прилежному сыну, который не раз сдавал экзамены в классе лучших, вы не верите, а кому то вроде него…»

«Он списывал», — прервал её холодный голос.

В кабинете мгновенно воцарилась тишина.

Дин Сяо, что сидел с опущенной головой всё это время, внезапно поднял её и в шоке уставился на Чэнь Цзиншэня.

Мать Дин Сяо была ошеломлена. Она какое-то время молчала, прежде чем заговорить: «Что за абсурд ты несё…»

«Он списывал на промежуточных и итоговом экзаменах. Я видел это своими глазами», — спокойно сказал Чэнь Цзиншэнь. — «Телефон был спрятан в его обуви. Если вы просмотрите записи с камер, то сможете это заметить».

В их школе камеры видеонаблюдения всегда включены во время экзаменов, и один из учителей сидит перед монитором.

Но эти записи обычно просматривают только после того, как учитель поймал ученика за списыванием. В конце концов, один учитель не может уследить сразу за десятью классами.

Чэнь Цзиншэнь пришёл вместе с Юй Фанем, а также только что за него заступился, так что женщина подсознательно посчитала его таким же проблемным учеником: «Как ты мог это увидеть?! Он всегда во время экзаменов…»

«О, давайте узнаем друг друга получше», — человек, сидевший на диване сзади, внезапно высунул голову.

Юй Фань ткнул пальцем руку в Чэнь Цзиншэня: «Он — первый в рейтинге. Всегда сдаёт экзамен в первых классах, за первой партой. Его характера и оценок достаточно, чтобы отбросить вашего сына на 800 мест назад, и вы ещё сравниваете их? Достоин ли ваш сын этого?»

Остальные: «…»

Постояв пару секунд, женщина наклонилась, чтобы поднять сумку, и снова бросилась к Юй Фаню.

Лицо Ху Пана сморщилось. Он поспешил остановить и оттащить её назад: «Вы не можете бить учеников! Вы не можете бить наших учеников! Учитель Чжуан, пусть эти двое возвращаются первыми!»

Чжуан Фанцинь привела их в учительскую.

Она сделала семь глотков чая, дабы успокоиться.

Классный руководитель 8-го класса вернулся в кабинет с планом урока. Увидев эту сцену, он сдержал смех и спросил: «Что, наказываете?»

Чжуан Фанцинь: «Я бы хотела, но сегодня они были правы, поэтому мне даже не к чему придраться. Так что они просто постоят здесь какое-то время, пока я не успокоюсь».

Два человека, стоящих перед ней: «…»

«А-а, слышал об этом. Я только что проходил мимо кабинета директора, они там говорили, что сейчас пойдут проверять записи экзаменов с камер», — классный руководитель 8-го класса сел и продолжил: «Хорошо, что после разборов ваша проблема будет решена… А вот мой ученик меня ужасно беспокоит.»

Чжуан Фанцинь: «Что случилось?»

Они сейчас общаются?

Юй Фань посмотрел на часы, а затем дотронулся до тыльной стороны ладони Чэнь Цзиншэня и прошептал: «Соври и скажи, что у тебя болит живот».

Чэнь Цзиншэнь наклонил голову и прошептал в ответ: «Как лгать?»

«…»

Просто скажи то, что, чёрт возьми, хочешь сказать, зачем ты наклоняешься??

Юй Фань отодвинулся: «Ты дурак? Она даже мне верит».

Чэнь Цзиншэнь: «Тогда…»

«Давайте, говорите громче», — сказала Чжуан Фанцинь: «Я с учителем Гу поговорим, когда вы закончите».

Юй Фань: «…»

После того, как они притихли, Чжуан Фанцинь закатила глаза: «Пожалуйста, продолжайте, учитель Гу».

«Так вот. Я наткнулся на любовное письмо, написанное одной из моих учениц. И боже мой, оно было до ужаса неловким… Я даже не осмелился дочитать его».

«Ничего не поделаешь. Ученики нынче не по годам развиты», — Чжуан Фанцинь покачала головой, вздохнув.

«Это не главная проблема. Главная проблема в том, что получатель этого любовного письма — ученик вашего класса», — учитель Гу поднял голову: «И раз уж он сейчас здесь, скажу прямо: я не против ранних влюблённостей среди учеников, но если эта девушка уже каким-то другим способом выразила тебе свои чувства, она должна сохранить свою чистоту, как и ты, ученик Юй».

Юй Фань: «…»

Чэнь Цзиншэнь несколько раз безэмоционально моргнул.

«Не беспокойтесь об этом», — гордо сказала Чжуан Фанцинь: «Юй Фань с первого года обучения в старшей школе, по сути, получил наказания практически за всё, кроме ранних отношений».

С холодным выражением лица, Юй Фань сохранял молчание.

Это был комплимент?

Учитель Гу: «Я знаю, но лучше перестраховаться, потому что эта девушка из моего класса симпатичная».

«Не переживайте, не переживайте этого определённо не случится», — подняв глаза, Чжуан Фанцинь сказала: «Юй Фань, я обещала учителю Гу, не подведи меня».

Юй Фань: «Хотите, я напишу вам письмо с обещанием о том, что не буду встречаться, пока учусь в старшей школе?»

«В этом нет необходимости», — Чжуан Фанцинь, наконец, рассмеялась. Она взглянула на человека рядом с Юй Фанем и легко добавила: «Цзиншэнь, пока ты его сосед по парте, помоги мне присматривать за ним».

Юй Фань: «?»

«Хорошо», — спокойно согласился Чэнь Цзиншэнь: «Я не позволю ему влюбиться в кого-то другого слишком рано».

Глава 38 - Перепугался до смерти

Кабинет Ху Пана находился в учебном здании, поэтому, если голоса внутри становились хоть немного громче, чем нужно, их можно было услышать в классе напротив.

За ночь новости об этом инциденте разлетелись по всем классам старшей школы № 7 Наньчана.

[Ван Луань: В момент, когда мать Дин Сяо набросилась на него, Сюэба быстро среагировал! Он встал напротив Юй Фаня, откинув её сумку, а затем холодно и тихо сказал: «Не смейте трогать моего соседа по парте».]

[Чжан Сяньцзинь: А потом?]

[Ван Луань: Потом мать Дин Сяо начала расспрашивать Сюэбу. И Юй Фань, который все время молчал, внезапно вскочил! Он уверенно указал сначала на Чэнь Цзиншэня, а затем на мать Дин Сяо: «Достаточно. Вы можете ругать меня, но не отзываться так о моём соседе по парте. Мой сосед лучший, и он гораздо круче вашего сына!»]

[-: Завались. Кто это придумал?]

Юй Фань сидел за столом, вытирая волосы и одновременно отвечая на сообщение. Из-за того, что он с силой тыкал по экрану, бедный телефон жалобно щёлкнул.

[Ван Луань: Всё так и было. 12-й класс, находившийся напротив кабинета Ху Пана, всё слышали и рассказали 9-ому классу, которые потом рассказали 8-ому, а Цзо Куан рассказал мне.]

[Цзо Куан: Так это правда было или нет? Когда я спросил тебя сегодня днём, ты ничего не сказал.]

Что за бред?

Мог ли он вообще сказать: «Вы можете ругать меня, но не отзываться так о моём соседе по парте»?

[-: Я выхожу из группы.]

[Ван Луань: Эй, эй, эй, не надо. Давайте лучше обсудим, чем мы будем заниматься завтра.]

[Чжан Сяньцзинь: Сюэба ещё не ответил, о чём там говорить?]

[Ван Луань: Я уже написал ему лично. Сюэба сказал, что он не против того, чтобы мы решали.]

Юй Фань откинулся назад с накинутым на плечо полотенцем и следил за тем, как они воодушевленно обсуждали планы на завтра.

Телефон завибрировал.

Ровно в девять часов Чэнь Цзиншэнь отправил ему видео, где объясняет задачу.

Юй Фань пару секунд смотрел на руку на обложке и напечатал: — [Не присылай это больше. Я уже знаю, как это решать.]

Написав это, его палец завис над кнопкой отправки на две минуты.

Пока Юй Фань колебался, он получил ещё два голосовых сообщения.

«Новые задачи немного сложнее. Посмотри, сможешь ли ты с ними справиться? Юй Фань, давай постараемся попасть в топ 600 на следующем ежемесячном экзамене».

Кто вообще хочет туда попасть?

И что ты имеешь в виду под “давай постараемся”?

Юй Фань нажал на следующее голосовое сообщение.

«Я купил “Глупую птицу” продвинутого уровня. Отдать тебе завтра?»

«...»

Ты собираешься брать с собой книгу, даже когда идёшь веселиться?

«Потеряйся», — Юй Фань зажал кнопку для записи голосового сообщения: «Если ты принесёшь её, я заставлю тебя сидеть у дороги и решать до конца самому».

***

Проснувшись на следующий день, Юй Фань неторопливо листал групповой чат, чтобы узнать, чем же они решили заняться.

Цзо Куан и Чжан Сяньцзинь тоже решили присоединиться. После сотен сообщений обсуждений они наконец договорились: сначала отправиться в недавно открывшуюся, но уже получившую хорошие отзывы квест-комнату с задачами, а потом вместе поужинать.

Местом встречи выбрали саму квест-комнату.

Из-за того голосового сообщения первой реакцией Юй Фаня, когда он увидел Чэнь Цзиншеня, было проверить, не держит ли он что-нибудь подозрительное.

К счастью, в его руках ничего не оказалось.

Чэнь Цзиншэнь: «Извините, по дороге была пробка».

«Всё в порядке, изначально мы договаривались на три часа, а сейчас даже не три». — Ван Луань немедленно позвал его: «Кстати, Сюэба, какой квест ты бы хотел пройти? Эти сюжеты довольно популярны».

Юй Фань не заинтересованно откинулся на прилавок, и пока он играл в змейку, чувствовал, что слабый запах мяты усиливается.

Чэнь Цзиншэнь сегодня был в белой футболке и черных штанах, которые визуально удлиняли его ноги. В школе все обычно носили мешковатую форму, поэтому никто не мог знать наверняка, что на самом деле его плечи были довольно широкими. Когда он встал рядом с Цзо Куаном и Ван Луанем, те выглядели заметно ниже.

Чэнь Цзиньшэнь естественно подошёл и остановился рядом с Юй Фанем, мельком взглянув на описание квеста в телефоне Ван Луаня: «Наверное, я справлюсь».

Затем Ван Луань посмотрел на Юй Фаня, который сказал, не поднимая головы: «Без разницы».

В любом случае он не был заинтересован в этих вещах.

«Тогда давайте пройдем самый страшный!» — Чжан Сяньцзинь указала на постер, который располагался прямо посередине стены: «Вот этот!»

Юй Фань взглянул на него. Там была изображена жуткая женщина, сидящая на свадебной кровати с алой вуалью на лице, а большая красная надпись рядом с ней гласила: “Призрак невесты”.

Хозяин щелкнул пальцами: «У вас хороший вкус, милочка. Это наш самый жуткий квест с погоней, и, так уж вышло, что он как раз рассчитан на пятерых человек! Все, кто проходил его, не оставался равнодушен. Он определенно станет для вас весёлым и захватывающим опытом!»

У Ван Луаня чуть не подкосились ноги: «Может, не этот? Я как раз думал о том, что квест в тематике сказки “Куда пойти принцу, что заблудился в лесу, чтобы найти спящую красавицу?” звучит неплохо...»

«Тогда ты можешь помочь бесполезному принцу сам». — Чжан Сяньцзинь закатила глаза: «Давайте так: раз те двое согласны на любой вариант, проголосуем втроём. Пока что у каждого варианта по одному голосу. Цзо Куан, что выбираешь?»

Ван Луань усмехнулся. В классе на первом году обучения, когда они тайком играли в “Звонок¹” на школьном компьютере, Цзо Куан, смотревший из окна, кричал громче всех. После этого случая они некоторое время были словно связаны друг с другом и ходили вдвоём в уборную, а иногда даже тащили Юй Фаня с собой.

[1] — Игра по хоррор фильму «Звонок» 2002 года.

«А зачем спрашивать?» — Цзо Куан подошел к постерам и указал на тот, что назывался “Призрачная невеста”. Почесав нос, он посмотрел на Чжан Сяньцзинь: «Только трус выбрал бы сказку. Настоящий мужчина выберет самый страшный, так что, конечно, я выбираю тот же, что и ты».

Ван Луань: «…»

Пятерых человек проводили ко входу в комнату проведения квеста.

Затем персонал попросил их надеть на их глаза повязки, и войти в комнату, держась за плечи друг друга, формируя поезд.

Юй Фань шёл первым, его вели и налево, и направо, пока не остановились.

Через некоторое время, когда по радио сообщили, что можно снимать повязки, они обнаружили, что вокруг них царит кромешная тьма, а в этом старинном доме их осталось всего четверо.

«Аааааааа!!!!» — Крик Цзо Куана был едва слышен. Он звучал был далеко: «Помогите! Я не могу сделать это! Почему я совсем один?! Пожалуйста, выключите эту музыку, я буду…»

Его голос был очень громким, работник снаружи спросил через рацию: «Так, ох, для этой игры один из участников должен быть отделен от группы. Хотели бы вы поменяться ролями?»

Ван Луань сложил руки вокруг рта, изображая мегафон, и громко закричал: «Цзо Куан… Это я, твой брат. Я не помогу тебе, потому что тоже боюсь…»

«Никто не будет меняться», — Чжан Сяньцзинь заговорила в рацию: «Этот парень любит строить из себя крутого. Поэтому, старший брат, пугай его как можно сильнее».

Находя это всё слишком шумным, Юй Фань закатил глаза. Только он хотел сказать, что готов поменяться, кто-то сзади неожиданно потянул его за одежду.

Чэнь Цзиншэнь стоял в темноте, так что Юй Фань мог лишь смутно видеть его, когда повернулся.

«Юй Фань», — Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него: «Мне тоже страшно».

«?»

Юй Фань нахмурился: «Почему раньше ничего не сказал?»

Чэнь Цзиншэнь: «Не хотел позориться перед тобой».

«...Ты сейчас позоришься ещё больше».

«Я ничего не могу с этим поделать», — Чэнь Цзиншэнь продолжал держать уголок его кофты в руке и, без каких-либо эмоциональных колебаний в голосе, сказал: «Это слишком пугающе».

«…»

Очередной жалобный крик, принадлежащий Цзо Куану, раздался вдалеке.

Юй Фань смотрел на человека позади себя, как на мусор, и только потом осознал, что Чэнь Цзиншэнь, возможно, не видит его выражения лица из-за темноты.

Он немного отошёл и произнёс: «Трус».

«Да, я трус».

«…»

Чжан Сяньцзинь уже собиралась спросить, о чём они там шепчутся, когда дверь с громким звуком распахнулась. В комнату ввалился NPC одетый в свадебный костюм старинного стиля, а из его рта стекала кровь. Он пытался схватить их: «Она хочет убить меня! Она хочет убить меня!».

Юй Фань ощутил, как человек позади потянул его за кофту. Чэнь Цзиншэнь, казалось, испуганно отступил назад.

«Чего ты боишься, если этот NPC почти на голову ниже тебя?» — Юй Фань неосознанно потянулся назад и похлопал Чэнь Цзиншэня по запястью, чтобы тот отпустил его.

Хватка на его кофте исчезла.

Только Юй Фань собрался вернуть руку в исходное положение, как рука за ним внезапно двинулась вдоль его пальцев и схватила их.

Ладони Чэнь Цзиншэня, что были немного холодными, сжали его руку ещё крепче

Когда NPC услышал, что сказал Юй Фань, он нацелился на него и закричал: «Следи за своими словами… Ах, она хочет убить меня!»

Юй Фань бесстрастно посмотрел на жуткое лицо, а его удерживаемые пальцы немного онемели. Он потряс руку: «Чэнь Цзиншэнь, подвинься».

Чэнь Цзиншэнь тоже потряс рукой: «Я не могу, мне слишком страшно открыть глаза».

«...»

На секунду Юй Фаню показалось, что Чэнь Цзиншэнь притворяется.

Кто вообще будет так хвататься за руку другого человека, когда ему страшно?

Как только NPC ушел, свет в комнате загорелся.

Ван Луань обнял Чжан Сяньцзинь и уткнулся лицом ей в плечо, пока та хлопала его по спине с очевидным отвращением на лице: «Всё хорошо, он уже ушел… Он правда ушёл, зачем мне тебе врать?»

Ван Луань: «У-у-у…»

Юй Фань: «…»

Он снова потряс руку Чэнь Цзиншэня и холодно сказал: «Ослабь хватку. Не держись так крепко».

Они воссоединились с Цзо Куаном только на середине игры.

Его лицо стало полностью белым от страха. Чувствуя, что держать руку Ван Луаня всё ещё недостаточно, он повернулся к своему другому хорошему другу: «Юй Фань, давай тоже возьмёмся за руки?»

Юй Фань тащил Чэнь Цзиншэня одной рукой, а другой держал лампу, которая освещала его лицо снизу вверх, делая его вид немного пугающим: «Потеряйся».

Цзо Куан: «…»

NPC, тяжело дыша, вернулся в комнату управления и снял “талисман” со своего лица. Это был хозяин, что до этого приветствовал их у входа.

Следя за мониторами, он одновременно давал указания работникам, отвечавшим за пугание игроков.

«Они скоро начнут заниматься индивидуальными заданиями. Так что давайте», — сказал он, указывая на экран: «Ту девушку и того, что выглядит свирепо, не трогайте, они довольно храбрые. Сфокусируйтесь лучше на тех троих… Особенно на самом высоком. Он всё это время прятался за другим парнем, поэтому я не сильно его напугал. Сделайте всё возможное и хорошенько напугайте его!»

Во время индивидуальных заданий каждый участник должен был дойти до конца коридора в одиночку, чтобы что-нибудь забрать, пока остальные участники ждут его внутри.

Остальные уже покончили с этим, и даже Цзо Куан, тяжело шатаясь, вернулся. Остался только последний трус…

Чэнь Цзиншэнь стоял в дверях. Вдруг он повернулся и спросил: «Если я не вернусь, ты пойдешь искать меня?»

Юй Фань: «Пойду».

«Ты можешь постоянно со мной говорить? Просто я пугаюсь посторонних звуков».

«Ага».

«Ты будешь стоять в дверях и ждать меня?»

«Ты квест проходишь или на поле битвы собираешься?» — Юй Фань потерял терпение: «Ты идёшь или нет? Если нет, я сам запинаю тебя туда!»

Чэнь Цзиншэнь отправился в путь.

Хозяин взволнованно следя за происходящим через монитор, сказал рабочим: «Быстрее, быстрее, быстрее! Напугайте его! Напугайте его так, чтобы он побежал назад, заставьте его вернуться обратно!»

В тот момент, когда Чэнь Цзиншэнь потянулся к предмету задания, внезапно появилась NPC женщина-призрак в свадебном платье. Жалобно крича, она поползла к нему, как паук: «Аа…»

Собеседник не отреагировал.

NPC женщина-призрак подумала, что предстала недостаточно хорошо, поэтому снова закричала: «Аа…»

Парень взял вещь и холодно посмотрел на неё.

Затем он повернулся, чтобы уйти.

И, посмотрев вниз, даже специально обошел её платье.

NPC женщина-призрак: «?»

Хозяин: «???»

Уже почти завернув за угол, Чэнь Цзиншэнь вдруг обернулся и сказал: «Извините, не могли бы вы крикнуть ещё раз?»

NPC женщина-призрак: «…Аа…»

В комнате Цзо Куан, страдая, закрыл уши: «Какого чёрта она снова кричит???»

«Почему Сюэба до сих пор не вернулся? Вообще никаких известий», — поинтересовалась Чжан Сяньцзинь: «Может, его реально схватили?»

Юй Фань постоял у двери ещё несколько секунд, прежде чем цокнуть языком в нетерпении: «Я пойду поищу его...»

Тук, тук, тук.

Послышались торопливые шаги с конца коридора.

Юй Фань неуверенно позвал: «Чэнь Цзиншэнь?»

«Это я».

Чэнь Цзиншэнь бежал с другого конца коридора. Юй Фань стоял в дверях и подсознательно потянулся к нему.

Чэнь Цзиншэнь тут же бросился ему в объятия. Так же, как когда пробежал 3000 метров.

Юй Фань был ошеломлён, и прежде чем успел отреагировать, его уже отпустили.

Цзо Куан: «Сюэба, эта женщина тоже бросилась на тебя? Ты испугался?»

Чэнь Цзиншэнь поставил свою вещь на стол и легко взглянул на него: «Мгм. Перепугался до смерти».

Хозяин, который все время наблюдал через камеры: «????»

Перепугался до смерти? Серьёзно??

Он видел только то, как девушки притворяются напуганными, дабы цепляться за своих парней, но почему такой взрослый человек, как ты, притворяется, что боится? И вместо того, чтобы цепляться за симпатичную девушку, ты цепляешься за другого парня??

Юй Фань тоже не мог этого понять.

Этот игровой квест был особенно изматывающим для него. Всё это время он тащил за собой труса, а NPC, которые постоянно пытались его напугать, никак не сдавались.

Для финального задания им нужно было разделиться на две команды по два человека по очереди, чтобы изгнать призрак женщины, пока один человек остается в комнате, ожидая их успех.

Эта роль была отдана Цзо Куану.

Юй Фань повёл Чэнь Цзиншэня в “храм предков”, чтобы “провести ритуал” для призрака женщины.

По дороге туда окружающий свет был слегка ярче, позволяя им наконец разглядеть лица своих сокомандников.

В узком искусственном переулке Юй Фань повернул голову и увидел, что у Чэнь Цзиншэня всё такое же обычное, безэмоциональное лицо.

Ему вдруг стало немного любопытно. Какое выражение лица у Чэнь Цзиншэня, когда он испуган?

Спустя пару секунд Юй Фань отвёл взгляд и потряс руку Чэнь Цзиншэня: «Отпусти, там никого нет. У меня уже ладонь вся вспотела».

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него и разжал пальцы.

На повороте Юй Фань умышленно замедлился, немного отстав от Чэнь Цзиншэня.

А затем потянулся и легонько ткнул Чэнь Цзиншэня в бок.

Почти в этот же момент прозвучал крик женщины призрака. Юй Фань на мгновение замер, а потом увидел, как она несётся прямо на них, и подумал…

Вообще, у него не было возможности подумать.

Прежде чем свет погас, он увидел, что Чэнь Цзиншэнь резко обернулся.

Только Юй Фань собирался взять его за руку и броситься бежать, как вдруг почувствовал, что его ноги больше не касаются земли.

Его. Взяли. На. Руки.

И несли не просто так, а в стиле “принцессы”, где одна рука расположена под коленями, а другая обернута вокруг спины.

Юй Фань на мгновение впал в ступор, затем несколько раз крикнул: «Чэнь Цзиншэнь! Чэнь Цзиншэнь!»

Чэнь Цзиншэнь не ответил. Он бежал очень быстро, а аллея была очень узкая. Ругательства, которые Юй Фань хотел произнести, уже вертелись у него на языке и были готовы вырваться, но тряска и желание жить заставили его подсознательно обхватить руками шею Чэнь Цзиншэня.

Он оглянулся и встретился взглядами с NPC женщиной-призраком на несколько секунд.

Когда человек подвешен в воздухе, он становится чуть уязвимее, чем обычно.

Поэтому он усилил хватку вокруг шеи Чэнь Цзиншэня и сказал: «Беги быстрее, ты что, не ел?? Погоди, куда ты бежишь? Это разве не дорога обратно в комнату...»

Юй Фань посмотрел вперёд и увидел во дворе красный свадебный паланкин с задернутыми шторами.

Юй Фань подумал про себя: Ни за что. Какой идиот действительно станет прятаться в таком месте? Они же не будут просто ждать там, чтобы их напугали?

В следующее мгновение Юй Фань был занесён внутрь.

Юй Фань: «…»

Пространство внутри паланкина оказалось куда теснее, чем он себе представлял.

С парнем, ростом 185 см, несущим другого парня с ростом 180 см, по сути не осталось лишнего места.

Юй Фань полусогнулся, прижимаясь ногами к одной из сторон паланкина. Вся его спина прижалась к задней стенке.

Он вздохнул и процедил через стиснутые зубы: «Чэнь Цзиншэнь, ты…»

«Призрак коснулся меня», — голос Чэнь Цзиншэня был немного хриплым: «Ты не испугался?»

«…» — Гнев Юй Фаня мгновенно исчез.

Это был легкий тычок. Нужно ли было настолько сильно пугаться?

Как только Юй Фань собрался что-то сказать, паланкин слегка затрясся, что сопровождалось звуком, словно кто-то царапает его ногтями.

Ему оставалось только заткнуться и подыгрывать представлению снаружи.

Для того, чтобы предотвратить проникновение NPC, намеренного напугать их, Юй Фань следил за шторами.

Спустя пару секунд, словно что-то почувствовав, он нахмурился и поднял голову.

Внутри паланкина было темным-темно, что делало почти невозможным разглядеть что-либо.

За исключением жутких темно-красных штор, освещаемых светом снаружи, и пары ясных чёрных глаз Чэнь Цзиншэня.

Одна рука Чэнь Цзиншэня лежала на его коленях, а другая — на его спине, будто отгораживая от удара о стенку паланкина. Он молча смотрел на него в темноте.

Из-за того, что ему пришлось бежать с человеком на руках, его горячее дыхание немного сбилось и достигало уха Юй Фаня. А их тела были так близко, что он мог чувствовать каждый вздох Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань чувствовал себя так, будто его окружил запах мяты.

Его сердце билось слишком быстро. Юй Фань неосознанно согнул пальцы: «Следи за шторами. Она определенно собирается напасть».

«Я не могу», — сказал Чэнь Цзиншэнь.

«…А кто просил тебя тупо бежать сюда?»

Чэнь Цзиншэнь на мгновение задумался: «Я был слишком напуган».

Снаружи снова раздался шум. Юй Фань напрягся и отвернулся, продолжая пялиться на занавески.

Спустя пару секунд он не выдержал и, подняв руку, закрыл Чэнь Цзиншэню глаза: «Не смотри на меня».

Чэнь Цзиншэнь тихонько хмыкнул и его дыхание опалило часть ладони Юй Фаня.

Кожа на ней начала неметь, а его шея и уши горели. Он стиснул зубы и использовал другую руку, чтобы зажать нос Чэнь Цзиншэня: «...И не дыши».

Чэнь Цзиншэнь: «…»

Глава 39 - Юй Фань, ты действительно…

Чэнь Цзиншэнь оглядел темноту перед собой и послушно перестал дышать.

Через несколько секунд хватка на его носу ослабла.

«Ты дурак? Ты что, не знаешь, что нужно дышать ртом, когда нос закрыт?» — Юй Фань провел рукой по подбородку и слегка похлопал его несколько раз: «Дыши!»

Юй Фань отвёл взгляд только тогда, когда почувствовал, что собеседник снова начал дышать.

Человек снаружи долго царапал носилки, не проявляя никакого намерения войти. Юй Фань терял терпение. Рука, прикрывавшая глаза Чэнь Цзиншэня, немного расслабилась, когда он двинулся, чтобы выйти и проверить ситуацию снаружи.

Но в следующий момент занавеска внезапно раздвинулась парой бледных рук! Красный свет снаружи осветил внутреннюю часть паланкина…

Женщина NPC опëрлась руками по обе стороны, и её ужасное лицо, которое было несчетно раз страшнее прежнего, показалось Юй Фаню.

Открыв свой окровавленный рот, она издала пронзительный крик.

Каким бы храбрым ни был Юй Фань, он всё равно не мог выдержать нахождения в таком замкнутом пространстве. Не говоря уже о том, что эта NPC, очевидно, пришла сюда, чтобы отомстить; её крики стали в десять раз громче, чем до этого.

Ебать.

Юй Фань снова закрыл глаза Чэнь Цзиншэня рукой, которую только что собирался убрать.

В следующую секунду рука Чэнь Цзиншэня за его спиной внезапно двинулась и тоже закрыла ему глаза.

Крики женщины-призрака-NPC продолжались долгое время, прежде чем стихнуть.

Она приподняла “волосы”, закрывавшие еë лицо, несколько секунд смотрела на них, а затем медленно отступила, издав при этом тихое рычание.

Перед глазами Юй Фаня было темно, а веки словно горели. На очень короткое мгновение его разум был полностью наполнен только теплом и запахом Чэнь Цзиншэня.

Как только жуткая музыка прекратилась, Чэнь Цзиншэнь убрал руку.

Юй Фань мгновенно пришёл в себя и сразу же раздвинул занавески, чтобы выйти.

Он тут же столкнулся с остальными тремя, которые их искали.

«Чёрт возьми, здесь слишком жуткое освещение...» — Ван Луань всё ещё боялся, но не мог не оглядеться даже когда был ослеплен вспышками красного света.

Кожа Юй Фаня под этим освещением залилась неестественно багровым оттенком.

Увидев его, Чжан Сяньцзин спросила: «Куда вы двое пошли? Мы уже даже успели разобраться с обрядом очищения».

«...Нас преследовали», — лаконично ответил Юй Фань.

Чжан Сяньцзин: «И где Сюэба?»

Юй Фань не ответил ей, и просто без всякого выражения развернулся, грубо отдëрнул занавеску паланкина, сказав: «Выходи. Здесь нет никаких призраков».

Чэнь Цзиншэнь медленно вышел оттуда, полусогнувшись.

Чжан Сяньцзин: «?»

Как раз в тот момент, когда Чжан Сяньцзин почувствовала, что вся эта сцена неописуемо странная, кто-то похлопал её по плечу.

Ван Луань: «Сестра Цзин, пойдём. Мы уже закончили с последней частью».

После выхода из квест-комнаты хозяин лично принёс им чай и воду, а также QR-код для оплаты и форму для отзывов, сказав, что они могут получить скидку 20%, если её заполнят.

Пока они заполняли бланк, босс не мог не взглянуть на самого высокого из присутствующих парней.

Тот держал ручку длинными и тонкими пальцами и спокойно просматривал вопросы на бумаге.

[Насколько по шкале ужаса вы оцениваете “Призрак невесты”?]

Кто-то поднял руку и отметил галочкой последний вариант: [Очень страшно! Напугался до смерти!]

Чэнь Цзиншэнь же, задумавшись, решил написать отзыв в самом низу бланка, где оставалось пустое место: [Удовлетворён].

Хозяин забрал бумаги и проводил гостей с немного озадаченным, но улыбающимся выражением лица.

Когда они вышли, на улице уже стемнело, и, немного посовещавшись, пятёрка решила отправиться есть хого¹.

[1] — “Хого” (или Хо-го; упрощ с кит. 火锅, буквально: «огненный котёл») — китайский прибор, представляющий собой гибрид самовара и кастрюли, в котором варят мясо и овощи, имеет два дна и встроенную печь для разогрева. А по-английски хого часто называют “хот-хот-пот” или “хот-пот”.

Ван Луань сразу же взял инициативу в свои руки — схватил меню и принялся делать заказ, а Чжан Сяньцзин время от времени выдвигала свои предложения по поводу выбора блюд.

Юй Фань встал, чтобы взять соус. А когда вернулся, свободным осталось только место рядом с Чэнь Цзиншэнем.

«Сестра Цзин, может сядешь рядом с Сюэбой?» — сказал Ван Луань, глядя на собеседницу, устроившуюся на стуле прямо в проходе: «А то тут официанты с едой ходят, могут платье испачкать».

«Нет, мне удобно сидеть одной», — отмахнулась Чжан Сяньцзин и спросила: «Юй Фань, какое мясо ты хочешь? Ван Луань закажет его для тебя».

«Мне без разницы», — Юй Фань сел на оставшееся место и поставил соус на стол.

Сделав заказ, Ван Луань откинулся на спинку дивана и, глубоко вздохнув, заявил: «Я больше никогда не пойду в квест-комнату».

Юй Фань: «Просто скажу тебе заранее, я больше не буду сопровождать тебя и Цзо Куана в туалет. Вы двое должны позаботиться друг о друге сами».

«Подожди, Юй Фань, ты разве тоже не испугался?» — не мог не сказать Цзо Куан.

Юй Фань: «Я? Как это возможно?»

«Даже не пытайся это отрицать, мы всё слышали. Выполняя в конце задания для двоих, нам издалека было слышно, как ты кричишь», — Цзо Куан передразнил его: «Чэнь Цзиншэнь! Чэнь Цзиншэнь!».

Юй Фань: «…»

Закончив передразнивать, Цзо Куан обратился к человеку напротив: «Разве это не так, Сюэба?»

Юй Фань ударил палочками по миске, и та издала слабый звон.

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Я этого не слышал».

Цзо Куан: «…»

Юй Фань всё равно чувствовал раздражение. Оценка в две звезды, которую он дал квест-комнате была слишком высока. Ему стоило поставить ползвезды.

Ван Луань и Цзо Куан перешли к разговору о том, кто из них двоих был самым трусливым во время побега из комнаты. Сдерживая желание добавить Чэнь Цзиншэня в список, Юй Фань взял стакан холодной воды и сделал глоток. Внезапно он почувствовал на себе взгляд человека рядом.

«Ты взял не тот соус?»

Юй Фань замер и оглянулся: «Что с ним не так?»

Чэнь Цзиншэнь на мгновение замолчал, словно вспоминая что-то: «Ты можешь есть кориандр?»

В ресторане, где подают хот-пот, было очень шумно.

Юй Фань, держа в руках воду, удивлённо взглянул на собеседника: «А почему я не могу его есть?»

Чэнь Цзиншэнь смотрел на него несколько секунд, прежде чем ответить: «Нет, просто очень немногие из тех, кого я знаю, любят его. У некоторых даже аллергия».

Юй Фань: «У меня тоже была аллергия на него в детстве, но она внезапно прошла, когда я перешёл в среднюю школу».

Чэнь Цзиншэнь взял горячее полотенце и, вытирая руки, спокойно сказал: «Понятно».

Ресторан хого в такое время был очень оживлëнным, а спустя десять минут им принесли блюда.

Во время еды Ван Луань внезапно поднял свою чашку: «Сюэба, спасибо, что помог мне и на этот раз. Мой отец был в таком хорошем настроении, увидев мои результаты, что сразу же перевёл мне деньги… Я подумал, что ты не сможешь пить, поэтому сегодня не заказывал выпивку. Так что, позволь мне выпить за тебя чай вместо алкоголя в знак благодарности за твою бескорыстную помощь!

«Пожалуйста», — Чэнь Цзиншэнь поднял чашку и звякнул ею о его. Опустив руку, он взглянул на человека рядом с собой.

Юй Фань был занят приготовлением мяса в бульоне. Он молча, опустив голову, держал палочки.

Ван Луань одним глотком осушил свою чашку, а затем подтолкнул локтем человека рядом с собой, который играл в телефоне: «Цзо Куан, я ни на что не намекаю, но мы уже на втором году старшей школы, ты правда не собираешься присоединиться к нам и учиться? Иначе будет слишком поздно, когда мы с Юй Фанем поступим в первоклассный университет, а ты пойдешь в соседний техникум».

Цзо Куан оттолкнул его руку: «Отвали. В какой ещё первоклассный университет ты попадешь?»

«Я серьёзно, тебе стоит хотя бы попробовать. Я две недели посидел и понял, что это на самом деле не так уж и сложно».

«Ага, ты можешь продолжать усердно учиться сам», — Цзо Куан наконец отложил телефон и взял палочки для еды: «Юй Фань».

«Говори».

«Одна девочка из нашего класса попросила у меня твой WeChat», — начал Цзо Куан: «Я дал ей его».

Юй Фань замер на секунду, и кусок мяса остался висеть над тарелкой. Он тут же вспомнил разговор, который состоялся у него с классным руководителем соседнего класса в кабинете.

Добралась таки она до меня.

Он подсознательно хотел посмотреть в сторону, но быстро понял, что делает, едва повернув голову. Какого чëрта я смотрю на него?

Юй Фань незаметно вернул голову в исходное положение и нахмурился: «Разве я давал тебе разрешение на это?»

«Ничего не мог с этим поделать. Не отдай я ей аккаунт, мне бы не у кого было списывать домашнее задание», — Цзо Куан посмеялся: «Не волнуйся. Если она добавит тебя, ты можешь просто отклонить еë запрос. Тебя же всё-таки не заставляют с ней общаться».

Юй Фань не видел смысла дальше тратить энергию на споры о такой ерунде, поэтому просто продолжил опускать куски мяса в кипящий бульон.

Когда все насытились, Ван Луань попросил официанта принести счёт, а затем спросил, не хочет ли кто-нибудь покурить, после того, как он расплатится.

Юй Фань: «Вы, ребята, идите. Я останусь и подожду чек».

Как только все трое ушли, из-за столика перед ними раздался оживленный гомон.

Чэнь Цзиншэнь лениво взглянул в ту сторону. Кто-то за соседним столиком признался в любви, и, похоже, удачно, потому что парень и девушка смущённо обнялись под восторженные возгласы друзей.

Телефон в кармане завибрировал. Чэнь Цзиншэнь отвёл взгляд, взглянул на экран, но тут же равнодушно выключил его.

После того, как официант принёс чек, человек рядом с ним поблагодарил собеседника и встал.

Чэнь Цзиншэнь тоже поднялся. Подождав несколько секунд, он понял, что парень впереди не двигается.

Юй Фань задумался на некоторое время, прежде чем позвать его: «Чэнь Цзиншэнь».

«М?»

Юй Фань взял чашку и неловко протянул её перед собой.

Чэнь Цзиншэнь приподнял брови и тоже поднял чашку.

Как раз в тот момент, когда Юй Фань собирался чокнуться с ним, рука Чэнь Цзиншэня внезапно немного отдёрнулась, а сам он взглянул на соседний столик.

Юй Фань нахмурился, непонимающе посмотрев туда же…

Мужчина и женщина переплетая руки* пили вино из своих чаш под аплодисменты.

(п.р: “交杯酒” — Формальный обмен чашами вина между женихом и невестой во время традиционной свадебной церемонии).

Юй Фань: «…»

Юй Фань без всякого выражения протянул руку и грубо чокнулся своей чашкой о чашку Чэнь Цзиншэня, из-за чего чай того немного пролился: «Если хочешь умереть, можешь продолжать смотреть».

***

После ужина все разошлись.

До того как развернуться и уйти, Юй Фань понаблюдал, как другие садятся по машинам.

Эта улица находилась недалеко от его дома, максимум десять минут пешком.

Он достал телефон и перевëл Ван Луаню половину суммы за сегодняшние расходы.

[Ван Луань: Зачем ты перевёл мне деньги?]

[-: Разве мы не договаривались? Я разделю с тобой счёт.]

[Ван Луань: Когда я говорил, я на самом деле не это имел в виду. И вообще забудь, мой отец перевёл мне кучу денег, сегодня я угощаю!]

Ван Луань знаком с Юй Фанем не так давно, но, несмотря на это, он хорошо с ним ладил и немного знал о положении его семьи.

[-: Хватит говорить ерунду, просто прими их.]

Ван Луань помедлил, но в итоге всё-таки принял перевод.

[Ван Луань: Тогда в следующий раз, когда я буду угощать тебя, не дели со мной счёт.]

Юй Фань шёл по узкой, практически безлюдной дороге. Достав из кармана сигарету, он собирался зажечь её, когда телефон снова внезапно зазвонил.

Почему Ван Луань всегда такой…

[S:「Фото」]

Отлично. Ещё более раздражающий человек.

Юй Фань прикусил ещё не зажжённую сигарету и нажал на изображение. Это было фото салона автомобиля, сделанное в темноте, к тому же, казалось, что случайно.

