Внезапное столкновение.

Когда человек хочет что-то получить, он должен отдать взамен нечто равноценное. В алхимии это называется законом «Равноценного обмена".

На дворе была полночь, и жители города давно уже спали. Но в окне одного из домов мерцал маленький огонек. В комнате, что была заставлена пробирками и флаконами с реагентами, около стола стояли мужчина и девочка. Под зажженной лампой, они внимательно наблюдали за тем, как протекал процесс эксперимента.

Интересно, сколько времени уже прошло?

Внезапно, ослепительно яркий свет вспыхнул над поверхностью стола. Он стал постепенно распространяться, поглощая все вокруг, включая мужчину и девочку. Мужчина изо всех сил пытался хоть что-то рассмотреть, но из-за яркости свечения это было невозможно.

Вскоре, когда свет ослаб, он увидел парящее перед ним перо. Мужчина протянул к нему руку, ликуя, что эксперимент удался.

Однако, то, что принесло это сияющее перо, не оставило и следа от радости успеха.

В следующий момент, по всему дому разнесся душераздирающий крик девочки.

Поезд мчался вдоль горной гряды. Проехав каменный мост, он продолжал свой путь к пункту назначения, пересекая долину с густо растущими деревьями. Лес стал наполнять ритмичный стук колес и длинный шлейф дыма, что тянулся из трубы.

Под лучами полуденного солнца, многие пассажиры расслабились под мерный стук колес. Одни наблюдали из окна за лугами, что раскинулись у подножья гор и редкие дома вдалеке. Другие же беседовали друг с другом и просто проводили время, занимаясь своими делами.

Однако был один мальчик, который не мог насладиться спокойной атмосферой во время своего путешествия.

- Кааак, скууучно, - вздохнул Эдвард и положил голову на подоконник, смотря на бескрайнее голубое небо, что раскинулось над плавно текущим пейзажем.

Альфонс, который сидел напротив него и читал книгу, оторвал взгляд от страниц и посмотрел на своего скучающего брата.

- Брат, ты уже дочитал эти книги? – он указал на стопку, что лежала рядом с Эдвардом.

- Я только что закончил их читать, - даже не взглянув на младшего брата, рассеяно ответил Эд.

- Почему бы тебе не прочитать их еще раз? Я вот уже в третий раз читаю эту книгу, и при каждом прочтении открываю для себя что-то новое. Это интересно.

Эдвард искоса посмотрел на Альфонса, который указывал на книгу, что была у него в руках.

- Я прочитал все эти книги уже по пять раз.

- Тогда, почему бы тебе не поспать?

- Я не хочу спать.

- Ну, ты можешь полюбоваться пейзажем за окном?

- Я устал на него смотреть.

- Тогда расслабься и давай приятно проведем время в поездке.

Все это время терпеливо отвечавший на спокойные предложения Альфонса, Эдвард крикнул:

- Я не умею бездельничать!

- В этом-то и твоя проблема, - пожав плечами сказал Альфонс. Он слышал эти слова за сегодня уже в седьмой раз.

Эдвард Элрик был пятнадцатилетним юношей, с золотыми волосами заплетенными в косичку и золотыми глазами, который считал, что сейчас бездарно тратит время в поезде. Он был одет в красное пальто и черные одежды, и, хотя он был небольшого роста, благодаря крепкому и подвижному телу, он всегда выглядел уверенно. На первый взгляд он был обычным мальчиком, но автопротезы правой руки и левой ноги указывали на то, что он нес на себе груз тяжелого прошлого, который был несоразмерен для такого ребенка как он.

Сидящий напротив него Альфонс, был младшим братом Эдварда. Хоть и казалось, что он носит доспехи и выглядит намного больше, чем его старший брат, на самом деле внутри этих доспехов была пустота. Благодаря кровавой печати, что была нарисована на внутренней части брони, душа Альфонса была привязана к этому железному телу.

Пытаясь вернуть к жизни их умершую мать, мальчики, будучи еще совсем детьми, нарушили главный запрет алхимии.  Потерпев неудачу, Эдвард лишился левой ноги, а Альфонс всего тела. Чтобы спасти своего младшего брата, Эд нарисовал своей кровью печать внутри доспехов и только так смог вернуть душу Ала. Однако взамен мальчик отдал свою правую руку.

Но время, которое он провел в отчаянии, было недолгим.

Братья дали обещание вернуть свои настоящие тела и для этого Эдвард прошел экзамен на Государственного алхимика, чтобы свободно пользоваться специальной литературой и исследованиями по алхимии научно-исследовательских институтов. Также у него был доступ к финансированию и другие привилегии.

После этого они продолжили свое путешествие в поисках того, что поможет им вернуть свои тела. И на этот раз братьям удалось узнать детали о «Философском камне», материалы о котором хранились в библиотеке города Централ. И вот теперь их поезд держит туда путь.

Во время этой поездки Эдвард постоянно жаловался на скуку, а Альфонс пытался его успокоить — такой разговор часто происходил в их путешествиях, но в этот раз к ним присоединился еще один человек.

- Ты ведь понимаешь, что стороны такое поведение выглядит жалко, Эдвард Элрик? — громким и низким голосом сказал сидящий напротив них крупный мужчина в военной форме. - Если ты собираешься продолжать так себя вести, то я начну беспокоиться за твое будущее. Я был прав, что присоединился к вам.

Мужчину, который медленно гладил свои тщательно уложенные усы, звали Алекс Луи Армстронг. Он был майором и обладателем боевого имени «Могучерукий алхимик». Да, он тоже являлся Государственным алхимиком. Несмотря на то, что он был высоким, а его тело очень мускулистым, по характеру этот человек был добрым, отзывчивым и сентиментальным, что противоречило его внешнему виду.

Однако в характере майора Армстронг была и строгость. В последнее время в городе Централ участились случаи нападений на государственных алхимиков, и с недавнего времени он был назначен охранять Эдварда, чья рука-автопротез была повреждена. Хоть и на текущий момент ремонт уже был проведен, он продолжит охранять юношу до прибытия в столицу.

Для Эдварда, который предпочитал свободу действий, постоянное присутствие рядом Армстронга было немного утомительным.

- Я просто не люблю сидеть на месте и ничего не делать!

- Да, конечно, спокойное поведение, это совсем не в твоем характере. Но мы скоро уже будем в Централе, верно майор? — сказал Альфонс, закрывая книгу и затем посмотрел на Армстронга.

- Правильно. Сейчас мы проезжаем мимо города Хисгард. Станция Централа будет за ним. Осталось потерпеть совсем немного.

- Хисгард? Понятно. Значит мы уже почти рядом с Хисгардом, — сказал Альфонс, обращаясь к Эдварду, который от скуки смотрел в окно, подпирая рукой подбородок, - брат, ты помнишь, как несколько лет назад мы ездили туда с учителем.

- Хм? Теперь, когда ты об этом сказал… и правда, — ответил Эдвард.

- О, у вас есть знакомые в Хисгарде?

- Нет, мы просто навещали друга нашего учителя, — ответил Эдвард, чтобы скоротать время, - Вильгельм Эйзельштейн, алхимик, который живет в этом городе, — добавил юноша, - майор, возможно, Вы его знаете?

— О! Профессор Вильгельм! Хоть я его не встречал лично, но его имя мне знакомо. Разве это не тот алхимик, которого называют одним из «Десяти мудрецов»? — с восхищением сказал Армстронг.

- Именно он, - Эдвард кивнул в ответ.

Существует много алхимиков, чьи имена известны благодаря их таланту и мастерству, даже несмотря на отсутствие государственной квалификации. Некоторых из самых известных алхимиков называют «Десять мудрецов» и они пользуются уважением за свои высокие навыки и глубокие знания.

Это не означало какой-либо статус или должность, да и имена этих людей, упоминаются лишь в конкретных регионах, а иногда даже встречаются алхимики, о которых никто и никогда не слышал. Однако имя Вильгельма Эйзельштейн, было известно каждому, кто занимается алхимией.

— Он потрясающий алхимик. По слухам, он может выполнять преобразования также быстро и точно, как и учитель, а еще говорят, что он добрый человек с мудрым взглядом, — добавил Альфонс.

В этот момент Эдвард, похоже, вспоминал прошлое, смотря куда-то в сторону.

— И не только профессор, но и его дочь была невероятно талантлива, - продолжил Ал.

— Дочь?

— Да, у профессора Вильгельма есть дочь, ее зовут Селена. Она была примерно нашего возраста, но могла использовать алхимию на уровне взрослых. Я думаю, что сейчас она, наверное, стала великим алхимиком.

— Ясно. Значит, она гениальный молодой алхимик.

Чтобы стать алхимиком, недостаточно одного желания. Требуется серьезный подход к обучению и исследованиям, а также талант. Если ее навыки были на уровне взрослых, то это можно было бы назвать врожденным даром.

Однако, в отличие от похвальных слов Альфонса о Селене и восторга Армстронга, Эдвард выглядел хмурым.

— Может быть, она и была гением, но еще была очень молчалива и холодна. Я думал, что мы немного сблизились, но, когда мы возвращались в Дублис, она даже не пришла нас проводить, — сказал Эдвард с небольшим раздражением.

Несмотря на то, что они провели вместе несколько дней, Эдвард почувствовал обиду, когда Селена не пришла их проводить. Армстронг, как старший, высказал свою точку зрения:

— Возможно, она могла простудиться... или ей было трудно прощаться.

— Вряд ли. Думаю, она просто была слишком ленива, чтобы прийти и попрощаться, — сказал Эдвард.

— Но она ведь была тихой девочкой, верно?

Эдвард только сейчас начал задумываться, что именно из-за своей стеснительности и молчаливости Селена не смогла тогда прийти. Тем не менее, это событие уже стало частью прошлого. Эдвард не собирался выяснять, так ли это было на самом деле.

— В любом случае, это было в прошлом. У нас есть свой путь, а у Селены — ее собственная жизнь. Все в порядке, - юноша безразлично пожал плечами.

В этот момент раздался пронзительный звук, и поезд сильно затрясло.

— Ой! - Эдвард, сидевший спиной по направлению движения, резко упал вперед.

— Что это было? Взрыв? — обеспокоенно спросил Армстронг.

— Сзади, — ответил Альфонс.

Альфонс и Армстронг, которые смогли сохранить равновесие и не упасть во время удара, резко обернулись назад.

Несмотря на то, что поезд сильно тряхнуло, он продолжил движение. Это было странно, что при таком громком взрыве, машинист не сделал экстренное торможение.

— Может быть...

Армстронг нахмурился, когда из динамиков поезда послышался грубый мужской голос.

— Мы — Восточный Народный Революционный Фронт. Этот поезд захвачен нами. Повторяю: мы — Восточный Народный Революционный Фронт. Пассажиры, выполняйте все, что вам скажут.

— Хм. Все-таки захват поезда, — сказал Армстронг, вставая.

В нынешнее время не редко стали встречаться люди, которые шли на крайние меры под влиянием политических взглядов. Видимо, для пассажиров подобная ситуация была привычна, так как в поезде не было слышно криков, и никто не поддавался панике.

Но это не означало, что подобное следовало оставлять без внимания. Армстронг встал во весь рост, чтобы быть готовым выполнить свои обязанности как военного, и стал осматривать соседние места.

— Брат, ты слышал? Восточный Народный Революционный Фронт. Такое впечатление, что они просто взяли и склеили разные слова для этого названия.

— Видимо, это какая-то новая экстремистская группировка.

Из-за взрыва, который швырнул Эдварда с сиденья, он, потирая ушибленный подбородок, снова сел на место.

- Конец света, ей-богу, - Эдвард снова положил локти на подоконник и посмотрел в окно, но, почувствовав на себе настойчивый взгляд, медленно обернулся.

- Эдвард Элрик, что ты делаешь? - Армстронг смотрел на юношу пронзительным взглядом.

- Почему я? Это не имеет ко мне никакого отношения.

Эдвард пытался избежать неприятностей, желая оставаться просто пассажиром, но Армстронг не собирался так легко сдаваться.

- Как представитель армии, нужно вместе сражаться с захватчиками поезда!

- Нет. Я не хочу тратить силы пока мы не доберемся до Централа.

- Но ведь только что ты, похоже, не знал, что делать со всей своей энергией?

- Но на таких людей, как они, будет достаточно и одного майора.

- Хмммммм.

Глаза Армстронга засверкали. Эти слова доказывали его силу алхимика, и похоже, это придало ему еще больше уверенности.

- Точно! - Скинув верхнюю одежду, Армстронг продемонстрировал свое великолепное мускулистое тело. - Я не позволю этим разбойникам совершать свои злодеяния! Я Могучерукий алхимик, Алекс Луи Армстронг! Удача отвернулась от них, когда эти негодяи решили захватить этот поезд! Преступники, вам стоит бояться меня! – уверенно произнес мужчина, с гордостью демонстрируя накаченные бицепсы, пресс и мощные мышцы спины.

В это время двое разбойников с оружием в руках открыли дверь вагона и ворвались внутрь.

- Эй, вы, спокойно… АААА! - Мужчина, который грозил пистолетом с порога, вскрикнул от неожиданности.

Пассажиры в предыдущем вагоне сидели тихо и спокойно. Однако здесь был высокий, обнаженный по пояс человек принимающий позу, чтобы максимально продемонстрировать свои мышцы. Рядом с ним сидел другой крупного телосложения пассажир в доспехах.

- Что за… вы кто такие?! - увидев эту неожиданную сцену, мужчина чуть не выронил свое оружие, но перезарядив пистолет, громко сказал. - Так или иначе, вы слышали то сообщение? Этот поезд захвачен нами, Восточным освободительным альянсом! Вы поняли?

- Название поменялось по сравнению с предыдущим сообщением, – прошептал Альфонс, сидя напротив Эдварда.

Эдвард кивнул с явным недовольством, но тут же осознал, что эта ситуация для него не в новинку.

- Я заметил. Правда не совсем понимаю, с кем именно мы имеем дело.

- Кстати, ведь такое уже случалось с нами, верно?

Эдвард и Альфонс уже имели опыт путешествия на поезде, который был захвачен бандитами, а также сталкивались с преступниками ранее.

- Может, мы просто прокляты….

Один из бандитов, заметив, что Эдвард опустил голову, направил на него оружие.

- Эй, ты! Прекрати говорить сам с собой! Сдавай деньги и ценности!

Преступники, увидев невысокого Эдварда, решили, что его можно легко одолеть по сравнению с мускулистым мужчиной и человеком в доспехах.

- Хорошо, тогда собери заодно деньги у этого накаченного парня и того, что в доспехах! Ясно, мелкий?!

- Эй!  — недовольно возмутился Альфонс.

Эдвард медленно поднялся с места и встал перед младшим братом.

- Кого ты называл мелким? – спросил Эдвард низким голосом сквозь зубы. Бандиты и не подозревали, что этот вопрос может привести к неожиданным последствиям.

- Ну, конечно, тебя! Кто еще здесь «мелкий»?!

Глаз Эдварда дернулся и не говоря ни слова, он соединил ладони.

- Что...

Пока преступники не поняли, что он задумал, Эдвард резко сорвался с места. Положив левую руку на правый автопротез, он стал преобразовывать его. Когда свет от реакции погас, один из бандитов был отправлен в полет с яростным криком Эдварда. Правая рука юноши была преобразована в молот.

- Кто тут маленький, по версии Гиннесса?!

- Черт!

От удара мужчина вылетел через окно и упал бы на землю, но смог зацепился за дерево у железнодорожного пути.

- Э-э, алхимик?!

Оставшийся в вагоне преступник в панике начал искать что-то в карманах, но найти нужный предмет ему не удалось.

- Тун!

Майор Армстронг ударил кулаком по месту, где только что сидел. Внутри вагона вспыхнул свет от реакции преобразования, и сотрясающий воздух треск, наполнил пространство. Когда все утихло, сиденье было преобразовано в огромный круглый шар. Этот гигантский деревянный шар от мощного удара Армстронга, пробил спинки других сидений.

- ААААА! – преступник потерял сознание, когда летящий шар сбил его с ног, так и не вытащив руку из кармана.

- В итоге, мы все-таки оказались втянуты в это..., - Альфонс бросил взгляд на происходящее и затем повернулся к Эдварду.

Он присел рядом с поверженным бандитом и стал осматривать его на наличие ран. Рядом послышался тяжелый вздох Эда.

- Мы действительно прокляты.

- Может, нас преследуют?

- Что? Кто? - Эдвард посмотрел на Альфонса, который в это время встал и посмотрел на дверь вагона, что была перед ним. В следующий момент дверь открылась.

- Ну, вот...

- Что случилось? Что это... АААА! – еще один преступник, услышав шум, выбежал из другого вагона и врезался головой в доспехи Альфонса, стоявшего перед дверью.

Младший Элрик без промедлений нанес удар бандиту, который качал головой, держась за ушибленный лоб. После Ал снова посмотрел на брата.

- Эти люди, — сказал Альфонс.

- Понятно, - кивнул Эдвард и недовольно поморщился, услышав стремительно приближающиеся шаги. Похоже, проблемы еще не закончились, - что ж, не повезло нам.

Эдвард повернулся к стоящему позади Армстронгу.

- Майор, займитесь задним вагоном. А мы пойдем вперед. Разделимся и разберемся с захватчиками.

- Понял, - кивнул мужчина.

- И еще..., - Эдвард вытащил из кармана поверженного Армстронгом бандита листок бумаги. На нем был изображен алхимический круг.

Судя по тому, что преступники сначала пытались угрожать оружием, а не использовать алхимию, можно было предположить, что они не были уверены в своих способностях. Однако нарисованный на бумаге алхимический круг был довольно сложным, что указывало на возможность наличия среди их людей алхимика, способного им пользоваться.

- Возможно, среди них есть алхимики, так что нужно быть осторожными, — сказал Эдвард, показывая на лист бумаги, на что майор серьезно кивнул.

- Буду иметь это ввиду.

Армстронг взялся за ручку двери, ведущей в задний вагон, а Эдвард и Альфонс встали перед дверью, что вела вперед.

- Что ж, тогда пошли.

- Да!

Все трое обменялись взглядами через плечо и одновременно открыли двери, чтобы дать бой захватчикам поезда.

Когда поезд проходил через горную местность, Альфонс заметил кое-что странное. Сначала он отметил про себя, что серые скалы и солнце, которые были до этого с правой стороны, неожиданно изменили положение.

- Брат, не кажется ли тебе, что направление поезда изменилось? Раньше солнце было с этой стороны..., - он посмотрел в окно, после того как справился с несколькими бандитами, захватившими вагон.

- И правда, - Эдвард тоже выглянул в окно, чтобы проверить. - Так мы окажемся не в Централе, а в Хисгарде!

Похоже, угонщики изменили направление на развилке. Теперь поезд двигался по маршруту, который он не должен был проходить.

- В любом случае, нам нужно срочно поймать преступников. Нам как можно скорее необходимо попасть в Централ, а тут еще поезд сменил направление — это так раздражает.

Оторвавшись от окна, Эдвард и Альфонс снова направились к переднему вагону. С помощью алхимии, Эдвард отважно сражался с бандитами, которые ожидали их в каждом вагоне. И когда они были почти на месте, юноша остановился.

- Что это? - Под верхней одеждой лежащего без сознания преступника, Эдвард обнаружил знакомый предмет. - Этот узор...

На рубашке этого мужчины была пуговица с изображением такого же герба, как на серебряных часах Эдварда.

- Брат, неужели этот человек — солдат?

- Похоже на то. Но почему...

Пока они размышляли над этой находкой, из глубины вагона послышались шаги.

- Черт возьми, - когда Эдвард поднял глаза, он увидел, что в вагон входят около десяти человек, среди которых были и люди в военной форме. - Ну и ладно. Встреча с военными преступниками не такая уж и редкость. Главное, что мы всех их вырубим и выйдем на главаря, — сказал Эдвард, быстро соединяя ладони и формируя из железного щитка правой руки острое лезвие.

- Ал!

- Да!

Эдвард поставил ногу на плечо Альфонса, и использовав его как опору, перепрыгнул через него и оказался впереди. Проход в узком вагоне не позволял им идти бок о бок, поэтому приходилось сражаться лицом к лицу. Однако Эдвард ловко использовал преимущества такого положения, атакуя бандитов сбоку. Перепрыгнув через спинки сидений и ухватившись за багажную полку, он резко прыгнул через проход и сбил с ног преступников, которые не могли за ним уследить.

- Этот пацан! Он двигается, как обезьяна!

Мужчина в военной форме, стоявший перед дверью вагона, стиснул зубы, наблюдая за тем, как его товарищи терпят поражение.

На теле одного из бандитов, возможно, был нарисован алхимический круг, так как в следующий момент вспыхнул свет, и появилось острое копье с наконечником в форме стрелы. Он действовал более обдуманно, чем те бандиты, с которыми Эдвард сражался ранее.

Юноша, прищурившись, сосредоточил взгляд на солдате-алхимике.

- Ваша форма... Вы из национальной военной полиции, верно? Понятно, значит, Вы также хорошо владеете алхимией. Удивительно, что такие элитные солдаты, как вы, переходят на сторону преступников.

Национальная военная полиция — это особый класс военнослужащих, прошедших специальную подготовку. Они те, кто могут использовать алхимию и владеют рукопашным боем. Они также считаются элитой.

- Хм, что такой ребенок как ты, может понять!

Со свистом в воздухе, военный взмахнул копьем в сторону Эдварда.

Хоть Эд и был самым молодым Государственным алхимиком, он уже достиг высокого уровня квалификации. На его фоне национальная военная полиция выглядела не так уж и устрашающе.

Однако противник оказался слишком силен для его уровня навыков. Эдвард быстро перехватил руку врага, что держала копье и ударил соперника в область солнечного сплетения.

- Ха!

Согнувшись от боли, мужчина прижал руки к животу, и Эдвард встал перед ним.

- Ну что ж, тогда давай сразу разберемся, почему национальная военная полиция решила захватить поезд. Что здесь происходит?

- Неужели вы не просто хотите ограбить его пассажиров? - Альфонс, который уже расправился с другими бандитами, также посмотрел на мужчину сверху вниз.

- Черт возьми... Кто будет говорить с таким мелким сопляком, как ты!

Мужчина явно был сильно разочарован тем, что проиграл ребенку. Он злобно посмотрел на Эдварда, стараясь сохранить хотя бы каплю гордости.

Однако юноша, привыкший к подобным ситуациям, без колебаний приставил острие своего правого клинка к горлу мужчины.

- Тогда, чтобы ты и дальше так не хамил, нам придется принять меры.

Хотя Эдвард говорил спокойно, острие его лезвия было направлено прямо в горло мужчины. Неподвижный клинок свидетельствовал о большом опыте Эдварда в таких ситуациях.

- Нет! Прекрати! Ладно, я скажу! Я расскажу..., - солдат, стараясь избежать режущего лезвия, которое оцарапало его горло, отпрянул назад и замахал руками. - Я просто сбежал из армии!

Эдвард и Альфонс быстро переглянулись и затем снова посмотрели на мужчину.

- Ты сбежал из армии? Что же ты натворил?

- Лучше бы тебе сдаться как можно скорее.

Если этот человек оказался в бегах от армии, это только подтверждало его вину. Братья подумали, что он, наверное, совершил какое-то преступление, но мужчина вновь начал трясти головой.

- Нет! Я ничего не сделал! Но кто-то подставил меня, и я был вынужден сбежать! Это правда!

- Так почему бы тебе не сказать это, вместо того чтобы убегать?

- Я сказал! Но прежде, чем я успел осознать, против моего отряда были выданы ордеры на арест, и у меня не было времени и возможности оправдаться! Это был чей-то заговор!

Эдвард почувствовал, что разговор стал развиваться в неожиданном направлении, и наклонился к мужчине.

- Ордера на арест для всей команды? Что ты имеешь ввиду?

- За исключением нескольких человек, кто присоединился к нашему отряду, остальные были алхимиками. Хотя у нас не было государственных квалификации, но мы стремились ее получить. Однако теперь, включая меня, нашего командира, и даже новичков, нас всех преследуют за преступления, которые мы не совершали. Мы клянемся, что невиновны!

- Все члены отряда были ложно обвинены?

Судя по поведению мужчины, казалось, что он говорит правду.

Альфонс, вероятно, думал также. С сочувствием в голосе он спросил солдата:

- Так почему вы решили так поступить? Разве не было других вариантов? Ведь сейчас, после того как вы захватили поезд, вы не можете утверждать, что вы невиновны. Более того, вы еще и пытались ограбить пассажиров.

Мужчина снова опустил голову.

- Я сам хотел решить это более мирным способом. Но чтобы попасть в Хисгард, мне пришлось поступить так.

- Так вы действительно собирались в Хисгард. Но почему именно туда?

Хисгард слишком маленький город, чтобы этот поезд, направляющийся в Централ, мог там остановиться. Эдвард не понимал, зачем было идти на угон, чтобы добраться до такого небольшого городка.

Но у мужчины, похоже, была веская причина отправиться именно туда.

- Единственный, кто нас поддерживал, был наш командир, полковник Ганц. Он сказал, что мы можем пойти в этот город, потому что там собираются алхимики. Даже если человек совершил преступление, но является алхимиком, его укроет руководитель города... Но мы находимся в розыске. Чтобы попасть в Хисгард, нам пришлось решиться на угон поезда. Мы вынуждены были украсть ценности, чтобы выжить на них в первое время...

Закончив, мужчина устало уперся руками об пол.

- Так вот в чем была причина. Но я никогда не слышал, чтобы в Хисгарде собирались алхимики.

- И есть человек, который укроет даже нарушителей закона...

Эдвард и Альфонс удивленно посмотрели друг на друга, но мужчина произнес имя человека, о котором они сейчас говорили.

- Я не знаю всех деталей, но, насколько мне известно, глава города, который собирает алхимиков со всей страны, это Вильгельм Эйзельштейн.

Братья удивились, когда услышали имя, упомянутое солдатом.

- Что?

- Профессор Вильгельм? Неужели это...!

Это было имя человека, о котором Эдвард недавно рассказывал Армстронгу.

- Что, черт возьми, происходит? Для чего собирают алхимиков? — Эдвард нахмурился.

- Не знаю. И, честно говоря, я сомневаюсь, что это действительно тот самый профессор Вильгельм, — добавил Альфонс.

В воспоминаниях братьев профессор Вильгельм был человеком с тихим голосом, спокойными характером и мудрым взглядом. То, что он якобы собирал преступников и принимал их в своем городе, казалось им абсурдным.

Пока братья занимались обсуждением, их заложник резко встал.

- Так или иначе, я должен сбежать! Мне нужно получить указания от полковника Ганца!

Мужчина сорвался с места и исчез за дверью, ведущей в переднюю часть поезда.

- Ах! Брат!

- Черт! Стой!

Независимо от того, виновен ли он или нет, если они позволят ему уйти, они не смогут добраться до Централа. Братья бросились в погоню за мужчиной.

Открыв дверь, они вышли на переход, соединяющий вагон с локомотивом. Рядом стояла лестница на крышу, и теперь было неясно, куда именно пошел беглец — в другой вагон или по лестнице.

Эдвард, убирая волосы от лица, собирался предложить Альфонсу разделиться, но, прежде чем он успел что-то сказать, на крыше вагона вспыхнул яркий свет.

Когда они посмотрели вверх, то увидели силуэт, словно парящий в этом свете. Фигура упала прямо перед ними и, сильно вздрогнув, больше не двигалась.

Это был тот самый мужчина, за которым они гнались. Его одежда была разорвана, а кожа покрыта множеством синяков и ран, словно его избивали плетью.

Свет, который они видели раньше, был явно результатом алхимической реакции.

- Брат!

Альфонс сцепил перед собой руки, а Эдвард встал на них.

- Вперед!

Затем Ал подкинул его, и юноша ловко приземлился на крышу локомотива.

Поток ветра обрушился на тело Эдварда. Он посмотрел вперед и увидел, сидящего на крыше поезда человека в черной военной форме.

Эд заметил, что этот человек, который с улыбкой потягивал сигару, носил форму и знаки отличия старшего полковника национальной военной полиции.

- Эй, ты! Это ты тот самый Ганц? — спросил Эдвард.

- Хахаха... А что, если и так? Что ты скажешь в таком случае, малыш? — с насмешкой ответил мужчина.

Даже когда братья поднялись на крышу поезда, Ганц как ни в чем не бывало, продолжал небрежно курить, что только подтвердило подозрения Эдварда о том, что этот человек является главной движущей силой всей операции.

- Ты главный организатор, который подговорил своих подчиненных отправиться в Хисгард. Расскажи-ка, что вообще происходит? — настойчиво потребовал Эдвард.

Ганц, не убирая сигару изо рта, выдохнул клубы дыма.

- Хм, так это он все рассказал, да? Ну что ж, больше вы ничего не узнаете, — проговорил Ганц, наблюдая как дым сигары, смешанного с черным дымом локомотива, заставляет Эдварда морщится.

Полковник медленно встал, не отрывая взгляда от братьев. Ганц был крупным мужчиной с широкой грудью и плечами. Черная военная форма не была застегнута, и под ней виднелись мышцы. Его каштановые волосы были зачесаны вверх, создавая гребень, а длинные пряди на затылке заплетены в развевающуюся на ветру косу.

Особенно в глаза бросалась его левая рука.

Левая рука Ганца была автопротезом, похожим на руку Эдварда, но значительно крупнее и массивнее. В отличие от искусной и изящной конструкции руки Эдварда, эта рука была полностью покрыта броней, украшенной камуфляжным рисунком и алхимическими кругами. На кончиках пальцев были прикреплены большие когти, которые тускло блестели на солнце.

- Тогда я заставлю вас умереть здесь. Но, чтобы ваше пребывание в аду было хоть немного приятным, я хотя бы назову вам свое “боевое” имя, — ответил Ганц, не переставая курить сигару.

Сделав затяжку, он выбросил сигару и с гордостью заявил:

- Самый сильный алхимик в армии, «Бронебойный алхимик», Ганц Бресслоу – это я!

Ганц резко взмахнул левой рукой пока произносил эту фразу. Алхимический круг засветился, и когти на его железной руке начали вытягиваться, превращаясь в некое подобие щупалец.

- Никогда не слышал о таком титуле, как Бронебойный алхимик! — воскликнул Эдвард, уклоняясь от захвата щупалец, которые пытались его поймать за ноги. - Плевать на твои звания! Обычно такие самодовольные нарциссы как ты не представляют из себя ничего особенного! — ответил Эдвард, смело бросаясь в атаку.

Он пошел в ближний бой с Ганцем, нанеся мощный удар по его механической руке. Столкновение металлов прозвучало, как гром.

- Э? Твоя правая рука... Неужели это ты, Эдвард Элрик, Цельнометаллический алхимик?!?! Так вот кто ты! Хахахаха!  — глаза Ганца засветились от восторга. - Я давно хотел встретиться с тобой, Цельнометаллический алхимик! Давай выясним, чья рука лучше: моя или твоя! Пора окончательно прояснить, достоин ли ты носить имя «Цельнометаллический»! Хотя, бесспорно, я являюсь самым сильным! — провозгласил Ганц с самодовольной ухмылкой.

Эдвард посмотрел на мужчину и вызывающе рассмеялся.

- Что? Самый сильный? Ерунда какая-то.

Юноша не был заинтересован в драке, в которой требовалось продемонстрировать свою силу. Однако Ганц, очевидно, был настроен на сражение и снова взмахнул рукой.

- Дерись со мной!

Щупальца снова угрожающе потянулись к Эдварду. Юноша создал защитную стену с помощью алхимии из крыши поезда, чтобы отразить атаку, и использовал эту стену, чтобы оттолкнуться и отскочить назад.

- Что, боишься меня? Ха-ха-ха!

Мужчина высокомерно рассмеялся, вытягивая щупальца еще дальше, чтобы поймать Эдварда, который снова отступил.

- Я не убегаю!

Внезапно юноша ринулся к Ганцу.

- Что?!

Увидев, что Эдвард сменил направление и стремительно направлялся к нему, мужчина спешно попытался вернуть щупальца обратно. Однако они вытянулись слишком далеко, и он не успевал вернуть их.

Эдвард оказался прямо перед противником.

- Вместо того, чтобы хвастаться своей силой, почему бы тебе не начать немного использовать свой мозг! — сказал Эдвард, хлопая в ладоши и возвращая правую руку в обычное состояние. Он сжал кулак, приготовившись к удару. - Я даже не собираюсь использовать алхимию против тебя!

Он направил кулак в поврежденное место на левом плече Ганца, где он заметил трещину, оставленную после их предыдущего столкновения.

- Гааааааа! - мужчина закричал от боли, отступая назад и обхватив свое левое плечо. Часть, которая соединяла автопротез и живые ткани тела, была повреждена. Несколько частей его автопротеза упали на крышу вагона, и рядом появилось несколько капель крови.

- Черт... Как я, который никогда не проигрывал, мог быть вот так побежден? — с возмущением воскликнул Ганц.

Эдвард, после того, как с легкостью справился с ним, невозмутимо ответил:

- Похоже, теперь ты понял разницу между нами.

Наблюдавший за происходящим позади Альфонс, чтобы не мешать брату, был поражен тем, как быстро все закончилось.

- Похоже, это была даже не настоящая битва. Как ты можешь называть себя сильнейшим после этого...

- Я уверен, что ты до сих пор жил легкой жизнью, - с насмешкой сказал Эдвард, покачав головой.

Ганц задрожал от ярости и с трудом попытался подняться на ноги.

- Ублюдок! Мнн..., -  его слова, полные ненависти и угроз, превратились в мучительные стоны. Мужчина, стиснув зубы, пристально посмотрел на братьев. - Не думай, что ты победил... Когда я снова встречу тебя, я отомщу! —с нажимом пробормотал Ганц, его голос был искажен болью.

Эдвард лишь с явным презрением посмотрел на противника.

- Такие банальные вещи я даже запомнить не смогу. К тому же, я с недавних пор стал забывчивым, — сказал юноша с ироничной улыбкой.

- Да, точно, — кивнул в ответ Альфонс, Эдвард посмотрел на него, удивленный тем, как младший брат серьезно отнесся к его шутке.

Ганц, который продолжал сидеть у края поезда, попытался уйти, и Альфонс воскликнул:

- О, брат! Он пытается сбежать!

- Оставь его. Такой тип ничего больше не сможет сделать. Но то, что он оказался главным злодеем, — это действительно разочаровывает, — равнодушно проговорил Эдвард, не обращая внимания на действия мужчины.

- К....это..

Было бы хорошо, если бы Ганц сбежал, ничего не сказав. Однако такие люди как он, склонны говорить больше, чем следовало бы.

Его лицо исказилось от злобы, и он крикнул в ярости:

- Запомни, ты, мелкий ублюдок!

В следующее мгновение лицо Эдварда, которое выражало небольшое сочувствие к своему врагу, резко изменилось.

- Кто это тут размером с фасолину! — в бешенстве закричал он.

Не теряя времени, Эдвард с невероятной скоростью создал из частей поезда гигантскую пушку, и выстрелил из нее по Ганцу. Однако прицел был не точным и мужчина, легко уклонившись, спрыгнул с поезда.

Снаряд продолжил свой полет, следуя законам инерции, и исчез в тоннеле, куда должен был заехать поезд.

Раздался сильный взрыв и из тоннеля повалили клубы дыма.

- Черт! – Эдвард пришел в себя и бросил испуганный взгляд на Альфонса, стоящего немного позади. Однако Ал только тяжело “вздохнул” и покачал головой.

Сошедший с рельсов поезд остановился на полпути в туннель, и вагоны, что стояли позади, освещало заходящее солнце, а спереди — пламя пожара.

- Знатно мы намудрили, да? — с сожалением произнес Альфонс, стоя перед туннелем, а Эдвард, убирающий завалы позади него, только тяжело вздохнул.

- Мало того, что атака не попала по Ганцу, так и туннель теперь разрушен, — сказал Эдвард, посмотрев в сторону вагонов и пассажиров, которые собрались вокруг поезда.

Огонь, вспыхнувший в вагоне-ресторане, уже тушили, некоторые пассажиры отделались лишь незначительными царапинами. Это было связано с тем, что выстрел не был таким сильным, как если бы использовали порох, и также с тем, что перед поворотом в туннель поезд замедлил скорость. Кроме того, машинист, будучи в заложниках у бандитов, смог воспользоваться их замешательством из-за действий Эдварда, и сам остановил поезд, что было очень кстати.

Хотя можно было сказать, что благодаря Эдварду все обошлось, но юноша все же продолжал убирать завалы и помогать пассажирам в качестве искупления своей вины.

- Ну, похоже, мы сделали все, что было в наших силах, – сказал Альфонс, заканчивая переносить багаж пассажиров, и затем, спросил у Эдварда. - Что теперь будем делать, брат?

- Здесь оставаться нам нет смысла. Нужно ехать в Централ.

Главная цель — вернуть свои настоящие тела, и для этого нужно найти подсказки в Централе.

Когда братья обсуждали иные способы добраться до столицы без поезда, из туннеля вышел Армстронг.

- А, майор.

Мужчина, тщательно вытирая лоб носовым платком, подошел к Эдварду и Альфонсу.

- Информация об угоне поезда, которую вы мне передали, уже отправлена начальству в Централ. Помощь скоро прибудет.

Поскольку в задних вагонах были только мелкие преступники, Эдварду и Альфонсу были известны подробности происшествия и личность главаря.

- Но зачем же они отправили национальную военную полицию в Хисгард?! И как можно было устроить такую катастрофу?! Непозволительная выходка Ганца — из-за его бегства поезд принудительно свернули с рельсов, что за злодеяние! — яростно возмущался Армстронг, который поспешил сообщить о случившемся в военные структуры, используя аварийный телефон в туннеле.

Майор Армстронг стиснул кулаки от гнева.

- Ага...Ах… хахах…, — Эдвард, хотя и понимал, что частично несет ответственность за произошедшее, сейчас мог только неловко усмехнуться в попытке скрыть смущение.

- Брат, может быть, стоит как-то исправить ситуацию? — тихо прошептал Альфонс, но Эдвард быстро его прервал.

- Не нужно! Все равно это вина Ганца!

- Ну, не сказать, чтобы это было совсем неправильно…, — Альфонс немного пожал плечами и обратился к Армстронгу. - Мы закончили с проведением эвакуации, транспортировкой багажа и оказанием первой помощи пострадавшим… Итак, мы хотели бы отправиться в Централ. Но что нам делать?

- Этот поезд какое-то время не сможет продолжать путь. Ближайшая станция отсюда – это Хисгард. - ответил майор.

- Отлично, тогда отправляемся! — с этими словами Эдвард сразу схватил свой чемодан и был готов уйти, но Армстронг остановил его.

- Подождите немного. Я не могу покинуть это место. Нужно сделать дополнительные отчеты о задержании арестованных, обеспечить защиту пассажиров и провести восстановительные работы. У меня еще много дел как у солдата.

Хотя основной задачей майора была охрана Эдварда, Армстронг, работающий на благо общества, не мог просто покинуть место происшествия. Возможно, он полагал, что Эдвард и Альфонс подождут пока не прибудет помощь.

Однако юноша оказался более решительным, чем ожидал Армстронг.

- Тогда мы просто пойдем вперед одни! — сказал Эдвард и воспользовавшись моментом поспешил уйти.

- Подождите! Не уходите без меня! Я как охранник не могу оставить вас!

- В этой глуши не может быть ничего опасного, от чего требовалась бы охрана. Нам нужно как можно быстрее добраться до Централа. Так что, до встречи! — не останавливаясь ответил Эдвард.

- Стойте! — воскликнул мужчина.

- Извините, майор, но не переживайте, мы справимся сами, - проигнорировав попытки Армстронга их остановить, Альфонс, отдав краткий поклон, поспешил следом за братом.

- Недопустимо! Вы должны остаться со мной! Не уходите! Эдвард Элрик! — крикнул Армстронг, но его чувство долга помешало ему догнать Эдварда, и он остался на месте происшествия.

Оставив майора Армстронга позади, братья быстро устремились к горной тропе, что также вела в туннель.

- Ух какие они быстрые! — недовольно проворчал Армстронг, который и не думал, что его подопечные так легко оставят его. После того как он отказался от продолжения поездки в Централ из-за угона поезда, майор оказался в затруднительном положении.

- На этот раз я точно доберусь до Централа, - крикнул Эдвард, забегая в туннель.

- Как я мог позволить, чтобы мои подопечные сбежали от меня?! — воскликнул Армстронг, разочарованно опустив голову.

Покинув разрушенный туннель и добравшись до края железнодорожного моста через ущелье, Эдвард и Альфонс остановились, чтобы убедиться, что их никто не преследует.

- Похоже, никто за нами не гонится, — сказал Эдвард, замедляя шаг.

- Мне жаль майора, но мы бы потеряли много времени, если бы остались там.

- Именно. Дорога каждая минута, когда у нас есть важная информация о том, как мы можем вернуть наши тела. А теперь, идем! — уверенно ответил Эдвард.