[-: ?]

[S: В машине очень темно. Мне немного страшно.]

[-: ??]

[-: Чего ты боишься? Разве водитель сидит не спереди?]

[S: Он похож на сегодняшнего NPC.]

[-: ...]

[S: Можем ли мы поговорить по видеозвонку?]

[-: Нет.]

[S: Хорошо.]

Только Юй Фань потянулся, чтобы закинуть телефон в карман...

[S: Всё в порядке.]

[S: Просто мне до сих пор немного жутко после того, как сегодня меня коснулся призрак. Но это ощущение, наверное, уйдёт через пару месяцев.]

[S: Извини за беспокойство.]

«…»

С сигаретой во рту Юй Фань некоторое время смотрел на эти слова.

Он брал и убирал телефон снова и снова, пока наконец не надел наушники и, стиснув зубы, не нажал на видеозвонок.

Собеседник мгновенно поднял трубку.

Поскольку Юй Фань возвращался пешком, он держал телефон под низким и не очень удачным углом.

Он опустил голову, раздраженно взглянул на Чэнь Цзиншэня и спросил: «Ты такой трусливый, наверное, ночью даже уснуть без родителей не можешь».

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Дома никого нет».

Юй Фань выпалил, не подумав: «Я не буду укладывать тебя спать по видеосвязи».

В наушниках на несколько секунд воцарилась тишина.

Юй Фань: «...»

Что за чушь я несу?

«В этом нет необходимости», — послышался голос Чэнь Цзиншэня спустя какое-то время. Возможно, потому, что он уже долго ехал, его голос звучал немного устало: «Меня дома уже ждёт Фань-Фань».

Юй Фань: «Ты можешь поменять имя своей собаки?»

«Это будет немного проблематично. Всё-таки он же уже привык к этому имени».

Юй Фань шëл по дороге, держа одну руку в кармане. Он время от времени видел людей, выгуливающих своих собак и каждый раз невольно бросая на них взгляд, чувствовал, что ни один из этих псов не так красив, как тот, что был у Чэнь Цзиншэня.

Они разговаривали, иногда делая паузы в полминуты молчания. Когда в наушниках становилось тихо, Юй Фань подсознательно опускал глаза на экран и каждый раз встречался взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

После того, как это повторилось несколько раз, Юй Фань не выдержал и холодно сказал: «...Перестань смотреть на меня».

«Мгм», — Чэнь Цзиншэнь послушно отвёл глаза, услышав это, но вскоре снова оглянулся и спросил: «Та девушка добавила тебя?»

«Что?»

«Девушка из 8-го класса».

«Нет».

Чэнь Цзиншэнь спокойно спросил: «Ты бы с ней встречался?»

Юй Фань опешил.

Чего?

Он нахмурился: «Нет, я её даже не знаю».

Чэнь Цзиншэнь промычал и начал говорить тише: «Тогда какие девушки тебе нравятся?»

«…Откуда мне знать?» — Юй Фань мельком взглянул на него и через несколько секунд добавил: «В любом случае, сейчас мне никто не нравится».

«Но в будущем этот человек появится».

«…»

«Когда у тебя появится девушка, ты, вероятно, не сможешь так разговаривать со мной по видеосвязи», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «И мы не сможем сидеть вместе».

Юй Фань: «Никто не ревнует к таким вещ...»

«Наверное. Но я не хочу видеть тебя с кем-то другим».

«Я попрошу учителя пересадить меня», — пока такси ехало по дороге, тусклые уличные огни мелькали на лице Чэнь Цзиншэня. Он говорил слабым голосом с опущенным взглядом.

Юй Фань: «Я…»

Чэнь Цзиншэнь: «Что касается письма, которое я тебе дал... можешь его выбросить. Всё равно я не потратил на него так много времени и сил».

Юй Фань: «…»

«И та награда над доской…»

«Я же сказал, что не буду встречаться с девушками!» — Юй Фань больше не мог сдерживаться. Он поднёс телефон ко рту, не давая тому возможности вставить слово: «И у меня в принципе нет девушки, которая мне нравится! Если ты, чёрт возьми хочешь позвонить мне — звони! Если хочешь сесть рядом со мной, просто сядь! И вешай этот сертификат куда хочешь!! Только перестань нести этот бред, ладно?!»

Юй Фань, закончив кричать эти слова на одном дыхании, некоторое время тяжело дышал. Подняв взгляд, он понял, что люди и собаки, проходившие мимо, смотрели на него с широко открытыми глазами.

…Если я ещё раз позвоню Чэнь Цзиншэню, находясь в дороге, я буду идиотом.

С другого конца провода не доносилось ни звука.

Юй Фань свернул в ближащий парк, чтобы скрыться от взглядов, и посмотрел в телефон. Экран был черным как смоль. Чэнь Цзиншэнь закрыл камеру.

Юй Фань нахмурился: «Чэнь Цзиншэнь?»

Через несколько секунд собеседник наконец ответил негромким “Да”.

Юй Фань: «Ты слышал, что я только что сказал?»

«Слышал», — беспечно ответил Чэнь Цзиншэнь: «Я понял».

Внезапно почувствовав что-то неладное, Юй Фань подозрительно уставился на телефон: «Чэнь Цзиншэнь, покажи своё лицо».

«…»

В следующую секунду палец, закрывавший камеру, был убран.

Чэнь Цзиншэнь держал телефон немного низко, открывая только нижнюю половину лица.

Чэнь Цзиншэнь сжал губы и молча смотрел на него некоторое время, прежде чем наконец поднять руку и прикрыть рот. Его кадык дернулся один раз.

Дважды.

Трижды.

Юй Фань: «…»

На мгновение Юй Фань забыл, что именно он только что, заставило Чэнь Цзиншэня так рассмеяться.

«Чэнь Цзиншэнь, ты умрёшь, если ты ещё раз засмеëшься», — он мрачно предупредил: «Держи телефон правильно».

«Мгм, это было не специально».

Чэнь Цзиншэнь с трудом поднял телефон и пару секунд смотрел на него.

Затем он повернул голову, чтобы взглянуть в окно, но вскоре снова оглянулся на экран.

Казалось, он что-то подавлял, но это было бесполезно. Поэтому, опустив глаза, Чэнь Цзиншэнь сказал хриплым от сдерживаемого смеха голосом: «Юй Фань, ты действительно...»

Его речь внезапно оборвалась.

Юй Фань стоял в парке в оцепенении с телефоном. Затем, быстро отреагировав, он нажал кнопку “завершить вызов”, прежде чем Чэнь Цзиншэнь успел закончить свою фразу.

Бип. Звонок окончен.

Ночью в парке было ветрено.

Сердце Юй Фаня билось так громко, что казалось почти оглушительным, а голова была словно в огне.

Постояв на месте некоторое время, пытаясь успокоиться, он потер лицо, затем вынул изо рта незажжëнную сигарету. А после того, как ему удалось зажечь её дрожащими руками, он принялся ходить кругами вокруг дерева.

Это чертовски странно.

Чэнь Цзиншэнь явно не закончил свою речь, но Юй Фань чувствовал, что услышал всё.

Он слышал, как Чэнь Цзиншэнь сидит в такси, а ночной ветер дует ему в лицо из окна, а также ощущал недоуменный взгляд водителя впереди. Уличные огни, что мелькали на его лице и то, как он произнёс:

Юй Фань, ты действительно…

Ты действительно мне очень нравишься.

Глава 40 - Ты можешь выйти за него замуж сам, я не буду

Очень скоро Чэнь Цзиншэнь отправил ему сообщение, спрашивая, почему он повесил трубку.

Почему я повесил трубку? Как ты думаешь, почему я это сделал?

Ты уверен, что смотрел на меня чистыми глазами?

Но Юй Фань не мог ответить что-то такое бесстыдное, как: “Это потому, что я чувствовал, что ты собираешься признаться мне”. Поэтому он решил не отвечать ему.

Чэнь Цзиншэнь не собирался давить. Он просто отправил несколько фотографий своей собаки через десять или около того минут.

Юй Фань сел под деревом, закурил и глубоко вдохнул вечерний воздух. Немного успокоившись, он просмотрел эти фотографии одну за другой, затем потушил сигарету и собрался идти домой.

Когда Юй Фань вернулся домой, он увидел, что окна в его квартире были открыты, а свет включëн. Звук телевизора внутри был настолько громким, что весь дом мог его слышать.

Юй Каймин сидел на диване, общаясь со своими друзьями по азартным играм по телефону, попутно смотря футбольный матч. Когда тот увидел вернувшегося Юй Фаня, то сразу же выключил динамик на телефоне и убрал ноги со стола.

Семнадцатилетний мальчик был уже выше, чем он.

Когда тот был в своём обычном пьяном состоянии или если с ним был кто-то ещё, Юй Каймин не так сильно боялся Юй Фаня, но, будучи трезвым, он не хотел брать инициативу и провоцировать его.

В конце концов, его опыт за последние два года подсказывал ему, что его шансы на победу в драке с ним очень малы.

Юй Фань взглянул на телевизор после того, как вошёл в комнату. Затем кинул свои ключи на обувную полку и решил молча подойти.

Юй Каймин незамедлительно поднялся: «Предупреждаю, не пытайся начать...»

Юй Фань взял пульт, убавил громкость телевизора с 68 до 18, после небрежно бросил его на стол и ушёл в свою комнату. За всё это время он не удостоил Юй Каймина ни единым взглядом.

Дверь закрылась прямо перед ним. Юй Каймин удивлëнно пялился на дверь, прежде чем забрал свой телефон и продолжил разговор со своими друзьями.

«Я тут. Нет, я не уснул. Мой сын пришёл домой только что… Нет, мы не поругались. Кто знает, что этот ублюдок задумал, он выглядел так, будто пребывает в прекрасном настроении».

***

В девять часов вечера Юй Фань сидел за своим столом, крутя ручку, ожидая, когда Чэнь Цзиншэнь отправит ему записи. В конце концов, вместо видеозаписей другая сторона отправила ему запрос на видеозвонок.

Юй Фань на мгновение застыл. Он поднял трубку в последний момент, когда вызов уже собирался сброситься автоматически.

Чэнь Цзиншэнь, опустив глаза и перебирая бумаги, держал на плечах полотенце.

Настольная лампа освещала его лицо холодным светом.

Как и в тот раз, когда они готовились к экзаменам в середине семестра, он спросил: «В работах на эту неделю есть несколько довольно хороших задач. Хочешь над ними поработать?»

Юй Фань крепче сжал ручку. Через некоторое время он поставил телефон на стол и достал бумаги: «Ты так раздражаешь... Забудь, мне всё равно больше нечего делать. Попробую решить несколько».

Когда Чэнь Цзиншэнь объяснял задачи, он использовал заднюю камеру.

Спустя более часа они, наконец, добрались до основных заданий в конце бумаги.

Они были немного сложными. Юй Фань был из тех, кто не мог не отвлекаться, когда сталкивался с чем-то, чего не понимал.

Юй Фань рассеянно слушал голос Чэнь Цзиншэня в наушниках, крутя в руках ручку. Он вдруг вспомнил почти незаметную улыбку собеседника в такси вчера вечером.

«Ты понял?» — спросил Чэнь Цзиншэнь. Не услышав ответа, он поднял глаза: «Юй Фань?»

Сердце Юй Фаня пропустило удар. Он внезапно поднял голову с руки, которая её поддерживала: «О, я не слушал...»

С другого конца провода послышался тихий, но долгий скрип, прервавший его слова.

Юй Фань сначала подумал, что это просто его воображение, но потом он увидел, как Чэнь Цзиншэнь внезапно отвернулся, и луч света скользнул по его лицу. Казалось, это был свет от машинной фары.

«Тогда я объясню это в школе», — Через мгновение Чэнь Цзиншэнь оглянулся и отложил ручку: «Мне пора, я кладу трубку».

Юй Фань подсознательно издал звук согласия. В следующую секунду собеседник завершил разговор.

Юй Фань откинулся на спинку стула и некоторое время, нахмурившись, смотрел на интерфейс чата с Чэнь Цзиншэнем.

Неужели это просто его воображение? Почему он почувствовал, что перед самым окончанием разговора Чэнь Цзиншэнь выглядел немного несчастным?

Очевидно, это было его обычное бесстрастное лицо.

Потратив много времени на решение примеров сегодня вечером, Юй Фань взял телефон с сигаретами и вышел на балкон подышать свежим воздухом.

Сегодня в старом комплексе было довольно тихо.

Юй Фань сидел на балконе, курил и рылся в телефоне. Во время видеозвонка он получил несколько сообщений “WeChat”. Все они были от Ван Луаня, который спрашивал, почему его запросы на видеозвонки не доходят.

Юй Фань ответил, что он был занят ранее, но Ван Луань не ответил. Вероятно, тот пошёл играть в игры. Поэтому он открыл групповой чат, в котором его постоянно упоминали, и пролистал вверх.

[Ван Луань: Кажется, я не могу связаться с Юй Фанем. Спроси у того студента-спортсмена из твоего класса.]

[Цзо Куан: Я тоже не могу дозвониться. Чёрт, что с людьми в этом чате? Даже набрать достаточно народу для игры не получается. @- Я попробую ещё раз.]

[Чжу Сюй: Я здесь. Блять, Ван Луань, у меня что, по-твоему, нет имени? Называть меня студентом-спортсменом, студентом-спортсменом... Я говорил по видеозвонку со своей соседкой по парте.]

[Цзо Куан: Девушка есть девушка, какая соседка по парте? Какие ещё соседи по парте, кроме вас двоих, будут звонить друг другу по видеосвязи каждый день ровно в восемь часов?]

Пальцы Юй Фаня замерли: «...»

Что не так с видеозвонками? Как они ещё могли бы учиться решать задачи без видеозвонков?

Он взглянул на аватарку Цзо Куана, на которой был изображен игровой персонаж, и подумал: «Забудь. Такой, как ты, кто не учится, всё равно ничего не поймёт».

[Ван Луань: Разве недостаточно просто видеться в школе каждый день? Звонить друг другу каждый вечер... Разве это не пустая трата времени?]

[Чжу Сюй: Ничего страшного, мне и дома-то особо делать нечего. Но, честно говоря, от таких вещей я довольно быстро выкуриваю сигареты.]

[Ван Луань: ?]

[Чжу Сюй: Хочется закурить, когда мне весело. Хочется закурить, когда вступаю в разговор. Хочется закурить, когда что-то всплывает с её стороны, и мы больше не можем общаться... Ха-ха, отношения так раздражают.]

[Цзо Куан: Исчезни, кто хочет это слушать? Начинай игру.]

Рука Юй Фаня, державшая сигарету, слегка дрожала.

Некоторое время спустя он выключил телефон и отбросил его в сторону. Он думал, что курит только потому, что ему хочется курить, и это не имеет никакого отношения к Чэнь Цзиншэню.

Почувствовав, что одной сигареты ему недостаточно, Юй Фань потянулся за следующей, но обнаружил, что коробка пуста.

Он только сейчас вспомнил, что выкурил немало сигарет вчера вечером, кружа вокруг дерева.

Юй Фань: «...»

Он бесстрастно раздавил пачку сигарет и с силой швырнул её в мусорное ведро у двери.

***

В понедельник новость о наказании Дин Сяо распространилась по всем классам второго года обучения.

Сам он в школу не пришёл. По словам людей, которые его знали, его семья занимается его переводом в другую школу.

Но Юй Фань был совершенно не заинтересован в этом вопросе. Он не обращал никакого внимания на Ван Луаня и Цзо Куана, которые болтали рядом с ним.

Пока они препирались о том, кто из них самый трусливый, Юй Фань подпëр подбородок рукой и краем глаза взглянул на самого трусливого человека здесь.

Чэнь Цзиншэнь как обычно сидел, держа спину прямо, и молча работал над задачами на бумаге для заметок.

Было похоже, что он не собирался объяснять причину завершения вчерашнего разговора, равно как и не проявлял никакого намерения объяснить ему главный вопрос в конце страницы.

Он забыл?

Забудь, неважно, забыл он или нет.

Юй Фань отвёл взгляд и по какой-то причине почувствовал лёгкое раздражение.

Когда учитель физики вошёл в класс, двое шумных братьев, сидевших рядом с ним, наконец ушли.

Юй Фань откинулся на спинку стула и наклонился, чтобы поискать учебник внутри стола... и он нашёл совершенно новую книгу, которую никогда раньше не видел.

«Глупые Птицы Учатся Летать (Продвинутая Версия)» в чёрной обложке.

Он открыл первую страницу. На ней было его имя. Это был почерк его соседа по парте.

«Я выделил там важные вопросы», — Чэнь Цзиншэнь также откинулся на спинку стула и повернулся, чтобы посмотреть на него: «Мне продолжить объяснять вчерашние задачи?»

Юй Фань повернулся и встретился с ним взглядом. Раздражение, которое появилось ранее, внезапно исчезло.

Он опустил глаза и вернулся к своему обычному ленивому поведению: «...Ох».

Как только учитель физики ушёл после первого урока, в класс вошла Чжуан Фанцинь.

Она воспользовалась случаем, чтобы объявить о родительском собрании, которое состоится в этот четверг.

«Каждый должен предупредить своих родителей. Если они не смогут прийти, им нужно будет позвонить мне заранее и объяснить ситуацию», — сказав это, Чжуан Фанцинь взглянула на задний ряд: «Вот и всё, вы можете сделать перерыв до следующего занятия... Юй Фань, пойдём со мной в мой кабинет».

Юй Фань послушно последовал за Чжуан Фанцинь в её кабинет.

Она оглянулась на него: «Насчёт родительского собрания?..»

«Никто не придёт», — тут же оборвал её Юй Фань.

«…»

Это было ожидаемо.

Чжуан Фанцинь раньше старалась изо всех сил.

Она уже говорила с Юй Фанем, но тот отказался её слушать. Позже она отпустила Юй Фаня и позвонила его отцу, найдя его контактные данные в профиле ученика, но смогла дозвониться только после нескольких дней. Собеседник нетерпеливо сказал: «Вы и так знаете, какое положение в нашей семье. Я не пойду. Школьные дела не имеют ко мне никакого отношения».

Поэтому она больше не настаивала.

«Ну ладно. Поскольку твой отец в этот раз не придёт, тебе не нужно ждать его у ворот. Просто иди прямо в класс и помоги мне поприветствовать родителей».

«…»

Юй Фань подумал, что ослышался: «Я? Это не лучшая идея. Когда собрание закончится, половина родителей захотят перевести своих детей».

«Будь серьёзнее», — Чжуан Фанцинь взяла свои планы уроков и легонько ударила его ими: «Тебе не нужно делать многое. Просто встань у двери с регистрационным листом и попроси родителей расписаться».

Чжуан Фанцинь говорила об этом четыре дня подряд, и Юй Фань также сопротивлялся четыре дня подряд.

Но когда наступил четверг, Чжуан Фанцинь всё равно сунула регистрационный лист в руки Юй Фаня и заставила его собраться и встать у двери.

До начала родительского собрания оставалось ещё более получаса.

Несколько студентов были заняты обустройством класса. Держа в руках регистрационный лист, Юй Фань безжизненно прислонился к перилам балкона, наблюдая за бурлящей сценой внизу.

Расположение их учебного корпуса было как раз ровным. С балкона, где он стоял, можно было видеть как школьные ворота, так и улицу за ними. В этот момент улица за школьными воротами уже была забита машинами, принадлежащими родителям.

Чэнь Цзиншэнь поднял свою сумку и положил её на скамейку. Он оглянулся и сказал: «Я иду вниз».

Юй Фань подумал, что тот спускается вниз, чтобы встретиться с родителями, поэтому издал непринуждённый звук согласия.

Но через десять минут он увидел, как его сосед по парте подошёл к воротам школы и встал рядом с Ху Паном с ярко-красной повязкой на руке с надписью «Лучший представитель студентов».

Юй Фань: «...Что он делает?»

Чжан Сяньцзин проследила за его взглядом и посмотрела туда: «Чэнь Цзиншэнь? Он стоит на страже. По одному студенту с первого, второго и третьего курса выбирают, чтобы стоять у ворот. Ху Пан был тем, кто выбрал Сюэбу... Он тебе не сказал?»

Юй Фань хотел сказать, что нет, но внезапно вспомнил, что говорил ему о том, что должен был поприветствовать родителей на родительском собрании во время их видеозвонка вчера вечером.

Чэнь Цзиншэнь в тот момент крутанул ручку и сказал, что они сделают это вместе.

…Он подумал, что Чэнь Цзиншэнь имел в виду то, что они будут стоять вместе в коридоре и слушать родительское собрание.

«О... Кажется, он об этом упоминал», — Юй Фань взглянул на двух людей рядом с собой: «Почему вы двое не спускаетесь?»

Чжан Сяньцзин сказала, играя на своём телефоне: «Некуда спешить. Моя мама всё ещё в пробке».

Ван Луань: «Мой отец ещё не выехал».

Чжан Сяньцзин: «Почему? Он что, придёт помочь убрать класс после того, как всё закончится?»

«Ты нихрена не знаешь! Электросамокат моего отца просто свирепый. Он мог бы проскочить через все машины и добраться сюда меньше, чем за десять минут», — Ван Луань торжествующе посмотрела на сцену: «Посмотрите на ситуацию вниз, какая, должно быть, там пробка... Вот дерьмо!»

Юй Фань нахмурился от внезапной вспышки.

Звук был таким громким, что Цзо Куан, подметавший коридор возле своего класса по соседству, поднял глаза и выругался: «Что это была за хрень?»

Ван Луань: «Охренеть! Посмотрите на эту машину! Разве это не грёбаный Bentley?»

Грохот! Цзо Куан тут же отбросил метлу и подбежал.

«Боже мой, это действительно он...»

Чжан Сяньцзин не была заинтересована: «Сколько стоит такая машина?»

«Не так уж много», — Ван Луань, любивший автомобили с детства, взволнованно облизнул губы: «За эту модель... Наверное, несколько миллионов».

Чжу Сюй, который шёл следом, ахнул: «Чёрт, в нашей школе на самом деле есть крадущийся тигр, затаившийся дракон... Ага, машина остановилась. Скорее, посмотрим, чьей семье принадлежит эта машина!»

Юй Фань не интересовался этими вещами. Он уставился на фигуру, которая была почти на голову выше всех остальных, и задался вопросом про себя, почему он выглядит таким глупым, стоя там.

Почти каждый родитель, проходивший мимо, смотрел на Чэнь Цзиншэня, и в их глазах читалось такое выражение, словно они смотрели на своего ребёнка мечты.

Через несколько секунд человек, стоявший у ворот, наконец двинулся с места.

Он увидел, как Чэнь Цзиншэнь опустил голову и что-то сказал Ху Пану, на что тот кивнул и махнул рукой, отпуская его.

Юй Фань наблюдал, как Чэнь Цзиншэнь вышел из ворот школы, прошел сквозь толпу людей, вливающихся в школу, и направился к... роскошному автомобилю.

Из заднего сиденья роскошного автомобиля вышла особенно изысканная женщина. Её лицо нельзя было ясно разглядеть с такого расстояния. Увидев Чэнь Цзиншэня, она совершенно естественно подняла руку и поправила повязку на его руке.

Цзо Куан: «О, чёрт! Это же Сюэба!»

Чжу Сюй: «Чёрт, это потрясающе».

«Блин, неужели кто-то настолько богатый был рядом со мной всё это время?!» — Ван Луань коснулся плеча человека рядом с собой: «…Эй, если ты будешь встречаться с Сюэбой, то ты, по сути, выйдешь замуж за человека из богатой семьи!»

«Заткнись», — почти рефлекторно ответил Юй Фань: «Ты можешь сам выйти за него замуж, я не буду».

Как только Юй Фань закончил говорить, в коридоре внезапно воцарилась тишина.

Можно было даже услышать звук падающей иглы.

Почувствовав, что что-то не так, веко Юй Фаня несколько раз дернулось. Он вопросительно посмотрел…

Только чтобы увидеть руку Ван Луаня на плече Чжан Сяньцзин, пока его рот был всё ещё широко открыт.

Все присутствующие застыли на месте, глядя на него с выражением замешательства и потрясения на лицах.

Глава 41 - Мне они нравятся

Они молча смотрели друг на друга.

Неизвестно, как долго длилась тишина между ними, пока не раздался хлопок, и метла в руке Чжу Сюя не упала на землю. Благодаря окружающему шуму, Ван Луань, наконец, пришёл в себя.

После длительного молчания, он произнёс: «Я… говорил не тебе, я говорил это сестре Цзинь…»

Юй Фань: «…»

Он взглянул на удивлённых людей вокруг себя, а затем опустил взгляд на руку Ван Луаня, которая лежала на плече Чжан Сяньцзинь.

Недовольство и сопротивление на его лице постепенно стихли, брови разгладились, и в конце концов на нём застыло ошеломлённое и напряжённое выражение.

Он продолжал сжимать бедный бланк регистрации.

Некоторое время спустя, Юй Фань смог выдавить из себя: «Ты только что прикоснулся ко мне».

«?» — Ван Луань взглянул на расстояние между ними и понял, что туда действительно сможет втиснуться только Цзо Куан. — «Правда?»

«А ты как думаешь?» — Юй Фань бесстрастно посмотрел на него. — «Следи за своими руками».

«…Хорошо».

Парни не стали зацикливаться на этом и быстро замяли тему. Юй Фань незаметно выдохнул с облегчением и, обернувшись, встретился взглядом с Чжан Сяньцзинь.

Она скрестила руки на груди и, нахмурившись, смотрела на него.

Даже если Ван Луань тронул тебя, то это должно было закончиться избиением или руганью, но точно не словами, что ты не выйдешь замуж.

Чжан Сяньцзинь открыла рот и Юй Фань напрягся.

В следующий момент телефон, который она держала в руке, зазвонил.

Чжан Сяньцзинь вырвали из размышлений, она подняла трубку: «Алло, мама, ты уже приехала? Когда ты успела? Разве ты только что не была дома?.. Хорошо, я сейчас спущусь».

Ван Луань взглянул на время и добавил: «Мой отец, наверное, тоже скоро приедет. Пошли».

После того, как Чжан Сяньцзинь ушла, двух учеников соседнего класса, пришедших посмотреть на происходящее, тоже отправили обратно подметать коридор.

Вокруг стало тихо. Юй Фань прижал лоб к рукам, оперевшись ими на перила. Его голова была опущена, а пальцы запущены в волосы; он несколько раз растрепал их в смущении.

Чёрт возьми, я что, сошёл с ума?..

Это всё из-за Чэнь Цзиншэня.

Немного так постояв, Юй Фань выпрямился. Он опустил взгляд и холодно посмотрел вниз, ища виновника. Глаза тут же зацепились за высокую и худую фигуру.

У ворот школы Ху Пан разговаривал с женщиной, которая, скорее всего, была родственницей Чэнь Цзиншэня, а тот просто спокойно стоял рядом.

На его лице, как и всегда, всё ещё было холодное выражение, словно разговор двух людей возле него не имел к нему никакого отношения.

Они все стояли довольно далеко, поэтому Юй Фань мог разглядеть детали лишь смутно. Но гримаса на лице Чэнь Цзиншэня всё равно показалась ему знакомой…

Да, тоже самое выражение было на его лице в ту ночь, когда Чэнь Цзиншэнь сказал, что ему нужно повесить трубку. Равнодушное, замкнутое, несчастное.

Даже такое парализованное лицо может передать столько эмоций.

Но что именно его расстроило?

Юй Фань погрузился в размышления. Вдруг голова внизу, словно что-то почувствовав, поднялась, точно встретившись с ним взглядом сквозь поток людей и теней деревьев.

В этот момент он пришёл в себя.

Юй Фань тут же вспомнил, как до этого опозорился. Нахмурившись, он посмотрел на Чэнь Цзиншэня и решил отправить ему международный дружеский жест.

Но, наконец подняв руку, вместо нужного пальца, он показал мизинец.

«Юй Фань, что ты делаешь в коридоре?» — из класса донесся голос Чжуан Фанцинь. — «Родители уже пришли, иди и зарегистрируй их у двери!»

Юй Фань произнёс слабое “о”, убрал свой палец и показал жестом Чэнь Цзиншэню, что идёт обратно в класс.

***

У входа в школу.

Ху Пан с улыбкой сказал: «Хотя у Цзиншэня были некоторые проблемы на этих промежуточных экзаменах, результаты всё равно хорошие. Я поговорю с ним позже, а так ему просто нужно быть внимательнее в будущем».

Женщина с невозмутимым выражением лица повернулась к сыну: «Ты слышал, что сказал директор?»

Увидев выражение лица Чэнь Цзиншэня, она была слегка ошеломлена: «…Почему ты смеёшься?»

Чэнь Цзиншэнь опустил голову и тут же успокоился: «Ничего».

***

Вскоре несколько родителей учеников 2-го года старшей школы класса 7 собрались в классе.

Они молча копались в партах своих детей, иногда поглядывая на парня, сидевшего за столом регистрации.

Поздоровавшись с родителями, Чжуан Фанцинь встала рядом с этим столом, который временно использовался для регистрации родителей, и постучала по нему пальцами.

«Поставь ноги, не надо скрещивать их… Что за взгляд? Улыбнись!»

Юй Фань прислонился к стене: «Нет».

Этот чёртов подросток.

Чжуан Фанцинь: «Просто приподними уголки губ. Хочешь, я тебя научу?»

Юй Фань: «Почему бы вам просто не найти того, кто любит посмеяться и посидеть здесь?»

«Кого? Ван Луаня? Он уже был здесь в прошлом семестре».

Юй Фань нахмурился: «Тогда Чэнь Цзиншэня».

«…»

Чжуан Фанцинь подумала, что ослышалась, и долго пребывала в растерянности, прежде чем сказать: «Чэнь Цзиншэнь любит смеяться? Когда он вообще улыбался?»

Юй Фань собирался спросить, — “Разве он не всегда это делает?” — как вдруг вспомнил, что когда он разговаривает не с ним… он действительно редко улыбается.

Чэнь Цзиншэнь намеренно его провоцирует, да?

Юй Фань в глубине души проклял его, но вслух не произнёс ни слова, пока Чжуан Фанцинь не вернулась в класс, чтобы поговорить с родителями.

«Нужно ли регистрироваться перед входом в класс?»

Юй Фань что-то пробормотал и передал ручку, даже не подняв глаз.

Он с опущенным взглядом наблюдал, как женщина взяла ручку, расписалась, а затем, написав ‘Цзи Ляньи’, она добавила ‘Чэнь Цзиншэнь’.

Юй Фань был ошеломлён. Он внезапно поднял голову, оторвал спину от стены, неосознанно выпрямившись.

Чэнь Цзиншэнь очень похож на свою мать. Женщина явно обладала выдающейся натурой. Она отложила ручку и вошла в класс. Её прекрасные глаза не взглянули на него.

Родители были более пунктуальны, чем ученики, поэтому уже сидели в классе.

До начала встречи оставалось ещё десять минут. Юй Фань вернул регистрационную форму Чжуан Фанцинь. Когда он уже собирался уйти, кто-то схватил его за одежду.

Чжуан Фанцинь протянула ему две стопки бумаг: на одной было ‘Письмо родителям’, а на другой — родительская анкета.

«Раздай их. Тут в каждом по 42 штуки. Возьми себе один и отдай родителям. Ещё, не уходи после того, как раздашь их, мне нужна твоя помощь с кое-чем».

Она развернулась, пошла к кафедре в класс и продолжила разбираться с собранием, не дав Юй Фаню возможности отказаться.

Юй Фань: «…»

Он уже собирался пойти в класс, как, дойдя до двери, ему вдруг пришла в голову одна мысль.

Юй Фань поднял руку и застегнул пуговицы своей школьной рубашки.

Раздавая листы и дойдя до своей парты, он увидел, как Цзи Ляньи роется в столе Чэнь Цзиншэня.

По сравнению с другими родителями, женщина делала это более тщательно — она взяла черновик сына, и пролистала страницу за страницей, слегка хмурясь и не пропустив ни одного листа.

Вдруг перед ней с грохотом поставили бумагу, закрывая черновик и его содержимое.

Цзи Ляньи, немного помолчав, сказала: «Спасибо».

«Не за что», — ответил Юй Фань, а затем вытащил письмо и положил его в свою полку вместе с протоколом экзамена, который лежал у него на столе.

Цзи Ляньи, наконец, подняла на него глаза и, недолго подержав на нём взгляд, спросила: «Ты — Юй Фань?»

Юй Фань: «Да».

Цзи Ляньи кивнула и больше не задавала вопросов.

Чжуан Фанцинь никого не отпускала, поэтому Юй Фаню пришлось просто ждать в коридоре с другими учениками.

Чжан Сяньцзинь оглядела класс, в котором сидели родители: «Ван Луань, твой отец смеялся всё это время».

«Ага», — Ван Луань добавил. — «Подожди, как только собрание закончится, он первым подойдёт к твоей маме и спросит, сколько ты набрала на промежуточных экзаменах».

«…Потеряйся», — Чжан Сяньцзинь посмотрела на задние парты и вздохнула. — «Мама Сюэбы такая красивая».

«Их машина красивее», — сказав это, Ван Луань обернулся и опустил взгляд. — «Он всё ещё стоит у входа. Быть первым в классе действительно очень тяжело. Ему приходится учиться и стоять там одновременно».

«Ху Пан даже специально привёл кого-то снимать на входе, так что, думаю, Сюэбе придётся постоять ещё какое-то время…» — Чжан Сяньцзинь перевела свой взгляд и подняла бровь. — «Юй Фань, почему ты застегнул все пуговицы? Выглядишь глупо».

Юй Фань играл в телефон, опустив голову. Услышав это, движения его пальцев остановились: «Холодно. Не твоё дело».

На родительском собрании сначала выступают учителя-предметники, затем по радио — руководство школы, и в заключение — классный руководитель.

После выступления учителя покинули класс, а Чжуан Фанцинь не стала возвращаться в офис из-за нехватки данных. Десятки родителей в классе слушали по радио красноречивую речь о сильной учебной нагрузке и о том, как наладить отношения с детьми от руководителей школы.

Юй Фань поднял глаза и увидел, как Цзи Ляньи медленно встает со своего места, берёт сумку и тихо выходит из класса, направляясь в кабинет Чжуан Фанцинь.

«Парень», — окликнул его кто-то из родителей.

Возможно, этот человек увидел, что Юй Фань помогал Чжуан Фанцинь, поэтому и обратился к нему. Родитель смущённо улыбнулся: «Не мог бы ты передать это классному руководителю от меня? Это родительская анкета, которую нам только что раздали. Я перепутал и сдал не тот лист».

Ван Луань собирался сказать, что классный руководитель скоро вернётся, но человек рядом с ним уже убрал телефон в карман, выпрямился и сказал: «Хорошо».

***

Задняя дверь кабинета была закрыта. Юй Фань собирался обойти её и подойти к передней, как вдруг услышал голос изнутри: «Надеюсь, вы сможете поменять Цзиншэню соседа по парте».

Кабинет Чжуан Фанцинь находился в глубине здания рядом с окном. Если встать у стены, можно услышать всё, что происходит внутри.

Юй Фань опустил глаза и моргнул. Прислонившись к стене, он замер на месте.

Чжуан Фанцинь: «Сейчас, должно быть, всё ещё идёт трансляция по радио…»

Цзи Ляньи взглянула на часы: «Это объявление волнует меня меньше, чем разговор с вами. Через час у меня важная конференц-связь, поэтому мне нужно будет уйти пораньше, вы могли бы уделить мне немного времени?»

Чжуан Фанцинь задумалась на две секунды, а затем встала и пододвинула стул рядом с собой: «Садитесь. Итак, почему вы настаиваете на пересадке своего ребёнка?»

Цзи Ляньи сразу же перешла к делу: «Я видела табель успеваемости его соседа по парте».

«А, вы имеете в виду Юй Фаня. На самом деле его результаты в последнее время значительно улучш…»

«Я знаю. Я также знаю, что он добился такого прогресса с помощью Цзиншэня. Я видела некоторые записи с объяснениями по решению разных задач в его черновике».

Цзи Ляньи мягко улыбнулась и продолжила: «Учитель Чжуан, я не понимаю, почему другие преподаватели любят позволять лучшим ученикам помогать учащимся с плохими оценками? Это должно быть работой учителей».

Чжуан Фанцинь: «Вы, вероятно, не знаете, но Цзиншэнь сам проявил инициативу и попросил меня пересадить его. К тому же, я считаю, что ученики должны не только получать в школе знания, но и осваивать некоторые хорошие традиционные добродетели, такие как помощь другим».

«Я не имею ничего против того, что он помогает своим одноклассникам. Однако, я слышала от предыдущего классного руководителя, что его сосед по парте не только плохо учится, но ещё и курит, и дерётся, и его множество раз наказывают. Извините, но я больше не могу позволять своему ребёнку сидеть с таким учеником».

Цзи Ляньи помолчала и добавила: «Я только что видела этого ученика — Юй Фаня — и он был не только неряшливо одет… но и его волосы были такими длинными, что я даже не увидела его глаз. Разве школа, обычно, не следит за внешним видом учащихся?»

Юй Фань с несчастным видом прислонился к стене; ему вдруг захотелось покурить.

«Я понимаю ваше беспокойство. Я поговорю с Цзиншэнем, прежде чем принять решение», — Чжуан Фанцинь сменила тему. — «Я всегда хотела найти возможность поговорить с вами. Раз мы уже начали, скажу… К Цзиншэню нет никаких претензий в плане учёбы, он молодец. Но я заметила, что он, похоже, несколько замкнут и обычно не любит общаться с другими учениками. Поэтому я попросила его прошлого классного руководителя предоставить записи о его посещениях к вам на дому».

Чжуан Фанцинь подняла глаза и сказала: «Кажется, вы всё время вмешивались в его общественную жизнь, так? До разделения учеников в старшей школе, он сменил два класса и семь соседей по парте. И это было полностью вашей инициативой».

Цзи Ляньи, держа сумку обеими руками, положила её на колени и некоторое время молча смотрела на Чжуан Фанцинь.

«Да, обстановка в 1-м классе старшей школы была хуже. Когда соседом Цзиншэня была девочка, я беспокоилась, что он будет отвлекаться, а мальчики там были слишком разговорчивы. Я хотела создать для своего ребёнка хорошую среду для учёбы, поэтому и попросила о пересадке. Не думаю, что это плохо».

«Но спрашивали ли вы его мнения, когда меняли ему место?»

Цзи Ляньи: «Он знает, что я просто о нём забочусь».

Телефон в кармане завибрировал. Юй Фань достал его и мельком взглянул на экран.

[Ван Луань: Мы с Цзо Куаном в столовой. Хочешь что-нибудь поесть?]

Юй Фань изначально собирался отказаться, но затем решил, что ему стоит немного остыть.

[-: Смузи из маша*.]

(п.р: “маш” — это бобы)

[Ван Луань: Уже слишком поздно. Может, ты хочешь что-нибудь другое? Сегодня в кафе много народа, и ждать этот смузи, похоже, придётся больше десяти минут… Я пришёл купить отцу напитков, потому что он хотел угостить других родителей и поспешил обратно в класс.]

[-: Забудь об этом.]

Юй Фань засунул телефон в карман и продолжил слушать.

Чжуан Фанцинь задала ещё пару вопросов, но Цзи Ляньи только и отвечала: “Я его мать”.