Имея в руках, возможно, самую ценную информацию о возможности восстановлении их тел, Эдвард и Альфонс стремились как можно скорее добраться до столицы.

Когда они дошли до железного моста и убедившись, что с другой стороны не едет поезд, они продолжили путь. Под мостом находилось глубокое ущелье, из которого поднимался холодный ветер, но братья ловко передвигались по шпалам.

Лучи заходящего солнца окрасили фигуры братьев в красный цвет.

- Как красиво, - с восхищением сказал Альфонс, он остановился и посмотрел на ярко-оранжевое солнце, которое освещало горы.

Среди этих гор, по его мнению, находился город Хисгард, куда они сейчас направлялись.

- Хотя мы и упоминали о поездке в Хисгард, я и не думал, что на самом деле туда отправимся.

- Ну, я тоже не думал, что это действительно произойдет, — проговорил Эдвард.

Альфонс, вышел немного вперед, продолжая разговор с братом:

- Кстати, раз мы все равно идем в этот город, не стоит ли заодно зайти к профессору Вильгельму? Думаю, маловероятно, что такой человек как он будет действительно прятать преступников. Меня настораживают слова того солдата, который упоминал, что профессор собирает в городе алхимиков. Тебя это не беспокоит?

Хотя Альфонс был в Хисгарде только один раз, он помнил, где живет семья Эйзельштейн. Он подумал, что, если зайти к ним по дороге на станцию, это не будет большой проблемой. Но Эдвард, покачав головой, отказался от предложения.

- Что мы там будем делать? Профессор, скорее всего, просто ищет талантливых помощников для своих исследований. Я не знаю точно, но слышал, что его исследования по катализаторам очень сложные.

- Это сложно... Понятно. Профессор же пытается создать "Философский катализатор", верно? — размышлял Альфонс.

Как и Философский камень, Философский катализатор позволял проводить преобразования в алхимии, не подчиняясь никаким законам. Вильгельм был исследователем, который пытался усовершенствовать это вещество.

Альфонс вспомнил, что профессор упоминал, как ему было тяжело найти подходящих помощников для своих исследований.

- Кстати, я помню, что из-за отсутствия ассистентов Селена сама занималась исследовательской работой с профессором, — добавил Альфонс.

- Правда? Я помню, как Селена все время проводила в лаборатории, даже не боясь испачкать свое платье, разве нет? – сказал Эдвард, вспоминая как Селена ходила взад-вперед по лаборатории, погруженная в изучение текстов, а ее длинные серебряные волосы, слегка подпрыгивали в такт ее шагам. Как ее красновато-карие глаза, внимательно следили за строками в книге. И как эта девочка впечатляла братьев своими способностями.

Однажды братья зашли в лабораторию профессора Вильгельма. Там было множество пробирок, полок с книгами и горой отчетов, накопленных за десятки лет. Селена, дочь Вильгельма, часто помогала ему в лаборатории.

Хотя она была одного возраста с Эдвардом, она была настолько погружена в работу, что находить общий язык с ней было трудно. В разговоре об алхимии она часто использовала незнакомые термины, которые поражали Эдварда и Альфонса.

- Как я и думал тогда, Селена действительно гениальна. Она такая же, как и брат, который получил квалификацию Государственного алхимика в двенадцать лет, -  сказал Альфонс, восхищаясь талантом девочки.

Он говорил это с большим уважением к этим двум людям, которые обладали таким потрясающим даром.

- Брат, разве тебе не интересно, каким алхимиком стала Селена? Помимо того факта, что профессор собирает алхимиков, разве было бы плохо если бы зашли к ним, раз уж мы будем в Хисгарде? — спросил Альфонс.

- Нет, не пойду. Тем более, мне не о чем с ней говорить, - решительно отказался Эдвард.

- Какой ты упрямый! — возмутился Альфонс.

Альфонс понимал, что Эдвард все еще был обижен на Селену, которая не пришла с ними попрощаться. Он усмехнулся, подумав, что было бы неплохо помириться с ней.

- Если это так важно для тебя, тогда будет лучше встретиться с Селеной и помириться.

Пока они шли по мосту к горной тропе, Эдвард резко остановился и повернулся к Альфонсу.

- Нет, это не так! — вспылил Эдвард, его руки заметно задрожали.

Он посмотрел на Альфонс и ткнул в него указательным пальцем.

- Ты забыл? Профессор — друг нашего учителя! — воскликнул он и после его слов Альфонс заметно напрягся. - Если мы явимся к нему, он может понять, что мы пытались провести запретное преобразование и сообщит об этом нашему учителю. А если это произойдет, то мы...

- Мы..., — с дрожью в голосе повторил Альфонс.

Они оба замерли, представив, как Вильгельм расскажет их учителю, Изуми, о попытке человеческой трансмутации. Они представили, как Изуми, известная своим строгим подходом в обучении и суровыми методами, будет в гневе.

- Нас убьют! — одновременно в ужасе воскликнули они.

Изуми Кертис была строгой и требовательной женщиной, но также и очень заботливой. Она следовала принципам «без знаний нет опыта» и «чтобы закалить дух нужно сначала закалить тело». Она оставила братьев на необитаемом острове и заставила в течении тридцати дней проходить сложные тренировки. Для Эдварда и Альфонса – это был человек, которого они одновременно уважали и боялись.

- Теперь понимаешь, почему я не хочу идти к профессору? — спросил Эдвард, и Альфонс быстро кивнул ему в ответ.

- Да, наверное, лучше избегать встречи!

- Если мы пройдем здесь, то будем почти в Хисгарде. Как только мы прибудем в город, то сразу отправимся на станцию.

- Да.

Эдвард попытался забыть о том, как силен удар Изуми и ускорил шаг. Альфонс последовал его примеру, однако он остановился, когда услышал металлический звук.

- А? Что это?

Когда он посмотрел себе под ноги, то увидел несколько камней, которые только что ударились об его доспех и упали на землю.

- Эй, брат, - Альфонс собирался предупредить Эдварда о падающих камнях, когда большой камень упал прямо на его голову. Он бросился к нему, когда юноша, схватившись за ушибленную голову, скривился от боли. - Брат ты в порядке!

- Грррр!

Пока Эдвард пытался унять боль, внезапно послышался крик, доносившийся будто бы издалека и юноша резко поднял голову. Альфонс тоже стал осматриваться по сторонам в поисках источника крика. Они оба посмотрели вверх.

- Кьяяяяяяяя!!!!

С небес, словно из ниоткуда, упала девушка, и Эдвард, оказавшись под ней, издал звук, похожий на стон раздавленной лягушки.

- Грррр...

- Эй, вы оба в порядке!?

Альфонс, опустился рядом с Эдвардом и девушкой, но прежде, чем он успел что-либо сделать, девушка резко открыла глаза.

- Цветы, цветы, цветы! Где цветы? Цветы! – повторяла она, игнорируя тот факт, что только что упала. Она приподняла верную часть тела и огляделась.

Удивленный поведением незнакомки, Альфонс осторожно указал ей на то, что она в панике искала.

- Эмм.... вот....

- Что?

- Левая рука.

Альфонс указал на поднятую левую руку девушки. В ней она сжимала белый цветок.

- О, слава богу! Он цел! – вздохнула она с облегчением и довольно улыбнулась. По возрасту ей было примерно от двенадцати до четырнадцати лет. На коленях, которые выглядывали из-под горчично-коричневых шорт, были видны царапины, но она не обращала на них внимания. Красновато-карие глаза несколько раз проверили, что цветок в порядке. Вся одежда, включая горчично-коричневую куртку и белую майку, были покрыты пылью, а ее красно-рыжие волосы небрежно растрепаны. Однако для девушки важнее всего сейчас был цветок.

Незнакомка, держа растение в руке, резко вскочила на ноги и, будто бы ничего не произошло, начала двигаться дальше.

- Ну, мне пора возвращаться домой!

- А ну, подожди-ка немного! – все еще продолжая лежать на земле крикнул Эдвард. - Эй, ты! Ничего не хочешь мне сказать?

- О, а ты что тут делаешь? Зачем лежишь на земле? – обернувшись, девушка удивленно посмотрела на Эдварда, словно только его увидела.

Ее веселая речь не совсем соответствовала внешнему виду, и напряженное выражение лица показывало, что она точно заметила Эдварда, и просто пыталась избежать неприятностей.

Раздраженный поведением незнакомки, Эдвард резко вскочил на ноги.

- Эй, малявка, разве так себя ведут после того, как сваливаешься на других? Игнорировать человека и уходить — это слишком нагло! И, честно говоря, твой тон только доказывает это! У тебя нет ни капли благородства!

Эдвард был в ярости. Он был разозлен не только из-за того, что девушка упала на него, но и тем, что она хотела уйти, не беспокоясь о последствиях. Однако у незнакомки, похоже, была своя причина избегать общения.

- Извини, что я не была достаточно вежливой! Но если честно, вы оба выглядите как бандиты, блуждающие по этим горам! Я вовсе не обязана связываться с вами!

Девушка снова вернулась к своему обычному тону, резко повернулась спиной и сделала вид, что не хочет общаться, что разозлило Эдварда еще сильнее.

- Ну и что, что ты думаешь? Мы вообще-то, как бы не из разбойников! Во всяком случае, извинись! Я ведь под тобой оказался! Ты должна была сказать "извините, что помешала", или что-то в этом роде, а не обвинять меня в том, что это я оказался под тобой!

- Что ты так разошелся? Не надо из-за этого злиться! – застигнутая врасплох реакцией Эда девочка тоже не выдержала и с раздражением ответила. – И вообще, что значит «помешала»? Помеху испытала я! Если бы не ты, я бы приземлилась гораздо элегантнее! Тот, кто помешал мне – был именно ты! Вот кто здесь создал помеху!

- Какого черта!

- Ладно, ладно, вы оба успокойтесь. – Альфонс встал между Эдвардом и девочкой, которые вот-вот были готовы начать драку. - К счастью, вы оба не получили серьезных травм, так что давайте просто забудем об этом.

- Точно. Хорошо сказано, человек в доспехах.

Девочка сразу согласилась с Альфонсом, но гнев Эдварда еще не утих, и он продолжил:

- Ал! Не становись на сторону этой девчонки! Она упала на меня и вместо того, чтобы извиниться, говорит, что виноват я! Это совершенно неприемлемо!

Эдвард, несмотря на то, что противником сейчас была девушка, был готов к драке. Он сжал кулаки и хотел уже подойти к девочке, но та, заметив его намерения, отступила на шаг назад.

- Но ведь это правда!! Ты ведь такой маленький. Я тебя не заметила из-за твоего роста! – дерзко ответила она.

- Ч-что... маленький... маленький...

Не только не получив извинений, но и услышав слово, которое он больше всего не хотел слышать, Эдвард, оцепеневший от гнева, не нашелся, что ответить.

- Хотя, если бы ты был более заметен как этот человек в доспехах, я постаралась бы увернуться. Если хочешь винить кого-то, то вини себя за свой рост.

- .......!!!

Тот факт, что его рост упомянули уже третий раз за день, довел Эдварда до предела. И этот третий человек из всех был самым язвительным.

Эдвард решил, что он даст ей затрещину, чтобы она извинилась, но третий человек не только был самодовольным, но еще и самым ловким на побег.

- Ну, тогда пока. Прощай, маленький блондинчик!

Девочка, сказав это, быстро повернулась и побежала со всех ног.

- Что!?!?! Подожди, ты чертова мелкая девчонка!  - Эдвард тут же помчался за нахальной незнакомкой, которая скрылась за поворотом на другой стороне дороги.

- Постой, брат!

- Я обязательно поймаю эту дерзкую девчонку и заставлю ее извиниться! Кто она такая, чтобы... чтобы... отказываться от своих слов! Проклятье!

- Ты же хотел, чтобы она извинилась за то, что упала сверху? – догоняя брата, Альфонс заметил, что цели Эда изменились.  Но Эдварду было уже все равно. Его внимание было сейчас сосредоточено только на слове «маленький».

- А ну стой мелкая стерва!

В наступающей темноте только белые руки и ноги девочки мелькали вдалеке. Эдвард упорно бежал за ней, но споткнувшись о валявшиеся повсюду камни, вскоре потерял девочку из виду.

- А она быстро бегает, - догнавший брата Альфонс был впечатлен, в то время как Эдвард напряженно всматривался в темноту, но девочку уже нигде не было видно.

Когда солнце полностью село, в темном горном лесу стало совсем трудно различать дорогу, и они замедлили шаг.

Но Эдвард все еще не сдавался.

- Если свернуть за ту большую скалу, мы окажемся в Хисгарде, верно? Значит, она пошла туда?

Город в это время должен быть освещен уличными фонарями. Если они доберутся до него, то смогут найти девчонку, поймать ее и заставить извиниться за свои слова. Тогда Эдвард сможет спокойно сесть на поезд до Централа.

Он повернул за угол дороги, ведущей в Хисгард, стараясь не упасть в темноте.

По его воспоминаниям, у входа в город должен был быть большой сквер и фонтан, окруженный несколькими магазинами. Город был маленьким, но многолюдным, и магазины перед фонтаном всегда были заполнены людьми, которые завершили все свои дела за день и отдыхали, наслаждаясь светом, проникающим из станции, расположенной чуть дальше в городе.

Однако Хисгард, который предстал перед ними был совсем не таким, каким Эдвард его помнил.

- Что это такое...

- Что происходит...

Город, встретивший их, был полностью погружен в темноту, его не освещал ни один фонарь, и вокруг царила тишина.

Эдвард и Альфонс стояли в полном недоумении.

Нигде не было слышно голосов веселящихся людей и детей, которые играли и не спешили домой. Все магазины были закрыты, фонтан из которого раньше струилась вода, теперь был заполнен мутной жидкостью. Дома были наклонены, и даже свет, который должен был исходить от станции, расположенной в глубине города, был погашен.

Повсюду валялись осколки разбитого стекла, а большинство скамеек на улице было разрушено.

Город полностью превратился в руины.

Рядом с братьями скрипела вывеска, покачиваясь на ветру.

- Хисгард..., - прочитал надпись Эдвард.

- Это определенно Хисгард. Но почему здесь никого нет? И почему все в таком ужасном состоянии...

- Эм?

- Что?

Эдвард толкнул носком ботинка рядом лежащую разрушенную бочку.

- Похоже, что это не естественное разрушение, а скорее кто-то сделал это...

- Б-брат..., - Альфонс похлопал Эдварда по плечу.

- Что такое? - он посмотрел на Ала, но тот указал куда-то вперед.

Эдвард, последовав за его взглядом, замер от удивления.

- Ч-что это...

Из разрушенного магазина медленно поднималась гигантская фигура. Она сделала несколько шагов и вышла на площадь. Это было нечто далекое от диких животных, обитающих в горах. Это был зверь, не похожий ни на козла, ни на гориллу, ни на крокодила.

- Брат, что это...

- Ах...!

В полумраке блестящие синие глаза зверя уставились на Эдварда и Альфонса.

Четыре острых когтя на его лапах царапали землю, а два хвоста, изгибались, как плети, ударяя по фонарям на площади. Длинная черная шерсть покрывала все тело, но на морде вместо волос были чешуйки. Из головы торчали два рога, а большая раскрытая пасть была как у крокодила.

Его внешний вид был неуклюжим и нелепым, но мало чем отличался от козла, гориллы и крокодила.

- Это... химера!

Существо взревело, словно в ответ на крик Эдварда. На этот рев, с различных концов города стали раздаваться мощные ревущие звуки, от которых вибрировал воздух.

- Как это... в городе полно химер...!?!

- Эй, это шутка, да? С каких пор Хисгард стал логовом химер?

Чешуйчатый кабан обнажил свои клыки. Крылатая змея летела по небу. Из тьмы, окружая Эдварда и Альфонса со всех сторон, стали появляться химеры.

Незадолго, до того, как братья Элрики столкнулись с химерами.

В Восточный штаб, который находился далеко от района Хисгард, поступил телефонный звонок.

- Майор Армстронг вызывает полковника Роя Мустанга, — сообщил сержант Фьюри.

В просторном кабинете, в котором работало много солдат, Рой поднял голову от только что доставленных документов.

Рой Мустанг был командующим Восточного штаба и имел звание полковника, а также являлся Государственным алхимиком. Его черные волосы, слегка ниспадающие на лоб, часто придавали ему юношеский вид, но его угольно-черные глаза порой сверкали, показывая его прозорливость и точность в суждениях. Хотя он был назначен полковником в молодом возрасте благодаря свои исключительным способностям, у него также было много врагов, но все подчиненные знали, что его способности превосходят его должность, и доверие к нему было велико.

- От майора? - Рой взял трубку у Фьюри, не откладывая документов, и ответил на звонок. - Это я.

- Прошу прощения, что беспокою Вас в такое время, — на другом конце телефона голос Армстронга звучал необычно скромно. - На самом деле произошла неприятность...

- А, это про инцидент с поездом? Я уже получил отчет. Сообщается, что произошла авария на пути из Ризенбурга в город Централ, — предположил Рой, думая, что Армстронг имел в виду инцидент, во время которого он был сопровождающим. Рой уже получил подробную информацию из другой военной базы, и Восточное командование было занято организацией отправки своих войск. Возможно, Рой хотел поехать сам, но поскольку обошлось без жертв и помощь из других баз была достаточно оперативной, он собирался сосредоточиться на других делах.

- Авария поезда, конечно, немного нарушит график, но главное, чтобы вы благополучно доставили братьев в Централ.

- Нет, это касается охраны...

- Что случилось?

Услышав по-прежнему неуверенный голос, Рой наконец-то понял, что Армстронг звонит не по поводу железнодорожной аварии.

- Что произошло?

- На самом деле... Братья Элрики, стремясь поскорее попасть в Централ, поспешно отправились на ближайшую станцию в Хисгарде. Прошу прощения, это было недопустимо с точки зрения сопровождающего.

- Что!? Как они могли поехать в Хисгард вдвоем!

- Прошу прощения. Я собираюсь немедленно отправиться за ними, но есть вероятность, что они прибудут в Централ до того, как я их догоню. На всякий случай, я оставлю другую охрану на Центральной станции...

- Нет, эти двое не смогут прибыть в Централ так быстро. - Рой прервал попытки Армстронга оправдаться.

- Что? Как это?

Рой глубоко вздохнул, собравшись с мыслями, и снова взял трубку.

- Похоже, что Вам не доложили промежуточный отчет Централа. На самом деле, сейчас в Хисгарде полный хаос.

- Хаос? Я слышал, что там собираются алхимики, но из-за этого...

- Подробности расскажу позже. В любом случае, я тоже постараюсь выехать туда, как только смогу. А пока займитесь последствиями аварии.

Рой повесил трубку и позвал своих подчиненных.

- Сержант Фьюри!

- Да, сэр! – молодой человек с добрым лицом в очках встал и сразу подошел к Рою. - В чем дело?

- Разузнайте, как можно добраться до командования в Хисгарде. После аварии с поездом неясно, насколько далеко можно доехать по железной дороге. В этом случае... Лейтенант Бреда, прапорщик Фарман!

- Да, сэр.

- Что случилось?

- Приготовьте автомобили для поездок между станциями до Хисгарда!

- Понял.

- Будет исполнено.

Бреда, который выглядел немного полноватым и имел добродушный вид, а также длинный и худой Фарман начали проверять автомобили, которые были доступны на военных базах.

- Лейтенант Хавок, проверьте свое оружие!

- Есть.

- Приготовьте как можно более мощное оружие.

- Понял...

Хавок, мужчина с приятной внешностью, уже потянулся за ключом от оружейного склада, но тут же остановился.

- Сэр, нам действительно нужно мощное оружие для такого места?

- Верно. - Рой кивнул, и все, кто только что собирался начать работу, обеспокоенно посмотрели на него.

- Мы знали, что вы проводите расследование в Хисгарде, но... произошел ли какой-то инцидент, который требует такого оружия? – встревоженно спросил Фьюри.

Они не знали всех деталей расследования, но Рой все кратко объяснил.

- В Хисгарде сейчас происходит массовое появление химер. Мы уже проводили закрытое расследование, но похоже, что братья Элрики уже прибыли на место. Думаю, с ними все будет нормально, но на всякий случай мы должны подготовиться, так как расследование приближается к завершению. Мы должны привести все в порядок и выдвинуться.

- Значит мы будем иметь дело с химерами?!?!

- Это невозможно!

- Хоть это и отдаленный район, но в городе есть военная база, верно? Мы сможем взять оружие там, и, более того, если мы не будем участвовать, база должна справиться с химерами сама.

- Да, верно. Даже если мы не будем участвовать...

- Нет, это не так. - Рой покачал головой в ответ на обеспокоенные возгласы своих подчиненных. – Нашей задачей не является ликвидация химер... Понимаете?

На эти слова Хавок кивнул, осознавая, что дело не в самих химерах.

- Если это дело в интересах полковника, то мы должны выложиться на полную.

- Именно.

Все поняли, почему Рой проводил расследование в закрытом режиме.

Причина массового появления химер связана с военными, и Рой был намерен это выяснить. Возможно, ему придется столкнуться с вооруженными отрядами, которые будут оказывать сопротивление. Поэтому необходимо подготовить оружие, которое будет превосходить их арсенал.

- То есть, мы должны действовать незаметно и выяснить истинные намерения противника. Мы не можем действовать без подготовки..., - пока Фарман обдумывал эти слова, сжимая подбородок, Бреда нахмурил лоб.

- Кроме того, меня беспокоит, что происходит с Эдом и Алом. В критической ситуации нам может быть сложно установить связь. Мы должны быть готовы.

- Не было бы лучше, если бы кого-то отправили на место? — осторожно заметил один из подчиненных, учитывая сложность ситуации с химерами и военными.

Внимание всех было сосредоточено на проблеме, но Рой, казалось, не разделял их опасений. Он решительно постучал пальцем по документам, которые он только что получил.

- Не переживайте.

Эти документы были доставлены Рою перед тем, как ему позвонил Армстронг. На страницах был отчет о массовом появлении химер в Хисгарде и предположения о возможной связи этого явления с военными.

- На месте уже работают агенты под прикрытием. Я также, доверяю им охрану братьев, — сказал Рой с хитрой улыбкой.

Встеча.

В ночном небе Хисгарда завывал ветер.

Из-за облаков, что проплывали во тьме, выглядывала луна, освещая голубоватым светом разрушенный город и его окрестности.

На небольшом холме, чуть в стороне, возвышалась церковь. Ее территория была окружена каменной стеной, а вдоль нее тянулась грунтовая дорожка. В конце дороги находилась полуразрушенная лестница, которая вела к небольшой, но видной церкви. Хотя на вид она была простая, благочестивая атмосфера, окружавшая ее, напоминала о том, что раньше каждое воскресенье сюда приходило много людей, чтобы помолиться.

Однако сейчас белые стены церкви были покрыты грязью, а часть крыши обрушилась.

В саду, словно присматривая за Хисгардом, который скоро окончательно исчезнет, находилось множество надгробий.

По одному из них скользнула человеческая тень. Она склонилась перед могилой.

- Посмотри на этот цветок, он прекрасен, не правда ли? Я нашла его на краю утеса и сорвала, в одиночку. Здорово, правда? — это был голос девочки, которая не так давно упала на Эдварда.

Сейчас ее голос был спокоен и наполнен грустью, нежели, когда она дерзко спорила с юношей.

- Хотелось бы, чтобы вокруг церкви было много цветов. Но сколько ни сажай, они не растут... Поэтому... я оставлю его здесь. Этот цветок, кажется, используют для некоторых экспериментов.

Девочка аккуратно положила белый цветок на надгробие.

- После того, как я сорвала его, я поссорилась с одним мальчиком. Он был очень дерзким и наглым. Обычно я не ссорюсь с незнакомыми людьми, но мне показалось, что видела его раньше, и это тоже меня разозлило. Кажется, это называется дежавю. Папа когда-то рассказывал об этом.

Пока девочка смотрела, как тонкие и нежные лепестки цветка колыхались на ветру, она услышала пугающее рычание, которое доносилось из центра города и быстро встала.

- Сегодня химеры особенно шумные. Ну, я пойду, но вернусь позже. Пока, сестричка.

Она помахала надгробию рукой и, развернувшись, покинула церковь.

На том месте, где больше не было ни души, только ветер колыхал лепестки белоснежного цветка.

Эдвард и Альфонс бежали через город Хисгард, уничтожая на ходу грозно рычащих химер.

- Брат, им нет конца! В городе только одни химеры! - Альфонс, ударив со всей силы, отправил в полет существо, похожее на свинью с длинным хвостом. - Черт возьми, что происходит…

Эдвард, превратив свою правую руку в лезвие, разрезал химеру с крыльями, что атаковала его с воздуха, и быстро огляделся.

Но, сколько они бы ни проверяли, в городе не было ни души.

- Ни жителей, ни алхимиков, которые, как говорят, собрались в Хисгарде, ни профессора — никого нет…

Поскольку изменившийся Хисгард вызывал у Эдварда беспокойство о безопасности Вильгельма, они решили проверить его дом, но профессора и Селены там не оказалось.

Дом Вильгельма, как и остальные, был разрушен, а материалы из нескольких близстоящих фабриках были разбросаны по всей территории предприятий. Железнодорожная станция была полностью уничтожена: рельсы погнуты, а поезда перевернуты. Лишь отдельные тлеющие костры тут и там освещали местность.

Все это явно сделали химеры. Химеры, которых создают с повышенной выносливостью и агрессией, стали настоящей угрозой. Количество этих созданий только увеличивалось, и все они неустанно преследовали Эдварда и Альфонса.

- Что это за твари? Словно они точно знают, что мы враги, — нахмурившись, сказал Эдвард.

Обычно химеры не обладают высоким интеллектом, так как они порождаются не естественным путем, а искаженными законами алхимии. Разработки по созданию химеры, понимающей человеческую речь и способной воспринимать своего противника, всегда были сложными и имели лишь редкие успехи.

Однако здешние химеры, вопреки своему нелепому виду, кажется, действительно понимают, что братья враги.

Даже птицеподобная химера, которую Эдвард недавно обезглавил, пыталась атаковать его, несмотря на потерю крыльев. И свиноподобная химера, которую Альфонс отбросил в сторону, вскоре снова встала на ноги и затопала по земле.

Хоть братья и хорошо уклонялись от атак благодаря своей ловкости и замедленным движениям химер, те все же постепенного окружали их.

- Черт, кто же их создал?! Ах, как мне это надоело! Ал!

Позвав брата, Эдвард указал на здание, стоящее недалеко на небольшом холме.

- Мы наведем здесь порядок, а потом рванем туда! Оттуда мы скорее всего сможем увидеть ближайшие города! Давай, нужно убираться отсюда!

- Понял!

Эдвард убрал лезвие на правой руке и, сложив ладони, прикоснулся к упавшему уличному фонарю. Молния, словно змея, целиком обвила фонарь. Когда свет от реакции исчез, фонарь преобразовался в огромное копье.

- Ал, используй это!

Передав оружие Альфонсу, Эдвард подошел к фонтану на площади.

- Смотри внимательно.

Хлопнув в ладоши, он прикоснулся к основанию фонтана. Яркий свет окутал строение и затем распространился по земле. На мгновение, вокруг стало светло как днем.

Верхушка фонтана начала плавиться и опускаться, а круглая бетонная чаша и металлическое основание искривлялись и деформировались.

Фонтан, становясь единым целым, преображался в новое оружие.

- Хорошо, думаю, так сойдет!

Закончив трансмутацию, Эдвард отпустил основание, и посмотрел на сооружение с пушкой и пулеметом.

- Вперед!

- Окей!

Альфонс, приготовив копье, стоял рядом с Эдвардом, который держался за рукоять пулемета. Направив стволы на окружавших их химер, Эдвард потянул за спусковой крючок. Раздался громкий выстрел, и химера, в которую попала пуля, отлетела назад. Альфонс тут же нанес удар копьем.

Чтобы не дать химерам напасть одновременно, Эдвард продолжал стрелять, а Альфонс следовал за ним с копьем. С каждой новой атакой химер становилось все меньше.

Убедившись, что большинство химер уничтожено, Эдвард отпустил рукоять и схватился за рычаг.

- Ал, отойди! - крикнул юноша и с силой потянул за рычаг.

Из пушки вылетел черный шар. Он сбил химеру с двумя хвостами, а затем влетел в каменную стену, которая находилась за ней. Так получилось создать путь к подножию холма. Братья быстро направились к дыре. Они пробегали мимо лежащих на земле химер, что стонали от боли и несмотря ни на что, пытались в таком состоянии схватить беглецов за ноги.

- Скорей!

Не успев обрадоваться тому, что им удалось сразить часть существ и создать выход, Эдвард и Альфонс резко остановились на полпути. Химера, отброшенная выстрелом из пушки, вдруг издала низкий рык, будучи на грани смерти. Существо попыталось ударить хвостами по земле, но, похоже, это было последнее его усилие. Через мгновение тело химеры обмякло и больше не шевелилось.

Однако…

- Брат, ее тело светится! – удивленно сказал Альфонс, наблюдая как тело поверженной химеры начало излучать свет.

Сияние, окутавшее тело химеры, было настолько ярким, что братьям пришлось прикрыть глаза. Однако, когда свечение исчезло, химера пропала.

- Что это?

На место, где только что лежало существо, медленно упало белое перо. Эдвард осторожно поднял его и стал рассматривать.

- Похоже на птичье перо.

- Да. Но почему оно здесь…

Братья заметили, как маленькое перо источало слабое сияние.

- Брат, оно как будто светится, верно?

- Да, и кажется оно немного теплое… Ох?!

Когда Эдвард рассматривал находку, очертания пера медленно размылись и оно исчезло в руках юноши.

- Эй, перо… исчезло… что происходит?

- Не знаю. Оно как будто появилось из мертвой химеры, — сказал Эдвард, оглядываясь на площадь, где они только что сражались.

- Ой!

- Что?

На площади еще лежали стонущие химеры, но некоторые из них исчезли, также оставив после себя перья, которые затем, быстро исчезали в воздухе. Жуткие существа пропадали один за другим.

После этого на их месте оставалось лишь белое перо.

Когда Эдвард и Альфонс в недоумении наблюдали как исчезают мертвые химеры, раздался звук хлопков.

Этот звук был совершенно неподходящим для данной ситуации.

Братья посмотрели наверх, чтобы найти того, кто сейчас аплодировал.

- Уфуфу…

На крыше полуразрушенного здания стояла женщина и смотрела на Эдварда и Альфонса.

Правую часть лица женщины прикрывала черная треугольная повязка. Она перевела взгляд с братьев на тела павших химер. Ее наряд, включая длинные сапоги выше колен и мини-юбку, был полностью черным и напоминал одежду грабительницы.

То, как она улыбалась, наблюдая за стонущими от боли химерами, было настолько дико, что Эдвард на мгновение подумал, что она сама является одной из них.

Но из-за разреза на юбке на бедрах была видна белоснежная кожа, также как и на ее обнаженной талии, давая понять, что она человек.

- Меня впечатляет, что вы смогли справиться с ними, - легкий порыв ветра взметнул длинные черные волосы женщины, что доходили до поясницы.

Она снова рассмеялась.

Ее реакция на погибших химер была скорее радостью, чем удивлением. Это убедило Эдварда в том, что женщина не просто случайная прохожая.

- Ты не похожа на того, кто здесь живет. Кто ты такая?  – осторожно спросил Эдвард, и женщина, вызывающе положив руки на бедра, улыбнулась, как будто ее это забавляло.

- О, я тебя заинтересовала?

- Не глупи! Меня интересует, ты ли создаешь этих химер и управляешь ими. Если это так, то ты…

- Так ты думаешь, что я алхимик, верно? Ну, возможно. А вот что я думаю о тебе, — женщина указала длинным ногтем на Эдварда. - Ты тоже алхимик.  И, судя по всему, весьма умелый.

- И что с того?! – в отличии от юноши, который был сбит с толку внезапным появлением незнакомки, женщина же сохраняла спокойствие и самодовольно продолжала смотреть на Эдварда, как бы оценивая его.

Юноша, ощущая нарастающее раздражение, сделал шаг вперед.

- Спускайся оттуда!

Похоже, что именно эта женщина натравила химер на братьев. Эдвард был готов дать отпор, как только бы заметил, что она готовится к атаке. Но женщина только удивленно приподняла брови и с игривой усмешкой сказала:

- Ой, какой ты вспыльчивый мальчишка. Ну что ж, мне, похоже, стоит отступить на сегодня. Увидимся позже.

Женщина помахала рукой, и вскоре растворилась в ночной темноте.

- Эй, постой!

Эдвард хотел ее догнать, но Альфонс остановил его, схватив за плечо.

- Брат! Нам нужно сначала убраться подальше от сюда!

После того, как он это сказал, из тьмы площади стали выходить новые химеры.

- Черт! – выругавшись, юноша быстро стал подниматься по каменной дорожке, которую нашел по пути.

Раздраженный Эдвард, направился к зданию, что располагалось на вершине холма, преодолевая завалы и пробиваясь через высокую траву.

Через некоторое время, Эдвард заметил, что химеры стали возвращаться в город, словно они потеряли интерес.

- Черт побери, что за день! Сначала сражение с захватчиками поезда, затем я не смог задержать главного злодея, поезд сошел с рельс, люди падают с обрыва на голову и затем сбегают, а потом мы приходим в Хисгард, который полон химер, а они еще и исчезают непонятным образом. Потом еще эта странная женщина… Что за ужасный день?!

Пока Эдвард ворчал, поднимаясь по холму, Альфонс оглядывался на город.

- Более того, мне интересно куда эвакуировались профессор и остальные? И как там та девочка, за которой мы шли? Она вроде бы вошла в Хисгард…

- С такой скоростью бега, думаю, с ней все будет в порядке… Черт возьми, при следующей встрече с этой девчонкой я ее точно поймаю!

До этого момента Эдвард почти забыл о девочке, с которой он недавно столкнулся, но вновь вспомнив о ее словах, его кулаки сжались в гневе.

- Брат, послушай, — обратился к нему Альфонс.

- Что?

- Ты и так уже слишком глубоко погряз в неприятностях. Нужно понимать, что ты не просто так сталкиваешься с несчастьями, а, похоже, сам в них ныряешь.

- Неправда! Я просто…

Хоть Эдвард и разозлился, но он прекрасно понимал, что Альфонс, как всегда, был прав. С этим всем нужно было разобраться, и в первую очередь — разобраться с тем, кто стоит за этими химерами.

Эдвард попытался возразить, но Альфонс, не прерываясь, продолжил:

— Девочка, которая упала на тебя, и столкновение с химерами в Хисгарде — все это ведь произошло из-за тебя.

— Что?! Это что, моя вина?

— Кто разрушил туннель, забыв про осторожность? — с холодной решительностью спросил Альфонс, глядя на Эдварда. — Хорошо, не только твоя. Но если выразиться точнее, то в какой-то степени ты виноват частично, — признал Альфонс, хоть и не с полной уверенностью.

Эдвард замедлил шаг, скрестив руки на груди, но его лицо оставалось недовольным.

— Ну, я не виноват! Во всяком случае, я не был неправ! А если бы не этот придурок, который назвал меня «человеком размером с кулак», все было бы нормально! Я не виноват!

— Но в следующий раз, когда появится опасность, не стоит бросаться в нее бездумно.

— Я понял, — кивнул Эдвард, несмотря на то, что все равно был не согласен.

— Действительно?

Юноша, недовольно фыркнув, ускорил шаг и вместе с Альфонсом продолжил подниматься на холм. Оказавшись на вершине, они осмотрели местность.

— Смотри, Ал, это была церковь. Здесь много могил.

-  И правда.

Они стали рассматривать разрушенные каменные стены и заброшенную церковь. В лунном свете можно было рассмотреть изображенные на дверях кресты. В церкви, как и в городе, никого не было, только тишина и множество каменных надгробий. Ветер шевелил траву, наполняя воздух треском и шелестом.

— Заброшенная церковь, — тихо проговорил Эдвард.

Они продолжили идти в молчании, не произнося ни слова, в память о тех, кто покоился здесь под землей, пока не остановились перед одной из могил.

— Смотри, брат, на этой могиле есть цветок, - сказал Альфонс, указывая на растение у надгробия, - значит, сюда кто-то приходил. Возможно, в Хисгарде еще остались люди или это кто-то из соседнего города.

— Да, но… — заметил Эдвард, наблюдая как Альфонс наклонился, чтобы внимательней рассмотреть цветок.

— Брат, этот цветок — тот самый, который держала та девочка.

Эдвард тоже опустился на колени перед могилой. Как и говорил Ал, это был тот же белый цветок, за который девочка, упавшая с обрыва, беспокоилась больше, чем о себе и других.

— Значит, она пришла сюда, чтобы положить его на могилу, даже после того, как упала с обрыва? — удивленно произнес Эдвард.

— Похоже на то, — ответил Альфонс. — Эта девочка, похоже, действительно имела особую связь с этим местом.

Они оба задумались над этой находкой, и на какое-то время наступила тишина. Мысли о том, что могло побудить девочку сделать такое, оставили их в полном раздумье.

- Наверное тот, кто здесь покоится, был очень важным для нее человеком.

- Хммм...

Братья посмотрели на имя, которое было выгравировано на надгробии.

- Ах!

Братья стояли у могилы, пораженные увиденным. На каменном надгробии было вырезано имя: Селена Эйзельштейн.

— Брат, это могила! — воскликнул Альфонс.

Это была могила дочери Вильгельма Эйзельштейна.

— Не может быть..., — пробормотал Эдвард в шоке. — Так Селена... она мертва...

В их памяти всплыл образ Селены — скромной и застенчивой девочки, всегда скрывавшейся за спиной своего отца, профессора Вильгельма Эйзельштейна. Встретив впервые Эдварда и Альфонса, она робко поздоровалась, а затем сразу укрылась за отцом. Но когда разговор заходил об алхимии, ее лицо озарялось улыбкой, и она оживленно обсуждала свою мечту помочь отцу создать катализатор для Философского камня. Хоть их цели были разными, но Эдвард тогда почувствовал себя ближе к ней, потому что Селена тоже любила алхимию.

Эдвард чувствовал легкую обиду, что Селена не попрощалась с ними, когда они уезжали в Дублис. Теперь, когда стало известно, что она уже давно умерла, это стало для него настоящим шоком.

Альфонс тихо произнес:

— Я не мог подумать, что мы встретим Селену таким образом... Могло ли это быть связано с химерами? Это они ее убили?

- Нет.

Эдвард прикоснулся к надгробию, проводя пальцем по вырезанным датам. Читая дату смерти, он понял, что она умерла давным-давно — еще до того, как они вернулись в Дублис.

— Селена умерла незадолго до нашего возвращения, — сказал Эдвард. — Возможно, она не пришла, потому что была больна и лежала в постели.

Он почувствовал угрызения совести за свои прежние мысли о том, что девочка не пришла на прощание. Эти воспоминания, которые он считал обидой, казались теперь несущественными. Эдвард встал, смотря на могилу.

— Мы провели с ней всего несколько дней, но это все равно шокирует. Мы могли бы сказать ей прощай, но теперь это уже невозможно...

Эдвард посмотрел на Альфонса, и они оба молчали, погруженные в свои мысли. Могила Селены и ее прежняя жизнь теперь стали для них напоминанием о том, как ценны и хрупки человеческие жизни. Эти мрачные размышления нависли над ними, как тень, но им нужно было продолжать свой путь.

Эдвард, словно желая исправить свои прежние ошибки, осторожно погладил надгробие.

— Пойдем, — сказал он наконец. — Нам нужно вернуться к нашему заданию.

Альфонс кивнул и последовал за ним. По мере того, как они покидали заброшенную церковь, ночной ветер снова напомнил о тишине и забвении, оставляя их с чувством утраты и решимостью двигаться дальше.

- Это заставляет меня беспокоиться о профессоре Вильгельме. Надеюсь, с ним все в порядке....

Альфонс был обеспокоен безопасностью профессора, но Эдвард уверенно поднял голову и направился к самой высокой точке на этой территории.

— Если речь о профессоре, то я буду надеяться, что с ним все в порядке... Мы не можем оставаться здесь, это слишком опасно. Если мы найдем другой город, возможно, сможем добраться до Централа без проблем.

— Это правда, — согласился Альфонс.

Они поднялись по каменной лестнице и обошли церковь сзади.

— Что, если мы не найдем другой город? Вернемся к майору? — спросил Альфонс.

- Нет, мне не нравится эта идея.

Поскольку эта местность была глухой, и небольшие города встречались редко, поезд, на котором они ехали в Централ, должен был обойти Хисгард и направиться дальше. Теперь, когда поезд сошел с рельс, а станция Хисгарда была разрушена химерами, им грозило возвратиться туда, где пришлось бы ждать ремонта туннеля.

Эдварду, спешившему к своей цели, очень не хотелось возвращаться к Армстронгу. По возможности он стремился этого избежать.