Чжуан Фанцинь несколько раз вздохнула. Взглянув на неё, она сказала: «Я видела в записях о посещениях на дому, что в вашем доме установлено очень много камер, даже в спальне… Когда-то учитель Цяо советовал вам убрать хотя бы некоторые из них, чтобы у ребёнка было своё личное пространство. Интересно, вы…»

У Юй Фаня сдавило в груди.

Он загнул уголок родительской анкеты, а затем разгладил его.

«Я с отцом Цзиншэня постоянно заняты работой и редко бываем дома. Если не перестраховаться, как мы можем быть уверены в безопасности нашего ребёнка?»

Цзи Ляньи спокойно добавила: «В конце концов, я его мать».

***

Поговорив немного, Цзи Ляньи, наконец, встала.

Прежде чем уйти она снова попросила: «Пожалуйста, найдите ему нового соседа по парте как можно скорее».

Затем она развернулась и, выходя, столкнулась с парнем, сидевшим на корточках у стены.

Цзи Ляньи: «…»

Увидев, что она выходит, молодой человек никак не отреагировал. Он поднялся, отряхнул пыль со спины и без всякого выражения на лице вошёл в кабинет.

Отдав Чжуан Фанцинь нужное, Юй Фань вышел оттуда и направился в лабораторное здание покурить.

Хоть сегодня и было родительское собрание — в этом здании никого не было.

Юй Фань сидел на лестнице первого этажа и нагло курил.

Он небрежно расставил ноги, уперев локти в колени и держа в одной руке сигарету, а в другой — телефон.

Юй Фань играл в “Змейку”, но раунд длился не так долго, прежде чем он проиграл. Почувствовав скуку, парень небрежно открыл другое приложение. Когда он пришёл в себя, перед ним была фотка добермана.

Он зажал сигарету между зубами и медленно начал печатать: «Чэнь Цзиншэнь»…

О чём он хочет сказать? Кажется, ему не о чем говорить. Всё-таки он же не может написать: “Почему ты во всём слушаешься свою мать? Ты трус?”

У него другой характер, нет нужды портить чужих детей.

Юй Фань уставился на набранные ранее слова и задумался. Он поднял палец и хотел их удалить, но в диалоговом окне внезапно появилось новое сообщение:

[S: Ты всё ещё в школе?]

[-: Чэнь Цзиншэнь здесь.]

[S: ?]

[-: …Не туда отправил. Чего тебе?]

[S: Где ты?]

[-: На первом этаже лабораторного здания.]

В течение нескольких минут ответа не последовало. Юй Фань некоторое время смотрел на диалоговое окно, затем выдохнул дым и напечатал: «Фанцинь ищет меня?»

И прежде чем сообщение отправилось, он заметил что-то боковым зрением.

Юй Фань повернул голову и увидел Чэнь Цзиншэня, приближающегося к нему сквозь сигаретный дым.

Дурацкие, летние, синие, школьные брюки в Нанчанской школе № 7, казалось, удлинили ноги Чэнь Цзиншэня. Его руки висели по бокам, и он, кажется, что-то нёс в одной из них.

Чэнь Цзиншэнь подошёл к Юй Фаню и взглянул на сигарету в его руке. Он открыл и закрыл рот, после чего наклонил голову и слегка кашлянул.

«…Не подождёшь, пока я закончу курить?» — Юй Фань, не поднимая глаз и глядя только на его обувь, потушил сигарету. — «Почему ты искал меня?»

Чэнь Цзиншэнь: «Поэтому».

Почувствовав необъяснимое сладкое и прохладное ощущение, Юй Фань поднял взгляд и увидел пластиковый пакет, в котором был стакан смузи из маша.

«Когда я вернулся, то в кафе было не так много людей, поэтому купил один. Выпьешь?»

Летом в школьной столовой самым продаваемым продуктом является смузи из зелёной фасоли. Школа специально приобрела два больших холодильника, чтобы ученики могли пить освежающие летние напитки.

Юй Фань моргнул, и, вытащив из пакета стакан, жадно выпил содержимое.

Чэнь Цзиншэнь поднялся на две ступеньки параллельно ему. Юй Фань тут же отреагировал. Он повернул голову и выпалил: «Грязн…»

Чэнь Цзиншэнь уже сел.

Они сидели, как в классе, на расстоянии вытянутой руки, но при этом очень близко друг к другу. Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него и сказал: «Разве ты тоже не сидишь?»

Юй Фань проглотил смузи и почувствовал холод по всему телу: «Моя одежда не такая уж чистая».

Чэнь Цзиншэнь: «Моя тоже».

«…»

Юй Фань посмотрел на его чистую школьную форму и онемел. Затем он спросил: «Почему бы тебе не вернуться в класс?»

Когда проводятся родительские собрания, ученики, обычно, ждут родителей за пределами класса, и даже Цзо Куан и Ван Луань не являются исключением.

Чэнь Цзиншэнь достал свой телефон и без всякого выражения сказал: «Я вернусь туда после окончания собрания».

Юй Фань молча смотрел, как собеседник включает игру.

Только Чэнь Цзиншэнь вошёл в приложение, как Юй Фань нахмурился: «Почему ты тоже играешь в это?»

Чэнь Цзиншэнь: «Наблюдая, как ты в неё ираешь, мне тоже захотелось».

Юй Фань наклонился к нему поближе, смотря за его игрой и сказал: «Учись у других».

Чэнь Цзиншэнь издал звук “мгм” и съел всех маленьких змей вокруг себя.

Приближается лето. Сегодня нет ветра, стрекотали цикады, зелёные ветки и листья стояли неподвижно, а время, казалось, замедлилось.

Юй Фань некоторое время рассеянно смотрел на него, а затем внезапно окликнул: «Чэнь Цзиншэнь».

«М-м».

«У меня слишком длинные волосы?»

Через пару секунд Чэнь Цзиншэнь ответил: «Нет».

«О, но если чёлка закрывает глаза это тоже выглядит неряшливо», — с той же небрежностью Юй Фань добавил. — «Через пару дней подстригу».

На самом деле он не специально отращивал волосы. В прошлый раз, когда он пошёл стричься, то просто попросил мастера немного убрать объём, но в итоге потом две недели ходил на занятия в шапке, игнорируя все замечания Чжуан Фанцинь и Ху Пана.

Может, если бы он выбрал парикмахерскую подороже, всё было бы не так ужасно?

Юй Фань лениво размышлял об этом, пока вдруг не заметил, что Чэнь Цзиншэнь перестал играть и повернулся, смотря на него.

Застигнутый врасплох, Юй Фань машинально поднял взгляд и сказал: «Что ты делаешь? Тебя сейчас съедят…»

Чэнь Цзиншэнь поднял руку и его волосы внезапно откинули назад. Сердце Юй Фаня пропустило удар и он внезапно замолчал.

Его белое и чистое лицо показывалось полностью только в исключительных случаях, а сейчас на нём застыло ошеломлённое выражение.

Волосы Юй Фаня очень чёрные, густые, мягкие и приятные на ощупь.

Пальцы Чэнь Цзиншэня глубоко зарылись в них, не собираясь убираться.

Юй Фань немного пришёл в себя, подумав: “Он снова дотронулся до моей головы, так? Если я не побью тебя сегодня, посмеешь ли ты сделать это в следующий раз?..”

Юй Фань поднял глаза, собираясь выругаться, но затем унял свой пыл, встретившись взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

Его веки тонкие, уголки глаз слегка заострённые, а в малость опущенных глазах было изучающее выражение, словно он представлял, как тот будет выглядеть после стрижки.

Через несколько секунд взгляд Чэнь Цзиншэня скользнул вниз: по двум родинкам на правой щеке Юй Фаня, затем по переносице, кончику носа и спустился ниже…

Между ними пронёсся жаркий и тоскливый ветер.

Юй Фань ненавидел, когда на него пялились. Но в этот момент он был напряжён и неподвижен, а его сердце беспричинно сильно билось, что даже дыхание стало немного медленнее.

Чэнь Цзиншэнь поднял взгляд и посмотрел на слегка порозовевшие уши парня.

Человек, который обычно сразу пускает когти, свиреп и агрессивен, может стать мягче, если найти к нему правильный подход.

«Не стригись».

Пальцы с неуловимым желанием контроля сжали волосы Юй Фаня, а затем взъерошили их. Чэнь Цзиншэнь спокойно добавил:

«Мне они нравятся».

Глава 42 - Тогда ты когда-нибудь целовался?

На мгновение всё тело Юй Фаня онемело.

Он чувствовал, как Чэнь Цзиншэнь перебирает и теребит его волосы. Его тонкие пальцы были теплыми и втирали в его голову что-то, что было жарче лета.

Юй Фань напряжённо смотрел в его тёмные глаза. Прошло несколько секунд, прежде чем он смог вымолвить несколько слов: «Кого… волнует, что тебе нравится? Я собираюсь отрезать их».

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на его угрюмое выражение, которое было краснее роз в школьном саду, и молча поднял брови.

Юй Фань, почувствовав, что этого недостаточно, добавил: «Сегодня же отрежу».

Чэнь Цзиншэнь поджал губы.

«Я всё сбрею...» — Как только Юй Фань сказал это, его охватило знакомое чувство. Он нахмурился и бесстрастно спросил: «Чэнь Цзиншэнь, ты опять смеёшься?»

«Нет», — Чэнь Цзиншэнь убрал руку и, быстро опустив голову, посмотрел на телефон, оставив Юй Фаню возможность видеть лишь часть его лица.

Когда его волосы внезапно отпустили, влажный воздух даже показался немного прохладным.

Это необъяснимое ощущение пустоты длилось всего секунду, и Юй Фань быстро пришёл в себя. Потянувшись, он схватил Чэнь Цзиншэня за шею, другой рукой пытаясь развернуть его лицо.

Чэнь Цзиншэнь некоторое время сопротивлялся, но потом расслабился и позволил Юй Фаню повернуть его.

И ты сказал, что не смеёшься?

«Раньше я не тронул тебя только потому, что это был звонок. Ты правда думал, что после такого я не ударю тебя?» — Юй Фань ущипнул его за щеку и злобно спросил: «Над чем ты смеёшься??»

С перекошенными от этого уголками рта, Чэнь Цзиншэнь неожиданно оживился: «Представил тебя лысым».

«Мм», — рука, обхватившая его шею, сжалась: «Вот когда я их сбрею, ты можешь смеяться сколько угодно. Но даже не думай, что...»

«Юй Фань», — Чэнь Цзиншэнь поднял на него взгляд и с улыбкой в глазах продолжил: «У тебя очень красная шея».

«...»

Голова Чэнь Цзиншэня была повернута так, что их лица оказались слишком близко, а его дыхание, когда он говорил, слегка касалось Юй Фаня.

«Со мной всегда так, когда я злюсь», — через некоторое время Юй Фань почувствовал, как жар разливается по его шее, ушам и щекам. Он без выражения сказал: «Избивая кого-то, она ещё больше краснеет. Хочешь посмотреть?»

Чэнь Цзиншэнь молча моргнул несколько раз, будто задумавшись. Через несколько секунд он открыл рот...

Юй Фань, стиснув зубы, угрожающе приказал: «Скажи, что не хочешь».

Чэнь Цзиншэнь: «Не хочу».

Юй Фань отпустил собеседника, сердито сел обратно и сделал большой глоток смузи из маша.

Забудь, пусть смеётся. Я просто не буду смотреть на него.

Чэнь Цзиншэнь закрыл игру и взглянул на воротник его рубашки: «Почему у тебя все пуговицы застегнуты?»

Юй Фань только сейчас вспомнил об этом, неудивительно, что ему так жарко...

Он ловко расстегнул их одной рукой: «Было холодно».

Его телефон зазвонил несколько раз. Это оказалось сообщение от Чжан Сяньцзинь. Она написала, что они сегодня дежурят и должны вернуться, чтобы убрать класс.

[Чжан Сяньцзинь: Родительское собрание закончилось, все ушли].

Юй Фань убрал телефон, взял бутылку, которую использовал как пепельницу, и слегка задел человека рядом с собой: «Пойдём обратно в класс».

Они вернулись довольно поздно. Чжан Сяньцзинь с Кэ Тин уже вымыли доску и окна и ушли домой, оставив только пол.

Юй Фань бросил Чэнь Цзиншэню веник: «Ты подметай, а я помою швабру».

Они работали быстро, и наконец, только коридор за классом продолжал быть нетронутым.

Один из них нес метлу, а другой — швабру, и они лениво направлялись к коридору. Как только Юй Фань сделал шаг вперёд, он вдруг услышал тихий голос…

«Я не ожидала, что она прочтёт мой дневник… У-у-у… Что, если моя мама настоит на том, чтобы я порвала с тобой?» — спросила девушка, всхлипывая.

«Всё в порядке. Даже если твоя мама, твой отец, наш учитель.... даже если весь мир будет против нас, пока мы нравимся друг другу, нас не разлучат.... Не плачь».

Юй Фань приподнял брови. Голос парня показался ему немного знакомым.

Он обернулся и увидел подтянутую спину Чжу Сюя.

В конце коридора в укромном уголке стояли Чжу Сюй и его соседка по парте.

Воспользовавшись моментом, когда вокруг никого не было, молодая пара, об отношениях которой только что узнали, прильнула друг к другу.

Золотые лучи сияли сквозь них. Некоторое время они стояли в лучах золотого заката и шептались, а затем голова Чжу Сюя опустилась. Прежде чем Юй Фань успел уйти, они начали целоваться. Их фигуры были тесно прижаты друг к другу. Чжу Сюй слегка наклонил голову, его руки лежали на талии другого человека.

Две руки, державшие вещи, бессознательно напряглись.

Юй Фань быстро пришёл в себя. Как раз в тот момент, когда он собирался подтолкнуть Чэнь Цзиншэня внутрь, человек, стоявший позади него, схватил его за одежду и потянул назад. Не удержавшись на ногах, Юй Фань врезался в Чэнь Цзиншэня, и они отступили обратно в класс.

Снаружи раздался автомобильный гудок, который помог скрыть их шум. Из коридора снаружи не доносилось никаких звуков. Вероятно, они всё ещё целовались.

В классе было тише, чем на улице.

Почувствовав взгляд Чэнь Цзиншэня, Юй Фань сжал пальцы и, не оглядываясь, ощутил необъяснимую нервозность. Когда они были на лестничной клетке, они были гораздо ближе, чем сейчас.

Через некоторое время Юй Фань обернулся, оттолкнул собеседника, не поднимая глаз, и тихо сказал: «Пойдём».

Чэнь Цзиншэнь выглянул наружу: «Не будем убирать коридор?»

«Нет», — Юй Фань потянул его за собой: «...Пойдем домой».

***

Вечером Юй Фань увидел, как Чжу Сюй жалуется в чате на то, что его и его девушку поймали за ранние отношения.

[Чжу Сюй: Но мы уже пообещали друг другу, что никому не позволим встать на пути нашей любви!]

Тогда сможете ли вы воздержаться от того, чтобы беспокоить других своей любовью?

Юй Фань напечатал эти слова, но, подумав, стёр их.

Забудь. Если отправить это, то, скорее всего, ему придётся потратить кучу времени на объяснения.

Стрелка часов уже прошла девять, он всё ещё не получил запрос на видеозвонок. Поэтому Юй Фань вышел из группового чата, открыл профиль определённого человека и отправил ему сообщение: «?»

Чэнь Цзиншэнь быстро ответил вопросом на вопрос: «?»

Юй Фаню было нечего делать, поэтому он просто позвонил ему.

Чэнь Цзиншэнь не сразу ответил. Он сидел, откинувшись на кресло, выглядя еще более ленивым, чем обычно во время видеозвонков. Он спросил: «Что случилось?»

Юй Фань: «Сегодня не будем разбирать задания?»

«Хотелось бы, но...» — Чэнь Цзиншэнь сделал паузу: «Ты не заметил, что чего-то не хватает?»

Юй Фань на мгновение растерялся: «Чего?»

«Из-за того, что мы в спешке ушли сегодня днём, я забыл там свою сумку».

«...»

Вспомнив причину поспешного ухода, Юй Фань неосознанно сильно сжал телефон, из-за чего тот выскользнул и с грохотом упал на стол.

Чёрт.

Юй Фань быстро поднял его и, не меняя выражения лица, произнёс: «Ну, тогда я вешаю трубку».

«Давай немного поболтаем», — сказал Чэнь Цзиншэнь.

«...»

О чём вообще могут говорить два парня поздно ночью? Неужели мы не можем пообщаться, когда сидим рядом днём?

Снаружи послышался звук открывающейся двери. Юй Фань подсознательно взглянул в ту сторону, а затем вышел на балкон с телефоном.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на шаткое ночное небо на экране: «Твоя семья вернулась?»

Юй Фань издал звук “мгм” и, уперевшись руками в перила, ловко сел на них.

Он вдруг вспомнил, о чем может поговорить с Чэнь Цзиншэнем.

Подняв перед собой телефон, он сказал: «Чэнь Цзиншэнь, покажи свою комнату».

Чэнь Цзиншэнь на мгновение замер, а затем переключил камеру на задний план и повернулся в кресле, чтобы показать обстановку.

Его комната была примерно такой же, как и его стол: чистая и аккуратная, в холодных тонах. По размеру она, пожалуй, соответствовала гостиной Юй Фаня.

Юй Фань огляделся и прислонился металлической решётке балкона: «Подними камеру выше».

Чэнь Цзиншэнь сделал небольшую паузу и медленно поднял телефон.

Увидев то, что хотел увидеть, Юй Фань прищурился и, догадываясь, спросил: «Подожди. Что за чёрная ткань на стене?»

В следующую секунду Чэнь Цзиншэнь переключил камеру и спокойно сказал: «Камера».

«Почему у тебя в комнате такое?» — Юй Фань добавил: «Тебе не кажется это неудобным?»

«Привык. Её можно просто прикрыть тканью».

«Она не записывает звук?»

Чэнь Цзиншэнь издал “мм-м” и сказал: «Нет, на ней не установлен микрофон».

Тогда это хорошо.

Похоже, Чэнь Цзиншэнь оказался не таким трусливым и ограниченным, как он думал. Чёрная ткань надёжно прикрывала камеру; казалось, это делалось довольно часто.

Юй Фань невольно вздохнул с облегчением и издал ленивое "ох".

Спросив всё, что хотел, он сказал: «Это всё. Я вешаю тру…»

«Юй Фань», — внезапно позвал его по имени Чэнь Цзиншэнь через наушник: «У тебя когда-нибудь были отношения?»

«...»

Ноги Юй Фаня бессознательно подкосились. Расслабленное лицо снова стало напряженным.

Юй Фань с самого начала своей юности занимался всякими плохими вещами, такие как драки, курение и выпивка. Только ранние отношения были для этого бунтарского подростка чем-то недоступным.

Причина была простая — всегда, когда кто-нибудь признавался ему, он краснел. Независимо от того, кто был другой стороной.

Можно ли об этом рассказать? Разумеется, что нет.

«Конечно. У меня было много отношений», — Юй Фань неестественно выпрямился, а затем тут же добавил: «С девушками».

«Правда?» — Чэнь Цзиншэнь лениво прикрыл глаза, не давая возможности прочитать его эмоции: «Фанцинь, кажется, сказала, что ты не встречался ни с кем».

«Как такое возможно? С начальной школы и до сих пор у меня было тридца...» — Юй Фань сделал паузу.

Хотя он не был экспертом в таких вещах, но тридцать — это, наверное, слишком преувеличенно.

«Тринадцать отношений», — без выражения продолжил он: «Я никогда не попадался учителям».

Чэнь Цзиншэнь: «С начальной школы? В каком классе?»

Как это называется? Это называется придумывать ещё больше лжи, чтобы скрыть первую ложь.

Юй Фаню захотелось закурить. Когда он потянулся за сигаретами, то почему-то вспомнил слова Чжу Сюя, сказанные в групповом чате в тот день, и сдержался.

Пока он пытался что-то придумать, его глаза не могли не метаться по сторонам. Вдруг остановившись взглядом на сертификате в комнате, ему пришла в голову идея:

«Шестой класс. Во время летнего лагеря», — начал Юй Фань: «Помнишь тот лагерь, который ты видел в прошлый раз, Фэй что-то что-то? Там я ещё получил награду за помощь».

«...»

Юй Фань не заметил, как изменилось выражение лица собеседника, и продолжал придумывать: «Та, кому я помог, была моей первой девушкой».

«...»

На другом конце провода царило молчание. Юй Фань подождал некоторое время, а затем нахмурился: «Ты слышишь меня?»

«Слышу», — Чэнь Цзиншэнь, наконец, заговорил: «Как долго вы встречались? Что это была за ученица?»

«Почему у тебя так много вопросов??»

Если честно, Юй Фань совсем забыл об этом.

Тогда многое в его семье изменилось, и всё, что происходило до первого года средней школы, Юй Фань помнил очень смутно. Или, скорее, он избегал этих воспоминаний.

Ведь когда-то давно в его жизни был другой человек. После того как этот человек ушел, он начал осознавать, что не хочет вспоминать никого и ничего из того времени.

Долго смотря на награду, Юй Фань смог лишь смутно вспомнить одну деталь…

«Кажется, она часто плакала», — он продолжил: «Это было слишком давно, я не помню точно».

«Понятно».

Закончив сочинять историю, Юй Фань вздохнул с облегчением и только он собрался расслабленно прислониться к металлической решётке...

«Тогда ты когда-нибудь целовался?»

«...»

Только Юй Фань прикоснулся к решётке, как тотчас выпрямился так, словно его ударило током.

Если он встречался тринадцать раз, то, наверное, будет странно говорить, что он ещё не целовался, верно?

Юй Фань моргнул десять раз, прежде чем выдавить из себя: «…Да!»

Чэнь Цзиншань поднял бровь: «С той же ученицей начальной школы?»

Как это возможно? Что могут знать об этом ученики начальной школы?

Но Юй Фаню очень не хотелось снова придумывать историю любви, поэтому он стиснул зубы и сказал: «…Да».

Чэнь Цзиншэнь согнул палец и потер кончик носа: «В таком раннем возрасте... Как вы целовались?»

«Как, блять, ещё можно целоваться? С силой! И целуешь до тех пор, пока губы не распухнут...» — Юй Фань закрыл глаза, не в силах больше продолжать: «Почему ты вообще спрашиваешь об этом??»

Чэнь Цзиншэнь на мгновение замолчал, а затем честно ответил: «Я никогда раньше не целовался, поэтому мне любопытно».

Конечно, ты не целовался раньше, проклятый ботаник.

Юй Фань уже и сам начал верить в историю которую выдумал. В его взгляде на Чэнь Цзиншэня читался даже намек на презрение, которое опытный человек испытывает к новичку. Но чем дольше он смотрел, тем больше его взгляд невольно скользил вниз.

У Чэнь Цзиншэня высокая переносица — когда я схватил его за шею, почти коснулся её. Губы у него тонкие, с холодной линией. Наверное, если поцеловать, это будет не очень… Я с ума сошёл??

Юй Фань был поражён собственными мыслями и напрягся даже больше, чем когда придумывал всю эту историю.

Зазвонил телефон. Ван Луань прислал ему сообщение с приглашением поиграть в игры.

Уставившись на внезапно зашевелившиеся губы, Юй Фань поспешно повесил трубку, пока собеседник не успел ничего сказать.

[S: ?]

[S: Как вы расстались?]

Юй Фань потёр лицо и достал пачку сигарет. Он смог успокоиться только после того, как закурил.

[-: Расставание — это грустное воспоминание, зачем спрашиваешь?]

[-: Я пошел играть, позже занесу тебя в черный список.]

Юй Фань сегодня играл очень серьёзно. Он редко сидел со своими братьями до поздней ночи.

И из-за этого он заснул сразу же, как только отложил телефон и опустил голову на подушку.

Юй Фань видел сны почти каждую ночь на протяжении последних нескольких лет.

За исключением некоторых странных снов, остальные были в основном похожи. Разница заключалась лишь в том, выиграл он или проиграл бой. Некоторые из них являлись прошлыми событиями, а другие — плодом воображения.

Ещё несколько месяцев назад Юй Фаню снились либо его смерть, либо смерть Юй Каймина. После таких снов он долго лежал в постели, пытаясь успокоиться и убедиться, что действительно проснулся, а не его душа покинула тело.

Но с начала нового семестра сны ему начали сниться реже и стали очень простыми и понятными.

Например, сегодня…

Ему приснилось, как Чэнь Цзиншэнь сидит на ступеньках лестничной клетки лабораторного здания, опустив голову и приглушённо смеясь. А сам он наклоняется, хватает Чэнь Цзиншэня за шею и заставляет поднять взгляд.

Чэнь Цзиншэнь позволил ему сделать это. Он также поднял руку, когда посмотрел наверх, запустил её в его волосы и прижал к себе…

Чэнь Цзиншэнь молча коснулся лица, затем носа и, наконец, губ.

«...»

Раннее утро следующего дня.

Как только Чэнь Цзиншэнь вошел в класс, он почувствовал, что кто-то злобно смотрит на него.

Он посмотрел в сторону своего соседа по парте и увидел, как тот опустился на парту и накрыл голову давно забытой школьной кофтой.

Чэнь Цзиншэнь сел на место и постучал по соседнему столу: «Ты завтракал?»

Никто не ответил.

Через некоторое время Чэнь Цзиншэнь положил рядом с ним домашнее задание, которое он только что закончил писать: «Вставай и допиши домашнюю работу».

Снова никакой реакции.

Перед началом утреннего чтения, из соседнего класса пришёл Цзо Куан. Он сказал, что очень хочет спать, поэтому и спросил, не хотят ли они пойти покурить с ним.

Ван Луань шикнул: Говори потише. Мы можем пойти вдвоем, Юй Фань спит...»

Не успел он договорить, как Юй Фань сел, сунул сигареты в карман и молча поднялся.

Человек, который обычно пинал стул Чэнь Цзиншэня, чтобы тот уступил дорогу, сегодня просто повернул направо, не оборачиваясь, наступил на стул, выпрыгнул из класса прямо через окно*, и, не говоря ни слова, направился в сторону туалета.

(п.р: Кто не понял, в классах есть окна, выходящие в коридор, и обычные окна, выходящие на улицу. В нашем случае Юй Фань вышел через окно, выходящие в коридор)

Ван Луань и Цзо Куан: «?»

Чэнь Цзиншэнь: «...»

Ему стало ясно, что на самом деле тот не спит, а просто игнорирует его.

Через десять минут началось утреннее чтение.

Пока представитель китайского класса всё ещё спрашивал у учителя, какой текст они читают сегодня, Чэнь Цзиншэнь протянул руку и легонько коснулся сидящего рядом человека.

Касание длилось не больше секунды — Юй Фань молниеносно отстранился.

Чэнь Цзиншэнь: «...»

Положив ручку на стол, он повернул голову и спросил: «Я тебя чем-то обидел?»

Его сосед по парте не шелохнулся и, по-прежнему глядя в учебник, равнодушно сказал: «Нет».

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на его ярко-красные уши: «Тогда почему ты злишься с утра пораньше?»

Глава 43 - Мм, мм, ммм…

Юй Фань закрыл лицо рукой, полностью скрываясь от взгляда Чэнь Цзиншэня.

Он уставился на учебник, не поворачивая головы: «Кто злится? Я не злюсь».

Чэнь Цзиншэнь: «Тогда почему ты меня игнорируешь?»

«Сонный, не хочу разговаривать».

Юй Фань чувствовал, как Чэнь Цзиншэнь молча смотрел на него какое-то время.

Через несколько секунд взгляд исчез, и человек, сидевший рядом, вполголоса начал читать текст вместе с представителем класса по литературе.

Юй Фань невольно расслабился и энергично потёр лицо руками.

Он действительно не был зол. Приснившийся ему сон не был виной Чэнь Цзиншэня, виноват — Чжу Сюй, со своими ранними отношениями и поцелуями в коридоре. Они заслужили быть пойманными. В следующий раз, если он снова их увидит, то сразу же позвонит Толстому Тигру.

Утреннее чтение закончилось, и первый урок — математика*. Чжуан Фанцинь ещё не пришла, поэтому старосты групп воспользовались моментом, чтобы собрать домашнее задание.

(п.п: Ученики в Китае приходят в школу за сорок минут до начала первого урока на утреннее чтение)

Кэ Тин встала и направилась в конец ряда к Юй Фаню. Она осторожно спросила: «Юй Фань, ты сделал домашнее задание по математике? Учитель Чжуан сказала, что если ты не сдашь работу, тебе придётся стоять весь урок».

Юй Фань откинулся на спинку стула, наклонился, чтобы найти учебник в ящике стола, и ответил, не поднимая головы: «Нет, я его не писал...»

«Вот. Моё и его», — Чэнь Цзиншэнь достал с полки листок с работой по математике и положил его перед Кэ Тин

Юй Фань был ошеломлен. Сначала он посмотрел на свою полку, затем поднял голову и взглянул на работу, которую только что передали Кэ Тин: «Когда ты её забрал

«Пока ты был в уборной».

«...Ты всё равно не можешь писать моим почерком, так зачем сделал это?»

Чэнь Цзиншэнь спокойно сказал: «На этот раз, думаю, смог».

Юй Фань не поверил, поэтому встал и выхватил бумагу из рук Кэ Тин: «Дай-ка посмотреть».

Увидев слова на контрольной работе, он изогнул брови, словно они завязались в китайский узел. Его реакция была такой же, как и прежде: «Что это? Это похоже на мой почерк?»

Произнося последнюю фразу, он подсознательно искал одобрения у окружающих.

Под его пристальным взглядом Кэ Тин неловко опустила голову и взглянула на контрольную работу. Она прошептала: «Ну, похоже?..»

«…»

Юй Фань открыл рот, чтобы что-то сказать, когда кто-то внезапно коснулся его талии. Сквозь тонкую летнюю школьную форму он мгновенно ощутил тепло чужой руки.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на фигуру за дверью: «Фанцинь здесь...»

Бах!

Юй Фань вздрогнул и отпрыгнул в сторону, натолкнувшись на свой стол и стул, из-за чего стул Кэ Тин, сидящей впереди, тоже сдвинулся.

Этот громкий шум привлёк внимание всех.

Чэнь Цзиншэнь всё ещё держал руку поднятой и повернулся вместе со всеми посмотреть на человека, который испуганно отскочил в сторону.

«Юй Фань!» — громко окликнула его Чжуан Фанцинь, войдя в класс: «Ты что, теперь решил все парты передвинуть, вместо того чтобы спокойно сидеть?! Хочешь весь урок простоять в конце класса?!»

Честно говоря, Юй Фань был немного растерян.

Но его сосед уже протянул руку и отодвинул парту обратно, поэтому Юй Фань мог только сказать ей “нет” и снова сесть, не двигаясь с места.

Чжуан Фанцинь взглянула на него и пошла к трибуне, одновременно задавая вопросы старостам групп о том, кто не сдал домашнее задание.

После того, как Юй Фань сел, он засунул руки в карманы и уставился на обложку тетради по математике.

Чэнь Цзиншэнь опустил голову и скользнул взглядом по его школьной форме: «Больно?»

«Не больно. Не разговаривай со мной», — сказал он, спокойным голосом: «Я не могу сейчас с тобой говорить».

Уши снова покраснели.

Почему это так забавно?

Чэнь Цзиншэнь спросил: «Когда ты сможешь поговорить со мной?»

Юй Фань немного подумал: «После второго урока».

Ван Луань был единственным в классе, кто не выполнил домашнее задание по математике.

Он стоял, держа в руках учебник и, не обращая особого внимания на урок, подслушивал разговор за соседней партой.

Но о чем говорят эти двое? Почему ему показалось это чертовски зашифрованным разговором?

Он повернулся и увидел, как Чэнь Цзиншэнь спокойно произнёс “о”, а затем снова отвернулся, подняв взгляд на доску.

Ван Луань в изумлении уставился на профиль Чэнь Цзиншэня, машинально похлопал человека рядом с собой по плечу и прошептал: «Чёрт, Сюэба что, смеётся?»

Член дисциплинарного комитета поправил свои очки, проигнорировав его. Он уже привычно открыл свой блокнот и искусно написал “Ван Луань” на странице, где фиксировалось, кто разговаривает на уроке.

В конце урока математики Чжуан Фанцинь отложила учебник, оперлась рукой о кафедру и сказала: «Хорошо, до окончания урока я просто пересажу некоторых из вас».

Первоначально лениво сидевший Юй Фань невольно напрягся и взглянул на Чжуан Фанцинь.

...Да, точно, он чуть не забыл, что ему нужно сменить место после промежуточных.

Чэнь Цзиншэнь тоже должен пересесть.

В конце концов, так сказала его мать.

Юй Фань откинулся на спинку стула и наблюдал, как Чжуан Фанцинь опустила голову над своей записной книжкой, чтобы сделать пересадку. Вдруг он почувствовал какой-то дискомфорт. Это было похоже на то чувство, когда он приходил домой и видел, что свет в квартире включён — раздражение и сопротивление.

Через несколько секунд Юй Фань резко пришёл в себя.

Что его вообще не устраивает? Разве то, что Чэнь Цзиншэня пересадят не к лучшему? Теперь он не будет постоянно смотреть на него, не будет надоедать с объяснениями задач каждый день, а Чжуан Фанцинь не будет больше делать выговор Чэнь Цзиншэню.

Сбоку послышался шорох. Юй Фань повернул голову и увидел, как Чэнь Цзиншэнь наклонился и начал возится с партой.

?

Фанцинь ещё даже ничего не сказала, неужели ты такой нетерпеливый? И это твоё отношение к тому, что тебя разлучили с объектом твоей тайной симпатии?

Давай, давай, быстрее меняй место, чтобы мне не приходилось целый день слышать эти “нравишься, нравишься, нравишься” — раздражает…

«Цай Юнь и Се Эньэнь меняются местами, староста и Чжоу Сяое тоже, а ещё...» — взгляд Чжуан Фанцинь метнулся к ним: «У Ци, ты меняешься с членом дисциплинарного комитета».

Чжуан Фанцинь закрыла записную книжку: «Ладно, быстро поменяйтесь местами пока не начался следующий урок».

Как только она ушла, в классе послышался звук передвигаемых парт. Такие маленькие пересадки на самом деле более шумные, чем если бы всем разом сменили место.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Чэнь Цзиншэнь повернул голову: «Ты можешь говорить?»

Юй Фань продолжал смотреть на него: «...Почему ты не пересел?»

«Зачем мне это делать?»

«Твоя мама...» — Юй Фань замер и резко сменил тему: «Что ты делаешь с рюкзаком?»

Чэнь Цзиншэнь поднял брови и сказал: «Урок закончился, убираю учебник».

«…»

***

Самым большим преимуществом этой пересадки стало то, что Ван Луань целый день был по-настоящему счастлив.

После второго урока во второй половине дня он вышел в коридор и, пребывая в хорошем настроении, прислонился к окну, наслаждаясь тёплым послеполуденным солнцем.

Чжан Сяньцзин подперла подбородок рукой, её прекрасные длинные волосы были распущены: «Ты действительно так счастлив? Я видела, что член дисциплинарного комитета даже сидя за первой партой всё равно оборачивался и смотрел на тебя два-три раза на каждом уроке».

«Неважно, главное, чтобы он не сидел рядом и пялился на меня», — Ван Луань задумался о чём-то и, скрестив руки, оперся на оконную раму: «Сюэба, вчера я видел твою машину на родительском собрании, она действительно потрясающая».

Ван Луань не был столь чувствителен к этому аспекту, и потому искренне хвалил машину. Но он всё же добавил: «Я видел твою маму, она тоже очень красивая».

Чэнь Цзиншэнь бросил ручку в пенал и равнодушно сказал: «Спасибо».

Ван Луань: «Сразу видно, что ты унаследовал её черты. Особенно нос и...»

Юй Фань схватил бутылку с водой и выбросил в окно: «Так шумно».

Ван Луань резко отшатнулся, но всё же успел протянуть руку, ловко поймав бутылку. Затем он бросил взгляд в сторону соседнего класса.

Он поставил бутылку обратно на стол Юй Фаня, а затем коснулся плеча Цзо Куана: «Цзо Куан, что не так с той девушкой из твоего класса? Она хотела подойти, но увидев меня, развернулась. Может, влюблена в меня?»

Цзо Куан, слушая его, оглянулся: «Ну, нет? Это та, о ком я упоминал в прошлый раз за ужином. И она смотрела на Юй Фаня».

Юй Фань играл в «Змейку». Он только начал новую игру, как краем глаза заметил рейтинг своего друга.

На мгновение замер, а затем, не сдержавшись, ткнул локтем человека рядом: «Когда ты успел побить мой рекорд?»

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него: «После того, как вчера выключил звонок».

«…»

Их голоса были настолько тихими, что никто не слышал их отчетливо. Ван Луань бессмысленно спросил: «Почему так много людей влюбляются в Юй Фаня? Только потому, что он красивый?»

Цзо Куан: «А как иначе?»

«Не совсем так», — Чжан Сяньцзин лениво размышляла: «У него ещё есть имидж плохого парня».

Юй Фань, немного ошеломленный, наконец поднял глаза: «Говорите в другом месте».

Цзо Куан возразил ей, нахмурившись: «А я что, не плохой парень? Я чертовски плохой!»

Юй Фань: «…»

«Это другое», — вслух начала анализировать Чжан Сяньцзин: «Юй Фань красивее тебя, не говоря уже о том, что он менее разговорчив, выше, и его длинные волосы…»

Цзо Куан схватил себя за волосы и спросил: «Разве мои недостаточно длинные?»

«Это зависит от того, кто это. Лицо Юй Фаня выглядит меланхоличным, когда оно наполовину прикрыто. А ты... тебе лучше не делать этого. Ты выглядишь как идиот, не вписывающийся в общепринятые нормы».

Цзо Куан: «…»

Ван Луань наклонился, чтобы посмотреть на брата: «Чёрт, я всё думал, почему Юй Фань не любит стричься, а он, оказывается, просто пытается соблазнить одноклассниц».

Следующий урок был самоподготовкой. Чэнь Цзиншэнь достал лист с олимпиадными заданиями и начал решать, но, услышав разговор, его вычисления замедлились.

Этого замедления хватило, чтобы Юй Фань заметил.

«Заткнись», — его сердце забилось немного быстрее и он беспорядочно откинул волосы назад: «Подстригусь после уроков. Налысо».

Ван Луань: «Правда?»

Юй Фань: «Если это ложь, то я разбогатею…»

«Всё кончено!» — Чжу Сюй поспешно выбежал из соседнего класса и начал яростно стучать в их окно: «Толстый тигр идёт! Бегите!»

Ван Луань вздрогнул и по привычке сделал движение, будто тушит сигарету. Прийдя в себя, он сказал: «Твою мать, мы же не курили, зачем бежать?»

«С ним парикмахер!» — Чжу Сюй продолжил: «Он только что подстриг всех первогодок, у кого внешний вид не соответствует правилам! Теперь он идет в наш корпус!»

Ебать?

Прежде чем стоявшие у окна успели отреагировать, они услышали рядом с собой громкий звук отодвигаемого стула.

Юй Фань достал из ящика стола “Глупую птицу”, свернул её в трубку и взял в руку. Затем засунул телефон в карман и встал.

Вспомнив про домашнее задание по математике, он снова наклонился и начал рыться в полке парты.

Ван Луань замер: «Ты куда?»

«Сам как думаешь?» — отозвался Юй Фань: «Мне сидеть и ждать, пока Толстый Тигр меня подстрижёт?»

«Ох», — Ван Луань пришёл в себя и поспешил в класс собрать вещи, чтобы сбежать.

Но пока он рылся, его вдруг осенило. Он обернулся и спросил: «Подожди, почему ты сбегаешь? Разве ты сам не собирался подстричься?»