— Надеюсь, что в округе найдется еще один город, — сказал он, глядя на Альфонса. - Эх, но в последнее время...

- Нам не везет.

Альфонс договорил эту фразу за брата, которому было тяжело признать ситуацию. В ответ Эдвард поморщился и покачав головой, стал залезать с полуразрушенной стены на крышу церкви и посмотрел на пейзаж внизу.

- Ал…

- Что?

Эдвард позвал Альфонса, пока тот медленно взбирался вверх по стене, стараясь не разрушать ее еще сильнее.

— Знаешь, похоже, нам повезло. Там, в той стороне, видно огоньки какого-то города.

Несмотря на свои сомнения, Эдвард продолжил указывать на светящиеся вдали огни.

На рассвете следующего дня Эдвард и Альфонс покинули Хисгард и направились в сторону города, огни которого они увидели ночью. Постепенно лучи восходящего солнца освещали окруженную горами дорогу.

— Нам везет все больше. Похоже, что эта тропинка ведет к тому самому городу, который мы видели с церкви, — заметил Эдвард. — Надеюсь, сегодня мы сможем благополучно добраться до Централа.

После всех неприятностей и неудач, из-за которых им не удалось попасть в столицу, полные надежды на сегодняшний день они снова вспомнили события прошлой ночи.

— Интересно, кто же создал этих химер. И еще эта странная женщина появилась... Может быть, она и создала их? — предположил юноша.

— Не знаю. Если это так, то это очень умелый алхимик. Химеры, которые нападают на нас, как на врагов, совсем не похожи на обычных — у них есть интеллект, — ответил Альфонс.

— Да, они были большие и крепкие. Хотя химеры двигались медленно, нам удалось справиться, но было действительно страшно. Пока ты отдыхал в церкви, они иногда рычали в городе. Я немного переживал, что мне придется делать, если они дойдут до церкви и обнаружат нас там, — продолжил Альфонс.

Хоть Альфонс, будучи в доспехах, не мог спать, он редко боялся оставаться ночью один. Тем не менее, внутри он был все еще четырнадцатилетним мальчиком, и ему было немного тревожно слышать рычание химеры.

— Не переживай. Если что, я всегда рядом, — сказал Эдвард с улыбкой и ободряюще похлопал брата по спине. — Не стесняйся будить меня, если будет страшно.

Эдвард пытался развеселить брата, и Альфонс ответил ему с улыбкой в голосе.

— Ты говоришь так, но как только засыпаешь, то тебе будет трудно проснуться, — продолжал он.

— Это не так. Я всегда просыпаюсь. Можешь на меня рассчитывать, — заверил его Эдвард.

— Да, ты всегда заворачиваешься в одеяло или спишь с голым животом. Кстати, в следующий раз я сфотографирую, как ты спишь, — пошутил Альфонс.

— Эй, не делай этого! – Эдвард поднял кулак, на что Ал быстро увернулся.

Так, проведя за разговорами в долгом пути, через несколько часов они достигли города. Когда они вошли в залитый полуденным солнцем город, Эдвард восхищенно охнул.

— Как тут красиво, — сказал он, осматриваясь по сторонам.

Все дома здесь были новыми, краска на крышах сверкала на солнце, создавая еще более привлекательный вид.

Каменные мостовые улицы были ухоженными и без следов старых колес. Это создавало контраст с разоренным Хисгардом.

— Я и не знал, что рядом с Хисгардом есть такой прекрасный город, — с удивлением сказал Альфонс. — Похоже, здесь должна быть и железнодорожная станция...  О! Простите, — Альфонс обратился к проходящему мимо мужчине. — В этом городе есть вокзал?

Мужчина с недоверием посмотрел на Эдварда и Альфонса, облаченного в доспехи.

— Хм? Откуда вы пришли? Что вам здесь нужно?

— Мы из Хисгарда... На нас напали химеры, — ответил Альфонс.

Когда Ал ответил, мужчина сразу же изменился в лице и стал более дружелюбным.

— А, вы тоже алхимики. Значит, вы наши.

— Что?

Братья были удивлены тем, что их сразу признали как алхимиков, и еще больше удивлены тем, что мужчина заговорил с ними так непринужденно.

— Я тоже пришел из Хисгарда три дня назад. Я слышал, что здесь примут любого алхимика, поэтому отправился туда в поисках работы, но он оказался наполнен химерами.

— Он считает, что мы пережили то же самое, что и он, — заметил Альфонс, обращаясь к брату.

— Это так, — подтвердил мужчина с улыбкой.

Похоже, он подумал, что раз они смогли пережить нападение химер, значит, они тоже алхимики.

— Знаете, из-за этих химер, которые появились несколько месяцев назад, Хисгард был разрушен, и выжившие жители построили этот город. Я не знал об этом и чуть сам не погиб от химеры, с которой я столкнулся. В общем, мне удалось чудом добраться до этого города. Но химер было очень много. Думаю, многие алхимики погибли, не успев убежать. Вы, видно, везучие, — усмехнулся мужчина.

Похоже он попал в этот город при тех же обстоятельствах, что и братья. Хисгард находился в отдаленной местности, и лишь не многие путешественники бывали там. Причина, по которой он решил пойти туда, вероятно, заключалась в том, что до него дошли слухи, что в городе собираются алхимики. И братья пришли к выводу, раз он смог пережить встречу с химерами, с которыми не каждый сможет справиться и сбежать от них, то мужчина такой же, как и они.

— А Вы сами алхимик?

— Ага, — сказал мужчина, приоткрыв внутреннюю часть верхней одежды, чтобы показать алхимический круг, вшитый в ткань. — Именно благодаря алхимии я смог сбежать от химеры.

- Хм?

— Ну, Хисгард уже не спасти, но в этом городе любой алхимик будет принят. Говорят, что раньше здесь был человек, который собирал алхимиков из Хисгарда. Сейчас он больше не занимается этим, но, если кто-то, кого атаковали химеры, захочет сбежать сюда, их не будут выгонять. Не знаю, виноват ли он в этом или нет, но тут никто не выдает таких людей армии или еще куда-то.

— Значит, это может быть правдой,  — Эдвард, заметив, что рассказ мужчины совпадает с историей солдата о похищении поезда,  спросил, — этот человек, случайно, не Вильгельм Эйзельштейн?

— О, ты о нем знаешь, — кивнув, ответил мужчина и добавил. — Благодаря этому профессору, в этом городе больше преступников-алхимиков, чем честных людей вроде меня. Городская армия не проявляет активности, так что проблем не будет. Не переживайте.

Судя по всему, большинство алхимиков, что приехали сюда, имели темное прошлое, и мужчина подумал, что и Эдвард с Альфонсом могли искать укрытие, поэтому он и дал такой совет.

- Здесь вы будете чувствовать себя в безопасности.

Затем, мужчина указал Альфонсу месторасположение станции. Эдвард, посмотрев на вывеску, подумал о том, что город, вероятно, создан при помощи того самого профессора.

— Лучше оставаться здесь, — сказал мужчина, прощаясь. Альфонс поблагодарил его, и они направились к большому арочному проходу, на котором было написано «Новый Хисгард».

— Значит, это город, который построил профессор, — сказал Эдвард, заметив надпись так же, как и Альфонс.

— Да, — подтвердил Альфонс.

Направляясь к станции, Эдвард еще раз осмотрел город.

— Если бы профессор был таким алхимиком и имел достаточно средств, он бы смог построить такой город за несколько месяцев.

— Да, после того, что мы видели в Хисгарде, я беспокоился, но, похоже, тут все в порядке, — заметил Альфонс.

Они молча шли некоторое время, пока Ал не нарушил тишину.

— Эй, брат, мы действительно идем на станцию?

— А? Конечно. Мы изначально планировали именно это, — уверенно ответил Эдвард.

— Да, но.., — с сомнением начал Альфонс, но не закончил свою мысль.

— Тот человек сказал, что профессор Вильгельм не только собирал алхимиков в Хисгарде, но и защищал преступников. Это подозрительно. Мы не знаем, откуда пришли химеры в Хисгард, а о Селене..., — размышлял Эдвард.

Причины беспокойства Альфонса были ясны, ведь вокруг профессора Вильгельма происходило много неприятных событий.

Эдвард также понимал, о чем волнуется его младший брат. Хотя его собственные чувства были не совсем связаны с волнением, но он тоже не мог избавиться от тревожных мыслей.

— Ну, у меня тоже есть вопросы к профессору, — сказал Эдвард, посмотрев вверх, как будто что-то вспомнил. — В ночь перед тем, как мы вернулись в Дублис, в лаборатории профессора было как-то шумно, — продолжил он.

— Правда? Я не помню, это было так давно..., — ответил Альфонс.

— Я тоже почти забыл об этом, пока не увидел могилу Селены. Помню, что в ту ночь, я проснулся, услышав крики. Они были ужасно мучительными... Если она умерла через несколько дней после этого, то это действительно беспокоит меня.

— Если так, то нам нужно встретиться с профессором. Возможно, он прояснит ситуацию, — предложил Альфонс, но Эдвард отрицательно покачал головой.

— Нет, нам лучше двигаться в Централ. Ты слышал, что сказал тот мужчина? Здесь много людей с темным прошлым. Если они узнают, что я Государственный алхимик, мы можем попасть в беду. И еще, в моем текущем состоянии нельзя встречаться с профессором, ведь если он узнает о трансмутации человека... Если нашему учителю станет известно о том, что произошло, все станет еще хуже... Мы можем потерять жизнь!

— Да, это верно, — согласился Альфонс, чувствуя реальность последнего утверждения.

— И так, чтобы добраться до станции, нам нужно пройти через эту главную улицу. Давай не упустим шанс и отправимся в Централ, пока нам везет.

— Пожалуй, так и поступим, — согласился Альфонс.

Взяв себя в руки, братья направились в нужном направлении и вскоре оказались на площади, где собралась небольшая толпа людей.

— Что это? — удивился Эдвард, оглядывая толпу.

— Кажется, тут много народа собралось, — отметил Альфонс.

Около десяти человек собрались в круг, а в центре друг напротив друга стояли люди.

Братья повернули головы в сторону шума, и до них донесся знакомый голос.

— Лжец! Лжец! Лжец! Лжец! — кричала девушка с короткими волосами до плеч, которую Эдвард уже видел ранее. Она стояла напротив человека с ирокезом.

— Эта девочка..., — заметил юноша, узнав ее.

Эдвард тут же нахмурился, вспомнив, что произошло вчера и прямо в этот момент девушка с широко открытыми от гнева глазами ударила мужчину с ирокезом по руке.

- Ты лжец! Ты говорил, что сегодня будешь учить меня алхимии! Если ты хочешь нарушить свое обещание, то верни мне деньги, которые я дала тебе в прошлый раз!

- Деньги? Что ты имеешь ввиду? Я не знаю... Брао, может ты в курсе? – спросил мужчина с ирокезом, стоящего рядом человека.

— Хм, я не знаю, Гельп, — пожимая плечами ответил тот, — братец Рот, ты слышал что-то?

Мужчина по имени Брао, играл пальцами с прядями своих волос около уха, и обратился к своему бритоголовому приятелю с повязкой на глазу.

— Я ничего не знаю.

Похоже, что Рот, Гельп и Брао — братья, так как у всех троих были изображены на животе татуировки с алхимическими кругами, что указывало на их статус алхимиков.

Девушка, видимо, заплатила деньги за обучение алхимии, но данные ей обещания, были нарушены.

— Как можно так обманывать! Где обещанный «равноценный обмен»? Эти мошенники и лжецы — ничего не умеющие алхимики! - Она разочарованно поджала губы.

— Эти три брата творят ужасные вещи, судя по тому, что я слышал о них, — произнес Альфонс с сожалением.

Однако никто из окружающих не осуждал троицу. Все просто наблюдали за происходящим.

— Брат, нам стоит вмешаться? Кажется, эта девочка потеряла свои деньги, — сказал Альфонс, подталкивая Эдварда.

Эдвард бросил на Альфонса настороженный взгляд.

— Ты помнишь, как вчера ты сказал, что я сам вляпываюсь в неприятности? — ответил Эдвард.

— Да, но...

Эдвард сжал кулаки.

— Ты хочешь, чтобы я помог девчонке, которая упала на меня и потом сбежала, называя меня неудачником?

— Я просто думал, что, возможно, стоит помочь, — пытался убедить его Альфонс.

Эдвард, наблюдая за происходящим, задумался.

— Ты все еще злишься? — спросил Альфонс, глядя на раздраженного брата.

Девушка в это время, старалась не показывать своей внутренней боли, несмотря на выступившие слезы в уголках ее глаз. Она смело ответила трем братьям:

— Хватит! Я не стану учиться у такого идиота как ты, я найду учителя получше!

Девушка грозно посмотрела на них троих. Однако все трио громко рассмеялось, словно издеваясь над ней.

— Ха-ха-ха! К сожалению, это невозможно. В этом городе нет никого, кто бы захотел учить тебя! — смеялся один из них.

— Вы не можете этого знать! — воскликнула девушка.

— Понимаю, так и должно быть. Ведь твой отец... ну ладно, забудь об этом, — сказал мужчина с ирокезом, завершив разговор.

- А? Что? Что-то случилось с папой? -  по девушке было видно, что в этих словах было что-то важное и на ее лице отразился не гнев, а растерянность. — Эй! О чем вы говорите? Что сказал папа? Скажите мне!

— Это не твое дело. Пошли, братья, — сказал старший брат Рот, разворачиваясь, чтобы уйти.

Однако девушка схватила его за руку.

— Подождите! Папа что-то сказал, верно? Скажите мне!

— Ты так раздражаешь! Нечего нам больше обсуждать! — Рот грубо стряхнул ее руку и схватил девушку за воротник одежды.

- Кья!

- Тише ты!

Ее ноги не касались земли.

— Черт тебя возьми! — недовольно произнес Рот.

Эдвард, раздраженно цокнув, пробрался через толпу зевак и вышел вперед.

— Аааа! — вскрикнула девушка, когда ее швырнул Рот, но Эдвард успел поймать ее.

— Ты в порядке? — спросил обеспокоенно юноша.

— О, это ты! — она испуганно посмотрела на Эда.

Альфонс вышел вперед и встал перед троицей, закрыв собой Эдварда и девушку.

— Эй, ребята, вы себя ведете неподобающим образом, — сказал Альфонс. — Нехорошо обманывать детей ради денег. Верните ей деньги.

— Кто вы такие, чтобы нам указывать? — возмутился один из братьев.

Трио, заметив крупного человека в доспехах и маленького мальчика, явно стали еще более враждебными.

— У тебя хватает смелости противостоять нам. Ты думаешь, что сможешь сразиться с нами и победить? — проворчал Гельп подходя к Эдварду, и протянул к нему руку, чтобы толкнуть его в плечо. Вероятно, он думал, что невысокого Эдварда, в сравнении с Альфонсом, можно будет легко отбросить.

Однако Эд ловко уклонился и твердо оттолкнул руку Гельпа. Из-за резкого маневра, серебряные часы, что находились в кармане Эдварда, выскользнули и упали на землю.

— Вот блин, — наклоняясь за часами, пробормотал Эд.

В следующий момент, лица враждебно настроенных братьев изменились.

— Э... это же... шестиконечная звезда на серебряных часах!? — воскликнул Гельп, глядя на часы.

— Ты... Государственный алхимик! Военный!? — хором вскрикнули братья, осознав, с кем имеют дело.

В толпе, которая их окружала, поднялся шум.

— Это военный... Государственный алхимик! — с неприязнью шептали они.

— Почему он в Новом Хисгарде? Они пришли нас арестовать!? — воскликнул один из братьев.

— Не важно! Все будет в порядке, если мы от них избавимся! — закричал другой.

— Мы сможем справиться, если все алхимики в этом городе объединятся! — добавил третий.

Узнав, что в городе немало людей с темным прошлым, Эдвард хотел как можно скорее добраться до станции, но его попытки оказались напрасными.

— Черт, вот этого я и хотел избежать... Недавно цепь ослабела. Надо бы ее починить, – юноша вздохнул, осматривая цепь его карманных часов.

— Чертовы военные! Что вы здесь делаете!? — завопил в гневе Гельп.

— Что? Да ничего особенного... Я не интересуюсь тем, какие злодеяния вы здесь творите. Мне это не важно, — ответил Эдвард, разочарованный сложившейся ситуацией.

— Правда! Мы просто проходили мимо. Мы не планируем вас арестовывать. Мы только решили вмешаться, потому что то, что вы делаете, ужасно, — добавил Альфонс.

Но это разозлило братьев еще больше.

— Заткнись! Никто не будет слушать военных! — продолжал вопить Гельп.

— Ну и ладно. Вы хотите драки? — спокойно предложил Эдвард и преобразовав правую руку в лезвие с помощью алхимии, встал в боевую стойку.

Этого оказалось достаточно, чтобы негодяи наконец заткнули свои рты.

— Черт, мы это запомним! — проворчал Гельп, и братья, развернувшись, пошли прочь.

Перед тем как уйти, они бросили деньги на землю, а Эдвард помахал им вслед рукой.

— Ну вот, — сказал Альфонс, передавая девушке собранные деньги. — Это твое.

— Ах, спасибо..., — пробормотала она, взяв деньги и крепко сжала их в руках. Девушка с нескрываемым любопытством стала рассматривать правую руку Эда, которая все еще держала монету.

По сравнению с тем как дерзко она вела себя вчера, сейчас девушка была спокойной и молчаливой, что удивило Эдварда.

— Эй, ты в порядке? Так сильно испугалась? Ну, если так, то лучше не лезь к этим типам, — заметил он.

Оказавшись один на один с негодяями и попав в ситуацию, где ее обманули, забрав деньги, ей не оставалось ничего другого, как опустить голову. Заметив, как трясутся плечи девушки, Альфонс решил ее утешить.

— Ты правда в порядке? — повторил он и услышав невнятное бормотание девушки, переспросил. — Что-что?

Она резко подняла голову и посмотрела на Эдварда.

— Ух ты! Ты же Государственный алхимик! Невероятно! Разве это не здорово, малец?

— Что? Что? Что!? — возмущенно воскликнул Эдвард, сделав шаг назад.

Сияя от восторга, девушка, явно не обращала внимания на то, что ее слова разозлили Эдварда. А он, в свою очередь, продолжал кричать.

— Ну и что, мелкая! После вчерашнего, ты все еще продолжаешь меня так называть?! Я подумал, что можно забыть об этом, но нет, я не прощу! Я тебя научу хорошим манерам! Сто раз отлуплю!

— Эй, братец, она все-таки девочка!

Альфонс попытался вмешаться, но Эдвард уже не слушал.

— Это время равенства полов, Ал! Я не могу простить ее, только потому что она девочка! Эй, девчонка, иди сюда!

Эдвард попытался схватить ее за плечо, но его руку крепко сжали ладони девочки.

— Научи меня!

— Э? — Эдвард был сбит с толку тем, что она полностью игнорирует его гнев. Взгляд девушки был серьезным.

— Пожалуйста, научи меня алхимии! Ты же великий алхимик, с государственной квалификацией, верно? Я готова приложить все усилия, чтобы изучить алхимию. Пожалуйста, малец, помоги мне!

Последняя реплика девушки рассердила Эдварда еще сильнее.

— Эй, девчонка… Ты опять это повторила! Как можно так обращаться к людям, когда просишь о чем-то? Вот поэтому не стоит обзывать людей “маленькими”! — взорвался Эдвард, стряхивая руки девушки со своей.

— Ох прости, я так разволновалась! – рассмеялась девушка. – Это потому, что я не знаю, как вас зовут. Я больше не буду так говорить, поэтому, пожалуйста назови свое имя. Я Армони.

Когда девушка назвала свое имя, Эдвард нервно дернулся и указал на себя.

- Эдвард! Я Эдвард Элрик! Слушай, Эдвард! ЭД-ВАРД! Ты понимаешь? И я категорически против, чтобы меня назвали как-нибудь еще!

Альфонс, увидев, как Эдвард снова начинает злиться, попытался его успокоить и представился сам:

— Я — Альфонс, младший брат Эдварда. Будем рады знакомству.

— Эдвард и Альфонс, да? — повторила Армони, рассматривая братьев. — Вы же будете обучать меня алхимии, верно?

Эдвард, проигнорировав ее вопрос, указал на нее пальцем:

— Перед тем, как мы обсудим это, тебе стоит сказать кое-что.

— Что я забыла сказать? — удивленно спросила Армони.

-  Хватит, брат. Прекрати, - проговорил Альфонс, пытаясь успокоить его, но Эд все не унимался.

- Нет, раз уж мы встретились, то мы должны разобраться. Ты забыла о чем-то очень важном!

Армони, похоже, не могла вспомнить, что именно она забыла. После нескольких секунд раздумий, она ахнула и хлопнула в ладоши.

- А, наверное, ты про это? Рукопожатие для укрепления дружбы?

— Ты что, забыла про то, что произошло вчера? Ты упала мне на голову!

Армони посмотрела на Эдварда с легким раздражением, а затем пожала плечами:

— Серьезно? Ох, ты до сих пор об этом говоришь? Вы мужчины всегда так озабочены подобными мелочами… Вот поэтому ты до сих пор такой мелкий!

— Не называй меня мелким?! И не говори слово «мелочь», — вспылил Эдвард. — Зови меня по имени!

Сказав это, юноша резко развернулся.

— Пошли, Ал. Такого неблагодарного и невежественного человека нечему учить. Только время зря потратим.

- Эй! Подожди, мал… то есть Эдвард! — закричала Армони, поспешно следуя за юношей, когда он направился в сторону станции. - Я извинюсь как следует, только подожди!

- Ну уж нет, – он побежал в направлении станции. - Мы все равно путешествуем с определенной целью. У нас нет времени на уроки алхимии! — крикнул он, поднимаясь по лестнице у входа в станцию. - К сожалению, мы заняты! Так что прощай!

Сказав это, юноша исчез внутри здания.

Армони остановилась у лестницы, а Альфонс, который был позади нее, подошел и извинился.

- Извини, Армони. Мы просто остановились в этом городе, чтобы сесть на поезд. Нам нужно спешить в Централ. Это не из-за того, что мы злые, а просто у нас действительно нет времени, чтобы заниматься обучением.

Альфонс с грустью посмотрел на опечаленную девушку, которая упорно преследовала Эдварда, пока тот не скрылся в здании железнодорожной станции.

Но Армони крепко сжала его руку.

- Учитель, решение принято.

- А? Армони, так мы же…, - Альфонс хотел снова повторить свои слова, но девушка просто улыбнулась ему в ответ.

- Если у вас будет время, вы же сможете меня научить, да? Скоро вы будете свободны.

Альфонс не понимающий, что происходит, был в замешательстве от того, как крепко она его держит.

В это время внутри здания эхом раздался разгневанный голос Эдварда.

- И как это понимать?!!! Эй, работник станции! Объясните все как следует!

- Брат!?!?!

Альфонс, растерявшись от криков брата, посмотрел на девушку, и та ему подмигнула.

- К сожалению, в данный момент поезда до Централа не ходят. Недавно неподалеку от Хисгарда произошло крупное крушение поезда, и все линии в этом районе закрыты до окончания расследования. Поэтому, вам придется задержаться в этом городе на некоторое время.

- Крушение поезда? Это значит…

Альфонс промолчал, не решаясь говорить о том, что ему это напомнило. Не было никаких сомнений в том, что речь шла о том самом инциденте, который вчера устроил Эдвард.

Эдвард, вероятно, тоже понял это. С напряженным выражением лица и шаткой походкой он вышел со станции, и стал спускаться по лестнице.

Армони встретила его с широкой улыбкой.

- Ты ведь уже поговорил с работником станции, верно? Пока не восстановят железнодорожные линии, пройдет еще какое-то время. Так что вам пока придется остаться здесь. Вот почему…, — продолжала она с легким намеком на радость и повернулась к холму позади себя. — Я предлагаю остановиться у меня дома! Не переживай! Мой папа, без сомнения, тоже вас радушно примет! Как вам такое предложение?

Казалось, что она не ждала ответа с самого начала. Армони быстро побежала вперед и оглянулась на подавленного Эдварда и Альфонса, который стоял рядом и пытался его поддержать.

- Сюда! Чего вы медлите? Быстрее! Быстрее!

- Что будем делать, брат?

- Что делать? Что тут поделаешь, раз уже некуда деваться…, — Эдвард вяло пожал плечами и поник головой.

Путь в Централ был закрыт, и единственное, что им оставалось — это ждать. Однако, если они остановятся в какой-либо городской гостинице, есть вероятность, что на них могут напасть те, кто знает о недавнем происшествии. Поэтому остановиться в доме Армони было наилучшим решением, так как она являлась местной жительницей.

- Кажется, что мы никогда не доберемся до Централа, - Эдвард посмотрел вверх на небо, и подумал о том, что Централ, становится для него все дальше и дальше.

- Похоже на то…, — согласился Альфонс.

- Или может быть, нас настолько сильно ненавидит сам город?

- Если с нами происходит столько неудач, то может быть дело в нас…

- Возможно..., - Эдвард, словно сбрасывая невидимые беды, встряхнул плечами.

- Эдвард! Альфонс! Что вы там делаете? Сюда! Сюда! — крикнула Армони. Не понимающая их беспокойства, она весело махала им, приглашая следовать за собой.

Братьев привели к большому красивому зданию на вершине холма Нового Хисгарда.

- Вот, здесь я живу. Чувствуйте себя как дома, и отдыхайте, — сказала Армони, когда они подошли к открытому двору.

- Чувствуйте себя как дома…, — пробормотал Эдвард, рассматривая здание. – Как-то уж больно великовато для… О, да это же замок... да?

Братья не могли найти слов, глядя на высокие каменные стены и ворота высотой около пяти метров, окружавшие огромную территорию.

Перед ними были массивные двойные ворота из темного дерева, за которыми находился сад с ухоженным газоном и каменными дорожками. Среди сада росли подстриженные кусты и скульптуры, а в центре находился фонтан, из которого непрерывно струилась вода, создавая арку, и даже были установлены скамейки, где можно было отдохнуть.

Справа от этого красивого сада находилась широкая лестница, ведущая к великолепному замку с остроконечными башнями на крыше. На удивление, но слева от фонтана находилась еще одна постройка — высокая колонна, которая, казалось, достигала небес.

Армони показала на эти здания и объяснила, что это ее дом. Замок и башня стояли друг напротив друга через сад.

— Вау, потрясающе..., — удивился Эдвард.

Они с Альфонсом путешествовали довольно долго с тех пор, как покинули родной край. Они останавливались в разных городах и деревнях, иногда ночуя в частных домах по доброте людей. Но это было впервые, когда их пригласили остановиться в замке.

— В этом мире действительно есть невероятно богатые люди, брат..., — проговорил Альфонс.

— Совершенно, верно… Слушай, Армони, твой отец, случайно не король или что-то вроде того? — спросил Эдвард, ступая по вымощенной камнем дорожке, направляясь в замок с остроконечными башнями с правой стороны.

— Нет, вовсе нет. Это старинный замок, он был выкуплен за копейки, и папа сам его отремонтировал, – весело рассмеялась Армони.

— Ты говоришь, что он сам отремонтировал такой большой замок? Впечатляет! — восхищенно сказал Эдвард, продолжая осматриваться.

Перед ними предстал широкий и просторный холл с лестницей, где все выглядело новым, словно только после постройки.

Армони, оставив братьев ждать в холле, стала подниматься по лестнице и аккуратно похлопала по восстановленным перилам.

— Мой папа — алхимик. Он считает, что подобный ремонт — это пустяки. Мой папа довольно известный алхимик, возможно, вы слышали о нем. Его зовут Вильгельм Эйзельштейн. Думаю, он сейчас в библиотеке, я позову его!

— Что?

— Армони, подожди!

Эдвард и Альфонс, потрясенные услышанным именем, попытались остановить девочку, но она уже исчезла за дверью.

— Разве она только что не сказала, что ее отца зовут Вильгельм Эйзельштейн?!

— Да, именно так! Значит, это дом профессора Вильгельма?!

Они, застывшие на месте в полном шоке, испуганно посмотрели друг на друга.

— Так что же, эта девочка — дочь профессора?

— Я никогда не слышал, что кроме Селены у него были еще дети...

— В любом случае, это плохо. Очень плохо, Ал. Если мы столкнемся с профессором, и он заметит наше состояние, и, если это дойдет до нашего учителя... Бежим!!!

Эдвард в панике вздрогнул и уже повернулся к двери, через которую только что зашел, но Альфонс мягко положил руку ему на плечо.

— Брат, похоже, уже слишком поздно...

По лестнице, куда смотрел Альфонс, медленно спускался мужчина средних лет.

Эдвард с ужасом обернулся. Он надеялся, что это будет кто-то другой, но перед ним стоял сам Вильгельм Эйзельштейн.

Длинные серебряные волосы, плавно уложенные назад, и элегантный светло-коричневый костюм с черным плащом — он выглядел также, как и несколько лет назад. И его раскосые, слегка прищуренные глаза, все также отражали внутреннее спокойствие. Интеллектуальный и спокойный вид полностью соответствовали званию мудреца.  Единственное, что изменилось, вместо Селены рядом с мужчиной теперь была Армони.

— Вот, папа! Смотри! Это они! Эти люди тоже потрясающие алхимики!

Вильгельм, следуя за Армони, улыбнулся и протянул Эдварду руку.

— Я слышал о вас от дочери. Кажется, вы ей помогли. Спасибо.

— А, да... Рады встрече…, — Эдвард неловко улыбнулся, пожимая протянутую руку, но заметил, что Вильгельм на мгновение прищурился, глядя на него. Эдвард не мог понять, то ли это из-за необычного ощущения от рукопожатия, то ли он что-то вспомнил. Затем его улыбка стала выглядеть немного натянутой.

Армони, которая, не замечала напряжения Эдварда, с энтузиазмом продолжила:

— Папа, я решила учиться алхимии у этих людей! С завтрашнего дня я буду стараться изо всех сил!

После этих слов улыбка Вильгельма исчезла.

— Алхимия? О чем ты? Я уже говорил, что это невозможно.

— Я понимаю, что папа не будет учить меня. Поэтому я нашла себе учителей сама.

Эдвард и Альфонс еще осознавали, но Армони, похоже, уже приняла окончательное решение учиться. Однако, строгое выражение лица Вильгельма не изменилось.

— Нет-нет, алхимия – это абсолютно не допустимо. В любом случае, у тебя нет таланта к этому, так что учиться бесполезно. Лучше откажись.

— Нет... это не так! Если я буду много практиковаться, то я смогу научиться!

— В любом случае, алхимия запрещена! Вы тоже не должны обучать Армони алхимии. Ясно?

— Э... ну, да...

— Хмм..., – «вздохнул» Альфонс.

Братья не знали, как реагировать на внезапную семейную ссору. Армони расстроенно надула губы.

— Ага, я поняла! Это ты говорил людям в городе, чтобы они не учили меня алхимии, так?!

Похоже, что именно это и остановило тогда троих братьев. Но Армони не собиралась сдаваться и продолжала уговаривать Вильгельма.

— Почему ты против? Я постараюсь стать отличным алхимиком! Я не разочарую тебя! Пожалуйста, папа, разреши!

Тем не менее, Вильгельм твердо держался своего мнения.

— Больше нечего обсуждать. Кроме того, я занят. Мне нужно поговорить с этими двумя и вернуться в лабораторию. А тебе в свою комнату.

— Нет! Подожди, папа!

— Армони, не заставляй меня повторять, – сказал профессор спокойным, но строгим голосом.

Девушка опустила голову и, подавленно кивнула.

— Хорошо...

Армони с поникшими плечами медленно направилась в свою комнату.

Вильгельм, вздохнул, глядя на спину своей опечаленной дочери, и позвал ее:

— Армони.

— Да?

Профессор смягчил свой строгий тон и обратился к дочери, которая обернулась к нему с хмурым видом, гадая, что именно он ей еще скажет.

— Скоро я закончу свои исследования. Давай поужинаем вместе сегодня вечером.

— Правда?!

Лицо Армони сразу же прояснилось от радости.

— Да, правда.

— Я так рада! Конечно, папа! — сказала девочка, и ее радость от предстоящего ужина с отцом была так велика, что она сразу же забыла о том, что была расстроена. С широкой улыбкой на лице она вернулась в свою комнату.

После того как Армони ушла, Вильгельм повернулся к Эдварду и Альфонсу.

Вильгельм, который был значительно выше, смотрел на Эдварда сверху вниз, и юноша задумался, как ему поступить. Он размышлял о том, удастся ли ему избежать разоблачения, если он немедленно покинет это место, но тут мужчина расслабленно улыбнулся.

— Не стоит так нервничать. Я не собираюсь сообщать о вас Изуми. Давно не виделись, Эдвард, Альфонс.

Эдвард удивленно посмотрел на профессора.

Слова Вильгельма означали, что он не только знает, кто перед ним, но и понимает, что они нарушили запрет и боялись, что Изуми узнает об этом.

— Как и ожидалось, профессор. В один миг меня раскусили.

Правая рука Эдварда и левая нога являлись автопротезами и их было легко узнать, но доспех Альфонса, будучи пустым внутри, не сразу выдавал его. Тем не менее, судя по звукам его шагов, Вильгельм, похоже, понял, что Альфонс не имеет физического тела. Эдвард был впечатлен таким проницательным наблюдением, которое даже внешний вид не смог скрыть.

Похоже, Вильгельм знал о страхе братьев перед Изуми и пообещал не говорить ей. Полностью проиграв профессору, который оказался на несколько шагов впереди, Эдвард снова поприветствовал его.

— Давно не виделись, профессор.

— Прошло немало времени, — кивнул Вильгельм. — Да, до меня доходили слухи о вас. Говорят, ты стал Государственным алхимиком. Впечатляет.

— Но теперь меня только и называют «армейской собакой». Особенно в этом городе люди мной явно недовольны.

Эдвард пожал плечами и начал рассказывать о последнем инциденте в городе.

— Похоже, что сюда начали приезжать алхимики с сомнительной репутацией, которых преследует армия. Правда ли, что Вы собирали их в Хисгарде?

— Нет... я сам не знаю деталей. Возможно, кто-то использовал мое имя, чтобы собрать их. В этот город, который начал развиваться, стали съезжаться беглые преступники и алхимики, что только ухудшает общественный порядок. Это меня очень беспокоит.

Вильгельм, похоже, действительно был обеспокоен этим, и Альфонс почувствовал к нему сочувствие.

— Понятно. Профессор знаменит, поэтому кто-то мог использовать Ваше имя. Но все равно...

— У Хисгарда большие проблемы. Так много химер... Я был поражен. Кто и зачем создал такое количество? — продолжал Эдвард.

— Эти химеры внезапно появились несколько месяцев назад. Мы с жителями города, едва успели убежать и укрыться в этом месте... Поэтому, подробностей я не знаю.

После этого Вильгельм поднял взгляд.

— Кстати, я слышал, что вы еще не нашли себе жилье. Пока не восстановят транспортные линии, можете оставаться здесь.

— Но... это действительно нормально? — удивился Эдвард.

— Разве Вы не заняты своими исследованиями?

Хотя Армони была так рада возможности поужинать с Вильгельмом, что Эдвард и Альфонс решили проявить вежливость и не навязываться. Но Вильгельм улыбнулся.

— Когда вы помогли Армони, вас наверняка заметили опасные личности в этом городе. Оставаться в гостиницах в таком месте небезопасно. К тому же вы ученики Изуми. Позвольте мне выразить благодарность таким образом.

Затем Вильгельм снова стал серьезным.

— Но, пожалуйста, не обучайте Армони алхимии. У нее нет таланта к этому. Я не хочу, чтобы она разочаровалась.

— Если честно, я и не планировал особо обучать ее.

Эдвард замолчал на мгновение, а затем продолжил, размышляя о последнем визите и возвращении в Дублис.

— Я узнал о Селене только вчера. У нее был потрясающий талант... Она заболела, или случилось что-то еще? — искренне спросил Эдвард, не из любопытства, а чтобы выразить соболезнование.

Если крик, который он услышал перед возвращением, был криком страдания Селены, он бы сожалел о том, что не попрощался с ней. Но все равно не мог не спросить.

Вильгельм спокойно покачал головой.

— Нет, это не так. Ах, верно, Селена очень хорошо к вам относилась. Она погибла в результате несчастного случая... Это произошло внезапно, - Вильгельм, вспоминал о тех событиях с болью в голосе.

— Так вот как было. Значит, вы решили удочерить Армони?

Так как Вильгельм потерял Селену, то удочерение Армони было вполне логичным. Он жил с Селеной вдвоем. После ее смерти было бы естественно, если бы он взял другого ребенка в семью, чтобы как-то справиться с одиночеством.

Но Вильгельм опроверг это.

— Нет, Армони... Она действительно моя дочь. Когда вы пришли, я доверил ее другой семье.

- Так, значит, она сестра Селены. Поэтому она и приносила цветы на ее могилу. Теперь, когда ты это сказал, между ними и вправду есть что-то общее, брат.

- Ну, возможно… Но…

Эдвард хотел еще спросить о том ужасном крике, но Вильгельм больше не желал продолжать этот разговор.

- Я не хочу слишком много вспоминать о Селене. Можно мы закончим на этом?

- А, да…

Эдвард, понимая, как тяжело терять близких, почувствовал, что было бы неуместно задавать так много вопросов.

- Кроме того, давайте лучше поужинаем вместе сегодня вечером. Расскажите нам с Армони истории о своих приключениях.

Вильгельм, стараясь развеять мрачную атмосферу, улыбнулся и крикнул вглубь замка.

- Эй, есть кто-нибудь?

На первый взгляд казалось, что в таком большом замке можно не услышать чей-то голос, но на самом деле, благодаря его размерам, звуки хорошо отражаются в таких помещениях. Вскоре, после того как голос Вильгельма затих, к нему спустились две женщины.

- Ах, вот вы где. Хорошо, что вы здесь. Позвольте мне представить вас.

Вильгельм указал на одну из женщин, которая подошла к центру зала.

- Это моя научная сотрудница, Грета.

Женщина по имени Грета, улыбаясь, протянула руку Эдварду и Альфонсу.

- Здравствуйте. Очень приятно.

- О, здравствуйте.

Эдвард, немного очарованный нежным голосом и слегка прищуренными глазами за очками, потянул руку в ответ.

На вид ей было около двадцати пяти лет. Ее длинные черные волосы были собраны на затылке в высокий хвост, что спускался до талии. Белый лабораторный халат и очки в серебряной оправе выдавали в ней профессию исследователя. Но под халатом на ней была белая рубашка и розовый костюм, что акцентировало ее женственность. Ее юбка была чуть выше колен, а белые туфли на каблуках придавали элегантности.

- Эммм, брат…

Альфонс заметил, что Грета пристально смотрит на него и с явным дискомфортом пытается освободить свою руку, слегка подтолкнул Эдварда.

- О, простите.

Эдвард быстро отпустил руку женщины.

- Так, значит, она помогает с исследованием „Философского Катализатора“?

- Да, верно. Грета уже ранее занималась исследованием катализаторов. Она поделилась со мной своими результатами и даже предложила стать моей ассистенткой, — ответил Вильгельм.

- Профессор является ведущим специалистом в области исследований катализаторов. Для меня, большая честь просто помогать Вам, — с радостью сказала Грета.

- Ага. Значит, исследования добились прогресса. Кстати, пока мы здесь, если есть что-то с чем мы можем помочь дайте знать. Так ведь, Ал?

- Конечно. Хотя не знаю, насколько смогу быть полезен, но я всегда рад прийти в лабораторию. Я изучал базовые вещи и был бы рад увидеть, как вы проводите исследования, — поддержал его Альфонс.

Несмотря на то, что они не сказали это вслух, Эдвард и Альфонс были искренне заинтересованы содержанием исследования „Философского Катализатора“, который мог бы иметь силу, сравнимую с Философским камнем. Это могло бы стать ключом к восстановлению их тел, и они были бы готовы сделать все, чтобы добиться этого.

Тем не менее, они знали, что исследование алхимии — это не то, что следует показывать другим или требовать. Как бы ни говорили, что алхимики работают для блага общества, необходимо избегать распространения своих методов и их использования в дурных намерениях. К тому же, исследования занимают большую часть жизни, и не может быть и речи о том, чтобы легко показывать их другим. Поэтому многие алхимики шифруют свои работы, чтобы никто не мог узнать детали.

Эдвард и Альфонс это прекрасно понимали. Поэтому они решили предложить свою помощь не пытаясь вмешиваться в исследования. Тем более что Вильгельм был знакомым их учителя, и они чувствовали, что должны отблагодарить его за предоставленное жилье.

Вильгельм на мгновение выглядел озадаченным, но вскоре, видимо, понял намерения этих двоих.

- Спасибо. Буду признателен за помощь. Хотя я не могу пустить вас в исследовательскую башню, вы можете свободно пользоваться книгами в библиотеке замка.