«…»

Юй Фань застыл, так и не вытащив тетрадь: «Кто знает, насколько хорошо этот парикмахер стрижет?» — выдавил он из себя через некоторое время.

Ван Луань: «А какая разница? Ты всё равно собирался бриться наголо».

«…»

«Я же после этой стрижки останусь в классе», — Юй Фань указал на правую височную сторону головы: «Хочу здесь букву. Может ли Толстый Тигр сделать это?»

Ван Луань хотел сказать, что это чертовски немодно, но, увидев мрачное лицо брата, передумал: «...Не думаю. Давай просто сбежим».

Юй Фань сжал в руке тетрадь, пнул рядом стоящий стул, намекая человеку дать ему пройти.

Прежде чем он убрал ногу, Чэнь Цзиншэнь встал и закинул свой рюкзак с книгами на плечо.

Юй Фань опешил: «Ты куда?»

«С вами», — спокойно ответил Чэнь Цзиншэнь, — «я тоже не хочу стричься».

Юй Фань взглянул на волосы Чэнь Цзиншэня: они и вправду немного длиннее, но это не так бросается в глаза.

Ван Луань уже собрал рюкзак и подошёл: «Расслабься, Сюэба, у тебя нормальная длина волос. Просто пригладь их, и Толстый Тигр не заметит».

«На всякий случай», — Чэнь Цзиншээь спросил: «Куда вы идёте?»

Ван Луань ошеломлённо задумался: «Задний выход в последнее время строго контролируют, так что выйти не получится. Думаю, пойдём поиграем в баскетбол».

«Можно с вами?»

«Да, почему нет...»

Ремешок школьной сумки Чэнь Цзиншэня резко дёрнули, и он обернулся.

«Зачем ты идёшь?» — холодно сказал Юй Фань: «Сосредоточься на занятиях».

«Я действительно не хочу стричься», — Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него сверху: «Это в любом случае самоподготовка, возьмите меня с собой».

***

В пятницу после обеда, во время урока самоподготовки, площадка была заполнена учениками первого года старшей школы.

Так как не все успели сбежать с занятия, людей было немного. Поэтому Чжу Сюй просто взял нескольких нетренированных первогодок, и сыграл с ними 5 на 5.

Две команды сражались против друг друга. Высокие фигуры метались по площадке и вскоре собралось немало зрителей.

Двое самых красивых из них особенно привлекали внимание.

Чэнь Цзиншэнь давно не играл в баскетбол с таким удовольствием. После того как в средней школе он вступил в баскетбольную команду, Цзи Ляньи едва ли не полностью запретила ему заниматься спортом. С тех пор никто не звал его играть, да и он сам не стремился присоединяться.

В самый критический момент, когда их счёт был наравне, Чэнь Цзиншэнь сделал чистый трехочковый бросок, выведя свою команду вперёд. Ван Луань и Цзо Куан, мчавшиеся к кольцу противника, взволнованно подбежали к нему и похлопали по плечу, назвав крутым.

Юй Фань возвращался в защиту и, проходя мимо, тоже похлопал его по плечу:

«Хороший бросок».

Спустя некоторое время, Юй Фань, развернувшись, легко обошёл защитника и сделал эффектный данк¹.

[1] — Слэм-данк, бросок сверху — вид забивания в баскетболе, при котором игрок выпрыгивает вверх и одной или двумя руками бросает мяч сквозь кольцо сверху вниз.

Услышав удивлённое “блять” своего противника, Юй Фань не мог не улыбнуться. Он развернулся и пошёл обратно с опущенной головой, когда его вдруг погладили по волосам.

Юй Фань на мгновение застыл, а после поднял взгляд.

Чэнь Цзиншэнь, что случалось не часто, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Влажные от пота волосы налипли на лоб, подчёркивая его худощавые, резкие черты. Он опустил голову, слегка улыбнулся и сказал: «Хороший бросок».

«…»

Игра закончилась, и все выдохлись.

Играть в мяч летом — это одновременно и весело, и мучительно. Воздух был жарким и сухим. Несколько мальчиков даже прилегли, чтобы перевести дух и отдохнуть, а их грудь резко поднималась и опускалась.

Юй Фань вытер пот с подбородка, взял покрытую конденсатом бутылку с каменной скамьи и, запрокинув голову, сделал несколько больших глотков. В одно мгновение половина воды в бутылке исчезла.

Он обернулся и увидел Чэнь Цзиншэня, стоящего позади него.

Чэнь Цзиншэнь тоже был весь в поту, а его школьная форма оказалась такой же грязной, как у остальных. Однако, возможно, из-за его холодного выражения лица он не выглядел таким замученным и растрёпанным, как другие парни.

Все остальные пили воду, но у Чэнь Цзиншэня в руках ничего не было.

Ледяная вода стекала по его горлу, даря прохладу и освежая изнутри. Удовлетворённый, Юй Фань спросил: «У тебя воды нет?»

«Есть», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «Жду».

«Чего?» — В горле у него всё ещё было сухо, поэтому, закончив говорить, Юй Фань запрокинул голову и сделал очередной глоток.

«Вода»

«?»

Чэнь Цзиншэнь опустил глаза и взглядом скользнул по тыльной стороне его ладони: «Вода в твоей руке — моя».

«…»

Как такое возможно? Он же только что открыл бутылку, а остальные, стоявшие на каменной скамье, были пусты…

Краем глаза Юй Фань что-то заметил. Он опустил взгляд и увидел валяющуюся на земле бутылку минеральной воды, в которой ещё оставалось больше половины.

«…»

Бутылка в руке Юй Фаня издала скрежет из-за сжатия.

Во рту у него всё ещё оставался глоток воды, который он не проглотил.

Чэнь Цзиншэнь, уже, пил, из, неё.

Жар, только что рассеянный ледяной водой, хлынул обратно в его голову, словно водопад. Юй Фань стоял, словно громом пораженный, как идиот.

Чэнь Цзиншэнь: «Освежает?»

Юй Фань не двигался. Он тихо произнёс: «Мгм».

«Что?»

Бутылку вдруг забрали.

Только когда его руки опустели, Юй Фань отреагировал. Он уставился на него с широко раскрытыми глазами и, с водой во рту, начал мычать: «Мм, мм, ммм…»

Я же, чёрт возьми, выпил из неё, я куплю тебе новую…

Чэнь Цзиншэнь тем временем уже слегка запрокинул голову, приложил губы к горлышку и допил оставшуюся воду.

Кадык прокатился, и сердце Юй Фаня подпрыгнуло вместе с ним.

Глоток.

Юй Фань проглотил ледяную воду, которая была у него во рту.

Чэнь Цзиншэнь поставил бутылку: «Что ты сказал?»

Юй Фань: «…»

Его рот онемел, и он машинально собирался облизнуть губы, но затем остановился и поджал их: «Ничего».

Парни часто оставляют дюжину бутылок в одном месте, играя в баскетбол, поэтому пить не из своей — вполне нормально.

Они же тоже парни, так в чем проблема??

После небольшого перерыва все начали собирать вещи и расходиться.

Ребята сзади всё ещё оживлённо обсуждали прошедший баскетбольный матч. Чэнь Цзиншэнь повернул голову и спросил: «Давай поедим вместе?»

Юй Фань молча покачал головой.

Чэнь Цзиншэнь: «Ты принёс домашнее задание?»

Юй Фань кивнул без всякого выражения и ускорил шаг.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него, больше ничего не сказав.

Юй Фань пытался идти быстрее, чтобы оторваться, но наткнулся на поток учеников, выходящих после уроков. У входа толпилось слишком много народу, поэтому ему пришлось сбавить шаг.

Он шёл плечом к плечу с Чэнь Цзиншэнем, когда тот внезапно окликнул его: «Юй Фань».

«Неужели», — Чэнь Цзиншэнь подавил смех, — «ты снова не можешь говорить со мной?»

Глава 44 - Иди и поешь со своим бывшим соседом по парте

Юй Фань взглянул в сторону.

Чэнь Цзиншэнь всё ещё ходил с не застёгнутой пуговицей на рубашке, а воротник и волосы были немного растрёпаны, из-за чего вид обычного ботаника значительно поблек. Его черты лица также перестали быть такими холодными и отстраненными, как раньше.

В тот момент, когда Чэнь Цзиншэнь опустил глаза, Юй Фань тут же отвернулся.

«…Дело не в том, что я не могу. Я просто не хочу. Ты раздражаешь».

Как только они вышли за ворота школы, народу тут же поубавилось. Юй Фань неосознанно крепче сжал в руке домашнюю работу и, поспешно добавив: “Я ухожу”, не оглядываясь, влился в толпу.

Сегодня пятница, и уроки уже закончились, поэтому на дорогах было много людей. Даже очередь в безымянную закусочную напротив старого посёлка заняла половину улицы.

Впереди находилась парикмахерская, в которую обычно ходил Юй Фань.

Она небольшая, и из-за стеклянных дверей доносилась неизвестная диджейская музыка. На входе висела небольшая доска с надписью, написанной цветным мелом: ‘Босс влюблён! Сегодня на всё скидки!’

Увидев, что сегодня была скидка, Юй Фань невольно остановился перед дверью.

В следующую секунду эта стеклянная дверь открылась.

Парикмахер с фиолетовыми волосами, что был с ним знаком, поднял подбородок и спросил: «Юй Фань, уроки закончились?»

Дуэт отца и сына Юй уже стал “знаменитым” в этом районе. В то время как многие соседи старались обходить их стороной, молодые и дикие мужчины в этой парикмахерской были равнодушны и даже болтали с Юй Фанем каждый раз, когда он приходил подстричься.

Юй Фань издал “мгм” и указал на табличку: «Разве жена твоего начальника не беременна?»

«Он сказал, что они с ней каждый раз влюбляются друг в друга», — собеседник рассмеялся: «Не спрашивай, будешь стричься? Сегодня цена за стрижку восемь юаней».

Конечно, он готов хоть всё сбрить. Эти слова сегодня он уже произносил прямо перед Чэнь Цзиншэнем, и забирать их обратно точно не станет.

Юй Фань застыл на месте, не двигаясь.

«О, так ты ещё и учебники с собой носишь? » — Увидев вещи в его руке, мужчина ошеломлёно приподнял брови, а затем продолжил: «Кстати, тебе ничего в школе не сказали об этой причёске?»

Другой мастер, занятый стрижкой клиентки, усмехнулся: «Учительница, наверное, тоже посчитала, что так он выглядит хорошо».

Волосы спереди действительно были немного длинноваты, но не слишком. Возможно, из-за того, что он часто трогал волосы, они всегда были немного пышными и пушистыми — это та причёска, которую он предпочитал видеть после мытья и сушки феном. В сочетании с его лицом и двумя едва заметными родинками, всё создавало определённую атмосферу.

Держа одну руки в карманах, Юй Фань внезапно повернул голову и спросил: «Ты умеешь выбривать буквы?»

Парикмахер немного ошеломлённо произнёс: «Конечно. Могу все 26 букв алфавита».

Юй Фань задумался на несколько секунд: «А как насчёт двух драконов играющих с жемчужиной?»

«...Нет».

«О», — Юй Фань развернулся и пошёл к выходу, бросив перед уходом: «Тогда не буду стричься».

«…»

Вернувшись домой, Юй Фань направился прямо в свою комнату, но, когда вытащил ключ, на мгновение замер.

Он нахмурился и начал осматривать более внимательно.

На замке его двери было несколько еле заметных царапин.

Последние два года безопасность в этом районе была плохой, и двери часто взламывали, в результате чего замки обычно ломались или оставались сильные царапины.

Но царапины на замке его двери были неглубокими, и он находился в гораздо лучшем состоянии. Однако, даже если учесть, что они появились из-за износа, это не сможет объяснить причины.

Юй Фань потер их пальцем, а затем открыл дверь.

Замок не был сломан.

Юй Фань задержался на месте на несколько секунд, а после зашёл в свою комнату. Перед тем как закрыть дверь, он бросил взгляд на плотно закрытую дверь Юй Каймина.

Ровно в девять вечера Чэнь Цзиншэнь отправил запрос на видеозвонок. И только он собирался завершить звонок, как его приняли.

Чэнь Цзиншэнь оторвал взгляд от задач и посмотрел в экран. Прежде чем он успел что-либо сказать, собеседник набросился первым…

«Что?» — Юй Фань сидел в своем кресле, скрестив ноги и вытирая волосы. С недовольным выражением лица, он сухо добавил: «Парикмахерская сегодня закрыта».

«…»

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Закрыта в пятницу? Они правда не умеют вести бизнес».

Юй Фань отвел глаза и неопределенно пробормотал: «Завтра подстригусь».

Разобравшись с одной задачей, Чэнь Цзиншэнь нашёл похожую и предложил решить её на месте. То, чему он учился в последнее время, становилось всё сложнее и Юй Фань чувствовал, как у него начинает болеть голова, поэтому он лёг на стол и принялся теребить волосы.

На другом конце провода повисла тишина, длившаяся около двух минут. Чэнь Цзиншэнь вдруг заговорил: «На самом деле, ничего страшного, если ты не будешь их сбривать».

Движения Юй Фаня прекратились.

У него была включена фронтальная камера, и телефон лежал на столе, тем самым оставляя Чэнь Цзиншэня с абсолютно чёрным экраном.

Но он всё равно смотрел так, словно глядел прямо на Юй Фаня.

«Если ты сделаешь это, учителям, вероятно, будет легче застать тебя спящим на уроке», — небрежно добавил Чэнь Цзиншэнь.

«…»

Юй Фань, который уже давно не спал на занятиях, пару раз моргнул: «...Ох, да».

«А ещё, если подстричься под машинку, волосы станут колючими. Спать будет некомфортно».

«Откуда ты знаешь?»

«В детстве сбрил волосы, потому что было слишком жарко. После этого я некоторое время не мог нормально спать».

«Тск», — Юй Фань воспользовался этим, чтобы выкрутиться, и раздражённо произнёс: «Тогда забудь об этом...»

Чэнь Цзиншэнь кивнул: «Ты уже решил задачу?»

«Нет, решаю. Не торопи меня», — на этот раз раздражение было настоящим.

Чэнь Цзиншэнь опустил голову и несколько раз покрутил в пальцах ручку: «Хорошо».

***

В тот день Ху Пан повел своих людей в 7-й класс, за определенным человеком, но это не увенчалось успехом.

Чжан Сяньцзин на ходу придумала историю о том, что Чэнь Цзиншэню было плохо, и Юй Фань с Ван Луанем отвезли его в больницу.

Ху Пан безоговорочно верил Чэнь Цзиншэню, поэтому ничего не сказал. Он просто махнул рукой и приказал им отрезать кончики завитых волос Чжан Сяньцзин.

Из-за этого на следующий день Чжан Сяньцзин выместила свой гнев на Ван Луане и отвесила ему удар по плечу такой силы, что едва не сломала ему руку.

В среду они сдавали, а в пятницу учителя уже проверили работы и вернули ученикам.

Вскоре после промежуточного экзамена прошёл ещё один ежемесячный экзамен. Однако в Наньчанской школе №7 такие экзамены не были столь сложными и не требовали пересадок, в отличие от промежуточных.

Экзамены закончились в среду, а в пятницу учителя уже проверили их и раздали, чтобы обсудить некоторые моменты.

После урока Ван Луань держал в руках тетрадь Юй Фаня по математике, и с трудом сказал: «Что? Как ты набрал на 3 балла больше, чем я?...»

Летний воздух был сухим и жарким. Большой вентилятор над классом слабо скрипел, едва поворачиваясь.

Юй Фань тем времнем складывал свой лист по физике, чтобы обмахиваться им как веером и, услышав его, поднял взгляд: «Чего?»

«Я имею в виду, что я набрал на десять баллов больше, чем ты, за итоговый экзамен по математике в прошлом семестре, а на этот раз задания были сложнее, но ты, черт возьми, набрал 70 баллов...» — Ван Луань не мог в это поверить: «Скажи мне правду. Ты тайно ходил на дополнительные занятия?»

Чжан Сяньцзин сидела, скрестив ноги: «Неужели он...»

«Что-то вроде того».

Юй Фань обмахивался этим веером с огромной силой. Каждый порыв ветра достигал лица его соседа по парте.

Они оба были ошеломлены.

Чжан Сяньцзин в шоке посмотрела на него: «Ты что, правда...»

«Я так и знал! Это объясняет, почему твои оценки так быстро улучшились!» — Ван Луань подошёл ближе и спросил: «Где ты берёшь уроки? Я пойду туда с тобой».

Юй Фань немного замедлил обмахивание веером. Он невольно взглянул на Чэнь Цзиншэня.

По какой-то причине Юй Фань не хотел ему говорить.

Но очевидно, что для одноклассников было совершенно нормально помогать друг другу, так?

Чэнь Цзиншэнь с сосредоточенным выражением лица был занят решением задач.

Юй Фань поначалу подумал, что тот не слушает их разговор, но в следующий момент Чэнь Цзиншэнь поднял глаза и встретился с ним взглядом: «Разве репетитор, которого ты нашел, не для индивидуальных занятий?»

Ван Луань: «Это так?»

Юй Фань: «...Да».

«Тогда то, что твои оценки так быстро улучшаются, вполне нормально. Репетиторы, работающие индивидуально, выявляют слабые стороны и адаптируют обучение к твоим потребностям», — У Ци подошел с работой, которую только что закончил, и наклонился, сказав: «Сюэба, какую из них ты выбрал для этой задачи?»

У Ци теперь сидел рядом с Ван Луанем. Когда Чжуан Фанцинь спросила, не хочет ли он поменяться местами, он почти сразу согласился. Во-первых, он не близорук, поэтому неважно, где он сидит, а во-вторых, ему кажется Ван Луань забавным собеседником.

Он почувствовал, что принял правильное решение, посидев некоторое время на новом месте. Хотя ученики рядом с ним не отличались хорошими оценками, они не мешали во время уроков и были довольно оживлённы после занятий.

Чэнь Цзиншэнь достал с полки парты свою тестовую бумагу и передал ему.

«Хорошо, но разве индивидуальные занятия не слишком дорогие?» — спросил Ван Луань.

Юй Фань открыл игру на своем телефоне и неопределенно пробормотал: «Нормально».

«Чэнь Цзиншэнь».

Из-за окна послышался тихий голос.

Только что закончив раунд игры в “Змейку”, Юй Фань оглянулся.

Снаружи стоял парень.

Его школьная форма была похожа на чью-то, тоже застёгнутая доверху, а сам он был невысокого роста, со слегка вьющимися волосами.

Возможно, он слышал о славных подвигах Юй Фаня, поэтому, когда их взгляды встретились, тот в страхе отступил на шаг.

Чэнь Цзиншэнь: «Что?»

«Можешь выйти на минутку?» — Голос мальчика был очень тихим: «Хочу обсудить с тобой о завтрашнем конкурсе по физике».

Чэнь Цзиншэнь отложил ручку и вышел.

Это был первый случай, когда ученик из прошлого класса Чэнь Цзиншэня пришёл навестить его после перевода.

Ван Луань подпер подбородок, посмотрел в окно и, с любопытством глядя, спросил: «В каком классе учится этот парень? Я не помню, чтобы видел его раньше».

«Он из 5-го», — сказал У Ци.

«Откуда ты знаешь?»

У Ци был ошеломлён: «Мы учились в одном классе, так что я, конечно, знаю. Сюэба сидел с ним за одной партой, и ещё он очень хорош в физике, настолько, что участвует в олимпиадах. Его зовут Мяо Чэнь».

О, бывший сосед по парте.

Юй Фань бросил взгляд в окно, а затем быстро отвернулся и продолжил есть змею в игре, опустив голову.

«Но», — начал растерянно Ван Луань: «тогда почему он с тобой не поздоровался?»

У Ци: «Мы не очень близки. Он больше общается с девушками... и с Сюэбой. Он был одним из немногих в нашем классе, кто мог поговорить с ним».

Другие два человека разговаривали, стоя у задней двери, и Юй Фань сидел достаточно близко, чтобы слышать оба разговора.

«Мы можем вместе пойти на завтрашнюю олимпиаду?» — Произношение Мяо Чэня чёткое, а голос приятный, звучал как по радио, когда заканчивались занятия: «Место проведения — старшая школа Ю Хэ, верно? Я не очень хорошо знаю, как туда добраться».

«Нет», — сказал Чэнь Цзиншэнь.

«О…» — Мяо Чэнь на мгновение замолк: «Тогда, после её окончания в десять, не хочешь пойти пообедать? Я бы хотел сравнить свои ответы».

Прозвенел звонок с урока, и мелодия “К Элизе”* продолжалась целых десять секунд, заглушив остаток разговора.

(п.р: “К Элизе” — это название фортепианного произведения Людвига ван Бетховена)

Когда звонок закончился, Юй Фань смог услышать только слова Мяо Чэня: «Давай обсудим в WeChat».

«Мгм».

Чэнь Цзиншэнь вернулся на своё место и принялся доставать с полки парты листы ежемесячного экзамена.

Начался урок самоподготовки, и он спросил: «Были ли задания в контрольной работе, которые ты не понял?»

«Нет», — ответил Юй Фань, даже не поднимая головы, и продолжил играть в игру.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него: «Ты понял последний вопрос?»

«Да».

«Как решил?»

«…»

Чэнь Цзиншэнь поднял ручку Юй Фаня, скатившуюся к краю стола, и положил её перед собой: «Забери эту контрольную работу домой. Я объясню тебе задачи оттуда ещё раз вечером».

Но, к сожалению, всё пошло не так, как планировалось.

Потому что как только видеозвонок подключился, Юй Фань услышал жужжание на другом конце провода. Он спросил: «Что это за звук?»

Телефон Чэнь Цзиншэня стоял вертикально на подставке. Услышав вопрос, он поднял его и мельком просмотрел уведомления: «Сообщение WeChat».

Юй Фань увидел, как Чэнь Цзиншэнь опустил глаза на экран, похоже, отвечая на сообщение.

Закончив, Чэнь Цзиншэнь сказал: «Кроме последнего задания...»

Телефон снова завибрировал.

Чэнь Цзиншэнь: «…»

После того, как это повторилось ещё три раза, выражение лица Юй Фаня стало холодным. Ему очень хотелось зажечь сигарету и приложить её к лицу Чэнь Цзиншэня на экране. Ручка, которую он держал, скрипела от сильного сжатия.

Чэнь Цзиншэнь: «Хорошо. Давай разберём последнее...»

«Забудь об этом», — Юй Фань отбросил ручку в сторону. «Не хочу слушать».

Чэнь Цзиншэнь замер и взглянул на него: «Что случилось?»

Телефон снова зазвонил.

Юй Фань: «Не хочу сегодня учиться. Вешаю трубку».

После этих слов звонок закончился.

Чэнь Цзиншэнь некоторое время молча смотрел на интерфейс чата. Убедившись, что ранее он не сказал ничего плохого, телефон снова завибрировал.

[Мама: Я же говорила, что эти социальные сети тебе не нужны. Они только увеличивают количество бессмысленных разговоров.]

[Мама: Ты сможешь пользоваться ими, когда поступишь в университет. Слушайся маму, хорошо?]

[Мама: И ещё. Ты в последнее время слишком долго скрываешься от камер.]

Чэнь Цзиншэнь откинулся на спинку стула и принялся печатать.

[S: Уже поздно. Тебе стоит поспать.]

Повесив трубку, Юй Фань вышел на балкон покурить.

Он опёрся о железные перила, нахмурив брови. Перед его глазами клубился дым.

Он раздраженно выдохнул, стряхнул пепел и невольно подумал:

Почему я, чёрт возьми, злюсь?

Если подумать, Чэнь Цзиншэнь ничего такого не сделал. Он лишь ответил на пару сообщений своего бывшего соседа попарте.

О, нет, это была не пара. Судя по тому, как печатал Чэнь Цзиншэнь, он, вероятно, ответил как минимум на семь.

Похоже, они неплохо ладят? Всё-таки он никогда не видел, чтобы Чэнь Цзиншэнь отвечал что-то кроме “ммм” или “о”, когда Ван Луань и остальные отмечали его в группе. Он даже начал думать, что Чэнь Цзиншэнь не напишет ничего, если сообщение не в их чате.

Как только Юй Фань потушил сигарету и потянулся за новой, телефон завибрировал.

Чэнь Цзиншэнь прислал видео. По обложке было видно, что он, вероятно, объяснял то последнее задание.

Затем последовало голосовое сообщение.

«Не забудь сделать домашнее задание. Если ты не понимаешь задание, просто посмотри видео. Я буду разбираться с олимпиадной работой, так что не смогу ответить».

Юй Фань ничего не написал. Он прислонился к противоугонной сетке и начал смотреть WeChat Moments*.

(п.р: WeChat Moments — это функция WeChat для загрузки постов; на китайском она называется 朋友圈, что означает круг друзей. Главным преимуществом этой функции является высокий уровень конфиденциальности)

Когда он пришел в себя, то обнаружил, что находится на странице постов Чэнь Цзиншэня.

Там было пусто. В профиле, кроме имени, ничего нет. Такой же закрытый, как он сам.

Он вернулся в окно чата Чэнь Цзиншэня и собирался идти спать, но, выйдя с балкона, не удержался и отправил голосовое сообщение:

«Нет, я спать. Можешь продолжить общаться со своим бывшим соседом по парте».

Юй Фань не закрыл чат, поэтому, как только отправил голосовое сообщение, он увидел надпись “Печатает…”

Он взял с собой телефон в ванную, поставил его на полку и уставился в экран.

После того как он закончил чистить зубы, надпись “Печатает…” всё ещё была. Он унёс телефон в кровать и ещё несколько минут смотрел на него.

В конце концов, не выдержав, Юй Фань отправил сообщение: [Почему ты так долго печатаешь?]

На другом конце Чэнь Цзиншэнь посмотрел на написанное и подумал: Ладно. Если отправит это, то, вероятно, не сможет поговорить с ним на этих выходных.

[S: Ничего. Я ни с кем не общаюсь. Спи.]

***

Юй Фань плохо спал.

Он не спал допоздна, чтобы побить рекорд Чэнь Цзиншэня в игре “Змейка”, а затем уснул с телефоном в руке.

На следующее утро солнечный свет проник в комнату через окно, ударив его в глаза, и он лишь тогда вспомнил, что не задернул шторы вчера вечером перед сном.

Юй Фань прикрыл глаза рукой и потянулся, чтобы закрыть их. Но шторы были плохого качества, поэтому они не полностью блокировали солнечный свет, и комната погрузилась в тусклый жёлтый оттенок.

Не могу дальше спать.

Сонно достав телефон, он немного поиграл, но чем дольше, тем сильнее ему становилось скучно.

В последнее время выходные были очень скучными.

Юй Фань ещё некоторое время лежал в постели, когда пришло уведомление в WeChat.

[Цзо Куан: Давайте в LoL, нужно пять игроков на весь день.]

(п.р: League of Legends)

[Ван Луань: Папа уже тут!]

[Цзо Куан: Идиот.]

[Цзо Куан: А где Юй Фань? Позовите его, нам нужен AD.]

(п.р: “AD” или “Attack Damage” — это одна из основных характеристик чемпиона, отвечающая преимущественно за урон, наносимый автоатаками)

[Ван Луань: Ещё нет одиннадцати, он, скорее всего, до сих пор спит... И в последнее время он нечасто заходит в игру.]

[-: Я иду. Сейчас встану и пойду в интернет-кафе.]

Поскольку сегодня выходной, а интернет-кафе внизу небольшое, к этому времени оно, вероятно, уже заполнено людьми.

Ему нужно пойти в другое.

Юй Фань потёр глаза и поискал другое интернет-кафе на карте. Он отсортировал их по местоположению и медленно листал.

В десять часов олимпиада закончилась и ворота школы Ю Хэ медленно распахнулись.

Снаружи стояло много родителей, а из-за того что солнце палило нещадно, почти все держали зонтики.

Чэнь Цзиншэнь шёл слишком быстро и Мяо Чэню пришлось даже немного пробежаться, чтобы догнать его.

«Как ты сдал?» — спросил он

«Нормально», — ответил Чэнь Цзиншэнь.

«О, это хорошо», — Мяо Чэнь улыбнулся: «Кабинеты в этой школе слишком старые, и в классе, где я сидел, вентиляторы были сломаны…. Впереди есть магазин свежевыжатых соков, хочешь зайти? Я угощаю».

Чэнь Цзиншэнь оглянулся. Только он хотел отказаться, как вдруг увидел знакомую высокую и худую фигуру.

Увидев, что на него смотрят, этот человек поспешно развернулся, так что он смог лишь мельком увидеть его профиль.

Видел ли меня Чэнь Цзиншэнь?

Засунув руки в карманы, Юй Фань попытался смешаться с людьми на остановке. Из-за брошенного ранее взгляда он не осмелился обернуться.

Он чувствовал, что его волосы словно горят на солнце. С мрачным выражением лица Юй Фань размышлял, что, скорее всего, из-за бессонной ночи его мозг плохо соображает, раз он отправился в сторону школы Ю Хэ ради интернет-кафе.

Так Чэнь Цзиншэнь видел меня?

Он ведь не подумает, что я специально сюда приехал чтобы найти его?

Мимо проехал ещё один автобус. Юй Фань мгновение поколебался, а после украдкой бросил взгляд…

Где он?

Нахмурив брови, Юй Фань окинул взглядом вход в школу. Затем он наконец увидел нужного человека, стоящего в очереди перед магазином свежевыжатых соков.

И его бывшего соседа по парте.

Они стояли вместе. Мяо Чэнь время от времени наклонялся вперёд, чтобы что-то спросить. Чэнь Цзиншэнь же опустил голову, из-за чего белая бейсболка немного сползла, закрывая его глаза и мешая ясно разглядеть выражение лица.

Всё то напряжение, которое он чувствовал ранее, исчезло.

Юй Фань почувствовал некоторую усталость и сонливость. Он снова повернул голову, открыл карту на телефоне и начал искать другое ближайшее интернет-кафе.

В это время появилось сообщение.

[Ван Луань: Брат, ты что, попал в пробку по пути в интернет-кафе? Я жду тебя уже больше десяти минут.]

Юй Фань следовал навигации одновременно на ходу набирая ответ: Интернет-кафе переполнено, ищу другое. Вы можете пока…

Вдруг кто-то схватил его сзади за футболку. Юй Фань замер и оглянулся.

Встретившись взглядом с Чэнь Цзиншэнем, разум Юй Фаня опустел и он выпалил: «Ван Луань и остальные позвали меня поиграть в игры, но интернет-кафе возле моего дома было переполнено, поэтому я пришел сюда, чтобы найти другое...»

Внезапно ощутив на голове тяжесть, Юй Фань поднял глаза и увидел козырёк кепки. Он мгновенно замолчал.

Волосы, которые горели на солнце, остыли почти мгновенно.

«Мм», — Чэнь Цзиншэнь поднял руку и помог ему поправить кепку: «Раз уж мы встретились, может поедим вместе?»

Юй Фань был ошеломлён лишь на секунду.

Он взглянул на два стакана сока в руке Чэнь Цзиншэня и напустил на себя угрожающее, по его мнению, выражение лица: «Не хочу. Иди и поешь со своим бывшим соседом по парте».

Глава 45 - Тебе нравится есть уксус?

Закончив говорить, Юй Фань уже собирался уйти, но потом вдруг что-то вспомнил и развернулся обратно.

Он снял кепку и, протянув её, холодно сказал: «Возьми».

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на волосы, торчащие дыбом на его голове, и молча забрал её.

С пустой рукой выражение лица Юй Фаня стало ещё холоднее. Он повернулся, чтобы уйти, но как только сделал шаг, его снова слегка дёрнули за футболку.

Юй Фань чувствовал, что его плохое настроение было вызвано тем, что плохо спал. Сейчас он находился в том состоянии, когда был готов взорваться. Он сердито обернулся: «Ты что-то пристрастился к тяге...»

Его торчащие дыбом волосы были прижаты назад, а кепка возвращена на голову.

Закончив это делать, Чэнь Цзиншэнь подошёл к нему и сказал: «Пойдём».

Юй Фань не сразу понял, о чём речь, и повернул голову в том же направлении, что и он: «Куда

Чэнь Цзиншэнь: «Пойду с тобой в интернет-кафе».

Юй Фань не сдвинулся с места и нахмурился: «Ты разве не собирался пообедать со своим бывшим соседом по парте?»

«Нет», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «Где ты это услышал?»

«Вчера... Нигде», — Юй Фань вовремя замолчал и, помедлив пару секунд, он продолжал: «Разве я говорил, что возьму тебя с собой туда?»

«Нет», — Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него, опустив глаза: «Но я хочу пойти с тобой».

«...»

«Тебе нельзя. Ты снова будешь рядом со мной смотреть на Ху Пана. Это слишком неловко».

Юй Фань смог выдавить эти слова только после минуты молчания. Затем он опустил голову и прошёл мимо него, следуя указаниям в навигаторе.

Его отказ был резким, а тон — раздражённым.

Но кепка Чэнь Цзиншэня всё ещё оставалась на его голове.

И шёл он медленно, лениво волоча ноги.

Чэнь Цзиншэнь несколько секунд наблюдал за его удаляющейся фигурой. Он опустил голову и слегка приподнял уголки губ, а затем молча последовал за ним.

Некоторое время они шли так: один впереди, другой сзади, но вскоре шаги сравнялись.

Солнечный свет, который в основном блокировали деревья, пробивался сквозь листья и падал на них дрожащими бликами.

Чэнь Цзиншэнь протянул ему сок: «Я увидел тебя, поэтому купил ещё один».

«...Чэнь Цзиншэнь, ты раздражаешь».

С недовольным выражением лица Юй Фань сделал ещё несколько шагов, прежде чем всё-таки вытащить руку из кармана и взять стакан арбузного сока.

Напиток оказался ледяным, очень освежающим.

Эти двое шли не очень быстро. Мимо них прошли мать и дочь.

«Ну и как ты сдала экзамен?»

Девушка ела, поэтому немного невнятно ответила: «Завалила».

«Я так и думала», — холодно сказала её мать: «Зря только встала пораньше, чтобы отвезти тебя на эту олимпиаду… Ешь медленнее. Ты можешь вести себя приличнее?»

«Не могу. После почти трёхчасового написания мой мозг истощился, как и желудок. И, чтобы не хотеть спать, я не завтракала утром».

«Многие люди пропускают завтрак перед экзаменом, но я что-то не видела, чтобы они поглощали пищу так, как ты».

Юй Фань лениво слушал этот обмен мнениями, потягивая арбузный сок. Он взглянул на человека рядом с собой.

Завтракал ли Чэнь Цзиншэнь перед экзаменом?

Наверное, нет. Иначе он бы не пригласил его на обед сразу, как только увидел.

Юй Фань отвёл взгляд и равнодушно подумал: “Тогда пусть просто голодает. Посмотрим, может станет ниже ростом от этого”.

Когда они дошли до интернет-кафе, Чэнь Цзиншэнь уже протянул руку, чтобы открыть дверь, как человек рядом с ним слегка потянул его за рукав.

«Я голоден», — пробормотал Юй Фань: «Давай сначала что-нибудь поедим».

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него и отпустил дверную ручку: «Хорошо».

Долго выбирать не пришлось, по соседству находился ресторан сычуаньской кухни.

Обстановка была довольно простой, но чистой. В полдень народу почти не было, только несколько человек, которые молча сидели вдали друг от друга, чтобы никому не мешать.

Юй Фань выбрал место у окна.

Сев, он почувствовал вибрацию телефона у себя в кармане. Это был голосовой звонок от Ван Луаня.

Юй Фань поднял трубку: «Чего тебе?»

«…А ты как думаешь?» — Собеседник был сбит с толку этим вопросом: «Мы вчетвером уже полчаса неловко общаемся в чате League of Legends, и ты спрашиваешь меня, что случилось? Чжу Сюй сказал, что даже свою девушку на свидание так долго не ждал. Ещё две минуты, и я бы вызвал полицию».

«…»

Юй Фань отодвинул телефон от уха и взглянул на экран. Только сейчас он понял, что слова, которые он набрал ранее, так и не были отправлены.

Он забыл об этом, когда Чэнь Цзиншэнь схватил его.

Ван Луань: «Так где ты? Почему тебя до сих пор нет? Разве прямо под твоим домом не расположено интернет-кафе?»

«Я найму кого-нибудь, кто поиграет с вами», — сказал Юй Фань.

«?» — Ван Луань был в замешательстве: «В смысле?»

«В интернет-кафе возле моего дома не было мест. Я сейчас в Ю Хэ...»

«Блять. От твоего дома до Ю Хэ же минимум полчаса езды, нет? Зачем ты так далеко поехал? Интернет-кафе в Ю Хэ построено из золота?»

Чэнь Цзиншэнь вытирал руки горячим полотенцем. Услышав это, он поднял взгляд.

Юй Фань закрыл глаза, обхватил рукой свой дешёвый телефон, от которого доносился звук, и стиснул зубы: «Ты, чёрт возьми... говори тише».

Ван Луань, издав “ох”, произнёс: «Тогда поторопись. Цзо Куан сказал, что в Ю Хэ много интернет-кафе».

Юй Фань: «Я сейчас в ресторане, обедаю».

«…»

Повесив трубку, Юй Фань скачал приложение и нанял для них довольно дорогого напарника.

«Я уже заказал несколько блюд. Посмотри, может, ещё что-то хочешь добавить», — заказы в этом ресторане оформлялись онлайн, поэтому Чэнь Цзиншэнь протянул ему свой телефон с открытым меню.

Как раз в тот момент, когда Юй Фань хотел сказать, что ему всё равно, он взглянул на экран и увидел в нижнем углу цену — 373 юаня.

Его брови дернулись. Он взял телефон, чтобы посмотреть, как этот человек умудрился заказать еду почти на 400 юаней, когда каждое блюдо стоило не больше 10-20.

В этот момент телефон Чэнь Цзиншэня завибрировал.

Юй Фань нажал на меню — бззз.

Он прокрутил вниз — бззззз.

Чэнь Цзиншэнь использовал WeChat для просмотра меню, поэтому сообщения не отображались.

После того, как телефон провибрировал пять раз подряд, Юй Фань снова разозлился. Он с силой ткнул в экран, от чего тот издал жалобный скрежет: «Твой бывший сосед по парте тебя ищет».

«Мой бывший сосед по парте…» — Чэнь Цзиншэнь на мгновение замолчал: «Почему он ищет меня?»

Юй Фань заговорил быстро и холодно: «Откуда мне знать? Я с ним общаюсь? Ты...»

Бззз. Телефон снова завибрировал. Юй Фань неосознанно опустил глаза на экран.

На этот раз на экране появилось уведомление. Превью двух текстовых сообщений:

[Неизвестный номер: Чэнь Цзиншэнь, это Мяо Чэнь. У нас не было возможности сравнить ответы ранее, поэтому я просто хотел спросить, что ты ответил на предпоследнем вопросе с несколькими вариантами ответов…]

[Неизвестный номер: Ещё, эм, мой запрос на добавление в друзья, который я отправил тебе вчера, до сих пор не принят. Я добавил не того человека?]

Юй Фань все ещё хмурился. Он смог заговорить только тогда, когда два сообщения исчезли с экрана: «…Ищет, чтобы сравнить ответы».

Чэнь Цзиншэнь: «Я не помню, что писал».

«...О».

Юй Фань открыл сообщения и увидел, что вчера Мяо Чэнь отправил Чэнь Цзиншэню несколько сообщений, и длинных, и коротких. Он не стал вчитываться и просто быстро написал ему “не помню”, после чего закрыл чат и вернулся в меню.

Через несколько секунд до него вдруг дошло:

Подождите. Почему я помогаю Чэнь Цзиншэню отвечать на сообщения?

И...

Юй Фань был озадачен: «Ты не добавил его в WeChat?»

Чэнь Цзиншэнь промычал.

«Тогда с кем ты общался вчера вечером?»

«С мамой».

«…»

Юй Фань моргнул несколько раз и подсознательно вздохнул с облегчением. Он почувствовал себя немного лучше.

В следующий момент он втянул выдохнутый воздух обратно.

Почему я, чёрт возьми, чувствую себя лучше?

«Кстати», — Чэнь Цзиншэнь взглянул на него и спокойно спросил: «Ты был зол вчера вечером...»

«Нет», — ответил Юй Фань, словно его ткнули в больное место: «С чего бы мне злиться, если ничего не произошло?»

Чэнь Цзиншэнь поднял брови: «Я не знаю. Только что...»

«Нет», — Юй Фань бесстрастно перебил его и бросил телефон обратно. Он решительно закрыл тему разговора: «Я в порядке».

Чэнь Цзиншэнь взял телефон и молчал несколько секунд. Затем он посмотрел на него: «Ты...»

Юй Фань: «Я же сказал, что не злюсь! Мне всё равно, с кем ты там общаешься! Сколько раз, чёрт возьми, ты собираешься меня об этом спрашивать?!»

«…»

«Я хотел спросить», — Чэнь Цзиншэнь развернул к нему телефон, где был пустой интерфейс заказа: «Почему ты удалил все блюда?»

«…»

Юй Фань выхватил у него телефон и без всякого выражения на лице сделал повторный заказ.

В ресторане было не так много людей, поэтому еду подали очень быстро. Когда официант принёс блюда, он не мог не бросить ещё несколько взглядов на человека слева.

Юй Фань уже надел бейсболку, которую снял, когда вошёл в ресторан.

Кепка была опущена очень низко, закрывая больше половины его лица. Всё, что можно было увидеть, это два ярко-красных уха, выглядывающих из-под волос; они казались даже ярче перца в их еде.

Юй Фань возился со своим телефоном. Он опустил голову, чувствуя, как горит его лицо. В мыслях он назвал себя идиотом десятки тысяч раз.

Юй Фань больше любил есть основные блюда, они хорошо насыщали. Дома ему вполне хватало одной порции на целый день.

Когда подали миску с горячей лапшой, он взял приправу, лежавшую рядом с ним, и плеснул туда почти половину.

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него и беспечно спросил: «Тебе нравится есть уксус?»

«Да», — не задумываясь ответил Юй Фань.

Несколько секунд спустя Юй Фань наконец понял, что что-то не так. Он поднял голову и увидел Чэнь Цзиншэня, который отвернулся, словно с трудом сдерживаясь.

«Чэнь Цзиншэнь, ты, блять...» — Когда он сказал это, его рука дрогнула, и в чашку вылилось ещё больше чёрного уксуса.

Юй Фань уставился на стол с ярко-красным лицом. Он размышлял, следует ли ему вылить уксус на лицо Чэнь Цзиншэня или опрокинуть лапшу на его голову.

П/п: есть уксус на китайском также означает «ревновать».

Глава 46 - Мне казалось, что я умер вместе с тобой

Юй Фань с грохотом поставил уксус на стол. Соседи за ближайшими столами невольно обернулись и взглянули в их сторону…

Но они могли увидеть лишь голову, низко опущенную вниз. Он яростно мешал лапшу, сжимая палочки так, будто это были ножи.

Кепка почти полностью закрывала его лицо.

Юй Фань обращался со своей лапшой так, словно это был человек перед ним.

В следующую секунду его палочки для еды были схвачены рукой, которая протянулась через стол. Чэнь Цзиншэнь забрал его миску лапши.

«Слишком кислое», — Чэнь Цзиншэнь: «Закажем заново».

Юй Фань поднял взгляд и злобно посмотрел на него. Он уже собирался спросить, какое ему дело, до того что он ест...

«Я имею ввиду лапшу», — добавил Чэнь Цзиншэнь, встретившись с ним взглядом.

«…»

С того момента, как они начали есть и до оплаты счёта, а затем до самого прихода в интернет-кафе, Юй Фань не сказал ни слова Чэнь Цзиншэню.

Во время игры легко стать немного громким. Особенно если это касалось пятерых парней в голосовом чате.

В этом раунде Ван Луань и Цзо Куан были на одной линии, почти крича друг на друга, и Юй Фаню пришлось несколько раз уменьшать громкость в игре.

«Эй, твои навыки — отстой», — заговорил Цзо Куан: «Ты не так хорош, как нанятый ранее игрок».

«Да-да-да. Почему бы тебе не догадаться почему он берет деньги за свою игру… Блять!» — воскликнул Ван Луань, и его мышь защелкала как сумасшедшая: «Они идут по центральной полосе! Цзо Куан, помоги мне заблокировать урон… Ты, блядь, меня предаёшь?!»

«Даже братья из одного леса разлетаются в разные стороны».

(П.п: что-то вроде “даже птицы разлетаются в разные стороны, когда что-то случается”)

«Потеряйся!» — ответил Ван Луань: «Юй Фань, почему ты не сказал о том, что они шли по центру?!»

Юй Фань: «Забыл».

Ван Луань: «Что с тобой сегодня? Почему ты какой-то рассеянный?»

Он действительно был сам не свой.

Переместив персонажа в безопасное место, Юй Фань повернулся и встретился взглядом с человеком, сидевшим рядом с ним.

«На что смотришь?» — спросил он с раздражением.

Чэнь Цзиншэнь, сидел за компьютером и ничего не делал, только откинулся на спинку кресла и время от времени поглядывал на экран соседа, а иногда даже на него самого.

«Смотрю, как ты играешь», — ответил Чэнь Цзиншэнь.

Ван Луань на другом конце звонка: «Почему Сюэба рядом с тобой?»

Юй Фань: «Чтобы пользоваться интернетом».

Ван Луань удивился: «Вы что, теперь так хорошо ладите, что даже вместе по выходным в интернет-кафе ходите?»

«Просто случайно столкнулись».

«Случайно встретились в Ю ХЭ?»

«…»

Почему у тебя так много вопросов?

Юй Фань отодвинул микрофон и холодно посмотрел на Чэнь Цзиншэня: «Смотри в свой компьютер или иди домой».

Чэнь Цзиншэнь сделал, как ему сказали, и наугад открыл фильм.

После пяти раундов Чжу Сюю позвонила мать и попросила помочь с вещами. Он сказал подождать его десять минут.

Остальные тоже устали, поэтому просто отдыхали и общались в голосовом чате игры.

Проведя весь день в наушниках, уши Юй Фаня устали. Он выключил микрофон, снял их и положил на стол, увеличив громкость так, чтобы все ещё слышать, как они разговаривают.

Юй Фань откинулся на спинку кресла, скрестил ноги и потянулся за сигаретой. Он уже собирался бросить одну в рот, но краем глаза заметил человека рядом с собой и замер.

Чэнь Цзиншэнь также был без наушников. Он бросил свои экзаменационные материалы на стол и сидел немного расслабленно, спокойно смотря фильм.

На экране было два анимированных персонажа: парень держал девушку, пока они летели по небу. Когда он поднял глаза, там было название «Ходячий замок Хаула».

«...»

Он не ожидал, что Чэнь Цзиншэнь будет смотреть такой фильм.

Юй Фань посмотрел на время. Уже наступил ужин, а за окном уже стемнело.

Он ткнул коленом человека рядом с собой: «Чэнь Цзиншэнь, почему ты не идёшь домой?»

Чэнь Цзиншэнь взглянул на незажженную сигарету в его руке и спросил: «Когда ты поедешь домой?»

«Я могу остаться здесь...» — Юй Фань остановился: «Это не твое дело».

Чэнь Цзиншэнь: «Я тоже останусь на ночь».

«…»

«Не можешь научиться чему-то лучшему от меня?» — Юй Фань нахмурился: «Моей семье всё равно на меня. Разве ты такой же?»

«Так и есть», — Чэнь Цзиншэнь сказал: «Вся моя семья сейчас за границей, так что для меня не проблема остаться тут на всю ночь».

«…»

Чэнь Цзиншэнь тоже откинулся назад и спросил: «Что означает это выражение лица?»

«Ничего. Просто интересно...» — Юй Фань пристально посмотрел на него: «Чэнь Цзиншэнь, у тебя сейчас бунтарский период?»

«Не думал ли ты, что…» — Чэнь Цзиншэнь заговорил: «Я сейчас в стадии его подавления…»

Юй Фань тут же закрыл рот.

«Юй Фань! Юй Фань!» — позвал его Ван Луань через наушники на столе: «Где ты?»

Он бесстрастно сказал: «Заткнись и продолжай смотреть свой фильм».

Чэнь Цзиншэнь кивнул.

Юй Фань включил микрофон: «Что случилось?»

«Где ты был? Я так долго тебя звал... Мы с Цзо Куаном говорили о поездке в парк развлечений во время Праздника драконьих лодок¹». — Ван Луань помолчал и добавил — «О, Сюэба тоже может пойти».

[1] —”Праздник драконьих лодок” — название переводится так из-за распространённого в этот день обрядово-развлекательного действа: состязаний в гребле на лодках, изображающих драконов.

Юй Фаню это было не особо интересно: «Я...»

Чэнь Цзиншэнь: «Хорошо».

«…»

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него: «Я никогда раньше не был в парке развлечений».

Тогда иди с ними…

«Давай пойдем вместе», — сказал Чэнь Цзиншэнь.

«…»

Юй Фань некоторое время молчал. Когда тишина прошла, он раздраженно убрал сигарету изо рта и пробормотал в голосовом чате: «Как скажешь. Я иду в туалет, не начинайте пока игру».

Так как сегодня были выходные, в интернет-кафе было полно народу. А сейчас, когда наступило время ужина, воздух был наполнен восхитительным ароматом еды.

Когда он шел, случайно услышал, как девушка, сидящая за компьютером, говорила по телефону: «Я в интернет-кафе... Во что я играю? Ни во что, просто смотрю драмы... Ничего не поделаешь, я пришла ради своего парня... Нет, это не скучно, он ведь постоянно болтает со мной, а еще он купил мне много еды. Я просто немного устала сидеть на одном месте».

Выйдя из уборной, Юй Фань собирался вернуться на свое место, но затем остановился и посмотрел на стойку регистрации.

Когда очередной фильм подходил к концу, Чэнь Цзиншэнь подвигал мышкой и приготовился посмотреть, чем ещё можно заняться, чтобы скоротать время.

Краем глаза он заметил знакомую фигуру, появившуюся издалека. Казалось, он нес что-то в обеих руках, а его шаги были медленными и неуклюжими.

Прежде чем Чэнь Цзиншэнь успел ясно разглядеть, что это было, раздался стук, и на его столе оказалась куча всего.

Картофельные чипсы, семечки, пирожные, сливы, всевозможные другие закуски, а также миска говяжьей лапши.

«Ешь», — Юй Фань откинулся на спинку кресла и спокойно надел наушники: «Я закончу через два раунда».

Чэнь Цзиншэнь взглянул на изысканный мильфей и молочный чай на столе у девушки рядом с ними, а затем снова посмотрел на кучу закусок перед собой и не смог не поджать нижнюю губу.

«Ладно». Он наугад взял одну из них и открыл. Затем он спросил: «Я устал смотреть фильмы. Можно посмотреть, как ты играешь?»

Юй Фань бесстрастно выбрал себе саппорта: «...Делай, что хочешь».

***

Вернувшись в школу, Ван Луань пригласил нескольких одноклассников пойти с ними в парк развлечений, но, к сожалению, большинство из них уже собирались провести время с семьей, поэтому согласились пойти только Чжан Сяньцзин и Кэ Тин.

Июль в Наньчэне был жарким и влажным. Температура днем может быть пугающе высокой.

В день Праздника драконьих лодок они быстро договорились и решили встретиться у входа в парк развлечений в пять часов вечера, после того как каждый из них поест что-нибудь дома.

Это был местный парк развлечений, который работал более двадцати лет. Он находился в пригороде и был довольно удаленным, но поскольку в нём было много аттракционов и хорошая атмосфера, там всегда было полно людей.

Так как сегодня был выходной, им нужно было выстоять очередь, чтобы попасть туда.

Ожидая в очереди на вход, Ван Луань ошеломленно уставился на Чжан Сяньцзин, которая была в рубашке с длинными рукавами и длинных брюках, с вуалью и солнцезащитными очками: «Тебе не жарко? Обязательно заходить так далеко? Сейчас не настолько солнечно».

«Тебе не понять. На улице еще есть ультрафиолетовые лучи, пока еще не темно», — Чжан Сяньцзин достала из сумки тюбик солнцезащитного крема и взяла Кэ Тин за руку: «Тин, дорогая, вот, намажь себе руки».

Кэ Тин сначала немного сопротивлялась, но когда Чжан Сяньцзин снова произнесла: «Тин, дорогая», выражение ее лица изменилось, и она тихо опустила голову и позволила Чжан Сяньцзин обмазать ее.

После того, Чжан Сяньцзин закончила, она повернулась и спросила двух высоких и бледных парней позади нее: «Вы тоже хотите?».

Юй Фань ответил, даже не задумываясь: «Мне это не нужно».

Чэнь Цзиншэнь сказал: «У меня тоже все в порядке».

Сегодня они оба были в футболках с короткими рукавами и белых бейсболках, и на первый взгляд их наряды идеально сочетались.

Цзо Куан слегка прочистил горло и протянул руку: «Чжан Сяньцзин, дай мне немного».

«Тебе есть смысл наносить его? Ты и так смуглый», — Чжан Сяньцзин бросила в него свой солнцезащитный крем: «Сам нанеси».

«…»

Хотя к вечеру погода улучшилась, стоять среди толпы людей все равно было жарко.

Юй Фань засунул руки в карманы и с раздражением ощущал, как жара начинает его утомлять.

Почему он не остался дома или не пошел в интернет-кафе в такой дурацкий день, как сегодня? Почему он стоит в очереди в это место??

Ещё есть шанс уйти.

Очередь немного продвинулась вперед. Как раз когда Юй Фань подумал об этом, он внезапно почувствовал порыв прохладного воздуха на своей шее.

Он обернулся и увидел, как Чэнь Цзиншэнь держит веер, направляя поток воздуха ему на затылок.

«Откуда ты это достал?»

«Только что купил», — Чэнь Цзиншэнь опустил глаза: «Теперь тебе лучше?»

Действительно стало прохладнее. Но Юй Фань почувствовал себя немного странно. Он нахмурился и приказал: «Дуй на себя».

«Мне не жарко».

«Зачем ты тогда его купил?»

Как только он это спросил, мимо прошел небольшой торговец, несущий около дюжины маленьких ручных вееров, которые выглядели точно так же, как тот, что держал в руке Чэнь Цзиншэнь.

Через каждые несколько шагов продавец зазывно обращался к прохожим: «Привет, красавчик! Жарко сегодня, да? Купи веер для своей девушки — пусть ей будет прохладнее!»

Юй Фань: «…»

Рука в кармане немного напряглась. Он монотонно сказал: «Убери это».

Чэнь Цзиншэнь издал звук «мгм» и повернул веер.

Но уже через несколько минут Юй Фань вновь ощутил прохладный ветерок у себя за спиной. Он не стал оборачиваться, сделал вид, что ничего не заметил, и просто продолжил молча и терпеливо стоять в очереди.

Примерно через десять минут наконец настала их очередь у кассы.

Когда они вышли из переполненной очереди, было уже не так жарко. Чэнь Цзиншэнь убрал веер, войдя в парк.

Вечером в парке развлечений уже зажглись огни. Карусель, расположенная ближе всего ко входу, сияла всеми цветами радуги, а колесо обозрения вдалеке медленно вращалось в воздухе.

Им дали карту парка развлечений. Чжан Сяньцзин сразу нашла место, куда хотела бы пойти.

«Мы с Кэ Тин собираемся сфотографироваться с разными аксессуарами, а потом пойдем к карусели и замку, чтобы сделать еще несколько снимков. Вы, ребята, тоже хотите пойти?»

На лице Ван Луаня появилось сложное выражение: «Сестра Цзин, я то думал, что ты отличаешься от других девушек...»

«Исчезни». Теперь, когда солнце уже не так слепило, Чжан Сяньцзин сняла солнцезащитные очки, демонстрируя тщательно продуманный макияж. Она закатила глаза. «Мы пошли. Встретимся позже у киосков. Не забудьте про время, когда пойдёте на аттракционы».

Четверо мальчиков остались стоять в центре парка развлечений.

Ван Луань спросил: «Так на каких аттракционах вы хотите покататься?»

«Не знаю», — Юй Фань пошел вперед: «Посмотрим по ходу дела».

Все аттракционы возле входа были довольно простыми и больше подходили на детские.

Когда они проезжали мимо “Чашки чая”, Ван Луань спросил: «Почему бы нам не...»

Цзо Куан: «Тебе стоит, черт возьми, открыть глаза пошире. Ты видишь здесь ещё кого-нибудь кроме детей с родителями?»

Когда они проходили мимо автодрома, Цзо Куань предложил: «Давайте попробуем...»

Ван Луань: «Нет. Меня укачивает».

Эти двое все время спорили о предложениях друг друга, пока Юй Фань и Чэнь Цзиншэнь шли сзади, даже не удостоив этого аттракциона ни единым взглядом.

Юй Фань взглянул на человека рядом с собой. Чэнь Цзиншэнь молча сканировал красочные аркадные игры вокруг них. Казалось, он действительно был здесь впервые. Но с его обычным спокойным выражением лица было сложно понять, вызывает ли это у него интерес или нет.

Юй Фань холодно сказал: «Скажи, если хочешь что-то сделать».

В следующий момент Чэнь Цзиншэнь остановился. Он повернул голову и уставился прямо в сторону.

Юй Фань проследил за направлением его взгляда и увидел мрачную темную дверь с табличкой рядом с ней: “Дом с привидениями: Таинственная пещера”.

Юй Фань: «…»

Ван Луань и Цзо Куан прошли мимо, не моргнув глазом.

Как только Чэнь Цзиншэнь собрался сказать: “Я хочу туда”, его схватили за руку и потащили прочь.

Голос Юй Фаня был холоден: «Не этот».

Через несколько минут Чэнь Цзиншэнь остановился перед двухместным колесом обозрения.

Его снова оттащили: «Нет».

Мгновение спустя Чэнь Цзиншэнь взглянул на будку с двухместными педалями, и его шаги немного замедлились.

Его снова схватили за запястье: «Нет».

Чэнь Цзиншэнь с удивлением уставился на затылок Юй Фаня. Он искренне спросил: «Тогда что я могу выбрать?»

Они остановились в центре парка развлечений.

Вокруг них, с разных сторон, располагались крупные аттракционы: спереди — большой маятник, сзади — американские горки, слева — пиратский корабль, а справа — знаменитая башня падения, высотой 129 метров, являющаяся главной достопримечательностью парка.

Юй Фань: «Выбирай сам».

Чэнь Цзиншэнь: «…»

***

Как только они подошли ближе, послышались крики окружающих, каждый был на тон выше другого. Вот почему Цзо Куань и Ван Луань сначала сопротивлялись.

Но они были классическим примером человека, который хочет что-то сделать, даже если у него это плохо получается.

Все началось с заявления Ван Луаня: «Только не говори мне, что ты боишься чего-то подобного», на что Цзо Куан тут же ответил: «Кто из нас ещё боится?», и это привело к тому, что эти двое настояли на том, чтобы покататься на них, несмотря на дрожащие ноги.

Очереди на эти четыре аттракциона были значительно длиннее, чем на остальные. Поскольку они собирались отправиться на рынок ночью, они, скорее всего, не успеют прокатиться на всех четырех.

После некоторого обсуждения они решили сначала прокатиться на самой популярной вышке, а затем попробовать покорить остальные, в зависимости от того, сколько у них останется времени.

Пока Ван Луань и Цзо Куан шумно болтали впереди, Юй Фань тихо спросил: «Ты точно сможешь?»

Чэнь Цзиншэнь: «Я смогу».

Услышав это, Юй Фань направился в конец очереди.

Они встали в очередь в искусственной пещере с кондиционером, и ожидание сразу стало гораздо более терпимым.

Поскольку им пришлось долго ждать, Ван Луань и Цзо Куан начали играть в игры на своих телефонах.

Юй Фань не любил играть стоя, поэтому не стал присоединяться, а просто прислонился к стене и наблюдал за игрой Ван Луаня.

Его слегка дернули за футболку. Юй Фань невольно обернулся.

Из-за длинной и многолюдной очереди его внезапный поворот привел к тому, что они оказались слишком близко друг к другу.

Взгляд Чэнь Цзиншэня скользнул вниз по кепке: «Похоже, нам придется немного подождать».

«Да», — Юй Фань моргнул несколько раз. «Ты не хочешь ждать? Мы можем сделать что-нибудь...»

«Поскольку у нас есть время», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «почему бы нам не выучить “Ли Сао” и “Тэнван Гэ Сюй”?»

(П.п: китайские произведения)

«…»

Сорок минут спустя они наконец оказались в начале очереди.

Наблюдая, как предыдущая группа людей спускается со своих мест с бледными лицами, Ван Луань нервно сглотнул: «Почему мне кажется, что никто из них не стоит твердо на ногах?»

Цзо Куан с трудом поднял голову: «Когда я видел его издалека... он не казался таким высоким...»

Юй Фань еще раз перепроверил и тихо спросил: «Ты уверен, что сможешь это сделать?»

Чэнь Цзиншэнь: «Да».

Сотрудники открыли перед ними вход. Юй Фань спокойно снял бейсболку и вошел: «Тогда пойдем».

На этом аттракционе было три ряда сидений, каждый ряд вмещал шесть человек. Кроме них, в их ряду сидела еще одна пара.

Когда их пристегивали, Ван Луань и Цзо Куан обменялись взглядами. Они оба увидели сожаление в глазах друг друга.

Через несколько минут аттракцион запустили, и они очень медленно начали подниматься. Казалось, что этому не будет конца.

«Мы всё ещё поднимаемся...» — Ван Луань был в таком отчаянии, что едва не плакал.

Цзо Куан крикнул в землю: «Я больше не хочу этого делать! Эй! Вы меня слышите?! Я хочу слезть…»

Они были громче друг друга. Юй Фаня раздражали эти крики.

Но вскоре он расслабил брови.

Башня падения достигла своей наивысшей точки. Высоты в 129 метров было достаточно, чтобы он мог увидеть весь парк развлечений, тихий лес вдалеке и город на горизонте.

С ногами, висящими в воздухе, он совсем не боялся и не нервничал. Он неторопливо впитывал прекрасный вид.

«Ли Янь! Я люблю тебя!!» — Мужчина внезапно крикнул в небо: «Ты, выйдешь, за, меня…»

Все четверо были ошеломлены.

Женщина, которая сначала тихо кричала, на несколько секунд замерла, а затем крикнула в ответ: «Да. Я...»

«Я люблю тебя…»

«Я тебя тоже…»

Юй Фань без всякого выражения смотрел на пейзаж перед собой. Как раз когда он задавался вопросом, какого черта они еще не падают, кто-то внезапно коснулся тыльной стороны его руки.

Чэнь Цзиншэнь: «Юй Фань, я…»

«Заткнись», — сердце Юй Фаня дрогнуло, и он с силой ударил себя по руке: «Не смей повторять за ними».

«…»

Чэнь Цзиншэнь отвернулся и лишь несколько секунд спустя снова повернул голову: «Я просто хотел сказать, что мне вдруг стало немного страшно».

Юй Фань: «…»

«Можно взять тебя за руку?»

«Нет», — холодно ответил Юй Фань.

Чэнь Цзиншэнь некоторое время смотрел на него, а затем отвернулся: «Хорошо».

Цзо Куан не мог больше этого выносить. Висеть в воздухе вот так было для него слишком мучительно. Он закрыл глаза и закричал: «Когда же это, блядь, закончи…»

«Аааааа черт возьми!..»

Башня внезапно начала падать вниз!

В этот момент Чэнь Цзиншэнь почувствовал, как кто-то рядом с ним коснулся его пальцев. В следующую секунду его руку крепко схватили.

Он немного замер, ошеломленный, но быстро взял себя в руки. В течение десяти секунд падения они оба инстинктивно потянулись друг к другу и крепко сжали руки.

Из-за сильного ощущения невесомости их тела будто вылетели наружу. Вокруг раздавались крики, а некоторые даже полностью потеряли голос от страха.

Две руки были крепко сжаты вместе, Их горячие и тяжелые сердцебиения били друг о друга, ощущаясь через кожу. Во время падения Юй Фань едва дышал. Казалось, он представлял себе, каково это — упасть с такой высоты, менее чем за несколько секунд достигая земли, весь мир будто врезался в него, разбивая душу на миллионы осколков.

Но в его воображении не было руки, крепко держащей его, и не было тепла и сердцебиения Чэнь Цзиншэня.

Башня падения внезапно замерла, едва не коснувшись земли. После короткой паузы она снова поднялась, на этот раз с чуть большей скоростью, чем прежде.

Юй Фань наконец смог снова дышать. Сделав несколько глубоких вдохов, он подсознательно посмотрел на человека рядом с собой.

Чэнь Цзиншэнь смотрел на него.

Волосы Чэнь Цзиншэня были растрепаны ветром, открывая его темные и чистые глаза. Огни аттракциона, отражающиеся в его зрачках, напоминали луну, отражающуюся от поверхности озера.

Чэнь Цзиншэнь сказал: «Не бойся».

Юй Фань не знал, какое выражение лица могло заставить Чэнь Цзиншэня подумать, что он боится.

«Боюсь, черт возьми…» — хрипло сказал Юй Фань: «Чэнь Цзиншэнь, над чем ты смеешься?»

«Ничего, просто...»

Они снова поднялись на самую высокую точку. Голос Чэнь Цзиншэня смешался с ветром.

Он на мгновение замолчал и тихонько усмехнулся: «Юй Фань, мне казалось, что я умер вместе с тобой».

Сердце Юй Фаня забилось быстрее.

В следующий момент они резко упали вниз…

Что-то в голове Юй Фаня взорвалось. Его сердце бешено колотилось, а кровь в теле кипела. Он даже почти закричал вместе с Ван Луанем и остальными.

Находясь в состоянии головокружения и растерянности, Юй Фань не мог понять, было ли это из-за невесомости или из-за Чэнь Цзиншэня.

Глава 47 - Чэнь Цзиншэнь, иди домой

Спустившись с аттракциона “башня падения”, они последовали указаниям сотрудников и направились к выходу.

У выхода собралась дюжина человек, а само место было украшено гирляндами огоньков и воздушными шарами. Кто-то даже держал баннер с напечатанными на нём фотографиями пары. Очевидно, всё это было подготовлено заранее и тщательно спланировано.

И действительно, в следующий момент мужчина, сидевший рядом с ними, взял у своего друга небольшую коробочку и опустился на одно колено перед своей девушкой: «Дорогая, сегодня наш 520-й день вместе...»

«Буэ...»

«Я собрал всю свою смелость, чтобы встать здесь…»

«Буээ...»

«Надеюсь, ты согласишься выйти за меня замуж. Обещаю, я…»

«Буэээ!!!»

Мужчина, который уже не мог этого терпеть, посмотрел с вялым раздражением: «Извините, не могли бы вы отойти подальше, чтобы поблевать?»

«Мы уходим, мы уходим... Эй, только не блюй на землю, я сейчас найду для тебя пакет…» — Ван Луань бросил на них виноватый взгляд и увел Цзо Куана, держа его за одежду.

Они выбрали место, где не было много народа. Стоя в углу, Цзо Куан склонился над пакетом, а Ван Луань похлопывал его по спине. Двое других стояли у цветов и ждали.

«Что-то не так?»

Юй Фань чуть замешкался, как будто его только что вытащили из размышлений. Несколько секунд спустя он повернул голову: «Что?»

Взгляд Чэнь Цзиншэня остановился на его лице: «С тех пор, как мы вышли, ты не произнес ни слова».

Юй Фань подсознательно сжал кулаки.

С момента, как они спустились с аттракциона, прошло десять минут, но его сердце всё ещё билось очень быстро, сопровождаясь странным ощущением пульсации где-то внутри.

Он вроде бы уже испытывал подобное раньше, но не в так сильно. Когда же это было?..

Кто-то слегка коснулся его спины тёплой ладонью.

Чэнь Цзиншэнь похлопал его по спине: «Тебя тоже тошнит?»

Кажется, это началось, когда рядом был Чэнь Цзиншэнь.

Иногда ему даже не нужно было его трогать — стоило только придурковато признаться в любви или раздражающе улыбнуться, и у Юй Фаня снова появлялось это чувство.

Очень странное и незнакомое, от которого ему было неуютно.

«Нет», — Юй Фань согнул локоть и оттолкнул его руку. — «Я не настолько слаб».

После того, как его некоторое время рвало, Цзо Куану, наконец, стало лучше

С бледным лицом прополоскав рот и умывшись, он слабым голосом сказал: «Я больше никогда, чёрт возьми, не сяду на этот аттракцион».

«Даже если захочешь, не сможешь. У нас нет времени», — Ван Луань посмотрел на часы. — «Ночной рынок закроется через полчаса. Давайте найдём аттракцион, где очередь меньше».

«Хорошо», — Цзо Куан заметил Чэнь Цзиншэня, выходящего из магазина с бутылкой воды в руке. — «Спасибо Сюэб...»

Чэнь Цзиншэнь постучал бутылкой по тыльной стороне ладони Юй Фаня. Тот взглянул на него, открыл бутылку и сделал глоток.

Цзо Куан: «…»

Все четверо некоторое время ходили вокруг по парку, прежде чем остановиться между аттракционами “Чашки чая” и “Бамперными машинками”, которые они изначально отвергли.

Во всём парке развлечений на эти два аттракциона были самые короткие очереди.

Парни долго колебались, выбирая, пока Юй Фань, наконец, не сделал первый шаг: «Пойдёмте. Оба нормальные».

В этих чашках как раз помещаются четыре человека, а в середине находится круглое колесо. И чем быстрее его вращают, тем быстрее крутится сама чашка.

На этом аттракционе катались только дети с родителями. Их чашки спокойно вращались, создавая тёплую атмосферу. Но вскоре, с ошарашенными лицами, они уставились на чашку в центре, которая вертелась, как юла.

«Ты что, испугался? Не останавливайся!» — Ван Луань крутил колесо, как сумасшедший.

«Давай! Кто боится?! Смотри, как я запущу тебя в воздух!» — Цзо Куан, не желая отставать, крутил колесо так быстро, что его лицо залилось краской.

Идиот.

Юй Фань сидел с бесстрастным лицом, скрестив руки на груди, и размышлял над идеей выгнать его.

«Давай быстрее, ты вообще стараешься? Ван Лу… буэ-э-э!» — Цзо Куан снова почувствовал легкую тошноту. Он наклонил голову в сторону, сдерживая рвоту.

Юй Фань, застигнутый врасплох, поспешно отшатнулся в сторону, всем телом врезавшись в человека рядом.

Чашка вращалась слишком быстро, из-за чего он потерял первоначальную устойчивость. Прежде чем он успел среагировать, Чэнь Цзиншэнь протянул руку и подхватил его сзади.

Он держал его за плечи, прижал руку к шее, зафиксировав на месте.

Ван Луань тут же остановил чашку: «Ты, чёрт возьми, хочешь сидеть дальше и вырывать лишь бы не признавать поражение? Я больше не играю!»

Цзо Куан: «Я, блять, не блевал!»

Юй Фань мгновенно пришёл в себя. Он уже собирался вырваться, как Чэнь Цзиншэнь первым отпустил его.

***

Все бамперные машинки были двухместными. Один управлял рулём, а другой — педалью газа.

Ван Луань и Цзо Куан объединились и сначала поврезались во всех детей на трассе, а потом, наконец, выбрали своей целью двух знакомых.

Изначально Юй Фань не был настроен играть, но после того, как они дважды врезались в него, единственной мыслью, которая осталась в его голове, — это желание дотолкать их машину до самого входа в парк.

Он нажал на педаль газа и сказал Чэнь Цзиншэню: «Поверни налево, поверни налево... Ты вообще рулить умеешь? Дай мне!»

Он потянулся, перехватил руль и на большой скорости помчался прямо на машину Ван Луаня и Цзо Куана.

После того, как это повторилось ещё три раза, Цзо Куан не выдержал: «Не убегай! Давай врежемся в них! Умрём все вместе!»

Ван Луань: «Я об этом и подумал!!»

Две бамперные машинки врезались лоб в лоб, и вышли из строя. Юй Фань смеялся так сильно, что у него закружилась голова, а из-за столкновения он ударился о грудь Чэнь Цзиншэня. В следующий момент его голову мягко прижали.

Чэнь Цзиншэнь прикрыл рукой его голову спереди и тем самым прижал её к груди. Он невольно рассмеялся: «Больно?»

«…»

Полчаса спустя, когда Юй Фань вышел из детской зоны, его сердце всё также быстро стучало.

Он, должно быть, проклят.

Они вышли с аттракционов как раз вовремя, чтобы встретиться с Чжан Сяньцзин и другими на ночном рынке.

Ночной рынок был главной особенностью этого парка развлечений. Хотя он и назывался ночным рынком, на самом деле это была просто специально освобождённая улица, которую украсили огнями, воздушными шарами и другими украшениями, по обеим сторонам поставив многочисленные киоски с едой и играми, благодаря чему создавалась оживлённая атмосфера.

Но представленные игры оказались простенькими, и подходили они больше детям, а поскольку парни слишком устали от предыдущих аттракционов, им было не особо интересно.

Однако, Чжан Сяньцзин действительно понравилась здешняя атмосфера и она сделала много фотографий этого места.

«Ух ты, тут фотобудка!» — Чжан Сяньцзин схватила Кэ Тин за руку. — «Тин, дорогая, давай сделаем пару снимков!»

Кэ Тин поправила тяжелые очки и тихо ответила: «Хорошо».

Прежде чем войти, Чжан Сяньцзин что-то вспомнила, повернулась и протянула Юй Фаню свой фотоаппарат.

Юй Фань нахмурился: «Зачем он мне?»

Чжан Сяньцзин: «Тебе всё равно нечем заняться. Просто сделай несколько фотографий пейзажа для меня».

«Я не...»

Чжан Сяньцзин насильно сунула ему в руки камеру: «Здесь хороший ракурс, поснимай тут колесо обозрения!» — сказав это, она потащила Кэ Тин в фотобудку.

Юй Фань: «…»

Он впервые использовал такое устройство и, держа его в руке, даже после долгого хмурого разглядывания, не смог понять, как им пользоваться.

Когда он уже собирался сдаться, чья-то рука потянулась и указала на определённую кнопку сверху.

«Это – чтобы фотографировать», — сказал Чэнь Цзиншэнь. — «А это – для записи видео».

«О…» — отозвался Юй Фань, отходя в сторону, чтобы увеличить расстояние между ними.

Сейчас ему не хотелось стоять слишком близко к Чэнь Цзиншэню.

Чэнь Цзиншэнь просто молча взглянул на него.

Погуляв немного, Ван Луань и Цзо Куан восстановили свои силы. Они сделали случайную ставку и пошли играть в баскетбольный автомат.

Юй Фань остался в стороне. От скуки он небрежно сделал несколько фотографий.

Он огляделся вокруг, пытаясь найти что-нибудь, что можно было бы запечатлеть, как вдруг заметил рядом целый ряд ярких, разноцветных автоматов с игрушками.

В них нет ничего особенного. Но просто в одном из автоматов была куча плюшевых собак.

И все они доберманы с высунутым языком и ярко-красным на голове сердцем, где белыми буквами написано слово “love”.

Все доберманы выглядели одинаково.

И в общем, эти плюшевые игрушки выглядели так же уродливо, как и собака, живущая у Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань с бесстрастным лицом мысленно разбранил всё это, а затем поднял камеру и сделал снимок.

Фотография сделана. Когда экран снова вернулся к интерфейсу захвата, кто-то уже стоял перед этим автоматом.

Он наблюдал, как Чэнь Цзиншэнь бросил монету, а затем, управляя краном, опустил клешню и легко вытащил одну из собак.

Стоявшая рядом с ним девушка, которая пыталась сделать это уже десять минут, посмотрела на него с удивлением и завистью.

Чэнь Цзиншэнь наклонился, достал игрушку и некоторое время равнодушно смотрел на неё.

Вероятно, он тоже думает, что эта штука похожа на Фаня... его собаку.

Юй Фаню это почему-то показалось немного забавным.

Он снова поднял фотоаппарат, желая сделать снимок, но вдруг через экран камеры увидел, как Чэнь Цзиншэнь обернулся, оглядел толпу, а затем остановил взгляд на нём.

В следующую секунду Чэнь Цзиншэнь направился прямо к нему.

Юй Фань стоял там с поднятой камерой, и прежде чем он успел среагировать, тот уже стоял перед ним.

Ночной рынок сейчас был полон людей и везде светили яркие огни. Вокруг раздавались крики владельцев различных киосков, пытающихся привлечь внимание покупателей, мимо проходили люди, а за спиной спорили Ван Луань и Цзо Куан.

Ему в руки вдруг сунули плюшевую собаку.

«Не смотри туда больше», — сказал Чэнь Цзиншэнь. — «Я достал её для тебя».

***

Чтобы избежать пробок, они ушли за полчаса до закрытия парка развлечений.

В это время автобусов уже не было, поэтому Юй Фань вызвал такси.

По дороге домой групповой чат был очень оживлённым.

Ван Луань рассказывал неловкие истории о Цзо Куане, в то время как Цзо Куан отправил семь 60-секундных голосовых сообщений подряд, наполненных ненормативной лексикой.

Юй Фань слушал их одно за другим и не мог удержаться от улыбки, когда слышал что-то смешное. Он улыбался, пока его взгляд не упал на собаку.

Плюшевый пёс сидел с глупым выражением лица, с каждой минутой становясь всё уродливее.

Он некоторое время смотрел на плюшевую собаку, а затем протянул руку и, ткнув её в нос, пробормотал: «Отныне тебя будут звать Чэнь Цзиншэнь».

Водитель поднял голову и странно посмотрел на него через зеркало заднего вида.

Юй Фань: «…»

Твою мать.

Я сошел с ума?

Юй Фань перевернул плюшевую игрушку и продолжил бесстрастно читать групповой чат.

Только он доехал до своего жилого комплекса, как получил сообщение от Чэнь Цзиншэня. Это было трёхминутное видео.

Глубокой ночью в старом комплексе было очень тихо. Юй Фань убавил громкость, прежде чем медленно воспроизвести запись.

Три минуты сольного шоу Фань-Фаня.

На видео Чэнь Цзиншэнь всё это время молча дразнил собаку игрушечной верёвкой, а Фань-Фань только обиженно скулил.

Когда до конца видео оставались последние секунды, он спокойно произнёс: «Похож на того плюшевого пса?»

Закончив смотреть видео, Юй Фань как раз подошёл к двери своего дома.

Он достал ключи, чтобы открыть дверь, и попутно начал записывать голосовое сообщение.

«Немного. Ты можешь перестать присылать такие вещи? Собака выглядит очень...» — Юй Фань толкнул дверь и вошёл. Как только он увидел сцену внутри, всё его тело напряглось, а речь прервалась.

«Юй Каймин, что ты делаешь?» — его голос снова стал ледяным.