Грета, подтолкнув Вильгельма, сказала:

- Профессор, нам пора идти. Мы оставили исследование незавершенным.

- О, да, точно. Марго. - Вильгельм указал на женщину, которая стояла немного позади Греты, и представил ее братьям. - Это мой секретарь Марго. Если вам что-то нужно, не стесняйтесь обращаться к ней. Итак, Марго, проводи их в подходящие комнаты, — сказал Вильгельм, отдав приказ женщине, которая кивнула в знак согласия.

Затем он поднял руку в прощании и направился к выходу, чтобы перейти в другую часть замка, где находилась башня.

- Та башня — это лаборатория, да? Похоже, работа там не прекращается, — заметил Эдвард, провожая Вильгельма взглядом.

Когда Вильгельм скрылся из виду, Эдвард и Альфонс повернулись к Марго, которая уже направлялась к лестнице.

- Ой, брат, мы отстали! — сказал Альфонс, и поспешил за секретарем Вильгельма, а Эдвард последовал за ним.

Пока они поднимались по лестнице, женщина начала объяснять.

- Центр этого замка – это зал, который вы видели ранее. На первом этаже расположены кухня, столовая, а также комнаты Греты и моя. На втором этаже находятся комнаты профессора и Армони, а также библиотека. На третьем этаже расположены комнаты, которые будут предоставлены вам. Здесь больше нет гостей, так что вы можете спокойно отдыхать. Башня через сад — это исследовательская башня, где находится лаборатория профессора Вильгельма.

Марго говорила спокойно, без каких-либо эмоций и даже не посмотрела на Эдварда и Альфонса.

- Как-то она кажется немного не приветливой, — прошептал Эдвард Алу, так чтобы женщина не услышала.

Наконец, Марго остановилась у двери комнаты в конце коридора на третьем этаже.

- Пользуйтесь этой комнатой на время вашего здесь пребывания.

Комната была довольно просторной. Несмотря на свою простоту — две кровати, стол и полки— она была оформлена в спокойных тонах, создавая уютную атмосферу.

- Из этого окна открывается красивый вид на сад, — сказала Марго, отодвигая занавеску в сторону.

- О, какой хороший вид! — восхитился Альфонс.

- И даже видно огни города, — добавил Эдвард.

Братья, наблюдая за садом, который уже накрыли вечерние сумерки, и за городом, где уже начали зажигаться огни.

- Профессор и жители Хисгарда действительно потрудились на славу. Они построили такой великолепный город,  — сказал Альфонс.

- Да. Но почему химеры, которые разрушили город Хисгард, остаются на свободе? Этот регион, насколько я помню, находится под управлением пограничных войск Хисгарда, ведь так? Почему они бездействуют? — задумался Эдвард.

Марго, продолжая смотреть на сад, не поворачивая головы ответила:

- По словам командующего войсками Хисгарда, бригадного генерала Нэмуда, оружие, которым располагают пограничные войска, не способно справиться с химерами, поэтому их просто оставляют в покое.

- Что за идиот. Даже если пограничные войска и имеют оружие, они все равно могут сдерживать химер. Если это невозможно, нужно сообщить в центральное командование и запросить подкрепление…

- Господин Эдвард.

Марго, выглядела так, будто размышляла над словами юноши, и затем продолжила:

- Возможно, Вы и обеспокоены данной проблемой как военный, но не факт, что местные войска примут это с одобрением.

- Я не говорю это как солдат, – ответил Эдвард с некоторым раздражением, но Марго продолжила.

- Изгои, которые обитают в этом городе, не любят военных. В свою очередь, армия не недовольна тем, кто нарушает порядок. С точки зрения армии вы - изгои, а с точки зрения изгоев — вы солдат. Поэтому вам стоит быть осторожными, чтобы избежать проблем с обеих сторон.

Хоть Марго сказала это таким же безэмоциональным тоном, который раздражал Эдварда, он все же понимал, что она права.

- Я понял. Мы будем осторожны. Похоже она всегда без настроения. Да, Ал? — последние слова он сказал Альфонсу шепотом.

- Ну, да…, — согласился Альфонс, смотря на ровную спину Марго.

Как и сказал Эдвард, Марго была холодна, и ее поведение резко контрастировало с Гретой.

Не смотря на братьев, Марго продолжала смотреть в окно на сад и город. Альфонс, стоявший позади нее, смотрел на пейзаж через окно, в котором отражалось лицо женщины. Ее золотистые волосы спадали прямо до плеч, а челка, что прикрывала лоб, была уложена на правую сторону. Ее большие ясные глаза были скрыты под очками с толстой коричневой оправой, что придавало ей вид строгого и преданного делу секретаря.

Если Грета скрывала свой имидж исследователя за розовым костюмом и улыбкой, то Марго была ее полной противоположностью.

Она носила синюю рубашку и серый костюм, который полностью скрывал ее женственность. Единственное, что связывало ее с Гретой, — это стройные белые ноги, видневшиеся из-под юбки. На ногах были серые туфли на каблуках, что придавало ей намеренно строгий вид.

- Если у вас будут какие-либо пожелания, не стесняйтесь обращаться. Тогда, разрешите откланяться, — сказала Марго низким, почти монотонным голосом и не дожидаясь ответа, направилась к двери.

Марго, стараясь избегать взгляда Альфонса, поправила очки кончиками пальцев, чтобы скрыть свое лицо, и вышла из комнаты.

- Хм-м-м…, — Альфонс размышлял, наблюдая как закрывается дверь за женщиной. Ему показалось, что карие глаза Марго кого-то ему напомнили. - Кажется, я где-то ее уже видел…

Эдвард с таким же задумчивым видом стоял рядом, скрестив руки на груди.

- Ты тоже заметил это, брат?

- Хммм… да.

Однако, похоже, Эдвард не мог вспомнить, откуда ему знакома Марго.

- Память бывает капризной. Не могу вспомнить, — признал Эдвард вздохнув.

Альфонс, увидев, что брат тоже испытывает подобные чувства, решил сменить тему.

- В любом случае, хорошо, что профессор пообещал не рассказывать нашему учителю о нас. Поезд до Централа пока не ходит, и нам удалось остаться здесь. Но есть один момент, который меня беспокоит…

Он замолчал, как будто не хотел произносить это. Эдвард кивнул в ответ, как будто подтверждая его слова.

- Ты говоришь о профессоре, верно? Я тоже сомневаюсь. У меня есть ощущение, что он что-то скрывает.

- Да…

Хотя Вильгельм и ответил на вопросы о химерах и собравшихся в городе алхимиках, но его ответы звучали как-то неубедительно.

- Что будем делать? Думаю, что у нас достаточно времени для расследования, — спросил Альфонс.

- Хмм… Но если профессор говорит, что ничего не знает, то мы не можем что-то выяснить. Да и если мы начнем действовать слишком заметно, то можем снова попасть в неприятности. — Эдвард поставил чемодан на пол и сел на кровать.

Хотя ему и не понравилось безэмоциональное поведение Марго, однако ее советы были вполне разумными. К тому же, в последнее время они часто попадали в неприятности и немного устали.

- Завтра попробую почитать книги в библиотеке и подумать. Ал, прости, но я собираюсь немного отдохнуть. Разбуди меня к ужину.

- Понял. Только не ложись спать с открытым животом, — сказал Альфонс, наблюдая за тем, как Эдвард снимает пальто. Затем он потянулся к занавескам, чтобы закрыть окно от проникающих в комнату огней города. Но вдруг его рука замерла.

- Что она там делает?

В саду Армони поливала цветы и деревья. Девочка из шланга орошала водой цветники, расположенные вдоль каменной стены, ограждающей участок, а также растения между дорожками. В перерывах между поливом она вырывала сорняки, подставляла опоры и срезала увядшие цветы, а также подсыпала землю вокруг наклонившихся стеблей. Армони тщательно ухаживала за цветами.

Когда она закончила работу, девочка несколько раз обернулась в сторону исследовательской башни.

- Что она делает?

Эдвард, который незаметно подошел к Альфонсу, тоже стал с интересом наблюдать за действиями Армони.

Вскоре девочка достала несколько книг, которые, похоже, прятала за скамейкой. Она встала на колени перед клумбой с толстой книгой в руке и открыв ее, начала чертить алхимический круг на земле. Она много раз сравнивала книгу и рисунок, и в конце концов, закончила круг.

- Похоже, Армони пытается заниматься алхимией, — заметил Эдвард.

Причина по которой она поглядывала на башню, видимо была в том, что девочка не хотела, чтобы Вильгельм ее видел. Похоже, что она изучала алхимию втайне от своего отца.

Место, где девочка начертила алхимический круг, было лишено растений и цветов. Она приложила обе руки к кругу и закрыла глаза, словно молясь. Однако круг не засветился, и на клумбе не произошло никаких изменений. Тем не менее, Армони не сдавалась: она снова и снова переворачивала страницы книги, перерисовывала круг и вновь прикладывала к нему руки.

Эдвард некоторое время наблюдал за Армони, а затем направился к кровати.

- Брат, ты не собираешься научить ее алхимии? — спросил Альфонс, следуя за ним. Энтузиазм Армони, с которым она просила Эдварда стать ее учителем, показал, что девочка была очень серьезно настроена. Альфонс начал думать о том, что хотел бы помочь ей освоить алхимию.

Но Эдвард отмахнулся и упал на кровать.

- Мы ведь уже говорили с профессором. Он запретил нам это делать.

- Это так, но, мне ее немного жаль. Профессор даже говорил, что у нее нет таланта, прямо в нашем присутствии...

- У профессора есть на это свои причины, как отца. Мы не можем вмешиваться в его решения. Поэтому я не собираюсь ее учить.

Эдвард, твердо заявив о своем решении, закрыл глаза, чтобы отдохнуть.

— Двенадцать лет и уже в статусе Государственного алхимика? - удивленно воскликнула Грета в одной из комнат исследовательской башни.

— Именно так. Он тот самый мальчик, который стал самым молодым Государственным алхимиком, Цельнометаллический алхимик, - ответил Вильгельм, не отрывая глаз от микроскопа.

Башня, расположенная на противоположной стороне от замка, представляла собой крупное здание с несколькими комнатами, все из которых использовались как лаборатории.

Это место соответствовало высоким требованиям Вильгельма, и только немногие могли осилить уровень его работы. Вильгельм проводил исследования внутри этой башни вместе со своей помощницей Гретой.

— Таланты братьев Элриков, особенно старшего Эдварда, просто поражают. Он стал учеником Изуми, которая сама была против того, чтобы кого-либо обучать. Его младший брат Альфонс, также является отличным алхимиком. Ты, наверное, уже слышала о них? – продолжил Вильгельм.

— Да, слышала. Недавно мне об этом рассказал один человек.

Кивнула Грета, будто понимая, о чем говорит Вильгельм, который сгорбившись, смотрел в микроскоп.

— Если они действительно настолько талантливы, то мы ни в коем случае не должны пускать их в эту лабораторию. Будет проблематично, если они заметят что-то лишнее, - Вильгельм поднял взгляд и повернув свое кресло, посмотрел на Грету, которая слабо ему улыбнулась, приподняв уголки губ. — Не правда ли, профессор?

Ее руки в белом халате потянулись к большому стеклянному сосуду, где проходил эксперимент.

— Здесь много того, чего нельзя показывать. Пока они не увидят этих улик, все будет в порядке. Но мы не должны допустить, чтобы эти дети что-то узнали. Профессор, вам не стоит беспокоиться из-за того, что они просто предложили помочь, как я это сделала недавно.

Ее белые пальцы легонько коснулись поверхности стекла, и в сосуде появились пузырьки.

Вильгельм, глядя на пузырьки, тихо ответил:

— Я понимаю. Я не собираюсь просить их о помощи в исследованиях.

— Нет, Вы, похоже, не совсем понимаете. Пусть они помогают, но... по-другому, – с улыбкой сказала она. - Если они такие выдающиеся алхимики, то, возможно, они могли бы быть полезны в нашем исследовании.

Вильгельм удивленно на нее посмотрел.

— Не может быть...

— Пожалуйста, отбросьте свои сентиментальные чувства, профессор. Главное для Вас это исследование Философского катализатора и завершение работы над ним, верно? Вы сами говорили, что для воскрешения покойной Селены вам нужен Философский катализатор. Я уверена, что ее младшая сестра Армони, тоже скучает по Селене. Конечно, я, как человек, который помогал вам в этом исследовании, также надеюсь на его успешное завершение.

Ее слова были не просто предложением. В комнате витала атмосфера скрытой угрозы, а не просто совет помощника. Вильгельм на мгновение потерял дар речи. Несмотря на то, что Грета была его ассистенткой, именно благодаря ей исследование продвинулось так далеко.

— Профессор, Вы ведь и раньше делали подобное, - добавила она холодно.

— Это было... Я был против этого, но ты настояла..., – профессор попытался возразить.

— Вы имеете ввиду, что это я заставила Вас это сделать, так? – парировала Грета.

Вильгельм закусил губу.

— В любом случае, дай мне время подумать. Я хочу вернуть Селену, но использование ее друзей для создания химер..., - он резко замолчал и нахмурился, закрыв глаза. — Я продолжу исследования. Но насчет братьев Элриков...

— Я понимаю, - ответила Грета, бросая на Вильгельма разочарованный взгляд. — Но, если Вы примете решение, дайте знать. Я сразу же предоставлю их Вам. Когда Вы используете этих двоих, то сможете добиться значительных результатов, профессор Вильгельм.

Рядом с улыбающейся Гретой химера, находящаяся в стеклянном инкубаторе, слегка пошевелилась.

Соприкосновение сердец.

На следующее утро, несмотря на то, что Эдвард немного поспал перед ужином, он так сильно устал, что проспал.

Завтракая в одиночестве и неторопливо попивая кофе, юноша услышал, как издалека доносились смех Армони и Альфонса.

Дым, который он видел через окно столовой, исходил из исследовательской башни, где, скорее всего находились Вильгельм и Грета, в то время как Марго, возможно ушла по какому-то поручению.

Эдвард, сидевший один в тишине, и не привыкший к медленному темпу после вчерашней суеты, считал дни, пока линия не будет восстановлена, и затем лег лицом на стол.

- Эх, похоже, до того, как мы сможем вернуться в Централ, пройдет больше десяти дней... Не знаю, смогу ли я заниматься только чтением книг в библиотеке... Хотелось бы немного подвигаться!

Хотя с момента его пробуждения прошло всего несколько минут, Эдвард уже чувствовал отвращение от мысли о предстоящих тихих днях.

Как раз в это время в столовую зашел Вильгельм.

- Доброе утро. Похоже, ты хорошо спал, - открыв дверь столовой, Вильгельм встал перед Эдвардом. - На самом деле, я хотел бы попросить тебя отправиться в одно место, не слишком далеко отсюда. Это тебя не затруднит?

- Конечно! Буду рад помочь!

Вильгельм улыбнулся, увидев, как Эдвард быстро встал и согласился.

- Ты все так же не любишь сидеть дома?

- Как всегда…, — ответил Эдвард, - когда я был здесь в прошлый раз, Изуми отругала меня за то, что я поднял шум потому, что я хотел выйти на улицу. Альфонс еще потом осуждал меня, а Селена была недовольна.

Эдвард замолчал, осознав, что не изменился с детства, а Вильгельм положил перед ним цветок.

- Я думаю, что это часть твоей натуры. Извини, но не мог бы ты собрать как можно больше этих цветов?

- Ох, этот цветок...

Белый цветок с нежными лепестками был таким же, который держала Армони при их первой встрече.

- Его называют Эфирный цветок. Он необходим мне для моего исследования. Среди катализаторов он является наиболее эффективным веществом. На первый взгляд он кажется обычным цветком, но если его правильно использовать, то резко увеличится скорость и эффективность преобразования.

- Ух ты, потрясающе, - Эдвард, держа цветок в руках, внимательно его рассматривал.

Цветок был белым, отчего казалось, что он окутан слабым сиянием, но его лепестки были неровными. Вместо круглых или овальных форм, они были тонкими и длинными, что придавало растению еще большую хрупкость.

- Эфирный цветок, да? Судя по виду, лепестки неравномерные, так что, возможно, придется корректировать степень алхимического преобразования каждый раз. Это означает, что есть цветы, которые смогут выдержать трансмутацию, и такие, которые нет. А раз их легко перестроить, это также может увеличить риск отдачи.

Эдвард, посмотрел на Вильгельма, возвращая цветок. Профессор, глядя на юношу, горько улыбнулся.

- Как и ожидалось, ты прав. Действительно, формула реконструкции все еще требует доработки, и это опасный катализатор, который может привести к отдаче. Но этот цветок крайне важен для моего исследования. Его трудно вырастить и сохранить, поэтому приходится собирать дикие цветы. Сегодня у меня запланирована встреча с гостем. Обычно, я отправлял Армони за ними, но, похоже, она сейчас занята и в последний раз немного переусердствовала.

Кажется, Вильгельм понятие не имел, что его дочь заберется на скалу, чтобы собрать цветы. Откуда и упала вчера на Эдварда.

- Наверное она просто активная. Хотя для тех, на кого она падает, это неприятно.

Эдвард встал со своего стула.

- Итак, ничего страшного если я возьму его?

- Можешь взять на себя это задание?

- Да. Где растут эти цветы?

- Рядом с местом, где вы встретили Армони, есть тихое озеро с остатками древних руин. Цветы должны расти в этом районе. Надеюсь на тебя.

Отдав поручение по сбору цветов, Вильгельм сразу же направился в исследовательскую башню.

Эдвард вернулся в свою комнату, чтобы взять свой плащ, а затем отправился в сад, где находился Альфонс. Он один занимался прополкой сорняков на зеленом газоне, который сверкал под лучами солнца.

- О, Ал, ты один... Ал!

Эдвард осторожно осмотрелся вокруг и позвал брата.

- О, доброе утро, брат. Ну, наверное, лучше сказать «доброе позднее утро».

- Еще не так уж и поздно. А где Армони?

- Похоже, она собирается заниматься учебой. Поскольку в Новом Хисгарде нет школы, ей сказали учиться самостоятельно. Она вернулась в свою комнату.

- Понял. Это хорошо.

Когда Эдвард рассказал о задании, которое поручил ему профессор, он и Альфонс покинули замок.

- Давай постараемся как можно быстрее пройти через город.

- Да.

Осторожно следуя советам Марго, Эдвард и Альфонс быстро двигались по улицам, стараясь не привлекать внимания горожан.

Местные жители, которые переехали сюда из Хисгарда вместе с Вильгельмом, казались равнодушными к Эдварду и его спутнику, но мелкие преступники были другого мнения. Заметив их, они смотрели на них угрожающе, выглядывая из-за углов.

- На самом деле, куда бы мы не пошли, мы не чувствуем себя желанными гостями. Вокруг такая атмосфера, что вот-вот начнется драка.

Эдвард бросил быстрый взгляд на несколько человек, стоящих в тени магазина. Эти люди, с алхимическими кругами на тыльной стороне рук, вероятно, были алхимиками, вовлеченными в преступную деятельность и скрывающимися от армии.

Хотя они знали, что не смогут одолеть Эдварда, им хотелось сказать юноше пару слов и поэтому бросали ему вслед полные злобы фразы издалека.

- Убирайтесь отсюда!

- Даже если ты попытаешься нас поймать, это не сработает!

- Армейская собака!

Эти мелкие преступники хоть и были алхимиками, они завидовали и ненавидели Эдварда, который, будучи Государственным алхимиком, получил власть благодаря своим выдающимся способностям.

- Брат, как ты и говорил, это было правильным решением. И для Армони тоже. Было бы плохо, если бы она пошла с нами и снова попала в переделку.

Альфонс, стоял рядом с братом и слушал, как он в гневе высказывал этим негодяям, что устал слушать подобные оскорбления.

Хотя они узнали у профессора, где растут эфирные цветы, они не были знакомы с географией местности. Это следовало бы уточнить у Армони, но Эдвард этого не сделал. Альфонс думал, что, возможно, его брат не хотел спрашивать у нее, чтобы не отвлекать от учебы, но теперь он подумал, что причина была в том, чтобы не вовлекать ее в неприятности.

- Я думал, что Армони — энергичный и настойчивый человек, но на самом деле она была настолько послушной, что мне даже стало ее жаль. Я не хотел бы втягивать ее в драку.

Альфонс вспомнил вчерашний ужин, который они провели с Вильгельмом и Армони. По его наблюдениям, несмотря на ее настойчивость по отношению к его брату и к нему, Армони ни разу не попросила их «научить алхимии» за время ужина.

Он сочувствовал ей, полагая, что она вероятно, прекратила просить его о помощи после строгого предупреждения профессора. Наблюдая, как Армони усердно практикует алхимию, его впечатление о ней кардинально изменилось: теперь она казалась ему трудолюбивой и скромной, но преданная своей цели.

Утром, оставив спящего Эдварда, Альфонс помогал девочке поливать сад, желая подбодрить ее.

Но.

- Ты уверен в том, что она была послушной? - Эдвард, нахмурив брови, сунул руку в свой карман. - Где она была послушной? Она постоянно вчера во время ужина подсовывала мне эти бумажки!

Вытащив руку из кармана, он показал множество мятых бумажек.

- Ого, что это? Один, два, три… целых десять штук.

На всех них было написано только одно сообщение: "Обещай, что научишь меня алхимии!"

Похоже, Армони была не из тех, кто сдается даже после строгого отцовского предупреждения.

- Если профессор узнает, что она еще не сдалась, он снова ее отругает, а нам станет труднее здесь оставаться.

- И ты все это время их прятал?

Эдвард вспомнил вчерашний ужин.

Армони, сидевшая напротив Эдварда, все время пыталась его отвлечь. Чтобы отец не заметил, она, вытянув ногу, слегка касалась его колена, и произносила одними лишь губами: "Научи меня алхимии". Делая вид, что она передает соус для салата, Армони передавала ему записки с сообщением: "Можешь начать завтра?" Эта настойчивость в просьбах об обучении так вымотала Эдварда, что к концу ужина он был полностью измотан.

Не замечая этого, Альфонс с удовольствием слушал рассказы Вильгельма о трудностях, связанных с ремонтом замка, и о путешествиях, наслаждаясь разговором. Теперь, узнав о проделанной работе Армони, он был впечатлен.

- Ого. Армони действительно очень хочет изучать алхимию. Ее стремление поражает.

- Ал, ты…

Эдвард бросил на Альфонса раздраженный взгляд.

- Попробуй встать на мое место и представь, каково это - когда каждый раз встречаешь взгляд и слышишь «Научи меня!». И каждый раз, когда ты отказываешь, она делает такое разочарованное лицо. Эта настойчивость просто ужасна… Вот поэтому я и вышел, ничего не спросив! Вот так все и обстоит. Но раз она готова идти на такие меры, то значит, уже ничто и никто ее не остановит. Она, вероятно, будет преследовать нас до края земли.

В отличие от смеющегося Альфонса, Эдвард нахмурился и резко остановился. Его охватило плохое предчувствие.

И словно в подтверждение предчувствия, издалека послышались приближающиеся шаги.

- Подождите! Подождите, подождите, подождите!

- Армони! - Эдвард увидел, как девочка со всех ног бежала к ним. - Ал, бежим!

- Ч-чего?

Эдвард быстро помчался прочь.

- Эй, брат!

- Эй, Эд! Почему ты убегаешь? Я услышала, что папа дал тебе задание, и я изо всех сил попыталась догнать тебя!

Армони бежала за ними, что было сил. Альфонс, который и не думал убегать всерьез, вскоре был настигнут и оказался в компании девочки, следуя за Эдвардом.

- Армони, а как же учеба? – спросил на бегу ее Эдвард, и она уверенно ответила:

- Все в порядке! Для меня алхимия важнее!

- Вот это рвение. Это достойно похвалы, - Альфонс вместо того, чтобы, остановить девочку, только похвалил ее.

А Армони крикнула вслед Эдварду, который бежал впереди нее.

- Эд! Подожди! Научи меня!

- Нет! Ни за что не научу! Профессор велел мне не делать этого! – тоже крикнул юноша в ответ.

- Стань моим учителем!

- Алхимия — это равноценный обмен! Я не обязан тебя учить!

- Но я же позволила вам остаться в моем доме!

- Это была плата за то, что мы спасли тебя от мелких преступников!

- Все равно, научи меня!

Пробежав через поле, покрытое травой и каменистые дороги, все трое направились к озеру, где росли эфирные цветы.

- Этот вид кажется противоположностью того, что мы видели вчера.

Оставшись позади, Альфонс наблюдал за Эдвардом и Армони, которые кричали друг на друга впереди него. Если позавчера Эдвард гонялся за Армони, то теперь все было наоборот.

- Я буду хорошей ученицей! Эд, пожалуйста!

- Эй, дело не в этом! Во-первых, я не беру учеников!

Эдвард бежал так быстро как только мог. Однако, раз уж он не смог догнать Армони позавчера, значит, ее скорость была выше. Расстояние между ними постепенно сокращалось.

- Черт, какие быстрые у тебя ноги!

Эдвард оглянулся через плечо и увидел, как девочка его вот-вот настигнет. Это было проблемой. Юноша гордился своими спортивными навыками, и это только сильнее его раздражало. Было вопросом времени, когда его догонят.

Кроме того, даже если Эдвард сейчас и сможет убежать, находясь с Армони под одной крышей, избежать ее преследования будет сложно. Еще одна причина, по которой ему хотелось отказать, заключалась не в том, что Вильгельм запретил ему обучать его дочь, а с тем, что вчерашняя фраза о "мальце" все еще крутилась в его голове.

- В любом случае, нужно как можно быстрее собрать цветы и вернуться!

Как только Эдвард ступил на территорию, где росли эфирные цветы, Армони, которая уже почти догнала его, прыгнула ему на плечо.

- Ох!

- Попался!

Эдвард упал на траву, а Армони приземлилась на него сверху.

- Пожалуйста, научи меня алхимии!

- Ай, больно…

- Эй, это было довольно жестко, вы в порядке?

Альфонс, догнавший их, обеспокоенно посмотрел на Эдварда, который держался за голову, и на Армони, сидящую у него на спине. Но девочка продолжала настойчиво смотреть на Эдварда.

- Научи, пожалуйста!

Эдвард, услышав ее необычайно серьезный тон, сел и посмотрел на Армони.

- Профессор сказал нет. Если ты все еще хочешь учиться, попробуй убедить профессора, а не меня.

Алхимия иногда требует выполнения опасных задач. Возможно, он думал, что Вильгельму будет легче учить ее под собственным руководством, а не кого-то еще.

Но когда Армони услышала это, она опустила взгляд.

- Даже если ты так говоришь…

Девочка села на землю и грустно надула губы.

- Раньше папа учил меня алхимии...

- Если так, то почему теперь он запрещает? Возможно, ты не подошла к этому серьезно? Или у тебя не получилось что-то в эксперименте? — спросил Эдвард.

Возможно Армони, будучи всегда энергичной, не смогла сосредоточиться, и действительно сделала что-то не так. Однако она еще сильнее нахмурилась.

- Это не так! Я старалась изо всех сил, чтобы помочь папе. Я действительно старалась! Но…

Девочка замолчала и грустно опустила глаза.

- Я проводила эксперимент, чтобы заставить цветы цвести. Я так усердно работала, что у меня поднялась температура и я потеряла сознание. Но после того, как я немного поспала, и наконец, почувствовала себя лучше, мой отец после этого сказал… Он резко запретил мне заниматься алхимией. Когда я спросила, почему, он сказал, что у меня нет таланта. И с тех пор он стал избегать общения со мной. Наверное, я разочаровала его.

Пока она говорила, голос Армони становился все тише и тише.

- Наверное, папа заметил, что я не такая талантливая, как сестра...

Она говорила так тихо, словно ее слова исчезали в воздухе.

- Армони..., - Альфонс осторожно положил руку на плечо девочки. - Не может быть все настолько плохо. Ведь так, брат? — спросил он Эдварда.

- Ну да...

Однако братья тоже заметили, что Вильгельм холодно обращался с Армони. По сравнению с тем, как он был добр и ласков с Селеной, отношение к своей второй дочери казалось странным. Когда он увидел, что Армони расстроилась, Вильгельм предложил поужинать вместе, но это выглядело неестественно, как будто он пытался что-то скрыть.

Девочка, похоже, тоже заметила это странное поведение своего отца.

- Я хочу изучить алхимию, даже если придется учиться у кого-то другого. Я хочу доказать, что могу это сделать. И чтобы папа признал меня, а не считал бесполезной. Если я смогу, то папа снова...

Армони замолчала и ее лицо стало серьезным.

Однако братья поняли, что она хотела сказать, отец снова станет к ней добрее. Некоторое время они все трое молчали.

Братья не могли спросить Вильгельма, почему он так поступает. С одной стороны, вероятно раны от смерти Селены еще не зажили и этого было достаточно, но с другой стороны он мог изменить свои педагогические методы. В любом случае люди со стороны не должны вмешиваться в их семейные дела.

Вскоре Армони первой нарушила тишину. Она подняла голову и с решимостью в голосе сказала:

- Но папа не всегда был так холоден ко мне. Раньше он хвалил меня, когда я изучала алхимию, и всегда говорил, что у меня есть талант. Я пообещала ему, что когда-нибудь смогу помочь ему в его работе. Он тогда улыбнулся... Поэтому я решила, что должна научиться алхимии и стать достойной его похвалы.

Затем Армони улыбнулась и веселым голосом обратилась к Эдварду:

- Поэтому, пожалуйста, Эд, научи меня алхимии!

- Брат...

Альфонс посмотрел на Эдварда, в надежде, что тот изменит свое решение. Однако Эдвард отвернулся и встал.

- Алхимия — это равноценный обмен. Я уже говорил, что не собираюсь тебя обучать.

- Брат!

- Но... подожди, Эд!

Однако Эдвард, не замедляя шага направился в сторону, где росли эфирные цветы.

- Эд... Эд! Почему ты такой жестокий?!

Ее глаза наполнились слезами, когда она смотрела на удаляющуюся фигуру Эдварда. В ее взгляде отражалась только спина юноши, который, отвернувшись, шел к озеру.

Озеро, окруженное зеленым лугом, отражало спокойное голубое небо. В этом месте, видимо, когда-то жили люди. Повсюду стояли каменные столбы. Среди качающейся травы расцветали сияющие белые цветы.

- Да, здесь действительно много цветов. Сейчас я думаю мне нужно взять несколько штук. Ал, помоги мне найти хорошие.

Эдвард шагал по траве по берегу озера, внимательно осматривая каждый цветок.

- Брат..., - Альфонс, обратился к Эдварду, который продолжал игнорировать Армони.

Девочка стояла рядом, плотно поджав губы, но старалась сдерживать слезы. Тем не менее, ее лицо выглядело так, словно она вот-вот заплачет.

- Извини, Армони, — произнес Альфонс, но Эдвард в свою очередь протянул руку к цветку, словно все это его не касалось.

- И все же, это отличное место. Тут никого нет, просторно, есть тень от деревьев, отличный выбор для того, чтобы провести половину дня. Может, займемся тренировкой, пока не доберемся до Централа? Эй, Ал, можем потренироваться вот на этом упавшем дереве, чтобы отточить наши навыки преобразования.

Эдвард направился к упавшему дереву, которое лежало неподалеку.

- Брат, что ты имеешь в виду?

- Что тут такого? Мы просто вернемся к основам и поработаем над техникой.

- Это правда, но...

- Я возвращаюсь домой, — тихо произнесла девочка.

- Армони, – крикнул ей вслед Эдвард. - Основа алхимии — это равноценный обмен. Усилия, которые ты прилагаешь, улучшают навыки. Усилия — это не только работа руками, но и наблюдение, и восприятие. Даже просто наблюдая за нами, ты получишь ценный опыт.

Армони, которая уже собиралась покинуть озеро обернулась.

- Нам было велено не обучать тебя, но никто не запрещал тебе учиться самостоятельно.

- Эд... Это значит...

Эдвард отвернулся, но под его резкими движениями и пренебрежительным тоном скрывалась только доброта по отношению к девочке.

- Спасибо... Спасибо, Эдвард! – радостно воскликнув, Армони с восторгом бросилась к юноше.

- Ты больше не упрямишься, брат.

- Это неправда.

- Это не важно! Я так счастлива, Эд!

Ее стремление освоить алхимию и получить признание от отца было настолько сильным, что она зашла так далеко, чтобы достичь своей цели.

- Я не могла найти учителя, я не знала, как учиться, и я не могла добиться каких-либо успехов в алхимии. Но теперь, я возможно, смогу стать немного лучше в этом. Спасибо, Эд! Я так счастлива! Я так счастлива!

Она обняла Эдварда, не в силах скрыть свою радость.

Мысли о том, что когда-нибудь она сможет использовать алхимию так же мастерски, как Селена, и продемонстрировать свои успехи Вильгельму, наполняли ее сердце трепетом. Она была уверена, что отец тоже будет счастлив. Он похвалит ее и погладив по голове, с улыбкой скажет: «Ты проделала отличную работу, Армони», как в старые добрые времена.

- Спасибо, Эд!

Размышляя об этом, Армони была искренне благодарна Эдварду.

С тех пор Эдвард, Альфонс и Армони стали проводить больше времени вместе. Братья брали книги по алхимии из библиотеки Вильгельма и отправлялись к озеру, где росли эфирные цветы. Так как Армони, не посещала школу, она приносила необходимые учебные материалы и присоединялась к ним, чтобы заниматься самостоятельно.

После того, как принесенный обед был съеден, братья начинали практиковаться.

Когда свет от реакции преобразования исчез, каменная колонна, которая была покрыта трещинами, стала гладкой. Хотя на самом деле трещины затянулись всего на несколько сантиметров.

Тем не менее, Армони была этому рада. Она снова и снова радостно ликовала и с восторгом обнимала стоящего рядом Эдварда.

- Ай!

Юноша, не сумев удержать равновесие из-за навалившейся на него ученицы, упал и недовольно посмотрел на Армони, которая теперь сидела на нем сверху.

- Армони, да что с тобой?

- Я так рада! И сейчас здесь нет никого, кто бы мог разделить со мной эту радость, кроме тебя Эд!

Работа Альфонса заключалась в том, чтобы заботиться об Армони, которая всегда ликовала при каждом прогрессе в учебе. Это было негласное соглашение, что, когда Армони прыгала на плечи Альфонса и обнимала его, он кружил ее, а девочка в ответ восторженно кричала.

Но в этот раз Альфонс вернулся в замок в середине дня, чтобы привести в порядок библиотеку Вильгельма, оставив Эдварда наедине с Армони.

- Сколько можно говорить, что не надо обнимать меня, каждый раз, когда ты так рада?! А если эфирные цветы сломаются, то, что тогда?!

Однако Армони, все еще сидящая на Эдварде, весело улыбнулась.

Девочка знала, что ее уровень алхимии все еще далек от уровня полного восстановления предмета.

Ей трудно было сделать шаг к самостоятельному обучению. Эдвард был тем, кто помог ей в этом.

- Сейчас это может быть просто случайностью, но я очень счастлива, потому что ты хороший учитель! — радостно воскликнула Армони.

- Я не твой учитель. Это результат твоих собственных усилий, — отрезал Эдвард, убирая с себя ученицу, чтобы сесть. - Кроме того, уже начинает темнеть. Мне сказали, что нужно собрать пять эфирных цветков, так что после этого отправимся домой, — сказал он.

- Хорошо! — ответила девочка и стала убирать книги, а затем направилась в сторону чуть дальше от озера. - На днях я нашла отличные эфирные цветы. Похоже, они должны быть где-то здесь…, — пробормотала Армони, радостно шагая к месту, где она недавно видела растения.

Но когда она подошла к месту, где они должны были расти, девочка задумчиво осмотрелась.

- А, как так? — удивленно произнесла она.

- Что случилось? — спросил Эдвард, который также собирал цветы неподалеку.

- Цветов нет. Здесь должны были быть красивые цветы, но их нет.

- Может, они в другом месте? Или их уже собрали в другой день?

Эдвард заметил, что на там, где стояла Армони, колыхалась только зеленая трава. Но она уверенно покачала головой.

- Нет, не может быть! Они еще не цвели, разве я бы собирала нераспустившиеся цветы?

- И то верно.

Армони никогда не срывала цветы, которые еще не распустились, чтобы они могли вырасти. Эдвард и Альфонс также были внимательны к этому.

Эдвард внимательно осмотрелся по сторонам.

- Если так подумать, мне кажется, что цветов стало меньше.

Из-за того, что цветы росли среди травы, их трудно было заметить с первого взгляда, но если присмотреться, то можно было увидеть, что многие цветы, которые здесь были до вчерашнего дня, пропали.

Затем послышались чужие голоса.

- Мы сделали это, брат Рот. Если продадим все это, то заработаем кучу денег.

- Да, чтобы выжить, скрываясь от армии, нужны деньги. Это хороший бизнес. Если собрать все, что здесь растет, можно прилично заработать. Ты нашел хорошее место, Гельп.

- Если получится продать их по хорошей цене, давайте купим укрытие, чтобы скрыться от армии. Так ведь, Брао? — добавил другой голос.

Голоса становились все ближе и ближе.

Эдвард и Армони обернулись в сторону дороги, ведущей к озеру.

Вскоре появились трое мужчин: один с лысиной, другой с ирокезом, и третий с черными волосами.

— Ах, это вы…, — нахмурившись воскликнула девочка, узнав их.

Эти трое были теми самыми братьями, которые ранее грубо толкнули Армони.

— Ну надо же, какая встреча! — произнес один из них.

— Смотрите, это ведь Государственный алхимик и та мелкая девчонка! — с насмешкой заметил другой.

- Какое совпадение.

Братья остановились, заметив Эдварда и Армони. В руках они держали множество эфирных цветов.

— Ах! Эфирные цветы! Что это все значит? — воскликнула девочка, готовая броситься на них.

— Эти цветы — очень качественный материал, который легко вступает в алхимическую реакцию. Мы слышали, что другие алхимики, занимающиеся катализаторами, готовы платить за них большие деньги, — с ухмылкой объяснил Гельп. — Поэтому мы решили собрать все цветы здесь и открыть цветочный магазин.

Рот и Брао также засмеялись.

Должно быть они где-то слышали, что профессор использует эфирные цветы в своей работе с катализаторами. Есть немало алхимиков, которые проводят подобные исследования, даже если их имена не так известны, как имя Вильгельма. Похоже эти братья думали, что это будет выгодный бизнес.

— Это… Это ужасно! Эти цветы нужны для исследований папы! Верните их!

Когда Армони с отчаянием закричала, братья демонстративно вздрогнули.

— О, ты видел ее лицо?

— Страшно, страшно.

— Думаю, мы приняли правильное решение не обучать ее алхимии.

— Что? Да я даже рада, что мне не пришлось у вас учиться! По крайней мере я не слабак-алхимик, который убегает при виде Эда!

- Ч-что?!

Эти слова явно разозлили братьев. Это правда, что они сбежали, испугавшись Эдварда, но их рассердило то, что им это сказала маленькая девочка.

— Не думай, что ты можешь говорить, что угодно только потому, что ты дочь уважаемого в городе профессора!

— И вообще, нет никаких оснований для того, чтобы твой отец единолично владел этими цветами!

- Говорят, что во время одного из своих исследований, произошел несчастный случай и он потерял ребенка! Как можно продолжать что-либо изучать после такого? Это просто безумие!

— В городе ходят слухи, что девочку по имени Селена похоронили без тела! Какой ужасный несчастный случай!

Эдвард приподнял одну бровь.

Вильгельм, насколько юноша знал, говорил, что смерть Селены была следствием несчастного случая, но не указывал, что это связано с его исследованиями. Если его дочь погибла во время проведения эксперимента, то продолжение работы в такой ситуации выглядело бы крайне жестоко. Однако профессор был не из тех, кто был холодным и равнодушным человеком. Он действительно любил Селену.

Немыслимо, чтобы Вильгельм продолжал работу над исследованием катализаторов, несмотря на смерть дочери. Но если он продолжал это делать, то на это должна была быть чрезвычайно веская причина.

Эдвард, задумавшись, вспомнил те сомнения, которые он испытал при встрече с Вильгельмом, и в размышлении, приложил пальцы к подбородку.

Однако его мысли прервал крик Армони.

— Не говорите плохо о папе! У сестры есть могила! Остальное всего лишь слухи!

— Не только мы, но и в городе говорят, что никому не хочется иметь дело с жуткой семьей Эйзельштейн! Поэтому-то тебя никто бы не стал учить алхимии, даже если бы профессор и не говорил ничего! Разве что, кто-то действительно сумасшедший, или вот этот малыш!

— Как же это ужасно…, —произнесла Армони дрожащим голосом, в ответ на их жестокие слова.

Слухи, о которых рассказывали братья, вероятно, исходили от небольшой группы людей, но этого было достаточно, чтобы причинить боль девочке.