Ранее Юй Фань был слишком увлечён просмотром видео и не заметил, что в его доме горит свет.

Теперь же дверь в его спальню, которая должна быть заперта, распахнута настежь. Юй Каймин сидел за его столом, а рядом валялась куча скрученных скрепок и снятый замок.

В руке Юй Каймина было розовый конверт, который он только что вынул из ящика. Он тоже был ошеломлён, увидев человека перед собой.

Что? С чего это Юй Фань вдруг вернулся? Разве этот маленький ублюдок обычно не остаётся в интернет-кафе всю ночь, если не возвращается до полуночи??

«Почему ты вернулся?» — Юй Каймин выдавил улыбку. — «У твоего отца возникли некоторые проблемы и ему срочно нужны деньги. У тебя ведь ещё остались те от дедушки и матери, верно?»

«И ты даже получил любовное письмо. Прям как я в своё время...»

Юй Фань схватил давно не использовавшийся аквариум с полки для обуви и швырнул в него!

Юй Каймин едва успел увернуться. Аквариум пронёсся в сантиметре от его лица и с грохотом разбился о пол…

Юй Фань разжал пальцы и отбросил телефон в сторону.

***

Тишину старого комплекса разрезал не прекращающийся звук разбиваемых вещей, удары и ругань.

В каждом доме зажегся свет. Все соседи проверяли, надёжно ли заперты двери и окна.

Юй Фань схватил Юй Каймина за волосы и ударил коленом в живот. Тот закричал от боли и ударил его в ответ, оставив на его лице кровавую царапину ногтём мизинца.

Словно не чувствуя боли, Юй Фань со всей силы толкнул другого человека в стену.

«Это, чёрт возьми, мои деньги! Моя мама и дед оставили их мне! С какой стати ты думаешь, что имеешь право распоряжаться ими?! Ублюдок!»

Из уст Юй Каймина непрестанно лились ругательства: «Тварь! Я, блять, должен был размазать тебя по стенке ещё тогда! Должен был задушить тебя в тот день, когда ты родился! Ты такая же сволочь, как твоя мать шлюха!..»

Юй Фань, прижав его к стене, сильно ударил кулаком по лицу и наконец заговорил: «Я уже предупреждал тебя. Не смей говорить о ней так».

«Я не могу теперь назвать шлюху шлюхой? Она — сука, которая сбежала с другим, никогда не слушалась, как её ни бей, а ты заступаешься за неё?»

Юй Каймин злобно усмехнулся: «Вместо того, чтобы ненавидеть её, ты восстаешь против меня? Ты, блять, такой же, как я! Ты, чёрт возьми, должен быть на моей стороне! Ты думаешь, что человек, который написал это письмо, действительно любит тебя? Да когда он увидит тебя таким, сбежит, как твоя мать!»

Юй Фань ничего не сказал. Он просто нанёс ещё один удар по лицу.

***

Когда Чэнь Цзиншэнь вышел из машины, он уже почувствовал, что что-то не так.

Старый комплекс был жутко тихим. Только из окна одной квартиры во всём здании горел свет. Остальные окна были тёмными и наглухо закрыты.

Чэнь Цзиншэнь поспешил наверх по лестнице с телефоном в руке. Звук его шагов в этой тишине казался ужасно тяжелым.

Дверь в квартиру Юй Фаня была слегка приоткрыта. Когда Чэнь Цзиншэнь подошёл к ней, он почувствовал слабый запах крови, исходящий изнутри.

Он глубоко вдохнул и толкнул дверь.

Вокруг царил беспорядок.

Диван, журнальный столик, обеденный стол и стулья были разбросаны по комнате, экран телевизора — разбит, а пол усеян осколками стекла разных цветов. Вся квартира была в полном разгроме.

Человек, которого он искал, сидел в углу измученный. Его белая футболка была грязной, а лицо и шея покрыты ссадинами. Он сидел там с красными глазами, крепко сжимая сломанную метлу.

Увидев, кто вошёл, Юй Фань расслабился и бросил швабру в сторону.

“Да когда он увидит тебя таким, сбежит, как твоя мать!”

Юй Фань внезапно вспомнил слова Юй Каймина, сказанные им ранее.

Никто из них не произнёс ни слова. Стояла полная тишина.

Спустя некоторое время Чэнь Цзиншэнь прошёл через этот беспорядок и опустился перед ним на корточки.

«Ты можешь двигаться?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань пристально смотрел на него. Когда он заговорил, его голос был хриплым: «Иди домой».

Чэнь Цзиншэнь осматривал его, продолжая проверять состояние, словно не услышал: «Где этот человек?»

«Чэнь Цзиншэнь», — повторил Юй Фань. — «Иди домой».

Выражение лица Чэнь Цзиншэня оставалось холодным, но в этот раз в нём читалось что-то другое. Он задержал дыхание, пытаясь успокоиться, и протянул руку, чтобы помочь другому подняться: «Ты же можешь двигаться? Если можешь, вставай. Нужно...»

Прежде чем Чэнь Цзиншэнь успел договорить, его внезапно схватили за воротник, притянув ближе. Их носы столкнулись, и в следующий момент к его губам прижались чужие сухие губы.

Горько.

Через несколько секунд Юй Фань отстранился.

Он отпустил рубашку Чэнь Цзиншэня, холодно усмехнулся и открыл рот, собираясь что-то сказать…

Как вдруг его схватили за шею и без предупреждения прижали к стене. Чэнь Цзиншэнь запустил пальцы в волосы Юй Фаня, слегка сжав их, заставляя его приподнять голову. Затем он немного наклонился и поцеловал в ответ.

Глава 48 - Не квиты

Спина Юй Фаня мгновенно онемела. Нервы были напряжены, а сердце колотилось как сумасшедшее.

Его разум на несколько секунд опустел. Он подсознательно потянулся, чтобы толкнуть Чэнь Цзиншэня, и выпрямил спину намереваясь оторваться от стены…

Рука, обхватившая его затылок, стала сильнее. Чэнь Цзиншэнь переставил ногу, прижал его к стене и, чуть пригнувшись, поцеловал ещё яростнее. Вся кровь в теле Юй Фаня хлынула к голове, а нервы запульсировали. Он отчётливо почувствовал, как кончик языка Чэнь Цзиншэня скользнул мимо раны во рту, а затем обвил его собственный язык.

Его кожа головы немного болела, и эта боль от того, что его волосы схватили, сделала Юй Фаня слабым во всем теле. Его толкающая рука медленно ослабела, прежде чем он наконец схватил рубашку Чэнь Цзиншэня со всей своей силы. Он явно сидел на земле, но чувствовал, что вот-вот упадет в бездонную черную яму.

Летние цикады были необычайно тихими сегодня вечером, и старый комплекс был безмолвен. Казалось, что в этом мире остался только звук их тяжелого дыхания и пыхтения.

Чэнь Цзиншэнь целовался очень яростно. Другие тоже так целуются? Он, казалось, помнил момент, когда Чжу Сюй целовал свою девушку, это было совсем не так. Юй Фань рассеянно подумал об этом, полузакрыв глаза.

Как только эта мысль мелькнула у него в голове, рука, державшая его затылок, внезапно пошевелилась. Чэнь Цзиншэнь отпустил его шею, одной рукой опираясь на бок, а другой медленно ослабил хватку на его волосах, нежно поглаживая кожу головы кончиками пальцев. Даже поцелуй стал мягче. Он скользнул губами по его губам, затем по языку, осыпая лёгкими поцелуями. Его движения были предельно нежными, но тело Юй Фаня напряглось ещё сильнее, чем прежде.

Чэнь Цзиншэнь, вероятно, умылся ранее. Он чувствовал вкус мяты. Мята должна была быть прохладной и освежающей, но её вкус, напротив, разжигал жар во всём его теле.

Сначала он немного задыхался, но позже он мог только затаить дыхание и поднять голову, чтобы поцеловать Чэнь Цзиншэня. В какой-то момент он даже почувствовал, что вот-вот утонет и умрет перед Чэнь Цзиншэнем, умрет из-за его поцелуя.

Только когда Чэнь Цзиншэнь отпустил его, он почувствовал, что вынырнул из воды. Он слабо хватал ртом воздух.

Старая лампочка над ними мигала. Бледность на лице Юй Фаня исчезла, и вместо этого оно стало таким красным, что казалось, будто с него сейчас капнет кровь. Его глаза были туманными и ошеломленными. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Чэнь Цзиншэнь протянул руку и вытер губы.

Язык Юй Фаня онемел. Только теперь он вспомнил, что нужно разжать пальцы и отпустить рубашку Чэнь Цзиншэня. Он попытался оттолкнуть его руку, но, всё ещё ослабленный, так и не смог этого сделать.

Его глаза всё ещё были очень красными, но это была уже другая краснота, не такая как раньше.

«Разве я, черт возьми... разрешал тебе целовать меня?» — Юй Фань поднял голову и выдавил эти слова сквозь стиснутые зубы, но последние несколько слов невольно смягчились, когда он увидел лицо Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь был все так же невыразителен, как обычно, но в его глазах было больше хаотичных эмоций, сдерживаемых. Его уши и щёки также были на удивление красочными.

«Я также не давал тебе разрешения целовать меня», — Чэнь Цзиншэнь вытер губы, прежде чем опустить руку и хрипло произнес.

Юй Фань: «…»

Юй Фань на мгновение ошеломленно вспомнил. Кажется, он действительно поцеловал Чэнь Цзиншэня.

Он слишком измотался в то время. Настолько устал, что чувствовал, будто все его тело бастует. Когда он смотрел на Чэнь Цзиншэня, только слова Юй Каймина звучали в его голове снова и снова.

Он чувствовал, что Юй Каймин был прав. Он всегда считал, что Юй Каймин был прав.

Юй Фань ненавидел его, но в некоторых отношениях он и Юй Каймин были одинаковы.

Они оба любили использовать силу для решения проблем, даже с юных лет. Юй Каймин не так часто бил его в детстве, в основном вымещая злость на других, но каждый раз, когда Юй Каймин брал палку, даже зная, что его будут бить сильнее, если он будет сопротивляться, он все равно сжимал зубы и отчаянно пытался дать отпор.

Со временем шум достиг ушей полиции. Полиция долго выслушивала сообщения от людей, живущих в том же комплексе, прежде чем поверила, что это начал именно Юй Каймин. В конце концов, они редко сталкивались со случаями домашнего насилия, когда преступник получал более серьезные травмы, чем жертва.

После этого люди в общине дали ему адрес для психологической консультации.

Юй Фань так и не пошёл.

Он знал, что у него проблема, поэтому избегал всех, кто проявлял к нему доброжелательность, включая Чэнь Цзиншэня.

Но сейчас, когда Чэнь Цзиншэнь предстал перед ним весь чистый и опрятный, его охватило внезапное желание: он захотел запятнать Чэнь Цзиншэня кровью, которая была на нем.

Люди могут быть очень противоречивыми. Он хотел, чтобы Чэнь Цзиншэнь ушел, но он также хотел, чтобы тот остался.

Его подбородок был приподнят и удерживался. Чэнь Цзиншэнь взглянул на его шею, чтобы убедиться, что он не касался травмы ранее, а затем спросил: «Где этот человек?»

«Убежал». — Юй Фань медленно пришел в себя и только сейчас вспомнил, что нужно спросить: «...Почему ты здесь?»

«Твоё голосовое сообщение. Последние несколько секунд звучали странно», — затем Чэнь Цзиншэнь спросил: «Ты можешь двигаться?»

«Могу».

Они были слишком близко. Почувствовав дыхание Чэнь Цзиншэня, горло Юй Фаня сжалось. Он отвёл глаза и сказал деревянным голосом: «Если ты не отпустишь, я тебя укушу».

Чэнь Цзиншэнь отпустил его. В тот момент, когда Юй Фань собирался опереться руками о землю, чтобы удержать равновесие, чья-то рука обхватила его за талию, Чэнь Цзиншэнь неожиданно поддержал его.

Прежде чем Юй Фань успел отреагировать, тот уже отпустил его

«Хочешь переодеться?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

«...» — Лицо Юй Фаня все еще было красным. Он потянулся, чтобы схватить свои спутанные волосы, «Зачем?»

«Больница».

Юй Фаню даже не нужно было останавливаться и думать: «Не пойду. Достаточно принять лекарство».

Чэнь Цзиншэнь кивнул: «Тогда я вызову скорую помощь».

«?»

Юй Фань действительно чувствовал, что не было необходимости идти в больницу; это была не самая жестокая драка, которая у них была, в конце концов. Более того, Юй Каймин сегодня немного выпил, поэтому у него не было много сил. Его травмы могут выглядеть пугающими, но в основном это были просто поверхностные раны.

Юй Фань цокнул языком и небрежно сказал: «Ладно, я пойду позже. Тебе стоит поторопиться и пойти домой».

«Я пойду с тобой».

«?» — Юй Фань нахмурился: «Ты не боишься иголок?»

Чэнь Цзиншэнь немного подумал: «Когда тебе будут делать укол, я закрою глаза».

«…»

Они некоторое время смотрели друг на друга, а затем Чэнь Цзиншэнь молча достал свой телефон и набрал номер.

Когда Юй Фань увидел, как он набирает на телефоне цифру 120, он задумался, стоит ли ему выбросить его телефон в окно или же просто вырубить Чэнь Цзиншэня.

«…Не нужно переодеваться. Подожди секунду». Через некоторое время Юй Фань пошёл в свою комнату: «Я возьму своё удостоверение личности».

Юй Фань вошел в свою комнату, достал из ящика свое удостоверение личности и бросил его в карман. Боясь, что Юй Каймин вернется и снова устроит беспорядок, он достал смятое любовное письмо, которое спрятал в углу комнаты, и вместе с плюшевой игрушкой “Чэнь Цзиншэнь” засунул их под подушку.

Только когда Чэнь Цзиншэнь прибыл в больницу, он понял, почему Юй Фань сказал, что ему не нужно переодеваться.

Посреди ночи у отделения неотложной помощи выстроилась очередь из людей. Большинство только что попали в небольшую автомобильную аварию или просто участвовали в драке, так что они были в довольно плачевном состоянии. Некоторые даже были босиком. Когда Юй Фань стоял среди них, он совсем не выглядел неуместным.

Травмы были такими, как и ожидал Юй Фань. Их было много, но ни одна из них не была глубокой, и большинство из них были синяками, так что прививка от столбняка не понадобилась.

Медсестра умело продезинфицировала и перевязала его. Когда она это делала, она взглянула на него и напомнила: «Когда пойдешь домой, ешь поменьше острой пищи и не прикасайся к морепродуктам или грибам. Также, было бы лучше, если бы ты ел поменьше соевого соуса. С твоей красотой, было бы стыдно иметь шрам на лице».

Юй Фань равнодушно кивнул. Неизвестно, слушал ли он вообще.

Медсестра работала очень быстро. Очень скоро все было сделано.

«Эта мазь предотвращает инфекцию и отек, наносите её дважды в день». После того, как медсестра сказала это, она указала подбородком на человека позади Юй Фаня и добавила: «Он тоже может её использовать».

Юй Фань на мгновение остолбенел: «Зачем ему это нужно?»

«Вот здесь», — медсестра указала на уголок губ. «Разве там тоже нет раны?»

«…»

Юй Фань застыл на месте, не двигаясь ни на дюйм.

Когда он ехал сюда, он специально сел на переднее пассажирское сиденье и максимально открыл окно, чтобы на него пошёл прохладный воздух и он остыл, но внутри него снова начало клокотать тепло.

С легким шорохом Чэнь Цзиншэнь поднял сумку с лекарствами: «Понял. Спасибо».

Эта больница временно ремонтировалась, поэтому они могли входить и выходить только через заднюю дверь. После того, как они вышли через заднюю дверь, появилась длинная и узкая тропа, которая вела немного дальше от главного входа в больницу. Он ничего не заметил ранее, когда такси высадило их, но, идя по ней сейчас, Юй Фань почувствовал, что она была слишком длинной.

Ночной бриз был нежен. Небольшая тропинка за больницей была совершенно тиха в столь поздний час. Чэнь Цзиншэнь взглянул на человека, который шел в нескольких шагах от него.

Юй Фань шел с опущенной головой и горящими ушами, заставляя себя думать о других бесполезных вещах…

Юй Каймин убежал. Я был очень зол ранее и не сдерживался, но он, вероятно, не умрет?

Неужели Цзо Куан, этот слабак, все еще блюёт?

Почему у Чэнь Цзиншэня травма на губе? У меня же не шипы во рту.

«…»

Ему передали бутылку воды. Чэнь Цзиншэнь в какой-то неизвестный момент времени начал идти плечом к плечу с ним: «Хочешь воды?»

Сердце Юй Фаня на мгновение замерло. Подсознательно он уловил этот сигнал. Он и правда ощущал лёгкую жажду, так как с момента возвращения домой не выпил ни глотка воды.

Он открутил ее и сделал глоток. Прозрачная и сладкая минеральная вода имела привкус мяты.

«…»

Юй Фань закрыл глаза и внутренне выругался.

Наконец он не смог не взглянуть на человека рядом с собой.

Они как раз проходили мимо уличного фонаря, когда свет случайно осветил их. Юй Фань, ошеломлённый тем, что увидел, вдруг произнёс: «Чэнь Цзиншэнь».

Чэнь Цзиншэнь взглянул на него: «Да».

«Почему у тебя всё ещё красные уши?»

«…»

Чэнь Цзиншэнь небрежно спросил: «Как ты думаешь, почему?»

Юй Фаню было неловко, что покраснел только он, но как только он заметил, что Чэнь Цзиншэнь тоже покраснел, он неожиданно почувствовал себя гораздо спокойнее.

Чтобы скрыть колотящееся сердце, Юй Фань намеренно фыркнул: «Ты серьёзно?»

«Я», — Чэнь Цзиншэнь пристально посмотрел на него: «Это всё-таки мой первый раз».

«Мой то...»

Юй Фань вспомнил свою ложь о том, что у него было тринадцать бывших, и проглотил остаток своих слов.

Он поджал губы и нахмурился.

Это первый раз, когда Чэнь Цзиншэнь целуется?

Почему так не показалось? Кто, черт возьми, может... целоваться так в первый раз?

«Что?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

«Ничего», — Юй Фань быстро отвёл взгляд и сунул руки в карманы, из которых выпирала бутылка с водой.

Он притворился, что хорошо разбирается в этом, и лениво сказал: «Это всего лишь соприкосновение губ, ничего особенного. Ты сделал это один раз, и я сделал это один раз, теперь мы квиты».

Сказав это, он подождал некоторое время, но человек рядом с ним ничего не сказал.

Почему он ничего не говорит? Он не понял смысла моих слов?

Как только Юй Фань нахмурился и повернулся, чтобы что-то спросить, его вдруг накрыла тень.

Прежде чем он успел отреагировать, что-то мягкое и холодное коснулось его губ.

Чэнь Цзиншэнь наклонился и быстро поцеловал его в губы, его взгляд, прикрытый ресницами, слегка дрогнул при свете.

«Не квиты», — сказал Чэнь Цзиншэнь: «На этот раз я тебя одолею».

Глава 49 - Почему... я так сильно хотел поцеловать Чэнь Цзиншэня?

В полдень следующего дня Юй Фань проснулся от солнечного света, бьющего ему в глаза. Только тогда он понял, что не задернул шторы перед сном.

Это было почти самое жаркое время года. Воздух, казалось, был наполнен жаром.

Юй Фань отвернул голову от палящего солнца, закрыл глаза и с трудом задернул шторы, по пути включив прикроватный вентилятор.

Он немного отдохнул на прохладном ветерке, прежде чем снова лечь.

Он некоторое время смотрел на обшарпанный потолок, а затем сунул руку под подушку, вытащил плюшевого добермана и молча уставился на него.

И, без всякой причины, ударил игрушку по лицу…

Именно это следовало сделать с Чэнь Цзиншэнем вчера вечером в больнице.

Юй Фань бесстрастно рассуждал об этом сам с собой.

А всё потому, что Чэнь Цзиншэнь поцеловал его слишком внезапно и отстранился слишком быстро. Если бы Чэнь Цзиншэнь высунул язык или хотя бы потянулся, чтобы коснуться его в тот момент, у него определенно был бы шанс нанести удар...

После серьёзных раздумий уши Юй Фаня приобрели неестественно красный цвет. Он закрыл глаза, заставил себя перестать думать, с силой потер лицо, и снова увеличил скорость вращения вентилятора.

Дурацкая погода. Слишком жарко.

Юй Фань положил плюшевую игрушку рядом у изголовья кровати, достал телефон, открыл WeChat и неосознанно взглянул на интерфейс чата с Чэнь Цзиншэнем.

Чэнь Цзиншэнь прислал ему сообщение “Я дома” в три часа ночи, но он не ответил, и Чэнь Цзиншэнь больше ничего не написал.

Знакомый групповой чат, как обычно, достиг 99+, и сообщения постоянно обновлялись. Увидев, что его имя упоминается, Юй Фань заложил руку за голову и лениво начал прокручивать сообщения.

Чжан Сяньцзинь отправила в групповой чат фотографии, сделанные в парке развлечений. Неизвестно, сколько их было сделано, но Юй Фаню пришлось листать их в течение долгого времени.

Первые десять фотографий — это селфи Чжан Сяньцзинь и Кэ Тин.

Юй Фань немного задержал взгляд на снимках с Кэ Тин. За все это время они с ней не обменялись ни словом. Кэ Тин была замкнутой и всё время ходила с опущенной головой, так что, даже несмотря на то, что они учились в одном классе и она сидела прямо перед ним, он всё ещё не мог точно сказать, как она выглядит.

На фотографии Чжан Сяньцзинь положила голову на голову Кэ Тин, а та застенчиво улыбается, украдкой поглядывая на неё своими круглыми глазами.

Юй Фань долго листал вниз, но всё, что он видел, были селфи.

Когда его терпение уже почти иссякло, он увидел себя на следующей фотографии.

Точнее, это были спины всех шестерых. Под теплым золотистым светом ночного рынка, Цзо Куан и Ван Луань обнимали друг друга за плечи, а Чжан Сяньцзинь держала Кэ Тин за руку и смотрела на магазин сладкой ваты неподалеку.

Сам он, засунув руки в карманы, шёл с Чэнь Цзиншэнем. Поскольку в то время было довольно многолюдно, им пришлось некоторое время идти плечом к плечу.

Юй Фань некоторое время смотрел на фотографию, затем, не удержавшись, приблизил её и раздражённо прищурился.

Почему плечи Чэнь Цзиншэня намного шире, чем у него??

[Цзо Куан: Кто сделал это фото нас сзади? Как можно было так сфоткать? Почему я там ниже ростом, чем Ван Луань?]

[Ван Луань: А разве ты изначально не невысокий? Ты 175?]

[Чжан Сяньцзинь: Я попросила проходящего мимо человека помочь сделать это. Выглядит довольно хорошо. Если вам не нравится, просто замажьте себя.]

[Цзо Куан: ...Ван Луань, просто подожди, пока мы пойдём в школу.]

[Ван Луань: А? Ты ведь не собираешься снова блевать на меня?]

[Цзо Куан: Иди на хуй!]

[Ван Луань: Но знаете, честно говоря, эти фотографии с фоном ночного рынка довольно симпатичны. Я сохранил одну, чтобы поставить на обои.]

[Чжан Сяньцзинь: Да, их все сделал Юй Фань. Я не ожидала, что он может сделать такие хорошие снимки. @- Поздравляю с тем, что ты стал личным фотографом школы №7 Наньчан.]

[Чжан Сяньцзинь: [ 「Фото」 Но насчёт этого, ты случайно этот снимок сделал?]

На фотографии, которую прислала Чжан Сяньцзинь, тоже присутствовал мерцающий фон ночного рынка, однако на ней была запечатлена размытая белая фигура, стоявшая совсем рядом.

Он случайно сделал это фото, когда Чэнь Цзиншэнь передавал ему плюшевую игрушку.

К тому времени, как он закончил читать все сообщения, прошло целых десять минут. Юй Фань стоял перед раковиной и, чистя зубы, некоторое время смотрел на эту фотографию, которую пролистнул, прежде чем вернуться и выбрать несколько, чтобы сохранить.

[-: Да, это получилось случайно. Можешь удалить.]

Как только он это отправил, его телефон завибрировал.

[S: Ты проснулся?]

Нет. Сообщение в групповом чате было отправлено призраком.

Ответил про себя Юй Фань и, подняв голову, продолжил чистить зубы. Он взглянул на своё отражение в зеркале. Его правая щека всё ещё была в синяках, а на левой — приклеен марлевый пластырь, скрывающий кровавую рану, нанесённую Юй Каймином прошлой ночью. Ранка в углу рта немного зудела, когда он открывал рот, чтобы почистить зубы. Хотя, возможно, это было из-за того, что медсестра нанесла слишком много мази; когда она случайно попала ему в рот прошлой ночью, пока он спал, вкус был очень странным.

Коснулся ли Чэнь Цзиншэнь мази, когда целовал его?

«…»

Юй Фань стал чистить зубы быстрее. Он опустил голову чтобы взять телефон и небрежно ответил на сообщение.

[-: Нет.]

[S: Ну, тогда, открой дверь, когда проснёшься.]

Не прошло и нескольких секунд после того, как Чэнь Цзиншэнь отправил это сообщение, как он услышал шаги внутри, и дверь с тихим скрипом открылась.

Юй Фань, у которого во рту всё ещё была зубная щетка, волосы спутаны, а лицо покрыто ранами, смотрел на него с равнодушием.

«Зачем ты здесь?» — невнятно спросил Юй Фань. Зубная щетка во рту двигалась в такт его словам: «Когда ты пришёл?»

Чэнь Цзиншэнь отложил свой телефон: «Только что приехал. Что ты будешь на завтрак?»

Юй Фань был сбит с толку этим вопросом: «Я не знаю».

Чэнь Цзиншэнь протянул термоконтейнер, который держал в руке: «Тогда поешь рисовой каши».

«…»

Вдруг на лестнице раздались шаги, сопровождаемые несколькими приглушенными голосами…

— «Вы слышали этот шум внизу вчера вечером?»

— «Слышал, это было страшно... Эй, как думаешь, кто-нибудь умер? Я вчера чуть не вызвал полицию».

— «Не надо, мы уже звонили раньше, и это ничего не дало. К тому же, я не думаю, что этот отец и сын — хорошие люди. Если мы вызовем полицию, они могут подумать, что мы лезем не в свое дело. Просто игнорируйте их...»

Эти слова Юй Фань слышал с самого детства, и он всегда просто не обращал на них внимания.

Но по какой-то причине он не хотел, чтобы Чэнь Цзиншэнь услышал это, и также не хотел, чтобы другие увидели его здесь.

Поэтому он схватил Чэнь Цзиншэня за ремень сумки и грубо потащил его внутрь.

«Зачем ты пришёл сюда со своей сумкой?» — нахмурившись, спросил Юй Фань, осознав, за что он схватился.

«Принёс домашнее задание», — сказал Чэнь Цзиншэнь. — «Воспользуешься этими двумя выходными, чтобы закончить продвинутую версию?»

Юй Фань, всё ещё державшийся за ремень сумки, хотел вытолкнуть другого человека обратно за дверь.

Чэнь Цзиншэнь быстро огляделся. Вещи, которые вчера упали, уже вернули на место, но сломанное и изорванное так и осталось испорченным, поэтому комната всё равно была в беспорядке.

«Этот человек вернулся?» — спросил Чэнь Цзиншэнь.

Юй Фань на самом деле не сказал, с кем он дрался вчера вечером, но Чэнь Цзиншэнь уже примерно догадывался, кто это. И то, что сказали соседи сверху, также подтверждало его мысли.

«Нет, у него не хватило смелости».

Вчера вечером Юй Фань навел порядок в доме, сложив все ненужные вещи в мусорные мешки и выбросив их в комнату Юй Каймина.

В действительности, при обычных обстоятельствах он, вероятно, разнёс бы комнату Юй Каймина, но вчера вечером, после возвращения домой, Юй Фань был немного рассеян, поэтому не сделал этого.

«Хватит смотреть. Иди в мою комнату», — Юй Фань отпустил его и, надев тапочки, вернулся в ванную, чтобы закончить чистить зубы.

«Мгм», — Чэнь Цзиншэнь поправил ремень рюкзака и небрежно прокомментировал, перед тем, как войти: «Чисти осторожно. Внутри твоего рта тоже раны».

Звук чистки зубов внезапно прекратился.

Через несколько секунд из ванной послышался звук сильного полоскания, а затем последовало отчётливое ругательство: «Твою мать, Чэнь Цзиншэнь, мне... мне просто нравится тщательно чистить зубы! Не мешай мне, чёрт возьми!!»

Юй Фань пробыл в ванной ещё минут десять, прежде чем выйти.

С его волос капала вода. Он сел с напряженным выражением лица, а бедный стул заскреб по полу от силы.

Скрестив ноги, он холодно уставился на стоящий на столе ланч-бокс. Как раз в тот момент, когда он собирался сказать Чэнь Цзиншэню, чтобы тот забрал его и убирался…

«Тебе лучше заказать еду на вынос», — внезапно произнёс Чэнь Цзиншэнь.

«?» — Не ожидая, что другой человек ударит первым, Юй Фань посмотрел на него и его холодное выражение лица содержало намек на недоумение.

«Боюсь, тебе не понравится вкус», — Чэнь Цзиншэнь небрежно добавил: «Хотя я встал очень рано, провёл много времени за чтением рецептов и сварил целую кастрюлю, она всё равно может оказаться невкусной».

«…»

***

Юй Фань, опустошив целую миску рисовой каши, к вечеру всё ещё был сыт.

По мере приближения третьего года обучения в старшей школе учителя задавали всё больше и больше домашних заданий, а вопросы становились всё сложнее и сложнее. Юй Фань усердно работал весь день, прежде чем смог закончить две так называемые продвинутые работы, которые раздала Чжуан Фанцинь. Закончив, он снова просмотрел их и обнаружил, что пустых мест было больше, чем заполненных.

Поэтому, до тех пор, пока не стемнело, Чэнь Цзиншэнь не прекращал объяснять ему суть задач.

Объяснив дважды, как решить одну из них, Чэнь Цзиншэнь спросил: «Ты понял?»

Юй Фань долго молча смотрел на черновик и выражение его лица медленно менялось от скучающего к раздражённому.

Действительно ли людям нужно этому учиться?

Его вдруг погладили по волосам. Чэнь Цзиншэнь сказал: «Эта задача сложнее, поэтому не понимать её — нормально. Мы можем продолжить после перерыва».

Юй Фань был слишком сбит с толку этими заданиями, поэтому ему потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что его волос снова коснулся другой человек.

Он повернул голову, чтобы выругаться, но случайно увидел, как Чэнь Цзиншэнь открывает бутылку минеральной воды и делает глоток. Когда Чэнь Цзиншэнь поднял голову и сглотнул, его кадык дёрнулся, а пальцы, державшие бутылку, слегка согнулись.

Пальцы Чэнь Цзиншэня длинные и тонкие, благодаря чему создавалось впечатление контроля, независимо от того, что он держал.

Тело Юй Фаня слегка напряглось. Он вдруг почувствовал, как у него немного онемела шея.

Почувствовав пристальный взгляд, Чэнь Цзиншэнь поставил бутылку и бросил на него легкий взгляд.

Стол Юй Фаня был очень маленький. Ему одному вполне хватало места, но двум юношам за ним становилось тесно.

Их руки были прижаты друг к другу, а ноги иногда соприкасались под столом. Это не было большой проблемой, когда они работали над заданиями, но теперь, когда все стихло, температура тела Чэнь Цзиншэня стала особенно заметной.

Луна висела высоко в небе. В старом комплексе было так же тихо, как и вчера, когда они целовались.

Чэнь Цзиншэнь молча и откровенно посмотрел на него. Свет настольной лампы отразился в его темных глазах, словно безмолвный крюк, который зацепил его.

Юй Фань чувствовал, что маленький вентилятор, которым он пользовался семь лет, следует заменить. Эта сломанная штука наоборот делала воздух горячее. Он сжал ручку и заставил себя отвести взгляд. Кажется, вчера вечером он наткнулся на нос Чэнь Цзиншэня. Хотя в действительности, было не так уж и больно, несмотря на то, что переносица казалась высокой.

Его взгляд скользнул вниз и остановился на губах Чэнь Цзиншэня. Раньше он думал, что губы того выглядят слишком холодными и тонкими, и что, вероятно, они не будут ощущаться при поцелуе, но на самом деле…

Ему стало очень жарко. Сердце колотилось в ушах. Юй Фань наконец не выдержал этой тишины и постепенно придвинулся ближе к Чэнь Цзиншэню.

Чэнь Цзиншэнь сидел неподвижно, позволяя ему приблизиться. Их хаотичное дыхание вскоре смешалось. Если сейчас кто-то из них двинется чуть ближе, они столкнуться.

Когда дыхание Чэнь Цзиншэня коснулось губ Юй Фаня, у того онемела кожа. Он чувствовал себя так, словно находился в полушаге от пропасти.

«...Чэнь Цзиншэнь», — много времени спустя произнёс Юй Фань.

Чэнь Цзиншэнь посмотрел на него, опустил глаза, и лениво хмыкнул.

«Тебе следует нанести лекарство на губы».

«…»

Юй Фань отодвинулся, достал из ящика тюбик с мазью и бросил его Чэнь Цзиншэню. Он неопределённо пробормотал: «Иди в ванную и намажься. Там есть зеркало. Я... пойду покурю».

Пока Чэнь Цзиншэнь ушел в туалет с мазью, Юй Фань сидел на балконе. Боясь, что кто-то увидит его нынешнее положение, он сидел, скрестив ноги, спиной к своей комнате, выглядя немного забавно.

Он дважды ударился лбом о противоугонную сетку. Его лицо и уши были такими горячими, что казалось, на них можно сварить яйца. Сердце бешено колотилось, а дыхание сбилось.

Блять.

Что со мной, черт возьми, происходит? Я сегодня не пил и не дрался, так в чём, мать твою, дело??

Почему... я так сильно хотел поцеловать Чэнь Цзиншэня?

Глава 50 - Класс на первом этаже лабораторного корпуса

После праздника драконьих лодок, в понедельник, на школьной площадке с самого утра было полно учеников, готовящихся к церемонии поднятия флага.

Ван Луань стоял в конце очереди 7-го класса, зевая от сонливостия

Позади него послышались шаги. Он замер, доставая телефон, вяло повернув голову: «Я думал, ты не придёшь… Ебать».

«Говори ещё громче», — чувствуя взгляды окружающих на них, Юй Фань подошёл к концу очереди и лениво добавил: «Постарайся, чтобы тебя услышал директор».

«Ой…» — Ван Луань посмотрел на пластыри и синяки на его лице и в шоке спросил: «Тебя ученики из соседней школы избили?!»

«Нет, я подрался с кое-кем другим».

«С кем? Где этот человек?»

«Не знаю», — Юй Фань засунул руки в карманы, — «наверное, в больнице».

«…»

Иногда Ван Луань действительно восхищался Юй Фанем. Получи он такую травму, он бы пошёл в слезах жаловаться родителям, а после отдыхал дома десять с половиной месяцев.

Но с первого класса старшей школы, какой бы серьёзной ни была ситуация, Юй Фань ни разу не кричал от боли или жаловался. Он всегда сопротивлялся молча и яростно, по своему выражая недовольство.

Ван Луань чувствовал, что тот обладал упорством и бесстрашием, которых не было у большинства его сверстников.

«Что будешь делать, если Фанцинь увидит?» — спросил Ван Луань.

«Она видела».

«И что ты ей сказал?»

«Сбила машина».

«…»

Ван Луань мог примерно представить, какое было лицо у Фанцинь в тот момент. Со сложным выражением, он окинул взглядом тело Юй Фаня. В действительности не только его лицо, но и руки, обнажённые летней школьной формой, были покрыты синяками. У Юй Фаня светлая кожа, так что он выглядел немного пугающе.

«Ты был в больнице? Переломов нет…»

«Ван Луань».

Слова Ван Луаня прервали на середине из-за чего он на мгновение растерялся: «А?»

«Смотри на меня и ничего не говори», — сказал Юй Фань.

Ван Луань: «Чего?»

«Помолчи», — Юй Фань нахмурился.

«…»

Они некоторое время стояли лицом к лицу, глядя друг на друга.

Смотря на Ван Луаня, Юй Фаню захотелось зевнуть.

«Что вы двое делаете?» — Цзо Куан встал в соседнюю очередь своего класса, нахмурившись: «Пытаетесь не засмеяться? Я тоже… Юй Фань, что с тобой случилось?»

Ван Луань устал так пристально пялиться, ему хотелось узнать, чем они, чёрт возьми, занимаются.

Только он собирался спросить, когда увидел как Юй Фань повернулся: «Цзо Куан, смотри на меня и ничего не говори».

Цзо Куан: «?»

Двое парней несколько секунд смотрели друг на друга. Цзо Куан скосил глаза и пальцем поднял кончик носа.

Юй Фань: «…»

Увидев, что Юй Фань не сопротивляется, Ван Луань положил ему руку на плечо, наклонился и изобразил рвоту: «Буэ!»

Удар оказался смертельным и Цзо Куан бросился вперёд, намереваясь избить его: «Твою мать, Ван Луань!»

Ван Луань тут же увернулся: «Буэ, буэ, буэ, я больше не могу! Я больше не могу, не хочу снова садиться на этот аттракцион!»

Цзо Куан: «Иди на хуй, иди на хуй!»

Два человека начали по-детски бегать вокруг Юй Фаня.

Юй Фань: «…»

Фарс не закончился, пока не пришла Чжуан Фанцинь.

Ван Луань запыхался от бега. Он вытер пот с лица и, вспомнив, спросил: «Юй Фань, для чего это было?»

Юй Фань бесстрастно ответил: «Просто».

Он хотел проверить, есть ли у него проблема с желанием поцеловать парня, после долгого взгляда на него.

Но, похоже, это не так.

Не говоря уже о поцелуях, если бы Фанцинь опоздала, он, вероятно, не смог бы сдержаться и ударил.

Так что, получается, он просто хотел поцеловать Чэнь Цзиншэня.

Эта мысль лишь промелькнула в голове Юй Фаня, и он почувствовал лёгкое онемение, а затем его охватило неописуемое волнение. Он надавил большим пальцем на косточку указательного и спрятал руку в карман.

Только один человек увидел это едва заметное движение.

“Марш атлетов” внезапно прекратился, давая понять, что вот-вот начнется церемония поднятия флага.

Юй Фань взглянул на пустое место сзади и нахмурился.

«Сюэба опаздывает?» — обернувшись, удивлённо спросил Ван Луань.

«Нет», — У Ци, стоявший впереди, повернул голову и сказал: «он сегодня будет на сцене… Вот, посмотри, стоит рядом с кафедрой».

Юй Фань тут же поднявшись на цыпочках, безразлично оглянулся.

Рядом с кафедрой стоял Ху Пан с несколькими учениками и Чэнь Цзиншэнь встал вторым.

Не знаю почему, хотя большинство людей говорят, что Чэнь Цзиншэнь часто выходил со мной на трибуну, у меня не сложилось о нём никакого впечатления. Но смотря на него сейчас, мне кажется спокойный и прямой профиль Чэнь Цзиншэня очень знакомым.

Наверное, я действительно проходил мимо него, прежде чем выступать читая свою самокритику. Он всегда проходил мимо меня с холодным выражением лица, а затем в какой-то момент отворачивал голову — как сейчас.

Чэнь Цзиншэнь вдруг оглянулся, и они посмотрели друг на друга через тысячи людей.

Юй Фань на мгновение опешил, подумав: “Я просто на него взглянул, неужели совпадение?”

Он тут же неловко отвёл глаза и повернулся, чтобы поднять флаг, следуя команде из громкоговорителя.

В этот раз Чэнь Цзиншэнь поднялся на трибуну потому, что Ху Пан оценил его и ещё нескольких учеников как “образцовых учеников второго года старшей школы”. А поскольку образцовых учеников много — по пять в каждом классе, — и всем им выступить не хватит времени, на трибуну может выйти только один ученик из каждого класса.

Человеком, ответственным за речь был Мяо Чэнь.

«Почему не Сюэба выступает с речью?» — пробормотал Ван Луань: «Эй, это тот парень который в прошлый раз приходил в класс искать Сюэбу

«Да», — сказал У Ци: «Кажется, Чэнь Цзиншэнь сам не хочет выступать с речью. Всё таки он делал это последние несколько семестров.

Ван Луань: «Ху Пан — показушник. Разве “образцовые ученики” это не что-то из начальной школы?»

Юй Фань лениво поднял голову, глядя на всех на сцене, кроме Чэнь Цзиншэня.

Мяо Чэнь одет в аккуратную школьную форму. Он говорил чистым и мелодичным голосом: «Доброе утро, учителя и учащиеся школы № 7 города Наньчан. Я Мяо Чэнь из 5-го класса второго года старшей школы. Для меня большая честь впервые получить звание “образцового ученика”...»

Одни и те же слова. Снова. Юй Фань зевнул.

Проговорив несколько минут без остановки, Мяо Чэнь внезапно сменил тему: «На самом деле… речь, сказанная в первом семестре Чэнь Цзиншэнем, образцовым учеником первогодкой, который учился и имел отличные оценки, была страстной и блестящей, и она все время вдохновляла меня…»

Юй Фань медленно сжал пальцы в карманах.

«Поэтому я всегда считал уровень Чэнь Цзиншэня своей целью. Я очень рад стоять сегодня с ним здесь. Я буду продолжать усердно работать, чтобы стать лучше и примером для некоторых учеников…»

Чэнь Цзиншэнь не ожидал услышать в речи Мяо Чэня своё имя. Он подсознательно взглянул на того, а когда отвёл взгляд, встретился с парой холодных глаз в очереди своего класса.

Чэнь Цзиншэнь поднял брови, как бы говоря: “В чём дело?”

Юй Фань показал ему в ответ средний палец, что примерно означало: “Не смотри на меня. Катись”.

***

Когда Чэнь Цзиншэнь вернулся в класс, его сосед уже лежал за партой.

Вернувшись на своё место, он некоторое время смотрел на равнодушный затылок, а затем двинул руку с ручкой в сторону и коснулся тыльной стороны ладони, лежавшей на столе, собираясь что-то сказать…

«Сюэба, насколько сильно Мяо Чэнь восхищен тобой? Я даже не замечал этого раньше», — произнёс У Ци, проходя мимо их мест.

«Ага, ты не представляешь, как отличники заботятся о своих соседях по парте. Даже Юй Фань, который почти не учился, начал стараться, глядя на них, не говоря уже про Мяо Чэня», — сказал Ван Луань, обнимая У Ци за плечи: «Иди на своё место, Фанцинь пришла».

Двое парней бросили несколько искр в траву, отряхнулись и сели обратно.

Когда Чэнь Цзиншэнь снова оглянулся, между ним и его соседом по парте было ещё несколько книг. Намерение провести 38-ю параллель* было очевидным.

(п.п: Кому интересно, “38-я параллель” — неофициальное название границы между Северной и Южной Кореей в 1945—1953 годах, проходившей в точности по 38-й параллели северной широты, а также — современной демаркационной линии, проходящей в окрестности этой параллели)

Сегодняшняя церемония поднятия флага затянулась и отняла много времени. Учитель Ли вошёл в класс, держа учебник.

«Юй Фань», — Чэнь Цзиншэнь повернул ручку в руке и, не обращая внимания на книги посередине, спокойно сказал: «Мы с Мяо Чэнем почти не общались».

«Класс, достаньте учебники», — учитель Ли поправил очки: «Не разговаривайте друг с другом во время урока».

Под пристальным взглядом преподавателя, Чэнь Цзиншэнь достал книгу.

Обернувшись, он увидел, что его сосед по парте уже сменил позу для сна, а в ухе находился наушник.

Чэнь Цзиншэнь: «…»

Юй Фань спал до полудня. До самого окончания утренних занятий.

Чэнь Цзиншэнь положил копию записей на “38-ю параллель” и уже собирался разбудить его, как вдруг за окном раздался голос.

«Чэнь Цзиншэнь», — окликнул Мяо Чэнь с рюкзаком за спиной: «Учитель Ли сказал тебе? В нашей школе будет подготовка к олимпиаде».

Чэнь Цзиншэнь закрыл ручку и издал звук согласия.

Мяо Чэнь продолжил: «Можем ли мы поселиться в одной комнате общежития? Я просмотрел список и я никого толком там не знаю… Если что могу взять побольше еды! Что тебе нравится…»

Человек, сидевший между ними, внезапно с грохотом выпрямился, отодвинув стул. Резкий скрежет заглушил последние слова Мяо Чэня.

Юй Фань достал из полки парты телефон, встал и бесстрастно посмотрел на человека за окном.

«Дай пройти», — сказал он.

Когда Юй Фань был в полусонном состоянии, его взгляд казался ещё более холодным, а вид ещё более свирепым. Мяо Чэнь был так напуган, что быстро кивнул и отошёл в сторону чтобы уступить ему дорогу.

Юй Фань встал на стул и вылез в окно, не оглядываясь.

С того момента, когда проснулся, когда ушёл, он даже не взглянул на Чэнь Цзиншэня.

«Он всегда вот так выходит из класса?» — Мяо Чэнь в страхе сжал лямки рюкзака, наблюдая, как Юй Фань исчезает в коридоре: «И вообще, у него был такой вид, будто он только что проснулся. Учителям разве не все равно?»

Рядом всё ещё дежурили ученики, поэтому Мяо Чэнь понизил голос и чуть наклонился ближе к окну: «Кстати, давно хотел сказать… Я слышал, что у Юй Фаня не самый хороший характер и он избивает людей. Ты в курсе?»

«Он ведь тоже поднимался на трибуну вместе с тобой, только не за наградой, а чтобы прочитать самокритику… Почему ты не попросишь о пересадке? Думаю, учитель бы согласился».

«А, я же так и не договорил, что ты любишь из еды? Чэнь Цзиншэнь?»

Чэнь Цзиншэнь молча повесил рюкзак на плечо и собирался что-то сказать, как телефон в его кармане завибрировал.

[-: Класс на первом этаже лабораторного корпуса. Иди сюда и забери свои вещи. Быстрее.]

Забрать что?

Чэнь Цзиншэнь задумался, вспоминая, что он мог оставить. Его нахмуренные брови постепенно разгладились.

«Чэнь Цзиншэнь?» — потрясенно спросил Мяо Чэнь: «Ты принёс телефон в школу?*»

(п.п: в школах Китая запрещено носить/использовать телефоны, их забирают перед началом занятий и возвращают в конце дня.)

«Да», — Чэнь Цзиншэнь положил телефон обратно в карман и поднял глаза: «Нет необходимости».

Мяо Чэнь был ошеломлён: «Что?»

«Тебе не нужно ничего приносить для меня. Учитель уже говорил про олимпиаду, я не буду участвовать».

Мяо Чэнь в шоке уставился на уходящего Чэнь Цзиншэня, не понимая, почему тот отказывается от места, за которое все так борются.

Чэнь Цзиншэнь уже вышел через заднюю дверь, но вдруг остановился и словно вспомнив что-то, обернулся: «И ещё».

Он спокойно сказал: «Впредь не беспокой меня, если нет ничего действительно важного».

***

После уроков лабораторное здание пустовало. Только иногда несколько учеников подходили к низкой стене рядом с корпусом, чтобы взять еду, но внутрь не заглядывали.

Когда Чэнь Цзиншэнь вошёл в класс, Юй Фань сидел на последнем ряду парт, играя в телефон, свесив ноги.

Услышав его, Юй Фань не поднял головы и холодно сказал: «Долго».

Чэнь Цзиншэнь запер дверь: «Ну, я разговаривал кое о чём».

Юй Фань хотел что-то спросить, но сразу забрал слова обратно, как только они хотели вырваться.

«Иди сюда», — приказал он, словно начальник.

Чэнь Цзиншэнь снял свой портфель и положил на стул у двери, а затем послушно подошёл к Юй Фаню.

Тот отложил телефон и молча посмотрел на него.

Шторы, хоть и задернуты, но они не блокировали свет, поэтому в заброшенном классе не было темно. А часть не задернутой занавески пропускала луч солнца, который ударил в лицо Чэнь Цзиншэня. Его глубокие и ясные глаза ярко сияли на свету.

Юй Фань подтвердил свою мысль. Он действительно очень хотел поцеловать Чэнь Цзиншэня. И думал об этом каждый раз, когда видел его.

Протянув руку без всякого выражения, он схватил Чэнь Цзиншэня за школьную форму, слегка потянул её и сказал: «Нагнись».

Чэнь Цзиншэнь наклонил голову и положил руки по обе стороны от Юй Фаня.

Юй Фань почувствовал запах мяты на своём теле. Его кадык дрогнул, а рука, державшая одежду, немного напряглась. И как раз в тот момент, когда он поднял голову, собираясь коснуться…

Чэнь Цзиншэнь немного отстранился, и Юй Фань не поцеловал его.

Они были так близко, что их дыхания переплетались. Это было похоже на тот вечер, когда они так и не поцеловались.

Юй Фань, почувствовав дыхание Чэнь Цзиншэня, поднял глаза и спросил: «Что?»

«Я хотел тебе сказать», — Чэнь Цзиншэнь спокойно продолжил: «Мяо Чэнь и я почти не знакомы друг с другом».

Юй Фань: «Кого волнует, знакомы вы или нет? Зачем ты мне это рассказываешь?»

«Говорю сам с собой», — Чэнь Цзиншэнь беспечно подметил: «Я не был особо любезен с ним. Иногда он подходил и спрашивал насчёт заданий, а я объяснял так же, как Ван Луаню и другим».

Юй Фань помолчал пару секунд, а затем сказал: «Чэнь Цзиншэнь, ты очень шумный».

«Мгм. Но я, кажется, давно этого не говорил», — Чэнь Цзиншэнь наклонился чуть ближе: «Я не отношусь по особенному к соседям по парте. Я отношусь к тебе хорошо, потому что ты…»

Юй Фань тут же его перебил: «Чэнь Цзиншэнь…»

«Ты мне нравишься», — закончил Чэнь Цзиншэнь.

«…»

Юй Фань на самом деле не понимал, почему злится. Сначала он думал, что Мяо Чэнь раздражает его, потому что постоянно пристаёт к Чэнь Цзиншэню, куда бы тот не пошёл, но, встретившись с Мяо Чэнем взглядом, Юй Фань осознал, что это не так.

И только сейчас всё, кажется, начинает проясняться.

Был такой же выдающийся парень, как Чэнь Цзиншэнь, и он практически преследовал его, словно поклонник.

Юй Фань всегда считал, что Чэнь Цзиншэнь слеп, раз влюбился в него.

В любой момент он мог “прозреть” и влюбиться в другого человека. Например, Мяо Чэня — успешного в учёбе, с милой внешностью и мягким характером.

Но, по крайней мере, сейчас, в эту секунду, он всё ещё нравился Чэнь Цзиншэню.

Юй Фань молча протянул руку, обхватил его за шею и потянул вниз, чтобы поцеловать.

Чэнь Цзиншэнь вообще не двигался, а у Юй Фаня не было опыта в проявлении инициативы. Он слегка коснулся его губ несколько раз. Они сухо соприкасались, а затем тут же разъединялись, обжигая.

У Юй Фаня кружилась голова, сердце бешено колотилось, но он чувствовал, что чего-то не хватает.

Мысли путались, и только через несколько секунд он коснулся губ Чэнь Цзиншэня, пробуя углубить поцелуй. Тот послушно приоткрыл рот, а язык Юй Фаня скользнул внутрь. В тот момент, когда он коснулся зубов Чэнь Цзиншэня, его пальцы опиравшиеся о парту, невольно сжались.

Снаружи послышался смех, вероятно, это были ученики, пришедшие за едой на вынос.

Сердце Юй Фаня дрогнуло, и он подсознательно захотел отстраниться. Но в следующий момент Чэнь Цзиншэнь поднял руку, надавил на его шею и снова притянул ближе.

Поцелуй Чэнь Цзиншэня был совсем не таким, как он сам. Подбородок Юй Фаня непроизвольно часто вздымался, и ему было трудно дышать.

В какой-то момент Чэнь Цзиншэнь чуть отстранился. Легко поцеловав влажный и блестевший уголок его рта, он сказал: «Дыши».

Юй Фань послушно сделал глубокий вдох, и его снова поцеловали.

Неизвестно сколько времени прошло, прежде чем Юй Фаня отпустили.

В пустом классе было слышно лишь их тяжёлое, прерывистое дыхание.

«Юй Фань».

Глаза Юй Фаня были немного затуманены от поцелуя, и он рассеянно отозвался: «Мм».

Чэнь Цзиншэнь всё ещё держал руку на его затылке и, гладя по волосам, он тихо спросил: «Ты с бывшей девушкой тоже сначала целовался, и только потом начал встречаться?»

Глава 51 - Могу ли я поцеловать тебя вечером?

Цвет ушей Юй Фаня распространился по всему лицу. Полузакрытыми глазами он сглотнул. Он явно не пил, но чувствовал себя немного пьяным.

Не то чтобы он раньше не видел, как люди целуются. По телевизору, в кино, в коридорах классов... даже когда Чжан Сяньцзин встречалась с парнем с третьего года, они часто целовались у всех на глазах.

Он не интересовался подобными вещами и даже с трудом понимал. Что такого хорошего в том, чтобы касаться губами и глотать слюну друг друга?

Но теперь он, кажется, немного понял это. Он не знал, каково это для других, но целовать Чэнь Цзиншэня было приятно. Это было приятно.

Юй Фань раздвинул ноги, чтобы Чэнь Цзиншень приблизился, и им было легче целоваться. Воздух был наполнен запахом Чэнь Цзиншэня.

После поцелуя весь гнев испарился, а тело стало каким-то слабым: «Какая ещё девуш…»

Он на секунду замер, осознавая сказанное, а затем быстро поправился: «Какие отношения?»

Чэнь Цзиншэнь опустил глаза и на мгновение задумался: «Романтические?»

«…»

Эта незнакомая фраза ошеломила Юй Фаня.

Романтические отношения? Кто? Он и Чэнь Цзиншэнь?

Одна только мысль об этом заставила сердце Юй Фаня забиться быстрее. Разве это не значит встречаться? Это же, чёрт возьми, нарушение школьных правил!

На его лице появилось выражение замешательства.

Он никогда раньше не задумывался о свиданиях. Не знал, как это работает и что вообще нужно делать. В голове был полный хаос.

Спустя долгую паузу он несколько раз приоткрыл и снова закрыл рот, а потом, наконец, выдал: «…Кто сказал, что если поцеловался, то обязательно нужно что-то официально подтверждать?»

Чэнь Цзиншэнь поднял бровь: «Значит, после того, как ты поцеловал своих бывших девушек, ты также не объявил отношения официально?»

«Как это может быть возм...», — Юй Фань действительно хотел вернуться в прошлое и треснуть себя старого, который выдумал историю о тринадцати девушках.

Он бесстрастно сказал, краснея: «Господин “Образец для подражания”, отношения против школьных правил».

«А поцелуи — нет?»

«Это не так. В школьном руководстве по правилам говорилось только, что мужчинам и женщинам не следует вступать в интимные отношения, но ничего не говорилось о двух мужчинах», — Юй Фань подчеркнул. — «Я переписывал их много раз».

«…»

Чэнь Цзиншэнь тихо спросил: «То есть, ты хочешь сказать, что мы не в официальных отношениях, но можем целоваться?»

Мысли Юй Фаня разгорались каждый раз, когда

Чэнь Цзиншень произносил слово "поцелуй".

Неужели это то, о чём можно говорить так небрежно??

Юй Фань отвёл взгляд и пробормотал: «Что-то вроде того».

Чэнь Цзиншэнь почувствовал себя так, будто с ним просто поиграли.

Но когда он увидел раскрасневшееся лицо Юй Фаня и его отстранённый взгляд, то ему почему-то захотелось рассмеяться.

Только сейчас Юй Фань осознал, что их поза была… странной. Что-то похожее на объятие, но всё же не совсем. Он был зажат в руках Чэнь Цзиншэня, прижатый к столу, не имея возможности свободно двигаться. А когда поднимал голову, его взгляд неизменно встречался с глазами Чэнь Цзиншэня.

Не было ли это...слишком интимно?

Он отвернулся и некоторое время смотрел в открытую щель в окне, раздумывая, пнуть или оттолкнуть Чэнь Цзиншэня. Внезапно его подбородок был схвачен.

Чэнь Цзиншэнь повернул чужую голову обратно, наклонил её и снова поцеловал.

Это было простое прикосновение губ, ничего больше, но Юй Фань чувствовал, что таким образом он может почувствовать больше Чэнь Цзиншэня.

Подняв голову, Юй Фань ошеломлённо подумал: "Опять? Ты что, не можешь меня предупредить, прежде чем целовать? У тебя вообще есть манеры?"

После того как его отпустили, все проклятия, крутившиеся в голове Юй Фаня, внезапно исчезли в тот момент, когда он поднял глаза и встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

Чэнь Цзиншэнь слегка опустил глаза и монотонно произнёс: «Если ты не хочешь встречаться со мной, то всё нормально».

«…»

Дело не в том, что я не хочу встречаться…

Юй Фань с усилием проглотил эту фразу.

Чэнь Цзиншэнь вытер губы тыльной стороной ладони: «Давай пообедаем?»

«...Да», — Юй Фань не мог не посмотреть на губы Чэнь Цзиншэня. Он нахмурился. — «Чэнь Цзиншэнь, ты не нанёс лекарство?»

Разорванная губа Чэнь Цзиншэня стала еще краснее.

«Нет. Боялся, что тебе покажется горьким», — Чэнь Цзиншэнь отступил в сторону и сказал: «Пойдём».

«…»

Даже выйдя из тёмного и холодного лабораторного здания и дойдя до школьного поля, Юй Фань не смог понять: Почему Чэнь Цзиншэнь был так уверен, что он его поцелует? И он даже намеренно не нанёс мазь??

Солнце светило ярко. Юй Фань чувствовал тепло на своих волосах. Он вдруг заговорил: «Чэнь Цзиншэнь».

Чэнь Цзиншэнь повернулся и посмотрел на него.

С руками в карманах выражение лица Юй Фаня вернулось к его обычному свирепому взгляду, а тон был таким же холодным. Однако слова, которые тот сказал, были неожиданными: «…В следующий раз, когда захочешь поцеловать меня, сначала спроси».

***

Во время занятий во второй половине дня студенты либо обмахивались книгами, либо оттягивали воротники рубашек, чтобы охладиться.

Цикады и голос Чжуан Фанцинь слились воедино, заставив Юй Фаня немного разозлиться.

Он лежал на своём столе, рисуя на листе бумаги одной рукой, а другую руку положил на затылок. Юй Фань не мог не взглянуть на своего соседа по парте.

Чэнь Цзиншэнь работал над задачами конкурса физики на уроке математики. Чэнь Цзиншэнь всегда выглядел очень холодным, когда на его лице не было никакого выражения. Просто глядя на него, Юй Фань, казалось, чувствовал себя психологически немного спокойнее.

Даже летом Чэнь Цзиншэнь застёгивал свою форму на все пуговицы. Его открытые руки и шея, были чистыми, без следов изнуряющей жары. Даже его кожа и губы были прохладнее, чем у обычного человека. Было довольно приятно, когда он целовал их ранее…

Процесс письма Чэнь Цзиншэня остановился. Он посмотрел на доску, а затем повернулся: «Ты не понимаешь?»

«…Нет. Я понимаю», — Внезапно снова почувствовав жар, Юй Фань быстро повернул голову назад.

После окончания урока Юй Фань встал и пошёл в ванную, чтобы умыться.

Как только холодная вода коснулась его лица и шеи, он сразу почувствовал себя намного лучше.

Последнее занятие было самостоятельным. В такой жаркий день лучше бы его пропустить и насладиться кондиционером в магазине молочного чая.

Юй Фань подумал об этом, но как только он вошёл в класс, все ученики, сидевшие на задних рядах, внезапно повернулись и посмотрели на него с явным любопытством на лицах, за исключением Чэнь Цзиншэня.

Юй Фань взглянул на прямую спину Чэнь Цзиньшэня, а затем, нахмурившись, спросил одного из его одноклассников: «Что?»

Ван Луань посмотрел на него и глупо хихикнул: «Ничего».

«…»

Юй Фань вернулся на своё место. Прежде чем он успел что-либо сказать, Чэнь Цзиншэнь уже молча двинулся, чтобы освободить ему место.

Юй Фань почувствовал, что что-то не так. Он сел обратно на своё место, нахмурив брови.

После праздника драконьих лодок упор на учёбу был сильнее. Пока он выходил в туалет, на его столе появилось еще несколько практических работ.

Юй Фань поднял их и засунул в стол. Его пальцы наткнулись на что-то тонкое.

Оно был тоньше учебника, но толще практических работ.

Что это такое?

Юй Фан вытащил его. Появился небесно-голубой конверт, а вскоре за ним и легкий аромат духов. На конверте даже была изящная, но незнакомая надпись.

"?!"

Юй Фань на мгновение остолбенел. Он подсознательно посмотрел на Чэнь Цзиншэня.

Перед ним не было зеркала, поэтому он не знал, что сейчас выглядит так, будто его поймали на измене.

Чэнь Цзиншэнь всё ещё работал над своими задачами по физике с холодным выражением лица. Он молча прокручивал ручку.

Ван Луань ждал этого момента. Увидев, как он достает его, он тут же выбежал из класса и наклонился через окно рядом с Юй Фанем: «Скорее! Открой его и посмотри!»

Юй Фань пришёл в себя. Он оглянулся: «Кто положил его сюда?»

«Та девушка из класса Цзо Куана… Она, конечно, смелая. Как только Фанцинь вышла, сразу положила его туда… Да ещё конверт чуть не выпал после того как та ушла», — Чжан Сяньцзинь откинула волосы назад: «А наш Сюэба засунул его обратно».

«…»

Ван Луань снова поторопил его: «Поторопись и открой!»

«Открой его сам, придурок», — Юй Фань высунул его в окно: «Помоги мне вернуть его ей».

«Ты правда не откроешь его? Тебе разве не интересно, что там написано? Я только что видела ту девочку из восьмого класса, она была довольно хорошенькая...» — встретившись с чьим-то взглядом, Ван Луань остановился и добавил: «Чуть хуже сестры Цзин».

Юй Фань холодно посмотрел в окно.

«Хорошо, я понял. Я попрошу Цзо Куана вернуть его», — Ван Луань получил любовное письмо и повернулся, чтобы пойти в следующую дверь, но внезапно обернулся, когда вспомнил что-то. — «А, подождите-ка, что-то не так...»

"Что?"

Ван Луань некоторое время пристально смотрел на Юй Фаня и удивлённо воскликнул: «Юй Фань, на этот раз ты не покраснел??»

«?»

«Ой, подождите, он немного красный...»

Конечно, чёрт возьми, красный. Зол на тебя.

«Я иду, я иду», — Ван Луань убежал с письмом.

Как только с этим было покончено, прозвенел звонок на самостоятельную подготовку.

Он больше не был в настроении идти в магазин молочного чая. Юй Фань достал листок с математическими заданиями и некоторое время работал над ним.

Его мысли были совершенно не о задачах. После того, как прошло несколько минут, он не смог разобраться даже с первым заданием.

Юй Фань схватил себя за волосы и посмотрел в сторону.

Чэнь Цзиншэнь бесстрастно записывал вычисления на своей бумаге.

Он взглянул ещё раз.

Чэнь Цзиншэнь откинулся на спинку стула, записывая ответ.

Ещё один взгляд.

Чэнь Цзиншэнь перевернул страницу.

В четвёртый раз, когда он взглянул, Юй Фань, наконец, не смог больше сдерживаться. Он наклонился ближе, нахмурившись, и тихо спросил: «Чэнь Цзиншэнь, что у тебя за угрюмый вид?»

Чэнь Цзиншэнь ответил, не поворачивая головы: «Это не так».

«Не ври, придурок», — сказал Юй Фань: «У тебя угрюмое выражение лица, я вижу».

Если бы кто-то наблюдал за этой сценой, он бы определённо подумал, что Юй Фань пытается начать что-то из ничего. В конце концов, нынешнее выражение лица Чэнь Цзиншэня ничем не отличалось от обычного.

Через некоторое время рука Чэнь Цзиншэня шевельнулась. Он положил ручку и посмотрел.

«Ничего, просто...» — он остановился на полуслове: «Забудь».

«?»

Юй Фань толкнул Чэнь Цзиншэня локтём в руку: «Ты, блядь... закончи предложение!»

Чэнь Цзиншэнь некоторое время молчал. Когда Юй Фань уже собирался взорваться, он, наконец, заговорил.

«Я просто подумал», — сказал он беспечно, — «если бы я был девушкой, ты бы, вероятно, стал бы встречаться со мной».

«???»

Юй Фань на несколько секунд застыл в шоке: «Какое это имеет отношение к тому, парень ты или девушка?»

«Ты официально признался в своих отношениях со всеми остальными девушками, которых ты целовал», — заявил Чэнь Цзиншэнь.

«Я…»

Юй Фань снова лишился дара речи от своей лжи.

Чэнь Цзиншэнь некоторое время смотрел на него. Увидев, что тот ничего не говорит, он повернулся, чтобы заняться своими проблемами.

Ручка в руке Юй Фаня почти дымилась от того, как быстро он ею щелкал.

«Одному ученику», — внезапно заговорила с трибуны Чжуан Фанцинь, пришедшая руководить их самостоятельным обучением. — «Следует встать и подпрыгнуть несколько раз, если он не может усидеть на месте. Не играй больше с этой несчастной ручкой».

Юй Фань положил ручку. Через некоторое время он наклонился: «Это не имеет никакого отношения к полу. Я просто не хочу сейчас ни с кем встречаться, понимаешь?»

Чэнь Цзиншэнь молчал несколько секунд, прежде чем издать глухое: «Да».

Было видно, что он ему не поверил.

Юй Фань: «…»

Юй Фань чесал голову до конца занятий по самообучению. Он не мог придумать ничего другого, кроме как признать, что те его подружки были просто желанием похвастаться и покрасоваться.

После того, как прозвенел звонок, Юй Фань рассеянно доставал книги, которые ему нужно было взять домой, когда человек рядом с ним внезапно заговорил.

«Могу ли я прийти к тебе сегодня вечером?»

Ко мне? Зачем? Делать домашнее задание?

Возможно, из-за того, что Чэнь Цзиншэнь выглядел слишком приличным, Юй Фань подсознательно не хотел, чтобы тот появлялся в его старом, похожем на трущобы доме. Если его увидят соседи, кто знает, какие слухи поползут.

Юй Фань задумался на мгновение и сказал: «Забудь об этом, видеозвонок вполне подойдет. Стол в моей комнате слишком мал. Он слишком тесен для двух парней».

Чэнь Цзиншень перестал собирать сумку. Он издал тихий вздох: «ох».

«Если бы я был девушкой, возможно, было бы не так тесно», — он добавил: «Всё в порядке, я понимаю».

«…»

Юй Фань крепко сжал свёрнутую книгу и пнул ножку стула Чэнь Цзиншэня: «Вставай. Я хочу выйти».

Чэнь Цзиншэнь встал и освободил ему место.

Юй Фань встал и вышел. Голосом, который могли слышать только они двое, он процедил сквозь стиснутые зубы: «Приходи в восемь вечера. Я тебя побью, если ты опоздаешь хотя бы на минуту».

Когда Юй Фань уже собирался уходить, его внезапно схватили за рубашку.

«Хорошо», — Чэнь Цзиншэнь опустил глаза. — «Тогда могу ли я поцеловать тебя вечером?»

«?..»

Юй Фань был ошеломлён. Его лицо мгновенно покраснело! Он сдержался, чтобы не ударить Чэнь Цзиншэня по голове своей книгой, и смущённо прошептал: «Нет! Чэнь Цзиншэнь, мы в грёбаном классе!»

«Я знаю», — сказал Чэнь Цзиншэнь. — «Вот почему я хочу пойти к тебе».

«…»

Глава 52 - Этот зуб немного острый

После окончания занятий у школьных ворот толпились ученики.

«Жарища… Почему у нашей школы до сих пор нет кондиционеров в классах?» — пробормотал Цзо Куан, обмахиваясь рубашкой. Он только что закончил играть в баскетбол и весь вспотел. Затем он повернулся и спросил: «Хотите сходить в кафе молочного чая, охладиться под кондиционером и поиграть в карты?»

Ван Луань тут же заявил: «Я согласен».

Юй Фань: «Не пойду».

Цзо Куан посмотрел на него: «Почему ты не идëшь? Твоё лицо красное от жары».

Юй Фань хотел сказать, что ему не жарко, но предпочёл промолчать.

Ван Луань фыркнул: «Ты ничего не знаешь. Это не из-за жары».

Юй Фань: «?»

Цзо Куан: «Тогда почему?»

«Разве это не из-за той девчонки из твоего класса?» — Ван Луань хихикнул и пошевелил бровями: «Её любовное письмо было пропитано её духами, у меня до сих пор на пальцах остался этот запах. Понюхай».

«Блять, иди отсюда», — Цзо Куан с отвращением отшвырнул руку Ван Луаня: «Но тебе не кажется, что последствия слишком уж сильные? Ты до сих пор весь красный».

Юй Фань нахмурился: «Отвали. Это от жары».

Когда они вышли из школьных ворот, Ван Луань невольно огляделся: «Эй, тебе не кажется, что район вокруг нашей школы стал намного тише?»

«Ещё бы. С тех пор как Юй Фаня однажды остановили у задней стены школы ребята из соседней школы, Ху Пан начал строго следить за порядком. Теперь он патрулирует территорию дважды в день и даже ходил разговаривать с руководством той школы. Кто теперь осмелится прийти сюда и устроить переполох?..» — Цзо Куан вытянул шею, потянувшись влево и вправо, а затем вздохнул: «Тск, жизнь в последнее время стала такой скучной, правда, Юй Фань?»

Юй Фань молча провёл пальцем по обложке тетради, которую держал в руках. Он не ответил.

Пока остальные болтали, направляясь в магазин молочного чая, он, не слушая уговоров Цзо Куана и компании, просто развернулся и ушёл, даже не оглянувшись.

Вскоре Юй Фань вернулся на знакомую обветшалую улицу.

Протискиваясь сквозь толпу, он небрежно свернул бумаги и рабочие тетради, которые нёс с собой, и запихнул их в карман. Его шаги замедлились, а внутри поднялось запоздалое чувство сожаления.

...Почему я не ударил Чэнь Цзиншэня книгой по голове?

Просто это случилось после уроков, и мимо проходило много учеников. Никто ведь не расслышал, да?

Почему я разрешил Чэнь Цзиншэню приехать?

Возможно, он мог бы прямо сейчас отправить Чэнь Цзиншэню сообщение — сказать ему не приходить или не открывать дверь, когда он постучит. Или, может быть, даже втянуть его в свою комнату, сначала хорошенько избить, а потом выгнать…

Юй Фань вошёл в супермаркет, охваченный такими мыслями.

«Что вам нужно?» — Хозяйка посмотрела на него.

Юй Фань сказал: «Вентилятор».

«Какой?»

«Мощный, с хорошей циркуляцией воздуха, и такой, чтобы не было жарко, даже если рядом будут два человека».

«…Вы не можете просто сказать, что вам нужен напольный вентилятор? Подождите секунду, я его принесу», — владелица суперкомпьютера встала и спросила: «У вас есть желаемая марка?»

«Нет, подойдет любая».

Старому вентилятору в его комнате было уже семь лет, и даже на максимальной мощности он мог производить лишь слабый ветер. Его давно следовало заменить. Он умрёт от жары в следующем месяце, если не сделает этого.

Он покупал его для себя. Это не имело никакого отношения к Чэнь Цзиншэню.

Склад супермаркета был очень грязным. Владелица очень долго искала то, что ей было нужно. Когда Юй Фань стоял у кассы, он небрежно огляделся, его взгляд остановился на складном стуле в углу.

У него дома было не так много стульев, и они с Юй Каймином сломали один во время своей последней ссоры. Поэтому в последний раз, когда Чэнь Цзиншэнь пришёл к нему, он мог сидеть только на деревянном табурете без спинки. Табурет был меньше лица Ван Луаня и, вероятно, был не очень удобным.

Юй Фань отвернулся и подумал: "Хорошо, что неудобно. Иначе он постоянно бы приходил без причины".

Через десять минут Юй Фань вышел из магазина, держа вентилятор в левой руке и складной стул в правой.

Как раз было время, когда после ужина люди часто выходили на прогулку. Под внимательными и удивлёнными взглядами соседей Юй Фань донёс две вещи на второй этаж, поставил их на пол и начал искать ключи.

При этом он случайно вытащил коробку с сигаретами, которая с шумом упала на землю.

«Твои лёгкие почернеют, если ты будешь слишком много курить», — с лестницы раздался голос ребенка: «Так говорил мой учитель».

Юй Фань посмотрел на девочку, сидевшую на лестнице, и наклонился, чтобы поднять сигареты: «Твои родители ещё не вернулись?»

«Я только что позвонила им с помощью своих смарт-часов. Они сказали, что возвращаются», — Маленькая девочка подпëрла подбородок обеими руками: «Братец, ты куришь больше, чем мой отец. Каждый раз, когда я сижу у окна и делаю домашнее задание, я вижу столько дыма».

Юй Фань: «Ты чувствуешь запах?»

«Нет. Это окно сломано и его нельзя открыть», — маленькая девочка сказала искренне: «Братец, ты должен бросить курить! Если ты заболеешь, ты не сможешь победить своего отца!»

«…»

Могут ли супруги наверху сплетничать, когда их ребенка нет рядом?

Юй Фань уже не помнил, когда он впервые начал курить.

В тот год он курил особенно часто. Дни были такими хаотичными, что без сигарет ему было невыносимо. Но назвать это зависимостью было бы не совсем верно. По крайней мере, в последние месяцы он вполне мог сдерживать желание закурить.

«Занимайся своими делами, маленькая негодница».

Другие, возможно, пригласили бы маленькую девочку к себе домой, предложить подождать родителей там, но Юй Фань подумал о своей репутации в этом районе и решил этого не делать: «Ты уже поела?»

Маленькая девочка покачала головой, её хвостик качнулся в воздухе: «Я не ела, но я не хочу есть твои вонтоны, которые ты купил в прошлый раз. Они были очень плохими! Подожди. В следующий раз я украду их для тебя из нашего холодильника».

«…»

Юй Фань поднял купленные вещи, бросил слова: «Не воруй вещи из дома», — и закрыл за собой дверь.

Исходя из своего предыдущего опыта, Юй Каймин, вероятно, не вернётся как минимум полмесяца.

Но он всё равно подсознательно взглянул на дверь Юй Каймина, как только вошёл. Было темно.

Юй Фань отнёс купленные вещи в свою комнату, расставил их, приготовил себе простую порцию лапши быстрого приготовления, а затем, закончив есть, пошёл принять душ.

Он небрежно высушил волосы полотенцем, висевшим у него на плечах, и принялся выдавливать зубную пасту на зубную щётку.

Засунув зубную щётку в рот, тот энергично чистил зубы некоторое время, прежде чем внезапно замереть на месте. Постояв несколько секунд, он наконец не смог удержаться, чтобы не опустить голову и не потереть лицо несколько раз…

Кто, чëрт возьми, чистит зубы в половине восьмого…

***

Добравшись до дома Юй Фаня, Чэнь Цзиншэнь взглянул на время на своём телефоне. Затем он потянулся, чтобы поправить ремень сумки, и приготовился постучать.

Как только он поднял руку, дверь со «скрипом» открылась.

Юй Фань высунул голову и огляделся, чтобы увидеть, есть ли кто-нибудь поблизости, прежде чем схватить Чэнь Цзиншэня за футболку и поспешно втянуть его в дом.

Оказавшись внутри, Юй Фань тщательно запер дверь и даже несколько раз внимательно проверил её.

Хотя он и чувствовал, что Юй Каймин, скорее всего, не вернётся, лучше было перестраховаться.

Чэнь Цзиншэнь молча наблюдал за его действиями.

Такая странная сцена. Создавалось впечатление, что он пришёл не только для того, чтобы целоваться.

Юй Фань обернулся, встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем и нахмурился: «На что ты смотришь?»

«Ни на что», — Чэнь Цзиншэнь проглотил слова, которые хотел сказать, и спросил: «Как ты узнал, что я здесь?»

«Услышал твои шаги».

Чэнь Цзиншэнь: «Ты можешь понять это по моим шагам?»

«…»

Лицо Юй Фаня тут же потемнело. Почувствовав, что тот может продолжить говорить, Чэнь Цзиншэнь снял обувь: «Пойдём в твою комнату?»

«…»

Смуглое лицо Юй Фаня мгновенно приобрело красный оттенок.

Юй Фань последовал за ним в комнату. И как будто гостем был он сам, долго стоял там, не садясь.

Куда меня хотел поцеловать Чэнь Цзиншэнь?

Юй Фань не мог не окинуть взглядом свою комнату. Она была слишком маленькой, а его стол был слишком узким и высоким. На нём определённо не было бы так удобно целоваться, как на столе в лабораторном здании; сидеть на стуле лицом к лицу тоже слишком странно; стоять у стены... Это было бы слишком утомительно.

Чэнь Цзиншэнь сел на недавно купленный складной стул, снял сумку и поставил её на пол. Затем он посмотрел на него: «Почему ты не садишься?»

В голове Юй Фаня роились самые разные беспорядочные мысли.

С холодным «ох», он закрыл дверь и сел на стул. Как раз когда он размышлял, как ему поставить ноги, чтобы Чэнь Цзиншэню было легче наклониться…

Его размышления прервал шорох бумаг. Перед ним положили чистый экзаменационный лист.

«Ты забыл эту работу по математике раньше. Я принёс её тебе». — Чэнь Цзиншэнь небрежно сказал: «Завтра первым уроком будет математика. Давай сегодня вечером сначала поработаем над этим».

«…»

Юй Фань неподвижно смотрел на бумагу перед собой, его мысли были немного спутаны.

Чэнь Цзиншэнь достал свои бумаги и ручку и, увидев, что тот не двигается, спросил: «Или ты хочешь сначала заняться физикой?»

Я хочу сначала ударить тебя.

Через несколько секунд Юй Фань натянуто повернул голову, открыл ящик, достал ручку и написал своё имя на бумаге. Он ответил без эмоций: «Сначала… математику».

С тех пор, как начались каникулы, школа уделяла всё больше внимания их учёбе. Только объëм домашних заданий на вечер увеличился почти вдвое.

Закончив наконец две свои работы по математике, Юй Фань оглянулся и увидел, как Чэнь Цзиншэнь достал тетрадь по физике.