— Отдайте цветы! Отдайте их! - Армони была настолько расстроена, что не могла найти подходящих слов, и это было единственное, что она могла ответить.

— Ха! В конце концов, все цветы, которые растут на природе, принадлежат всем. Так что, что вы с ними делаете — ваше дело. Мы не обязаны вам что-то объяснять.

- Это верно, - кивнул Эдвард в ответ на слова Рота.

Юноша медленно наклонил голову из стороны в сторону и немного покрутил плечами, делая шаг вперед, чтобы прикрыть дрожащую Армони.

— Если бы меня начали осуждать за то, что я подобрал камень с земли, я бы тоже был недоволен, - говоря это Эдвард сложил ладони вместе, - если бы кто-то украл камень, который вы подняли, вам скорее всего не захотелось бы об этом говорить.

Свет от преобразования рассеялся и Эд провел левой рукой над правой, преобразуя металлический щиток в лезвие.

— Так вот, оставьте эфирные цветы здесь. И поклянитесь, что больше никогда сюда не вернетесь. А еще, вам лучше изменить свое мнение по поводу моего роста. И извинитесь перед Армони, — потребовал Эдвард, его голос звучал угрожающе.

В глазах юноши пылал гнев. Эфирные цветы никому не принадлежали. Слухи о профессоре могли быть правдой, но использовать смерть Селены, чтобы поиздеваться над членами ее семьи было недопустимо.

— Армони, спрячься за камнем, — сказал Эдвард, оглядев каменный столб, который он использовал для практики алхимии.

— Угу…, — кивнула девочка, быстро спрятавшись за каменным укрытием.

Братья, почувствовав гнев, исходивший от Эдварда, решили, что не могут оставить все как есть. Они приложили руки к алхимическим кругам, вытатуированным на их животах.

— Это шанс показать место армейскому псу. Давайте, сделаем это!

— Да!

Приготовившись к атаке, Гельп поднял руки и наклонился к земле. Под его ладонями произошла алхимическая реакция, и луг разошелся, обнажая почву под травой. Земля внезапно поднялась и затем под наклоном, устремилась прямиком на Эдварда.

- И это меня должно сбить с ног?

Ком земли пронесся мимо юноши, когда он успел отпрыгнуть в сторону, чтобы избежать удара. Земляная глыба упала в озеро, создав мощный всплеск воды.

— Брао! Сделай это!

— Понял, брат! — ответил Брао и опустил руки в озеро, свет от реакции разошелся по воде вокруг него. — Получай!

Брао, использовав преобразованную Гельпом землю, создал водяную стену, которая вместо того, чтобы рухнуть в озеро, нависла над Эдвардом.

— Хм, значит он может преобразовывать воду, — заметил юноша, разглядывая стену из смеси воды и земли.

Смешавшись с водой, земля стала подобна глине, и стена, обладая гибкостью, быстро восстанавливалась даже после того, как ее разрезало лезвие Эдварда.

— Видишь? Эту штуку не так-то просто разрезать! — злорадно воскликнул Брао, увидев, что его алхимия делает стену неуязвимой для атак Эдварда.

— Даже если ты и Государственный алхимик, ты не сможешь так просто победить нас!

Гельп и Брао были уверены, что их совместные усилия могут превзойти силу Государственного алхимика. Однако они просчитались. Эдвард не только был искусен в алхимии, но и обладал отличной физической подготовкой и скоростью.

— На самом деле, в этом нет ничего сложного, — презрительно сказал Эдвард и со скучающим выражением лица, пнул по камешку на земле.

На бегу, он соединил ладони и вытянул вперед правую руку, как щит, чтобы отразить глиняную стену, созданную Брао, который стоял на коленях в процессе преобразования.

— Ух!

Эдвард нанес удар в солнечное сплетение Брао, который закрыл глаза, пытаясь избежать мутной воды. Затем, Эдвард сразу же прикоснулся к упавшей глине, чтобы создать стену, пока мужчина еще лежал на земле.

— Что? Что происходит?

Гельп, не уследивший за быстрыми движениями, застыл на месте.

— Вы ребята, слишком слабые! — раздался рядом голос Эдварда.

— Что ты сказал?!

Из-за стены появилась черная тень, которая стала стремительно приближаться к голове Гельпа. Прежде чем, чем Гельп успел подготовиться, Эдвард прыгнул с вершины стены и ударил кулаком Гельпа, отшвырнув его в сторону.

— Ох, черт!

Все произошло за считанные секунды.

— Значит, титул Государственного алхимика дается не просто так, — пробормотал Рот, прикрывая рот, чтобы не вдохнуть пыль, поднявшуюся во время боя.

За облаком пыли, стоял Эдвард с бесстрашной улыбкой на лице.

— Итак? Какую алхимию используешь ты?

— Черт! — выкрикнул Рот, обхватывая руками алхимический круг на своем животе и доставая спички.

— Ого! —сказал Эдвард, округлив глаза. Он выглядел не испуганным, а скорее заинтересованным.

Воздух вокруг руки Рота задрожал. Затем, он преобразовал маленькое пламя спички в гигантский огонь. Вспыхнув, огонь, созданный алхимией, стремительно обрушился на Эдварда, как живое существо.

— Так ты огненный алхимик. Это вызывает неприятные ассоциации с людьми, о которых не хочется вспоминать, — заметил Эдвард, наблюдая за бушующим пламенем.

Юноша, вспоминая одного из командиров Восточного штаба, использовал стену, созданную при помощи алхимии, чтобы уклониться от пламени.

Рот, видимо, обладал более высокими навыками в алхимии по сравнению со своими братьями и не позволял Эдварду приблизиться. Пламя свободно двигалось по воздуху, создавая трудности для юноши, который пытался защититься стеной и одновременно подойти ближе. Хотя он и попытался направить созданные им комья земли на Рота, тот сбивал их пламенем.

— Хм, неплохо, — заметил Эдвард и отступил к каменному столбу, который был позади него.

Прятавшаяся там Армони, выглядела встревоженной, так как впервые в жизни стала свидетельницей битвы алхимиков.

— Эд, все в порядке? Этот Рот настолько силен, что многие алхимики в городе его уважают.

— Нет, по сравнению с людьми, которые используют подобную алхимию, он не более чем новичок.

— Но, если мы не подберемся ближе, как мы сможем его победить?

Эдвард краем глаза посмотрел на девочку.

— Армони, если ты мне поможешь, то мы сможем приблизиться.

— Что?

Эдвард провел пальцем по части алхимического круга на колонне, который Армони нарисовала ранее, и изменил его.

— Когда я дам знак, попробуй выполнить преобразование. Только на этот раз, наоборот. Преобразуй часть этого столба в хрупкий материал, — сказал Эдвард и сделал еще один шаг назад.

— Подожди, Эд! Я не смогу этого сделать!

— Ты же только что смогла.

— Но это было случайностью!

— Не важно, действуй! — сказал Эдвард, не отводя взгляда от Рота, который контролировал пламя. Огонь, охватив большую часть берега озера, колыхался, рассекая воздух.

— Но! Я только что случайно сделала это! Это было совпадение!

— Сделай это! — возразил Эдвард, не отрывая взгляда от Рота. — Ты же трудилась и усердно занималась, так что поверь в свои силы. Давай!

Эдвард начал бежать вперед.

— Ладно, бесполезно с тобой спорить, — проговорила Армони и прикоснулась к алхимическому кругу на каменном столбе.

С надеждой на успех она молилась изо всех сил, но из-за волнения ее мысли путались.

- А? Что-то не так...

Необычное чувство охватило девочку. Хотя в голове не было мыслей, ее тело словно наполнилось напряжением. Это было странное ощущение, словно все чему она научилась, сейчас просачивалось через каждую клетку ее тела.

Армони почувствовала тепло под своими ладонями и в тот же момент, вспыхнул свет.

— Молодец, Армони! – услышала она голос Эдварда. Девочка увидела, как каменный столб треснул.

Юноша, разбежавшись прыгнул, и ударил по каменному столбу. Тогда столб в той части, где Армони превратила его в хрупкий материал, треснул и стал медленно падать на Рота. Прежде чем столб упал, Эдвард, приготовившись, прыгнул в пламя, в центре которого находился Рот.

- Все кончено! – крикнул юноша, нанеся финальный удар Роту, пока за его спиной падали последние куски каменного столба. Армони, ликуя захлопала в ладоши.

Ярко-оранжевое солнце опускалось за горы, окрашивая небо из бледно-голубого в различные оттенки красного. Эдвард и Армони медленно шли по дороге.

— Эд, ты действительно силен, — сказала девочка, улыбаясь и энергично раскачивая большую корзинку для пикников в такт своим шагам. — Думаешь, я могу стать таким же хорошим алхимиком, как ты?

Хотя преобразование и было успешным в битве против трех братьев, сама формула была элементарной, и она сработала потому, что Эдвард перечертил круг. Поэтому кратковременная радость Армони быстро сменилась тревогой.

— Разве ты сама не веришь, что сможешь стать отличным алхимиком? – спросил Эдвард, идущий рядом, и Армони ответила уверенным голосом:

— Верю! Но... ведь я такая неуклюжая. Наверняка папе это тоже не нравится.

Как бы она не старалась и постепенно ее результаты себя показывали, Армони становилось не по себе от мысли о том, как на это отреагирует ее отец. Она с грустью опустила взгляд.

— Я уверена, что папа был бы счастлив, если бы я могла быть такой же, как и сестра Селена... Слушай, Эдвард, вы с Альфонсом ведь были друзьями с Селеной, верно? – спросила Армони, сжимая корзинку в руках.

Эдвард взглянул на девочку краем глаза.

Он и Альфонс решили никогда не говорить о Селене, которой больше нет. Он не хотел расстраивать Армони, говоря о ней, но поскольку его спросили, было бы стронно промолчать. Эдвард пытался максимально смягчить разговор, стараясь не выглядеть слишком серьезным.

— Ну, не совсем друзья, скорее знакомые.

— Ты когда-нибудь пробовал еду, которую готовила сестра Селена? Правда, что ее блюда были вкусными? Каким человеком она была?

- Что?

Когда Армони сказала это, Эдвард немного удивился. Она произнесла это так, как будто бы не знала Селену. Девочка снова опустила взгляд и продолжила:

— Я... не помню свою сестру.

— Не помнишь? — переспросил Эдвард.

— Да. Папа говорил, что, когда я гостила у дальних родственников, то упала с лестницы и потеряла память. Поэтому я ничего не помню о сестре. Хотя моя память пропала, я сразу поняла, что папа сильно любил Селену. Он говорил, что я хорошо понимаю алхимию, как и Селена, но, когда я готовила, он грустно заметил, что это не тот же вкус, что у сестры. Папа — известный и выдающийся алхимик, сестра была умной, она тоже занималась алхимией и хорошо готовила. А я одна не могла ничего сделать правильно... Как будто я не из этой семьи.

— Такого не может быть, - уверенно сказал Эдвард.

Услышав это, он был удивлен и поэтому юноша хотел немного облегчить тревогу и одиночество Армони. Похоже, она хотела, чтобы кто-то это опроверг. Девочка улыбнулась, почувствовав радость от этих слов.

— Да, так и есть. Потому что есть кое-что…. что подтверждает мою связь с семьей.

— Что?

— Ну, я люблю цветы. Когда я выращивала цветы, папа говорил, что я унаследовала это от семьи Эйзельштейн. Папа, его отец и Селена тоже, все они любили цветы. И я. В тот момент я почувствовала, что действительно являюсь дочерью папы, частью этой семьи.

Лицо Армони окрашенное цветами заходящего солнца словно светилось от счастья, когда она это вспоминала.

— Поэтому моя мечта — это не только изучение алхимии в Новом Хисгарде, но и, возможность, посещать могилу сестры в Хисгарде. Представь себе, превратить все вокруг церкви в цветочный сад! С помощью алхимии я бы смогла заставить цветы распуститься на всей территории! Даже на земле, которую растоптали химеры, все цветы могли бы расцвести! Это было бы так красиво!

В этих слова была сокрыта надежда Армони. Она хотела, чтобы цветы радовали ее отца и сестру, которая теперь на небесах. Армони хотела, чтобы отец признал ее способности алхимика. Только после этого она будет в себе уверена.

— Да, это было бы красиво, – с улыбкой сказал Эдвард, прикрывая глаза от закатных лучей солнца, и весело продолжил, - но для того, чтобы создать цветочное поле, нужно научиться манипулировать множеством семян с помощью алхимии. Это технически сложно, однако если постараться, можно добиться хорошего результата. Кстати, твои сэндвичи стали заметно лучше. Возможно, стоит угостить ими профессора?

— А? Разве алхимия связана с кулинарией?

— Существует теория, что алхимия зародилась на кухне. Между ними есть что-то общее. Тот факт, что ты стала лучше готовить, означает, что ты станешь лучше и в алхимии.

— Да, я думаю…

—Вспомни, как ты справилась с этим недавно.

— Что?

Эдвард присел на корточки на каменной мостовой. Армони с удивлением наблюдала за тем, как Эд сгорбившись, размахивал руками за спиной.

— Я не могу нести тебя на своих плечах, поэтому я понесу тебя на спине. Сегодня ты старалась изо всех сил, и, хотя это обычно работа Ала, но его сегодня здесь нет. Так что я заменю его.

Тон Эдварда не был резким, хотя по его виду было понятно, что с этим ничего нельзя поделать. Армони с удивлением смотрела на юношу, который был с ней почти одного роста, и затем рассмеялась.

— Ага!

Она без колебаний запрыгнула ему на спину. Эдвард немного повозмущался, требуя быть осторожнее, но он просто не хотел ее уронить. Армони почувствовала, как ее лицо расплывается в улыбке, пока она сидела у Эдварда на спине.

Хоть у юноши и был непростой характер, но он всегда был готов дать совет издалека, когда у Армони возникали трудности в учебе. Даже если со стороны казалось, что он не замечает, Эдвард сразу вмешивался, если она могла совершить ошибку в эксперименте.

После того как Армони сказала, что не помнит, как отец носил ее на плечах, Альфонс стал делать это в качестве награды, в то время как Эдвард никогда бы не стал делать чего-то подобного. Однако, увидев, что девочка расстроена, он взял ее к себе на спину, хоть и делая вид, что у него нет выбора.

Армони было приятно, что Эдвард проявил такую доброту.

- Эд, мне очень жаль, – прошептала Армони, спрятав лицо в его заплетенные светлые волосы.

- А?

- Я же не извинилась должным образом.

Их первая встреча была не очень хорошей. Ведь она упала на Эдварда, из-за чего он был в ярости, а сама по итогу сбежала. Эта встреча была худшей из всех возможных, и, хотя тот день нельзя вернуть, Армони все-таки хотела извиниться.

- Что ты имеешь ввиду? – проворчал Эдвард в ответ. - Эх, ну вот почему…

Армони вытянула шею, чтобы посмотреть на его лицо, пытаясь понять, понял ли он ее.

Затем Эдвард усмехнулся.

- Ужасно! Я же искренне извинилась!

Прежде чем Армони успела поднять руку и ударить Эдварда по голове, он закружил ее.

- Больше не беспокойся об этом!

Девочка отчаянно цеплялась за Эдварда, пока он вертелся все быстрее. Городские пейзажи вращались по кругу, а ветер свистел в ушах. Армони не смогла удержаться и громко рассмеялась от ощущения щекотки, поднимающейся у нее в животе.

- Хватит уже~! Эд, прекрати! Остановись!

- Не остановлюсь!

- Кья-ха-хаха!

Армони весело закричала и прижавшись к Эдварду, еще раз мысленно извинилась.

Слово «спасибо» подходило больше для ее нынешних чувств, чем «мне очень жаль». Но Армони сознательно выбрала второе.

Она решила, что выразит свою благодарность тогда, когда она сможет использовать алхимию.

Армони весело и громко кричала, сидя на спине Эдварда, а он смеялся и продолжал кружиться.

Их смех еще долго разносился эхом по вечернему городу.

Тем временем Вильгельм был обеспокоен тем, что его дочь каждый день уходит из дома.

- Армони, ты снова собираешься учиться на улице?

Он обратился к девочке, когда она готовила чай после завтрака.

- Да, именно так!

- Может тебе лучше учиться в комнате? Ты можешь мешать Эдварду и Альфонсу.

Он попытался сделать замечание, хотя понимал, что не может говорить слишком строго.

Вильгельм был настолько поглощен своими исследованиями, что практически не общался с Армони. Поэтому, наверное, ей было интересней проводить время с детьми ее возраста, такими как Эдвард. Он подозревал, что она учится у них алхимии, но Армони это отрицала. Учеба, которую она должна была выполнять взамен посещения школы, продвигалась как положено. Также Вильгельм заметил, что напряженная атмосфера между ним и дочерью слабеет, когда рядом находятся Эдвард и Альфонс.

Армони была веселой, но это казалось немного неестественным. Основная причина ее искусственной радости заключалась в том, что их отношения не были идеальными. Однако в последнее время девочка, похоже, все чаще смеялась искренне.

В итоге Вильгельм не мог больше вмешиваться в действия Армони.

- Не увлекайся и не доставляй Эдварду и Альфонсу лишних хлопот, — это все, что он мог сказать.

-  Я знаю… Вот, чай для папы.

- А, да.

Армони протянула Вильгельму чашку с чаем на блюдце.

Вильгельм принял чашку и сделал глоток, но заметил, что его дочь, которая обычно убегала, сейчас стояла рядом. Он поднял взгляд от чашки.

- Что-то случилось?

- Эм, ну знаешь…

Армони скрестила руки за спиной и застенчиво потерла колени друг об друга.

-...?

Она неуверенно посмотрела на своего отца Вильгельма.

- Вчера вечером я испекла печенье. Оно может не совсем такое же, как у сестренки Селены, но… Оно тоже не плохое! Марго была рядом и помогала мне, так что, я думаю у меня получилось!

Вильгельм молча смотрел на нее.

- Так вот… я думаю, что оно получилось вкусным, и я хочу, чтобы ты тоже его попробовал.

В коробке, которую она протянула, было много печенья.

- .....?

- Я оставлю это здесь! Если хочешь, можешь попробовать!

Девочка, заметив, что Вильгельм пристально смотрит на нее, поставила коробку на стол и развернувшись, направилась к двери.

- Ах, Армони…

Вильгельм не удержался и громко позвал ее по имени.

Армони обернулась, и ее глаза, как и ожидал Вильгельм, были полны тревоги и сожаления.

Она подумала, что отец отказался принимать коробку с печеньем и решила, что ее отвергли. Когда-то, Армони готовила печенье, а Вильгельм, погруженный в скорбь от потери Селены, невольно сравнил их вкус. С тех пор, даже когда девочка готовила еду, она всегда выглядела неуверенной.

Сегодня же, решив, что печенье получилось вкусным, она предложила его Вильгельму, и это удивило его.

Он прикоснулся к коробке на столе.

- Я возьму это. Будь осторожна, когда будешь возвращаться.

- Хорошо, папа.

Сначала Армони широко раскрыла глаза от удивления, но затем немного смущенно улыбнулась и кивнув, направилась к выходу. Оставшись один, Вильгельм взял одно печенье и откусил. Оно было совсем не похоже на то, что готовила Селена. Оно было горьковатым, с неровной формой и рассыпалось во рту.

- Это печенье, так похоже на нее, - сказал Вильгельм, не заметив, как на его губах появилась улыбка.

Однако улыбка быстро исчезла, когда в кабинет вошла помощница Грета с исследовательскими материалами.

- Профессор, возникла проблема.

- Что случилось?

Он снова сосредоточился на своей работе и принял документы. На них были указаны значения, показывающие снижение качества химеры.

- Что это значит? Такие показатели…

- Да. Неизвестно, когда большая наземная химера, которую мы недавно передали генералу Нэмуда, может выйти из-под контроля. Генерал был так рад, но теперь это наша проблема, - Грета говорила об этом с интонацией, как будто все не так уж и серьезно.

– Исследования химер проводились под твоим руководством. Пожалуйста, отнесись к этому ответственно.

Когда Вильгельм вернул документы помощнице, сделав ей замечание, Грета демонстративно вздохнула.

- Вы так говорите, но для создания химер нам нужен катализатор. Вы же ежедневно получаете его из Эфирного цветка, верно?

- Да, но…

Грета села не на стул, а на край стола, наклонившись к Вильгельму.

- Катализатор «перо», которое сделано из Эфирного цветка — подделка. Можно сказать, что это «псевдоперо». Мне нужно настоящее. То, что создали Вы, профессор — «Оригинальное перо».

- Оно давно исчезло. Его больше нет нигде в этом мире.

- Правда?

- Именно. К тому же оно было неполноценным. Вместо этого мы пытаемся создать настоящий Философский катализатор. Завершенный продукт без отдачи. Будет лучше забыть об исчезнувшем и продолжить исследование.

Вильгельм встал и сжал плечо Греты, которая смотрела прямо ему в глаза.

- Тем не менее, если бы у нас была хотя бы часть «Оригинального пера», исследование значительно бы продвинулось.

- Я же сказал, что его нет.

Вильгельм, почувствовав гнев из-за настойчивости Греты, взглянул на нее с раздражением.

Однако она не отводила взгляд и продолжала смотреть на профессора.

- Если бы вы могли использовать этих братьев в качестве пищи для химер, исследование бы продвинулось. Но вы упираетесь. И все еще утверждаете, что «Оригинальное перо» отсутствует… Правда ли это?

Вильгельм промолчал.

- Вы понимаете, что случится, если будете продолжать врать мне, профессор, - Грета произнесла это низким голосом. Ее губы изогнулись в странной, жуткой улыбке, которую Вильгельм никогда прежде не видел.

Он невольно отступил на пару шагов назад. Грета наклонилась ниже, словно следовала за ним. Но в этот момент дверь в комнату открылась.

- Ах, профессор, вот Вы где.

Это была Марго. Она стояла прямо, вытянув спину, и не обращая внимания на липкую, напряженную атмосферу в комнате, обратилась к Вильгельму.

- Профессор, поступил звонок от генерала Нэмуда.

- Ах, да, - Вильгельм вытер пот со лба и направился к двери, ведущей в холл.

- Профессор! - Грета окликнула его, как будто упрекая, но он уже вернул себе самообладание.

- Грета, вернись в исследовательскую башню. Я скоро буду там.

С этими словами он развернулся и ушел, расправив свой плащ.

Когда дверь за ним закрылась с глухим хлопком, замок погрузился в тишину.

Марго, убрала чашку, оставленную профессором перед Гретой, которая все еще сидела на столе, и достала белую тряпку из шкафа у стены. Она стала тщательно протирать стол.

Грета элегантно скрестила ноги, не отводя взгляда от Марго, которая в свою очередь вообще не обращала на нее внимания.

- Ты прервала меня в самый неподходящий момент.

Она говорила более расслабленным голосом, чем с Вильгельмом, но Марго ответила в своем обычном тоне:

- Что ты имеешь в виду?

- Ничего особенного. Если не понимаешь, то и неважно, – Грета, фыркнув, усмехнулась. - Я лишь хочу создать Философский катализатор… Ах, если бы он был у меня, то это могло бы решить все мои проблемы. Я бы так хотела…

Грета подняла свою руку и посмотрела на кончики пальцев. Кожа была гладкой и без единого изъяна. Она наслаждалась видом собственных рук, ласково поглаживая свои пальцы и запястья, а Марго тем временем, все также не обращая на нее внимания, продолжила протирать стол. Грета нахмурила брови, но затем игриво прищурилась.

- Эй, Марго, знаешь ли ты такую легенду?

Марго впервые остановилась и подняв голову, посмотрела на Грету. Увидев свое отражение в глазах секретаря, женщина удовлетворенно улыбнулась.

- Говорят, что где-то в этом мире существует алхимия, которая ценой чужой жизни, продлит твою собственную. Эта алхимия может также даровать вечную молодость и красоту.

Грета нарочно провела оценивающим взглядом Марго с головы до ног.

- Ты тоже довольно красивая, если присмотреться. Хотя на первый взгляд, ты можешь показаться строгой, но у тебя тело, от которого мужчины могли бы потерять голову. Как насчет того, чтобы воспользоваться этой алхимией и стать еще красивее? Или же помочь мне с этим?

Это была просто насмешка. Грета, которая в прошлом пленила множество мужчин своей красотой и обаянием, хотела увидеть реакцию серьезной и сосредоточенной Марго. Это также было маленькой местью за то, что она прервала их с Вильгельмом разговор.

Грета с любопытством наблюдала за ее реакцией. Ей было интересно, будет ли Марго смущаться из-за комплиментов по поводу своей внешности или, наоборот, испугается. Однако женщина оставалась невозмутимой и коротко ответила:

- Мне это не интересно.

Лицо Греты на мгновение исказилось от злости.

- Ах, да.

Она резко отвернулась, словно пряча свое лицо. Хотя Грета не любила, когда ее игнорировали или относились пренебрежительно, чувство собственного достоинства не позволило ей этого показать.

Попытавшись снять свое раздражение, Грета взяла из коробки один из крошечных кусочков печенья и положила его в рот. Крошки рассыпались на стол, который только что вытерла Марго.

- Невкусно.

Видимо ее уже настолько все раздражало, что Грета, соскользнув со стола, направилась обратно в исследовательскую башню.

Но перед тем, как она покинула комнату, Марго неожиданно заговорила.

- Лишь те, у кого есть близкие люди, могут действительно оценить вкус.

- Что ты имеешь ввиду? - Грета медленно повернулась.

С противоположного конца стола, карие глаза внимательно смотрели на нее.

- Жаль, что у тебя нет никого, кого бы ты могла защищать, - Марго говорила спокойно, но ее голос был полон достоинства и уверенности.

Грета, хотела возразить, но твердый голос Марго, казалось, сбил ее с толку. В конце концов она ушла, просто хлопнув дверью. Оставшись одна, Марго посмотрела на коробку с печеньем. Ее взгляд был гораздо мягче и добрее, чем тот, что она секунду назад направила на Грету.

Она вспомнила, как вчера вечером Армони пришла к ней с просьбой научить ее правильно делать печенье. Девочка месила муку и постоянно проверяла температуру духовки, и, хотя она не сказала прямо, для кого готовила, Марго быстро поняла, что она делала это для Вильгельма.

Марго, которая общалась с Вильгельмом и Армони по отдельности, не знала всех подробностей их семейной ситуации, она была осведомлена о напряженности между ними. Это не было вызвано отвращением, а скорее, казалась результатом их взаимной привязанности. Печенье, которое Армони приготовила для своего отца, не могло быть невкусным.

Марго аккуратно убрала коробку с печеньем на полку, сняла очки и посмотрела в окно.

Там возвышалась исследовательская башня, куда секретарь не могла заходить.

- Химеры и перья…, – повторила она то, что услышала за дверью. – Похоже, на этот раз отчет будет длинным, – подумала она, наблюдая за тем, как дым стал медленно выходить из трубы на башне.

Несколько часов спустя.

На берегу озера Армони с необычайным воодушевлением чертила алхимический круг. Немного в стороне Эдвард и Альфонс занимались своими тренировками, при этом наблюдая за учебой девочки.

- Эй! Ты открыт! – закричал Альфонс, схватив Эдварда за руку, который смотрел в сторону Армони и перевернул его.

- Ой! –Эдвард едва успел опереться руками о землю и снова принял боевую стойку. – Ал, это не считается!

- Я тоже только что едва не попался на этот прием. Так что ничья, – ответил Альфонс, сократив дистанцию и ударив Эдварда кулаком.

- Кстати, Армони действительно сильно продвинулась, – добавил Эдвард, уклоняясь от атаки и нанося ответный удар с разворота. – Упс. Черт, не попал. Но все равно…

Братья снова вернулись к разговору о вчерашнем.

- Может, нам стоит рассказать профессору?

- Да, пожалуй. Мы скоро уедем отсюда, и в будущем кто-то другой должен будет обучать ее. Надо все-таки что-то сделать.

- В таком случае, мне кажется, остается только профессор. Но у этих двоих, похоже, есть какие-то разногласия...

- Меня беспокоит инцидент с химерами в Хисгарде и тот случай, когда собирали алхимиков. Профессор ничего не говорит, но если он как-то связан с этим, то я не уверен, что ему стоит обучать Армони алхимии… Вот, что я думаю.

Альфонс поймал кулак Эдварда и сжал его. В этом положении, когда они были совсем близко друг к другу, братья взглянули на Армони, которая находилась далеко от них.

- Я хочу еще раз поговорить с профессором сегодня вечером. И расскажу ему, что обучаю Армони алхимии, а также решу, как поступить дальше.

- Да, это хорошая идея.

Альфонс и Эдвард опустили руки.

На их глазах Армони открыла книгу и погрузилась в чтение.

- Давай сделаем все что сможем, пока мы здесь.

- Да, – согласился Альфонс с братом, который, как учитель был обеспокоен положением своего ученика.

Тут Армони позвала их.

- Учитель! Ал! Подойдите сюда!

- Кто тут учитель? - несмотря на то, что все вокруг знали, что он и есть учитель, Эдвард сразу же отрицал это. Альфонс не удержался и рассмеялся.

На краю озера, на водной глади которого отражались яркие лучи солнца, девочка развернула большой белый лист бумаги.

- Армони, не обязательно было делать такой большой круг преобразования. Ты это понимаешь?

Эдвард был поражен размерами бумажного листа и алхимического круга.

- Это нужно для настроя!

- Для какого настроя?

Когда Альфонс спросил ее, Армони взяла маленький бумажный пакет и поставила его перед ними.

- Что это такое?

- Я не знаю.

- Ох, Эд! Подумай хоть немного!

Армони нахмурилась, услышав скучный ответ Эдварда, но похоже, что то, чем она была обеспокоена было важнее. Она вытащила все предметы из пакета и положила их в центр круга преобразования.

- Что это такое?

Армони закрыл глаза, словно читая про себя молитву.

Вдохновляющие слова Эдварда. Альфонс, который нес ее на спине каждый раз, когда она изучала что-то новое. Улыбка Марго, которая помогала готовить печенье. Фотография сестры. Улыбка на лице ее отца, когда он любовался цветами. Если бы чувство благодарности могло принять форму, то наверняка это были бы цветы.

Армони показалось, что она видит распустившиеся цветы, которые танцуют на ветру.

В этот момент ее ладони стали горячими.

- Ура! – понимая, что она воплотила задуманное, Армони открыла глаза.

Однако семена перед ней оставались такими же маленькими комочками.

- Я думала, что сейчас все прошло как надо…

Альфонс увидел, как плечи девочки опустились.

- То, что ты сейчас сделала, было довольно неплохо, Армони. Если будешь учиться дальше, то обязательно сможешь добиться успеха.

- Да...

Армони кивнула, но не смогла скрыть разочарования на своем лице. Несмотря на то, что она ощущала успех, из-за реального результата она сильно расстроилась. Конечно, девочка знала, что с текущими навыками это будет сложно, но все же хотела увидеть, как расцветут цветы.

До Армони дошли слухи о том, что железнодорожную линию скоро восстановят. В скором времени Эдвард и Альфонс уедут в Централ. Она хотела заставить расцвести хотя бы один цветок и показать его им. Кроме того, если ей это удастся, Вильгельм, возможно, признает ее. Девочка думала, что с этого момента она сможет наладить отношения с отцом, а также Эдвард и Альфонс порадуются ее прогрессу.

- Армони, -  Эдвард похлопал девочку по голове, которая смотрела вниз. - Какой основной принцип в алхимии?

Она подняла на него глаза, понимая смысл вопроса. Эдвард подставил ладонь к уху и улыбнулся, ожидая ее ответа.

Армони вытерла выступившие слезы и уверенно ответила:

- Алхимия – это равноценный обмен. Количество усилий, которые ты прикладываешь, совершенствуют твои навыки, верно?

- Вот именно. Я понимаю твое разочарование, но важно верить в усилия, которые ты прикладываешь. Я уже говорил это много раз. Хватит унывать. И кстати, у тебя все довольно хорошо получается.

- Правда?

- Правда.

- Если учитель Эд говорит так, значит все так и есть.

- Я не твой учитель, и то, что я только что сказал…

- Не принимай это всерьез!

Армони, перебив Эдварда, встала и тут же потянулась за книгой, которая лежала рядом, чтобы продолжить свою учебу.

- Ладно, я буду стараться изо всех сил!

Однако ее руки обессиленно повисли вдоль тела.

- Ч-что случилось?

- Эй, ты в порядке? – Армони внезапно пошатнулась, и Эдвард тут же подхватил ее.

- И-извини, кажется, у меня кружится голова…

Армони попыталась встать, ее лоб покрылся испариной.

- Ты выглядишь бледной. Все в порядке? Можешь идти?

- Да… все нормально…

Но, несмотря на это, дыхание Армони становилось все более затрудненным.

- Больно…

- Ты в порядке, Армони? Эй, Армони!

Девочка почти потеряла сознание. Эдвард запаниковал, когда увидел, как минуту назад полной сил и энергии Армони, вдруг стало плохо.

- Ал, давай скорее вернемся в замок!

Эдвард попытался поднять Армони, рассчитывая, что Альфонс поможет ему, но тот не двигался.

- Эй, Ал!

Эдвард посмотрел на своего брата, взволнованный тем, что он не реагирует в такой серьезной ситуации. Но Альфонс пристально смотрел на спину девочки.

- Брат, посмотри на спину Армони…

- Что с ней?

Эдвард обеспокоенно заглянул на спину девочки и замер.

- Ч-что… это такое!

- Это крылья, у нее крылья!

Из спины Армони выросло одно крыло.

Тонкое и полупрозрачное, оно пробивалось сквозь одежду девочки на глазах Эдварда и Альфонса.

От крыла исходило сияние.

Армони лежала на зеленом берегу озера. С белым крылом на спине. Это выглядело так, будто ангел упал на землю.

- Что за черт?! Почему у Армони на спине появились крылья?!

- Брат, присмотрись внимательней! Это крыло… оно похоже на…

Действительно, каждое перышко на этом крыле было почти идентично тем, которые оставались после химер, которых они победили в Хисгарде.

Но пока они были в полном шоке, дыхание Армони становилось все более прерывистым и тяжелым. Нельзя было терять ни минуты.

Эдвард, поднял потерявшую сознание Армони, и перенес ее на спину Альфонса.

- У нас нет иного выбора кроме как вернуться в замок. Быстрее, Ал!

- Да!

Эдвард старался сохранять спокойствие, несмотря на нарастающую панику, он вместе с братом, помчался к замку.

Огромное зло.

Был уже поздний вечер, когда они прибыли в замок. Небо заволокло тяжелыми тучами и казалось, будто здание сливается с ними. Эдвард подошел к главному входу, но заметил, что что-то не так.

— Что здесь происходит? Ворота закрыты!

Главные ворота всегда оставались открытыми до возвращения Эдварда и остальных, но сейчас они были плотно заперты, что не давало им троим войти в замок.

— Мы не можем пройти во внутрь.

Эдвард хотел как можно скорее попасть к Вильгельму, но он не мог этого сделать.

— Эд, с другой стороны исследовательской башни… есть маленькие ворота…, - произнесла Армони слабым голосом.

— Понял, значит есть еще сзади. Армони, потерпи еще немного. Мы скоро встретимся с профессором.

Альфонс вместе с Эдвардом обошел замок с задней стороны. Несмотря на то, что состояние девочки немного улучшилось, по ее виду можно было смело сказать, что она испытывает сильную боль.

Они двигались вдоль стены, окружающей территорию, пока не обнаружили небольшие ворота. Эдвард отворил их, и пройдя через узкий задний двор, он увидел еще одну дверь исследовательской башни, которую открыл следом. Хотя, вход в башню был запрещен, сейчас это было неважно. Братья вошли внутрь и начали звать Вильгельма, который, скорее всего, был поглощен работой в одной из своих лабораторий.

— Профессор, где Вы?!

— Армони потеряла сознание!

Башня внутри оказалось довольно сложной: изогнутые коридоры и беспорядочно расположенные двери создавали запутанный лабиринт. Они открыли все двери на первом этаже и кричали с лестницы, ведущей на верхний этаж, но Вильгельма нигде не было.

— Где он? И Греты тоже нет.

— Верно. Возможно, они находятся в замке. Давай выйдем отсюда и через сад вернемся в замок.

Эдвард толкнул одну из дверей, которая как он думал, должна была вести в сад, но тут он внезапно остановился.

— Ого!

Они оказались в центральной части башни. От первого этажа и до конца высокого потолка, длинной в десятки метров, находился атриум с винтовой железной лестницей. В коридоре тоже были лестницы, ведущие на разные этажи, но, кажется, эта спиральная лестница вела прямо на крышу.

Удивленный голос Эдварда эхом отразился в пространстве и растворился в воздухе. В одной из соседних комнат послышался звук разбивающегося стекла.

— Что это было?

— Может, профессор здесь. Пойдем!

Они открыли дверь в комнату, откуда доносился звук. Однако вокруг было темно и разглядеть что-либо было невозможно. Через некоторое время, когда глаза привыкли к темноте, они смогли рассмотреть разбросанные по полу лампы, множество книг и бумаг.

- Кто-то опрокинул полку?

Эдвард опустился на колени и зажег лампу. Оранжевый свет рассеялся по полу и тогда он отчетливо смог рассмотреть материалы, разбросанные по комнате.

— Чт..? Это...

Эдвард протянул руку к одной из книг у себя под ногами, но из глубины комнаты послышался звук, будто кто-то наступил на стекло, и юноша сразу же направил лампу в ту сторону. Он подумал, что это может быть Вильгельм, Марго или Грета, и хотел позвать их на помощь. Но тут братья застыли на месте, увидев нечто более шокирующее, чем крыло Армони.

— Н-н-н...

В углу помещения, освещенного светом от лампы, что-то шевелилось среди разбросанного стекла. Существо медленно встало на четыре ноги и уставилось на братьев пятью большими глазами.

— Брат, это... это химера!

— Профессор!

Эдвард стиснул зубы от ярости.

Он подозревал, что Вильгельм был замешан с инцидентом химер в Хисгарде. Он был единственным алхимиком здесь, чьих знаний было достаточно, чтобы создать подобное существо.  Неуверенность в его ответах на заданные вопросы, при их встрече, только усилила подозрения. Однако, возможно, что Вильгельм мог лишь делиться исследованиями и понятия не имел, что лично участвует в создании химер в этой исследовательской башне.

Но словно в насмешку над этой мыслью на полу комнаты лежало множество разбитых инкубаторов. Судя по их количеству, можно было легко понять, что химера, сидящая перед ними, была не одна. Неизвестно по каким причинам эти существа вырвались из инкубаторов, но они, похоже, устроили сильный беспорядок. На залитом водой полу были разбросаны не только стекло, но и полки, и оборудование.

Эта сцена была похожа на то, что произошло в Хисгарде.

Химеры, по-видимому, проделали в стене дыру и вышли в сад, из-за чего за окнами было слышно их рычание и грохот.

— Черт! Почему профессор создавал что-то подобное?!

В этот момент химера атаковала Эдварда, и он рассек ее одним ударом своего преобразованного клинка. Как и в Хисгарде, химера исчезла, оставив после себя лишь одно перо. Перо, которое было очень похоже на то, что росло на спине у Армони.

- Крыло Армони и эта химера, что вообще происходит? Похоже, мне придется заставить профессора все объяснить, даже если придется применить силу!

- Но где же профессор и что он делает? Марго и Греты тоже здесь нет, поэтому я волнуюсь.

- Возможно, он закрыл ворота, чтобы химеры не попали в город... Наверное, они сейчас пытаются усмирить их и поэтому укрылись в замке..., - Эдвард вышел из обрушенной стены башни, - в любом случае, чтобы попасть в замок, нам нужно сначала разобраться с этими тварями.

Множество химер разгуливали по саду, словно по своей территории, уничтожая все на своем пути — фонтаны, скульптуры, цветочные клумбы и деревья, за которыми ухаживала Армони. Пробраться в замок было невозможно, не пройдя мимо рычащих и грызущих друг друга существ.

- Ал, спрячь Армони в безопасное место.

- Понял.

Альфонс осторожно уложил Армони за живую изгородь, которая росла рядом со стеной.

- Эд… Ал…

Эдвард нежно убрал прядь волос со лба девочки, когда она с тревогой посмотрела на него.

- Я скоро вернусь.

- Угу…

Эдвард погладил Армони по голове и она, успокоившись, улыбнулась.  После этого он помчался в центр сада, чтобы разобраться с химерами.

Как и в случае с Хисгардом, химеры в саду тоже были не слишком быстрыми. Эдвард продолжал атаковать существ с помощью созданных им снарядов, чтобы не дать им приблизиться, а Альфонс, воспользовавшись их замешательством, уничтожал тварей с помощью копья.

Объединив усилия, братья уничтожили вместе больше половины существ. Однако, когда они собирались убить бегущую на них химеру, Эдвард и Альфонс почувствовали дрожь под ногами.

- Ух!

- Ч-что?

Земля снова вздрогнула и весь замок затрясся. Звук тяжелых шагов привлек внимание не только Эдварда и Альфонса, но и всех химер в саду. Их взгляды устремились в сторону его источника.

Звук исходил из-за закрытых ворот. На глазах братьев, толстая перекладина, висевшая на воротах, с грохотом разлетелась на щепки. То, что появилось следом, было самой большой химерой из всех, что они видели.

- Что это такое? - Эдвард был скорее шокирован, чем удивлен появлением этого существа. – Это, просто безумие...

Эта химера была настолько большой, что по размерам она была с высокий холм. Ее тело было круглым и покрыто коричневой шероховатой кожей. Из-под ее туловища выглядывали восемь коротких толстых ног. В верхней части тела находились непропорционально маленькие глаза, а из широко открытого рта постоянно текла слюна. Химера издала рев, забрызгав слюной все вокруг.

Некоторые химеры, услышав этот рев, вздрогнули и сделали несколько шагов назад. Перед гигантской тварью они выглядели как крохотные дети. Нечто розовое и влажное обвилось вокруг тела одного из существ, которое пыталось отойти от гигантской химеры. Когда Эдвард понял, что это язык, пойманная химера была уже проглочена.

Громкое отвратительное хлюпанье разнеслось по округе.

И в Хисгарде, и в этом саду химеры доставили Эдварду и Альфонсу немало неприятностей. Но они инстинктивно стали отступать назад, когда огромная тварь стал поедать более маленьких собратьев.

- Эту химеру тоже создал профессор?

- Но зачем? Они что, хотят позволить ей поедать себе подобных?

Если это так, то рядом должен быть профессор Вильгельм. Однако, вскоре перед ними появился не Вильгельм, а толстый невысокий человек в военной форме.

- Хм. Разве это не удивительно? В отличии от других, эта наземная химера, кажется, действительно самой лучшей и сильной. Моя Химера может уничтожить все на своем пути. Так что, вы тоже должны поддержать ее!

Этот приказ был предназначен отряду солдат, находившихся на крыше военного грузовика. И отдал его бригадный генерал Нэмуда из штаба пограничных войск Хисгарда.

- Нэмуда? Он ведь командующий войсками Хисгарда? — Эдвард вспомнил это имя, которое слышал от Марго, но не понимал, почему он привел с собой химеру.

От военного грузовика Нэмуды тянулась цепь, которая была прикреплена к наручникам на лапах химеры. Мужчина с любовью смотрел на гигантское и зловещее существо, которое он мог контролировать только с помощью машины.

- Почему военные держат химер?

- Не знаю. Но если они пришли уничтожить их, то это ведь хорошо?

В этот момент Нэмуда заметил Эдварда и Альфонса.

- Хм? Вы двое? Что вы здесь делаете?

- Что мы делаем? Мы тут пытаемся разобраться с химерами.

Хоть ему и ответили в спокойном тоне, но Нэмуде видимо не понравилось то, что Эдвард говорил с ним без должного уважения. Генерал приподнял одну бровь.

- Оставьте это мне и убирайтесь отсюда! Это отличная возможность посмотреть, на что способна эта недавно приобретенная наземная химера. Ведь получив ее, я стану величайшим военачальником. И даже эта страна в конечном итоге..., - усмехнувшись сказал Нэмуда и погладил свои усы.

Судя по всему, он был человеком с опасными идеями и обладал большой властью, но в тоже время не особо умен, поскольку позволял себе говорить подобные вещи и не замечал, что его подчиненные заметно боялись огромную химеру.

Как бы достойно не хотел выглядеть генерал, но глаза выдавали его эгоцентричную натуру.

Нэмуда потянул за цепь, привязанную к ногам огромной химеры.

- Вперед! Сожри всех химер, что здесь есть!

Существо взревело в ответ на его голос.

- Здесь... Эй!

Прежде чем Эдвард успел что-либо предпринять, наземная химера с помощью своего необычайно длинного языка, начала атаковать каждого своего собрата в саду. В отличии от ее медлительного тела, язык двигался очень быстро. Она поглощала химер, что буйствовали на территории, одну за другой.

Длинный язык, словно искавший добычу хищник, метнулся в живую изгородь, в которой лежала девочка.

- Армони!

Эдвард сделал шаг вперед, чтобы помочь ей, но в этот момент язык огромной химеры уже опустился на землю около ног Армони.

- Отойдите! Вы можете оказаться в его пасти. Эта химера получила от меня приказ на уничтожение других химер.

Нэмуда, посмеиваясь, с большим интересом наблюдал, как длинный язык шарит за кустами.

- Пожалуйста, прекратите! Там девушка по имени Армони!

Альфонс встал между девочкой и наземной химерой.

- Что? Так это она там? - Генерал со скучающим видом потянул за цепь. - Наземная химера, ты не должна есть людей.

Однако сухопутная химера снова зарычала.

- Эй, стой!

Нэмуда, в панике, снова потянул за цепь, но огромная химера не успокаивалась. Ее широко открытый рот был усыпан выстроенными в несколько рядов острыми зубами. Из ее глотки стала подниматься сферообразная оранжевая масса.

- Ал! Осторожно!

- Уваа!

Наблюдая за существом, Эдвард и Альфонс в шоке сделали шаг назад.

Из пасти сухопутной химеры вырвался огненный шар, который пролетел над головой Альфонса и ударился в стену над изгородью, в которой пряталась Армони.

- Что это было… Если бы я был живым, то это было бы действительно опасно!

Альфонс ошеломленно потер покрывшиеся копотью руки. Хотя он не чувствовал ни жара, ни боли, его застал врасплох летящий в него огромный огненный шар, и Ал инстинктивно поднял руки, чтобы защитить голову. Удар от огненного шара удалось выдержать только благодаря прочным доспехам.

- Армони, ты в порядке?!

Эдвард немедленно подбежал к живой изгороди. Но, прежде чем он успел помочь девочке, наземная химера снова выпустила огненный снаряд и разрушила стену рядом с Армони.

- Эта сухопутная химера, что, вышла из-под контроля?!

Эдвард со злостью посмотрел на огромное существо, что должно было нападать только на мелких собратьев. Однако она продолжала целиться в девочку.

- Ничего не поделаешь, придется ее уничтожить! Ал, будь рядом с Армони!

- Понял!

Эдвард соединил ладони и превратил правую руку в лезвие, приготовившись к бою с огромной химерой.

- Ч-что ты делаешь!?! Ты собираешься убить моего драгоценного питомца? Прекрати! – закричал Нэмуда, крепко сжимая цепь наземной химеры, но Эдвард не собирался останавливаться.

- Сможешь ли ты контролировать эту химеру?! Тогда потяни за эту цепь и попробуй ее успокоить!

- Это...!

Нэмуда вздрогнул, увидев, как химера начала тащить военный грузовик.

- Смотри, что она творит!

Эдвард одним движением разорвал цепь, соединяющую химеру и военный грузовик, и встал на пути существа, что направлялось к кустам, где были Армони и Альфонс.

- Я буду твоим противником!

Шаги наземной химеры были медленными, и казалось, что порезать ее не составит особого труда. Эдвард провел правой рукой, превращенной в лезвие, по передним лапам химеры. Но лезвие тут же отскочило.

Получив отдачу по правой руке, Эдвард снова попытался нанести удар по существу, но не смог оставить даже царапины на его коже. Кожа химеры оказалась слишком прочной.

Она была покрыта твердым веществом, которое чем-то напоминало камень.

Эдвард сразу же вернул правую руку в исходное состояние и прижал обе ладони к земле. После реакции преобразования почва начала подниматься. Земля вздулась прямо под большой тушей наземной химеры.

- Как тебе такое!

Вместе с криком Эдварда алхимическая реакция усилилась, и массивный кусок земли под огромным существом стал стремительно подниматься вверх. Эдвард рассчитывал перевернуть гигантское тело с помощью этого земляного холма и нанести решающий удар, но увидев, как земляной выступ не выдерживает тяжести химеры и разрушается, он был в полном недоумении.

- Да ну, не может быть…

Сухопутная химера пристально посмотрела на Эдварда.

Хотя эта атака не была смертельной, но, похоже, это ее разозлило. Увидев, как из ее пасти вылетает новый огненный шар, Эдвард поспешно отскочил в сторону.

Огненный снаряд пронесся над плечом Эдварда и врезался в исследовательскую башню. Стена обрушилась во внутрь, обнажив помещение лаборатории. Среди разбросанных пробирок с химикатами и колб, наружу выглянула еще одна химера, оставшаяся в исследовательской башне. Однако она была немедленно схвачена длинным языком и быстро съедена.

- Поглощает все, что попадается под руку. Вот же прожорливый ублюдок.

Эдвард с отвращением наблюдал, как огромная химера жует свою добычу. Было вопросом времени, когда эта тварь снова начнет искать Армони.

- Черт, что же делать!

Пока Эдвард думал, наземная химера снова начала поднимать ноги, приготовившись двигаться вперед. Чтобы хотя бы немного задержать ее, юноша создал стену из земли, блокируя ей путь. Прочную стену, которую он создал, было не так уж просто снести. Эдвард побежал в исследовательскую башню, чтобы найти то, что могло бы послужить ему оружием.

- Если здесь есть какое-нибудь мощное химическое вещество...

Забежав через разрушенную стену, он осмотрелся, наступая на разбросанные вокруг осколки стекла и бумаги. Если в лаборатории занимались созданием химер, значит здесь должно было быть и то, с помощью чего уничтожали неудавшиеся экземпляры.

Убедившись, что в этой комнате нет нужных химикатов, Эдвард немедленно направился в заднюю часть помещения.

- Вот это да!

В комнате находилось несколько больших контейнеров, высотой примерно с самого Эдварда, на которых были написаны названия сильнодействующих ядов.

- Отлично, если я использую это!

Именно тогда Эдвард понял, как он будет атаковать.

- Брат! Брат! – снаружи послышался отчаянный голос Альфонса.

- Ал!

Юноша выбежал из лаборатории. Сухопутная химера, которая не могла пройти через преграду, топала ногами и вытягивала свой длинный язык, пытаясь достать Альфонса и Армони, которые находились на другой стороне стены. Химера просто размахивала языком, не в состоянии достать свою цель через преграду. Эти бессмысленные атаки почти полностью разрушили живую изгородь, в которой прятались Альфонс и Армони.

Небольшая стена, которую, создал Альфонс для защиты, тоже была почти полностью разрушена, и он сам делал все возможное, чтобы защитить девочку, крепко прижимая ее к себе.

- Брат! Я не выдержу больше!

- Ал! Я сейчас помогу тебе!

Эдвард еще раз преобразовал землю, чтобы нанести удар в живот огромной химере.

Существо повернулось всем телом к Эдварду, который помешал охоте. Убедившись в том, что химера отвлеклась на него, юноша снова соединил ладони и коснулся обломков стены, упавших с исследовательской башни. Бетон стал покрываться трещинами и подниматься, и когда свет трансмутации погас, перед ним стояла огромная пушка.

- Брат, эта штука слишком крепкая! С помощью пушки…

Услышав крик Альфонса, Эдвард, подмигнув ему одним глазом и указал на то, что было под его ногами.

- Что...

Альфонс заметил трубу, которая выходила из основания пушки и тянулась к исследовательской башне позади Эдварда. Он понял, что его брат собирается сделать, и крепче обнял Армони, стараясь защитить ее.

Сухопутная химера широко раскрыла свою пасть и из глубины ее горла начала подниматься горячая масса.

- Отлично! Вперед!

Эдвард потянул за рычаг пушки. Послышался звук, похожий на бурление воды в ее основании, и, как только все затихло, из ствола вылетел бетонный снаряд.

- Гуааааа! - Химера взревела и попыталась выпустить шар горячей массы из пасти, но ничего не получилось. - Га…! Гаааа!?!?!

Пушечное ядро влетело в пасть раньше, чем химера успела выпустить свой снаряд. С мучительной болью она проглотила его. Через несколько секунд существо начало яростно биться в конвульсиях. Было ощущение, что ранее она специально двигалась медленно, ведь сейчас химера в агонии быстро дергала ногами.

Она била своим языком по всему, что ее окружало.

-Гиоооооо!

Судороги, охватившие тело химеры, не давали ей возможности атаковать. Вскоре сухопутная химера, извергая свои расплавленные внутренности, несколько раз вздрогнула напоследок и замерла навсегда.

Ядро, выпущенное Эдвардом, была заряжено кислотой из башни, которая, столкнувшись с горячей массой, разорвалась и растворила внутренности химеры.

- Ал, ты в порядке?! – крикнул Эдвард.

Альфонс, все еще прижимая к себе Армони, махнул брату рукой в ответ. Атаки сухопутной химеры не задели их. Юноша облегченно вздохнул и направился к брату. Но тут он заметил, что его окружили военные.

- Что такое? - в недоумении произнес Эдвард.

В это время солдаты грубо подталкивали Альфонса к его брату.

- Что это значит, черт возьми? — плечи Нэмуды тряслись от злости, он сверлил взглядом двух братьев, которые в общении с ним смели выражать свое недовольство. - Что вы наделали, мальчишки! Как вы посмели уничтожить мою Химеру! Это была важная Химера для создания Империи Нэмуда! Я вас не прощу! Арестуйте их!

Нэмуда, который пришел в замок, чтобы продемонстрировать мощь наземной химеры, был в ярости, что его планам помешали, да и еще он потерял саму химеру. И будучи в гневе он хотел задержать виновных.

- И как это понимать?! Я же просто усмирил Вашу неуправляемую химеру! Вы должны мне быть благодарны, а не брать под арест! - возразил Эдвард, но Нэмуда не слушал его.

- Здесь Я — закон! Вы арестованы за убийство моего домашнего питомца!

- Какой идиот…

Эдвард не мог подобрать более подходящих слов, но Нэмуда, пользуясь своей властью и указав причины ареста, приказал солдатам надеть на него наручники.

- Вы не понимаете! Я действительно не хотел бы доводить до этого!

Эдвард, цокнув языком, достал серебряные часы.

Он ненавидел использовать власть в качестве щита, но также не хотел, чтобы его арестовали. Государственный алхимик имел звание, равнозначное майору. Даже Нэмуда не мог просто так схватить такого как он.

Однако, как только Эдвард показал ему серебряные часы, на его руки надели наручники.

- Эй!

- Ха! Не смеши меня! Мальчишка вроде тебя и Государственный алхимик? Однако, в этой области твои серебряные часы не имеют никакого значения. Это место находится под юрисдикцией господина Нэмуды. Понял?

Нэмуда отобрал серебряные часы у Эдварда и затем крикнул своим подчиненным:

- Ну, быстрее, уведите их! Возможно, они пригодятся в будущем как ценные заложники для борьбы с Центральным штабом! Не забудьте приставить охрану, чтобы они не сбежали! Ха-ха-ха-ха!

Здесь приказы Нэмуды были неоспоримы, даже если они были несправедливыми. Солдаты, стоящие вокруг него, беспрекословно подчинились, подталкивая братьев вперед.

- Похоже, будет лучше последовать за ними...

- Черт...

Эдвард и Альфонс понимали, что они ничего не смогут сделать, когда на них было направлено около десятка пистолетов.

Армони, тяжело дыша, могла лишь наблюдать из своего укрытия за тем, как их уводят.

- Эд... Ал... Что же делать...

Девочка, осматривая в шоке опустевший сад, спустя некоторое время заметила Вильгельма, выходящего из-за башни.

- Папа... Папа! – Армони, находившаяся на пределе своих сил из-за происходящих друг за другом событий, в том числе боль, что пронизывала ее тело, нападения химер и арест Эдварда и Альфонса, почувствовала облегчение, когда она увидела Вильгельма и не смогла сдержать слез. - Папочка!

Хоть Вильгельм иногда и был холоден, он все же был ее отцом. В трудные моменты она могла положиться только на него.

Вильгельм быстро подбежал к дочери.

- Армони!

- Папа, куда ты пропал? Что ты делал? Я... я...

- Извини. Все было очень плохо. В процессе исследований, химеры начали выходить из-под контроля одна за другой, поэтому я сразу закрыл ворота, а затем мы с Гретой уничтожили только химер, находящихся на стадии развития. Я рад, что ты в порядке...

Это было необычно для Вильгельма столь явно выражать эмоции, но обняв Армони, он почувствовал облегчение. Прошло много времени с тех пор, как девочка обнимала своего отца. Но затем отстранившись, она рассказала о том, что Эдварда и Альфонса арестовали.

- Это ужасно, Эдварда и Альфонса схватили военные!

- Их двоих?!?! – удивленно сказал Вильгельм, схватив Армони за плечо. - Неужели это Нэмуда? Но почему? Что произошло?

- Они пытались помочь мне... У-у..., - девочка хотела объяснить, что случилось, но скривилась от боли. Ее дыхание было тяжелым.

- Что с тобой, Армони?

- Ах... Папа... Мне так больно...

Она оперлась руками о землю и склонила голову, продолжая тяжело дышать. На ее спине снова начало проявляться крыло.

- ...! Это припадок! Армони, ты использовала алхимию?!

- Прости... Я просто... хотела показать цветы... Папе и сестре...

- Я же говорил тебе не использовать алхимию, потому что боялся именно этого!

Вильгельм стиснул зубы. В этот момент его окликнули.

- Профессор, Вы в порядке? Мы уничтожили всех оставшихся химер. Нужно пересмотреть наш план исследований...

Это была Грета, которая направлялась к нему.  Однако резкий голос Вильгельма заставил ее остановиться.

- Не подходи!

- Что? - Грета, не ожидавшая такого тона от профессора, застыла на месте.

- Профессор? Что случилось? С Армони что-то не так?

- Просто иди в замок! Это не имеет к тебе никакого отношения!

- ...? Поняла. Тогда...

После того, как Вильгельм убедился в том, что Грета направляется к замку, он снял с себя плащ и завернул в него Армони.

- Папа... Папа... Прости... Прости... Я просто хотела научиться алхимии...

- Армони, ничего не говори.

- Потому что... я не хочу, чтобы ты меня ненавидел... Я не хочу, чтобы ты меня ненавидел...

Девочка повторяла это, словно в бреду, постепенно теряя сознание. Услышав ее слова, лицо Вильгельма на мгновение исказилось от внутренней боли, и затем подняв дочь на руки, он вошел в исследовательскую башню.

- Что это только что было?

После того, как Вильгельм и Армони вошли в исследовательскую башню, Грета, делавшая вид, будто она направилась в замок, снова вернулась к живой изгороди.

- То, как он себя вел... Похоже, профессор что-то скрывает. Что же с этой девочкой? А?

Что-то привлекло внимание Греты в том месте, где лежала Армони, и она подняла небольшой предмет.

- Что? -  Грета стала внимательно разглядывать белое перо. Оно было похоже на «псевдоперо», которое они использовали в своем исследовании. - Псевдоперо? Почему оно здесь…

Перо — это то, что появлялось после смерти химеры. Однако в этом месте не было никаких следов погибших химер. Когда Грета в раздумьях склонила голову набок, в глубине замка раздался телефонный звонок.

- Как шумно.

Даже после того, как Грета игнорировала звонок некоторое время, он не прекращался. Ее раздражало, что этот звук мешает ей сосредоточиться, и она, вернувшись в замок, сняла трубку.

- Кто это? - Грета раздраженно приложила трубку к уху, но как только она узнала, кто звонит, на ее губах появилась ухмылка. - Ах, это ты.

- Тц, какая же ты холодная. В последнее время ты вообще не выходишь на связь. Ты так занята?

- Я специально не связывалась с тобой. Мне не нужны люди, которые не могут справиться даже со своей работой.

- Что ты имеешь в виду?

- Твоя задача заключалась в том, чтобы собрать алхимиков в Хисгарде, а они в свою очередь стали кормом для химер. Но из-за аварии это стало невозможно. В результате исследования зашли в тупик… И кто же в этом виноват, а? Ганц?

Человеком на другом конце провода являлся полковник Ганц, тот кто командовал операцией по захвату поезда.

- Если речь идет об алхимиках, то, наверное, есть те, кто сбежал в Новый Хисгард.

- Ты думаешь, что они вернутся туда, где им пришлось пройти через страх и ужас? Какой же ты все-таки глупый. Как и Нэмуда.

- Я не идиот, мечтающий править страной, как он. Я готов сделать все, если ты предоставишь мне место, где я смог бы сражаться, чтобы стать сильнее.

- Ага, вот как. Но я больше не собираюсь делать нечто подобное.

- Эй! Не говори так! Слушай, дай мне еще один шанс продемонстрировать свою силу! И я точно смогу одолеть этих мелких засранцев. Разве это не будет выгодно нам обоим?

Грета продолжала держать трубку у уха, играя кончиками пальцев с пером, но вдруг ее взгляд упал на наручные часы.

“- Прошло уже несколько минут. Если бы это было «псевдоперо», то оно уже должно было исчезнуть… Неужели это…”

- Эй, ты меня слушаешь? Я прошу тебя дать мне сильное тело. Я ведь все сделал для тебя. Ты мне нравишься. Вокруг тебя всегда происходят кровавые события.

- Заткнись на минуту, - раздраженно произнесла Грета, на мгновение она задумалась и затем рассмеялась.

“- Ага. Понятно. Так вот, оно что профессор… Я этого не ожидала, но Вы это сделали… Так что теперь не нужно больше тянуть кота за хвост.”

- Эй!

- Хорошо, Ганц, - Грета снова поднесла трубку к уху, - как ты и хочешь, я дам тебе сильное тело. Взамен ты должен помочь мне с планом. Уничтожь всех, кто встанет у тебя на пути. Следующей неудачи я не потерплю. Понял?

После этих слов Грета, не дождавшись ответа, повесила трубку. Перо в ее руке, наконец-то, начало исчезать.

- Хе-хе-хе… Это перо — оригинал… Это моя заветная мечта… Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Смех Греты эхом разнесся по всему замку.

Дождь, ливший с утра, наконец-то прекратился во второй половине дня. Над городом Новый Хисгард раскинулось ясное голубое небо. Однако, многие жители не смотрели на него, а шептались друг с другом.

- Ты слышал? Химера, разрушившая Хисгард, похоже, напала на дом Эйзельштейн три дня назад. Судя по всему, это он создал ее.

- Тот добрый профессор? Не верю.

- Говорят, кто-то видел, как химера впала в ярость. Даже военные приехали для ее подавления.

- А я слышал, что эти военные сами привезли химер.

- В любом случае, лучше не приближаться к этому дому. Когда-то там произошел какой-то страшный несчастный случай с его дочерью. Говорят, что она умерла при странных обстоятельствах.

Жители, знавшие Вильгельма еще с тех пор, как он жил в Хисгарде, смотрели на замок на холме с сочувствием и страхом, а те, кто приехал в Новый Хисгард, собирали свои вещи и уезжали.

- Эй…

Один из тех, кто обсуждал слухи, потянул за рукав своего собеседника.

По противоположной стороне улицы шла Марго. Горожане знали, что она работает секретарем Вильгельма, поэтому они замолчали и поспешно свернули в переулок.

Марго знала, о чем говорили жители этого города. В последние дни вместо Вильгельма, который сидел с больной Армони и ухаживал за ней, она занималась покупками и общалась с торговцами, которые входили и выходили из замка. Поэтому она на собственном опыте, почувствовала растущее любопытство и недоверие к дому Эйзельштейн.

Марго понимала беспокойство среди горожан из-за слухов и сплетен, но она не раскрывала им подробностей. Ситуация оставалась неясной. Единственная информация, которую она сумела получить, была тщательно запечатана в большом конверте, который Марго прижимала к себе.

Она шла как обычно, игнорируя разговоры жителей города, когда мимо нее проехал автомобиль, обрызгав ее грязной водой из лужи.

- Ой!

Грязь покрыла ее серую юбку и белые ноги. Женщина не могла не вскрикнуть от такой неожиданной ситуации и холода.

Автомобиль резко остановился прямо перед Марго, когда она, держа конверт в левой руке, наклонилась, чтобы вытереть грязь с ног. Окно на заднем сиденье опустилось и оттуда выглянул мужчина.

- С Вам все хорошо?

Она подняла глаза и посмотрела на мужчину.

- Я прошу прощения за это.

Из автомобиля вышел Рой Мустанг.

В отличие от Марго, которая холодно смотрела на него из-за этой неприятной ситуации, Рой, с мягкой улыбкой, подошел к ней и элегантно поклонился.

- Мне очень жаль. Мой подчиненный, сегодня не очень аккуратно водит, - сказал Рой и осторожно взял руку Марго, что была запачкана в грязи, а другой рукой полез в карман, достав оттуда свой носовой платок. - Конечно, я возмещу расходы на чистку. Прошу прощения, если это можно считать извинением…

Рой аккуратно вытер грязь с кончиков пальцев Марго, и затем снова улыбнулся.

- Если Вы не возражаете, я могу предложить подвезти Вас на моем автомобиле. Я отвезу Вас куда угодно.

Ни одна женщина не смогла бы долго злиться при таких джентльменских манерах, а также взгляда прищуренных глаз и улыбке Роя. Однако Марго продолжала пристально смотреть на него, и Рой уже не мог скрыть свою усмешку, которая доказывала, что он с трудом сдерживает смех.

В конце концов Марго кивнула, не меняя своего раздраженного выражения лица.

- Хорошо. В таком случае, я приму Ваше предложение, - согласилась она твердым голосом и вместе с Роем села в автомобиль. Машина быстро уехала по улице на глазах у горожан.

- Хахахаха… Хахахахахаха, - Хоукай искоса посмотрела на Мустанга, наблюдая за тем, как он и его плечи дрожат от смеха.

- Что-то не так? — поинтересовалась она.

- Нет, просто не ожидал, что лейтенант настолько будет придерживаться образа секретаря. Даже очки в этом стиле… Ха-ха-ха. Вы согласны, майор? — Рой смотрел на сидящего на переднем пассажирском сиденье Армстронга.

Майор, чувствуя взгляд Хоукай на своем затылке, покрылся холодным потом, хотя при этом не мог не согласиться с Роем.

- Я думаю, что они Вам очень идут, - вежливо ответил он.

- Я ведь не говорил, что они не подходят, - продолжал шутить Рой.

Разница между Хоукай в военной форме и ее внешностью секретаря была слишком велика.

- Даже, если Вы говорите об этом смеясь до слез, это звучит не убедительно.

- Ох, извините, извините. Но, давайте перейдем к делу, - вытирая слезы, Рой сменил тон.

Взяв себя в руки, он принял у Хоукай конверт с отчетом.

- Как я ранее упоминала в отчете, отношения между бригадным генералом Нэмуда и профессором Вильгельмом Эйзельштейном были подтверждены. В обмен на использование химер в военных целях, он закрывал глаза на незаконную деятельность профессора и беспорядки, вызванные химерами в Хисгарде. Кажется, он поручил профессору создать химеру, и купил ее по низкой цене.

- Как я и думал. Тем не менее, я все же сомневался, что профессор Вильгельм непосредственно замешан в этом, — признался Рой. — А как насчет его помощницы Греты?

- Она по-прежнему не позволяет себя поймать. Конкретных подозрительных действий с ее стороны замечено не было, но она была тем, кто передал профессору методику создания химер. Я не верю, что она просто исследователь катализаторов. Думаю, у нее есть свои цели. Также высока вероятность, что профессор собирал алхимиков в Хисгарде по рекомендациям Греты.

- Понятно… Майор, возможно, Грета — это, вымышленное имя, нужно проверить военные записи, может быть, Вы что-нибудь найдете, - пролистывая отчет, Рой обратился к Армстронгу, сидящему впереди.

- В любом случае, нам придется арестовать профессора. Жаль, что все так обернулось, ведь он является выдающимся алхимиком.

- Полковник.

- Что?

- Прошу прощения за свое мнение, но я не думаю, что профессор нарушил закон исключительно ради своих исследований. Более того, арест приведет к тому, что его дочь останется одна.

- Значит, есть причина, по которой он проводил эти исследования. Но в предыдущем своем отчете, ты указала, что профессор не очень хорошо ладит со своей дочерью.

- Это объективное мнение. Но...

Некоторое время Рой молча смотрел на профиль Хоукай.

Как она ранее сказала, ее слова представляют собой личное мнение. Хотя она редко говорит нечто подобное на работе, Рой был уверен в том, что причина, по которой она это сделала, заключалась в возможности Хоукай наблюдать за сложными взаимоотношениями отца и дочери, которые было нелегко передать в отчете.

- Пожалуй, ты права, - Рой кивнул. - Слишком рано делать выводы, опираясь только на поверхностный взгляд на их отношения. Профессор может не продолжать свои исследования в ущерб дочери, но у него могут быть веские причины для создания химер, даже если это приведет к его аресту и оставит дочь одну. Давайте еще раз более тщательно проверим информацию о профессоре Вильгельме на основе данных о его деятельности в области алхимии.

- Спасибо, - сказала Хоукай, склонив голову в знак благодарности.

Наблюдая за ней в зеркало заднего вида, Армстронг спросил у Мустанга:

- А как насчет братьев Элриков? Не кажется ли вам, что было бы несправедливо оставить их вот так?

Хоукай перевела взгляд на Роя, ожидая ответа.

- Полковник, вы наблюдали за тем, как арестовывают Эдварда и Альфонса?

На лице Роя появилась злорадная улыбка.

- Ну... Если в отдаленном военном округе, привыкшем к спокойной жизни, вдруг появляется буйный элемент, у которого слишком много свободного времени, то солдаты обязательно обратят на него внимание. Спасибо бригадному генералу Нэмуде. Теперь у нас есть все доказательства того, что часть военных сил под его командованием стали частными войсками, а также о незаконном призыве в армию. Пусть это и мелочь, но руководство Центрального штаба будет радо узнать, что те, кто пытался восстать против армии, будут арестованы. Я не упущу эту возможность для своей карьеры.

- А как быть с Эдвардом? Если он узнает об этом, то сильно разозлится. Возможно, стоит освободить их как можно скорее?

- В этом нет необходимости. Они сами в состоянии выбраться, если их оставить в покое. Так что ничего страшного, если немного подождать.

Рой посмотрел в окно автомобиля, за которым был расположен штаб пограничных войск Хисгарда.

- А пока, мы будем готовиться к аресту Нэмуды и все решится сегодня вечером, - Рой рассмеялся, а лейтенант Хоукай и майор Армстронг лишь одновременно вздохнули.

В это же время...

- Апчхи! - Эдвард громко чихнул, находясь в камере штаба пограничных войск Хисгарда, который был под командованием Нэмуды.

- Ты простудился? В тюрьме бывает холодно, поэтому не спи с открытым животом.

- Я так не думаю... Апчхи!

- Тогда может, кто-то говорит о тебе? — предположил Альфонс, хотя их основное беспокойство было сосредоточено на собственном затруднительном положении.

- Ах...Черт, я уже устал сидеть здесь, — проворчал Эдвард, поднимаясь с кровати и пристально рассматривая решетку перед собой.

Эдвард и Альфонс были схвачены Нэмудой и заключены в темницу на военном объекте. Они попытались сбежать сразу после того, как их арестовали, но среди солдат было много алхимиков и их побег провалился.

Нэмуда планировал стать могущественным человеком в будущем и если ему это удастся, то он хотел использовать Эдварда, как Государственного алхимика, для заключения сделки с Центральным штабом.

- Меня бесит, что меня арестовали и здесь слишком хорошая охрана.

Альфонс прислонился к решетке, наблюдая за тем, как дежурят вооруженные солдаты. Их было около пятнадцати человек, и они следили за тем, чтобы братья не использовали алхимию. В такой ситуации избежать обстрела было практически невозможно.

- Если бы только охранников было меньше, мы могли бы выбраться из этой камеры, — сказал Эдвард, повалившись обратно на кровать и посмотрел на потолок.

- Выйти отсюда как можно быстрее и отправиться туда, куда нам нужно, — кивнул Альфонс, понимая, о чем думал его брат и сел на пол, - верно, но все будет в порядке.

- Ах...

Они вспомнили Армони, когда ей стало плохо.

- Надеюсь ей лучше, и она сейчас злится на нас за то, что нас арестовали.

- Да...

Эдвард представил себе рассерженную Армони, которая кричит на них: «Что вы здесь делаете!»

- Профессор с ней. Думаю, с Армони все будет в порядке. Но нам нужно выбраться отсюда как можно скорее. У меня много вопросов к профессору. Почему он занимается созданием химер? И...

- Крыло Армони, да?

Сходство между перьями, которые появились после поражения химер, и теми, которые выросли у девочки, вызывало у них подозрения.

- Профессор занимается созданием Философского катализатора. В алхимии катализатор используется для взаимодействия и соединения вещества. Создание химеры, которое включает в себя соединение различных организмов, вполне себе логично... Однако профессор использует Эфирный цветок, в качестве катализатора для прототипа. Он говорил, что он все еще нестабилен. Значит, он, скорее всего, что-то делает, чтобы усовершенствовать его до уровня Философского катализатора…, — размышлял Эдвард, глядя в потолок, - хотя нет, подожди. Во-первых, химера вышла из-под контроля, потому что для ее создания использовался нестабильный катализатор... Странно идти на такой риск, создавая подобное существо. Во-вторых, если Селена могла погибнуть в результате несчастного случая в ходе исследования, то как говорили те три брата, либо нужно было их прекратить, либо найти более безопасный метод...

Наблюдая за тем, как Эдвард погрузился в размышления, Альфонс похлопал брата по плечу.

- Единственный способ узнать, как это связано с крылом Армони - это спросить у самого профессора после того, как мы отсюда выберемся. Не стоит об этом сейчас слишком много думать. Согласен?

Когда Эдвард концентрировался, он забывал даже иногда есть и спать. Проблема была в том, что он не знал, как выбраться отсюда.

- Но обычно у людей не бывает крыльев. Это ведь все-таки не нормально..., - бодро сказал Альфонс, беспокоясь о том, чтобы его брат не тратил слишком много сил.

Тем не менее, Эдвард продолжал раздумывать, и Альфонс продолжил:

- Так что, наверное, Армони — это настоящий ангел.

- Эм, о чем ты говоришь? Ангелы — это либо посланцы Бога, либо облик умершего человека, что вознесся на небеса. Тем более нет доказательств того, существуют они или нет...

Эдвард перестал размышлять над романтической фразой Альфонса и резко приподнявшись на локтях, замер.

- Та книга! Не может быть!

- Что случилось? – спросил Альфонс, смотря как его брат, задумавшись, приложил пальцы к подбородку.

- В исследовательской башне была такая же книга, как и у нас!

- Ну, если алхимики используют одни и те же методы, то и книги могут быть похожи, разве нет?

- Нет, нет! Та книга...

- Эй, вы! Хватит шуметь!

Прежде чем Эдвард успел договорить, солдат, стоявший у камеры, прервал их разговор.

- Вы все время пытаетесь сбежать, а мы только и думаем, чтобы вы наконец-то сдались. А теперь начинаете устраивать словесные баталии?! Подумайте о нас, кто круглосуточно за вами следит!

- Вы сами выбрали следить за нами круглые сутки. Нам-то что? – Эдвард посмотрел на солдата, который перебил его своими криками.

Подобного рода разговор повторялся много раз с тех пор, как их схватили, но сейчас солдат кричал сильнее обычного.

- Что?! Еще смеешь возражать?!

Скорее всего солдат сильно устал и был раздражен из-за того, что ему пришлось следить за трудным противником, таким как Государственный алхимик. Его лицо исказилось от злобы.

- Похоже до тебя доходит только когда тебе причиняют боль! Тебя следует наказать!

Военный, сжимая в руке дубинку, потянулся к замку на двери камеры, но тут его окликнул голос другого солдата из глубины коридора.

- Эй, вы что делаете! Оставьте этих ребят другим охранникам! Мы получили приказ окружить замок Эйзельштейн всеми нашими войсками! Если не поторопитесь, то вас обвинят в нарушении приказа!

- Черт..., - солдат, который собирался преподать урок Эдварду, презрительно цыкнул и отошел от двери, - хм, вам повезло.

- Эй! Что ты только что сказал?

- Зачем окружать замок Эйзельштейн... Почему?!

Закричали братья, схватившись за решетку, но военный, не ответив им, ушел.

- Что это значит?!

- Не знаю. В любом случае, нам нужно немедленно выбираться отсюда и сообщить профессору!

Эдвард, сложив ладони, прикоснулся к решетке. Благодаря приказу об окружении замка Эйзельштейн, из охраны в темнице осталось лишь двое солдат. Это был их единственный шанс. Искры от реакции взметнулись в воздух, и решетка деформировалась.

Один из охранников, заметив, что братья снова пытаются сбежать, навел на них оружие, но прежде чем он успел выстрелить, Эдвард разрубил его пистолет преобразованным лезвием. А второго солдата, Альфонс вырубил, ударив кулаком.

- Ал, быстрее!

- Да!

Штаб пограничных войск Хисгарда состоял из двух семиэтажных зданий, одно из которых было расположено на севере, а второе на юге и соединял их между собой один коридор.

Выбравшись из тюремной камеры, Эдвард и Альфонс поднялись на вверх и поняли, что находятся в северном корпусе. Но выход с территории штаба был в южном здании, и братья направились на третий этаж, где находился коридор.

Прямо под проходом один за другим собирались солдаты, вызванные Нэмудой, с оружием наготове. Нэмуда использовал громкоговоритель, чтобы командовать своими войсками, которые ехали на военной технике.

- Слушайте! Немедленно схватите Вильгельма! Нам известно, что он знает, как создать Философский катализатор, но он продолжает обманывать меня ради денег на исследования, и даже пытается свалить на меня вину за инцидент с химерами! Схватите его! Схватите и заставьте его рассказать, как создать Философский катализатор!

- Какой ужас. Профессор, так никогда бы не поступил! — возмутился Альфонс, но Нэмуда продолжал говорить, только то, что хочет.

- Если мы получим Философский катализатор, то я смогу создать множество мощных и покорных химер! Это сделает мою империю Нэмуда, не просто мечтой, а реальностью! И тогда я обещаю вам щедрое вознаграждение! Теперь, поторопитесь и отправляйтесь в замок Эйзельштейн!

Эдвард с досадой наблюдал, как военные машины с солдатами уезжают одна за другой.

- Нам тоже нужно спешить!

Убедившись, что в коридоре никого нет, братья побежали в южный корпус. Холодный ветер проникал сквозь открытые окна, а внешний мир постепенно погружался во мрак.

- Я уверен, что мы успеем вовремя, — произнес Альфонс, словно пытаясь себя успокоить. Чтобы добраться до Нового Хисгарда, нужно было пересечь горы. Однако, у них не было способа двигаться быстрее, чем военные автомобили, используемые Нэмудой и его солдатами, и на данный момент оставалось лишь только верить, что они успеют.

- А! Эй, вы там!

- Ч-черт, нас обнаружили!

Пока они вдвоем думали, как добраться до Нового Хисгарда, они не услышали шагов солдат, патрулирующих здание и столкнулись с ними.

- Пленники сбежали! Ловите их!

- Закройте ворота!

Завыла сирена, и атмосфера на военной базе мгновенно стала напряженной.

- О, нет! Ал, сюда! — закричал Эдвард, увидев указатель на аварийную лестницу. Он вместе с Альфонсом прыгнули за дверь. Однако, патрульные уже вышли на лестницу, и было хорошо слышно, как они поднимались снизу.

- Что делать, брат?

- У нас нет иного выбора, кроме как прорываться силой!

Эдвард сложил руки вместе, чтобы создать оружие, с помощью которого можно отбиться от солдат. Но тут он услышал шаги, которые приближались и сверху.

- Черт!

Когда Эдвард и Альфонс обернулись, те, кому принадлежали шаги, уже были рядом с ними. Однако, голоса, которые услышали напряженные братья, наоборот были совершенно спокойными для подобной ситуации.

- А, вот они!

- Отлично, отлично!

На полутемной лестничной площадке Эдвард, прищурившись, удивленно воскликнул:

- Прапорщик Фарман!?! Сержант Фьюри!?! Почему вы здесь!!

- Объясним позже. Сейчас нам нужно срочно подняться на крышу. А теперь торопитесь! — ответили Фьюри и Фарман, и уверенно взяв ситуацию под контроль, они стали подниматься по лестнице. Эдвард и Альфонс хотели спуститься, но солдаты уже приближались с нижнего этажа. Не было времени для раздумий.

- Но как вы здесь оказались, Фьюри? Нам повезло! — поинтересовался Альфонс, поднимаясь по лестнице.

Фьюри ответил извиняющимся тоном:

- На самом деле, нас отправил полковник...

- Полковник? Полковник Мустанг направил вас сюда? — удивленно спросил Эдвард. Фарман кивнул.

- Да. Полковник уже давно занимается расследованием этого инцидента и поручил нам помочь вам, если вы окажетесь в беде.

- Подождите-ка, - Эдвард нахмурился. - Если он знал, что мы будем бежать... значит, он был в курсе, что нас арестовали. Так почему же он не помог нам раньше? Все, что требовалось — это одно его слово!