Закончив с физикой, они перешли к химии.

Только что закипевшая вода, которая все еще бурлила и пузырилась, стояла перед недавно купленным напольным вентилятором три часа, остывая до комнатной температуры.

Когда они наконец закончили всю домашнюю работу, Юй Фань полностью потерял свою энергию.

Чэнь Цзиншэнь проверил свою последнюю работу и сказал: «Почему бы тебе не запомнить…»

«Нет», — Юй Фань с грохотом швырнул ручку на стол и встал: «Собирай вещи и иди домой».

Чэнь Цзиншэнь: «Куда ты?»

Юй Фань проигнорировал его. Он взял свою коробку сигарет и вышел на балкон.

Комната Юй Фаня была единственной комнатой с балконом. Его дедушка специально занял её для него. Балкон был очень простым и маленьким, его единственное предназначение — место, где можно было повесить одежду и подышать свежим воздухом.

Юй Фань встал спиной к балкону, затянулся сигаретой, а затем повернул голову и выпустил дым в противокражную сетку, словно это был Чэнь Цзиншэнь.

К чёрту домашку. Ты что, не можешь сделать её дома? Моя комната тебе класс для самостоятельного обучения?

Неужели Чэнь Цзиншэнь забыл, что сам говорил?

Быть первым в классе и иметь такую память — это просто смешно.

Юй Фань сделал ещё одну глубокую затяжку.

Раздался звук застëгивающейся молнии на сумке. Чэнь Цзиншэнь сказал: «Значит, я сейчас ухожу?»

«Исчезни», — Юй Фань даже не взглянул на него.

«Не собираешься меня проводить?»

«Хочешь, я пригоню тебе седан и отвезу тебя домой?»

Юй Фань посмотрел на ворота, окружающие комплекс, и лениво сказал: «Сегодня ворота закрыты, пройди через маленькую дверь. Она справа от того места, через которое ты выходил раньше».

К нему приблизились шаги. Юй Фань подумал, что Чэнь Цзиншэнь подошёл посмотреть, где находится дверь, поэтому он указал рукой с сигаретой и обернулся: «Вот там…»

Знакомый мятный запах поплыл. Чэнь Цзиншэнь остановился перед ним, опустил голову и слегка коснулся губами его губ.

Балкон внезапно затих. Почувствовав, как его губы слегка облизываются, рука, держащая сигарету, слегка дрогнула. Юй Фань подсознательно открыл рот…

В следующий момент Чэнь Цзиншэнь отпустил его, отвернулся и издал несколько приглушённых кашлей.

Ебать.

Юй Фань на мгновение опешил, но вскоре пришел в себя: «Ты, блять... Разве ты не видишь, что я курю?»

Он протянул руку и с силой ударил Чэнь Цзиншэня по спине: «Когда я почистил зубы, ты меня не поцеловал, но как только я закурил, ты подходишь... Ты правда хочу покурить?»

На самом деле Чэнь Цзиншэнь не был обеспокоен дымом, но у него болела спина от ударов.

Почистил зубы в восемь?

Свет на балконе не горел. Чэнь Цзиншэнь, казалось, улыбался в темноте: «Нет. Я не смог бы сделать домашнее задание, если бы мы поцеловались, поэтому я всё время сдерживался, но в конце концов я не мог дождаться, пока ты закончишь курить».

«…»

Почему после поцелуя ты не сможешь делать домашнюю работу?

Мозг Юй Фаня, отключившийся после решения всех этих задач, снова заработал. Он долгое время был ошеломлен, прежде чем наконец заговорил: «Тогда я снова почищу зубы...»

Сделав пару шагов, его схватили за запястье.

«Не нужно, всё не так уж плохо. Просто раньше не мог привыкнуть». — На темном балконе голос Чэнь Цзиншэня был глубоким и низким: «Можем ли мы зайти в твою комнату?»

Вентилятор всё ещё скрипел, поворачивая голову. Юй Фань полулежал, прислонившись спиной к изголовью кровати, пока его тихо целовали. Ветер от вентилятора, казалось, вообще не помогал. Его голова и шея всё ещё были горячими.

Юй Фань всё ещё не слишком хорошо умел контролировать дыхание, поэтому Чэнь Цзиншэнь, целуя его, время от времени делал паузы. После нескольких прерывистых поцелуев он поднял руку и аккуратно вытер уголок его губ.

«Теперь я чувствую вкус».

Дыхание Юй Фаня было тяжёлым. Он сглотнул и спросил: «Вкус чего?»

«Зубной пасты. Она клубничная».

Чэнь Цзиншэнь вставил палец ему в рот и легонько провёл по одному из зубов: «Юй Фань, этот зуб немного острый».

Глава 53 - Давай встречаться

Расстояние между зданиями в старом комплексе было очень узким. Боясь, что их могут увидеть соседи из дома напротив, первое, что сделал Юй Фань, войдя в комнату — выключил свет и задернул шторы. Единственным источником света были тусклая настольная лампа и едва заметный лунный свет, проникающий через щели в шторах.

Сначала Юй Фань просто откинулся на изголовье кровати, но в какой-то момент понял, что уже лежит на подушке. Они почти не разговаривали. Иногда между поцелуями возникали паузы, и тогда Юй Фань подсознательно искал, чем занять себя: например, взять телефон, который все это время вибрировал, отключить звук и заглянуть в групповой чат.

Хотя все слова там были ему знакомы, в голове ничего не складывалось. В итоге он нетерпеливо заблокировал экран и снова посмотрел на Чэнь Цзиншэня.

Чэнь Цзиншэнь снова молча поцеловал его.

Смущение, свежесть и беспокойство слились воедино в тишине. Они растаяли вместе в душной летней ночи.

Клык снова и снова задевали. Юй Фань поднял руку и оттолкнул лицо Чэнь Цзиншэня: «Чэнь Цзиншэнь, если ты снова лизнешь этот зуб, я откушу тебе язык».

Спутанные волосы на лбу Юй Фаня уже были зачесаны назад Чэнь Цзиншэнем, полностью обнажив его лицо. Хотя его слова были свирепыми, выражение лица было слегка усталым из-за недостатка кислорода, и в сочетании с его слегка красными глазами и влажными губами, это было совсем не угрожающе.

Чэнь Цзиншэнь некоторое время смотрел на него сверху, а затем протянул руку, чтобы обхватить его затылок и помочь смахнуть тонкий слой пота: «Хорошо».

Юй Фань почему-то почувствовал покалывание. Он вдруг понял, что что-то не так.

Он слегка пошевелил ногами. Его разум полностью опустел, а все тело застыло. Ему потребовалось некоторое время, чтобы снова обрести голос: «Чэнь Цзиншэнь, давай прекратим целоваться».

Рука, обхватившая его шею, отстранилась, и кожа там стала прохладнее. Чэнь Цзиншэнь издал звук «мгм» и поднялся. Он встал у изголовья кровати и сказал: «Воспользуюсь твоей ванной».

В слабом свете Юй Фань мог видеть, что его уши были полностью красными, а линия подбородка была напряженной. На нём даже были редкие намеки на пот.

Чэнь Цзиншэнь вышел из комнаты, и вскоре послышался звук открывающейся двери ванной.

Юй Фань некоторое время ошеломленно смотрел в потолок, прежде чем натянуть одеяло. Вся его голова была словно обожжена.

Теперь он, кажется, понял, почему после поцелуев делать домашку не получится.

Юй Фань вытащил подушку из-под головы и накрыл ею лицо, словно пытаясь скрыть пылающий внутри него огонь.

Неизвестно, сколько времени он так пролежал, прежде чем, наконец, поднялся, включил свет и выкрутил вентилятор на полную мощность. Потом медленно потянулся за телефоном, надеясь отвлечься.

Теперь его разум был спокоен, и он наконец смог осмыслить содержание сообщений группового чата.

[Цзо Куан: Серьёзно, мы не слышали ничего от Юй Фаня всю ночь. Что он делает?]

[Чжан Сяньцзин: Наверное, занят. Разве он не нашел себе репетитора?]

[Цзо Куан: Репетитор останется у него дома до полуночи? Посмотрите на Чжу Сюя. Этот парень каждый вечер по два часа разговаривает по телефону со своей девушкой, но всё равно отвечает мне. Юй Фань игнорирует мои сообщения уже четыре гребаных часа.]

[Чжу Сюй: Хехе....хехехе [Love bubble.jpg]]

[Чжу Сюй: Может быть, Юй Фань тоже встречается?]

[Цзо Куан: Это невозможно.]

[Цзо Куан: С его-то характером, как он мог встречаться с кем-то?]

Юй Фань на мгновение остановился, прежде чем продолжить просматривать сообщения.

[Ван Луань: Эй, что ты имеешь в виду? За моим братом бегают много девушек, ясно?]

[Цзо Куан: Я знаю. Даже есть одна из моего класса.]

[Цзо Куан: Я не это имел в виду. Позвольте мне использовать аналогию — посмотрите на Чжу Сюя. Он всё время липнет к своей девушке, ведёт себя приторно, и всегда обнимает и целует её, просто отвратительно. Вы можете, блядь, представить себе Юй Фаня таким??]

Дверь ванной комнаты со стуком открылась. Юй Фань тут же отбросил телефон в сторону.

Лицо Чэнь Цзиншэня было мокрым, а его воротник потемнел от влаги. Вернувшись в комнату, он взглянул на одеяло, которое натянул Юй Фань.

Юй Фань тут же откинул одеяло и сел.

Чэнь Цзиншэнь быстро отвел взгляд. Он поднял сумку и закинул ее на плечо: «Я пойду обратно».

Юй Фань издал звук «мгм». Он надел тапочки и последовал за Чэнь Цзиншэнем к входной двери.

Чэнь Цзиншэнь оглянулся на него: «Собираешься донести меня вниз носилками?»

«...Мечтай дальше. Давай быстрее, мне нужно закрыть дверь».

Прогнав другого человека, Юй Фань некоторое время ждал на балконе и вскоре увидел уходящую фигуру Чэнь Цзиншэня.

Он проводил Чэнь Цзиншэня взглядом, пока тот не сел в машину, затем опустился на стул и по привычке потянулся к пачке сигарет, оставленной на балконе. Достал одну, уже собираясь поднести ко рту, но вдруг в голове всплыла мысль.

Если я буду слишком много курить, у меня же, наверное, останется запах сигарет во рту?

Не чистить же зубы каждый раз перед поцелуями.

Чэнь Цзиншэнь слабак и начинает кашлять каждый раз, когда чувствует запах сигарет.

И ведь девчонка сверху говорила — если курить слишком много, легкие почернеют.

Юй Фань засунул сигарету обратно в коробку и продолжил сидеть там и смотреть на луну некоторое время. Затем он взял свой телефон, открыл приложение для покупок, ввел в поиске «конфеты для бросающих курить», наугад выбрал несколько и заказал их, даже не проверив отзывы. Доставку поставил на семь утра.

Закончив с этим, Юй Фань переключился обратно в WeChat и лениво прокрутил остаток чата. Ничего важного не было. Пролистав несколько страниц, он наконец вернулся к разговору, который читал ранее.

Была поздняя ночь. Все огни в здании напротив были выключены. Это давало людям ощущение, что их не обнаружат, что бы они ни делали.

Юй Фань закрыл WeChat и рассеянно открыл свой веб-браузер. Когда он пришел в себя, в строке поиска уже появилась строка слов… “Как начать встречаться с кем-то?”

***

Утром следующего дня Чэнь Цзиншэнь наблюдал, как его сосед по парте проспал два урока.

Только на уроке физкультуры Юй Фань медленно проснулся и спустился вниз, чтобы выстроиться с полузакрытыми глазами. Он смог лениво выдавить ответ только после того, как учитель дважды назвал его имя.

Ван Луань, стоявший рядом с ним, не мог не спросить: «Разве ты не лег спать в восемь вечера вчера? Почему ты такой сонный?»

Юй Фань стоял небрежно: «Кто сказал, что я уснул в восемь?»

«Цзо Куан сказал, что ты перестал ему отвечать после восьми».

«…»

Человек, стоявший по другую сторону от него, казалось, взглянул на него.

Сердце Юй Фаня пропустило удар. Он машинально выпрямился и неясно хмыкнул в ответ.

Урок физкультуры, как обычно, начался с беговых упражнений. Утреннее солнце было теплым и ярким. Пока Юй Фань медленно ходил по полю, сонливость, которая рассеялась ранее, постепенно возвращалась.

Вчера после ухода Чэнь Цзиншэня он зачем-то полез в интернет искать всякую чушь… и залип до трех ночи. Поэтому в классе с утра глаза просто не открывались.

«Цзо Куан и остальные курят в классе в лабораторном здании. Давай прокрадёмся туда, когда будем пробегать рядом? Время бега нам все равно вряд-ли засчитают». — Ван Луань сказал это, положив телефон.

«Мгм».

Как раз в тот момент, когда они вдвоем дошли до развилки и собрались сбежать, пока учитель не видел, позади них раздался голос: «Куда?»

Прежде чем Юй Фань успел обернуться, Ван Луань уже ответил.

«В лабораторный корпус. За этим», — Ван Луань сделал дымящийся жест Чэнь Цзиншэню и улыбнулся: «Сюэба, если учитель позже проверит посещаемость, прикрой нас. Скажи ему, что мы пошли в медпункт».

Раньше все дрались за площадку, чтобы поиграть в баскетбол, но стоило наступить лету, как число желающих мгновенно сократилось.

Никто не хотел возвращаться в класс мокрыми от пота. Вместо этого они шли в лабораторный корпус курить и играть в карты во время физкультуры.

Ван Луань бросил карточку на стол и краем глаза заметил, как сидящий рядом человек уткнулся в телефон, держа сигарету в зубах. Он небрежно спросил: «Юй Фань, дай мне одну... Что это??»

«Конфеты от курения», — спокойно ответил Юй Фань, перекладывая леденец на другой бок.

Конфета, которую купил Юй Фань, была немного необычной на вид, похожей на леденец. Единственное отличие было в том, что палочка была сделана так, чтобы напоминать сигарету. Когда Ван Луань увидел ее в первый раз, он принял её за настоящую.

«Что это за глупый дизайн...» — спросил Ван Луань. «Почему ты вдруг пытаешься бросить?»

«Не хочу больше курить, поэтому бросаю», — лениво ответил Юй Фань, управляя змеёй на экране.

«Не волнуйся, через несколько дней ты всё равно не выдержишь». — Цзо Куан проверил свои карты и вдруг вспомнил что-то: «Кстати, Юй Фань, я вчера вернул любовное письмо. Та девочка из нашего класса чуть не расплакалась».

Юй Фань молча продолжал играть змею.

Цзо Куан: «И тогда другая девушка пошла утешать ее. Знаете, что она сказала?»

Юй Фань не проявил интереса. Однако Ван Луань с любопытством спросил: «Что?»

«Она сказала», — Цзо Куан фыркнул и прочистил горло: “Не плачь. На самом деле хорошо, что Юй Фань тебя отверг. С его вечно злым лицом и тем, как часто он дерётся, он, наверное, и свою девушку бить будет”.

Юй Фань: «...»

Ван Луань: «ХАХАХАХА!!!»

Юй Фань выставил ногу и пнул его стул. Ван Луань тут же перестал смеяться. Он покачал головой, пытаясь сдержать смех: «Это полная чушь! Юй Фань никогда не ударит девушку, тем более свою».

Разве это, чёрт возьми, главное?

Юй Фань хотел возразить, но не знал, что ответить. В итоге он лишь холодно произнёс: «Отвали. Говорите чём-нибудь другом, не вовлекайте меня».

«Забей. У сонных людей всегда плохое настроение. Не лезьте к нему», — сказал Чжу Сюй, жуя жвачку: «Эй, вы знаете, что девушка с третьего года бросила учёбу?»

Ван Луань озадаченно посмотрел на него: «Откуда, блять, ты вообще знаешь про третьегодок?»

«Я слышал это от студента третьего года спортивного факультета. Это было довольно серьезное дело», — Чжу Сюй сказал: «Я слышал, что той девушке понравился парень, но он не ответил ей ни согласием, ни отказом. Просто тянул время, но при этом продолжал делать с ней всякие близкие штуки вроде поцелуев и объятий. А друзьям говорил, что она ему неинтересна всерьёз, просто интрижка на время. В итоге она впала в депрессию и бросила учебу».

Юй Фань, лениво вращавший леденец во рту, чуть не прикусил язык, услышав это.

«Блять!» — Ван Луань хлопнул себя по бедру: «Тогда разве он не подонок? Какой позор для нас, парней!»

Чжу Сюй: «Правда?! Ещё я слышал, что он часто кричал на неё. Вот урод!»

«Ага!»

Ни соглашаться, ни отвергать, заставлять ждать, продолжать целовать и обнимать, а еще иногда кричать…

Юй Фань, попавший по всем четырем пунктам, остановился и больше не крутил леденец.

Цзо Куан: «Эта девушка бросила учёбу? А с парнем ничего не случилось? Он слишком легко отделался...»

С грохотом задняя дверь класса распахнулась. Юй Фань подсознательно оглянулся, откусывая леденец, и на мгновение замер.

Чэнь Цзиншэнь стоял у двери, слегка задыхаясь.

Остальные тоже были удивлены этим внезапным переполохом. Они вздохнули с облегчением, когда увидели, что это Чэнь Цзиншэнь.

Ван Луань: «Лучший ученик, ты меня напугал. Я почти подумал...»

«Директор Ху идет», — сказал Чэнь Цзиншэнь.

В следующую секунду послышались торопливые шаги и знакомый крик: «Вон тот ученик спереди! Кто это?! Доносчиков тоже нужно наказать! А те, кто в классе, даже не думайте сбегать! Я отсюда чую сигареты!»

Ван Луань: «Вот дерьмо!»

Мальчики тут же выбросили карточки и разлетелись, как птицы… Неважно, что в классе пахло дымом. Пока их не поймал Ху Пан, они могли просто продолжать отрицать обвинения, и он ничего не смог бы с этим поделать.

Все побежали к окну, стулья и столы задвигались в суматохе. Это создавало впечатление, будто в лабораторном здании произошло землетрясение.

Юй Фань поднялся и посторонился, чтобы остальные могли сбежать. Он как раз собирался что-то сказать, но в этот момент кто-то схватил его за запястье — и в следующее мгновение он уже несся к открытому окну.

Юй Фань уставился на Чэнь Цзиншэня и, не выпуская леденец изо рта, закричал: «Чэнь Цзиншэнь!»

Чэнь Цзиншэнь даже не оглянулся: «Прыгай».

«…»

Сзади раздался голос Ху Пана: «Юй Фань!»

Какого черта?!

Юй Фань стиснул зубы и выпрыгнул из окна вместе с Чэнь Цзиншэнем.

Семь или восемь парней разбежались и побежали в разные части школьного кампуса. Ху Пан и охранники также выпрыгнули через окно и погнались за ними. Увидев, что мальчики впереди разбегаются, охранники спросили Ху Пана, за кем им следует идти.

«Тот, что впереди!» — Ху Пан бежал так, что его галстук развевался в воздухе: «Идите за Юй Фанем!»

Ветер свистел в ушах. В итоге они всё равно пробежали свою норму, которую пропустили на уроке физкультуры.

Чэнь Цзиншэнь явно не имел опыта преследования учителем. Юй Фань, которого тот тащил в заднюю часть лабораторного здания, хотел сказать ему, что им следует пойти на поле, где больше людей, чтобы они могли смешаться с толпой.

Юй Фань оглянулся. Ветер взъерошил волосы Чэнь Цзиншэня, брови были слегка нахмурены, а воротник его чистой школьной формы немного смят. Время от времени он оглядывался на охранника, который преследовал их.

Солнечный свет отражался от темных глаз Чэнь Цзиншэня. Они были похожи на луну, на которую он смотрел прошлой ночью.

Юй Фань почувствовал слабый запах мяты. Неизвестные эмоции медленно проникали в его сердце, заполняя и достигая его мозга.

«Чэнь Цзиншэнь». — Сказал Юй Фань сквозь громкое сердцебиение.

Чэнь Цзиншэнь коротко спросил: «Да?».

«Открой рот».

Чэнь Цзиншэнь в замешательстве нахмурился, но тут же увидел, как Юй Фань вынимает «сигарету» изо рта и протягивает ему.

Он машинально приоткрыл губы и принял её.

Раздался лёгкий сладковатый привкус.

«Давай встречаться», — голос Юй Фаня смешался с ветром.

Чэнь Цзиншэнь неосознанно замедлился. С почти полностью растаявшим леденцом во рту он молча уставился на Юй Фаня удивлённым взглядом.

Кончики ушей Юй Фаня немного покраснели. Он повернулся, чтобы посмотреть на него, но быстро отвел взгляд, прежде чем добавить тихим голосом: «Я не буду бить тебя».

Глава 54 - Встречаться!!!

«Конфета?»

В офисе охранника в задней части школы.

Ху Пан внимательно изучил леденец в своей руке, прищурив глаза, и недоверчиво спросил: «Ты же не купил их, чтобы попытаться отмазаться, когда я поймаю тебя за курением?»

Юй Фань, стоявший у стены, на мгновение потерял дар речи. Он достал из кармана еще одну не открытую конфету и бросил ему.

Ху Пан тоже изучил её. У этого леденца действительно был очень необычный дизайн. На упаковке даже было написано “Волшебное средство, чтобы бросить курить”.

Руки Юй Фаня также не пахли сигаретами.

«Если это твоя конфета, почему она во рту у Чэнь Цзиншэня?» — спросил Ху Пан.

«Я…», — Юй Фань сделал паузу и неопределённо проговорил: «Мне показалось, что это вкусно, поэтому я решил поделиться с ним».

«Неужели подобные конфеты так легко раздавать? Встань прямо! Так ли должно вести себя молодое поколение?» — Ху Пан сложил руки за спиной и нахмурился. — «Если ты не курил, почему тогда сбежал? Ещё и заставил меня преследовать тебя через всю школу!»

Юй Фань: «В силу привычки».

«…»

Ху Пан глубоко вздохнул. Он посмотрел на другого студента, стоящего рядом с Юй Фанем, и выражение его лица значительно смягчилось: «Цзиншэнь, почему ты тоже был в здании лаборатории?»

Чэнь Цзиншэнь стоял, опустив по бокам руки и взгляд. Было трудно понять, о чём он думал, но, кажется, ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что Ху Пан обращается к нему.

Он поднял глаза и приготовился говорить.

«Я позвал его», — лениво ответил Юй Фань.

Ху Пан бросил на него сердитый взгляд, а затем снова посмотрел на Чэнь Цзиншэня: «Ты ведь не трогал ничего, к чему не должен прикасаться ученик, верно?»

«Он не курил», — сказал Юй Фань.

Ху Пан продолжал спрашивать: «Тогда почему ты сбежал с ними?»

«Я потащил его с собой», — ответил Юй Фань.

«А я тебя спрашивал? Почему я не знал, что ты такой болтливый?» — Ху Пан, который больше не мог этого выносить, посмотрел на него и выругался: «Тогда продолжай. Расскажи мне, зачем ты его с собой потащил».

Юй Фань тут же придумал ответ: «Он стоял рядом, я просто инстинктивно потянул».

Ху Пан рассмеялся от злости: «Ну раз у тебя всё “инстинктивно”, почему ты тогда сразу не ушел с уроков, потащив его к себе домой?»

«…»

Ху Пан ещё хотел продолжить ругать их, но заметил, что оба мальчика перед ним молча отвернулись.

Он нахмурился, открутил крышку термоса и отпил горячего чая, а потом начал расспрашивать их о других ребятах.

Но даже когда прозвенел звонок, ему не удалось добиться от них никаких имен.

Юй Фань, как обычно, молчал, а Чэнь Цзиншэнь отвечал: «не видел», «не узнал их», «не помню». Это привело к тому, что Ху Пан тяжело вздохнул от гнева.

Он махнул рукой и отправил их обратно в класс.

В перерывах между уроками в школе было очень оживлённо. Коридоры были заполнены учениками.

Юй Фань вернулся в класс, опустив голову. Он шёл довольно быстро, заставляя учеников, идущих с противоположной стороны, подсознательно уступать ему дорогу.

Как раз когда он собирался добежать до класса, позади него раздался голос: «То, что ты сказал ранее, когда мы бежали. Я не услышал».

«…»

Тонкая школьная форма не могла скрыть многого. Чэнь Цзиншэнь видел, как напряглись плечи его соседа по парте. Их шаги также замедлились и выглядели немного неестественно.

Другому потребовалось несколько секунд, прежде чем он холодно ответил: «Это твоя потеря».

Чэнь Цзиншэнь догнал его так, что они пошли плечом к плечу, и мягко напомнил: «Кажется, ты что-то сказал “давай…”?»

«…»

Разве ты, блядь, не сказал, что не услышал?

Когда Ван Луань увидел, что они оба возвращаются в класс, он высунулся наполовину и крикнул: «Юй Фа…»

Прежде чем он успел закончить говорить, он увидел, как его друг вбежал в класс, опустив голову. Он двигался так быстро, что даже не успел толком разглядеть его лицо.

Ван Луань наблюдал, как он возвращается на своё место, прежде чем обернуться в изумлении и спросить человека позади Юй Фаня: «Сюэба, что случилось? Толстый Тигр наказал вас обоих?»

Чэнь Цзиншэнь: «Нет».

«Тогда…»

Чэнь Цзиншэнь спокойно прошёл мимо него и вернулся на своё место.

Ван Луань: «?..»

Следующим уроком был китайский, Юй Фань пытался сосредоточиться на тексте для понимания прочитанного, но ни одно слово не укладывалось в голове. Он уставился в окно, положив локоть на парту, закрыл глаза и тихо поморщился, поглощённый своими мыслями.

Он, блядь... реально решился сказать это.

Он читал кучу вещей вчера вечером о свиданиях и отношениях и прочитал десятки статей, но всё это было слишком сложно. Такие вещи, как принятие во внимание чувств другого человека, пребывание на стороне другой стороны, время от времени преподнесение другой стороне сюрпризов, свидания, объятия и поцелуи…

Он не знал, как сделать что-либо из этого.

Юй Фань никогда не был хорош в этих вещах и никогда не думал об установлении близких отношений с кем-либо.

Поэтому, выключив телефон вчера вечером, он лежал в постели и некоторое время смотрел в потолок, думая, что, может быть, ему просто стоит забить — это было слишком хлопотно. Он также не знал, как долго Чэнь Цзиншэнь будет любить его. Возможно, тот вскоре почувствует, что встречаться с кем-то с более приятным характером будет лучше.

Он явно думал об этом перед тем, как заснуть, но когда Чэнь Цзиншэнь схватил его и побежал, и когда он увидел, как тот одновременно жалобно и спокойно смотрит на него, его разум опустел, а когда он, наконец, пришел в себя, это было уже сказано.

Он даже засунул остатки своего леденца в рот Чэнь Цзиншэню.

И Чэнь Цзиншэнь съел его.

«…»

Юй Фань с силой потер лицо. Он тихо повернул голову и взглянул сквозь пальцы на человека, сидящего рядом с ним.

Чэнь Цзиншэнь делал пометки в своем учебнике. Его записи были очень грубыми и неряшливыми. На самом деле, его почерк не был таким идеальным, когда он делал домашнее задание и практические работы. Только когда он писал эссе или любовное письмо…

Юй Фань быстро остановил свои мысли. С беспорядком в голове он уставился на руку Чэнь Цзиншэня. Его взгляд проследил, как ручка переместилась на пустое место в верхней части тетради. Внезапно почерк стал аккуратнее…

‘“Давай” что сделаем?’

«…»

Юй Фань, словно его что-то ужалило, тут же повернул голову назад.

Он не мог сосредоточиться на уроках весь день, а также не был в настроении говорить о Ху Пане, когда Ван Луань и Цзо Куан подошли, не говоря уже о том, чтобы говорить с его соседом по парте.

Но его сосед по парте был очень терпелив.

Во время последнего урока Юй Фань сидел с головой, скрытой под партой, поглощённый чтением сёнэн-манги, когда его телефон вдруг завибрировал, и на экране появилось сообщение: [S: “Давай” что сделаем?]

Юй Фань тут же поднял голову и случайно увидел, как его сосед по парте положил телефон обратно под парту и продолжил внимательно слушать урок.

«?» Юй Фань сразу включил режим “Не беспокоить”.

В полдень, когда он ел лапшу и свободной рукой играл в «Змейку», он проверил таблицу лидеров и увидел, что человек, занимавший первое место с фотографией профиля добермана, сменил имя: [Давай что сделаем?].

Ван Луань наслаждался едой, когда у человека рядом с ним внезапно начался приступ кашля.

Во время последнего занятия по самоподготовке днем у Юй Фаня развилось некоторое посттравматическое стрессовое расстройство по отношению к своему телефону, но поскольку ему действительно больше нечего было делать, он мог только достать листок по математике и работать над ним. В конце концов, он застрял на задаче в конце листа.

Он снова и снова перечитал задачу, прежде чем подсознательно отодвинуть листок в сторону и привычно позвать соседа, нахмурившись: «Чэнь Цзиншэнь...»

Ебать.

Голос Юй Фаня резко оборвался. Он пришёл в себя и тут же отдёрнул листок, не смея поднять взгляд на собеседника.

Чэнь Цзиншэнь держал листок одной рукой, не давая ему убрать его обратно.

«…»

Внезапно дверь в класс распахнулась.

«Всем остановиться. Позднее уведомление. Сегодня в семь вечера школа организует сеанс кино на школьной площади. Прийти должны как ученики пансиона, так и ученики дневной формы обучения». — Чжуан Фанцинь взглянула на часы и продолжила: «Там будут старшие, поэтому нужно будет убрать школьную площадь, трибуны и всё остальное. Каждый класс будет отвечать за свою зону, наш класс будет за зону перед левой трибуной. Мне нужно выбрать троих учеников, кто хочет быть добровольцем…»

«Я!» — Послышался звук отодвигаемого стула, и кто-то тут же встал.

Весь класс подсознательно оглянулся, а затем все были удивлены.

Чжуан Фанцинь также была ошеломлена, когда увидела человека, который встал. Ей потребовалось некоторое время, прежде чем она добавила: «Те, кто хочет воспользоваться этим шансом, чтобы сбежать с уроков, могут забыть об этом».

«Я не собираюсь сбегать», — Юй Фань отпустил листок: «Я уберусь».

Чжуан Фанцинь на мгновение задумалась, а затем добавила: «Мне нужно еще двое».

Как только она закончила говорить, и староста класса, и представитель профсоюза встали. Чжуан Фанцинь с удовлетворением указала на заднюю часть класса: «Ладно, идите, возьмите три метлы и следуйте за мной... Юй Фань! Почему ты выходишь в окно, вместо того чтобы уйти нормально?? Ты что, хочешь, чтобы меня наказали?!»

Юй Фань, не говоря ни слова, взял три метлы и, не оглядываясь, спустился вниз.

Чжуан Фанцинь всё ещё волновалась. Она поспешно бросила “продолжайте самообучение” и последовала за ним.

Чэнь Цзиншэнь отвёл взгляд и молча покрутил ручкой.

Через мгновение он взял листок, который Юй Фань убрал ранее, а также рваную бумагу и записал подробное решение задачи.

Сначала Чжуан Фанцинь подумала, что Юй Фань либо хочет прогулять занятия, либо просто расслабиться.

Но неожиданно он оказался самым старательным из троих. С того момента, как он добрался до места, он не переставал подметать, его глаза были устремлены в землю.

Чжуан Фанцинь не стеснялась высказывать свои похвалы: «Неплохо, довольно чисто. Похоже, в будущем тебе не придется учиться, вместо этого ты сможешь стать уборщиком. У тебя талант в этой области».

Юй Фань даже не поднял головы: «Спасибо. Я подумаю».

Чжуан Фанцинь с улыбкой похлопала его по голове: «Ладно, у меня ещё есть небольшое совещание. Приберись здесь как следует и не забудь прийти на сеанс в кино сегодня вечером».

Школа выпустила это уведомление довольно поздно. Это был почти конец занятий, когда они пошли убирать.

Чжуан Фанцинь не повезло, и ей выпало самое большое место на уборку. Когда они закончили, школа уже была окрашена в золотые лучи заката, и в ней было всего несколько человек.

После уборки нужно было дождаться, пока кто-нибудь из студенческого совета проверит, прежде чем уйти. Юй Фань сел на стойку, положив метлу рядом с собой, сгорбившись, и лениво ждал, когда они придут.

Золотое солнце опустилось на западе, его лучи окрасили небо в огненный цвет. Юй Фань некоторое время смотрел на облака, пока не услышал шуршащие звуки неподалёку.

Он повернул голову и встретился взглядом с Чэнь Цзиншэнем.

Ебать…

Юй Фань опёрся на руку и уже собирался встать, когда перед ним появилась бутылка колы, от которой всё ещё шёл прохладный пар.

«Учительница заставила меня раздать всем». — Чэнь Цзиншэнь сел рядом с ним и спокойно сказал: «Смузи из маша больше не было».

«…»

Хотя он подметал полчаса, до этого чувствуя себя нормально, но как только его взгляд упал на напиток, у него сразу пересохло в горле.

Он внимательно огляделся. Староста класса и представитель профсоюза сидели на две ступеньки ниже него, каждый с бутылкой колы в руке.

Похоже, это действительно дала Фанцинь.

Юй Фань издал «ох», взял бутылку и сделал несколько больших глотков. Ощущение прохлады мгновенно заставило его почувствовать себя намного лучше.

Поэтому, когда он опустил глаза и увидел что-то, похожее на надпись на открытой части бутылки, он не сразу отреагировал.

Юй Фань поднял бутылку и поднес её ближе, но смог увидеть только размытые чёрные линии.

Что это? Акция на колу? Купи одну и получи вторую бесплатно? Я выиграл?

Юй Фань сделал ещё один большой глоток, прежде чем снова поднять бутылку и проверить её на огненно-красном вечернем солнце. Теперь он мог видеть черную надпись на бутылке:

‘Давай что сделаем?’

Юй Фань: «…»

Пластиковая бутылка сжалась сильнее. Она смялась под этой силой, издав несколько жалобных звуков.

Чэнь Цзиншэнь моргнул полу опущенными глазами. Он был готов к тому, что другой человек выбросит бутылку и уйдёт.

В следующую секунду его внезапно схватили за воротник. Он удивлённо поднял взгляд.

«Чэнь Цзиншэнь, тебе не надоело? Ты что, правда не знаешь, что я хочу, чтобы мы сделали?»

Чэнь Цзиншэнь быстро оправился от удивления. Он сказал: «Я не знаю».

"Встречаться!!!"

Лицо Юй Фаня пылало, как облака в небе. Он подавил голос и сказал с досадой и гневом: «Давай встречаться! Я же, блять, сказал, что мы должны встречаться!! Теперь ты понял?!?»

«…»

Юй Фань кого-то заметил, тут же обернулся и закричал: «Эй, ты там. Да, ты. Ты, блять, смеешь разбрасывать мусор? Ты что, не видишь, какое здесь чистое место? Подними его и выбрось в мусорное ведро!»

Одноклассник был в шоке. Он тут же поднял мусор и поспешил прочь.

Юй Фань смотрел ему вслед, пока он бежал до ворот школы, прежде чем повернуться назад с сердитым выражением лица.

Он увидел, что Чэнь Цзиншэнь отвернулся, а его плечи слегка дрожали.

Юй Фань был ошеломлён. Его рука всё ещё сжимала воротник Чэнь Цзиншэня. Он потянул его без особой силы и яростно спросил: «Чэнь Цзиншэнь, над чем ты смеёшься??»

Чэнь Цзиншэнь поджал губы и повернулся, чтобы посмотреть на него, но вскоре он снова отвернулся. Казалось, ему было трудно сдержаться.

Когда Юй Фань собирался снова разозлиться, Чэнь Цзиншэнь наконец заговорил: «Потому что я счастлив».

«Юй Фань, это мои первые отношения», — Чэнь Цзиншэнь сказал: «Я очень счастлив, что ты мой парень».

Паре....

Бум! Юй Фань почувствовал, как его мозг взорвался.

Рука, держащая воротник Чэнь Цзиншэня, медленно ослабла, и его плечи тоже понемногу расслабились. Его разум некоторое время гудел. После долгого-долгого времени он, наконец, слабо выдавил строчку: «О... ох».

Страница книги Дождись меня после школы в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Если тебе так нравится смотреть, почему бы тебе не сесть поближе и посмотреть?

Глава 2 - Ищешь драки?

Глава 3 - Любовное письмо от Чэнь Цзиншэня

Глава 4 - Как мог такой хороший ученик, как Чэнь Цзиншэнь, влюбиться преждевременно!

Глава 5 - Пожалуйста, прими моё любовное письмо

Глава 6 - Я написал его, чтобы выразить свои чувства

Глава 7 - Ты читал мое любовное письмо?

Глава 8 - Решай свой экзамен сам

Глава 9 - Можно добавить тебя в WeChat?

Глава 10 - Юй Фань, у тебя жар

Глава 11 - Юй Фань отправил Чэнь Цзиншэня в больницу!

Глава 12 - Мы не настолько близки

Глава 13 - Если ты не хочешь брать меня с собой, то мне нет смысла в неё играть

Глава 14 - Ты когда-нибудь думал, что она может нравиться мне как женщина?

Глава 15 - Я был тем, кто держался с ним за руку той ночью

Глава 16 - Мне нравятся жестокие

Глава 17 - Подожди, я побью тебя завтра

Глава 18 - Но это было очень мило

Глава 19 - Тогда я влюбился по уши

Глава 20 - Не смейся

Глава 21 - Я хочу всегда сидеть с человеком, в которого влюблен

Глава 22 - Я не могу его удержать

Глава 23 - Сегодня я избавлюсь от тебя и твоей собаки

Глава 24 - Я просто послушал тебя и не взял сигарету

Глава 25 - Почему ты такой неряшливый?

Глава 26 - Поцелуй человека рядом с собой

Глава 27 - Просто посиди со мной так ещё немного, тогда мне станет легче

Глава 28 - Иначе я никогда больше не буду разговаривать с тобой в этой жизни

Глава 29 - Учитель Чжуан, не приходите сюда больше

Глава 30 - Я понял. Тогда я продолжу любить тебя тайно

Глава 31 - Ты идиот?

Глава 32 - Юй Фань, ты ведь не можешь просто хорошо учиться, да?

Глава 33 - Что такого ты сделал?

Глава 34 - Ты нравишься мне

Глава 35 - Так что не игнорируй меня

Глава 36 - Чэнь, Цзин, Шэнь

Глава 37 - Я не позволю ему влюбиться в кого-то другого слишком рано

Глава 38 - Перепугался до смерти

Глава 39 - Юй Фань, ты действительно…

Глава 40 - Ты можешь выйти за него замуж сам, я не буду

Глава 41 - Мне они нравятся

Глава 42 - Тогда ты когда-нибудь целовался?

Глава 43 - Мм, мм, ммм…

Глава 44 - Иди и поешь со своим бывшим соседом по парте

Глава 45 - Тебе нравится есть уксус?

Глава 46 - Мне казалось, что я умер вместе с тобой

Глава 47 - Чэнь Цзиншэнь, иди домой

Глава 48 - Не квиты

Глава 49 - Почему... я так сильно хотел поцеловать Чэнь Цзиншэня?

Глава 50 - Класс на первом этаже лабораторного корпуса

Глава 51 - Могу ли я поцеловать тебя вечером?

Глава 52 - Этот зуб немного острый

Глава 53 - Давай встречаться

Глава 54 - Встречаться!!!

О книге