- Прости, - виновато ответили прапорщик и сержант несмотря на то, что они были ни при чем. - Полковник сказал, что если вы поднимите здесь шум, то нам будет легче справиться с другими задачами...

- Этот мерзавец!! - Эдвард представил себе злорадную ухмылку Роя и заскрипел зубами. – Я это запомню!

- Ну что ж, раз нас так выручили, будем считать это хорошим поступком, — попытался успокоить его Альфонс, но Эдвард лишь сильнее нахмурился.

- Пока мы не знаем, сможем ли вообще сбежать.

Несмотря на то, что они бежали, звуки шагов снизу только становились ближе.

- Сержант Фьюри, мы действительно сможем сбежать? Я бы не хотел, чтобы нас загнали в ловушку на крыше, — обеспокоенно спросил Альфонс.

- Все будет в порядке. Пока вы двое с нами, — уверенно с улыбкой ответил Фьюри и открыл дверь на крышу.

Сильный порыв ветра взъерошил волосы Эдварда. Крыша была без ограждений, и оттуда открывался обзор на все триста шестьдесят градусов, а в ночном небе светила полная луна.

Они заперли дверь на засов, чтобы ее не могли открыть, а Фарман и Фьюри вытащили из угла несколько предметов и передали их братьям.

- Вот, используйте это! — сказал Фарман.

Им передали большие куски ткани и деревянные бруски.

- Это...а понял, вот так! — Эдвард мгновенно придумал, что сейчас сделает и усмехнулся. - С этим мы сможем сбежать и успеть вовремя!

- Отличная идея! Но что будет с вами, прапорщик Фарман?

- Полковник обо всем позаботится. Не беспокойтесь о нас, мы справимся, - ободряюще ответили Фарман и Фьюри Альфонсу.

- Я понимаю, спасибо!

Эдвард взял деревянные бруски, а Альфонс ткань.

- Немедленно откройте дверь! – послышались грозные голоса солдат.

Братья побежали по крыше, ощущая как ветер дует им в спины.

- Ты кое-что забыл! - Фарман бросил Эдварду серебряные часы, которые забрал у него Нэмуда.

- Спасибо!

Юноша, поймав часы, отдал честь, а затем вместе с Альфонсом прыгнул с крыши. Солдаты, выбившие дверь, стали осматриваться в поисках беглецов.

Вспыхнул яркий свет и затем последовал сильный порыв ветра. В ночное небо взмыл силуэт огромной птицы, созданный из ткани и деревянных брусков.

- Пока!

Пролетая на огромном дельтаплане, освещенного полной луной, Эдвард и Альфонс помахали на прощание своим товарищам и солдатам Нэмуды, исчезая в ночном небе.

Падающие перья.

Армони сидела перед освященным лунным светом надгробием Селены.

- Сестра..., - тихо сказала она, - кажется, у меня действительно нет таланта к алхимии...

Девочка вынула из кармана маленькие семена и осторожно сжала их в руке.

- Недавно я попробовала использовать алхимию, как учил Эд, на клумбе, которую разрушила химера. Но цветы не проросли. Я пробовала и на этих семенах, и других тоже, но ничего не получилось... Поэтому я могу подарить тебе только те цветы, что и всегда... Прости...

Из двух ранее сорванных цветов Армони взяла тот, что был меньше и положила его на землю. Это был окутанный легким белым сиянием Эфирный цветок.

- Этот более красивый, но я хотела бы отдать его папе... Наверное, это поможет ему в его исследованиях..., - с этими словами Армони опустила голову, - но... но я больше не могу передать его папе! Меня выгнали из дома! Эд и Ал тоже не вернулись! Они ведь обещали! Что же мне теперь делать?

Но каменное надгробие стояло в молчании. По щекам девочки потекли слезы и все перед ее глазами размывалось. Эдварда и Альфонса, которые всегда поддерживали ее, сейчас рядом не было.

- Ух... ух...

Крупные слезы одна за другой падали на землю.

Не в силах встать, Армони продолжала смотреть как они впитываются в землю, но, когда девочка протерла глаза, то увидела, что их следы исчезли.

- ...?

Не только слезы, но и надгробие Селены, и ее саму накрыла большая тень. Испугавшись, Армони подняла голову.

Там, на фоне полной луны, на большом дельтаплане летели Эдвард и Альфонс.

- Эд... Ал...

Когда братья приземлились, Армони помчалась к ним со всех ног. Семена высыпались из кармана, но это ее не беспокоило.

- Эд!!! Ал!!!

Эдвард и Альфонс подхватили, прыгнувшую к ним с разбегу Армони и крепко обняли ее.

- Армони, почему ты здесь? – спросил юноша, дождавшись, когда она успокоится. - Ты в порядке?

Братья увидели Армони на территории старой церкви рядом с разрушенным Хисгардом, когда они летели в направлении Нового Хисгарда. Они думали, что она осталась в замке с профессором, но девочка покачала головой.

- Сейчас мне лучше. Но...папа выгнал меня из дома...

- Что?!

- Отец узнал, что я обучалась алхимии. Я думаю, поэтому он разозлился и выгнал меня. Как только моя температура спала, он велел мне уходить. Он только дал мне деньги и сказал, чтобы я ехала к Изуми, которая живет в Дублисе, или к знакомым Эда и Ала в Ризенбурге..., - когда Армони говорила об этом, ее голос дрогнул, будто она вспомнила о том, что произошло в тот момент. Она сжала края своей одежды, стараясь сдержать слезы.

Альфонс попытался ее утешить.

- Профессор точно не такой человек. Мне тоже казалось, что он холоден, но сейчас я думаю, что это было не так. Ведь когда ты искала учителя алхимии в городе, профессор заранее запретил кому-либо обучать тебя. Это уже говорит о том, что он следил за тобой.

Когда они встретились с Вильгельмом, он строго отчитал Армони перед братьями. Хотя позже он предложил ей поужинать вместе, и Альфонс полагал, что он сделал это специально, но теперь он думал, что скорее всего профессор хотел увидеть ее улыбку.

Эдвард, вероятно, был того же мнения. Он уверенно поддержал слова Альфонса.

- Наверняка у твоего отца была причина, по которой он так поступил. Не существует идеальных отношений между родителями и их детьми. Не бойся и не пытайся угадать, а просто спроси честно, даже если это будет трудно. Поплакать можно будет и потом.

- Эд...

Армони едва сдерживая слезы, посмотрела на Эдварда. Однако юноша был серьезен.

- Кроме того, нам нужно поторопиться. Профессор все еще в замке? — он обернулся через плечо в сторону Нового Хисгарда.

- Э, да... Я думаю, он там...

- Понятно. На самом деле, Нэмуда выдал ордер на арест профессора. Его армия уже движется к вашему дому.

- Что? Как?! Ордер на арест папы? Почему!!! Мистер Нэмуда часто приходил к нам домой, разве они не хорошие друзья?

Увидев, как удивилась Армони, Эдвард не стал ничего объяснять. Нэмуда и Вильгельм были близки только потому, что их интересы совпадали. Если пользы от них не будет, то отношениям придет конец и в данный момент Нэмуда без колебаний собирается избавиться от Вильгельма.

- Сейчас мы отправимся на помощь к профессору. А ты оставайся здесь.

Когда Эдвард резко развернулся, Армони схватила его за руку.

- Подожди! Я тоже иду с вами!

- Нет! Скорее всего, нам придется столкнуться с военными. А если ты пострадаешь?

- Верно, Армони. Мы собираемся как можно быстрее добраться до Нового Хисгарда. Тебе ведь только стало лучше, это опасно.

- Нет! Возьмите меня с собой!

Армони крепче сжала руку Эдварда.

- Я уже поправилась! Папа сказал, что это временно. И я знаю короткий путь! Армия ведь уже почти на подходе? Папа будет в опасности, а меня не будет рядом!!! Нас всего лишь двое — отец и дочь! - Армони смотрела на Эдварда глазами, полные отчаяния. - Пожалуйста, возьмите меня с собой!

В ее глазах больше не было слез. Там была только искренняя решимость понять, что стоит между ней и ее отцом, и желание восстановить их отношения.

Хотя Армони всегда была уверенна в своих действиях, но в трудные моменты ее охватывала дрожь. Даже сейчас, ее плечи слабо вздрагивали, однако девочка продолжала крепко сжимать руку Эдварда.

- Ладно, я понял. Идем с нами! – кивнул юноша.

- Эд! – счастливо улыбнулась она.

- Ну что ж, пойдем, Армони, - подбодрил девочку Альфонс.

- Да!

Все трое покинули территорию церкви, оставив позади рассыпанные на земле семена.

На дворе была уже полночь, но солдаты Нэмуды еще не прибыли в Новый Хисгард.

Жители, вероятно, уже легли спать. Только шаги Эдварда и его друзей разносились эхом по тихим и безлюдным улицам города.

Тут Армони замедлила темп.

- На вокзале есть электричество...

Она заметила, как в одном из окон станции горел свет.

- Возможно, завтра линии уже восстановят. Значит, мы наконец-то сможем уехать в Централ.

- Действительно, тебе нужно уезжать, - пробормотала девочка на слова Эдварда и ускорила шаг. - Эй, ты как-то сказал, что не берешь учеников, верно?

- Да. Я уже говорил об этом. У нас есть цель, и нет времени кого-либо обучать.

Армони поравнялась с Эдвардом, который был чуть впереди нее и стала бежать с ним бок о бок.

- Я понимаю. Поэтому, когда вы достигните своей цели, ты примешь меня в ученицы?

- Хм?

Красно-рыжие волосы Армони развевались при беге на ветру, Эдвард посмотрел на нее склонив голову набок.

- Ну, когда мы достигнем нашей цели, а ты сможешь наладить отношения с профессором, получив от него разрешение обучаться алхимии...

- Так ты возьмешь меня в ученицы?! - лицо Армони внезапно озарила улыбка.

- ...тогда я подумаю, стоит ли тебя брать в ученики или нет.

- Эй! Это не честно, Эд!

Девочка недовольно надула губы и грозно подняла кулак, но затем она снова улыбнулась.

- Эд, Ал. Я постараюсь изо всех сил.

Впереди уже был виден темный силуэт замка, и Армони посмотрела на него.

- Я обязательно поговорю с папой и приду к вам, чтобы обучаться алхимии. Дождитесь меня! – она улыбнулась, и ее улыбка была подобна распустившемуся цветку. – И именно поэтому, я должна сначала встретиться с папой!

Девочка побежала вперед и вошла в замок, освещенный полной луной. Пройдя через разрушенные огромной химерой ворота, они увидели разбитый фонтан, сломанные скамейки и растоптанные химерами клумбы.

Миновав разоренный сад, ребята постучались в дверь замка.

- Профессор!

- Папа! Папа!

- Профессор Вильгельм!

За дверью через некоторое время послышались торопливые шаги и вскоре на пороге появился Вильгельм. Опешив, он серьезным взглядом осмотрел ребят.

- Армони!?!? Почему ты вернулась?!

- Извини! Но дело серьезное! Тебе нужно срочно уходить!

- О чем ты говоришь? – сказал в недоумении Вильгельм, глядя на дочь. - Что вообще происходит?

- Военные выдали на Вас ордер на арест. Для начала нужно покинуть это место! — когда Альфонс ответил вместо Армони, Вильгельм удивленно посмотрел на него.

- Военные пошли за мной? Это же бред! У меня сделка с Нэмудой...

- Вы думаете, что эта сделка надежна? Она незаконна и может быть разорвана в любой момент, Вы ведь это понимаете? — резко сказал Эдвард.

Встретившись с уверенным взглядом юноши, Вильгельм понял, что он уже обо всем догадался. На мгновение мужчина опустил глаза и затем впустил их троих внутрь.

- Похоже, мне нужно рассказать вам все... Армони, поднимись в свою комнату ненадолго, - Вильгельм слегка сжал плечо дочери.

- Но нам нужно бежать!

- Пограничный штаб далеко отсюда. Времени еще достаточно. Папе нужно поговорить с Эдвардом и Альфонсом о кое-чем важном.

- Но я тоже! У меня тоже есть, что сказать папе! Так много всего! — настаивала Армони, но Вильгельм покачал головой.

- Я выслушаю тебя позже. А сейчас иди в свою комнату.

Девочка почувствовала, как он необычайно мягко подтолкнул ее в спину. Она хотела возразить, но не смогла ничего сказать.

- Хорошо, я понимаю.

После того, как Армони направилась к себе в комнату, Вильгельм повел братьев в свой кабинет.

- Вы, умные ребята. Я уверен, что вы почти уже все поняли. Полагаю больше нет смысла это скрывать, поэтому я все расскажу, - Вильгельм сел в свое кресло, а Эдвард и Альфонс сели на диван, который стоял напротив, - не стесняйтесь спрашивать меня.

Эдвард посмотрел прямо на профессора.

- Армони... она ведь не Ваша дочь. Это холодное отношение к ней, перья на ее крыле, такие же, как у химер, и книга о человеческом преобразовании в алхимии на Вашей полке... У меня была такая же. Есть только одна причина иметь книгу о запрещенном человеческом преобразовании. А именно, когда ты хочешь создать человека... Но я никогда не слышал об успешных случаях трансмутации. Другими словами, Вы скорее всего создали Армони, используя метод создания химер, вместо умершей Селены?

- Так ты действительно видел крыло Армони, — Вильгельм устало усмехнулся, прикрыв глаза ладонью, - Эдвард, можно сказать, что ты прав только наполовину.

- Кто такая Армони?

- Вы ведь знаете о моих исследованиях, верно? Завершение легендарного вещества, известного как «Философский катализатор», которое увеличивает эффективность преобразования и позволяет достигать результатов, превышающих теоретические показатели. Это моя мечта, которой я посвятил свою жизнь. Крыло Армони — это не просто крыло. Это «Философский катализатор».

- Что?!

- Так Вы действительно его завершили!?!?!

Братья одновременно вскочили с дивана, но Вильгельм поднял руку, призывая их успокоиться.

- Нет, это не окончательный продукт. Это всего лишь опытный образец. Можно сказать, что это неоконченное, но максимально близкое к завершению вещество... Я никогда не забуду день, когда образец был готов. Это случилось накануне того дня, когда вы и Изуми должны были возвращаться в Дублис.

Вспоминая прошлое, Вильгельм смотрел перед собой в пустоту.

- В ту ночь я наконец завершил опытный образец «Философского катализатора» и проводил эксперимент, чтобы увидеть его эффективность. Катализатор светился, и эксперимент, казалось, удался. Но... в алхимии малейшая ошибка может привести к катастрофе... Произошла отдача.

Вильгельм тяжело вздохнул и продолжил.

- В лаборатории была Селена. Эксперимент по преобразованию потерпел неудачу, и отдача ударила по ней.

- Вот что это был за крик...

В конце концов крик, который он услышал той ночью был настоящим. Он сожалел о том, что ничего не мог сделать, услышав полный страдания голос Селены. Но сожаления Вильгельма были несравнимо сильнее.

Профессор вздрогнул.

- На моих глазах, тело Селены постепенно теряло форму и погибало. Изо всех сил желая ее спасти, я снова использовал опасный «Философский катализатор». Это был единственный способ остановить отдачу и вернуть ее к жизни... На моих глазах, тело Селены восстанавливалось… Но даже вернувшись, она приняла другую форму. Неполноценный катализатор уже начинал выходить из-под контроля.

Лампа в кабинете слегка потрескивала.

- Существо, рожденное в результате слияния “пера” и Селены, в каком-то смысле можно назвать химерой... Всего на мгновение, стоило мне моргнуть и Селены уже не было. Но впитав в себя «Философский катализатор», она снова начала дышать. То, что что я сделал была...

- Армони..., -прошептал Эдвард в оцепенении.

- Что... о чем они только что говорили..., - Армони стояла перед дверью кабинета, чувствуя, как ее ноги подкашиваются, - это не может быть правдой?!

Чтобы не упасть она оперлась о стену.

Несмотря на то, что Вильгельм сказал ей вернуться в комнату, Армони все равно пришла сюда, надеясь, что он выслушает ее.

Однако, когда она подошла к кабинету, то услышала нечто шокирующее.

- Я... я химерa? Я не его дочь? Нет... Это… это неправда... Это ложь. Я не хочу об этом слышать. Нет!

Армони понимала, что она не сможет уже войти в кабинет и начать задавать вопросы. От шока ее тело ослабло, и ей едва хватило сил уйти.

- Это ложь. Я не могу верить этому. Я его дочь! - Вернувшись в свою комнату на втором этаже, Армони посмотрела на свое отражение в зеркале, которое было в ее полный рост. - Я не химерa! Я не похожа ни на одно из этих существ! Я похожа на папу! Мы похожи!

Но у нее был совершенно другой цвет волос и глаз, в отличии от Вильгельма. И все же Армони изо всех сил пыталась найти сходства.

- Ведь мы любим есть одно и тоже… Мы оба любим хлеб, и нам обоим не нравится морковь... и... и...

Постепенно Армони замолкла, не отрывая взгляда от зеркала.

- Неужели папа холодно относится ко мне потому, что я химера? Но раньше, когда я использовала алхимию, он улыбался. Он хвалил меня за то, что я хорошо ухаживаю за цветами...

Если бы он думал, что она химерa, он бы так не поступал. Но стал ли он холоден, потому что на самом деле не считал ее своей дочерью?

- Нет, нет! Папа не считает меня химерой! - Армони покачала головой, пытаясь отогнать эту мысль. Однако, даже если она не верила в это, у нее возникал вопрос о том, кто она на самом деле, и девочку стали охватывать мрачные мысли.

Армони, пытаясь не заплакать, крепко сжала края своих шорт.

- Что это? – девочка нащупала в кармане нечто твердое и вытащила его, - ах, семена...

На открытой ладони лежали оставшиеся семена, из тех, которые высыпались перед могилой Селены. Хотя она предполагала, что их можно было вырастить с помощью алхимии, но семена по-прежнему были в своей оболочке. Тем не менее, она верила, что однажды сможет заставить их расцвести.

Армони подняла голову.

- Эд говорил... что важно верить в себя и свои усилия, которые ты прилагаешь. Я не могу быть слабой. Я вернулась, чтобы наладить отношения с папой...

Она вытерла выступившие слезы. Она пришла сюда, чтобы поговорить с отцом и восстановить их отношения.

Если она снова заплачет, то Эдвард наверняка скажет ей, что она не годится в ученицы.

- Нельзя быть слабой. Я должна верить в себя. Папа – это мой папа.

Армони снова посмотрела в зеркало. Цвет глаз девочки был глубокого, немного красновато-кариего оттенка. Они, отличались от глаз ее отца.

- О! - она невольно воскликнула, рассмотрев цвет своих глаз. Он был таким же, как и у Селены, которую она видела на фотографии, - я вижу...

«- Возможно, я похожа на Селену», — подумала Армони впервые. Хотя ее способности в алхимии и характер были совершенно иными, цвет глаз у них был одинаковый. Только глядя в зеркало, она смогла это заметить, но для Вильгельма это, вероятно, было привычно.

Армони наконец поняла, что Вильгельму было тяжело смотреть ей в глаза, потому что он видел в них Селену.

Постоянные сравнения с Селеной. Взгляд, словно искавший ее черты лица. Все это вызывало у девочки грусть и на сердце становилось тяжело. Однако, с другой стороны, Вильгельм все время повторял: «Ты не Селена, ты не похожа на нее», он отчаянно пытался понять Армони как отдельную личность.

- Я уверена... уверена в этом. Папа тоже не знал, как ему поступить.

Как говорил Эдвард, идеальных отношений между родителями и детьми не бывает. Пока мы избегаем общения, нам будет трудно понять друг друга.

- Я — Армони. Я не химерa, я — дочь папы, - убеждала она себя.

Девочка подумала, что поплакать можно будет позже. Сначала ей нужно узнать, что думает ее отец.

- На самом деле, Эд прав, - Армони вновь ощутила, как слова Эдварда придают ей смелости, - это все благодаря ему.

Хотя их встреча произошла совершенно случайно, но теперь Эдвард стал тем, кто быстро изменил ее жизнь.

- Я рада, что мы встретились..., - искренне произнесла она.

Если бы девочка сказала это напрямую, то Эдвард, вероятно, только усмехнулся бы и подшутил над ней. И Армони была уверена, что в ответ снова начала бы ему дерзить.

-Точно! - сев за стол, она взяла ручку и бумагу, - Эду...

Поглядывая на эфирный цветок, что стоял в вазе на столе, она продумывала каждое слово и аккуратно выводила букву за буквой.

Сколько времени прошло?

- Готово! Ах, еще это..., - положив письмо в конверт, Армони доложила еще кое-что из кармана, и запечатала его, - было бы интересно посмотреть на лицо Эда, когда он его прочтет... Ну а теперь, я должна поговорить с папой.

Она положила письмо на стол и уже собралась пойти к Вильгельму, но в этот момент раздался стук в дверь.

- Папа? Эд? Или Ал?

Армони быстро подошла к двери и открыла ее, но была немного разочарована, увидев того, кого точно не ожидала сейчас встретить.

- Ах, Грета...

- Не делай такое огорченное лицо.

- П-простите.

Армони не была особо близка с Гретой. Она занервничала и сразу же извинилась. Однако на первый взгляд, женщина была настроена дружелюбно и приобняла ее одной рукой за плечи.

- Эмм, это...

- Армони, милая. Давай перейдем сразу к делу, не могла бы ты сейчас не сопротивляться? – сказав это, Грета приблизилась к девочке так близко, что та почувствовала ее дыхание на своем лице.

- Что? – оцепенев, Армони, не сразу поняла, что происходит.

Грета улыбнулась, глядя на нее. В этот момент, осознав, что женщина настроена серьезно, Армони закричала.

- Кьяяяяяяяяяяяяяяя!

- Не доставляй мне лишних неприятностей!

Грета оборвала ее крик, закрыв рот тряпкой, пропитанной усыпляющим препаратом. Крик Армони затих, так и не достигнув первых этажей.

После признания Вильгельма, кабинет погрузился в долгое молчание.

- Профессор, - первым заговорил Альфонс, - та книга о преобразовании человека, о которой ранее упоминал брат... Почему она все еще у Вас?

Он знал, что Вильгельм любил Селену. Однако задавая вопрос, Альфонс думал об Армони.

Он совсем не собирался винить его за то, что эти книги были собраны для Селены. Они сами прекрасно понимали это горькое чувство утраты. Но что будет с Армони, когда преобразование человека пройдет успешно и Селена вернется?

- Вы так холодны с Армони, потому что не считаете ее своей дочерью?

Он хотел думать о ней как о своей дочери. И Армони тоже хотела, чтобы ее называли бесценной дочерью.

Вильгельм так и не ответил.

- Профессор.

В ответ мужчина глубоко вздохнул.

- Не знаю, что сказать на это. Я не могу описать то странное чувство, когда хоронил Селену..., - он откинулся на спинку кресла и посмотрел в потолок, - чувство, которое я испытал, когда установили надгробие Селены, там, где не было ее тела, а Армони которая приняла его в качестве платы была рядом... Я был в замешательстве. Что было внутри этого ребенка? Это была Селена? Или совершенно кто-то другой? Меня терзало это каждый день. Я не хотел признавать, что Селена погибла из-за моего эксперимента, поэтому я отчаянно пытался найти в Армони ее частичку. Я был так счастлив, когда она заинтересовалась алхимией так же, как и Селена. Но в тоже время я должен был признать, что Армони – это другой человек. Это была моя ответственность как родителя. Но если я признаю Армони, то мне кажется, вместе с этим я признаю и смерть Селены..., - после этих слов Вильгельм зажмурил глаза.

Это, вероятно, и объясняло его холодное отношение к Армони. Его чувства были слишком сложными, чтобы их мог понять кто-то другой.

- Затем я временно прекратил исследование катализатора, который стал причиной потери Селены и решил попытаться вернуть ее. Я начал изучать преобразование человека. Эта книга – пережиток тех исследований...

- Но сейчас Вы вернулись к исследованию катализаторов?

Открыв глаза, Вильгельм иронично усмехнулся.

- Да, я возобновил свои исследования, пытаясь создать химеру, используя для преобразования Эфирный цветок в качестве псевдопера для катализатора, заставляя химер есть алхимиков, в попытке создать более сильный катализатор...

- Так это Вы собирали алхимиков в Хисгарде?

- Я собирал их в качестве пищи для химер. Однако из-за нестабильного катализатора, как и в этот раз, химеры вышли из-под контроля, и пострадали жители города, а сам Хисгард был уничтожен. Несмотря на это, я продолжил свою работу..., - Вильгельм склонил голову и закрыл лицо руками, словно раскаиваясь в содеянном.

- Можно спросить, почему Вы продолжаете свои исследования, зайдя так далеко?

После минутного молчания, Вильгельм снова заговорил.

- Ты ведь видел, как Армони слабеет? Девочка, рожденная с силой крыла, живет благодаря ей. Но крыло, как катализатор, реагирует на алхимию. Если сила крыла направляется наружу, она не сможет поддерживать свое тело.

- Именно поэтому Вы и запретили ей использовать алхимию? Вот почему она тогда потеряла сознание?

- Если это так, то мы..., - Альфонс запаниковал, ведь именно они обучали Армони алхимии. Но Вильгельм не стал их винить.

- Нет, это не только ваша вина. В конце концов, это было незавершенное перо. Срок его службы подходит к концу. Это значит, что... жизнь Армони... ее время тоже на исходе.

- Подождите! Разве нельзя что-то сделать? Что-то ради Армони!

- Ал, - Эдвард положил руку на колено своего брата и посмотрел на Вильгельма.

- Профессор.

- Так оно и есть, - мужчина улыбнулся, - причина, по которой я возобновил исследования катализаторов, заключалась в Армони. Я хочу, чтобы она жила. Можно принести жертву ради чего-то, пускай даже если это незаконное создание химер. Так я думал... Я все еще не знаю, является ли Армони Селеной или нет. Однако иногда эмоции берут вверх над мыслями... Это недопустимо для алхимика, который властен над наукой.

Хотя с первого взгляда было сложно сказать, но Вильгельм действительно любил Армони как дочь.

Этот факт вселял надежду Эдварду и Альфонсу, которые были потрясены историей появления девочки.

- Тогда бегите отсюда сейчас же и начните все заново с Армони!

- Вы должны поспешить, солдаты скоро прибудут. Не оставляйте ее одну, бегите вместе!

- Это невозможно!

Братья встали с дивана, но Вильгельм остался сидеть неподвижно.

- Профессор!

- С меня уже достаточно.

- Что значит «достаточно»?!

- Я дорожу Армони. Поэтому как отец, я не могу больше совершать преступления. Вот, что имею ввиду, говоря «достаточно»! – повысив голос, ответил Вильгельм. – Что с ней будет, когда она узнает, что ее отец создавал химер и скармливал им людей? Ее жизнь может скоро оборваться, но я не хочу, чтобы Армони умерла, сожалея о своем рождении. По крайней мере, я хочу, чтобы она спокойно прожила остаток своей жизни где-нибудь без меня.

- Вы глупец! – крикнул Эдвард. - Вы ведь хотите спасти Армони, верно? Если это так, то почему бы Вам не найти другой способ сохранить ей жизнь, даже если это не предполагает использование химер!

- У нас нет времени искать другие способы!

- Не сдавайтесь! – Эдвард сделал шаг к Вильгельму.

Армони никогда не сдавалась и всегда продолжала стараться, думая о своем отце. Юноша не мог простить ему то, что после этого он не пытался ответить ей.

- Вы же алхимик!!! Вы знаете, что, если прикладывать усилия, то можно хоть немного продвинуться вперед! Так что не сдавайтесь до самого до конца! Возможно, Селены больше нет, но ведь Армони рядом! Вы потеряли одну дочь, но у Вас есть другая! Оставайтесь рядом с ней! Защищайте ее до конца! Это ведь работа отца, верно!?!?!

В отличие от братьев, которые потеряли свою мать и не смогли ее вернуть, рядом с Вильгельмом была любимая дочь.

- Работа отца?

- Да!

В сильном взгляде Эдварда, отражалась печаль того, кто носил на своих плечах прошлое, которое исправить было невозможно.

- Да, ты прав, - Вильгельм медленно встал, - ты прав. Если я не буду рядом, то не достоин называться отцом.

Сказав это, Вильгельм улыбнулся, и Эдвард с Альфонсом вздохнули с облегчением. Однако спокойствие длилось недолго. Ночную тишину нарушил пронзительный голос.

- Профессор Вильгельм, выходите! Вы должны заплатить за предательство господина Нэмуды!

- Армия! Они уже здесь?!

Открыв шторы, они увидели солдат, которые заходили через ворота.

- Профессор, бегите с Армони! Мы постараемся задержать солдат как можно дольше!

- Н-н-но, против такой большой армии…

- Мы сделаем все, что сможем. Вперед, Ал!

- Да! Профессор, позаботьтесь об Армони!

Эдвард и Альфонс выбежали наружу, чтобы защитить отца и дочь. Вильгельм, оставшись позади, решил действовать.

- Армони! Армони! Солдаты здесь!

В глубине души он все еще колебался, даже когда произносил ее имя. Но теперь, когда он громко звал ее, это оставляло приятное эхо в душе Вильгельма. Он чувствовал, что, несмотря на то, что им придется покинуть замок и исследовательскую лабораторию, и после того, как они начнут жить в бегах, если он сможет произносить это имя, это не будет для него слишком тяжело.

- Армони, давай сбежим вместе с папой! - Вильгельм открыл дверь в комнату дочери, но там никого не оказалось. - Куда же она могла уйти в такое время?

На столе в вазе стоял стоял большой и прекрасный Эфирный цветок.

Прикоснувшись к цветку, Вильгельм осмотрел комнату и у него появилось дурное предчувствие.

- Армони…

В этот момент мужчина заметил краем глаза какое-то движение. Подойдя к окну, он взглянул на возвышающуюся исследовательскую башню.

- Не может быть!

Произошло то, чего он боялся больше всего.

Солдаты под командованием Нэмуды один за другим входили через ворота. Вооруженные, они приготовились к тому, чтобы схватить Вильгельма, который находился внутри замка.

- Брат, их так много!

- Аххх, да, но сначала…

Эдвард сложил руки и прикоснулся к бетонному полу перед входом в замок, из которого он только что вышел. В воздухе вспыхнул свет, и бетон с подстилающей землей начал подниматься. Огромная стена, возникшая перед входом, должна была на какое-то время задержать военных.

- О, это они! – крикнул шедший впереди солдат, когда заметил Эдварда. - Это он! Алхимик! Будьте осторожны!

Военный, который предупредил своих товарищей, что шли позади него, сразу же повернулся, чтобы навести оружие, но на его прицеле уже никого не было.

- Опоздал…

Эдвард с размаху ударил солдата и тот упал на землю. Юноша быстро положил руку на упавшую железную статую рядом с ним и преобразовал из нее огромный молот.

- Ал, используй это!

- Предоставь это мне!

Схватив молот, Альфонс встал перед солдатами.

- Убирайтесь, иначе для вас ситуация станет опасной! – с этими словами он начал размахивать молотом.

- У-у-а-а-а!

- Отступайте!

Хотя Альфонс просто размахивал им, вида его огромной фигуры с таким оружием в руках было достаточно, чтобы вселить в человека страх. Ничего не понимающих и шокированных солдат, Эдвард сбивал с ног и наносил удары кулаками.

- Все в порядке, брат? – спросил Альфонс, заметив, как Эдвард запыхался.

- В порядке, но военные все продолжают наступать. С таким количеством, это всего лишь вопрос времени, когда они прорвутся…

Тем не менее, они оба оставались в боевых стойках, чтобы снова ринуться в ряды солдат.

Внезапно за территорией замка раздался голос:

- Похоже у тебя проблемы, Цельнометаллический!

За стеной, что окружала сад, возник ослепительный свет, который, казалось, мог достигнуть небес. В следующий момент часть стены взорвалась, и огромные клубы дыма и пыли окутали все вокруг.

- В битве необходимо быть рациональным. Если противник напирает числом, и вы сражаетесь в одиночку, рано или поздно вы устанете и ваши силы закончатся.

Ветер развеял дым и в огромной дыре появилась фигура.

- Для того, кто является Государственным алхимиком, не позволительно сражаться в подобном бою, Цельнометаллический.

Это был Рой Мустанг. Порыв ветра от взрыва развевал его волосы, а на его губах играла усмешка.

- Гххх!

- Полковник!

Воспользовавшись моментом, когда Эдвард скривился от отвращения, а Альфонс наоборот был рад неожиданному подкреплению, солдаты Нэмуды направили на них оружие. Однако что-то выбило пистолет из рук впереди стоящего солдата и тот упал на землю.

- О! Лейтенант Хавок!

- Йо!

Жан Хавок, держа сигарету в зубах, оказывал огневую поддержку из винтовки, находясь на краю стены. Рядом с ним был Бреда, который метнул гранату в группу солдат, которые пытались войти в замок.

- Лейтенант Бреда!

- Давненько не виделись. Как дела?

Убегающих от брошенной гранаты солдат сбил с ног большой ком земли.

- Узрите! Это искусство алхимии, что передается в нашей семье Армстронгов из поколения в поколение! – гордо сказал Армстронг, сняв верхнюю одежду и демонстрируя свои мускулы.

Наблюдая за этим, Эдвард и Альфонс только тихо рассмеялись.

- Как здорово, брат. Раз уж нам помогает столько людей, то профессор обязательно сможет сбежать.

- Ага!

С такой помощью они могли не только выиграть время, но и остановить войска Нэмуды. Времени, чтобы сбежать для Армони и профессора было достаточно.

Но как только братья немного расслабились и вздохнули с облечением, они услышали резкий голос.

- Эдвард! Альфонс!

Из-за спины Роя вышла Марго.

Эдвард понял кто это был. Женщина встала рядом с членами Восточного командования, и только тогда он заметил, что Марго стояла все это время за спиной Мустанга.

- А! Лейтенант Хоукай?!?!

Альфонс посмотрел на удивленного Эдварда, который указывал на «Марго».

- Брат, ты не заметил?!

Альфонс сначала тоже не придал этому значения, когда Вильгельм представил их друг другу, но после того, как они провели под одной крышей несколько дней, у него возникли некоторые подозрения. И они подтвердились, когда он с братом получил помощь от Фьюри и Фармана в штабе Хисгарда. Однако, похоже, Эдвард действительно ничего не заметил.

- Я бы не узнал, если бы она носила такие очки!

Едва сдерживая смех, Рой прикрыл рот рукой, а Хоукай слегка покраснела и сердито посмотрела на него.

- Ты же говорил, что, когда впервые встретил мисс Марго... нет, лейтенанта Хоукай, что память бывает капризной. Разве это было сказано не о лейтенанте? – спросил Альфонс, но Эдвард резко возразил.

- Нет! Меня беспокоило то, что Грета мне кого-то напоминает…, - Эдвард внезапно осекся и его глаза расширились от удивления. – Подождите-ка…

- Что случилось?

- У нас нет времени стоять на месте! Грета похитила Армони! Она сейчас должна быть в исследовательской башне! Оставьте солдат нам и иди быстрее! – крикнула Хоукай, прежде чем Эдвард успел ответить Альфонсу.

Выхватив из-за пояса пистолет, Хоукай направила его на приближающихся солдат Нэмуды.  Армстронг отбивал новые атаки пограничных войск, которые пытались войти с другой стороны ворот. Хавок передал Бреде пистолет, а сам же дернул затвор дробовика, проверяя, заряжены ли патроны. Затем Рой щелкнул пальцами в перчатках, и солдаты, стоявшие перед исследовательской башней, были отброшены взрывом, и путь к зданию был открыт.

Эдвард коротко кивнул Рою в ответ и побежал к высокой исследовательской башне.

Пока Мустанг и его подчиненные сражались с солдатами, братья вошли внутрь здания. Из-за недавнего буйства химер, внутри было все разрушено и даже не открывая дверей, можно было увидеть другие комнаты.

- Армони! Армони!

- Где ты, Армони?

Эдвард и Альфонс заглядывали в каждую комнату и осмотрели атриум, что располагался посередине башни. Тут они услышали, как сверху доносится женский смех и подняли головы. Вдали, на конце спиральной лестницы, на мгновение мелькнул свет алхимической реакции.

- Они на крыше!

Братья побежали вверх по лестнице. Ветер, который проникал через открытое окно, наполнял башню гулом.

- Подожди, Армони! Я обязательно тебя спасу!

Эдвард хотел защитить дни, которые она могла провести со своим отцом.

Дверь на крышу казалась пугающе далекой, но полные решимости братья бежали по лестнице, не смея останавливаться.

Открыв дверь на конце винтовой лестницы, Эдвард и Альфонс наконец вышли на крышу.

Первое, что они увидели это прикованную к каменной стене Армони и Вильгельма, который пытаясь ее спасти, был с невероятной силой отброшен на каменный пол башни.

- Армони!

- Профессор!

Тускло мерцающее щупальце пронеслось рядом с братьями и сбило их с ног. Через мгновение перед ними появилась странная фигура, облаченная в механические доспехи. Из железной маски, что полностью закрывала лицо, доносилось тяжелое дыхание.

- Ха-ха... ха-ха!

- Что это еще за чудовище?

Эдвард нахмурился, рассматривая незнакомую фигуру, и из-за железной маски раздался приглушенный голос:

- Ха-ха-ха. Я ждал тебя, Цельнометаллический алхимик... Здесь ты не пройдешь ни на шаг... Ха-ха-ха! Я же говорил, что вернешь долг за потраченное на тебя время!

- Неужели?!

Голос, что доносился из-за маски, было сложно разобрать, но это несомненно был голос полковника Ганца, преступника, который угнал поезд.

Он поднял свои огромные руки.

- Я вернулся, и теперь я полностью металлический —старина Ганц, «Бронебойный алхимик»! — прорычал он нечеловеческим голосом. Голосом того, кто был одержим силой.

Сейчас он был ничем иным, как жадной до силы машиной, которая находила смысл жизни только в битве.

Лежащий на земле рядом с Ганцем Вильгельм, со стоном приподнялся. С его лба стекала струйка крови. Мужчина прижал руки к полу и каменные плиты, устилавшие крышу, покрылись трещинами и из них стали вытягиваться длинные стрелы.

Его взгляд был направлен на Грету, которая находилась впереди.

Но прежде, чем стрелы смогли поразить женщину, их отбили щупальца Ганца, который затем пнул Вильгельм в бок. Послышался треск сломанных ребер.

- Профессор!

- Не мешай ей!

- Я на тебя рассчитываю, Ганц! – Эдвард узнал голос Греты. - Пригляди за ними, пока я не закончу. Скоро я начну преобразование. Уфуфуфу! – Рисуя алхимический круг вокруг прикованной Армони, Грета оглянулась через плечо и улыбнулась. Однако она была не в своем обычном белом халате.

- Ах, этот наряд!

- Так это была ты!

- Уфуфу. Я — Камила. Это второй раз, когда ты видишь меня в таком виде.

Длинные черные волосы взметнулись от порыва ветра. Треугольная повязка, закрывающая одну сторону ее лица, и белые бедра, которые было видно из-под черного одеяния, напоминали ту женщину, которая заставила химер напасть на них двоих в Хисгарде.

- Так ты была сообщницей!

- Сообщницей? Можешь говорить что угодно. Я просто делаю это, чтобы получить желаемое. И это произойдет, наконец, сегодня..., - Камила жадно посмотрела на бессознательную Армони.

- Грета! - Вильгельм поднял на нее гневный взгляд. – Как я и думал, ты с самого начала хотела предать меня… Это все было сделано для того, чтобы стать посредником между мной и Нэмудой, и затем настроить его против меня!

- Теперь слишком поздно об этом думать, профессор. Единственное, что меня интересует - это «Философский катализатор». Благодаря ему я смогу добиться вечной красоты и бессмертия.

- Не неси чушь! – Эдвард хлопнул в ладоши и побежал на Камилу, но тут на его пути появился Ганц.

- Твой противник – это я!

- Прочь с дороги!

Высоко подпрыгнув, Эдвард преобразовал правую руку в лезвие и обрушил его на противника. Однако его автопротез обвили железные щупальца, которые тянулись из рук Ганца и отбросили юношу в сторону.

- Брат! Проклятье!

Альфонс размахнулся и ударил Ганца в голову, но тот перехватил его удар.

- Я такой же как ты! Разве не прекрасно иметь полную механическую броню?

- Не сравнивай меня с собой!

Ганц резко повернулся, чтобы вырвать руку из захвата и Альфонс, пользуясь этим моментом, нанес еще один удар. Однако мужчина спокойно его заблокировал и взмахнул другой рукой в сторону Эдварда, который хотел подойти к Армони. Щупальца, разрывая воздух, ударили юношу по плечу.

- Ай, черт...

- Не подходи!

– Проклятье!

Эдвард посмотрел на Альфонса, ранее они договорились, что пока один из них атакует Ганца, другой должен был помочь Армони. Однако длинные и гибкие щупальца противника сразу же преграждали путь, как только кто-то из них пытался приблизиться к Камиле, нанося удары под ноги и не давая двигаться вперед.

Тем временем Камила, закончила чертить круг преобразования.

- Ах, теперь все готово..., - она погладила Армони по щеке, - отлично!

- Отойди от нее!

Эдвард хотел остановить женщину, но перед ним выросла стена, созданная Ганцем.

- Черт! Значит, я должен сначала разобраться с тобой. Тогда! - Эдвард наступил на стену и перепрыгнул через нее, направляясь к противнику в механической броне.

- Это бесполезно!

Несколько щупалец, извиваясь как плети, устремились к Эдварду. Однако юноша без колебаний, размахивая лезвием на правой руке, продолжал двигаться вперед.

Но одно из щупалец, которое он не успел отрезать, задело его щеку.

Избегать быстро движущихся щупалец было недостаточно, чтобы приблизиться к Ганцу. Эдварду не оставалось ничего иного, как рискнуть и идти напролом, даже если его заденет.

Когда Эдвард смело продвигался к нему, Ганц коснулся земли, чтобы начать новое преобразование. Вспыхнул свет, и из каменного пола вырвался огромный конус.

- Я ждал этого!

На бегу, Эдвард сложил ладони вместе. Впереди, всего в нескольких шагах был преобразованный конус, а за ним стоял сам Ганц.

- Стой на месте!

Когда Эдвард положил обе руки на конус, свет преобразования охватил его, и с помощью алхимии он изогнулся. Конус принял форму бревна и теперь направлялся в сторону противника.

- А? Ты думаешь, что сможешь попасть по мне?

Ганц попытался уклониться от атаки и сделал шаг назад, но его тело обхватил Альфонс.

- Эй, не двигайся!

- Что? Отпусти! Тебя же тоже заденет!

Увидев, как бревно из каменного пола, приближается к нему, Ганц попытался вырываться.  Однако Альфонс крепко держал его.

- Я покажу тебе, что мы с тобой не похожи!

- Что? А-а-а-а!

Кусок камня врезался в живот Ганца. Его вместе с Альфонсом отбросило назад, и они вдвоем влетели в стену.

- Гах! Гух!

Альфонс спокойно встал на ноги, оставив Ганца корчится от боли на полу.

-  Наверное у тебя вся механика присоединена к живой части тела? Как бы крепка ни была твоя броня снаружи, внутри все не такое уж и прочное. В отличие от меня.

- Гах! Гугу!

Ганца вырвало желудочным соком через прорези в железной маске, затем он увидел, как Альфонс подбирает свою отлетевшую голову и аккуратно вставляет ее обратно.

- Ал, ты в порядке!?!?!

- Все в порядке, просто это было немного грубо!

Они оба убедились, что противник был обезврежен в то время, как Камила уже была готова начать преобразование.

- Отдай мне «Философский катализатор», что находится внутри тебя! - женщина протянула ладонь с нарисованным на ней алхимическим кругом и коснулась лба Армони. Девочка широко распахнула глаза. – Или лучше я возьму его сама.

Круг на ладони Камилы засветился и Армони закричала.

Башня затряслась и стала покрываться трещинами.

- Армони!

Вильгельм попытался встать, но из-за сильной дрожи, что сотрясала башню он не смог удержать равновесие и снова упал.

Колоссальная энергия охватила круг преобразования, в котором находилась девочка. В воздухе заискрились молнии и поднялся ветер.

- Что это за энергия!?!?

Эдвард хотел приблизиться, но Вильгельм остановил его.

- Не делай этого! Внутри бушует сила катализатора, вырванная насильно. Только тот, кто проводит преобразование, может находиться там. Мы не знаем, что может произойти!

- Но я должен помочь Армони!

Не слушая Вильгельма, Эдвард снова попытался подойти, но в этот момент башню затрясло, и он поспешно вцепился за каменные плиты на полу.

Молнии и ветер с невероятной скоростью всасывались в активированный круг преобразования.

Братья могли лишь беспомощно наблюдать за охваченной светом от алхимической реакции Армони.

- Кьяяяяяяяяяя!

Из спины девочки появилось крыло. Оно светилось и широко расправилось, словно было готово взлететь.

- Уфуфу, осталось чуть-чуть... еще немного! – засмеялась Камила и крепче сжала лоб Армони.

- Кьяяяяяяя! - В этот момент крики Ганца перекрыли крики девочки.  - Камила, останови это!

Должно быть, будучи без сознания, он оказался слишком близко к месту, где проходило преобразование. Ганца стало затягивать в активированный круг.

- Меня затягивает! Камила, останови это сейчас же!

- Ты слишком шумный, - холодно произнесла женщина, даже не взглянув на него.

Напрягаясь всем телом, Ганц в панике пытался отойти назад. Однако энергия уже затягивала его в круг.

- Эй, подожди... Я же твой партнер?! Если ты дашь мне более сильное тело, я не проиграю в следующий раз!?!

Камила в ответ усмехнулась и не останавливая преобразование, продолжила наблюдать за тем, как крыло Армони полностью расправилось.

- Гяяяяя! Камилааааа!

Ганца окончательно затянуло в активированный круг и все его тело покрылось ржавчиной, а после он перестал двигаться.

- Черт! Как же мне спасти Армони?! Если так пойдет и дальше…!

- Если бы только можно было хоть на мгновение прервать преобразование!

Стоя на коленях, Эдвард и Альфонс смотрели, как крыло Армони полностью раскрылось и охваченное сиянием, стало сбрасывать перья.

- Уже почти…! Как только все перья упадут! Ахахаха! – Камила рассмеялась.

- Нееееет!

С ужасом закричав, Армони попыталась сфокусировать взгляд. Ладонь, сжимающая ее лоб, сужала ее поле зрения. Однако среди мерцающего света и дрожащего пейзажа она увидела тех, кто, будучи ранеными, пытались ее спасти.

Армони четко видела, как ее отец, не обращая внимания на боль, пытается встать.

- П-па...па…

Девочка не знала, был ли это ее крик или шепот. Но она чувствовала, что ее голос достиг Вильгельма и он поднялся.

- В таком случае...

Вильгельм вытащил из кармана плаща один Эфирный цветок — тот, что стоял на столе Армони. Он крепко сжал его в руках, словно в молитве и затем бросил что было сил.

- Отпусти мою дочь!

Эфирный цветок, преобразованный в катализатор, засиял белым светом и ударился об обнаженную талию Камилы.

- Гяаааааааа!

Женщина закричала и отшатнулась.

Цветок, брошенный в огромный поток энергии, создал отдачу и ударил по телу Камилы. Она содрогнулась, как будто ее поразила молния, а лицо словно воск, стало постепенно плавиться и искажаться.

- Гьяяяяяяя! Мое лицо! Моя вечная красота!

- Сейчас! — сказал Эдвард, когда Камила оторвала руку от лба Армони.

Братья почувствовали, как энергия вокруг начала ослабевать, и устремились вперед.

Однако женщина обернулась, держась за лицо, и прежде, чем они смогли ее обездвижить, Камила приложила руки к земле. Ее ладони засветились и когда она с ненавистью посмотрела на Эдварда и Альфонса, началось новое преобразование.

- Я не сдамся! Я не позволю этому случиться!

Каменные плиты на крыше резко задрожали, и под ногами Эдварда и Альфонса стали появляться выступы.

- Увааа!

- Проклятые!

Это была очень быстрая и точная алхимическая атака и братьев, которые не успели уклониться, отбросило назад. Когда они быстро встали на ноги, Камила уже готовилась нанести удар по Вильгельму, пытавшийся освободить Армони.

- Отдай мне «Философский катализатор»!

- Камила... А! Ты здесь, ты здесь...

Это был Ганц, тело которого покрылось ржавчиной. Он врезался в женщину и крепко обхватил ее руками.

- Что? Ганц!!! Ты мешаешь!?!? Отпусти меня!

- Оооо!

Ганц, похоже, ничего не видел и продолжал держать сопротивляющуюся Камилу, шагая к краю крыши.

- А!

- Мы упадем!

Эдвард и Альфонс бросились к краю башни. Но прямо перед ними, вырывающаяся Камила и Ганц, который крепко ее держал свалились за край.

Можно было смело сказать, что они сами были виноваты в своей гибели. Но сейчас не было времени думать о них.

Братья быстро вернулись к Вильгельму.

- Профессор! Армони!?!?!

- С ней все будет в порядке?

Когда Эдвард и Альфонс подбежали к ним, то заметили, как под ногами нечто белое плавно взлетело в воздух.

- Ах… перья?! Брат, перья!

- Это все перья Армони?

На спине девочки больше не было крыла, вместо этого на земле лежало множество перьев.

Эдвард с силой потряс за плечо Вильгельма, который опустив взгляд, держал потерявшую сознание девочку.

- Профессор! Что с Армони? Не может быть, что ничего нельзя сделать!?!?

- Ее же можно спасти? Пожалуйста, спасите ее!

- А... да, я понимаю. Все будет хорошо..., - подняв глаза, Вильгельм, словно говорил это сам себе и встал, все еще держа Армони на руках.

- Я возвращаюсь в замок, чтобы вылечить ее. А вы...

Вильгельм посмотрел на множество разбросанных по полу перьев.

- Вы должны срочно собрать все эти перья.

- Перья?!

- Да, верно. Если мы соберем энергию, оставшуюся в них, жизненная сила Армони восстановится. Так что я хочу, чтобы вы собрали все эти перья и принесли мне.

- Хорошо, я понял! Значит, все что нужно это собрать перья! Ал!

- Да!!!

Братья сразу приступили к делу, в это время Вильгельм направился к двери, ведущей вниз и оглянулся. Эдвард и Альфонс, подбирая каждое перо, бережно держали его в руках и тянулись к следующему. Смотря на их серьезные лица, Вильгельм грустно улыбнулся.

- Эдвард, Альфонс... Вы действительно замечательные дети, полные силы воли и мужества. Селене и Армони повезло иметь таких друзей, как вы... Но... мне очень жаль, что я обманул вас...

Вильгельм посмотрел на Армони, которая без сознания лежала у него на руках. Ее лицо было очень бледным.

- После того, как перья исчезнут, Армони будет уже не спасти... Но это беда, которую я сам на себя навлек. Теперь я должен все завершить. Я не могу больше втягивать вас в это... Прошу, поймите меня, ученики моего дорогого друга...

Вильгельм мысленно поблагодарил двух мальчиков, которые говорили ему не сдаваться до самого конца, и затем медленно стал спускаться по лестнице.

- Перья! Перья! Вот здесь перо! И вон там!

Альфонс быстро подбирал разбросанные повсюду перья. Эдвард делал тоже самое, находясь чуть дальше, и вдруг он замер, смотря на белое перо в своей руке.

- Это… странно…

- Что ты делаешь, брат! Быстрее поднимай их, Армони в опасности! – сердито сказал Альфонс, что было довольно редко для него.

- …подожди минутку…

- Нет времени ждать! Быстрее собирай!

- Я знаю. Но это немного странно.

Эдвард поднял одно перо.

Оно выглядело настолько хрупким, что казалось, вот-вот растворится в рассветных лучах солнца.

- Ал, ты что-нибудь чувствуешь от этого пера?

- Что?

Альфонс раскрыл руки и посмотрел на собранные им перья.

- Теперь, когда я думаю об этом, то понимаю, что ничего не чувствую. Это странно, ведь другие перья, что я видел до этого, имели более яркое свечение, - сказал Альфонс, вспоминая крыло Армони, когда она потеряла сознание на берегу озера. Эдвард кивнул.

- Верно. Я ничего не чувствую. От этих перьев не исходит никакой энергии, - Эдвард внимательно рассматривал перья, что держал в руке. Затем они стали исчезать. – Ах!

- Брат! Перья исчезают! – разбросанные перья, стали словно растворяться в лучах утреннего солнца.

- Почему!?!?! Это же перья, которые должны вернуться к Армони! Почему они исчезают?

Эдвард нахмурился.

- В них больше не осталось ничего, что могло бы ее спасти. Профессор солгал.

- Почему? Зачем ему лгать? Ах… подожди!  - Альфонс на мгновение задумался и воскликнул. – Неужели профессор…?!

- Он, вероятно, собирается покончить с собой... и хочет умереть вместе с Армони в замке!

- Брат, мы должны остановить его!

- Да! - ответил Эдвард и посмотрел на замок, который освещало утреннее солнце. Блики так красиво играли на его крыше, что не верилось, что в скором времени там произойдет трагедия.

Армони чувствовала, как ее окутывает теплая пелена, словно она укрыта мягким одеялом. Это приятное и ностальгическое ощущение было похоже на сон.

(Ах, вот оно что...)

Она поняла, что это были воспоминания о том, как Вильгельм учил ее алхимии много лет назад. В тот момент, когда она заснула в его кабинете, он тихо накрыл ее одеялом и, когда девочка проснулась, он посмотрел на нее с улыбкой. Это было счастливое воспоминание.

(Так значит, папа и я были близки...) — подумала Армони, открывая глаза.

Она увидела Вильгельма, который смотрел на нее с теплом, как и в тот день.

- Ах, папа…

Хотя ей показалось, что это был лишь сон, но Вильгельм сейчас был рядом и улыбался.

Армони была счастлива и хотела протянуть руку к отцу. Но ее тело не слушалось и она могла лишь с трудом пошевелись кончиками пальцев.

Однако Вильгельм нежно взял ее за руку.

Армони только тогда поняла, что лежит на полу кабинета. Слегка повернув голову, она заметила, что вокруг нее был нарисован большой круг преобразования.

- Армони, ты, возможно, злишься на меня…, - тихо сказал Вильгельм.

- Что, папа?

Он смотрел на нее спокойным, добрым, но одиноким взглядом.

- Может быть, уже слишком поздно, но я люблю тебя больше всего на свете… Я просто не знал, как это показать. Поэтому я не понимал, что нужно сделать, чтобы ты была счастлива… Армони…

Увидев, как губы Вильгельма дрожат, девочка улыбнулась.

- Хех, глупый ты, папа… Я… ууу…, - она хотела ответить, но острая боль пронзила ее грудь.

- Армони! – обеспокоенно воскликнул Вильгельм и наклонился к ней.

- Я…, - она сжала его руку и снова улыбнулась, - я все поняла. Ведь я твоя дочь… Так ведь, папа? Я твоя дочь…

- Глупенькая, конечно, ты моя дочь, - по щекам Вильгельма скатилось несколько крупных слез.

- Вот как… Значит, мы оба глупые… Мы действительно отец и дочь…, - сказав это с улыбкой, Армони почувствовала спокойствие.

Это было именно то, чего она так хотела. Связь между родителем и ребенком была здесь, рядом.

Армони крепко держала руку Вильгельма, как будто не хотела его отпускать. Погружаясь в чувство полного счастья, она понимала в своем ускользающем сознании, что никогда больше не встретится с Эдвардом и Альфонсом.

(…Извини, Эд… Но сейчас я счастлива…)

- Армони…

Когда Вильгельм позвал ее, девочка, открыв глаза, увидела окружающее их теплое сияние.

- Ах, свет…

Ей показалось, что ее тело поднимается вверх, словно она обрела настоящие крылья. Армони улыбнулась и тихо закрыла глаза.

- Армони, не беспокойся. Я не оставлю тебя одну. Мы всегда будем вместе…

Вильгельм крепко обнял свою дочь.

Начерченный на полу круг преобразования стал светиться сильнее, пока это мягкое свечение полностью не поглотило их тела.

На залитой утренним солнцем лестнице, что была перед входом в замок Рой, Армстронг и Хоукай встретили бежавших со всех ног Эдварда и Альфонса.

- Где Армони? – спросил запыхавшийся Эдвард.

Рой молча кивнул на замок, стоящий позади него.

Как братья и думали, Вильгельм и Армони действительно вошли туда.

- Спасибо.

Эдвард коротко поблагодарил Роя и попытался пройти мимо. Однако Мустанг преградил ему путь рукой.

- Подожди.

Бросив непонимающий взгляд на Мустанга, Эдвард раздраженно поднял одну бровь.

- Ты что, не понимаешь? У нас нет времени! Я сделаю отчет позже!

Братья снова попытались пройти, но полковник так и не убрал свою руку.

- Я сказал, чтобы вы остановились.

Эдвард в недоумении посмотрел на полковника, который не хотел их пропускать.

- Что ты имеешь ввиду?

Однако Рой был совершенно спокоен и не изменился в лице.

- Потому что меня об этом попросили.

- Кто?

Рой не ответил, но Эдвард догадался, что это был Вильгельм. Однако юноша не собирался никого слушать. Он хотел предотвратить смерть их обоих.

- Ах, понятно. В таком случае придется прорываться силой.

- Извини, но я не стану вас щадить! – сказал Армстронг выходя вперед. - Пожалуйста, послушайте нас.

- Это вы послушайте! Профессор и Армони собираются покончить с собой! И вы это знаете!

- Подумай о чувствах профессора и Армони, - сказала Хоукай.

Эдвард посмотрел на сослуживцев, которые пытались их остановить.

- Чувства? Мне наплевать на чувства! Я знаю лишь только то, сколько времени осталось у Армони! У нее его нет! Нет времени, чтобы счастливо провести его с профессором! Она не проживет долго! Армони может умереть даже завтра! Но… так ли правильно заставлять ее выбирать смерть именно сейчас?! - Эдвард сложил ладони вместе. Свет алхимии засиял в солнечных лучах. - Я так не думаю. Неважно каким образом. Я хочу, чтобы у Армони было как можно больше времени, чтобы она могла смеяться вместе с профессором! Я хочу, чтобы ее мечта — цветочное поле — сбылась! Она... Армони — моя единственная ученица! Поэтому...

Когда Эдвард стал подниматься по лестнице, превращая автопротез в лезвие, Роя опустил свою руку, которой он преграждал путь.

Эдвард подумал, что он услышал его слова, но Мустанг тихо прошептал:

- Уже поздно.

- Что?

С вершины замка прямиком в небо устремился ослепительно яркий луч света.

Свет стал постепенно расширятся, поглощая полностью замок. Он был ярче самого солнца, озаряя собой все вокруг.

Эдвард и Альфонс, прикрывая глаза, молча наблюдали как световой столб постепенно исчезает, словно небо поглотило его.

Рой с уважением вспоминал о великом алхимике, который без всяких оправданий, взял на себя всю ответственность за произошедшее. Армстронг думал о печали двух людей, у которых не было иного выбора, кроме как умереть. Хоукай верила, что Вильгельм и Армони в последний момент смогли улыбнуться и обнять друг друга.

Эдвард и Альфонс были единственными, кто до сих пор не мог поверить в произошедшее.

- Этого не может быть...

После того, как яркий свет утих, Эдвард понял, что смотрит на место, где раньше стоял замок.

- Это не может быть правдой…, - в шоке тихо произнес он.

Казалось, свет унес с собой все на небеса.

Наверное, профессор высвободил всю энергию Философского катализатора, которая оставалась в теле Армони. Почти весь замок исчез под действием этой силы, а на обнаженной земле остался только огромный кратер.

- Ты же шутишь, да?

Вместе с замком не осталось никаких следов присутствия Армони и Вильгельма.

Осознавая реальность того, что здесь было что-то всего лишь мгновение назад, а теперь исчезло, Эдвард почувствовал, как его душу наполняет невероятное чувство пустоты.

- Армони… Это… это же невозможно, правда? Ты ведь говорила, что хочешь стать великим алхимиком… Ты даже не успела посмотреть, как расцветают цветы… Все только начиналось! И все же, ты уйдешь, даже не попрощавшись?!

Эдвард опустился на колени на руинах замка, где теперь гулял сухой ветер.

Жизнь Армони, которую он так хотел спасти, неожиданно оборвалась. Эдвард вспомнил голос Армони, которая просила научить ее алхимии. Перед его глазами возникла улыбка девочки, когда она говорила: «Ты сделаешь меня своей ученицей?». Ее сильный взгляд, когда она сказала, что идет спасать отца, которого хотят арестовать военные. Ее огорченное лицо после неудачного преобразования. Слова извинения, которые она произнесла через плечо, сидя у него на спине.

Тепло рук, которые сжимали его запястье, и дерзкий тон, когда она называла его «мальцом». Всего этого больше не существовало в этом мире.

- Это конец? Почему это конец? АРМОНИ!!! – его крик устремился в небо.

- Брат..., - произнес Альфонс, глядя на стоявшего на коленях Эдварда и сжимающего землю кончиками пальцев. У него не было сил поднять голову, поэтому Альфонс позвал его снова.

- Брат..., - его голос был наполнен такой же глубокой печалью, как и Эдвард, однако, что-то почувствовав, он поднял взгляд. - Посмотри на это.

Юноша повернул голову в сторону, куда указывал Альфонс.

- Это...

В центре кратера парило одно белое перо.

Эдвард встал и подошел ближе к нему. Казалось оно будто ждало, чтобы к нему прикоснулись.

Перо медленно кружилось перед глазами Эдварда. Он протянул к нему руки и бережно взял.

- Армони...

Своим светом, оно как будто пыталось передать последнее теплое прикосновение Армони.  Это тепло медленно проникало в Эдварда.

- Это был твой выбор? Зачем было умирать? Ты ведь могла найти другой путь. Это действительно было правильно?

Перо мягко засветилось, словно отвечая ему. Это напоминало улыбку Армони.

Когда тепло пера стало угасать, Эдвард крепко сжал его в руках, не желая отпускать.

Цветок Армони.

На платформе железнодорожного вокзала Нового Хисгарда раздался свисток. Под ясным небом без облаков, которое, уже не помнило о трагедии, произошедшей всего день назад, люди собирались на станции, чтобы наконец сесть в восстановленный поезд. Здесь были те, кто ехал в другие города, торговцы, путешественники и люди, провожавшие их. Шагая против толпы, спешившей к поезду на платформе, Рой покинул здание вокзала. Когда он вышел на площадь, к нему подошли Хавок и Бреда.

— Спасибо за хорошую работу.

— Все прошло гладко?

— Да. Майор Армстронг обеспечивает охрану. На этот раз братья, наконец, благополучно доберутся до Централа. Нам тоже скоро нужно будет возвращаться.

— Верно. Я уже сказал другим отрядам готовиться к отступлению.

Рой недолго наблюдал за тем, как несколько военных машин уезжают из города и затем направился к своему автомобилю, припаркованного в другом месте.

Он провел расследование по делу арестованного Нэмуды и погибшего Вильгельма, но детальную работу по завершению этих дел предстоит выполнить уже после возвращения в Восточный штаб.

Бреда следуя за Мустангом на полшага позади, начал зачитывать свой доклад.

— Арестованный бригадный генерал Нэмуда будет допрашиваться в Восточном штабе в течение месяца, а затем его дело передадут в Центральный суд. По словам сержанта Фьюри и прапорщика Фармана, этот тип все еще делает вид, что ничего не знает.

— В конце концов, он вскоре начнет плакать. Нужно его хорошенько допросить. Кроме того, если его подчиненных прижать, можно будет получить показания в обмен на смягчение наказания.

— Понял.

Закрыв папку, Бреда повернулся к Хавоку, который протянул лист бумаги с картой.

— Утром поступил запрос от центральных чиновников. Они хотят узнать, действительно ли существовал «Философский катализатор», даже если это был только образец, и просят сообщить место, чтобы раскопать могилу Селены. Стоит ли им сообщать?

Рой взял карту. На ней было отмечено здание церкви Хисгард, и в одном из углов ее участка стоял красный крестик. Если в могиле действительно окажется тело Селены, это будет означать, что Философского катализатора не существовало, как и самой Армони. В таком случае можно будет опровергнуть саму суть инцидента, связанного с созданием химер для спасения Армони.

Среди центральных руководителей есть те, кто не рад успехам Роя. Они хотят провести расследование, и тем самым помешать его продвижению по служебной лестнице.

Обычно он с уверенностью говорит, что не ошибается, и пусть другие исследуют, что хотят. Но Мустанг сжал бумагу в кулаке.

— Пусть говорят, что хотят.

Он убрал в карман карту с местоположением могилы. На этом листе бумаги был отмечен крестик, указывающий на могилу Селены, рядом с которой находились могилы Вильгельма и Армони, построенные людьми из Восточного штаба. Рой не хотел, чтобы кто-либо нарушал их покой.

Хавок, понимая это, не стал напоминать о приказах вышестоящих офицеров и предпочел заранее согласовать все с Роем. Он не станет упоминать о скомканной Мустангом карте.

Бреда открыл дверь машины, припаркованной на улице.

— Ну что, возвращаемся в Восточный штаб? У нас там куча работы, полковник.

— Не напоминай об этом. Это только портит настроение, - поморщившись сказал Мустанг, на что Хавок рассмеялся.

— Если будете так говорить, лейтенант Хоукай разозлится на Вас. А кстати, где она? Все еще собирает информацию?

Хавок посмотрел на часы. До времени, когда Хоукай должна была вернуться, оставалось меньше пяти минут. Обычно она никогда не опаздывала и приходила раньше.

— Я пойду за ней. Ждите здесь, - сказав это, Рой вышел из машины и направился в сторону, где, по его предположению, должна находиться Хоукай.

Поднимаясь по холму, он вошел на руины замка Эйзельштейн, осматривая разрушенные стены и башню. За ними находился заброшенный сад.

Когда он подошел ближе, Хоукай обернулась, услышав его шаги.

— Извините, я потеряла счет времени.

— Ничего страшного.

Рой подошел к Хоукай и посмотрел на то место, где когда-то стоял замок. Над их головами простиралось ясное небо.

— Спасибо за вашу работу, - сказал через некоторое время Мустанг. Но лейтенант тихо покачала головой.

— В этом не было ничего трудного, - она посмотрела на центр кратера, где, вероятно, погибли Вильгельм и Армони. — Профессор был хорошим человеком, а Армони была очень искренним и милым ребенком… Я не сделала чего-то особенного.

Голос Хоукай был таким, как всегда, однако, подумав о печали, которую она, вероятно, скрывает в глубине души, Рой промолчал.

Лейтенант была рядом с Вильгельмом и Армони дольше, чем Эдвард и Альфонс. Когда она узнала, что они собираются покончить с собой, она ничего не сказала, но, вероятно, хотела остановить их желая, чтобы они остались в живых. Тем не менее, она уважала их решение и тихо пропустила их к замку.

Хоукай подняла глаза на тихо стоявшего Роя.

- Наверняка, сейчас они счастливы вместе.

Она не уточнила, где, просто взглянула на небо, где, по ее мнению, могли находиться эти два человека.

— Да, ты права.

Рой также посмотрел на небо и увидел белую птицу, взмывающую в воздух.

Наконец, Хоукай снова обратилась к Мустангу.

- Эдвард и Альфонс уже уехали?

- Да.

- Вы смогли передать письмо?

- Да, я передал его. Наверняка, сейчас он читает его в поезде.

Ранее Мустанг передал письмо Эдварду, которое он хранил у себя.

Когда Эдвард, не поднимавший головы, получил письмо на платформе, он впервые за это время посмотрел на полковника.

Это было письмо от Армони.

Когда они с Вильгельмом вернулись в замок, девочка попросила передать его Эдварду.

«- От Армони?»

Эдвард удивленно раскрыл глаза, получив письмо и бережно держа его в руках, сел в поезд.

— Не знаю, что в нем написано, но надеюсь, что, прочитав его, он не станет еще более подавленным, - сказал Рой, беспокоясь о том, что Эдвард почти не говорил, после смерти девочки.

Но Хоукай едва улыбнувшись, покачала головой.

— Все в порядке. Армони не стала бы писать такое письмо, которое могло бы кого-нибудь расстроить. Я уверена, Эдвард скоро придет в себя.

— Понятно.

- Да.

Если она так говорила, значит, это правда. Рой кивнул и сосредоточился на работе, которую ему еще предстояло сделать.

- Тогда, нам пора идти.

- Да.

Они развернулись и покинули руины замка Эйзельштейн. Теперь, когда замок снова опустел, здесь остался только ветер.

Но произошло кое-что необычное.

Из-под земли заброшенного сада, выглянул зеленый росток. Он стал стремительно расти, вытягивая стебель и набирая бутоны, которые стали распускаться. Цветок был не один. Даже на старых клумбах, перед воротами и разрушенными стенами стало появляться множество цветов. В мгновение ока они заполонили замок Эйзельштейн. Единственным свидетелем этого чуда было только голубое небо. Лепестки, подхваченные ветром, взметнулись вверх.

Эдвард сидел у окна и задумчиво смотрел на мелькающий пейзаж, подпирая рукой подбородок. Скальные склоны и далекие поля, видимые между деревьями, были очень похожи на тот вид, который он наблюдал, когда ехал в Централ. Но теперь его охватывало другое чувство — бессилие.

Когда поезд покинул Новый Хисгард и уже приближался к Централу, Эдвард снова и снова думал о своих сожалениях. Армони хотела, чтобы Вильгельм похвалил ее за то, что она научилась использовать алхимию, признал ее, чтобы он тоже мог порадоваться распустившимся цветам. Хоть он и обучал Армони алхимии, но был не уверен, что делал это правильно. Возможно, если бы она начала обучение раньше...

Наверное, ему следовало бы вмешаться и рассказать все Вильгельму. Если бы он не обучил Армони алхимии, она, возможно, не потеряла бы сознание у озера, и тогда смогла бы противостоять преобразованию Камилы.

Тем не менее, все эти мысли, бурлящие в его сердце, он мог обдумывать лишь после смерти Армони. И когда он смотрит на реальность, то он понимает, что не смог ничего сделать для своей первой ученицы, и результатом его действий стали лишь сожаления.

Хотя он и говорил, что не является ее учителем, Армони была для Эдварда словно младшей сестрой. Именно поэтому он считал своим долгом делать все, что мог, как учитель.

Юноша почувствовал, что на самом деле он не смог ничему научить Армони.

С этими мыслями он просто молчал рассеянно смотрел в окно.

Альфонс сел рядом с Эдвардом, погруженного в свои мысли.

- Брат, мы скоро прибудем в Централ, - сказал он тихо Эду, с которым он не разговаривал с тех пор, как они покинули Новый Хисгард.

Альфонс прекрасно понимал состояние брата, который не мог отойти от гибели Армони.

Он сам грустил всякий раз, когда вспоминал ее. Каждый раз, когда она училась чему-то новому в алхимии, он вспоминал ее смех, когда в качестве награды садил ее к себе на плечи. Он помнил ее маленькие руки, крепко обнимающие его, когда она крутилась, и как она всегда готовила для него сэндвичи, прекрасно зная, что он не будет их есть. Несмотря на короткое время, которое они провели вместе, он считал Армони своей сестрой.

Однако, зная о своем долге как учителя, Эдвард, вероятно, чувствовал себя еще хуже, и поэтому Альфонс решил не беспокоить его и дать брату немного времени, чтобы прийти в себя.

С другой стороны, Эдвард, чувствовал заботу Альфонса и был благодарен ему. Но он не мог найти способа поднять себе настроение.

- Разве ты не хочешь прочитать письмо? – тихо спросил Альфонс.

Письмо от Армони, переданное Роем, лежало запечатанным у Эдварда на коленях. Он взял письмо и посмотрел на белый конверт.

— Я ничего не сделал для нее. Могу ли я вообще его читать?

- Это не так, Эдвард Элрик, - уверенно сказал майор Армстронг, сидевший через проход рядом с ним, - Армони так бы не думала. В противном случае она бы не написала тебе. Она поступила так, потому что получила от тебя то, что вдохновило ее.

- Да, именно так, брат, - продолжил Альфонс. В его голосе не было обычной тепла, только искренность. - В последний раз это было перо, верно? Думаю, Армони оставила его, чтобы что-то сказать тебе. Поэтому ты должен прочитать письмо.

Эдвард посмотрел на свою руку, он медленно сжал и раскрыл ее.

В своих ладонях он все еще чувствовал тепло того пера, упавшего там, где исчезла Армони. Это было маленькое хрупкое тепло, которое он никогда не забудет.

- Да, именно так, - тихо сказал он, - я должен принять ее чувства, иначе я не могу называться учителем.

Эдвард глубоко вздохнул и передал письмо Альфонсу.

— Ал, прочитай, пожалуйста.

Он чувствовал, что его снова поглотит печать, если он увидит написанные ею слова, поэтому обратился к Альфонсу с просьбой.

— Хорошо, я прочитаю.

Альфонс взял на себя эту роль и открыл конверт. В нем лежал сложенный пополам лист бумаги.

Открыв его, Альфонс начал читать аккуратно написанные девичьи буквы.

"Эд.

Я пишу это письмо, так как вскоре ты покинешь этот город.

Ничего особенного, просто так. Но, вероятно, в тот момент мне не удастся сказать это лицом к лицу. Это может привести к очередной нашей ссоре.

Поэтому я пишу письмо, чтобы потом ни о чем не сожалеть.

Послушай, Эд. Люди не могут получить что-то, не отдав ничего взамен. Как и в алхимии, принцип этого мира — равноценный обмен. Ты ведь сам меня этому учил.

Но я не думаю, что это так. Есть вещи, которые невозможно получить, даже заплатив цену, и наоборот, есть то, что можно получить ничего не отдав взамен.

Наверное, ты снова скажешь: «Ты совсем ничего не понимаешь!

Но, Эд…

Я ведь никогда вам ничего не давала, так? Ни Эду, ни Алу, ни папе… Я не сделала ничего для вас.

Но, несмотря на это, я получила так много. Я столько всего получила, что не могу придумать, чем бы я могла все это возместить.

Ты понимаешь? Это сила, любовь, доброта и смелость.

Я получила это от Эда и Альфонса.

Поэтому я думаю так: «Равноценный обмен» может быть законом этого мира, но не законом человеческих отношений. Люди не ограничены такими правилами, ведь человеческая жизнь выше этого.

В любом случае, я искренне благодарна.

Поэтому… спасибо большое.

Я благодарна вам от всего сердца. Именно эти слова приходят мне на ум, когда я думаю об Эде и Альфонсе.

Не думаю, что смогу сказать это в лицо. Эд может снова разозлиться.

Поэтому, да, письмо было хорошей идеей.

Спасибо, вот что я хотела сказать.

Обещаю, что однажды я стану алхимиком, которому не будет стыдно стать твоим учеником. И тогда я скажу «спасибо» не в письме, а лично, так что запомните это.

С наилучшими пожеланиями, моему маленькому, но великому учителю."

От Армони.

— Армони, добавлять «маленький» было не обязательно, — тихо пробормотал Эдвард, глядя в окно и подпирая рукой щеку.

Он чувствовал, что ничего не сделал. Но слова благодарности Армони нежно отзывались в его сердце.

Несмотря на то, что он был недостаточно хорошим учителем, Армони поблагодарила его и сказала, что смогла получить так много…

Она, похоже, также смогла понять и принять его чувства даже через мелкие разговоры, которые Эдвард сам мог бы забыть. Если это так, то в последние минуты, проведенные с Вильгельмом, у Армони получилось понять своего отца и она прожила самые счастливые мгновения.

Он был уверен, что она наверняка улыбалась в тот момент, как и в случае с тем с пером.

Эдвард наконец-то смог это осознать.

Сидящий рядом Армстронг, молча вытирал слезы носовым платочком.

После того, как Альфонс закончил читать письмо, он почувствовал, как в его душе разливается тепло. Когда он хотел положить письмо обратно в конверт, то заметил, что там лежит что-то еще.

— А? В конверте еще что-то есть. Брат, дай руку!

- Да.

Альфонс перевернул конверт над рукой Эдварда. То, что упало на его ладонь было маленьким семечком. Это было то семечко, которое Армони использовала, чтобы продемонстрировать свою алхимию Эдварду и Альфонсу.

Братья знали, как сильно она хотела, чтобы семена расцвели, и они с грустью посмотрели на него. Эдвард, рассматривая семя на своей ладони, подумал, что хотел увидеть хоть раз как оно расцветет.

— Если бы это был подарок, то я бы хотел не семечко, а цветок, который ты вырастила, Армони…

В тот момент, когда Эдвард сказал это и сжал семечко в руках, оно вдруг засветилось.

— Мм?

Эдвард почувствовал, как тепло охватило его ладонь и быстро раскрыл ее.

Охваченное сиянием семечко треснуло, и сквозь коричневую оболочку стал пробиваться стебель с желтовато-белым бутоном, который становился больше.

Затаив дыхание, они наблюдали как медленно раскрывалось семечко, и когда свет утих, на ладони Эдварда появился нежный и красивый цветок.

— Ого! – воскликнул Альфонс, в то время как Армстронг с изумлением рассматривал цветок.

— Так вот оно что! Все предыдущие алхимические опыты Армони были неудачными — потому что они просто спали!

— Значит…!

Эдвард и Альфонс переглянулись.

Он вспомнили, как Армони отчаянно пыталась заставить цветы распуститься в замке, и из семян, которые она оставила в церкви.

— Наверняка, сейчас…

— Да, замок и церковь должны быть усыпаны цветами!

Эдвард и Альфонс открыли окно поезда и высунув головы, оглянулись назад.

Регион Хисгард уже был далеко, и даже его тени не было видно. Но они не сомневались, что там повсюду расцвели цветы. Им казалось, что они слышат радостный голос Армони: «Смотрите! У меня наконец-то получилось!»

— Армони, как здорово!

— Да уж, она удивила меня больше, чем в первый раз, — пробормотал Эдвард и вытянув руку из окна, он отпустил цветок на ветер, с улыбкой провожая его в небесную даль. — Отличная работа…

Если вы приложите усилия, то обязательно добьетесь результата.

Так же, как Армони исполнила свое желание, он тоже должен был достичь своей цели и вернуть их с Альфонсом настоящие тела.

Когда поезд замедлил ход и заехал на платформу центрального вокзала, Эдвард схватил свой чемодан и побежал к выходу из вагона.

— Эй, не спеши, библиотека никуда не убежит!

— Подожди, брат!

Голоса Армстронга и Альфонса остались позади, когда Эдвард прыгнул на платформу.

— Ну что, погнали!

Не было времени останавливаться, он должен был двигаться дальше.

Полный решимости, Эдвард поднял голову и взглянув на яркое солнце, побежал вперед.

Послесловие.

Здравствуйте, меня зовут Макото Иноуэ. Как вам «Fullmetal Alchemist and the Broken Angel»? Как вы знаете, эта книга представляет собой новеллизацию игры, выпущенной на PlayStation 2. Надеюсь, что те, кто уже играл, найдут в ней некоторые отличия. А те, кто не играл, захотят попробовать ее после прочтения. Я искренне надеюсь, что вам понравится это версия романа, который я написал.

Теперь позвольте мне рассказать вам небольшую историю о том, как я играл в «Broken Angel». Эта игра представляет собой экшн-RPG. Но если быть честным, то это тот жанр, который мне не нравится. По какой-то причине… я не могу прыгнуть туда, куда хочу...

У меня довольно плохо получается заставлять персонажа перепрыгнуть с того места, где он находится на камень, что расположен по диагонали. Я не помню сколько раз я бросал контроллер и кричал: «Почему я не могу прыгнуть!» Тоже самое и с игрой «Broken Angel». Там есть сцена, где нужно пересечь каньон перепрыгивая через доски и камни. Я был к этому готов, но после десятка падений, мне снова захотелось бросить контроллер. Но вот чудо! Разработчики явно подумали о таких, как я, и… прежде чем я что-то понял, я смог перечь каньон без падений.

Некоторые, возможно, скажут: «Не радоваться же из-за этого», но что ж, простите. Я действительно был счастлив.  Благодаря этой настройке, не нужно отказываться от игры, если у тебя что-то не получается. Я уверен, что разработчики игры понимают чувства тех, кто не очень умеет играть… (слезы благодарности!). Однако, когда я пробормотал, что «хотел бы, чтобы мне помогли раньше», в это вовремя Альфонс сказал: «Разве это не хорошая тренировка?». Да, они действительно понимают… Благодаря таким добрым настройкам у меня исчез страх перед игрой, и я смог сосредоточиться на ней!

Более того, прекрасные и эффектные видеоролики, появляющиеся в ключевые моменты, погружали меня в игру, а разнообразие врагов и их сила захватывали дух. Когда я звал Альфонса и он отвечал мне: «Хорошо» и бежал за мной, я не мог сдержать улыбку от умиления.

И, что самое главное, это невероятное удовольствие от использования алхимии! Я не могу забыть, как здорово было преобразовывать множество предметов с помощью света и звука. Если вы этого не пробовали, обязательно сделайте это!

Наконец, я бы хотел выразить искреннюю благодарность всем читателям, кто прочитал эту книгу и всем, кто давал мне советы при ее написании. Спасибо большое!

Макото Иноуэ

Страница книги Стальной алхимик и Бескрылый Ангел в интернете

Table of Contents

1 Внезапное столкновение.

2 Встеча.

3 Соприкосновение сердец.

4 Огромное зло.

5 Падающие перья.

6 Цветок Армони.

О книге